В 1818 году на Красной площади появился самый первый памятник в Москве. Он и сейчас стоит перед собором Василия Блаженного. На постаменте[1] надпись: «Гражданину Минину и князю Пожарскому благодарная Россия». За что же этим людям такая честь: первый в Москве памятник, на главной площади столицы да ещё и с благодарностью от всей страны? А дело в том, что в конце шестнадцатого – начале семнадцатого века на нашу землю пришла большая беда. После смерти царя Иоанна Четвёртого (Ивана Грозного) и его сыновей не осталось в России законного правителя. Новым царём стал боярин[2] Борис Годунов, но народ не любил его. Люди шептались о том, что это Борис Годунов приказал убить сына Ивана Грозного царевича Дмитрия, чтобы самому стать царём.
Вскоре один за другим стали объявляться самозванцы – обманщики, выдававшие себя за царевича Дмитрия, которому будто бы чудом удалось спастись. В стране начались раздоры и беспорядки, и поэтому Россия стала лёгкой добычей для иноземных за воевателей. Они напали на нашу страну и уже делили её на части. Но народное ополчение[3], которое собрали и возглавили Минин и Пожарский, спасло Россию от неминуемой гибели. Вот за это их и почитают как героев и спасителей Отечества!
В старинном замке неподалеку от польского города Сандомира жил воевода[4] Юрий Мнишек. И была у него дочь Марина, которую все считали красавицей. Правда, черты её лица не были идеальными, а тонкие губы и узкий подбородок придавали ему хитрое выражение. Но мужчины, раз увидев Марину, не могли забыть взгляд её прекрасных чёрных глаз. К ней сватались многие знатные юноши, но она всем отказывала. Сидя перед зеркалом и любуясь своим отражением, Марина мечтала о прекрасном принце, который увезет её в свой дворец. И вот однажды взволнованный отец вошёл в её комнату и сказал, что к ним в гости приехал русский царевич Дмитрий.
Марина надела лучшее платье, красиво убрала свои роскошные чёрные волосы и с замиранием сердца спустилась в большой зал. К ней с поклоном подошел рыжеволосый человек маленького роста. Его нос был похож на башмак, а на лбу и на щеке поселились две большие бородавки. Марине он показался некрасивым и совсем не понравился. К тому же оказалось, что у него и царства-то нет. Он ещё только собирался стать русским царём. Совсем о другом женихе она мечтала, а этот Дмитрий и вовсе не был похож на настоящего царевича!
Хитрая и осторожная Марина не напрасно сомневалась. Царевич действительно был не настоящий, а самозванец, выдававший себя за сына царя Ивана Грозного. В историю нашей страны он вошел под именем Лжедмитрий (то есть «ложный Дмитрий») Первый.
Обманщика, который присвоил себе имя давно умершего царевича Дмитрия, на самом деле звали Григорием Отрепьевым. Раньше он был монахом и жил в древнем Чудовом монастыре, что стоял в Московском Кремле неподалёку от царского дворца. Отрепьев был человеком умным и старательным, знал иностранные языки, умел красиво писать, поэтому игумен[5] монастыря часто брал его с собой во дворец. Там Григорий своими глазами увидел, в каком богатстве живёт русский царь. А потом долгими ночами, лёжа на жёсткой постели в монастырской келье[6], думал о том, что жизнь монаха скучна и тяжела. Такой человек, как он, – умный и смелый – достоин большего.
И родился в голове Отрепьева хитроумный план. Он решил назваться царевичем Дмитрием, которого верные слуги спасли от убийц, подосланных Годуновым. У молодого монаха закружилась голова и перехватило дыхание, когда он представил себе, что из бедной холодной кельи может перебраться в царский дворец, жить в роскоши и править огромной страной! Отрепьев стал по секрету рассказывать другим монахам о том, что он – царевич Дмитрий. Он будто бы долго скрывался, а теперь вернулся в Москву, чтобы прогнать Бориса Годунова и занять царский престол, который принадлежит ему по праву. Люди слушали, удивлялись, пересказывали эту историю друг другу, так что вскоре об этом узнал и царь Борис. Он приказал немедленно арестовать опасного монаха. Да только поздно было – Григория Отрепьева уже и след простыл.
