Этот день ужасен. Сегодня я случайно угодила в лапы страшного чудовища. Парня, которого ненавидела каждой частичкой своей души.
— Почему ты так смотришь на меня? Боишься, что я, прикоснувшись к тебе, своими «грязными» руками испачкаю такую правильную и чистую девочку, как ты?
— Я тебя не боюсь.
— Лжешь. И что скажет твой парень, когда узнает, что ты сейчас со мной?
— А твоя девушка? Хотя, я до сих пор не понимаю, как она могла согласиться на отношения с таким, как ты. Я тут только потому, что проиграла тебе в споре. Давай покончим с этим быстрее. Я хочу поскорее уйти и забыть этот день, как страшный сон.
— Быстро не получится, — его грубая ладонь коснулась моего лица и пальцы сжали подбородок. После этого, Он большим пальцем провел по моим губам, неотрывно смотря на них своими черными, словно мрак ада, глазами.
Я старалась держать спокойствие, но сердце пропускало удар за ударом. Мы ненавидим друг друга и мне следовало держаться от Него подальше, но я сама предложила этот спор. Была более чем уверена в том, что выиграю и получу то, что требовала в случае победы.
Но я проиграла.
И сейчас в голове, среди лихорадочных мыслей, пробежало воспоминание, которое я возненавидела. Тогда, предлагая спор, я спросила, чего Он хочет в случае своего выигрыша.
В тот момент мы стояли около Его машины. Он сразу не ответил на мой вопрос. Держа ладони в карманах джинс, смотрел на меня привычным нечитаемым взглядом, в котором я все равно разглядела презрение.
Мы противоречивы друг другу даже по социальному статусу. Я девушка из уважаемой семьи. Всегда правильная и строго воспитанная. Он, тот, кого можно считать сущим монстром. От самых беспокойных районов Марселя, до парижских гетто его имя произносили с опаской.
«Так чего ты хочешь в случае своей победы?» — так и не услышав ответа, решила вновь задать этот вопрос.
Он наклонил голову набок и посмотрел мне в глаза, а у меня от этого по спине пробежал холодок.
«Сейчас ты воспользуешься моментом и свалишь. Иди в свой особняк и больше никогда не попадайся мне на глаза».
«Гроза всех ракаи боится проиграть мне в споре?» — я прекрасно осознавала, что и кому говорила. Сейчас играла с огнем, но намерено злила чудовище, ведь нуждалась в том, что требовала в случае своего выигрыша. Мне нужна была помощь, без которой моя жизнь рухнет. Правда, Ему я так и не рассказала, что происходило со мной. Просто, пытаясь хоть как-то выбраться из ужасной ситуации, затеяла этот спор.
После моих слов, я не заметила в Его глазах злости. Там вообще ничего не было, но Он все же ответил:
«Хорошо. Давай спор».
«Отлично» — я кивнула и в третий раз задала вопрос: «Так чего ты хочешь в случае своей победы?»
«Разденешься. Встанешь на колени и отсосешь у меня».
Я опешила. Внутри меня все напряглось и от этих слов сознание обожгло огнем. Хотела отказаться. Сказать, чтобы он выбирал что-то другое, но, совладав с собой, через силу кивнула, ведь в случае своей победы тоже требовала не какую-то мелочь и, более того, я была уверена в том, что не проиграю. Иначе бы не предлагала Ему спор. Но, все же с ненавистью произнесла:
«Ты требуешь такую ставку, несмотря на то, что у тебя есть девушку. Насколько же ты ужасен».
«Принимаешь мою ставку, хоть и есть парень. Потом рядом с ним будешь вспоминать о том, как сосала мне и глотала мою сперму?» — Он оскалился.
У меня действительно есть парень. Он хороший и тоже из уважаемой, сильной семьи. Мы начали встречаться совсем недавно и это были мои первые отношения. Пока что дальше поцелуев не заходили и то, чего хотел Он, для меня было дикостью, но я ведь не буду этого делать. Я выиграю.
«Струсишь» — сказал он и в его голосе я услышала сильное пренебрежение. Он считал, что я не выполню его ставку. Если честно, мне самой казалось, что легче сгореть в аду, чем пойти на это, но, чтобы поставить в этом всем точку, я достала из кармана одну вещь и протянула ее Ему.
«Если я проиграю и не выполню свое условие, заберешь это себе. Если выиграю, вернешь мне ее и сделаешь то, что я хочу».
Он забрал эту вещь и с безразличием посмотрел на нее. Для него она являлась безделушкой, а для меня – смыслом жизни и он прекрасно знал об этом. Точка была поставлена. Пути назад не было.
«Пожалуйста, осторожнее с ней» — попросила на выдохе, увидев, как Он эту вещь сжал в ладони, на костяшках которой виднелись сильные шрамы и положил ее в карман джинс. Мысленно пообещала себе, что протру ее чем-то антибактериальным, как только заберу. Настолько мне был ненавистен этот парень. Меня буквально трясло от того, что нечто настолько ценное для меня сейчас находилось у Него и я совершенно не могла понять, как другие девушки так отчаянно сохли по Нему.
Никого более ужаснее не найти. Он действительно плохой парень.
Вынырнув из воспоминаний, я посмотрела на Него. Того, кого ненавидела и мое сознание взрывалось от урагана буйствующих эмоций, возникающих от понимания того, что сейчас произойдет между нами.Я и так долго пыталась перебороть себя и смириться. Даже изменить его ставку. Совсем немного, но получилось. Вот только, как после всего этого быть? Уже в это мгновение хотела стереть из памяти то, что еще не случилось. Все пропало. Я оказалась на дне и этот день — мой личный позор, в который я сама себя загнала.
Одно я понимала особенно ясно – этот день точно перечеркнет мою прошлую жизнь. Хоть я и попытаюсь ее сохранить.
Я открыла сумку и достала оттуда стопку блузок, которую аккуратно положила на полку старенького, обветшалого шкафа. При этом, плечом к уху прижимала телефон, из динамика которого доносился возмущенный голос подруги:
- Нану, ты с ума сошла? Немедленно помирись с матерью и вернись домой.
- Я не могу, - устало ответила, продолжая раскладывать свои вещи. На несколько секунд остановилась и взглядом окинула крошечную съемную квартирку, в которую заехала этим утром. Мебели минимум и на пожелтевших обоях плесень, вонью, которой пропитался воздух. Да, это не тот трехэтажный дом в Батиньоль-Монсо, в котором я жила до этого, но, однозначно, лучше это, чем то, что ожидало меня дома, в случае моего возвращения.
- Что значит «не могу»? – в динамике вновь прозвучал голос Дезири. – Можешь. Нану, все ты можешь. Не знаю, из-за чего вы поругались, но ты точно погорячилась.
Я шумно выдохнула и достала из сумки новую стопку одежды. Не знала, что сказать подруге, ведь не желала никому рассказывать про ситуацию, произошедшую со мной. Да и дело было далеко не в матери.
- Бенуа уже знает о том, что ты переехала в эту дыру? – спросила Дезири. Я так и думала, что она упомянет моего парня.
- Еще нет. Он сейчас в Руане вместе с отцом. Послезавтра вернется в Париж и я расскажу ему все при личной встрече.
- Я все еще не могу поверить в то, что ты пошла на нечто подобное. Если захотела изобразить самостоятельность, хотя бы выбрала бы округ получше, но, нет, ты переехала в Шампиньи. Да ты там и недели не выдержишь. Боже, Нану, вернись уже домой и извинись перед матерью.
Услышав последние слова подруги, я потерла закрытые веки кончиками пальцев и подумала о том, что, наверное, стоило ей все рассказать. Но, позже. Не по телефону.
- Дезири, мне нужно бежать по делам. Встретимся завтра в университете и поговорим.
Я завершила разговор и положила телефон на тумбочку. После этого шумно выдохнула и села на стул. В голове роились далеко не самые приятные мысли, но, не желая в них погружаться, я решила заняться делами. Сейчас у меня их хватало.
За всю свою жизнь, я никогда сама не готовила, не убирала и вообще не занималась домашними делами. Для этого были горничные. Я же училась под присмотром лучших репетиторов и посещала самые разнообразные курсы. Меня обучали манерам, танцам и иностранным языкам, но теперь мне следовало самостоятельно заниматься своей жизнью. Справлюсь. Будет трудно, но я все смогу. Да и выбора не было.
Дезири возмущалась от того, что я сняла квартиру в Шампиньи, но именно благодаря этому я смогла сэкономить те деньги, которые у меня были и теперь, достав их из кошелька, подсчитала. После этого вновь окинула взглядом комнату и решила, что стоит сходить в магазин. Купить моющих средств, чтобы устроить уборку. Еще нужно зайти в маркет за едой.
Переодевшись, я вышла из квартиры, к которой еще не привыкла и спустилась по лестнице. Оказавшись на улице, пошла по тротуару, попутно с этим, в телефоне листая рецепты простых блюд. Что-то из этого собиралась сегодня попытаться приготовить и меня интересовали ингредиенты.
Когда подошла к светофору, пришло сообщение от Бенуа:
«Скучаешь по мне?»
«До безумия скучаю» - тут же ответила и улыбнулась, но, в тот же момент, в груди неприятно заскребло, от ощущения, что написанное мной в этом сообщении ложь. Мы с Бенуа не виделись уже больше недели, вот только, я бы не сказала, что прямо очень сильно соскучилась по нему, хоть и должна была. Наверное, это все потому, что мои мысли заняты лишь переездом и ситуацией, в которой я оказалась. Во всяком случае, я попыталась себя в этом убедить.
Пришло еще одно сообщение от Бенуа, но я его пока что не просмотрела. Как раз перешла через дорогу и миновала несколько домов, после чего замерла на месте, с настороженностью посмотрев вперед.
Там я увидела старую пятиэтажку, на первом этаже которой находился, кажется, заброшенный ломбард. На его ступеньках сидели какие-то парни. Еще несколько стояли рядом, около своих мотоциклов. Там вообще собралась шумная компания и, лишь один раз взглянув на них, я поняла – ракаги. Те, кого стоило опасаться и вообще ни в коем случае не оказываться рядом.
Благодаря моему покойному отцу, который при жизни был уважаемым жандармом, я была наслышана о том, какие эти парни страшные. Папа всегда говорил, что их всех нужно пересажать в тюрьму.
- Что же делать? – тихо спросила у самой себя. Теперь идти вперед я боялась, но маркет находился буквально в двух кварталах отсюда. Если буду обходить, придется сделать огромный крюк, а уже темнело. И не факт, что другие улицы более безопасные.
Я оглянулась по сторонам и сразу заметила впереди еще одного парня. Он находился буквально в десяти метрах от меня. Опираясь поясницей о капот своей машины и, одну ногу поставив на бордюр, он разговаривал по телефону, при этом, держа свободную руку в кармане джинсов.
Этот парень притягивал внимание. На вид ему не больше двадцати двух, то есть, максимум на четыре года старше меня, но, при этом, он точно значительно выше. Массивный и широкоплечий. Волосы черные и кожа очень смуглая. Внешне невероятно притягательный, но одет очень просто. Потертые джинсы, старые, но чистые белые кеды и дешевая футболка черного цвета.
Пока я рассматривала этого парня, он закончил разговор и положил телефон в карман, после чего пошел по тротуару, как раз в ту сторону, где находилась компания ракаги. Я сомневалась лишь несколько секунд, а потом побежала за ним. Оказавшись рядом, встала впереди, перекрывая ему дорогу и спросила:
- Прости, ты же идешь в ту сторону? – я махнула рукой вперед.
Парень ничего не ответил, но опустил взгляд и посмотрел на меня. Глаза у него черные и мрачные. Пробирающие до дрожи и я даже поймала себя на мысли, что мне хотелось спрятаться от него. Сделать так, чтобы парень не смотрел на меня. Из-за этого ощущения даже пожалела о том, что подошла к этому незнакомцу, но все же продолжила:
- Пожалуйста, можно я пойду рядом с тобой? Хотя бы до конца улицы? – спросила, после чего кивнула в сторону парней, находящихся около заброшенного ломбарда. – Просто, я их боюсь и мне страшно идти одной.
Некоторое время парень так же молча смотрел на меня. Рассматривал. А я по его взгляду ничего понять не могла и от этого мне почему-то стало жутко. Лишь от одного присутствия этого незнакомца по спине побежал холодок. Но на мои вопросы он кивнул, после чего пошел дальше, а я, прикусив губу, последовала за ним.
- Ты где-то тут живешь? – спросила негромко. От тишины стало неловко и я попыталась начать разговор, но вместо нормального ответа, незнакомец опять просто кивнул. – А тут вообще нормально жить? Просто район очень неблагополучный и мне столько страшного рассказывали.
На это он вообще никак не ответил.
Мы как раз подходили ближе к компании тех парней. Они шумели, разговаривали и курили так, что все вокруг пропахло дымом. Чем ближе мы подходили, тем больше сознание покалывал страх. В какой-то момент, от очередного их громкого возгласа я вздрогнула и интуитивно своей ладонью сжала ладонь незнакомца, почувствовав на его костяшках грубые шрамы.
В этот момент я ощутила, что парень на меня посмотрел. Стало еще более неловко от того, что я сделала, но свою ладонь просто не смогла разжать. Поэтому, я немного растеряно прошептала:
- Прости. Мне так спокойнее. Можно я подержу тебя за руку?
Парень опустил голову и посмотрел на свою ладонь, которую я сейчас сжимала своей. Еле заметно приподнял бровь, при этом, совершенно не изменившись в лице. Но свою руку не убрал, а это уже было хорошо.
Мы уже подошли к этой компании ракаги и они нас заметили. В один момент абсолютно все замолчали, из-за чего у меня сердце пропустило удар. Я думала, что они сейчас что-то скажут, или хуже – сделают. Но, нет, они, просто провожали нас взглядами и, когда мы проходили мимо, кажется, даже не пошевелились.
Все это было очень… странно.
Мы с этим незнакомцем дошли до конца улицы и, когда завернули за угол, я разжала пальцы, отпуская его ладонь, после чего отошла от него на несколько шагов.
- Спасибо, - поблагодарила его, немного наклонив голову вперед. – Ты мне очень помог.
Развернувшись, я пошла дальше по улице. Опять достала телефон и продолжила просматривать рецепты. Скоро маркет и мне следовало определиться с тем, что купить в нем.
Я прошла через еще одну улицу, но все никак не могла отделаться от странного ощущения. По спине бежал холодок и кожу покалывало. Из-за этого я оторвала взгляд от телефона и обернулась. Очень сильно вздрогнула, увидев позади себя этого парня. Но, подумав, что он просто шел тоже в эту сторону, на подобном не стала акцентировать внимание. Разве что решила перейти через дорогу.
Вот только, когда вновь обернулась – все так же увидела его позади себя. Руки в карманах джинсов и шаг спокойный. Даже ленивый. Но от его взгляда, скользящего по мне, становилось как-то не по себе.
- Ты идешь за мной? Зачем? – я нахмурилась и в ладони сжала телефон.
- Ничего не хочешь дать взамен помощи? – он остановился буквально в полуметре от меня. Слишком близко, из-за чего я сделала шаг назад, пытаясь увеличить расстояние между нами.
У этого незнакомца немного грубый и хриплый голос, но при этом, очень приятный. Вот только, сам его вопрос меня обескуражил.
- Денег? – предположила. Район бедный и сам этот парень явно не богатый. Решив, что он именно этого и хотел, я уже более уверенно спросила: – Мне дать тебе денег?
Взгляд незнакомца помрачнел. Стал жестким.
- Номер телефона, - сказал он.
- А-а-а… Номер телефона… - протянула, понимая, что ему не нужны деньги. Этот парень хотел познакомиться со мной. Только, я этого не желала, о чем я и собралась сказать, но, честно, он меня уже немного пугал и как-то не очень хотелось продолжать разговор.
Поэтому я достала из сумочки блокнот и вырвала из него лист, на котором написала выдуманный номер, который протянула парню.
- Держи.
Уже собиралась быстро уходить, как заметила, что незнакомец скользнул взглядом по цифрам и, скомкав листок, выбросил его. К моему удивлению, судя по всему, сразу запомнил номер, так как ввел его в свой телефон и нажал на вызов. Естественно, он оказался недействительным.
- У меня телефон сел и сейчас выключен, - солгала и именно в этот момент пришло еще одно сообщение от Бенуа, предательски показывая мою ложь. Я прикусила губу и посмотрела в сторону: - Ладно. Хорошо. На самом деле, я просто не хочу с тобой знакомиться. Прости. Ты мне помог и, возможно, ты хороший парень, но… ты же просишь телефон не просто потому, что хочешь дружить со мной. А отношения между нами невозможны. Они ну… просто невозможны. Да и даже если бы ты просто хотел дружить… Этого тоже не нужно…
Я растеряно вплела пальцы в волосы, не зная, как еще мягко объяснить, почему не хотела давать свой номер. Незнакомец все это время молчал, но от его взгляда кожу начало остро покалывать.
- Ты меня понимаешь? – поскольку парень не ответил, я спросила: - Ты меня вообще слышишь?
- Нет. Не могу сосредоточиться. Представляю, как трахаю тебя в ближайшем отеле.
- Извращенец, - произнесла на выдохе, ощутив, как щеки предательски полыхнули огнем.
Чувствуя, что этот разговор продолжать не стоило, ведь этот парень явно ненормальный, я развернулась, собираясь уходить, но внезапно его рука оказалась на моей талии. Спиной вжала в каменный забор и уже вскоре незнакомец оказался рядом. Рукой оперся о забор около моей головы и наклонился. Его горячее дыхание обожгло щеку, а взгляд – сознание.
- В следующий раз, если в твоей пустой голове не появится мозг и ты опять решишь появиться на этих улицах, барахло свое сними, - он жестко посмотрел мне в глаза. В них появилось презрение. «Барахлом» явно назвал мои золотые кольца, браслет и цепочку. – Иначе его снимет кто-то другой, вместе с твоим тряпьем из бутиков. И сразу можешь ноги раздвинуть, потому, что насиловать тебя будут толпой. Таких, как ты тут раньше не было и многие с удовольствием тебя разложат в проулке. Захлебнешься от членов трахающих тебя.
- Черт, отойди от меня, ненормальный, - зашипела, ладонями ударив по его торсу и тут же ощутив сталь мышц. – И что значит «таких, как ты»? Я обычная девушка.
- Изнеженных и раздвигающих ноги только на дорогих кроватях, - его голос спокойный, но сколько же в нем льда, а в черных глазах мрака. Парень наклонился еще ниже и мне показалось, что он меня сейчас поцелует, но вместо этого незнакомец сказал мне в губы: - Пошла нахрен отсюда.
Он сделал шаг назад, а я, чувствуя, что сердце стучало невыносимо быстро, пропуская удар за ударом, побежала по тротуару прочь. Не оборачивалась и больше не смотрела на этого незнакомца. Изо всех сил неслась по улицам.
В голове лихорадочно пробегали мысли, но среди них не было ни одной нормальной.
Un. Deux. Trois. Quatre. Cinq...
Où nous mènera ce jeu du mâle et de la femelle?
В этот вечер я все же зашла в маркет. Растерянно и очень быстро побросала в корзину все, что хотела, но обратно к дому, в котором я снимала квартиру, вернулась на такси.
Изначально у меня были грандиозные планы. Для начала хотя бы частично убрать квартиру и приготовить что-нибудь поесть. То есть, постепенно обживаться в своем новом жилье, но я все никак не могла собраться с мыслями. Из-за того незнакомца по коже до сих пор бежал холодок.
- Может, Дезири права? – спросила у самой себя. Этот район и правда был не самым благополучным. Но переезжать отсюда я не собиралась. Во-первых, почти все деньги, которые у меня были, я уже отдала за эту квартиру. Во-вторых, было бы глупо убегать отсюда лишь из-за одного неприятного случая.
Просто, стоило быть осторожнее. Поэтому, несмотря на то, что грубые слова того незнакомца вызывали гнев, я все же последовала его совету и поснимала с себя все золото. Разве что оставила цепочку с небольшим кулоном. Она была моим сокровищем и я не могла с ней расставаться. Но это украшение бережно спрятала под блузкой.
***
Утро следующего дня встретило меня болью во всем теле. Я все же занялась уборкой и потратила на это большую часть ночи, уже теперь понимая, насколько тяжело было горничным, работающим в особняке моей семьи.
В университет я собиралась с трудом. К счастью, первых двух лекций не было и я могла не торопиться.
Выходя из дома, опять вызвала такси, но, собираясь экономить, на нем доехала только до станции метро, а уже оттуда добралась к Сен-Жерменскому кварталу, откуда пешком дошла к университету, в котором училась – Сорбонна.
Поскольку я приехала раньше, как раз шла лекция, но студентов около учебного заведения, как всегда, хватало. Обойдя главный круглый фонтан, я достала телефон и позвонила Дезири. Хотела узнать, где она и по возможности встретиться с подругой до начала нашей лекции.
- Я сегодня не приду в универ. Почти до утра с Жаклин была в "Ла Жаве" и, судя по всему, выпила лишнего, - сонно сказала подруга, ответив на мой звонок. – Я еще немного посплю и, когда проснусь, позвоню тебе.
После этого, не дожидаясь моего ответа, Дезири завершила разговор. Посмотрев на потухший экран, я вопросительно приподняла бровь. Удивилась тому, что Жаклин и Дезири пошли куда-то без меня, ведь, ранее, мы втроем всегда и везде ходили вместе. Вообще познакомились еще пять лет назад в частном колледже и с тех пор были лучшими подругами.
Положив телефон обратно в рюкзачок, я зашла в здание Сорбонны и прошла по холлу. Собиралась пойти в аудиторию и повторить конспекты, но в коридоре третьего этажа застыла на месте. Судьба явно насмехалась надо мной, ведь, без интереса скользнув взглядом по шумной компании парней, собравшихся тут около диванов, я среди них узнала вчерашнего незнакомца.
Что было странно, он явно был с этой компанией, но сейчас в разговоре не участвовал. Стоял около окна и что-то просматривал в телефоне, лениво листая страницы.
Наверное, почувствовав мой взгляд, он поднял голову и посмотрел на меня. Одна его бровь еле заметно приподнялась, а я, будто не дыша, развернулась и пошла обратно к лестнице. Вернее, побежала.
Что он тут делал? Учился в Сорбонне? Но я его раньше не видела. Правда, я тут училась только месяц.
Я опять растерянно пригладила волосы и спустилась вниз. Меньше всего на свете я опять хотела встретиться с тем парнем, но успокаивало то, что в Сорбонне училось очень много студентов. Тут имелось пять филиалов разных университетов и навряд ли мы вообще еще столкнемся. Раньше же не виделись. Тем более, у нас совершенно разное окружение.
Я так думала, но судьба действительно решила подшутить надо мной, ведь с тем незнакомцем мы столкнулись на следующей перемене.
Я поднималась по полностью безлюдной лестнице, как услышала позади себя тяжелые шаги и почувствовала взгляд, от которого кожу практически болезненно покалывало. Обернулась и вздрогнула. Позади себя увидела этого парня.
- А… - хотела что-то сказать, но решила, что это лишнее. Лучше поскорее уйти и избегать вот таких вот встреч с ним.
Я развернулась и поднялась еще на несколько ступенек, как почувствовала, что он сжал низ моей юбки, доходящий мне практически до колен и, поднял вверх, открывая вид на попу и по виду обычные, белоснежные трусики.
- Как скучно, - сказал он, окинув взглядом мое нижнее белье.
У меня щеки запылали и я влепила ему пощечину, хотя, казалось, только мне от этого было больно, так как у меня ладонь обожгло, а парень на мою пощечину будто бы не обратил внимание.
- Да как ты… Да как ты смеешь? Что… что ты себе позволяешь?.. - зашептала, одернув свою юбку и натянув ее так, что она теперь казалась еще длиннее, чем раньше, но я все равно продолжала растерянно поправлять ее, все еще не в состоянии поверить в то, что этот парень только что увидел меня практически голой. Я понимала, что на пляже ходила в купальнике, но это другое. Даже Бенуа еще не видел меня лишь в нижнем белье.
- Больше не прикасайся ко мне, - я зашипела, продолжая поправлять юбку. При этом, поднялась на несколько ступенек, чтобы увеличить расстояние между нами. Смотрела на парня зло. С негодованием, от которого, казалось, вот-вот задохнусь. – И не подходи ко мне. Никогда.
В этот момент по лестнице спускалось два парня. Я этому обрадовалась, ведь находиться с этим незнакомцем наедине было тяжело, но, как только эти студенты увидели его, застыли на месте, а потом резко развернулись и быстро пошли обратно.
Что это с ними?
- В общем, не подходи ко мне и не прикасайся, - повторила хмуро, наблюдая за молниеносно отдаляющимися спинами тех парней.
Не понимала, что происходило, но решила, что тоже пора уходить. Уже развернулась, но, внезапно незнакомец взял меня за запястье и одним движением притянул к себе, так, что я грудью столкнулась с его торсом. После этого, его рука обвила мою талию и прижала к крепкому, практически стальному телу, по сравнению с которым, я почувствовала себя такой маленькой. Хрупкой.
- Запрети мне еще что-нибудь, - сказал мне на ухо, опаляя кожу горячим дыханием.
Тело пробило какими-то непонятными для меня всполохами тока и, кажется, я совершенно не дышала. Но я мотнула головой, пытаясь прийти в себя и ладонями уперлась в руки незнакомца. Сколько же в них силы. Казалось, что, если сожмет их хоть немного сильнее, просто сломает меня.
Вторая его ладонь сжала мой подбородок и заставила поднять голову. Посмотреть на него. И от зрительного контакта с черными глазами незнакомца, по спине пробежался холодок.
Внезапно парень отпустил меня и, словно ни в чем не бывало, положил ладони в карманы джинсов, после чего пошел прочь. А я все так же стояла на месте, чувствуя, как коленки подрагивали и сознание опустело.
За весь месяц своего обучения в Сорбонне, я ни разу не видела этого незнакомца, но теперь поймала себя на мысли, что, наверное, просто не обращала на него внимание, ведь уже сейчас постоянно ловила его взглядом.
Сразу, увидев его даже издалека, я разворачивалась и ухода прочь, а потом непонятное мне любопытство победило и я стала наблюдать за этим парнем. Конечно, старалась делать это незаметно.
Очень многие от него шарахались. Чуть ли не в разные стороны разбегались, при появлении этого незнакомца. Все это и страх в глазах студентов, создавал в моей голове множество вопросов, но так же я заметила, что было немало тех, кто сами к нему подходили.
Например, находясь на втором этаже здания Сорбонны, я смотрела в окно и наблюдала за тем, как этот незнакомец сидел на верхних ступеньках и что-то просматривал на телефоне. Он был один, но время от времени, к нему подходили какие-то парни. Что-то рассказывали или, кажется, задавали вопросы. Изредка отрывая взгляд от телефона, он отвечал им. Что-то говорил. Потом они уходили и через какое-то время подходили другие парни. Иногда их было двое, или больше. Временами, они задерживались и около незнакомца скапливалась целая группка.
А я все не могла отделаться от ощущения, что он отдавал им какие-то приказы. Понимаю, что догадка глупая, но именно такие мысли приходили в голову, когда я смотрела на них.
Лично с этим незнакомцем я столкнулась на следующей перемене. Очень сильно хотела есть, но, опять таки, из-за экономии, я не пошла в столовую, а направилась в ближайший маркет, который, тем не менее, находился в трех кварталах от Сорбонны. Сюда, наверное, не доходил ни один из студентов. Во всяком случае, мои друзья и знакомые – так точно. Все они сейчас были в столовой.
Я взяла себе несколько эклеров и как раз стояла около полок с водой. Привыкла пить «Evian» и взяла себе бутылочку с этой эмблемой, сознанием понимая, что с такой водой это не особая экономия. Пока что никуда не уходила. Увлеклась перепиской с Бенуа.
«Ты уже завтра приедешь?» - спросила у него. Мы были знакомы около года, но начали встречаться перед самой поездкой Бенуа в Руан. И пока что в универе, кроме Жаклин и Дезири, еще никто не знал о наших отношениях. Но, когда Бенуа вернется, мы всем об этом расскажем. Я уже представляла, как буду с ним за руку ходить по Сорбонне. Всегда и везде быть вместе. Это мои первые отношения и я немного волновалась.
«Вернусь сегодня ночью, но завтра буду в универе. Выйдешь со мной на видеосвязь? Хочу тебя увидеть» - пришло сообщение от Бенуа, я нажала на нужное окошко в телефоне, собираясь ответить, но не успела.
Внезапно чье-то крепкое, массивное тело, казалось бы состоящее из стали, вжало меня в полки, так что я грудью сильно прислонилась к ним и спиной ощутила мощный торс.
- Что?.. – негодующе прошипела, высоко поднимая голову, но запнулась, увидев этого незнакомца. – Что ты делаешь? – с негодованием вырвался у меня вопрос.
Этот парень поднял руку и взял небольшую бутылку с обычной водой из верхней полки. После этого отстранился от меня и, как ни в чем не бывало, пошел к кассе, при этом даже ни разу не посмотрев на меня. Там из кармана достал несколько смятых, мелких купюр и расплатился за воду – единственное, что он тут купил. После этого вышел из маркета.
А я все стояла на месте сжимая в руках свои покупки. Моему негодованию не было предела. Я, конечно, понимаю, что в маркете, чтобы взять нужную вещь, могут забыть про личное пространство, но не до такой же степени. И вода, которую взял незнакомец занимала всю верхнюю полку, а рядом никого не было. Ему пяти метров стеллажа не хватило? Нужна была именно та бутылка, которая находилась надо мной?
Хмурая и злая я вышла из маркета, но на улице меня ожидала еще одна неприятная ситуация. Какой-то мужчина пристал. На вид, лет тридцати. Невысокий и полноватый, но одетый в брюки и рубашку. Сразу сказал, что не знает как дойти до станции метро и просил помощи, а потом очень навязчиво предложил выпить кофе. Брал меня за руки.
- Пожалуйста, отстаньте, - попросила у него.
- Почему? – спросил он. – Я просто хочу пригласить тебя на чашку кофе. Посидим и поговорим.
- Поговори с нами, - внезапно, рядом возникло два парня. По виду, ракаи[1]. – Месье, мы ужасно интересные собеседники.
Эти парни схватили этого мужчину за предплечья и, несмотря на то, что он вырывался, куда-то поволокли. Уже вскоре подхватили его и бросили в мусорный бак, который накрыли крышкой и еще несколько раз сильно пнули.
- Зачем?.. – я шокировано открыла глаза. – Там же может быть битое стекло.
Я побежала помогать несчастному мужчине, но он сам выполз из бака, при этом, перевернув его, и быстро убежал, парням грозясь вызвать жандармов. Я бы не сказала, что их это напугало. Скорее, позабавило.
Я хотела подойти к ним и спросить, зачем они это сделали. Да, мужчина вел себя не очень хорошо, но так же ничего прямо очень плохого он не совершал, но из-за ракаги мог сильно пораниться. Подобной грубости я не воспринимала. Вот только, разве есть смысл разговаривать с ракаги? Нет. Темболее, это опасно. От них лучше держаться подальше. Разве что я не смогла сдержать взгляда полный негодования, направленного на этих парней, а, когда развернулась, собираясь возвращаться в Сорбонну, увидела незнакомца.
Он сидел на каменной перегородке и смотрел на меня. Почему-то в этот момент, от его черных глаз стало как-то не по себе, но я мотнула головой пытаясь избавиться от этого ощущения. Развернулась и очень быстро пошла прочь.
«Так ты выйдешь со мной на видеосвязь?» - пришло новое сообщение от Бенуа.
Я в это время как раз подходила к зданию Сорбонны. Поскольку следующей лекции не было, заходить внутрь не стала. Вместо этого, села на лавочку, находящуюся во дворе университета и достала купленную коробочку с эклерами. Собиралась пообедать.
«Прости. Мне сейчас не совсем удобно. Давай вечером или уже завтра увидимся».
«Я завтра заеду за тобой перед учебой. Вместе поедем» - прочитав это сообщение Бенуа, я сжала в ладони телефон, после чего быстро написала:
«Не нужно. Встретимся уже в Сорбонне» - я все еще настойчиво скрывала от Бенуа свой переезд. Завтра расскажу.
Я открыла бутылочку с водой и сделала первый глоток, но, услышав какой-то шум, оглянулась и тут же вжалась в спинку скамейки. Около парковки увидела Его – Обена Турнье.
Когда я только поступила в Сорбонну, Бенуа, будучи уже пятикурсником, многое рассказал мне про этот университет и в первый же день издалека указал на Обена Турнье, после чего сказал держаться от него подальше. Про его жуткие поступки тут разве что глухой не слышал. Даже я уже успела уловить несколько слухов, от которых по коже бежали мурашки. Без сомнения, этот парень ужас Сорбонны. Тот, кого следовало избегать словно огня.
Сейчас Обен был в окружении нескольких парней и девушек. Одна из них обнимала парня за руку и откровенно прижималась грудью к локтю, а я понять не могла, как вообще какая-либо девушка могла подойти к нему настолько близко. Еще и смотреть с такой влюбленностью. Может, у нее отсутствует чувство самосохранения?
- Я так рада, что ты наконец-то пришел в университет, - сказала эта студентка, еще сильнее прижавшись к Обену. – Мы так давно не виделись.
Они как раз проходили мимо меня и я в этот момент, казалось, совершенно не дышала. Притихла и ждала, когда эта компания пройдет дальше. Но Обен, оборачиваясь к этой девушке, случайно скользнул взглядом по мне и на мне же его и оставил.
Я вздрогнула, ощутив, что взгляд черных глаз этого парня прожигал насквозь. Будто бы охватывал тело огнем и испепелял дотла. Я тоже, застыв на месте, смотрела на его черные волосы и такие же темные глаза. Светлую футболку, джинсы и серые кроссовки. А он взглядом скользил по каждой черте моего лица. Создавалось ощущение, что внимательно рассматривал, но в какой-то момент немного опустил голову. Посмотрел на мою грудь.
У меня кожу обдало какими-то странными, будоражащими всполохами. Захотелось сбежать от взгляда Обена, или хотя бы прикрыться. Поэтому, я рефлекторно скрестила руки на груди, но, заметив, что моя цепочка с кулоном были видны, быстро убрала их под блузку. Интуитивно возникло желание спрятать такую ценную вещь, являющуюся моим сокровищем, от взгляда такого парня, как Обен.
- Что-то случилось? – та студентка заметила, что парень немного замедлил свой шаг. Так же, она почувствовала то, что он смотрел на меня. К Обену она обращалась очень осторожно, но на меня смотрела, как змея и из-за этого возникало далеко не самое приятное ощущение. Предчувствие чего-то плохого.
- Ничего, - Обен отвернулся от меня и пошел дальше. Свою руку он положил на плечо девушки и притянул к себе, а она засветилась от счастья. Судя по всему, они встречались.
С моей стороны было бы глупо отрицать то, что они смотрелись хорошо. Он высокий и явно в превосходной физической форме, чего не скрывала одежда. Она тоже высокая, но очень симпатичная. Одетая в простую одежду и без всяких дорогих аксессуаров, но короткая юбка с высокой талией и черная майка отлично подчеркивали идеальную фигуру.
Через несколько минут Обен со своей компанией зашел в здание Сорбонны и почему-то я только после этого смогла спокойно выдохнуть. Подняла бутылочку с водой и опять сделала несколько глотков, тут же услышав, как меня окликнули:
- Привет, Нану, - рядом со мной на скамейку села Абель. Ее мама работала в особняке моей семьи и сама девушка на выходных иногда подрабатывала уборкой гостевых комнат. Мы особо не дружили. Лишь иногда разговаривали, а в университете даже ни разу друг с другом не поздоровались. Поэтому я удивилась тому, что она ко мне подсела, но все же взяла коробочку с эклерами и предложила ей: - Спасибо, - Абель взяла один и сразу же откусила кусочек. – Как у тебя дела? Мама мне сказала, что ты ушла из дома.
- Да, мы немного повздорили. У нас разошлись мнения касательно моей дальнейшей жизни, - солгала. Уже не было смысла скрывать свой переезд, но причину, по которой я это сделала, мне рассказывать не хотелось.
На самом деле, мама сама меня прогнала и сделала это со страшным скандалом. Мой отчим в последнее время странно себя вел, но я никак не ожидала того, что однажды, в отсутствие моей мамы, он зажмет меня в одной из пустых комнат. Начнет целовать и пытаться раздеть. Я тогда сильно испугалась, но сумела оттолкнуть его и убежать.
После этого случая я стала избегать отчима. Все думала, нужно ли рассказывать маме о произошедшем, ведь знала, что она этого мужчину безумно любила и правдой не хотела делать ей больно, но, когда он вновь начал пытаться меня трогать, я решила, что маме стоит об этом знать. Вот только, оказалось, что одна из горничных мельком видела то, как отчим меня целовал, но, скорее всего, ушла раньше, чем я сумела его оттолкнуть и обо всем этом она рассказала моей маме.
Был скандал. Отчим меня опередил и сказал маме, что это я к нему цеплялась и это я его поцеловала. Мама ему поверила – меня слушать не стала. Как только она меня тогда не называла, моими вещами кидая мне в лицо. Сказала, чтобы я уходила и больше не появлялась на пороге ее дома, а мне больше этого не хотелось. От всей этой ситуации больно. Я сделала все, чтобы доказать свою правоту. Не получилось.
- И куда же ты переехала? – спросила Абель, этим вопросом разрывая мои мысли.
- В Шампиньи-сюр-Марн.
Абель подавилась эклером и сквозь кашель спросила:
- Ты серьезно?
- Да, - нахмурилась, но кивнула.
- Нану, ты в своем уме? – спросила девушка. – В Шампиньи рождаются, вырастают и живут. Туда не переезжают. Ты, черт возьми, переехала в гетто.
- Да нормально там, - я пожала плечами, хотя на собственном опыте успела понять, что слово «нормально» не совсем хорошо подходило к этому району.
Абель посмотрела на меня так, будто я говорила глупость.
- Пожалуйста, не выходи на улицу ночью, - сказала девушка, откинувшись на спинку скамейки. – Жандармы иногда бывают в Шампиньи утром и днем. Ночью – никогда.
Абель все еще покашливала и я протянула ей свою воду, девушка хотела ее взять, но в этот момент посмотрела куда-то в сторону и прошептала:
- Так это правда…
Я посмотрела в туже сторону, что и Абель и увидела незнакомца. Он с еще двумя парнями прошел мимо нас, но на меня даже не посмотрел.
- Что «правда»? – спросила, понимая, что эти слова Абель касались этого парня.
- То, что Доминик Моно перевелся в Сорбонну. Об этом с самого утра весь универ гудит.
- Доминик Моно? Ты про того парня? - минуя правила приличия, я пальцем указала на незнакомца. Абель кивнула, а я приподняла бровь. Так вот, как его зовут. – Подожди. Ты говоришь, что он сюда только перевелся, но я сегодня видела, что этот парень с многими разговаривал. Он не выглядит, как новичок.
- Потому, что его многие знают, - Абель наклонилась вперед и локтями уперлась в коленки, голову подперев ладонями, сжатыми в кулаки. – Ты же слышала про Обена Турнье?
Я кивнула. Не только слышала, но и только что видела.
- Так вот раньше тут учился только Обен Турнье, а теперь еще и Доминик Моно.
- Почему говоря про этого Доминика, ты упоминаешь Обена?
- Потому, что неизвестно, кто из них хуже, а теперь они оба тут учатся, - Абель встала со скамейки и уже собиралась уходить, но остановилась. Обернувшись ко мне сказала: - Кстати, Доминик тоже живет в Шампиньи и судя по слухам, он сущее чудовище. Например, он пробыл в колонии три года. С пятнадцати до восемнадцати лет. Поэтому постарайся избегать его и не привлекать к себе внимание. Хотя, в принципе, гетто не маленькое. Навряд ли вы там встретитесь.
Умом я понимала, что мне нужно экономить, но после лекций все же встретилась с Дезири и Жаклин в кафе. Место выбирали они и с моим нынешним бюджетом, цены в этом заведении кусались. Но я без угрызения совести отдала эти шестьдесят евро за счет, ведь посидели мы действительно хорошо. Разговаривали на отстраненные темы и, лишь когда Дезири на своей машине подвозила меня к станции RER[2], она спросила, как мне живется на новом месте. Тему причины переезда не затрагивала.
Был уже вечер, когда я приехала в Шампиньи, поэтому я довольно быстрым шагом пошла к дому, в котором снимала квартиру. Единственное, остановилась около пятиэтажки, на первом этаже которой находился небольшой прилавок с продуктами.
- Салам алейкум. Тебе что-то подсказать? - обратилась ко мне женщина с покрытой головой - продавщица в этой лавке. В пригороде Парижа вообще было много арабов, португальцев и афроамериканцев.
- Булочки, пожалуйста, - попросила, протягивая несколько купюр. Хотела эклеров, но их тут не оказалось. Да и когда взяла в руки пакет с покупками, поняла, что булочки черствые, но ничего говорить не стала. Взяла их и пошла дальше.
Лучи солнца все еще освещали Шампиньи, но он все равно казался серым с этими будто бы безжизненными пятиэтажками, обрисованными граффити и улицами пропахшими отчаянием.
Около подъездов сидели парни в спортивках и на колонках громко слушали французский, или арабский рэп. Подобные компании я пыталась обходить стороной, стараясь ориентироваться на звук музыки, но несколько раз слышала, как мне кто-то свистел с верхних этажей, приговаривая мерзкое, пошлое улюлюканье. В центральных округах Парижа мужчины не позволяли себе подобного обращения к женщинам, поэтому я была в шоке. И свистели тут всем девушкам. Я видела, что и цеплялись. Но были и те, кто был такому только рад - совсем молоденькие девушки, одетые в такую одежду, которую я считала моветоном. Они будто бы сами себя предлагали и то, что один мужчина такой девушке протянул деньги, после чего они скрылись в темном проулке, наводило на не совсем приятные мысли.
