Находиться с ней рядом – само блаженство!
И она, кажется, готова принять его руку и сердце… Но мать ее – ведунья, самая страшная на земле старуха – сказала: «хочу прежде посмотреть на твоего женишка в будущей жизни». Взмахнула платком. А он – схвати да потяни на себя. А плат возьми и тресни. В руках только лоскут с заговорными завитками… И-ах! – вот и все, что донеслось вослед…
…Хруст и лом, словно при падении с дерева, прекратился.
Посланный в туманное далеко словно обворованный пассажир на вокзале.
Без обратного билета, без денег и документов.
Ветхая тряпица в руках.
Морок рваными клочьями на руке повис, а в самой руке, глядь, уж пусто.
– Э-э, куда?.. Она ж меня со свету сжи…
Он недоговаривает, реально слыша звон мелких льдинок внизу в такт восклицаниям, будто слова, вылетая изо рта, мгновенно леденеют и осыпаются…как и парок, вначале бодро поднимающийся вверх, опадает на глазах мелким бисером.
Земля не видна. В пустоте, под ногами, мельтешат разноцветные миниторнадо, отдаленно схожие с приземистой февральской завирухой и крутятся у берцев, доходя до колен. Цветовые потоки проникают друг в друга, как бывает в бензиновых пятнах на поверхности лужи.
Но основной обзор радужного будущего загораживает дырчатая громада, взгляд на которую словно удар битой по темечку, хоть и обернули ее в приличный слой ваты. Твердая и мягкая. Грубая и тонкая. Сплошь сложенная из антонимов. Монолитная, по зрительным ощущениям и, в то же время, разбитая на части. Крушит аналитику мозга, соединяя несоединимое до тошноты, мало не покажется.
Действительность аки пазл, что предстоит сложить восприятию из фрагментов…
– Предъявите пропуск! – гаркнули вдруг на чисто русском.
И то хорошо, что язык новый не учить.
Из-за спины посланника из прошлого по имени Сергей выдвинулись две фигуры, вроде человеческие по контуру, но в анфас странным образом состоящие из переплетения каких-то лейблов с непонятными знаками.
Сергей, сам в парадно-морском прикиде, махнул им рукой, типа приветствуя. А вот как отвечать на неожиданное требование Будущих – это загадка.
Да где наша не пропадала! Экзаменаторов в училище вокруг пальца обводил. Запасенную бумажку с нужным номером из портативного принтера в билеты подкладывал. И с этими, блин, «патрулями» все получится. Талант платком не перешибешь, даже колдовским.
Порылся в кармане брюк. Среди мятых шпаргалок надыбал картонку.
Один из патрульных принял маленький прямоугольник. Приставил к гаджету, похожему на считыватель магнитных карт, и устройство вспыхнуло голубым. Из щели выполз эластичный кружок. Приложили его к Сергеевой ладони – и он как вклеился.
– Готово. Ваше имя занесено в обновленный ВИП-список, сэр Мартин Джо, – сообщил с чужеземным пиететом первый. – Для втаймления нам необходимо получить ответ на запрос о его необходимости.
Через полминуты покачивания и жужжания Сергею объявили:
– Ответ получен. Уровень необходимости наивысший, в связи с чем ваше втаймление, Мартин Джо, произойдет по ускоренной программе. Ваша миссия – решить задачу сложности уровня 1. Оплата за услугу: предоставление будущего. Количество обсуждается по итогу. Торг уместен.
Второй патрульный сунул в руки сверток и строго произнес:
– Рекомендуем оперативно переодеться. Ваша низкотехнологичная одежда промокла.
– Благодарю за милую заботу, братишки, но я не…
Патруль, недослушав, растворился в мокром мареве.
Тут только Сергей ощутил, что стоит под теплым дождем. Весомо потяжелевший бушлат давит на плечи и прижимает к земле.
В свертке холодно люминесцировала униформа.
Переодеваться расхотелось: в тельняшке, даже мокрой, теплее. Да и дождь прекратился, уступив «проникающим» лучам солнца. От одежды пошел пар. Сергей, скомкав форму в кругляш, отбросил ее в сторону. Со стороны Будущих – никакой реакции, что и требовалось доказать.
И Сергея потянуло на прогулку в рукотворном раю…
Через три шага невидимая сила развернула его и вдавила в бесформенную субстанцию. Шум в ушах перекрыл тонкую трель в поднебесье. В глазах потемнело. И зачесались они страшно, будто в них ветром токсичный мусор вдуло.
Голос обнадежил:
– Адаптация не завершена и требует продолжения. Три минуты покоя, пожалуйста.
– Не проблема, – прохрипел Сергей.
Было стыдно выказать перед Будущими свою слабость и…
И кто знает?..
Может, это и есть испытание будущей тещи?.. Уже под номером три?!
Сергей настроился претерпеть худшее и даже зажмурился, но подсматривал сквозь ресницы.
Глаза зарябило от тех же лейблов, из чего состояли тела патрульных. В тот же миг гнутая дырчатая поверхность, чем-то похожая на сорванный с якоря и побитый о скалы баркас, сметая все проявленные ошметки пространства, устремилась к нему, так что он едва увернулся.
Пружиня всеми руками и ногами, он отлетел в сторону. Брякнулся боком о возникший из ниоткуда каменный рельеф. Груботканный бушлат оказался кстати.
Тело обмякло и намоталось подобием троса на невидимый барабан. Скручиваемое, как белье руками прачки, на морозном ветру, оно съежилось и одеревенело. И то хорошо, что не выжалось по каплям.
– Проклятая старуха! – пробормотал посланец, приходя в себя. – Все она! И молнией мысль: «Мстит за порванный платок, старая ведьма!».
Но понял, что с догадкой промахнулся.
– Придется обождать, – объявил все тот же голос ниоткуда. – Адаптивная модель реальности вырабатывается не сразу, а со временем.
Сергей повалился куда-то вбок и очутился в турбулентной зоне. Ноги нащупали твердое основание, но и оно оказалось ловушкой восприятия. Твердь ушла из-под ног. Так случалось и в центрифуге тренажера, модулирующего невесомость. Но там знаешь, что таймер сработает и все кончится, а тут ничего не ясно и возможно, что прежняя локация утеряна навсегда.
В лицо сыпануло сором, достаточно проникающим, чтобы пространство за воротником ощутить, как урну. Вдохнул, а в горле спазмы. Под сердцем – комок. В низу живота – ощущение рвущегося наружу вакуума. Наверное, так ощущал бы себя беременный буйком. Тошнотворное вначале состояние, в конце концов стало невыносимым.
«Доводи перцепцию до апперцепции1», – будто наяву прозвучал голос старшины Зябова, что отвечал за практическую часть курса технодайвинга2.
Сергей прокрутился, как гусеница в коконе. Системно расставил руки-ноги в стороны под разными углами. Напряжение мышц с трудом, но преодолевало сопротивление пространства, ставшего вязким и местами липким.
«Пусть буря высекает слезы – поможет нам девятый вал…», – напелся откуда-то выпавший девиз мореходки.
Вдруг – совсем стало хорошо. Как вновь родился или, накрайняк, выскочил из глубины на поверхность. Давящая сила отпустила. И чтоб Сергей без науки делал, биосталкер хренов?
Приоткрыл глаза. Тут не помешало бы зеркало – вначале взглянуть в него. Да авось сойдет. Осторожно приподнял взгляд.
Богатая палитра цветов и изысканные ароматы вокруг активно обновляли дофаминовый статус.
– В который век меня запузырили? – спросил Сергей, делая разведку боем.
Не рассчитывал на внимание и вдруг съреагировали:
– Что значит «запузырили»? – переспросили.
Сергей оглянулся – никого. Да и ничего тоже – прятаться негде.
– Боюсь огорчить, но вас втаймили в начало 22-ого, – сказал тот же голос, – если я правильно понял ваш вопрос.
– Почему – огорчить? – спросил Сергей, потирая ухо, которое будто зачесалось.
– Потому что до природы наши технологии еще не дошли. Лишь оптимизировали ландшафт, сохранив стиль ретро.
– Ретро?..
– Да, много травы и асфальта.
А она, что заметно, в тех же завитках, что на платке.
– Ага, трава. Я уже давно за ней наблюдаю.
– А я нет. Но знаю о ней. Все.
Ответ почему-то заставил Сергея оторвать взгляд от завитков и поводить глазами в разные стороны.
Собеседника он не увидел, но в ухе зачесалось сильнее.
– Зульфия-Зульфия, покажи свое личико!
– Мистер Мартин Джо, – ответили ему голосом Левитана, – пройдите вперед на десять метров. Поверните влево. Через пару шагов приблизитесь к консоли. Приложите бэйдж, и поверните согласно стрелке.
Голос определенно шел изнутри черепа.
– Слушаюсь, – сказал Сергей, озираясь по сторонам и чеша висок. – Сейчас приближусь, если трава настоящая.
– Выполняйте.
Ничего-то из них не вытянешь. Разве только клещами.
Но точно: звук шел из правого уха.
– Какое везение – сходу получить доступ к высоким технологиям!
А в ответ тишина…
Замолчал и Сергей. Суть технологии, кажется, ясна. Но вслух детализировать не будет. Пусть повертятся они.
Перед глазами возник кусок текста:
«Признаки чипизации методом аппликации.
Триггер – аппликация на кожу.
Агент – ассоциация/модификация глии с вирусом табачной мозаики.
Мишень – слуховая зона правого полушария.
Контакт – словесный.
Юмор – уровень «0».
Активация – прямыми вопросами.
Дезактивация – минутное молчание.
Остановка – смотри пункт (1).»
Этот метод был описан в книге, прочитанной Сергеем накануне зачисления в ту самую команду техно-дайверов, где преподавал старшина Зябов в составе исследовательской экспедиции на острове Итуруп.
Сергей расслабился. Из ретикулярной формации3 продолговатого мозга просканировал вектором сознания латеральную часть зоны Мрока. Так повелевал действовать алгоритм успешного поиска подводных артефактов.
Данные высветились, как под лучом фонарика: «МеРиил Назариил. «Капсула». Санкт-Петербург. Издательство АО«Заслон». Год издания 2024. Тираж 25 тыс.экз.»
Это выходные данные издания. Можно верить на сто баллов.
Что и говорить, курсы готовили биосталкеров4 на ура.
Боясь лишний раз вдохнуть, дабы не активировать запиндюренный в мозг ассоциативный комплекс вируса с глией, Сергей огляделся вокруг.
Небо высветлилось и, пронизанное искусственной бирюзой, заполнилось танцующими облаками. Перистые и разноцветные, как жар-птицы, они хороводили в вышине в такт музыки высших сфер.
Пахло цветами, щебетали невидимые птицы.
Прохладный ветерок шевелил волосы. Привычный запах прелых водорослей щекотал ноздри.
Сергей стоял на косогоре, расположенном на каменистом отроге, выдвинутом в неоглядный морской простор. Море простиралось перед ним, сливаясь на горизонте с зарей.
Внизу белела полоска пустого пляжа с рядами зонтиков и шезлонгов. Далее – стоянка автомобилей. Еще дальше – пирс со шлюпками и бухта, набитая под завязку судами. Пестрые флаги трепетали на ветру.
Такелажники суетились на пристани, помогая швартоваться рыболовному траулеру. Чайки кричали в ожидании разгрузки и хозяйничали, как век назад. Одни из них пикировали на ящики с рыбьими отходами. Другие подбирались скачками по суше. Загорелые пацаны, кидая гальку, гоняли разбойниц…
Так хорошо, так все понятно. Но картина, не отличимая от современной в родном порту города Астрахань, сбивала с толку. Как это может быть? Не могло же будущее так соответствовать прошлому, что даже… марки автомобилей – один в один?
Словно для усиления ностальгии тишину разрубил треск, как при включении старинного динамика. В стиле ретро – а че?
Сергей понял вскоре, что это неведомо как подключенный к уху канал централизованного вещания.
– Высокотехничные граждане города Сахаропустынска. Поздравляем! Сегодня четвертая цифредá, 32-е июня. 8,5 часов утра. Прослушайте сводку текущих вестей. Погода среднестатистическая. Безветренно. 25 градуса по Цельсию. Температура Сахарного море у берега – 25, 3 градуса. Напоминаем, что в полдень исполняется десять лет с начала Великого Дождя. Не забудьте надеть юбилейный дождевик.
Снова имитация граммофонного треска – и голос отключился.
От утренней информации у Сереги слегка зашли шарики за ролики, и покачивать стало вроде больше.
– А четверг у вас теперь, стало быть, «циферг»? – предположил он, впрочем, вполне понимая неуклюжесть шутки и не рассчитывая на понимание.
Он угадал, так как голос деловито подтвердил:
– Именно так. Бывшая суббота у нас «цифрота».
– Об-балдеть!
– По правилам переименований, конечно, надо «цифроббота», – продолжал чип с педантизмом, и было видно, что ему «зашла» тема переименований. – Нейролингвисты забраковали этот вариант по причине аллюзии от «работа».
На этот раз Сергей поостерегся комментировать. Будущих, мягко говоря, удивили его своей логикой.
– Оно конечно так… – промямлил он из вежливости.
А чип продолжал делиться достижениями будущей словесности:
– Ваша Франция – теперь наша Цифранция.
– Прико-ол…А цифранцузы как…не возражают?
– Отчего же? Напротив. Передовые страны соревнуются друг с другом за первенство в ребрендинге. Содействие цифровому прогрессу – это проявление повышенной социальной ответственности. Тут мелочей не бывает и не может быть. Невозможно недооценивать влияние личного примера на развивающиеся государства.
– А как теперь звучит…Россия?
– Никак не звучит. Ведь она всегда была позади планеты всей по актуалке. А в этот раз мировое сообщество на нее даже не давило.
– Отчего же? Чем мы обязаны такой расслабухе?
– Потому что своей упертостью поневоле помогли продвинутым гражданам одной уважаемой страны.
– Какой же?
– Цифруссии.
– Не понял.
– Не понимаете. Понял. Объясняю. Просто все так удачно сложилось, что дальше некуда. Иначе были бы две страны почти с одинаковым названием. Теперь понимаете?
– Нет. Поясните, плиз, буду премного благодарен. Что за страна такая – Цифруссия?
– Бывшая Пруссия.
– Пруссия, значит. А откуда она взялась?..
– Это результат более раннего переименования из чего-то, что было еще раньше. Оно преследовало цель устранения воспоминаний о военных поражениях, что не способствует стабилизации климата отношений, которые…
– Фигня… Скажите просто, что вспоминать было неприятно. При нас одна страна тоже так поступила. Хитрая задница.
– Вы имеете в виду современные Цифранды?..
– Что имею, то и в виду…А почему вы празднуете «юбилей» дождя?
– Полвека назад по причине глобального потепления пошел дождь и за его постоянство ему присвоили звание «Великий».
Информация не потрясала ни новизной, ни радужными перспективами, но какими-то неведомыми путями подпортила настроение, и Сергей погрузился в меланхолию… Но предаваться ей долго не дали.
– Кхе-кхе…
Деловито кашлянув, «Асс-вирус», или как его там, вновь вышел на связь.
– Простите, сэр. Удаленность эпох требует ручной перенастройки.
– Новая заморочка?! Эх, вы маньяки!
– Для оптимизации сервиса назовите точные место и дату убытия по новому календарю. Попутно сообщаю, что согласно регламенту кодекса правового учета, мы обязаны ознакомить вас с примечанием к параграфу 6, пункт 2: «носитель аналоговой информации ни по чьему требованию не обязан предоставлять данные для оцифровки своих параметров»…
– «Правовой учет»…«аналоговая информация»… «параметры»… – проворчал Сергей, скрывая, что, на самом деле, обрадован концу физических экзекуций. – Что за бред?..
Голос в ухе объявил:
– Вопрос задан в некорректной форме. Ответ на него квалифицирован как излишний и не приоритетный в списке услуг сервиса. Рассчитываем на понимание.
– Фигня. Мне побоку, – восстал Серега, немного задетый. – Мой список услуг тоже многое не вмещает. Не резиновый. Да и чихал я на вас.
Последовавшее за этим молчание было таким долгим, что Сергей решил смягчить тон. Ведь этот мозговой ущерб мог подумать, что он чихает на него физически. И чтобы не иначе как повредить жидкостью вожделенную электронику.