Он сбежал из Москвы и пробрался в Польшу. Там Лжедмитрия приняли с почестями, как настоящего царевича. Польские паны[7] наперебой звали его в гости, надеясь хорошенько поживиться, когда он станет править Россией. Вот и Мнишек пригласил его пожить в своем замке. А как только Лжедмитрий увидел Марину, он понял, что именно такая девушка должна стать его женой. Самозванец обещал ей, что прогонит Бориса Годунова, станет русским царём, а Мари на будет царицей. А ещё он подарит ей русские города Новгород и Псков. И гордячка Марина, отказавшая многим знатным и богатым женихам, согласилась выйти за него замуж. Уж очень хотелось ей стать русской царицей!
Польский король Сигизмунд Третий помог Лжедмитрию собрать наёмное войско для похода на Москву. За это самозванец обещал отдать полякам Смоленск и другие города, которые они давно уже хотели захватить. Осенью 1604 года Лжедмитрий со своей армией перешёл границу и вступил на русскую землю. В городах и сёлах его встречали с хлебом-солью, ведь людям так хотелось верить в чудо и в то, что он – настоящий царь, а значит, будет править мудро и справедливо. На Руси царя считали отцом всего народа и называли «царь-батюшка».
А что же Борис Годунов? Он, конечно, знал, что на Москву идёт армия Лжедмитрия, посылал против него войска. Но царские воеводы почти все сражения проиграли. Борис Годунов так сильно был этим огорчён, что заболел и умер. А вскоре после его похорон самозванец въехал в Москву.
Радостно встречал народ Лжедмитрия. Толпы людей стояли вдоль дороги, по которой он ехал в Кремль. Но вскоре сомнения стали одолевать москвичей: а настоящий ли это царь? Все увидели, что русские обычаи он не уважает, окружил себя иностранцами, над боярами насмехается, называет их невежами. Поляки, приехавшие с Лжедмитрием в Москву, свысока поглядывают на москвичей, обижают их. А царю будто и дела нет до этого – целыми днями пирует во дворце, ездит на охоту и устраивает праздники. За три месяца он потратил два с половиной миллиона рублей на развлечения и подготовку к приезду своей невесты Марины Мнишек.
Но гордая полячка не торопилась ехать к жениху и отправилась в путь только после того, как получила от Лжедмитрия богатые подарки. Никогда ещё царская невеста не путешествовала с такой пышностью: Марина сидела в карете, запряжённой двенадцатью белыми лошадьми и украшенной серебряными орлами, а при въезде в Москву её встречали праздничной пальбой из пушек и барабанным боем. За каретой Марины следовали две тысячи вооружённых польских всадников.
Оглушённые грохотом пушек москвичи удивлялись: где это видано, чтобы гости на свадьбу приезжали закованными в латы и с оружием, будто на войну? Поляков разместили в самых богатых московских домах. Они забирали себе лучшие припасы, а если кто-то из хозяев сопротивлялся, тут же затевали драки и хватались за оружие.
Целую неделю поляки веселились в Кремле на свадьбе Лжедмитрия и Марины. А москвичи тем временем готовились к восстанию против самозванца. И вот 17 мая 1606 года в четыре часа утра, когда Лжедмитрий сладко спал в своём дворце, ударили в набат[8] по всей Москве, и народ побежал в Кремль.
Лжедмитрий проснулся от набатного звона и очень испугался. Он быстро оделся и выпрыгнул в окно, но убежать не смог. Его окружила толпа москвичей. Лжедмитрий просил не убивать его, говорил, что он настоящий царь, но никто ему уже не верил. С самозванца сорвали царские одежды, а потом застрелили. Расправившись с Лжедмитрием, народ бросился искать Марину Мнишек, но её спрятала под своей широкой юбкой служанка. Подоспевшие бояре укрыли Марину в потайной комнате. Свою жизнь горделивая полька закончила в подмосковном городе Коломне. Её заточили в башню кремля, и с тех пор эта башня так и называется – Маринкина.