В Шампиньи странно размещались кварталы. Или пятиэтажки вплотную друг к другу, или пустыри с редкими деревьями. Я как раз прошла через один из пустырей, как увидела около ближайшей пятиэтажки компанию парней. При чем, большую. Там было не меньше двадцати человек.
Обходить их уже было поздно, поэтому я просто ускорила шаг.
- Ничего себе, - услышала, что один из парней присвистнул.
Невольно я обернулась и тут же ощутила, как по коже пробежала дрожь. Среди этой компании я увидела Доминика.
Судя по всему, он жил в этой пятиэтажке на первом этаже и в его квартире был отдельный выход. Входная дверь открыта и Доминик сидел на металлических ступеньках, но шумную толпу, собравшуюся около его квартиры будто бы не замечал. Опять что-то просматривал в телефоне.
Одет он был лишь в домашние штаны. Обнаженный торс и босые ступни. Немного растрепанный вид и от этого, казалось бы домашний, но в тот же момент, от Доминика веяло энергетикой чудовища. И сейчас, когда я видела его без футболки, понимала, что тело у него действительно мощное с очень выделяющимися, но в меру подкачанными мышцами. Я вживую раньше таких парней не встречала.
- Куда ты так спешишь? Подходи к нам, познакомимся, – до меня все так же доносились слова парней, собравшихся около квартиры Моно. Некоторые из них молчали. Нет, даже притихли, но несколько человек все так же выкрикивали подобные фразы и присвистывали.
- А что в нашем районе делает такая милая девушка явно из богатенькой семьи?
Доминик на шум не обращал никакого внимания, но после последней фразы он оторвал взгляд от телефона и повернул голову. Посмотрел на меня, а я на него. Одна секунда. Две. Он явно не ожидал меня опять тут увидеть, но уже в следующее мгновение я заметила, как взгляд парня помрачнел и брови сдвинулись на переносице.
Я отвернулась и сильнее ускорила шаг.
- Куда побежала? А пообщаться? – возгласы стали громче и даже послышался смех, как реакция на мой испуганный побег.
- Рты закрыли, - Доминик говорил не громко. Спокойно, но в тот же момент будто бы свирепо и после его слов воцарилась тишина. Вновь быстро обернувшись я увидела, что один из парней, который все это время молчал, негромко сказал:
- Идиоты. Это девушка Доминика. Они вчера за руку шли по улице.
- Бл*ть, симер[3]. Не мог раньше сказать об этом? – прошипел тот, кто выкрикивал фразы и как-то испуганно посмотрел на Моно, но тот, не обращая внимания на эту компанию, даже не обувшись, босыми ступнями пошел в мою сторону. И почему мне показалось, что в этот момент он выглядел, как хищное чудовище?
Я сорвалась на бег, но не успела миновать и пяти метров, как сильная ладонь схватила меня за предплечье и заставила обернуться. Буквально одно мгновение и я была вжата спиной в стену ближайшего дома, а Доминик навис надо мной, упираясь ладонями в камень по обе стороны от моей головы.
- И что же ты тут опять делаешь? – его глаза казались еще темнее, чем обычно.
- Хожу, - ответила первое, что пришло в голову. Не хотела ему говорить о том, что теперь живу в Шампиньи, поэтому солгала: – Я к подруге в гости иду. Пожалуйста, отойди.
- Подруга из этого района? – Доминик приподнял уголок губ, немного обнажая белоснежные зубы. Не поверил в то, что я дружу с кем-то из гетто, но, видно, пока что даже не предполагал, что я тут теперь живу.
Я вжалась в стену. Будучи настолько близко к полуобнаженному парню чувствовала себя как-то странно. Да и меня пугал Доминик. Сразу вспоминала слова Абель о том, что он пробыл в колонии три года. Поскольку парень не отступил, я сделала глубокий вдох и, извернувшись, выбралась на тротуар, отстраняясь от парня.
- Пожалуйста. Я тебя прошу, оставь меня в покое, - пробормотала. Потом запнулась и, опустив взгляд, спросила: - Я тебе понравилась и ты злишься на меня за то, что я тебе отказала? Но я не могла иначе. Я правда не хотела знакомиться.
Доминик сразу ничего не ответил и между нами повисла тишина. Я подняла голову и посмотрела на него. Парень стоял ровно, но держал ладони в карманах, а взгляд был таким, что по спине побежал холодок.
- Понравилась… - повторил он это слово так, словно оно было какой-то глупостью. – Мне выебать тебя захотелось. Стало интересно, как будет стонать такая правильная и скромная девочка.
- Ты… - у меня щеки обожгло и сознание опалило чем-то бурлящим. Но, в основном, там был стыд и ощущение собственной глупости от того, что решила, что действительно понравилась Доминику. Несмотря на жизнь в гетто, он точно привлекал внимание девушек. Местных или нет – не важно. У Моно очень влекущая внешность. Поэтому, скорее всего, он перенасытился девушками и чувства для него пустой звук. Существовало лишь удовлетворение физических потребностей.
Это я такая наивная, что думала про чувства и симпатию, из-за чего непонятному незнакомцу в жизни бы не дала свой номер. В моих первых отношениях волновалась и не могла понять точку зрения Доминика, хоть и осознавала, что подобное существует.
- Понятно, - кивнула. – Но я с тобой тем более таких отношений не желаю.
Считая, что разговор закончен и надеясь на то, что парень оставит меня в покое, раз я ясно дала понять, что не желаю с ним иметь вообще ничего общего, я развернулась и пошла дальше. Вот только, хоть и не слышала шагов, но почувствовала, что Доминик пошел за мной. Когда он был рядом, кожу покалывало холодом и болью.
- У тебя есть нормальное нижнее белье? Или на него денег не хватило?
От этого вопроса щеки вновь запылали и в груди распалилось негодование смешанное со злостью. Я вспомнила о том, как Моно задрал мне юбку в университете и вновь начала злиться.
Меня строго воспитывали и в конфликты я не вступала, но в данном случае Доминик задевал меня как девушку. Мою гордость и добропорядочность, поэтому я не смогла промолчать. Обернулась и сказала:
- Даже один комплект моего нижнего белья стоит дороже всей твоей одежды вместе взятой, - я сжала ладони в кулаки. - Оно слишком дорогое, чтобы такой, как ты не то что прикасался к нему, а даже просто смотрел. И, тем более, я ни в коем случае не желаю, чтобы ты трогал меня. Возвращайся к себе, а меня, пожалуйста, уже оставь в покое.
Сердце стучало быстрее, чем обычно и мысленно я говорила себе, что стоит замолчать, но силой воли заставила договорить фразу. Защитила себя, как девушку.
Глаза у Доминика были черными, но иногда они темнели еще сильнее. Например, как в этот момент. И, несмотря на то, что на его лице не проскользнуло ни одной эмоции, мне стало не по себе.
Больше ничего не говоря, я развернулась и очень быстро пошла прочь. Иногда оборачивалась и видела, что Доминик все еще стоял на месте, но неотрывно смотрел на меня. И в этот момент мне казалось, что его взгляд выворачивает мою душу наизнанку, а я сама смотрела на него с ненавистью.
К дому, в котором я снимала квартиру, было еще минимум двадцать минут пути, но казалось, что я добралась к нему за считанные мгновения. Бегом взобралась по лестнице на второй этаж и буквально влетела в свою квартиру. Закрыла дверь на замок и сняла туфли.
После этого сделала глубокий вдох и пальцами пригладила волосы. В груди все бурлило и я никак не могла успокоиться. Вот бывают же настолько бестактные парни. Ужас.
Успокаивало лишь то, что мы, наверное, больше не встретимся. Во всяком случае, я на это надеялась, так как этот наш разговор расставил все точки.
Переодевшись, я села за конспекты, но на них сосредоточиться не смогла, поэтому решила чем-нибудь занять руки. Все равно было много дел. Например, поубирать и приготовить поесть. Пока было светло, я занялась мытьем окон. Стекла казались жутко грязными, поэтому в ведро с водой я добавила чуть ли не тонну моющего средства.
Когда я закончила с окнами, было уже почти десять вечера. Я приняла душ, переоделась и пошла готовить есть. Достала все продукты и прочитала сотню рецептов. С горем пополам приготовила Гратен из пене. Простое блюдо и, наверное, оно получилось у меня не идеально, но я была горда собой. Даже захотела часть положить в лоточек и отнести завтра в университет, чтобы Бенуа попробовал.
Время близилось к полуночи и в это время соседи устроили вечеринку. Звукоизоляция тут была очень плохая, поэтому весь шум, музыку, смех и матерные слова, от которых мне становилось не по себе, слышала так, будто это у меня в квартире бушевала толпа людей.
Пообещав себе, что завтра куплю беруши, я начала готовиться ко сну. Разве что решила открыть окна, чтобы ночью квартира проветрилась, но, как только в своей спальне открыла одну створку, застыла в ужасе.
На улице около дома, в котором я снимала квартиру, собралась целая толпа. Кто-то из парней просто собрались в группки и разговаривали, кто-то из них очень нагло лапал развязно одетых девушек, а те хохотали.
Но больше мое внимание привлек Доминик. Я никак не ожидала его тут увидеть, но Моно сидел на крыше машины, поставив ноги на капот и разговаривал с каким-то парнем, который так же обнимал девушку, держа свою ладонь на ее попе. И машина, на которой он сидел, явно была не его. У Моно она другого цвета.
Будто почувствовав мой взгляд, Доминик поднял голову и посмотрел прямо на меня, а я сильно вздрогнула и с трудом сдержалась, чтобы не сделать шаг назад.
В этот момент парень поднял ладонь и указательным пальцем поманил меня. Этот жест показался жутко угрожающим и я тут же отрицательно покачала головой. Доминик лишь одними губами произнес, нет, приказал: «Спустись», а я еще сильнее помотала головой.
У меня внутри все похолодело. Откуда он знал, что я тут живу? Зачем пришел?
- Ого! Мин, твоя девушка очень симпатичная. Такая хорошенькая, - услышала я возглас какого-то парня, обращающегося к Доминику сокращенным именем.
Не обращая на эти слова никакого внимания, Моно спрыгнул с машины и подошел к дому. Встал на тротуаре.
- Спускайся, Леконт, - сказал он мне. От взгляда его черных глаз стало не по себе.
- Зачем? – спросила негромко, но знала, что Доминик меня услышал. Многие, если вообще не все, кто сейчас был на улице, начали смотреть на нас, а мне это внимание не нравилось.
- На свидание хочу пригласить.
Почему-то от этих слов по спине пробежал холодок. Они показались мне жуткими. Страшными.
Я сжала ладонями подоконник и ненадолго закрыла глаза. Нужно было что-то делать. Возможно, еще раз поговорить с Домиником и узнать, что на самом деле он хотел от меня. Зачем пришел сюда, хотя я ясно дала понять, что не желаю иметь с ним ничего общего. Хотя, нет, мне это безразлично. Честно, мне все равно, что творилось в голове у этого чудовища. Я лишь хотела объяснить, чтобы он больше не подходил ко мне, но не тут и не сейчас. Мне не нравилось внимание всех тех, кто собрался на улице, поэтому я хотела сказать Доминику, что поговорим завтра в университете.
- Уходи… - не договорила фразу. В этот момент наклонилась вперед и задела ведро с водой, которой мыла окна. Ведро рухнуло вперед, но я успела его поймать, вот только, вся мыльная вода черного от грязи цвета, а ее было очень и очень не мало, полилась вниз. Прямо на Доминика.
Один момент и на улице повисла тишина. Открыв рты и широко распахнув глаза, все переводили взгляд с меня на полностью мокрого Моно, которого я, можно сказать, чуть ли не помоями только что облила.
Его серая футболка и темные джинсы пропитались грязью. Мыльная вода стекала с черных волос прямо на лицо. Затекала в глаза и, наверное, причиняла боль, но он не пытался отряхнуться. Лишь поднял голову и посмотрел на меня. Если бы взглядом можно было убить, я бы, наверное, уже сто раз умерла в адских мучениях.
- Я… - хотела извиниться. Сказать, что это получилось случайно, но не смогла произнести ни слова. Испугалась и рефлекторно отпрянула от окна. Несколько раз порывалась подойти обратно и все же извиниться, но не пересилила себя. Наоборот. Вплела пальцы в волосы и быстрым шагом пошла на кухню.
- Да что же такое?.. – прошептала, расхаживая из одного конца комнаты в другой. Моей вины в этой ситуации не было. Это случайность. С каждым могло такое произойти. Пролить ведро грязи на самого страшного парня в гетто – да, с каждым…
Я сделала несколько глубоких вдохов и попыталась взять себя в руки. Мне нужно было вернуться и объяснить, что это получилось случайно. С этими мыслями я пошла к двери, но, так и не дойдя до нее, застыла, казалось, перестав дышать.
В коридоре я увидела Доминика.
- Как?.. Как ты сюда попал?.. – спросила осипшим голосом. Кожу пробило током и нервы накалились.
Не обращая никакого внимания на мой вопрос и, даже не посмотрев на меня, Доминик снял с себя футболку и бросил ее на пол. Расстегивая ремень он пошел в ванную комнату. Лишь спустя несколько секунд, когда хоть немного схлынул шок, я обрела возможность опять управлять своим телом и тоже пошла к ванной.
- Ты вторгся на частную собственность, - нервно пробормотала, открывая дверь. – Пожалуйста, уйди, иначе я вызову жандармов…
Я открыла дверь и тут же ее закрыла, чувствуя себя так, будто в меня только что ударило молнией. Доминик был полностью голым. К счастью, он стоял боком и я много не увидела. Тем более, в ванную я заглянула лишь на кратковременное мгновение, но все равно лицо у меня сейчас было алым и руки начали подрагивать. Я даже Бенуа еще не видела хотя бы полуголым…
Из ванной послышался шум воды. Доминик принимал душ.
Я мотнула головой, пытаясь взять себя в руки и сделать вдох, ведь все это время не дышала. Как он попал ко мне в квартиру?
Я побежала к двери, но она оказалась закрытой. Еще и около нее стояли мои туфли. Навряд ли Доминик стал бы ставить мою обувь на прежнее место, если бы вошел через входную дверь. Тогда… через окно? Около него росло дерево, но это невозможно. Я же жила на втором этаже.
Я переступила с ноги на ногу и кинула напряженный взгляд в сторону ванной комнаты. Через закрытую дверь все еще доносился приглушенный шум воды, а я все пыталась понять, что мне делать.
Сжала в ладони телефон и всерьез задумалась над тем, чтобы уйти из квартиры. Доминик меня пугал и я не чувствовала себя в безопасности, находясь с ним в закрытом помещении. Тем более, он без разрешения, которое я никогда бы не дала, проник в мою квартиру. Но кое-как я переборола себя. Куда я ночью пойду в гетто? Тем более, около дома все еще находилась толпа друзей Моно. Я их увидела, когда опять выглянула в окно, но почти сразу закрыла его и задернула шторы, после чего отошла в крошечный коридор.
Соседи все еще бушевали и музыка в их квартире стала играть громче, но я все же уловила то, что затих звук льющейся воды. Очень сильно вздрогнула, когда дверь резко распахнулась и я увидела Доминика.
Моно все еще был голым. За исключением моего белоснежного банного полотенца, которое было обернуто вокруг его сильных бедер. Капли воды стекали с влажных, немного растрепанных после душа черных волос и спадали на плечи и торс.
Я смотрела на Доминика широко раскрытыми глазами, но не долго. Буквально секунду, а потом закрыла глаза ладонями. Причем, сделала это настолько быстро и резко, что, можно сказать, сама себя шлепнула по лицу, из-за чего кожу болезненно обожгло.
- Пожалуйся, оденься. Нельзя в таком виде ходить перед девушкой, - растерянно пробормотала, но, судя по всему, Доминику было все равно, как можно, или нельзя ходить. Одеваться он не собирался. Тем более, я вспомнила, что его одежда была грязной.
Несмотря на то, что шаги Моно были полностью бесшумными, даже с закрытыми глазами я ощутила приближение Доминика и тут же отпрянула к стене, вжимаясь в нее спиной. Сделала глубокий вдох и убрала ладони от лица. Вообще не понимала, почему закрыла глаза, ведь парень был не полностью голым. А его обнаженный торс я сегодня уже видела. Но, одно дело, когда Доминик был в штанах и другое – в полотенце, низко повязанном на бедрах. Мокрым после душа, из-за чего по его смуглой коже все еще стекали капли воды. Мне было очень неловко от того, что Моно был в таком виде, а ему, опять-таки, все равно.
От него сейчас исходила жутко тяжелая атмосфера. Она заполняла квартиру и невыносимо сильно давила, но, пытаясь взять себя в руки, я сказала:
- Я случайно пролила на тебя воду. Я, правда, этого не хотела. Просто на подоконнике стояло ведро с водой, которое я случайно задела.
Доминик, казалось, на мои слова не обратил никакого внимания. Во всяком случае, на них он никак не ответил. Прошел по коридору и коротким взглядом окинул мою спальню. Ветхий шкаф, в котором были аккуратно разложены мои блузки и расстеленную кровать, приготовленную ко сну.
Моно пошел на кухню, а я последовала за ним.
- Пожалуйста, уйди. То, что ты сейчас тут – противозаконно. Я тебя в свою квартиру не пускала. И я тебя боюсь.
На эти слова тоже никакого ответа.
Доминик вел себя тут так, словно был у себя дома, что показалось мне крайней степенью нахальности. Он окинул кухню взглядом и подошел к шкафчикам, после чего открыл некоторые из них. Взял тарелку и начал открывать нижние ящики.
- Что ты делаешь? Не ройся в чужих вещах. Это некрасиво, - я сделала шаг вперед, но все еще старалась держать между нами расстояние. – И, вообще, зачем тебе тарелка?
Моно выдвинул шкафчик со столовыми приборами и достал вилку, после чего подошел к столешнице и начал накладывать в тарелку гратен, которым пропахла вся кухня.
- Ты что, собрался съесть мой гратен? – спросила на выдохе. Возмущенно. – Не трогай. Я его два часа готовила, - мысленно еще подумала о том, что, вообще-то Бенуа хотела его отнести. Дать попробовать первое приготовленное мною блюдо.
Доминик, как ни в чем не бывало, сел за стол. Я хотела подойти и забрать тарелку и уже более настойчиво сказать парню уходить, ведь то, что он делал, вообще переходило все нормы приличия, но, как только протянула руку к тарелке, Моно поднял взгляд и посмотрел на меня. При чем, было в его глазах нечто такое, из-за чего я тут же отдернула руку и сделала несколько шагов назад. И почему он сейчас выглядел, как зверь, у которого ни в коем случае нельзя отбирать еду? Иначе еще укусит. Доминик, все так же не отрывая от меня черного, мрачного взгляда, съел первый кусочек гратена. Странно, но ел он так, будто был очень голоден. Или, блюдо ему понравилось. Возможно, гратен действительно получился неплохо. Жаль Бенуа не попробует. Ничего, для него сделаю еще.
Я переступила с ноги на ногу и все же тоже села за стол, но подальше от Доминика.
Может, все же позвонить в жандармерию? Сказать, что один парень пробрался в мою квартиру, помылся у меня под душем и теперь ест мою еду?
- Я случайно пролила воду, - повторила, нервно постукивая указательным пальцем по столу. Взгляд у Доминика был все таким же мрачным, но ел он молча. – Я этого не хотела. Такое с каждым может произойти. И… прости, ты меня напугал. Сейчас уже ночь, а ты со своими друзьями, под окнами моего дома. Еще и говоришь мне выйти. Пожалуйста, оставь меня в покое. Уходи.
Лишь после того, как Доминик доел, он положил вилку на тарелку и, откинувшись на спинку стула, спросил:
- Почему живешь тут?
Я запнулась. Ожидала этот вопрос, но на него не хотела отвечать.
- Это временно, - сказала уклончиво, но это действительно было правдой. Я всерьез собиралась переезжать из Шампиньи. Найти работу и с первого же заработка найти другое жилье. Или, чтобы переехать быстрее, у кого-нибудь занять денег.
- Почему переехала сюда? – от взгляда Моно мне было не по себе. Он будто бы выворачивал наизнанку.
- Это личное, - я качнула головой. – Пожалуйста, уходи. Можешь даже забрать мое полотенце, - с огромным усилием воли, но я все же сдержалась, чтобы не покраснеть. Этим полотенцем я все равно больше пользоваться не смогу. Уже сейчас понимала, что буду смотреть на него и вспоминать полуголого Доминика. И, тем более, думать о том, что полотенце прикасалось к его мужскому достоинству. О, нет, я все же покраснела. – Уходи и, пожалуйста, больше не подходи ко мне. Никогда. Я не хочу быть грубой, но я не знаю, как еще объяснить, что не хочу иметь ничего общего с тобой, - сказала, после чего оттолкнулась руками от деревянной поверхности и встала со стула.
Но, внезапно, Моно, который оказался рядом со мной буквально за одно мгновение, подхватил меня под попу и усадил на стол.
- Что ты?.. – не договорила. Губы Доминика коснулись моей шеи. Сначала был легкий укус, отдавшийся во всем теле адскими разрядами тока, а потом последовало то, что отдаленно напоминало поцелуй. Жадный и жесткий. Ударивший по мне подобно урагану. Я в этом вообще не разбиралась, но губы парня делали со мной нечто такое, из-за чего кожа под ними горела и этот жар расплывался по всему телу. Сжигал сознание и дурманил разум. Да что же это такое?
Кажется, я что-то говорила. Прерывисто и еле слышно. Вмиг ослабшими пальцами упиралась в торс Доминика и, кажется, совершенно не дышала. Лишь хватала воздух пересохшими губами. А его грубые, сильные руки были на мне. Не касались интимных мест. Только талии, спины и ключиц, при этом, губы, все так же целовали шею. Сильно, порочно и с мощной отдачей, из-за которой я окончательно терялась.
Доминик подавлял и подчинял. Будто зверь набросился и утянул в водоворот порока. А я хотела удержаться, но не могла. Плыла. Таяла и трепетала. Не понимала, что со мной происходило, но туман из сознания развеять не могла.
Его ладони легли на мою попу и сжали, пропуская по телу сильные искры, а потом резким движением притянули к краю стола, так, что я вплотную прижалась к парню и своим телом ощутила его. Все это было неоднозначным. С намеком на близость и те движения, которые бывают во время нее, несмотря на то, что мы все еще были в одежде.
Одной ладонью сжимая мою попу, Доминик поднес что-то к моим губам.
- Открой рот, - его голос прозвучал около моего уха и вновь по телу пробежали импульсы. Непонятные мне и будто бы вовсе неподвластные. Моно полностью брал инициативу на себя. Приказывал, а я чувствовала себя слабой в его руках. Податливой. Ничего не знающей и теряющейся лишь из-за одного прикосновения. Вот только, Доминик извращенное чудовище. Пока что я еще не знала насколько именно, но уже сейчас отдаленно чувствовала это.
Я почти последовала его приказу. Это сложно объяснить, но голосу Моно трудно сопротивляться. И я немного разомкнула губы, но все же опустила затуманенный взгляд и посмотрела на то, что Доминик сжимал в ладони. Это были мои трусики.
Меня будто током ударило и сознание мгновенно прояснилось. Я никогда не ругалась, но… Черт возьми, когда Моно успел снять с меня нижнее белье? В груди все забурлило от гнева и ненависти. Я подняла ладонь и со всей силы дала ему пощечину. Только Доминик ее казалось бы не заметил. Приподнял один уголок губ, обнажая белоснежные зубы и все еще сжимая в ладони мои трусики.
- Как?.. Ты животное… Ты… Ты… - зашипела, больше не зная, что сказать. Меня трясло. Ненависть к Доминику возросла в миллион раз.
Извернувшись, я резко спрыгнула со стола и поправила юбку. Меня трясло и щеки буквально полыхали. Еще никогда в жизни я так сильно не злилась и, казалось, что от гнева сейчас взорвусь. Из-за него даже дышать было тяжело.
- Отдай, - протянула руку, потребовав вернуть мое нижнее белье. Доминик моей просьбы не выполнил и я, зло стиснув зубы, решила самостоятельно его забрать.
Попыталась выхватить, но парень поднял руку над головой. Я зашипела и подпрыгнула. Один раз, второй, а потом третий, но Моно был слишком высоким и я даже близко не доставала до его поднятой ладони. Но все равно, предприняла еще одну попытку. Постаралась подпрыгнуть особенно высоко, но опять безрезультатно.
- Ты издеваешься? – спросила на выдохе. По глазам Доминика поняла, что, да, – издевается.
- Прыгай выше, - он посмотрел на меня мрачным взглядом. – Мне нравится, как задирается твоя юбка.
После этих слов я резко отпрянула назад и невольно сжала края юбки, начиная быстро и лихорадочно поправлять ее. Понимала, что Доминик не мог ничего видеть, так как она была достаточно длинной. Юбка доставала почти до колен, но все равно поправляла ее, сжимая ткань подрагивающими пальцами.
Он унизил меня. При чем, очень сильно. Только что, как девушку меня испачкал в грязи. Я говорила Доминику, что не дам ему смотреть на мое нижнее белье и, тем более, прикасаться к нему, а он с легкостью снял с меня трусики. И это было показательно им, для меня. Унижение.
Я до боли прикусила губу. Казалось, даже до крови. До сих пор не понимала, как Доминик смог так просто снять с меня нижнее белье. Всего лишь на пару секунд закрыв глаза, я с ненавистью прокрутила в голове все те моменты. То, как поплыла от его прикосновений, чего тоже никак не могла принять. Бенуа уже несколько раз целовал меня и это было приятно, но разум всегда был под полным контролем. Не было такого обрушения ощущений. Доминик сущий дьявол. Тогда его руки были на мне. Сминали одежду и юбку тоже. Кажется, его грубые ладони с разбитыми костяшками были около моих бедер и я ощутила что-то странное, но тогда Моно укусил меня за шею и, будто сглаживая боль, поцеловал так, что тело обдало огнем и я поерзала.
- Пошел вон, - я выпрямилась и указала пальцем в сторону входной двери. – Черт возьми, убирайся из моей квартиры! – не выдержала и повысила голос, впервые в голос произнеся ругательство.
- Хорошая девочка может ругаться? – Доминик поясницей оперся о стол и посмотрел на мое нижнее белье, которое все еще сжимал в ладони. Это были другие трусики. Не те, которые он увидел у меня в университете, но тоже по виду вполне простые. Без кружева и совершенно не соблазнительные, хотя я не врала, когда говорила, что они очень дорогие. – Скучно. Я бы посмотрел на тебя в нормальном нижнем белье.
- Оно у меня нормальное, - я зашипела. У меня внутри опять все забурлило и я быстро подошла к Моно, после чего все же выхватила свои трусики, хоть и понимала, что смогла сделать это лишь потому, что он позволил. Но почти сразу я выбросила их в мусорное ведро. Сделала это показательно, чтобы знал, что я не надену то, к чему он прикасался. И он это заметил. Все понял. Взгляд стал мрачнее.
В этот момент, в дверь постучали. Я бросила на нее быстрый взгляд, не понимая, кто мог прийти так поздно, но больше меня удивило то, что открывать дверь пошел Моно. Он действительно вел себя, как дома. Оказалось, что пришел один из друзей Доминика. Он передал ему одежду и ключи. Как я поняла, Моно послал шестерку к себе домой за чистой одеждой.
- Одевайся и уходи, - потребовала, когда Доминик закрыл дверь и будто бы лениво пошел к коридору.
Моно ничего не ответил, но пальцем поддел полотенце, а я закрыла глаза и резко отвернулась, еще до того, как оно упало на пол. Я слышала, как шуршала ткань. Он надел джинсы и уловила то, как парень босыми ступнями подошел ко мне. По спине скользнул холодок. Я ощущала, что он совсем близко и, с удовольствием увеличила бы это расстояние, но впереди стена, а позади Доминик.
- Мне понравилось, как ты отвечаешь, - он наклонился ко мне. Сказал это почти на ухо. При этом, я слышала, что Доминик застегивал ремень.
- Уходи, - сказала через плотно сжатые зубы. Я пыталась забыть это унижение, а он опять напоминал о нем. Грязь впиталась в кожу, но она стала для меня уроком. Никогда в жизни я больше не позволю Доминику прикоснуться ко мне и те прикосновения, которые ранее заставили меня опьянеть теперь вызывали сильный гнев, как и сам парень. Я сделала несколько глубоких вдохов. Постаралась успокоиться и напомнить себе о том, что завтра я увижу Бенуа. Может, он поможет мне переехать. Я больше не хотела находиться в этом районе. Желала раз и навсегда разорвать любую связь с Домиником Моно.
Я умылась и посмотрела на себя в зеркало. За всю ночь так и не смогла заснуть и это сказалось на мне темными кругами под глазами и уставшим взглядом, но холодная вода все же помогла взбодриться. К тому же, настроение улучшало то, что сегодня я встречусь с Бенуа. Утром он мне написал, что обязательно придет на учебу, ведь очень сильно соскучился и хочет поскорее увидеться.
Я не ответила ему, хотя в голове крутилось множество фраз, которые я могла написать. Например – «Я тоже соскучилась», но пальцы дрогнули и я почему-то не сумела напечатать эти слова. Поэтому просто отложила телефон в сторону, думая о том, что поговорю с Бенуа уже в Сорбонне. Все будет хорошо, после того, как я его увижу.
Я неторопливо собралась в университет и вызвала такси. На нем доехала до станции, а уже оттуда к Парижу, где пересела на метро и так добралась до пятого округа. Около Сорбонны, среди других студентов, увидела Дезири и Жаклин. Девчонки как раз входили во двор учебного заведения. Я их окликнула и подбежала к подругам.
- Привет, - сказала девчонкам и улыбнулась.
Они как раз обсуждали предстоящие лекции, но почти сразу тема разговора сменилась.
- Хочу после занятий пройтись по магазинам и купить новую сумочку, - сказала Жаклин, сонно потянувшись. Она была слегка полненькой, но очень ухоженной девушкой со светлыми волосами.
- Отличная идея, - Дезири кивнула. – Тоже хочу присмотреть себе что-нибудь новое. Можно будет потом поужинать в каком-нибудь ресторане.
Девчонки начали обсуждать место, в которое можно было бы сходить, но я их практически не слушала. В этот момент издалека заметила Доминика. Он, с еще несколькими парнями находился около боковой лестницы. Сейчас Моно сидел на верхней ступеньке и листал какую-то книгу. Не отрывая взгляда от страниц, иногда что-то говорил парням, явно отвечая на их вопросы.
Лишь один взгляд на Моно и я сразу почувствовала, что в груди вновь забурлило от жгучей ненависти. Почему я видела его так часто? Сорбонна огромная. Неужели не нашлось другого места, чтобы там провести время перед лекцией, кроме, как лестница неподалеку от входа? Я стиснула зубы и сразу отвернулась от Доминика, но мы как раз проходили мимо него, поэтому меня, Дезири и Жаклин разделяли считанные метры от Моно и его компании. Правда, к счастью, парень меня не заметил. Все так же скользил взглядом по странице книги.
- Нану, ты меня слышишь? – до меня донесся вопрос Дезири. – Ты пойдешь с нами по магазинам? Или ты сегодня будешь с Бенуа? Твой парень, ведь уже вернулся из Руана?
- Кстати, да, - Жаклин кивнула. – Если Бенуа вернулся, вы, скорее всего, захотите побыть вместе. Вы же почти неделю не виделись. Но, ничего, сможешь с нами по магазинам пройтись немного позже.
- Бенуа уже в Париже. Писал, что сегодня будет в Сорбонне, - я нахмурилась. В этот момент стало как-то не по себе. По коже пробежались острые мурашки. Странное ощущение. Жесткое. Практически болезненное. Но, пытаясь от него избавиться, я качнула головой и пошла дальше.
- Может, вы с Бенуа присоединитесь к нам за ужином в ресторане? – спросила Дезири.
- Зачем им это делать? – Жаклин улыбнулась. – Думаю, они хотят побыть наедине.
Я ничего не ответила. Вместо этого достала телефон и написала Бенуа:
«Ты уже в Сорбонне?».
Почти сразу пришел ответ:
«Да. Я в холле. А ты, когда приедешь?».
Я написала, что уже в университете и как раз подхожу к главному входу. Ответного сообщения от парня не последовало, но я увидела, что Бенуа, держа в руке телефон, как раз вышел из Сорбонны. Оглянулся и тут же нашел меня взглядом. Улыбнулся и пошел мне на встречу.
Я ожидала, что, когда увижу его, сердце забьется учащенно и в груди расплывется радость, вот только, чувствовала лишь то, что могла назвать спокойствием. Но все же улыбнулась. Наверное, последние дни были настолько тяжелыми, что я даже не могла нормально отреагировать на встречу с Бенуа.
- Привет, - сказал парень и, оказавшись рядом со мной, сразу же обнял, а потом, наклонившись, поцеловал, своими губами накрывая мои. А мне стало как-то неловко и захотелось отстраниться. Я отдаленно понимала, что так Бенуа показывал, что мы теперь пара, но мне не нравилось то, что он целовал меня при всех. Делал это напоказ и еще руку положил на попу. Мне от подобного неуютно и я сразу же подняла его руку немного выше и отстранилась, как только Бенуа прервал поцелуй.
- Привет, - я прикусила губу, но опять постаралась улыбнуться. – Как прошла поездка в Руан?
- Отлично, - Бенуа положил ладонь мне на талию и повел за собой к зданию университета. – Только очень сильно хотел увидеть тебя.
Бенуа высокий, но жилистый. Черты лица вполне симпатичные и он являлся очень ухоженным парнем. Одежда подобрана по последним веяниям моды и стригся Бенуа в одной из лучших парикмахерских. Телефоны самых последних моделей и на каждый день рождения, отец менял ему машину. Бенуа выглядел, как типичный представитель золотой молодежи, но был вполне хорошим парнем. Он полгода предлагал мне отношения, но согласилась я только недавно и это была наша первая разлука. Скучать. Я должна была скучать по нему, но сейчас чувствовала себя как-то неуютно и не могла понять почему.
Мы вошли в здание Сорбонны и подошли к лестнице, по которой собирались подняться на второй этаж, ведь Бенуа предложил мне пойти в одну из комнат отдыха студентов, чтобы там уединиться и нормально поговорить. Он и сейчас рассказывал про поездку в Руан, но я не могла сосредоточиться на словах, так как кожу до сих пор покалывало и по спине пробегал холодок. Почему? Я этого не понимала, но раз за разом оглядывалась и, в какой-то момент взглядом встретилась с Обеном Турнье. Он стоял в холле около одной из колон и смотрел на меня и Бенуа.
На душе было как-то тревожно, из-за чего я нахмурилась и опять оглянулась по сторонам. В это время мы как раз поднялись на второй этаж и ничего необычного я не увидела, но, зато, заметила, что Бенуа был каким-то странным.
- У тебя что-то случилось? – спросила у него. Мы подошли к диванчикам и сели на единственный свободный. Вокруг было шумно из-за голосов других студентов, но Бенуа мой вопрос расслышал.
- Да, - кивнул парень, вальяжно откинувшись на мягкую спинку. – Я с отцом очень сильно поругался.
- Почему? – я широко открыла глаза и наклонилась вперед.
- Он недоволен моей учебой. И еще старик мне кое-что поручил в Руане, а я забыл это сделать. Чертова мелочь, но отец был в такой ярости, что решил сократить мне деньги на расходы.
- Вы еще помиритесь, - попыталась подбодрить Бенуа, но он лишь раздраженно цыкнул.
- Возможно, но сейчас у меня нет никакого желания с ним разговаривать.
Я ладонями сжала рюкзак и опустила голову. Мне было тяжело рассказывать о том, что произошло у меня в семье, но, переборов себя, я все же захотела поделиться своей болью с Бенуа.
- У меня тоже кое-что произошло…
- Отец сегодня уезжает в Марсель. После того, как он вернется, я попытаюсь с ним поговорить, но мне уже кажется, что это бесполезно, - Бенуа стиснул зубы и отвернулся в сторону.
- Почему ты так думаешь?
- Я на него зол и он тоже, черт возьми, негодует, хотя, то, что он мне поручил мелочь. Ну, забыл я про нее. Это ни на что особо не повлияет. И учеба. Кому она нужна? Я тут учусь лишь ради диплома, а он, видите ли, хочет, чтобы я с отличными отметками закончил Сорбонну.
- Все будет хорошо. Может, действительно подтянешь отметки…
- Это невозможно.
- У тебя все получится. Главное, не опускать руки, - я немного замялась и сказала: - Бенуа, у меня тоже кое-что произошло. Мама меня выг…
- Нану, ты меня перебиваешь и не даешь договорить, - Бенуа посмотрел на меня недовольно. – Я не могу подтянуть учебу.
Бенуа начал рассказывать о том, что с некоторыми преподавателями поругался и сдать у них предметы на хорошую отметку не сможет. Тем более, их предметы ему не интересны. Я знала, что Бенуа пошел на юридический факультет не по своей воле и уже неоднократно слышала о том, что учеба парню не нравилась. Отец его направил в филиал Пантеон-Ассас, находящийся в Сорбонне, так как хотел, чтобы сын пошел по его стопам. Я сама училась в филиале Париж-Сорбонна на факультете политических и социальных наук и, думая об этом, я против воли подумала, а на какой специальности мог учиться Доминик? Парень из гетто? Но сразу же качнула головой, прогоняя эти мысли.
Слушая Бенуа, я сильнее ладонями сжала рюкзачок и подумала о том, что, наверное, мне сейчас не следовало рассказывать парню про мою ситуацию. У него были проблемы и мне не следовало нагружать Бенуа еще и своими неприятностями. Решила, что все расскажу ему немного позже.
Я выслушала Бенуа и попыталась поддержать, но он все равно был раздраженным. Судя по всему, ссора с отцом действительно давалась ему с трудом.
- Хочешь кофе? – спросила у Бенуа. Хотела его как-нибудь еще подбодрить и помочь успокоиться, поэтому, когда парень кивнул, я сказала, что схожу для него за горячим напитком. Заодно и себе возьму воды.
Автомат с кофе находился в левом крыле на первом этаже, поэтому я прошла к нему не малое расстояние. Прошла по двум лестницам и нескольким коридорам. По пути встретила одногруппниц и преподавателя по социологии, который задержал меня на несколько минут. Когда добралась к автомату, оказалась, что около него собралась очередь и, ожидая пока она пройдет, пальцами поправила волосы и воротник. В этот момент и заметила, что пропала моя цепочка.
- Не может быть… - сорвалось с моих губ нервное. Паническое.
Я лихорадочно проверила еще раз. Оказалось, что цепочка действительно исчезла. Но она точно была на мне, когда я, по пути сюда, спускалась по первой лестнице. В тот момент я спрятала ее под блузку. Значит, я потеряла ее где-то неподалеку.
Я быстрым шагом пошла обратно, внимательно оглядывая пол. Сердце стучало лихорадочно и пальцы подрагивали, но я пыталась успокоить себя. Убедить в том, что я вот-вот найду цепочку. Вот только, я дошла до лестницы, но ее нигде не заметила. Очень быстро побежала к Бенуа. Он сейчас сидел на диванчике вместе с Дезири. Девушка, сев к нему вплотную, положила ладонь на плечо парня и, весело улыбаясь, что-то показывала на своем телефоне.
- Бенуа, я потеряла свою цепочку, - прошептала прерывисто. Паника буквально сдавила сознание.
- Ту дешевку? Ну и хорошо, - Бенуа даже не оторвал взгляда от телефона Дезири. – Сегодня поедем в ювелирный и я куплю тебе новую цепочку.
- Она важна для меня, - я сжала ладони в кулаки, но видела, что Бенуа моя цепочка не волновала. Этому не удивилась, ведь давно знала, что она не нравилась парню.
Я зло стиснула зубы и опять побежала искать цепочку. Раз за разом оббегала коридоры и осматривала полы и ступеньки. Спрашивала у других студентов, не видели ли они цепочку с кулоном, но всегда ответ был один – нет.
Дыхание сбилось и глаза начало неприятно пощипывать. С каждым мгновением я все меньше верила в то, что смогу найти дорогую для себя вещь, а от этого сердце разрывалось. Вновь расспрашивала у студентов и в очередной раз оббегала коридоры. Всем, у кого спрашивала про цепочку, обещала вознаграждение, если они ее найдут и отдадут мне, но пока что все было безрезультатно.
Я вернулась к автомату с кофе и села на корточки. Прислонившись грудью к коленкам и, придерживая юбку, пытаясь заглянуть под него. Может, цепочка упала, когда я поправляла воротник и закатилась под автомат, но я ничего не увидела. Глаза начало сильнее пощипывать. Никогда не была плаксой, но сейчас была готова разрыдаться.
Пребывая в своих панических мыслях, я не заметила того, что вокруг стало как-то тише и студенты отошли в сторону. Но почувствовала, как на меня легла громоздкая тень и по спине скользнул холодок.
Я подняла голову и увидела Доминика. Он был слишком близко. Стоял буквально за моей спиной и, честно, от него сейчас исходило нечто мрачное. Чрезмерно жесткое.
- Что тебе нужно? – зло спросила, смахивая только что выступившие слезы, после чего поднялась с пола.
Доминик посмотрел на мое лицо, но ничего не сказал. Молча положил что-то на подоконник, после чего пошел к автомату, в котором можно было взять воду. Я посмотрела на вещь, сейчас лежащую на подоконнике и широко раскрыла глаза. Это была моя цепочка с кулоном. Сердце забилось учащенно, но уже теперь от радости. Я взяла цепочку и увидела, что одно крошечное звено разогнулось из-за чего она упала. Поэтому опять надеть ее не могла, из-за чего цепочку положила в карман юбки.
Немного замялась, но все же подошла к Доминику.
- Спасибо за то, что вернул мне ее. Эта цепочка для меня очень ценна, - пробормотала. Меньше ненавидеть Моно я не стала, но сейчас чувствовала к нему искреннюю благодарность. Мысленно задалась вопросом, откуда он вообще знал, что цепочка моя, но вспомнила, что Доминик уже неоднократно видел ее на мне. Для меня было странным только то, что он ее запомнил, но на этом не стала акцентировать внимания.