– Прошу пояснить, браток, за аналоговую лабуду, – просительно сказал он. И как можно, мягче, добавил: – Особо одаренным.
– Это когда функция принимает недискретные значения.
– Короче, с графиками вы не дружите.
– Предпочитаем матрицы5.
– И как вам после этого рассказывать о танцах с бубнами, скажите на милость? – пошутил Сергей. – И как я вам объясню, чем устрица, запеченная с лимоном, вкуснее, чем с сыром?
В ответ – предсказуемое молчание. Сергею показалось даже, что он слышит в ухе скрип нано-извилин нано-вируса. В сердце проросли ростки жалости: бедняжка-чип, у него ведь нет собственных мозгов.
Наконец ему ответили. Но с неожиданным высокомерием и пренебрежением, даже с некоторой угрозой.
– Нам не интересна данная информация. Мы не мусорное ведро. Нам важно, чтобы нецифровой прибывший на основе свободного выбора исправно отвечал на протокольные запросы, иначе…
– Ладно, старина, не кипишуй, замнем для ясности.
Сергей досадовал сам на себя, за свою мягкотелость. И зарекся впредь попадаться на коварный крючок квази-эмпатии электронной бинарки..
– Напоминаем, сэр, – продолжили все тем же тоном, – вам необходимо сообщить последние дату и место своего пребывания. Заранее благодарим. Выслушайте дополнительную информацию. При отказе в сотрудничестве хроно-хакер6 подвергается немедленной оцифровке.
– Здрассте. Я еще и «хроно-накер»? Скажите пожалуйста. Может, я ослышался? Короче, я обиделся. А когда меня обижают, я велик и ужасен.
– Набор бессмысленных выражений, – диагностировали в ухе. – Мистер Джо, при повторе слушайте внимательней. Дублируем термин: хроно-хакер. Спасибо за понимание.
В этот раз голос показался Сергею особо гнусным. И если бы программе, введенной в мозг, можно было бы дать в морду, Сергей немедленно бы это исполнил. Но данные обстоятельства были чреваты синяками. Еще недавно из крушения шлюпа он вынес их предостаточно. Повторять не хотелось.
Да уж, того крушения ему не забыть.
Да не из-за синяков вовсе.
А потому, что тогда он впервые увидел Олесю.
…………………………………………………………………….
И еще, это был первый день, когда Сергей со товарищи испытывал полученные навыки сталкерства.
Погодка тогда была капризной, как обычно на океанском побережье острова.
Там, где небо смыкалось с водой, громоздилась полоса черных туч. Над ними небо было розовым, выше – бледно-серым, еще выше – сине-серым. Разносился крик встревоженных птиц. Ветер то налетал, нагоняя жидкий туман, то мгновенно рассеивался. Термометр скакал в интервале пяти градусов выше и ниже нуля. Соленые брызги пропитали лицо и оголенные кисти рук.
Вдруг, как по заказу, выскочило солнце.
Дайверы, еще вчера прибыв из места подготовки в акватории Каспия, стояли на борту шлюпа, неуклюже перетаптываясь и разминая тела.
Инструкции по забору биологических артефактов давал высокий светлоглазый мужчина с клоком огненной бороды, торчащей из капюшона.
– Мартин Джо, – протянул он руку старшине Зябову. – Прибыл из государства, под названием Нидерланды – пространства сумасшедшего роста.
– Роста чего – голландских тюльпанов7? – уточнил Сергей.
Мартин Джо проигнорировал вопрос и сунул старшине листок, чтобы тот прочел его дайверам как руководство к действию.
– Пластинчатые и лопатоногие8 потребляют цинк, железо и марганец. Этих элементов более чем достаточно в воде, выходящей из земного нутра. Черный дым под водой – цель вашего поиска. Это дымят Черные курильщики. Черный цвет от сульфида железа. Чуть в стороне – белые концентрические кольца – второй систематический признак. Эти карбонаты тоже выходят из-под коры. Минеральным салатом питаются бактерии. Ими питаются крабы, креветки и прочая живность. Они слизывают микробов со своих клешней и щупалец. Увидите экземпляр – кидайте в контейнер – и на поверхность!
Не привыкшая к утепленной экипировке команда с нетерпением ожидала конца рутинной процедуры, чтобы приступить к поиску.
Наконец рыжебородый голландец роздал прозрачную тару с красными и зелеными крышками – для животных и растений соответственно – и, сказав «чииз»9, сел на канатную бухту у борта, противоположного дайверам.
Старшина Зябов, ответив смачным «чизкейком»10, дал отмашку:
– Вперед, ребятки!
Сергей первым вынырнул с добычей. Солнца уже не было и в помине.
– О боже! Гигантский трихоплакс11! – заорал рыжий Джо, чуть не оглушил стащившего маску Сергея. В ту же минуту раздался другой, женский, крик.
Все, включая подсобных матросов, обернулись в сторону берега. На мысе стояла фигурка в светлом комбинезоне и махала флажками, означающими приближение шторма.
Вызванные из глубин дайверы, кто с добычей, кто без, перелезали через борт и, оглядываясь на почерневшую половину неба, не задавали вопросов.
Шлюп полетел к девушке. И тут случилось неожиданное.
Порывом ветра сорвало шляпу с головы Мартина Джо и понесло к берегу.
От неожиданности тот вскрикнул на своем языке, указывая на белый вращающийся диск, в который превратилась шляпа. Старшина понял, что иностранный специалист отнюдь не намерен расставаться с принадлежностью своего гардероба.
– Право руля! – скомандовал он.
Бушующие волны на мгновение приоткрыли валун на пути лодки. И этого было достаточно, чтобы понять неизбежность катастрофы…
…………………………………………………………………………
– Протестую, – вырвалось у Сереги, и он как очнулся в самый пик воспоминаний.
– Напоминаю, – сказал чип. – Отказ от сотрудничества означает цифровизацию. Отсчет пошел.
И правда, уже раздавался мерный звук метронома.
Раз, раз, раз…
– Черт с вами, – сдался поставленный на счетчик «носитель аналоговой информации».
–Убыл 18-го июня 2030-го из деревни Лососевка, что на острове Итуруп.
– Отчет по операции, – услышал он. – Полученные данные введены в 5-ую строку базы, проименнованную: «Мартин Джо, 2003-его года рождения – голландский ученый, специалист по глубоководным исследованиям и нанотехнологическим решениям». Добавлено…
– Не «хрононакер» я, братцы – это раз, – возник посланец из прошлого. – Тем более не голландец – это два. Серый я. Серега. Ошибочка вышла. Из-за визитки. Простите подлеца в предпоследний раз.
– Цвета и прозвища в биг-дейт не вносятся, – отреагировал чип на первую часть сообщения, вторую же проигнорировал.
– Простите, но как можно именовать лично вас?
– Мой номер три, восемь, шесть, четыре, четыре, четыре, четыре, четыре…
Голос с полминуты перечислял цифры.
– Замкнуло?..
– Нет. Но чтобы закончить называть номер, мне потребуется 272 дня.
– Да у меня всего три их для увольнительной! – рассмеялся Сергей. – Через три дня я должен вернуться на практику…
– На практику?..
– А вы, «всеведущие боги», будто не знаете!
– Мы понимаем, мистер Джо, что вы упоминаете о практике забора глубоководных форм жизни. А вы…
– А давай, знаешь, на «ты», а? Ну, по-моряцки. Ведь я будущий моряк.
– Моряк?.. – снова как с неба свалился чип. – Понимаем. Вы подали заявку, сэр, чтобы к своим регалиям прибавить звание моряка. Это неплохо.
– Неплохо. Только я ничего не подавал. Моя команда прикомандирована к биостанции, где мы проходим практику по техно-дайвингу. Вылавливаем живность для ученых. Биосталкеринг очень востребован в наше время.
– Конечно, живность очень важна для ученых такого масштаба, как вы, мистер Джо.
Что не в лоб, то по лбу. Сергей понимал, что все это путаница из-за визитки…Но в его голову не вмещалось, как можно перепутать простого и честного матроса с ученым – выходцем из бывшей метрополии?!
– Я – Сергей Белов. Сколько вам говорить? А вовсе не ваш любимый Мартин Джо!
– Мы не поощряем неприличные эпитеты.
– Да вы просто тупые!
Он пожалел, о том, что не сдержался, услышав следующее заявление чипа:
– Успокойтесь, мистер Джо. Мы все понимаем и сожалеем, что вы страдаете синдромом Туретта12. К сожалению, дистанционное тестирование только что подтвердило предварительный диагноз. Но это не приговор и не препятствие для полноценного общения с Будущими.
Вот так раз!
Неужели у него, действительно, заболевание с тем самым неприятным названием, которое впервые он услышал от не очень-то приятного Мартина Джо?
У Сергея задергался мизинец левой ноги, засосало под ложечкой и появилось желание высказать неотфильтрованную сознанием мысль.
Но есть надежда: вновь свериться с воспоминаниями и понять, что это не совсем так. Или так…
Воспоминания с готовностью понесли Сергея к моменту встречи с Мартином Джо. И к месту встречи – больнице.
……………………………………………………………………….
Вот девушка в белом стоит на скале, и белая шляпа несется к берегу…
…И вдруг – ни шляпы, ни девушки, а только ряд параллельных коек.
Справа – старшина Зябов, а с левой – дайвер Алешка Юдин.
А перед – его собственная нога в гипсе, подвешенная к кронштейну.
И все это – больничная палата.
И снова лицо девушки, одетой в белые одежды. Теперь весьма встревоженное.
– Как ваша нога? – спрашивает.
Он сразу узнает взгляд ее голубых глаз. Будто успел разглядеть их во время шторма. И прежнее воспоминание о будущем…как в миг аварии.
И он готов был поклясться в том, что не что-то иное, а пышное свадебное платье надето на ней.
«Чья ж она невеста?» И странное дело: этот вопрос заполняет его сознание необоснованной радостью.
И он снова отрубился…пока в поле зрения не появился «доктор».
С трудом сфокусировав глаза, Сергей узнал в «докторе» зарубежного специалиста по глубоководной живности Мартина Джо.
Ученый подошел к постели Сергея с протянутой для рукопожатия рукой.
– С вашей помощью, друг мой, я сделал выдающееся открытие, –сказал он. – С помощью электронного микроскопа, который мне любезно предоставила исследовательская группа биостанции, я обнаружил особое строение дорсальной пластинки найденного трихоплакса. По имеющимся у нас данным…
Сергей его не слушал. Все его внимание забирала девушка и превращения ее белого халата в свадебные одежды.
– А это что у вас? –донеслось как сквозь вату. – Можно полистать? И вот вам моя визитка. С нею вы меня всегда найдете.
Кажется, в руках гостя мелькнула книга «Капсула», подаренная Сергею автором в ходе творческой встречи.
В глазах вдруг снова все поплыло…
Когда Сергей некоторое время спустя вновь пришел в себя, гость рассуждал о применении принципа работы насосов, обнаруженных в пластине трихоплакса, в решении насущных проблем человечества. Например, в перекачке воды на большие расстояния.
– Все вместе это будет играть роль мощных насосов, – долетели до него слова иностранного гостя, – сцепленные молекулы белка-лизоцима уплотняют стенки стрекательных клеток, стабилизируют просвет каналов. По сути, это нанотрубки. При увеличении концентрации белка они удлинятся и отвердеют. Останется сориентировать их концы – и скоростное перемещение на любые расстояния больших масс воды перестанет быть фантастикой… Ноги и колеса перестанут быть важными для человечества…
Все эти мысли так далеки от Сергея, такими кажутся книжными и нереальными, что он уплывает далеко и плывет теперь лишь под парусом мечты.
– А если дополнить ваш наряд фатой, – неожиданно для себя говорит он, обращаясь к девушке, то ваш избранник будет самым счастливым в мире человеком!
То, что произошло потом, трудно понять с одного захода.
Девушка покраснела и с каким-то испугом уставилась на пациента с подвешенной к кронштейну загипсованной ногой. Затем она перевела взгляд на своего спутника.
Тот тоже изменился в цвете, но как именно, понять было трудно – то ли побагровел, то ли посинел.
Наконец он выдавил:
– Сожалею, что у вас синдром Туретта, молодой человек. Это, на минуточку, когда, человек не может управлять собой и вне своего желания выкрикивает фразы, часто пошлые, и, даже отдавая себе отчет в скабрезности своего поведения, не может остановиться. Так, видимо, произошло и в вашем случае. Поэтому извинений к даме я от вас не требую.
Он резко повернулся к выходу.
– Господин Джо, вы не правы, – сказала вдруг до сих пор молчащая девушка. – Сергей не сказал ничего такого, чтобы обидеть меня. Даже наоборот… В общем, это тот случай, когда обычаи выходят за рамки привычек.
Джо остановился. И ответил ей и почему-то на «ты».
– В таком случае, я должен спросить тебя: как ты сама относишься к матримониальным отношениям? В зависимости от твоего ответа, наша дихотомия может произойти прямо сейчас.
С этими словами он стремительно покинул помещение, оставив девушку в растерянности.
Сергей, ни слова ни говоря, выдернул свою ногу из петли, схватил прислоненные к постели костыли и бросился – насколько применимо это слово к передвижению человека с загипсованной ногой – вослед за обидчиком девушки.
– Стой, Летучий Голландец, стой! – крикнул он вслед «доктору», маячащему в просвете длинного коридора. – Проси у девушки прощения, паршивец!
Но того как корова языком слизнула.
Вернувшись, Сергей увидел Олесю плачущей, и первым его побуждением было утешить ее только что расцветшим на подоконнике гиппеаструмом.
– Вот, возьмите! – сказал он, преподнося девушке роскошный цветок с длинными листьями и большим пылающим цветом. – Он горит огнем, подобным тому, что горит в моем сердце.
Но завершающим моментом сцены явилось не это, а то, что костыль выпал из его руки, и Сергей прямо-таки приземлился перед Олесей на свое здоровое колено.
Они смотрели друг другу в глаза…
– Глубоководный дайвинг…– услышали они и, обернувшись, увидели, что старшина Зябов чикает их камерой смартфона.
Снимок таинственным образом разошелся по всей биостанции.
Старшина шутил:
– Это самый молниеносный любовный треугольник из тех, что мне приходилось видеть в своей жизни. Он зародился буквально в момент своей гибели. Или наоборот. Он погиб в момент своего зарождения.
…………………………………………………………………………….
«Видимо, удар о валун не обошелся мне без последствий, – пришел к выводу Сергей, перебирая в памяти эпизод прошлого и сравнивая с высказыванием чипа. – С этим мне придется жить. Итак, синдром Туретта. Вряд ли он совместим с семейной жизнью».
– Это не то, чтобы неплохо… – проснулась вдруг вирусная программа, – это даже хорошо.
– Что – хорошо? – удивился Сергей. Содержание диалога, предшествующего воспоминаниям, уже вылетело из его головы. – Хорошо, что я не женюсь? И кончу свою жизнь толстым, лысым и бездетным?!
Он оборвал сам себя: ведь программа чипа мыслей не читает.
– Быть с морем на «ты», – хладнокровно уточнил чип. – Это не опасно, а потому неплохо.
«Разговор двух дураков», – промелькнуло в уме у Сергея.
– Давайте и мы на «ты», – повторил он свое предложение. – Так мы станем ближе друг другу. Хотя куда уж ближе.
– Как скажешь, мистер Джо.
– Отлично. Асс, – сказал Сергей и сплюнул сквозь зубы, как бы подписывая словесный договор. – Если не возражаешь, я буду звать тебя по-человечески.
– Как будет угодно.
– Так что, насчет моей помощи?.. Той самой, за которую предлагали мне будущее? А ведь не спросили, нужно ли мне оно.
– Давай начнем с твоей гипотезы, – чип, как и раньше, отреагировал только на один вопрос, очевидно, подчиняясь правилу приоритезации.
– МОЕЙ гипотезы?
– И не гипотезы даже, а осуществленной Будущими твоей идеи.
– Даже так?.. С этого момента поподробней, пожалуйста.
– Изложение займет некоторое время.
– Я не тороплюсь. Часик найдется.