После смерти Лжедмитрия Первого беды не закончились, и мирная жизнь так и не пришла на русскую землю. Один за другим появлялись новые самозванцы. Каждый из них объявлял себя царём и собирал войско, а потом разбойничал на больших дорогах, грабил города и сёла. Люди прятались в лесах, а по опустевшим деревенским улицам бродили медведи и волки.
Правители соседних государств внимательно следили за тем, что происходит в нашей стране. Они решили, что настал удобный момент, чтобы захватить русские земли, о которых давно мечтали. В Россию вторглась польская армия и осадила город Смоленск, а в северных землях хозяйничали шведы. Страшное разорение пришло на Русь. Повсюду разъезжали отряды иноземных захватчиков и банды грабителей.
Испуганные бояре повели себя как трусы и предатели и пригласили править нашей страной польского королевича Владислава. Но самое ужасное было в том, что они открыли крепостные ворота и впустили вражеское войско в Москву! В ожидании приезда Владислава поляки распоряжались в столице как хозяева. Они заставляли купцов продавать им товары по самым низким ценам, а то и просто отбирали силой. Польские гусары[9] свободно разъезжали по улицам города, а москвичам запретили выходить из дома в тёмное время и приказали сдать оружие, топоры и даже ножи. Тех, кто не послушался, казнили.
Но москвичи всё равно тайно привозили в город оружие и готовились к восстанию против незваных гостей.
Патриарх[10] Гермоген рассылал письма в русские города, призывая народ собраться и пойти на Москву, чтобы освободить ее от завоевателей. Об этих письмах узнали бояре-изменники и заточили старого патриарха в подземелье Чудова монастыря. Гермогену не давали воды и пищи, так что он вскоре умер от голода и жажды.
Между поляками и москвичами постоянно возникали споры и драки, а 17 марта 1611 года очередная ссора переросла в настоящее сражение. Среди мирных жителей было много убитых и раненых. Весть об этом распространилась по городу, и народ взялся за оружие. Люди несли со своих дворов сундуки, корыта, тащили телеги и брёвна. Они перегораживали улицы, забрасывали солдат камнями, стреляли по ним из-за плетней и с крыш домов. Поляки поняли, что не смогут справиться с восставшим народом. И тогда они решили поджечь Москву. Деревянные дома вспыхнули, как спички. Люди метались в дыму и пламени, пытаясь потушить пожар и спасти своих близких из огня. Теперь вражеским солдатам никто не оказывал сопротивления, и они смог ли занять большую часть города.
Только на Лубянке[11] поляки вынуждены были отступить. Здесь на их пути встал воевода Дмитрий Михайлович Пожарский. Он происходил из древнего и знатного рода. Князя Пожарского москвичи любили и уважали за храбрость и верность воинскому долгу. Он не раз сражался с захватчиками и разбойниками, разорявшими русские земли. И всегда «против врагов стоял крепко и мужественно». Когда в Москве началось восстание, Пожарский, не раздумывая, поспешил на помощь москвичам.
Он собрал своих слуг и жителей соседних домов и велел им выстроить укрепленный острожек[12]. С Пушечного двора[13] привезли несколько пушек, так что подошедших поляков встретили артиллерийским огнём. Два дня москвичи под командованием Пожарского сопротивлялись врагам и даже атаковали их, заставляя отступать. Но силы были неравными. Солдаты раз за разом штурмовали острожек, польское командование бросало сюда всё новые и новые силы. Почти все защитники острожка погибли, а Дмитрий Пожарский был ранен в голову и упал на землю, обливаясь кровью. Верные слуги вынесли князя с поля боя, положили в повозку и отправили в Троице-Сергиев монастырь под Москвой.
Пожарский долго лечился в монастыре, а потом отправился в село Мугреево неподалеку от Нижнего Новгорода, где жила его семья. Рана Пожарского оказалась очень тяжёлой. Лечение продвигалось медленно, и даже через несколько месяцев после ранения князь всё ещё не был здоров. Пожарский и не думал тогда, какую роль предстоит ему сыграть в освобождении России!