Моно ничего не ответил. Даже не посмотрел на меня. Сейчас выглядел все таким же мрачным, но достал из кармана джинсов мелкую купюру и выбрал простую воду в автомате.
- Я, правда, благодарна тебе.
Моно, все так же, молча взял воду и пошел прочь. А я все так же стояла на месте и смотрела на его отдаляющуюся спину. При этом, замечала то, что студенты, увидев его даже издалека, пытались отойти в сторону и отводили взгляд. Словно Моно был чем-то страшным. Жутким чудовищем. А я этого понять не могла. Да, он нахальный. Что хотел, то и делал, но я не видела в нем ничего такого, из-за чего прямо следовало убегать от парня. Вернее, пока что не видела. Не понимала, какое он чудовище.
Облегченно вздохнув от того, что цепочка нашлась, я вернулась к Бенуа. Он все так же сидел рядом с Дезири. Я хмуро посмотрела на них и тоже села на диванчик.
***
- Ну, извини, Нану, - Бенуа притянул меня ближе и поцеловал в щеку, а я отстранилась. Все еще злилась на него за то, что не помог найти цепочку, а он раз за разом извинялся. – Ты знаешь, что она мне не нравилась и ты понимаешь почему. И та дешевка из медицинского сплава, а ты заслуживаешь того, чтобы носить золото. Я бы купил тебе нормальную цепочку.
- Не нужна мне другая цепочка, - пробормотала, но, когда Бенуа взял меня за руку, я не стала ее отдергивать. На самом деле, я уже не так сильно злилась. Моя бабушка, еще, когда была жива, постоянно повторяла, что в отношениях важно поставить себя на место своей второй половинки, если возникают какие-либо конфликты. Поэтому, я поставила себя на место Бенуа и, хоть и понимала, что не поступила бы так как он, но все же сумела найти ему оправдания. Да и Бенуа и так было трудно из-за ссоры с отцом.
- Но я все равно куплю тебе подарок, - парень опять притянул меня к себе и поцеловал в губы, а мне опять стало неловко потому, что мы находились во дворе университета и мне не нравилось то, что на нас смотрели. И от поцелуев веяло чем-то неприятным. Будто они были напоказ.
- Не нужно подарка, - я отрицательно качнула головой. Мне и правда ничего не хотелось. Предпочла бы просто вечером посидеть где-нибудь в парке на свежем воздухе. Провести время вместе и поговорить. Я ведь до сих пор не рассказала Бенуа о том, что произошло со мной.
Так и не отпустив меня от себя, Бенуа положил руку мне на талию и повел к зданию Сорбонны. Прошел почти весь учебный день. У меня осталось только две лекции, а у Бенуа одна. Время перемены заканчивалось.
- И все равно я тебе что-то куплю. Сама выберешь подарок или устроить тебе сюрприз?
Мы как раз зашли в холл и, когда поднимались по лестнице, я опять отрицательно покачала головой:
- Не нужно. Давай лучше просто проведем время вместе, - мы поднялись на второй этаж и пошли по многолюдному коридору, но почти сразу я заметила некую странность. То, что многие студенты смотрели в одну сторону и старались, будто невзначай отойти к стене, но это смотрелось слишком явно.
И я сразу поняла, почему это происходило. Впереди увидела Доминика Моно и Обена Турнье. Они шли по коридору к нам навстречу. О чем-то разговаривали и, судя по тяжелой атмосфере исходящей от парней и жесткости в глазах, разговор был не легким. От них обоих исходила неприязнь, от которой даже мне было не по себе.
Когда они были совсем близко, я услышала слова Обена:
- Он был с девушкой. Твои не имели права его трогать…
Окончание фразы не расслышала, ведь в этот момент Бенуа опустил ладонь ниже и, положив ее мне на попу, сказал:
- Ты предложила отличную идею. Давай проведем время вместе. Придешь сегодня ко мне?
В этот момент Обен и Доминик подошли совсем близко и я почему-то напряглась, но, когда они уже проходили мимо, я с облегчением выдохнула.
- Не было девушки, но с ним имелось то, что я не приемлю, - Доминик схватил Бенуа за шиворот рубашки и ударил в живот. С такой силой, что парень согнулся пополам и рухнул на пол. От боли даже закричать не смог. Только захрипел, а Моно переступил через него и, как ни в чем не бывало, пошел дальше. – Можешь не пытаться прятать его в Сан-Дени.
- Уже знаешь, где он? – Обен оскалился. Когда Доминик ударил Бенуа, он тоже даже бровью не повел. Будто и не произошло ничего необычного, а я в шоке застыла на месте, а потом рухнула на колени рядом со своим парнем. Ужаснулась, увидев на его губах кровь. С какой же силой его ударил Доминик?
- Бенуа, ты как? – спросила прерывисто. Меня изнутри разъедало от волнения, но Бенуа даже ничего ответить не смог. Только хрипел и руками держался за живот.
- Я много знаю. Не отдашь его и я сам приду в Сан-Дени, - до меня донесся жесткий голос Доминика, от которого по спине скользнул болезненный холодок.
- Ты не можешь, так же, как и я не могу прийти в Шампиньи. Есть правила. Соблюдай их, Моно, - дальнейшие слова Обена я не слышала. Ладонями накрыла лицо Бенуа и подняла взвинченный взгляд.
- Помогите, - попросила у студентов, сейчас стоящих в коридоре, но никто даже не шелохнулся. Вокруг царила тишина. – Пожалуйста, помогите. Его нужно отвести в медпункт.
Мне так никто и не помог, но, к счастью, буквально через минуту в коридоре появилось несколько друзей Бенуа. Они и помогли отвести его в медпункт. Там им сразу занялась медсестра, а меня попросила выйти в коридор и не мешать. Я расхаживала из стороны в сторону, зло сжимая ладони в кулаки. Как никогда прежде злилась на Доминика. Почему он ударил Бенуа? Он же ему ничего не сделал.
Я сделала глубокий вдох и, не выдержала. Пока медсестра занималась Бенуа, решила поговорить с Домиником и, буквально сгорая от злости, пошла его искать.
Сжимая ладони в кулаки, я спустилась по лестнице и, оглядываясь по сторонам, вышла в холл. Доминика нигде не видела, но, просто думая о нем, раз за разом сгорала от злости, а еще, до сих пор чувствовала сильное волнение за Бенуа, из-за чего хотела поскорее вернуться к нему. Когда я быстрым шагом подходила к дверям, около нее увидела Абель. Она стояла вместе со своими подругами. Я подошла к девушке и сказала:
- Привет. Ты случайно не видела Доминика Моно?
- Привет, - Абель кивнула. – Он, кажется, во дворе. А зачем тебе Моно?
- Хочу поговорить с ним.
- С ума сошла? – девушка вопросительно приподняла бровь. – Это потому, что он ударил твоего парня? Забей, Нану, и просто держись подальше от Моно.
Я нахмурилась, мысленно отмечая, что, судя по всему, по Сорбонне уже разлетелась новость о том, что Доминик ударил Бенуа. Или же Абель тоже была в том коридоре и сама все видела.
- Нану, я тебе кое-что скажу, - Абель подошла ближе и произнесла это негромко. Так, чтобы услышала только я, но, думаю, слова донеслись и до ее подруг. – Ты думаешь, его просто так все избегают? Моно перевелся из Декарта в здешний сорбоннский филиал этого университета и тут многие из Париж-Декарта, кто ранее учился вместе с ним и они знают, кто такой Моно. Он сам себе на уме. Вообще нельзя предположить, что он может сделать и Моно никогда и ничего не прощает. Не забывает. Поэтому на него стараются даже лишний раз не смотреть. И тебе не советую подходить к нему, - Абель буквально на несколько секунд замолчала, а потом сдвинула брови на переносице и спросила: - Ты вообще знаешь, почему Моно ударил Бенуа?
Я нахмурилась. Ненадолго задумалась, а потом отрицательно покачала головой. Я действительно не знала, почему Доминик ударил моего парня. Мы просто проходили мимо.
- Раз не знаешь, почему лезешь? Пусть парни разбираются между собой. В конце концов, твой Бенуа тоже не так прост.
Я сразу не нашла, что ответить. То, что Абель рассказала про Доминика я воспринимала лишь, как слухи и на меня они не повлияли. Возможно, девушка была права, насчет того, что мне не стоило идти к Доминику, но я все еще была решительно настроена поговорить с ним. Поэтому, поблагодарила Абель и пошла во двор.
Поскольку лекция уже началась, студентов около Сорбонны было очень мало, поэтому Доминика я увидела сразу. Он, вместе с еще двумя парнями стоял около дальнего, прямоугольного фонтана. Я сделала глубокий вдох и пошла к нему. Все так же быстрым шагом перешла через двор и подошла к Моно. Когда я оказалась рядом с ним парень обернулся и посмотрел на меня. Еле заметно вопросительно приподнял бровь.
- Я хочу поговорить с тобой, - сказала, стараясь вложить в голос всю строгость. – Наедине.
Доминик несколько секунд смотрел на меня, а потом кивнул своим друзьями и, они, попрощавшись, ушли. После этого Моно сказал:
- Говори.
- Я зла на тебя. Ты даже представить не можешь, насколько сильно, - перед глазами промелькнули воспоминания того, как Доминик ударил Бенуа и сознание вновь полыхнуло от гнева. Думаю, это было заметно по моим глазам.
- Ты об этом хотела поговорить со мной? – Моно сейчас выглядел так, будто ему стало скучно. Будто он хотел от меня другой темы разговора. Я понятия не имела, какой именно, поэтому продолжила:
- Зачем ты ударил моего парня? – я сжала губы в одну тонкую линию. – Это… Это из-за меня? – в голос произнесла свое предположение. Именно из-за него и шла сюда.
- Если и да - что с этого?
Я сильнее поджала губы и переступила с ноги на ногу. В голове бушевали рванные мысли, но среди них я старалась подобрать нормальные фразы.
- То, что это ужасно. Чего ты хотел этим добиться?
Моно сразу не ответил. Положил ладони в карманы джинсов и слегка наклонил голову набок, после чего посмотрел мне в глаза.
- Почему ты не сказала, что у тебя есть парень?
- А должна была? – я нахмурилась и, невольно сделала шаг назад. Почему-то в этот момент ощутила острую нужду увеличить расстояние между нами и все так же чувствовала странную боль, которую причинял взгляд Доминика. – Я сказала, что не хочу знакомиться с тобой и я не была обязана объяснять почему. Даже если бы у меня не было парня, я бы все равно сказала «нет».
- А, если я не хочу твоего «нет»? – Моно сделал несколько неторопливых шагов ко мне, значительно сокращая расстояние, разделяющее нас.
От этих слов я вздрогнула, ведь они ударили по мне, подобно невидимому молоту. Доминик уже ясно дал понять, чего хотел от меня. Об этом сказал, когда подловил меня около своего дома и на такое я, ни в коем случае, не была согласна. Даже думать об этом не желала.
- Как ты можешь спрашивать об этом? – все еще злилась, но этот вопрос задала тихо. – Ты не тот, с кем я могла бы хотя бы дружить или просто общаться.
- Считаешь, что не смогла бы встречаться со мной?
- Я считаю, что ты бестактен и мне тяжело находиться рядом с тобой, - я посмотрела в сторону. Захотела разорвать наш зрительный контакт, но такая близость с Домиником все равно будоражила. – У меня есть парень. Он хороший и достойный человек. Я люблю Бенуа и хочу быть с ним. Желаю с ним нормальных и спокойных отношений, поэтому, пожалуйста, я тебя прошу, оставь меня в покое, - просила искренне и надеялась на понимание, но, услышав ответ Доминика, аж поперхнулась воздухом.
- Нет, - Моно подошел еще ближе, а я, наоборот, отошла, но, сделав лишь пару шагов, уперлась в жесткую кору дерева, теперь оставаясь зажатой между ним и парнем. В голове проскользнула далеко не веселая мысль – судя по всему, Доминику нравилось меня везде зажимать. Как хищник неловкую зверушку. Внезапно он положил свою ладонь мне на щеку. Я сильно зажмурилась и, при этом, напряглась, но краем сознания ощущала такой сильный контраст при соприкосновении нашей кожи. Его грубой и смуглой. Моей мягкой и светлой. – Ты отвечала на мои прикосновения. Я нравлюсь тебе.
- Ты слишком самоуверен, - ответила, не открывая глаз. Боялась Доминика, несмотря на то, что он ничего не делал. – Это лишь физиология.
- У девушки, которая влюблена, не будет такой реакции на другого парня. Только, если она бля*ь. Но, ты ведь не такая. Верно?
Я все еще стояла с закрытыми глазами, но ощутила то, что Доминик наклонился ко мне и его губы теперь были в считанных сантиметрах от моих. Он не целовал, но у меня по коже уже вовсю бежали будоражащие мурашки. Я не могла понять откуда они взялись и, что вообще со мной происходило, но вовсю пыталась утихомирить бешенное биение сердца.
- Я не отстану, пока ты так отвечаешь мне, - горячее дыхание Доминика опалило мои губы. Сильнее взбудоражило и мне показалось, что по коже проскользнули вспышки тока. Но я резко открыла глаза и быстро скользнула вбок, тут же увеличивая расстояние между нами. Моно опять издевался надо мной? Насмехался, надавливая на болезненные точки?
- Пожалуйста, не надумывай лишнего. Я никак не отвечаю тебе, - я отрицательно качнула головой, после чего повторила: – У меня есть парень и я его люблю.
Возникло молчание. Гнетущее и тяжелое. В этот момент, я поняла, что, наверное, действительно зря сюда пришла, но все же захотела еще кое-что спросить:
- Ты знаешь, кто такой Бенуа? Понимаешь, кого ты ударил? – не дожидаясь ответа, продолжила: - У него отец очень влиятельный человек. Прокурор.
- И что с этого?
Я замялась. Далеко не такого ответа я ожидала, ведь то, что Доминик ударил Бенуа для самого Моно было очень плохо. Он провел в колонии три года. Это раз и навсегда оставило след на его жизни. Какой бы властью он не обладал в гетто, но, с таким прошлым, может хватить лишь мельчайшего проступка, чтобы посадить его. Отец Бенуа мог это сделать и в это мгновение я подумала о том, что Моно повезло в том, что сейчас мой парень в соре с отцом. Иначе, даже этот удар мог для него плохо закончиться.
Я была очень взвинченной и злой. Эмоции бурлили во мне и вскипали. Выворачивали мое сознание наизнанку. Такое происходило со мной всякий раз, когда я разговаривала с Домиником и сейчас вновь убеждалась в том, что мне стоило держаться от него подальше. В первую очередь, следовало в ближайшее время переехать из Шампиньи.
Мысли путались и я очень быстро поднялась по ступенькам, намереваясь, как можно быстрее вернуться в медпункт к Бенуа. Шла лекция и коридоры были безлюдными, но, резко выходя из очередного поворота, я в кого-то врезалась. Сразу подумала, что в стену, настолько крепким было тело того, с кем я столкнулась, но, к счастью, до меня быстро дошло, что в этом месте не было стены.
Я подняла взгляд и увидела Обена. Тут же отшатнулась и сделала несколько шагов назад. Это трудно объяснить, но рядом с этим парнем тяжело находиться и, после всего, что я слышала о нем, слегка побаивалась Турнье. А он, остановившись, посмотрел на меня. Сейчас будто бы рассматривал каждую черту лица.
- Почему ты смотришь на меня так, будто боишься? – из-за того, что Обен был намного выше, создавалось ощущение, что он смотрел на меня сверху вниз.
Я не ожидала этого вопроса и сразу немного растерялась. Разомкнула губы, но не нашла в сознании фраз, которые показались бы приемлемыми в разговоре с таким человеком, как Обен Турнье. Лишь спустя несколько секунд качнула головой и пробормотала:
- Не правда. Не боюсь. Я даже не знаю тебя, - сейчас одновременно лгала и говорила правду. Все же немного побаивалась Турнье, но я ведь и правда его не знала. Слухи в счет не шли.
Я заметила, что Обен нахмурился. В этот момент он опустил взгляд ниже. Сначала на мою шею, а потом на грудь. Мне стало жутко неуютно.
- Ты… - Обен хотел что-то сказать, но я перебила его:
- Прости, но мне нужно бежать по делам. Я очень сильно спешу, - быстро произнесла это, после чего развернулась и буквально побежала по коридору. Ощущала взгляд Обена на своей спине до тех пор, пока не завернула в очередной коридор, но и после этого на сознание будто бы давило нечто невидимое. Я не могла понять, откуда взялось это ощущение, но краем сознания осознавала, что мой разговор с Обеном был крайне странным. Почему Турнье вообще решил его начать?
Перед тем, как вернуться в медпункт, я ненадолго зашла в уборную и умылась холодной водой. Пришлось смыть тушь и блеск для губ, ведь они и так потекли, но, зато я сумела немного успокоиться и к Бенуа возвращалась с более трезвым сознанием.
Когда я зашла в медпункт, поняла, что, к счастью, Бенуа уже было лучше. Во всяком случае, он уже мог разговаривать, хоть и все еще лежал на узкой кровати и одной рукой держался за живот. Рядом с ним было несколько друзей и еще Дезири с Жаклин.
- Где ты ходишь, когда Бенуа плохо? – с явным упреком в голосе очень тихо спросила Дезири, но ее точно услышали все.
Мне стало очень неловко и я против воли прикусила губу, просто не зная, что ответить. Подруга была права. Я должна была остаться рядом с Бенуа, а не уходить ради бесполезного разговора.
- Как ты себя чувствуешь? – спросила, подойдя к своему парню.
- Не очень. Разогнуться вообще не могу, - Бенуа похлопал ладонью по краю кровати рядом с собой, прося, чтобы я села около него. Как только я это сделала, парень приподнял рубашку и я увидела сильное покраснение на животе. Точно останется сильный синяк.
- Какой ужас, - произнесла на выдохе, чувствуя, как в груди все сжалось от переживаний.
- Почему Моно вообще тебя ударил? – спросил Гийом. Он уже несколько лет дружил с моим парнем.
- Не знаю, - коротко ответил Бенуа, отвернувшись ко мне. Он взял свою ладонь в мою и переплел пальцы.
- Сильно болит? – спросила совсем тихо.
- Да, но я уже выпил обезболивающее, - Бенуа прикоснулся к моим волосам, убирая несколько темных прядей мне за ухо и открывая лицо. Очень нежное прикосновение. – Я не пойду на лекцию и сейчас поеду домой. Приходи ко мне сегодня вечером.
Я кивнула. Была рада тому, что смогу провести с ним немного времени. Тем более, я все еще переживала за Бенуа.
Уже вскоре за Бенуа приехала машина. Я провела его и сама вернулась в институт, ведь все же хотела посетить оставшиеся лекции. Мне вообще было трудно пропускать занятия и, если подобное происходило, меня долго мучала совесть.
После занятий, дошла до латинского квартала. По пути туда видела Обена Турнье. Он стоял рядом с машиной вместе со своей девушкой. Она кокетливо улыбалась парню и, судя по виду, флиртовала. В какой-то момент, поднялась на носочки и быстро поцеловала его. В этот момент я отвернулась, но вскоре, почему-то опять обернулась к Обену и заметила, что он тоже смотрел на меня. Но уже теперь от его взгляда исходило пренебрежение. Или же мне просто показалось. Я не стала в этом разбираться и просто отвернулась, уже вскоре скрывшись за дверью станции метро.
Я возвращаясь в Шампиньи уже привычным для себя способом. Когда оказалась в гетто, сразу же вызвала такси, намереваясь на нем добраться к дому. Тем более, около станции RER на бетоне увидела кровь. Понятия не имела, что тут произошло, ведь, когда я утром ехала в университет, ничего подобного не было, но осознавала лишь одно – Шампиньи-сюр-Марн действительно страшное место. Мне следовало побыстрее уезжать отсюда.
Именно по этой причине, как только оказалась в квартире, которую снимала, достала свои сумки и начала аккуратно складывать туда одежду, ведь не было смысла медлить. У меня еще осталось немного накоплений. Может, найду квартиру, которую смогу снять на них, а потом что-то придумаю. Следовало посмотреть вакансии на работу. Я могла подрабатывать репетитором по французскому для подростков, которые собирались перейти в среднюю школу. А то и в старшую.
Конечно, я сложила в сумки далеко не все свои вещи, но точно большую их часть и теперь меня успокаивало то, что я, более-менее, готова в любой момент переехать.
Сейчас было только три часа, а Бенуа сказал приезжать к нему в восемь и поскольку впереди еще имелось время, я решила приготовить поесть. К сожалению, в холодильнике было почти пусто, но, просмотрев все, что осталось, я прочитала рецепты и решила приготовить суп. Как раз чего-то такого хотела, ведь считала, что питаться нужно правильно.
Оказалось, что суп готовить несложно и он получился вполне вкусным, но я так устала, что есть уже не хотела. Вместо этого пошла в душ, намереваясь уже начать собираться, ведь уже скоро нужно было ехать к Бенуа.
В ванной комнате провела много времени, но толком ничего не делала. Просто стояла под теплыми струями воды и думала над ситуацией, в которой оказалась. Потом, обмоталась полотенцем и побрела в спальню, собираясь высушить волосы, но пройдя по коридору, застыла. Несколько раз непонимающе моргнула и вернулась обратно, после чего посмотрела в сторону кухни. Думала, что мне лишь показалось, но, как оказалось, нет, я все правильно увидела.
У меня на кухне был Доминик и сейчас он, как ни в чем не бывало, стоял около плиты, при этом, половником себе в тарелку наливая суп. Моно был одет лишь в штаны черного цвета и его волосы неаккуратно растрепанные. Внешний вид вообще очень домашний и мне показалось, что ко мне он пришел сразу из своего дома и сейчас был таким, каким ходил у себя.
Но… Как он попал ко мне?! Я взвинчено оглянулась и увидела, что в спальне было открыто окно. Я забыла его закрыть.
Прекрасно понимая, каков был мой внешний вид, я лихорадочно спряталась за дверью, так, что теперь была видна только голова и зло спросила:
- Что ты тут делаешь? Ты нарушаешь закон находясь в моей квартире, поэтому уходи, пока я не вызвала жандармов. И… И хватит есть мою еду! – все это сказала быстро и на одном дыхании, при этом, все еще продолжая прятаться за дверью.
Доминик, все это время не смотрел на меня и, после того, как я договорила, еще было несколько секунд очень тяжелой тишины, после которой Моно все же повернул голову и посмотрел на меня. От его взгляда кожу сковало льдом, прогоняя по телу болезненное покалывание и все это лишь усугубилось от вопроса Моно:
- Ты собралась переезжать?
Он явно видел, что я сложила свою одежду в сумки.
Не знаю почему, но я сразу растерялась и лишь спустя несколько секунд, ответила:
- Да, собираюсь.
- Куда? – Доминик поставил на стол тарелку, а я немного поежилась. Все никак не могла привыкнуть к его мрачному взгляду.
- Подальше отсюда, - ответила правду. – Пожалуйста, уходи. Ты все еще меня сильно пугаешь. Особенно, когда пробираешься в мою квартиру.
- К нему собираешься переезжать? – от того, как было сказано это «к нему», по спине пробежал холодок. Доминик точно спрашивал про Бенуа. Еще я в этот момент против воли подметила то, что у Доминика чистая речь. То есть, совершенно без сленга, что, как я уже поняла, в гетто являлось чем-то крайне нетипичным. Правда, иногда он все равно выражался крайне грубо.
- Нет, - ответила честно. Мои отношения длились всего лишь две недели и я считала неприемлемым переезд к Бенуа. Даже, если он предложит.
- Тогда, куда?
- Это личное.
Доминик пошел ко мне, а я, наоборот, стала отступать, пока спиной не уперлась в стену.
- Пожалуйста, закрой глаза, - растерянно пробормотала, просто не зная, как еще попросить Доминика не смотреть на меня. Я была не в том внешнем виде, в котором следовало быть перед парнем. Поэтому сильнее сжимала края полотенца, думая о том, что мне срочно нужно одеться.
- Брось его, - сказано твердо. В этот момент Моно подошел совсем близко ко мне. Так, что нас разделяли считанные сантиметры.
- Бенуа? Нет, - ответила уверенно и категорично. – Я его люблю и…
Не договорила. В этот момент Доминик пальцами поддел мой подбородок и заставил приподнять голову, после чего наклонился и своими губами накрыл мои. Казалось, что я вовсе перестала дышать и замерла, будто превращаясь в изваяние. Губы Доминика грубые. Жесткие, как и он сам, но лишь одно касание и меня будто бы ударило током, пропуская по каждому сантиметру тела искры. Сознание забурлило. Его будто ошпарило, но каким-то неведомым образом я попыталась прийти в себя. Отвернулась и, не узнавая свой голос, прошептала:
- Что ты делаешь? Ты хоть понимаешь, что целуешь девушку, у которой есть парень? Я счастлива в этих отношениях, а ты…
Доминик не дал договорить. Заставил обернуться к нему и вновь поцеловал, так, что кровь в венах превратилась в лаву и за одно мгновение показалось, что сейчас квартира горела в пожаре. Другого объяснения, почему мне стало так жарко, я найти не могла. Он целовал так, что губы ныли, но я все еще пыталась держаться за свой рассудок. Уперлась ладонями в его обнаженный торс, ощущая практически обжигающий жар его кожи и сталь мышц. Захотелось отдернуть ладони, ведь для меня вот так прикасаться к парню было жутко странно. Даже запретно и непозволительно, но я, наоборот, попыталась отстранить Моно от себя. Хоть и возникло ощущение, что ладонями упиралась в скалу, а не в его тело.
Мои пальцы подрагивали и ноги обмякли. Казалось, что я сейчас вовсе упаду и, наверное, лучше бы так и было, но, внезапно, Моно так и не разрывая поцелуя, подхватил меня и поднял над полом, после чего куда-то понес, а я, обнаженными участками кожи, чувствуя его, сделала несколько коротких вдохов и сильно зажмурилась. Что со мной происходило? Почему сейчас тело раз за разом будто бы током било и в этих импульсах, зарождалось мне нечто непонятное, собирающееся внизу живота? Что это такое? Я не понимала, но ненавидела себя за такую реакцию на Доминика. Сгорала в этом жаре и ненависти, которую окутывал туман и уносил куда-то вдаль. Но лишь временно, чтобы потом вернуться и с большей силой ударить по мне сокрушающим ударом.
Я услышала скрип кровати. Доминик встал одним коленом на нее, из-за чего старенький матрас сильно прогнулся, после чего положил меня на простынь и тут же навис сверху. Одно колено поставил между моих ног и, локтями упираясь в кровать, по обе стороны от моей головы, вновь поцеловал, а я сильно занервничала. Уже это переходило все границы. Быть с парнем наедине в пустой квартире. Лежать под ним на кровати, ощущая, как массивное тело вжимало меня в матрас и, при этом понимать, что на мне лишь одно полотенце – это ужасно.
Его шершавая ладонь легла на мое бедро и ощутимо сжала. Сознание прожгло от паники и я вновь положила ладони на торс Доминика. Попыталась отстранить его от себя и, разорвав поцелуй, отвернулась, после чего сказала:
- Прекрати. Так нельзя. Я же сказала, что… - окончание фразы утонуло в стоне. Доминик поцеловал мою шею. Это было настолько сильно и остро, что тело пробило дрожью и я часто задышала. Будто задыхалась и сама не заметила того, как от переизбытка ощущений обомлела.
- Раньше ты ни с кем не спала? – Доминик отстранился и посмотрел мне в глаза. В этот момент его дыхание было тяжелым и грудь вздымалась от глубоких вдохов.
- Нет, - растерянно покачала головой. Говорила настолько тихо и прерывисто, что просто не могла поверить, что это мой голос. Сейчас вообще была не в себе.
Доминик шумно выдохнул и вновь поцеловал, буквально истязая мои губы. Делая поцелуй до невозможности будоражащим. Практически болезненным и захлестывающим ощущениями. Я и не знала, что целовать могут вот так.
- Мне страшно… - прошептала, опять отворачиваясь, а он, ловя мои губы своими, рыкнул:
- Не трону, - и после этого убрал ладонь от моего бедра, вновь двумя локтями упираясь в кровать по обе стороны от моей головы.
Я завозилась, а Моно сделал поцелуй более глубоким, своим языком проникая в мой рот, а я вздрогнула и опять задрожала. Ну не могут быть поцелуи такими. Просто не могут. Настолько дикими. Жадными и в тот же момент медлительно острыми. Изворачивающими мою душу наизнанку. И Доминик сказал, что не тронет меня, но разве он сейчас не делал именно это?
В голове пустота и в теле неведомая тяжесть, а так же искры бегущие по коже. Опаляющие и сводящие с ума. Доводящие практически до безумия, от которого я хотела отказаться. Искоренить его из себя, ведь это было ненормально, но сейчас не могла ничего сделать. Ощущала его вес и крепкое тело. Полную власть надо мной, но, в тот же момент, будто бы некую бережность. Сдержанность.
Я чувствовала, что мне в низ живота упиралось нечто твердое и большое. Прекрасно понимала, что это такое и от этого нервничала еще сильнее. Но нервозности схлестывалась с туманом в моей голове. Боролась и проигрывала.
В какой-то момент я не выдержала и поерзала. Буквально несколько секунд и Доминик разорвал поцелуй. Закрыл глаза и лбом прислонился к моему плечу, так, что его волосы защекотали щеку. Делал глубоки вдохи и сильно сжимал ладони в кулаки, а я только сейчас заметила, что костяшки на них вновь были разбиты. Так продолжалось буквально несколько мгновений, а потом Моно, руками сжал мое полотенце и резко обратно обмотал меня в него. А я только в этот момент поняла, что, когда поерзала, полотенце размоталось и оголило часть моего тела. Но это точно почувствовал Доминик.
После того, как он обмотал полотенце еще туже, чем оно было до этого, Моно вновь набросился на мои губы с первых же мгновений углубляя поцелуй. Заставляя губы болезненно ныть и пылать.
Время будто бы остановилось. Оно вовсе перестало существовать и вместе с ним я исчезла. Просто растворилась в жарком воздухе, но до сих пор ощущала запретную остроту того, что происходило. Она разрывала мое сознание на клочки, но будто бы была слабее Доминика. Он доминировал и увлекал меня за собой туда, где я боялась находиться.
Все это прервалось с громким пиканьем. Это звучание врезалось в сознание, но Моно лишь спустя какое-то время отстранился от меня. Достал из кармана штанов телефон и выключил будильник.
- Мне нужно на работу, - сказал мне в губы и вновь поцеловал, но на этот раз коротко. После чего встал с кровати.
- Ты работаешь? – губы жгло и язык заплетался. В голове полная пустота и я не поняла, что мой вопрос был грубым. Поверхностным. Но Моно на него ничего не ответил. Молча пошел в сторону коридора. Уже вскоре я услышала, что закрылась дверь в ванную комнату и прозвучал звук льющейся воды.
Я все так же лежала на кровати. Не понимала, почему Доминик решил у меня принять душ, а не пошел к себе. Была такая острая необходимость в том, чтобы искупаться прямо сейчас? Но, нет, далеко не это меня волновало в этот момент. Я чувствовала себя ужасно.
Постепенно туман, окутывающий сознание развеялся и я в полной мере осознала то, что только что произошло. Нервы накалились и мысли полоснуло острием ножа. Я закрыла глаза и накрыла лицо ладонями. Сделала несколько глубоких вдохов и сильно прикусила губу, тут же ощутив металлический привкус крови. Какая же я ужасная.
Всего этого нельзя было допускать. Я изменила своему парню и от этого чувствовала себя никчемной. Глупой дурой, которая поддалась тому, кого ненавидела. Моно сегодня ударил Бенуа просто ни за что, а я дрожала от его поцелуев. Была в такой близости с ужасным парнем, но хуже всего мое предательство пред Бенуа.
Меня буквально трясло и перед глазами все рябило от ощущения собственной никчемности и от гнева на себя и на Доминика. Я села на кровати и, вставая с нее, случайно скользнула взглядом по часам. Я следила за временем, ведь боялась опоздать к Бенуа и сейчас поняла, что мы с Домиником целовались около сорока минут.
Нет, такое невозможно. Поцелуи не могут быть настолько долгими. Да и по ощущениям, прошло не больше пяти минут. Вот только, губы сильно ныли и ощутимо припухли, этим намекая, что то, что я отвергала, было правдой.
Хлопнула дверь и уже вскоре я увидела в коридоре Доминика. С силой стиснула зубы и зажмурилась, ведь не могла на него смотреть. Моно был моим падением бездну и парнем, который рушил мою жизнь.
- Я освобожусь после полуночи и приду к тебе, - Доминик пошел в сторону кухни. – Поговорим про твой переезд.
- Нет, не нужно приходить, - я все еще с огромным трудом разговаривала. Да и тело было слабым, но я все же пошла вслед за парнем и увидела, что он свою тарелку с супом поставил в холодильник.
- Поем, когда вернусь, - сказал он, закрывая холодильник.
- Нет, не нужно, - я отрицательно покачала головой. – Не приходи.
Доминик на мои слова ничего не ответил. Лишь, подойдя ко мне, вновь наклонился и поцеловал, а я была настолько не в себе, что просто не успела отреагировать, а Моно, отстранившись пошел в сторону двери. Вскоре покинул мою квартиру.
Один вдох. Второй. Третий. Я все еще стояла на месте и смотрела на стену не моргающим взглядом. Глаза неприятно покалывало, мысли рвались на клочки и сердце сжималось. Все это нужно было прекратить. Срочно разорвать все связи с Домиником Моно и сделать все, чтобы он больше не подошел ко мне. Ни в коем случае не допускать повторения того, что только что произошло в моей квартире. Я ведь столько раз просила его оставить меня в покое. Почему Моно не мог это сделать? Зачем мучил?
Меня трясло будто бы от лихорадки и я на ватных ногах пошла на кухню. Не думала и просто действовала на эмоциях, которые твердили – убрать из моей жизни все, что было связано с этим парнем. Я достала из холодильника тарелку с супом и вылила его в раковину. Рука дрогнула и я выбросила тарелку в мусорное ведро. После этого ладонями сжала волосы и часто задышала. Вдох. Еще один и потом второй. Мне следовало взять себя в руки, но я не могла. Я ужасная девушка.
Лишь спустя время, смогла выровнять дыхание. Лучше себя чувствовать не стала, но ощутила острую нужду увидеться с Бенуа. Очень быстро собралась и вызвала такси. Пока машина ехала, я везде выключила свет и закрыла окно, после чего пошла на улицу. К этому времени как раз подъехала машина и я села в нее.
Еще не понимала, что это конец. Начало взрыва.
Я не стала выходить на станции и на такси добралась до шестнадцатого округа. Такая длительная поездка влетит мне в копейку, но сейчас я совершенно не думала про деньги. Подрагивающими пальцами из сумочки достала телефон и набрала номер Бенуа. Как только он ответил, я, боясь, что мой голос дрогнет из-за внутреннего смятения, негромко сказала:
- Я уже подъезжаю. Можешь, пожалуйста, выйти и встретить меня?
- Да, конечно. Уже иду.
Когда машина остановилась около особняка, в котором жил Бенуа, парень уже стоял около массивный кованных ворот, но он сразу подошел к машине. Открыл для меня дверцу и помог выйти из такси. Не дал мне расплатиться за поездку и сделал это сам, после чего наклонился и поцеловал, а, отстранившись, улыбнулся и сказал:
- Привет. Рад, что ты приехала.
Я хотела улыбнуться в ответ, но не могла. Меня все еще трясло и сердце сжималось, а вдохи были тяжелыми, словно горло сжимало невидимой горечью. Я переступила с ноги на ногу и опять посмотрела на Бенуа. В этот момент отчетливо воспоминала о том, как мы начали дружить. Как он часто приходил ко мне и мы временами проводили вместе чуть ли не целый день. Разговаривали обо всем на свете и Бенуа забирал меня гулять.
Через пару месяцев после наступления моего совершеннолетия, он впервые предложил встречаться и, несмотря на то, что я отказала, полгода раз за разом опять предлагал начать отношения. Всегда был бережным со мной и дарил самые красивые букеты. Устраивал романтичные свидания в лучших ресторанах, не редко для этого снимая целые этажи и, улыбаясь, вновь предлагал стать его девушкой.
Ко мне никто и никогда так не относился, как Бенуа. И дело не в дорогих подарках, а во внимании. Стать особенной для кого-то – это невероятное чувство и отказывала я Бенуа лишь потому, что боялась испортить нашу дружбу. А, когда согласилась, сразу дала понять, что для меня эти отношения серьезные. Я воспринимала Бенуа, как свою вторую половинку. Парня, с которым была готова прожить всю жизнь и, рассказывая об этом, боялась, что Бенуа посмеется над моими наивными словами, но парень сказал, что он к этим отношениям относится так же.
Его родители меня хорошо приняли. Я бы даже сказала, что почти, как часть своей семьи и Бенуа был отличным парнем, а я… Я его предала. Я ужасная девушка. Но все еще хотела отношений с Бенуа. Он был для меня очень дорог.
Сердце сжалось невыносимо сильно и я в каком-то лихорадочном порыве обняла Бенуа, лбом прислонившись к груди парня.
- Что с тобой? – Бенуа удивился, но обнял меня в ответ. – Что-то случилось?
Я сразу ничего не ответила, но кивнула. Лишь спустя несколько секунд смогла пробормотать:
- Да, кое-что случилось. Мне нужно поговорить с тобой.
- Пойдем, - Бенуа взял меня за руку и повел к воротам.
Уже вскоре мы оказались на территории сада и парень усадил меня на скамейку в беседке неподалеку от бассейна. Уже начало темнеть и вода в нем красиво подсвечивалась. При этом, остальные фонари еще не зажглись.
- Рассказывай, - Бенуа сел напротив меня, но, из-за того, что беседка была небольшой, мы находились близко друг к другу.
- Я понимаю, что у тебя сейчас и так много проблем…
- Нану, расскажи, что у тебя случилось.
Я сделала глубокий вдох. В голове было столько рванных мыслей и мне о многом следовало рассказать Бенуа, но, в первую очередь, следовало поделиться тем, что тревожило больше всего. Я просто не могла держать это в себе и считала, что Бенуа должен знать правду.
- Тот парень… Доминик Моно. Он ударил тебя из-за меня.
- Из-за тебя? – я заметила на лице парня сильное удивление. На его вопрос взвинчено кивнула и еле слышно продолжила:
- Между мной и им кое-что было, - я замялась. Прикусила губу и опустила взгляд. Сейчас не могла смотреть на Бенуа.
На некоторое время повисла тишина. Наверное, нужно было еще что-то сказать, но я просто не могла собраться с мыслями.
- И что же между вами было? – я почувствовала, что голос моего парня стал тяжелее. Он пропитывался злостью, но я другой реакции и не ждала. На его месте тоже злилась бы.
- Поцелуи, - произнесла на выдохе. Все еще не смотрела на Бенуа, но ощутила то, насколько гнетущей стала тишина, вновь повисшая в беседке. Она очень сильно давила на сознание и буквально разрывала его в клочья. Отдаленно чувствовала, что некоторое время Бенуа сидел неподвижно. Кажется, при этом, опустив взгляд в пол. – Бенуа, я…
Не договорила. Раздался грохот, от которого я сильно вздрогнула всем телом и испуганно вжалась в спинку скамейки. Оказалось, что Бенуа одним движением перевернул столик, разделяющий нас и встал со скамейки. Ко мне близко мне подходил, но я ощущала ярость, исходящую от парня.
- Значит, вот какая ты, Нану? Стоило мне только уехать, как ты тут же крутишь задом перед другим? – в голосе ярость. – Я в Руане только о тебе и думал, а ты… Черт! – Бенуа сделал глубокий вдох и вплел пальцы в волосы. - И это ты считаешь серьезными отношениями? Может, ты заигрывала не только с Моно, но и еще с кем-то?
- Нет, я ничего такого не делала, - я быстро помотала головой. Тоже встала со скамейки, но к Бенуа пока что не подходила. Сердце разрывалось на части от того, что я причинила ему боль. – Я не хотела тебе изменять. Я, правда, люблю тебя и очень дорожу нашими отношениями.
Бенуа поднял взгляд и им буквально опалил меня. В нем огнями пылала злость.
- Не хотела изменять? Значит, Моно насильно тебя целовал? Ты этого не хотела и вырывалась, а он все равно целовал?
Я разомкнула губы и хотела что-то сказать, но не смогла найти подходящих слов. Я действительно не желала поцелуев Доминика и мне хотелось сказать, что, да, это происходило насильно, но не могла считать в этой ситуации себя невинной, ведь толком не сопротивлялась. От поцелуев Доминика теряла рассудок и в этом была моя вина. Мое предательство перед Бенуа. Парня, который являлся моей второй половинкой.
- Нану, посмотри на меня, - сказал Бенуа. – Он приставал к тебе? Проклятье, - парень растрепал волосы на затылке. – Может, ты не знала, но Моно несколько лет провел в колонии и это не просто так. Таким людям, как он, место в тюрьме, - Бенуа опустил пылающий злостью взгляд в пол и сказал: - Я не допущу того, чтобы он опять приставал к тебе. Такой как он, даже находиться рядом с тобой не должен.
В последних словах Бенуа скрывалось куда больше, чем можно было уловить на слух и это на интуитивном уровне полоснуло по моему сознанию острием ножа.
- Ты… Ты хочешь ему что-то сделать? – спросила прерывисто и еле слышно. – Расскажешь отцу о том, что Доминик Моно тебя ударил?
- Думаешь, я и без отца ничего не сделаю?
Я не нашла, что ответить на этот вопрос, но понимала, что, да – сделает. У Бенуа были связи среди жандармерии. Появились они благодаря отцу, но самого факта это не меняло. При этом, к тем, кто был в колонии совершенно другое отношение и даже простой удар можно расценивать, как сильное проявление агрессии и избиение. Тем более, Доминик ударил не простого парня, а сына прокурора и сам по себе он являлся обычным парнем из гетто.