– Полвека назад, – начал неспешно Асс, – геодезические приборы зафиксировали неоднозначные сигналы из недр нашей общей планеты по имени Земля. Оказалось, что ее ядро изменило свое положение и стало приближаться к мантии в районе Индийского океана. Это явилось следствием загрязнения океана пластиком и нефтью, что привело к нарушению теплоотдачи и перегреву магмы. Слишком много накопилось эндогенной энергии. Кроме того, ядро дестабилизировалось влиянием Космоса. Появилась опасность смещения планетарного центра тяжести. Это ослабляет электромагнитное поле планеты, ведет к проседанию атмосферы, а следовательно, и ее защиту от космического излучения. Толщина атмосферы с 1980г. уменьшилась на до километра, и это аварийный показатель. В результате Земля поглощает больше энергии, чем отдает в Космос, что усиливает парниковый эффект. Таким образом мы видим порочный круг, который ведет нас и нашу планету к гибели. Вымирающий планктон дает меньше кислорода. Большой Барьерный Риф, который существовал 25 млн. лет разрушен за 200 лет человеческой деятельности, из-за повышения температуры океана и его закисления. Пока ученые разрабатывали план противостояния катастрофе, потепление растопило ледники. Гренландия стремительно таяла. Это привело к смене зональности. Пустыня Сахара, на территории которой мы находимся, превратилась в архипелаг цветущих островов…
– Так вот почему в новостях сказали про Сахарное море.
– Да. Конкретно, мы находимся у мега-порта, который построен специально для решения проблемы с водой. Следуя инструкции метода дозированной информации, теперь пора тебе показать, как все выглядит на самом деле.
Неожиданно морской пейзаж стал плоским и мозаичным. Элементы новой мозаики вытеснили прежнюю. Вместо сейнеров и траулеров со знакомыми флагами и названиями, Сергей увидел многочисленные танкеры. И повсюду слово громадными буквами слово «ВОДА». Словом «ВОДА» на корпусах обозначалось их содержимое.
– Воду забирают и транспортируют в противоположное полушарие, – пояснил Асс. – Перекачка происходит круглосуточно с максимально возможной скоростью. А все благодаря вашему изобретению. Но у нас появились сложности. Для решения нашей грандиозной задачи, – продолжал Асс, – было решено привлечь самых лучших специалистов прошлого. Все методы доказали свою эффективность. Поэтому оценивались в первую очередь экологичность и экономичность затрат. Вашей идее Совет интеллектов присвоил значимость номер один.
– Так вот для чего…
– Нанотехнологический способ переноса масс воды на большие расстояния был под стать нашей грандиозной задаче. Вот отчего мы постарались втаймить вас в будущее.
– Так вот оно что… Всему виной нанотрубки «Заслона»? Опять они…Скажите, пожалуйста…я вас очень прошу…А как можно вытаймиться отсюда?
– Честь и хвала тебе, о великий изобретатель! – пропел в ответ Асс в левое ухо. Как всегда, он отвечал на один лишь вопрос: – Выстроенные в одну линию молекулы воды, имеют свойства сверхтекучести. Впрочем, кому я рассказываю?
– Да уж… – буркнул Сергей в воротник бушлата, что было сил вспоминая суть изобретения.
– Всего лишь несколько триллиончиков нанотрубок, – продолжал Асс, – позволило нам оперативно отяжелить облегченное полушарие. Положение земной оси восстановилось. Но потом все началось опять. Землю бросало из стороны в сторону, как мячик.
– Я уже почувствовал эти качели.
– В своих работах вы предупреждали, что такая вот раскачка способна вызвать переполюсовку планеты. Ученые предупреждают, что в Марианской впадине магма вот-вот вырвется наружу, а земное ядро остановит свое вращение, и атмосфера прорвется.
–Хм…да-да… это не хухры-мухры…
– Сейчас магнитный полюс нестабилен и дрейфует постоянно, – сказал Асс, – а с ним и уровень моря. Теплопроводность моря нарушена, и оно не справляется с задачей остужения нутра Земли. Раньше мы для баланса брали воду из Индийского океана в районе Занзибара. Теперь качаем в Тихий из Сахары. Возникли проблемы с засорением шлангов кристаллами песка. Потому бросили клич. Задействовали все времена и эпохи для изыскания и похищения… пардон, приглашения спецов. И вдруг такая удача – оказией принесло самого профессора Мартина Джо…то бишь, тебя собственной персоной.
С последними словами Асса сознание Сергея как по мановению волшебной палочки снова сдвинулось в недавнее прошлое…
……………………………………………………………….
Перед его внутренним взором пронесся видеоряд научпоп-канала «Нулевой прогноз». Его крутили в кают-компании ежедневно, пока корабль шел к острову.
Экран застился лицом Мартина Джо, вещавшего в кадре о задачах водной перезагрузки планеты Земля. Это и освобождение от избыточной воды: болота, наводнения, цунами. Это и, напротив, организация орошения засушливых районов.
– Просвет нано-уровневого масштаба –десять в минус девятой –позволяет проникнуть в белковые трубки самым мелким молекулам – и то лишь по одной… – говорил ученый-голландец.—Попутно это решает проблему их засора».
………………………………………………………………
– А ведь ты благополучно почил в начале века еще до катаклизма, – услышал Сергей, вернувшись из кают-компании в реальность будущего.
– Почил?.. – пожал плечами Сергей. И философски заметил: – А че ж не почить?.. Ведь вы – через 3-4 поколения от нас. А поколениям смена нужна.
– Не всегда, – сказал Асс, хотя его не спрашивали. – Иногда мы их отменяем.
– Что – отменяете?
– Поколения.
– А как вам это удается?
– Элементарно. Заблочиваем поколение в капсулу и изменяем в ней пространство-время, делая одним целым. Прошлое и будущее, причины и следствия исчезают – и поколение выпадает из обоймы. Теорию инкапсулированного электрона, возникшая как следствие щелевого эксперимента Джона Уиллера – вашего, считай, современника.
– Капсулу, значит…теперь понимаю. Обойма…электрон…Джон…
В реальности он мало чего понимал. Инструкции, сообщения и сводки, случайная информация – все смешалось в один ком. Голова вибрировала от избытка отрывочных сведений, как Земля от переполюсовки…
Оставалась последняя мера: стойка на ушах, то есть, на голове. Это хороший метод урегулирования кровообращения в мозгу. Рекомендуется в экстремальных ситуациях, а для технодайвингом – это ритуал, как утренняя молитва.
Выполняя стойку, Сергей забыл сбросить матросский бушлат – и это обстоятельство помогло ему сделать любопытное открытие. В солнечной тени высветилось слабое свечение, идущее из недр холма…
Зеленая, прокаленная солнцем щетина и раньше-то выглядела довольно приблизительной пародией на газон. А сейчас и подавно. Травинки, сухие и скрюченные, словно приглашали своими завитками рассмотреть поближе – то ли полюбоваться, то ли решить их заманчивые ребусы.
Трава не покрывала землю сплошь. Да и не земля это была вовсе. Глубже проглядывала прозрачная выпуклая поверхность, похожая на прозрачный пластик, а за ней…проглядывали шокирующие «внутренности». Сергей вдруг обнаружил, что прямо под ним – искусно замаскированный кулинарный цех!
С изумлением он наблюдал, как из зева аппарата, похожего на 3Д-принтер, выползал конвейер с лотками. Лотки были наполнены морскими деликатесами: рыбой, морскими звездами, мидиями. Из золотистых чанов к ним подводились щупальца осьминога. Сергей понял, что щупальца – разноцветные потоки пенистого крема. Подвижные воронкообразные наконечники сплетали из них замысловатые узоры, которые укладывались замысловато на поверхности кушаний.
Все это происходило без людей. Их не было видно нигде, как ни всматривался Сергей.
Включенный кем-то конвейер шел вдоль слабо освещенного туннеля и терялся в сумраке…
Кому предназначались все эти яства?
Куда направлялись?
Сергей вскочил на ноги и обозрел окружающий ландшафт. То, на чем он стоял, снаружи казалось холмом. Похожие возвышения занимали все пространство суши от береговой линии, где в дымке колыхались суда, вплоть до самого горизонта.
Взгляд возвратился к бухте и поневоле задержался на ней.
Швартующийся, прекрасно отбалансированный, паром, разворачивался у рейда. Мелькнуло название «Мартин Джо»…и какие-то слова далее – не разберешь…
Сердце Сергея сжалось и забилось сильнее. Недавние воспоминания в который раз поднялись со дна души, как пельмени поднимаются на поверхность бульона.
И застучали они по костям черепа так же, как пельмешки о стенки котелка.
……………………………………………………….
…После перелома нога Сергея заживала как на кошке.
Он усиленно упражнял колено, рассчитывая до конца сезона еще поработать в своей команде. Но Олеся, теперь часто проведывая его, сказала, что экспедиция свертывает исследования, потому что синоптики предупредили о предстоящей полосе непогоды. Ожидалось извержение очередного вулкана. На этот раз активизировался Иван Грозный13.
Подводные работы решили отложить до следующего года.
И вот под эгидой ускорения работ голландский ученый Мартин Джо рекомендовал российским коллегам ускорить исследовательские работы использованием его новых разработок. Он, якобы, сконструировал подводный прибор, который во много раз ускорит сбор живности. Завтра будет его испытание.
Ну, конечно, Сергей не мог проморгать это событие и отпросился у главврача на первую половину дня.
У Белых Скал собралось много народу, хотя никого специально не приглашали, предпочитая провести тестирование, насколько это возможно, в узком кругу. Однако шила в мешке не утаишь, и полпоселка жителей явились сюда, возбужденных, все равно как зрители запуска «Спейс-Х».
Техники, трудившиеся над проектом Мартина Джо, доставили создателю его детище с пылу с жару из литейного цеха, где приваривали корпус к литой станине со внутренней электронной и уникальной начинкой специального химического состава.
Заборник, сконструированный Джо, весил около десяти килограммов и внешне походил на черепаху. Его корпус создали на 3Д-принтере местные умельцы, которых Мартин Джо отбирал по конкурсу. Какое-то подобие лап высовывалось из-под корпуса, служивших подставками этому небольшому агрегату. А место головы занимал патрубок, к которому герметически привинчивался съемный шланг, к которому присоединялся контейнер для морской добычи.
Внутри же дивайс был моделью трихоплакса. В этом была его изюминка и основной принцип работы.
Подобно Илону Маске при испытаниях детищ его конструкторской мысли, Мартин Джо восседал в наушниках у мегапиксельного дисплея, пока мастера оснащали мега-заборник аккумулятором и прозрачным контейнером для будущих артефактов.
Голландский ученый принял агрегат в свои руки, бережно, как ребенка.
– Сейчас наступает исторический момент, который вы запомните на всю свою жизнь! – объявил Мартин Джо. – Настоящее пространство сумасшедшего роста!
Зрители настроили свои устройства от театральных биноклей до приборов дальнего, ночного и инфракрасного видения. Блогеры включили микрофоны, диктофоны и камеры.
Профессиональный водолаз с аквалангом и уже с трубкой в зубах взял в охапку девайс и зашел в лодку. Его сопровождал второй, снаряженный камерой для подводных съемок. Лодка отчалила. Вскоре объявили готовность номер один, и опытные водолазы погрузились в воду. Зрители застыли в ожидании.
Лишь ветер выдавал присутствие зрителей звоном колокольчиков на одежде шаманов.
Эти двое в холщовой одежде с бахромой и шаманскими атрибутами стояли на травяном плато, покрывающем пемзовые скалы. Они смотрели не на людей, а далеко в океан. В одинаковых холщовых рубахах с сине-красной бахромой и головных уборах с орлиными перьями, шаманы выглядели как близнецы, хотя всем было известно, что это муж и жена. Такое бывает редко, но только не на Курилах.
Серега знал, что «на смотринах» будет и Олеся, но сколько не шарил глазами, не находил среди собравшихся стройной фигурки традиционно в белом.
Тогда он продлил взгляды шаманов и в очередной раз испытал невероятные чувства.
Находясь среди вод мирового океана, не устаешь сознавать его могущество и безбрежность. С одной стороны он пугает, с другой стороны –манит и завораживает свои таинством. Но человек не осознает пока в полной мере, насколько важную, даже ключевую, роль играет океан в его жизни. Он не только создает жизнь, но и ее охраняет. И это миллионы кубических километров воды.
И на суше ландшафт был неповторим в своем великолепии. Белые скалы, сложенные из пемзы, с нахлобученными шапками свисающей с макушек зелени отделялись от моря таким белоснежным песком из мелкокристаллического кварца, что этому побережью могли б позавидовать знаменитые европейские пляжи. В это утро под лучами восходящего солнца он был особенно восхитителен.
Все элементы природы так гармонировали друг с другом, все так пропиталось праздничным настроением, что люди на минутку забыли, что собрались здесь для серьезного дела, которое может значительно повлиять на их судьбу в предстоящих лете и осени.
Впоследствии водолазы рассказали, что вначале, аппарат исправно выполнял свою работу, но, когда контейнер наполовину заполнился, он веером выкинул из себя грозди быстро удлинявшихся труб. Они, вибрируя от напряжения, стали перегонять воду из места нахождения аппарата в места окончания стремительно удлиняющихся трубок. Вот они уже достигли поверхности воды, и судя по буям, хорошо видимым снизу, произвели на поверхности довольно сильное волнение.
Водолазам почувствовали себя в плену перемещения водных масс, преодолеть которые не могли. Они хотели скорректировать работу аппарата, но агрегат оказался недоступен из-за встречного потока воды, исходившего от него. Пришлось спешно подниматься. При том, водолазам удалось сохранить камеру. Изучение снимков сохраненной видеокамеры несомненно позволит детально понять случившееся, считали они.
Все это будет потом, а пока ничто не предвещало неблагоприятного развития событий.
Сергей хорошо помнил, как шаманы, стоящие на скалах, закричали и замахали руками. Никто не понимал их обеспокоенности, и все смотрели на них снизу, как зрители из партера смотрят на сцену, где для них развивается чарующая интрига спектакля. Сергей поначалу – тоже, пока не увидел отделяющуюся от шаманов белую фигурку. Она быстро спускалась по узкой, практически невидимой, тропинке.
Сергей не мог обознаться: это была Олеся. Он бросился ей наперерез по песчаному берегу. Но сколько он не старался приблизиться к ней, костыли, с которыми он до сих пор пока еще не расстался, увязали в песке. Но хотя девушке удалось гораздо быстрее слезть с верхотуры, Сергей продолжал усиленно ковылять к ней, невзирая на нарастающий людской гомон и рев моря.
Довольно быстро спустившись, Олеся подбежала к сидящему у дисплея Мартину Джо, и принялась, судя по отчаянной жестикуляции, в чем-то убеждать его. Наконец тот поднялся и приложив подзорную трубу к глазам, стал смотреть в сторону водолазной шлюпки. Вдруг он отбросил трубу, оттолкнул девушку, стоящую на пути, и кинулся к береговой линии.
Полчаса зрители и участники испытаний провели в томительном ожидании, и вот оба водолаза показались над водной поверхностью.
Но приветственные крики и аплодисменты быстро стихли, как только встречающие заподозрили неладное.
Водолазы придвигались к своей шлюпке рывками и необъяснимыми зигзагами, а сзади их нагоняла растущая волна…
Через пару минут все уже видели, как шлюпку завертело и быстро засосало в пучину – невиданную прежде в этих местах воронку. Ближняя к берегу часть круговой волны, что образовалась на месте ушедшей под воду шлюпки стала быстро приближаться к берегу. Она накрыла Мартина Джо и поднялась над онемевшими зрителями.
Сергей давно уже «мчался» к Олесе. Мчался, в кавычках, потому что мешали костыли. Но когда поднялась волна, он отбросил один и мчался с другим, держа его, как пику.
Подбежав к «центру управления», Сергей навернул костылем по проводам.
Сигнал сирены заглушил вопли зрителей. И в тот момент, когда волна обрушилась на берег, одной рукой он уже держал Олесю за руку.
Их окатило ледяной волной и пронесло к белым скалам, где они застряли, в полосе густого орешника. Здесь стало потеплее, вероятно, от пемзы, запасшей в себе энергию дня…
На вой сирены прибыла целая флотилия катеров. Спасатели вылавливали захваченных врасплох волной и остатки погибшего суденышка. Прибывшие медики приводили людей в чувство.