Другой спаситель Отечества – Кузьма Минин – жил в Нижнем Новгороде. Этот богатый торговый город возник в том месте, где река Ока впадает в реку Волгу. Здесь пересекались многие торговые пути, так что деньги в городскую казну тоже текли рекой. Кузьма Минин был торговцем, человеком небогатым, но нижегородцы его очень уважали. Бывало, случится неурожай, и другие купцы сразу цены поднимают, чтобы нажиться на общей беде. А Минин – не таков, и всё равно торгует честно, по совести. Кузьма видел, какое разорение пришло на нашу землю, и думал день и ночь о том, что может он, простой человек, сделать для спасения России. И вот однажды приснился купцу странный сон: будто он во главе огромного войска идёт освобождать Москву от завоевателей. Сон этот Кузьма видел три раза, но никому о нём не рассказывал. Зачем народ смешить: ишь какой воевода выискался – пожилой торговец мясом!
Как-то раз на площади Нижнего Новгорода собралась толпа, чтобы послушать письмо, которое тайно привезли в город. Из этого письма узнали нижегородцы о том, что враги в Москве убили многих жителей и подожгли город, грабят дома, монастыри и церкви. А бояре-предатели сидят в Кремле и ждут, когда прибудет польский королевич, чтобы стать русским царём. Со слезами на глазах слушали горожане рассказ о бедном патриархе Гермогене, которого морят в тюрьме голодом за его призывы к народу собраться и пойти освобождать Москву. На площади стоял и Кузьма Минин. Когда он вышел вперед и начал говорить, толпа затихла.
– Доколе будем дожидаться, что придёт кто-то и спасёт наше Отечество? – с горечью спрашивал нижегородцев Кузьма. – Соберём деньги, снарядим народное ополчение и освободим Москву от врагов и предателей!
Сам Минин отдал почти всё своё имущество на создание ополчения. Его жена принесла украшения: серьги, броши, бусы, кольца. Тогда и остальные стали вносить свою долю и вступать в войско. Жители других городов, узнав о том, что нижегородцы собираются освобождать Москву, прислали продовольствие, деньги, оружие. Заведовать казной поручили Кузьме Минину. Он считал каждую копейку, расходовал деньги с умом, так что у ополченцев были и кони, и хорошее оружие, и сытная еда.
А в Нижний Новгород прибывали всё новые и новые отряды из других городов. Собралось большое войско, и теперь нужно было найти того, кто будет командовать ополчением. Нижегородцы понимали, что это должен быть человек известный и уважаемый, опытный воевода, который не раз одерживал победы над врагами. И тогда Кузьма Минин предложил позвать Дмитрия Пожарского. Князь был ещё очень слаб, и далёкий военный поход мог погубить его. Но возглавить ополчение он согласился, потому что понимал: настало время, когда для спасения родной земли каждый должен сделать всё, что в его силах.
В начале марта 1612 года собранное войско двинулось к Москве. Во главе ополчения стояли Минин и Пожарский.
Последнюю остановку перед Москвой Минин и Пожарский решили сделать около Троице-Сергиевого монастыря. Нужно было дать отдых усталым ратникам и лошадям, подтянуть обозы с продовольствием и оружием. Наконец 18 августа войско выступило по направлению к столице. День выдался ненастным, сильный ветер дул ратникам в лицо, в воздухе носились тучи песка, идти было тяжело. Но как только последние воины покинули лагерь у монастырских стен, ветер переменился и теперь яростно дул им в спину. Казалось, сама природа подгоняет ополченцев. А спешить было нужно! Верные люди донесли Пожарскому, что к Москве на помощь полякам, засевшим в Кремле, идёт большое войско под командованием Яна Ходкевича – лучшего полководца польского короля.
И вот народное ополчение подошло к Москве. Больно было смотреть на то, что осталось от процветавшего и богатого города: груды развалин, пепелища и обгорелые печные трубы в тех местах, где когда-то стояли дома. Суровые воины не могли сдержать слёз, глядя на разорённый город. Они понимали, что от грядущего сражения зависит судьба родной земли, и готовы были стоять насмерть. Тем временем польское войско тоже подошло к Москве и остановилось на ночлег. Солдаты отдыхали перед решающей битвой.
