Последнее воплощение Первой
– Представляешь! Мало им того, что превратили людей в подопытных крыс с этим их поклонением вселенскому замыслу. Так теперь им необходимо перерождение Великой Матери!
Оксана с упрямым видом смотрела сквозь оконное стекло, будто надеялась, что вот-вот произойдет что-либо посреди красочного сада, что изменит сегодняшний день раз и навсегда. Но масштаб личной трагедии вряд ли смогло бы переплюнуть рядовое событие, а всё необычное, что могло произойти с Оксаной, уже произошло. Если пять лет назад ей кто-либо сказал, что однажды на Землю прилетят инопланетяне, и они же выберут её на роль Великой Матери, то она точно вызвала бы для рассказчика скорую помощь со смирительной рубашкой наготове. Но не сегодня.
Спустя несколько лет исполнения роли Матери всего человечества, его гласа и воли, Оксана уже начинала забывать свою прошлую жизнь, ту, которая осталась до первого контакта с ивелиями (так называли себя новые друзья землян). Предаваясь воспоминаниям о прежней себе, Великая Мать всё больше погружалась в состояние внутреннего созерцания. Будто наблюдала за своим прошлым со стороны, с каждым разом всё сильнее отдаляясь от разыгрываемой в мыслях сцены, словно она была лишь зрителем. Или сочинителем? Может быть такое, что на самом деле ничего из её воспоминаний не происходило на самом деле? А вдруг это всё влияние ивелиев? Вдруг они подмешивают что-то в её еду и напитки? Неспроста же они держат Великую Мать подальше от её «детей» в строго охраняемом дворце посреди города, который они построили для самих себя. Да, она живет среди них не первый год, она общается с ними от имени всех землян, и что ивелии, что большая часть людей, почитают её как избранную Вселенной душу, ведущую всех к свету, прогрессу и открытию тайн космоса. Столь ответственная миссия. А разбивается она о конечность жизни Великой Матери, банальность физиологического бытия.
Оксана тяжело вздохнула, глядя на переливающуюся всеми цветами радуги листву сада. Среди тонких изогнутых стволов чужеродных для Земли деревьев то и дело мелькали такие же тонкие ивелийские фигуры садовников.
– Скажи хоть что-нибудь!
Она обернулась и, чуть надув губы, уставилась на Руслана. Тот словно не шевелился всё время их разговора, продолжая внимательно изучать расположение шахмат на доске.
– Да уж! Двигать фигурки по клеткам куда важнее, чем разговаривать с Великой Матерью! – Оксана тяжело выдохнула, будто закипевший чайник испустил пар, – будь этот чин неладен. Чувствую себя зверьем в зоопарке.
– Для зверья ты неплохо тут устроилась, – наконец выдал Руслан, попрежнему не отрываясь от черно-белых фигурок.
– Ты меня вообще слушал?
– Конечно слушал. Я не могу иначе, когда я рядом.
Оксана знала, что это искренняя правда, поэтому деланное недовольство Русланом быстро улетучилось. Она приблизилась к нему и присела у его ног так, чтобы быть практически на одном уровне с шахматной доской и заглянуть ему в глаза.
– Они хотят чтобы я родила следующую Великую мать. Вернее ту, что станет ею, когда я умру. И родить мне придется от очередного «избранного Вселенной». От кого-то из тех, кого они вывели в высшие круги, кого назвали достойными быть строителями новой реальности. Да там, в кого ни плюнь, все слишком сильно уверовали в своё предназначение. Это же ужас! Понимаешь?
– Понимаю. Было бы странно, если бы не понимал. Но до сегодняшнего дня тебя не особо пугала фанатичность твоих соратников. А даже наоборот. Ты всячески ею пользовалась, потому что это облегчило твои задачи. Человечество медленно, но верно движется к гармоничному сосуществованию с ивелиями. А теперь тебя пугает то, что кто-то из избранных управлять людьми от твоего имени станет генетическим отцом твоего же наследия.
– Это даже звучит отвратительно, – голос Великой Матери источал горький яд.
Его голубые глаза замерли, стоило ему посмотреть на Оксану. Он предчувствовал, что либо она бескрайне разозлится, либо безутешно расплачется. Исход зависел от его слов.