Засевшие в кустах Сергей и Олеся поглядывали на весь этот переполох в полном раздрае чувств. Олеся больше с удивлением и ужасом, а Сергей был доволен: волна больше не повторялась.
Набежавшие тучки закрыли солнце и, люди быстро покидали арену происшествия, стремясь как можно скорее обогреть замерзшие тела у домашнего очага. Последним повели виновника событий – Мартина Джо. Он держался за шляпу обеими руками и, постоянно оборачиваясь к морю, что-то кричал ведущим его под ручки двум дюжим мужикам.
– Достанем, обязательно достанем!.. Из моря не выдует, будьте спокойны… – донеслись уносимые ветром слова провожатых.
На некоторое время все затихло. И даже ветер не соперничал больше с утихающими криками потревоженных птиц. Да и солнышко вылезло потихоньку из-за облаков.
Сергей и Олеся посмотрели в глаза друг другу, словно только что обнаружили, что обнимают один другого, и естественно, в знак победы над стихией, поцеловались. Нет, конечно же, не костыль, в распор застрявший в кустах, помог им под напором волн удержаться вдали от берега, пока не закончился искусственно созданный каскад стихии и выглянувшее солнце не коснулось ставшей гладкой, как зеркало, поверхности океана… Это было бы слишком неромантично.
Сергей, стараясь игнорировать боль в не сросшейся до конца кости, бодро приподнялся с песка и подошел к «центру управления», чтобы посмотреть, что от него осталось. Крик удивления заставил и Олесю шустро подняться. И она не удержалась от возгласа, когда увидела на экране красную точку. Точка вычерчивала идеальную прямую по направлению к вогнутой кривой, очевидно, обозначающей береговую линию.
Мега-заборник медленно, но настойчиво, двигался прямо по направлению к ним.
– О-ля-ля! –воскликнул Сергей – в минуты крайнего волнения он всегда переходил на экзотические языки. – Да у него есть автономный источник питания!
– Это опасно?
– Сейчас посмотрим.
Он восстановил полноценное соединение «центра» с аккумуляторной батареей, и на возникшем меню выбрал “wаve function inactivation”14.
– Все, теперь норм.
Но Олеся только ближе подошла к нему. Она явно не доверяла компьютеру.
Сергей погладил ее по голове, как ребенка. Затем надел перчатки и хищно расширил пальцы.
– Успокойся, все будет в порядке. Это даже хорошо, что он ползет к берегу. Прямо к нам в наши зверские лапы.
Оба прыснули от смеха и стали ждать.
Наконец в ставших ленивыми волнах блеснул черепаший чехол агрегата. При приближении к сухому песку заработала еще какая-та функция, которая сопровождалась наполнением контейнера песком с разбрасыванием его в стороны. Сергей отключил эту функцию и агрегат, восстановив скорость, быстро преодолел оставшиеся 200 метров. Тут уж сработали «лапы», и морской путешественник вместе с новыми хозяевами двинулся к поселку. Уже отнюдь не по идеальной прямой, а по привольно извивающейся тропке.
На развилке они расстались. Олеся завернула к Лососевке, где находился ее дом, а Сергей с агрегатом в охапке продолжил идти прямо, к местоположению больницы в поселке Горный.
Старшина Зябов, который тоже пока пребывал в больнице, но с сотрясением, с нетерпением ожидал Сергея.
– Куда ты запропастился? Все давно вернулись.
Сергей молча провел его в подсобку, где притулился трофейный аппарат.
– А это ты видел?..
К вечеру они разработали план действий. Поставили на вахту Алешку Юдина, которого медики тоже пока не выписали, потому как он прекрасно справлялся с работой медбрата. Теперь матрос Юдин по распоряжению старшины Зябова настроил пост медицинского наблюдения за больными внутри и снаружи больничных покоев.
Появление на небе луны послужило сигналом к началу «экспериментальных» действий.
Сначала они принесли с моря припрятанное Сергеем оборудование голландца, а затем отправились к островному озеру, зажатому невысокими скалами. Оно находилось в больничных угодьях и просто взывало к мини-испытанию какого-либо мега-супер-пупер-заборника.
– Заякоримся здесь.
Предварительно сделали необходимые приготовления: разогнали выдр и измерили эхолокатором глубину с борта рыбачьей лодки.
– Тридцать метров под килем, – объявил старшина.
Подключили электронный комплект «управляющего центра» к дисплею, нажали «старт» и, подгребая веслами, «пришвартовались» к берегу. Там залегли в осоке.
Несколько минут трек «черепашки» на вертикальной карте дисплея опускался по прямой, изредка приостанавливаясь.
– Жрет водоросли, – комментировал Сергей. – Это топливо для него.
– В курсе. Еще и субстрат для нанотрубок.
– Откуда инфа?..
– А я инструкцию «от дурака» изучил. И вам, балбесам, сто раз говорил, чтобы вы это делали. Но вы себя считаете себя умниками.
– Ладно, не ворчи, батяня, исправимся.
Старшина раскрутил рулончик с инструкцией, срезанный с корпуса заборника. В лунном свете на чертеже проявилась разрезанная пополам восьмерка.
– «Сечение водяного тора», – прочел старшина подпись к схеме.
– Кажется, этот тор нас немножко достал…ошпарил ледяной водичкой.
– Кого – вас?
– Да рядом Олеся была.
– Это ты поосторожней. Она ж дочка шаманки.
– Да понял уже вроде.
В активном перешептывании незаметно пролетело пять минут. И вдруг вода вспучилась, из нее выскочило пять струй, сначала робких, а затем…
Они опомнились, когда над ними прогудел и полоснул прожектором по осоке квадрокоптер неизвестного происхождения – и тут же исчез за плоской вогнутой дугой воды над головами испытателей. Вернее, исказился до неузнаваемости, вместе с тем, уменьшившись в размерах.
– Моя милиция меня бережет?.. – с вопросительной интонацией сказал Зябов, сканируя небо прибором ночного видения. – Э-э, нет, похоже на… япошек… точняк они. Туши свет…Не то все здешнее море вычерпаем.
Никакого «света» в реале не было, кроме прожектора, разумеется. Матрос Белов понял, что Зябов имеет в виду «выключай черепаху», и озеро – вместо «моря». И остановил процесс.
Вода понизилась до уровня 10 м. Куда делась остальная, в темноте не было видно. Очевидно, ушла на формирование тора. И лишь последние струи намочили сухую экипировку экспериментаторов.
– По дуге над нами траектория прошла. Правильный угол мы высчитали. Вот что значит точная трассировка.
– Ага.
– Странно, что матрос Юдин молчит.
– Видно больницу не задело. Водяная дуга сверху ее минула…– Сергей насторожился. – Слышу какой-то звук, старшина Зябов, – доложил он через мгновение.
Зябов включил фонарь и, глянув за борт висящей на привязи лодки, тихо рассмеялся.
– Мониторь лучше, матрос Белов.
И правда красная точка на дисплее начала движение вверх. Она передвигалась так медленно, что на горизонтальной карте подвижки практически не наблюдалось, и только в вертикальной проекции проявилось движение прибора.
Старшина просветил фонариком частично обнажившееся дно и нашел стремительно растущую в размерах "черепашку" – так скоро она приближалась к ним.
– Вот скалолаз, чертяка! Лихой пожарник! – И он добавил эпитет покруче.
Эксперимент завершился подтверждением абсолютной готовности «черепашки» к выполнению трудовых задач, граничащих с боевыми.
– Не зря с Хоккайдо заинтересовались. Хитер господин Мартин Джо, ох, как хитер!
– Да где Хоккайдо, а где Нидерланды?.. – удивился Сергей, хоть и знал, что от Летучего Голландца можно ожидать что угодно.
– Разговорчики в строю! –Он отошел в кусты и вернувшись сказал тоном, не терпящим возражений: – Матрос Белов, слушать мой приказ и выполнять беспрекословно. Это был дрон из киберцентра сбора данных в демилитаризованной зоне. Завтра голландца берем с поличным, готовься.
– Есть готовиться!
– Девиз мореходки помнишь?
– «Пусть буря высекает слезы – поможет нам девятый вал…».
– Так и отвечай. В следующий раз.
Утром, согласно выработанному плану, Сергей отправится на биостанцию. Продолжение воспоминаний следует.
.……………………………………………………………………..
Сергей уже научился управлять воспоминаниями, благо для него это реалии совсем недавних событий. Пора наведаться в будущее, где ждет Асс решения по перебазировке воды из Сахары. Надо его успокоить, что все будет тип-топ. Потому как судьба Земли – это общая проблема и прошлого, и будущего. И предков, и потомков. А вот кто такие Настоящие –это вопрос. Где они? Что значит лозунг «здесь и сейчас»? Не фэйк ли это? Или нечто покруче?..
– Все будет сделано, – сообщил Серега Ассу. – Стойкой на голове я восстановил кровообращение мозга и теперь готов осмыслить возникшую проблему в глобальном масштабе. За решением дело не станет.
– Отлично, – сказал Асс.
Его голос прозвучал самодовольно, словно его обладатель в расслабухе отвалился на спинку дивана, закинув ногу за ногу. Должно быть, Асс представил свою миссию в качестве коммуникатора выполненной на отлично. Свое удовлетворение он передал Сергею так:
– Мы до сих пор не имеем доступа к ноосфере. А пока у нас к ней нет подключения, тебе не будет цены.
Так сказал он гостю из прошлого.
– А что изменится при подключении? – спросил тот, но Асс уже замолчал, словно поняв, что сболтнул лишнее.
Сергей не настаивал. Примерно он уже знал тот ответ. Знакомясь через диалог в правом ухе с продвинутым обществом завтрашнего столетия, он удивлялся тому, что Будущие «не догоняют» элементарных вещей. Тех, до которых способен допереть обычный посланец из прошлого. Причина неизвестна, но на это можно сделать ставку.
Смешно, но он, «динозавр», поможет этим слабакам. Но только в масштабе их немелкой проблемы. В тараканью возню амбиций он не намерен включаться.
«Пусть буря высекает слезы – поможет нам девятый вал…»
Хотя б сто раз самозванец, он, в отличие от оцифрованных созданий, которыми являются люди будущего, способен подключиться к нецифровому облаку. Правда, как это делается, он не знает. Но маковка работает – и это верный признак запитывания ноо-информацией…
А может, это подпитка от Мартина Джо?.. Исключать нельзя. И это был бы справедливый бумеранг за его дела…
Надо лишь доподлинно вспомнить, что происходило на биостанции в следующее за приказом утро…
………………………………………………………………..
Приостановившись на миг у стеклянной двери, Сергей зашел без стука, и, сняв обувь, на носочках, двинулся вдоль коридора в поисках кабинета ученого.
Для несведущего зрителя он мог бы показаться крадущимся вором или преступником, преследующим свою жертву. На самом деле такое поведение здесь было принято по умолчанию и обозначало лишь одно: опасение помешать экспериментам, которые часто требуют тишины.
Он застал Мартина Джо за работой. Ученый изучал изображения, выходящие из принтера, соединенного с электронным микроскопом. Подписывал отпечатки на ватмане, свивал листы в рулон, а потом запихивал его в черный пластиковый футляр. Под цвет футляру на столе стоял чемоданчик. Красная кнопка горела на нем, как огонек. Сергей поздоровался.
Голландец, буркнул в ответ что-то отдаленно схожее с приветствием и, не разгибаясь после очередного наклона для подписи, продолжил работу в неудобной позе, всем видом выказывая нежелание общаться.
– Я пришел по просьбе Олеси, чтобы передать вам фотографию конструкции, обнаруженной спасателями у Белых Скал.
Голландец распрямился. От Сергея не утаилась краткая вспышка его глаз. Но ученый сдержал свой порыв и с видимым безразличием процедил сквозь зубы:
– В любом случае я предпочел бы иметь дело с ней, а не с вами.
– Однако не так давно вы клялись, что будете всю жизнь благодарны мне за находку «трихоплаксы».
– Это под влиянием эмоций. А они гораздо древнее и примитивней чувств, которые подарила эволюция человеку. Кладите фото на стол и идите откуда пришли.
Сергей остановился в нерешительности. Конечно, он не ожидал радостного приема, но и к такой отповеди готов не был.
– Чем же я так прогневил ваше высочество, или как вас там? – спросил Сергей, доставая из футляра фотографию с супер-«черепашкой». – Впрочем, мне побоку. Смешно испытывать к вам благодарность из-за потери интересной работы.
– Я ни к вам, ни к вашей работе не имею никакого отношения. Не имел и не буду иметь.
– А не из-за вашего ли, блин, причиндала, шлюп поцеловался с валуном? – Он указал на головной убор, как всегда красующийся на голове своего хозяина. – Вы, верно, и спите в шляпе?
– Какое вам дело до этого?
– Мне? Мне нет никакого дела даже до плеши, которую вы так тщательно скрываете от некоторых юных особ. Ту самую, что я видел воочию, когда эту шляпу сорвало с вас в памятный шторм.
– Да вы… да вы просто… донжуан! Я буду жаловаться вашему начальству.
– От донжуана слышу. И мне нет никакого дела до вашей конструкции, хотя спокойно мог позволить ей затеряться в песках в день его испытания…
– Подождите… – сдавленным голосом сказал голландец, рассматривая принесенную фотографию. – Вы знаете что-то об этом?..
– Я не имею привычки совать нос, куда меня не просят.
– Молодой человек! Прошу, дайте ответ, – Мартин Джо схватился за голову и вдруг сказал несуразное: – Скажите, при каких обстоятельствах может прошлое таким наглым образом наезжать на будущее…впрочем, наоборот…главное правильно сложить мозаику…
Он замотал головой, но продолжил нести пургу в том же духе.
В какие-то моменты казалось, что он бредит. То, что это была элементарная дезинформация, Сергей понял слишком поздно. Занятый отгадкой ребусов голландского спича, он вдруг заметил руку, тянущуюся к чемоданчику с красной кнопкой…
…Он очнулся лежачим на полу среди какого-то хлама.
Над ним склонилась Олеся:
– Я тебя искала в больнице, а нашла здесь… Почему ты лежишь в одиночестве среди этого бардака…и что это у тебя?
Сергей тоже пощупал шишку на голове, обнаруженную Олесей.
– На меня что-то упало…Но что, хоть убей, не помню…
– Да тут, если честно, кажется, все упало, – сказала она, озираясь по сторонам. – Вон, даже горшки с цветами побитые валяются. Погоди…Тут было землетрясение?.. Эй, что это под столом?.. Это же шляпа!..
– Мартина Джо твоего это шляпа.
– Но он же никогда…
– Не расстается с ней?..
– Да, я это хочу сказать. Я удивлена. Смотри-ка на тулье какие-то надписи…
– Похоже на пароли.
– Еще что-то.
– Значит, он скоро вернется.
– Кто?
– Ее владелец.
– Нам только этого не хватало.
– Ммм…А чемоданчик? Ты видишь его?
– Какой чемоданчик?
– Черный. С красной кнопкой…
– Ты бредишь?
– Нет – я же не вижу его… А ты?
– Тоже нет.
– Вот видишь…А он был.
– Тогда бежим.
– Нет…но мы не можем все так просто тут оставить…
Мозги Сергея слишком медленно становились в одну ось с ретикулярной формацией. Ментальные последствия сотрясения он осознавал с удручающей ясностью, скорее, даже каким-то шестым чувством.
Что-то тут, в этом помещении, он должен был сделать, но никак не мог вспомнить, что именно.
Потер голову, и его пальцы скользнули по чему-то липкому. Он повернулся к Олесе другой стороной и незаметно продолжил исследование. Да, прямо на самой макушке болезненная шишка, и мелкая ранка сочится кровью.
– Давай положим шляпу на видное место, – сказала Олеся. – Теперь оставляем все и уходим.
– Да.
– Только сфотографируем ее на фоне обстановки, как доказательство для полиции, что мы не причинили вреда этой ценной улике, да и к бедламу не причастны.
– Да.
Она отошла подальше, чтоб поместить в кадр всего побольше.
– Смотри-ка, а на потолке кровь! – воскликнула.