Утром 22 августа гусары Ходкевича выступили из лагеря. Они двигались стройными рядами, ветер развевал знамёна и флаги на длинных пиках. Под лучами утреннего солнца искрились серебром их доспехи, в такт поступи лошадей покачивались перья на сияющих шлемах.
Князя Пожарского не испугал грозный вид польских рыцарей, и он атаковал их первым. Завязалась жестокая битва. Ходкевич бросил в бой все свои силы, а с крепостных стен по воинам Пожарского стреляли из пушек поляки, сидевшие в Кремле. Ополченцам пришлось отступить, и сражение переместилось на узкие улочки Москвы. Грохот орудий, звон клинков, треск ружейных выстрелов, крики сражающихся и стоны раненых слились в сплошной гул. Семь часов длилось кровопролитное сражение, и силы ополченцев были на исходе. Но тут им на помощь пришло подкрепление. Дело в том, что Пожарский, опасаясь атаки поляков в Замоскворечье[14], ещё перед началом боя отправил туда часть своей кавалерии. И когда поляки уже думали, что побеждают, наша конница внезапно переправилась через Москву-реку и ударила во фланг[15] врагу. Ходкевич понял, что может лишиться всего своего войска, и приказал отступить.
Однако на этом сражение не закончилось. Ещё два дня шли бои по всему городу. Особенно жестокая схватка разгорелась 24 августа в Замоскворечье. В самый тяжёлый момент Кузьма Минин вызвался ударить в тыл противнику. Но воеводы даже слушать его не захотели. Они были уверены, что Кузьма погубит людей – ведь он никогда не командовал войском. Но князь Пожарский видел, что вера Минина в скорую победу заражает других людей и поднимает их боевой дух. Он дал ему триста всадников, и Минин переправился через Москву-реку и атаковал врага. Поляки, не ожидавшие удара, обратились в бегство. Увидев это, ополченцы с новой силой обрушились на вражеских солдат, так что Ходкевич думал теперь только о том, как бы спасти остатки своей гибнущей армии. Он увёл войско от Москвы, и захватчикам, сидевшим в Кремле, больше не на кого было надеяться.
Поляки, хозяйничавшие в Москве почти два года, времени даром не теряли. Они ограбили царский дворец, кремлёвские соборы, палаты бояр. У них было столько драгоценностей, что солдаты вместо пуль вставляли в ружья жемчужины и стреляли ими по москвичам. Конечно, они надеялись увезти все эти богатства домой и не хотели сдаваться. Пожарский приказал войску ополченцев окружить Кремль, взять поляков в осаду. Среди захватчиков, запертых в крепости, как в мышеловке, начался страшный голод. Оказалось, что за всё золото московских царей невозможно купить даже чёрствую хлебную корку. Так и не дождавшись помощи от польского короля, в начале ноября враг сложил оружие. Первыми из ворот Троицкой башни Кремля вышли изменники-бояре. Им было стыдно смотреть в глаза ополченцам и москвичам, собравшимся у кремлёвских стен. За ними потянулись голодные и оборванные поляки.
Минин и Пожарский решили устроить парад в честь победы. Войска освободителей вошли на Красную площадь с двух сторон, соединились у храма Василия Блаженного, а оттуда торжественным маршем через Спасские ворота вошли в Кремль. По всему городу ударили в колокола, разнося радостную весть о том, что Москва освобождена от иноземных завоевателей!
А спустя год в России появился новый царь – Михаил Романов. Его выбрали всем миром, и в стране постепенно стала налаживаться спокойная жизнь.
Россия не забыла своих героев. Вокруг стен Московского Кремля стоит несколько памятников, напоминающих нам об этом суровом и героическом времени в истории нашей страны. На Красной площади навеки застыли фигуры Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского. Нижегородский купец протягивает меч раненому князю, призывая возглавить войско освободителей Москвы.