– Не надо так убиваться, не стоит оно того. Живи этой жизнью. Да, возможно, ты не планировала такую духовно-политическую карьеру. Да, возможно, не так ты себе представляла момент, когда встанет вопрос о детях. Но тут уже ничего не изменить. Ты хоть и Великая Мать, но ты пленница великого вселенского замысла, которому так рьяно поклоняются ивелии. И кто знает, к чему приведет этот замысел, если ты откажешься следовать ему.
Без долгих рассуждений было ясно, что подобный шаг для Оксаны закончился бы «разжалованием» и избранием новой Великой Матери. Ведь пусть она трижды подходила на роль избранной самой вселенной путеводной звезды, религия и дипломатия ивелиев не позволила бы им просто так распрощаться со смыслом их прибытия на Землю. За годы правления Тайилея, как её называли религиозные наставники землян на собственном языке, уяснила самый важный принцип ивелийского мироустройства – в нём нет случайностей, а следовательно, не могло быть ошибок. Если окажется, что она не является тем самым Воплощением Первой, Основного Принципа, Фундаментального Закона, то для жрецов и хранителей древнего учения это будет означать лишь одно – необходимость продолжить поиски среди миллионов генетических линий и сочетаний землян, более тщательно рассмотреть и изучить природу человеческой сущности и её способностей.
И чтобы подобный исход не стал неожиданностью для ивелиев, те продолжали изучение землян, не смотря на то, что пять лет назад нашли подходящую кандидатуру на роль Великой Матери.
Оксана это знала. Ведь инопланетные наставники не прекратили изучать и её.
Поместив Великую Мать в обособленный ото всего мира дворец, прозванный Сердцем Союза, ивелии не столько обезопасили почти мистическую фигуру Тайилеи от внешних посягательств недовольных (и, наоборот, крайне довольных) фанатиков, политиков и общественных деятелей, сколько создали удобные условия для наблюдения за живой иконой. Иконой, подаренную заблудшему человечеству, чтобы отсталый вид наконец устремился по пути развития, выгодному старшему космическому брату.
Чем больше Оксана погружалась в культуру и обычаи ивелиев, чем больше понимала их истинные мотивы прибытия на Землю, вплетенные в религиозные догмы о Замысле Вселенной, тем тише становился её голос в моменты, когда она оставалась наедине с теми, кто не входил в великие планы. Руслан был первым в списке таких личностей. И произошло это или по великой случайности или по великому замыслу вселенной. Но не смотря на то, что судьбой ему было уготовано оставаться фигурой нон грата в трактовке древних предсказаний с далеких планет, для Оксаны он был слишком важен в прошлом и в настоящем. И она чувствовала, что в будущем его важность никуда не исчезнет. Где-то на уровне подсознания, Оксана была готова переложить их общую с Русланом историю на рельсы Замысла Вселенной. Ведь не просто же так, когда-то давно, до того, как человечество внезапно получило ответ на извечный вопрос «Одни ли мы во Вселенной?», Оксана и Руслан поженились.
– Ты прекрасно знаешь к чему это приведет. – Она отстранилась, качнувшись и бросив беглый взгляд на шахматное поле, поднялась.
– Знаю, – Руслан вздохнул не то было опечалено, не то устало, – как и знаю насколько ты упряма в борьбе с обстоятельствами, даже во вред себе и своим планам.
– И почему я так хорошо не знаю то, что происходит в твоей голове? – Оксана коротко фыркнула и уселась в кресло напротив, вновь устремив взгляд на умиротворяющий вид за окном.
– Знаешь. Тебе надо лишь представить это.
Сердце сжалось в груди от холодного ощущения тоски. Но Оксана продолжила спокойно улыбаться, наблюдая за тем, как лучи солнца играют среди причудливой листвы.
***
Долговязый силуэт Грасты Оберегающей Дом скользнул в дверном проёме, словно приведение. Ивелийка торопливо наводила последние штрихи к очередной встрече Великой Матери с очередным избранником, пока сама Великая усталым взглядом наблюдала за отточенными движениями личной охранительницы.
– Не понимаю, к чему все эти трудности для обычной беседы, – Оксана шумно выдохнула.
– Эта беседа необычна, Тайилея. Она слишком важна для нашего общего будущего.
– Вот именно! Слишком.
Граста выглянула из-за двери и моргнула вертикальными веками. Её большие глубокие глаза явно выражали вопрос. Казалось, что она перестала дышать от замешательства.