- Не нужно ничего делать, - я покачала головой и прикусила губу. – То, что было, является лишь недоразумением. Я не сказала Доминику, что у меня есть парень и это привело к неразберихе, но я ему уже все объяснила. Он больше не подойдет ко мне.
- Он прикасался к тебе. Целовал мою девушку.
- Бенуа, пожалуйста, не злись, - я попыталась собраться с мыслями и ближе подошла к своему парню, после чего встала на носочки и обняла Бенуа за плечи, спрятав лицо у него на груди. – Я люблю тебя. Очень сильно люблю. Пожалуйста, прости меня за то, что случилось. Я обещаю, что такого больше никогда не повторится, - говорила искренне. Просила прощения, ощущая невыносимую тяжесть своей вины. – Если ты простишь меня, пожалуйста, давай просто забудем про этот случай и начнем с чистого листа. Я понимаю, что прошу слишком много, но… но я правда дорожу нашими отношениями. И я очень скучала, пока ты был в Руане.
Некоторое время Бенуа молчал. Я чувствовала то, насколько тяжелым было его дыхание и злость все еще исходящую от парня. Но, он все же обнял меня и подбородком коснулся моей макушки.
- Ты обещаешь, что такого не повторится?
- Обещаю, - ответила уверенно и сильнее обняла парня. – Для меня есть только ты.
Я говорила правду. Для меня существовал только Бенуа. Я дорожила им и, в тот день, когда приняла решение, что хочу согласиться на его предложение об отношениях, утопала в водовороте размышлений и мое «да» было твердым. Не на время, а на всю жизнь, ведь я не рассматривала отношения, как нечто кратковременное. Понимала, что с Бенуа была готова прожить всю жизнь. Учиться в одном университете и позже съехаться. В мыслях я видела, как мы вместе живем, а потом в нашей семье появляются дети. Иногда путешествия и походы в ресторан. Все тихо и спокойно.
Доминик Моно являлся моей личной пропастью. Тем, кто разрушал мою жизнь за что я его ненавидела и сейчас вообще желала забыть про существование этого человека. Были только я, Бенуа и наши отношения.
- Я тебя тоже люблю, - сказал Бенуа и обнял меня крепче.
Я чувствовала то, что Бенуа все еще злился, но понимала, что так легко он меня не простит. Я сама пыталась поставить себя на его место и понимала, что измена, пусть даже она состояла лишь в поцелуях - это не то, что можно так просто забыть. Но я честно старалась вновь вернуть нас к прежнему общению, в надежде, что со временем эта ситуация сгладится и вовсе забудется. Хотя, я сама себя за нее еще долго буду корить.
- Через три дня выходные. Может, проведем их вместе? – спросила у Бенуа. Мы как раз гуляли по саду. Он был красивым и ухоженным. Даже лучше, чем в особняке моей семьи, ведь мама Бенуа очень любила цветы и трепетно относилась к саду. Из-за этого наняла лучших садовников, специально приехавших сюда из Марселя.
- Давай полетим в Ниццу. Поселимся в Шато де и проведем там пару дней, - сказал Бенуа. Он шел немного впереди и на меня пока что не смотрел.
- Только мы вдвоем? – спросила и увидела, что Бенуа кивнул. Если честно, я считала, что мы встречались слишком мало времени для подобной поездки, ведь, скорее всего, она подразумевала проживание в одном номере, но сейчас не рискнула отказать Бенуа. Тем более, это же не значит, что между нами что-то будет. Просто проведем время вместе. – Хорошо. Давай полетим в Ниццу.
Мы немного обсудили поездку и вероятность того, что в понедельник придется пропустить учебу, чего я очень не хотела, но все же уступила Бенуа. Со временем атмосфера между мной и парнем улучшилась. Бенуа даже несколько раз поцеловал меня и, обняв, притянул к себе. Мне вообще нравилось гулять с ним по саду, но все испортило то, что я упала в бассейн. Просто поскользнулась на плитке и полетела в воду. Поскольку там было глубоко, а плавать я не умела, Бенуа пришлось вытягивать меня.
- В Ницце буду учить тебя плавать, - сказал парень, когда мы полностью мокрые сидели около бассейна и я пыталась отдышаться. Наверное, сейчас выглядела не очень, особенно, если учесть то, что у меня точно потекла тушь.
- Мне нанимали нескольких учителей по плаванью и ни один из них не смог меня научить держаться на воде. Это просто не мое, - я улыбнулась и увидела, что Бенуа улыбнулся в ответ.
- Может, у меня что-то получится, - парень встал на ноги и протянул мне руку.
Уже вскоре, оставляя позади себя мокрые следы, мы зашли в дом и поднялись на второй этаж в спальню Бенуа. Парень достал у себя из шкафа большую футболку и протянул мне.
- Надень это, а я пока что отдам твою одежду горничным. Они приведут ее в порядок.
- А она скоро будет сухой? – спросила и в ответ услышала, что, предположительно, через пару часов.
Мне было очень неловко, но я все же пошла в ванную комнату и там приняла душ, после чего надела футболку Бенуа. К счастью, она была довольно большой, но все равно еле прикрывала попу, из-за чего я постоянно отдергивала ткань и, выходя из ванной, вообще чувствовала себя так, будто на мне не было одежды.
- У тебя нет ничего другого? – спросила, вновь одергивая ткань вниз. – Может, футболка побольше?
- Нет, - Бенуа, отрицательно качнул головой и, когда он подошел ближе, чтобы забрать мою мокрую одежду, наклонился и поцеловал, после чего сказал в губы: - Тем более, мне нравится, что ткань этой футболки немного просвечивается и я могу видеть твою грудь.
Я понимала, что Бенуа шутил, так как ткань была достаточно плотной. Да и парень улыбался, говоря последние слова, но я все равно скрестила руки на груди, пытаясь прикрыться.
- Подожди меня. Я тоже приведу себя в порядок и потом посмотрим какой-нибудь фильм.
Я кивнула и пошла к шкафу с книгами. Их тут было не много, но я нашла кое-что интересное для себя и с этими книгами пошла к кровати, так как другой мебели в комнате Бенуа просто не было. Я легла на живот и немного укрылась покрывалом, чтобы не быть в настолько откровенном виде и, листая книги думала о том, как рассказать Бенуа про мою ситуацию в семье. Мне следовало это сделать как можно быстрее.
Внезапно, тишину, окутывающую комнату, разорвал звук негромкой мелодии. Оказалось, что это мой телефон зазвонил и я, взяв его в руки, посмотрела на высвечивающиеся на экране цифры.
- Кто это? – негромко спросила у самой себя, понимая, что этот номер мне вообще незнаком.
Я нахмурилась, но все же нажала на зеленый значок, горящий на сенсорном экране, ведь очень сильно недоумевала от того, кто мог звонить мне в такое позднее время. Даже немного встревожилась, посчитав, что, возможно, произошло нечто не хорошее. Вот только, я не сразу поняла, что связывались со мной по видеосвязи, но вздрогнула всем телом, когда на экране своего телефона увидела Доминика и он так же сейчас видел меня.
- Где ты? – спросил Моно, а я тут же в лихорадочном движении сделала звук на телефоне тише, чтобы Бенуа не услышал голос Доминика. Я вообще хотела сбросить этот звонок, но, уловив одну странность, быстро надела наушники и спросила:
- Откуда у тебя мой номер телефона? – я округлила глаза и разомкнула губы, но опять посмотрев на экран телефона, заметила еще одну странность и еще сильнее округлила глаза. Так, что они даже начали болеть: - Ты, что, сейчас в моей квартире? Как? Как ты туда попал? Я же закрыла окно.
Моно не ответил на мои вопросы. Просто пропустил их мимо ушей.
- Где ты сейчас, Леконт? – Доминик выглядел уставшим и я только сейчас поняла, что время было за полночь и Моно только вернулся с работы. Я понимала, что вновь попав в мою квартиру он, вполне возможно, увидел остатки супа в раковине и тарелка, из которой он собирался есть, лежала в открытом мусорном ведре.
Взгляд у парня был очень мрачным и практически обжигающим. Сейчас он им скользил по моим мокрым волосам и явно мужской футболке, в которую я была одета. А так же, точно понимал, что я лежала на кровати. Мне стало как-то не по себе и я уже сто раз пожалела о том, что ответила на звонок.
- Ты у него? – от того, как был задан этот вопрос, у меня сознание полыхнуло и в черных глазах Доминика увидела злость. А так же почему-то стало больно, но эта боль была не физическая и вообще будто бы не моя.
- Да, я у своего парня, - ответила еле слышно, хоть и старалась предать голосу уверенности. Мне нужно было поставить точку в том, что происходило между мной и Моно. – Я уже не знаю, как просить тебя оставить меня в покое. Что мне еще сделать, чтобы достучаться до тебя?
- Ты спишь с ним? – взгляд Доминика выворачивал душу наизнанку. Будто бы вовсе вырывал ее и из-за этого хотелось отключить видеосвязь, просто, чтобы он не смотрел на меня.
На вопрос Доминика, я хотела ответить правду. То есть, «нет», но вовремя себя остановила. Моно сразу дал понять, что ко мне у него только физический интерес. При чем, очень грубый. И сегодня он не зашел дальше после того, как узнал, что я девственница. Наверное, решил, что спешить некуда и еще все успеется, а мне от этих мыслей было ужасно горько, но вместе с ними пришло понимание – скорее всего, Доминик потеряет ко мне интерес, если поймет, что я сплю с Бенуа. Поэтому я через силу кивнула и негромко сказала:
- Да.
- Значит, ты солгала мне, - от этих слов по спине пробежался холодок и мысли взъерошило, но я лишь качнула головой и сказала:
- Пожалуйста, уйди из моей квартиры. У тебя есть своя жизнь. Занимайся ею, а меня оставь в покое, - я понимала, что мои слова были очень грубыми, но так требовалось, чтобы раз и навсегда разорвать любую связь между нами.
Из-за разговора с Домиником я была очень напряжена и не услышала того, как открылась дверь, ведущая в ванную и в спальню вернулся Бенуа. Зато, отчетливо услышала его слова:
- Ну, что? Давай еще разок? Я опять хочу тебя.
Я вообще не поняла к чему были эти вопросы и слова, так как в этот момент по телу пробежала паническая дрожь от понимания того, что Бенуа скорее всего, понял, что я разговаривала с Домиником. Слов он услышать не мог, так как я говорила очень тихо. Прямо в динамик наушника, но Бенуа мог увидеть Моно на экране моего телефона. Хотя, может и не увидел, ведь телефон я держала почти под подушкой.
Я хотела оборвать звонок, но в этот момент Бенуа оказался позади меня на кровати и практически до плеч задрал футболку, после чего, одной рукой упираясь в кровать около моей головы, бедрами толкнулся вперед, буквально вжимая меня в кровать и заставляя содрогнуться всем телом от такого сильного толчка. Из-за этого несколько прядей волос упало вперед, частично закрывая лицо.
- Бенуа… - не договорила, так как с моих губ сорвался стон. Парень опять толкнулся бедрами и я грудью болезненно вжалась в книгу, на которой лежала.
Я все еще была в трусиках и ощущала, что на Бенуа были штаны, но Доминик этого не видел. Телефон был расположен так, что Моно открывалась лишь часть картины и сознание ошпарило пониманием того, что мы с Бенуа с такого ракурса выглядели так, словно занимались любовью. Словно Бенуа брал меня.
Все это длилось считанные секунды и вот ладонь моего парня легла мне на подбородок, заставляя обернуться и в этот момент его губы коснулись моих, а я в следующее мгновение скосила взгляд в сторону и скользнула им по телефону. Быстро нажала на красный значок, прерывая звонок, но все же успела увидеть взгляд Доминика. Я его таким раньше никогда не видела. Казалось, что в черных глазах горело и пылало то, что я понять не могла, но, несомненно, меня саму оно могло испепелить.
Разговор прервался и на телефоне появилась привычная заставка.
- Что ты делаешь? – я извернулась и локтем толкнула Бенуа, после чего отползла в сторону, поправляя футболку.
- Ты разговаривала с Моно, - Бенуа был в ярости. Значит, он все же увидел Доминика на экране моего телефона. – И что же он хочет увидеть, когда звонит моей девушке по видеосвязи, когда та в моей спальне? А ты Нану? Вот так ты ему объяснила, что у тебя есть парень? Настолько хорошо, что он звонит тебе по ночам?
- Больше звонить не будет, - сказала на выдохе. – Но ты повел себя ужасно. Бенуа, как ты так мог? Если видел, с кем я разговариваю мог просто накричать. Или сделать еще что-то, но не показывать другому парню, что ты меня… Делать вид будто мы… Чтобы кто-то нечто такое видел…
Мысли рвались на клочья и я не знала, что сказать. В этот момент Бенуа притянул меня к себе и крепко обнял. Так, что все тело начало ныть.
- Я люблю тебя, Нану и сейчас я зол, потому, что вижу, что другой пытается забрать тебя у меня, а я этого очень сильно не хочу. Ответь мне сейчас. Скажи, ты только моя?
В эту ночь я поругалась с Бенуа. Да, без повышения голоса и без грубых фраз, но все равно нечто подобное произошло впервые с момента нашего знакомства, ведь за весь последний год между нами не было ни одного недопонимания, но именно сегодня в воздухе повис надлом. Да, не сильный и я понимала, что все это можно поправить, но пока что нам обоим следовало остыть. Немного подумать и уже полностью со свежим сознанием вновь попытаться поговорить. Наладить отношения, ведь я все еще хотела их сохранить. Да, очень сильно злилась на Бенуа за его выходку, но сама во многом была виновата перед ним.
Пока сохла моя одежда, я рассказала Бенуа о том, что произошло в моей семье. Бенуа слушал меня и ни разу не перебил, но я видела, как менялись эмоции на его лице, постепенно нагнетаясь и, лишь после того, как я закончила рассказывать, Бенуа спросил:
- И мама тебе не поверила? – я отрицательно покачала головой, а Бенуа выругался и вплел пальцы в волосы. Он выглядел злым. – Твой отчим… Черт возьми, о чем он думал, когда приставал к тебе? Урод.
- Меня злит только то, что мама сейчас рядом с таким человеком, - сказала правду, но в данное мгновение мне было немного тяжело делиться с Бенуа сокровенными мыслями. Ссора, произошедшая между нами незадолго до этого разговора, все еще сказывалась, хоть и парень уже сейчас держал меня за руку, а я не стала отсаживаться, когда он сел совсем близко ко мне.
Нам действительно следовало остыть и именно по этой причине я ушла из дома Бенуа, как только высохла моя одежда. Парень настаивал на том, чтобы я осталась. Говорил, что мы пара и нет ничего плохого, если мы уже сейчас начнем жить вместе, ведь сама ситуация к этому подталкивала, но для меня это было неприемлемо. Я вообще пока что не могла представить, как буду жить с ним вместе. Спать в одной кровати. Да, понимала, что в будущем мы к этому придем, но не сейчас. Поэтому я сказала Бенуа, что сняла квартиру и мне лучше пойти к себе, ведь, все равно, там были мои вещи, а уже завтра в университете мы встретимся и поговорим. Бенуа негативно отнесся к тому, что я решила уйти и между нами чуть не возникла новая ссора, но остаться у него я не могла.
На улице было темно и уже немного прохладно. Как раз был День всех святых и по этой причине метро работало на один час дольше, чем обычно и я, наверное, могла бы успеть доехать до Шампиньи, но, во-первых, не знала, как работали RER. Во-вторых, опасалась в Шампиньи встретить Доминика. Хотя, чего мне его бояться? Сегодня между нами была поставлена остаточная точка.
Но, все же, я вызвала такси и на нем доехала до восьмого округа. Не так уж и много заведений работало после одиннадцати вечера, но одно я знала и направилась туда. Села за один из пустующих столиков и заказала себе кофе. Долго пила его и смотрела в окно на сейчас не работающие бутики. Улицы в этих районах были настолько узкими, что казалось, витрины роскошных магазинов находились чуть ли не за стеклами кофейни.
Делать было нечего, поэтому я достала телефон и в сети читала статьи, которые были связаны с моей учебой и из кофейни ушла лишь в полшестого, когда начало работать метро. Перед университетом мне следовало привести себя в порядок и переодеться, поэтому я все же поехала в Шампиньи. Уже оказавшись в гетто, от станции RER до дома, в котором снимала квартиру, доехала на такси и к себе заходила очень осторожно.
В моей квартире было очень темно и я сразу включила свет. Прошла к коридору и около спальни заметила что-то на полу. Это был разбитый на части телефон Доминика. Множество деталей лежало на полу и экран превратился в нечто мало узнаваемое.
Я наклонилась и начала собирать части телефона, чувствуя, как сердце почему-то пропускало удары и при виде этих осколков ладони подрагивали. Они словно были пропитаны дикой яростью и чем-то острым. Будто бы болью.
Собрав все, что осталось от телефона, я посмотрела на детальки просто не зная, что с ними делать. Наверное, стоило выбросить их. Все равно это уже не починить. Да и мне не хотелось подходить к Доминику, чтобы отдать разбитый телефон. Нам вообще теперь лучше не подходить друг к другу, но я все же не могла понять, почему он так разозлился, что даже разбил телефон.
Я пошла на кухню, ведь именно там находилось мусорное ведро, но, как только зашла туда, застыла на месте. Около стола на полу находилось несколько довольно больших пакетов. Я положила остатки телефона на стул и посмотрела на то, что было в них. Оказалось, что там лежали продукты. При чем, не дешевые, ведь продукты таких марок часто встречались на кухне в особняке моей семьи.
Казалось, что в этих пакетах было все. Я даже нашла две коробочки конфет. Тоже далеко не дешевых. Я бы даже сказала, что они одни из самых дорогих.
Я понимала, что все это принес Доминик. Зачем? Видел, что у меня в холодильнике пусто? Но я понять не могла, почему парень, который, по сути, одевается в простую и явно не дорогую одежду, потратил очень немало денег, чтобы принести для меня все это? Еду, которая для меня была более привычна, ведь сейчас я экономила и делала более бюджетные покупки.
Я ненадолго закрыла глаза и поджала губы. Я совершенно не понимала Доминика Моно, но, наверное, это к лучшему. Несмотря ни на что, он был человеком, от которого мне следовало держаться подальше.
Оставив все это на кухне, я пошла в ванную комнату. Очень долго принимала душ, а потом неторопливо собиралась в университет. Примерно в половину восьмого вызвала такси и на нем доехала до станции, при этом получив сообщение от Бенуа. Он написал, что будет ждать меня около университета.
Это утро для меня было ужасным. Из-за бессонной ночи тело преодолевала усталость, но мысли все еще путались. Я так и не выбросила телефон Доминика. Более того, все разбитые части положила в прикроватную тумбочку. Зачем я это сделала? Если честно, понятия не имела. Все равно, не было смысла его отдавать. Более того, я больше никогда не собиралась подходить к Моно.
Уже будучи около Сорбонны, я постоянно оглядывалась по сторонам. Не понимала, зачем я это делала, но взглядом искала Доминика. Мысленно решила, что это потому, что хотела понять, где он находился, чтобы избегать этого места, но Моно нигде не видела. Зато, сразу заметила Бенуа.
Он около круглого фонтана стоял вместе с моими подругами. Жаклин, держа в руках стаканчик с кофе, смотрела куда-то в сторону, а Дезири, встав на носочки и положив ладонь на плечо Бенуа, что-то говорила ему на ухо, при этом улыбаясь, но, увидев меня, она отстранилась и помахала мне рукой:
- Привет, - подруга подбежала ко мне и обняла. – Как ты? Выглядишь уставшей.
Бенуа тоже подошел и, наклонившись, поцеловал, после чего положил ладонь мне на талию и притянул к себе. Он вел себя так, словно и не было вчерашней ссоры. Наверное, так даже лучше – не копаться неприятных событиях, а просто начать все с чистого листа, но на душе все равно было как-то тяжело и я, не сумев сдержаться, отстранилась от Бенуа. По взгляду парня, поняла, что ему это не понравилось, но, чтобы хоть как-то сгладить обстановку, улыбнулась ему.
- Пойдем, поговорим, - Бенуа все же опять положил руку мне на талию и повел за собой к зданию Сорбонны.
Мы поднялись на второй этаж и зашли в пустую аудиторию. Почему-то я сразу подошла к окну и посмотрела во двор университета. Там было множество студентов, но Доминика я все еще не видела, зато, заметила Обена Турнье. Он, вместе со своей девушкой и еще несколькими парнями стоял около лестницы. Я не знаю, как такое возможно, но Обен, будто бы почувствовав мой взгляд, поднял голову и словно безошибочно посмотрел на окно, за которым я находилась. Понимала, что он меня видеть не мог, но тут же немного отошла от подоконника.
- Что ты решила? – спросил Бенуа. – Переедешь ко мне жить?
- А? – я пропустила мимо ушей его вопросы, потому что вновь посмотрела в окно, но на этот раз в другое. Мне было странно от того, что я еще не видела Моно. Раньше, казалось, что стоило мне прийти в университет, как я его тут же везде встречала.
- Куда ты смотришь? – Бенуа подошел ближе и тоже посмотрел в окно. – Ищешь взглядом Моно? – в голосе послышалось сильное раздражение. Я не понимала, как он понял, кого именно я пыталась найти в толпе студентов, но после вопроса Бенуа, мне стало жутко совестно. Вот что я творила? Мне вообще следовало забыть про Доминика, а я, находясь рядом со своим парнем, думала про него. Я качнула головой и попыталась перевести тему разговора.
- О чем ты хотел поговорить?
- Нану, ты серьезно? Разговариваешь со мной и при этом выискиваешь Моно взглядом?
- Прости, - сказала негромко, опустив голову. Не стала говорить, что делала это потому, что опасалась встретиться с Домиником.
Нам так и не удалось нормально поговорить. Бенуа злился и уже скоро началась лекция, а я не могла пропускать занятия, ведь учебой очень сильно дорожила.
- Давай уже после учебы пойдем куда-нибудь погуляем. Просто пройдемся и поговорим, - предложила Бенуа и, уходя на лекцию, встала на носочки, после чего поцеловала парня в щеку.
Мне действительно нравилось учиться и я обожала свою специальность – политическая философия и этика, поэтому, слушая преподавателя, я отвлеклась. На перемене встретилась с подругами. Услышав о том, что после занятий мы с Бенуа собирались пойти погулять, Дезири сказала, что присоединится к нам, так как ей было скучно, а планов на вечер не было, а, услышав, что мне и Бенуа следовало провести время вместе, кажется, немного обиделась на меня.
- Вот значит как? – спросила она, надув губки. – Появился парень и ты забыла про подруг? Теперь с нами время не проводишь, а только с ним?
- Дезири, прекрати, - Жаклин цыкнула. – Логично, что начиная отношения, они захотят хоть иногда гулять только вдвоем. Не лезь, - девушка как-то раздраженно выбросила в мусорное ведро упаковку с соком, который пила и, развернувшись, пошла прочь, а Дезири побежала за ней.
Мне все это показалось странным и я хотела пойти за девчонками, но застыла на месте. В другом конце коридора увидела Моно и он как раз шел в мою сторону.
Не знаю почему, но я вжалась спиной в стену и притихла. В ладони немного сдавила стаканчик с кофе и отвела взгляд в сторону, но, когда Доминик был совсем близко, не удержалась и посмотрела на него.
Его лицо не выражало никаких эмоций, но глаза были чрезмерно мрачными. Даже более черными, чем обычно и мне показалось, что за ними скрывалась целая бездна. Страшная и жуткая. Одет Доминик был в привычные джинсы и белые кеды, но клетчатая рубашка, виднеющаяся поверх белой футболки, мятая и волосы растрепанные, будто парень взъерошил их ладонью и плевать хотел на свой внешний вид.
Я думала, что Доминик не заметит меня, так как в мою сторону даже не смотрел, но, когда он проходил мимо меня, повернул голову и наши взгляды встретились. В этот момент я поняла, что все – это конец. Мне действительно лучше больше не подходить к Моно. При чем, об этом твердил даже его взгляд. Будто предупреждал, чтобы я держалась подальше. И сколько же в нем было пренебрежения.
Сделав глубокий вдох, я отвернулась, после чего поднесла к губам стаканчик с кофе. Внутри все сжалось, но, наверное, я даже была рада тому, что все закончено. Я ведь именно этого и добивалась. Теперь могла сосредоточиться на том, чтобы исцелить мои отношения с Бенуа. Даже хотела пойти и поискать его, но не успела. Ко мне подбежала Абель и ввергла в шок фразой:
- Нану, твоя мама в больнице. Я не знаю всех подробностей, но, кажется, твой отчим ее избил.
- Что?.. – спросила вмиг пересохшими губами. Нервы накалились и дыхание застряло в горле. Я выронила из ладони стаканчик с кофе, но даже не заметила этого. – Что произошло? Как сейчас мама? В какой она больнице?
- Она в Мон Луи. Я честно не знаю всех подробностей. Мне мама позвонила и попросила, чтобы я рассказала тебе об этом.
Я несколько раз растеряно моргнула, а потом сразу подрагивающими пальцами достала телефон. Позвонила Бенуа, чтобы попросить его отвезти меня в Мон Луи, но его номер сейчас был в не зоны доступа. Я еще два раза попыталась дозвониться, но ничего не получилось. Уже хотела вызывать такси, но Абель сказала, что отвезет меня. Вернее, не она сама, а ее парень у которого была машина. Мы за считанные минуты нашли его, а потом так же быстро добрались до больницы. Я растерянно поблагодарила за помощь, после чего быстрым шагом пошла искать маму. Вернее, палату, в которую ее поселили, мысленно молясь, чтобы ее не отправили в неотложку.
Медсестра, к которой я обратилась за помощью, сказала, что моя мама действительно у них. Ничего страшного с ней не произошло, но мой отчим поставил ей несколько синяков, вывихнул руку и сейчас мама находилась в состоянии истерики. Надеясь, что мое присутствие поможет успокоиться, меня пустили к маме, но, стоило мне войти в палату, как мама мне сказала:
- Пошла вон, - она была заплаканной и под глазами уже виднелись красные синяки. От этого у меня сжалось сердце и я подошла ближе к кровати.
- Мам, как ты?.. – спросила очень тихо. Хотела взять ее за руку, но мама отдернула ее и схватила с тумбочки чашку. Замахнулась ею на меня и уже прокричала, чтобы я убиралась прочь из ее палаты. После этого, несмотря на то, что я пыталась с ней поговорить, медсестры вывели меня в коридор, сказав, что если на меня такая реакция, мне не безопасно находиться рядом с мамой.
- Видно, то, что произошло, очень сильно повлияло на нее, - сказала мне медсестра, так же объяснив, что моя мама сейчас просто не в себе и врач уже скоро выпишет ей необходимые лекарства. В первую очередь, успокоительные. – Ваша мама будет лечиться по страховке? Если да, пожалуйста, привезите Кард Виталь[4].
Я кивнула и уже собиралась уходить, чтобы взять из дома все необходимое и привезти в больницу, но меня остановили жандармы. Они сказали, что заявление об избиении подали горничные, которые услышали крики моей мамы, а потом и нашедшие ее в таком состоянии в спальне. Они же и вызвали скорую, но моя мама отвергала то, что ее избили. Говорила, что просто упала. Защищала отчима. Да и пока она была в состоянии истерики, жандармам не было смысла разговаривать с ней. Зато, они хотели поговорить со мной.
- Ваш отчим сбежал, но раз заявления нет, он может вернуться, - сказал мужчина в форме.
- И ничего сделать нельзя? – я злилась на отчима. Не понимала, что произошло, но разве можно оставить его безнаказанным? – Мой отец…
- Нам известно о том, что ваш отец при жизни был корпусным генералом жандармерии, - перебил меня мужчина. – Но ваша мать сама виновата в том, что связала жизнь с таким человеком и теперь его защищает. Мы ничего сделать не можем и в данной ситуации можем лишь предупредить, чтобы вы держались подальше от этого человека. Магазины вашего отчима явно сильном убытке и из вашей матери он тянул деньги. Есть предположения, что он замешан еще в кое-каких делах.
- В каких делах? Если это противозаконно, вы можете наказать его за это.
- Мы ничего сделать не можем, - коротко сказал жандарм, а меня буквально затрясло от такого безразличия, но уже сейчас появилось ощущение того, что приближается нечто нехорошее.
Жандармы не стали дальше разговаривать со мной и ушли, а я еще некоторое время стояла на месте. Мысли путались и ощущался такой приторный вкус безнадежности, но я постаралась взять себя в руки. Сейчас главное мама. Может, когда ей станет лучше, она все же подаст заявление на отчима и жандармы хоть что-то сделают. Я действительно опасалась того, что мама опять сойдется с отчимом, раз защищала его сейчас. Она достойна хорошего мужчины.
Стараясь экономить, я не брала с собой много денег, поэтому доехать на такси до шестнадцатого округа не могла. Еще находясь около больницы, опять позвонила Бенуа, ведь сейчас я так сильно нуждалась в его помощи, но, так и не сумев это сделать, я положила телефон в рюкзачок, после чего побежала на метро. Все еще немного путалась в станциях, поэтому вышла на несколько кварталов раньше, чем следовало, но эту местность я отлично знала и по этой причине безошибочно побежала к особняку моей семьи.
Бегать в туфлях очень неудобно и, к тому же, моя физическая форма была не в самом лучшем состоянии, из-за чего, буквально через квартал мне пришлось замедлить шаг, чтобы перевести дыхание. Еще и в боку покалывало так, что боль расплывалась по всему телу.
- Да что же такое? – прерывисто спросила, приложив ладонь к боку. Очень сильно волновалась за маму и хотела поскорее вернуться в Мон Луи, поэтому, несмотря на боль, постаралась пойти побыстрее. Даже попыталась сократить путь, из-за чего пошла через проулки, но, из-за взвинченности сознания, не услышала шаги позади себя.
- Уеш-уеш[5], Нану Леконт, - услышав грубоватый мужской голос, я резко обернулась и увидела позади себя какого-то верзилу. По виду – сущий бандит и то, что он знал мое имя, меня знатно насторожило. Я панически оглянулась вокруг, но поняла, что в проулке были только мы вдвоем и отдаленно понимала, что, скорее всего, этот мужчина шел за мной давно. Выжидал удобного случая и вот он наступил. – Подскажи-ка мне, где сейчас Брис Виардо, - верзила пошел ко мне, называя имя моего отчима. Судя по всему, он его искал.
- Простите, но я не знаю, где он, - я отрицательно покачала головой и, понимая, что мне срочно нужно убираться отсюда, а именно, хотя бы добраться до людной улицы, я развернулась и собралась бежать, но увидела, что из другого конца проулка, в нашу сторону шел еще один верзила. В этот момент первый мужчина схватил меня за руку и, дернув на себя, сказал:
- Сейчас ты пойдешь с нами. Попытаешься кричать и я порву тебя на части.
- Мне больно, - зашипела, но мужчина на это не обратил никакого внимания и лишь сильнее сжал ладонь, после чего буквально потащил за собой. – Пожалуйста, отпустите. Я, правда, не знаю, где Брис Виардо.
- Заткнись, - цыкнул верзила, после чего буквально зашвырнул меня на заднее сиденье, какого-то старого и потрепанного автомобиля, сильно покрытого грязью и ржавчиной. Этот мужчина сел рядом со мной и своими руками стиснул меня, чтобы я не вырывалась, а я все равно завозилась, ощущая сильный запах пота, исходящий от этого бандита.
Второй мужчина сел за руль и машина, заскрежетав, двинулась с места. У меня сердце стучало так, словно было готово в любой момент разорваться на части и в голове ни одной мысли. Сознание вообще опустело и лишь в некой панической буре я пыталась понять, что вообще происходило. Эти мужчины по какой-то причине искали моего отчима. Почему? Что он сделал? В голове мелькнули слова жандармов, но я все равно ничего не понимала и лишь раз за разом говорила:
- Я не знаю, где он. Совершенно не знаю. Пожалуйста, отпустите. Пожалуйста…
Мужчины не обращали внимания на мои слова, а я, хоть и смотрела в окно, скоро перестала понимать, куда мы ехали. Осознавала лишь то, что мы приехали в какой-то неблагополучный район и мужчины завернули в очередной проулок и уже вскоре меня выволокли из машины, а я, не сумев удержаться на ногах, упала на грязный бетон. Испуганно оглянулась вокруг и поняла, что мы находились во дворе какого-то заброшенного пятиэтажного здания. Вернее, судя по всему, это был задний двор.
- И что мы с ней будем делать? – спросил тот мужчина, который сидел за рулем. – Вдруг она действительно не знает, где Виардо?
- Плевать. Ее мамаша точно знает. Изобьем ее дочурку, чтобы ее поселили в соседнюю палату. Может, эта идиотка одумается и расскажет, где эта мразь.
От разговора мужчин мне стало дурно и я тут же поднялась на ноги, после чего побежала в сторону проулка, но ладонь с кривыми пальцами сжала ворот моей блузки и дернула назад, так что я обратно упала на бетон, до крови стесав кожу около бедра.
- Куда собралась? – мужчины сильнее сжал мою блузку. – Давай, говори, что знаешь и мы решим, что с тобой делать.
- Я не знаю, почему вы ищете Виардо, но, пожалуйста, я вас умоляю, решайте это с ним. Зачем вы в это втягиваете меня и мою маму? Мы никому и ничего плохого не сделали, - испуганно прошептала.
- Ничего не сделали? – мужчина засмеялся, а потом наклонился ко мне и спросил: - Так, что, ты нам ничего интересного не скажешь? Я же тебе ноги переломаю. Потом никогда нормально ходить не сможешь. Будешь хромать, - мужчина схватил меня за волосы и проволок по бетону, а у меня слезы на глазах появились от боли. – Давай, говори, что знаешь.
- Я… Я… - прошептала, не зная, что сказать. Понимала, что мне нужно солгать. Соврать о месте нахождения моего отчима, в надежде, что меня отпустят, но это нужно было сделать правдоподобно. Иначе будет только хуже.
Пока я панически размышляла, что сказать, второму мужчине, который стоял немного в стороне, позвонили и он ответив, сказал:
- Да? Да. Мы как раз ее поймали. Джун ей ноги собрался ломать. Эта девка, судя по всему, ничего не знает. Что?... Серьезно?... Да, конечно, - мужчина прекратил разговор, после чего обратился к тому верзиле, который меня держал. – Отпусти ее. Твою мать, Джун, отпусти ее, быстро. Но смотри, чтобы не убежала.
- Что случилось? – мужчина отпустил меня и сказал сидеть на месте, иначе он продолжит то, с чего закончил, но, при этом пошел к другому верзиле. Я не слышала о чем они разговаривали, но видела, что выражение лица того, который обещал мне ноги переломать, изменилось. Я понятия не имела, что происходило, но внутри все сжалось от страха и, пока была возможность, я опять попыталась сбежать. Незаметно сняла туфли и поднялась на ноги, но даже до проулка не успела добежать. Мужчина догнал меня. Перехватил и перекинул через плечо и вернул на место. Усадил на бетон, после чего сказал:
- Сиди тихо. Убежать не получится.
Но, больше он мне не угрожал. Просто встал рядом и следил за тем, чтобы я даже лишнего движения не сделала. Я делала частые вдохи, но, кажется, совершенно не дышала. Несколько раз просила отпустить меня, но мольбы остались без ответа. Отчаявшись, я спросила, что со мной хотят сделать, но и эти слова будто бы прозвучали в пустоту.
Наверное, прошло не больше десяти минут, которые для меня, казалось, длились целую вечность, после чего, во двор этого заброшенного здания заехал джип. Новенький и будто бы блестящий – настолько он был чистым, а я, сжав подрагивающие ладони в слабые кулаки, смотрела на то, как из этого джипа вышло трое мужчин. Все в обычной одежде. В брюках и кофтах с длинными рукавами и под горло, но вся их одежда была черного цвета.
- Вот девчонка. Мы ее не трогали. Она целая и невредимая, - тот мужчина, который стоял около меня, поднял руки, после чего добавил: - Все, мы передаем ее вам и уезжаем.
Эти двое верзил очень быстро пошли к своей старой машине и уже вскоре она, со скрежетом уехала. А я все так же неподвижно сидела на месте и испуганно смотрела на тех, кто только что приехал в проулок. Они казались мне еще более пугающими, хоть и не угрожали. Эти мужчины вообще молчали и просто в стали по разные стороны двора, каждый, примерно в пяти метрах от меня. Почему-то напоминали цепных псов.
- Кто вы? – спросила прерывисто. – Что вы собираетесь сделать со мной?
Мне ничего не ответили, но, в этот момент, мой телефон, лежащий в рюкзачке, пикнул, оповещая о пришедшем сообщении. Естественно, я даже не подумала брать телефон в руки – понимала, что это опасно, но один из мужчин, сказал:
- Ответь.
Для меня все, что происходило, казалось страшным кошмаром и я не могла уловить связь происходящего. Мой отчим, те двое громил и эти мужчины. Теперь телефон. Зачем он сказал мне ответить? Не понимала, но достала телефон, с трудом подрагивающими пальцами открыв змейку на рюкзачке.
Возникла мысль попытаться кому-то незаметно позвонить и сообщить о своей беде, но один из мужчин наблюдал за мной, из-за чего я не рискнула этого делать. В первую очередь сделала то, что он сказал и открыла сообщение. Оно пришло с неизвестного номера и в нем было написано:
«У тебя дар влипать в неприятности».
Я несколько раз перечитала сообщение, а потом подняла растерянный взгляд и посмотрела на мужчин. Тот, кто писал мне, знал, что я в таком положении. Поскольку мне позволяли ответить, я тут же написала:
«Кто ты?».
Ответ пришел довольно быстро, но для меня ожидание показалось, что длилось вечность. Я быстро открыла и скользнула взглядом по тексту, но то, что я прочитала, заставило мою кровь застынь и сердце пропустить удар.
«Когда-то ты называла меня плохим парнем».
Плохой парень… Плохой парень… Был только один человек, которого я так раз за разом называла и это въелось мне в память. Этого человека, как и все связанное с ним, невозможно забыть, но, нет, это не может быть он. Это просто невозможно.
«Я не понимаю о чем ты» - написала сообщение и ответ пришел б
Пролог…
Этот день ужасен. Сегодня я случайно угодила в лапы страшного чудовища. Парня, которого ненавидела каждой частичкой своей души.
– Почему ты так смотришь на меня? Боишься, что я, прикоснувшись к тебе, своими «грязными» руками испачкаю такую правильную и чистую девочку, как ты?
– Я тебя не боюсь.
– Лжешь. И что скажет твой парень, когда узнает, что ты сейчас со мной?
– А твоя девушка? Хотя, я до сих пор не понимаю, как она могла согласиться на отношения с таким, как ты. Я тут только потому, что проиграла тебе в споре. Давай покончим с этим быстрее. Я хочу поскорее уйти и забыть этот день, как страшный сон.
– Быстро не получится, – его грубая ладонь коснулась моего лица и пальцы сжали подбородок. После этого, Он большим пальцем провел по моим губам, неотрывно смотря на них своими черными, словно мрак ада, глазами.
Я старалась держать спокойствие, но сердце пропускало удар за ударом. Мы ненавидим друг друга и мне следовало держаться от Него подальше, но я сама предложила этот спор. Была более чем уверена в том, что выиграю и получу то, что требовала в случае победы.
Но я проиграла.
И сейчас в голове, среди лихорадочных мыслей, пробежало воспоминание, которое я возненавидела. Тогда, предлагая спор, я спросила, чего Он хочет в случае своего выигрыша.
В тот момент мы стояли около Его машины. Он сразу не ответил на мой вопрос. Держа ладони в карманах джинс, смотрел на меня привычным нечитаемым взглядом, в котором я все равно разглядела презрение.
Мы противоречивы друг другу даже по социальному статусу. Я девушка из уважаемой семьи. Всегда правильная и строго воспитанная. Он, тот, кого можно считать сущим монстром. От самых беспокойных районов Марселя, до парижских гетто его имя произносили с опаской.
«Так чего ты хочешь в случае своей победы?» – так и не услышав ответа, решила вновь задать этот вопрос.
Он наклонил голову набок и посмотрел мне в глаза, а у меня от этого по спине пробежал холодок.
«Сейчас ты воспользуешься моментом и свалишь. Иди в свой особняк и больше никогда не попадайся мне на глаза».
«Гроза всех ракаи боится проиграть мне в споре?» – я прекрасно осознавала, что и кому говорила. Сейчас играла с огнем, но намерено злила чудовище, ведь нуждалась в том, что требовала в случае своего выигрыша. Мне нужна была помощь, без которой моя жизнь рухнет. Правда, Ему я так и не рассказала, что происходило со мной. Просто, пытаясь хоть как-то выбраться из ужасной ситуации, затеяла этот спор.
После моих слов, я не заметила в Его глазах злости. Там вообще ничего не было, но Он все же ответил:
«Хорошо. Давай спор».
«Отлично» – я кивнула и в третий раз задала вопрос: «Так чего ты хочешь в случае своей победы?»
«Разденешься. Встанешь на колени и отсосешь у меня».
Я опешила. Внутри меня все напряглось и от этих слов сознание обожгло огнем. Хотела отказаться. Сказать, чтобы он выбирал что-то другое, но, совладав с собой, через силу кивнула, ведь в случае своей победы тоже требовала не какую-то мелочь и, более того, я была уверена в том, что не проиграю. Иначе бы не предлагала Ему спор. Но, все же с ненавистью произнесла:
«Ты требуешь такую ставку, несмотря на то, что у тебя есть девушку. Насколько же ты ужасен».
«Принимаешь мою ставку, хоть и есть парень. Потом рядом с ним будешь вспоминать о том, как сосала мне и глотала мою сперму?» – Он оскалился.
У меня действительно есть парень. Он хороший и тоже из уважаемой, сильной семьи. Мы начали встречаться совсем недавно и это были мои первые отношения. Пока что дальше поцелуев не заходили и то, чего хотел Он, для меня было дикостью, но я ведь не буду этого делать. Я выиграю.