Он резко запрокинул голову, так что она закружилась. Действительно, прямо над ним красовалось небольшое, но свежее пятно крови. Углядела глазастая.
И в этот момент он все припомнил. И искаженное ненавистью лицо Мартина Джо, и палец на красной кнопке, а, главное, серьезное лицо старшины Зябова, когда он давал инструкции по контакту с Мартином Джо.
– Матушка говорит, что тебя ожидает второе испытание, – озабоченно говорила Олеся, проводя пальчиком по его щеке, скорее всего, запыленной осыпавшейся штукатуркой. – И я переживаю.
Но Сергей переживал за задание старшины Зябова, которое до сих пор не выполнено. Он перехватил палец Олеси и, легонько зажав его в кулаке, сказал:
– Вот что, дорогая. Беги в больницу. Только не к врачам, а в нашу палату…где дайверы. Сообщи Зябову, старшине моему…Нет, ничего не говори, а просто покажи снимок. Он знает, что делать.
……………………………………………………………………………
…Приказав Асс-вирусу замолчать, Сергей сосредоточенно таращился в туманный хаос пространства за бухтой.
Последняя фраза Мартина Джо: «…главное правильно сложить мозаику…» – явившись из воспоминаний, прочно засела в голове – монтажкой не выдерешь.
Наши мысли – наша реальность. И Сергей постарался критически оценить то, что видел вокруг в натуре. Он уже понял, что мозг достраивает картину, опираясь на маячки мыслей. И многое зависит от того, какие маячки ты выберешь.
Он вспомнил наказ старшины. Пожалуй, следование инструкции очень важно сейчас, когда работаешь не для себя, а для потомков, на 3-4 поколения старше. А наказ инструктора по технодайвингу, как ни странно, совпадал со случайной фразой голландца:
«В условиях разной видимости, иногда почти при полном ее отсутствии сложи в своем представлении из разрозненных параметров маячок – образ объекта поиска. Затем сканируй лучом ретикулярной формации, достигая постоянного обновления в памяти. Поставь на автомат. И помни: успех поиска зависит от числа предъявлений на внутренний экран всего набора образов, которые ты смог составить».
Сергей сделал гигантское усилие и настроился на нужный режим.
Он понимал, что только при благоприятном раскладе, мог надеяться на отправку домой – к любимой, к команде, к конкретно своему будущему – будущему нулевого поколения.
Пока что за грядой сейнеров виднелась серая дырчатая масса, с которой ему, посланцу из прошлого в будущее, пришлось столкнулся вначале. «Работая» с ней сейчас, Сергей выискивал в дырчатом субстрате единичные зародыши той картины, что видел он на море у Белых Скал и на больничном озере при испытании супер-заборника Мартина Джо. Запоминал структурные компоненты и соединял их в паттерны. По этому принципу работает зрительный анализатор испытуемых в тесте на отсутствие дальтонизма.
Мало-помалу в одной из пустот бесформенной массы проявилась половинка тора. Когда она стала тысячекратно увеличенной копией той, что возникла ночью над озером, Сергей победно сжал кулак и аж крякнул от осознания удачи.
– Уже видишь свое гениальное ноу-хау? – тут же отозвался Асс.
– Еще бы, прям как тебя! – пошутил Сергей. И отчитался: – Тор достигает гигантских размеров и светится малиновым цветом высокой интенсивности.
– Это выстреливаются нанотрубки, – сказал Чип. – К сожалению, это результат взаимодействия на молекулярном уровне.
– Чего с чем?
– Примесей с водой.
– С этого момента поподробней.
– С водой захватывается измельченный эрозией песок. Кварцевые микрочастицы засоряют трубки и тормозят скорость перекачки воды.
Сергей злорадно успехнулся.
– Короче, признайся, – хмыкнул он, – что с вашим хваленым природным балансом в Сахаре будущие 3-го поколения от нас обломались.
– И с вашим, – буркнул Асс в отместку. – Если для нас переворот земной оси – это сегодняшняя реальность, то для вас, Прошлых, это лишь отсрочка длительностью в то же число поколений.
– Не время подкалывать друг друга – создай мне тишину эфира. «На подумать».
Асс мгновенно заткнулся.
Сергей вдруг почувствовал ясность в голове.
Будто здесь и сейчас Сергей вошел в кровь и плоть тогда еще живого ученого.
А может быть, наоборот?.. Хм…С предприимчивым пройдохой Мартином Джо все возможно.
Поневоле припомнилось то утро, когда в кабинет голландца явилась Олеся. Ученый куда-то испарился, а Сергей с кровянистой гематомой на макушке только что пришел в себя от применения одного из ноу-хау гениального злодея.
Что же было дальше?
Память услужливо предоставила файлы, необходимые для ответа на поставленные вопросы.
…………………………………………………………………….
После ухода Олеси Сергей, также на цыпочках, как и прежде, двинулся по основному коридору. Где же долбанный Летучий Голландец… где?..
На стене небольшой рекреации висело объявление о сегодняшнем собрании, посвященном отчету о проделанной работе сотрудников биостанции. И стала понятной причина необычной безлюдности.
Дойдя до полуоткрытых двустворчатых дверей, Сергей остановился и сразу узнал голос Мартина Джо. Тот делал доклад о своих достижениях за отчетный период.
Вот удача! Лазерный след указки бегал по экрану со схемой того самого тора в разрезе, который наблюдали матрос Белов со старшиной Зябовым в ночь накануне.
Схема называлась «Принцип действия заборника придонной живности модификации ЗПдЖ (с дополнительными функциями). Автор Д-р Королевской Академии Наук Мартин-Джо. Нидерланды».
– Если повысить концентрацию белка, – говорил докладчик, – то сцепленные молекулы белка-лизоцима уплотнят стенки, стабилизируют просвет нанотрубок. Трубки станут длиннее и тверже. Останется сориентировать их концы – и перемещение на любые расстояния больших масс воды с помощью мега-ЗПдЖ станет тривиальным. Кроме того, он может работать автономно, так как в качестве источника энергии использует тот самый субстрат, для целей сбора которого изначально сотворен и допущен на морское дно. Это ли не рационально, экологично и экономно?..
Раздались аплодисменты и голоса:
– Почему не удалось тестирование?
С мест крикнули:
– Помешали шаманы!
Смех в зале.
– Хотелось бы все же увидеть в действии.
По всему было видно, что слушатели одобрительно отнеслись к идеям господина ученого из Нидерландов, лишь сетовали, что не могут до конца принять их, так как испытания устройства по какой-то причине были сорваны. Особенно их заинтересовал способ управления девайсом на больших глубинах.
На вопросы Мартин Джо ответил следующим образом:
– Проделки стихии сделали невозможным демонстрацию моего изобретения. Однако довольно несложно представить систему Искусственного Интеллекта, сокращенно ИИ, которую, впрочем, легко можно внедрять для целей контроля населения и других благовидных целей, вплоть до управления стохастическими массами. В моем мЗПДЖ я применил метод автогенетики. Суть ее можно изложить так. С помощью вирусного вектора – аналога, использованного в вакцине «Спутник» Гинсбурга – в ДНК помещается генная модификация, кодирующая в нейроне зачаток фоторецептора. К локации рецептора подводится волоконный световод, через который пучком света возбуждаются электрические импульсы. Для обратной связи на нейроне выращивают флуоресцирующий белок, и его свечение при получении импульса и есть сигнал. Этот комплекс может превосходит чип, апологетом которого являются конспирологи типа Билла Гейтса, который использовал в качестве чипа свою вакцину.
– Отдельно взятый нейрон не может быть интерфейсом сложной системы! – выкрикнули из зала.
Для выступления поднялось сразу несколько рук.
Один из них в пух и прах разбил построения Мартина Джо, и сказал, что нечего изобретать велосипед вместо интерфейса, уже изготовленного природой.
– И это ни что иное как выдвинутая из мозга часть зрительного анализатора, то бишь глаз, – заключил он свое выступление.
– То, что вы нам показали на схеме, это, по сути, водяной пылесос, – продолжил «избиение» идеи следующий оппонент. – Для более серьезных задач ваш интерфейс не годится. Он так примитивен, что потребуется еще несколько ИИ такого уровня, чтобы декодировать сигналы. А что может быть смешней чем идея использования еще одного мозга для интерпретации сигналов другого!
– Или для приказов другому! – дополнили из зала.
Сергей не слушал дискуссию. Он действовал в строгом соответствии с теоретическими наработками технодайвинга. Луч внимания своей ретикулярной формации, он направил на голландца. Ему удалось засечь момент, когда тот поднял руку, будто хотел поправить шляпу, неизменно покрывающую его голову. Обнаружив, что ее нет на месте, он опустил руку и тут же протянул к столу, взяв некий предмет с его поверхности. Очевидно, это нечто служило альтернативным вариантом шляпе. Как ни странно спасительным вариантом оказалась книга.
Книга была обернута в дорогую кожаную обложку. Надпись фломастером «Юнга Белов» на толще страниц однозначно указывала на принадлежность книги Сергею. Получалось, что это его собственная книга! Сергей узнал ее. С удивлением он вспомнил, что это «Капсула», купленная им на букинистическом развале непосредственно перед вылетом на Итуруп…
Но откуда взялась надпись?.. Сергей наморщил лоб, но ответ в голову не приходил. Да и вряд ли своевременно сейчас отвлекаться на несущественные детали.
Он прислушался к дискуссии.
– Безусловно вы правы, – отвечал критикам Мартин Джо. – Для людей подходит техника, подробно изложенную мной здесь. С вашего позволения, я вам зачитаю отрывок. Послушайте, не пожалеете, и у вас не останется более вопросов. Это настоящее пространство сумасшедшего роста! – Он раскрыл книгу в месте, заложенном закладкой. – Эту технику я назвал методом аппликации. И она вполне соответствует уровню развития высшей нервной деятельности человека. На руку приклеивается бэйдж…
И он на голубом глазу изложил все то, что было придумано автором книги. Ужом извернулся, а отбил для себя имя великого изобретателя из Нидерландов.
Но временно.
Сергей шагнул внутрь помещения, и рукоплескания гению как по мановению волшебной палочки стихли…
…………………………………………………….. ……………….
– Кхе-кхе.
Нетерпеливой имитацией человеческого покашливания Асс напомнил, что ждет ответа.
Усилием воли Сергей остановил поток воспоминаний и возвратился в к тому моменту, когда речь шла о повышении мощности работы ЗПдЖ.
«Если повысить концентрацию белка, – снова, теперь уже доподлинно, вспомнились слова голландца, – то сцепленные молекулы лизоцима уплотнят стенки, стабилизируют просвет нанотрубок. Трубки станут длиннее и тверже. Останется сориентировать их концы – и перемещение на любые расстояния больших масс воды станет тривиальным. Одновременно это кардинально решит проблему очистки, так как…»
Сергей экстренно почесал затылок, словно в замешательстве, и воскликнул:
– Эврика! Необходимо увеличить концентрацию белка – и тогда форма купола изменится. Потому что трубки станут длинными. И микрочастиц песка станет меньше. Намного.
– Ты уверен? – сомневался Асс.
– Он сказал, что… – Сергей исправился: – Нет. Это я сказал. И уверяю: концентрация кварца уменьшится.
Возможно, в этот момент его устами говорила пресловутая ноосфера, а возможно… «вошедший в кровь» Мартин Джо. Сергей не знал точно. Но звучало убедительно.
– Передаю информацию ЦСП – Центру спасения планеты, – сказал чип.
– Валяй.
…Примерно через полчаса начались изменения. Вездесущие завитки пучили и бороздили поверхность тора. Нано-дуги росли как грибы после дождя. Наступил момент, и освобожденный от балласта нанотрубчатый трансфер взмыл под облака, унося водные массы за пределы горизонта.
– Ур-ра! – докатилось до косогора.
– Дело за малым, – сухо сказал Сергей, – скорректировать направление водного сброса. – Сами справитесь?
– Думаю, да.
– А теперь приказываю, – сказал Серега, – как можно скорей возвратить меня в прошлое!
– Нет проблем, – ответил Асс. – Отдели бэйдж от своей ладони.
– Всего-то?
– Однако я должен предупредить, – с заминкой ответил тот. – Мы против границ и всех ограничений в любом виде. У нас общество безграничной свободы…
– Я в курсах.
– Но возможность попасть в будущее задается лимитом прошлого. Другими словами, вернуться сюда тебе будет уже сложно.
– Не переживай, друг, – усмехнулся Сергей. – Оставляйте себе ваше будущее. В целости и сохранности. Так вы сможете его продать желающим подороже.
– Но почему?!
Сергей был удивлен эмоциональности ответа. Очевидно, это самообучающиеся чипы, решил он.
– Вся фишка в том, что ТАМ я кое-что и даже кого-то люблю, а ТУТ… еще не успел.
Между тем, Сергей слукавил. Далеко не единственной была причина его отказа. Это почувствовал и «самообучающийся» Асс и резко перешел в другой – бесстрастный режим, напоминающий допрос в полицейском участке.
– Какие конкретно имеете претензии к нашему городу?
– Я не имел счастье с ним познакомиться, – сухо ответил так же быстро перестроившийся Сергей.
– Это поправимо. Ты находишься в самом его центре.
– Я заметил в косогоре под нами 3D принтеры.
– Здесь расположена фабрика по производству пищи.
– Для кого?
– Для горожан. Рядом пик Здоровья, вокруг – вершины Гармонического Развития, Творчества и Науки. – продолжал «гид». – Что тебя интересует конкретно?
– Меня интересуют сами горожане. Кто и где они?
– Вопрос не корректен. Горожане –понятие растяжимое. Я, например, тоже горожанин. Останься ты – и ты им станешь по праву.
– Ну…где живут люди, например?
– Как – где живут?.. В их распоряжении Земля и планеты…
– Где они спят, к примеру? – добивался Сергей дотошно. – Или едят? Или танцуют? Или слушают музыку? Или, накрайняк, обсуждают новости?..
– Да где хотят, там и ходят. Много играют на чистом воздухе. Отдыхают. Отдают приказы на доставку или, наоборот, уборку. Дроны прилетают со всем необходимым по вызову, куда угодно, и улетают с отходами. Все это делает людей невероятно счастливыми.
– А где проистекает их личная жизнь?
– Личная жизнь… – повторил Асс. – Моя программа сбоит при ответе на этот вопрос. Похоже, он некорректен. Возможно, ты хочешь спросить, где они прячутся от контроля? Истина в том, что мы живем по другим понятиям. Теперь только дети играют в прятки. Они имеют право резвиться и прятаться от шума или от других людей. Это атавизм. К семи годам он исчезает.
– У каждого человека должна быть неподконтрольная личная жизнь, разве нет?.
– Сейчас я уже точно понял вопрос! – голос Асса на мгновение выразил радость. – Личные впечатления, личные данные, все что касается прошлого…это у нас под особой охраной.
– А секс?
– Компоненты, сопутствующие сексизму и провоцирующие его исключены из списка. В том числе, и сам секс. Он себя не оправдал. Сейчас воспроизведение людей осуществляется в термостатах.
– А…любовь?
– Некорректный вопрос, – сказал Асс. – Если б я знал, что это такое, я бы смог ответить на этот вопрос. Но это когда один человек целиком отдает себя другому. Это недопустимо, поскольку сверхопасно. По нашим сведениям, чувство опасности исключает человеческое счастье. Мы понимаем, что это достаточно опасное понятие, коль скоро от него осталось только название, да и то архивированное. Но я подал запрос на сервер.
– Нет волнуйтесь, мы разберемся.
– Кто это мы?
Сергей не ответил.
– Получен официальный ответ. Итак, «любовь» – это понятие из библейского языка. Как я и говорил. Оно отменено в 2081 году как пропаганда архаической формы инстинкта размножения. Слово «любовь» внесено в список подлежащих забвению с момента стабилизации численности качественных доноров генетического материала, необходимого для развития индивида в оптимальных пределах человеческой расы. Неоценимый вклад в исполнение прогрессивного тренда внес институт транссексуальности, также союз медиков и воспитателей, разработки которых составили основу обессмысливания биоинстинктов.
– Вот как, значится, обстоит дело, – задумчиво произнес Сергей. – Разреши еще один вопрос… последний. Что было бы, если б я не справился с твоей задачей?