– Я имею ввиду, что ты преувеличиваешь значение этих… – Оксана хмыкнула, – бесед.
– Великая Матерь хочет указать на бессмысленность процедуры?
Тайилея обнадеживающе улыбнулась. Ивелийка задумчиво продолжила:
– Но как вы выберите подходящего мужчину?
Сияние улыбки резко сменилось очередным недовольным вздохом:
– А может быть я не хочу его выбирать.
– Никто не может сделать это за вас.
– Но варианты-то вы выбрали, – вспыхнула Оксана, вцепившись острым взглядом в сконфуженную ивелийку, – почему бы не пойти дальше? Выберите за меня наиболее подходящего.
Граста выпрямила длинную шею. Несколько раз моргнув, как она делала это когда о чем-то крепко задумывалась, спокойно выдохнула:
– Великая Матерь знает, что мы не вправе выбирать. Наша задача – разглядеть подсказки Вселенной, обнаружить лучшие варианты исполнения Замысла. Мы нашли Великую Матерь в вас, и вы провели человечество через агонию безумия, отрицания и гнева, показав людям истинный путь, по которому мы все пройдём. Но путь Вселенной очень долог. Ни вы, ни я, ни наши внуки и правнуки не увидят его финал, не постигнут его истинную суть. Но мы можем приблизить его, воспользовавшись нашими расширяющимися знаниями, прошлым опытом и современными инструментами. Генетическое отслеживание ивелиев, обеспечившее нам выживание в тысячелетней миграции, открыло Великую Матерь в вас, и точно также открыло лучшие варианты для продолжения вашего рода. А Замысел Вселенной предполагает, что окончательный выбор, зависящий от вашей воли, сформирует правильное направление нашего общего пути.
Не первый раз Оксана слушала о Замысле, пути, ключевом выборе и её собственном предназначении. И была уверена, что не последний. Порой ей хотелось высказаться о глупости подобного положения вещей, и о том, что на месте столь технологически продвинутого народа, как ивелии, глупо слепо следовать ископаемым трактатам с давно почившей планеты. Но каждый раз вспоминала, что эти «глупости» спасли жизнь ивелиям, привели их на Землю и сделали её, некогда обычного ветеринарного врача, в сакральную Великую Матерь. В этих ископаемых текстах с давно почившей планеты нашлось место для человека с другого конца галактики. Эта мысль заставляла мозг взрываться от непостижимости бытия и изнывать от неспособности узреть тот самый Замысел Вселенной.
– Получается, кого бы я не выбрала, это будет верное решение? То самое, необходимое для преодоления пути, уготованного Космосом для нас.
– Именно, – на мгновение Оксане показалось, что Граста улыбнулась своим маленьким ртом, что было нехарактерно для ивелиев как выражение радостных эмоций. Обычно мимика мелкого лица выражалась в моргании, поблёскивании и еле заметном изменении цвета глаз. Ведь они были самой большой и заметной частью серых лиц инопланетян. Порой можно было не заметить, как шевелятся губы ивелия, и принять его речь за телепатию, увлекшись заглядыванием в тёмную глубину его глаз. Хотя подобными сверхспособностями никто из них не обладал. По крайней мере, о себе так говорили сами ивелии.
– А если я не выберу? – Деланно успокоившись, невзначай выпалила Оксана.
– Мы продолжим поиски подходящего варианта, – Граста качнула головой, на мгновение замолкла, но вскоре добавила, – пока вы не выберите.
Когда ивелии прибыли на Землю, первым, что они рассказали про себя, было заявление о их врожденной непреклонной честности. И почему-то Оксана безоговорочно верила в это. Возможно, поэтому она так увлеклась их идеями и вскоре, обнаружив себя в избранной роли, быстро приняла многое о чем вещали инопланетные учителя, и всячески способствовала научению остального человечества и борьбе с противниками нового мироустройства. Но её никогда не покидало ощущение, что ивелии, пусть и не врут, но что-то недоговаривают. Было ли это следствием личного опыта Оксаны или осознанием пробелов в собственных знаниях, Великой Матери лишь предстояло выяснить.
– Надеюсь, моего жизненного века хватит на это. – Оксана сверкнула саркастичной улыбкой.