«Струсишь» – сказал он и в его голосе я услышала сильное пренебрежение. Он считал, что я не выполню его ставку. Если честно, мне самой казалось, что легче сгореть в аду, чем пойти на это, но, чтобы поставить в этом всем точку, я достала из кармана одну вещь и протянула ее Ему.
«Если я проиграю и не выполню свое условие, заберешь это себе. Если выиграю, вернешь мне ее и сделаешь то, что я хочу».
Он забрал эту вещь и с безразличием посмотрел на нее. Для него она являлась безделушкой, а для меня – смыслом жизни и он прекрасно знал об этом. Точка была поставлена. Пути назад не было.
«Пожалуйста, осторожнее с ней» – попросила на выдохе, увидев, как Он эту вещь сжал в ладони, на костяшках которой виднелись сильные шрамы и положил ее в карман джинс. Мысленно пообещала себе, что протру ее чем-то антибактериальным, как только заберу. Настолько мне был ненавистен этот парень. Меня буквально трясло от того, что нечто настолько ценное для меня сейчас находилось у Него и я совершенно не могла понять, как другие девушки так отчаянно сохли по Нему.
Никого более ужаснее не найти. Он действительно плохой парень.
Вынырнув из воспоминаний, я посмотрела на Него. Того, кого ненавидела и мое сознание взрывалось от урагана буйствующих эмоций, возникающих от понимания того, что сейчас произойдет между нами.Я и так долго пыталась перебороть себя и смириться. Даже изменить его ставку. Совсем немного, но получилось. Вот только, как после всего этого быть? Уже в это мгновение хотела стереть из памяти то, что еще не случилось. Все пропало. Я оказалась на дне и этот день – мой личный позор, в который я сама себя загнала.
Одно я понимала особенно ясно – этот день точно перечеркнет мою прошлую жизнь. Хоть я и попытаюсь ее сохранить.
Глава 1 Улицы
Я открыла сумку и достала оттуда стопку блузок, которую аккуратно положила на полку старенького, обветшалого шкафа. При этом, плечом к уху прижимала телефон, из динамика которого доносился возмущенный голос подруги:
– Нану, ты с ума сошла? Немедленно помирись с матерью и вернись домой.
– Я не могу, – устало ответила, продолжая раскладывать свои вещи. На несколько секунд остановилась и взглядом окинула крошечную съемную квартирку, в которую заехала этим утром. Мебели минимум и на пожелтевших обоях плесень, вонью, которой пропитался воздух. Да, это не тот трехэтажный дом в Батиньоль-Монсо, в котором я жила до этого, но, однозначно, лучше это, чем то, что ожидало меня дома, в случае моего возвращения.
– Что значит «не могу»? – в динамике вновь прозвучал голос Дезири. – Можешь. Нану, все ты можешь. Не знаю, из-за чего вы поругались, но ты точно погорячилась.
Я шумно выдохнула и достала из сумки новую стопку одежды. Не знала, что сказать подруге, ведь не желала никому рассказывать про ситуацию, произошедшую со мной. Да и дело было далеко не в матери.
– Бенуа уже знает о том, что ты переехала в эту дыру? – спросила Дезири. Я так и думала, что она упомянет моего парня.
– Еще нет. Он сейчас в Руане вместе с отцом. Послезавтра вернется в Париж и я расскажу ему все при личной встрече.
– Я все еще не могу поверить в то, что ты пошла на нечто подобное. Если захотела изобразить самостоятельность, хотя бы выбрала бы округ получше, но, нет, ты переехала в Шампиньи. Да ты там и недели не выдержишь. Боже, Нану, вернись уже домой и извинись перед матерью.
Услышав последние слова подруги, я потерла закрытые веки кончиками пальцев и подумала о том, что, наверное, стоило ей все рассказать. Но, позже. Не по телефону.
– Дезири, мне нужно бежать по делам. Встретимся завтра в университете и поговорим.
Я завершила разговор и положила телефон на тумбочку. После этого шумно выдохнула и села на стул. В голове роились далеко не самые приятные мысли, но, не желая в них погружаться, я решила заняться делами. Сейчас у меня их хватало.
За всю свою жизнь, я никогда сама не готовила, не убирала и вообще не занималась домашними делами. Для этого были горничные. Я же училась под присмотром лучших репетиторов и посещала самые разнообразные курсы. Меня обучали манерам, танцам и иностранным языкам, но теперь мне следовало самостоятельно заниматься своей жизнью. Справлюсь. Будет трудно, но я все смогу. Да и выбора не было.
Дезири возмущалась от того, что я сняла квартиру в Шампиньи, но именно благодаря этому я смогла сэкономить те деньги, которые у меня были и теперь, достав их из кошелька, подсчитала. После этого вновь окинула взглядом комнату и решила, что стоит сходить в магазин. Купить моющих средств, чтобы устроить уборку. Еще нужно зайти в маркет за едой.
Переодевшись, я вышла из квартиры, к которой еще не привыкла и спустилась по лестнице. Оказавшись на улице, пошла по тротуару, попутно с этим, в телефоне листая рецепты простых блюд. Что-то из этого собиралась сегодня попытаться приготовить и меня интересовали ингредиенты.
Когда подошла к светофору, пришло сообщение от Бенуа:
«Скучаешь по мне?»
«До безумия скучаю» – тут же ответила и улыбнулась, но, в тот же момент, в груди неприятно заскребло, от ощущения, что написанное мной в этом сообщении ложь. Мы с Бенуа не виделись уже больше недели, вот только, я бы не сказала, что прямо очень сильно соскучилась по нему, хоть и должна была. Наверное, это все потому, что мои мысли заняты лишь переездом и ситуацией, в которой я оказалась. Во всяком случае, я попыталась себя в этом убедить.
Пришло еще одно сообщение от Бенуа, но я его пока что не просмотрела. Как раз перешла через дорогу и миновала несколько домов, после чего замерла на месте, с настороженностью посмотрев вперед.
Там я увидела старую пятиэтажку, на первом этаже которой находился, кажется, заброшенный ломбард. На его ступеньках сидели какие-то парни. Еще несколько стояли рядом, около своих мотоциклов. Там вообще собралась шумная компания и, лишь один раз взглянув на них, я поняла – ракаги. Те, кого стоило опасаться и вообще ни в коем случае не оказываться рядом.
Благодаря моему покойному отцу, который при жизни был уважаемым жандармом, я была наслышана о том, какие эти парни страшные. Папа всегда говорил, что их всех нужно пересажать в тюрьму.
– Что же делать? – тихо спросила у самой себя. Теперь идти вперед я боялась, но маркет находился буквально в двух кварталах отсюда. Если буду обходить, придется сделать огромный крюк, а уже темнело. И не факт, что другие улицы более безопасные.
Я оглянулась по сторонам и сразу заметила впереди еще одного парня. Он находился буквально в десяти метрах от меня. Опираясь поясницей о капот своей машины и, одну ногу поставив на бордюр, он разговаривал по телефону, при этом, держа свободную руку в кармане джинсов.
Этот парень притягивал внимание. На вид ему не больше двадцати двух, то есть, максимум на четыре года старше меня, но, при этом, он точно значительно выше. Массивный и широкоплечий. Волосы черные и кожа очень смуглая. Внешне невероятно притягательный, но одет очень просто. Потертые джинсы, старые, но чистые белые кеды и дешевая футболка черного цвета.
Пока я рассматривала этого парня, он закончил разговор и положил телефон в карман, после чего пошел по тротуару, как раз в ту сторону, где находилась компания ракаги. Я сомневалась лишь несколько секунд, а потом побежала за ним. Оказавшись рядом, встала впереди, перекрывая ему дорогу и спросила:
– Прости, ты же идешь в ту сторону? – я махнула рукой вперед.
Парень ничего не ответил, но опустил взгляд и посмотрел на меня. Глаза у него черные и мрачные. Пробирающие до дрожи и я даже поймала себя на мысли, что мне хотелось спрятаться от него. Сделать так, чтобы парень не смотрел на меня. Из-за этого ощущения даже пожалела о том, что подошла к этому незнакомцу, но все же продолжила:
– Пожалуйста, можно я пойду рядом с тобой? Хотя бы до конца улицы? – спросила, после чего кивнула в сторону парней, находящихся около заброшенного ломбарда. – Просто, я их боюсь и мне страшно идти одной.
Некоторое время парень так же молча смотрел на меня. Рассматривал. А я по его взгляду ничего понять не могла и от этого мне почему-то стало жутко. Лишь от одного присутствия этого незнакомца по спине побежал холодок. Но на мои вопросы он кивнул, после чего пошел дальше, а я, прикусив губу, последовала за ним.
– Ты где-то тут живешь? – спросила негромко. От тишины стало неловко и я попыталась начать разговор, но вместо нормального ответа, незнакомец опять просто кивнул. – А тут вообще нормально жить? Просто район очень неблагополучный и мне столько страшного рассказывали.
На это он вообще никак не ответил.
Мы как раз подходили ближе к компании тех парней. Они шумели, разговаривали и курили так, что все вокруг пропахло дымом. Чем ближе мы подходили, тем больше сознание покалывал страх. В какой-то момент, от очередного их громкого возгласа я вздрогнула и интуитивно своей ладонью сжала ладонь незнакомца, почувствовав на его костяшках грубые шрамы.
В этот момент я ощутила, что парень на меня посмотрел. Стало еще более неловко от того, что я сделала, но свою ладонь просто не смогла разжать. Поэтому, я немного растеряно прошептала:
– Прости. Мне так спокойнее. Можно я подержу тебя за руку?
Парень опустил голову и посмотрел на свою ладонь, которую я сейчас сжимала своей. Еле заметно приподнял бровь, при этом, совершенно не изменившись в лице. Но свою руку не убрал, а это уже было хорошо.
Мы уже подошли к этой компании ракаги и они нас заметили. В один момент абсолютно все замолчали, из-за чего у меня сердце пропустило удар. Я думала, что они сейчас что-то скажут, или хуже – сделают. Но, нет, они, просто провожали нас взглядами и, когда мы проходили мимо, кажется, даже не пошевелились.
Все это было очень… странно.
Мы с этим незнакомцем дошли до конца улицы и, когда завернули за угол, я разжала пальцы, отпуская его ладонь, после чего отошла от него на несколько шагов.
– Спасибо, – поблагодарила его, немного наклонив голову вперед. – Ты мне очень помог.
Развернувшись, я пошла дальше по улице. Опять достала телефон и продолжила просматривать рецепты. Скоро маркет и мне следовало определиться с тем, что купить в нем.
Я прошла через еще одну улицу, но все никак не могла отделаться от странного ощущения. По спине бежал холодок и кожу покалывало. Из-за этого я оторвала взгляд от телефона и обернулась. Очень сильно вздрогнула, увидев позади себя этого парня. Но, подумав, что он просто шел тоже в эту сторону, на подобном не стала акцентировать внимание. Разве что решила перейти через дорогу.
Вот только, когда вновь обернулась – все так же увидела его позади себя. Руки в карманах джинсов и шаг спокойный. Даже ленивый. Но от его взгляда, скользящего по мне, становилось как-то не по себе.
– Ты идешь за мной? Зачем? – я нахмурилась и в ладони сжала телефон.
– Ничего не хочешь дать взамен помощи? – он остановился буквально в полуметре от меня. Слишком близко, из-за чего я сделала шаг назад, пытаясь увеличить расстояние между нами.
У этого незнакомца немного грубый и хриплый голос, но при этом, очень приятный. Вот только, сам его вопрос меня обескуражил.
– Денег? – предположила. Район бедный и сам этот парень явно не богатый. Решив, что он именно этого и хотел, я уже более уверенно спросила: – Мне дать тебе денег?
Взгляд незнакомца помрачнел. Стал жестким.
– Номер телефона, – сказал он.
– А-а-а… Номер телефона… – протянула, понимая, что ему не нужны деньги. Этот парень хотел познакомиться со мной. Только, я этого не желала, о чем я и собралась сказать, но, честно, он меня уже немного пугал и как-то не очень хотелось продолжать разговор.
Поэтому я достала из сумочки блокнот и вырвала из него лист, на котором написала выдуманный номер, который протянула парню.
– Держи.
Уже собиралась быстро уходить, как заметила, что незнакомец скользнул взглядом по цифрам и, скомкав листок, выбросил его. К моему удивлению, судя по всему, сразу запомнил номер, так как ввел его в свой телефон и нажал на вызов. Естественно, он оказался недействительным.
– У меня телефон сел и сейчас выключен, – солгала и именно в этот момент пришло еще одно сообщение от Бенуа, предательски показывая мою ложь. Я прикусила губу и посмотрела в сторону: – Ладно. Хорошо. На самом деле, я просто не хочу с тобой знакомиться. Прости. Ты мне помог и, возможно, ты хороший парень, но… ты же просишь телефон не просто потому, что хочешь дружить со мной. А отношения между нами невозможны. Они ну… просто невозможны. Да и даже если бы ты просто хотел дружить… Этого тоже не нужно…
Я растеряно вплела пальцы в волосы, не зная, как еще мягко объяснить, почему не хотела давать свой номер. Незнакомец все это время молчал, но от его взгляда кожу начало остро покалывать.
– Ты меня понимаешь? – поскольку парень не ответил, я спросила: – Ты меня вообще слышишь?
– Нет. Не могу сосредоточиться. Представляю, как трахаю тебя в ближайшем отеле.
– Извращенец, – произнесла на выдохе, ощутив, как щеки предательски полыхнули огнем.
Чувствуя, что этот разговор продолжать не стоило, ведь этот парень явно ненормальный, я развернулась, собираясь уходить, но внезапно его рука оказалась на моей талии. Спиной вжала в каменный забор и уже вскоре незнакомец оказался рядом. Рукой оперся о забор около моей головы и наклонился. Его горячее дыхание обожгло щеку, а взгляд – сознание.
– В следующий раз, если в твоей пустой голове не появится мозг и ты опять решишь появиться на этих улицах, барахло свое сними, – он жестко посмотрел мне в глаза. В них появилось презрение. «Барахлом» явно назвал мои золотые кольца, браслет и цепочку. – Иначе его снимет кто-то другой, вместе с твоим тряпьем из бутиков. И сразу можешь ноги раздвинуть, потому, что насиловать тебя будут толпой. Таких, как ты тут раньше не было и многие с удовольствием тебя разложат в проулке. Захлебнешься от членов трахающих тебя.
– Черт, отойди от меня, ненормальный, – зашипела, ладонями ударив по его торсу и тут же ощутив сталь мышц. – И что значит «таких, как ты»? Я обычная девушка.
– Изнеженных и раздвигающих ноги только на дорогих кроватях, – его голос спокойный, но сколько же в нем льда, а в черных глазах мрака. Парень наклонился еще ниже и мне показалось, что он меня сейчас поцелует, но вместо этого незнакомец сказал мне в губы: – Пошла нахрен отсюда.
Он сделал шаг назад, а я, чувствуя, что сердце стучало невыносимо быстро, пропуская удар за ударом, побежала по тротуару прочь. Не оборачивалась и больше не смотрела на этого незнакомца. Изо всех сил неслась по улицам.
В голове лихорадочно пробегали мысли, но среди них не было ни одной нормальной.
Un. Deux. Trois. Quatre. Cinq…
Où nous mènera ce jeu du mâle et de la femelle?
Глава 2 Сорбонна
В этот вечер я все же зашла в маркет. Растерянно и очень быстро побросала в корзину все, что хотела, но обратно к дому, в котором я снимала квартиру, вернулась на такси.
Изначально у меня были грандиозные планы. Для начала хотя бы частично убрать квартиру и приготовить что-нибудь поесть. То есть, постепенно обживаться в своем новом жилье, но я все никак не могла собраться с мыслями. Из-за того незнакомца по коже до сих пор бежал холодок.
– Может, Дезири права? – спросила у самой себя. Этот район и правда был не самым благополучным. Но переезжать отсюда я не собиралась. Во-первых, почти все деньги, которые у меня были, я уже отдала за эту квартиру. Во-вторых, было бы глупо убегать отсюда лишь из-за одного неприятного случая.
Просто, стоило быть осторожнее. Поэтому, несмотря на то, что грубые слова того незнакомца вызывали гнев, я все же последовала его совету и поснимала с себя все золото. Разве что оставила цепочку с небольшим кулоном. Она была моим сокровищем и я не могла с ней расставаться. Но это украшение бережно спрятала под блузкой.
***
Утро следующего дня встретило меня болью во всем теле. Я все же занялась уборкой и потратила на это большую часть ночи, уже теперь понимая, насколько тяжело было горничным, работающим в особняке моей семьи.
В университет я собиралась с трудом. К счастью, первых двух лекций не было и я могла не торопиться.
Выходя из дома, опять вызвала такси, но, собираясь экономить, на нем доехала только до станции метро, а уже оттуда добралась к Сен-Жерменскому кварталу, откуда пешком дошла к университету, в котором училась – Сорбонна.
Поскольку я приехала раньше, как раз шла лекция, но студентов около учебного заведения, как всегда, хватало. Обойдя главный круглый фонтан, я достала телефон и позвонила Дезири. Хотела узнать, где она и по возможности встретиться с подругой до начала нашей лекции.
– Я сегодня не приду в универ. Почти до утра с Жаклин была в "Ла Жаве" и, судя по всему, выпила лишнего, – сонно сказала подруга, ответив на мой звонок. – Я еще немного посплю и, когда проснусь, позвоню тебе.
После этого, не дожидаясь моего ответа, Дезири завершила разговор. Посмотрев на потухший экран, я вопросительно приподняла бровь. Удивилась тому, что Жаклин и Дезири пошли куда-то без меня, ведь, ранее, мы втроем всегда и везде ходили вместе. Вообще познакомились еще пять лет назад в частном колледже и с тех пор были лучшими подругами.
Положив телефон обратно в рюкзачок, я зашла в здание Сорбонны и прошла по холлу. Собиралась пойти в аудиторию и повторить конспекты, но в коридоре третьего этажа застыла на месте. Судьба явно насмехалась надо мной, ведь, без интереса скользнув взглядом по шумной компании парней, собравшихся тут около диванов, я среди них узнала вчерашнего незнакомца.
Что было странно, он явно был с этой компанией, но сейчас в разговоре не участвовал. Стоял около окна и что-то просматривал в телефоне, лениво листая страницы.
Наверное, почувствовав мой взгляд, он поднял голову и посмотрел на меня. Одна его бровь еле заметно приподнялась, а я, будто не дыша, развернулась и пошла обратно к лестнице. Вернее, побежала.
Что он тут делал? Учился в Сорбонне? Но я его раньше не видела. Правда, я тут училась только месяц.
Я опять растерянно пригладила волосы и спустилась вниз. Меньше всего на свете я опять хотела встретиться с тем парнем, но успокаивало то, что в Сорбонне училось очень много студентов. Тут имелось пять филиалов разных университетов и навряд ли мы вообще еще столкнемся. Раньше же не виделись. Тем более, у нас совершенно разное окружение.
Я так думала, но судьба действительно решила подшутить надо мной, ведь с тем незнакомцем мы столкнулись на следующей перемене.
Я поднималась по полностью безлюдной лестнице, как услышала позади себя тяжелые шаги и почувствовала взгляд, от которого кожу практически болезненно покалывало. Обернулась и вздрогнула. Позади себя увидела этого парня.
– А… – хотела что-то сказать, но решила, что это лишнее. Лучше поскорее уйти и избегать вот таких вот встреч с ним.
Я развернулась и поднялась еще на несколько ступенек, как почувствовала, что он сжал низ моей юбки, доходящий мне практически до колен и, поднял вверх, открывая вид на попу и по виду обычные, белоснежные трусики.
– Как скучно, – сказал он, окинув взглядом мое нижнее белье.
У меня щеки запылали и я влепила ему пощечину, хотя, казалось, только мне от этого было больно, так как у меня ладонь обожгло, а парень на мою пощечину будто бы не обратил внимание.
– Да как ты… Да как ты смеешь? Что… что ты себе позволяешь?.. – зашептала, одернув свою юбку и натянув ее так, что она теперь казалась еще длиннее, чем раньше, но я все равно продолжала растерянно поправлять ее, все еще не в состоянии поверить в то, что этот парень только что увидел меня практически голой. Я понимала, что на пляже ходила в купальнике, но это другое. Даже Бенуа еще не видел меня лишь в нижнем белье.
От автора: Я сразу хочу предупредить, что кое-что из близости между героями может наступить еще до того момента, который описан в прологе. Хотя, он тоже не за горами.
Глава 3 Никогда
– Больше не прикасайся ко мне, – я зашипела, продолжая поправлять юбку. При этом, поднялась на несколько ступенек, чтобы увеличить расстояние между нами. Смотрела на парня зло. С негодованием, от которого, казалось, вот-вот задохнусь. – И не подходи ко мне. Никогда.
В этот момент по лестнице спускалось два парня. Я этому обрадовалась, ведь находиться с этим незнакомцем наедине было тяжело, но, как только эти студенты увидели его, застыли на месте, а потом резко развернулись и быстро пошли обратно.
Что это с ними?
– В общем, не подходи ко мне и не прикасайся, – повторила хмуро, наблюдая за молниеносно отдаляющимися спинами тех парней.
Не понимала, что происходило, но решила, что тоже пора уходить. Уже развернулась, но, внезапно незнакомец взял меня за запястье и одним движением притянул к себе, так, что я грудью столкнулась с его торсом. После этого, его рука обвила мою талию и прижала к крепкому, практически стальному телу, по сравнению с которым, я почувствовала себя такой маленькой. Хрупкой.
– Запрети мне еще что-нибудь, – сказал мне на ухо, опаляя кожу горячим дыханием.
Тело пробило какими-то непонятными для меня всполохами тока и, кажется, я совершенно не дышала. Но я мотнула головой, пытаясь прийти в себя и ладонями уперлась в руки незнакомца. Сколько же в них силы. Казалось, что, если сожмет их хоть немного сильнее, просто сломает меня.
Вторая его ладонь сжала мой подбородок и заставила поднять голову. Посмотреть на него. И от зрительного контакта с черными глазами незнакомца, по спине пробежался холодок.
Внезапно парень отпустил меня и, словно ни в чем не бывало, положил ладони в карманы джинсов, после чего пошел прочь. А я все так же стояла на месте, чувствуя, как коленки подрагивали и сознание опустело.
Глава 4 Вода
За весь месяц своего обучения в Сорбонне, я ни разу не видела этого незнакомца, но теперь поймала себя на мысли, что, наверное, просто не обращала на него внимание, ведь уже сейчас постоянно ловила его взглядом.
Сразу, увидев его даже издалека, я разворачивалась и ухода прочь, а потом непонятное мне любопытство победило и я стала наблюдать за этим парнем. Конечно, старалась делать это незаметно.
Очень многие от него шарахались. Чуть ли не в разные стороны разбегались, при появлении этого незнакомца. Все это и страх в глазах студентов, создавал в моей голове множество вопросов, но так же я заметила, что было немало тех, кто сами к нему подходили.
Например, находясь на втором этаже здания Сорбонны, я смотрела в окно и наблюдала за тем, как этот незнакомец сидел на верхних ступеньках и что-то просматривал на телефоне. Он был один, но время от времени, к нему подходили какие-то парни. Что-то рассказывали или, кажется, задавали вопросы. Изредка отрывая взгляд от телефона, он отвечал им. Что-то говорил. Потом они уходили и через какое-то время подходили другие парни. Иногда их было двое, или больше. Временами, они задерживались и около незнакомца скапливалась целая группка.
А я все не могла отделаться от ощущения, что он отдавал им какие-то приказы. Понимаю, что догадка глупая, но именно такие мысли приходили в голову, когда я смотрела на них.
Лично с этим незнакомцем я столкнулась на следующей перемене. Очень сильно хотела есть, но, опять таки, из-за экономии, я не пошла в столовую, а направилась в ближайший маркет, который, тем не менее, находился в трех кварталах от Сорбонны. Сюда, наверное, не доходил ни один из студентов. Во всяком случае, мои друзья и знакомые – так точно. Все они сейчас были в столовой.
Я взяла себе несколько эклеров и как раз стояла около полок с водой. Привыкла пить «Evian» и взяла себе бутылочку с этой эмблемой, сознанием понимая, что с такой водой это не особая экономия. Пока что никуда не уходила. Увлеклась перепиской с Бенуа.
«Ты уже завтра приедешь?» – спросила у него. Мы были знакомы около года, но начали встречаться перед самой поездкой Бенуа в Руан. И пока что в универе, кроме Жаклин и Дезири, еще никто не знал о наших отношениях. Но, когда Бенуа вернется, мы всем об этом расскажем. Я уже представляла, как буду с ним за руку ходить по Сорбонне. Всегда и везде быть вместе. Это мои первые отношения и я немного волновалась.
«Вернусь сегодня ночью, но завтра буду в универе. Выйдешь со мной на видеосвязь? Хочу тебя увидеть» – пришло сообщение от Бенуа, я нажала на нужное окошко в телефоне, собираясь ответить, но не успела.
Внезапно чье-то крепкое, массивное тело, казалось бы состоящее из стали, вжало меня в полки, так что я грудью сильно прислонилась к ним и спиной ощутила мощный торс.
– Что?.. – негодующе прошипела, высоко поднимая голову, но запнулась, увидев этого незнакомца. – Что ты делаешь? – с негодованием вырвался у меня вопрос.
Этот парень поднял руку и взял небольшую бутылку с обычной водой из верхней полки. После этого отстранился от меня и, как ни в чем не бывало, пошел к кассе, при этом даже ни разу не посмотрев на меня. Там из кармана достал несколько смятых, мелких купюр и расплатился за воду – единственное, что он тут купил. После этого вышел из маркета.
А я все стояла на месте сжимая в руках свои покупки. Моему негодованию не было предела. Я, конечно, понимаю, что в маркете, чтобы взять нужную вещь, могут забыть про личное пространство, но не до такой же степени. И вода, которую взял незнакомец занимала всю верхнюю полку, а рядом никого не было. Ему пяти метров стеллажа не хватило? Нужна была именно та бутылка, которая находилась надо мной?
Хмурая и злая я вышла из маркета, но на улице меня ожидала еще одна неприятная ситуация. Какой-то мужчина пристал. На вид, лет тридцати. Невысокий и полноватый, но одетый в брюки и рубашку. Сразу сказал, что не знает как дойти до станции метро и просил помощи, а потом очень навязчиво предложил выпить кофе. Брал меня за руки.
– Пожалуйста, отстаньте, – попросила у него.
– Почему? – спросил он. – Я просто хочу пригласить тебя на чашку кофе. Посидим и поговорим.
– Поговори с нами, – внезапно, рядом возникло два парня. По виду, ракаги(1). – Месье, мы ужасно интересные собеседники.
Эти парни схватили этого мужчину за предплечья и, несмотря на то, что он вырывался, куда-то поволокли. Уже вскоре подхватили его и бросили в мусорный бак, который накрыли крышкой и еще несколько раз сильно пнули.
– Зачем?.. – я шокировано открыла глаза. – Там же может быть битое стекло.
Я побежала помогать несчастному мужчине, но он сам выполз из бака, при этом, перевернув его, и быстро убежал, парням грозясь вызвать жандармов. Я бы не сказала, что их это напугало. Скорее, позабавило.
Я хотела подойти к ним и спросить, зачем они это сделали. Да, мужчина вел себя не очень хорошо, но так же ничего прямо очень плохого он не совершал, но из-за ракаги мог сильно пораниться. Подобной грубости я не воспринимала. Вот только, разве есть смысл разговаривать с ракаги? Нет. Темболее, это опасно. От них лучше держаться подальше. Разве что я не смогла сдержать взгляда полный негодования, направленного на этих парней, а, когда развернулась, собираясь возвращаться в Сорбонну, увидела незнакомца.
Он сидел на каменной перегородке и смотрел на меня. Почему-то в этот момент, от его черных глаз стало как-то не по себе, но я мотнула головой пытаясь избавиться от этого ощущения. Развернулась и очень быстро пошла прочь.
Примечание:
1. Ракаи – французские гопники. От наших очень сильно отличаются.
Глава 5 Хуже
«Так ты выйдешь со мной на видеосвязь?» – пришло новое сообщение от Бенуа.
Я в это время как раз подходила к зданию Сорбонны. Поскольку следующей лекции не было, заходить внутрь не стала. Вместо этого, села на лавочку, находящуюся во дворе университета и достала купленную коробочку с эклерами. Собиралась пообедать.
«Прости. Мне сейчас не совсем удобно. Давай вечером или уже завтра увидимся».
«Я завтра заеду за тобой перед учебой. Вместе поедем» – прочитав это сообщение Бенуа, я сжала в ладони телефон, после чего быстро написала:
«Не нужно. Встретимся уже в Сорбонне» – я все еще настойчиво скрывала от Бенуа свой переезд. Завтра расскажу.
Я открыла бутылочку с водой и сделала первый глоток, но, услышав какой-то шум, оглянулась и тут же вжалась в спинку скамейки. Около парковки увидела Его – Обена Турнье.
Когда я только поступила в Сорбонну, Бенуа, будучи уже пятикурсником, многое рассказал мне про этот университет и в первый же день издалека указал на Обена Турнье, после чего сказал держаться от него подальше. Про его жуткие поступки тут разве что глухой не слышал. Даже я уже успела уловить несколько слухов, от которых по коже бежали мурашки. Без сомнения, этот парень ужас Сорбонны. Тот, кого следовало избегать словно огня.
Сейчас Обен был в окружении нескольких парней и девушек. Одна из них обнимала парня за руку и откровенно прижималась грудью к локтю, а я понять не могла, как вообще какая-либо девушка могла подойти к нему настолько близко. Еще и смотреть с такой влюбленностью. Может, у нее отсутствует чувство самосохранения?
– Я так рада, что ты наконец-то пришел в университет, – сказала эта студентка, еще сильнее прижавшись к Обену. – Мы так давно не виделись.
Они как раз проходили мимо меня и я в этот момент, казалось, совершенно не дышала. Притихла и ждала, когда эта компания пройдет дальше. Но Обен, оборачиваясь к этой девушке, случайно скользнул взглядом по мне и на мне же его и оставил.
Я вздрогнула, ощутив, что взгляд черных глаз этого парня прожигал насквозь. Будто бы охватывал тело огнем и испепелял дотла. Я тоже, застыв на месте, смотрела на его черные волосы и такие же темные глаза. Светлую футболку, джинсы и серые кроссовки. А он взглядом скользил по каждой черте моего лица. Создавалось ощущение, что внимательно рассматривал, но в какой-то момент немного опустил голову. Посмотрел на мою грудь.
У меня кожу обдало какими-то странными, будоражащими всполохами. Захотелось сбежать от взгляда Обена, или хотя бы прикрыться. Поэтому, я рефлекторно скрестила руки на груди, но, заметив, что моя цепочка с кулоном были видны, быстро убрала их под блузку. Интуитивно возникло желание спрятать такую ценную вещь, являющуюся моим сокровищем, от взгляда такого парня, как Обен.
– Что-то случилось? – та студентка заметила, что парень немного замедлил свой шаг. Так же, она почувствовала то, что он смотрел на меня. К Обену она обращалась очень осторожно, но на меня смотрела, как змея и из-за этого возникало далеко не самое приятное ощущение. Предчувствие чего-то плохого.
– Ничего, – Обен отвернулся от меня и пошел дальше. Свою руку он положил на плечо девушки и притянул к себе, а она засветилась от счастья. Судя по всему, они встречались.
С моей стороны было бы глупо отрицать то, что они смотрелись хорошо. Он высокий и явно в превосходной физической форме, чего не скрывала одежда. Она тоже высокая, но очень симпатичная. Одетая в простую одежду и без всяких дорогих аксессуаров, но короткая юбка с высокой талией и черная майка отлично подчеркивали идеальную фигуру.
Через несколько минут Обен со своей компанией зашел в здание Сорбонны и почему-то я только после этого смогла спокойно выдохнуть. Подняла бутылочку с водой и опять сделала несколько глотков, тут же услышав, как меня окликнули:
– Привет, Нану, – рядом со мной на скамейку села Абель. Ее мама работала в особняке моей семьи и сама девушка на выходных иногда подрабатывала уборкой гостевых комнат. Мы особо не дружили. Лишь иногда разговаривали, а в университете даже ни разу друг с другом не поздоровались. Поэтому я удивилась тому, что она ко мне подсела, но все же взяла коробочку с эклерами и предложила ей: – Спасибо, – Абель взяла один и сразу же откусила кусочек. – Как у тебя дела? Мама мне сказала, что ты ушла из дома.
– Да, мы немного повздорили. У нас разошлись мнения касательно моей дальнейшей жизни, – солгала. Уже не было смысла скрывать свой переезд, но причину, по которой я это сделала, мне рассказывать не хотелось.
На самом деле, мама сама меня прогнала и сделала это со страшным скандалом. Мой отчим в последнее время странно себя вел, но я никак не ожидала того, что однажды, в отсутствие моей мамы, он зажмет меня в одной из пустых комнат. Начнет целовать и пытаться раздеть. Я тогда сильно испугалась, но сумела оттолкнуть его и убежать.
После этого случая я стала избегать отчима. Все думала, нужно ли рассказывать маме о произошедшем, ведь знала, что она этого мужчину безумно любила и правдой не хотела делать ей больно, но, когда он вновь начал пытаться меня трогать, я решила, что маме стоит об этом знать. Вот только, оказалось, что одна из горничных мельком видела то, как отчим меня целовал, но, скорее всего, ушла раньше, чем я сумела его оттолкнуть и обо всем этом она рассказала моей маме.
Был скандал. Отчим меня опередил и сказал маме, что это я к нему цеплялась и это я его поцеловала. Мама ему поверила – меня слушать не стала. Как только она меня тогда не называла, моими вещами кидая мне в лицо. Сказала, чтобы я уходила и больше не появлялась на пороге ее дома, а мне больше этого не хотелось. От всей этой ситуации больно. Я сделала все, чтобы доказать свою правоту. Не получилось.
– И куда же ты переехала? – спросила Абель, этим вопросом разрывая мои мысли.
– В Шампиньи-сюр-Марн.
Абель подавилась эклером и сквозь кашель спросила:
– Ты серьезно?
– Да, – нахмурилась, но кивнула.
– Нану, ты в своем уме? – спросила девушка. – В Шампиньи рождаются, вырастают и живут. Туда не переезжают. Ты, черт возьми, переехала в гетто.
– Да нормально там, – я пожала плечами, хотя на собственном опыте успела понять, что слово «нормально» не совсем хорошо подходило к этому району.
Абель посмотрела на меня так, будто я говорила глупость.
– Пожалуйста, не выходи на улицу ночью, – сказала девушка, откинувшись на спинку скамейки. – Жандармы иногда бывают в Шампиньи утром и днем. Ночью – никогда.
Абель все еще покашливала и я протянула ей свою воду, девушка хотела ее взять, но в этот момент посмотрела куда-то в сторону и прошептала:
– Так это правда…
Я посмотрела в туже сторону, что и Абель и увидела незнакомца. Он с еще двумя парнями прошел мимо нас, но на меня даже не посмотрел.
– Что «правда»? – спросила, понимая, что эти слова Абель касались этого парня.
– То, что Доминик Моно перевелся в Сорбонну. Об этом с самого утра весь универ гудит.
– Доминик Моно? Ты про того парня? – минуя правила приличия, я пальцем указала на незнакомца. Абель кивнула, а я приподняла бровь. Так вот, как его зовут. – Подожди. Ты говоришь, что он сюда только перевелся, но я сегодня видела, что этот парень с многими разговаривал. Он не выглядит, как новичок.
– Потому, что его многие знают, – Абель наклонилась вперед и локтями уперлась в коленки, голову подперев ладонями, сжатыми в кулаки. – Ты же слышала про Обена Турнье?
Я кивнула. Не только слышала, но и только что видела.
– Так вот раньше тут учился только Обен Турнье, а теперь еще и Доминик Моно.
– Почему говоря про этого Доминика, ты упоминаешь Обена?
– Потому, что неизвестно, кто из них хуже, а теперь они оба тут учатся, – Абель встала со скамейки и уже собиралась уходить, но остановилась. Обернувшись ко мне сказала: – Кстати, Доминик тоже живет в Шампиньи и судя по слухам, он сущее чудовище. Например, он пробыл в колонии три года. С пятнадцати до восемнадцати лет. Поэтому постарайся избегать его и не привлекать к себе внимание. Хотя, в принципе, гетто не маленькое. Навряд ли вы там встретитесь.
Глава 6 Стоит
Умом я понимала, что мне нужно экономить, но после лекций все же встретилась с Дезири и Жаклин в кафе. Место выбирали они и с моим нынешним бюджетом, цены в этом заведении кусались. Но я без угрызения совести отдала эти шестьдесят евро за счет, ведь посидели мы действительно хорошо. Разговаривали на отстраненные темы и, лишь когда Дезири на своей машине подвозила меня к станции RER(1), она спросила, как мне живется на новом месте. Тему причины переезда не затрагивала.
Был уже вечер, когда я приехала в Шампиньи, поэтому я довольно быстрым шагом пошла к дому, в котором снимала квартиру. Единственное, остановилась около пятиэтажки, на первом этаже которой находился небольшой прилавок с продуктами.
– Салам алейкум. Тебе что-то подсказать? – обратилась ко мне женщина с покрытой головой – продавщица в этой лавке. В пригороде Парижа вообще было много арабов, португальцев и афроамериканцев.
– Булочки, пожалуйста, – попросила, протягивая несколько купюр. Хотела эклеров, но их тут не оказалось. Да и когда взяла в руки пакет с покупками, поняла, что булочки черствые, но ничего говорить не стала. Взяла их и пошла дальше.
Лучи солнца все еще освещали Шампиньи, но он все равно казался серым с этими будто бы безжизненными пятиэтажками, обрисованными граффити и улицами пропахшими отчаянием.
Около подъездов сидели парни в спортивках и на колонках громко слушали французский, или арабский рэп. Подобные компании я пыталась обходить стороной, стараясь ориентироваться на звук музыки, но несколько раз слышала, как мне кто-то свистел с верхних этажей, приговаривая мерзкое, пошлое улюлюканье. В центральных округах Парижа мужчины не позволяли себе подобного обращения к женщинам, поэтому я была в шоке. И свистели тут всем девушкам. Я видела, что и цеплялись. Но были и те, кто был такому только рад – совсем молоденькие девушки, одетые в такую одежду, которую я считала моветоном. Они будто бы сами себя предлагали и то, что один мужчина такой девушке протянул деньги, после чего они скрылись в темном проулке, наводило на не совсем приятные мысли.
В Шампиньи странно размещались кварталы. Или пятиэтажки вплотную друг к другу, или пустыри с редкими деревьями. Я как раз прошла через один из пустырей, как увидела около ближайшей пятиэтажки компанию парней. При чем, большую. Там было не меньше двадцати человек.
Обходить их уже было поздно, поэтому я просто ускорила шаг.
– Ничего себе, – услышала, что один из парней присвистнул.
Невольно я обернулась и тут же ощутила, как по коже пробежала дрожь. Среди этой компании я увидела Доминика.
Судя по всему, он жил в этой пятиэтажке на первом этаже и в его квартире был отдельный выход. Входная дверь открыта и Доминик сидел на металлических ступеньках, но шумную толпу, собравшуюся около его квартиры будто бы не замечал. Опять что-то просматривал в телефоне.
Одет он был лишь в домашние штаны. Обнаженный торс и босые ступни. Немного растрепанный вид и от этого, казалось бы домашний, но в тот же момент, от Доминика веяло энергетикой чудовища. И сейчас, когда я видела его без футболки, понимала, что тело у него действительно мощное с очень выделяющимися, но в меру подкачанными мышцами. Я вживую раньше таких парней не встречала.
– Куда ты так спешишь? Подходи к нам, познакомимся, – до меня все так же доносились слова парней, собравшихся около квартиры Моно. Некоторые из них молчали. Нет, даже притихли, но несколько человек все так же выкрикивали подобные фразы и присвистывали.
– А что в нашем районе делает такая милая девушка явно из богатенькой семьи?
Доминик на шум не обращал никакого внимания, но после последней фразы он оторвал взгляд от телефона и повернул голову. Посмотрел на меня, а я на него. Одна секунда. Две. Он явно не ожидал меня опять тут увидеть, но уже в следующее мгновение я заметила, как взгляд парня помрачнел и брови сдвинулись на переносице.
Я отвернулась и сильнее ускорила шаг.
– Куда побежала? А пообщаться? – возгласы стали громче и даже послышался смех, как реакция на мой испуганный побег.
– Рты закрыли, – Доминик говорил не громко. Спокойно, но в тот же момент будто бы свирепо и после его слов воцарилась тишина. Вновь быстро обернувшись я увидела, что один из парней, который все это время молчал, негромко сказал:
– Идиоты. Это девушка Доминика. Они вчера за руку шли по улице.
– Бл*ть, симер(2). Не мог раньше сказать об этом? – прошипел тот, кто выкрикивал фразы и как-то испуганно посмотрел на Моно, но тот, не обращая внимания на эту компанию, даже не обувшись, босыми ступнями пошел в мою сторону. И почему мне показалось, что в этот момент он выглядел, как хищное чудовище?
Я сорвалась на бег, но не успела миновать и пяти метров, как сильная ладонь схватила меня за предплечье и заставила обернуться. Буквально одно мгновение и я была вжата спиной в стену ближайшего дома, а Доминик навис надо мной, упираясь ладонями в камень по обе стороны от моей головы.
– И что же ты тут опять делаешь? – его глаза казались еще темнее, чем обычно.
– Хожу, – ответила первое, что пришло в голову. Не хотела ему говорить о том, что теперь живу в Шампиньи, поэтому солгала: – Я к подруге в гости иду. Пожалуйста, отойди.
– Подруга из этого района? – Доминик приподнял уголок губ, немного обнажая белоснежные зубы. Не поверил в то, что я дружу с кем-то из гетто, но, видно, пока что даже не предполагал, что я тут теперь живу.