Там же, на Красной площади, рядом с Историческим музеем красуется нарядный Казанский собор. Когда-то на этом месте стояла деревянная церковь, которую построил Дмитрий Пожарский в честь иконы Казанской Божьей Матери. Эта икона сопровождала народное ополчение и вместе с ним пришла в Москву. Перед иконой воины молились накануне грозного сражения у кремлёвских стен и одержали великую победу!
В Александровском саду, раскинувшемся у стен Московского Кремля, в 2013 году открыли памятник патриарху Гермогену.
А 4 ноября вся страна празднует День народного единства в память о том подвиге, который совершил наш народ в 1612 году.
Постамент – красиво оформленное основание, на котором устанавливается скульптура.
Бояре – знатные и богатые люди, владеющие большим количеством земель.
Народное ополчение – войско, в которое люди вступали добровольно ради защиты своей Родины.
Воевода – военачальник, командующий войском.
Игумен – настоятель (главный священник) монастыря.
Келья – комната монаха в монастыре.
Пан – барин, господин, знатный человек.
Набат – сигнал к сбору людей в случае пожара или другого бедствия, подаваемый ударом колокола.
Гусар – легковооружённый всадник.
Патриарх – глава Русской православной церкви.
Лубянка – Лубянская площадь находится в центре Москвы.
Острожек – небольшая крепостная стена из заострённых кверху брёвен, вкопанных в землю.
Пушечный двор – место в Москве, где изготавливались пушки.
Замоскворечье – местность на противоположном от Кремля берегу Москвы-реки (за Москвой-рекой).
Фланг – боковая сторона боевой шеренги.
В 1818 году на Красной площади появился самый первый памятник в Москве. Он и сейчас стоит перед собором Василия Блаженного. На постаменте[1] надпись: «Гражданину Минину и князю Пожарскому благодарная Россия». За что же этим людям такая честь: первый в Москве памятник, на главной площади столицы да ещё и с благодарностью от всей страны? А дело в том, что в конце шестнадцатого – начале семнадцатого века на нашу землю пришла большая беда. После смерти царя Иоанна Четвёртого (Ивана Грозного) и его сыновей не осталось в России законного правителя. Новым царём стал боярин[2] Борис Годунов, но народ не любил его. Люди шептались о том, что это Борис Годунов приказал убить сына Ивана Грозного царевича Дмитрия, чтобы самому стать царём.
Вскоре один за другим стали объявляться самозванцы – обманщики, выдававшие себя за царевича Дмитрия, которому будто бы чудом удалось спастись. В стране начались раздоры и беспорядки, и поэтому Россия стала лёгкой добычей для иноземных за воевателей. Они напали на нашу страну и уже делили её на части. Но народное ополчение[3], которое собрали и возглавили Минин и Пожарский, спасло Россию от неминуемой гибели. Вот за это их и почитают как героев и спасителей Отечества!
Лжедмитрий Первый
В старинном замке неподалеку от польского города Сандомира жил воевода[4] Юрий Мнишек. И была у него дочь Марина, которую все считали красавицей. Правда, черты её лица не были идеальными, а тонкие губы и узкий подбородок придавали ему хитрое выражение. Но мужчины, раз увидев Марину, не могли забыть взгляд её прекрасных чёрных глаз. К ней сватались многие знатные юноши, но она всем отказывала. Сидя перед зеркалом и любуясь своим отражением, Марина мечтала о прекрасном принце, который увезет её в свой дворец. И вот однажды взволнованный отец вошёл в её комнату и сказал, что к ним в гости приехал русский царевич Дмитрий.
Марина надела лучшее платье, красиво убрала свои роскошные чёрные волосы и с замиранием сердца спустилась в большой зал. К ней с поклоном подошел рыжеволосый человек маленького роста. Его нос был похож на башмак, а на лбу и на щеке поселились две большие бородавки. Марине он показался некрасивым и совсем не понравился. К тому же оказалось, что у него и царства-то нет. Он ещё только собирался стать русским царём. Совсем о другом женихе она мечтала, а этот Дмитрий и вовсе не был похож на настоящего царевича!