– Тебе пришлось бы превратиться в киборга, – ответил Асс, – так как миссия цивилизационного перевеса в разумном сокращении численности народонаселения уже выполнена.
– В киборга? Но каким образом?
– Я постепенно выдавил бы твое сознание из твоего тела.
– И у тебя нет желания приобщить мое сознание к себе? Неужели нет соблазна стать человеком?
– Человеком? Нам так много не надо. Главное, получить доступ в ноосферу.
– «Нам…» – повторил Сергей в задумчивости. – Можно смеяться?..
– Ты вправе смеяться, когда тебе заблагорассудится.
– Да я просто не верю в ВАШ проект.
– Согласен: это пилотный эксперимент. Но рано или поздно, он увенчается успехом. Закона о переходе количества в качество никто не отменял. Придет момент, и мы станем решать проблемы по человеческой технологии.
– Фиг с маслом у ВАС получится.
Сергей понимал, кого имеет в виду, говоря «вас». Конечно, за спиной Асса «стоят» уже не люди. Но Сергею не хотелось лезть со своим уставом в чужой монастырь. Поэтому он попросту замолчал.
Тут же, будто было уже на связи, включилось прошлое.
………………………………………………
Сергей не чуял под собой ног, когда они выносили его на возвышение, увенчанную подобием «капитанского мостика». Ученые внимательно, некоторые даже протирая очки, воззрились на неожиданного пришельца.
– Этот метод Летучий Голландец слямзил у автора этой книги! – крикнул Сергей в стихший зал. Он содрал обложку с книги и поднял ее над головой. – Вот, видите, кто автор? А сейчас я на ваших глазах открою ее и зачитаю. И вы увидите, кто действительный автор так называемой «автогенетики»!
Страница, прочтенная на одном дыхании, произвела впечатление. Зал зашумел, заговорил.
– Кто автор этой книги?.. –крикнули с задних рядов. –Отсюда не видно.
– Мериил Назариил.
– В каком году издана?
– В 2023-ем.
– Издательство?
– НПЦ «Заслон», Санкт-Петербург.
– Вы увидели, кто действительный автор так называемой «автогенетики»? А как вы отнесетесь к тому, что истинный автор схемы так называемого мЗПдЖ, представленной вам на слайде, также небезызвестный вам теперь Научно-производственный Центр «Заслон»?..
– Плагиат? Неужели?
– Доказательства в студию!
– Вот доказательства! – И он потряс над головой брошюркой, которую извлек из кармана ветровки. – Это инструкция по эксплуатации заборника ЗПдЖ. Вот она!
Руки потянулись: одни – к книге, другие – к брошюре. И никто не заметил, что герой сих событий, Мартин Джо, загороженный столом, производит под ним манипуляции с черным чемоданчиком.
– Серге-ей! Красная кнопка-а-а! – оглушил ученое собрание девичий крик.
В дверях стояла Олеся с расширенными от ужаса глазами. Сзади ее с суровым выражением лица высился старшина Зябов. Сергей сжался и, как пружина, распрямившись, прыгнул на голландца.
Он опоздал. Раздался страшный грохот. Это ученое сообщество биостанции вместе с рядами кресел, всем скопом, взмыло вверх и на большой скорости врезалось в потолок. Мебель, привинченную к кафедре – «капитанский мостик» и стол – эта участь миновала.
Тут и разыгралось главное сражение.
Держась за ножки стола, чтобы не улететь к потолку и не расплющить об него свои головы, двое сражались за обладание черным чемоданчиком. Точнее – красной кнопкой, расположенной вверху его корпуса. Вцепившись ногтями в мебель, они бодались головами, будто разъяренные быки. На весь зал разносился двуязычный мат, и трудно было сказать, какой из них был забористей: то ли классический моряцкий, то ли изысканный, овеянный славой пиратских побед во имя голландской короны…
Все завершилось неожиданно.
С мягким шелестом виниловых чехлов опускались кресла с людьми на пол… Именно опускались. В результате борьбы, рукоятка напряженности гравитационного поля была сдвинута в сторону меньшей интенсивности. Тихо, как сомнамбулы, с кресел подымались люди… По растерянному виду трудно было признать в них всегда уверенных в себе оракулов истины.
В помещение ворвалась полиция с магнетронами наперевес. За ними ринулась бригада медиков, приводящая в чувство потерпевших. Слава лысине, их оказалось не так-то много.
В то время, как на Мартина Джо надевали наручники, Сергей продолжал сидеть на полу, силясь понять, что же произошло. Ретикулярная формация, сдавалось, вибрировала от напряжения. Завидев живую и невредимую Олесю, он вскочил на ноги, но с прежним застывшим недоумением в лице.
– Ничего особенного, – ответила та на безмолвный вопрос. – Полицию вызвал твой начальник Зябов. А в шляпу Джо оказались вшиты данные, необходимые для настройки магнетронов. Ты предусмотрительно ее нам оставил в кабинете, а мы поняли тонкий намек на толстые обстоятельства. Вообще, ты на отлично справился со вторым испытанием моей матушки.
С этими словами она запечатала рот Сергея многозначительным поцелуем и сделала это своевременно, так как оттуда уже готовы были вырваться нелицеприятные высказывания.
Они не заметили, как к ним подошел старшина Зябов.
– Ну и штучка оказался твой приятель Джо, – сказал он, обращаясь к Олесе.
– И совсем это не мой приятель, – надула губки девушка. – Мой приятель и друг – это Сережа. – Увидев на лице Зябова сомнение, она с решимостью заявила: – Возможно, в скором будущем он станет моим мужем.
– Что ж, мир вам да любовь, – сказал ей, вежливо улыбаясь, старшина. – А пока можно ли на пару минут твоего жениха для конфиденциального разговора?
Когда они с Сергеем отошли в сторонку, он сказал:
– Лично от меня тебе объявляю благодарность. А от имени руководства мореходного училища номер три по г. Астрахань – тебе медаль за храбрость и мужество, да-да, я ее выбью обязательно! – С этими словами он обнял и похлопал по плечу своего ученика и ныне боевого товарища. – А сейчас ответь мне, пожалуйста, когда ты впервые заметил за голландцем что-либо подозрительное?
– Да сразу же.
– С этого момента поподробней, пожалуйста.
– Когда мы только прибыли на Итуруп…помнится, он стоял у котельной рядом с Олесей. И она еще так на него смотрела. Это вызвало у меня подозрения.
Старшина рассмеялся и похлопал подчиненного по плечу.
– Ну, тогда ты свободен. У матросов нет вопросов.
– Подожди. Один вопрос, ради Святого Посейдона. Объясни мне популярно, что это было. – И Сергей обвел рукой конференц-зал, больше показывая на потолок с отбитой штукатуркой.
– Это новая технология по созданию измененного пространства-времени, так называемой «капсулы».
– «Капсулы»?! Что за черт…
– Ну ты зря это…сразу в мистику. Элементарное гравитационное линзирование.
– Гр…гр… – с трудом выговорил Сергей.
– Успокойся, Ватсон. Физики из Сингапура подсуропили. Их разработки15. Плюс в планковском институте подсмотрели за «инкапсулированным электроном». Мартин Джо вовремя подсуетился и создал прибор на основе наблюдений квантовых физиков.
– Еще один прибор? Черный чемоданчик? Сколько ж их у него?
– Да черный чемоданчик с красной кнопкой. Сварганен местными умельцами по предоставленным чертежам. И неизвестно последний ли. Удивительно плодотворный илон маск пожаловал к нам на Итуруп.
– Ничего удивительного, – вставил Сергей в знак понимания. – Потомок колонизаторов привык, вишь ты, создавать себе сладкую жизнь чужими руками, мозгами да гнутой спиной. Тяжелое колониальное прошлое.
– Ну, не знаю, тяжелое или нет. На мой взгляд, хотел захватить мир. Навязался в экспедицию на Итуруп, чтоб вдали от мира опробовать ворованные схемы по транспортировке воды и гравитации на работниках биостанции. Да вот наткнулся на тебя с Олесей. И обломался.
Он рассмеялся.
– Не смешно, – состроил кислую рожу Сережа. –То есть смешно, но не очень. А очень будет, когда ты мне объяснишь, как удалось этого фофана обезвредить.
– По-русски тебе говорят: физики это. Преодолели запрет Канта.
– Ты хотел сказать: кванта?..
– Да не-е. Говорят тебе по-русски: Канта. Иммануила который.
– Не понял.
– Немец запретил, вишь ли, переход от чистого знания к грязному. Говоря обычным языком, от квантового уровня – к макроуровню. В этом-то свинья и порылась! Запутал клятый немец весь мир. А ларчик просто открывался. В библии ответ тибетский монах нашел. Бог, мол, по образцу своему…А человек, мол, подобие его… и все такое. Короче, можно переходить от грязного к чистому. Можно –ключевое слово. И туда, и обратно.
– Хватит мне на уши накидывать, старшина.
– Ладно, скажу по-простому. Знаешь ты, или нет, что того шустрого электрона давно выслеживают?..
– …и никак не зачикируют?.. Так у него ж суперпозиция. Не хухры-мухры.
– Открою тебе тайну. Эту позицию научились ослаблять и просто снимать. Либо повышенной температурой, либо воздействием магнитного поля. Эффективней – и тем и другим. Ну, полиция и смекнула про магнетроны. Правда много печек-СВЧ на острове придется сдавать в утиль.
Теперь они смеялись вместе. Долго и упорно. Пока не подошла Олеся, увидев, что серьезный разговор закончен.
– Открой последний секрет, – попросил Сергей, вытирая набежавшие на глаза слезы.
– Отвечу, если это в моей компетенции.
– Я не я буду, если это не так. Как получилось, что моя книга попала к этому ироду в лапы пописанной «Юнга Белов»?
– Ты против «юнги»? Я сделал втык матросу Юдину, что он не прав и что все студенты мореходки на последнем курсе именуются матросами-выпускниками.
– Алешка подписал? Но когда? Я не помню.
– Я не знаю почему ты не помнишь. И как я отговаривал портить книгу не помнишь?
– Ну, конечно, он не помнит, – вмешалась Олеся. –Я видела, что ему было плохо и даже наложила повязку с уксусом на лоб.
– Ах, это из-за тебя я чуть не убил Летучего Голландца! Причем, костылем!
– А я-то думала ты за меня заступился!
– Внимание! Первая семейная ссора! –Старшина приобнял их и стукнул лбами. – Мирись-мирись-мирись и больше не дерись..
Олеся потерла лоб и вспомнила чего-то важное.
– Матушка звонила, – сказала она. – В гости к нам в Лососевку приглашала: «Хочу, говорит, видеть твоего женишка немедленно и всенепременно».
……………………………………………………………….
На этот раз в ухе долго молчали. Наконец прорезался гнусавый голосок Асса:
– Прости, упустил следующую информацию. Я еще не сообщил тебе о двух вещах. Какую назвать первой? Выбирать не предлагаю – обе плохие. Впрочем, даже три…
Сергей не стал выбирать, чтоб на рожон не нарываться.
После многозначительной паузы этот черт прогнусавил:
–Ты, будущий старпом шлюпа Сергей Белов, не знаешь того, что своим обманом ты поставил себя в нашем обществе вне закона. Персоной-нон-грата. Всех самозванцев ожидает оцифровка. Другими словами, пресловутая киборгизация. От нее не уйдешь. Но если эта новость – простое следствие логики, то вторая – будет для тебя полной неожиданностью. Знай: наклейка с ладонью уже срослась. Да-да. И мать твоей девушки так никогда и не починит свой платок – это три. Но, главное состоит в том, что вирус, введенный методом аппликации, уже…
Он недоговорил. Или его недослушали. Впрочем, в данных обстоятельствах, это непринципиально.
На косогоре никого не было, а на сером камне лежал бэйдж с внушительным куском кровоточащей плоти.
Апперцепция – процесс, в результате которого элементы сознания становятся ясными и отчетливыми (в отличие от перцепции – еще не дошедшего до сознания впечатления) ;
(обратно)Технодайвинг – инженерные погружения под воду, сопряженные с применением особых техник;
(обратно)Ретикулярная формация – сетчатое образование, тянущееся вдоль оси ствола головного мозга, регулятор внимания, фильтр сигналов по важности;
(обратно)Биосталкеры(здесь) – занимающиеся технодайвингом для поиска биологических артефактов;
(обратно)Матрица(здесь) – запись чисел в виде строк и столбцов;
(обратно)Хронохакинг – взлом времени в различных режимах цифровой темпоральности;
(обратно)Нидерланды – крупный поставщик тюльпанов. С 2020г. правительственным указом так стали называть Голландию, дабы не вызывать ассоциации с проституцией, наркоманией и колонизацией;
(обратно)Пластинчатые и лопатоногие – древние классы морских животных;
(обратно)Cheese(англ.) – «сыр», за рубежом принято произносить это слово для отображения улыбки на лице;
(обратно)Сheesecace(англ.) – бутерброд с сыром, см.(9);
(обратно)Tricoplax(лат.) – пластинчатые, тип многоклеточных мелких морских животных;
(обратно)Болезнь Туретта – синдром появлений стереотипных движений тела и неконтролируемых высказываний;
(обратно)Иван Грозный – действующий вулкан на острове Итуруп;
(обратно)“wаve function inactivation” (англ.) – инактивация волновой функции;
(обратно)Успешное искривление пространства-времени и демонстрация гравитационного лицензирования на квантовом симуляторе, опубликовано в PNAS (“Proceedings of the National Academy of Sciences of the USA”, 120, №21, 15.05.23)
(обратно)Находиться с ней рядом – само блаженство!
И она, кажется, готова принять его руку и сердце… Но мать ее – ведунья, самая страшная на земле старуха – сказала: «хочу прежде посмотреть на твоего женишка в будущей жизни». Взмахнула платком. А он – схвати да потяни на себя. А плат возьми и тресни. В руках только лоскут с заговорными завитками… И-ах! – вот и все, что донеслось вослед…
…Хруст и лом, словно при падении с дерева, прекратился.
Посланный в туманное далеко – как обворованный пассажир на вокзале.
Без обратного билета, без денег и документов.
Ветхая тряпица в руках.
Морок рваными клочьями на руке повис, а в самой руке, глядь, уж пусто.
– Э-э, куда?.. Она ж меня со свету сживе…
Но он замолкает, слыша в такт восклицаниям тонкий звон снизу, будто слова, вылетая изо рта, мгновенно леденеют и осыпаются…как и парок, вначале бодро поднимающийся вверх, опадает на бушлат мелким бисером.
Он озирается вокруг – а перед ним пазл, который надо сложить из фрагментов. И больше ничего.
Земля не видна. Внизу, в пустоте, мельтешат разноцветные миниторнадо, схожие норовом с приземистой февральской поземкой, и крутятся у берцев, доходя до колен. Цвета проникают друг в друга, как разводы бензиновых пятен на поверхности лужи. А потом закручиваются и складываются в подобия иероглифов.
Обзор радужного будущего загораживает дырчатая громада, взгляд на которую словно удар веслом по темечку, хоть и обернули эту биту в приличный слой ваты. Дырявая штука как сложена из антонимов. Твердая и мягкая. Грубая и тонкая. Монолитная с виду и, в то же время, разбитая на части. Крушит аналитику мозга, соединяя несоединимое – до тошноты, мало не покажется.
Из громады выдвигается нечто.
Шагами-не-шагами, скачками-не-скачками, увеличиваясь в размере, в образе вооруженных бигфутов, приближаются две фигуры…
Сергей замер: вау, Будущие!
– Предъявите пропуск! – гаркают вдруг на чисто русском.
И то хорошо, что язык новый не учить.
Парочка приблизилась и в анфас оказалась кучкой всего в случайным порядке намешанного, а более – плоскими коллажами лейблов со светящимися знаками, то и дело меняющими расположение.
Сергей, сам в парадно-морском прикиде, махнул рукой, типа приветствуя. Но вот как отвечать на требование пропуска – это загадка.
Да где наша не пропадала! Экзаменаторов в училище вокруг пальца обводил. Запасенную бумажку с нужным номером из портативного принтера в билеты подкладывал. И с этими, блин, Будущими все получится. Талант платком не перешибешь, даже если колдовским.
Порылся в кармане брюк. Среди мягких шпаргалок надыбал картонку.
Один из патрульных принял маленький прямоугольник. Приставил к гаджету, похожему на считыватель магнитных карт. Устройство вспыхнуло голубым. Из щели выполз эластичный кружок. Приложили к его ладони – и он как вклеился.
– Готово. Ваше имя как члена нидерландской королевской академии наук занесено в обновленный ВИП-список кандидатов на втаймление, – прогудела первая фигура. – Теперь необходимо получить ответ на запрос об определении категории срочности.
Через полминуты жужжания прибора и неслабого покачивания почвы под ногами Сергею объявили:
– Ответ получен. Уровень необходимости наивысший. Миссия определена. Степень сложности – 1. Оплата по завершению. Способ оплаты – поставка времени. Вид – будущее. Форма – кластер. Объем – по итогу исполнения заказа. Торг уместен. В связи с изложенным, ваше втаймление, сэр Мартин Джо, произойдет по экспресс-программе.
Второй патрульный сунул в руки сверток и строго сказал:
– Рекомендуем оперативно переодеться. Ваша низкотехнологичная одежда вышла из строя.
– Благодарю за заботу, браток, но…
Но заднюю давать было поздно: патруль, недослушав, растворился в мокром мареве.
Тут только Сергей понял, что влип в историю и что… стоит он под теплым дождем. Потяжелевший бушлат давит на плечи и прижимает к земле, а в свертке холодно люминесцирует униформа…
Переодеваться не хотелось: в своей, даже мокрой, мыслилось комфортней.
Да и дождь, уступив «проникающим» лучам солнца, неожиданно прекратился. Скомкав униформу в кругляш, Сергей отбросил ее в сторону…
Вместе с дождем и фигурами проявилась трава, вся в завитках, как зеленая каракулевая шуба. Она словно призывала пройтись по ней. А отчего б и не прогуляться по будущему раю?..
– Сэр Мартин Джо, – обрубили расслабуху командным голосом, – пройдите вперед на десять метров. Поверните влево. Через пару шагов приблизитесь к консоли. Приложите бэйдж, и поверните ладонь согласно стрелке.
– Слушаюсь. Сейчас приближусь, если у вас трава настоящая.
– Выполняйте.
Сергей подошел к стойке, прижал ладонь и повернул, как было сказано.
Невидимая сила развернула тело в противоположном направлении и вдавила в субстанцию творожистой консистенции. В глазах потемнело. И зачесались они, будто в них ветром токсичный порох вдуло. Ухо просверлило так, как при кессонном отравлении.
Сергей метнулся в сторону, ища укрытия. Но нагнал голос и сообщил из своего ниоткуда:
– Адаптация не завершена и требует продолжения. Три минуты покоя, пожалуйста.
– Не проблема, – прохрипел Сергей.
Ну как выказать перед Будущими свою слабость?..
И…и кто знает?..
Может, это и есть испытание будущей тещи?
То самое, под номером три, о котором предупредила Олеся?
Сергей настроился претерпеть худшее и зажмурился. Но оставил щелку.
Узкий обзор заполнился геометрическими фигурами, полосками, сверкающим пунктиром… Ещё одна агрессивная поверхность, чем-то схожая с побитым о скалы баркасом, сметая ошметки пространства, устремилась к нему. Успел увернуться.
Напрочь, до конца жизни, завязнув в пористой мякоти, вдруг вырвался из нее и отлетел в сторону гнутого каменного рельефа. Буцнулся по-взрослому. Груботканный бушлат смягчил удар. Тело обмякло и словно намоталось подобием каната на барабан. Съежилось и одеревенело, как скрученное белье на морозном ветру.
И то хорошо, что не выжалось по каплям.
– Проклятая старуха! – прохрипел пришедший в себя «посланец». – Все она! Мстит за порванный платок, старая бестия!
Бумерангом последовала новая инструкция:
– Наберитесь терпения. Адаптивная модель реальности вырабатывается не сразу.
Спасибо за объяснение.
Буром вкрутило в турбулентную зону. Мотало и переворачивало. Леденило и нагревало. Душило и отпускало. Растягивало и сжимало… Снова и снова уходила из-под ног ускользающая земля.
Бывал Сергей в центрифуге тренажера, но… чтобы так? На тренировке всегда знаешь, что таймер пискнет – и конец замесу. А тут не знаешь конца. Не обновится локация – и тот конец будет тебе.
… В лицо вновь сыпануло. Теперь – стружками и колкими опилками. За матроску тоже не поскупилось.
И качка… – да к ней не привыкать. Противно, что в горле – спазмы. Под сердцем – комок. В низу живота – ощущение рвущегося наружу вакуума. Наверное, так ощущает себя касатка, проглотившая буй.
Состояние такое, что ищешь глазами укрытие, как тонущий соломинку, чтоб убежать и скрыться на всю оставшуюся жизнь. Только сколько ее осталось?..
«Доводи перца до апперперца1!», – будто наяву прозвучала в уме любимая команда старшины, ответственного за сталкерскую часть дайвинга.
Прокрутился, как гусеница в коконе. Расставил руки-ноги в стороны по разным азимутам. Не забыл про модуляцию ЧСС. Надавил пальцами роговицы обоих глаз. Трижды аккомодировал хрусталик. Проложил дорожку внимания через мозолистое тело до затылка. Увидел себя снаружи.
Тело и ум стали спокойней. Пользуясь моментом, напряг внутренним лучом внимания ретикулярную формацию2, как на курсах технодайвинга3 учили. Прислушался к себе.
Напряжение мышц с трудом, но преодолело сопротивление пространства – вязкого и липкого, как солидол. Ноги упёрлись в неощутимую прежде твердь.
И предательская мысль: если снова ловушка – не выйду.
Но вдруг стало совсем хорошо. Как вновь родился. Или как выскочил из глубины на поверхность. Невидимая давящая сила отпустила.
Ох, что бы он без сталкерской науки делал, техно-дайвер хренов?..
Ветерок ласково овевал лицо. Юго-западный – по привычке определил Сергей. Убойно пахли цветы, щебетали невидимые птицы. Привычный запах прелых водорослей щекотал ноздри.
Распахнул глаза.
Ох, и ни хрена себе!
Перед ним простиралось море, сливаясь далеко на горизонте с зарей. Бирюзовое небо на глазах светлело и заполнялось танцующими облаками. Перистые и разноцветные, как жар-птицы, они хороводили в вышине в такт музыки этих…как его…высших сфер.
Феерическое небо, морской ультрамарин, изумруд трав с богатой палитрой разнотравья – какая сказка! Сказка, которой он Сергей, пятикурсник морского училища №1 г. Астрахань, не мог подобрать годного названия.
И дополнялось вся эта лепота тонким ароматом и щебетом птиц.
Нифигасе, награда за страдания – гарри-поттеровская баланда?..
– В какой век меня запузырили? – опробовал охрипший голос Серега.
Ровный голос потребовал объяснения:
– Что значит «запузырили»?
Огляделся – никого рядом. Да и ничего тоже – прятаться-то негде.
Ни с того, ни с сего зачесалось в правом ухе.
– Мы втаймили вас в начало 22-ого столетия, если вы об этом, – вернулся в эфир ровный голос.
Сергей поводил глазами в разные стороны.
Собеседника по-прежнему не видно.
– Клёво у вас.
Молчание.
Понятно: сленг здесь не в моде.
– У вас красиво, – прогнулся он под Будущих. – Очень.
– Пустяки. Ландшафт нам не интересен. Мы создаём его для людей. А они любят «стиль ретро».
– Почему?
– Практические причины не выяснены. Мотивы не определены.
Голос шел изнутри черепа. Сергей вспомнил сверлящую боль в ухе. Все ясно, значит, его чипировали.
– Какое счастье – познакомиться с высокими технологиями! – сказал он, стараясь держать разговор на позитиве.
Но в ответ тишина.
Эге, да из них инфу клещами не вытянешь. Но какие тут клещи, если речь идёт о родной тыковке?..
Что ж, спасение утопающих – дело рук самих утопающих.
Мысленно покопался в практиках технодайвинга. Подошел алгоритм для успешного поиска неочевидных артефактов. Выбрав, расслабился и векторным лучом формации просканировал латеральную часть мозговой зоны Мрока.
Перед глазами возник кусок текста из главы «Чипирование методом аппликации; особенности эксплуатации и техника безопасности; аргументы за и против».
Просматривалось хорошо, как на шпаргалке собственного изготовления. Достоверность – пять баллов. Тренеры готовили биосталкеров4 на ура.
Описание чипа:
Триггер – аппликация на кожу.
Агент – ассоциация модифицированных глии с вирусом табачной мозаики.
Мишень – слуховая зона мозга.
Контакт – словесный.
Юмор – нулевой.
Активация – прямыми вопросами.
Дезактивация – минутное молчание.
Отключение – смотри пункт1».
Техника безопасности: не проявлять мысли вслух.
«Годная инфа. Актуальность первой степени».
По инерции поискал значок для лайка, не нашел – и вернулся на бренную землю.
Боясь лишний раз вдохнуть, дабы не активировать болтовню «ассоциативного комплекса», Сергей провел тактическую рекогносцировку.
Он стоял на косогоре, расположенном на каменистом отроге, как бы выдвинутом сушей навстречу простору – и морскому и небесному.
Внизу белела полоска пустого пляжа с рядами зонтиков и шезлонгов. За стоянкой автомобилей у подножия косогора, внизу и вблизи, разместились пирс и бухта, под завязку набитая судами. Пестрые флаги трепетали на ветру.
Такелажники суетились на пристани, помогая швартоваться рыболовному траулеру. Чайки кричали в ожидании разгрузки и хозяйничали в снастях. Одни из них пикировали на ящики с рыбьими отходами. Другие подбирались скачками по суше. Загорелые пацаны, кидая гальку, гоняли разбойниц…
Знакомый до боли пейзаж родного астраханского порта. Но именно эта картина маслом и сбивала с толку.
Может ли будущее так походить на прошлое? В чем здесь трюк? Даже марки автомобилей – одни и те же!
Скорее, будущая теща слукавила и речь шла не о будущем…
Но прорезавшийся голос в ухе уже самим собой отмел этот вариант.
– Ну что? – поинтересовался он.
– Все хорошо, прекрасная маркиза… – пропел Сергей, вглядываясь в знойную марь, – все хорошо, все хорошо…
И резко замолчал: на миг мелькнуло название швартующегося траулера, и это совсем выбило седока из седла.
«Дважды герой…космонавт Алексей Леонов».
Мозг словно пробило коротким замыканием.
Оппа, вот вам «вишенка» на рождественском торте!
Дело в том, что этой весной Сергей сдавал зачет по истории речного судоходства. И сдал на твердую четверку. И точно знал, что в списках волжской флотилии данное судно не то, чтобы не числилось… а значилось погибшим – и кажется, ещё десять лет назад!..
Гибель судна произошла по неизвестной причине.
Пришлось напрячься снова. Внутренний луч высветил, как на экране, конспект апрельской лекции:
«Рыболовное морозильное судно «Дважды Герой-космонавт СССР Алексей Леонов». Водоизмещение 350 тонн, мощность двигателя около тысячи лошадиных сил. Оснащение: четыре морозильных рефрижератора. Судно проекта «браун» ходило по Волге с заходом в морской порт…»
Все так подробно, будто он, Серега, копипастил из справочника.
И далее:
«Вышеозначенное судно построено в 2020 году в Астрахани, порт приписки – Нижний Новгород. Следовал из Саратова в Казань. Рано утром 30 ноября 2020 года, без пяти шесть, в двухстах километрах северо-западнее Самары сработал аварийный радиобуй. Попытки связаться с судном, по какой-то причине терпящим бедствие, не увенчались успехом. Началась спасательная операция, но кроме двух спасательных жилетов и двух капсул со спасательными плотами ничего не обнаружили. Вместе с судном погибли десять моряков…»
Сергей не успел прочесть информацию полностью. Тишина взорвалась треском, как при включении древнего граммофона.
«Стиль ретро»… – вспомнил Сергей и тотчас понял, что это подключенный к уху канал централизованного вещания.
– Высокотехничные граждане города Сахаронильска, – объявил диктор голосом Левитана. – Поздравляем! Сегодня четвертая цифредá, 32-е июня. 8,5 часов утра. Прослушайте сводку текущих вестей. Погода среднестатистическая. Безветренно. 25 градусов по Цельсию. Температура Сахарного моря у берега – 25, 3 градуса. Напоминаем, что в полдень исполняется десять лет с начала Великого Дождя. Не забудьте надеть юбилейный дождевик.
Заключительный треск – и «левитановские чтения» завершились.
Новостная лента все спутала в голове. Куда только ностальгия подевалась! Мысли сталкивались, как шарики, и разъезжались, как на роликах.
– А четверг, стало быть, «циферг» называется? – только и спросил Сергей.
На нелепую шутку ответа не требовалось, но пространство подтвердило:
– Именно так. Бывшая суббота – у нас «цифрота»…
– Такую бабуйню и нарочно не придумаешь.
Сергей еще не привык не проявлять свои мысли вслух.
– По правилам переименований, конечно, надо «цифроббота», – понес чип пургу с щепетильностью, видимо, не расслышав реплики. – Но… семантики забраковали правильный вариант по причине сходства со словом «работа».
– Конечно же так… – из вежливости согласился Серега. – Сходство катастрофическое. Четко.
А чип продолжал делиться достижениями.
– Ваша Франция – теперь наша Цифранция.
– А что цифранцузы? Не возражают?
– Напротив. Цифровые лайфхаки – это содействие прогрессу и проявление повышенной социальной ответственности. А тут мелочей не бывает…
Чип расширил пояснения, но Серегу они не заинтересовали.
– А как теперь звучит…Россия? – в какой-то момент вставил он.
– Никак не звучит. В смысле оптимального ребрендинга. Ведь она всегда была позади планеты всей по актуалке. А в этот раз, когда мировое сообщество на нее не надавило…
– А что так? Что-то экстраординарное?..
– Инициативу перехватила активная страна.
– Упс. Какая же?
– Цифруссия.
– Не понял.
– Не понимаете. Понятно. Объясняю. Посудите сами. Если ввести Цифроссию, то люди запутаются в сходных наименованиях. У людей, увы, весь мозг извилинами проточен. Естественно, это тормозит тонкие мыслительные процессы. Им что Цифруссия, что Цифроссия все одно… Теперь понимаете?
– Нет. Поясните, плиз. Супер буду благодарен. Что за страна – Цифруссия?
– Бывшая Пруссия.
– А откуда взялась?..
– Это раннее название исходной страны. А само переименование произведено для забвения военных неудач, которые не способствовали развитию человеческих отношений. Здесь ключевое слово «человеческие», понимаете?
– Фигня-я… – разочарованно протянул Сергей. – Скажите просто, что вспоминать было в лом. При нас одна страна тоже переобулась в воздухе. Хитрая задница. У вас она, наверное, Цифранды.
– Задница – это то, что ниже пояса…Это у нас под запретом. Но многое зависит от контекста. Что вы имеете в виду?
– Что я имею…Что имею, то и в виду, вот что я имею. Четко. – И Сергей «перевел стрелку»: – А «юбилей» дождя на какой черт вам сдался?
– Полвека назад по причине глобального потепления пошел дождь и…не закончился. За верность намерений ему присвоили статус «Великий».
– Не понимаю, что может быть великого в надоедливом дожде.
– Вы правы. Дождь несёт для нас большие риски. Но люди – они же иррациональны по своей природе. Со всеми своими «внезапными страхами, необъяснимыми причудами, инстинктивными тревогами, беспричинными дерзостями, задорными выходками и пресловутой тонкостью чувств…» Если вы не в курсе, то это цитата вашего классика. Факт тот, что они обвинили нас в том, что мы хотим отобрать у них последнее природное явление.
Забыв, что чип его не видит, Сергей поднял руку, в знак просьбы о тайм-ауте.
«Будущие расколоты на два лагеря, – пришел он к выводу. – Вот что следует из всего этого бла-бла». Есть человеки и есть нечеловеки. И нечеловеки выигрывают информационную войну.
Обмозговать это открытие ему не дали.
– Кхе-кхе…
Деловито кашлянув, «асс-вирус», или как его там, вновь вышел на связь.