Я вжалась в стену. Будучи настолько близко к полуобнаженному парню чувствовала себя как-то странно. Да и меня пугал Доминик. Сразу вспоминала слова Абель о том, что он пробыл в колонии три года. Поскольку парень не отступил, я сделала глубокий вдох и, извернувшись, выбралась на тротуар, отстраняясь от парня.
– Пожалуйста. Я тебя прошу, оставь меня в покое, – пробормотала. Потом запнулась и, опустив взгляд, спросила: – Я тебе понравилась и ты злишься на меня за то, что я тебе отказала? Но я не могла иначе. Я правда не хотела знакомиться.
Доминик сразу ничего не ответил и между нами повисла тишина. Я подняла голову и посмотрела на него. Парень стоял ровно, но держал ладони в карманах, а взгляд был таким, что по спине побежал холодок.
– Понравилась… – повторил он это слово так, словно оно было какой-то глупостью. – Мне выебать тебя захотелось. Стало интересно, как будет стонать такая правильная и скромная девочка.
– Ты… – у меня щеки обожгло и сознание опалило чем-то бурлящим. Но, в основном, там был стыд и ощущение собственной глупости от того, что решила, что действительно понравилась Доминику. Несмотря на жизнь в гетто, он точно привлекал внимание девушек. Местных или нет – не важно. У Моно очень влекущая внешность. Поэтому, скорее всего, он перенасытился девушками и чувства для него пустой звук. Существовало лишь удовлетворение физических потребностей.
Это я такая наивная, что думала про чувства и симпатию, из-за чего непонятному незнакомцу в жизни бы не дала свой номер. В моих первых отношениях волновалась и не могла понять точку зрения Доминика, хоть и осознавала, что подобное существует.
– Понятно, – кивнула. – Но я с тобой тем более таких отношений не желаю.
Считая, что разговор закончен и надеясь на то, что парень оставит меня в покое, раз я ясно дала понять, что не желаю с ним иметь вообще ничего общего, я развернулась и пошла дальше. Вот только, хоть и не слышала шагов, но почувствовала, что Доминик пошел за мной. Когда он был рядом, кожу покалывало холодом и болью.
– У тебя есть нормальное нижнее белье? Или на него денег не хватило?
От этого вопроса щеки вновь запылали и в груди распалилось негодование смешанное со злостью. Я вспомнила о том, как Моно задрал мне юбку в университете и вновь начала злиться.
Меня строго воспитывали и в конфликты я не вступала, но в данном случае Доминик задевал меня как девушку. Мою гордость и добропорядочность, поэтому я не смогла промолчать. Обернулась и сказала:
– Даже один комплект моего нижнего белья стоит дороже всей твоей одежды вместе взятой, – я сжала ладони в кулаки. – Оно слишком дорогое, чтобы такой, как ты не то что прикасался к нему, а даже просто смотрел. И, тем более, я ни в коем случае не желаю, чтобы ты трогал меня. Возвращайся к себе, а меня, пожалуйста, уже оставь в покое.
Сердце стучало быстрее, чем обычно и мысленно я говорила себе, что стоит замолчать, но силой воли заставила договорить фразу. Защитила себя, как девушку.
Глаза у Доминика были черными, но иногда они темнели еще сильнее. Например, как в этот момент. И, несмотря на то, что на его лице не проскользнуло ни одной эмоции, мне стало не по себе.
Больше ничего не говоря, я развернулась и очень быстро пошла прочь. Иногда оборачивалась и видела, что Доминик все еще стоял на месте, но неотрывно смотрел на меня. И в этот момент мне казалось, что его взгляд выворачивает мою душу наизнанку, а я сама смотрела на него с ненавистью.
Примечания:
RER – поезда, на которых можно доехать из Парижа в пригород.
Симер – слово происходит от «Merci». Означает «Спасибо». Это сленг (Верлан), который присутствует в лексиконе ребят из неблагополучных районов.
Глава 7 Вода
К дому, в котором я снимала квартиру, было еще минимум двадцать минут пути, но казалось, что я добралась к нему за считанные мгновения. Бегом взобралась по лестнице на второй этаж и буквально влетела в свою квартиру. Закрыла дверь на замок и сняла туфли.
После этого сделала глубокий вдох и пальцами пригладила волосы. В груди все бурлило и я никак не могла успокоиться. Вот бывают же настолько бестактные парни. Ужас.
Успокаивало лишь то, что мы, наверное, больше не встретимся. Во всяком случае, я на это надеялась, так как этот наш разговор расставил все точки.
Переодевшись, я села за конспекты, но на них сосредоточиться не смогла, поэтому решила чем-нибудь занять руки. Все равно было много дел. Например, поубирать и приготовить поесть. Пока было светло, я занялась мытьем окон. Стекла казались жутко грязными, поэтому в ведро с водой я добавила чуть ли не тонну моющего средства.
Когда я закончила с окнами, было уже почти десять вечера. Я приняла душ, переоделась и пошла готовить есть. Достала все продукты и прочитала сотню рецептов. С горем пополам приготовила Гратен из пене. Простое блюдо и, наверное, оно получилось у меня не идеально, но я была горда собой. Даже захотела часть положить в лоточек и отнести завтра в университет, чтобы Бенуа попробовал.
Время близилось к полуночи и в это время соседи устроили вечеринку. Звукоизоляция тут была очень плохая, поэтому весь шум, музыку, смех и матерные слова, от которых мне становилось не по себе, слышала так, будто это у меня в квартире бушевала толпа людей.
Пообещав себе, что завтра куплю беруши, я начала готовиться ко сну. Разве что решила открыть окна, чтобы ночью квартира проветрилась, но, как только в своей спальне открыла одну створку, застыла в ужасе.
На улице около дома, в котором я снимала квартиру, собралась целая толпа. Кто-то из парней просто собрались в группки и разговаривали, кто-то из них очень нагло лапал развязно одетых девушек, а те хохотали.
Но больше мое внимание привлек Доминик. Я никак не ожидала его тут увидеть, но Моно сидел на крыше машины, поставив ноги на капот и разговаривал с каким-то парнем, который так же обнимал девушку, держа свою ладонь на ее попе. И машина, на которой он сидел, явно была не его. У Моно она другого цвета.
Будто почувствовав мой взгляд, Доминик поднял голову и посмотрел прямо на меня, а я сильно вздрогнула и с трудом сдержалась, чтобы не сделать шаг назад.
В этот момент парень поднял ладонь и указательным пальцем поманил меня. Этот жест показался жутко угрожающим и я тут же отрицательно покачала головой. Доминик лишь одними губами произнес, нет, приказал: «Спустись», а я еще сильнее помотала головой.
У меня внутри все похолодело. Откуда он знал, что я тут живу? Зачем пришел?
– Ого! Мин, твоя девушка очень симпатичная. Такая хорошенькая, – услышала я возглас какого-то парня, обращающегося к Доминику сокращенным именем.
Не обращая на эти слова никакого внимания, Моно спрыгнул с машины и подошел к дому. Встал на тротуаре.
– Спускайся, Леконт, – сказал он мне. От взгляда его черных глаз стало не по себе.
– Зачем? – спросила негромко, но знала, что Доминик меня услышал. Многие, если вообще не все, кто сейчас был на улице, начали смотреть на нас, а мне это внимание не нравилось.
– На свидание хочу пригласить.
Почему-то от этих слов по спине пробежал холодок. Они показались мне жуткими. Страшными.
Я сжала ладонями подоконник и ненадолго закрыла глаза. Нужно было что-то делать. Возможно, еще раз поговорить с Домиником и узнать, что на самом деле он хотел от меня. Зачем пришел сюда, хотя я ясно дала понять, что не желаю иметь с ним ничего общего. Хотя, нет, мне это безразлично. Честно, мне все равно, что творилось в голове у этого чудовища. Я лишь хотела объяснить, чтобы он больше не подходил ко мне, но не тут и не сейчас. Мне не нравилось внимание всех тех, кто собрался на улице, поэтому я хотела сказать Доминику, что поговорим завтра в университете.
– Уходи… – не договорила фразу. В этот момент наклонилась вперед и задела ведро с водой, которой мыла окна. Ведро рухнуло вперед, но я успела его поймать, вот только, вся мыльная вода черного от грязи цвета, а ее было очень и очень не мало, полилась вниз. Прямо на Доминика.
Один момент и на улице повисла тишина. Открыв рты и широко распахнув глаза, все переводили взгляд с меня на полностью мокрого Моно, которого я, можно сказать, чуть ли не помоями только что облила.
Его серая футболка и темные джинсы пропитались грязью. Мыльная вода стекала с черных волос прямо на лицо. Затекала в глаза и, наверное, причиняла боль, но он не пытался отряхнуться. Лишь поднял голову и посмотрел на меня. Если бы взглядом можно было убить, я бы, наверное, уже сто раз умерла в адских мучениях.
– Я… – хотела извиниться. Сказать, что это получилось случайно, но не смогла произнести ни слова. Испугалась и рефлекторно отпрянула от окна. Несколько раз порывалась подойти обратно и все же извиниться, но не пересилила себя. Наоборот. Вплела пальцы в волосы и быстрым шагом пошла на кухню.
– Да что же такое?.. – прошептала, расхаживая из одного конца комнаты в другой. Моей вины в этой ситуации не было. Это случайность. С каждым могло такое произойти. Пролить ведро грязи на самого страшного парня в гетто – да, с каждым…
Я сделала несколько глубоких вдохов и попыталась взять себя в руки. Мне нужно было вернуться и объяснить, что это получилось случайно. С этими мыслями я пошла к двери, но, так и не дойдя до нее, застыла, казалось, перестав дышать.
В коридоре я увидела Доминика.
– Как?.. Как ты сюда попал?.. – спросила осипшим голосом. Кожу пробило током и нервы накалились.
Не обращая никакого внимания на мой вопрос и, даже не посмотрев на меня, Доминик снял с себя футболку и бросил ее на пол. Расстегивая ремень он пошел в ванную комнату. Лишь спустя несколько секунд, когда хоть немного схлынул шок, я обрела возможность опять управлять своим телом и тоже пошла к ванной.
– Ты вторгся на частную собственность, – нервно пробормотала, открывая дверь. – Пожалуйста, уйди, иначе я вызову жандармов…
Я открыла дверь и тут же ее закрыла, чувствуя себя так, будто в меня только что ударило молнией. Доминик был полностью голым. К счастью, он стоял боком и я много не увидела. Тем более, в ванную я заглянула лишь на кратковременное мгновение, но все равно лицо у меня сейчас было алым и руки начали подрагивать. Я даже Бенуа еще не видела хотя бы полуголым…
Из ванной послышался шум воды. Доминик принимал душ.
Я мотнула головой, пытаясь взять себя в руки и сделать вдох, ведь все это время не дышала. Как он попал ко мне в квартиру?
Я побежала к двери, но она оказалась закрытой. Еще и около нее стояли мои туфли. Навряд ли Доминик стал бы ставить мою обувь на прежнее место, если бы вошел через входную дверь. Тогда… через окно? Около него росло дерево, но это невозможно. Я же жила на втором этаже.
Глава 8 Квартира
Я переступила с ноги на ногу и кинула напряженный взгляд в сторону ванной комнаты. Через закрытую дверь все еще доносился приглушенный шум воды, а я все пыталась понять, что мне делать.
Сжала в ладони телефон и всерьез задумалась над тем, чтобы уйти из квартиры. Доминик меня пугал и я не чувствовала себя в безопасности, находясь с ним в закрытом помещении. Тем более, он без разрешения, которое я никогда бы не дала, проник в мою квартиру. Но кое-как я переборола себя. Куда я ночью пойду в гетто? Тем более, около дома все еще находилась толпа друзей Моно. Я их увидела, когда опять выглянула в окно, но почти сразу закрыла его и задернула шторы, после чего отошла в крошечный коридор.
Соседи все еще бушевали и музыка в их квартире стала играть громче, но я все же уловила то, что затих звук льющейся воды. Очень сильно вздрогнула, когда дверь резко распахнулась и я увидела Доминика.
Моно все еще был голым. За исключением моего белоснежного банного полотенца, которое было обернуто вокруг его сильных бедер. Капли воды стекали с влажных, немного растрепанных после душа черных волос и спадали на плечи и торс.
Я смотрела на Доминика широко раскрытыми глазами, но не долго. Буквально секунду, а потом закрыла глаза ладонями. Причем, сделала это настолько быстро и резко, что, можно сказать, сама себя шлепнула по лицу, из-за чего кожу болезненно обожгло.
– Пожалуйся, оденься. Нельзя в таком виде ходить перед девушкой, – растерянно пробормотала, но, судя по всему, Доминику было все равно, как можно, или нельзя ходить. Одеваться он не собирался. Тем более, я вспомнила, что его одежда была грязной.
Несмотря на то, что шаги Моно были полностью бесшумными, даже с закрытыми глазами я ощутила приближение Доминика и тут же отпрянула к стене, вжимаясь в нее спиной. Сделала глубокий вдох и убрала ладони от лица. Вообще не понимала, почему закрыла глаза, ведь парень был не полностью голым. А его обнаженный торс я сегодня уже видела. Но, одно дело, когда Доминик был в штанах и другое – в полотенце, низко повязанном на бедрах. Мокрым после душа, из-за чего по его смуглой коже все еще стекали капли воды. Мне было очень неловко от того, что Моно был в таком виде, а ему, опять-таки, все равно.
От него сейчас исходила жутко тяжелая атмосфера. Она заполняла квартиру и невыносимо сильно давила, но, пытаясь взять себя в руки, я сказала:
– Я случайно пролила на тебя воду. Я, правда, этого не хотела. Просто на подоконнике стояло ведро с водой, которое я случайно задела.
Доминик, казалось, на мои слова не обратил никакого внимания. Во всяком случае, на них он никак не ответил. Прошел по коридору и коротким взглядом окинул мою спальню. Ветхий шкаф, в котором были аккуратно разложены мои блузки и расстеленную кровать, приготовленную ко сну.
Моно пошел на кухню, а я последовала за ним.
– Пожалуйста, уйди. То, что ты сейчас тут – противозаконно. Я тебя в свою квартиру не пускала. И я тебя боюсь.
На эти слова тоже никакого ответа.
Доминик вел себя тут так, словно был у себя дома, что показалось мне крайней степенью нахальности. Он окинул кухню взглядом и подошел к шкафчикам, после чего открыл некоторые из них. Взял тарелку и начал открывать нижние ящики.
– Что ты делаешь? Не ройся в чужих вещах. Это некрасиво, – я сделала шаг вперед, но все еще старалась держать между нами расстояние. – И, вообще, зачем тебе тарелка?
Моно выдвинул шкафчик со столовыми приборами и достал вилку, после чего подошел к столешнице и начал накладывать в тарелку гратен, которым пропахла вся кухня.
– Ты что, собрался съесть мой гратен? – спросила на выдохе. Возмущенно. – Не трогай. Я его два часа готовила, – мысленно еще подумала о том, что, вообще-то Бенуа хотела его отнести. Дать попробовать первое приготовленное мною блюдо.
Доминик, как ни в чем не бывало, сел за стол. Я хотела подойти и забрать тарелку и уже более настойчиво сказать парню уходить, ведь то, что он делал, вообще переходило все нормы приличия, но, как только протянула руку к тарелке, Моно поднял взгляд и посмотрел на меня. При чем, было в его глазах нечто такое, из-за чего я тут же отдернула руку и сделала несколько шагов назад. И почему он сейчас выглядел, как зверь, у которого ни в коем случае нельзя отбирать еду? Иначе еще укусит. Доминик, все так же не отрывая от меня черного, мрачного взгляда, съел первый кусочек гратена. Странно, но ел он так, будто был очень голоден. Или, блюдо ему понравилось. Возможно, гратен действительно получился неплохо. Жаль Бенуа не попробует. Ничего, для него сделаю еще.
Я переступила с ноги на ногу и все же тоже села за стол, но подальше от Доминика.
Может, все же позвонить в жандармерию? Сказать, что один парень пробрался в мою квартиру, помылся у меня под душем и теперь ест мою еду?
– Я случайно пролила воду, – повторила, нервно постукивая указательным пальцем по столу. Взгляд у Доминика был все таким же мрачным, но ел он молча. – Я этого не хотела. Такое с каждым может произойти. И… прости, ты меня напугал. Сейчас уже ночь, а ты со своими друзьями, под окнами моего дома. Еще и говоришь мне выйти. Пожалуйста, оставь меня в покое. Уходи.
Лишь после того, как Доминик доел, он положил вилку на тарелку и, откинувшись на спинку стула, спросил:
– Почему живешь тут?
Я запнулась. Ожидала этот вопрос, но на него не хотела отвечать.
– Это временно, – сказала уклончиво, но это действительно было правдой. Я всерьез собиралась переезжать из Шампиньи. Найти работу и с первого же заработка найти другое жилье. Или, чтобы переехать быстрее, у кого-нибудь занять денег.
– Почему переехала сюда? – от взгляда Моно мне было не по себе. Он будто бы выворачивал наизнанку.
– Это личное, – я качнула головой. – Пожалуйста, уходи. Можешь даже забрать мое полотенце, – с огромным усилием воли, но я все же сдержалась, чтобы не покраснеть. Этим полотенцем я все равно больше пользоваться не смогу. Уже сейчас понимала, что буду смотреть на него и вспоминать полуголого Доминика. И, тем более, думать о том, что полотенце прикасалось к его мужскому достоинству. О, нет, я все же покраснела. – Уходи и, пожалуйста, больше не подходи ко мне. Никогда. Я не хочу быть грубой, но я не знаю, как еще объяснить, что не хочу иметь ничего общего с тобой, – сказала, после чего оттолкнулась руками от деревянной поверхности и встала со стула.
Но, внезапно, Моно, который оказался рядом со мной буквально за одно мгновение, подхватил меня под попу и усадил на стол.
– Что ты?.. – не договорила. Губы Доминика коснулись моей шеи. Сначала был легкий укус, отдавшийся во всем теле адскими разрядами тока, а потом последовало то, что отдаленно напоминало поцелуй. Жадный и жесткий. Ударивший по мне подобно урагану. Я в этом вообще не разбиралась, но губы парня делали со мной нечто такое, из-за чего кожа под ними горела и этот жар расплывался по всему телу. Сжигал сознание и дурманил разум. Да что же это такое?
Кажется, я что-то говорила. Прерывисто и еле слышно. Вмиг ослабшими пальцами упиралась в торс Доминика и, кажется, совершенно не дышала. Лишь хватала воздух пересохшими губами. А его грубые, сильные руки были на мне. Не касались интимных мест. Только талии, спины и ключиц, при этом, губы, все так же целовали шею. Сильно, порочно и с мощной отдачей, из-за которой я окончательно терялась.
Доминик подавлял и подчинял. Будто зверь набросился и утянул в водоворот порока. А я хотела удержаться, но не могла. Плыла. Таяла и трепетала. Не понимала, что со мной происходило, но туман из сознания развеять не могла.
Его ладони легли на мою попу и сжали, пропуская по телу сильные искры, а потом резким движением притянули к краю стола, так, что я вплотную прижалась к парню и своим телом ощутила его. Все это было неоднозначным. С намеком на близость и те движения, которые бывают во время нее, несмотря на то, что мы все еще были в одежде.
Одной ладонью сжимая мою попу, Доминик поднес что-то к моим губам.
– Открой рот, – его голос прозвучал около моего уха и вновь по телу пробежали импульсы. Непонятные мне и будто бы вовсе неподвластные. Моно полностью брал инициативу на себя. Приказывал, а я чувствовала себя слабой в его руках. Податливой. Ничего не знающей и теряющейся лишь из-за одного прикосновения. Вот только, Доминик извращенное чудовище. Пока что я еще не знала насколько именно, но уже сейчас отдаленно чувствовала это.
Я почти последовала его приказу. Это сложно объяснить, но голосу Моно трудно сопротивляться. И я немного разомкнула губы, но все же опустила затуманенный взгляд и посмотрела на то, что Доминик сжимал в ладони. Это были мои трусики.
Меня будто током ударило и сознание мгновенно прояснилось. Я никогда не ругалась, но… Черт возьми, когда Моно успел снять с меня нижнее белье? В груди все забурлило от гнева и ненависти. Я подняла ладонь и со всей силы дала ему пощечину. Только Доминик ее казалось бы не заметил. Приподнял один уголок губ, обнажая белоснежные зубы и все еще сжимая в ладони мои трусики.
– Как?.. Ты животное… Ты… Ты… – зашипела, больше не зная, что сказать. Меня трясло. Ненависть к Доминику возросла в миллион раз.
Глава 9 Нормально
Извернувшись, я резко спрыгнула со стола и поправила юбку. Меня трясло и щеки буквально полыхали. Еще никогда в жизни я так сильно не злилась и, казалось, что от гнева сейчас взорвусь. Из-за него даже дышать было тяжело.
– Отдай, – протянула руку, потребовав вернуть мое нижнее белье. Доминик моей просьбы не выполнил и я, зло стиснув зубы, решила самостоятельно его забрать.
Попыталась выхватить, но парень поднял руку над головой. Я зашипела и подпрыгнула. Один раз, второй, а потом третий, но Моно был слишком высоким и я даже близко не доставала до его поднятой ладони. Но все равно, предприняла еще одну попытку. Постаралась подпрыгнуть особенно высоко, но опять безрезультатно.
– Ты издеваешься? – спросила на выдохе. По глазам Доминика поняла, что, да, – издевается.
– Прыгай выше, – он посмотрел на меня мрачным взглядом. – Мне нравится, как задирается твоя юбка.
После этих слов я резко отпрянула назад и невольно сжала края юбки, начиная быстро и лихорадочно поправлять ее. Понимала, что Доминик не мог ничего видеть, так как она была достаточно длинной. Юбка доставала почти до колен, но все равно поправляла ее, сжимая ткань подрагивающими пальцами.
Он унизил меня. При чем, очень сильно. Только что, как девушку меня испачкал в грязи. Я говорила Доминику, что не дам ему смотреть на мое нижнее белье и, тем более, прикасаться к нему, а он с легкостью снял с меня трусики. И это было показательно им, для меня. Унижение.
Я до боли прикусила губу. Казалось, даже до крови. До сих пор не понимала, как Доминик смог так просто снять с меня нижнее белье. Всего лишь на пару секунд закрыв глаза, я с ненавистью прокрутила в голове все те моменты. То, как поплыла от его прикосновений, чего тоже никак не могла принять. Бенуа уже несколько раз целовал меня и это было приятно, но разум всегда был под полным контролем. Не было такого обрушения ощущений. Доминик сущий дьявол. Тогда его руки были на мне. Сминали одежду и юбку тоже. Кажется, его грубые ладони с разбитыми костяшками были около моих бедер и я ощутила что-то странное, но тогда Моно укусил меня за шею и, будто сглаживая боль, поцеловал так, что тело обдало огнем и я поерзала.
– Пошел вон, – я выпрямилась и указала пальцем в сторону входной двери. – Черт возьми, убирайся из моей квартиры! – не выдержала и повысила голос, впервые в голос произнеся ругательство.
– Хорошая девочка может ругаться? – Доминик поясницей оперся о стол и посмотрел на мое нижнее белье, которое все еще сжимал в ладони. Это были другие трусики. Не те, которые он увидел у меня в университете, но тоже по виду вполне простые. Без кружева и совершенно не соблазнительные, хотя я не врала, когда говорила, что они очень дорогие. – Скучно. Я бы посмотрел на тебя в нормальном нижнем белье.
– Оно у меня нормальное, – я зашипела. У меня внутри опять все забурлило и я быстро подошла к Моно, после чего все же выхватила свои трусики, хоть и понимала, что смогла сделать это лишь потому, что он позволил. Но почти сразу я выбросила их в мусорное ведро. Сделала это показательно, чтобы знал, что я не надену то, к чему он прикасался. И он это заметил. Все понял. Взгляд стал мрачнее.
В этот момент, в дверь постучали. Я бросила на нее быстрый взгляд, не понимая, кто мог прийти так поздно, но больше меня удивило то, что открывать дверь пошел Моно. Он действительно вел себя, как дома. Оказалось, что пришел один из друзей Доминика. Он передал ему одежду и ключи. Как я поняла, Моно послал шестерку к себе домой за чистой одеждой.
– Одевайся и уходи, – потребовала, когда Доминик закрыл дверь и будто бы лениво пошел к коридору.
Моно ничего не ответил, но пальцем поддел полотенце, а я закрыла глаза и резко отвернулась, еще до того, как оно упало на пол. Я слышала, как шуршала ткань. Он надел джинсы и уловила то, как парень босыми ступнями подошел ко мне. По спине скользнул холодок. Я ощущала, что он совсем близко и, с удовольствием увеличила бы это расстояние, но впереди стена, а позади Доминик.
– Мне понравилось, как ты отвечаешь, – он наклонился ко мне. Сказал это почти на ухо. При этом, я слышала, что Доминик застегивал ремень.
– Уходи, – сказала через плотно сжатые зубы. Я пыталась забыть это унижение, а он опять напоминал о нем. Грязь впиталась в кожу, но она стала для меня уроком. Никогда в жизни я больше не позволю Доминику прикоснуться ко мне и те прикосновения, которые ранее заставили меня опьянеть теперь вызывали сильный гнев, как и сам парень. Я сделала несколько глубоких вдохов. Постаралась успокоиться и напомнить себе о том, что завтра я увижу Бенуа. Может, он поможет мне переехать. Я больше не хотела находиться в этом районе. Желала раз и навсегда разорвать любую связь с Домиником Моно.
Глава 10 Пара
Я умылась и посмотрела на себя в зеркало. За всю ночь так и не смогла заснуть и это сказалось на мне темными кругами под глазами и уставшим взглядом, но холодная вода все же помогла взбодриться. К тому же, настроение улучшало то, что сегодня я встречусь с Бенуа. Утром он мне написал, что обязательно придет на учебу, ведь очень сильно соскучился и хочет поскорее увидеться.
Я не ответила ему, хотя в голове крутилось множество фраз, которые я могла написать. Например – «Я тоже соскучилась», но пальцы дрогнули и я почему-то не сумела напечатать эти слова. Поэтому просто отложила телефон в сторону, думая о том, что поговорю с Бенуа уже в Сорбонне. Все будет хорошо, после того, как я его увижу.
Я неторопливо собралась в университет и вызвала такси. На нем доехала до станции, а уже оттуда к Парижу, где пересела на метро и так добралась до пятого округа. Около Сорбонны, среди других студентов, увидела Дезири и Жаклин. Девчонки как раз входили во двор учебного заведения. Я их окликнула и подбежала к подругам.
– Привет, – сказала девчонкам и улыбнулась.
Они как раз обсуждали предстоящие лекции, но почти сразу тема разговора сменилась.
– Хочу после занятий пройтись по магазинам и купить новую сумочку, – сказала Жаклин, сонно потянувшись. Она была слегка полненькой, но очень ухоженной девушкой со светлыми волосами.
– Отличная идея, – Дезири кивнула. – Тоже хочу присмотреть себе что-нибудь новое. Можно будет потом поужинать в каком-нибудь ресторане.
Девчонки начали обсуждать место, в которое можно было бы сходить, но я их практически не слушала. В этот момент издалека заметила Доминика. Он, с еще несколькими парнями находился около боковой лестницы. Сейчас Моно сидел на верхней ступеньке и листал какую-то книгу. Не отрывая взгляда от страниц, иногда что-то говорил парням, явно отвечая на их вопросы.
Лишь один взгляд на Моно и я сразу почувствовала, что в груди вновь забурлило от жгучей ненависти. Почему я видела его так часто? Сорбонна огромная. Неужели не нашлось другого места, чтобы там провести время перед лекцией, кроме, как лестница неподалеку от входа? Я стиснула зубы и сразу отвернулась от Доминика, но мы как раз проходили мимо него, поэтому меня, Дезири и Жаклин разделяли считанные метры от Моно и его компании. Правда, к счастью, парень меня не заметил. Все так же скользил взглядом по странице книги.
– Нану, ты меня слышишь? – до меня донесся вопрос Дезири. – Ты пойдешь с нами по магазинам? Или ты сегодня будешь с Бенуа? Твой парень, ведь уже вернулся из Руана?
– Кстати, да, – Жаклин кивнула. – Если Бенуа вернулся, вы, скорее всего, захотите побыть вместе. Вы же почти неделю не виделись. Но, ничего, сможешь с нами по магазинам пройтись немного позже.
– Бенуа уже в Париже. Писал, что сегодня будет в Сорбонне, – я нахмурилась. В этот момент стало как-то не по себе. По коже пробежались острые мурашки. Странное ощущение. Жесткое. Практически болезненное. Но, пытаясь от него избавиться, я качнула головой и пошла дальше.
– Может, вы с Бенуа присоединитесь к нам за ужином в ресторане? – спросила Дезири.
– Зачем им это делать? – Жаклин улыбнулась. – Думаю, они хотят побыть наедине.
Я ничего не ответила. Вместо этого достала телефон и написала Бенуа:
«Ты уже в Сорбонне?».
Почти сразу пришел ответ:
«Да. Я в холле. А ты, когда приедешь?».
Я написала, что уже в университете и как раз подхожу к главному входу. Ответного сообщения от парня не последовало, но я увидела, что Бенуа, держа в руке телефон, как раз вышел из Сорбонны. Оглянулся и тут же нашел меня взглядом. Улыбнулся и пошел мне на встречу.
Я ожидала, что, когда увижу его, сердце забьется учащенно и в груди расплывется радость, вот только, чувствовала лишь то, что могла назвать спокойствием. Но все же улыбнулась. Наверное, последние дни были настолько тяжелыми, что я даже не могла нормально отреагировать на встречу с Бенуа.
– Привет, – сказал парень и, оказавшись рядом со мной, сразу же обнял, а потом, наклонившись, поцеловал, своими губами накрывая мои. А мне стало как-то неловко и захотелось отстраниться. Я отдаленно понимала, что так Бенуа показывал, что мы теперь пара, но мне не нравилось то, что он целовал меня при всех. Делал это напоказ и еще руку положил на попу. Мне от подобного неуютно и я сразу же подняла его руку немного выше и отстранилась, как только Бенуа прервал поцелуй.
– Привет, – я прикусила губу, но опять постаралась улыбнуться. – Как прошла поездка в Руан?
– Отлично, – Бенуа положил ладонь мне на талию и повел за собой к зданию университета. – Только очень сильно хотел увидеть тебя.
Бенуа высокий, но жилистый. Черты лица вполне симпатичные и он являлся очень ухоженным парнем. Одежда подобрана по последним веяниям моды и стригся Бенуа в одной из лучших парикмахерских. Телефоны самых последних моделей и на каждый день рождения, отец менял ему машину. Бенуа выглядел, как типичный представитель золотой молодежи, но был вполне хорошим парнем. Он полгода предлагал мне отношения, но согласилась я только недавно и это была наша первая разлука. Скучать. Я должна была скучать по нему, но сейчас чувствовала себя как-то неуютно и не могла понять почему.
Мы вошли в здание Сорбонны и подошли к лестнице, по которой собирались подняться на второй этаж, ведь Бенуа предложил мне пойти в одну из комнат отдыха студентов, чтобы там уединиться и нормально поговорить. Он и сейчас рассказывал про поездку в Руан, но я не могла сосредоточиться на словах, так как кожу до сих пор покалывало и по спине пробегал холодок. Почему? Я этого не понимала, но раз за разом оглядывалась и, в какой-то момент взглядом встретилась с Обеном Турнье. Он стоял в холле около одной из колон и смотрел на меня и Бенуа.
Глава 11 Цепочка
На душе было как-то тревожно, из-за чего я нахмурилась и опять оглянулась по сторонам. В это время мы как раз поднялись на второй этаж и ничего необычного я не увидела, но, зато, заметила, что Бенуа был каким-то странным.
– У тебя что-то случилось? – спросила у него. Мы подошли к диванчикам и сели на единственный свободный. Вокруг было шумно из-за голосов других студентов, но Бенуа мой вопрос расслышал.
– Да, – кивнул парень, вальяжно откинувшись на мягкую спинку. – Я с отцом очень сильно поругался.
– Почему? – я широко открыла глаза и наклонилась вперед.
– Он недоволен моей учебой. И еще старик мне кое-что поручил в Руане, а я забыл это сделать. Чертова мелочь, но отец был в такой ярости, что решил сократить мне деньги на расходы.
– Вы еще помиритесь, – попыталась подбодрить Бенуа, но он лишь раздраженно цыкнул.
– Возможно, но сейчас у меня нет никакого желания с ним разговаривать.
Я ладонями сжала рюкзак и опустила голову. Мне было тяжело рассказывать о том, что произошло у меня в семье, но, переборов себя, я все же захотела поделиться своей болью с Бенуа.
– У меня тоже кое-что произошло…
– Отец сегодня уезжает в Марсель. После того, как он вернется, я попытаюсь с ним поговорить, но мне уже кажется, что это бесполезно, – Бенуа стиснул зубы и отвернулся в сторону.
– Почему ты так думаешь?
– Я на него зол и он тоже, черт возьми, негодует, хотя, то, что он мне поручил мелочь. Ну, забыл я про нее. Это ни на что особо не повлияет. И учеба. Кому она нужна? Я тут учусь лишь ради диплома, а он, видите ли, хочет, чтобы я с отличными отметками закончил Сорбонну.
– Все будет хорошо. Может, действительно подтянешь отметки…
– Это невозможно.
– У тебя все получится. Главное, не опускать руки, – я немного замялась и сказала: – Бенуа, у меня тоже кое-что произошло. Мама меня выг…
– Нану, ты меня перебиваешь и не даешь договорить, – Бенуа посмотрел на меня недовольно. – Я не могу подтянуть учебу.
Бенуа начал рассказывать о том, что с некоторыми преподавателями поругался и сдать у них предметы на хорошую отметку не сможет. Тем более, их предметы ему не интересны. Я знала, что Бенуа пошел на юридический факультет не по своей воле и уже неоднократно слышала о том, что учеба парню не нравилась. Отец его направил в филиал Пантеон-Ассас, находящийся в Сорбонне, так как хотел, чтобы сын пошел по его стопам. Я сама училась в филиале Париж-Сорбонна на факультете политических и социальных наук и, думая об этом, я против воли подумала, а на какой специальности мог учиться Доминик? Парень из гетто? Но сразу же качнула головой, прогоняя эти мысли.
Слушая Бенуа, я сильнее ладонями сжала рюкзачок и подумала о том, что, наверное, мне сейчас не следовало рассказывать парню про мою ситуацию. У него были проблемы и мне не следовало нагружать Бенуа еще и своими неприятностями. Решила, что все расскажу ему немного позже.
Я выслушала Бенуа и попыталась поддержать, но он все равно был раздраженным. Судя по всему, ссора с отцом действительно давалась ему с трудом.
– Хочешь кофе? – спросила у Бенуа. Хотела его как-нибудь еще подбодрить и помочь успокоиться, поэтому, когда парень кивнул, я сказала, что схожу для него за горячим напитком. Заодно и себе возьму воды.
Автомат с кофе находился в левом крыле на первом этаже, поэтому я прошла к нему не малое расстояние. Прошла по двум лестницам и нескольким коридорам. По пути встретила одногруппниц и преподавателя по социологии, который задержал меня на несколько минут. Когда добралась к автомату, оказалась, что около него собралась очередь и, ожидая пока она пройдет, пальцами поправила волосы и воротник. В этот момент и заметила, что пропала моя цепочка.
– Не может быть… – сорвалось с моих губ нервное. Паническое.
Я лихорадочно проверила еще раз. Оказалось, что цепочка действительно исчезла. Но она точно была на мне, когда я, по пути сюда, спускалась по первой лестнице. В тот момент я спрятала ее под блузку. Значит, я потеряла ее где-то неподалеку.
Я быстрым шагом пошла обратно, внимательно оглядывая пол. Сердце стучало лихорадочно и пальцы подрагивали, но я пыталась успокоить себя. Убедить в том, что я вот-вот найду цепочку. Вот только, я дошла до лестницы, но ее нигде не заметила. Очень быстро побежала к Бенуа. Он сейчас сидел на диванчике вместе с Дезири. Девушка, сев к нему вплотную, положила ладонь на плечо парня и, весело улыбаясь, что-то показывала на своем телефоне.
– Бенуа, я потеряла свою цепочку, – прошептала прерывисто. Паника буквально сдавила сознание.
– Ту дешевку? Ну и хорошо, – Бенуа даже не оторвал взгляда от телефона Дезири. – Сегодня поедем в ювелирный и я куплю тебе новую цепочку.
– Она важна для меня, – я сжала ладони в кулаки, но видела, что Бенуа моя цепочка не волновала. Этому не удивилась, ведь давно знала, что она не нравилась парню.
Я зло стиснула зубы и опять побежала искать цепочку. Раз за разом оббегала коридоры и осматривала полы и ступеньки. Спрашивала у других студентов, не видели ли они цепочку с кулоном, но всегда ответ был один – нет.
Дыхание сбилось и глаза начало неприятно пощипывать. С каждым мгновением я все меньше верила в то, что смогу найти дорогую для себя вещь, а от этого сердце разрывалось. Вновь расспрашивала у студентов и в очередной раз оббегала коридоры. Всем, у кого спрашивала про цепочку, обещала вознаграждение, если они ее найдут и отдадут мне, но пока что все было безрезультатно.
Я вернулась к автомату с кофе и села на корточки. Прислонившись грудью к коленкам и, придерживая юбку, пытаясь заглянуть под него. Может, цепочка упала, когда я поправляла воротник и закатилась под автомат, но я ничего не увидела. Глаза начало сильнее пощипывать. Никогда не была плаксой, но сейчас была готова разрыдаться.
Пребывая в своих панических мыслях, я не заметила того, что вокруг стало как-то тише и студенты отошли в сторону. Но почувствовала, как на меня легла громоздкая тень и по спине скользнул холодок.
Я подняла голову и увидела Доминика. Он был слишком близко. Стоял буквально за моей спиной и, честно, от него сейчас исходило нечто мрачное. Чрезмерно жесткое.
– Что тебе нужно? – зло спросила, смахивая только что выступившие слезы, после чего поднялась с пола.
Доминик посмотрел на мое лицо, но ничего не сказал. Молча положил что-то на подоконник, после чего пошел к автомату, в котором можно было взять воду. Я посмотрела на вещь, сейчас лежащую на подоконнике и широко раскрыла глаза. Это была моя цепочка с кулоном. Сердце забилось учащенно, но уже теперь от радости. Я взяла цепочку и увидела, что одно крошечное звено разогнулось из-за чего она упала. Поэтому опять надеть ее не могла, из-за чего цепочку положила в карман юбки.
Немного замялась, но все же подошла к Доминику.
– Спасибо за то, что вернул мне ее. Эта цепочка для меня очень ценна, – пробормотала. Меньше ненавидеть Моно я не стала, но сейчас чувствовала к нему искреннюю благодарность. Мысленно задалась вопросом, откуда он вообще знал, что цепочка моя, но вспомнила, что Доминик уже неоднократно видел ее на мне. Для меня было странным только то, что он ее запомнил, но на этом не стала акцентировать внимания.
Моно ничего не ответил. Даже не посмотрел на меня. Сейчас выглядел все таким же мрачным, но достал из кармана джинсов мелкую купюру и выбрал простую воду в автомате.
– Я, правда, благодарна тебе.
Моно, все так же, молча взял воду и пошел прочь. А я все так же стояла на месте и смотрела на его отдаляющуюся спину. При этом, замечала то, что студенты, увидев его даже издалека, пытались отойти в сторону и отводили взгляд. Словно Моно был чем-то страшным. Жутким чудовищем. А я этого понять не могла. Да, он нахальный. Что хотел, то и делал, но я не видела в нем ничего такого, из-за чего прямо следовало убегать от парня. Вернее, пока что не видела. Не понимала, какое он чудовище.
Облегченно вздохнув от того, что цепочка нашлась, я вернулась к Бенуа. Он все так же сидел рядом с Дезири. Я хмуро посмотрела на них и тоже села на диванчик.
***
– Ну, извини, Нану, – Бенуа притянул меня ближе и поцеловал в щеку, а я отстранилась. Все еще злилась на него за то, что не помог найти цепочку, а он раз за разом извинялся. – Ты знаешь, что она мне не нравилась и ты понимаешь почему. И та дешевка из медицинского сплава, а ты заслуживаешь того, чтобы носить золото. Я бы купил тебе нормальную цепочку.
– Не нужна мне другая цепочка, – пробормотала, но, когда Бенуа взял меня за руку, я не стала ее отдергивать. На самом деле, я уже не так сильно злилась. Моя бабушка, еще, когда была жива, постоянно повторяла, что в отношениях важно поставить себя на место своей второй половинки, если возникают какие-либо конфликты. Поэтому, я поставила себя на место Бенуа и, хоть и понимала, что не поступила бы так как он, но все же сумела найти ему оправдания. Да и Бенуа и так было трудно из-за ссоры с отцом.
– Но я все равно куплю тебе подарок, – парень опять притянул меня к себе и поцеловал в губы, а мне опять стало неловко потому, что мы находились во дворе университета и мне не нравилось то, что на нас смотрели. И от поцелуев веяло чем-то неприятным. Будто они были напоказ.
– Не нужно подарка, – я отрицательно качнула головой. Мне и правда ничего не хотелось. Предпочла бы просто вечером посидеть где-нибудь в парке на свежем воздухе. Провести время вместе и поговорить. Я ведь до сих пор не рассказала Бенуа о том, что произошло со мной.
Так и не отпустив меня от себя, Бенуа положил руку мне на талию и повел к зданию Сорбонны. Прошел почти весь учебный день. У меня осталось только две лекции, а у Бенуа одна. Время перемены заканчивалось.
– И все равно я тебе что-то куплю. Сама выберешь подарок или устроить тебе сюрприз?
Мы как раз зашли в холл и, когда поднимались по лестнице, я опять отрицательно покачала головой:
– Не нужно. Давай лучше просто проведем время вместе, – мы поднялись на второй этаж и пошли по многолюдному коридору, но почти сразу я заметила некую странность. То, что многие студенты смотрели в одну сторону и старались, будто невзначай отойти к стене, но это смотрелось слишком явно.
