Увлекательные истории из жизни и философия рыжего кота Самсона
Стоял тёплый весенний вечер. В мягких лучах заходящего солнца, льющихся на подоконник пятого этажа высотного дома, нежился большой рыжий кот Самсон.
Соня, как его ласково называла хозяйка, являлся персидским котом уже три года. До этого в своей прошлой жизни он был человеком, причём женщиной. Процесс переселения души из человеческого тела в кошачье, разумеется, нисколько не задел его памяти, поэтому теперь кот жил в полной уверенности, что является наимудрейшим существом в этом доме, что, согласитесь, не безосновательно. К тому же, если учесть, что в облике женщины Самсон дожил до шестидесяти двух лет, когда совершенно неожиданно, купаясь в сельской реке, попал в «воронку» и утоп, то теперь его нынешние хозяева, едва достигшие двадцати пяти годочков, и вовсе казались ему детьми, глупыми и неразумными.
Однажды Настя и Виктор на втором году своей супружеской жизни случайно зашли на выставку кошек и, увидев в коробке целую кучу маленьких пушистых комочков, пришли в неописуемый восторг. Руки их как-то одновременно потянулись к рыжему котёнку, мирно сопящему в самой гуще своих пяти собратьев.
– Вот и берите его ребята! – весело сказала хозяйка, бережно расчёсывающая огромную серую кошку, – Я вам уступлю.
Вообще-то, в этот день они собирались купить пылесос, но уйти без котёнка не смогли.
Поначалу новый житель их небольшой двухкомнатной квартиры жутко уставал от внимания, но вскоре, когда Витин отпуск закончился, и начались напряжённые трудовые будни, весь уход за малышом постепенно перелёг только на нежные Настины плечи.
Рыжик рос довольно быстро и рано начал осознавать, что с ним происходит. Кошачья жизнь ему сразу понравилась! Спал он много, играл со всем, что попадалось под лапы, лазил, где хотелось, бегал со скоростью света… Правда, кормили не всегда вкусно, но, в общем, «поломавшись», есть было можно. Все предметы, которые он помнил ещё с прошлой жизни, казались теперь невероятно большими, он не сразу узнавал их. И это тоже было забавно и очень увлекательно!
Постепенно маленький Соня вырос в огромного рыжего кота степенного, серьёзного, неповоротливого. За короткий период пушистого детства многое из далеких воспоминаний забылось, уступив место новому, вновь познанному. Да и беззаботная кошачья жизнь не располагала к воспоминаниям о сложностях человеческого существования, они лишь помогали найти наилучший психологический подход к хозяевам. Хотя, стоит отдельно сказать, что хозяева – это хозяева квартиры, никак ни кота; кот свободен, он сам по себе, он почётный жилец и член семьи. По крайней мере, так считают все домашние кошки.
За недолгое время своей молодой жизни Самсон стал философом. Он часто сравнивал себя с людьми и с каждым разом всё больше убеждался, на сколько же он умнее и рассудительнее.
«Да, – бывало размышлял Самсон, удобно устроившись на Настиных коленях, и громко мурлыча, – потому люди и тянутся к кошкам, что слабый разум тянется к сильному. Подсознательно».
В тот вечер Настя сидела дома одна, и рассеянно смотрела телевизор.
«Вот странные существа! – довольно жмуря глаза, думал рыжий, – Почему они так подолгу смотрят в этот мигающий ящик? Хотя он и разговаривает, всё же глядеть в него неотрывно, по-моему, глупо».
Дело в том, что в человеческой жизни Самсона, а точнее Анны Власьевны (как он тогда назывался), не было ни телевизоров, ни телефонов, ни автомобилей, вот радио уже было.
Как всегда неожиданно зазвонил телефон.
– Да, – быстро взяла трубку Настя, – Я тебя уже заждалась…Как?!…Серьезно?… Ну, ладно, ладно.
Хозяйка положила трубку и глубоко вздохнула.
– Ты подумай, машина сломалась! – обратилась она к Самсону и тревожно добавила, – Темно уже.
Кот по-прежнему лежал на коленях и мурчал. На самом деле, он уже давно научился не слушать речей окружающих и того, что ему говорят, если это сказано не на кухне. Нет, он всё прекрасно слышал, но не слушал.
«Если вдаваться в смысл всего, что тебе рассказывают, некогда будет ни есть, ни спать» – вот его простое и единственное твёрдое правило, стоящее на страже непоколебимого кошачьего спокойствия и неиссякаемой жизнерадостности.
– Эх Соня, Соня, – разочарованно произнесла хозяйка и сняла его с коленей.
Кот сладко потянулся и довольно уставился на неё.
Настя направилась в кухню. Самсон быстро оживился и поспешил за девушкой. В кухне он уселся за стол и, не мигая, уставился на открытую баночку маслин. Сейчас кот был сыт, но обожал маслины.
«А что, если я стащу парочку?» – он хитро посмотрел на хозяйку.
Настя стояла у окна, беспокойно вглядываясь в его темноту.
«Да она и не видит меня!» – всепоглощающий азарт овладел им. Кот беззвучно встал одной лапой на стол, а другой ловко подцепил жирненький чёрный фрукт. Улов тихо упал на стол. Рыжий воришка быстро схватил его зубами и торопливо съел прямо на табуретке.
«Вкуснота! Даже без косточки!»
Довольно облизнувшись и посмотрев на хозяйку, он тихонько повторил операцию.
– Сонька!
«Ах, боже мой, попался!» – мелькнуло в его голове. Быстро унося в зубах добычу, кот скрылся под столом.
– Ворюга! На минуту нельзя отвернуться! – ругалась Настя.
Но кот, как всегда, пропуская слова мимо ушей, спокойно доедал в укрытии украденную маслину.
Когда хозяйка утихла, он бесстрашно вылез из-под стола и снова уселся как ни в чём не бывало. На столе уже было пусто.
Снова зазвонил телефон.
– Да… Да, мам, всё хорошо. Мы есть садимся, – соврала Настя.
«Всё-таки это патология, разговаривать, глядя в пол, прилагая к уху какую-то штуковину! Нет, но какие у них при этом серьёзные лица! Как бы с ума не сошла, кто меня тогда кормить будет!»
И кот негромко мяукнул, чтоб отвлечь Настино внимание от загадочного аппарата.
Девушка закончила разговор и нетерпеливо забарабанила пальцами по столу.
Коту было сытно и спокойно.
В дверь позвонили.
– Витя! – хозяйка радостно побежала открывать.
Кот тоже пошёл встречать хозяина.
Виктор вернулся усталый. От него пахло машинным маслом и дорожной пылью.
– Самсон, – взял он любимца на руки.
«Опять грязными пальцами! – недовольно подумал рыжий и упёрся лапами в хозяйскую грудь, при этом физиономия его приняла настолько брезгливое и несчастное выражение, что казалось, он сейчас закричит человеческим голосом: «Ах, оставьте меня! Руки прочь!»
– Ты чего морду отвернул? – спросил хозяин.
– Он стащил маслину, – пожаловалась Настя.
– Стащил?! – Виктор напустил строгости в голос.
Выражение кошачьей морды не менялось.
– Ладно, уж, иди, хомяк.
Оказавшись на полу, свободным от посторонних запахов, кот презрительно дёрнул пушистым хвостом и гордо прошагал в кухню.
«Вот мойся теперь весь вечер!» – и он принялся недовольно вылизывать шерсть.
Наконец, хозяева сели ужинать.
«Что-то сегодня они поздно», – Самсон уселся рядом с Виктором, так как тот ещё не кормил сегодня своего пушистого господина.
– Хочешь кушать?
Кот утвердительно замурчал.
– Он сегодня лопнет, – заявила Настя.
«Так она его, пожалуй, отговорит!», – забеспокоился Соня, таки уловив смысл сказанного. И, глядя в тарелку хозяина, он решительно мяукнул.
Тот протянул половинку маслины.
«Замечательно!»
Новое майское утро особенно радовало рыжего. Самсон был чрезвычайно доволен собой и жизнью, ведь хозяева, уходя из дома, забыли затворить окно, и теперь он, наконец-то, получил возможность открыть для себя что-то новое, интересное.
Вот сейчас ещё чуток подремлет, а потом выпрыгнет на улицу – путешествовать по миру!
Кот лениво приоткрыл глаза и уставился в даль.
«Да-а, измельчал мир! – в который раз изумился он, – А ведь был огромный, и за несколько дней не обойдешь! А сейчас вон уж и край Земли виден», – короткая кошачья память подводила его в который раз, ведь, будучи Анной Власьевной, он работал учителем географии, и конечно, знал всё о размерах нашей планеты, но теперь…
Нет, кот помнил, что деревья большие, что дороги широкие, многоэтажку он вообще не мог воспринять как единое целое в силу своей кошачьей физиологии (он оценивал большие предметы лишь по частям), но не мог себе теперь и представить, насколько грандиозен мир.
Все его кошачьи познания ограничивались единственным за всю жизнь путешествием, которое он не мог вспоминать без содрогания и поэтому делал это крайне редко. История была страшная, даже жуткая.
Тогда хозяева возили Самсона к ветеринару. О! Это было настоящей пыткой!
Когда Виктор вошёл с ним в лифт, кот вцепился своими когтями в плечо хозяина так, что оторвать его не представлялось возможным. На самом деле, пушистого понять можно: когда он оказался в лифте, перед его глазами возникла глухая стена, Соня повернул голову – и там тоже, на потолок – тоже.
«Боже мой! Да ведь отсюда нельзя выбраться! – паника охватила всё его маленькое существо, да ещё эти смутные предчувствия, пугавшие с самого утра, – Куда они меня несут?!»
На улице в нос Самсону ударило столько незнакомых запахов и столько пугающих громких звуков донеслось до его ушей, что когти непроизвольно впились в плечо хозяина сильнее.
«Только бы не потеряться!» – стучалась в голове единственная мысль.
Поэтому, когда Настя попыталась снять кота с плеча мужа, рыжий этого вообще не понял и необычайно большими, круглыми и бессмысленными глазами смотрел прямо перед собой, когти же его точно окаменели.
– Елки-палки! – ругался Витя, – Больно же! Насть, не дергай!
– Отцепись, чудо! – обратился он к Самсону, – Мне рулить надо!
Кот не понимал и не видел ничего вокруг. Жуткая паника не позволяла ему даже думать.
С горем пополам, сняв Соню с плеча и кое-как усадив в машину, хозяева, импульсивно переговариваясь, поехали в ветлечебницу.
В машине, вцепившись в Настину коленку, кот и дышать боялся, сердце, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.
Клиника показалась Самсону адом: невероятные резкие запахи витали в воздухе, из соседней комнаты раздавались душераздирающие кошачьи вопли, напротив него сидела чудовищных размеров собака и громко зевала, лениво поглядывая вокруг.
– Видишь, как нам повезло! – спокойно говорила Настя обезумевшему от страха коту, вновь повисшему на плече кормильца, – Никого нет. Сейчас и мы пойдём, вот только доктор долечит кошечку…
Когда они вошли к доктору, и когда Соню таки удалось снова оторвать от Витиной куртки и уложить на стол, доктор сделал укол. Кот вскрикнул от боли и вдруг почувствовал такой покой, такое облегчение…
«Ну, вот и всё…» – мелькнуло в голове и пушистый пациент «провалился» в глубокий наркотический сон.
Самсон очнулся уже дома. Он несколько дней чувствовал ломоту в теле и слабость. Настя с Витей жужжали над ним, как пчёлки, кормили только самым вкусным, не ругали ни за что. Коту показалось, что произошедший кошмар не мог быть реальностью, и он не стал держать зла на хозяев.
Сейчас он нежился на солнышке абсолютно довольный жизнью.
«Пожалуй, пора!» – сладко потянувшись и широко зевнув, решил Соня, сел на край подоконника и с интересом начал наблюдать, что делается внизу.
По тропинке, отделённой от дома густым кустарником, постоянно шныряли люди, пробегали собаки, кошки, низко летали птицы.
Вдруг что-то маленькое быстро забегало в траве. Не помня себя от азарта, Самсон кинулся вниз…
«Боже мой, где я?!» – приземлившись на все четыре лапы, он сидел в невысокой траве и старался дышать, как можно тише, – Однако страшно! Кто меня спасёт, если что? Ой, я совсем один на другом конце света!»
Через некоторое время коту удалось собраться с мыслями и немного успокоиться. Он решил сидеть, не двигаясь, не привлекая к себе внимания – может, всё и обойдётся.
Многообразие посторонних запахов и отсутствие аромата собственной квартиры пугали Самсона. Да ещё эти загадочные шорохи! Соня постоянно слышал ритмичные шаги людей, мелькавших сквозь густую листву кустов.
«Куда же они все ходят и ходят?! Не сидится им на одном месте-то. А ведь и я раньше куда-то рвался, торопился. Куда? Зачем? – вспомнил вдруг кот свою человеческую жизнь, – Мудрость приходит только к кошкам. Хотя, раньше-то мне никто не служил. Ну и время было! Самой приходилось добывать пищу. А у людей это ещё так сложно, опосредованно. Сейчас уж и не вспомнить всей длинной цепочки добывания еды. Задаром только кошки живут. Нет, чтобы быть по настоящему счастливым, нужно родиться домашним котом… Да, что это так щекотит нос?!»
С перепугу Самсон и не заметил, что в нос ему залезла травинка. Он осторожно встряхнул головой и принюхался.