За пять лет верного служения Великой Матери в качестве наставницы и телохранителя, Граста выучила проявления некоторых эмоций своей избранной подопечной. Её не смущали ни безграничная человечность Тайилеи, ни излишняя эмоциональность, нехарактерные для последователей Великого Пути, вынужденные порой принимать бескомпромиссные решения, требующие соблюдения установленных правил и ограничений. Но здесь, на Земле, после тысячелетнего скитания по космосу, казалось, что ивелии могли расслабиться и позволить себе больше не думать о том, как сохранить своему народу жизнь. Они наконец могли приступить к новой ступени своего предназначения. Космические кочевники принесли благую весть человечеству, и готовы обучить их всему, чтобы вместе постичь тайну мироздания. Не больше ни меньше. Граста знала, насколько эта идея завораживала Оксану, и каждый раз замечала, как та, делая глубокий вздох, перевоплощалась в Тайилею по щелчку пальцев. В Тайилею осторожно демонстрирующей свою человечность и эмоциональность на людях. Грасту до сих пор увлекал вопрос – кого видят земляне, смотря на серьезное лицо их Матери, слушая её холодный голос, когда той приходилось обращаться к народу Земли и говорить с ним от имени ивелиев, донося целесообразность их идей и изменений. Задаваясь этим вопросом, каждый раз ивелийка представляла фанатичный трепет землян пред ликом Тайилеи. Но каждый раз тщательно скрывала свой восторг, который она ощутила впервые пять лет назад.
Но сохранится ли этот восторг, если придет другая Великая Матерь? Этот вопрос обеспокоил Грасту совершенно недавно, ровно в тот момент, когда строгое лицо Тайилеи перекосила ярость Оксаны. Произошло это в то мгновение, когда совет хранителей Голоса Прошлого заикнулся о необходимости родить будущую Великую Матерь. В памяти Грасты этот момент отпечатался очень ярко. Словно от красивого старинного изваяния откололся кусок, и тут же пришло горестное осознание, что это изваяние больше не будет выглядеть идеально. Тайилея стала другой.
– Вы Великая Мать, Тайилея. Вселенная не зря уготовила вам этот путь.
Ивелийка поклонилась, сложив ладони у солнечного сплетения и скрылась из виду.
Оксана наконец свободно вздохнула. Ощущение обреченности подкрадывалось семимильными шагами. Она бросила взгляд на Руслана, всё время сидевшего в кресле в углу комнаты. Он заметил отчаяние жены по её глазам.
Вскоре в дверном проёме появился первый кандидат. Тайилея холодно поприветствовала мужчину.
***
– Граста, сколько ещё сегодня?
– Остался ещё один гость, Тайилея.
Оксана тяжело выдохнула:
– Вот и не поймешь. То ли радоваться, то ли сокрушаться. Всего ещё одна пустая беседа. Всего ещё один человек, который жил себе спокойно, а тут в одночасье оказался идеальным генетическим материалом для будущего человечества. Всё бы ничего, но не у всех хватает мудрости и сил справится с такой… ответственностью.
– Вам незачем торопиться с выбором. Сегодня ваша задача ознакомиться со всеми вариантами. Выбрать можете и позже. Скорее всего, к тому моменту многие из вариантов свыкнуться с их предназначением. И будут вести себя более уверенно в вашем присутствии. И тогда вам будет легче оценить их внутренние качества.
– Я не об этом беспокоюсь, Граста. Странно превращать решение родить дитя в ярмарку генетически здоровых самцов, не учитывая такие понятия, как симпатия, любовь, желания и тому подобное.
– Но ведь вы вольны выбрать того, кто вам понравится. Для этого вы и беседуете со всеми, кого выбрал комитет генетического отслеживания.
– У землян с этим всё немного проще. Тут же нет такого комитета.
– Тогда почему проще? – Граста вновь удивленно моргнула, – люди в вопросе размножения слишком хаотичны и расточительны.
Оксана поняла, к чему клонится этот разговор, поэтому не дала ему развиться, перебив Грасту:
– Давай покончим на сегодня с этими бессмысленными беседами. Пригласи последнего.
– Вы уже готовы? Вам что-нибудь нужно сейчас?
– Да, готова. Нет, не нужно. Единственное, что я сейчас хочу как можно быстрее остаться наедине со своими мыслями. Поэтому не тяни, пожалуйста.
Охранительница коротко кивнула и скрылась за дверью.
Спустя пару минут в комнату вошел молодой мужчина. Ничто в его светлой внешности не выдавало растерянности или завороженности моментом. Оксана смерила гостя взглядом и плавным движением руки пригласила его к столу, на котором было всё для небольшого чаепития.
– Великая Матерь, – мужчина поклонился и принял приглашение.
– Вы знаете зачем вы здесь, – голос Оксаны звучал ровно и уверенно, – расскажите о себе что считаете нужным рассказать. Не припомню, чтобы мы были знакомы.
Мужчина, не коснувшись ни чашки, ни угощений, столь же уверенно ответил:
– Всё верно, Великая Матерь. Мы не знакомы. Я назначен на пост в совете природопользования совершенно недавно. Всего два месяца назад.
– И уже повезло лично беседовать с Великой Матерью, – Оксана располагающе улыбнулась.
– Да. На такой успех я не рассчитывал. – Мужчина не стал скрывать смущение.
Тенью Граста скользнула в комнату и тихонько заняла своё обычное место у двери. Оберегать Воплощение Первой было основным её предназначением. Поэтому ивелийка практически всегда была где-то рядом. И за пять лет Оксана успела привыкнуть к безмолвному присутствию верной охранительницы.
– Как вас зовут? – Тайилея с заинтересованным видом склонила голову вбок, всматриваясь в черты лица посетителя.
Где-то на задворках сознания она уловила нечто знакомое, но изворотливо убегающее от её взгляда. Будто с самой первой секунды, как гость оказался на пороге комнаты, она смотрела, но не видела.
– Руслан.
В мгновение клубок смешанных эмоций взорвался, как фейерверк. Но точённое лицо Тайилеи не дрогнуло, сохранив под маской спокойствия всё замешательство. Теперь она видела. Гость был похож на её мужа. Слишком.
– Прелестное имя, – потянувшись к чашке, отметила Оксана.
Гость довольно улыбнулся.
– Не находите ли вы, Руслан, нашу встречу немного неловкой?
– Да, без сомнений. Есть такое. Кажется, будто я под наблюдением.
– Поверьте так и есть, – Оксана выдала этот факт, как нечто несерьезное, – но, в Сердце Союза по другому не бывает. Тут слишком много важных лиц для нашего всеобщего будущего. И вы теперь в их числе. Советую, расслабиться и принять всё как есть.
– Будет нелегко, но я постараюсь.
– Может быть, хотите задать какой-нибудь вопрос мне?
Руслан задумался, продолжая всё также игнорировать чайный сервиз перед носом. Он, как показалось Оксане, не сводил с неё глаз ни на мгновение. Но любование её персоной спустя годы перестали хоть как-то волновать Тайилею. Минуты и часы, проведенные с почитателями и подданными, научили её спокойствию и естественности под пристальным вниманием чужих взглядов.
– У меня есть один очень безумный вопрос. И я надеюсь, Великая Матерь, вы поймете причину, по которой я хочу его задать.
– Хм, ну что же. Смелее. На то я Великая Матерь, чтобы любой мог обратиться ко мне с вопросом, и чтобы я дала на него ответ.
– Вы действительно настоящая?
Граста на мгновение замерла. Какими бы странными ей не казались умозаключения Тайилеи и некоторых землян, но подобное она слышала впервые. Как и сама Тайилея. Оксана сначала не уловила смысл сказанного, но хватило мгновения. Она по-доброму усмехнулась:
– Конечно, настоящая. А какой мне ещё быть?
– Поймите правильно, это всего лишь глупые домыслы сплетников и ваших противников. Говорят, что никакой Великой Матери не существует. И что возможно вы даже не человек, а робот, созданный ивелиями.
Оксана не удержалась и рассмеялась:
– Действительно, про меня так говорят?
– Да, говорят, пишут всякое, – Руслан сам широко заулыбался подхватив настроение Оксаны.
– Бросьте читать всякую чепуху. Не могу быть я роботом. Ивелии хоть и мастера в подобных технологиях, но даже они не в состоянии создать машину, которую будет нельзя отличить от живого существа.
– Говорят, что самое сложное – воссоздать человеческий глаз. Сделать его похожим на настоящий.
– Вы очень увлечены вопросом роботостроения, – отметила Оксана, отхлебнув из чашки.
– Позволите рассмотреть ваши глаза?
Вопрос застал обеих женщин врасплох. Оксана впервые получала столь странную просьбу. Грасте же казалось, что со стороны генетического избранника было наглостью сомневаться в реальности персоны Великой Матери.
– Не подумайте, что я сумасшедший, – Руслан, поняв, что сказал глупость, отвел растерянный взгляд.
Оксана глянула на охранительницу. Невооруженным глазом в худощавом теле читалось напряжение, а на сером лице пристальное внимание. Она поняла, что Грасте не понравилась просьба. Но была уверена, что в Сердце Союза в присутствии преданного телохранителя с молниеносной реакцией, её жизни вряд ли что-либо угрожало.
– Что ж, – спокойно ответила Великая Матерь, – я обязана дать ответ на ваш вопрос. Тем более, от него зависят наши будущие отношения. Если в них есть Замысел. А это нам, землянам, очень важно. Не так ли?
Руслан быстро кивнул. В его взгляде, лице и голосе было столько всего знакомого и близкого, что Оксана не стала обременять себя какими-то подозрениями насчёт глупости просьбы гостя. Ей встречалось не мало фанатиков жаждущих заполучить частичку от Воплощения Первой, будь то её ритуальные украшения, элемент одеяний или, что еще хуже, локон её волос. Она была в курсе о цене за подобный артефакт среди мошенников, толкающих простым обывателям подделки и пустые обещания о благословении Избранницы. И Руслан создавал впечатление любопытного человека, но никак не обманщика или фанатика.
Оксана встала и приблизилась к окну. Жестом подозвала Руслана:
– Можете рассмотреть мои глаза. В свете солнца, чтобы не осталось ни капли сомнения, что перед вами живой человек.
Сглотнув ком, подкативший к горлу, мужчина встал с места. Чем ближе он подходил к Оксане, тем отчетливее была заметна испарина на его лбу. Его одолевало волнение.
Неожиданно для Оксаны его руки осторожно коснулись её лица, чуть повернув её голову к свету. Руслан внимательно смотрел в её глаза, будто не дыша. Сердце Оксаны забилось предательски быстро. Щеки обдало теплом. Но внезапно на место приятному ощущению пришло нестерпимое жжение.
– Простите, – шепнул гость и выпустил лицо Великой Матери из ладоней.
Из глаз Оксаны брызнули слёзы. Её кожа горела. Боль заглушила все чувства. Оксана упала на колени, вцепившись пальцами в воспаленное лицо. Мир ушёл в туман. Силуэт Грасты скользнул за спину Руслана. Светлая фигура рухнула где-то в стороне. Громкий голос охранительницы выдрал сознание из болезненной агонии и непонимания того, что только что произошло:
– Тайилея! Только не трогайте глаза! Я вызвала медиков. Оксана!
***
Оксану не беспокоило то, что она ничего не помнила о первых днях после покушения на её жизнь. Воспоминания спутались в клубок из обрывков образов и слов. О чем говорили врачи. На что сетовала Граста. О чем толковали советники, сенаторы и канцлеры. Какие молитвы шептали жрецы и священники. Всё сбилось в неразборчивую кучу. Единственное, что она боялась – позабыть воспоминания, которые были с ней до инцидента. Поэтому в любую удобную минуту, когда её оставляли одну в медицинской палате, она вновь и вновь обращалась к своим воспоминаниям.
– Они так перепугались за меня. Даже не верится. – Оксана силилась усмехнуться, но лицо до сих пор болезненно отзывалось на любые проявления эмоций. Но, несмотря на неудобства, она тепло взглянула на мужа.
– Ты могла погибнуть, если бы яд проник глубже. Ивелийские врачи оказались быстрее токсина. – Руслан по обыкновению был максимально собран и спокоен, когда выдавал сухие факты.
– Как и Граста. Если бы она могла читать мысли или учуять яд на коже этого предателя, то он даже в комнату не успел бы зайти.
Последовало задумчивое молчание.
– Знаешь… – Оксана осторожно нарушила тишину, – кажется, сама Вселенная подарила мне этого горе-убийцу.
Руслан пристально смотрел на Тайилею в ожидании продолжения её речи.
– Ивелии понимают, что значит для людей время. Прошедшие пять лет в случае моего провала или смерти им придется наверстывать, даже если они сразу явят чудо второго Воплощения Матери. Люди упрямы в своих идеях и стремлениях. Если наши противники нашли способ проникнуть в Сердце Союза, то ивелиев не убережет ни один трактат о Замысле Вселенной. Великая Мать им слишком нужна, чтобы владеть Землей и продолжить Путь.
– К чему ты клонишь?
– Они лишь хотят исполнить своё предназначение. И я единственная, кто им действительно нужен, если они хотят сохранить то, что мы строили эти пять лет, и что можем построить в будущем. Но плясать под их дудку, как видишь, я больше не горю желанием. И они должны будут это принять. Я не буду рисковать своей жизнью. И пусть это будет Замыслом Вселенной.
– А как же их план по продолжению рода Великой Матери?
– Поражает, что ты задаешь мне подобные вопросы, когда уже знаешь на них ответ.
Глаза Оксаны вспыхнули неподдельным удовольствием от осознания власти над собственной жизнью. Она давно позабыла об этом чувстве. И вот оно вернулось неожиданно, внезапно, как озарение и облегчение.
– Им больше не нужно искать Воплощение. Ведь я уже есть. И не собираюсь исчезать.
– Клонирование? Ты об этом думаешь? Уверена, что ивелии согласятся делать твои клоны?
– А что им остаётся? Рисковать моей жизнью я больше не позволю, как и говорить мне о том, что я должна родить свою замену, и что это воля Вселенной. Я Великая Мать и я говорю от имени Вселенной. – Оксана сделала паузу и выдохнула. – Только пообещай мне одно – не покидать меня…
Руслан лишь согласно кивнул.
***
В главной дворцовой столовой всегда было очень светло. Днём серые сводчатое помещение заливало солнце, по вечерам включалось яркое освещение. Десятилетней Ксении нравилось проводить здесь время. Ведь что могло быть лучше, чем многообразная вкусная еда и компания с мамой? Каждая их совместная трапеза была яркой и запоминающейся, потому это было временем историй. Историй про то как мамочка была такой же маленькой девочкой, чем занималась, когда гуляла в школьном дворе, о том, какие приключения с ней произошли, когда стала старше. Как она лечила животных. И как её выбрали Великой Матерью.
И за сегодняшним завтраком Ксюша в ожидании очередной байки забавно глядела на Оксану, пока та нарезала рыбу в своей тарелке.
Оксана мило улыбнулась, когда заметила пристальный взгляд:
– Что? Опять?
Ксюша активно закивала, расплывшись в радостной улыбке.
– Обещаю, когда-нибудь ты всё-всё узнаешь обо мне. Будешь знать все мои истории и секреты.
– Секреты? – Глаза Ксюши ещё сильнее засияли неподдельным интересом. – О чём?
– О секретах не говорят вслух. Ты узнаешь всё, но позже.
– Когда я стану такой большой как ты?
– Именно. Станешь Великой Матерью и продолжишь наше дело. Будешь хранить мои воспоминания и добавишь к ним свои. А потом передашь их своей дочери. А та своей, и так далее.
Ксюша задумалась. Она знала, что когда-то она обязательно станет такой большой как мама. Как и силилась представить насколько долго ждать этот волшебный момент.
– Ну, пожалуйста! – Затянула Ксюша, – расскажи какой-нибудь секрет.
Оксана выпрямилась. Её радостное выражение лица дрогнуло. Она перевела взгляд на Руслана, сидящего напротив Ксении и внимательно наблюдающего за маленькой точной копией своей жены.
Тайилее стало любопытно, о чём он сейчас думает.
– Ты знаешь о чём, ведь это твои собственные мысли, – ни единый мускул не дрогнул на его лице, которое совершенно не изменилось за прошедшее десятилетие.
– Когда-то давно, ещё до того как на Землю прибыли ивелии, у меня был очень близкий друг, – начала Оксана, – мы проводили много времени вместе и заботились друг о друге.
– Заботились? – покачала головой девочка, – как Граста заботится о нас?
– Почти.
– А где он сейчас?
– В какой-то момент он ушёл. Далеко, – сердце сжалось в груди от холодного ощущения тоски, но Оксана продолжила спокойно улыбаться, – когда-нибудь я познакомлю тебя с ним. Он позаботится о тебе и о наших секретах.
Руслан мягко улыбнулся. Как и во всех воспоминаниях Оксаны о нём.