И я сразу поняла, почему это происходило. Впереди увидела Доминика Моно и Обена Турнье. Они шли по коридору к нам навстречу. О чем-то разговаривали и, судя по тяжелой атмосфере исходящей от парней и жесткости в глазах, разговор был не легким. От них обоих исходила неприязнь, от которой даже мне было не по себе.
Когда они были совсем близко, я услышала слова Обена:
– Он был с девушкой. Твои не имели права его трогать…
Окончание фразы не расслышала, ведь в этот момент Бенуа опустил ладонь ниже и, положив ее мне на попу, сказал:
– Ты предложила отличную идею. Давай проведем время вместе. Придешь сегодня ко мне?
В этот момент Обен и Доминик подошли совсем близко и я почему-то напряглась, но, когда они уже проходили мимо, я с облегчением выдохнула.
– Не было девушки, но с ним имелось то, что я не приемлю, – Доминик схватил Бенуа за шиворот рубашки и ударил в живот. С такой силой, что парень согнулся пополам и рухнул на пол. От боли даже закричать не смог. Только захрипел, а Моно переступил через него и, как ни в чем не бывало, пошел дальше. – Можешь не пытаться прятать его в Сан-Дени.
– Уже знаешь, где он? – Обен оскалился. Когда Доминик ударил Бенуа, он тоже даже бровью не повел. Будто и не произошло ничего необычного, а я в шоке застыла на месте, а потом рухнула на колени рядом со своим парнем. Ужаснулась, увидев на его губах кровь. С какой же силой его ударил Доминик?
– Бенуа, ты как? – спросила прерывисто. Меня изнутри разъедало от волнения, но Бенуа даже ничего ответить не смог. Только хрипел и руками держался за живот.
– Я много знаю. Не отдашь его и я сам приду в Сан-Дени, – до меня донесся жесткий голос Доминика, от которого по спине скользнул болезненный холодок.
– Ты не можешь, так же, как и я не могу прийти в Шампиньи. Есть правила. Соблюдай их, Моно, – дальнейшие слова Обена я не слышала. Ладонями накрыла лицо Бенуа и подняла взвинченный взгляд.
– Помогите, – попросила у студентов, сейчас стоящих в коридоре, но никто даже не шелохнулся. Вокруг царила тишина. – Пожалуйста, помогите. Его нужно отвести в медпункт.
Мне так никто и не помог, но, к счастью, буквально через минуту в коридоре появилось несколько друзей Бенуа. Они и помогли отвести его в медпункт. Там им сразу занялась медсестра, а меня попросила выйти в коридор и не мешать. Я расхаживала из стороны в сторону, зло сжимая ладони в кулаки. Как никогда прежде злилась на Доминика. Почему он ударил Бенуа? Он же ему ничего не сделал.
Я сделала глубокий вдох и, не выдержала. Пока медсестра занималась Бенуа, решила поговорить с Домиником и, буквально сгорая от злости, пошла его искать.
Глава 12 Отлично
Сжимая ладони в кулаки, я спустилась по лестнице и, оглядываясь по сторонам, вышла в холл. Доминика нигде не видела, но, просто думая о нем, раз за разом сгорала от злости, а еще, до сих пор чувствовала сильное волнение за Бенуа, из-за чего хотела поскорее вернуться к нему. Когда я быстрым шагом подходила к дверям, около нее увидела Абель. Она стояла вместе со своими подругами. Я подошла к девушке и сказала:
– Привет. Ты случайно не видела Доминика Моно?
– Привет, – Абель кивнула. – Он, кажется, во дворе. А зачем тебе Моно?
– Хочу поговорить с ним.
– С ума сошла? – девушка вопросительно приподняла бровь. – Это потому, что он ударил твоего парня? Забей, Нану, и просто держись подальше от Моно.
Я нахмурилась, мысленно отмечая, что, судя по всему, по Сорбонне уже разлетелась новость о том, что Доминик ударил Бенуа. Или же Абель тоже была в том коридоре и сама все видела.
– Нану, я тебе кое-что скажу, – Абель подошла ближе и произнесла это негромко. Так, чтобы услышала только я, но, думаю, слова донеслись и до ее подруг. – Ты думаешь, его просто так все избегают? Моно перевелся из Декарта в здешний сорбоннский филиал этого университета и тут многие из Париж-Декарта, кто ранее учился вместе с ним и они знают, кто такой Моно. Он сам себе на уме. Вообще нельзя предположить, что он может сделать и Моно никогда и ничего не прощает. Не забывает. Поэтому на него стараются даже лишний раз не смотреть. И тебе не советую подходить к нему, – Абель буквально на несколько секунд замолчала, а потом сдвинула брови на переносице и спросила: – Ты вообще знаешь, почему Моно ударил Бенуа?
Я нахмурилась. Ненадолго задумалась, а потом отрицательно покачала головой. Я действительно не знала, почему Доминик ударил моего парня. Мы просто проходили мимо.
– Раз не знаешь, почему лезешь? Пусть парни разбираются между собой. В конце концов, твой Бенуа тоже не так прост.
Я сразу не нашла, что ответить. То, что Абель рассказала про Доминика я воспринимала лишь, как слухи и на меня они не повлияли. Возможно, девушка была права, насчет того, что мне не стоило идти к Доминику, но я все еще была решительно настроена поговорить с ним. Поэтому, поблагодарила Абель и пошла во двор.
Поскольку лекция уже началась, студентов около Сорбонны было очень мало, поэтому Доминика я увидела сразу. Он, вместе с еще двумя парнями стоял около дальнего, прямоугольного фонтана. Я сделала глубокий вдох и пошла к нему. Все так же быстрым шагом перешла через двор и подошла к Моно. Когда я оказалась рядом с ним парень обернулся и посмотрел на меня. Еле заметно вопросительно приподнял бровь.
– Я хочу поговорить с тобой, – сказала, стараясь вложить в голос всю строгость. – Наедине.
Доминик несколько секунд смотрел на меня, а потом кивнул своим друзьями и, они, попрощавшись, ушли. После этого Моно сказал:
– Говори.
– Я зла на тебя. Ты даже представить не можешь, насколько сильно, – перед глазами промелькнули воспоминания того, как Доминик ударил Бенуа и сознание вновь полыхнуло от гнева. Думаю, это было заметно по моим глазам.
– Ты об этом хотела поговорить со мной? – Моно сейчас выглядел так, будто ему стало скучно. Будто он хотел от меня другой темы разговора. Я понятия не имела, какой именно, поэтому продолжила:
– Зачем ты ударил моего парня? – я сжала губы в одну тонкую линию. – Это… Это из-за меня? – в голос произнесла свое предположение. Именно из-за него и шла сюда.
– Если и да – что с этого?
Я сильнее поджала губы и переступила с ноги на ногу. В голове бушевали рванные мысли, но среди них я старалась подобрать нормальные фразы.
– То, что это ужасно. Чего ты хотел этим добиться?
Моно сразу не ответил. Положил ладони в карманы джинсов и слегка наклонил голову набок, после чего посмотрел мне в глаза.
– Почему ты не сказала, что у тебя есть парень?
– А должна была? – я нахмурилась и, невольно сделала шаг назад. Почему-то в этот момент ощутила острую нужду увеличить расстояние между нами и все так же чувствовала странную боль, которую причинял взгляд Доминика. – Я сказала, что не хочу знакомиться с тобой и я не была обязана объяснять почему. Даже если бы у меня не было парня, я бы все равно сказала «нет».
– А, если я не хочу твоего «нет»? – Моно сделал несколько неторопливых шагов ко мне, значительно сокращая расстояние, разделяющее нас.
От этих слов я вздрогнула, ведь они ударили по мне, подобно невидимому молоту. Доминик уже ясно дал понять, чего хотел от меня. Об этом сказал, когда подловил меня около своего дома и на такое я, ни в коем случае, не была согласна. Даже думать об этом не желала.
– Как ты можешь спрашивать об этом? – все еще злилась, но этот вопрос задала тихо. – Ты не тот, с кем я могла бы хотя бы дружить или просто общаться.
– Считаешь, что не смогла бы встречаться со мной?
– Я считаю, что ты бестактен и мне тяжело находиться рядом с тобой, – я посмотрела в сторону. Захотела разорвать наш зрительный контакт, но такая близость с Домиником все равно будоражила. – У меня есть парень. Он хороший и достойный человек. Я люблю Бенуа и хочу быть с ним. Желаю с ним нормальных и спокойных отношений, поэтому, пожалуйста, я тебя прошу, оставь меня в покое, – просила искренне и надеялась на понимание, но, услышав ответ Доминика, аж поперхнулась воздухом.
– Нет, – Моно подошел еще ближе, а я, наоборот, отошла, но, сделав лишь пару шагов, уперлась в жесткую кору дерева, теперь оставаясь зажатой между ним и парнем. В голове проскользнула далеко не веселая мысль – судя по всему, Доминику нравилось меня везде зажимать. Как хищник неловкую зверушку. Внезапно он положил свою ладонь мне на щеку. Я сильно зажмурилась и, при этом, напряглась, но краем сознания ощущала такой сильный контраст при соприкосновении нашей кожи. Его грубой и смуглой. Моей мягкой и светлой. – Ты отвечала на мои прикосновения. Я нравлюсь тебе.
– Ты слишком самоуверен, – ответила, не открывая глаз. Боялась Доминика, несмотря на то, что он ничего не делал. – Это лишь физиология.
– У девушки, которая влюблена, не будет такой реакции на другого парня. Только, если она бля*ь. Но, ты ведь не такая. Верно?
Я все еще стояла с закрытыми глазами, но ощутила то, что Доминик наклонился ко мне и его губы теперь были в считанных сантиметрах от моих. Он не целовал, но у меня по коже уже вовсю бежали будоражащие мурашки. Я не могла понять откуда они взялись и, что вообще со мной происходило, но вовсю пыталась утихомирить бешенное биение сердца.
– Я не отстану, пока ты так отвечаешь мне, – горячее дыхание Доминика опалило мои губы. Сильнее взбудоражило и мне показалось, что по коже проскользнули вспышки тока. Но я резко открыла глаза и быстро скользнула вбок, тут же увеличивая расстояние между нами. Моно опять издевался надо мной? Насмехался, надавливая на болезненные точки?
– Пожалуйста, не надумывай лишнего. Я никак не отвечаю тебе, – я отрицательно качнула головой, после чего повторила: – У меня есть парень и я его люблю.
Возникло молчание. Гнетущее и тяжелое. В этот момент, я поняла, что, наверное, действительно зря сюда пришла, но все же захотела еще кое-что спросить:
– Ты знаешь, кто такой Бенуа? Понимаешь, кого ты ударил? – не дожидаясь ответа, продолжила: – У него отец очень влиятельный человек. Прокурор.
– И что с этого?
Я замялась. Далеко не такого ответа я ожидала, ведь то, что Доминик ударил Бенуа для самого Моно было очень плохо. Он провел в колонии три года. Это раз и навсегда оставило след на его жизни. Какой бы властью он не обладал в гетто, но, с таким прошлым, может хватить лишь мельчайшего проступка, чтобы посадить его. Отец Бенуа мог это сделать и в это мгновение я подумала о том, что Моно повезло в том, что сейчас мой парень в соре с отцом. Иначе, даже этот удар мог для него плохо закончиться.
Глава 13 Больно
Я была очень взвинченной и злой. Эмоции бурлили во мне и вскипали. Выворачивали мое сознание наизнанку. Такое происходило со мной всякий раз, когда я разговаривала с Домиником и сейчас вновь убеждалась в том, что мне стоило держаться от него подальше. В первую очередь, следовало в ближайшее время переехать из Шампиньи.
Мысли путались и я очень быстро поднялась по ступенькам, намереваясь, как можно быстрее вернуться в медпункт к Бенуа. Шла лекция и коридоры были безлюдными, но, резко выходя из очередного поворота, я в кого-то врезалась. Сразу подумала, что в стену, настолько крепким было тело того, с кем я столкнулась, но, к счастью, до меня быстро дошло, что в этом месте не было стены.
Я подняла взгляд и увидела Обена. Тут же отшатнулась и сделала несколько шагов назад. Это трудно объяснить, но рядом с этим парнем тяжело находиться и, после всего, что я слышала о нем, слегка побаивалась Турнье. А он, остановившись, посмотрел на меня. Сейчас будто бы рассматривал каждую черту лица.
– Почему ты смотришь на меня так, будто боишься? – из-за того, что Обен был намного выше, создавалось ощущение, что он смотрел на меня сверху вниз.
Я не ожидала этого вопроса и сразу немного растерялась. Разомкнула губы, но не нашла в сознании фраз, которые показались бы приемлемыми в разговоре с таким человеком, как Обен Турнье. Лишь спустя несколько секунд качнула головой и пробормотала:
– Не правда. Не боюсь. Я даже не знаю тебя, – сейчас одновременно лгала и говорила правду. Все же немного побаивалась Турнье, но я ведь и правда его не знала. Слухи в счет не шли.
Я заметила, что Обен нахмурился. В этот момент он опустил взгляд ниже. Сначала на мою шею, а потом на грудь. Мне стало жутко неуютно.
– Ты… – Обен хотел что-то сказать, но я перебила его:
– Прости, но мне нужно бежать по делам. Я очень сильно спешу, – быстро произнесла это, после чего развернулась и буквально побежала по коридору. Ощущала взгляд Обена на своей спине до тех пор, пока не завернула в очередной коридор, но и после этого на сознание будто бы давило нечто невидимое. Я не могла понять, откуда взялось это ощущение, но краем сознания осознавала, что мой разговор с Обеном был крайне странным. Почему Турнье вообще решил его начать?
Перед тем, как вернуться в медпункт, я ненадолго зашла в уборную и умылась холодной водой. Пришлось смыть тушь и блеск для губ, ведь они и так потекли, но, зато я сумела немного успокоиться и к Бенуа возвращалась с более трезвым сознанием.
Когда я зашла в медпункт, поняла, что, к счастью, Бенуа уже было лучше. Во всяком случае, он уже мог разговаривать, хоть и все еще лежал на узкой кровати и одной рукой держался за живот. Рядом с ним было несколько друзей и еще Дезири с Жаклин.
– Где ты ходишь, когда Бенуа плохо? – с явным упреком в голосе очень тихо спросила Дезири, но ее точно услышали все.
Мне стало очень неловко и я против воли прикусила губу, просто не зная, что ответить. Подруга была права. Я должна была остаться рядом с Бенуа, а не уходить ради бесполезного разговора.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила, подойдя к своему парню.
– Не очень. Разогнуться вообще не могу, – Бенуа похлопал ладонью по краю кровати рядом с собой, прося, чтобы я села около него. Как только я это сделала, парень приподнял рубашку и я увидела сильное покраснение на животе. Точно останется сильный синяк.
– Какой ужас, – произнесла на выдохе, чувствуя, как в груди все сжалось от переживаний.
– Почему Моно вообще тебя ударил? – спросил Гийом. Он уже несколько лет дружил с моим парнем.
– Не знаю, – коротко ответил Бенуа, отвернувшись ко мне. Он взял свою ладонь в мою и переплел пальцы.
– Сильно болит? – спросила совсем тихо.
– Да, но я уже выпил обезболивающее, – Бенуа прикоснулся к моим волосам, убирая несколько темных прядей мне за ухо и открывая лицо. Очень нежное прикосновение. – Я не пойду на лекцию и сейчас поеду домой. Приходи ко мне сегодня вечером.
Я кивнула. Была рада тому, что смогу провести с ним немного времени. Тем более, я все еще переживала за Бенуа.
Глава 14 Действия
Уже вскоре за Бенуа приехала машина. Я провела его и сама вернулась в институт, ведь все же хотела посетить оставшиеся лекции. Мне вообще было трудно пропускать занятия и, если подобное происходило, меня долго мучала совесть.
После занятий, дошла до латинского квартала. По пути туда видела Обена Турнье. Он стоял рядом с машиной вместе со своей девушкой. Она кокетливо улыбалась парню и, судя по виду, флиртовала. В какой-то момент, поднялась на носочки и быстро поцеловала его. В этот момент я отвернулась, но вскоре, почему-то опять обернулась к Обену и заметила, что он тоже смотрел на меня. Но уже теперь от его взгляда исходило пренебрежение. Или же мне просто показалось. Я не стала в этом разбираться и просто отвернулась, уже вскоре скрывшись за дверью станции метро.
Я возвращаясь в Шампиньи уже привычным для себя способом. Когда оказалась в гетто, сразу же вызвала такси, намереваясь на нем добраться к дому. Тем более, около станции RER на бетоне увидела кровь. Понятия не имела, что тут произошло, ведь, когда я утром ехала в университет, ничего подобного не было, но осознавала лишь одно – Шампиньи-сюр-Марн действительно страшное место. Мне следовало побыстрее уезжать отсюда.
Именно по этой причине, как только оказалась в квартире, которую снимала, достала свои сумки и начала аккуратно складывать туда одежду, ведь не было смысла медлить. У меня еще осталось немного накоплений. Может, найду квартиру, которую смогу снять на них, а потом что-то придумаю. Следовало посмотреть вакансии на работу. Я могла подрабатывать репетитором по французскому для подростков, которые собирались перейти в среднюю школу. А то и в старшую.
Конечно, я сложила в сумки далеко не все свои вещи, но точно большую их часть и теперь меня успокаивало то, что я, более-менее, готова в любой момент переехать.
Сейчас было только три часа, а Бенуа сказал приезжать к нему в восемь и поскольку впереди еще имелось время, я решила приготовить поесть. К сожалению, в холодильнике было почти пусто, но, просмотрев все, что осталось, я прочитала рецепты и решила приготовить суп. Как раз чего-то такого хотела, ведь считала, что питаться нужно правильно.
Оказалось, что суп готовить несложно и он получился вполне вкусным, но я так устала, что есть уже не хотела. Вместо этого пошла в душ, намереваясь уже начать собираться, ведь уже скоро нужно было ехать к Бенуа.
В ванной комнате провела много времени, но толком ничего не делала. Просто стояла под теплыми струями воды и думала над ситуацией, в которой оказалась. Потом, обмоталась полотенцем и побрела в спальню, собираясь высушить волосы, но пройдя по коридору, застыла. Несколько раз непонимающе моргнула и вернулась обратно, после чего посмотрела в сторону кухни. Думала, что мне лишь показалось, но, как оказалось, нет, я все правильно увидела.
У меня на кухне был Доминик и сейчас он, как ни в чем не бывало, стоял около плиты, при этом, половником себе в тарелку наливая суп. Моно был одет лишь в штаны черного цвета и его волосы неаккуратно растрепанные. Внешний вид вообще очень домашний и мне показалось, что ко мне он пришел сразу из своего дома и сейчас был таким, каким ходил у себя.
Но… Как он попал ко мне?! Я взвинчено оглянулась и увидела, что в спальне было открыто окно. Я забыла его закрыть.
Прекрасно понимая, каков был мой внешний вид, я лихорадочно спряталась за дверью, так, что теперь была видна только голова и зло спросила:
– Что ты тут делаешь? Ты нарушаешь закон находясь в моей квартире, поэтому уходи, пока я не вызвала жандармов. И… И хватит есть мою еду! – все это сказала быстро и на одном дыхании, при этом, все еще продолжая прятаться за дверью.
Доминик, все это время не смотрел на меня и, после того, как я договорила, еще было несколько секунд очень тяжелой тишины, после которой Моно все же повернул голову и посмотрел на меня. От его взгляда кожу сковало льдом, прогоняя по телу болезненное покалывание и все это лишь усугубилось от вопроса Моно:
– Ты собралась переезжать?
Он явно видел, что я сложила свою одежду в сумки.
Глава 15 Взрыв
Не знаю почему, но я сразу растерялась и лишь спустя несколько секунд, ответила:
– Да, собираюсь.
– Куда? – Доминик поставил на стол тарелку, а я немного поежилась. Все никак не могла привыкнуть к его мрачному взгляду.
– Подальше отсюда, – ответила правду. – Пожалуйста, уходи. Ты все еще меня сильно пугаешь. Особенно, когда пробираешься в мою квартиру.
– К нему собираешься переезжать? – от того, как было сказано это «к нему», по спине пробежал холодок. Доминик точно спрашивал про Бенуа. Еще я в этот момент против воли подметила то, что у Доминика чистая речь. То есть, совершенно без сленга, что, как я уже поняла, в гетто являлось чем-то крайне нетипичным. Правда, иногда он все равно выражался крайне грубо.
– Нет, – ответила честно. Мои отношения длились всего лишь две недели и я считала неприемлемым переезд к Бенуа. Даже, если он предложит.
– Тогда, куда?
– Это личное.
Доминик пошел ко мне, а я, наоборот, стала отступать, пока спиной не уперлась в стену.
– Пожалуйста, закрой глаза, – растерянно пробормотала, просто не зная, как еще попросить Доминика не смотреть на меня. Я была не в том внешнем виде, в котором следовало быть перед парнем. Поэтому сильнее сжимала края полотенца, думая о том, что мне срочно нужно одеться.
– Брось его, – сказано твердо. В этот момент Моно подошел совсем близко ко мне. Так, что нас разделяли считанные сантиметры.
– Бенуа? Нет, – ответила уверенно и категорично. – Я его люблю и…
Не договорила. В этот момент Доминик пальцами поддел мой подбородок и заставил приподнять голову, после чего наклонился и своими губами накрыл мои. Казалось, что я вовсе перестала дышать и замерла, будто превращаясь в изваяние. Губы Доминика грубые. Жесткие, как и он сам, но лишь одно касание и меня будто бы ударило током, пропуская по каждому сантиметру тела искры. Сознание забурлило. Его будто ошпарило, но каким-то неведомым образом я попыталась прийти в себя. Отвернулась и, не узнавая свой голос, прошептала:
– Что ты делаешь? Ты хоть понимаешь, что целуешь девушку, у которой есть парень? Я счастлива в этих отношениях, а ты…
Доминик не дал договорить. Заставил обернуться к нему и вновь поцеловал, так, что кровь в венах превратилась в лаву и за одно мгновение показалось, что сейчас квартира горела в пожаре. Другого объяснения, почему мне стало так жарко, я найти не могла. Он целовал так, что губы ныли, но я все еще пыталась держаться за свой рассудок. Уперлась ладонями в его обнаженный торс, ощущая практически обжигающий жар его кожи и сталь мышц. Захотелось отдернуть ладони, ведь для меня вот так прикасаться к парню было жутко странно. Даже запретно и непозволительно, но я, наоборот, попыталась отстранить Моно от себя. Хоть и возникло ощущение, что ладонями упиралась в скалу, а не в его тело.
Мои пальцы подрагивали и ноги обмякли. Казалось, что я сейчас вовсе упаду и, наверное, лучше бы так и было, но, внезапно, Моно так и не разрывая поцелуя, подхватил меня и поднял над полом, после чего куда-то понес, а я, обнаженными участками кожи, чувствуя его, сделала несколько коротких вдохов и сильно зажмурилась. Что со мной происходило? Почему сейчас тело раз за разом будто бы током било и в этих импульсах, зарождалось мне нечто непонятное, собирающееся внизу живота? Что это такое? Я не понимала, но ненавидела себя за такую реакцию на Доминика. Сгорала в этом жаре и ненависти, которую окутывал туман и уносил куда-то вдаль. Но лишь временно, чтобы потом вернуться и с большей силой ударить по мне сокрушающим ударом.
Я услышала скрип кровати. Доминик встал одним коленом на нее, из-за чего старенький матрас сильно прогнулся, после чего положил меня на простынь и тут же навис сверху. Одно колено поставил между моих ног и, локтями упираясь в кровать, по обе стороны от моей головы, вновь поцеловал, а я сильно занервничала. Уже это переходило все границы. Быть с парнем наедине в пустой квартире. Лежать под ним на кровати, ощущая, как массивное тело вжимало меня в матрас и, при этом понимать, что на мне лишь одно полотенце – это ужасно.
Его шершавая ладонь легла на мое бедро и ощутимо сжала. Сознание прожгло от паники и я вновь положила ладони на торс Доминика. Попыталась отстранить его от себя и, разорвав поцелуй, отвернулась, после чего сказала:
– Прекрати. Так нельзя. Я же сказала, что… – окончание фразы утонуло в стоне. Доминик поцеловал мою шею. Это было настолько сильно и остро, что тело пробило дрожью и я часто задышала. Будто задыхалась и сама не заметила того, как от переизбытка ощущений обомлела.
– Раньше ты ни с кем не спала? – Доминик отстранился и посмотрел мне в глаза. В этот момент его дыхание было тяжелым и грудь вздымалась от глубоких вдохов.
– Нет, – растерянно покачала головой. Говорила настолько тихо и прерывисто, что просто не могла поверить, что это мой голос. Сейчас вообще была не в себе.
Доминик шумно выдохнул и вновь поцеловал, буквально истязая мои губы. Делая поцелуй до невозможности будоражащим. Практически болезненным и захлестывающим ощущениями. Я и не знала, что целовать могут вот так.
– Мне страшно… – прошептала, опять отворачиваясь, а он, ловя мои губы своими, рыкнул:
– Не трону, – и после этого убрал ладонь от моего бедра, вновь двумя локтями упираясь в кровать по обе стороны от моей головы.
Я завозилась, а Моно сделал поцелуй более глубоким, своим языком проникая в мой рот, а я вздрогнула и опять задрожала. Ну не могут быть поцелуи такими. Просто не могут. Настолько дикими. Жадными и в тот же момент медлительно острыми. Изворачивающими мою душу наизнанку. И Доминик сказал, что не тронет меня, но разве он сейчас не делал именно это?
В голове пустота и в теле неведомая тяжесть, а так же искры бегущие по коже. Опаляющие и сводящие с ума. Доводящие практически до безумия, от которого я хотела отказаться. Искоренить его из себя, ведь это было ненормально, но сейчас не могла ничего сделать. Ощущала его вес и крепкое тело. Полную власть надо мной, но, в тот же момент, будто бы некую бережность. Сдержанность.
Я чувствовала, что мне в низ живота упиралось нечто твердое и большое. Прекрасно понимала, что это такое и от этого нервничала еще сильнее. Но нервозности схлестывалась с туманом в моей голове. Боролась и проигрывала.
В какой-то момент я не выдержала и поерзала. Буквально несколько секунд и Доминик разорвал поцелуй. Закрыл глаза и лбом прислонился к моему плечу, так, что его волосы защекотали щеку. Делал глубоки вдохи и сильно сжимал ладони в кулаки, а я только сейчас заметила, что костяшки на них вновь были разбиты. Так продолжалось буквально несколько мгновений, а потом Моно, руками сжал мое полотенце и резко обратно обмотал меня в него. А я только в этот момент поняла, что, когда поерзала, полотенце размоталось и оголило часть моего тела. Но это точно почувствовал Доминик.
После того, как он обмотал полотенце еще туже, чем оно было до этого, Моно вновь набросился на мои губы с первых же мгновений углубляя поцелуй. Заставляя губы болезненно ныть и пылать.
Время будто бы остановилось. Оно вовсе перестало существовать и вместе с ним я исчезла. Просто растворилась в жарком воздухе, но до сих пор ощущала запретную остроту того, что происходило. Она разрывала мое сознание на клочки, но будто бы была слабее Доминика. Он доминировал и увлекал меня за собой туда, где я боялась находиться.
Все это прервалось с громким пиканьем. Это звучание врезалось в сознание, но Моно лишь спустя какое-то время отстранился от меня. Достал из кармана штанов телефон и выключил будильник.
– Мне нужно на работу, – сказал мне в губы и вновь поцеловал, но на этот раз коротко. После чего встал с кровати.
– Ты работаешь? – губы жгло и язык заплетался. В голове полная пустота и я не поняла, что мой вопрос был грубым. Поверхностным. Но Моно на него ничего не ответил. Молча пошел в сторону коридора. Уже вскоре я услышала, что закрылась дверь в ванную комнату и прозвучал звук льющейся воды.
Я все так же лежала на кровати. Не понимала, почему Доминик решил у меня принять душ, а не пошел к себе. Была такая острая необходимость в том, чтобы искупаться прямо сейчас? Но, нет, далеко не это меня волновало в этот момент. Я чувствовала себя ужасно.
Постепенно туман, окутывающий сознание развеялся и я в полной мере осознала то, что только что произошло. Нервы накалились и мысли полоснуло острием ножа. Я закрыла глаза и накрыла лицо ладонями. Сделала несколько глубоких вдохов и сильно прикусила губу, тут же ощутив металлический привкус крови. Какая же я ужасная.
Всего этого нельзя было допускать. Я изменила своему парню и от этого чувствовала себя никчемной. Глупой дурой, которая поддалась тому, кого ненавидела. Моно сегодня ударил Бенуа просто ни за что, а я дрожала от его поцелуев. Была в такой близости с ужасным парнем, но хуже всего мое предательство пред Бенуа.
Меня буквально трясло и перед глазами все рябило от ощущения собственной никчемности и от гнева на себя и на Доминика. Я села на кровати и, вставая с нее, случайно скользнула взглядом по часам. Я следила за временем, ведь боялась опоздать к Бенуа и сейчас поняла, что мы с Домиником целовались около сорока минут.
Нет, такое невозможно. Поцелуи не могут быть настолько долгими. Да и по ощущениям, прошло не больше пяти минут. Вот только, губы сильно ныли и ощутимо припухли, этим намекая, что то, что я отвергала, было правдой.
Хлопнула дверь и уже вскоре я увидела в коридоре Доминика. С силой стиснула зубы и зажмурилась, ведь не могла на него смотреть. Моно был моим падением бездну и парнем, который рушил мою жизнь.
– Я освобожусь после полуночи и приду к тебе, – Доминик пошел в сторону кухни. – Поговорим про твой переезд.
– Нет, не нужно приходить, – я все еще с огромным трудом разговаривала. Да и тело было слабым, но я все же пошла вслед за парнем и увидела, что он свою тарелку с супом поставил в холодильник.
– Поем, когда вернусь, – сказал он, закрывая холодильник.
– Нет, не нужно, – я отрицательно покачала головой. – Не приходи.
Доминик на мои слова ничего не ответил. Лишь, подойдя ко мне, вновь наклонился и поцеловал, а я была настолько не в себе, что просто не успела отреагировать, а Моно, отстранившись пошел в сторону двери. Вскоре покинул мою квартиру.
Один вдох. Второй. Третий. Я все еще стояла на месте и смотрела на стену не моргающим взглядом. Глаза неприятно покалывало, мысли рвались на клочки и сердце сжималось. Все это нужно было прекратить. Срочно разорвать все связи с Домиником Моно и сделать все, чтобы он больше не подошел ко мне. Ни в коем случае не допускать повторения того, что только что произошло в моей квартире. Я ведь столько раз просила его оставить меня в покое. Почему Моно не мог это сделать? Зачем мучил?
Меня трясло будто бы от лихорадки и я на ватных ногах пошла на кухню. Не думала и просто действовала на эмоциях, которые твердили – убрать из моей жизни все, что было связано с этим парнем. Я достала из холодильника тарелку с супом и вылила его в раковину. Рука дрогнула и я выбросила тарелку в мусорное ведро. После этого ладонями сжала волосы и часто задышала. Вдох. Еще один и потом второй. Мне следовало взять себя в руки, но я не могла. Я ужасная девушка.
Лишь спустя время, смогла выровнять дыхание. Лучше себя чувствовать не стала, но ощутила острую нужду увидеться с Бенуа. Очень быстро собралась и вызвала такси. Пока машина ехала, я везде выключила свет и закрыла окно, после чего пошла на улицу. К этому времени как раз подъехала машина и я села в нее.
Еще не понимала, что это конец. Начало взрыва.
Глава 16 Отношения
Я не стала выходить на станции и на такси добралась до шестнадцатого округа. Такая длительная поездка влетит мне в копейку, но сейчас я совершенно не думала про деньги. Подрагивающими пальцами из сумочки достала телефон и набрала номер Бенуа. Как только он ответил, я, боясь, что мой голос дрогнет из-за внутреннего смятения, негромко сказала:
– Я уже подъезжаю. Можешь, пожалуйста, выйти и встретить меня?
– Да, конечно. Уже иду.
Когда машина остановилась около особняка, в котором жил Бенуа, парень уже стоял около массивный кованных ворот, но он сразу подошел к машине. Открыл для меня дверцу и помог выйти из такси. Не дал мне расплатиться за поездку и сделал это сам, после чего наклонился и поцеловал, а, отстранившись, улыбнулся и сказал:
– Привет. Рад, что ты приехала.
Я хотела улыбнуться в ответ, но не могла. Меня все еще трясло и сердце сжималось, а вдохи были тяжелыми, словно горло сжимало невидимой горечью. Я переступила с ноги на ногу и опять посмотрела на Бенуа. В этот момент отчетливо воспоминала о том, как мы начали дружить. Как он часто приходил ко мне и мы временами проводили вместе чуть ли не целый день. Разговаривали обо всем на свете и Бенуа забирал меня гулять.
Через пару месяцев после наступления моего совершеннолетия, он впервые предложил встречаться и, несмотря на то, что я отказала, полгода раз за разом опять предлагал начать отношения. Всегда был бережным со мной и дарил самые красивые букеты. Устраивал романтичные свидания в лучших ресторанах, не редко для этого снимая целые этажи и, улыбаясь, вновь предлагал стать его девушкой.
Ко мне никто и никогда так не относился, как Бенуа. И дело не в дорогих подарках, а во внимании. Стать особенной для кого-то – это невероятное чувство и отказывала я Бенуа лишь потому, что боялась испортить нашу дружбу. А, когда согласилась, сразу дала понять, что для меня эти отношения серьезные. Я воспринимала Бенуа, как свою вторую половинку. Парня, с которым была готова прожить всю жизнь и, рассказывая об этом, боялась, что Бенуа посмеется над моими наивными словами, но парень сказал, что он к этим отношениям относится так же.
Его родители меня хорошо приняли. Я бы даже сказала, что почти, как часть своей семьи и Бенуа был отличным парнем, а я… Я его предала. Я ужасная девушка. Но все еще хотела отношений с Бенуа. Он был для меня очень дорог.
Сердце сжалось невыносимо сильно и я в каком-то лихорадочном порыве обняла Бенуа, лбом прислонившись к груди парня.
– Что с тобой? – Бенуа удивился, но обнял меня в ответ. – Что-то случилось?
Глава 17 Обещаю
Я сразу ничего не ответила, но кивнула. Лишь спустя несколько секунд смогла пробормотать:
– Да, кое-что случилось. Мне нужно поговорить с тобой.
– Пойдем, – Бенуа взял меня за руку и повел к воротам.
Уже вскоре мы оказались на территории сада и парень усадил меня на скамейку в беседке неподалеку от бассейна. Уже начало темнеть и вода в нем красиво подсвечивалась. При этом, остальные фонари еще не зажглись.
– Рассказывай, – Бенуа сел напротив меня, но, из-за того, что беседка была небольшой, мы находились близко друг к другу.
– Я понимаю, что у тебя сейчас и так много проблем…
– Нану, расскажи, что у тебя случилось.
Я сделала глубокий вдох. В голове было столько рванных мыслей и мне о многом следовало рассказать Бенуа, но, в первую очередь, следовало поделиться тем, что тревожило больше всего. Я просто не могла держать это в себе и считала, что Бенуа должен знать правду.
– Тот парень… Доминик Моно. Он ударил тебя из-за меня.
– Из-за тебя? – я заметила на лице парня сильное удивление. На его вопрос взвинчено кивнула и еле слышно продолжила:
– Между мной и им кое-что было, – я замялась. Прикусила губу и опустила взгляд. Сейчас не могла смотреть на Бенуа.
На некоторое время повисла тишина. Наверное, нужно было еще что-то сказать, но я просто не могла собраться с мыслями.
– И что же между вами было? – я почувствовала, что голос моего парня стал тяжелее. Он пропитывался злостью, но я другой реакции и не ждала. На его месте тоже злилась бы.
– Поцелуи, – произнесла на выдохе. Все еще не смотрела на Бенуа, но ощутила то, насколько гнетущей стала тишина, вновь повисшая в беседке. Она очень сильно давила на сознание и буквально разрывала его в клочья. Отдаленно чувствовала, что некоторое время Бенуа сидел неподвижно. Кажется, при этом, опустив взгляд в пол. – Бенуа, я…
Не договорила. Раздался грохот, от которого я сильно вздрогнула всем телом и испуганно вжалась в спинку скамейки. Оказалось, что Бенуа одним движением перевернул столик, разделяющий нас и встал со скамейки. Ко мне близко мне подходил, но я ощущала ярость, исходящую от парня.
– Значит, вот какая ты, Нану? Стоило мне только уехать, как ты тут же крутишь задом перед другим? – в голосе ярость. – Я в Руане только о тебе и думал, а ты… Черт! – Бенуа сделал глубокий вдох и вплел пальцы в волосы. – И это ты считаешь серьезными отношениями? Может, ты заигрывала не только с Моно, но и еще с кем-то?
– Нет, я ничего такого не делала, – я быстро помотала головой. Тоже встала со скамейки, но к Бенуа пока что не подходила. Сердце разрывалось на части от того, что я причинила ему боль. – Я не хотела тебе изменять. Я, правда, люблю тебя и очень дорожу нашими отношениями.
Бенуа поднял взгляд и им буквально опалил меня. В нем огнями пылала злость.
– Не хотела изменять? Значит, Моно насильно тебя целовал? Ты этого не хотела и вырывалась, а он все равно целовал?
Я разомкнула губы и хотела что-то сказать, но не смогла найти подходящих слов. Я действительно не желала поцелуев Доминика и мне хотелось сказать, что, да, это происходило насильно, но не могла считать в этой ситуации себя невинной, ведь толком не сопротивлялась. От поцелуев Доминика теряла рассудок и в этом была моя вина. Мое предательство перед Бенуа. Парня, который являлся моей второй половинкой.
– Нану, посмотри на меня, – сказал Бенуа. – Он приставал к тебе? Проклятье, – парень растрепал волосы на затылке. – Может, ты не знала, но Моно несколько лет провел в колонии и это не просто так. Таким людям, как он, место в тюрьме, – Бенуа опустил пылающий злостью взгляд в пол и сказал: – Я не допущу того, чтобы он опять приставал к тебе. Такой как он, даже находиться рядом с тобой не должен.
В последних словах Бенуа скрывалось куда больше, чем можно было уловить на слух и это на интуитивном уровне полоснуло по моему сознанию острием ножа.
– Ты… Ты хочешь ему что-то сделать? – спросила прерывисто и еле слышно. – Расскажешь отцу о том, что Доминик Моно тебя ударил?
– Думаешь, я и без отца ничего не сделаю?
Я не нашла, что ответить на этот вопрос, но понимала, что, да – сделает. У Бенуа были связи среди жандармерии. Появились они благодаря отцу, но самого факта это не меняло. При этом, к тем, кто был в колонии совершенно другое отношение и даже простой удар можно расценивать, как сильное проявление агрессии и избиение. Тем более, Доминик ударил не простого парня, а сына прокурора и сам по себе он являлся обычным парнем из гетто.
– Не нужно ничего делать, – я покачала головой и прикусила губу. – То, что было, является лишь недоразумением. Я не сказала Доминику, что у меня есть парень и это привело к неразберихе, но я ему уже все объяснила. Он больше не подойдет ко мне.
– Он прикасался к тебе. Целовал мою девушку.
– Бенуа, пожалуйста, не злись, – я попыталась собраться с мыслями и ближе подошла к своему парню, после чего встала на носочки и обняла Бенуа за плечи, спрятав лицо у него на груди. – Я люблю тебя. Очень сильно люблю. Пожалуйста, прости меня за то, что случилось. Я обещаю, что такого больше никогда не повторится, – говорила искренне. Просила прощения, ощущая невыносимую тяжесть своей вины. – Если ты простишь меня, пожалуйста, давай просто забудем про этот случай и начнем с чистого листа. Я понимаю, что прошу слишком много, но… но я правда дорожу нашими отношениями. И я очень скучала, пока ты был в Руане.
Некоторое время Бенуа молчал. Я чувствовала то, насколько тяжелым было его дыхание и злость все еще исходящую от парня. Но, он все же обнял меня и подбородком коснулся моей макушки.
– Ты обещаешь, что такого не повторится?
– Обещаю, – ответила уверенно и сильнее обняла парня. – Для меня есть только ты.
Я говорила правду. Для меня существовал только Бенуа. Я дорожила им и, в тот день, когда приняла решение, что хочу согласиться на его предложение об отношениях, утопала в водовороте размышлений и мое «да» было твердым. Не на время, а на всю жизнь, ведь я не рассматривала отношения, как нечто кратковременное. Понимала, что с Бенуа была готова прожить всю жизнь. Учиться в одном университете и позже съехаться. В мыслях я видела, как мы вместе живем, а потом в нашей семье появляются дети. Иногда путешествия и походы в ресторан. Все тихо и спокойно.
Доминик Моно являлся моей личной пропастью. Тем, кто разрушал мою жизнь за что я его ненавидела и сейчас вообще желала забыть про существование этого человека. Были только я, Бенуа и наши отношения.
– Я тебя тоже люблю, – сказал Бенуа и обнял меня крепче.
Глава 18 Где
Я чувствовала то, что Бенуа все еще злился, но понимала, что так легко он меня не простит. Я сама пыталась поставить себя на его место и понимала, что измена, пусть даже она состояла лишь в поцелуях – это не то, что можно так просто забыть. Но я честно старалась вновь вернуть нас к прежнему общению, в надежде, что со временем эта ситуация сгладится и вовсе забудется. Хотя, я сама себя за нее еще долго буду корить.
– Через три дня выходные. Может, проведем их вместе? – спросила у Бенуа. Мы как раз гуляли по саду. Он был красивым и ухоженным. Даже лучше, чем в особняке моей семьи, ведь мама Бенуа очень любила цветы и трепетно относилась к саду. Из-за этого наняла лучших садовников, специально приехавших сюда из Марселя.
– Давай полетим в Ниццу. Поселимся в Шато де и проведем там пару дней, – сказал Бенуа. Он шел немного впереди и на меня пока что не смотрел.
