Дрейфующий клипер
Марк лениво парировал серию отчаянных выпадов со стороны, изрядно потрепанного спаррингом, партнера по фехтованию.
Окинув мимолетным взглядов циферблат настенных часов, он жестом остановил бой.
– Очень даже неплохой результат для полугодовалого ученика. И все же, попрактикуй немного контрольную точку. По-моему, в ваших боях на саблях это называется «регулирование шага». – отпустил он слова напутствия и, стягивая защитный шлем, направился в сторону душевых кабин.
– Спасибо, мастер. – звонким голосом, нараспев, отозвался оппонент. – Я все поняла, вот только слегка отдышусь и …
Марк обернулся. В центре зала, оперевшись руками о колени, стояла миловидная девушка. Ее шлем и дорогая французская шпага тускло поблескивали на полу.
– Альвина, никакой я не мастер, а скорее такой же любитель, как ты. Считаю, что на сегодня с тебя занятий вполне достаточно.
– Рапира со шпагой даются заметно тяжелее, чем моя любимая абордажная сабля, – движением головы она встряхнула свои темно-рыжие, мелко вьющиеся до плеч волосы.
– Шесть месяцев – это довольно незначительный тренировочный интервал, – ободряющим тоном произнес Марк, – у тебя все еще получится. В нашем деле, главное – это чувство искренней любви к объекту увлечения.
Густота волос Альвины скрыла ее загадочную улыбку.
– Похоже что сегодня я еду на такси. Моя машина все еще прозябает в автосервисе. – с печальным вздохом сообщила она. – Нам, случайно, с тобою не по пути?
– Да не вопрос. Приводи себя в порядок, а я тем временем буду ждать тебя на парковке, – кивнул Марк и, уткнувшись в мобильный телефон, вышел из тренировочного зала.
Приняв наспех душ, он уверенным шагом направился в сторону ближайшей автомобильной стоянки, где его с нетерпением дожидался железный конь, с изящным трезубцем Посейдона на капоте.
Привычным движением руки, он включил зажигание и, уютно разместившись на водительском сиденье, принялся наблюдать за тем, как на аккуратно стриженный газон медленно наслаивалаивается темнота. Пробуждая одиноких ночных птиц ото сна, она суетливо завершала свои приготовления к встрече с госпожой ночи, краем серебристого диска, уже успевшей осветить верхушки плотно сомкнутого строя великовозрастных деревьев. Где-то там, далеко, по небу неспеша плыли редкие дождевые облака. В воздухе отдавало влажной, насыщенной ароматами диких трав и хвои, духотой.
Тихий рокот двигателя нарушила трель входящего вызова:
– Да, Мэтью, добрый вечер! – поприветствовал босса Марк.
– Приветствую! – взволнованный голос собеседника заметно подрагивал. – Прости за столь поздний звонок, – я прекрасно помню, что ты в отпуске, но у меня появилась одна, скажем так, безотлагательная тема для обсуждения.
– В извинениях нет необходимости. Работа есть работа. – с готовностью заявил он. – Я весь во внимании.
– Прекрасно! Дело в том, что у нас на горизонте замаячил очередной жирный заказчик, который даже не собирается утруждать себя такими пустяками, как подсчет суммы вознаграждения по завершении проекта. Ввиду конфиденциальности предстоящего разговора, раскрывать подробности по телефону я не имею права. Поэтому, если вдруг ты сегодня находишься в столице, приезжай к нам на совещание к 22.00.
– Я приеду! Но, позволь, к чему такая срочность?
– Не позднее 9.00 завтрашнего утра, клиент ожидает от нас окончательный ответ, – беремся мы за это дело или нет. По моей информации, он направил свое предложение не только в наш адрес. В этом своеобразном тендере, участвует еще, как минимум, одна дублирующая наши функции сторона. – заговорщически продолжил Мэтью. – Что же касается меня, то я оценил бы данный проект как весьма перспективный. Скажем, как одиннадцать из десяти по десятибалльной шкале. Итак, мы с нетерпением ожидаем твоего появления в особняке на Остоженке.
– Информацию принял. Прибуду ко времени.
– Хорошо. – за репликой босса последовали короткие гудки.
В зеркало заднего вида он разглядел приближающуюся фигуру юной партнерши по фехтованию. Уже через мгновение, она очутилась рядом на пассажирском сиденье.
Легкие штрихи макияжа, на фоне благородных черт лица пламенеющей шатенки, удачно подчеркивали полноту ее нежно-розовых губ. Марк невольно залюбовался своей попутчицей, но вовремя спохватившись, спешно перевел взгляд на монитор бортового компьютера.
Отыскав, наконец, в памяти прибора нужный адрес, он дождался металлического щелчка пассажирского ремня безопасности и уверенно направил престижный спорткар в сторону города.
Поймав себя на мысли о том, что еще какие-то пару лет назад он даже не мог помыслить о подобного рода средстве передвижения, Марк молча улыбнулся. Всем достижениям последнего времени, равно как и своей насыщенной событиями жизнью, он был всецело обязан Идейскому Клубу, – частной поисково-исследовательской организации, созданной неутомимым искателем приключений и крупным меценатом Мэтью Дэвисом, по уши влюбленным в историю древнего мира.
Своим же экзотическим названием, Клуб был обязан мифической Идейской горе, у подножия которой, согласно свидетельствам отцов античной географии, некогда располагался легендарный город Троя. На вершине горы восседал великий бог Зевс, наблюдая за успехами своих излюбленных троянцев.
Мэтью свято верил, что в немалой степени, своим процветанием Клуб был обязан, в том числе, и этому весьма удачному названию.
Невзирая на склонность к рискам и чрезмерный авантюризм, господин Дэвис, словно магнитом, притягивал к себе заказчиков из числа богатейших коллекционеров планеты. Команде Клуба оставалось лишь своевременно добыть искомые артефакты и сладко почивать на финансовых лаврах. Ни в какое, даже отдаленное, сравнение с прошлой жизнью Марка все перечисленное идти просто не могло.
Вместе с тем, не обошла стороной Клуб и темная сторона их деятельности.
Прошло не более года с того рокового момента, когда в погоне за редчайшими историческими артефактами, Идейский Клуб внезапно осиротел, не досчитавшись сразу нескольких своих ярких представителей. Они бесследно пропали в Румынии при весьма мистических обстоятельствах. Но, как иногда говорится, это была уже совсем другая история.
Опустевшая к полуночи трасса лениво поблескивала назойливыми вспышками чрезмерно ярких придорожных фонарей. Лопасти недремлющих дворников сметали из стороны в сторону мелкие капли, набиравшего силу, летнего дождя.
Боковым зрением, Марк ощутил пристальный взгляд своей очаровательной попутчицы.
– И все же мне немного интересно, что могло тебя сподвигнуть заняться таким не очень популярным в наше время видом спорта, как фехтование? – стараясь заполнить молчаливую паузу, поинтересовалась Альвина.
– Честно признаться, никогда не задумывался над этим. Но очень похоже на то, что я принадлежу к тем неисправимым романтикам, что с раннего детства впитали в себя горы книг про благородное рыцарство, а также дальние странствия по морям и океанам, – задумчиво предположил Марк. – Впрочем, таким я остаюсь и по сей день. А что насчет тебя?
– Ты это о чем? – наигранно округлила свои, слегка раскосые, глаза Альвина.
– По-моему, холодное оружие относится к увлечениям, весьма несвойственным среднестатистической девушке.
– А кто тебе вообще сказал, что я среднестатистическая? – недовольно фыркнула она. – Может быть, у меня под этим всем имеется веское основание.
– Ну прости, если вдруг умудрился обидеть тебя своим вопросом. Вероятно, я не совсем корректно выразился. – спешно ретировался Марк. Он почувствовал, как по его лицу предательски растекается краска смущения, которая к счастью, не особо бросалась в глаза при ночном освещении.
– Как же быстро ты сдаешь свои позици! Не в пример сегодняшнему спаррингу. – примиряюще улыбнулась девушка. – Не смущайся, все в порядке. На самом деле, здесь нет никакой загадки. Мой интерес ко всему этому вызван обстоятельствами, в немалой степени сходными с твоими. Но, за одним лишь небольшим исключением…
– Исключением? – с интересом переспросил Марк.
– В моем роду затерялась пара-тройка заядлых путешественников и неисправимых авантюристов, чья кипящая, теперь уже в моих, венах кровь, время от времени, пробуждает во мне непреодолимое желание вырваться из стереотипного женского образа. – игриво склонила голову Альвина. – Давай, скажем проще, – я взяла себе право иметь свой собственный путь.
В салоне автомобиля затянулась пауза молчания. Не дожидаясь возможных уточняющих вопросов со стороны молодого человека, девушка продолжила:
– Мой дедушка, тот что по отцовской линии, был мореплавателем, если еще точнее, то капитаном военного корабля, несшего постоянное боевое дежурство где-то в холодных водах, близ заснеженной Антарктики. Мой же прадед был одними из тех, кому довелось побывать в настоящих морских и океанических экспедициях, участвовать в сражениях, а также принимать участие в опаснейших стычках с морскими пиратами. В одном из таких приключений, ему удалось завладеть превосходным боевым трофеем, собственным, чрезвычайно маневренным, парусным кораблем.
Я не единожды перечитывала доступные мне, личные дневники моих пращуров, где подробнейшим образом описывались морские маршруты и боевые приключения. Не исключаю, что именно это обстоятельство сыграло определенную роль в возникновении у меня тяги к сугубо мужским развлечениям, в том числе фехтованию и яхтингу.
– Ты еще и яхтсмен? – с нескрываемым удивлением, переспросил Марк.
– Тогда уж, скорее яхтсгерл! Марк, будь добр, следи за дорогой! – звонко рассмеялась она в ответ на комичное выражение неподдельного изумления на лице молодого человека. – Я конечно, может и приемлю морской экстрим, но никак не дорожно-транспортный!
– Постой-постой. – он встряхнул головой, словно пытаясь избавиться от наваждения. – Ты реально водишь морские суда?
– На самом деле, я способна управлять как гражданскими морским посудинами, так и определенной разновидностью кораблей военного назначения. А еще я без ума от картографирования и вообще, признаться, обожаю говорить о себе любимой! – озорно хихикнула она и будто в смущении, прикрыла свои глаза ладошками.
– Потрясающе! А почему же ты изучала дневники своих героических родственников, а не получила эту информацию от них непосредственно, к примеру от своего деда? – осторожно уточнил он. – С ним что-то стряслось?
– Ты весьма проницателен. – внезапно помрачнев, отвела взгляд Альвина. – Мой дед ушел из семьи еще задолго до того, как я появилась на свет. Как раз, по этой причине, прямой контакт между нами был исключен. Конечно, в силу своего возраста, я и со своим прадедом знакома не была. О нем я знаю лишь совсем немного, к сожалению. Пребывая в чине адмирала, он был на хорошем счету царской семьи, но после какой-то засекреченной миссии, вдруг всерьез загорелся идеей изучения Антарктиды. В своих дневниках, которые остались в его рабочем кабинете, он описывал небывалые явления, наблюдаемые им у ледяного вала этого таинственного континента. Будучи весьма состоятельным человеком, на личном парусном судне он снова устремился к этим заснеженным берегам, куда-то на самый край света. После того, как он пересек водные пространства разделявшие Южную Америку и Антарктиду, что ведут к мифической Огненной Земле, наша семья не получала более о нем никаких известий, до момента получения последних бортовых записей с его корабля, ставших для нее, впоследствии, роковыми. Моя прабабушка очень переживала разлуку с супругом, и, наверное, поэтому, она прожила сравнительно очень недолгое время.
Поначалу, за пустующим домом присматривал мой дедушка, затем уже мой папа, а много позднее, приятную эстафету приняла и я. К тому времени, особняк с виду сильно обветшал, но внутреннее убранство его, до сей поры, не утеряло своего былого лоска. Эти монументальные, из розового мрамора, лестничные пролеты, высокие, украшенные парусами хрустальных люстр потолки, просторная, предназначенная для проведения приемов и балов гостиная, без слов, передавали удивительную атмосферу давно ушедших лет. В рабочем кабинете на втором этаже, что отец мой в бытность называл капитанской каютой, все стены сплошь были украшены книжными полками, прогибающимися под тяжестью раритетных фолиантов, египетских папирусов, тибетских танков. В центре занимал место позолоченный, высотою в человеческий рост глобус. У огромного окна был установлен изящный португальский телескоп. Но при желании охватить всю глубину довлеющего над поместьем небосвода, можно было прямо из рабочего кабинета, по тайной винтовой лестнице, минуя третий этаж, подняться до самого чердака, где куполообразная стекляная крыша укрывала от непогоды настоящую домашнюю обсерваторию. Моя бабушка мне даже как-то обмолвилась, что мой, впечатленный текстами о критском лабиринте, прадед при жизни, озаботился строительством чего-то подобного на территории нашего владения. Именно там, он, якобы, надежно спрятал оригинальные фолианты Александрийской библиотеки, прихваченные им из капитанской каюты одного пиратского брига. Предположительно, один мореплаватель, который, к тому же являлся молодым принцем Египта, собрал в них детальную информацию о забытых проливах Антарктиды, ведущих в ее внутренний мир. Но, как бы я ни пыталась узнать об этом немного больше, все мои расспросы привычно наталкивались на глухую стену молчания моей бабушки. Вероятно, она просто не располагала нужной мне информацией.
Мама старалась в поместье лишний раз не появляться, но мне всегда очень нравилось проводить свободное время в этом старинном доме. Набрав с собой вдоволь еды и теплых одеял, я сутками напролет могла зачитываться уникальными художественными и научными произведениями, ряд из которых принадлежал к оригинальным экземплярам времен античности. Расположившись на просторном, из стеганой кожи диване, я не могла отделаться от ощущения, что я нахожась в капитанской каюте настоящего фрегата, который уносит меня куда-то в дальние странстия под командованием надежного незримого капитана. Настоящего-то корабля, что принадлежал моему прадеду, мне так воочию и не посчастливилось в то время наблюдать. В моем распоряжении были лишь полуразмытые фотографии того судна.
– Но в таком случае, как бортовые записи с корабля могли оказаться в твоем распоряжении?
– Хороший вопрос. – отметила девушка. – Однажды, мама обнаружила в нашем почтовом ящике нотариальное извещение о необходимости получении, унаследованного ею от кого-то наследства. Речь шла о неком плавсредстве, но подробности нам раскрывать по телефону отказались. Забрать его предстояло не с соседней улицы, а непосредственно из порта австралийского города Мельбурн. По причине того, что осуществить эту непростую миссию, в тот момент, было некому, письмо пролежало не один год в пыльном ящике письменного стола.
– И что же было дальше? – с головою, погруженный в ее рассказ водитель, казалось, напрочь забыл про свою обязанность следить за дорогой.
– Я стала достаточно взрослой для обретения возможности принимать самотоятельные юридические решения и мне не оставалось ничего иного, кроме как решиться на это весьма авантюрное путешествие.
Получив доверенность от мамы, я отправилась по указанному адресу. В том порту меня ожидало … – она запнулась, словно подбирая подходящие слова.
– Так что же это было? – отбросил в сторону свою выдержку Марк.
– После того, как директор порта встретил меня лично, мы направились с ним к причалу, где на зыбкой водной глади мирно покачивалось … добротное трехмачтовое судно, с бюстом какой-то античной героини на носу и выцветшей от времени табличкой «Агарта». Это был настоящий парусно-винтовой клипер, принадлежащий некогда моему прадеду.
– Какая великолепная история! – не в силах совладать с захлестнувшей его волной восторга, воскликнул Марк. Желание иметь свой собственный парусник не оставляло его с самого раннего детства. – И как же ты дальше поступила? Где сейчас это чудо техники? И как корабль вообще мог оказаться в Австралии?
– Ну и забросал ты меня своими вопросами, партнер! Между прочим, мы уже находимся на территории моего района. – наигранно, с печалью в голосе, вздохнула Альвина.
– Ты можешь об этом не беспокоиться, я сейчас просто сбавлю скорость.
– Если тебе так угодно знать, то корабль мой сейчас занят тем, что развлекает туристов где-то у берегов Сиднея. – после сказанного, девушка, вдруг, от досады поджала губы. – Дело в том, что процесс идентификации и поиска наследника – занятие затратное и не быстрое. Обычно, за это время копятся кое-какие обязательные платежи, такие как аренда места для якорной стоянки в порту, налог на собственность и прочие «сверхблага» высокоразвитой цивилизации. В итоге, мне в тот момент было проще сдать свое плавсредство в аренду, на неопределенное время, чем собирать деньги на погашение счетов. Но, скажу тебе по секрету, что я очень надеюсь, что вскоре смогу вернуть свою собственность обратно.
– Как давно и кто его туда перегнал? – не сдавался Марк. – Был ли твой корабль разграблен?
– На удивление, по описи, имущество прадеда оказалось нетронутым ни пиратами, ни мародерами. Сам же корабль был обнаружен бесхозно дрейфующим в просторах Индийского океана, где-то в непосредственной близ Кокосовых островов, лишь по окончании Второй мировой войны. Ввиду того, что Килинг, как еще эти острова официально называются, территориально относятся к Австралии, судно это, в последствии, было отбуксировано в Мельбурн.
Во время осмотра помещений корабля, я обнаружила деловые бумаги и некоторые личные путевые заметки своего пращура. В них содержалось много эксклюзивной информации по Антарктиде и не только. Таким образом, дневники прадеда, предоставили мне уникальную возможность заглянуть в лабораторию ума этого незаурядного человека.
– Раньше, я краем уха уже что-то слышал о загадках ледяного южного континента, но никогда не воспринимал всерьез эту противоречивую информацию, – хмыкнул в задумчивости Марк. – А дед-то твой, полагаю, и не подумал следовать примеру своего отца?
– Как бы не так! Печальная семейная история вновь повторилась. – усмехнулась она. – Будучи крупным государственным чиновником, он при первой же возможности, вдруг оставил все дела и, сколотив экспедицию, отправился на поиски своего канувшего в лету отца.
– И он что, тоже пропал без вести? – осторожно поинтересовался Марк.
– Да, тоже, – тихо ответила она, – И все не так трагично, как если бы он не прихватил с собой моего собственного папу …
– Мне, конечно же, не следовало лезть тебе в душу расспросами. Но, все это невероятно интересно и закручено! – попытался сгладить ситуацию Марк.
– Ну что ты, перестань. Признаться, мне и самой время от времени хочется об этом поговорить, но увы, не с кем.
– Почему же? – недоумевал он. – А как же твоя родня? У вас слишком разные интересы?
– Предлагаю не углубляться далее в эту личную тему … – вдруг резко оборвала нить разговора Альвина. – Сейчас у меня для этого нет, как минимум, соответствующего внутреннего настроя. Вообще, чтобы более или менее адекватно воспринимать подобного рода информацию, тебе следует немного ближе знать мою семью. Видишь ли, со стороны все это может показаться весьма странным.
– Хм … конечно же ты права. – поджал губы Марк.
В салоне автомобиля снова воцарилась тишина, время от времени нарушаемая ритмичными щелчками повороток.
– Знаешь, не бери это в голову, – я просто очень устала. – попыталась сгладить неловкую паузу девушка. – А вот и мои Царики. Сегодня мы добрались сюда гораздо быстрее, чем это было в прошлый раз. Будь так любезен, высади меня вон на том повороте, что у самого парка.
Жестом руки попутчица указала Марку на слабоосвещенное место у кольцевой парковой дороги, в двух шагах от остановки общественного транспорта.
– Послушай, я понимаю, что ты весьма поднаторела в искусстве сабельного боя и рука у тебя хорошо поставлена, но неужели у тебя напрочь отсутствует, присущее многим женщинам, чувство страха темноты? В безлюдном парке в такое время может быть небезопасно … – демонстративно сдвинул брови юноша. – Или же я о тебе еще чего-то не знаю?
– Ну с какой такой стати ты вдруг решил, что знаешь обо мне хоть что-то? Быть может, я намного опаснее, чем это может показаться со стороны? – подмигнула Альвина и, прикрыв свою дверцу, игриво отправила ему короткий воздушный поцелуй.
– Доброй ночи. – махнув рукой, устало произнес Марк, вспомнив, что ему оставалось меньше часа пути до места назначения.
Он воспроизвел в памяти свой недавний разговор с Мэтью, мысленно отметив, что в голосе босса нотки нервозности, что уже само по себе было явлением редким. Значит, проект имеет высокую степень важности для нашего клуба.
Коснувшись панели автодисплея, Марк отрывисто скомандовал голосовому помощнику: «Вагнер «Путь в Валгаллу» и под нарастающий аккомпанемент мелодии любимого композитора, сорвал с места свой голубой болид, вскользь просканировав светом фар участок парковой аллеи, по которой еще совсем недавно проследовала Альвина.
К тому времени, след девушки уже простыл. Растворился также и силуэт одиноко сидящего на остановке мужчины. Но молодой человек не придал всему этому никакого значения. Его мысли всецело были сосредоточены на предстоящем мероприятии.
Оплатив парковку, Марк раскрыл зонт и, по привычке, направился было к знакомому подъезду, но тут же в растерянности остановился. Как ни вглядывался он в темноту, обнаружить на входных дверях привычный барельеф в виде карлика Беса, ему пока не удавалось. По обыкновению, он служил для всех членов Клуба тайной меткой, свидетельствующей о присутствии базирующейся в подъезде того или иного дома мобильной штаб-квартиры. Регулярная смена мест проведения закрытых совещаний, была частью конспиративной тактики Мэтью Дэвиса, больше всего опасавшегося потенциальных утечек конфиденциальной информации.
Повертев в растерянности некоторое время головой, Марк принялся поочередно осматривать каждую из входных дверей возвышавшегося над ним старинного особняка. К его счастью, очередная вспышка молнии , все же, помогла обнаружить искомое. Мысленно коря Мэтью за за чрезмерные меры безопасности, он занес над нужной дверью сжатую в кулак руку и, размеренным стуком, подал условный сигнал.
Через считанные мгновения, дверь, со скрипом, медленно приоткрылась и подрагивающий от волнения голос из темноты тихо произнес: «Пароль!»
– Доброй ночи, Арк! – сдержанно улыбнулся Марк. В Клубе все уже давно смирились со странностями Аркадия, очередного, ярого приверженца культа секретности. – У меня нет никакого пароля. Заметь, вся эта история с конспиративными явками срабатывает лишь в том случае, если кодовые слова людям предоставлять заблаговременно. А так, на нет и …
– Я персонально разослал пароли еще за два дня! Запечатывал их в конверты собственноручно! – негодующе зашипел Аркадий. – А вот ты намеренно пытаешься вывести меня из равновесия. Каждый раз, когда я спрашиваю контрольное слово, ты устраиваешь мне свое заезженное цирковое представление! Я вообще-то отвечаю за нашу безопасность.
– Подозреваю, что ты вновь передал свои «сверхсекретные» пароли через обычного курьера? – Марк изо всех сил пытался сохранить серьезное выражение лица.
– Да … а что тебя в этом смущает? – буркнул себе под нос уязвленный конспиратор.
Он прекрасно помнил, как в один из дней, отправил информацию для служебного пользования обычной курьерской службой. И все бы ничего, но курьером оказался сотрудник внешней разведки одного из государств, на территории которого Клуб осуществлял свой очередной проект. В результате, боссу чудом удалось избежать репутационных издержек высокостатусного заказчика.
– Меня-то как раз ничего и не смущает, – продолжил ночной визитер, – но, если я его не получил, то по логике, выходит, что моим паролем завладел кто-то посторонний. Вероятно, твой доверенный курьер теперь сможет беспрепятственно проникнуть на собрание нашего Клуба, подслушать и доложить все куда следует. И все это благодаря твоей недальновидности!
Осознав всю нелепость создавшейся ситуации, Аркадий замялся.
– И еще. – Марк с трудом сдерживал себя от того, чтобы не разразиться смехом. – Вынуждая меня столько времени мокнуть под дождем, ты определенно привлекаешь ненужное внимание к нашей Конторе. А ну впускай меня немедленно!
Словно побитая собака, конспиратор спешно ретировался и, указав рукой куда-то в темноту, затворил за коллегой входную дверь.
Планировка особняка оказалась типовой, поэтому, проследовав по инерции в гостиную, Марк вскоре очутился в помещении, где его уже дожидались остальные члены Клуба. Часть из них, потягивая ароматный кофе, релаксировала на удобных креслах, другая же часть освоила не менее комфортный кожаный диван.
Обменявшись приветствиями, все присутствующие, как по команде, направились к покрытому привычным зеленым сукном овальной формы столу, за которым чинно восседал Мэтью в компании элегантного, но весьма старомодно одетого незнакомца.
Марк впервые наблюдал перед собой, словно сошедшего со страниц английского романа, человека в классическом образе аристократичного джентльмена. Облаченный во фрак, в руках он держал добротную трость с шаровидным навершием и настоящий цилиндр. Почтенный возраст джентльмена выдавала седина пышных усов и сеть мелких морщин на его лице. Несмотря на возраст, озорной прищур глаз и открытая улыбка, скрашивали собою досадные временные отметины.
Лицо босса привычно выражало озабоченность сосредоточения. Время от времени, он любил с головой погрузиться в размышления. В это время он мог даже не замечать окружающих.
В зале воцарилась тишина, прерываемая время от времени доносящейся из коридора многоголосой трелью оставленных без внимания мобильных телефонов.
Наконец, Мэтью как-то тяжело вздохнул и, отстранившись от компьютера, кратко поприветствовал собравшихся в зале:
– Коллеги, рад, что все вы в сборе. Пожалуй, мы традиционно оставим в стороне всевозможные протокольные прелюдии и сразу начнем обсуждение деталей нашего нового заказа. Позвольте представить вашему вниманию, прибывшего к нам издалека дорогого гостя. Слева от меня, почетный доктор философских наук одного из старейших частных университетов Великобритании, крупный меценат, господин Рональд Брайер.
Члены Клуба устремили свои взоры на иностранного гостя, встретив приветственный кивок с его стороны.
– Если вкратце, то Рональд и я знакомы еще со студенческой скамьи. Также, мы время от времени встречаемся на мероприятиях ассоциации выпускников нашего университета. Будучи осведомленным о сфере деятельности нашего Клуба, он выступил к нам с интересным предложением. Полагаю, что лучше самого автора я изложить суть идеи едва ли в состоянии, поэтому, передаю слово дорогому Рону. – указав приглашающим жестом сторону однокурсника, Мэтью разместился поудобнее в своем кресле.
– Спасибо за предоставленную мне возможность находиться в столь уважаемом сообществе, Мэт! – закинув ногу на ногу, взял на себя инициативу джентельмен. – Признаюсь, что на самом деле, я осведомлен о вашей деятельности весьма поверхностно. Все дело в чрезмерной скрытности моего доброго друга. Если я все воспринял верно, то, в моем понимании, Идейский Клуб занимается поиском различного рода древних артефактов, разгадками исторических коллизий, а также, к настоящему моменту, на вашем счету уже масса реализованных проектов.
Он на мгновение умолк, всматриваясь в лица слушателей.
– Пока что все верно, Рон. – подбодрил друга Мэтью. – Забирай немного ближе к теме.
– Сейчас уже ни для кого не секрет, что все мы живем в традиционно непростые времена. История человечества изобилует войнами, природными катаклизмами, массовыми эпидемиями, засухами, голодом. Как это ни странно, наряду с этим, мы вроде бы как обладаем культурным, техническим и интеллектуальным уровнями развития, в значительной степени превосходящими таковые у населения планеты минувших эпох. Но весь парадокс в том, что все эти, казалось бы, преимущества не вносят вклада в решении нависающими над человечеством цивилизационных проблем. По данной причине, у меня и таких людей, как я, формируется стойкое ощущение, что наша коллективная реальность опирается на доселе неизвестные нам законы. Мы как будто непрерывно подвергаемся чьему-то волевому воздействию извне. Профинансированные нами, в связи с этим, масштабные исследования, недвусмысленно указали на то, что нечто большее, чем просто человеческая воля, прочно удерживает инициативу во всех аспектах жизнедеятельности нашего общественного устройства и людям стать хозяевами здесь уже едва ли удасться.
Содержательный монолог Рональда прервал жалобный скрип петель от входной входной двери. Вошедший в гостиную Аркадий занял свободное место за столом.
– Продолжай Рональд. Я ни черта не понял, но продолжай! – Мэтью старался поддерживать инициативу беседы в своих руках.
– Спасибо. – в задумчивости погладил свои пышные усы господин Брайер. – Прежде, чем продолжить, я должен сообщить вам, что состою сразу в нескольких закрытых обществах, ничем себя не публике не проявляющих. Общества эти, объединяют в себе весомую часть пула трансграничных предпринимателей, международных банкиров, представителей крупной прессы, деятелей искусства и прочей интеллигенции. Так вот, я хочу информировать вас, что мы всерьез озабочены ситуацией в мире. На одном из закрытых совещаний нашего сообщества, была поставлена задача по незамедлительному поиску и адаптации идей по выходу из сложившейся патовой ситуации. Был предложен ряд спасительных сценариев, кстати включая и мой собственный, признанных впоследствии в целом утопичными. Вместе с тем, не так давно, на меня вышел один резвычайно состоятельный человек и, не долго думая, предложил финансовую поддержку высказанной мною концепции. Мне оставалось лишь найти опытную команду для претворения зарождающегося проекта в жизнь. Собственно говоря, именно по данной причине я сейчас нахожусь перед вами.
– Дорогой Рональд! – в нетерпении ерзая на стуле, не сдержался Аркадий, – Вы прекрасно умеете создавать интригу, но в чем же состояла ваша идея?
В ответ на вопрос Аркадия, Мэтью демонстративно нахмурил брови, но Рональд, тепло улыбнувшись, продолжил:
– Спасибо за проявленный интерес, молодой человек.
Приподнявшись с места, он дотянулся рукой до тускневшей в полуприглушенном свете гостиной кофе-машины. В ответ на прикосновение, прибор весело запустил серию шумных алгоритмов по изготовлению бодрящего напитка. Дождавшись заявленного результата, чопорный джентельмен еще некоторое время наблюдал за тем, как медленно тает молочная пенка, соприкасаясь с краями бумажного стаканчика. Затем, он с наслаждением отпил, благоухающий благородными нотками арабики, напиток.
– Однажды, – вернулся он к повествованию, – где-то еще на заре своей научной деятельности, я был вынужден погрузиться в литературу по древнегреческой и древнескандинавской мифологиям. Помнится, что тогда, мною было проштудировано великое множество книг по данной тематике. Но больше всего мне запали в душу именно те из них, что содержали в себе информацию о геоцентрической и плоскоземельной моделях нашей Земли. Самым удивительным является то, что идеи подобного рода не теряют свою актуальность и по сей день. Моя, отвергнутая всеми, концепция о необходимости поиска возможностей решения глобальных проблем на основе древних представлений о мире, нашла свой отклик в душе моего заказчика. Он сам вышел на меня, предложив опытным путем, проверить жизнеспособность представлений далеких предков об устройстве окружающего нас мира.
– Так – так, Рон… Позволь мне кое-что уточнить. – в нетерпении Мэтью барабанил в по столу кончиками своих пальцев. – Ты всерьез вознамерился проверить на прочность то, в чем нас веками разубеждали всякого там рода ученые?
– Совершенно верно. – в наигранном бессилии, развел руками господин Брайер.
– Значит, у тебя есть план действий и ты готов нам щедро заплатить за это безумие, даже несмотря на то, что затея может оказаться заведомо провальной? Все верно?
– Да, увы, это так … – повторил свой печальный жест джентельмен.
– Тогда к черту здравый смысл! Мы беремся за эту авантюру! – громогласно расхохотался Мэтью, протянув тут же просиявшему от радости Рональду свою раскрытую ладонь в жесте «дай пять».
– Вот и чудесно! А то, признаться, я уже ненароком успел засомневаться, – тот ли сейчас передо мною находится человек? Что-то непохож этот ворчливый тип на безумного старину Мэта, которого я знавал когда-то. – расплылся в улыбке Рональд.
– Да брось ты, старина! Такие, как мы с тобой являются безумцами на генетическом уровне. – обмахивая себя стопкой канцелярской бумаги, парировал реплику своего друга раскрасневшийся от смеха босс.
– Значит, будем считать, что мы пришли к взаимному согласию. – потер ладони джентельмен.
– Теперь нам не помешает немного конкретики. – притянул к себе лежащие у края стола ручку с блокнотом для записи. – Что именно желает иметь твой партнер по итогу данного проекта? Может бивень мамонта, или же хвост тамошней русалки?
– На данном этапе, заказчика интересуют всего несколько ключевых моментов. Во первых, он хочет иметь результаты профессионального исследования на предмет того, что же на самом деле представляет собой наша планета. Во-вторых, необходимо проанализировать все имеющиеся в в доступе данные об успехах в подобного рода исследованиях. В-третьих, его интересует, имеются ли иные, не отраженные на официальных географических картах, но заведомо пригодные для обитания территории в области Южного полюса и в предполагаемых запредельных территорий. Он особо подчеркнул, что в случае обнаружения новых земель, требуется представить ему подробный отчет о климатических особенностях и предполагаемых способах их освоения. Если уж совсем кратко, – заказчик не верит в перспективы освоения космических объектов, он хочет застолбить себе новые земли здесь, на этой планете. Я исчерпывающе сформулировал свою фабулу, Мэт?
– Для начала, вполне, мой друг. – удовлетворенно кивнул тот.
– В дополнение, я направлю тебе некоторые материалы в рамках задания, которые мне удалось к сему моменту отыскать. Пожалуй, я оставлю твоим ребятам одну маленькую, но безумно редкую безделушку.
С этими словами, Рональд извлек из своего дорогого саквояжа деревяный, обшитый синим бархатом пенал с пожелтевшей от времени стопкой бумаги.
Все, кто был в гостиной, с интересом обступили этот любопытный артефакт.
– Предположительно, что сейчас перед вами одна из копий атласа, широко известного в научных кругах как «карта Урбано Монти». По моим данным, сам оригинал карты был изготовлен в одна тысяча пятьсот восемьдесят седьмом году и находится сейчас в руках одного крупного коллекционера, фамилию которого несложно отыскать в поисковике.
– Изображение не очень четкое. – заметил Мэтью.
– Понимаю, при желании разглядеть ее в более мелких деталях, вы, как в достаточной степени самостоятельные люди, всегда сможете заглянуть на ресурс ее владельца. Там он смог добиться весьма достойного качества оцифровки, но нам пока для начала, сойдет и эта версия.
Теперь, пара слов о создателе самого атласа. Урбано был географом и картографом, одновременно. Полагаю, что она может вам очень пригодится в предстоящей работе, так что вернете мне ее уже по завершении проекта.
– Это же редчайший шедевр древней картографии, – раздался изумленный возглас Марка. – Когда-то, я читал об этом атласе в какой-то научной периодике.
– Интересно, не правда ли? – уточнил Рональд, передавая карту Мэтью в руки. – Этот артефакт под иным углом отражает привычное нам мироустройство. Вот, к примеру, здесь напрочь отсутствует классическое понимание Южного полюса. На месте, официально отведенном Австралии и вовсе изображена какая-то незнакомая нам доселе часть суши, которую идентифицировать в качестве обиталища беззаботных кенгуру мой язык вряд ли когда-либо повернется. Под всем этим определенно имеется некая подспудная основа. Но все же, я напоминаю еще раз, что перед вами просто хорошая копия древнего атласа …
– Копия это или нет, – главное, чтобы она повторяла оригинал. – раздался откуда-то с галерки звонкий девичий голос. Он принадлежал новой сотруднице, принятой в организацию на прошлой неделе.
– Хм … весьма кстати! – неожиданно оживился Мэтью. – Друзья, признаюсь, что за обилием дел, я позволил себе досадное упущение, которое намерен исправить сию же минуту.
Стремительным движением руки, он указал на скромно стоящую за широкими спинами ребят, молодую, среднего роста особу, с высокой прической на длинные, пепельно-русые волосы. Не успев в должной мере освоить строгие правила корпоративного дресс-кода, девушка была облачена в короткое кремового цвета платье, однотонную дамскую сумочку и туфли на высоком каблуке.
– Прошу любить и жаловать, нашу новую сотрудницу! – звучно скандировал основатель Клуба. – Роксана, пожалуйста, сообщите нам о себе, только буквально в двух словах.
– Уважаемые коллеги! – смущенная внезапным наплывом всеобщего внимания, громко обратилась она к своей новой команде. – Считаю, что мне выпала большая честь работать плечом к плечу с профессионалами Идейского Клуба в роли эксперта в области антропологии и религиоведения. В добавление к этому, могу дополнить, что имею некоторые познания в мировой истории и географии. Занимаюсь альпинизмом и спелеологией. Родилась в Москве. Мне двадцать четыре года. Не замужем.
– Миледи, в силу моего преклонного возраста, я конечно могу заблуждаться, но все же мне показалось, что ваша последняя фраза одарила сей мужской коллектив наибольшей степенью воодушевления! –вызвал у девушки новую волну смущения бывалый ловелас Рональд.
– Спасибо, Роксана! Уверен, что твои интересы и увлечения придутся нам как нельзьзя кстати. – с доброжелательной улыбкой, резюмировал Мэтью. – И не обращай особого внимания на шутливую реплику моего друга, смелее придвигайся к столу. После совещания мы определим тебе наставника, который поможет быстрее войти в курс дела.
Он снова погрузил свое внимание в изучение лежащей на столе карты.
– Итак, что верно, то верно … – наконец, произнес босс. – Все пространство вокруг материков, как-будто бы заключено в отчетливо просматриваемое кольцо, состоящее из частей суши, а вот за кольцом начинается что-то не совсем понятное.
– Собственно говоря, именно такая фраза из уст заказчика, в конечном счете, и послужила причиной моего скорого здесь появления. – сдержанно рассмеялся господин Брайер. – А теперь, мои друзья, позвольте откланяться. Время позднее, а завтра утром у меня ранний рейс.
– Ах да! – всплеснул руками основатель Клуба. – Как же я мог про это забыть. В гостиницу тебя отвезет мой водитель. Через десять минут он будет в твоем полном распоряжении. Сию минуту, провожу тебя вниз.
– Великолепно! Заодно, по пути обсудим способы коммуникации и контрольные точки нашего проекта. – по-молодецки, бодро вскочил на ноги Рональд.
– Ну что ты, мой дорогой друг! – протестующе жестикулировал Мэтью. – Тебя сейчас ни в коей мере не должны заботить столь мелкие детали! Оставь всю рутинную работу нам. Сам же, тем временем, лучше сконцентрируйся на предстоящей беседе с заказчиком. Передай ему решительное согласие и теплый привет от всего нашего коллектива.
Рональд удовлетворенно крякнул и ловко накинул на себя поданный Мэтью изысканный кашемировый плащ. Тепло попрощавшись с членами Клуба, он стремительной походкой зашагал в сторону лестницы.
Шагнувший за ним Мэтью, вдруг, обернувшись в дверном проеме, энергичным тоном произнес:
– Уважаемые коллеги! Прощаться с вами я не вижу смысла, так как завтра рано утром в десять эй-эм, жду вас в полном составе, на том же самом месте. Просьба определиться со статусом своего участия в предстоящей экспедиции. Имейте ввиду, что этот вызов легко может оказаться для нас «путешествием в один конец», поэтому, просьба за ночь переварить воспринятую сегодня информацию и определиться со всеми «за» или же «против». Тех, кто сегодня не за рулем, внизу, по обыкновению, ожидает корпоративное такси. Марк, тебе как самому старшему, я поручаю с завтрешнего дня взять шефство над принятой в команду сотрудницей. Всем доброго времени суток!
Сказав это, он стремглав бросился догонять господина Брайера, к тому времени, успевшего заблудиться в скудно освещеном пространстве широкого лестничного пролета.
На пути к парковке, Марка нагнал запыхавшийся Аркадий:
– Нам пора срочно переговорить.
– Ну тогда поскорее излагай свой запрос. – поторопил было его Марк, но затем, смягчив тон, произнес. – Просто завтра вставать очень рано и я хотел бы лечь спать пораньше .
– Тогда, предлагаю продолжить разговор в дороге. Ты же меня подбросишь, верно? – напряженно озирался по сторонам конспиратор. – Что же касается режима сна, то в сегодня твоем распоряжении целая гостевая комната в моей квартире. Там есть отдельный санузел, пользуйся.. И давай без возражений, – тебя дома все-равно, пока еще, никто не ждет. Или … я чего-то не знаю?
«И действительно, – подумал Марк, – Аркаша предлагает весьма удобный вариант. Ехать намного ближе и есть шанс выспаться как следует. Тем более, он постарается основательно утомить мою нервную систему своими новыми идеями.» – подумал про себя Марк, а вслух произнес:
– В целом, ты прав. Поехали конечно.
Хронотрекер
– Видишь ли, на правах лучшего друга, ты должен оказать мне мне одну незначительную услугу. – задумчиво произнес Аркадий, следя своим взглядом за тем, как Марк настраивает навигатор. – Постарайся убедить Мэтью в необходимости моего участия в предстоящей экспедиции.
– Арк, чтобы его убедить, нужно привести какой-нибудь весомый аргумент. – ответил тот, бросив короткий взгляд в сторону собеседника. – Ты же помнишь с чего все это началось.
– Помню, конечно. – отвернулся к тот окну. – Просто у меня была депрессия, если тебе будет так угодно. Я же все-таки, в первую очередь, человек, а уж только потом – непревзойденный штатный эксперт.
В ответ на простодушную заносчивость друга, Марк по-доброму улыбнулся.
– Поэтому-то, Мэт и предоставил тебе прекрасную возможность взять небольшую паузу, так скажем, прекрасную возможность осуществить то, что ты ранее откладывал в долгий ящик.
– Хм, а что ты имеешь в виду?
– Вот, к примеру, ты можешь посетить кружок рисования, лепки, разведения кроликов, да мало ли сейчас разных возможностей? – широко обвел рукой пространство Марк.
– Издеваешься, да? Спасибо тебе.
– Я говорю тебе это вполне серьезно, без примеси иронии.
– Нет, меня все это вряд ли заинтересует. –
– Но может ты пожелаешь попробовать себя в фехтовании, – так милости просим! Для тебя уже сейчас имеется подходящая пара, – не девушка, а сплошное рыжее очарование! Мигом позабудешь о своей депрессии…
Аркадий явно не разделял энтузиазма своего давнего друга и всю оставшуюся часть пути хранил упорное могчание. Видя непростое душевное состояние великого конспиратора, Марк старался более не задавать ему лишних вопросов. В салоне автомобиля воцарилась непривычная тишина, лишь изредка нарушаемая монологами встроенного навигатора.
По истечении получаса, отрывистый рык люксового спорткара нарушил вечернюю тишину спального района, где проживал Аркадий. Отстегнув ремень безопасности, водитель быстрым взглядом окинул поникший силуэт своего давнего друга.
Внешний вид Аркадия был более, чем удручающим. Казалось, что от былой чудаковатости «великого конспиратора» не осталось и следа. Марк прекрасно осознавал, что тому виною послужила цепь злополучных событий, к которым поисковый отряд Клуба привело, совсем еще недавнее, трансильванское расследование.
В поисках следов пребывания шумеров в одном из живописнейших, но вместе с тем, таинственных мест европейской части континента, ничего не подозревавшие исследователи, были вовлечены в круговорот событий, в корне изменивших их радужные представление о привычной картине мироустройства.
Открывшаяся своей мрачной стороною повседневная реальность, заставила впасть в оцепенение даже самых опытных исследователей древности. Все завершилось тем, что домой из них, в тот залитый солнцем весенний день, вернулись далеко не все.
Он прекрасно помнил, как, балансировавший на грани помешательства от обладания, добытыми ими ценнейшими артефактами, коллекционер-заказчик, не раздумывая, перевел на счета Идейского Клуба баснословное денежное вознаграждение, позволявшее каждому из его членов отойти от дел немедленно, не заботясь более о своем будущем. Но даже это необычайное обстоятельство не способно было восстановить романтичную и дружескую атмосферу, царившую в их уникальном коллективе с самого момента его основания.
Наблюдая за драматическими изменениями в умах подопечных, основатель и бессменный глава Идейского Клуба, Мэтью Дэвис, принял крайне непростое для себя решение о прекращении деятельности организации. Но, к его величайшему счастью, в ходе обсуждения, было принято единогласное решение – продолжить все-таки совместную работу.
С течением времени, глубокие раны потерь стали медленно затягиваться. В состав фирмы были приняты новые участники и команда вновь погрузилась с головою в калейдоскоп удивительных по своему наполнению проектов, которые буквально окрыляли господина Дэвиса своей чрезмерно высокой доходностью.
Только один лишь Аркадий, никак не мог найти себе места в изменившихся обстоятельствах, то и дело выходя из очередного проекта, чтобы тут же перейти в следующий. Такое положение дел тянулось весьма продолжительное время, без малейшего шанса на улучшение. Все подспудно понимали, что ему едва ли удастся в скором времени оправиться от перенесенной душевной травмы, связанной с трагической потерей любимого человека. Его дама сердца, Марианна, тоже входила в состав той злополучной трансильванской миссии.
В конечном итоге, несмотря на возражения великого конспиратора, господин Дэвис отправил, напрочь выбитого из колеи молодого человека, в бессрочный, но хорошо оплачиваемый отпуск.
Но, как оказалось, конспиратор смог продержался в подобном привелегированном положении также весьма непродолжительное время.
– Аркадий, выслушай меня внимательно. – мягко произнес Марк. – Я обещаю сделать все от меня зависящее, чтобы убедить босса в необходимости твоего присутствия в составе проектной команды. В свою очередь, я хочу попросить тебя вернуться снова к нормальному ритму жизни и перестать далее строить из себя невнятное посмешище. Ты – мой друг, и мне искренне больно видеть тебя в таком унизительном качестве. Стань же снова нашим назойливым болтуном-Аркашей! Смирись, наконец, с той мыслью, какой бы тяжелой она для тебя ни была, что ни Мари, ни Рема, ни даже Виктора, – нам уже не вернуть обратно. Поверь, я тоже по ним скучаю и очень сожалею об их нелепой утрате. Услышь меня!
– Я прекрасно тебя слышу. – продекламировал вполголоса конспиратор. Внезапно, его лицо озарила широкая улыбка. – Дружище, я считаю, что будет несправедливо держать тебя в неведении относительно моих планов на предстоящую экспедицию.
Осознав, что воспитательная беседа не возымела должного эффекта, Марк, в отчаянии, махнул рукой.
– Выкладывай, что ты в очередной раз задумал. Но помни, что я все-таки собираюсь поручиться за тебя перед Мэтью, а это означает…
– Да прекрати ты свою занудную тираду. – прервал его Аркадий, заговорщически склоняясь к уху собеседника. – Лучше выслушай все, что я тебе сейчас сообщу.
– Я весь во внимании.
– Ты, конечно же, помнишь ту маленькую безделушку, которую мы отыскали в лесу Хойя-Бачу?
– Хронотрекер? – удивленно поднял брови мастер фехтования. – Кажется, ты это так называл.
– Тебе вовсе не кажется. Именно так! – сверкая фанатично глазами, вдруг выпрямился Аркадий.
– Разве можно забыть про эту штуковину? – покачал головой Марк, восстанавливая в своей памяти разрозненные фрагменты событий, связанных с той странной находкой. – Признаться, моя психика с трудом перенесла суровый экзамен на стойкость, когда вы с Виктором продемонстрировали свое устройство в действии.
– Все верно. Поначалу, мы проделали этот фокус, скорее, даже на неком интуитивном уровне. Но уже вскоре, немного разобрались что к чему. – кивнул Аркадий. – Признаться, мы и сами были потрясены этим не меньше твоего.
Собравшись с мыслями, великий конспиратор продолжил.
– Так вот. Я хочу внести небольшую коррекцию в тот трагический трансильванский сценарий и уже не единожды с помощью хронотрекера проделывал подобное.
– Хорошо, давай допустим такой вариант развития событий. – кивнул Марк. – Но все же, у меня есть один упрямый вопрос, – каким образом ты собираешься воспользоваться этой чудной штуковиной, если она уничтожена?
– Всегда приятно видеть твою искреннюю заинтересованность. – обрадованный тем, что разговор стронулся с некой критической точки, Аркадий энергично потер свои влажные от волнения ладони. – Ты конечно же прав. Наше устройство, к величайшему моему сожалению, было безвозвратно утеряно. Но кто будет утверждать, что подобного рода механизмов больше не существует? Вот я считаю, что у нас имеется возможность заполучить в свое пользование, как минимум, еще один такой же экземпляр.
– Как минимум, говоришь? – в неподдельном изумлении, округлил глаза Марк. – Продолжай …
– Знаешь, вчера я, совершенно случайно, обнаружил в архиве интересную информацию о неком механическом устройстве, обнаруженном в одна тысяча девятьсот первом году у берегов греческой Антикитеры. Как пишут в источниках, местный ловец морских губок поднял окаменелый бронзовый артефакт с борта старинного корабля, останки которого покоились на самом дне Эгейского моря. В последствии, судно то и, собственно говоря, извлеченный механизм назвали антикитерскими.
– Допустим, и что из этого? – в нетерпении, прервал его Марк.
Вместо ответа, великий конспиратор молча протянул собеседнику смартфон, на ярком дисплее которого отчетливо просматривались знакомые очертания прямоугольного деревянного корпуса замысловатого прибора, оснащенного циферблатом с металлическими стрелками. Следующий снимок демонстрировал его внутреннее устройство, представлявшее собою множество мастерски исполненных шестерней, предположительно, изготовленных из бронзы. Тыльную поверхность этого устройства в полной мере отражало третье фотографическое изображение, на котором четко просматривался второй циферблат, аналогичный первому. Для защиты механизма от разного рода повреждений, в корпус устройства были предусмотрительно вмонтированы тонкие, прямоугольной формы, кожухи в виде бронзовых пластин. Само же устройтсво, со стороны смахивало на двадцатидюймовый планшетный компьютер, но только толщиною со спичечный коробок.
– Арк, ты скажи, что мне все это сейчас просто снится. – прошептал напрочь выбитый из колеи мастер по фехтованию.
– Да как бы не так! – с выражением триумфа на лице, медленно произнес великий конспиратор. – Перед тобой сейчас на мониторе – один из серии аналогичных тому механизмов, нашедших свое отражение в разного рода литературе, со времен начала нашей эры.
– Серии механизмов?! – медленно приходил в себя Марк. Не отрывая глаза от экрана, он нащупал рукой лежащую в салоне бутылку питьевой воды и залпом осушил ее.
– Оказывается, подобные устройства имели раньше весьма широкое применение. Судя по комментарию к данному конкретному бронзовому механизму, якобы он когда-то использовался для вычисления траекторий движения небесных тел. – Аркаша вдруг перешел на шепотную речь. – Но мы то с тобой прекрасно знаем, для чего он на самом деле предназначен!
– Что верно, то верно. – развел руками Марк. – Здесь и возразить нечего. Но вот что-то я сомневаюсь в сохранности этого конкретного экземпляра. Выглядит он весьма потрепанным.
– Я тоже заметил. – с досадой отрезал конспиратор. – Всему виной разъедающие свойства морской воды и, как бы комично это сейчас ни звучало, – само всесильное время!
– Да, некая ирония в этом, все же, присутствует. Время, пожирающее хронотрекер. – Марк вернул телефон другу. – Устройство сейчас у того же самого водолаза?
– Ну что ты! Конечно же нет. – усмехнулся Аркадий. – Прошло столько времени, да и вряд ли находки подобного рода остаются без внимания хранителей святилища Муз.
– А в каком из мусейонов осела эта находка? – поинтересовался тот. – Полагаю, что в одним из самых престижных.
– Должно быть, на Козьем острове в Афинах, – все согласно статусу обнаруженных на корабле артефактов.
– Минуточку! – снова оторопел Марк. – Были найдены еще какие-то хронотрекеры?
– Нет, к сожалению, подобного не случилось. Вся соль в том, что тот злополучный корабль, с большой долей вероятности, затонул под тяжестью мраморных и бронзовых статуй, а также прочих весьма дорогих игрушек того времени. Конкретно этот хронотрекер обнаружили случайно, в процессе изучения находившейся на том судне древнегреческой бронзовой статуи, к которой это устройство благополучно приросло.
– Ты, кстати, упомянул про некое множество подобных устройств. – вопросительно уставился на Аркадия Марк. – На чем конкретно основываешь это свое предположение?
– Хорошо, не буду тебя больше томить. – кивнул одобрительно конспиратор. – Вероятно, ты помнишь тот душещипательный рассказ, что поведал нам старый охотник у костра, на перевале в Трансильвании.
– Моя голова в тот момент была забита лишь мыслями о выживании, так что не до притч и сказок мне было, извини. – недовольно буркнул Марк. – Напомни вкратце.
– Хорошо. Если быть предельно кратким, то старик тот изложил одну, без преувеличения, уникальную легенду, повествующую о существовании, еще с незапамятных времен, тайного общества «исследователей времени».
– Вроде бы я припоминаю что-то подобное. Ах да! Миф про то, как один из этих хранителей застрял где-то на южном полюсе Земли, по ошибке материализовавшись либо в толще вечного льда, либо внутри некого каменного изваяния. Еще, в своей руке он сжимал бронзовый механизм, позволяющий … – вдруг, Марк внезапно запнулся и изумленно уставился на друга. – Ты что, вознамерился отыскать это место?!
– Совершено верно. – просиял Аркадий. Затем, заговорщически подмигнув, шепнул. – И ты мне во всем этом посодействуешь!
Утром Марк ощущал себя небывало разбитым. Ночь, проведенная на, оснащенной жалким подобием матраса, кровати, вместо бодрости, оставила во всем теле лишь болезненные мышечные ощущения. Соответственно, хорошо выспаться ему также не удалось. Ругая мысленно попутчика за столь неприятный сюрприз, он крутым движением руля, входил в очередной поворот. Все утро хранящий молчание Аркадий, наконец, спросил мрачного водителя:
– Ты чего такой дерганный, может быть что-то не так?
– Вот думаю, чем же я тебе успел досадить до такой степени, что очутился, вдруг, этой ночью на собачьем коврике?! У меня разламывается все тело. – прошипел в ответ Марк.
– Ты, знаешь, я тоже не выспался и мои кости болят не меньше. Но я, по крайней мере, не стенаю, как принцесса на горошине! – горделиво задрал подбородок Аркадий.
– Что-то я не совсем понял … Ты же, вроде как, и себе застилаешь кровать в спартанском стиле, но, по какой-то неизвестной причине, до сих пор не адаптировался к этому?
– Нет конечно! – искренне, возмутился тот. – Я так убрал постель в первый раз, именно вчера.
– Так ты правда решил надо мною поиздеваться, да еще и таким гадким способом?– покраснел от негодования Марк. – Я же говорил, что очень хочу этой ночью выспаться! Наверное, мстишь за вчерашний разговор?
– Нет! Как ты вообще мог такое подумать! – запротестовал растерянно чудаковатый пассажир. – Я все это сделал исходя из глубоких соображений.
– Да?! – прервал его друг. – И каких же ..?
– Просто нам с тобой не помешает закалить себя перед намечающейся поездкой. В связи с этим, что может быть полезнее ночи, проведенной на твердой кровати? К тому же, все это невероятно полезно и …
Заметив выражение чрезмерного нервного напряжения на лице собеседника, Аркадий запнулся. Сохраняя таким образом молчание, они достигли особняка, где в этот день намечалось очередное совещание Клуба.
– Вот и чудесно! – с невинной улыбкой на лице, обернулся он в сторону Марка. – Еще час до начала мероприятия, а мы уже на месте. Пора выходить!
– Ты, пожалуй, иди. А я тебя догоню чуть позже. – не оборачиваясь, процедил устало тот.
– Я могу посидеть здесь с тобой, если хочешь.
– У меня от тебя глаз дергается. – безучастно продолжил Марк. – Но хотя, это также может быть и от недосыпания. Так что, я немного прикорну здесь, хорошо?
– Конечно поспи! – кивнул от с готовностью. – А я вот, напротив, полон сил и энергии!
Аркаша вышел из авто и подчеркнуто бодрым шагом направился ко входу в здание. Марк с вожделением, откинул до упора назад спинку комфортного водительского сиденья и мгновенно провалился в сон.
Вероятно, по причине чрезмерной усталости, он вдруг с определенной четкостью осознал себя во сне. Некоторое время зачарованно наблюдая за тем, как мягкая нега розоватым туманом постепенно обволакивает все пространство вокруг, он друг заметил, как сквозь легкую дымовую завесу сна, стали проступать очертания стоявшей к нему спиною женской фигуры. Облаченная в легкий древнегреческий пеплос, незнакомка стояла на самом краю отвесной скалы, у подножия которой раскинула свои объятья неописуемой красоты цветущая долина, в самом центре которой возвышались мраморные стены незнакомого ему большого, в форме звезды, города. Ее собранные в пучок на макушке волосы были полуприкрыты невесомым прозрачным пледом.
Вдруг, Марк заметил, как в руках женщины блеснуло большое, в бронзовой оправе зеркало, через которое она, казалось, за ним непрерывно наблюдала. Он подошел к незнакомке на расстояние вытянутой руки и тотчас замер от неожиданности. Вместо ожидаемого образа, он увидел в зеркале отражение яркой лунной поверхности. Обернувшись назад, он машинально зажмурился от полоснувшей по глазам вспышки яркого света и прикрыл свое лицо руками. Так, словно отчаянно от чего-то защищаясь, Марк вдруг проснулся. Сквозь лобовое стекло автомобиля ему в лицо светило яркое полуденное солнце.
Придя немного в себя, он неспеша направился к нужной двери подъезда и, не задерживая долго взгляд на привычном маскароне Беса, поднялся в холл второго этажа.
По-обыкновению положив свой телефон на журнальный столик, он направился к двери, ведущей в гостиную, где должно было проводиться очередное совещание Клуба. В момент, когда Марк готов был войти уже в нужное помещение, он, вдруг, услышал из-за спины чей-то мелодичный женский голос:
– Доброе утро! А Вы, как я полагаю, и есть тот самый Марк?
Молодой человек обернулся. На расстоянии пары шагов от него, стояла «звезда» вчерашнего вечера. Она была занята тем, что непринужденно исследовала свою сумочку, разыскивая, по всей видимости, свой мобильный телефон.
– Прямое попадание. – скупо отшутился он. – А Вы – та самая Роксана, верно?
– Да, все верно. Та самая. – кивнула девушка. – Искренне, польщена тем, что Вы меня запомнили.
– Это не составило мне ни малейшего труда, поверьте. Вы обладаете весьма примечательной внешностью. – отметил Марк. – Раз уж мы успели познакомиться, предлагаю немного пообщаться после сегодняшнего мероприятия. Я бы хотел обозначить некоторые моменты, касаемо внутреннего распорядка фирмы, а также ответить на возможные вопросы с Вашей стороны. И, если что, мы здесь все на обращаемся друг к другу на «ты». Так что, привыкайте.
– С готовностью! – шутливо «взяв под козырек», приложила к своей голове руку девушка. – На ты, так на ты.
– Прекрасно, тогда, будем считать это первым пунктом нашего вводного инструктажа. – улыбнулся Марк, оценив про себя юмор собеседницы.
Опустив на столик, принятый из рук Роксаны, мобильник, он, коротким жестом, пригласил девушку войти в зал.
Внутри царило заметное оживление. Несколько, располагающихся по периметру зала, уютных кресел были уже заняты. На роскошном, хотя и слегка потертом, диване из натуральной коричневой кожи, релаксировал, с утра опередивший его, Аркадий, непринужденно закинув обе ноги на стеганный, слегка потертый локотник. Прикрыв лицо развернутым где-то на середине журналом, с яркой рекламой туристических маршрутов, он мирно посапывал, заставляя обложку засмотренной до дыр периодики ритмично покачиваться в такт своему дыханию.
Несколько членов команды, из состава технической группы, что-то усердно срисовывали с, привезенной накануне Рональдом, стопки листов древнего атласа.
До начала совещания оставалось всего сорок минут, поэтому следовало ожидать прибытия дополнительного состава участников намечаемой экспедиции.
Марк помог Роксане определиться с выбором места, и, к нескрываемому разочарованию присутсвующей в зале мужской части Клуба, удобно расположился с нею, по соседству. Имея в запасе достаточно времени, он решил не откладывать в долгий ящик запланированный вводный инструктаж, направив девушке по электронной почте ссылки на все, используемые в работе, документы.
– Роксана, в моих сообщениях ты найдешь некоторую рутинную информацию, на которой мне, признаться, особо не хочется сейчас акцентироваться. Обрати внимание, что вся наша внутренняя деятельность выстроена таким образом, чтобы сотрудники могли иметь возможность быть задействованными в более, чем одном проекте, одновременно. Такая постановка вопроса, ранее уже показала свою эффективность. Простыми словами, если ты работаешь с одной из наших проектных групп, то никто тебе не запрещает присоединиться еще и к другой. Таким образом, занимая с пользой свободное время, ты дополнительно зарабатываешь.
Доходная же часть зависит от бюджета каждого конкретного проекта, но я тебя уверяю, что Мэтью давно уже не принимает в работу мелкие заказы. И дело тут скорее не в изрядной доли пафоса. Просто в таком случае, нам пришлось бы расширяться, в ущерб качеству работы. К тому же, не секрет, что в наше непростое время, крупные организации нередко привлекают к себе ненужное внимание со стороны.
– Хм. Как интересно, – произнесла в задумчивости Роксана.
– Еще один весьма тонкий момент, касающийся дресс-кода. – продолжил Марк. – Вероятно ты уже заметила, что в нашей фирме присутствует определенное единообразие в части ношения одежды? Это связано с тем, что мы постоянно контактируем с заказчиками или с их представителями. То есть, мы официально представляем свою фирму и должны выглядеть соответствующе.
– Намек поняла. – она понимающе улыбнулась. – Вообще-то, я отметила с самого первого дня, что мужская часть коллектива придерживается в основном делового стиля. Но женщин, к сожалению, я здесь пока еще не обнаружила. Так что пример мне брать было не с кого.
– В этом нет ничего затруднительного. С образцами женских деловых костюмов ты также можешь ознакомиться в приложениях к моим электронным письмам. – успокаивающим тоном сообщил Марк. – Кстати, утверждением эскизов Мэтью занимался лично. В итоге, финальный вариант всех устроил.
– Интересно, каким же принципом он при этом руководствовался? – состроила веселую гримасу девушка.
– Если не ошибаюсь, самое главное в этой задумке – это как можно меньше отвлекать от работы мужскую часть населения Клуба. – серьезно ответил он.
– Кому как, а вот я бы предпочел переносить все тяготы рабочей рутины в компании сотрудницы, облаченной в легкий костюм горничной или бортпроводницы, например. – раздался из под журнала бубнящий голос Аркадия.
Дружный смех прокатившийся по гостиной, был прерван появлением в дверном проеме фигуры босса, в сопровождении нескольких запоздавших членов Клуба.
– И что же так развеселило моих обожаемых коллег в это прохладное утро? Делитесь же скорее! – с напускной серьезностью потребовал широко улыбающийся Мэтью, бодрой походкой направляясь к своему креслу.
– Ничего особенного не произошло. – приняв сидячее положение, спешно отчитался Аркадий. – Просто я делился своими соображениями о том, в каком стиле могла бы еще у нас быть женская офисная одежда.
– Ну если инициатором этого разговора был именно ты, то вариантов тут всего два – или костюм прислуги, или костюм уборщицы помещений. – отмахнулся рукой Мэтью. – Все верно?
– В целом, ты, как будто бы и, угадал. – обескураженно ответил тот. – Но, я все равно отмечу, что фраза твоя прозвучала весьма уничижительно, так как мне это виделось в несколько ином ракурсе, – ну более романтично что-ли …
– Аркадий, только не вздумай мне тут обижаться! – шутливо погрозил ему пальцем Мэтью. – Хочешь, ради тебя, мы сейчас же поставим этот вопрос на открытое голосование?
– Уважаемые мужчины! – протестующе подняла руку Роксана. – Я официально заявляю, что не поддержу подобное нововведение и готова носить ранее утвержденную форму одежды!
– До момента введения в должность, ты пока что не имеешь в этих стенах права голоса. – театрализованно отрезал Мэтью. – Так что сие возражение не принимается!
По залу прокатилась очередная волна смеха.
Дождавшись, пока стихнут эмоции, Мэтью занял свое место за круглым столом и призвал всех к вниманию.
– А теперь, предлагаю от шуток, перейти к нашей сегодняшней повестке дня. Итак, я искренне рад видеть вас всех сегодня в таком составе. Это означает, что мы, все же, имеем шанс набрать полноценный состав команды для предстоящей экспедиции. Ввиду узости временных рамок данного проекта, предлагаю сразу же приступить к делу. Надеюсь, что каждый из вас хотя бы поверхностно ознакомился с содержанием раритетной карты, которую я оставил вчера для вас на этом столе. И что вы обо всем этом думаете, коллеги?
В помещении воцарилась тишина, свидетельствующая либо о наличии напряженного мыслительного процесса в умах присутствующих, либо о том, что никто еще пока не успел прикоснуться к живительному источнику этого реликтового знания.
Получив древний атлас из рук Аркадия, географ Роксана взяла слово:
– Коллеги, давайте я постараюсь кратко изложить свое видение по заданной теме. Однажды в студенческие годы, мне пришлось изучать эту карту буквально «под лупой».
– В таком случае, я, с удовольствием, предоставляю тебе эту возможность. – откинулся в своем кресле босс.
– Спасибо. – ответила она, демонстрируя аудитории одну из частей копии атласа древнего мира. – Перед вами изображение карты-планисферы, возрастом четыреста тридцать лет и объемом порядка семидесяти нестандартных отдельных страниц. Чтобы вы могли иметь более четкое представление о возрастной составляющей данного артефакта, отмечу, что он вышел в свет через несколько десятков лет после аннонсирования открытия Америки. Картограф корпел над ним почти восемнадцать лет своей жизни и по моей информации, это произведение искусства, хотя и со скрипом, сегодня признается научным сообществом как весьма точное. Сама по себе, карта примечательна уже тем, что подробно отражает некую альтернативную реальность, существенно отличающуюся от той, что была вложена в наши головы с детских лет.
Прошу еще раз отметить, что точность с которой составлена эта карта до сих пор не дает покоя исследователям. Дело еще и в том, что, она изготовлена на таком техническом уровне, ее можно было составить лишь имея в своем распоряжении современный летательный аппарат или, хотя бы даже, спутниковое изображение. На планисфере вы можете наблюдать, как-будто бы, сферическую Землю, нанесенную на уплощенную дискообразную поверхность, с выпуклостью, приходящейся на проекцию географического Северного полюса.
– Все как на эмблеме одной известной нам всем международной организации. – отметил Марк.
– Есть некоторое сходство, – подтвердила Роксана. – И все же, несмотря на то, что это, по определению, планисфера, у меня сложилось впечатление, что задумка автора заключалась именно в том, чтобы используя данный картографический способ проекции сферы на плоскость, подспудно отобразить землю именно такой, какой она ему представлялась на самом деле, то есть, не шарообразной.
– Наверное, таким образом он подстраховался от внимания со стороны активных приверженцев набирающего силу гелиоцентрического учения. – поделился соображениями Аркадий.
– Но зачем ему это было делать? – уточнил Марк. – Разве в его время уже не существовало той традиционной теории мира, покоящегося на трех китах в самом центре Вселенной?
– Интересный вопрос, Марк. – с улыбкой одобрения отметила Роксана. – Как я понимаю, геоцентристы и плоскоземельщики, к тому моменту, уже потерпели сокрушительное поражение. Гелиоцентрическая модель Земли была индоктринизирована, то есть, стала официальной.
– Какое значение ты все-таки вкладываешь в понятие «планисфера»? – вопросительно поднял бровь Мэтью. – И остановись подробнее на этих известных фамилиях, пожалуйста.
– По своему определению, планисфера представляет собой древний способ проецирования координат со сферической поверхности на плоскость. Но, даже несмотря на существование альтернативных способов, она применяется в картографировании и по сей день. – пояснила рассказчица. – Но я полагаю, что этот способ не такой уж древний и возник он одновременно с появлением концепции шарообразности Земли.
– Это почему же? – снова вмешался Аркадий.
– Да потому, что если к примеру, плыть или лететь на самолете руководствуясь координатами в том виде, в каком они представлены на глобусе, то существует риск очутиться совсем не в том месте, куда ты направляешься. Наверное, по данной причинее, современная техническая навигация проводится по картам плоской модели Земли. То есть, – подняла вверх указательный палец Роксана, – концепция шарообразности, по всей видимости, является не такой уж и прикладной. Более того, из школьного курса физики нам должно быть известно, что …
– Роксана, я все-таки посмею тебе возразить. – раздался с галерки возмущенный голос Алексея, подающего большие надежды молодого физика, в степени кандидата наук. – Не хочу показаться бестактным, но ты сейчас наивно пытаешься увести нас в дутую концепцию этих дремучих «плоскоземельщиков», даже не попытавшись проанализировать их домыслы. Каким же тогда по твоему образом работают геодезисты?
– Могу ошибаться, но очень похоже на то, что и геодезисты, в свою очередь, строят свои расчеты по планисфере, нисколько не принимая в расчет поправку на ее шарообразность. Причиной является то, что расчеты по сфере представляются весьма объемными. Я даже, помнится, смотрела интервью бывшего геодезиста на эту тему.
– Неужели ты и вправду расцениваешь интервью какого-то, тем более, бывшего специалиста этой области как истину в первой инстанции? – возмутился тот. – Имеется же масса неопровержимых доказательств официально признанной теории.
– Алексей, тогда позволь мне встречный вопрос. Вот, к примеру, тебя, как ученого-физика, нисколько не смущает более чем странное поведение воды на поверхности земного шара?
– И что же конкретно меня должно было смутить? – удивленно округлил глаза физик.
– Если принять во внимание обстоятельство, что значительную часть поверхности нашей планеты занимает водная поверхность, то каким образом на шарообразной Земле могут работать естественные законы определяющие способность воды принимать линию горизонта? Разве с точки зрения физики, вода способна загибаться дугой, как это происходит на умозрительном варианте земной сферы? – покраснела от возмущения девушка. – И раз на то пошло, разве не свидетельствует дополнительно в пользу теории плоской Земли то обстоятельсто, что в Северном полушарии сосредоточено суши, почти на две трети больше, чем в полушарии Южном.
Решив вмешаться в разговор, Мэтью повелительным жестом руки пресек очередную попытку Алексея вставить свою научно обоснованную реплику, тем самым гася пламя зарождающегося спора. После чего, он с нескрываемым восхищением в глазах, обратился к разгоряченной от волнения докладчице:
– Роксана, вижу я, что не ошибся в своем выборе. Ты у нас являешься не просто эрудированным сотрудником, но даже готова отстаивать свое мнение, что весьма приветствуется в нашем Клубе.
Единственное, о чем я хотел бы попросить тебя и Алексея, опустить сейчас эту грозящую затянуться полемику, сэкономив драгоценное время. Если отстаиваешь эту свою гипотезу о плоской Земле, значит будем считать, что ты взяла аргументацию не с потолка и успела как следует изучить проблемный вопрос.
Все-таки признаюсь, что лично мне твоя точка зрения чем-то даже более близка. Я и сам неоднократно испытывал сомнения в отношении официально принятой теории устройства Вселенной.
Более того, я вижу в концепции «плоской Земли» еще никем до сегодняшнего дня не раскрытый потенциал. Какого рода возможности она в себе таит, нам видимо еще предстоит познать.
Ввиду всего сказанного, я назначаю тебя руководителем текущего проекта. Благодаря этому, ты будешь иметь реальную возможность развивать свои плоскоземельные изыскания, но уже за счет средств нашего Клуба. Как говорится, может это еще и «выстрелит». У кого какие возражения?
– Спасибо за оказанное доверие, Мэтью! – еще больше разволновалась она. – Я постараюсь сделать все, чтобы его оправдать.
Основатель Клуба удовлетворенно кивнул:
– Но всегда помни, Роксана, что, с по одну сторону, на кону лежат серьезные деньги, по другую, – наша безупречная репутация. Одно без другого существовать в современном бизнесе никак не может. А ты, наш драгоценный Алексей, будешь советником новоиспеченного проектного руководителя, в своей узкой компетенции.
– Да, конечно, – отстраненным голосом, согласился тот. – Если мой скромный вклад в общее дело окажется полезным, то я буду искренне рад стараться.
– Я попрошу тебя, в интересах общего дела, отбросить подальше покров привычного нам мировоззрения и все-таки решиться на то, чтобы взглянуть чуть дальше отведенных нам когда-то границ. Так или иначе, рьяно отстаиваемая тобой официальная теория сферической Земли, не способна помочь нам на нашем тернистом пути.
– Да, Мэтью, согласен. – кивнул Алексей.
– Твоя готовность не может не радовать. – улыбнулся босс, но с упрямым занудством продолжил. – Тебе, да и всем нам, следует мыслить смелее и подвергать все сомнению. Ведь по хорошему, одно лишь только корневое сходство терминов "планета" и "планисфера" с латинским словом planum – "плоскость", тебя, как профессионала, должно было бы как минимум, насторожить.
– Кстати, почему определение термина "планисфера" в словарях имеет преимущественное отношение лишь к способам отображения небесной сферы? – поинтересовался Иван, продолжая нагружать искусственный интеллект поисковика своими нестандартными запросами.
– Если уж на то пошло, небесная сфера – тоже относится к разряду абстрактных понятий. – включился Алексей. – За ее центр, между прочим, принимается глаз наблюдателя. Но он в момент наблюдения может находится там, где ему вообще заблагорассудится. То есть как над, так и под земной поверхностью и даже в ее центре. Не мешало бы нам, при случае, во всем этом получше разобраться.
– Алексей, – сердитым тоном прервал его Мэтью. – Разбираться нужно сейчас, именно, пока нам за это хорошо платят. Такого удобного момента больше может не представится.
Не обращая более внимания на кислую мину физика, босс подал Роксане знак продолжить аналитический обзор.
– Коллеги, очень рада, что мои мысли показались вам интересными. Итак, возвращаясь к ранее сказанному в части нашего планисферного атласа.
Северный полюс на этой старой карте все же присутстует, хотя и заметно видоизменен. Но, сведущие люди, в его проекции смогут без труда определить очертания, так называемой, меркаторовской Гипербореи, то есть мифичекого архипелага, состоящего из четырех крупных островов, разделенных между собой реками и горой по центру. Возможно, автор и отразил здесь вполне реальный рельеф, но сегодня, в силу наличия там больших наслоений льда, мы с вами об этом можем только догадываться.
– Гиперборея… Как интересно. – пробормотал Мэтью.
– Думаю, что наибольший интерес для нас будут представлять даже не центральные части этой карты, а все же ее пока неизученные периферийные области. Удивительно, но здесь мы с вами уже не обнаружим на своих привычных местах, как минимум двух материков, хорошо известных всем нам еще со школьной скамьи. Речь в данном случае идет об Австралии, Антарктиде и даже об острове Новая Гвинея. Похоже на то, что все они представлены здесь всего одним, отмеченным надписью "Terra Australis nondum Cognita", материком. С латыни эту фразу наверное можно перевести, как "южная земля, еще пока неизвестная".
Ранее, я никогда еще не обращала внимания на то, что, этимологически, название этого материка имеет отношение к латинскому слову "australis", что, переводе на русский, означает "южный". Тем не менее, это вполне логично, так как именно в данной локации находится наш географический южный полюс.
– Очень уж термин "australis" напоминает такие названия, как Австрия, Астурия… – озвучил вслух свои мысли Марк. – Я изучал когда-то немецкий, поэтому хорошо помню, что название Австрии происходит от немецкого слова «ost» – «восток». Всвязи с этим, какое-то несоответствие получается, тебе не кажется?
– Здесь упоминается, что на арабский манер Австрию и подавно называли «an-Nimsa», что через несколько диалектических трансфрмаций, в конечном итоге, преобразовалось в этноним «немцы». – поделился своим «открытием» Иван.
– В общем, все это потребует более детального рассмотрения. – резюмировал Марк, обращаясь к докладчице Роксане.
– Согласна с тобой, коллега. Будем анализировать все имеющиеся в нашем распоряжении данные. – кивнула девушка. – Возвращаясь к атласу, можно с удивлением констатировать, что на нем отсутствуют признаки Антарктиды.
Примечательно также то, что «южная земля, еще неизвестная» имеет вид прерывистого кольца суши, не покрытого ни льдом, ни даже снегом. Более того, мы видим по всей ее протяженности контуры крупных рек, озер, лесные массивы, каких-то диких людей и даже отдельные экземпляры местной фауны. Но, все самое интересное, способное взбудоражить неискушенное воображение, нас еще пока ждет впереди. То, что подписано на карте как Terra nova Guinea, и, вероятно означает «земля новая гвинея», здесь выглядит как нечно весьма грандиозное. На этом странном материке мы видим гибридных существ, похожих на людей, обезьян, рептилий, верблюдов, единорогов, зайцев, коз, сцепившихся в поединке с грифонами львов, обезьян, одна из которых даже любуется в зеркальце. То есть, ничто человеческое тем обезьянкам не чуждо.
Роксана простодушно хихикнула и, сделалав короткую паузу, неспеша продолжила:
– Обратите внимание на то, что где то там, за «антарктическим кольцом», как я его буду для удобства называть, есть еще суша! Да что там суша, мы видим очертания громадных водных пространств. Вот взгляните, южнее материка «земля новая гвинея» мы видим водоем, название которого я дословно перевела как «ложный южный океан».
– А почему здесь рядом написано «царство бразилия»? – уточнил Марк, отметив точку на карте.
– Хм. – задумалась Роксана. – И правда, интересно.
– Я нашел, что это просто одно из наименований той части суши, которую ты зовешь «южная земля, еще неизвестная». – подоспел с комментарием Иван. – Мой поисковик выдает несколько сходных названий, но самое интересное из них – это, так называемый, «юг Бразилии».
– Вот, действительно, задачка! – всплеснула руками Роксана. – Здесь одни вопросы, а ответов на них как-то уж слишком мало.
– Тем интереснее, – подбодрил ее неунывающий босс. – Предлагаю на этом моменте остановиться подробнее. У меня ощущение дежавю от всей этой терминологии. Где же мог я раньше наблюдать подобного рода сочетание локаций: Папуа Новая Гвинея – Австралия – Антарктида – Бразилия? Вспомнить бы … Стоп!
Он стремительно поднялся с места и приблизился к креслу, на котором удобно расположился ничего не подозревавший Иван.
– Дай-ка мне эту свою штуковину! – не терпящим возражений тоном потребовал босс, протягивая руку к планшетнику специалиста по информационным технологиям.
От неожиданности, Иван машинально прикрыл руками свою любимую «игрушку». Но тут же, сообразив, что никакая опасность ему сейчас не угрожает, подчинился требованию босса, передав ему компьютер.
Все присутствующие в гостиной были удивлены внезапной выходкой Мэтью, но с интересом продолжали наблюдать за происходящим.
Что-то сосредоточенно бормоча, Мэтью, вероятно, пытался получить некий сокровенный ответ от, загнанного, словно почтовая лошадь, поисковика.
Наконец, первым решился нарушить затянувшуюся паузу Иван:
– Может, я могу тебе чем-то помочь?
– Нет, спасибо, – коротко отрезал тот. – Я уже почти нашел … Вот! Дамы и господа! Как вам такая вводная?
Он демонстративно развернул экран планшета в сторону притихшей в ожидании аудитории, но вовремя осознав, что расстояние от экрана не позволяет коллегам оценить всю важность его находки, громко произнес:
– Гондвана!
– Что, Гондвана? – переспросила Роксана.
– Я про континент, который был когда-то частью единого суперконтинента Пангеи.
– Теперь я кажется твою мысль поняла. – до нее, наконец, дошел смысл реплики босса. – Ты думаешь, что …
– Я полагаю, что этот кусок земли когда-то являлся составной частью территории современной Бразилии, точнее, ее южной части. Это имело место быть до того, как континенты предположительно разошлись на тысячи километров.
– Мысль весьма интересная. – отметила Роксана. – Но как быть с тем, что концепция движения материков – всего лишь одно из теоретических направлений современной геологии.
Дело в том, что один из ученых мужей, вдруг отметил сходство очертаний береговых линий материков по краям Атлантического океана и логически предположил, что они были когда-то разделены, в результате взрыва подземных газов.
– Так это же очевидно! – отметил с сарказмом Аркадий. – Вселенная развивается в результате взрыва, Земля тоже не исключение. Мы вот тоже произошли вследствие своебразного эмоционального взрыва. Все взрывается, как же иначе?
– Ты сказала, что это одно из направлений. – включился в активное обсуждение Марк. – Существовало уже где-то альтернативное этому учение?
– Да, конечно. – развела руки в стороны девушка-географ. – То явление, о чем мы сейчас говорили, основано преимущественно, на теории тектоники плит. Но пока я просто отмечу, что это научное веяние, предположительно, зародилось еще в так называемую, эпоху географических открытий, которая, как считается, неописуемо обогатила несведущее человечество информацией о расположении в пространстве земных материков. Начавшись в пятнадцатом веке и окончившись много позднее, в семнадцатом, оно принесло европейцам славу первооткрывателей морских просторов и массы сопутствующих им, новых земель, таких как Америка, Африка, Азия и Океания.
– Ребята, а вы, кстати, помните необычную трансильванскую тектонику? – вклинился репликой Мэтью, но тут же поправившись, переключился на Роксану. – Знаешь, не хотел сейчас тебя прервать, но та часть румынского проекта, похоже оставила в нашей памяти свой неизгладимый след. Извини, что прерываю, рассказывай, пожалуйста, дальше.
– Спасибо. – улыбнулась девушка. – Признаться, я немало заинтригована вашими недомолвками при упоминании этого таинственного румынского местечка. Надеюсь, в скором времени я также буду посвящена во все ваши мрачные «дворцовые тайны».
– Несомненно, Роксана. – заговорщическим тоном подыграл босс. – Как только настанет полночь …
– Шутку оценила! Итак, полагаю, что с движением материков нам все более или менее стало понятно. Теперь же настал черед противоположногй концепции, которая в свою очередь, отрицает какое-либо значимое движение суши в горизонтальном направлении, но допускает возможность ее перемещений в вертикальном.
– Полагаю, что это только начало и дальше последует самое интересное? – уточнил Мэтью.
– Во всяком случае, я постараюсь изложить свои соображения на это счет как можно более доходчиво. – Роксана на минуту задумалась. – Так сложилось, что по природе мышления, я скорее отношусь к тем людям, которые во всем стараются определить золотую середину. Применимо к ситуации с движением материков, я считаю, что истина находится все же где-то рядом.
Знаете, своими высказываниями о «южной частью Бразилии» и Гондване, Мэтью невольно натолкнул меня на интересную мысль о том, что быть может, реальная карта мира все же выглядит совершенно иначе, а упомянутые нами общепринятые концепции, в сущности своей, весят не более, чем материки – льдинки, свободно плавающие, вероятно, лишь в чьем-то богатом воображении.
– Могло же сложиться так, что в поддержке подобного рода идей могли быть изначально заинтересованы определенные общественные круги? – заговорщически выдал Аркадий.
– Нет, ну что ты, Аркадий. – отвела в сторону глаза Роксана. – Это все чистейшей воды случайность.
– И все же, кому вообще могло быть выгодно преподносить землю шарообразной, да еще и заставлять ее крутиться вокруг солнца? Кроме того, такое положение дел противоречило общепринятым религиозным представлениям того времени.
– Аркадий, признаться, я, ровным счетом, ничего не смыслю в вопросах религии, поэтому, оставим все эти вопросы на откуп профильным специалистам. – вежливо парировала Роксана. – Если тебя интересует лично мое мнение, то причину изменений нужно искать в мировоззрении тех, кто все эти изменения активно продвигал.
Вот, к примеру, главный теоретик гелиоцентризма, резидент одного из статусных итальянских университетов, являлся, без сомнения, гениальным человеком. Будучи студентом юридического факультета, он достиг потрясающих успехов в точных науках, в том числе и астрономии. Но о его духовных предпосылках мне, увы, пока еще ничего не известно. Значит, за информацией нам нужно попробовать обратиться к биографиям его учителей и наставников. Отметим, что в университете, где трудился этот гений, у него был весьма известный учитель, назовем его для удобства, научный наставник. Вот тот как раз уже являлся неоплатоником, почерпнув, в свою очередь, эти идеи еще в свои студенческие годы. Наставник этот, без малого, являлся к тому же фактическим родоначальником теории перемещения полюсов Земли и, конечно же, движителем теории гелиоцентризма. Вполне возможно, что он заинтересовал своих студентов какими-то неоплатоническими идеями. К сожалению, я пока еще не изучала неоплатонизм, но все же помню, что основатель платонизма, незаурядный мыслитель Платон в своем воображении, представлял Землю как раз в виде мяча.
– Извини, но все это как-то не очень убедительно звучит. – снова выступил со своим мнением Алексей. – Вот, к примеру, имеем мы каких-то двух гениальных людей, учителя и ученика, придерживающихся определенных взглядов. Вдруг, они стремительно становятся эпицентром глобальных изменений в масштабах планеты. Вы верите в это? Я вот что-то сомневаюсь. И какое вообще имеют неоплатоники отношение к нашему проекту?
– Мыслишь ты в целом верно. – согласилась с возражением Роксана. – В таком случае, мне следует продолжить далее наш вертикальный анализ. Иван, посмотри, пожалуйста, кто, в свою очередь, был научным наставником у самого наставника? Извините за тавтологию.
– Так, прошу минуточку. – погрузился в свое излюбленное поисковое занятие тот. – Написано, что таковых у него было всего двое. Первый, родился в Тоскане, был итальянский математик, отец бухучета. Больше для нас с вами здесь нет ничего интересного. Второй наставник был весьма интересным человеком, который также косвенно внес свою лепту в развитие гелиоцентризма. На него, в свою очередь, оказал влияние другой учитель, неоплатоник по убеждению, поднимаемся еще выше и, таким вот образом, мы сможем добраться до зороастризма.
– А вот на этом-то интересном месте, ты, пожалуй, и остановись. – подняла руку Роксана. – Может я и не особо разбираюсь в вопросах религии, но все же припоминаю, что именно зороастризму было свойственно почитание солнца. Поэтому, не вдаваясь пока в подробности, давайте проведем эту важную параллель от зороастризма к гелиоцентрической теории. Ну просто ради исследовательского интереса. Итак, божественное солнце, теперь в самом центре Вселенной!
– Возьмите-ка еще на заметку то, что на философию Платона, в свою очередь, оказал влияние пифагореизм. – раздался голос, по своему обыкновению, молчаливого историка-антрополога Эдуарда, внимательно следившего за развитием оживленной беседы. – А уже через последующий платонизм, пифагорейцы повлияли на всю философию Нового времени. То есть на период, следующий за эпохой Возрождения. Ряд известных гелиоцентристов упоминали, что учение Пифагора оказало весьма серьезное влияние на всю их научную деятельность. Как раз именно мыслитель Пифагор, высказывал мысли о шарообразности Земли. Вот наш ларчик тут и закрылся.
– То есть, нужно срочно вникнуть в пифагореизм. – почесал затылок Аркадий.
– Я бы вообще очень рекомендовал изучить труды Пифагора и то уютное местечко в Европе, под милым названием Кротона, где он в свое время основал личную школу. После этого, полагаю, вас начнут посещать еще более интересные инсайты. – посоветовал Эдуард.
– Так ребята! – строго прервал затянувшееся обсуждение Мэтью. – Давайте, пожалуйста, не отвлекаться более от темы! Все, что я сейчас слышу имеет лишь опосредованное отношение к нашему проекту. Мы обязательно выделим отдельный день для философских дискуссий или даже можем продолжить эту интересную полемику где-то по дороге, да, Эдуард? Итак, Роксана, ты вроде бы еще не закончила свою мысль про движение материков. Продолжи и мы сразу приступим к итоговым тезисам.
– Так вот, в отношении материков. Я думаю, что нам особо неочем беспокоиться, так как ничего пока еще никуда не сдвигалось. – откинулась она на спинку кресла.
– Это весьма глубокомысленно. – произнес босс, растерявшийся от проявления столь неожиданной лаконичности с ее стороны.
– Хорошо, сейчас я постараюсь донести до вас свою мысль более развернуто. – понимающе, кивнула она и шагнула ближе к атласу Монти. – Кто ранее слышал про древнегреческую картографию?
Архаичный ключ
– Вероятно, ты ведешь речь о великом Геродоте? – заинтересованно подключился к разговору Марк.
– Геродот, несомненно важен, но отцом-основателем географии все же принято считать Гомера. Указывается, что по его, литературным трудам о Троянской войне, а также приключениях Одиссея, древними греками была воссоздана карта современного им мира.
– То есть, свою карту рисовал не он? – уточнил Марк.
– Согласно историческим данным, Гомер и вовсе не был профессиональным картографом. – пояснила Роксана. – Кто-то озаботился всем этим немного позднее. Но суть даже не в авторстве карты, а в том, что на ней изображена Земля в виде плоского диска, который окружен огромным океаном, водные потоки которого находятся в постоянном движении. Примечательно также, что большая часть, описанных в его поэмах земель, ограничена лишь только водами Эгейского моря.
При упоминании названия этого древнего водоема, Аркадий одарил Марка многозначительным взглядом, вероятно, увязывая каким-то образом специфику древней картографии с фактом обнаружения там затонувшего антикитерского механизма.
– Как принято считать, население Древней Греции в те времена было убеждено, что они жили в самом центре Земли, а края земного диска были сплошь заселены варварами, животными и ужасными гибридными существами.
– Даже по атласу Урбано заметно, что они были не так уж и далеки от истины. – глубокомысленно произнес Мэтью. – Посмотрите, вот, если немного сместиться к центру, мы увидим явные признаки урбанизации, то есть повсеместную сеть городов. В действительности же, на периферии, обретаются одни лишь странные дикари и непонятная нам живность.
– В полне возможно. Но, если вернуться к «гомеровской» карте, то можно отметить, что на ней нашли свое отражение только лишь некоторые области Ливии, Малой Азии и Греции. – продолжила Роксана свое повествование. – Общепринято научное мнение, что якобы напрочь отсталые древние греки могли обладать лишь скудными знаниями о мироустройстве. Именно по этой самой причине, они и не были осведомлены о существовании прочих континентов.
– Вот, что касается меня, то я не могу согласиться с повсеместно распространенными в адрес древних людей высказываниями, умаляющими их умственные способности. – возмутился Мэтью. – Ведь вовсе не обязательно, что если человек жил до твоего рождения, то он был непременно глупее тебя. Это я сейчас образно излагаю.
– Я также не имею на этот счет никаких возражений. – согласилась девушка. – А в данном контексте, просто констатирую ранее кем-то уже озвученные мысли. Итак, поблагодарим Гомера за его нелегкую работу и перейдем к рассмотрению трудов очередного древнегреческого светила, Геосида.
– Заметьте, в каком почете пребывали поэты в те далекие времена! – с нескрываемым восхищением заметил Марк, но тут же съязвил. – Наверняка, это и является одним из критериев «неразвитости» общества.
– Оценила твой тонкий юмор. – улыбнулась девушка. – Вот если серьезно над этим задуматься, попробуй-ка свяжи слова в огромную поэму, да еще и поучительную! Поэтому, кто в данном случае является отсталым, нужно еще, по идее, разбираться.
– Полностью согласен. – удовлетворенно кивнул Марк.
– Так вот, современники почерпнули в поэмах Геосида какие-то дополнительные знания из области географии. – продолжила Роксана. – По всей видимости, у него был более свободный доступ к ранним географическим картам таких выдающихся греков-картографов, как Гекатей Милетский и Анаксимандр. Несмотря на то, что я сейчас очень сокращаю материал, давайте хотя бы немного обратим на них свое внимание. Первый в истории картограф Анаксимандр примечателен тем, что представлял нашу Землю в виде огромной, вертикально фиксированной, цилиндрической формы, колонны из камня, дискообразную верхушку которой человечество как раз и населяло. Но больше всего, лично мне, запали в душу работы Гекатей из Милета, Геродота и Клавдия Птолемея.
– Роксана, извини, – обратился к ней Аркадий. – Прежде чем ты перейдешь к следующему выдающемуся деятелю, позволь мне мельком взглянуть на цилиндрическую карту Анаксимандра. Внутренне предвкушаю, что это может быть нечто «крышесносное».
– Боюсь тебя разочаровать. – засмеялась она. – Картографический труд этого человека был утерян. Но, я не исключаю, что, в данный момент, он украшает чью-нибудь частную коллекцию. Это же, без малого, первый из известных миру картографов!
– Вот досада. – махнул в сердцах рукою конспиратор.
– Неужели, кто-то всерьез считает, что свитки и прочие артефакты тех далеких времен могут где-то еще храниться, вплоть до нашего времени? – презрительно фыркнул Алексей. – Их уже давно постигли тлен и разложение!
– Так вот, Аркадий, не переживай, эта информация не пропала бесследно. – демонстративно пропустила она мимо ушей язвительную реплику советника. – Во многом основываясь на утерянную карту Анаксимандра, Гекатей отобразил Землю как круглый, окруженный со всех сторон широким океаном, диск, с центром в Греции. Мир, с его точки зрения, был разделен на две крупные континентальные части: европейскую и азиатскую. Заметьте, этот человек при жизни был очень богатым, что позволяло ему самолично принимать участие в любых дальних путешествиях. Поэтому, будем считать, его информацию, полученной «из первых рук».
Историк-путешественник Геродот и выдающийся ученый Клавдий Птолемей также придерживались плоскоземельной геоцентрической модели мироустройства. Последний вообще являлся приверженцем математической географии и в своем одноименном труде, он собрал знания в этой области знаний со всего мира. Заметьте также, что он был не просто компиллятором чьих-то идей, а составителем целого атласа, с указанием точных координат.
– Особую ценность работам следующего ученого, Клавдия Птолемея, придает тот факт, что он имел непосредственный доступ к рукописям, уничтоженной впоследствии, Александрийской библиотеки. – отметил молчаливый историк Эдуард. – По-моему, это обстоятельство является неоспоримым преимуществом данного ученого перед всеми теми, кто маячил на научном горизонте после него.
– А ты в курсе, что современные исследователи сетуют на то, что представления Гекатея далеки от реальности, опять же, по причине его древности. В основном, подвергается сомнению точность указанных им координат. – поделился информацией программист Иван.
– Ну уж если так рассуждать, то можно упрекнуть в неточности кого угодно. Вы только взгляните на, многими признанную точной, карту Урбано Монти. К примеру, видите какие размеры у страны восходящего солнца? По моему, она здесь имеет просто колоссальные размеры, что несомненно идет в разрез с данными современных географических карт. – Роксана недовольно покачала головой. – И я, признаться, не берусь утверждать что в данном имеет большее отношение к истине, а что нет.
– Урбано Монти тоже какой-то уж слишком древний. Поэтому мы с вами ни коим образом не должны его принимать в расчет. Верните Рональду обратно этот морально устаревший атлас! – с наигранно-серьезным выражением лица пошутил Мэтью. – Даешь все современное!
– Таким вот образом, можно вовсе игнорировать мировую историю и жить только настоящим. – поддержал нить разговора Марк. – Роксана, намекни, пожалуйста, к чему ты хочешь нас подвести всем этим историко-географическим турне? На что, в свете текущей проектной работы, нам лучше всего сейчас было бы обратить внимание?
– Ой, Марк, похоже на то, что я малость увлеклась и вы уже успели порядком заскучать. – прикусила от досады нижнюю губу рассказчица. – Признаюсь вам откровенно, что меня нужно периодически одергивать. Все! Теперь я буду излагать контент совсем кратко.
– Нет, что ты … Наверное я не совсем корректно выразился. – попытался было оправдаться Марк. – Дело в том, что представленный тобой материал, без преувеличения, познавательный, но очень уж обширный. Поэтому, мне хотелось бы заранее понять на чем следует акцентироваться. Только вот и всего.
– Я поняла. – кивнула Роксана. – На самом деле, коллеги, моя мысль предельно проста. По мере изучения истории картографирования, я невольно отметила для себя одну, весьма странную закономерность. Вот была когда-то в мировой истории, к примеру, античность. Несмотря на то, что этот период нам преподносится как нецивилизованный, все же уровень развития общества в те времена был достаточно высоким. Мы, до сих пор, не обладаем такими техническими возможностями в строительной отрасли, какими обладали древние греки. Вы только вспомните, какие здания и лабиринты они сооружали! А тот уровень искусства, науки? Мы как будто бы живем на руинах давно покинувших мировую арену цивилизаций, часто будучи не в состоянии даже воспроизвести их научно-технические достижения.
– В целом, развитие человеческого общества времен античности уверенно шло в гору, – снова активизировался Эдуард. – Но только до момента наступления «Темных веков», совпавшего с падением Западной Римской Империи.
– Складывается такое впечатление, что достижения предыдущего периода были кем-то заведомо обнулены. – взбодрилась оживившимся диалогом девушка. – И после "перестройки" произошла в том числе смена мировоззрения, открытие «как-бы новых» земель и даже поступили отчеты о совершенных кругосветных путешествиях.
– По моим наблюдениям, особенно примечательна в этом роль Италии. – постепенно, разговорился историк.
– Ты меня немного опережаешь! – шутливо возмутилась Роксана. – Хотя, на самом деле, это действительно так. Именно в стенах одного из известнейших университетов итальянской Болоньи как раз и зародилось главное ядро тех гелиоцентрических мыслителей, разбору которых мы сегодня уже немного отводили время.
– В общем, из всего этого следует, что эпоха Возрождения представляла собой не что иное, как радикальный пересмотр всего мироустройства. – заключил Эдуард.
– Красной чертой у, как я их назову, "возрожденцев" проходит недвусмысленная ориентация исключительно на достижения Рима. Признаться, хотела бы я знать немного больше об этом переходном периоде. Какова была иcтинная причина падения столь мощной континентальной империи?
– Очень кстати распространено такое весьма примитивное мнение, что римское общество было развращено, дезориентировано и поэтому, как-будто бы раздавлено под своим весом. – историк Эдуард был сегодня явно «в ударе». – Но я, как скорее, альтернативный историк, почему-то очень в этом сомневаюсь.
– Роксана, если вдруг, ты пожелаешь иметь результаты нашего собственного исследования на данную тему, я могу тебе раскрыть отдельные его результаты.
– Марк, не забывай, пожалуйста, что это закрытая для разглашения информация. – не терпящим возражения голосом, отрезал Мэтью, но, в ту же минуту, немного смягчившись, обратился непосредственно к молодой сотруднице. – Обещаю, в качестве исключения, мы предоставим тебе возможность ознакомиться с нашим архивом, но только лишь после обязательной церемонии посвящения
– Посвящения? – удивленно переспросила она.
– Да, в члены нашего Клуба.
– Как интригующе! – не переставала восхищаться девушка.
– Мы все здесь имеем изрядную склонность к интриге. – самодовольно улыбнулся Мэтью. – Сейчас я постараюсь немного разбавить шуткой затянувшуюся беседу. – Марк хитро посмотрел на Роксану. – Догадаешься, в файле под каким названием хранится нужная тебе информация?
– Думаю, что об этом теперь не так уж и сложно догадаться. – наигранно, изображая глубокую задумчивость, приложила она пальчик к своему виску. – В том секретном файле под названием "Трансильвания", я полагаю?
– Да, все верно. – рассмеялся Марк. – Ты демонстрируешь чудеса дедукции, или там … индукции. Не помню точно чего еще.
– А вы в курсе, что в стенах того же самого университета итальянского города Болонья, одно прекрасное время то ли учился, то ли преподавал сам Данте. – присвистнул от удивления Иван, энергично листая что-то в своем планшете.
– Да, конечно. И не только он. – утвердительно ответила девушка. – Если изучить каталог выпускников университета, можно, без преувеличения, познать для себя массу необычного. Я бы и сама была не прочь поучиться в подобном месте.
– Я понимаю, о чем ты. – кивнул Иван, не отрывая свой взгляд от монитора.
– В свете всего сказанного мною, я резюмирую тем, что у меня возникли сомнения в существовании неоспоримой доказательной основы под теориями о шарообразности Земли и гелиоцентризме. Думаю, что эти, конечно по своему интересные, теории имеют скорее духовную подоплеку, нежели научную.
Поэтому, предлагаю в дальнейшей работе над нашим проектом, принять за основу одну из имеющихся в доступе античных карт древнего мира.
– Вот новость. – опешил Мэтью. – Это какую же?
– Я бы предложила ориентироваться на версию отца-основателя истории Геродота и чуть более поздних античных мыслителей.
Я также предлагаю впредь опираться на ряд следующих теоретических допущений. Первое, – все известные нам континенты и участки водной глади не растянуты по огромной голубой сфере, а сконцентрированы на неком компактном участке плоской поверхности. Второе, – над нами все же присутствует мощный защитный купол, и пока что пусть он будет, в нашем воображении, только без прибитых к нему гвоздями звезд. Третье, – за ледяным, как мы его уже ранее обозначили, «арктическим кругом» есть еще земля, моря и даже океаны. Нам только предстоит выяснить с какой части круга следует начать свое исследование.
– Мы отказываемся от дальнейшего изучения карты Урбано Монти? – уточнил Марк.
– Ни в коем случае. – возразила Роксана. – Обе карты нам пригодятся, так как они в достаточной степени точны.
– Это по какой такой логике? – снова включился скептик Алексей. – Я вот вижу в них две совершенно разные работы. Можешь это хоть как-то прокомментировать?
– Хорошо, но только ради тебя. – с ноткой иронии в голосе, ответила Роксана. – Взгляни на дату создания карты Урбано Монти. Что ты видишь? Правильно, указан одна тысяча пятьсот восемьдесят седьмой год, в некоторых источниках можно увидеть даже полее старую датировку. Могло же так статься, что в тот период времени, век приверженцев античных взглядов на мироустройство уже подходил к концу?
– Допустим, что это так. – понизил тон Алексей.
– Но европейские религиозные институты были еще сильны. – снова включился Эдуард. – Каким же тогда образом они допустили расхождение нового мировоззрения с исконным?
– Думаю, что нет смысла воникать в духовную сферу. Мы все равно соберем лишь только остаточные знания об этом. – поделился своим мнением Руслан.
– Исходя из моей логики, – молча кивнув археологу, продолжила изложение докладчица, – человек интеллекта Монти, да еще и располагающий намерением донести до целевой аудитории свои запретные знания, вполне мог изобрести для этого подходящий способ, ничем себя не компрометируя. Я полагаю, что Урбано отобразил на этой карте именно плоскую версию Земли, одновременно, представив ее общественности в виде планисферы.
– Роксана, твоя гипотеза мне показалась интересной. – хмыкнул Мэтью. – Может, у тебя имеется понимание, в каком направлении нам следует наметить свой маршрут, чтобы не упереться в сплошные льды?
– Нас ждут приключения! – возбужденно сотрясая рюкзаком, подскочил с места Руслан, чем привлек к себе недоумевающий взгляд Мэтью.
– Ладно. Я еще не до конца уверена, но… – девушка молча склонилась над атласом. Ее волосы почти полностью заслонили лицо от наблюдателей.
Наконец, Роксана указала кончиком пальца на фрагмент карты южнее.
– Прошу всех подойти ко мне поближе. Заметили, что карта содержит характерную цветовую гамму? Сколько цветов здесь представлено?
– Три, по крайней мере. Если с водой, то четыре. – почесал затылок Мэтью. – А к чему ты это ведешь?
– Сама еще толком не знаю. Просто следую своей обострившейся интуиции. – призналась она. – Если точнее, я думаю, что карта была немного зашифрована и, для того, чтобы получить реальную картину мира, нам следует просто разложить эти кусочки суши по цветам.
– Какой интересный способ дешифровки. – тихо произнес Марк, глазами пытаясь сопоставить упомянутые территории на карте. А если получится какая-то глупость, то как же мы это поймем? Быть может, у тебя на примете есть некий эталон того, что должно получиться?
– Знаете, в тот самый момент, когда Мэтью обмолвился словом про Гондвану, у меня в голове, почему-то сразу возник образ Пангеи, то есть, иными словами, архаичной «Всеземли». Теоретически, это название когда-то принадлежало огромному континенту, что существовал между палеозоем и мезозоем.
– Гея, Гайя – это древнее имя нашей Земли. – сообщил Иван. – А Пан же является каким-то козлоногим богом?
– Все верно, у нашей Земли действительно есть собственное древнее имя, но вот приставка «пан» здесь, вероятнее всего, используется в значении «весь» – пояснила Роксана. – Так вот, именно Пангею, я предлагаю взять за наш, так называемый, эталон.
– А есть более весомый аргумент, кроме этого домысла? – не упустил очередной возможности задать каверзный вопрос новоиспеченный «советник» Алексей.
– Хм, какую интересную роль ты себе выбрал. – отпустил советнику замечание Мэтью. – Не хотел бы ты и сам пошевелить мозгами, вместо того, чтобы работать критиком?
– Думаю, что есть у меня то, о чем вопрошает Алексей. – театрализованно изменила интонацию она. – Коллеги, прошу вас внимательно взглянуть на правый верхний угол атласа Урбано.
– Так и что здесь интересного? – забегал глазами по карте босс. – Вижу кружочки, надписи на латыни, а также изображение лучистого солнца.
– Если внимательнее присмотреться к пространству в самом центре наименьшего из этих кружочков, то что мы с вами здесь обнаружим? – наращивала она интригу, но затем, продемонстрировав что-то на экране своего телефона, произнесла. – Хорошо, не буду вас томить, – древний суперконтинент Пангею! Вот здесь она изображена более детализированно, сравните.
В воздушном пространстве гостиной повисла тишина.
Внезапно раздавшийся стук в дверь, заставил членов Клуба буквально подскочить на месте.
Первым направился к двери Аркадий. Открыв ее, он увидел на пороге человека с горой упаковок пиццы в руках. Он осторожно выглянул из под своеобразной картонной пирамиды и, безучастно оглядев присутствующих сообщил: «Пицца по вашему заказу номер тридцать четыре девяность восемь доставлена. Прошу наслаждаться вкусом пиццы «Мой тандыр». И не забудьте оставить лайки перейдя по ссылке на упаковке».
С этими словами, курьер с бережливой ловкостью отгрузил товар в руки конспиратора и тут же исчез в коридоре.
Постояв некоторое время в размышлении, Аркадий медленно развернулся и, растерянно хлопая глазами, глухим голосом, произнес:
– И кто мог додуматься до такого? Заказывать еду прямо в нашу штаб-квартиру!
– Ну я ее заказал. – пробурчал растерянно тучный археолог Руслан. – Очень уж есть захотелось, а вы все говорите и говорите. Кстати, я и о вас всех тоже подумал. Угощайтесь, пожалуйста.
Он принял еду из рук Аркадия и, обойдя вокруг стола, раздал каждому из присутствующих по одной коробке пиццы. Когда же очередь дошла до Аркадия, Руслан впал в некоторое подобие мыслительного процесса, с нескрываемым сожалением, рассматривая предназначенную конспиратору предпоследнюю из коробок. В конечном итоге, внутренний диалог сработал явно не в пользу Аркаши и человек с рюкзаком решил забрать себе обе из них, щедро поделившись с великим конспиратором лишь одним из порционных кусочков.
– Вот так! – рассмеялся Иван. – Аркаше нечего было слишком упрекать парня с этой доставкой. Получи теперь свой маленький кусочек!
– И причем здесь тандыр. – откусив немного пиццы, рассеянно задал свой риторический вопрос Аркадий.
Тепло поблагодарив Руслана за столь неожиданное угощение, все принялись поглощать ароматный фастфуд.
– Вот такие у нас, дорогая Роксана, суровые условия работы! – пережевывая неспеша пиццу, прикрыл глаза от удовольствия босс. – Порою, мы даже можем остаться и без обеда. Спасибо нашему Руслану, а то бы мы к вечеру совсем обессилели.
– Угу. – набивший свой рот до отказа Руслан был предельно лаконичен.
– Роксана, но мне все-таки, не дает покоя вопрос. Как же быть тогда с многочисленными историями о кругосветных путешествиях? Разве возможны они были на плоской дискообразной поверхности Земли? – доедая свою порцию пиццы, включился в разговор Марк. – Интересно было бы узнать твое экспертное по этому поводу.
– Марк, очень хороший вопрос! – ответила девушка. – Не скрою, что я подняла истории о ранних кругосветных путешествиях, но после их изучения, у меня остался ряд зависших в воздухе вопросов. Что же касается этих уважаемых мореплавателей, то живыми из своих кругосветок вернулись далеко не все. За некоторых из них о совершенном подвиге отчитывались совсем другие, неизвестные нам лица.
Более того, все известные мне лично случаи путешествий вокруг земного шара, совершались не через полюса Земли, а лишь в двух направлениях – либо с запада на восток, либо с востока на запад. – подробно пояснила девушка. – И в этом, кстати, есть один весьма тонкий момент, на котором нам следует остановиться более подробно. При условии, конечно, что в нашем распоряжении имеется достаточный запас времени.
– Так, собственно говоря, мы здесь для этого сегодня и собрались. – ответил за всех Мэтью. – Правда, уже день этот близится к концу, а стратегия и тактика дальнейших действий нами еще так и не выработана. Но, я надеюсь, что как только мы выслушаем нашего прелестного спикера, уже можно будет подводить какие-то промежуточные итоги. Так что теперь складывай свою карту по цветам, Роксана!