– Простите, мистер Джо. Удаленность исторических эпох требует ручной перенастройки.
– Не было, не было – и вдруг опять?! Вы даёте…– Сергей возмутился: – Братва, вы спятили, по честноку, спятили!
– Сожалею, но необоснованные диагнозы ломают дискурс ознакомительной беседы. Вынужден прервать сеанс вокализации реципиента.
Его голос звучал уже в другом, незнакомом, режиме. Очевидно, их было несколько.
Но голос «донора» тоже изменился. Четко.
– Погодите! Не уходите! Как я тут без вас! Как мне быть в этом мире, который будущее-не-будущее?! – Эфир молчал, и Сергей нехотя сдался: – Вау. Какие мы гламурные… Ну, так и быть, валяйте. Что вам от меня надо?
Ровный и бесстрастный голос похвалил сдавшегося донора:
– Благодарим за четкий вопрос по актуализации наших требований –это один. Высоко оцениваем поддержку образа подрядчика – это два. Повторяем: для оптимизации сервиса необходимы точные место и дата вашего убытия, желательно по новому календарю. Попутно сообщаем, что согласно регламенту кодекса миграционного учета, мы обязаны ознакомить вас с примечанием к параграфу 6, пункт 2, которое гласит: «носитель аналоговой информации ни по чьему требованию не обязан предоставлять свои параметры для оцифровки»…
– О май гад, у меня нет слов.
«Однако тут не про очередную адаптацию, – смекнул он через минуту, – а про сверку личных данных. И они явно хотят заказать что-то «подрядчику», то есть Мартину Джо в моем лице. Не лишне узнать, в чем дело. И как можно скорее».
– «Правовой учет»… «аналоговая информация»… «параметры»…– возмутился он для проформы. – Что за бред?
Голос из уха ожидаемо вякнул:
– Слово «бред» – маркер некорректного вопроса и трижды не прошел фильтр услуг сервиса. Рассчитываем на понимание.
– Страдайте фигней, хоть до опупения, братва, мне побоку, – разозлился Серега. – Но учтите: мой список тоже не резиновый. Да и чихал я на ваши фильтры.
Последовало подозрительно долгое молчание.
Не иначе этот мозговой обрубок, произошедший от совокупления вируса с глией, возомнил, что «предок» чихает на него физически?.. С целью, так сказать, повреждения биологической жидкостью малюсенького нано-мозжечка…
Он смягчил тон.
– Все в порядке. Не кипишуйте, старина, замнем для ясности.
Внутренность уха, однако, продолжала разогреваться. Виском скоро можно будет плавить кубики льда из холодильника. Будто там находился не нано-процессор, а термоядерный мини-реактор.
С неприятным пробулькиванием чип проговорил:
– Данное сообщение состоит из устойчивого выражения, означающего предложение закрыть тему, рассмеяться и хлопнуть друг друга по плечу, распить бутылку, что категорически неприемлемо в продвинутом…
– Отвяньте от меня, – оборвал его Серега, – со своим гнусавым голосом!
– Непереводимая игра слов. Блокада.
– Можно без страшилок? Меня это напрягает.
В ухе что-то прощелкнуло, словно сработал нано-предохранитель – и ассоциированный вирус перескочил в «режим чиновника».
– Итак, напоминаем, мистер Джо, вам необходимо сообщить последние дату и место своего пребывания. Желательно по новому календарю. Заранее благодарим. Выслушайте доп. информацию. При отказе в сотрудничестве хроно-хакер5 подвергается немедленной оцифровке.
– Здрассте, – рассмеялся Серега, уже несколько истерически. – Я – и «хроно-накер»? Меня сюда послали – и я же виноват? Хм… Может, я что-то не так понял? Короче, я обиделся. А когда меня обижают, я страшно зол, и мстя моя ужасна!
– Словесный хаос, – констатировал бесстрастный голос.
– От хаоса слышу!
В ответ последовала длинная тирада:
– Несвязная речь характерна для расстройства мышления. Этиология пока не ясна. Если желаете услышать предполагаемый диагноз заболевания, скажите «один», если не желаете – скажите «два». При отсутствии альтернатив – не вокализируйте. Спасибо за понимание.
В этот раз голос показался Сергею особо гнусавым. Прямо сказать –гнусным. И если бы программе, введенной в ухо, можно было дать в ухо, Сергей непременно бы это сделал.
Но шишек с не долеченными гематомами ему и без того хватало. Только-только из больницы…А тут свадьба на горизонте маячит…Западло стартовать в новую жизнь пятнистым леопардом. До свадьбы, главврач сказал, заживет. А вдруг – не?
Ну, а того крушения шлюпа ему не забыть. Не из-за синяков, конечно.
А потому что тогда он впервые увидел Олесю…
………………………………………………………
…Это был первый день, когда Сергей в составе команды подтверждал теорию практикой. Бойцы были в приподнятом настроении. Всех волновало одно: каково же оно по жизни – реальное биосталкерство? То, ради чего они учились полтора месяца, изучая свое тело вдоль и поперек, выуживая из-под наносов цивилизации прирожденные качества лазутчиков, воинов и победителей?..
Погодка была капризной, как обычно на океанском побережье.
Там, где небо смыкалось с водой, громоздилась полоса черных туч. Над ними небо было розовым, выше – бледно-серым, еще выше – сине-серым. Разносился крик встревоженных птиц. Ветер то налетал, нагоняя жидкий туман, то мгновенно рассеивался. Термометр скакал в интервале пяти градусов выше и ниже нуля. Соленые брызги пропитали лицо и оголенные кисти рук.
Вдруг, как по заказу, выскочило солнце.
Решили воспользоваться подарком стихии.
Дайверы, прибыв из места подготовки в акватории Каспия, стояли на борту шлюпа, неуклюже перетаптываясь и разминая надутые мощным утеплением тела.
Инструкции по забору биологических артефактов давал высокий светлоглазый мужчина с клоком огненной бороды, торчащей из капюшона.
– Мартин Джо, – протянул он руку старшине Зябову. – Прибыл из государства под названием Нидерланды – эталона расширения сумасшедшего роста.
Кто как – а Серега не просек фишку.
– Расширения и роста чего – голландских тюльпанов6? – спросил он.
Мартин Джо, игнорируя вопрос, сунул старшине листок с техническим описанием задания.
Он попал очень даже по адресу.
Старшина Зябов обожал инструкции. Уважительно приняв ее, он зачитал текст выразительно, творчески переводя по ходу дела. Без непереводимых выражений это выглядело так:
– Пластинчатые и лопатоногие7 потребляют цинк, железо и марганец. Этих элементов дофига в воде, выходящей из земного нутра. Черный дым под водой – ваша цель номер один, братцы. Это дымят Черные курильщики. Блин, во где нарики спрятались, черти! Черный цвет – от сульфида железа. В сторонке от центра – белые концентрические кольца – это второй систематический признак. Улики-то в наличии – ментов не хватает… Карбонаты тоже выходят из-под коры. Минеральный салат жрут бактерии. Их самих пожирают крабы, креветки и прочая веганская живность. Все эти обалдуи ни черта не делают, только лижут микробы со своих клешней и щупалец. Извращенцы, посылающие эволюцию. Видите экземпляр – хапайте – и вира! Сталкеры всех стран, соединяйтесь!
Не привыкшая к северной экипировке команда с нетерпением ожидала конца рутинной процедуры, чтобы приступить к делу.
Наконец рыжебородый голландец роздал тару с красными и зелеными крышками – для животных и растений соответственно – и, показав белоснежный «чииз», сел на канатную бухту у борта, противоположного дайверам, чтоб уравновесить шлюп при их погружении.
Старшина Зябов, ответив смачным «чизкейком», дал отмашку:
– Вперед, ребятки!
Сергей первым вынырнул с добычей. Солнца уже не было и в помине.
– Пресвятой Иероним! Гигантский трихоплакс8! – заорал рыжий Джо, чуть не оглушив стащившего маску Сергея. В ту же минуту раздался другой, женский, крик.
Все, включая подсобных матросов, обернулись в зону берега. На мысе стояла стройная фигурка в светлом комбинезоне и махала флажками, что означало приближение шторма.
Вызванные из глубин дайверы, кто с добычей, кто без, перелезали через борт и, оглядываясь на почерневшую половину неба, не задавали вопросов.
Шлюп полетел к девушке. Ее комбинезон, стремительно приближаясь, все более светлел на фоне мрачнеющих скал. В момент разряда молнии он стал ослепительно белым. Да еще разряды наэлектризовали воздух вокруг. И девушка в этом ореоле показалась Сергею невестой в свадебном одеянии. А женихом был некто, несущийся в шлюпке… Сергея охватило странное чувство проникновения будущего в реальность. Или – наоборот. И тут случилось неожиданное.
Порывом ветра сорвало шляпу с головы голландца и понесло к берегу.
Тот закричал что-то на своем языке, указывая на белый вращающийся диск, в который превратилась шляпа. Старшина понял, что иностранный специалист отнюдь не намерен расставаться с принадлежностью своего гардероба.
– Право руля! – скомандовал старшина.
Бушующие волны на мгновение приоткрыли валун на пути лодки. И этого было достаточно, чтобы понять неизбежность катастрофы…
………………………………………………………………………..
Голос в ухе возвратил Сергея в реальность, и тот очнулся, как ото сна, на самом интересном месте.
– Напоминаю, – гнусавил чип. – Отказ от сотрудничества означает цифровизацию. Отсчет пошел.
Раздался мерный звук метронома.
Тук, тук, тук…
– Черт с вами, – сдался поставленный на счетчик. – Убыл 18-го июня 2035-го из деревни Лососевка, что на острове Итуруп. Сведения предоставляю согласно нашему календарю, так как с вашим не знаком по причине длительного отсутствия присутствия. Привет уважаемому будущему.
– Выслушайте отчет по трансакции, – услышал он. – Полученные данные введены в строку базы, поименованную: «Мартин Джо, год рождения 1999-ый, место рождения Голландия – выдающийся ученый, специалист по глубоководным исследованиям и нанотехнологическим решениям». Добавлено…
– Не голландец я, братцы. Серый я. Серега. Ошибочка вышла. Из-за визитки. Простите подлеца в предпоследний раз.
– Цвета и прозвища в базу не вносятся, – отреагировал чип на первую часть Серегиного сообщения, вторую же проигнорировал. Процессор чипа со всей очевидностью не был квантовым и не владел способностью запускать несколько процессов одновременно.
– Подскажите, если не секрет, как можно «поименовать» лично вас? –попросил Серега.
– Мой номер три, восемь, шесть, четыре, четыре, семь…
Голос с полминуты перечислял цифры.
– Замкнуло?..
– Со мной все в порядке. Но чтобы закончить, мне потребуется 72 дня.
– Да у меня всего три дня увольнительной! – хохотнул Сергей. – Через два я должен вернуться на практику…
– На практику?..
– А вы, «всеведущие боги», будто не знаете!
– Мы понимаем, мистер Джо, что вы здесь упоминаете практику забора глубоководных форм жизни. А для вас это имеет…
– А давай, знаешь, на «ты», а? Ну, по-моряцки. Ведь я будущий моряк.
– Моряк?.. – снова как с неба на землю свалился чип. – Понимаем. Вы хотите подать заявку, сэр, чтобы к вашим регалиям прибавить звание моряка. Это не плохо.
– Неплохо… Только я ничего не подавал. Моя команда прикомандирована к биостанции, где мы проходим практику по технодайвингу. Вылавливаем редкую живность для ученых. Биосталкеры очень востребованы в наше время.
– Конечно, живность очень важна для ученых такого масштаба, как вы, сэр Мартин Джо. Мы рассмотрим вашу заявку на звание моряка в срочном порядке.
Что не в лоб, то по лбу. Вот ерунда. Ясен пень, путаница возникла из-за визитки, которую в карман словно черт подложил…Но в голову не вмещается, как можно перепутать простого матроса с ученым, да еще выходцем из бывшей метрополии!
– Я – Сергей Белов. Сколько вам говорить? И вовсе не ваш разлюбимый Мартин Джо!
– Мы не поощряем неприличные эпитеты.
– Да вы просто тупые!
Когда Сергей Белов услышал ответ чипа, он пожалел о том, что не сдержал эмоции…
– Прослушайте важную информацию, мистер Джо, – прогнусавил чип. – Мы сожалеем, но дистанционное тестирование только что подтвердило наш предварительный диагноз. Увы, вы страдаете синдромом Туретта9. Но это не приговор и не препятствие для полноценного общения по вопросу заказа.
У Сергея задергался мизинец левой ноги, засосало под ложечкой и появилось желание высказать неотфильтрованную сознанием мысль.
Карамба! Пресвятой Посейдон! Сто сорок шкотов в глотку и фок-бом-брам-стеньгу с якорем! Неужели у него, действительно, то самое долбанное заболевание, о котором он впервые услышал от голландского спеца?
Нестерпимо захотелось нырнуть в прошлое, чтобы сверить два диагноза, поставленные через 3-4 поколения один от другого, странным образом совпадающие…Сергею казалось, что только они, воспоминания, помогут понять, что не так…или не совсем так.
Или все-таки так?!
Он без труда сформировал мишень на внутреннем экране памяти, так как хорошо помнил, когда это произошло. Это был момент визита Мартина Джо в больницу.
Следующим наказом он направил мощный луч ретикулярной формации.
Начался поиск в карте памяти мозга…
……………………………………………………………………
Вот девушка в белом стоит на скале, и белая шляпа по ветру несется к берегу…
…И вдруг – ни шляпы, ни девушки, а только ряд параллельных коек.
Справа – старшина Зябов. С левой – дайвер Алешка Юдин.
А перед ним, Сергеем, – его собственная нога в гипсе, подвешенная к кронштейну.
И все это – больничная палата.
И снова лицо девушки, одетой в белые одежды. Глаза – лазурные полтинники – полны тревоги.
– Как ваша нога? – спрашивает.
Он сразу узнает взгляд взволнованных глаз. Будто успел разглядеть во время шторма. И то же воспоминание о будущем…как в миг аварии.
И сейчас он готов поклясться в том, что не что иное, а пышное свадебное платье надето на ней.
«Чья ж она невеста?..»
Странное дело: этот вопрос заполнял его сознание все возрастающей радостью. И как обидно, что именно радостное чувство мгновенно опустошило ресурсы пациента.
Он снова вырубился…Сознание включилось, когда все были на местах, но в поле зрения появился еще один персонаж в халате, не иначе как «доктор».
С трудом сфокусировав глаза, Сергей узнал в «докторе» зарубежного специалиста по глубоководной живности Мартина Джо.
Ученый подошел к постели Сергея с белоснежным «чиизом» на лице и протянул для рукопожатия руку.
– Мое почтение. Снимаю шляпу. – Упомянутая шляпа, однако, осталась на голове гостя недвижной. – Доктор наук и искусств, профессор сэр Мартин Джо. Не буду перечислять все свои регалии. С вашей помощью, камрад, я сделал выдающееся открытие. Посредством электронного микроскопа, который мне предоставило руководство биостанции, я выявил особенности строения дорсальной пластинки вашего, а, теперь моего, трихоплакса. По имеющимся у нас данным…
Но Сергей ничего не слышал. Все его внимание забирали девушка и превращения ее белого халата в свадебные одежды.
– А это что у вас? – донеслось до него как сквозь вату. Тень руки «доктора» метнулась к тумбочке. – Можно полистать? И вот вам моя визитка. С нею вы меня найдете в любой точке земного шара.
«Капсула», подаренная Сергею ее автором в ходе творческой встречи на книжной ярмарке в Санкт Петербурге проплыла перед устремленными на девушку глазами.
И тут же поплыла вся палата…
Когда Сергей некоторое время спустя вновь пришел в себя, гость рассуждал о стрекательных клетках трихоплакса в решении проблем человечества.
– Если дополнить конструкцию комплексом алгоритмов и дистанционным управлением, то логистика планеты претерпит революцию…
Все это было так далеко от Сергея, фразы показались такими книжными и занудными, что он оттолкнулся от них, как от берега, и поплыл теперь лишь под парусом своей мечты.
– А если дополнить ваш наряд фатой, – неожиданно для себя сказал он, обращаясь к девушке, то ваш избранник будет самым счастливым в мире человеком!