– Только мы вдвоем? – спросила и увидела, что Бенуа кивнул. Если честно, я считала, что мы встречались слишком мало времени для подобной поездки, ведь, скорее всего, она подразумевала проживание в одном номере, но сейчас не рискнула отказать Бенуа. Тем более, это же не значит, что между нами что-то будет. Просто проведем время вместе. – Хорошо. Давай полетим в Ниццу.
Мы немного обсудили поездку и вероятность того, что в понедельник придется пропустить учебу, чего я очень не хотела, но все же уступила Бенуа. Со временем атмосфера между мной и парнем улучшилась. Бенуа даже несколько раз поцеловал меня и, обняв, притянул к себе. Мне вообще нравилось гулять с ним по саду, но все испортило то, что я упала в бассейн. Просто поскользнулась на плитке и полетела в воду. Поскольку там было глубоко, а плавать я не умела, Бенуа пришлось вытягивать меня.
– В Ницце буду учить тебя плавать, – сказал парень, когда мы полностью мокрые сидели около бассейна и я пыталась отдышаться. Наверное, сейчас выглядела не очень, особенно, если учесть то, что у меня точно потекла тушь.
– Мне нанимали нескольких учителей по плаванью и ни один из них не смог меня научить держаться на воде. Это просто не мое, – я улыбнулась и увидела, что Бенуа улыбнулся в ответ.
– Может, у меня что-то получится, – парень встал на ноги и протянул мне руку.
Уже вскоре, оставляя позади себя мокрые следы, мы зашли в дом и поднялись на второй этаж в спальню Бенуа. Парень достал у себя из шкафа большую футболку и протянул мне.
– Надень это, а я пока что отдам твою одежду горничным. Они приведут ее в порядок.
– А она скоро будет сухой? – спросила и в ответ услышала, что, предположительно, через пару часов.
Мне было очень неловко, но я все же пошла в ванную комнату и там приняла душ, после чего надела футболку Бенуа. К счастью, она была довольно большой, но все равно еле прикрывала попу, из-за чего я постоянно отдергивала ткань и, выходя из ванной, вообще чувствовала себя так, будто на мне не было одежды.
– У тебя нет ничего другого? – спросила, вновь одергивая ткань вниз. – Может, футболка побольше?
– Нет, – Бенуа, отрицательно качнул головой и, когда он подошел ближе, чтобы забрать мою мокрую одежду, наклонился и поцеловал, после чего сказал в губы: – Тем более, мне нравится, что ткань этой футболки немного просвечивается и я могу видеть твою грудь.
Я понимала, что Бенуа шутил, так как ткань была достаточно плотной. Да и парень улыбался, говоря последние слова, но я все равно скрестила руки на груди, пытаясь прикрыться.
– Подожди меня. Я тоже приведу себя в порядок и потом посмотрим какой-нибудь фильм.
Я кивнула и пошла к шкафу с книгами. Их тут было не много, но я нашла кое-что интересное для себя и с этими книгами пошла к кровати, так как другой мебели в комнате Бенуа просто не было. Я легла на живот и немного укрылась покрывалом, чтобы не быть в настолько откровенном виде и, листая книги думала о том, как рассказать Бенуа про мою ситуацию в семье. Мне следовало это сделать как можно быстрее.
Внезапно, тишину, окутывающую комнату, разорвал звук негромкой мелодии. Оказалось, что это мой телефон зазвонил и я, взяв его в руки, посмотрела на высвечивающиеся на экране цифры.
– Кто это? – негромко спросила у самой себя, понимая, что этот номер мне вообще незнаком.
Я нахмурилась, но все же нажала на зеленый значок, горящий на сенсорном экране, ведь очень сильно недоумевала от того, кто мог звонить мне в такое позднее время. Даже немного встревожилась, посчитав, что, возможно, произошло нечто не хорошее. Вот только, я не сразу поняла, что связывались со мной по видеосвязи, но вздрогнула всем телом, когда на экране своего телефона увидела Доминика и он так же сейчас видел меня.
– Где ты? – спросил Моно, а я тут же в лихорадочном движении сделала звук на телефоне тише, чтобы Бенуа не услышал голос Доминика. Я вообще хотела сбросить этот звонок, но, уловив одну странность, быстро надела наушники и спросила:
– Откуда у тебя мой номер телефона? – я округлила глаза и разомкнула губы, но опять посмотрев на экран телефона, заметила еще одну странность и еще сильнее округлила глаза. Так, что они даже начали болеть: – Ты, что, сейчас в моей квартире? Как? Как ты туда попал? Я же закрыла окно.
Глава 19 Разрыв
Моно не ответил на мои вопросы. Просто пропустил их мимо ушей.
– Где ты сейчас, Леконт? – Доминик выглядел уставшим и я только сейчас поняла, что время было за полночь и Моно только вернулся с работы. Я понимала, что вновь попав в мою квартиру он, вполне возможно, увидел остатки супа в раковине и тарелка, из которой он собирался есть, лежала в открытом мусорном ведре.
Взгляд у парня был очень мрачным и практически обжигающим. Сейчас он им скользил по моим мокрым волосам и явно мужской футболке, в которую я была одета. А так же, точно понимал, что я лежала на кровати. Мне стало как-то не по себе и я уже сто раз пожалела о том, что ответила на звонок.
– Ты у него? – от того, как был задан этот вопрос, у меня сознание полыхнуло и в черных глазах Доминика увидела злость. А так же почему-то стало больно, но эта боль была не физическая и вообще будто бы не моя.
– Да, я у своего парня, – ответила еле слышно, хоть и старалась предать голосу уверенности. Мне нужно было поставить точку в том, что происходило между мной и Моно. – Я уже не знаю, как просить тебя оставить меня в покое. Что мне еще сделать, чтобы достучаться до тебя?
– Ты спишь с ним? – взгляд Доминика выворачивал душу наизнанку. Будто бы вовсе вырывал ее и из-за этого хотелось отключить видеосвязь, просто, чтобы он не смотрел на меня.
На вопрос Доминика, я хотела ответить правду. То есть, «нет», но вовремя себя остановила. Моно сразу дал понять, что ко мне у него только физический интерес. При чем, очень грубый. И сегодня он не зашел дальше после того, как узнал, что я девственница. Наверное, решил, что спешить некуда и еще все успеется, а мне от этих мыслей было ужасно горько, но вместе с ними пришло понимание – скорее всего, Доминик потеряет ко мне интерес, если поймет, что я сплю с Бенуа. Поэтому я через силу кивнула и негромко сказала:
– Да.
– Значит, ты солгала мне, – от этих слов по спине пробежался холодок и мысли взъерошило, но я лишь качнула головой и сказала:
– Пожалуйста, уйди из моей квартиры. У тебя есть своя жизнь. Занимайся ею, а меня оставь в покое, – я понимала, что мои слова были очень грубыми, но так требовалось, чтобы раз и навсегда разорвать любую связь между нами.
Из-за разговора с Домиником я была очень напряжена и не услышала того, как открылась дверь, ведущая в ванную и в спальню вернулся Бенуа. Зато, отчетливо услышала его слова:
– Ну, что? Давай еще разок? Я опять хочу тебя.
Я вообще не поняла к чему были эти вопросы и слова, так как в этот момент по телу пробежала паническая дрожь от понимания того, что Бенуа скорее всего, понял, что я разговаривала с Домиником. Слов он услышать не мог, так как я говорила очень тихо. Прямо в динамик наушника, но Бенуа мог увидеть Моно на экране моего телефона. Хотя, может и не увидел, ведь телефон я держала почти под подушкой.
Я хотела оборвать звонок, но в этот момент Бенуа оказался позади меня на кровати и практически до плеч задрал футболку, после чего, одной рукой упираясь в кровать около моей головы, бедрами толкнулся вперед, буквально вжимая меня в кровать и заставляя содрогнуться всем телом от такого сильного толчка. Из-за этого несколько прядей волос упало вперед, частично закрывая лицо.
– Бенуа… – не договорила, так как с моих губ сорвался стон. Парень опять толкнулся бедрами и я грудью болезненно вжалась в книгу, на которой лежала.
Я все еще была в трусиках и ощущала, что на Бенуа были штаны, но Доминик этого не видел. Телефон был расположен так, что Моно открывалась лишь часть картины и сознание ошпарило пониманием того, что мы с Бенуа с такого ракурса выглядели так, словно занимались любовью. Словно Бенуа брал меня.
Все это длилось считанные секунды и вот ладонь моего парня легла мне на подбородок, заставляя обернуться и в этот момент его губы коснулись моих, а я в следующее мгновение скосила взгляд в сторону и скользнула им по телефону. Быстро нажала на красный значок, прерывая звонок, но все же успела увидеть взгляд Доминика. Я его таким раньше никогда не видела. Казалось, что в черных глазах горело и пылало то, что я понять не могла, но, несомненно, меня саму оно могло испепелить.
Разговор прервался и на телефоне появилась привычная заставка.
– Что ты делаешь? – я извернулась и локтем толкнула Бенуа, после чего отползла в сторону, поправляя футболку.
– Ты разговаривала с Моно, – Бенуа был в ярости. Значит, он все же увидел Доминика на экране моего телефона. – И что же он хочет увидеть, когда звонит моей девушке по видеосвязи, когда та в моей спальне? А ты Нану? Вот так ты ему объяснила, что у тебя есть парень? Настолько хорошо, что он звонит тебе по ночам?
– Больше звонить не будет, – сказала на выдохе. – Но ты повел себя ужасно. Бенуа, как ты так мог? Если видел, с кем я разговариваю мог просто накричать. Или сделать еще что-то, но не показывать другому парню, что ты меня… Делать вид будто мы… Чтобы кто-то нечто такое видел…
Мысли рвались на клочья и я не знала, что сказать. В этот момент Бенуа притянул меня к себе и крепко обнял. Так, что все тело начало ныть.
– Я люблю тебя, Нану и сейчас я зол, потому, что вижу, что другой пытается забрать тебя у меня, а я этого очень сильно не хочу. Ответь мне сейчас. Скажи, ты только моя?
Глава 20 Осколки
В эту ночь я поругалась с Бенуа. Да, без повышения голоса и без грубых фраз, но все равно нечто подобное произошло впервые с момента нашего знакомства, ведь за весь последний год между нами не было ни одного недопонимания, но именно сегодня в воздухе повис надлом. Да, не сильный и я понимала, что все это можно поправить, но пока что нам обоим следовало остыть. Немного подумать и уже полностью со свежим сознанием вновь попытаться поговорить. Наладить отношения, ведь я все еще хотела их сохранить. Да, очень сильно злилась на Бенуа за его выходку, но сама во многом была виновата перед ним.
Пока сохла моя одежда, я рассказала Бенуа о том, что произошло в моей семье. Бенуа слушал меня и ни разу не перебил, но я видела, как менялись эмоции на его лице, постепенно нагнетаясь и, лишь после того, как я закончила рассказывать, Бенуа спросил:
– И мама тебе не поверила? – я отрицательно покачала головой, а Бенуа выругался и вплел пальцы в волосы. Он выглядел злым. – Твой отчим… Черт возьми, о чем он думал, когда приставал к тебе? Урод.
– Меня злит только то, что мама сейчас рядом с таким человеком, – сказала правду, но в данное мгновение мне было немного тяжело делиться с Бенуа сокровенными мыслями. Ссора, произошедшая между нами незадолго до этого разговора, все еще сказывалась, хоть и парень уже сейчас держал меня за руку, а я не стала отсаживаться, когда он сел совсем близко ко мне.
Нам действительно следовало остыть и именно по этой причине я ушла из дома Бенуа, как только высохла моя одежда. Парень настаивал на том, чтобы я осталась. Говорил, что мы пара и нет ничего плохого, если мы уже сейчас начнем жить вместе, ведь сама ситуация к этому подталкивала, но для меня это было неприемлемо. Я вообще пока что не могла представить, как буду жить с ним вместе. Спать в одной кровати. Да, понимала, что в будущем мы к этому придем, но не сейчас. Поэтому я сказала Бенуа, что сняла квартиру и мне лучше пойти к себе, ведь, все равно, там были мои вещи, а уже завтра в университете мы встретимся и поговорим. Бенуа негативно отнесся к тому, что я решила уйти и между нами чуть не возникла новая ссора, но остаться у него я не могла.
На улице было темно и уже немного прохладно. Как раз был День всех святых и по этой причине метро работало на один час дольше, чем обычно и я, наверное, могла бы успеть доехать до Шампиньи, но, во-первых, не знала, как работали RER. Во-вторых, опасалась в Шампиньи встретить Доминика. Хотя, чего мне его бояться? Сегодня между нами была поставлена остаточная точка.
Но, все же, я вызвала такси и на нем доехала до восьмого округа. Не так уж и много заведений работало после одиннадцати вечера, но одно я знала и направилась туда. Села за один из пустующих столиков и заказала себе кофе. Долго пила его и смотрела в окно на сейчас не работающие бутики. Улицы в этих районах были настолько узкими, что казалось, витрины роскошных магазинов находились чуть ли не за стеклами кофейни.
Делать было нечего, поэтому я достала телефон и в сети читала статьи, которые были связаны с моей учебой и из кофейни ушла лишь в полшестого, когда начало работать метро. Перед университетом мне следовало привести себя в порядок и переодеться, поэтому я все же поехала в Шампиньи. Уже оказавшись в гетто, от станции RER до дома, в котором снимала квартиру, доехала на такси и к себе заходила очень осторожно.
В моей квартире было очень темно и я сразу включила свет. Прошла к коридору и около спальни заметила что-то на полу. Это был разбитый на части телефон Доминика. Множество деталей лежало на полу и экран превратился в нечто мало узнаваемое.
Я наклонилась и начала собирать части телефона, чувствуя, как сердце почему-то пропускало удары и при виде этих осколков ладони подрагивали. Они словно были пропитаны дикой яростью и чем-то острым. Будто бы болью.
Собрав все, что осталось от телефона, я посмотрела на детальки просто не зная, что с ними делать. Наверное, стоило выбросить их. Все равно это уже не починить. Да и мне не хотелось подходить к Доминику, чтобы отдать разбитый телефон. Нам вообще теперь лучше не подходить друг к другу, но я все же не могла понять, почему он так разозлился, что даже разбил телефон.
Я пошла на кухню, ведь именно там находилось мусорное ведро, но, как только зашла туда, застыла на месте. Около стола на полу находилось несколько довольно больших пакетов. Я положила остатки телефона на стул и посмотрела на то, что было в них. Оказалось, что там лежали продукты. При чем, не дешевые, ведь продукты таких марок часто встречались на кухне в особняке моей семьи.
Казалось, что в этих пакетах было все. Я даже нашла две коробочки конфет. Тоже далеко не дешевых. Я бы даже сказала, что они одни из самых дорогих.
Я понимала, что все это принес Доминик. Зачем? Видел, что у меня в холодильнике пусто? Но я понять не могла, почему парень, который, по сути, одевается в простую и явно не дорогую одежду, потратил очень немало денег, чтобы принести для меня все это? Еду, которая для меня была более привычна, ведь сейчас я экономила и делала более бюджетные покупки.
Я ненадолго закрыла глаза и поджала губы. Я совершенно не понимала Доминика Моно, но, наверное, это к лучшему. Несмотря ни на что, он был человеком, от которого мне следовало держаться подальше.
Оставив все это на кухне, я пошла в ванную комнату. Очень долго принимала душ, а потом неторопливо собиралась в университет. Примерно в половину восьмого вызвала такси и на нем доехала до станции, при этом получив сообщение от Бенуа. Он написал, что будет ждать меня около университета.
Глава 21 Плохой парень
Это утро для меня было ужасным. Из-за бессонной ночи тело преодолевала усталость, но мысли все еще путались. Я так и не выбросила телефон Доминика. Более того, все разбитые части положила в прикроватную тумбочку. Зачем я это сделала? Если честно, понятия не имела. Все равно, не было смысла его отдавать. Более того, я больше никогда не собиралась подходить к Моно.
Уже будучи около Сорбонны, я постоянно оглядывалась по сторонам. Не понимала, зачем я это делала, но взглядом искала Доминика. Мысленно решила, что это потому, что хотела понять, где он находился, чтобы избегать этого места, но Моно нигде не видела. Зато, сразу заметила Бенуа.
Он около круглого фонтана стоял вместе с моими подругами. Жаклин, держа в руках стаканчик с кофе, смотрела куда-то в сторону, а Дезири, встав на носочки и положив ладонь на плечо Бенуа, что-то говорила ему на ухо, при этом улыбаясь, но, увидев меня, она отстранилась и помахала мне рукой:
– Привет, – подруга подбежала ко мне и обняла. – Как ты? Выглядишь уставшей.
Бенуа тоже подошел и, наклонившись, поцеловал, после чего положил ладонь мне на талию и притянул к себе. Он вел себя так, словно и не было вчерашней ссоры. Наверное, так даже лучше – не копаться неприятных событиях, а просто начать все с чистого листа, но на душе все равно было как-то тяжело и я, не сумев сдержаться, отстранилась от Бенуа. По взгляду парня, поняла, что ему это не понравилось, но, чтобы хоть как-то сгладить обстановку, улыбнулась ему.
– Пойдем, поговорим, – Бенуа все же опять положил руку мне на талию и повел за собой к зданию Сорбонны.
Мы поднялись на второй этаж и зашли в пустую аудиторию. Почему-то я сразу подошла к окну и посмотрела во двор университета. Там было множество студентов, но Доминика я все еще не видела, зато, заметила Обена Турнье. Он, вместе со своей девушкой и еще несколькими парнями стоял около лестницы. Я не знаю, как такое возможно, но Обен, будто бы почувствовав мой взгляд, поднял голову и словно безошибочно посмотрел на окно, за которым я находилась. Понимала, что он меня видеть не мог, но тут же немного отошла от подоконника.
– Что ты решила? – спросил Бенуа. – Переедешь ко мне жить?
– А? – я пропустила мимо ушей его вопросы, потому что вновь посмотрела в окно, но на этот раз в другое. Мне было странно от того, что я еще не видела Моно. Раньше, казалось, что стоило мне прийти в университет, как я его тут же везде встречала.
– Куда ты смотришь? – Бенуа подошел ближе и тоже посмотрел в окно. – Ищешь взглядом Моно? – в голосе послышалось сильное раздражение. Я не понимала, как он понял, кого именно я пыталась найти в толпе студентов, но после вопроса Бенуа, мне стало жутко совестно. Вот что я творила? Мне вообще следовало забыть про Доминика, а я, находясь рядом со своим парнем, думала про него. Я качнула головой и попыталась перевести тему разговора.
– О чем ты хотел поговорить?
– Нану, ты серьезно? Разговариваешь со мной и при этом выискиваешь Моно взглядом?
– Прости, – сказала негромко, опустив голову. Не стала говорить, что делала это потому, что опасалась встретиться с Домиником.
Нам так и не удалось нормально поговорить. Бенуа злился и уже скоро началась лекция, а я не могла пропускать занятия, ведь учебой очень сильно дорожила.
– Давай уже после учебы пойдем куда-нибудь погуляем. Просто пройдемся и поговорим, – предложила Бенуа и, уходя на лекцию, встала на носочки, после чего поцеловала парня в щеку.
Мне действительно нравилось учиться и я обожала свою специальность – политическая философия и этика, поэтому, слушая преподавателя, я отвлеклась. На перемене встретилась с подругами. Услышав о том, что после занятий мы с Бенуа собирались пойти погулять, Дезири сказала, что присоединится к нам, так как ей было скучно, а планов на вечер не было, а, услышав, что мне и Бенуа следовало провести время вместе, кажется, немного обиделась на меня.
– Вот значит как? – спросила она, надув губки. – Появился парень и ты забыла про подруг? Теперь с нами время не проводишь, а только с ним?
– Дезири, прекрати, – Жаклин цыкнула. – Логично, что начиная отношения, они захотят хоть иногда гулять только вдвоем. Не лезь, – девушка как-то раздраженно выбросила в мусорное ведро упаковку с соком, который пила и, развернувшись, пошла прочь, а Дезири побежала за ней.
Мне все это показалось странным и я хотела пойти за девчонками, но застыла на месте. В другом конце коридора увидела Моно и он как раз шел в мою сторону.
Не знаю почему, но я вжалась спиной в стену и притихла. В ладони немного сдавила стаканчик с кофе и отвела взгляд в сторону, но, когда Доминик был совсем близко, не удержалась и посмотрела на него.
Его лицо не выражало никаких эмоций, но глаза были чрезмерно мрачными. Даже более черными, чем обычно и мне показалось, что за ними скрывалась целая бездна. Страшная и жуткая. Одет Доминик был в привычные джинсы и белые кеды, но клетчатая рубашка, виднеющаяся поверх белой футболки, мятая и волосы растрепанные, будто парень взъерошил их ладонью и плевать хотел на свой внешний вид.
Я думала, что Доминик не заметит меня, так как в мою сторону даже не смотрел, но, когда он проходил мимо меня, повернул голову и наши взгляды встретились. В этот момент я поняла, что все – это конец. Мне действительно лучше больше не подходить к Моно. При чем, об этом твердил даже его взгляд. Будто предупреждал, чтобы я держалась подальше. И сколько же в нем было пренебрежения.
Сделав глубокий вдох, я отвернулась, после чего поднесла к губам стаканчик с кофе. Внутри все сжалось, но, наверное, я даже была рада тому, что все закончено. Я ведь именно этого и добивалась. Теперь могла сосредоточиться на том, чтобы исцелить мои отношения с Бенуа. Даже хотела пойти и поискать его, но не успела. Ко мне подбежала Абель и ввергла в шок фразой:
– Нану, твоя мама в больнице. Я не знаю всех подробностей, но, кажется, твой отчим ее избил.
– Что?.. – спросила вмиг пересохшими губами. Нервы накалились и дыхание застряло в горле. Я выронила из ладони стаканчик с кофе, но даже не заметила этого. – Что произошло? Как сейчас мама? В какой она больнице?
– Она в Мон Луи. Я честно не знаю всех подробностей. Мне мама позвонила и попросила, чтобы я рассказала тебе об этом.
Я несколько раз растеряно моргнула, а потом сразу подрагивающими пальцами достала телефон. Позвонила Бенуа, чтобы попросить его отвезти меня в Мон Луи, но его номер сейчас был в не зоны доступа. Я еще два раза попыталась дозвониться, но ничего не получилось. Уже хотела вызывать такси, но Абель сказала, что отвезет меня. Вернее, не она сама, а ее парень у которого была машина. Мы за считанные минуты нашли его, а потом так же быстро добрались до больницы. Я растерянно поблагодарила за помощь, после чего быстрым шагом пошла искать маму. Вернее, палату, в которую ее поселили, мысленно молясь, чтобы ее не отправили в неотложку.
Медсестра, к которой я обратилась за помощью, сказала, что моя мама действительно у них. Ничего страшного с ней не произошло, но мой отчим поставил ей несколько синяков, вывихнул руку и сейчас мама находилась в состоянии истерики. Надеясь, что мое присутствие поможет успокоиться, меня пустили к маме, но, стоило мне войти в палату, как мама мне сказала:
– Пошла вон, – она была заплаканной и под глазами уже виднелись красные синяки. От этого у меня сжалось сердце и я подошла ближе к кровати.
– Мам, как ты?.. – спросила очень тихо. Хотела взять ее за руку, но мама отдернула ее и схватила с тумбочки чашку. Замахнулась ею на меня и уже прокричала, чтобы я убиралась прочь из ее палаты. После этого, несмотря на то, что я пыталась с ней поговорить, медсестры вывели меня в коридор, сказав, что если на меня такая реакция, мне не безопасно находиться рядом с мамой.
– Видно, то, что произошло, очень сильно повлияло на нее, – сказала мне медсестра, так же объяснив, что моя мама сейчас просто не в себе и врач уже скоро выпишет ей необходимые лекарства. В первую очередь, успокоительные. – Ваша мама будет лечиться по страховке? Если да, пожалуйста, привезите Кард Виталь(1).
Я кивнула и уже собиралась уходить, чтобы взять из дома все необходимое и привезти в больницу, но меня остановили жандармы. Они сказали, что заявление об избиении подали горничные, которые услышали крики моей мамы, а потом и нашедшие ее в таком состоянии в спальне. Они же и вызвали скорую, но моя мама отвергала то, что ее избили. Говорила, что просто упала. Защищала отчима. Да и пока она была в состоянии истерики, жандармам не было смысла разговаривать с ней. Зато, они хотели поговорить со мной.
– Ваш отчим сбежал, но раз заявления нет, он может вернуться, – сказал мужчина в форме.
– И ничего сделать нельзя? – я злилась на отчима. Не понимала, что произошло, но разве можно оставить его безнаказанным? – Мой отец…
– Нам известно о том, что ваш отец при жизни был корпусным генералом жандармерии, – перебил меня мужчина. – Но ваша мать сама виновата в том, что связала жизнь с таким человеком и теперь его защищает. Мы ничего сделать не можем и в данной ситуации можем лишь предупредить, чтобы вы держались подальше от этого человека. Магазины вашего отчима явно сильном убытке и из вашей матери он тянул деньги. Есть предположения, что он замешан еще в кое-каких делах.
– В каких делах? Если это противозаконно, вы можете наказать его за это.
– Мы ничего сделать не можем, – коротко сказал жандарм, а меня буквально затрясло от такого безразличия, но уже сейчас появилось ощущение того, что приближается нечто нехорошее.
Жандармы не стали дальше разговаривать со мной и ушли, а я еще некоторое время стояла на месте. Мысли путались и ощущался такой приторный вкус безнадежности, но я постаралась взять себя в руки. Сейчас главное мама. Может, когда ей станет лучше, она все же подаст заявление на отчима и жандармы хоть что-то сделают. Я действительно опасалась того, что мама опять сойдется с отчимом, раз защищала его сейчас. Она достойна хорошего мужчины.
Стараясь экономить, я не брала с собой много денег, поэтому доехать на такси до шестнадцатого округа не могла. Еще находясь около больницы, опять позвонила Бенуа, ведь сейчас я так сильно нуждалась в его помощи, но, так и не сумев это сделать, я положила телефон в рюкзачок, после чего побежала на метро. Все еще немного путалась в станциях, поэтому вышла на несколько кварталов раньше, чем следовало, но эту местность я отлично знала и по этой причине безошибочно побежала к особняку моей семьи.
Бегать в туфлях очень неудобно и, к тому же, моя физическая форма была не в самом лучшем состоянии, из-за чего, буквально через квартал мне пришлось замедлить шаг, чтобы перевести дыхание. Еще и в боку покалывало так, что боль расплывалась по всему телу.
– Да что же такое? – прерывисто спросила, приложив ладонь к боку. Очень сильно волновалась за маму и хотела поскорее вернуться в Мон Луи, поэтому, несмотря на боль, постаралась пойти побыстрее. Даже попыталась сократить путь, из-за чего пошла через проулки, но, из-за взвинченности сознания, не услышала шаги позади себя.
– Уеш-уеш(2), Нану Леконт, – услышав грубоватый мужской голос, я резко обернулась и увидела позади себя какого-то верзилу. По виду – сущий бандит и то, что он знал мое имя, меня знатно насторожило. Я панически оглянулась вокруг, но поняла, что в проулке были только мы вдвоем и отдаленно понимала, что, скорее всего, этот мужчина шел за мной давно. Выжидал удобного случая и вот он наступил. – Подскажи-ка мне, где сейчас Брис Виардо, – верзила пошел ко мне, называя имя моего отчима. Судя по всему, он его искал.
– Простите, но я не знаю, где он, – я отрицательно покачала головой и, понимая, что мне срочно нужно убираться отсюда, а именно, хотя бы добраться до людной улицы, я развернулась и собралась бежать, но увидела, что из другого конца проулка, в нашу сторону шел еще один верзила. В этот момент первый мужчина схватил меня за руку и, дернув на себя, сказал:
– Сейчас ты пойдешь с нами. Попытаешься кричать и я порву тебя на части.
– Мне больно, – зашипела, но мужчина на это не обратил никакого внимания и лишь сильнее сжал ладонь, после чего буквально потащил за собой. – Пожалуйста, отпустите. Я, правда, не знаю, где Брис Виардо.
– Заткнись, – цыкнул верзила, после чего буквально зашвырнул меня на заднее сиденье, какого-то старого и потрепанного автомобиля, сильно покрытого грязью и ржавчиной. Этот мужчина сел рядом со мной и своими руками стиснул меня, чтобы я не вырывалась, а я все равно завозилась, ощущая сильный запах пота, исходящий от этого бандита.
Второй мужчина сел за руль и машина, заскрежетав, двинулась с места. У меня сердце стучало так, словно было готово в любой момент разорваться на части и в голове ни одной мысли. Сознание вообще опустело и лишь в некой панической буре я пыталась понять, что вообще происходило. Эти мужчины по какой-то причине искали моего отчима. Почему? Что он сделал? В голове мелькнули слова жандармов, но я все равно ничего не понимала и лишь раз за разом говорила:
– Я не знаю, где он. Совершенно не знаю. Пожалуйста, отпустите. Пожалуйста…
Мужчины не обращали внимания на мои слова, а я, хоть и смотрела в окно, скоро перестала понимать, куда мы ехали. Осознавала лишь то, что мы приехали в какой-то неблагополучный район и мужчины завернули в очередной проулок и уже вскоре меня выволокли из машины, а я, не сумев удержаться на ногах, упала на грязный бетон. Испуганно оглянулась вокруг и поняла, что мы находились во дворе какого-то заброшенного пятиэтажного здания. Вернее, судя по всему, это был задний двор.
– И что мы с ней будем делать? – спросил тот мужчина, который сидел за рулем. – Вдруг она действительно не знает, где Виардо?
– Плевать. Ее мамаша точно знает. Изобьем ее дочурку, чтобы ее поселили в соседнюю палату. Может, эта идиотка одумается и расскажет, где эта мразь.
От разговора мужчин мне стало дурно и я тут же поднялась на ноги, после чего побежала в сторону проулка, но ладонь с кривыми пальцами сжала ворот моей блузки и дернула назад, так что я обратно упала на бетон, до крови стесав кожу около бедра.
– Куда собралась? – мужчины сильнее сжал мою блузку. – Давай, говори, что знаешь и мы решим, что с тобой делать.
– Я не знаю, почему вы ищете Виардо, но, пожалуйста, я вас умоляю, решайте это с ним. Зачем вы в это втягиваете меня и мою маму? Мы никому и ничего плохого не сделали, – испуганно прошептала.
– Ничего не сделали? – мужчина засмеялся, а потом наклонился ко мне и спросил: – Так, что, ты нам ничего интересного не скажешь? Я же тебе ноги переломаю. Потом никогда нормально ходить не сможешь. Будешь хромать, – мужчина схватил меня за волосы и проволок по бетону, а у меня слезы на глазах появились от боли. – Давай, говори, что знаешь.
– Я… Я… – прошептала, не зная, что сказать. Понимала, что мне нужно солгать. Соврать о месте нахождения моего отчима, в надежде, что меня отпустят, но это нужно было сделать правдоподобно. Иначе будет только хуже.
Пока я панически размышляла, что сказать, второму мужчине, который стоял немного в стороне, позвонили и он ответив, сказал:
– Да? Да. Мы как раз ее поймали. Джун ей ноги собрался ломать. Эта девка, судя по всему, ничего не знает. Что?… Серьезно?… Да, конечно, – мужчина прекратил разговор, после чего обратился к тому верзиле, который меня держал. – Отпусти ее. Твою мать, Джун, отпусти ее, быстро. Но смотри, чтобы не убежала.
– Что случилось? – мужчина отпустил меня и сказал сидеть на месте, иначе он продолжит то, с чего закончил, но, при этом пошел к другому верзиле. Я не слышала о чем они разговаривали, но видела, что выражение лица того, который обещал мне ноги переломать, изменилось. Я понятия не имела, что происходило, но внутри все сжалось от страха и, пока была возможность, я опять попыталась сбежать. Незаметно сняла туфли и поднялась на ноги, но даже до проулка не успела добежать. Мужчина догнал меня. Перехватил и перекинул через плечо и вернул на место. Усадил на бетон, после чего сказал:
– Сиди тихо. Убежать не получится.
Но, больше он мне не угрожал. Просто встал рядом и следил за тем, чтобы я даже лишнего движения не сделала. Я делала частые вдохи, но, кажется, совершенно не дышала. Несколько раз просила отпустить меня, но мольбы остались без ответа. Отчаявшись, я спросила, что со мной хотят сделать, но и эти слова будто бы прозвучали в пустоту.
Наверное, прошло не больше десяти минут, которые для меня, казалось, длились целую вечность, после чего, во двор этого заброшенного здания заехал джип. Новенький и будто бы блестящий – настолько он был чистым, а я, сжав подрагивающие ладони в слабые кулаки, смотрела на то, как из этого джипа вышло трое мужчин. Все в обычной одежде. В брюках и кофтах с длинными рукавами и под горло, но вся их одежда была черного цвета.
– Вот девчонка. Мы ее не трогали. Она целая и невредимая, – тот мужчина, который стоял около меня, поднял руки, после чего добавил: – Все, мы передаем ее вам и уезжаем.
Эти двое верзил очень быстро пошли к своей старой машине и уже вскоре она, со скрежетом уехала. А я все так же неподвижно сидела на месте и испуганно смотрела на тех, кто только что приехал в проулок. Они казались мне еще более пугающими, хоть и не угрожали. Эти мужчины вообще молчали и просто в стали по разные стороны двора, каждый, примерно в пяти метрах от меня. Почему-то напоминали цепных псов.
– Кто вы? – спросила прерывисто. – Что вы собираетесь сделать со мной?
Мне ничего не ответили, но, в этот момент, мой телефон, лежащий в рюкзачке, пикнул, оповещая о пришедшем сообщении. Естественно, я даже не подумала брать телефон в руки – понимала, что это опасно, но один из мужчин, сказал:
– Ответь.
Для меня все, что происходило, казалось страшным кошмаром и я не могла уловить связь происходящего. Мой отчим, те двое громил и эти мужчины. Теперь телефон. Зачем он сказал мне ответить? Не понимала, но достала телефон, с трудом подрагивающими пальцами открыв змейку на рюкзачке.
Возникла мысль попытаться кому-то незаметно позвонить и сообщить о своей беде, но один из мужчин наблюдал за мной, из-за чего я не рискнула этого делать. В первую очередь сделала то, что он сказал и открыла сообщение. Оно пришло с неизвестного номера и в нем было написано:
«У тебя дар влипать в неприятности».
Я несколько раз перечитала сообщение, а потом подняла растерянный взгляд и посмотрела на мужчин. Тот, кто писал мне, знал, что я в таком положении. Поскольку мне позволяли ответить, я тут же написала:
«Кто ты?».
Ответ пришел довольно быстро, но для меня ожидание показалось, что длилось вечность. Я быстро открыла и скользнула взглядом по тексту, но то, что я прочитала, заставило мою кровь застынь и сердце пропустить удар.
«Когда-то ты называла меня плохим парнем».
Плохой парень… Плохой парень… Был только один человек, которого я так раз за разом называла и это въелось мне в память. Этого человека, как и все связанное с ним, невозможно забыть, но, нет, это не может быть он. Это просто невозможно.
«Я не понимаю о чем ты» – написала сообщение и ответ пришел буквально через несколько секунд:
«Санари-Сюр-Мер».
Мои руки дрогнули и я чуть не выронила телефон. По телу пробежала острая дрожь и нервы накалились до такого предела, что, казалось, я сейчас сгорю вместе с ними. Санари-Сюр-Мер – это город, в котором я шесть лет назад познакомилась с одним парнем. Его и называла плохим. Имени не знала, ведь сразу не спрашивала его, а потом он мне его не говорил. Почему именно «плохой парень»? Я слышала, что он был из очень богатой и влиятельной семьи, но она была связана с криминалом. Да и этот парень действительно являлся плохим…
Сердце отбивало барабанную дробь и я больше не дышала, но быстро написала ответ:
«Я не знаю, откуда тебе известно про Санари-Сюр-Марн и про парня, которого я называла плохим, но, если ты как-то узнал об этом, тебе так же должно быть известно, по какой причине я в жизни не поверю, что ты он. Пожалуйста, прекрати. Напиши, кто ты и зачем все это».
Я хватала воздух пересохшими губами, но не могла сделать ни вдоха. Дрожь усилилась и я с трудом держала пальцами телефон, а ответа все не было и не было. Лишь спустя какое-то время телефон опять пикнул и на экране появилось:
«Считай до пяти».
– О, боже… – сорвалось с моих губ и сознание будто бы полоснуло острием ножа.
Там, в Санари-Сюр-Марн, мне было тяжело и я часто волновалась. Тот, кого я называла плохим парнем, никогда меня не успокаивал и лишь однажды, когда мне было особенно плохо, он сжал мои волосы и притянул к себе, так, что я своим лбом прикоснулась к его. Смотря в мои глаза, он сказал:
«Считай до пяти. Давай. Один. Два. Три. Четыре. Пять…»
Я не понимала, зачем это нужно, но срывающимся от волнения голосом повторяла за ним. Раз за разом. Раз за разом. Один. Два. Три. Четыре. Пять… Не знаю почему, но смогла успокоиться и позже, когда сильно волновалась, всегда считала до пяти. Но… Откуда человек, который сейчас мне писал эти сообщения, знал про счет?
«Прекрати. Откуда ты об этом всем знаешь?» – я долго писала эту строку, ведь пальцы не попадали по буквам и вновь ответа не было не малое количество времени. Или просто для меня время остановилось и каждая секунда длилась вечность?
«Ты изменилась. Я не сразу тебя узнал. Только, когда увидел цепочку, которую тогда подарил тебе».
Это сообщение ударило по мне, словно молот. Тогда, в Санари-Сюр-Мерн я действительно выглядела иначе. Волосы были короткими и я была очень худой – если бы на меня одели обычную футболку и штаны, я бы вообще сошла бы за мальчишку. Еще носила очки и брекеты. И цепочка… Та вещь, которой я так сильно сейчас дорожила, действительно была мне подарена тем парнем. В этом и состоял парадокс – настолько ценную для меня вещь дал тот, от которого мне следовало держаться подальше. Но сейчас это не мог быть он. Это не плохой парень.
Пришло новое сообщение:
«Ты до сих пор меня не узнала».
«Потому, что тем, за кого ты пытаешься себя выдать, ты не можешь быть» – написала ответ.
«Думай, кто я» – пришло сообщение, а за ним следующее, будто подсказка – «Я тоже учусь в Сорбонне».
«Пожалуйста, перестань. Чего ты от меня хочешь? Зачем все это пишешь? Кто ты?»
Позади меня хлопнула дверца машины я хотела обернуться, но пришло сообщение:
«Не советую» – будто намек на то, что мне не следовало оборачиваться и я почему-то послушалась. Осталась сидеть, боясь даже пошевелиться. При этом, слышала приближающиеся шаги. Кто-то подошел совсем близко и теперь стоял за моей спиной.
«Это ты сейчас рядом со мной?» – написала сообщение.
«Да».
По спине пробежался холодок и я подрагивающими губами спросила:
– Чего ты хочешь?
«Сначала узнай меня».
Я думала, что мне ответят так, без сообщений, но ошиблась. Он не хотел, чтобы я его слышала, или видела, но я все же поднялась на ноги. Спиной ощущала его присутствие и, не сдержавшись захотела обернуться, но тот, кто стоял позади меня, пресек это. Положил ладонь на мои глаза и одним рывком притянул к себе, из-за чего я спиной столкнулась с чьим-то торсом.
Дыхание застряло в горле и я не смогла сделать ни вдоха, а нервы еще сильнее натянулись. Казалось, что еще немного и они порвутся. Некоторое время мы так стояли и я опасалась даже пошевелиться, но уже вскоре он убрал ладонь от моего лица, но в воздухе будто повисли не сказанные слова – не оборачивайся. А я и не смела, но почувствовала, что он писал новое сообщение:
«Кто я?».
Я опять хотела сказать, что не верю в то, что он является тем парнем, которого я называла плохим, но понимала, что эти слова ни к чему не приведут. Да, это не мог быть он, но, если… А, вдруг… Кто? Несмотря на то, что прошло уже шесть лет с тех событий произошедших в Санари-Сюр-Мерн, я помнила этого парня. Он мне снился в страшных кошмарах, но сейчас, пытаясь понять, кем он мог быть я впала в ступор.
– Ты Обен Турнье? – спросила еле слышно. Нет, не похож. Не те черты лица. Или те? За шесть лет можно сильно измениться, особенно, если учесть то, что я видела того парня только в подростковом возрасте. Люди в это время меняются и взрослеют. Но я сомневалась, что это Обен. Назвала его лишь потому, что вспомнила о том, как он смотрел мне на грудь, когда я сидела во дворе Сорбонны. Тогда там была цепочка. Он мог смотреть на нее.
«Еще варианты есть?» – пришло сообщение.
– Не знаю… – пробормотала и прикусила губу. Закрыла глаза. Кто же? Кто? Кто мог быть тем самым плохим парнем? Попыталась более отчетливо вспомнить черты лица. – Ты… Ты Доминик Моно? Или нет?..
Не знаю, почему назвала его. Он тоже видел мою цепочку и, кажется, у него скулы похожие. Но… Нет. На того парня он так же похож, как и Обен. Я вообще сейчас ориентировалась на то, что не изменится с возрастом. У того парня, которого я называла плохим, волосы были черного цвета. Как и глаза. А еще кожа смуглая, но под это описание подходили не только Обен и Доминик, а вообще чуть ли не двадцать или тридцать процентов парней из Сорбонны. Даже Бенуа подходил. И мою цепочку мог видеть, кто угодно.
«Еще варианты?»
– Ты не можешь быть тем, за кого себя выдаешь, – сказала в отчаянии. – Просто не можешь. Прекрати это.
Еще не понимала, что этими словами разозлила. Повторяя их раз за разом, пробудила чудовище.
Некоторое время была тишина. Долгая и гнетущая, а потом я почувствовала, что он опять писал сообщение: