Дойдя до кузницы, я заглянул внутрь. Водер был, как всегда, на месте, размахивая молотом. Подмастерье держал щипцами заготовку, по которой дюжий кузнец бил, не останавливаясь передохнуть.
Да, здоров необычайно мужик.
Пришлось подождать, пока деталь отправится остывать в чан с водой, подняв густые облака пара. Водер бросил молот и, заметив меня, вышел на улицу передохнуть.
— Ну чего тебе? Пропадать не собираешься? — он все не мог забыть про тот случай.
— Если Астор прикажет, Охотник всегда ответит — есть! — я не собирался спускать ему подколки при каждой встрече и усиленно вбивал в лохматую голову, что есть такое понятие, как Родина, долг, честь и совесть.
И что, я всему этому служу не за страх, а за совесть.
Поэтому скидки необходимы для нашей мастерской.
Немного из другой жизни, но и здесь эти универсальные лозунги вполне работают:
— Если прикажут, спасти мирную жизнь в Асторе и, особенно, непрерывную работу в кузницах, я всегда готов, — так достойно я отвечал на его незамысловатый юмор.
— Особенно, когда они куют нашу будущую победу в предстоящих боях, — не лишним показалось вставить и новое правило.
— Ты, как, готов улучшить дугу арбалетную? — сразу взял быка за рога, — Сколько готов выдать за день, если только их и ковать?
— Улучшить то можно, — почесал чумазой рукой не менее чумазую шею кузнец.
— Пару присадок можно влить в заготовку, станет и более гибкая. Но и более дорогая.
— Правда, и коваться будет легче, и стали меньше пойдет, сама потоньше получится, — продолжал размышлять и ставить меня в курс Водер.
— Вот, такую и надо, — обрадовался я.
— Говори, что надо. Город скоро денег выделит, сколько необходимо, — поднял я ставки.
— Деньги нужны, присадки дороги, работа тоже тогда дорожает, — ответил кузнец.
— А работа то чего дорожает? — пришло время удивиться мне, — Она такая же и остается, все так же молотом машешь.
— Не скажи, много знать надо и чувствовать металл получше. Это мало кто может, умеет и знает, только самые хорошие мастера, — подвел итог разговору Водер.
— Про себя рассказываешь, значит? Может, хвастаешься просто, — пришла и моя очередь подколоть кузнеца.
По жизни, он прав, дорогая работа отличается от простой и дешевой.
Водер — кузнец от бога, из потомственных. Нравится ему и новые изделия ковать, обдумывать и улучшать самостоятельно. Повезло, однозначно, что такой самородок рядом с нами кузню держит и с Крипом у них типа, дружба.
Откликается на наши просьбы и заказы пускает вне очереди.
Не постоянно, но иногда, конечно.
Кузнец задумался, пора уже обижаться или потерпеть еще, немного.
Но я не дал впасть ему в раздумья.
— Сколько надо на присадки, работу дорогую и умную голову, твою, конечно? — дошел я до сути разговора.
— А сколько дуг надо? Новых, улучшенных?
— Ну, давай серьезное число возьмем. Хотя бы, шестнадцать, — решил я заказать товарную партию. Пора и козьи ножки заказать, но это уже от ложа арбалета надо отталкиваться, такую приспособу сначала с Крипом и парнями обсудим.
— Шестнадцать? Хорошее количество. Тогда давай четыре тайлера, побольше присадок куплю. Они тоже не всегда в наличии бывают.
Ага, улучшенная дуга в четверть золотого обойдется, что-то дешево даже. Или присадки не такие уж и дорогие, или цену дают хорошую за большой заказ товара
Или Водер что-то неправильно посчитал. Но сомневаться в его словах не буду.
Я, то, рассчитывал на золотой за дугу и еще один, за все остальное к арбалету. Ну за козью ногу еще выйдет, немного.
Если массово делать начать.
Дерево дешевое, рабочая сила тоже, по сравнению с итоговой ценой арбалета.
Обычный такой, как в Гильдии, ценят в двенадцать золотых, арбалет тех же Северян стоит аж под двадцать тайлеров, еще и не купить его в свободной продаже.
Почти, как две подводы. С половиной.
Так что, все очень шоколадно получается, если с ценой Водер не напутал, то мастерской изделие одно обойдется в два — два с половиной тайлера. Я думал, что не меньше трех с половиной.
Да, еще тетиву не посчитал, добавим тогда еще пол-золотого.
В итоге, три-три с половиной за штуку, очень шикарная себестоимость. Городу можно и по восемь продавать. Тут главное, не цена пугает, а то, что производство не увеличить из-за недостатка дуг, которые делаются долго и кропотливо. Из дерева и рога.
Может, стальные и будут не столь эффективные, как клееные, но и выдавать их можно сотнями за месяц. А будут они иметь убойную силу на сто метров или восемьдесят, не так и важно.
Мне рассказывали, что в Ратуше мечтают все ополчение вооружить стреляющими машинками, чтобы не терять людей в рубке и побеждать на расстоянии.
Здравая мысль.
Когда людской ресурс крайне ограничен.
Да и в регулярных войсках — тоже нехватка серьезная.
То есть, тысячи две арбалетов можно пристроить городу, даже цену нет смысла сильно снижать, лучше покачественнее, но по одиннадцать.
И на болтах Водер озолотится. И я с ним вместе.
Поэтому я достал из кошеля пять золотых и вручил четыре кузнецу, один за другим, глядя, как расширяются его глаза. Вручил и пятый.
— Пятый то зачем? Я же цену сказал, или больше надо?
— Пятый тебе лично от меня на поиски лучшего варианта присадки. Потрать его не спеша, но подбери самый хороший сплав. И самый дешевый. Именно так — самый лучший из дешевых. И пусть это будет наша с тобой личная тайна, чтобы никто не узнал. Делай все сам, подмастерьев не допускай. Про твоих плохого не скажу ничего, но не все люди перед соблазном устоят. Деньги огромные на кону стоят.
Водер спрятал деньги и кивнул головой.
— Если получится, то у тебя не кузница будет, а огромная фабрика с десятками работников. Получится, так точно все и будет, но тайну сохранить, это твое дело. И вот еще что, можешь начинать расширять свою кузню и подмастерьев набирать. Иначе с работой не справишься.
Кузнец пожаловался, что — уже не справляются, и обещал расширить кузню.
— Да, и еще, — я вспомнил про кольчугу, — Сколько за кольчугу просишь, если себе куплю?
Кузнец задумался и, тряхнув головой, протянул мне свою огромную ладонь:
— Цена для всех — восемнадцать золотых, но для тебя — двенадцать! Для хорошего человека!
Да, хорошо скинул, слышал я от Крипа, что предлагали ему эту сумму, но Водер не согласился.
— Договорились, завтра деньги принесу, — я хлопнул кузнеца по ладони, не собираясь отдавать ему свою кисть.
Дурных нет!
Время как раз подошло к обеду, и я зашагал в сторону Лисы и Журавля.
Гриты еще не было, я сходил, сдал номер для Капитанов, посмотрел, не забыл ли чего и перенес вещи в маленький номер под крышей. Во дворе усадьбы никого не видно, подводы уехали, но у ворот остался пост Стражи.
Ну как я и думал, тайник при мне не нашли и оставили дом под охраной, для более серьезного обыска. Хотя маленький в подвале должны были найти. Пока поищут в мебели что-то спрятанное, потом и в дом вернутся.
Ведь, не может быть, чтобы не было тайника в доме. Маленький то пустой оказался, значит, надо дальше искать.
У таких то, недоверчивых ко всем, Рыжих.
Может, попробуют разговорить арестованных, но надежды на это мало. Рыжие точно будут молчать, даже под пыткой.
Я бы так и поступил, оставил усадьбу под охраной, ведь, в отличие от первой ночи, новость, что Рыжие попали в немилость и интересная всем жуликам усадьба теперь свободна, наверняка, привлечет желающих сорвать большой куш.
Все же я молодец, хорошо предугадываю, как будет идти развитие событий, во мной же устроенной кутерьме.
Может, еще и поймают кого-то в усадьбе, посмеюсь про себя тогда.
Спустился в зал, кивнул знакомым горничной и подавальщицам и сел за стол, где обычно располагалась Грита, собираясь дождаться ее здесь. Девушка, видно, увлеклась тратой достаточно большой суммы и не спешила в трактир.
Но, вот, долго мне побыть одному не удалось. Сзади ко мне подошли, и я услышал, как один сказал другому:
— Вот, наконец, этот мужик, на которого ссылается прекрасная Грита. Вчера он смог избежать проблем со здоровьем. Сегодня у него это не получится.
Понятно, крепыши все же добрались до меня. Не знаю, на что они рассчитывают, испугать меня или может и побить еще, в общем — унизить и заставить отказаться от девушки.
Немудреная тактика.
Пора посмотреть на соперников вблизи. Я встал и повернулся, достойные представители Гвардии стояли ко мне вплотную, ожидая моей реакции.
— Не слишком близко вы тут ко мне прижимаетесь? Может, вы из этих? — довольно громко сказал я, привлекая внимание к нашему междусобойчику.
Крепыши сразу отскочили подальше от меня. Народ в зале, повернув головы, смотрел, чем закончится наша беседа.
— Вижу, что не из этих. Чего вам надо, болезные?
Я решил вести себя порешительнее, чтобы не терпеть ни секунды непонятности и сразу направить процесс в нужное русло. В конце концов, мне и самому придется ставить себя именно в этом трактире, как серьезного человека, придется доказать, что девушка моя по праву. Для этого не так много и надо, разок отлупить первого попавшегося претендента на близость с популярной певицей.
Больше и не надо, хватит и этого, чтобы народ словами не разбрасывался.
Показать, что ты парень не промах и можешь чего-то.
Можно и не драться, на самом деле.
Второму секретарю Гильдии при Ратуше, не очень то и пристало — ходить в бойцовский клуб по-средневековому.
Но за спиной тебя будут называть трусом и слабаком, неприятно это осознавать потом долгие годы. Эти задиристые молодцы тоже вырастут, и в званиях, и в чинах. Дела и с ними придется вести, а гораздо лучше быть хотя бы наравне, пусть и в обычном мордобое. Быть своим.
Когда есть, что вспомнить и посетовать, что молодежь — нынче не та.
Желающих поговорить оказалось двое, но они, как видно, не собирались привлекать внимание почтенной публики. Хотели по-тихому объяснить мне мое место. Вчера прямо все извелись от нетерпения и очень были раздосадованы моим маневром с Капитанским номером. Поэтому, увидев меня, не стали долго раздумывать и подскочили сразу.
Без повода.
В приличном трактире такие штуки не очень приветствуются. Просто подходить и что-то предъявлять. Без весомых причин.
То, что тебе нравится чья-то женщина, не значит, что можно просто так прикопаться к ее мужчине.
В приличном то месте, где все ее знают, уже боготворят понемногу и такое творить с ее мужиком, у всех на глазах.
Одобрения не дождешься.
Можно и бан от хозяина получить.
Поэтому я сам дал им повод почувствовать себя оскорбленными и иметь хоть какое-то основание на то, чтобы предъявить свои претензии.
Засомневался в их мужественности и назвал болезными.
Парни обрадовались:
— За такие слова придется ответить, — начал тот, который был постарше и поопытнее. Ростом мне он уступал примерно полголовы и по местным меркам считался довольно высоким, с широкими плечами и несколькими шрамами вокруг глаз, он производил впечатление серьезного противника.
— Отвечу, не сомневайтесь, — приободрил я парней.
— Какого вида удовлетворение вам требуется?
— Выйти с нами на улицу и там все решить. — выпалил второй, явно моложе и поменьше ростом, менее опасный с виду.
— Хотелось бы узнать, с кем имею дело, господа? — пришло время поинтересоваться, кого мне черти принесли.
Пришлось крепышам представляться:
Один оказался Торком Абером, второй — Генсом Кливером.
— И все? А кто вы такие по статусу и положению? Не запятнаю ли я свою честь и репутацию поединком с непонятно кем? — продолжал подтрунивать я над поединщиками.
Зная отношение местных властей и законов, к поединкам на кулаках, я мог не бояться вызова биться на мечах или, например, кинжалах.
Поэтому был спокоен и полон иронии, пользуясь оборотами речи из своего мира.
Народ и прислуга, внимательно слушавшая наш разговор, одобрительным шепотом отметила мои красивые фразы, почти из дворянских времен. Симпатия явно перемещалась на мою сторону, тем более, я изначально был более своим для работников трактира, кроме охранников.
Те пытались держать нейтралитет, судя по лицам. Крепыши тоже для них свои, почти приятели.
Торк, который был постарше, назвался осьминником разведки Гвардии, то есть начальным командиром примерно отделения по численности, но зато элитных войск.
Генс оказался повыше статусом, кем-то вроде командира взвода, по-нашему, но обычной Гвардии.
Назвавшись, крепыши уставились на меня, ожидая услышать мой социальный статус. Наверняка, они знают, что я отставной гильдеец, но почему вышел в отставку — не знают. И думают, что за какой то косяк меня выперли из Гильдии. То есть, по статусу я являюсь обычным горожанином. Что нормально для всего города Астора, не знающего сословных препон, но не дает возможности сослаться на неподходящий уровень противников.
Я не пожалел нервов парней, сделал почти трагическую паузу, мое лицо, с изрядным скептицизмом оценило звания и регалии стоящих напротив мужчин. Повторив вслух услышанное, я казалось, всерьез задумался, не позвать ли охрану и вытолкать этих плебеев взашей.
Во всяком случае, мне удалось передать это своей позой и выражением лица.
У молодого Генса начало подгорать сразу, он явно считал себя повыше простых горожан, что и было неудивительно. Командир целых четырех осьмиц славной Гвардии и, наверняка, какой-то блатной. Молод он еще по возрасту для такого серьезного поста, родня помогла или женился удачно.
Насладившись эффектом, я весьма вальяжно обозначил свое место на небосводе служебных уровней города Астора:
— Чрезвычайный и Полномочный Секретарь Гильдии при Ратуше. Ольг Прот.
Вот так, не меньше. И кивнул головой, прямо как Миронов при встрече со Светличной.
От такого громкого и неслыханного в этих местах звания, не то что дрожь прошла по моим противникам.
Но ошеломление и сильное удивление на их лицах проявилось отчетливо.
В Асторе уже сформирована, взятая, наверняка, из времен, когда городом управляли Маги, иерархия служб при Ратуше и секретари занимают в ней одно из самых важных мест.
Как в родном СССР почти, когда незаметный секретарь отправил в небытие заведомых лидеров партии победителей.
Вот и в Асторе — секретари считаются уже номенклатурой и хоть прямой власти почти не имеют, но влияние оказывают на все происходящее в городе.
— Так, о чем, любезные Генс и Торк хотят со мною поговорить? — обратился я к, упорно молчавшим, крепышам.
Первое ошеломление прошло, но, теперь, задиры поняли, что выглядят предельно глупо, пытаясь доказать кулаками свои понятия о том, кому спать с певицей.
И кому, Чрезвычайному секретарю при Ратуше!
Старший, вроде, подумал об отступлении, но молодой Генс не собирался давать заднюю, да и не выглядел я, по его мнению, на солидного секретаря в своей потертой гильдейской куртке.
Я снова пожалел, что приличные вещи в стирке и пообещал себе, что куплю еще пару комплектов для Ратуши и кровать закажу, обязательно.
— Какая разница, кто меня оскорбил? Такого поведения я не спущу никому! — услышал я.
Ну что ж, молодой сам в ловушку идет. А второй, не мешает ему забраться в нее посильнее. Неглупый парень, быстро ситуацию прокачал. Да и нет, всего скорее, у него за спиной такого прикрытия, как у приятеля.
Но попытку обозначил, примирительно так развел руками и негромко позвал приятеля по имени, мол, не глупи.
Но только обозначил, ему и самому хотелось проверить такого соперника на вшивость. Мало ли кем я назвался. И куртка совсем потертая, как ни крути.
— Так вы изволите требовать удовлетворения? И каким же образом? — я продолжал смотреть на приятелей свысока и этим подбешивал молодого соперника.
— Браво! — услышал я от входа знакомый высокий, серебристый голос. И, точно, моя милая вернулась с шоппинга, посыльный внес за ней несколько свертков в руках и остановился, ожидая дальнейших распоряжений.
— Стоит оставить тебя на пару минут, и ты уже с кем-то отношения выясняешь, — она подошла и кивнула посыльному на стол. Тот осторожно выложил все покупки и дождался немного мелочи из рук певицы.
Да, не совсем вовремя она заявилась, хотя и так опоздала неслабо.
Молодой парень просто набычился и было видно, что он умрет, но не откажется от претензий. Хотя он и так не отказался и подождав, пока Грита перестанет вмешиваться в мужской разговор, предложил выйти на улицу и там обо всем договориться.
Молодец, умеет себя вести перед женщиной. Но и я не собирался лишать общество развлечения, тем более девушка тоже не собиралась пропускать самое интересное и в ультимативном тоне потребовала никуда не ходить.
Что интересно, потребовала не у меня, а у Генса. Тот даже растерялся, после такого приказа от своего предмета обожания.
Пришлось взять инициативу в свои руки и спросить у более спокойного Торка, нет ли в трактире в ближайшие дни назначенных боев.
Оказалось, что есть и даже завтра, но если господин секретарь хочет, то можно и сегодня все устроить. Сразу понял меня этот разведчик.
— Нет, завтра, так завтра. Я согласен провести бой с господином Генсом, для удовлетворения его претензий. Этого будет достаточно? — поинтересовался я.
Оказалось, что очень достаточно. Лица у крепышей стали довольные, они учтиво поклонились певице и уселись в углу трактира.
Что меня удивило, у Гриты и хозяина лица оказались еще довольнее. Он тоже теперь находился неподалеку, у стойки, и внимательно вслушался в конец нашего разговора.
Ну, его я могу понять. Бой за сердце красотки стимулирует популярность заведения, хотя, вроде, больше и некуда. Но бои — это дополнительные деньги.
Милая то, чего такая довольная? Что мне люлей навешают?
Мы дождались первых блюд, опять стол заставляли с пугающей быстротой и количеством разнообразными посудинами. Хотелось спросить, за чей счет банкет, но я сдержался.
Спросил только, к чему она такая довольная?
Грита не стала долго сохранять таинственный вид и поведала, что этот молодой гвардеец ее уже хорошо достал и будет очень прекрасно, если и с ним произойдет, что-то похожее на случившееся с ублюдком Редкеном. Довольно наглый и очень самоуверенный.
Пришлось ее разочаровать, творить такие зверства над доблестной Гвардией я не собирался. Наоборот, собирался победить без явного преимущества и общаться потом с членами этой тусовки. Но, девушку это не сильно расстроило, все-таки гвардеец только неуместно и излишне нахально приставал и все.
Смерти еще не достоин.
Добрая она, все-таки.
Обед вышел обильным и таким вкусным, что у меня снова появились мысли переехать в трактир жить. Могу себе позволить.
Грита поблагодарила за денежку. Она столько себе купила, что и сама не ожидала, как много красивых и очень нужных для нее вещей продается в лавках.
Где-то я уже это слышал, усмехнулся я про себя. Уже и забыл, честно говоря.
— Заказала новые туфли?
Что-то после этого вопроса девушка замолчала и принялась очень сосредоточенно есть. Не дошла до обувщика, понятно. Других соблазнов слишком много оказалось для неискушенного сердечка.
После обеда поспешили домой, где и поспали. Я часик, Грита до вечера, пока охрана не придет, ее провожать на работу.
Нет, так объедаться каждый день не стоит, однозначно.
Пока у Клои поживем.
Сегодня день предвыходной, завтра осьмица.
Ждет меня битва нешутейная, за честь и достоинство моей милой. И мое, естественно, тоже.
Романтика какая, всю жизнь о ней мечтал. Доживши до тридцати восьми годочков — выступать на арене, под крики толпы, как гладиатор древнеримский.
Однако, вполне неплохой способ решать проблемы.
Если готов к такому экзамену.
Где бы мне Шидера найти? Он или в Ратуше, или на складе мытни, или усадьбу обыскивает. Придется по всем адресам пройтись.
По солнечному деньку это даже приятно.
Когда Старшие Гильдии появятся в Асторе, надо много с ними обговорить.
Чтобы от неожиданности не вздумали отказываться от всех, тщательно приготовленных и медленно выжимаемых из ратушной бюрократии, ништяков. Тех, которые непосредственного отношения к военной службе не имеют, но, почему-то выдаются той же Гвардии.
Да просто много такого, что, пока, Гильдии без надобности
Все для упряжи лошадиной, да и просто, для содержания коней. Пока ничего такого при Гильдии нет, но, возможно, появится в будущем. Пусть на складе полежит — целее будет. Да и с другими силовыми ведомствами можно взаимовыгодный обмен наладить, будет, о чем поговорить с их руководством.
Такими разговорами тоже мне придется заниматься, с полным знанием номенклатуры и норм довольствия. Альса, на первых порах, за спиной иметь не будет лишним.
С такими мыслями я прогулялся до прачечной, где расплатился за выстиранную и почищенную одежду.
В Лисе поднялся в свой номер, переоделся и подумал, что пора мне прикупить солидный портфель. Где я буду носить таблички восковые, немного бумаги, для солидности, и прочее пишущее добро.
Больше, конечно, для солидности. Такой предмет гардероба я видел только у второго секретаря Бримса.
Постиранная одежда немного села и пришлось поприседать, чтобы растянуть те же брюки. Куртка была впору.
В усадьбе никаких действий не производилось. Начну, пожалуй, я с Ратуши искать своего нового друга.
Да, лучше с Ратуши, пока рабочий день не закончился.
У гвардейцев на входе в Ратушу, как и ожидал, получил исчерпывающие сведения о своем сопернике, да и его товарище тоже:
— Завтра жду в Лисе, обещание мое в силе. Хотя и не знаю, как это будет выглядеть.
— А что такое? — заинтересовались мужики.
— Да с вашим, гвардейцем, у меня будет бой, с этим, как его, Генсом.
— Из-за певички, Гриты? — вопрос меня не то, чтобы потряс, но только утвердил в правильности общения с именно этими взрослыми мужиками.
Они уже все знают, просто стоя возле входа в Ратушу. И, кто к кому клинья подбивает. И, кто с кем в контрах. И, кто кому должен!
Нет, точно бесценный источник информации, правильно я подумал про это.
— Из-за нее, конечно. А что знаете про этого Генса, хороший он боец? Там еще и второй был, Торк.
Мужики знали все, снабдили меня информацией, по самое не хочу.
По Генсу, парень нахальный, отец у него заместитель командира Гвардии. Толкает сыночка по служебной лестнице изо всех сил, но и парень сам, местами, неплох в роли командира, о подчиненных заботится, частенько угощает из своего кармана. Старые служаки его недолюбливают, но молодежь считает одним из своих лидеров.
В боях неплох, но не на первых местах, пока. Занимается с большим желанием в недавно организованном обществе рукопашного боя, потенциал, вроде, есть. Не очень опасен, но напорист и любит рисковать.
С Торком наоборот, из простой семьи, добивается всего сам, но, конечно, в званиях сильно не растет. Он, как раз, один из самых серьезных бойцов. Очень силен физически, побеждает постоянно, но, иногда, все же проигрывает. Есть еще пара соответствующих ему по силе и умению парней, один из Стражи, другой — гвардеец, работает наставником по ближнему контакту, работе с ножом и прочему.
Расклад дан полный, мужики порадовались за меня, что с Генсом бьюсь, против Торка они шансов у меня не видели, совсем. Ну, они и меня не видели в деле, теперь соберут информацию и по мне.
Придут обязательно, но будут и вашим и нашим, это понятно.
Корпоративная солидарность, здесь она значит — все.
Шидера в кабинете не оказалось, но солидному секретарю посоветовали, где его можно найти.
Естественно, на складе мытни, куда я и направился.
Рабочий день уже заканчивался, но Шидер с непрекращающимся оптимизмом продолжал исследовать предметы утвари и мебели, которые служащие склада приносили и уносили по очереди под его очи. Двое мытарей так же занимались простукиванием, реагируя на каждое незаметное изменение тональности в простукиваемых предметах и пытаясь найти тайные рычаги, открывающие тайники.
В душе я посочувствовал приятелю и его работникам, но уговаривать бросить это дело не стал. Дождавшись, когда Шидер отойдет на улицу передохнуть и сразу взял его в оборот:
— Какие суммы уже обсуждаются в Кассе?
На это он отвечал достаточно уклончиво, что немногие спецы, которые есть в городе и окрестностях, пока только собираются к такой кропотливой работе. И будут не меньше двух-трех дней взвешивать и подсчитывать найденное добро.
— Ольг, не гони лошадей, это дело быстро сделано не будет. Пол-осьмицы на подсчеты, еще сколько же времени Совету принять решение. Мы только вчера все это провернули, сам пойми, дело на высшем уровне рассматривается, нас с тобой не спросят, что и как решать.
Поблагодарил за взвешенный и мудрый ответ приятеля, без шуток. Пригласил завтра вечером в Лису и Журавля, на мое выступление. Пообещал, что наш стол будет одним из самых популярных.
Шидер был счастливо женат, поэтому сказал, что решит с супругой, идут они или нет.
Хорошо, что я переговорил с хозяином Лисы и попросил стол побольше нам поставить, человек на восемь.
Ага, еще один счастливый подкаблучник! Нашего полку прибыло, как народ и про меня думает, небось. Зная характер моей подруги.
Потом зашел к Мортенсу, но приятелей не обнаружил на месте. Сказали, что они уже съехали, со своими женщинами.
Чего это они так быстро снялись с хорошего места?
Наверно, хозяин цену поднял на номера и стол, поэтому и перебрались на квартиру.
Или в другой трактир.
В зале, и правда, народу прибавилось, как в старые времена.
Ладно, сами найдут скоро, когда финансы опустятся на уровень нескольких данов и обмелеет полноводная золотая река.
На сегодня, пожалуй, все хлопоты закончены, осталось только отдыхать.
Утром следующего дня я проснулся пораньше и, полежав немного, вытащил осторожно руку из-под головы девушки.
Вчера вечером я убедил Гриту, что нам очень надо сходить в гости к Корну и его жене. Она сопротивлялась, как и обычно, всему неожиданному в своей жизни. Только упоминание о новой песне и заставило милую пройтись со мной до дома стариков и, даже, напеть им пару песен. Душевно посидели, Корн даже не принимал свой любимый допинг, в присутствии жены и пары соседей, тоже старичков.
На самом деле, приятно прогулять девушку, не боясь получить болт в затылок.
Особое ощущение безопасности, которую сотворил ты сам. Много было этих рыжебородых злодеев, но одни теперь мертвы, другие в узилище ожидают участи.
Потом, вечером, я ждал Гриту до конца ее выступления, не злоупотребляя ни пивом, ни ресой.
Завтра мне выступать в круге и не хочется сдохнуть за минуту, поэтому надо подсушиться.
Даже ужинать не стал совсем, чтобы почистить организм.
Я быстро собрался, проглотил завтрак и дошел до мастерской.
Даже в свой и общий выходной я решил пропотеть немного, Трон увязался за мной тоже, увидев, что я собрался поработать.
Где и пропадал до обеда, не отрываясь от сборки передней оси телеги, которую надо было выдать на следующий день. Хорошенько пропотел, но хоть немного почистился от переедания последних дней. Трон работал рядом, помогая мне и мы вволю поговорили.
Как говорится, перемыли кости всем соседским коровам.
В обед сходил к кузнецу и рассчитался с ним за кольчугу.
Потрясенный наличием такой кучи денег в руках, Водер был очень расстроган:
— Ну, Ольг, порадовал. Вещь я тебе по своей цене отдал. Носи и ухаживай, как следует.
— Да кольчуга шикарная, как куртка носится. Мастер ты — высший класс!
Хорошо, и у меня защита появилась качественная, и кузнец доволен собой. И основному клиенту хорошую вещь отдал недорого и денег сразу и много получил, без всяких рассрочек.
На обед зашел в Лису, похлебал только супчику.
Переедать сегодня нельзя.
Дома застал Клою с ребенком Одрии, Грита и вдова пошли прогуляться по городу. Немного развеяться и купить продуктов на две семьи. Нужное дело, да и девушку-вдову вывести из комнаты, от своих слез и переживаний.
Я улегся на матрас, решив, через часок отдыха зайти к плотнику на соседнюю улицу и привести его сюда, чтобы снять мерки для кровати.
Вспомнил Понса, каким видел его последний раз, когда Слуги закапывали тело, завернутое в мешковину, в каменистой почве кладбища.
Боевой был мужик, но самонадеянность в итоге и погубила его. Захватить Мага в плен — его идея была, он и настоял, чтобы остальные — Драгер и Старший гвардейцев, согласились с ним.
Но штурмовать третий этаж, место, где сила мага почти безмерна по сравнению с обычными людьми?
Это полная авантюра, так себя можно вести только с Крысами.
Но не с их хозяином.
Находясь в башне, я наглядно убедился в этом.
Держа руку на магическом камне, Кремер мог и всю группу размазать об стенку. И не один раз, притом.
Жизнь такой самонадеянности и не простила, погиб молодой отец двоих детей.
И гвардейца с собой уволок на тот свет, и второй парень тоже, получается, из-за Понса погиб. И третий гвардеец, помучался, и умер от раны.
Так бы понаблюдали за башней, может, Кремер и пустил бы погоню за нами. Только ничего не добился бы этим, потерял бы двадцать-тридцать Слуг и прекратил такую войну за бесперспективностью. С луком Драгера и пятью арбалетами мы были способны, в хорошем месте для засады, и полностью перебить погоню.
Ну, не полностью, но ополовинить могли.
Но и тогда оставались бессильны перед магом в его Башне.
Неправильная оценка сил и возможностей, и перспективный Охотник, подающий большие надежды в Гильдии, любимец самого Альса, лежит, похороненный в диких местах, на кладбище, на которое никогда не придут жена и дети, чтобы попрощаться навсегда.
Если, конечно, еще лежит под землей.
Боюсь я, что выкопали его останки ночью вечно голодные Крысы, да и пожарили на костре. На кладбище не было свежих могил совсем. Только очень старые и Кремер смотрел на мою возню с похоронами очень скептически, я это почувствовал.
Не сказал ничего, но и так было понятно. Что не будет лишать мяса своих Слуг и чего-то такого им запрещать.
Да и я мог оказаться в желудках местных Орков, если бы не смог изменить ситуацию в плену в свою пользу.
Если бы принялся не разговаривать, а воевать.
Этот десяток Крыс, поди, очень расстроился, что я не погиб геройской смертью, и не забрал половину едоков с собой.
Такой крупный и мягкий с виду, но не герой, оказался. А так бы все вволю набили животы.
После короткого сна, когда сходил в мастерскую и вызвал прямо из дома специалиста, столяр замерил все размеры и пообещал выдать кровать через три дня. Можно было и раньше, но дополнительный день он взял на покраску дерева в красивый цвет, который я сам и выбрал, и нанесение украшений путем художественной резьбы, которые я тоже одобрил по выставочному образцу.
За все дела попросил аж целый золотой тайлер.
Раньше я бы серьезно задумался о необходимости покраски и украшений, но после счастливого, для меня, визита в усадьбу Рыжих, такой вопрос больше не стоит на повестке.
Грита уже несколько раз шутила о том, чем мы занимаемся именно на матрасе.
Я тоже хотел схохмить про пол и половую жизнь, но в Черноземье эти слова имели разные корни и смешно не получалось.
Дело шло к вечеру, когда я, наконец, услышал шаги на пороге.
Девушки вернулись, Орния забрала сына, а певица прилегла дать отдых ногам. Положив их на табурет и, искушающе, спустила на бедра подол летнего платья.
Видимо, с какой-то коварной целью, раз мои глаза постоянно натыкались на эти голые ноги. Через десять минут мои мысли о том, что лучше воздержаться перед боем от траты энергии, куда-то бесследно испарились.
Но я очень старался не растратить энергию, изо всех сил. Поэтому напал только один раз на девушку и очень экономно, чем даже удивил ее.
Пришлось напомнить, что у меня вечером тоже выступление, хоть и более короткое, но гораздо более энергозатратное, чем у нее.
Грита все равно ничего не поняла, а я осознал, что лучше молчать и не использовать примеры и знания из моей прежней жизни в здешних, еще очень простых временах.
Когда про потраченную энергию, которая не так быстро возмещается — ничего еще лет пятьсот известно не будет.
Сейчас здесь все проще, если ты мужик, должен всегда и не жалея сил.
Так мы и провалялись, пока не пришло время певице приводить себя в порядок, надевать красивое платье и наносить сценический грим.
Что-то похожее на тот вид, без которого девушки в девяностые годы моей молодости не выходили на улицу.
В трактир мы отправились вместе, с пришедшей охраной.
Сегодня вечер выходного дня, много мужиков в охрану, по такому случаю, нанимает хозяин *Лисы и Журавля*. По деньгам, которые платит, может выбирать самых лучших и внушительных парней.
Пришли опять тот широкоплечий взрослый мужик и его светлоголовый племянник, который не смог долго молчать:
— Ну, что, Охотник, не страшно тебе? Генс то крутой боец.
— Для тебя, может, и крутой, а для меня..- и я замолчал.
— Что для тебя? — не выдержал парень моего молчания.
— Как тебя еще не выперли с работы? — притворно удивился я, — Когда ты против своего же трактира выступаешь.
Дядька сразу отвесил суровой рукой хорошего леща своему разговорчивому племяннику.
Как ждал этого момента.
Грита засмеялась в голос, прямо заржала, потом, отсмеявшись, сказала:
— Овин, хватит парня лупить своей тяжелой лапой, ни о чем поговорить нельзя, что ли. Не будем же мы молча идти!
— Да ему только для пользы, сестра все время просит, чтобы уму-разуму научил, — начал оправдываться взрослый мужик на полном серьезе, — Ох, и настрадалась она от него, с детства такой ершистый и несогласный со старшими. Сколько его парни лупили, всегда в синяках и с драными штанами бегал.
— Дядя, ну чего ты начинаешь, — покраснел племянник.
Скорее всего, из-за взгляда Гриты и ее последующего смеха.
Но сам отошел от дядькиной тяжелой руки подальше.
— Овин, смотри, если будет против меня болеть, бей не жалеючи, пока не поумнеет, и перья не полетят, — начал смеяться и я.
Уж больно нахохлившийся парень был похож на воробышка.
По дороге мы приветствовали поклонников певицы, стекавшихся к месту выступления.
Так, со смехом и шутками мы и дошли до входа в трактир. По дороге я отметил, что пятна крови уже замыли, а зайдя на высокое крыльцо, ощутил себя на мушке арбалета Рыжих бандитов. Даже оглянулся, пытаясь понять, мог ли я увидеть летящий из темноты болт. Нет, точно бы ничего не понял и не среагировал, этот переулок в полной темноте уже сейчас, совсем ничего не видно отсюда.
Дешево они отделались, быстро померли, гады.
Первые, кого я убил с помощью магии, иначе бы они меня там оставили валяться. Получил передышку на один день и организовал удачную экспроприацию неправедно нажитых богатств.
Может, и не сильно неправедных, но точно — слишком огромных для маленькой колонии нелюдей.
В людском городе.
Слишком много денег и власти, которую они дают неправедным личностям.
Теперь послужат городу и прочим хорошим людям.
Народу в зале набралось уже порядочно, но места еще были за столами. Да и столы свободные оставались, но на мой вопрос, один из двух парней за стойкой, занятых разливом пива и доставкой его из погреба, прояснил ситуацию:
— Все занято уже со вчерашнего вечера. Ко мне тоже знакомые подходили, но ничем помочь не смог.
То то, небольшая толпа перед входом в трактир показалась мне похожей на наши очереди в очень модные клубы с трудным проходом через фэйс-контроль.
И только по знакомству с членом такого клуба.
Здесь, как я понял, должен был прийти уважаемый горожанин, на кого был оформлен заказ стола и лично провести всех внутрь.
Грита рассказала, что уже через неделю, как она начала выступать в трактире, с местами началась такая проблема. Перестали пускать всех подряд, места бронируют только для солидных и проверенных гостей трактира. Первые пару недель заведение лихорадило, из-за сложных, в общении, клиентов. Поэтому хозяин быстро придумал такой способ удержать приличную и денежную публику.
Пива стали пить меньше, а вот продажи ресы и совсем недешевого вина выросли в разы. Это ощутимое повышение качественного уровня публики, посещающей заведение.
Да, как сказывается наличие культурной программы в виде крутой певицы и хорошо оформленных боев со ставками.
Люди радуются жизни и возможности сделать ее поярче и более запоминающейся.
— Эти, с которыми ты сегодня дерешься, тоже помогают охране выводить драчунов и потерявших достоинство мужиков. Поэтому, они с охраной — свои люди. И помогают, и тренируются немного. Иногда и много приходится. Когда надо было вывести полный стол лесорубов, непонятно, как добравшихся до города и совсем-совсем диких, — объяснила мне Грита, когда мы расселись и я стал осматриваться, в поиске своего соперника.
— Да, тогда совсем страшная драка была, — подтвердил и Овин, оставшийся около певицы дежурить, — Если бы не гвардейцы, охране самой перепало бы нехило. Стража всю эту дикую толпу упаковала и по дороге парочку самых невменяемых отлупила до полусмерти древками копий. Теперь они камень добывают на берегу. На пару месяцев отправились на исправление, по решению нашего милостливейшего суда и лично судьи Дрикса. Которому испортили отдых и порвали одежу, — посмеиваясь, закончил он.
Вскоре около нашего стола появился крепыш Торк, поздоровался с певицей, сказал пару галантных комплиментов и объявил, что мы с Генсом будем первой парой.
На разогреве, так сказать, победитель идет дальше, участвует в следующих боях.
Понятно.
Что меня в расчет не берут совсем, наши доблестные гвардейцы и прочие бойцы кулачного боя.
А комплименты были хорошего уровня, ни в жисть не поверю, что Торк сам их придумал. Не похоже, такой вкус и утонченность, на разведку Гвардии.
Наверно, кого-то попросил помочь с галантными словами, вон как выпалил, будто заучил наизусть и боится забыть.
Грита опять похихикала, глядя на мою, почти отпавшую челюсть.
На ходу девушку уводят, прохиндеи! Караул!
Пришлось спросить, внимательно заглядывая в глаза:
— Ты ведь не бросишь меня, если я проиграю? Такие слова я умею и сам говорить, милая.
— Посмотрим, как ты меня любишь..- очень неопределенно ответила местная звезда.
Ничего себе, и про любовь заговорила и так ушла от ответа.
Ситуация прямо — интересная для внимательного наблюдателя.
Нашел все же стол гвардейцев, расположились парни поближе к выходу на местное, так сказать, ристалище.
Как раз, племянник Овина срочно позвал меня на улицу, кто-то там меня спрашивает.
Прошел рядом со знакомыми мне крепышами и посмотрел на остальных парней.
Серьезные такие, не все, но большая часть, точно. Генс, как раз терялся на фоне остальных, так что поздравил себя с правильным поведением во время встречи на яхте, образно говоря.
Выбрал соперника послабее для начала. Почти стратег и, несомненно, — тактик.
Видя, что народ обратил внимание на меня, поздоровался со всем столом и пожелал успехов сегодняшним вечером. Чтобы не заподозрили в подобострастном поведении, уточнил, что всем, кроме моего соперника.
Солидно и емко так выступил, как настоящий Секретарь, да еще прилично одетый сегодня. И, теперь, всегда.
На бой я надену гильдейские вещи, их и не жалко, и они удобнее. До тренировочных костюмов и кроссовок, пожалуй, я здесь не дотяну. Хотя мокасины Охотников на что-то такое похожи.
Стол со спортсменами, как их можно было назвать, отреагировал сдержано, но вполне нормально.
На улице меня ждали и мужики из охраны Ратуши и, вот сюрприз, Шидер с женой, приятной такой женщиной, хорошо и со вкусом одетой.
Прямо идеально, для средневековья.
Так, шесть мест будет занято и еще пару я оставил для Кроса с Драгером, хотя и не думал, что парни появятся сегодня в Лисе. Предупредил все же охрану на входе, что могут прийти гильдейские и, даже если не спросят про меня, чтобы меня позвали.
Хотя, такая возможность, посадить моих пропавших приятелей за стол, скоро пропала. Жена Шидера попросила меня, осмотревшись кругом, и поздоровавшись с множеством важного, судя по внешности, народа, разрешения позвать свою подругу с мужем:
— Лучшую подругу.
Судя по реакции моего нового друга, люди ожидались не последние в городе.
Естественно, я предложил Алоизе, как звали жену мытаря, распоряжаться нашими свободными местами, как ей угодно будет.
Она подошла к мальцам, дежурившим на входе, и отправила одного из них по адресу.
Очень, все же приятная и обаятельная женщина, вторая, сильно отличающаяся от основной массы, как и Грита.
Я, бы, даже сказал, что ухоженная. Такое сразу видно.
Наверняка, поэтому и Шидер, такой уверенный в себе, что умная жена принимает непосредственное участие в его карьерном росте. Уверенность эта почувствовалась сразу и не покинула секретаря второго уровня даже во время схватки не на жизнь, со сплоченной бандой Северян.
Грита, заранее мной предупрежденная, что за столом с нами будут все нужные люди, вела себя с достоинством и без лишней спеси. Что у нее, частенько проскальзывало, из-за каких-то своих личных проблем, в качестве защитной реакции.
Но, сейчас, она одинаково мило болтала о пустяках и с гвардейцами из Ратуши, и с, вернувшейся за стол, женой Шидера, выказывая себя вполне великосветской дамой.
Я, прямо, загордился ею.
Мужики из Ратуши, сначала заробели, разглядев начальство. Но потом, как опытные служивые, спокойно общались с Шидером, да и среди соседей у них оказалось много знакомых, к которым они часто отходили. Когда они добрались до стола с моим соперником, видно, что там им попеняли за то, что сидят за нашим столом. Но, я видел, что мужики только посмеивались и не особо уступали в разговоре парням, тем точно не удалось сконфузить моих гостей.
Грита, в ярком платье для выступления, все же сильно выделяется на фоне хоть и стильно, но достаточно скромно одетых женщин, явно лучшей половины местного человечества.
Прислуга начала разносить заказы, Грита заказала чай, Шидер с супругой тоже обошлись без спиртного, хотя, по взгляду секретаря было видно, что выпить он не дурак.
Он же бывший гвардеец, пусть и делающий теперь карьеру в мытне.
Я пока спросил ратушных, чтобы выпили они и услышал, что побалуются пивком.
Сам я пил чай из совместно с певицей, обоим было не до выпивки.
Заиграла оркестрик. Прим, с парой других музыкантов, начали музыкальное сопровождение вечера и играли пока спокойную музыку.
Через полчаса охрана довольно спешно позвала меня ко входу, пришли гости Алоизы и видно было, что люди с реальным весом в городе, судя по реакции охраны и самого Шидера, резво подорвавшегося с места, навстречу гостям.
Женщину усадил я, подвинув стул поближе к жене Шидера, мужчину сам мытарь и пришлось гвардейцам переехать поближе ко мне. Представиться мы как-то не успели, пока шли к столу, да и музыка заглушала слова.
Что мне с мужиками оказалось удобнее, подальше от высоких должностных лиц, поближе к своим людям.
Кем оказался гость жены Шидера, они мне сразу подсказали:
— Ты, что, это же один из Капитанов, главный по налогам и пошлинам в Асторе, сам Эгар Кронц.
Хорошо, что стол был широкий, и музыка давала возможность общаться не шепотом.
Высокое начальство сидело все же далеко от нас и было занято своими разговорами.
Надо же, какое дело случилось. Мне, теперь, прямо неловко, что придется выходить в круг, когда такие важные гости сидят за нашим столом. Я даже задумался, не пойти ли попросить крепышей о переносе встречи, хоть и на завтра.
Но всезнающие соседи и тут мне дали дельный совет:
— Шутишь? Так дела не делаются. По правилам должен либо сегодня, либо считается, что не вышел в круг и проиграл. Да и Капитан пришел посмотреть на бои, он — известный любитель, хотя сам, конечно, давно не выступает. Он точно это не одобрит, даже не думай.
Достопочтенный Эгар и сам выглядел, как потомственный драчун, привлекая внимание сломанным носом и довольно разбойничьей физиономией. Еще и здоровенными кулачищами.
Что же, сегодняшний вечер приближается к своей завязке, сначала по плану первые схватки. Четыре по очереди, потом, после музыкального выступления Гриты, еще пара и, наконец, после еще одного выступления — финальный бой.
Он заканчивает всю культурную программу вечера.
После него — свободное время для всех.
Вскоре устроители позвали меня и предупредили, что у меня есть пара отрезков по восемь минут, две требинки, по-местному.
Пора.
Я поговорил с Гритой, извинился перед гостями и побежал наверх, переодеться в номере. Обувь гильдейская, порты тоже, рубаха, само собой, фирменная — да я, прямо ходячая реклама родной Гильдии.
Неужели не достоин еще какого-нибудь жетона за отличие?
Спустился и прямиком на разминку.
Кстати, оставил красотке пяток тайлеров, поставить на меня, если будет интересный вариант. Грита похвасталась, что разбирается немного уже в таком деле, да и парни, собирающие ставки, хорошо ее знают и всегда готовы помочь.
Ну, посмотрим, как это сработает в дружественном нам трактире?
Разминку провел солидную, ведь я один, а против меня, дружная команда работает с моим соперником. Вскоре один за другим, пара парней заинтересовалась моими движениями, ведь боксерскую разминку они не видели ни разу в жизни.
Буду держаться легенды, что я учитель по боевым искусствам.
Беглец из Астрии. С горы Шаолинь.
Прогрелся хорошо, только удары не раскрыл перед зрителями. Но впечатление произвел на соперников, они чуть не с открытыми ртами наблюдали за моими специфическими движениями, один за другим прекращая возиться с Генсом и подталкивая друг друга локтями.
Да, приехал неизвестный чемпион в деревеньку, и стал очень известен только по одной разминке, перед боем. Что будет после первой минуты в схватке, боюсь даже представить.
Это не те простые парни, на глазах которых я побеждал обычных соперников.
Тут народ видит и, может и не понимает, что я делаю, но потом быстро разберет мою технику и движения. Именно этого я и хочу, привлечь внимание к своей персоне и попасть в этот клуб избранных. Заниматься с ними и стать учителем в ударной технике, получить взамен несколько десятков уроков по всему остальному, в чем местные гораздо опытнее меня.
Мне это интересно, особенно, после суровой науки, полученной от тех двух Рыжих, даже одного, который заставил почувствовать меня свою беззащитность очень отчетливо.
Зрители уже собрались, хотя и не все, кто мог, сидят пока за столами, не рассчитывая, что гильдеец сможет оказать серьезное сопротивление известному гвардейцу. Да, Гильдия, не участвует в боях, ведь и находится далеко от города и занята постоянно своей работой, в отличии, от довольно свободно живущих гвардейцев.
Исправлю это упущение, пусть и один раз.
Руки забинтовал сам себе, хотя нашлись желающие помочь, даже со стороны поддержки соперника поступило предложение. Думают, что я совсем в таких делах не понимаю.
Судьей тоже оказался один из Гвардии, взрослый мужик.
Я понимал, что победа мне нужна явная и, кажется, знал, что для этого надо сделать.
Краем глаза я заметил платье певицы, рядом с остальными гостями нашего стола. Все, включая и Капитана, ждали начала поединка, притом Грита активно спорила со всеми сразу.
Наверно, о моей победе.
Увидев мой вопрошающий взгляд, кивнула, довольная. Кажется, ставки принимают с большим перекосом на победу Генса.
Чем девушка и воспользовалась, уверенная в моей победе.
Судья позвал соперников в центр, проверил, как хорошо намотаны кожаные ремни на руках и свистнул, обозначив начало поединка.
Не знаю, что там советовали опытные соратники молодому Генсу, начал он очень резко. Подлетел ко мне и размашисто пробил пару ударов. Попал по воздуху, ведь в момент нанесения, он остановился и остался стоять. Я легко отскочил влево, поднял руки и поприветствовал зрителей, чем разозлив парня еще сильнее. Мощные косые удары, чуть ли не с проворотом вокруг себя, это пока было все, что показывал Генс.
Я даже успел удивиться, чему его учили в этом элитном клубе единоборств?
Неужели только этому?
Как парень поменял тактику и начал метить в туловище. Уже пару раз я мог, минимум, посадить его на пятую точку, но не сильно торопился закончить бой. Хитрость парня начала, вроде, давать первые успехи, он вскользь зацепил меня по груди и мазнул по щеке следующим ударом.
Его болельщики зашумели, подгоняя парня развить успех. Но шум резко оборвался, мне надоело играть в пятнашки, Генс совсем раскрылся и пер на меня, выставив челюсть. Поэтому короткий, незаметный удар слева навстречу оборвал его движение, надежно уложив на утоптанную землю. Он просто продолжил полет и упал мне под ноги.
Зрители почти ничего не поняли, но, остановившись, и помахав рукой милой, которая еще тоже не осознала, что наши золотые кругляши пошли размножаться, я обратился к судье:
— Это все или будете приводить в чувство?
Нет, бой признали законченным и подняли мою руку вверх.
Ну, пора выпить, как следует и пообщаться с начальством поближе.
Пока добирался до номера, несколько посетителей трактира поздравили с победой, потом, когда вернулся, соседи по столу еще смотрели бои, оставаясь на веранде.
На нашем столе уже стояла бутылочка ресы, присланная хозяином, быстро отреагировавшим на мою победу.
Я налил пару стопок и подошел к нашим. Народ, конечно, группировался вокруг Кронца, что было понятно и объяснимо. Мужики, естественно. Женщины стояли своей компанией и на происходящее внизу внимание обращали не так сильно, как один из Капитанов. Кронц прямо махал руками и двигал плечами, переживая бой и активно комментирую его.
— До чего азартный мужик, — подумал я и стал смотреть новые бои.
Из-за такого быстрого окончания, следующая пара только размялась и выходила в круг. Биться собирались незнакомые мне парни, один сидел за столом с гвардейцами, второго я видел первый раз.
Изображали парни из себя тренированных бойцов недолго, до первой плюхи посерьезнее, пропущенной одним из них, а потом пошла рубка, с непрерывными, размашистыми ударами. Из-за катастрофической неточности, парни поразбивали друг другу кожу на висках и скулах, одному даже вокруг уха пустили кровянку.
Но сил и энергии у них оказалось так много, что только к концу поединка они подустали, и разом сдулись.
Крепкие парни, ничего не скажешь, столько напропускали по ушам и затылку, и хоть бы хны! Ни одного, хотя бы, нокдауна, ни одного падения.
Да. С командой мастеров местного спортивного гвардейского общества *неТрудовые резервы* придется много поработать, совсем у них запущена ударная техника.
Поглядев на этого пиршество боевого духа и кривых рук, самому захотелось выйти на все остальные бои, мне предназначенные. Выиграть их парой-тройкой ударов и задать новый модный тренд в главных городских развлечениях.
Но нет, я свой вопрос решил, честь Гриты и мое достоинство защищены достаточно эффектно.
Я же, все-таки не молодой гвардеец, а солидный секретарь при Ратуше, эти победы мне не так нужны, как молодежи. Для них — это почти смысл жизни, яркий момент в повседневной службе, возможность выделиться и обратить на себя внимание.
Вскоре меня заметил и Кронц, позвал к себе и активно поздравил.
Ну — поздравил, это мягко сказано.
Схватил своими лапищами мою руку и, по ощущениям, попытался сделать меня инвалидом, на самом деле, пытаясь поздравить, как следует.
Как он сам понимал это дело.
Понятно, как он стал Капитаном и спас множество людей в снегах. Просто брал за руку и просил не засыпать, не спеша отпускать. После такого допинга, точно хотелось убежать подальше. И морозное оцепенение, и равнодушие — сразу сменялись просто желанием жить.
Без боли.
Капитан и потом не отпустил меня далеко, постоянно обращался с разными вопросами. Первый из них был такой:
— Так почему твой соперник упал?
Как я понял, народ еще не очень внимательно смотрел начало поединка, занимаясь разговорами и прочими делами. А мой короткий удар заметили вообще единицы.
Так за разговорами и дружеским общением прошли еще два поединка. Я не очень обращал внимание на то, кто победил. Все было достаточно однообразно, хоть и немного искуснее, чем в других трактирных боях, уже виденных мной в Черноземье.
Торк также дрался в общем тренде, но природная сила и длина рук давали ему преимущество, он просто снес соперника. Такой, если раз приложится, в сознание не скоро вернешься.
Улучив момент, я отошел к Грите, с довольным видом посматривающей на меня и по сторонам.
— Как наши успехи, милая? — отозвал ее в сторону, извинившись перед остальными дамами.
— Прекрасно, мы на тебе заработали почти втройне. Но и поставила я всего пару тайлеров, чтобы сильно не сдвигать ставки в твою сторону. Денег в кассе еще немного было собрано и все против тебя. Я была единственной, кто на тебя поставил и запустил игру.
— Какая же ты молодец! И, правда, начала разбираться, — похвалил я девушку.
— Все знали, что ты дерешься только потому, что пришлось и поэтому никто и не рассчитывал на твою победу.
— Забрали все, что поставлено на бой, три золотых сверху моей ставки, — похвасталась певица и отдала деньги мне, собираясь на сцену.
— На кого теперь ставить? — поинтересовался я.
— Ни на кого, просто подержи деньги. Я сама поставлю на твой следующий поединок.
— Да я больше и не собираюсь драться. За твою честь постоял и хватит, — ответил я.
— Не смеши. Капитан Кройц с тебя живого не слезет, он уже с кучей народа поспорил, что боец из-за нашего стола победит, — усмехнулась Грита и начала подниматься на небольшую сцену.
Сегодня она выступает в сопровождении не только Скопа, но и еще троих музыкантов. Настоящий оркестр по местным понятиям.
Хозяин реально продвинутый у трактира, чувствует сразу конъюнктуру и спрос, поднимает уровень обслуживания и услуг в трактире соответственно.
Слова Гриты, вроде, были вполне понятны.
Но я все же решил уточнить еще и у Шидера этот вопрос. Когда смог немного оттянуть его от Кройца и спросить. Шидер посмотрел на меня, потом на Кройца, снова на меня и высказался:
— А ты сам как думаешь? Я тебя убеждать не буду, дело твое. Но, от кого будет зависеть ваша доля, твоя и парней, сам понимаешь. Лучше тебе не расстраивать Капитана и просто победить всех соперников. Это будет самый лучший и, пожалуй, единственный вариант. В твоем случае.
И он вернулся внимательно слушать своего непосредственного начальника.
Все стало понятно. Придется и дальше веселить приличную публику.
А, особенно, стараться не расстроить своего соседа по столу поражением.
Не повезло всем этим гвардейцам и бойцам, у меня теперь есть очень осязаемый интерес.
Кому, как не главному по налогам и пошлинам Астора Капитану решать, как город отблагодарит своих бдительных и героических простых граждан?
Вашего покорного слугу, его друзей, Кроса и Драгера, отставных гильдейцев, случайно оказавшихся оружными рядом с местом прямого неподчинения и нападения на служащих мытни города, при выполнении ими своих служебных обязанностей.
Как именно, благодарностью и личным рукопожатием, без денежной составляющей — это один из вариантов.
Или выплатой всей заслуженной по закону части, от одной четвертой до одной восьмой из суммы изъятого.
Несмотря на саму сумму.
Плюс — еще много других вариантов.
Так что, придется постараться в полную силу.
Ладно. И Грита повеселится на ставках.
Видно, что ей это очень понравилось, вон как ноздри чувственно трепещут, когда делает ставки и общается людьми хозяина, принимающими их.
Зато можно не поддаваться.
Не вводить в непонятки соперников, пока все и так будут ставить против меня.
Это понятно.
Грите мешок пора принести, для денег. Ночевать тоже в трактире придется, чтобы не рисковать жизнью и здоровьем. После вполне вероятного выигрыша и получения кучи золота.
Я сразу взялся за дело и подстерег хозяина трактира. Звали его Бильд и он начал поздравлять меня с победой, первым делом. Но я его прервал, попросив принести за наш стол пару бутылей самой дорогой ресы и пару вина астрийского, белого. Он тут же отправил своего помощника за искомым к себе в номер. Сказал, что подаст сам лично таким дорогим гостям. Я напомнил еще про самую хорошую посуду и спросил про номер для нас с Гритой.
Любой. Но хороший.
Если надо, то могу освободить свой номер на чердаке.
Но тут Бильд ничем помочь не мог, свободных номеров не было уже пару дней.
Началось выступление моей подруги, народ спешно расселся и начал внимать прекрасному голосу и музыке.
Грита сегодня в ударе, музыканты тоже, в общем, полчаса все только и слушали ее.
Вскоре появился хозяин с подносом и расставил бутылки и посуду на столе. Все соседи были достаточно разгорячены и, естественно, никто не подумал отказался от стопки ресы или бокала вина.
Женщины пили вино не спеша, маленькими глоточками, в отличии от мужчин, начавших опрокидывать стопки одну за другой. Темп задавал сам Капитан, остальным оставалось только не отставать. Шидер и пара гвардейцев выглядели опытными, вполне, людьми и я за них был спокоен. Грита присоединилась к нам, получив множественные благодарности от слушателей и тоже потягивала вино.
Один я, получив от организаторов боев напоминание о скором выходе, попивал чай, передав своей верной сообщнице деньги в небольшом мешочке.
Опять переоделся в номере в гильдейское и на улицу, в круг.
Теперь за моей разминкой внимательно наблюдала вся команда соперника, опять же, состоящая из гвардейских.
Снова в центр и соперник передо мной.
Здесь еще нет обычая пожимать руки перед боем, ну и ничего.
В этот раз мне достался парень из второй пары, победивший решением судьи в той мясорубке. Естественно, он также пошел проверенным путем и грозно замахал кулаками, готовясь обрушить град тяжелых ударов на мою голову. С ним я провел полноценную тренировку, пытаясь попасть хорошо на отходе. Получалось не очень, не хватало координации рук с ногами. Ноги сразу уносили в сторону, руки не успевали достойно встретить наступавшего парня. Пользуясь моими промахами, соперник постепенно смелел и старался прижать меня, но у него такого опыта тоже не было, все бои велись лоб в лоб, без особых маневров.
Так прошла первая половина боя, состоящего по времени из одной требинки, восьми минут. Соперник немного устал, промахивался чаще, но стал настойчивей, пытаясь все также прижать меня. Зрители требовали от меня более активных действий, но я не обращал внимания на них. Понемногу стало получаться предугадывать атаки гвардейца, и в одной из них я хорошо ему попал в нос. Кровь залила лицо и рубаху, но парень из последних сил настойчиво пытался добраться до меня. Опять начиная двигаться вперед, он очень уж не рассчитал дистанцию, о чем, конечно, и не подозревал и наткнулся на хороший встречный, уронивший его на колени. Сразу вскочив, парень закачался, пытаясь на ногах восстановиться, но я не дал ему такой возможности, снова четко попав в подбородок расчетливым одиночным ударом.
Теперь подняться ему удалось далеко не сразу, и судья остановил бой.
Когда подняли мою руку, наша, если можно так сказать, трибуна завопила и запрыгала, видно, что непонятность исхода боя держала всех в ожидании. Тем больше случилось веселья.
Грита прыгала выше всех, и я понял, что ставка опять отлично сработала. Такая она казалась довольная, хотя весь наш стол отмечал победу очень шумно, а громче всех орал именно Капитан.
Я, мокрый и вспотевший, поднялся наверх и снова переоделся, вытерся полотенцем, еще ходить час в мокрой одежде не собирался. Потом спустился к нашим, смотревшим второй бой, в котором знакомого мне Торка побеждал тот самый инструктор гвардии.
Победил по делу, постоянно поддавливая и провоцируя, очень сильного физически, парня на активные промахи и нанося опережающие удары, правда, не очень жесткие. Хотя, может, он так игрался с Торком. Понемногу количество перешло в качество, лицо крепыша стало похоже на окровавленную маску. Явно превосходя уровнем своего противника, инструктор пропустил все же пару ударов, после одного из которых, его, вроде, повело немного. Но Торк не смог перехватить инициативу, может, уже устал и наелся, может, потерял веру в свои силы. Соперник опомнился и продолжил планомерное избиение гвардейца.
Бой получился очень тяжелый для моего знакомого крепыша, голова у него будет долго болеть и не скоро лицо придет в порядок.
Ничего не скажешь, умело инструктор засушил бой и не дал Торку использовать преимущество в силе и молодости. Они, конечно, хорошо знакомы и действия более старшего и, гораздо, более опытного товарища были похожи на жестокий урок.
Наверно, лет тридцать ему или тридцать пять, трудно точно сказать.
Сказать трудно, а узнать — можно.
После всех поздравлений за столом, я все же смог спасти руки от лапищ Кройца, укрывшись от него на другой стороне стола, рядом со своей подругой. Довольная Грита похвастала очередной победой в ставках, теперь сумма была посолиднее, народ, не понявший, как я победил молодого Генса, ставил поголовно на моего соперника и набралась сумма для почти полной ставки, что певица и использовала. Против ее четырех тайлеров поставили восемь и теперь в мешочек для денег упало шесть золотых сверху.
Певица была в полном восторге, осталось узнать, как делить будем. Возможны всякие сюрпризы.
Я подсел к мужикам из Ратуши, внимательно слушавшим, что умного скажет большое начальство, и, дождавшись, когда мытыри заговорили о своем, поспрашивал про этого инструктора.
Сколько лет, откуда он такой взялся — вот, что интересовало меня.
С ним оказалась темная история, пришел из-за Сиреневых гор, чуть ли не из столицы тех земель, Сатума. Прошел через горы и сразу сдался на мосту Гвардии, сумев заинтересовать мужиков своими умениями в рукопашном бою и работе с острыми предметами.
Такого, как делал пришелец, здесь никто не умел, даже близко, восхищенная молодежь упросила начальство назначить его инструктором.
После небольшой проверки.
Теперь около инструктора собрался свой кружок преданных поклонников, в основном, гвардейцев.
Желающих улучшить свои навыки в работе с острыми предметами и борьбе с кулачным боем. Там все жестко, дисциплина железная, бьют друг друга в полную силу и слабаков нет, это точно.
— Как давно он начал тренировать молодежь? — поинтересовался я.
— Да не так и давно. Год он в Асторе, в Гвардии, значит, где-то месяцев пять. Не больше.
Поблагодарил гвардейца за сведения. Интересно кони пашут, получается, что этот инструктор — очень нужный мне человек.
Кто еще может подробно рассказать о жизни за Сиреневыми горами?
Только он и те, кто его здесь допрашивали, после того, как он сдался военным. То, что допрашивали, я уверен, и то, что он все рассказал — тоже. Только за полную откровенность структура, достаточно недоступная для иногородних жителей, могла пропустить его на такое популярное место, быть почти кумиром местной молодой военной элиты.
Нужный мне человек. Очень.
Мало ли, как у меня здесь, в Черноземье, дела пойдут.
Учитывая, что я тоже — темная лошадка.
Кронц оказался очень компанейским мужиком.
Жена Капитана со своей подругой Алоизой, даже не пытались остановить полет его общения и мысли.
Наверно, знали, что это бесполезно, тем более, что все мужики смотрели ему в рот, и поднимали стопки так часто, как предлагал Капитан.
Я, грешным делом, порадовался, что, как участник боев могу не пить. Но вот что будет потом, боюсь даже представить.
Ладно, до этого потом еще надо дожить, поэтому мне придется серьезно задуматься.
Грита снова собралась на выступление, оставив мне все монеты в мешочке, из которого они уже вываливались.
Ее голос летел над столами в трактире, заставляя плакать, вспоминать и думать. В общем, делать все то, чем люди не занимаются в повседневной жизни, занятые работой, едой, сном и любовью.
Несколько хороших музыкантов еще усиливали эффект своей музыкой.
Песню про город золотой, девушка спела в начале второй части, зная, что именно эту песню зрители будут требовать на бис.
Здесь, конечно, это называется по-другому, просто выйти на *повтор*.
Зрители кричат это слово.
Так, что же я увидел во время схватки своего будущего противника?
Он хорошо контролирует дистанцию, легко выбрасывает руки для ударов. Не знаю, почему он не закончил бой раньше, похоже, что таким способом он продолжал тренировку гвардейца. Повезло мне, что распорядок боев тут расписан изначально, по жребию, а то бы бросили меня на этого инструктора сразу.
Почему же тогда Торк так слабо выступил, вел себя достаточно обреченно, не смог развить явный успех, после хорошего попадания, когда его учителя зашатало.
Кажется, он не верил в свою победу, хотя это странно. С его силой в кулаках, можно переломить любой бой, стоит только приложиться пару раз.
Похоже на какую-то договоренность между ними, или неверие в свои силы.
В любом случае, Учитель, я решил называть его так, пользуется настоящим авторитетом среди своих учеников, что уже немало.
Все же, он похож на хорошего рукопашника, практикующего некоторые элементы бокса, в частности быстрые, но несильные удары. В принципе, для меня больших проблем нет, если только его удары не изменятся и не обретут силу камня.
Мне надо побеждать. Дружеские отношения с Капитаном Эгаром Кронцем, это очень важно.
Для человека, собирающегося развивать свой бизнес в Асторе — просто необходимое условие.
Попасть в клуб бойцов при Гвардии, я уже и сейчас могу, наверняка, Учителя и парней очень заинтересуют легкие победы над соперниками, моя техника и все остальное.
Но победа над местной легендой добавит мне ореола крутизны. Не факт, что он перенесет это спокойно, но уважать будет, точно.
Да и Грита с Кронцем будут очень рады моей победе, вместе со всем нашим столом.
Ставки будут против меня, это абсолютно ясно, придется ставить все, что есть на победу. Авторитет Учителя сыграет в мою пользу, и Гриты тоже.
Может, после такого плодотворного визита в усадьбу, это не так и важно, зато просто здорово.
Быть победителем и разделить это чувство с друзьями, или просто — соседями по столу, с которыми свела в этот вечер судьба. Они тоже становятся непосредственно причастны к такому событию и могут всегда с удовольствием вспомнить вечер в трактире *Лиса и Журавль.*
Грита все пела. Очарование красивой песней кружило голову, зрители активно подпевали, только сейчас я обратил внимание, раньше как-то было не до этого, но в трактире женщин было не меньше трети. Этот было удивительно, до этого раза я и не подозревал, что в такие места ходят не только свои в доску подруги, но и столько приличных женщин.
Хозяину удалось неплохой трактир превратить в подобие клуба, похожего на театр или оперу.
У него настоящий талант!
И проход по столам, которые могут забронировать только солидные и известные люди. Никакой шантропы или просто случайных людей. В зале хватает охраны, но я еще не видел, чтобы они к кому-нибудь подходили.
Конечно, очередная веселая компания лесорубов или еще кого похожего, может прорвать заслон охраны, но одни такие смелые уже на берегу рубят камень. Да и наличие своего бойцового клуба точно решит все проблемы с силовой поддержкой. Парням будет только в удовольствие показать благодарным зрителям, что они умеют и для такой публики они очень постараются.
Песня кончилась.
Но певицу не отпускали со сцены, снова и снова скандируя *повтор.*
Это теперь надолго.
Но и милая была в ударе, после того, как музыканты с чехлами из-под инструментов собрали щедрую дань между столами и вернулись на сцену, она спела несколько самых популярных песен, закончив местным хитом. Зрители, как люди приличные, к певице не рвались, но шумели, как неприличные, выражая свой восторг.
Хорошо, что спуститься со сцены можно было за пару шагов, так бы до нашего стола певица дошла не скоро, пока выслушала все комплименты.
Вечер в *Лисе и Журавле* удался на славу, а впереди еще последняя схватка.
Как бы она не сложилась, но такой оглушительный успех заведения должен иметь последствия для вечерней жизни Астора. Теперь многие заведения начнут копировать его программу и подглядывать, как бы так тоже сделать.
Пока прогулялся в туалет и, вернувшись, я нашел хозяина и посоветовал приставить к двум кабинкам своего уборщика, хоть на сегодняшний вечер, чтобы убирал за каждым клиентом. А то уже не зайти, глаза режет. Бильд сразу отправил уборщицу, быстро отреагировал.
Вручил своей раскрасневшейся и возбужденной девушке мешок с денежкой и побежал по лестнице наверх, переодеваться уже в третий раз.
Хорошо, что вещи подсохли на вечернем теплом сквознячке. Я не стал закрывать дверь, только подпер ее каким-то поленом, чтобы проветрить одежду.
Скоро я стоял внизу и готовился к схватке, но дело шло неторопливо.
Учитель разминался где-то в другом месте. Что за дела?
У меня тоже нашлась пара секундантов из будущей армии поклонников.
Отсутствие соперника на площадке, кажется, говорило о не полной его уверенности в победе.
Скрытой разминкой он пытается повысить свои шансы или поддавить психологически.
Но все хорошее кончается, кончилось и время ожидания, секунданты, не знающие, что называются именно так, с серьезными и торжественными лицами вывели моего соперника.
Был Учитель явно полегче меня, более сухой и поджарый. На загорелом лице виднелась, несвойственная местным, светлая, аккуратно подстриженная борода, да и сам он отличался от смуглого и черноволосого населения Черноземья, впрочем, как и я сам.
Теперь и я занялся разминкой.
По правилам, когда бойцы встречались лицом к лицу, у каждого была возможность разминаться по времени в половину требинки.
Мне этого вполне хватит.
Вот мы в середине круга. Зрителями забиты все веранды, балконы и остальная свободная площадь, болеют, в основном, за своего и это хорошо.
Надеюсь, Грита сполна воспользуется сложившейся ситуацией.
Я нашел наш стол в полном составе на той же веранде, помахал своим болельщикам, и схватка началась.
Смогу ли я, обычный перворазрядник из далекого моего прошлого, победить местную звезду и настоящего гуру единоборств?
Посмотрим.
Ведь за моей спиной есть возможности, приобретенные в Храме.
Да, уровень соперника разительно отличается от прежних бойцов. Он неплохо движется, пытается поддавливать, маневрирует корпусом и маскирует удары. Он первым выбросил легкий удар, попавший мне по руке, потом второй, третий.
Пока не попал ни разу по-настоящему.
Но тенденция налицо, он — не такой, как его ученики.
Совсем другая школа, кажется, в его стране разрешено использовать ноги в схватке, а легкие удары руками — это маскировка, прикрывающая подготовку сильных ударов ногами.
Если это так, то шансов у него без ног совсем мало против меня. Но, для дальнейших отношений, срубать его не стоит, лучше довести бой до конца.
Поэтому я тоже маневрирую, тоже поддавливаю и делаю обманные движения, как будто встретил равного по силе соперника. Такие политесы продолжаются пару минут, я просто четко вижу, как хочется сопернику ударить ногой, но приходится сдерживаться и работать только руками.
Ко мне приходит понимание, что восемь минут я так не пропрыгаю, как удобно моему противнику и решаю закончить бой, как бог на душу положит. Встречаю с уклоном от очередного тычка и, есть, первый контакт.
С виду будет похоже, что два Мастера изучили тактику друг друга и, наконец, решили не томить зрителей, разрядившись шквалом ударов.
И, повезло достойному, то есть мне, в равном, с виду, бою, мой кулак нашел его скулу и Учителя реально повело. Я дал ему прийти в себя, но через полминуты опять всплеск активности, Учитель берет колено, чтобы навести резкость в глазах.
Да, он быстр и ловок, что-то умеет, но пропущенный десяток ударов никак на мне не сказался.
В его борьбе, главное — не руки, поэтому по таким правилам он не может у меня выиграть.
Мы сходимся третий раз и, снова, противник падает на спину и ему засчитывают поражение.
Поднята моя рука, потрясенные зрители молчат. Только моя группа поддержки неистово вопит, прыгает и несется меня поздравлять. От объятий Капитана деваться теперь некуда. Хорошо, что руки я все же спрятал, поэтому трещат мои ребра и, я уверен, больше ущерба я получил именно от одного своего болельщика, чем от всех соперников.
Если бы я вышел с Торком биться, тогда на свою победу я не поставил бы больше семи шансов из десяти. Он ведь меня совсем не боялся, как своего Учителя и вполне мог и завалить. При определенной удаче.
Я снова переодеваюсь наверху. За столом, наконец то, могу расслабиться. Все пьют за мою победу, я сам тоже и скоро мир становится разноцветным.
Что творится в трактире, я не вижу, потому что плотно занят за своим столом. Слушаю всех, кто ко мне обращается, в основном, самого почетного гостя трактира.
Пока его не забирает жена, несмотря на веселое состояние, Капитан не спорит, прощается и уходит. Шидер, конечно, идет его провожать и забирает свою жену с собой.
Да и время уже около двенадцати. Народ расходится, но, многие считают своим долгом поздравить меня и поблагодарить Гриту.
Еще какое-то время мы работаем официальными талисманами трактира, но и это кончается.
Парней из ратуши я давно уже не вижу.
Не знаю, сколько это длится, потом Грита кладет мне на колени солидный мешок с деньгами и спрашивает:
— Не пора ли нам домой?
Представляю путь до дома, с мешком денег и отрицательно машу головой.
— Мы остаемся, будем просто спать в моем номере.
Странно, но девушка не спорит, теперь видно, что она очень устала.
Я беру за стойкой лампу, два кувшинчика с морсом, и мы медленно и очень устало поднимаемся на чердак, тащя еще и мешок с монетой.
Вечер был потрясающий, надо много, о чем поговорить, но сил уже нет.
В номере я помогаю Грите стащить платье, девушка падает в сорочке на узенькую кровать без сил. Ставлю около нее один кувшинчик, закрываю дверь на замок и стопорю его. Потом раздеваюсь сам, отпиваю половину морса и сажусь на кровать, запихиваю мешок с деньгами под нее.
Костяшки рук серьезно так ноют, пришлось сегодня поработать.
Несколько синяков и шишек мешают комфортно расположить лицо на тощей подушке, но это — не самое важное.
Гашу лампу и наступает благословенная тишина и темнота.
Утром, открыв глаза, я не сразу идентифицировал себя с этим местом.
Какой-то простенький такой номер. Не для чемпиона, вчерашнего вечера в самом популярном трактире Астора.
Только увидев Гриту на соседней кроватке, я вспомнил все события, свою победу, Капитана за нашим столом, тройной подряд выигрыш в ставках.
И понял, что жить — хорошо.
Даже с грустью подумал, что, пожалуй, такого повторения и не будет.
Не удастся так, оставаясь темной лошадкой, победить соперников, приведя в полный восторг моих немногочисленных болельщиков.
И очень порадовать свою девушку.
Вон, как она посматривает, не проснулся ли я, но побаивается героя будить после такой славной виктории.
Теперь, даже если полностью повторить свой замысел, не будет такой реакции, таких ставок и таких денег.
Весь город знает про мои способности, соперники будут наготове, а ставки гораздо менее прибыльные.
Да и такого резонанса от кулачных поединков не будет больше. Я так стремительно ворвался в число наиболее удачных бойцов и просто счастливчиков, что от меня всегда будут этого ждать.
Легкая печаль налетела и пропала, пора вставать.
Да и не так это печально, просто надо не спеша получить все бонусы и обналичить вложения в репутацию.
— Милая, давно не спишь?
— Да уже пару часов, — ответила милая и отпила из кувшинчика.
— Давай не будем торопиться, не каждый раз утром так приятно вспомнить прошедший вечер. Тебе, конечно, проще, ты и так главная звезда города. Но и я вчера хорошо засветился, — предложил я.
— Можно не торопиться, я не против. Единственно, сколько золота в мешке, мне очень интересно. Не хочется откладывать подсчет на потом, — согласилась девушка.
— Какая же ты все-таки девушка из реальной жизни. Кстати, какие были последние ставки?
— Ага, я такая именно. А ставки были такие, необыкновенные. Несмотря на твои уверенные победы, народ не допускал мысли, что ты можешь победить этого инструктора из Гвардии, даже, если побил его учеников.
— Поэтому, мы забрали все деньги, что были поставлены. Ты себе это можешь представить! — она даже взвизгнула от полноты чувств.
— То есть, ты теперь богатая невеста? — улыбнулся я.
— В невесты я не спешу, понимаешь, жизнь и работа у меня такие, что не мое это дело. Я не променяю свой голос и сцену на семейные радости. Даже не надейся! — получил я такое предупреждение.
— Ты просто меня не так поняла, милая, — поспешил успокоить девушку, — Давай посчитаем этот мешок и порадуемся новому дню за окном.
Я накинул порты, Грита так и осталась в сорочке и, сев на мою кровать, достали мешок и начали составлять столбики по восемь тайлеров. На седьмом восьмерике столбики кончились.
То есть вышло семь столбиков и еще один тайлер.
Итого пятьдесят семь золотых.
Я прямо не поверил своим глазам:
— Не думал, что столько денег будет в игре!
Откуда такие огромные суммы?
Ладно, восемь — шестнадцать тайлеров я еще понимаю, — недоумевал я. Хотя это, по большому счету, всего то — плата хорошему работнику за год. Даже просто среднему.
— Вчера была, если не половина богатых людей города, то, точно — четверть! — уверенно заявила Грита.
— Так, что, это еще немного. Просто мы взяли все три кассы подряд! — пояснила девушка.
— Но Капитан был один? — стало интересно мне.
— Капитан был и, правда, — один, зато самый веселый, — улыбнулась Грита, — Это все знают.
— Веселый? Ну не знаю, он мне ребра едва не сломал, — пожаловался я.
— Ничего, в остальном, ты как огурчик, лицо немного распухло и все. За три схватки тебе не очень тяжело пришлось. Так, что прости Кронцу его медвежьи объятия. Тем более, ты теперь его приятель, — объяснила ситуацию девушка.
— Это меняет дело, — порадовался я, — Как делить будем, милая?
Конечно, я бы без проблем отдал Грите половину, но недавний пример меня кое-чему научил.
Как и прошлая жизнь.
Поэтому я и задал вопрос, пытаясь понять, чего мне ждать, не будет ли у девушки взрыва сознания, сносящего крышу напрочь.
При виде больших денег это часто бывает.
Потупившись, красотка сделала вид, что задумалась об этом впервые и застенчивым голосом прошептала:
— Меня бы устроила четверть от выигранного.
Ну ничего не скажешь — справедливое желание. Зато сразу и все монетки получаешь, про остальные будем думать, когда эти потратим. Наверняка, такие мысли витают в красивой головке.
Без нее, я бы вчера ничего, кроме премии за три победы, не получил.
Но мог все же заранее нанять человека для ставок.
Но ведь не нанял.
Крос пропал где-то, а других на примете у меня нет.
Она и сама могла поучаствовать в ставках, только сомневаюсь, что у нее был хоть один золотой тайлер в кошеле.
— Давай посчитаем, пять я вложил, пол-золотого за первый бой, золотой за второй, и, получается — восемь золотых за третий. Вроде так? Это моя премия.
Грита кивнула головой.
— С другой стороны, первые полтора были вложены в последнюю ставку, поэтому можно их не считать. Пятьдесят семь минус пять, минус восемь, получается сорок четыре тайлера.
— Забирай одиннадцать. Это твои деньги, твоя четверть.
— Так справедливо?
Грита кивнула, старательно складывая золото в кошель на поясе платья для выступлений. Получалось не очень и перевешивало на одну сторону. Поэтому я отдал ей вчерашний мешочек. А оставшиеся тайлеры сложил в одежду и закинул вместе с мокасинами в мешок.
— Будешь со всеми деньгами гулять по лавкам? — поинтересовался я.
— Не, часть дома оставлю. Немного Орнии подкину, ей пока что-то Гильдия денег не прислала, за мужа погибшего. Остальные потрачу. Пора и новые платья пошить, и обувь заказать, и украшения я присмотрела. Да и много всего присмотрела.
Интересная все же девушка, моя Грита.
Не откладывает деньги, живет сегодняшним днем, радуется жизни сразу и на месте.
— Пойдем завтракать, — позвала девушка меня.
Пойдем. Как раз я и номер сдам. Вроде, пока не надо его держать, миссию свою он выполнил на славу. Без такого наблюдательного пункта никак не получилось бы у меня опережать Рыжих постоянно на пару шагов, устроить засаду в порту и решиться ограбить дом.
Да и цена выше будет перед ярмаркой. Гораздо. Надо сдавать.
Внизу нас прямо ждали. Грите опять принесли несколько блюд на выбор, она сразу занялась дегустацией, я же сдал ключ от номера и попросил счет за вчерашний вечер, за весь стол.
Счет принесли, когда я сел завтракать с милой. На восковой дощечке было насчитано на полтора золотых, но хозяин опять дал скидку в треть. Поэтому только один тайлер пришлось достать из мешка на ощупь и мелочи насыпать из кошеля прислуге.
Понятия чаевых здесь еще нет, народ бегает за твердый оклад, хотя, конечно, от лишней денежки не отказывается.
Заказал себе кружку пива, немного поправить здоровье после вчерашнего.
Хорошо было сидеть вот так, солнечным утром, в приятном месте, с чувством выполненного долга поедать вкусный завтрак, никуда не торопясь. Любуясь довольной Гритой, которая, в предвкушении новых покупок, теряет аппетит и начинает торопиться, даже не доедает любимую выпечку.
Да, один из самых-самых хороших дней в моей местной жизни. После вчерашних подвигов, знакомств и просто отличного вечера.
Я бы еще посидел, но пришлось провожать девушку домой по освещенным солнцем улицам.
Дома, однако, меня ждал сюрприз, Клоя, первым делом, оповестила, что Старший Мастер Альс ждет меня в Ратуше. Приходил посыльный и передал.
Пришлось мешок с одеждой и золотом оставить в комнате, немного переживая, что золота там уже много лежит, а спрятать его некуда. Что-то оно все прибывает гигантскими темпами. Вчера даже и не думал про прибыль, но умненькая Грита ее обеспечила.
Вот придут с обыском и как все это добро объяснить?
Ладно, если просто жулики сопрут.
Куда деньги девать и где их хранить? Вложить, что ли, куда-нибудь?
Продолжал раздумывать я, торопясь в Ратушу. Времени было около девяти, хорошо, что рано проснулись, разобрались с денежкой, позавтракали и прочее.
Знакомцы мои уже стояли у входа и радостно встретили своего геройского приятеля, обеспечившего вчера шикарный вечер в приятной компании. Да еще за одним столом с самой Гритой и Капитаном Кронцем. Мужики были крайне довольны собой и теперь, это довольство вместе с ними разделит вся Ратуша. Сто процентов.
На вопрос про начальство Гильдии, мне сказали, что Альс с Турином прошли недавно.
Но, мог и не спрашивать. Альс ждал меня около лестницы, махнул рукой, вместо приветствия, и быстро поднялся на второй этаж, где в кабинете второго секретаря Бромса нашелся и Турин, собственной персоной.
Поздоровался со всеми сразу и принялся отвечать на вопросы всех троих. Подробно рассказал, как обстоят дела, что списки, а не список, поданы на утверждение и находятся у секретаря второй степени Прима. Который, в свою очередь, согласовывает каждую позицию с многоуважаемым вторым секретарем Бромсом и, пока, не может согласовать.
Здесь Старшие насели на хозяина кабинета, рассказывая ему, что компания по призыву на службу ста пятидесяти новых членов Гильдии и так идет очень вяло, много сложностей с набором желающих.
И, что первый обоз с продуктами и одеждой нужен был уже вчера.
В общем, поручение Совета Капитанов совсем не выполняется и Старшие собираются идти прямиком в приемную Главы Совета и все решать там. Бромс отнесся к желаниям гильдейских Старших без восторга и предложил не беспокоить Главу, а утвердить списки прямо сейчас, его волевым решением. Для чего мне было поручено привести секретаря Прима прямо сюда и прямо сейчас.
Что я и выполнил с удовольствием, напугав того, что ждет его суровая критика, за затягивание исполнения распоряжения Совета города.
— Так ведь второй секретарь… — начал было оправдываться чиновник и замолчал, увидев мое заинтересованное лицо.
— Да, второй приказал замедлить процесс и отказать в выдаче много чего из списка, — со злорадством подхватил я недоговоренную мысль, — Но виноватым перед злыми Старшими будете вы, прямо сейчас.
Так оно и случилось, первым показательно отчитал Прима сам Бромс, потом Старшие по очереди, один я молчал. Потом добрались и до меня, почему я не заставил всех чиновников спать на работе, пока не согласуют и не загрузят обоз, пусть даже лично.
На такое превышение моих полномочий я никак согласиться не мог и едко заметил, что моей должности в списках вообще не имеется и я тружусь на благо родной Гильдии только из верности и патриотизма. Еще уважения лично к Турину и Альсу, моим глубокоуважаемым и просто любимым Старшим.
— Да, господин второй секретарь, не подскажете ли, как официально называются должности уважаемых Старших Мастеров Альса и Турина, если перевести их на обычный чиновный язык? Ведь сравнить их можно только с начальниками Гвардии и Стражи, не так ли? — начал я разгром позиций одного из главных бюрократов ратуши.
Бромс очень не хотел отвечать на этот вопрос, ведь простое и очень простое гильдейское начальство много лет не задавало таких вопросов, но теперь, все расслышав и поняв, с нескрываемым интересом ждало ответа.
— Наверно, тоже можно называть первыми секретарями, раз между Советом и ними никого нет. Как тех же начальника Гвардии и начальника Стражи, они ведь первые секретари, не так ли? Мое начальство ничем не хуже, так же являются командирами своих подразделения, напрямую подчиняющегося Совету Астора. Но, называть, это еще не все, надо тогда и плату повышенную в платную ведомость внести.
Раскрывая глаза своему начальству, сколько всяких пряников и печенек приходит с тем, что город берет содержание Гильдии на свои плечи, я старался повысить свою значимость и будущую должность.
И это мне удалось.
Оказалось, что чинуши присвоили Старшим должности уровня секретаря второй степени.
На что я просто развеселился:
— Это, значит, как у уважаемого Прима. Целый золотой с четвертью месячного довольствия! О. какая щедрость, не знающая границ!
И продолжил:
— Такое неуважение к Гильдии и ее Старшим просто оскорбительно! Не знаю, чем вы сможете загладить такой проступок?
Понятно, что вся чиновная братия не очень будет в восторге от такого знающего человека, как я, проникшего в Ратушу. Они дали мне доступ ко всем нормам довольствия той же Гвардии, которые я выучил назубок, благодаря улучшенной в Храме памяти.
И денежное содержание мне было известно отлично, благодаря, правда, больше моим приятелям на входе, которые знали все. С этим документом, мне Нильс с Примом не смогли помочь, конечно, по указанию своего начальства. Хотя, может, Нильс и не знал таких цифр.
Снабженцы в Ратуше надеялись, что я так же буду тыкаться лбом во все препоны и не смогу серьезно их озадачить, будучи неграмотным Охотником, или, просто слабограмотным.
И, что Гильдия будет брать то, что дадут и еще благодарить за доброту.
Теперь Бромс отчетливо понял, какую змею он пригрел на груди. Но поздно, Альс с Турином требовали прямых ответов с точными цифрами. Раньше Гильдия сама, из своих средств, выдавала плату своим членам, теперь же эта обязанность переносилась на казначейский отдел Ратуши. И Старшим тоже должна перечисляться немаленькая сумма в восемь золотых тайлеров ежемесячно каждому.
Одна эта мысль просто ошеломила Старших. Теперь унылая самоокупаемость в прошлом, да здравствует бюджетное финансирование, снабжение и довольствие. Бурная и мощная река!
Я предложил отойти на полчаса, пока господа секретари согласуют списки. Достав свои экземпляр, и наглядно объяснив, что Гильдия, с таким прошаренным снабженцем, не потерпит ущемления своих прав даже в недостаче хоть одной горсти пшена.
Выйдя на площадь, я предложил дойти до трактира Горста, где и расскажу Старшим Мастерам, что им надо знать.
Заказав по кружке пива, я положил на стол первую табличку и сказал:
— Вот, что город нам должен..
Получасом мы не обошлись, просидели час и то, я и половины информации не донес до сознания Старших. Было видно, что уже вскоре, мозги у них стали закипать, и что-то понимать им становилось все труднее. Груда названий, наименований, развесовка и множество даже неизвестных им слов, заставили капитулировать Старших, которые взмолились, чтобы я перестал выносить им мозг.
Альс выпил кружку до конца и оглянулся в поиске прислуги, чтобы заказать еще.
— Ну, старина, ты как в воду глядел, — обратился к нему Турин, — Кто бы разобрался во всей этой каше, если не Ольг? Я таких не знаю среди наших.
— Да, нужный человек и на своем месте. Ты видел, как Бромс побледнел, как он изворачивался, змей чиновный, — принял похвалу Альс.
— Вот он у нас теперь где, — и он показал кулак, — Давай, Ольг, тряси и выбивай из этих душ чернильных, все, что положено Гильдии. Нужно, не нужно — там разберемся! Сами!
— Вытрясу, только и вы им выдавайте, как положено, под зад. Тут моего авторитета маленького не хватит, а списки я все предоставлю. Главное, стронуть эту кутерьму с места, потом легче будет.
— Так и будем поступать, — подвел итог Турин.
Договорились, что совсем не нужные в Сторожке вещи будем пока оставлять на складе в городе, такого добра на четверть списка набралось. Сформируем резерв для обмена с остальными силовыми структурами.
Слов, конечно, Старшие таких не знали и не подозревали о них.
Мне, тоже, приходилось сдерживаться себя постоянно, чтобы упрощать речь, используя только местные слова и понятия.
Впрочем, я уже давно привык к этому.
В Ратуше, Бромс вручил мне, в присутствии Старших, заверенные и утвержденные таблички. Забирать все положенное можно было уже завтра, поэтому требовалось заказать обоз из трех-четырех подвод, которые базировались на конюшне Гвардии.
— Что, так прямо и все будет на складах? — не поверил я.
— Почти все будет, чего не найдется, оставьте заявку, в следующий раз заберете, — пообещал чиновник.
Что-то слишком легко все получается, есть какая-то в этом странность.
Хорошо, посмотрим.
Надо ознакомиться со складами, принадлежащим городу, где они находятся, мне известно. Поближе к порту, перед складами мытни и Гильдии.
Хорошо, лишнее добро будет недалеко возить.
Сегодня же зайду, начну готовить заказ.
За подводами тоже схожу узнать, что и к чему. Чтобы завтра не иметь бледный вид перед Старшими.
На заказ транспорта мне тоже выдали табличку, на которой и было описано количество подвод и срок, на который они привлекались.
До Сторожки и обратно выделялось два дня.
Тут я немного загрустил, предстояло, по началу, может только, ночевать в Сторожке, без комфорта, к которому привык и без теплой подруги под бочком.
Хотя, может, это и к лучшему, меньше будем надоедать друг другу.
Впрочем, и так не часто видимся. Своих дел много у каждого.
Еще определились с Бромсом по-нашему, моему и Старших статусу.
На первых секретарей пробить Ратушу не удалось, сразу, пока согласовали им звание вторых секретарей, с возможным повышением уровня.
Меня, явно желая поставить на место, и показать свое неудовольствие бесцеремонным вторжением в чиновное болото, хотели наградить смехотворным званием секретаря третьего ранга, как Нильса.
Старших, это, естественно, не так интересовало, как свои регалии, но тут я поднял восстание и потребовал, не много, не мало — звание секретаря первой степени. Напирая на свой полномочный и чрезвычайный уровень, как единственного человека Гильдии при Ратуше, которому необходимо решать множество вопросов, не привлекая к этим мелочам Старших и не отнимая у них время, которого у Альса с Турином и не было совсем.
Они даже не оставались со мной принимать первый обоз, а днем собирались вернуться в Сторожку. По словам Альса, там был полный завал с новичками и обучением новых гильдейцев, тем более, надо выполнять обещанное Совету города мероприятие, с поимкой двух банд Крыс и изъятием скошей.
Про этот момент я даже улыбнулся, кажется, после моих предупреждений, Маги Севера прекратят снабжать своих Слуг так жирно, да и проходы на территорию Черноземья сократят.
Если только и правда, закупаться понемногу решат, через доверенных лиц. Им там, на Севере, все необходимо, от еды до одежды.
Так что, вволю побегают Старшие Мастера по лесам и предгорьям, в поисках несуществующих банд Крыс.
Вопрос с моими компетенциями подвис было в воздухе, я даже предложил Бромсу и остальной Ратуше самим заняться снабжением Гильдии.
У меня и так дел множество неимоверное, чтобы тратить время за смешные копейки платы секретаря третьей ступени.
Безо всяких полномочий.
На повышение моего уровня на одну ступень один из местных бюрократов согласился довольно быстро, но я и с этим был не готов взваливать на себя огромную кучу проблем и обязанностей, связанных со снабжением солидной структуры.
Если мое непосредственное начальство — вторые секретари Ратуши, то я могу быть только секретарем первой степени, иначе, гори оно все синим пламенем.
На самом деле, и меньшее звание давало мне солидно полномочий, но я прочувствовал, что надо давить до конца.
Старшие были просто в ужасе от всего, что надо было знать и понимать, они и читали то не слишком быстро. Для них вопрос даже не стоял, сами заниматься таким сложным делом просто не готовы.
Бромсу, по большому счету, было наплевать, сколько будет моя плата, он просто из вредности пытался не дать мне полагающийся уровень.
Но не сдавался, чертов чинуша.
Пришлось выдать заготовленный аргумент, вспомнить своего(!) друга, Капитана Кронца, который только вчера звал меня на важную должность в мытню.
Что-то такое Капитан, и правда, говорил, но про важную должность все же не упоминал, до такой степени накачаться он не успел. Хотя, не знаю, можно ли было его напоить в принципе, Шидер с гвардейцами уже с трудом могли слушать Капитана, оставаясь в вертикальном положении, а по нему ничего было не заметно.
То то, мужики на входе такие стоят зеленые, собираются подмениться к обеду, как сами мне сказали.
Шидер тоже, поди, на службу не вышел, хотя степень его крепости я не знаю. Ну он то, может себе позволить такие вольности.
Услышав такой аргумент, Старшие дружно насели на Бромса и я был осчастливлен званием секретаря первой ступени.
Что и требовалось доказать.
Кстати, плата мне полагалась в размере двух тайлеров двадцати четырех данов ежемесячно.
Почти в два раза больше, чем на предыдущем предлагаемом звании.
На этом все вопросы были закрыты, Старшие с облегчением оставили меня, торопясь поделать свои дела перед отъездом в Сторожку.
Я, собрав все таблички, спустился вниз. На фоне такой яркой победы над чиновниками, я не стал добивать Бромса требованием отдельного кабинета в Ратуше.
Это еще впереди. Никуда не денется.
Не может же человек на моем, только что подтвержденном им самим уровне, встречаться со своим начальством в коридорах и на этажах Ратуши.
Положен просторный кабинет, и не на третьем этаже.
Чтобы не умалять.
Я был собой вполне доволен, получилось и Старших напугать, и статус приличный получить с соответствующим содержанием.
Что было крайне важно для решения всех вопросов и проблем, реально облегчало жизнь новоявленному чиновнику.
На выходе я постоял со своими приятелями, похвастал, с каким великим человеком они общаются
На что парни меня срезали:
— Ну не таким уж и великим. Только что в Ратушу пришел Капитан Кронц и долго жал нам руки, с удовольствием вспоминая вчерашний вечер. А раньше ограничивался легким кивком, на ходу.
Пришлось признать их правоту.
До Капитана я еще солидно не дотягивал, хотя, какие наши годы.
Теперь надо было приступать к своим непосредственным обязанностям, посетить конюшню Гвардии и склады при Ратуше. Первое довольно быстро, второе — достаточно долго, и я решил заняться складами после обеда.
Так. Еще портфель купить посолиднее, чтобы полностью соответствовать своему званию. К такому солидному чиновнику, всяко, молодые гвардейцы не посмели бы подойти с претензией.
Но, что получилось, то удачно получилось.
Кстати, про отставников Альс даже и не спросил меня. Вот, что значит жить в глухом углу, ничего из свежих новостей туда не доносится.
Куда они, интересно, запропастились. Пора бы уже кошелям показать дно, хотя по пять тайлеров так быстро не потратишь, даже с голодными и босыми девками.
Вспомнил. Пару портфелей, из красивой кожи, я видел, когда покупал свой костюм для Ратуши, вместе с Гритой, у такой хорошенькой девушки, похожей на лисичку.
Туда сразу и зашел, выбрал портфель за пару золотых, еще один костюм для Ратуши, побогаче такой, из более дорогого материала, за три с половиной тайлера.
Теперь я мог позволить себе не считать деньги, и симпатичная девушка улыбалась еще ослепительнее.
Я даже дошел до дома и переоделся в новое платье, заодно прихватив еще немного золота из мешка и попросив Клою отдать в стирку мои гильдейские вещи. Во дворе одна соседка ходила на реку стирать одежду за небольшую денежку. Гриты дома, конечно, не было, тратит денежку моя подруга.
Клоя была удивлена, как изменился тот недавний скромный гильдеец, теперь выхаживает в дорогом костюме с солидным кожаным портфелем, по-местному, предметом роскоши.
Конюшня Гвардии находилась на берегу реки, протекающей по городу, что было вполне естественно, с водой и чисткой лошадей проблем меньше. Я сразу прошел к управляющему перевозками, показал табличку с заказом и узнал, что завтра не получится с обозом, много заказов и свободных подвод нет. Только послезавтра мне обещали три подводы, в лучшем случае.
Я не стал спорить, торопиться было особо не куда.
Мне, конечно.
Если у Старших свое мнение о необходимости скорейшего отправления обоза, так пусть приходят и отстаивают его. Еще посмотрим, что будет со сбором обоза на складах.
На обратном пути зашел в Сторожевую Караулку, совсем ведь забыл про обещание прийти и определиться с трофеями. Хорошо, что знакомый заместитель был на месте, у него уже было все готово для показа трофеев. Видно, что мой предыдущий визит восприняли с опаской и собрали, что смогли. Когда попросил опись, тут заместитель замялся, и виновато сказал, что не оформили:
— Торопились, день был трудный.
— Значит, просто так все растащили, — я был настроен по-деловому, — А где кольчуга Старшего Рыжих и его топор? — заметил я серьезную недостачу.
— И вообще, я не вижу ни одной кольчуги, а их было не меньше пяти, нет ни одного меча, только дешевые топоры.
Я сам собирался договориться со Стражей, но такое откровенное наплевательское отношение не оставляло мне выбора. Нет ни оружия, но брони, нет описи, сколько денег собрано из кошелей.
— Где сами кошели? Где деньги из них? — продолжал я спрашивать, но заместитель как-то перестал обращать внимание на меня и просто вышел из комнаты. Видно, что сказать ему было нечего, а слушать мои крики тоже не хотелось.
Но они собрали откровенный хлам и не стыдятся показывать его мне.
Не хотят по-хорошему, зайдем со стороны Ратуши по-плохому. Ну, или, попробуем зайти. Я не уверен, что Шидер так же захочет поднимать шум, но я и сам могу от имени Гильдии его поднять.
Это же настоящее преступление. Подлежащие конфискации дорогие предметы оружия и брони просто украдены.
И кем — защитниками порядка!
После Стражи я зашел в кабинет мытни, там Шидера не оказалось, и никто не знал, где он.
Я решил свое справедливое возмущение заправить обедом и дошел до Лисы, где и получил большое гастрономическое удовольствие с тушеной в овощах рыбой.
Сидя за столом, я немного успокоился и трезво взглянул на положение дел. Сам по себе я не могу добиться возврата нашей с парнями доли, я человек в Ратуше новый и поднимать шум, вторгаясь в политику на высшем уровне, мне не по рангу.
Но утираться после такого демонстративного плевка тоже не хотелось, и я решил идти совсем официальным путем, попробовать сначала через Шидера, потом, с ним вместе, через Кронца, а потом уже через господа бога.
Может, и найдутся желающие пнуть Стражу и ее начальство, которые помогут нам получить хотя бы моральное удовлетворение. Такие всегда есть, а тут железобетонный повод, самое обычное воровство.
Подать через голову своих Старших докладную записку я не имел права, а Старшим было лучше не знать о моей прочной связи с отставниками-блядунами.
Раз пока они не в курсе, так и нечего им это узнавать.
Потом, после обеда я посетил и склады. Там все было не просто и довольно запутанно, и я порадовался, что занялся этим вопросом с форой по времени.
Но сбор продуктов и снаряжения запустил, все-таки. По темпам работы я начал догадываться, что все добро, которое не портится, надо собирать заранее и складировать в отдельном сарае. Чтобы в день отправления его начинали грузить одновременно с продуктами на отдельную подводу, так получалось хорошо сэкономить по времени.
Честно говоря, пока в Гильдии было около сорока Охотников, десять человек обслуги в Сторожке и около двадцати набранных новичков.
И то я уже зашивался сначала, по неопытности и еще куче причин.
Что же будет, если удастся набрать еще сто тридцать человек?
С другой стороны, в этот первый раз я получал форму и обувь, оружие и припасы на год вперед. Потом останутся, в основном, только продукты. То же пиво поставляет трактир Сохатого, я вздохнул с облегчением, получать где-то и возить еще десяток бочонков пива, было бы утомительно.
Народ в Сторожке был на полном содержании со стороны Гильдии, абсолютно во всем, из-за невозможности купить чего-то рядом.
Работники склада в Асторе получали плату и питались сами.
По концу погрузки я отдавал свои копии дощечек Хранителю складов, а он заполнял мне такие же дощечки списком тех позиций, которых не нашлось на складах.
Это было довольно муторно и долго, поэтому меня сразу посетила мысль, что после погрузки караван мог отправляться самостоятельно, я бы спокойно доделывал все дела с оформлением, и догонял медленно едущий обоз на лошади.
Мне придется освоить езду на лошади и купить ее самостоятельно, если я хочу быстро делать свои дела и не зависеть от медленно едущих подвод.
Хотя можно провести, как имущество Гильдии, мне лошадка нужна для работы, а не для развлечений.
Ездить на лошади я не умею, придется учиться, процесс это не быстрый и не легкий, содержать так же ее надо.
Думая, как упростить процесс снабжения и отладить все его стороны, я понимал, что это вложение в будущее.
Мне, конечно, не хотелось эти хлопоты брать на себя, проверять товар, принимать его по счету, потом сопровождать обоз в Сторожку, что было необходимо, сдавать там Старшим, все по описи, ночевать на обычной лежанке, питаться едой, которая на порядок уступала той, которую я мог получить в том же *Лисе и Журавле.*
Потом, я понимал, что Гильдия будет использовать подводы еще и для доставки добытого на свой склад в городе, но это меня не касается глобально, хотя тоже постараются привлечь и к этому делу. Проще будет забирать списки с товаром и отдавать Хранителю на складе, а там он пусть сам принимает и взыскивает недостачу с возчиков.
Когда эта работа была мне предложена, содержание в почти два с половиной тайлера меня бы полностью удовлетворило. Сейчас это, конечно, неплохое предложение, но в свете набирающей обороты мастерской, производства арбалетов, премии за подвиг в порту, и, конечно, содержимого двух тайников в усадьбе Рыжих, да еще и крупного выигрыша вчера на ставках, если бы предлагалась только работа — я бы отказался.
С мастерской процесс запущен, подводы штампуются и выдаются.
Арбалетное производство еще в начале пути, но деньги и идеи для него уже есть, связка Крипа, Водера, и, уже Трона, показавшего себя незаурядным спецом, делает успех почти стопроцентным. Спрос на нашу продукцию будет огромен, как раз моя работа в Ратуше поможет получить большой городской заказ.
Денег будет много.
С премией пока непонятно. Но кое-какие связи делают получение солидной суммы вполне реальным для меня и, даже, парней.
Золота я снял с усадьбы около двухсот восьмидесяти тайлеров, не считая алмазов, вчера еще сорок пять получил, как с куста. Еще со шкур около двадцати осталось.
Ну, потратился сегодня неплохо, но пока больше нечего и покупать, может еще одежды прикуплю, может — и лошадь возьму. А так, фантазии не хватает.
Получается, я уже обеспечен на всю жизнь.
Но есть и важная составляющая в работе на Гильдию, это, довольно высокая должность в Ратуше, которая открывает те пути, которые простому хозяину мастерской заказаны.
Это — определенная индульгенция, особенно в моем случае, с непонятным появлением в мире Черноземья и сомнительной истории.
Работа на Гильдию снимает все эти вопросы, ведь только Старшие знают про меня больше остальных. Пока я снимаю с них все хлопоты и заваливаю снабжением Гильдию, они будут пылинки с меня сдувать.
А вот, если откажусь, тогда ни в чем уверенным быть нельзя.
Даже сейчас, приди ко мне с обыском любая местная структура, объяснить, откуда у меня столько денег, я не могу.
Про алмазы вообще молчу.
Времена суровые, город в состоянии войны, пусть и необъявленной, по законам военного времени просто придушат в подвале местные контрразведчики.
Да, сегодня я добился от тугих на поощрение чиновников очень высокого статуса, который открывает в Асторе все двери и прокладывает все пути.
Удачно получилось, сначала напугал начальство всей сложностью и запутанностью схемы снабжения, разжег в них огонь алчности перечислением всех благ и ништяков, которые обрушились на Гильдию и на их неготовые к этому головы, потом встал в позу и начальство просто смело все возражения того же Бромса.
Этот парень нам нужен позарез. Заверните, все, что он просит.
Вот, как все это выглядело.
Теперь надо отработать все эти авансы. Поэтому послезавтра я покидаю город в составе обоза и трачу два дня жизни на дорогу к Сторожке и обратно.
Как часто придется этим заниматься — посмотрим.
И где брать недостающие по спискам снабжения продукты, которых очень мало не хватает, и вещи, которых не хватает на складах довольно много, пока не знаю.
Тоже разберемся.
Хорошо бы, что кто-то из парней вышел на связь.
А, пока, мне нужно найти своего нового друга, секретаря мытни и с ним обсудить ситуацию с нашей украденной долей трофеев за схватку в порту.
Так я и поступил, дошел до склада, тем более, что до него не больше ста метров. Там друга не оказалось, вторым местом, где можно встретиться с ним, оказался дом Рыжих.
Пост Стражи так же стоял на воротах, я прошел ничего не говоря, просто кивнув служивым головой.
Для них этого было достаточно, хорошая одежда и шикарный портфель подразумевали мое высокое положение. Дверь в дом была открыта, и я застал Шидера с помощниками за все тем же простукиванием стен и полов. Они были одни и моя помощь, просто посветить, оказалась, очень кстати.
Оказалось, что маленький тайник в подвале, под пучком трав они уже нашли и даже открыли ключом, но тайник оказался безнадежно пуст.
Потратив на помощь мытне целый час, когда я не лез с разговорами к Шидеру, не мешал ему с помощниками наслаждаться разными звуками, доносящимися из стен и полов, я, все-таки улучил момент и обрисовал картину, как обнаглевшая Стража разворовала наши трофеи. Приятель обещал подумать и посоветоваться кое с кем, стоит ли поднимать шум или спустить дело на тормозах, в зависимости от политической ситуации.
Если у кого-то есть желание отправить начальство Стражи в отставку и освободить теплые места для своих людей, то, такой повод просто идеально подходил для этого момента.
Хорошо, что Шидер знает, как работает такой компромат. Еще я спросил, может ли он сам подать заявление про расхищение городского имущества.
— Вот я изучу вопрос, как тебе сказал и, может, с моего донесения все и начнется, — еще раз спокойно объяснил мне приятель и спросил, как я вчера умудрился побить всех этих местных мастеров и легенду Гвардии.
— Как, как, силой молодецкой и неукротимой жаждой победы, — отшутился я и попрощался с поисковой партией.
Все же, нет в городе человека, могущего определить магический тайник. Хотя, это не факт, просто у Шидера нет возможности его вызвать и использовать.
Пришла в голову мысль, что работающий на город, или, именно на кого-то лично, Маг, даже небольшого уровня, может без проблем обнаружить и тайники, и использование магии для открытия замков, и во мне распознать человека с магическими способностями.
Такая вероятность есть, и она не нулевая.
Руководство города было бы очень заинтересовано в таких людях, поставленных на службу Астору и выполняющему секретные задания по поручению тех же людей во власти. Да и вести борьбу с агентами Севера без таких возможностей — почти невозможно.
Так, что, прихватить меня могут в любой момент, к этому надо быть готовым всегда.
С другой стороны, и я городу так же буду нужен, именно, как Маг.
Поэтому мне надо внимательно сканировать пространство, нет ли за мной хвостов, обращать внимание на людей, оказывающихся рядом.
Бежать из города, если меня пасут, и я это замечу, будет мне затруднительно.
Хотя и возможно, ведь и на корабль можно сесть, в порту нет жесткого пропускного режима, через стену можно так же перебраться без труда, постоянного дежурства там нет. Да и через ворота можно выйти, а лучше выехать на лошади, чтобы оторваться от возможной погони.
Вот бежать в сторону Сторожки будет неправильно, там и мост, узкое место в плане побега и в саму Базу Охотников легко передадут донесение по скошу.
А бежать, преследуемый Охотниками, у меня точно не получится, тем более, прорваться рядом с ними.
Значит, мне надо покататься во все стороны от Речных ворот, как и от Каменных тоже. Изучить местность, припрятать все добро, которое пока лежит в матрасе, в надежный тайник или тайники.
Или, есть еще вариант, почувствовав слежку, и, что меня обложили, просто сдаться с повинной.
Такой вариант имеет право на жизнь, я все-таки участвую в развитии города, расширяю мастерскую, запускаю очень нужное для защиты самого Черноземья производство арбалетов, теперь буду обеспечивать снабжение Гильдии, важнейшего подразделения для Астора.
Пока ничего не совершил против самого города и его власти, что наиглавнейшее для людей, которые будут принимать решение по мне.
Показать себя, хоть и Магом, но, находящимся на стороне людей.
Вполне себе вариант.
Конечно, не стопроцентный, но, вполне вероятный.
Остаться служить в городе, хоть и еще на одном поводке, но быть реально нужным.
Только если жить по-прежнему, а не сидеть в сыром подземелье с мокрицами, закованным в цепи.
Спать с той же Гритой, комфортно жить и вкусно есть.
Тут есть, о чем подумать, ведь у Севера, что со мной, что без меня, шансов нет все равно никаких на победу в противостоянии с Астором. Если только современные слабые маги не найдут в башнях Великих магов какое-нибудь супероружие или еще какую вундервафлю.
Когда магическое заражение даст им возможность добраться до этих Башен.
На следующий день я так же все время пропадал на складах, и по моим подсчетам, смог загрузить примерно три четверти заказа от нужного количества.
Загрузить в небольшой склад, который по моей просьбе выделили, чтобы собрать заказ.
От склада имелось два ключа к двум замкам, один выдали мне, второй лежал в домике, где занимались выдачей и приемом списков на табличках. Открывали склад вдвоем, чтобы проверить, что часть товара не пропала.
Я работал без нервотрепки, пара приставленных к новому и важному чиновнику, грузчиков неплохо разбиралась в том, где что лежит. И здорово помогали мне, тем более, я общался с народом уважительно, безо всяких понтов и нагоняев, иногда и сам начиная помогать грузить.
Руководство тоже вело себя вполне нормально, присматриваясь к новому человеку. Отношения никто не портил, все, что было надо, исполняли быстро.
Это радовало.
То, что присматриваются, я понял по паре намеков моих грузчиков. Говорящих, что на складе много неучтенного товара, который можно забрать за смешные деньги.
Я к этим словам не проявил никакого интереса, только долго и пристально рассматривал шутника, а затем, довольно пафосно донес до сведения всех заинтересованных лиц, что секретарь первой ступени от Гильдии сам мзду не берет и жуликов презирает.
Я, конечно, понимал, что на такой интересной работе всегда много соблазнов и все ждут, когда новичок оступится, желательно на какой-нибудь копеечной теме. Чтобы поржать над дуралеем.
Но мне нужна была репутация неподкупного служаки, которая за один раз не вырабатывается. Я решил вести себя так несколько месяцев или даже год.
Чтобы все поняли, что Ольга Прота за понюшку табака не купишь.
Табак в Черноземье оказался привилегией богатых слоев общества, как, и черный чай. Не знаю, почему, но товары с юга были достаточно дороги и мало распространены среди простого народа.
Табачок курился очень вкусно и пах хорошими деньгами, это была одна из отличительных примет преуспевающих купцов, удачливых ремесленников и высшего руководства города.
К вечеру второго дня я сдал вторые копии табличек с полученным товаром, кроме скоропортящегося, который был прописан на отдельной, получил пару с отсутствующим товаром и задал вопрос, когда его привезут.
— Может, завтра привезут, может, через осьмицу, может, никогда, — таким был ответ главного Хранителя.
— Как же Гвардия и Стража его получают? — продолжал интересоваться я.
— Получают у купцов, которые держат склады в гавани и продают под поручительство города.
Мне стало интересно:
— Вы у них не закупаетесь?
— Нет, закупаемся, но все, что надо, никогда не получается держать на наших складах, в полном наличии. Поэтому, купцы и работают с Ратушей, что товар дорожает и по нашим ценам они его нам не продают.
— А кто же утверждает новые цены?
— Второй секретарь Бромс и его чиновники.
Мне было понятно, что о чем бы я не договорился с купцами, раздосадованный вчерашними разборами, чиновник точно это не утвердит.
Значит, нечего и переживать.
Потребуется снова участие Альса, чтобы сдвинуть этот вопрос.
Поэтому я попросил провожатого для меня на склады, где продают товар купцы, чтобы меня познакомили и отрекомендовали.
Еще в течении часа я обходил склады и лавки, прицениваясь к товару и записывая цены. При виде нового человека купцы оживали. Но услышав, про согласование цены в Ратуше, сразу грустнели, видно было, что бюрократы пытаются выжимать низкие цены, или просят слишком много за согласование.
В общем, я понял, что тема достаточно мутная и с новичком разговоров откровенных никто не будет вести.
Да мне и не надо.
Буду я еще перенапрягаться и просто нервничать
Нарушать законы мне совсем не интересно, тем более, разводить коррупцию на чужой территории. За такие дела мне пока не платят.
Просто, получил, что выдали и все, представил списки с ценами на подлежащие согласованию товары в Ратуше и хоть трава не рости.
Таблички я все же занес Приму, оставил у него и сообщил, что помогать в согласовании приедут мои Старшие.
Чем совсем не порадовал его.
Но спорить с занимающим более высокое положение чиновником он не осмелился.
Пора было позаботиться об ужине. Грита второй день пропадала по лавкам и в своей комнате вечером примеряла обновки, заходя в мою, чтобы продемонстрировать, как на ней все идеально сидит.
Мой новый костюм и портфель она тоже оценила, как отличное вложение денег. И посмеялась, что гвардейцы прикусили бы языки, увидев меня в новой одежде.
— Теперь у тебя грустная жизнь7 Никто не пристает? — посмеивался я.
— Да, представь. Никто. А мне уже и не хватает этих каждодневных предложений, — откровенно рассказала певица, — Все же я привыкла к ним за многие годы и теперь как-то пустовато.
— Те же Торк и Генк обходят за лигу меня, даже не улыбаются. Кстати, Генк легко отделался, лицо чистое. А вот Торк похож на свадебную ель, такой же разноцветный.
С такими разговорами мы дошли до Лисы, где и поужинали.
Следующим ранним утром я забрал три подводы с конюшни, доехал с ними до складов и начал грузиться. Пока две подводы забирали припасенный товар, на третью грузили мясо, рыбу, сушеную и соленую, сало и еще много всего. Закончили погрузку, я сдал ключ от освободившегося склада и мой небольшой обоз тронулся.
Вскоре мы проехали мимо нашей мастерской, и я остановил караван, чтобы пообщаться с Крипом и остальными. Трон тоже сразу вышел и подколол меня:
— Меня на работу загнал, а сам кататься начал. Как так?
— Может, хочешь со мной прокатиться? — предложил я ему.
Трон заколебался, раздумывая, но эти сомнения сразу прогнал хозяин, обрушившись на меня за такое предложение:
— Ты что, у нас все еще завал с работой, только через четыре дня, может, вздохнем посвободнее. Арбалетом некогда заняться, а ты лучшего работника зовешь в поездку. Ты, Трон, даже не думай.
Когда я отдал команду трогаться, сосед еще минуту смотрел вслед..
В Речных воротах навстречу вышел старшина Брон, увидел меня в гильдейском и удивился:
— Ты, что, снова в Гильдию подался? Крос говорил, что в отставку вышел.
— Не могут без меня. Ты видел эту парочку, Кроса и Драгера? — я вспомнил, что до сих пор не знаю, где они.
— Пару дней назад прошли через ворота, со всеми своими девками. К кому-то из приятелей Драгера отправились, посмотреть на крестьянскую жизнь.
— Точно, он же недавно вспоминал про двух дружков, которые осели на хуторах. Ладно, бывай, завтра вернемся.
И мы хлопнули по рукам друг друга.
И подводы запылили по сухой дороге, я шагал рядом, пока не устал. Забрался на заднюю, лег и смотря на небо, вспомнил, как полтора месяца назад впервые увидел город и его невысокие стены.
Прошло всего немного времени, я из еще ничего не понимающего новичка в городе превратился в солидного по званию чиновника, дал вторую жизнь мастерской, ограбил дом, вскрыл два тайника с использованием магии, лично убил четырех Рыжих в состоянии самозащиты, стал местным, пока непобежденным чемпионом в кулачных боях.
Как-то все слишком быстро и слишком много на меня свалилось.
Большая часть приключений произошла из-за того, что одному из Рыжих показалось, что я лишнего услышал. Не обратил бы он на это внимание, и большая община в Асторе была бы жива и здорова, занималась своими повседневными темными, криминальными делами.
Да, я же так был занят выживанием, что забыл про свое определение в этом мире.
Определение сущности, по которому я оказался Магом.
Сколько бы не произошло со мной в Асторе, все это меркнет перед тем, что случилось на Севере, на границе между Гардией и Мукленом, в башне, где живет Маг третьей ступени Кремер.
Потом я уснул и когда проснулся, еще долго смотрел на голубое небо с редкими прозрачными облаками, совсем, как в родном мире.
К вечеру добрались до Сторожки, успев пообщаться с новым нарядом Гвардии около моста. Я ответил на все вопросы скучающих мужиков и объяснил, что теперь часто будем видеться и если что надо, то могу привести из города. Поняв мой намек, они сказали, что за тем, чего им надо, они могут и к Сохатому сходить.
В Сторожке караван приняли с особыми почестями, приказали накормить работников от пуза, а меня затребовали для отчета. Но я тоже попросил горячий ужин, и мы с Альсом и Турином присели в трапезной, за стол для Старших, где, не спеша, и разобрались со списками и номенклатурой.
Как я и ожидал, Старшие очень быстро привыкли к тому, что стали получать много всего нужного из города, но вот больше переживали за то ненужное, но положенное добро, которого не оказалось на складах.
И начали мне выговаривать, что я не добился, не постарался и не получил.
Все, как я и ожидал.
Благодарность начальства — это, едва ощутимый порыв воздуха, исчезающий за доли секунды.
Понимая, что вопрос выноса мозга — дело принципиальное, и спускать на тормозах его так просто нельзя, я сам обвинил мужиков в том, что они должны были со мной вместе участвовать в снабжении обоза, используя свой авторитет.
А не выскакивать из Ратуши по своим делам и исчезать из города, как будто им черти пятки поджаривали.
Образно говоря, конечно.
Расстались мы, не совсем довольные друг другом.
Старшие думали, что, если помогли получить мне высокое звание с приличной зарплатой, то могут требовать звезды с неба.
Ну, им хотелось так думать. Я, то, понимал, что звания я добился сам, своей хитростью и здоровым упрямством.
Мне же хотелось послать их на хрен. Ибо этот геморрой мне был не нужен и за гораздо большие деньги. Да и устал я к вечеру от монотонного пути, а теперь еще спать на убогой лежанке. Всякие возможности к небольшой коррупции еще далеко от меня, а вкалывать, как не может никто в Гильдии, требовалось сейчас.
Я еще подумал, что зря откровенно показал им список недостающего.
Мог ничего не говорить и все.
Утром, после завтрака, загрузили немного одну из подвод, отправляя добычу на городской склад.
Начальство прощаться не вышло, решило поморозить меня на льду своего недовольства.
Я не обратил на это внимания и сам тоже не стал заходить к ним, табличку со списком товара мне отдал казначей Сторр.
Отдохнувшие лошади легко катили почти пустые телеги, и вскоре после обеда, стены города показались вдалеке.
Две подводы я сдал сразу на конюшню, третью выгрузил на склад Гильдии, сдав товар по списку Хранителю и отпустил возничего.
На пару недель я теперь свободен, надо только заходить в Ратушу, доставать Бромса требованиями по согласованию цен и выделению хорошо расположенного кабинета, на том же втором этаже, где такие кабинеты имелют Гвардия и Стража.
Никакого умаления достоинства гильдии я не допущу, даже если мои, в чем-то простоватые, командиры далеко, бегают по лесам, мечтая найти Крыс побольше.
И скошей тоже побольше.
Так размеренно и пошла моя жизнь в Асторе, чему я был несказанно рад.
Собирал один обоз в две недели по паре подвод, следующий, еще через две недели, уже состоял из трех. Быстро научился запасать весь список заранее, кроме быстро портящегося, которое грузил на одну из подвод, отправляя более сильно нагруженные вперед и догоняя по дороге.
Возницы быстро поняли, что у меня незаметно стырить что-то проблематично, весь груз по подводам грузился по спискам. Стоило один раз уличить возчика в воровстве, Старшие отправили на обыск подводы самый суровых Охотников, которые очень быстро добились признания подозреваемого и выдачи припрятанных деликатесов в виде копченой свиной ноги и пары килограммов сала.
То, что воровать у Гильдии — нехорошо, объяснили так сурово, что бедняга весь обратный путь молчал и трясся, и, сразу по возвращению в город, ушел с этой работы.
Потом, глядя, что народ с конюшни побаивается ехать со мной, я объявил о премии в пару данов каждому за беспроблемную поездку, и желающие снова сразу нашлись.
Два дана, были платой за день работы и, как премия, всех устраивали.
Премии народ любит, как показал данный опыт, потом я перенес его на складских грузчиков, которые стали работать быстрее и сноровистее.
За те же пятнадцать данов в месяц я стал грузиться и доставлять товар гораздо быстрее, даже успевая вернуться совсем в ночи в город.
Сторожка оказалась не в тридцати пяти километрах от города, а в двадцати восьми, и с пустыми подводами на обратном пути и двухчасовым отдыхом в Сторожке, когда разгружали по счету товар, а лошади распрягались и пускались погулять вокруг Сторожки первым делом, потом кормились хорошим зерном и овсом, чтобы потянуть обратную дорогу. Мне приходилось идти с горящей лампой впереди, освещая дорогу для первой лошади, на задок передних подвод вешалась такая же лампа для освещения пути перед мордой следующей лошадки.
Но попробовав пару раз так спешить, я перестал заниматься гонкой, так выматываться было ни к чему, да и Стража открывала ворота очень неохотно ночью.
Мысль купить себе лошадку оформилась до конца, тем более на конюшне нередко лошадей, выходивших срок, браковали и продавали. Не дешево, но зато и лошадки там были выезженные, привыкшие к всаднику и понимающие управлением поводом, шенкелями, и просто коленями.
То, что мне и надо, ведь скакать галопом и идти в атаку на какой-нибудь смирной кобылке я не собирался. Просто добираться быстрее в Сторожку, то пуская рысью, по снова давая отдохнуть лошадке, сдавать товар, который находился еще на подъезде, и выезжать из ворот, встречая подводы. Принимать груз привлекли казначея, которому все равно было нечего делать. Таким образом я успевал вернуться в восьми часам вечера, для меня одного с лошадью калитку открывали гораздо охотнее.
Набрать новых молодых парней, желающих стать Охотниками, в наполеоновских масштабах, заявленных Ратуше и на прежнее содержание, конечно, у Старших не получилось. Добавился еще один десяток человек всего.
С гвардейскими крепышами отношения наладились довольно быстро, сначала мы начали уважительно здороваться в трактире. Потом Торк похвалил мои удары и скорость, я в ответ отметил, что Учитель явно привык работать ногами и только поэтому мне проиграл.
Учителю, конечно, рассказали о моем мнении и вскоре я познакомился и с ним. Он заинтересовался моей техникой, разминкой и акцентированностью ударов. Я попросил ознакомить меня с тем видом единоборств, которым он обучен.
Я оказался прав, в Сатуме практиковались сильнейшие удары ногами под прикрытием работы руками в легкий контакт. В общем, там мне точно не надо будет выходить в круг, ведь удары в пах считались самыми сильно действующими и основными.
Достаточно жестокий мир стал вырисовываться с первых слов Гинса, как звали Учителя. Я, даже, спросил его, какое мнение у него о равноправии всех людей и нелюдей в Черноземье. Он ответил, что считает местное устройство идеальным и посетовал, что с другой стороны Сиреневых год все совсем наоборот.
Я много расспрашивал его о жизни на той стороне гор и составил определенное мнение о местной жизни.
Вскоре меня попросили поделиться секретом силы моих ударов, я, конечно, согласился преподать несколько уроков желающим. Взамен я попросил научить меня немного работе с ножом и кинжалом, хотя бы на начальном уровне.
Сначала я учил молодых парней правильному удару с обеих рук, потом учился ловить и сталкивать низовые удары ногами, следом повторял комбинации в работе ножом.
Довольно быстро я сдружился со всеми участниками этого клуба единоборств, став вторым Учителем после Гинса. После тренировок мы обливались чуть теплой водой и шли в Лису, чтобы вместе поужинать.
Я с радостью примкнул к парням, мне нравилось и самому учить и учиться тому, что они умели явно лучше меня.
Это была и работа с острыми предметами и управлением лошадью, которую мне сразу посоветовали для приобретения, по случаю.
Шефство надо мной взял Генс. Как инструктор, он оказался очень настойчивым в обучении парнем, так, что, его не напрасно назначили на такую ответственную должность, ибо про лошадей и, с ними связанное, он знал все.
Сколько раз я получил по икрам и спине тонким хлыстом, сразу и не скажу, но ведь через пять занятий я уже сносно мог передвигаться на лошади, а через две осьмицы рискнул проехаться с обозом до Сторожки.
Старшие, конечно, опять попробовали указать мне на ненужность поездок лично мной на отдельной лошадке от каравана. Что мне полагается сидеть на первой подводе, сжимая копье в руках и бдительно смотреть по сторонам.
На что я снисходительным, к таким неразумным претензиям, тоном ответил, что являюсь важным, даже по меркам Ратуши, чиновником и мне зазорно выполнять обязанности простого Носильщика.
Но, если уважаемые Старшие Мастера найдут мне замену в моем нелегком труде, то я, с удовольствием, отдам и таблички со списками, и шикарную должность секретаря и заживу в Асторе простым горожанином.
Почетным Охотником в отставке.
Старшие только сжимали зубы и уходили от ответа. Потом я уже и не видел их вместе, мой прежний покровитель Альс пропадал несколько недель на границе с Севером, в ожидании очередной банды со скошами.
Без Альса и Турин перестал лезть в мои дела.
Лошадку я прикупил у кого-то из знакомых Генса, как раз такую, какую мне и было надо. Еще достаточно молодую, но, полностью обученную и какую-то милую внешностью кобылку, которую я постоянно баловал хлебными корками и солью.
Обошлась мне она в двадцать пять золотых, серьезные деньги, но другого средневекового транспорта для меня не было. Оказалось, что лошадку можно и, даже, нужно держать в мастерской, где Крип сразу выделил ей угол. Вопрос доставки заказчикам готовых телег был решен.
Криту, как мне передали ее кличку, разместили в небольшой пристроечке, сбоку от мастерской.
Где она сразу стала всеобщей любимицей.
Естественно, Грита отнеслась к такой кличке неодобрительно. Но, один раз, увидев симпатичную лошадку, переменила гнев на милость, и даже скормила ей ведро морковки.
Даже Ятош теперь заходил днем побаловать Криту разными лакомствами, а ночью просто сидел рядом и разговаривал с ней. Все же по ночам старику было одиноко, поэтому сначала одна, а потом еще две собаки прибились к нашему зверинцу, зато, теперь ему было о ком заботиться.
Мы с Крипом выделяли деньги на содержание и кормление трех собак и одной лошади, больше Ятош ни о чем и не просил.
В мастерской дела шли своим чередом, пришлось нанять еще одного работника, а одного из молодых рассчитать, из-за неспособности работать, как все.
Мы все же сходили с хозяином в Ратушу, где зафиксировали выделение мне половины доли в мастерской, после того, как Ратуша заказала пробную партию арбалетов со стальными дугами. Испытания показали, что убойная дальность выстрела была меньше, по сравнению с клееными дугами на одну десятую и составляла всего на шесть метров меньше.
Семьдесят четыре метра против восьмидесяти, если перевести в метры.
Если стрелять в защищенного броней воина.
Как не хотел Бромс сорвать нам сделку, Совет Капитанов принял решение заказать двести штук арбалетов для проверки по льготной цене в девять тайлеров и даже выделил сразу деньги.
Водер, узнав о такой цене на изделие, попросил в два раза повысить цену на каждую дугу для арбалета, на что мы с Крипом сразу согласились.
Лишив его всех шансов на поспорить.
Козьи ножки выдавал тоже он, и тут, кузнец выставил хорошую цену Ратуше.
Через нас, естественно, как заказчиков такой полезной штуки.
К его цене мы еще добавили свою наценку, но Совет и ее принял без долгих разговоров, как передовую технологию. Необходимую для сохранения жизней гвардейцев и ополченцев.
Теперь я был официально хозяином половины мастерской под звучным названием:
*Крип, Ольг и компания.*
Из своей доли я и Крип, по моему совету, выделили процент всем нашим работникам, кроме молодого ученика. Крип — своим родственникам, а я — Трону и Ятошу по три процента.
Для начала.
Хорошо, что в Черноземье еще не дошли до запрета чиновникам быть соучредителями в торговле и производстве, а также — в перевозках.
Так, что, пока попользуемся.
С нашими обидчиками из Стражи вопрос пока не решился, при наличии двадцати Капитанов, игра с противовесами и сдерживанием в высшей городской политике была очень захватывающа, как посвятил меня Шидер.
Но совсем не для моего ума.
С этим утверждением я не стал спорить и был в душе согласен.
С меня он взял подробнейшее описание пропавших ценностей и обещал информировать о продвижении наших интересов в Ратуше.
Надеюсь, это не пройдет просто так расхитителям городской собственности.
Но нам теперь точно ничего не перепадет. Надо было сразу после схватки сидеть в Сторожке и требовать свою долю. Пока, на следующий день, после невпечатляющего прихода накануне Драгера, все добро не пропало стремительно и неостановимо.
Парни были весьма опечалены таким развитием событий со своими законными трофеями, пока, через осьмицу, сам секретарь Шидер не занес мне решение Совета Капитанов по выделению денег и поощрению всех участников восстановления законности в порту города Астора. На ужин, который я обеспечил еще и присутствием Гриты.
Постановление касалось, в первую очередь меня, как заявителя про сокрытые товары большой стоимости.
Как рассказал мой друг из мытни, мнения в Совете были разнообразными.
От выдачи премии в пятьдесят тайлеров и благодарности Совета, до выделения ста тайлеров и внесения в список почетных горожан.
Но, внезапно для всех, уважаемый Капитан Эгар Кронц выступил за следование букве закона и выделение одной восьмой от сокрытого:
— Ибо, закон начинается с нас самих. Нам самим же будет стыдно вспомнить такое решение, тем более — утвердить его.
Но, с условием, что данная сумма будет на девяносто долей из ста будет вложена в развитие мастерских и торговли нашего города, что и должна проконтролировать власть в городе.
Да, Совет проголосовал за такое решение с удовольствием.
Итого, из насчитанной суммы изъятого в количестве девятнадцать тысяч восемьсот тайлеров мне и моим друзьям причиталось две тысячи четыреста семьдесят пять золотых. Из которых я мог получить на руки только двести сорок семь золотых, с половиной.
Тоже, в своем роде, фантастическая сумма.
Суммы депонировались в Кассе и скоро я принес договор об инвестировании в мастерскую Крипа суммы в сто девяносто тайлеров с выкупом половины ее стоимости.
Оказалось, что мой компаньон так сильно ценит свое мастерскую.
Деньги мы с Крипом, естественно, поделили.
Я даже выделил небольшое содержание для Кроса с Драгером, к тому времени вернувшимся из гостей со стойким отвращением к крестьянскому труду и к тому, во что он превратил старых друзей.
Ровно, по одному золотому в месяц, чтобы с голоду не померли. А, остальное, предложил им самим заработать. И девок своих пристроить в работу.
Прошлый опыт сделал меня беспощадным.
К человеческим слабостям.
Сегодня проснулся рано, в солнечное утро позднего лета по-местному. Шел шестой, последний месяц лета, светило жарило по-прежнему. Не смотря на приближающуюся осень, которая отличалась более частыми дождями и уменьшением дневных температур. Как мне рассказывала та же Грита, сам то я еще с осенью не сталкивался.
Не думал, что когда-нибудь пожалуюсь на жаркое и солнечное лето, но, честно говоря, постоянное солнце и нагретые камни в доме уже реально поднадоели. Хотелось прохлады и хорошего сквозняка. Сквознячок мы с Гритой устраивали, открывая ставни в наших обеих комнатах, но он был совсем слабенький и почти не освежал тело.
Очень не хватало большого вентилятора и розетки с переменным током.
Три месяца назад, перед праздником середины лета, я сделал первую поездку в Сторожку с обозом и теперь, лежа на своей большой кровати, уже на матрасе из пера птицы, вспоминал, что надо сделать перед отправлением обоза. Сегодня в поездку отправлялись две подводы, не сильно груженые, в основном, продуктами питания. Одну можно было отправить вперед, к мастерской, меня дожидаться, вторую догрузить и отправиться на ней туда же.
В этот раз выдали чуть ли не пол-списка того, что оставалось в долгах за городом. Получается, надо не надеяться на согласование списков Бромсом с присными, а, просто, почаще бывать на складах и перехватывать редко появляющиеся товары физически.
Тем более, прикормленные грузчики сразу сдавали мне, что нового и редкого привезли недавно, где оно лежит и сколько его осталось.
За маленькую премию, из моих собственных средств.
Решались проблемы, для которых надо было поднимать Старших, чтобы они появлялись в городе, который откровенно недолюбливали, натравлять их на Бромса, который тоже любил внезапно пропадать из кабинета.
А без начальника остальные чинуши только пожимали плечами и жалобно мычали.
А тут, небольшое финансовое вливание, и все, о чем я спрашивал парней, внезапно находилось и появлялось. Хранитель складов смотрел на эти шалости сквозь пальцы, все это добро было не особо ликвидно, и предметами первой необходимости не являлось.
Старшие убедились, что все вопросы, я поздно или рано, все равно приземляю и просто тихо радовались изобилию продуктов, одежды и обуви, золотым дождем, проливавшимся на Гильдию.
Альс, наверно, по три раза на дню молился своим охотничьим богам, что тогда Крысы все-таки напали на нас.
Смерть пятерых молодых парней и списание шестого по инвалидности, теперь казалось чем-то незначительным, на фоне огромного и достаточно качественно океана благ, выдаваемых со складов города.
Вот так оно и всегда. Чьи-то кости тлеют под землей, а кто-то — в шоколаде.
Я осторожно, чтобы не разбудить Гриту, сполз с кровати и начал одеваться.
Подруга моя, казалась довольной жизнью, моим твердым плечом и частыми подарками, за выдающиеся вокальные данные и постельные достижения.
Теперь, уже мои приятели, все гвардейские крепыши, относились к девушке с осторожной заботой, стараясь поболтать с ней, когда появлялась возможность.
И откровенно завидовали мне, признавая мои незаурядные умения в роли учителя. Оказалось, довольно сложно переучивать молодых бойцов бить так, как умел я. Но тем это было интереснее, я не на шутку увлекся тренировками с молодежью и сам пытался повторять за Гинсом и остальными.
Понемногу начинало получаться и владеть ножом и бить по уязвимым местам ногами, так. как учил и в совершенстве владел Учитель.
Мне нравилась такая неторопливая жизнь, в свое удовольствие, со множеством свободного времени, постоянными обедами и ужинами в *Лисе и Журавле.*
Даже неизбежные визиты в Ратушу я принимал с удовольствием. Подолгу стоял на входе, общаясь с гвардейскими, слушая свежие новости и сплетни, и сам тоже, делясь своими. Мимо проходило все больше знакомого народа, меня стали узнавать все чиновники и служащие. Приветствовали и останавливались перекинуться парой-другой слов.
В Ратуше я немного доставал Бромса, продолжая требовать хороший кабинет, наотрез отказываясь от постоянных попыток умаления гильдейской чести в виде предложения непопулярных помещений с плохим видом, слишком маленьких или на третьем и четвертом Этажах.
Бромс тоже привык ко мне, как к неизбежному злу, и даже перестал намекать, что очень занят и не может принять меня.
После такой работы хорошо было прогуляться до мастерской. Побаловать лошадку, переодеться и поработать до обеда в, частично уже своей, конторе, которая начала приносить хорошую прибыль. Мы уже выдали двадцать первых арбалетов и понемногу увеличивали производительность труда, опережая график выдачи изделий городу.
Деньги из старого матраса я спрятал в новый тайник, расшатав и вытащив один из кирпичей в полу, потом еще один под ним, наполовину. Потом засыпал щели свежей уличной пылью и с виду, все было, на твердую четверку.
Если его не трогать, конечно.
Алмазы я не рискнул оставить дома, в своей комнате и вывез их из города. Спрятал в лесу, немного не доезжая до трактира Сохатого. Выбрал укромную полянку и закопал их под приметным кустом. В самом трактире я выпивал по пару кружек по дороге и туда, и обратно, заодно посещая туалет с неизменными лопухами.
Хозяин трактира все время пытался меня заманить к себе вечером в выходной, надеясь устроить хорошие ставки, но я только посмеивался.
Ломать руки об чугунные лбы этих лесорубов?
Секретарю первой ступени?
Давно так не смеялся.
— Да и чего у тебя делать? Грита то больше здесь не поет, — с недоумением замечал я.
— Другая поет, не хуже твоей подружки, — явно блефовал Сохатый.
— Да ну, — не верил я, и Сохатый начинал горячо доказывать, что это именно так.
Я обещал подумать и ехал дальше, вспоминая, как впервые увидел девушку.
Все же удалось мне вспомнить слова нетленки Бутусова или Кормильцева, и понемногу напеть Грите со Скопом.
Песня потрясла девушку, несмотря на сложное исполнение. Грита сразу закричала, что она про нее, как я и обещал. Восторгам не было предела и целую неделю я получал в постели горячей монетой. Естественно, чтобы правильно использовать прилагательные и прочие редко распространенные слова, мне пришлось пару вечеров провести с Корном, радуя его самой лучшей ресой.
Рыжих уже судили, обвинили во всех смертных грехах, что было недалеко от истины и отправили на рудники в Скалистых предгорьях. Нашли у них в усадьбе что-то или ничего не нашли, я Шидера не спрашивал, и, вообще, больше не интересовался, как там все вышло.
Деньги ко мне пришли, остальное меня не интересует, я даже думать так пытался, на всякий случай. И так неплохо засветился с ним в усадьбе, помогая в обысках.
Вот и в этот раз, я заехал в трактир Сохатого, привязав лошадку у входа. Просто за холодненькой кружкой пива с такой жары. Выпил и шагом поехал в Сторожку.
Хлопотное это все же дело, Гильдию снабжать, но моя жизнь меня устраивала, поэтому и лишние хлопоты не пугали совсем. Вот езда туда-сюда поднадоела, постоянно мысли возникали отправлять обоз без моего сопровождения. Риску тут никакого нет, за сохранностью сами возчики следят, да и казначей не дремлет.
Случаев с нападением на обозы за последние три года не зарегистрировано, в памяти народной.
На обратном пути мужики как-то умудрялись подхалтурить, подвести урожай селян в город. И людям помогали и себе денежку откладывали, на пиво и не только. На хуторах далеко еще не у всех были свои лошади. Поэтому курсирующие почти всегда пустыми поводы быстро обросли клиентами и заказами от небогатых селян.
Я в эти вещи не лез, и парни были мне благодарны за такую вольницу, клятвенно обещая не доставлять хлопот с товаром и его недостачей:
— А, если, у кого будет умысел, из новичков, сами его поучим, без Охотников обойдемся, — так мне пообещал самый опытный мужик.
В Сторожке я быстро отчитался казначею по всему товару, обратил внимание на новые позиции в списках, которые удалось привезти первый раз.
И, пообедав, дал отдых и своим усталым членам и Крите, на пару часов.
Потом собрался и снова встретил обоз на выезде из Сторожки.
Помахал рукой возчикам и пришпорив лошадку, поскакал обратно в город.
Я все увереннее держался в седле и, немного, гордился этим, стараясь показать, что могу и так, и еще быстрее.
Проскакав с полтора километра, я остановил лошадь.
Навстречу мне двигался какой-то ходок, который здесь не часто попадался. Ведь за Сторожкой почти не было обжитых мест, ни хуторов, ни поселений. Начинались предгорья Сиреневых гор и люди, передвигающиеся в одиночку, оставались здесь редкими гостями.
Мужик, увидев, что я остановился и смотрю на него, замахал руками и что-то прокричал, привлекая мое внимание. Он был достаточно рослый и чем-то вызывал опасение у моей паранойи. Но до него было метров пятьдесят, и я не разобрал, что он кричит.
В этот момент мое чувство, которое обнаруживало чужие эмоции, направленные на меня, просигнализировало, что в кустах, росших вдоль дороги, справа, кто-то замышляет недоброе по отношению именно ко мне.
Рука дернулась влево, собираясь развернуть лошадку и пустить ее с места в галоп, только пару дней, как освоенный мной, как сразу произошло много событий.
Из кустов раздались звуки ударов тетивы, и я похолодел, представляя, как болт или стрела выбивает меня из седла, и я остаюсь валяться со смертельной раной на дороге.
Где, недалеко и до Сторожки, и до трактира Сохатого, но с этого места нельзя было увидеть ни меня, ни мою лошадь. И даже услышать, все же по полтора километра и туда, и туда.
Но болт не вонзился мне под ребра, не пробил мне голову, он, внезапно вырос из головы лошадки и ушел в нее почти целиком, сзади, через секунду, послышался удар еще одного, вонзившегося в круп уже, фактически, мертвой лошади. Крита упала на передние ноги и повалилась на бок, но успела дать мне секунду, чтобы поднять ноги и соскочить с нее.
Ситуация была непростая, один бандит спереди уже достал топор и бежал ко мне, справа находились два арбалетчика, минимум. А сзади на дорогу выбежал четвертый мужик, тоже с топором, отрезая меня от Сторожки.
Думать было нечего, пришло время спасать свою жизнь, с одним кинжалом, я не мог противостоять четверке опытных бандитов, как по нотам, разыгравших нападение на одинокого путника. И точными выстрелами уже убивших мою лошадь.
Я, повернулся к ним спиной и побежал изо всех сил, пытаясь хоть немного отклоняться с прямой линии для выстрела по мне.
Бежать, когда ждешь неминуемого болта под ребра, оказалось довольно тяжело.
Через сто метров я позволил себе оглянуться, и перевести дыхание пару секунд.
Преследователи, к моей радости, не приблизились совсем, даже отстали немного. Это касалось тех двух бандитов, которые заходили справа и слева. Они отдалились и разошлись в стороны, все так же перекрывая путь к обжитым местам.
Будь против меня только они одни, я бы перестал убегать и попробовал справиться с одним из них с помощью маны, но со спины меня нагоняли еще трое бандитов, двое с арбалетами и один с копьем. Они были от меня на расстоянии восьмидесяти метров и отбежали от трупа моей бедной лошадки примерно двадцать метров.
В отчаянии, я бросил взгляд по сторонам, но никого, конечно, не увидел. Место для засады, определенно, выбрано с умом, помощи здесь не дождешься.
Увидев, что я остановился и осматриваюсь, один из арбалетчиков тоже притормозил и, почти не целясь, выпустил болт, который впился в землю передо мной.
Судя по небрежности, с которой был сделан выстрел, стрелок не очень торопился продырявить мою шкуру. Ведь он мог сделать гораздо более точный выстрел.
Если бы захотел.
Правда, и я с такого расстояния мог наблюдать полет болта и даже отскочить в сторону.
Развернувшаяся погоня напоминала загонщиков и, отрезая меня от дороги, загоняла в негустой лес, где, похоже, мне от них не скрыться и не спрятаться в кустах.
Издалека, бандиты выглядели обычными мужиками, но некая уверенность во владении оружием чувствовалась и на расстоянии. Выстреливший мне под ноги бандит остановился, одним сильным движением натянул тетиву с помощью ног и спины. Положил болт и махнул арбалетом, как бы говоря — беги, дурень, беги!
Это мне не понравилось уже совсем, они точно загоняют меня в ловушку, хотя могут ранить куда-нибудь в ногу и схватить.
Но, почему-то, не делают этого. А устраивают спектакль с загоном.
Пришлось бежать, уже не так бездумно, как в первые секунды, и лихорадочно искать варианты для спасения.
Я, конечно, совсем расслабился. С собой ничего нет, кроме кинжала и маны.
Кольчугу я не надевал в поездки, так как обоз катался по землям, освоенным уже людьми, и ни про какие нападения на путников я ни разу не слышал.
Крысы бы точно не полезли в сторону Сторожки.
Да и любая банда прожила бы здесь до тех пор, пока про нее не известно Гильдии.
Но эти наемники, судя по всему, уверены в себе и не боятся оставить труп моей лошади валяться посреди дороги, то есть или совсем глупые, или наоборот — очень продуманные.
Может, через час известие о нападении на человека Гильдии дойдет до Сторожки и куда они спрячутся от поисковой партии Охотников.
Кажется, гонят меня к месту, где Протва делает крутой поворот и берег в этом месте высокий и каменистый, а река под берегом очень глубокая.
Наверно, они пришли на лодке и хотят захватить меня поближе к месту посадки в нее, чтобы там чего-то добиться или увезти еще куда-то. Вариант с лодкой объясняет бесшабашность нападения рядом со Сторожкой, по воде даже Охотники не найдут сразу. Или просто не найдут.
Откуда то бандиты узнали, что у меня завелось много денег и алмазы имеются?
Может, и от Рыжих. Но те точно не могут знать, как события разворачивались после схватки в порту Астора.
Или кто-то провел мозговой штурм, узнал об отсутствии результатов по обыску в усадьбе. О целых замках в дверях и тайниках, где нет ничего и, где, сработал на выстрел арбалет.
Это могут быть даже люди из Астора, посланные взять меня по-тихому и выпытать, где лежит все добро. Даже по указанию Шидера или его начальства, которые вполне могли получить информацию о том, что было с собой у Старшего Рыжих. И что ключей на нем не обнаружено, что очень странно.
Только кусок обрезанного шнурка на ремне.
Тут нетрудно сопоставить мои усилия по подъему тела на причал и пропавшую связку ключей. И то, что у меня было время обчистить усадьбу в первую ночь, ведь и про снятый номер Шидер мог догадаться.
Где-то же я переодевался перед и после боев в тот вечер. Сам еще и пригласил, чтобы совсем спалиться.
Если заподозрить меня в ограблении усадьбы, то несложно будет найти людей, которые вспомнят, что во время выступления моей подруги меня там не было, в зале трактира, и что, я появился в самом конце.
Но доказать в самом городе, по закону, трудно. Придется арестовывать и допрашивать, все сданное пойдет городу, а в темном месте можно и конкретно расспросить надежно зафиксированного пациента.
Мысли лихорадочно пролетали по голове, я уже продышался и теперь бежал по редкому лесу, равномерно дыша и озираясь кругом. Плохо, что один из преследователей всегда имел зрительный контакт со мной, среди редких деревьев и невысоких кустов, и оповещал остальных, куда я бегу.
Да, гонят меня к реке.
После полутора километров бегства, я увижу воду еще через пять минут и что там меня ждет?
Кинжал я держал в руке, была у меня надежда на быстрый удар маной среди деревьев, если кто выскочит прямо на меня и такое же быстрое лишение жизни неудачника.
Еще начала теплиться надежда, что преследователи не знают, как я хорошо чувствую себя в воде и они позволят мне добраться до берега и нырнуть в воду. Под водой я смогу проплыть метров двадцать и потом, выныривая на секунду каждый раз, смогу укрыться в воде от болтов. Ширина реки в этом месте была под сто метров и если бандиты замешкаются с лодкой, и я доплыву до берега, то смогу добежать потом до заставы у моста.
Если хорошо опережу лодку.
Может, кто-то и прыгнет в воду за мной, поэтому кинжал надо оставить.
Какой-то триатлон получится, в таком случае.
Но надеждам на спасение не суждено было сбыться.
Когда я начал подниматься на возвышенный в этом месте берег реки, бандиты хорошо меня разглядели и заулюлюкали. Я подумал, что они хотят лишить меня надежды на спасение, навязать свою волю и радуются, что мне некуда деваться теперь.
Но я ошибался.
Они давали сигнал другим действующим лицам и радовались, что эта часть задания выполнена и они могут перестать за мной гнаться, ведь работа для этой банды закончена.
Между кустов мелькнуло что-то рыжее, и я не успел рассмотреть нового врага, как стукнула тетива и в нижнюю часть живота меня ударила какая-то серая молния. Ноги у меня сразу отнялись, и я с ходу упал на землю, пытаясь убрать от удара пострадавшую часть живота.
Но у меня ничего не получилось.
От вспышки боли я сразу потерял сознание и очнулся от той же боли, которая впивалась мне куда-то в позвоночник. Весь низ живота у меня был мокрый, я почувствовал, что меня куда-то тащат за руки, которые уже связаны.
От нового удара спиной обо что-то твердое я опять потерял сознание и, когда очнулся, обнаружил перед своим лицом рожу Рыжего, поднявшего мою голову и злорадно скалящегося.
Я сидел, упираясь спиной в дерево, и из низа живота торчал конец болта. Я не чувствовал ног совсем и понял, что мне конец. Пришло время умереть, как бы долго веревочке не виться. Они, все-таки, достали меня.
Рыжих оказалось двое.
Один из них развязал мне руки и приказал второму поднять меня повыше, чтобы я все мог увидеть. Меня схватили за куртку и дернули вверх, я снова потерял сознание от боли. Но этот благословенный миг продлился слишком мало и вскоре я почувствовал страшную боль в лице. Я дернул головой, но деваться было некуда, сзади я упирался в твердый ствол.
— Очнулся, ублюдок. Хватит отрубаться. Тебе надо все прочувствовать на себе, — донеслось до меня через нестерпимую боль и один из палачей убрал свечу от моего носа. По ощущениям, они поджарили мне именно нос, там, где ноздри срастаются с губой.
Боль была страшная.
Но она не шла в сравнение с той болью, которою приносило мне любое шевеление и попытка вздохнуть. Где-то внутри живота зазубренный болт касался позвоночника, но благословенное беспамятство не приходило.
Между двумя этими пытками я выбрал бы свечу, теперь муки от нее казались не таким и страшными.
Я не мог свыкнуться с этим страданием и мечтал снова потерять сознание.
Но не получалось, почему то. Видно, эту чашу страданий мне придется испить сполна.
— Подожди, сейчас его подвесим и не будем спешить, — услышал я, — Ублюдку еще рано на покой.
Один из Рыжих поднял за подбородок мою голову, и я обнаружил, что придавлен к дереву его лапой, которой он зафиксировал меня в стоячем положении.
— Страшная смерть тебя ждет, будешь тут висеть примером остальным людишкам, как связываться с нами, кланом Разноцветных камней, — продолжал с той же интонацией выговаривать второй Рыжий, стоя от меня в паре шагов и разбирая спутавшуюся веревку.
— Сейчас, растянем тебя на сосне. Выпустим кишки и обмотаем ноги. Потом разведем костер и будем радоваться, глядя, как ты плачешь, — продолжал он рассказывать, как я умру
Конечно, я умру, ведь с болтом в кишках, пробившим мочевой пузырь и дошедшим до позвоночника — долго жить не рекомендуется. И совсем не хочется.
Боль внезапно затихла и у меня получилось заговорить. Сначала с трудом, но потом все увереннее:
— Но… Не надейтесь… Что буду умолять… Уродов… О пощаде… — прошептал я, глядя слезящимися глазами на обрыв за спиной Рыжих.
— Я сам прикончил… четырех тварей… Остальных убили по моему доносу, — с торжеством человека, которому теперь почти нечего бояться, я смотрел на лица Рыжих.
— Скоро ни одной твари не останется… Всех передавим, как клопов, — что-то на меня напало поговорить перед смертью.
Глядя, как меняются лица моих палачей, мне хотелось засмеяться, но я не стал этого делать, ибо боялся снова потерять сознание и очнуться уже в подвешенном состоянии.
Беспомощный и беззащитный.
Я протянул вперед руки, которые висели вдоль тела, с помощью маны, с намотанной на одной из них веревкой и потратил, всю оставшуюся, ману на удар прямо передо собой. Больше она мне не приг
Глава 1
Дома с трудом вылез из кольчуги – все же не мой размер. Оно и понятно, народ местный мне по плечо, не все, но, многие. Вот в плечах много кто побольше, народ в корень растет, как и в нашем средневековье.
Добрался до матраса, опять вспомнив про не заказанную до сих пор кровать.
Черт, теперь можно не спешить с этим делом так уж сильно. Рыжие – это серьезнейшая проблема. Особенно мне не понравилась реакция Охотников. Нет, чтобы успокоить меня, сказать, что всех постреляем и похороним, Драгер как-то съехал в сторону и предложил мне выживать самому. Прямо так не сказал, но я почувствовал такую интонацию в его голосе. Да и приятель Крос что-то слишком сильно сдержан оказался, как переговорил с Драгером, никак меня не поддержал.
Придется заняться Рыжими первыми.
Ну, как первыми?
Так-то они меня уже заказали и, по всем мнениям опытных в этом деле людей, не отступятся, пока не достанут. Придется срочно узнать, сколько их в городе и чем занимаются.
Официально чем занимаются, где у них место работы.
Про неофициально я уже примерно знаю. Тоже ничего успокаивающего для меня, просто крутые бандиты, очень сплоченные. С такими мыслями я забрался под простыню, обнаружив там сладко спящую и сопящую Гриту.
И спокойно уснул, несмотря на тревожные мысли и плохие предчувствия, устал за день переживать, как все устроится. В конце концов, я предупредил нападение подготовленного убийцы и уже сам убийца с посредником никому ничего не расскажут. День-два у меня есть в запасе, чтобы что-то придумать и подготовиться, я знаю, кто мои враги, они еще не в курсе о моем спасении.
Хотя, теперь и они про меня многое знают.
Утром проснулся с трудом, хорошо, что Грита позвала на завтрак. Совесть ей не позволила съесть и мою порцию. Хороший все-таки человек, хоть и звезда, все больше и больше ею становится, по отзывам клиентов трактира.
После завтрака и водных процедур, я снова сижу в Ратуше, постигая науку снабжения. Тильс уже понял, что я хорошо разбираюсь в цифрах и запоминаю все нормы снабжения на раз. Мне осталось еще так посидеть пару дней до обеда и можно переезжать в более тихое место. Все данные я уже перенес на таблички, имея их под рукой, можно сразу решать все вопросы.
Другие секретари тоже стали относиться по-дружески. Я не задаюсь и вежливо спрашиваю, что меня интересует. Парни оказались, в основном, холостые и гордятся тем, что ходят по выходным в «Лису и Журавля». Я частенько болтаю с ними о местных известных личностях, о пиве и боях на деньги, парни подают себя знающими и опытными ловеласами. Я же только посмеиваюсь про себя, представляя их лица, когда встречусь с ними в трактире, рядом с Гритой.
О певице парни рассказывали с реальным придыханием и восторгом. Как о чем-то недоступном и потрясающем.
До Бромса я тоже добрался, в этот раз опытный чиновник меня узнал и пытался поставить на место своим очень важным видом. Но я громко высказал свою продуманную просьбу-требование, ссылаясь на необходимость эффективного труда для защиты города и качественного снабжения Гильдии.
Это абсолютно непоколебимые аргументы! Отказать старый бюрократ мне не может, но явно собирается долго пудрить мозги, как я хорошо понимаю.
Бромс обещает подумать, я обещаю зайти вскоре, чтобы получить отдельный кабинет для нужд Гильдии.
Для очень уважаемых Альса и Турина!
И, естественно, для повышения своего статуса. Не в коридорах же нам согласовывать и обсуждать сведения под грифом «Для служебного пользования» и «Совершенно секретно». Там дел не на пять минут, серьезные разговоры вести будем между собой и с чиновниками Ратуши.
Тем более, требуется обсудить с ними мою задумку получать на активных Охотников по нормам боевых действий. Бюрократическая машина явно не готова к такой наглости от только что принятой на содержание структуры.
Но железо придется ковать, пока горячо. По слухам, Альс укатил в Сторожку. Наверняка обсуждают с Турином, что делать с бунтарями и сластолюбцами Драгером и Кросом.
Вариантов немного, на самом деле – или понять и простить, и то, я не уверен, что парни сейчас вернутся. После такого отношения и снова за маленькую денежку впрягаться в ярмо? Или и дальше показывать себя суровыми и несгибаемыми начальниками. Пусть лучше будут суровыми, хотя бы некоторое время, пока парни мне помогают решать возникшие проблемы.
Впрочем, Драгер с Кросом, наглядно увидев, сколько можно поднять деньжат за полдня подготовки и еще активных действий в ночи на пару часов, с почти таким же риском для жизни, что и в лесу, думаю, вряд ли вообще думают о быстром возвращении в строй Гильдии.
Мой план и щедрость – реально подняли авторитет на недосягаемую высоту, даже по сравнению с Альсом. Должны поднять. Очень на это надеюсь, они ведь делали точно то, чему их учили много лет. Только не в лесу, а в городе, притом рядом с девками и пивом. Даже не пришлось на нудную и утомительную дорогу к предгорьям и обратно тратить пару осьмиц, все делается прямо под боком.
Имеются совсем рядом и объекты приложения опытных в насилии рук, и трактир с пивом и хорошей едой.
Так я думаю и уже ошибаюсь, как скоро оказалось, жизнь гораздо сложнее, чем я представляю.
Вопрос только, как перебить всю Рыжую братию?
Реальных бойцов всего двое. А тех гораздо больше и они серьезные и неукротимые бойцы. Вот это вопрос.
В обед сбегал к Мортенсу. Там пообедал с парнями и их девками, они снова собираются идти по лавкам. По деньгам мы решили, что они забирают половину добытое, и я списываю долг, ведь парни меня реально спасли. Отдают мне пять тайлеров под жадными взглядами своих подруг, вот им теперь мозг вынесут жадные до золота бабы. Пока забираю арбалет в мастерскую, как образец для дальнейшего производства, но считаться он будет нашим общим имуществом.
Пора и в общее вкладываться. Если оно еще случится – это общее?
Такая машинка с болтами стоит минимум двадцать золотых. Тоже основательный взнос в общее дело. Я убегаю в мастерскую, попросил парней дождаться меня перед ужином. Но передумал на выходе из трактира, сам пошел в другую сторону, решив заняться жилищем Рыжих, подходами к нему и всем, что можно увидеть из-за ограды.
Прогулявшись мимо закрытого двора Рыжей братии, я понял, что это совсем непросто. Ворота добротные и крепкие, двор обнесен высокой, под три метра, каменной стеной. За забором виднеется довольно высокий дом, в три-четыре этажа, сложенный из красного кирпича.
Ничего не скажешь, хорошо Рыжие основались в самом центре Астора. Даже странно, что верных псов Магов так ублажили городские власти. Или они одними из первых вернулись и заняли сами усадьбу? Впрочем, это неважно.
Зато, я нашел новую точку для наблюдения. Через невысокий двор от усадьбы, я увидел большое здание и узнал в нем трактир, где работает Грита, тот самый, где отлично готовят. Тот самый «Лиса и Журавль».
И комнаты под сдачу на третьем этаже почти нависают над двором Рыжих.
Это оказалось мне предчувствием удачи. Я еще не знаю, что буду делать, но уже понимаю, что удача может повернуться ко мне лицом. Стратегически важная точка для наблюдения за врагами – это просто подарок судьбы!
Можно получить информацию об образе жизни Рыжих: сколько их на подворье, как они охраняют себя, куда ходят и прочее. Драгер с Кросом свободны, и мы уже прошли определенный, совместный путь через лишение жизни моих врагов, достаточно сплотивший нас. Деньги, упавшие парням, очень их вдохновили, особенно тот восторг, который выказали девки, узревшие наглядно золотой дождь и тут же нашедшие кучу верных поводов бежать по лавкам.
Хотел сказать парням, чтобы не разбрасывали золото горстями, но подумал, что для моей задумки это даже хорошо. Легче окажется подвигнуть на риск парней, когда постоянно требуются деньги. Правильно сделал, что забрал половину, быстрее созреют на вылазку. А то были мысли им на радостях от спасения все оставить.
В мастерской я достал из мешка арбалет и вручил Крипу для детального разбора. Крип обалдел от качественной вещи и сразу с братьями полез изучать изделие, забив на работу.
Потом прогулялись вместе до Водера и обсудили с ним, как выковать упругую дугу для такого ложа. Кузнец тоже сразу признал арбалет, как изделие Рыжих, очень качественную и дорогую поделку. Нам такая миниатюрность, понятно, не нужна совсем. Материалы можно пустить дешевые, не полировать ложе и сделать без украшений – на таких условиях мы можем выдать продажную цену гораздо дешевле рыночной. Я сразу заказал Водеру десяток таких дуг для арбалетов из стали, тем более, он порадовал меня, что разыскал секрет для той самой, очень упругой ковки. У кого-то из старых мастеров выпросил, как сам и похвастал.
Да, дела явно идут в гору. И в Ратуше. И на работе.
Одна только беда, с Рыжими уродами и их злопамятностью срочно придется что-то делать.
Что делать, я еще не знаю, но понимаю, что разговорами не обойдемся. Придется много крови пролить, только как это сделать в центре города против очень боевитого и сплоченного противника – не понимаю.
Может, обратиться к властям? Поздно, киллер и посредник уже убиты, мы сами замазались пуще некуда. Ладно, может, наблюдение покажет путь к спасению.
Стоит сразу же комнату на чердаке снять. На подставного человека, хотя, зачем посторонних впутывать, той же Грите можно снять, типа, для отдыха. Не вызовет подозрений совсем. Конечно, ей она и не нужна для отдыха, вот хранить платья и прочее добро вполне пойдет. Придется кого-то нанимать торчать у окна, это у парней нужно верного человека спросить.
Впрочем, сутками наблюдать не требуется, только время, когда начинается активная жизнь в усадьбе. Да я сам понаблюдаю денек и почти все пойму. Кто, куда, зачем и где есть слабые места.
Ни к чему кого-то впутывать в мои проблемы, раз их придется кровью Рыжих решать.
Хотя, какие нужны условия, чтобы победить Рыжих без потерь и, самое главное – без широкой огласки, представить невозможно. Ну, мне деваться теперь совсем некуда. Или-или.
Я пришел домой и растянулся на матрасе. Что же мы имеем?
Судя по сумме, примерно в десять тайлеров, найденной у Рябого, деньги у Рыжих есть, и деньги немалые. Что особенно печально. Противостоять такой группе с финансированием – бесперспективно без встречных действий.
Это как против мафии бороться ожиданием, что убийцы промахнутся. Один раз уже промахнулись, потому что удалось предугадать, где ждать нападения. И серьезные профи оказались со мной в этот момент. Если бы не они, то пятьдесят на пятьдесят, что остался бы я лежать перед воротами.
Других желающих я, может, тоже смогу обнаружить за счет умения.
А может, и не смогу. Или это будет удар ножом в темноте, или не в темноте. Да тот же выстрел из любого окна любого заброшенного дома. Или не заброшенного.
Вариантов много. Да и профи мои могут оказаться в другом месте, например, с девками по лавкам шариться – это у них теперь основное занятие по жизни.
Отлично, что получилось денег забрать у Рябого, хорошо, что он их не прятал, а носил на себе. Иначе точно помучился бы перед смертью. Но, видно, не совсем дурак, готов был быстро убегать и не ждал, что Ежика так сразу повяжут и расколют.
Парни и без денег бы помогли. Но второй раз – не уверен, что подпишутся бы, если бесплатно. А против Рыжих вообще весь энтузиазм сразу потеряли.
А так Охотники землю копытами роют, получили шесть золотых за всего пару смертей и немного умения. Притом таких темных личностей, которых они и без денег должны щемить беспощадно. Ну, это когда в Гильдии служат, тогда – однозначно, сейчас схватить имеют право, только пытать и убивать – явное преступление по законам города Астора.
Рыжие вызывают еще более негативные эмоции. Но ведь и страх тоже вызывают, они уроды совсем другого уровня. Не то, что местная шантропа. Тут без финансовой приманки не обойтись. Деньги, понятно, у Рыжих водятся.
А что еще я видел?
Есть несколько бочек с дорогим вином, однако, это не наш вариант. Требуется время на обыск огромного дома, народ очень рукодельный, почти гномы. Трудно будет найти сразу.
В бочках что-то спрятано, именно поэтому меня и заказали, когда поняли, что я услышал неположенное. Точно, только из-за своего взгляда на шум в бочке, я имею проблемы сейчас.
Теперь я после раздумий в этом уверен. Просто на наказание за грубость не тратят столько денег, десять золота в задаток и десять после смерти заказанного, наверняка. Рябой эти оставшиеся тайлеры точно не получил бы, еще и задаток отняли бы.
Но, наглядно видно, что сильно торопили его с покушением, Ежик это тоже подтвердил.
Значит, все же в бочках спрятано ценное, и много. Горсточку золота и камней незачем прятать в такие места. Что же они могли вывезти из Гардии с такими предосторожностями?
С такой сверхосторожной погрузкой шести из восьми бочек?
Пора посетить Корна, он может знать, что такого ценного осталось на месте разрушенного города.
Отсюда и будем танцевать.
В любом случае, большие деньги у Рыжих есть, парней можно определенно заинтересовать.
Глава 2
Занес потом Водеру его кольчугу. Сказал, что понравилось носить, буду брать напрокат время от времени, чтобы к весу привыкать и чувствовать себя мужиком и воином, настоящим таким современником этого сурового времени.
Кузнец посмеялся над моими рассказами, пояснив, что такому шустрому мужику, как я, тянуть военную лямку – никуда не уперлось. Просто трата времени бесполезная, когда требуется позарез товар ковать и деньги работать.
Да, стоит понимать, что не все здесь простосердечны по средневековому, и в людях определенно разбираются.
Корн встретил меня с радостью, последние две с половиной недели я не баловал его появлением. Даже угостил стопкой своей дорогой ресы, чего за ним раньше не наблюдалось. Точно, соскучился по интеллигентному собеседнику, немного здесь таких, как я, появляется. Небольшой урок, пришлось вспомнить некоторые подзабытые правила чистописания. Сдача табличек на проверку – прямо как в школе. Забытое давно чувство, прямо детством повеяло. Монета перекочевала на стол к учителю, еще приподняв тому настроение.
Пришло время вопросов, которые, конечно, касаются исконных слуг Магов, Рыжих. Пока меня больше ничего не интересует в последние дни.
Тут Корн и подтвердил мои наблюдения, что есть мнение о происхождении этого народа именно от мифических гномов, которых катаклизм далеких лет выгнал из своих городов в горах. По преданиям, жили местные гномы все же на поверхности земли, пусть и в горах, а под землю спускались только работать. Катаклизм они пережили хуже остальных рас, погибли и пропали под землей почти всем народом. Выжившие прокляли коварные горы. Спустились на равнины, но не выдержали давления людей, размножавшихся на порядок быстрее и вынуждены были вернуться в предгорья, где и перебивались кое-как, пока откуда-то пришедшие Маги не призвали их под свои знамена.
Даже выросший уровень жизни после победы не смягчил характер этих созданий, оставшихся на прежней дистанции от людей. Да и выжило их не так уж и много после кровопролитных битв, рождаемость у них всегда невысокая: и в беде, и в хорошие времена. Тогда они служили, в основном, в охране Башен, однако постепенно более способные и гораздо более коммуникабельные люди подвинули победителей в сторону.
Во время Зимы один корабль с Рыжими смог добраться до Бейств, минуя Астор. Поговаривают, что команду они просто взяли в плен, а шхуну захватили. Теперь расселились в основном в Асторе, поменьше – в ближайшем Бействе, в Талаке. Еще в Гардии мародеркой занимаются и как бы с прежними хозяевами и их новыми слугами сражаются, там иначе нельзя. Но никто в такое не верит, понимают, что просто видимость участия в войне создают.
– Вот-вот, – заинтересовался я, – Что такого в Гардии имелось из ценного, что не успели вывезти?
– Из ценного? – задумался Корн. – Да все вывезли. Мастерская еще имелась большая, под контролем Магов, где обрабатывали драгоценные камни. Рыжие при ней мастерами и охранниками работали, только что с ней стало, сведений у меня нет.
Вот тут меня и озарило! Получается, в бочках находится товар с этой мастерской. Камешки там стучали по донышку бочек, Рыжие пытались это скрыть и только я один обратил на постукивание внимание, чем и подписал себе приговор. Больше ничем не объяснить такую оперативность в найме киллера.
Наверняка, все за раз вывезли, когда поняли, что дело Магов – проигранное, но город Крысы все рано возьмут.
Общались с магами и видели, сколько Крыс стоит у ворот, поэтому обратно в услужение идти не хотят, но и драгоценности решили вывезти из опасного места, пока есть такая возможность. Тут и раскопанное вино впору пришлось, чтобы не рисковать богатством.
Драгоценные камни – товар деликатный, сразу выбрасывать на рынок нельзя много. Наверняка, поэтому Рыжие держат коммуну в Бействах, где им совсем нечего делать, чтобы мутить с камнями и мешать их с другими, поступающими с побережья океана.
Тогда мое дело совсем плохо. Денег у Рыжей мафии не просто много, а пи…ц как неограниченно много. Могут весь Астор с Ратушей купить. Ну, это я для красного словца, дело с ними мало кто захочет иметь. Но не мытьем, так катанием они могут тут много чего под себя подмять. Хотя сила все равно не на их стороне, Рыжих тут только терпят и при первых проблемах могут отправить подальше. Обратно на Север.
С другой стороны, теперь точно есть зачем рисковать жизнью. Усадьба Рыжих должна быть набита золотом.
Стоит донести до парней это открытие и посмотреть на их реакцию. Они могут подумать, что я все придумал, чтобы спасти свою шкуру. Ничего, есть, о чем им напомнить, про наше путешествие с Рыжими.
Но самое главное – это теперь наблюдение из трактира. Теперь все от него зависит, можно ли что придумать для решения моей неотложной проблемы.
Спасибо Корну, он мне глаза открыл на возможные варианты и попал в точку. На радостях я положил на его стол еще один дан, чуть не расцеловав старика.
Кто, кроме него, может знать теперь, что там находилось до Беды в этой Гардии?
К трактиру Мортенса я подлетел чуть начало смеркаться. Парни уже вернулись с шоппинга, девки в номерах примеряют обновы. Крос с Драгером спустились со мной в зал, собираясь поужинать и обсудить дела наши тяжкие.
– Есть новости про ночные дела? – первым делом спросил я, хлебая горячую уху.
– Тишина, – ответил Крос, так же обжигая рот.
Драгер промолчал, сосредоточенно потягивая пиво.
– Как погуляли? – перевел я тему разговора.
Что-то они не разговорчивые сегодня, даже Крос на себя не похож.
Все у парней оказалось отлично, они с удовольствием привыкают к новому образу жизни и теперь даже с недоумением вспоминают прежнюю рутину и хождение по лесам.
– По Гильдии не скучаете? – не удержался я.
– Да, по друзьям скучаем, но не беда. Приедут в Астор, встретимся, – расслабленно обещает Драгер.
Однако, как парней свобода, хорошие деньги и новая семейная жизнь меняют прямо на глазах. Пока не скажу, в лучшую или худшую сторону, но перемена разительная.
Особенно Драгер, вообще такой стал расслабленный и вальяжный. Одежду уже прикупил, поменял почти все гильдейское на цивильное, прям барин какой-то внешне.
Крос не так еще приоделся, так у него и девок сразу две, зато и удовольствие двойное получается.
Приходится содержать обеих, что очень сильно бьет по бюджету молодой шведской семьи.
Но видно отчетливо – парни пока не очень стремятся со мной на серьезный разговор, важные очень. Понятно, что над ними так не каплет, как надо мной, а дело, которое я могу предложить, слишком рискованное. За ними Рыжие не гоняются, убийц не нанимают. Они-то понимают, чего мне от них требуется срочно, и дешевить не собираются.
Ладно, у всех своя рубашка ближе к телу. Я пока в долги тоже не полезу. Подожду еще, может и сам найду выход.
Поэтому ни о чем не стал говорить и предлагать тоже, не складывается разговор – это точно.
Пришел пораньше домой, Гриты нет, она в трактире выступает сегодня. Еще день-два можно спокойно ходить, пока Рыжие найдут нового стрелка. Хотя, эти и сами могут попробовать, кто этих уродов поймет?
Поэтому я собрался на всякий случай. Повесил длинный кинжал на пояс, прикрыл его гильдейской курткой и вышел во двор. Соседи пока не собрались за столом под деревьями, у всех еще ужин.
На входе в «Лису» сдал кинжал сразу тем же двоим охранникам. Опять племянник попробовал меня подколоть, не хочу ли я в боях поучаствовать.
– Что ты! Это же больно, когда по лицу бьют, – в нарочитом ужасе отмахнулся я от него.
Не до таких подколок сейчас совсем. Жизнь на кону стоит и часики тикают – тик-так, тик-так.
Грита тоже ужинает в одиночестве, Скоп еще не пришел и место за столом пустует.
Когда я подсел к девушке, она достаточно холодно восприняла мое появление. Это понятно, я вчера пропал на полночи, не предупредив совершенно. Она уже утром казалась суховата со мной. Не рассказывать же ей, что меня вчера хотели убить, киллер даже спустил скобу на арбалете, но секундой раньше Крос оглушил его размашистым ударом деревянного молотка. Болт, предназначенный мне, ударился в стену и отскочил обратно. Потом я лично участвовал в сильно наказуемых делах, которые кончились смертью двух членов преступной организации.
Хотя, может, и несильно наказуемых, все же месть и право ответного удара.
Лучше такую ситуацию рассмотреть на чьем-то примере. Если в местном суде.
Перед девушкой стоит немаленькое такое блюдо тушеной свининки и я принялся ей помогать. Потом сходил за хлебом и, макая его в подливу, коротко объяснил, почему вчера пропадал так долго:
– Появились проблемы с некоторыми людьми, вроде, как ты и говорила. Купцы через Редкена наняли местных жуликов. Пришлось решать вопросы.
– Решил? – с живым интересом выпалила певица.
Странный вопрос. Я же сижу перед ней вполне живой и вроде еще не восставший из мертвых. Даже не раненый.
Да, что-то все же есть, судя по ее реакции. Она реально побаивается каких-то последствий нашей победы в трактире Сохатого.
– Что-то решил, что-то еще нет, – неопределенно и загадочно сказал я, подгребая к себе самый большой кусок.
Грита не обратила на мои попытки никакого внимания, это на девушку совсем не похоже, явно, что очень заинтересовалась разговором.
– А когда решишь? – очень настойчиво спросила она, забыв про еду.
– Вот, вернется Редкен с караваном или просто так, тогда вопрос и приземлим, – как можно солиднее ответил я.
Чего волноваться, у такого крутого парня, как я, все схвачено и все оплачено.
– А как ты это узнаешь? – певица не собирается успокаиваться от моих слов.
– А ты думаешь, зачем ко мне служивый приходил с Речных ворот? Весточку притаранил, от Фокса, – добавил я немного земной экзотики.
И имя такое определенно местное, не подкопаешься.
Грита не поняла слов, но о смысле догадалась.
– Ну, приходил. И что? – волноваться она не прекращает.
– Что он сделает первым делом, когда караван купцов астрийских увидит? Вместе с Редкеном? Снова ко мне придет, ведь пять серебряных данов на дороге не валяются? Прямо с ворот и придет, его старшина еще и под зад пнет, чтобы скорее бежал, – с самодовольным видом вымолвил я и победоносно посмотрел на милую.
«Ну как, разве твой мужчина не крут?» – читается в моем взгляде.
Девушка зримо выдохнула, с большим облегчением. Враг не нападет внезапно, не ворвется в дом поутру, когда ты в одном исподнем и не готов сражаться насмерть со сна. Не появится за спиной внезапно и не воткнет нож незаметно.
– Я тебе очень благодарна, ты так здорово придумал со Стражей и денег не пожалел, – глаза Гриты обещают весомую награду.
Это порадовало, ведь для чего живем и жизнью рискуем? Все для милых женщин.
Хотел посмотреть номера на чердаке, чтобы снять для Гриты и ее вещей, как по легенде. Но делать такое заселение требуется утром, кто его знает, из какого номера лучше всего видно двор и дом Рыжих.
Поэтому просто сидел, слушал, как милая поет и попивал местное вкусное пиво. Если забыть о нависшей угрозе, то жизнь определенно хороша, а местами – восхитительна.
После выступления, небольшого по времени – все же завтра не выходной, мы быстро собрались, добежали под мелким дождиком до нашего жилья и бухнулись на матрас.
Полночи занимались любовью, как в последний раз.
Глава 3
Утром едва не проспал на работу.
Ночью долго резвились на удобном матрасе, милая благодарила за сильное плечо и решение проблем, хоть и не всех. Я не могу напиться ее телом и губами, точно как в последний раз все начинаю и начинаю новые подходы.
И такое может статься. Если вчера нашли Рябого и Ежика, кто-то из их же кучи, то и Стража, пожалуй, в курсе. А там и заказчики покушения опечалятся проваленным заданием и потерянными впустую тайлерами, засуетятся заново, запустят процесс подбора новых киллеров или сами соберутся решать вопрос.
С новыми киллерами, пожалуй, все совсем плохо стало в Асторе, когда еще заведутся заново – ждать замучаешься.
Да, чуть не проспал. Подскочил в испуге на матрасе, Гриты и след уже простыл, наверное, на кухне с Клоей хлопочет. Хозяйка взялась учить красотку готовить также вкусно, как сама умеет, с этим у певицы проблемы обнаружились серьезные. Благое дело.
Я растянулся обратно, чем спешить, требуется все получше обдумать. В мастерскую я теперь по утрам не хожу, мы с Крипом пришли к соглашению, что нельзя мне упускать такой шанс – зацепиться при Ратуше, на высоких финансовых потоках. Пришлось ему солидно по времени объяснять, как приближенность к местным госзакупкам принесет гораздо больше денег, чем просто работа и конкуренция с соседом. Сам еще приползет с просьбой взять в долю на любых условиях.
В Ратуше мое время строго не оговорено, могу хоть днями там не появляться. Пока отладка оформления снабжения идет, списки я все уже подал. Тильс отнес ко второму секретарю. Тот проглядит, внесет изменения по своему разумению и вернет обратно, на доработку.
Бюрократы – они такие бюрократы, особенно в средних веках, не чета современникам моим.
Это на пару дней, потом дальше список следует толкать. Придется Альса, как тяжелую артиллерию подключать, тот за такие плюшки, как нормировка на боевые условия несения службы, не только Бромса пройдет, до Главы Совета доберется. Стоит только подсказать, куда землю рыть. Я еще подумал, что обеспечение покалеченных гильдейцев и помощь семьям погибших тоже хорошо бы на Ратушу переложить.
Как у Гвардии и Стражи. Чем мы-то в Гильдии хуже? Все эти идеи зайдут Старшим на ура!
Ценность моя в глазах сурового начальства резко повысится, вопросов, откуда я пришел, точно больше задавать не станут.
Вчера же какая-то интересная мысль в голову приходила. Позабыл почему-то за ночь очень активных телодвижений с энергичной девушкой, которой уже пары оргазмов за ночь стало мало.
Быстро милая Грита к хорошему и очень хорошему привыкла.
Да, вот она, моя мысль. В Асторе же торговая, буржуазная хунта, можно сказать. Выборов нет, все Капитаны выбраны на пожизненно. Это-то ладно, меня все устраивает, после наших-то земных прохиндеев с хваленой демократией, когда двести лет только две партии меняются на вершине власти, примерно одинаковые сами по себе.
А что гласят местные законы про контрабанду и сокрытие товаров от обложения налогом. Да еще на гигантскую сумму? Еще и неправильными, по людским понятиям, созданиями, абсолютными нелюдями с темным прошлым.
Наверняка ничего хорошего. Для таких именно торговых образований, неуплата налогов – самое страшное преступление. Страшнее смертоубийства и кровосмешения. Вот в эту сторону и следует копать.
Начать военную операцию мщения с Драгером и Кросом – всегда успеется. Требуется, чтобы парни немного просохли от халявных денег. По идее, мне они взялись помогать бесплатно. Как товарищи и однополчане, выученные как раз для таких дел.
Ну, простил бы я им только долг, те полтора золотых, а деньги Рябого, с заказа на мою жизнь, себе бы все забрал. Крос же мне их протянул, как положено Старшему в деле. Теперь оказались бы гораздо сговорчивее, не так совсем, как вчера себя повели. Сглупил я, однозначно, тупо сглупил с такой премией.
Теперь думают, наверняка, если такое безобидное почти дело потянуло на шесть золотых навара, то за штурм усадьбы Рыжих нужно не меньше полусотни золота просить. И деньги вперед. Что-то такое я вчера и почувствовал.
Где я могу узнать местные законы по контрабанде и неуплате налогов?
В Ратуше, есть там фискальный и мытный отдел, кабинет на втором этаже. Сам видел, когда Ратушу изучал, ногами гуляя. И Корн, конечно, знает законы, но у него потом спрошу, он лавку свою рано не открывает.
Ладно, пора на завтрак, только зубы почищу допотопной щеткой из простой щетины. Сам смастерил из подходящей деревяшки.
Сначала отправился в трактир. Сразу сказал подскочившему ко мне парню, что я от Гриты и девушке нужен номер для хранения одежды и инструмента Скопа. Номера на втором этаже стоят солидно, аж по четыре дана за просто номер с завтраком. У Мортенса это дело подешевле, как я помню.
Сказал парню, что номер нужен самый дешевый, он сразу повел меня на чердак, где устроены клетушки для небогатых клиентов. Как современные мансарды, крыша начиналась не от пола чердака, а приподнята на полтора метра. Я повел парня на ту сторону, где расположена усадьба моих врагов, объяснив, что не следует, чтобы светило бросало лучи на платья и инструменты. Номера с той стороны тоже оказались разные, и побольше и маленькие, для одного-двух постояльцев. Я выбрал самый маленький, небольшое окно которого выходит на двор усадьбы, позволяя рассмотреть вход в дом и весь двор.
То, что мне и требуется, все видно, как на ладони. Окно прикрывают филенчатые ставни, еще одна необходимая вещь для грамотного наблюдения. Если сзади подсветки нет, то никак не рассмотреть человека, наблюдающего в окне за двором усадьбы. А подсветки за мной точно не будет никакой, уж я за этим прослежу.
Я выбрал этот номер, стоит он всего дан без питания.
– Цена только до ярмарки, – предупредил слуга.
– А когда ярмарка? – поинтересовался я.
– Да через две осьмицы, – удивился парень моему незнанию.
– Хорошо, беру его пока на осьмицу, там дальше посмотрим.
Мы спустились, я оплатил номер и получил простенький ключ, уже все цивилизованно здесь. Потом я снова поднялся и где-то с час рассматривал двор усадьбы. Ничего особенного не происходило, пару раз одна из женщин вынесла горшки в огороженную яму, потом двое Рыжих ушли со двора куда-то в город. Обратил внимание, что на безопасность обращается серьезное внимание. Один из Рыжих, провожавший уходящих, долго изучает через щели в воротах улицу перед ними и потом сразу мгновенно закрывает ворота. Второй в это время стоит на крыльце перед домом и не спускает глаз с ворот.
Ничего себе, как все сурово у них. Такая бдительность только укрепила меня во мнении, что много добра в доме лежит. И ждет нас, дерзких и решительных Робин Гудов.
Ладно, пошел я в Ратушу, пора узнать, как согласование поданных бумаг идет. Это ненадолго, потом метнусь к Корну и в мастерскую, посмотрю, что сделали там.
И снова на пост придется вернуться, посмотреть, как Рыжие возвращаются домой в конце трудового дня. Я уже узнал, что в городе они, помимо криминала, занимаются обработкой и шлифовкой камня, все на очень приличном уровне, но торгуют дорого и цену никогда не снижают. Есть и мастерская под стеной, и лавка, где продают свой товар.
К покупателям так же неучтивы и насмешливы, впечатление такое, что в продаже совсем не заинтересованы. Имеют дела с несколькими другими мастерскими, где скупают изделия из камня и отправляют в Бейства.
Такой вот официальный бизнес этой банды.
Это все мне собрал Крос по моей просьбе вчера потолкавшись на рынке в том районе. Пока его девицы выбирали, что купить из новых шмоток.
В Ратуше первым делом направился в мытный отдел, где представился, как местный чиновник от Гильдии и попросил консультацию на высоком служебном уровне.
Что делать, если Гильдия обнаружила явно беспошлинный товар? Какие действия в этом случае положено предпринять? Кого вызывать и что грозит нарушителям?
Крепкий мужик подошел ко мне попозже и по пунктам объяснил:
– Если обнаружен такой товар или подозревается, что с товара не уплачены пошлины, то товар ставится под охрану, а сюда направляют гонца с известием. Товар, по возможности, везется в Астор. Если нет возможности, то гонцу объявят, что делать и сколько взять денег. Если товара много, то нарушителям светит срок в ближайших каменоломнях на берегу моря. Если оказано сопротивление, ранен или убит член Гильдии или Гвардии, или Стражи, то грозит каторга на рудниках. Если товара очень много или он дорогой, то каторга гарантирована.
Увидев, что я задумался и усваиваю информацию, дядька добавил:
– Если люди на службе, могут получить небольшую награду. Гильдии это тоже касается. Если сообщил обычный человек – то ему восьмую часть спрятанного и ввезенного без уплаты пошлины.
Эти слова заставили задуматься. Я вроде работаю на Гильдию, но присягу на верность городу Астору и своей Гильдии не давал. Получается, я – гражданский служащий.
Какого тогда я повелся и поперся на Север?
Не спорю, мне там оказалось побывать очень полезно. Для своего общего и отдельного магического развития.
Я, вообще, еще не обсуждал с Альсом свою плату и нормы довольствия, мне положенные. Что является упущением с моей стороны, несомненно.
– А кто является членом Гильдии? Тот, кто принял присягу? Если просто работаешь при Ратуше, считай, секретарем, значит – обычный гражданин Астора? – продолжаю интересоваться я.
Служивый задумался и неуверенно подтвердил мои слова. Потом направил на меня свой требовательный взгляд и спросил, не я ли знаю, где есть такие товары?
На вопрос я ответил, что только подозреваю об этом и не хочу без уверенности позорить людей. И поинтересовался, как происходит оповещение о готовящемся преступлении.
Если время есть, то требуется здесь дать показания, они будут записаны и подтверждены приложением служебной печати. Да, записаны на восковой дощечке, что-то не успокаивает меня это совсем.
Если времени нет, то требуется идти в Сторожку Стражи или Гвардии и подать там сигнал. Что-то вроде нашего «Слово и дело», только следует сказать: «Закон и порядок». Служивые должны последовать с тобой и пресечь преступление.
Это уже интереснее. Служивые, даже за небольшую выплату, охотно пойдут ловить жуликов. Правда, Рыжие такие себе жулики – сами могут поймать и наказать кого угодно. Поэтому требуется народа побольше собирать.
В кабинете Тильса не оказалось, бегает где-то, поэтому я сразу направился к Приму.
Второй секретарь долго не хотел верить, что ему придется именно со мной сейчас обсуждать нужды Гильдии и согласование норм. Но после получаса препирательств со мной, его апелляций к отсутствующему сейчас Бромсу, к моим Старшим Гильдии, все же сдался и до обеда вникал со мной в длиннющий список. Видно, что я немало потряс его своей энергией, умением считать в голове мгновенно, полным знанием норм довольствия. На обед я его выпустил все же, но обещал зайти завтра.
Теперь в мастерскую и к Корну, потом на пост в трактир, пообедаю там же.
Глава 4
В мастерской меня встретил помощник Крипа, тот ушел в Ратушу заплатить налоги. Арбалет стоит посередине, на столярном столе, частично разобранный. Гонс рассказал, что они обдумывают и соображают в устройстве, чтобы упростить и облегчить конструкцию, но не потерять в качестве. Пришлось хоть ему прочитать лекцию, какое изделие нам требуется создать:
– Главное для нас – это упростить все, что можно. Вес не так важен, в Гвардии и ополчении народ крепкий, поносят без проблем. Чем проще, тем меньше ломаться будет. Ремонтировать-то нам придется. Нам необходим такой продукт, чтобы самый простой, крепкий и выносливый. Пусть будет потяжелее, попроще и не очень красивый. То есть полная противоположность арбалету Рыжих. Так что не увлекайтесь копированием именно этого. Я же вижу, что вы хотите такой же, но лучше сделать попроще, чем образец. Нужен продукт другого уровня, как я и сказал.
После всех внушений я ушел к Корну, понимая, что парни все равно будут делать что-то похожее на красивый арбалет Рыжих. Ничего, пусть сделают и на дорогое оружие будет спрос. Однако хорошие и даже фантастические деньги принесет именно массовая поделка для Гвардии и ополчения.
Пока можно не мешать Крипу с компанией, пусть делают, как могут. Может, и лучше Рыжей братии сотворят. Мешать настоящим мастерам нельзя, карма от этого только сильно ухудшается.
Корн опять налил мне стопку, радостно потирая руки. Единственный ученик пришел очень рано, и старик думает, что я буду слушать его до вечера. Пришлось пообещать зайти в другой день, чтобы слушать его несколько часов.
Но не сегодня. Сегодня я зашел только проверить слова чиновника насчет премии за донос на укрывающих ввезенные дорогие товары от налогов.
Будем называть свои действия соответствующими словами.
Именно это – донос. Зато на плохих нелюдей, которые объявили на меня беспощадную охоту.
Этот поступок для меня – второй реальный шаг к спасению жизни. Если удастся сдать Рыжих с поличным Страже или Гвардии, то, скорее всего, получится отправить часть из них в кутузку до вынесения приговора. Но я больше рассчитываю, что Северяне окажут активное сопротивление служивым и нанесут серьезный урон или ущерб силовым органам. Зная про сложный и очень тяжелый характер Рыжих уродов, об этом не так трудно догадаться. Чтобы уроды без драки пережили конфискацию богатства, безропотно сдались и сели в каталажку – да ни в жизнь такого не будет. Полезут в драку, такая у них природа.
Если они и узнают, кто причастен к такой подставе, мне-то уже все равно, приговор вашему покорному слуге вынесен и обжалованию не подлежит. Останется Рыжих гораздо меньше на свободе – мне же легче. Тем более, если обыск в усадьбе проведут тщательно и найдут спрятанные камни, могут и всю банду на рудники отправить, вместе с бабами ихними.
В любом случае, гнездо местное ликвидируют полностью, когда еще Рыжая братия с Гардии или Талака подтянется. Да и тех в город не пустят жить, сто процентов.
Руки точно покороче сделают, меня уже так легко не достанешь потом. Хотя, все равно под прицелом – это не жизнь.
Поэтому придется мне на чердаке трактира дневать и ночевать, чтобы наверняка разобраться с Рыжими. Все про них вызнать желательно, когда уходят на работу, когда возвращаются, как открывают ворота и сколько их в Асторе. Драгер говорил, что, вроде двенадцать рыл здесь живет, но ведь еще четверо приплыли с нами.
Прихватить стоит обязательно Рыжих на горячем, контрабандном товаре, чтобы не смогли отвертеться.
Тем более, премия полагается за такое нужное для города дело. Размер ее может оказаться очень большим, если мои мысли про камни драгоценные верны.
Корн все подтвердил, но заметил, что премия может быть до четверти от конфискованного, если пришлось проявить доблесть при задержании нарушителей. Или рисковать жизнью и здоровьем.
Ну, с этим проблем не будет, лично заколоть хотя бы одного Рыжего у меня руки чешутся давно.
На всякий случай вернулся к кузнице и снова взял напрокат кольчугу у Водера, теперь на осьмицу. Кузнец, хоть и поворчал для вида, что изделие теряет товарный вид, на самом деле деньги взял с удовольствием. Крип еще тогда рассказал, что кольчуга получилась слишком качественная и дорогая, на нее ни разу не нашлось покупателей за цену, объявленную кузнецом.
Одевать не стал и быстро дошел до трактира, где заказал обед в комнату. И пару кружек пива. Посижу с комфортом, времени еще много до конца работы и торговли. Так я и ждал, грызя копченые ребрышки и попивая пиво, поглядывая через ставни на усадьбу.
Рыжие появились к пяти часам, сначала четверо пришли из мастерской, судя по потрепанной одежде.
Потом еще двое явились, одетые явно получше, наверное, из лавки.
Но вот меры предосторожности меня опять удивили, Рыжие как будто во враждебном окружении живут. Пока один идет открывать калитку в воротах, второй стоит на крыльце около двери, видно, что готов захлопнуть ее сразу, при первой опасности. И у одного, и у второго имеются топоры, но арбалет только у того, кто охраняет дверь в дом. При этом он заряжен и болт лежит на ложе.
Да, с кондачка дом не взять. Если только из-за забора лучник обоих успеет положить. Драгер, пожалуй, сможет. Пока я видел восьмерых Рыжих и пару баб начал различать. Сколько еще в доме сидит – непонятно.
Но в сумерках меня ожидал неприятный сюрприз. Пиво в «Лисе» Рыжие тоже уважают, как оказалось, и вскоре я увидел, как из дома и потом со двора вышли шестеро Северян. Вскоре они уже сидят в углу трактира за столом, сплошь уставленным кружками. Это я смог с лестницы разглядеть, вечером наблюдать оказалось невозможно, двор усадьбы погрузился в полную темноту.
Еще я заметил, что этих шестерых уже никто не провожает, калитку они закрыли сами, своим ключом. Такой бандой уже никого не боятся в городе.
Лестница находится с другой стороны, за стойкой, поэтому я спокойно спустился, рассчитался за обед и вышел на улицу. Кольчугу я одел на всякий случай.
Грита ждет меня дома, мы присели во дворе и общались с соседями. Кто-то рассказал, что сегодня нашли двоих бандитов мертвых, вроде как порезали друг друга сами.
Ну, порезали и порезали, никто жалеть не стал, но подруга моя на меня смотрела, как впервые увидела. Потом еще дома в постели приставала, моих рук дело или нет.
Я долго отшучивался от распросов:
– Говорят же, сами друг друга поубивали.
Так и не раскололся, девушка даже обиделась, но я оказался тверд, ничего не знаю, вчера не про этих рассказывал.
Да и разве похож я на убийцу? Совсем не похож ни капельки.
Убийцы – это страшные кривые мужики с большими ножами и топорами.
А я, наоборот, красивый и прямой! Вот, потрогай меня здесь. Теперь почеши здесь.
Рассказывать про такие дела не стоит никому, тем более женщине, с которой спишь.
Сегодня она с тобой гуляет, а через год с каким-нибудь офицером Гвардии или стражником и все твои дела становятся известны людям, кровно заинтересованным в повышении и продвижении по службе. А для этого как раз требуется раскрыть пару глухарей с мокрухой.
А тут, считай, чистосердечное признание. Остальное на допросе выбьют обязательно, вместе с зубами и почками.
Вот так, с шутками и прибаутками, я твердо отказался от приписываемых мне подвигов. Навалять по голове – могу, но убивать никогда не пробовал и не собираюсь.
Гриту это не устроило, она даже ушла в свою комнату спать. Настойчивая она что-то слишком, то ли боится, то ли еще что. Или предпочитает с авторитетным убивцем жить, для спокойствия своего? Который не дрогнет кому-то горло перерезать ради любимой?
Пора сходить в трактир, еще раз послушать надиктованную мной песню. Так у нее шикарно получается ее вытягивать, просто загляденье, только придется букет большой купить, начать приучать к такому поздравлению местную публику, заодно и цветочный бизнес местный поддержать.
Утром за завтраком встретились с мужем Клои, Троном. Он опять ездил с обозом на рудники, говорит, что устал очень в пути и думает осесть в городе:
– Бывает в нашем деле такое, вчера еще с нетерпением ждал, когда в путь, а сегодня уже невмоготу, как дома хочется остаться. Может, через полгода и снова потянет. Теперь думаю на работу в городе устроиться. Может, подскажешь такое место?
Тут уже и я заинтересовался:
– Что руками умеешь делать?
Крип жаловался, что не хватает рабочих рук. Ятош перешел на должность сторожа, молодые еще учатся, я в Ратуше пропадаю. И с подводами заказов много, и арбалет нужно разрабатывать, в общем, очень нужны опытные люди. Да и просто любые нужны. Сосед – крепкий мужик, основательный такой, сразу видно, что рукодельный.
– Да все умею, и подводы я ремонтирую в пути, в основном, один, – объяснил Трон.
О, подготовился хозяин к разговору, ведь знает, чем я занимаюсь. Точно, на хорошую плату рассчитывает. Это можно дать без проблем, мужик солидный, на ученическую ставку не пойдет.
Будем ковать железо, пока горячо.
– Тогда скажу, такой человек нам нужен. Можно сейчас сходить в мастерскую, на людей посмотришь, себя хорошо покажешь.
– А с платой как будет?
– Это хозяин решит, Крипом зовут. Но я тоже слово замолвлю, ко мне прислушаются, – с авторитетом заявил я. – Сколько в обозе платили?
– Ну, золотой каждый раз выходило, – объявил Трон.
Понятно, это в среднем дней десять до рудников, там день-два погрузка и двенадцать дней обратно. Получается, золотой в месяц выходил, плюс кормежка.
Но и жизнь – тяжелая и опасная. По солнышку-то хорошо ехать, а под дождем – мука несусветная, скорость падает, грязь налипает, самому приходится подводу подталкивать. Лихие люди, опять же. В здешней реалии их еще почти нет, но ведь появятся, рано или поздно. Да и большая банда Крыс шороху информационного навела. Гильдии-то что, вырезали всех и дальше поехали, вот обычному обозу без дополнительной охраны не отбиться от такого количества жестоких нелюдей.
Да и от десятка не отбиться при нападении из засады. Крысы в ближнем бою свирепые и бесстрашные существа.
Сразу и пошли, хозяин захватил рабочую одежду и вперед, устраиваться на новом месте. Крип оказался уже в мастерской, разговаривает с Ятошем. Мы подошли, я представил Трона как опытного человека и мы с Ятошем отошли, оставив их договариваться самих.
– Как служба, чего подозрительно не заметил? – поинтересовался я у Охотника.
На всякий случай, могут меня и здесь поджидать.
И в точку попал, поведал мне сторож, что вечером были замечены в округе двое Рыжих. Ходили, все осматривали, но спрашивать ничего не спрашивали. Увидев Ятоша, сразу исчезли.
Ценное знание. Вообще, очень нужное мне. Значит, Рыжие уже курсе, что наемники не справились с работой. В этом я не сомневался, что в курсе. Теперь решили сами все разведать, может, и вопрос приземлить захотят своими силами.
С криминальным миром, чтобы совсем серьезным, в Асторе реальный напряг.
Имелась пара отморозков, да и те повывелись. Путем агрессивной селекции с моей стороны.
Да, провел Рябой определенную работу, пускал, видно, за мной кого-то последить. И информацию успел передать Рыжим, иначе как бы они успели меня отследить за эти пару дней. Я на работу в одно и то же время теперь не хожу.
Придется пока ходить в мастерскую разными путями и возвращаться тоже каждый раз по новой дороге.
Где же меня могут поджидать? Где-нибудь на подходах к мастерской, пожалуй. Но и так везде могут. По спине пробежал холодок, ощущение наведенного арбалета и болта, пробивающего живот, надолго прописалось в голове. Постоял с Ятошем, попросив его особенно присмотреться, если Рыжие снова появятся.
– Не пугай их, только посмотри, где они спрячутся. Кажется, это по мою душу
Ятош прямо помолодел, блеск появился в глазах. Породу не вытравишь из Охотника, всегда готов в бой.
– Не переживай, все сделаю. Не люблю этот народ, сам понимаешь.
–– Их все не любят, уродов Рыжих!
Трон тем временем уже переоделся в рабочее и пропал с Крипом в мастерской.
Думаю, без меня все решили. В найме на работу Крипу виднее, кого брать и за сколько. Да и сосед не продешевит, мужик тертый, по жизни все повидал.
Ладно, мне в Ратушу пора. Но пошел туда другой дорогой, мимо Речных ворот. На всякий случай.
Старшины не видно, зато знакомый стражник дежурит. Увидел меня и мой вопрошающий взгляд, отрицательно покачал головой. Даже печально, серебро мое не будет звенеть в его кармане пока. Значит, купцы еще не вернулись, и Редкен при них где-то служит.
Дай бог, вообще нескоро вернутся, хотя это вряд ли. Астор – основной торговый партнер Астрии, со степью у южан торговать не получается. Других вариантов у купцов нет пока, только в Астор продукты возить и товары в Астрию на обратном пути, с хорошей прибылью катаются между нашими странами.
В Ратуше насел на Прима сразу. Он-то при виде меня скривился, как будто перца пожевал. Я не подал виду, с энтузиазмом продолжил продавливать мои списки. Ведь я уже понял, что все решает именно этот неприметный чиновник, секретарь второго ранга Прим. Тильс еще совсем не в авторитете, Бромсу некогда или просто лень вникать во все списки подробно, получается, все от этого винтика в администрации Ратуши и зависит. Мне придется с ним плотно пообщаться, сначала продавить повышенное снабжение Гильдии, важен самый первый раз, потом по накатанной дороге гораздо проще окажется их утверждать.
Видно, что очень хочется Приму меня послать подальше, к тому же Тильсу хотя бы. Но он не уверен, имеет ли такое право по отношению к представителю полномочного силового подразделения. Поэтому и терпит меня стоически. Впрочем, в этот раз все шло быстрее – видно, что донес я до его сознания, что все плюшки и ништяки сверху для родной Гильдии отстою, не получится меня обдурить на голубом глазу.
Положено – позвольте выдать! А нам – получить!
Тем более, общаюсь с секретарем я очень вежливо, не перебиваю с возмущением, но все помню и ни в чем не уступаю. Если привезу такой обоз в Сторожку, как приготовил, Старшие меня на руках качать будут. Они-то и не подозревают, что столько полезных и вкусных вещей мимо их носа проплывает, и мимо ртов всех Охотников.
Все же, централизованное снабжение – это дорогого стоит, тем более, что в богатом торговом городе.
Глава 5
Из Ратуши я сразу зашел к парням в трактир к Мортенсу, однако на месте Охотников не оказалось, гуляют, наверно, со своими женщинами. Попросил передать, что заходил Ольг, спрашивал Кроса и Драгера. Буду ждать их в «Лисе и Журавле».
Домой заходить не стал, сразу дошел до Журавля, опять обед в номер и пару пива. Если будут спрашивать, то я в четырнадцатом номере жду гостей.
Занял пост, наблюдаю и ничего особо интересного не вижу, обычная бытовая деятельность перед глазами.
Шарятся немного по двору, выливают горшки, стирают и сушат белье. Одна Рыжая в сопровождении двух Рыжих сходила на рынок, вернулась через часок с парой набитых корзин. Что примечательно, корзины тащила сама, мужской помощи не потребовалось, или у этих нелюдей так положено. Я отлично перекусил и жду, попивая уже третью кружку пива, время тянется неспешно, моя нервотрепка в голове понемногу успокаивается, меня отпускает, я хочу лечь на кровать и поспать всласть. С трудом борюсь с собой, понимая, что могу проспать что-то важное.
А важно для моего выживания здесь все, любая мелочь.
Наконец, к четырем часам началось оживление на дворе, один молодой Рыжий убежал куда-то. Потом, через полчаса, почти бегом вернулись четверо рабочих и двое торгашей из лавки.
А вот убежавший обратно не вернулся, что весьма интересно.
– Где же это он спрятался? Наверняка, около мастерской меня ждет.
Потом стало еще интереснее. Три пары Рыжих разбежались в разные стороны, у двоих я заподозрил наличие арбалетов, судя по раздутым мешкам.
Удачно, что на второй день наблюдения я уже столько увидел. Еще более удачно, что я наблюдаю суматоху, которая направлена против меня, сто процентов именно против моей личности. Три пары засадников и наблюдатель.
Есть, о чем подумать, пока пиво не закончилось. Получается, мне лучше из номера сегодня и не выходить, целее буду. Все же, где меня ждут?
Пара у дома, где-нибудь на подходах. Пара около мастерской или лавки Корна.
Где еще двое? Может, по улицам патрулируют, может, у Мортенса ждут.
Скорее всего, около «Лисы» гуляют, Грита здесь работает, я к ней прихожу. Да, скорее всего, рядом крутятся.
Где тогда два арбалета?
Один около мастерской, второй, пожалуй, здесь. Место людное, близко не станут подходить, это сто процентов. Около дома на холодное оружие могут рассчитывать, там не так людно, как здесь.
Но это только мои предположения. Логику Рыжих я могу и не понимать до конца, да и наверняка не понимаю. Скоро стемнеет, из Лисы я смогу выйти незаметно. Рыжие в открытую рядом ждать меня не могут, в глаза сильно бросаются. Каждый прохожий их сразу узнает, а известно всему городу, что они или в усадьбе сидят или пиво в «Лисе» пьют иногда, и так просто по улицам вечером никогда не гуляют.
Каждый прохожий эту братию опознает и запомнит, в неположенном для них месте стоят, да еще и ждут чего-то.
Ладно, совсем стемнело. Правда, сегодня эти уроды даже фонарь над воротами повесили, в ожидании большой движухи жизнь себе облегчили. Но освещает он только место перед воротами.
Можно, конечно, дождаться, когда они все домой вернутся, если совсем о здоровье беспокоиться. Но сидя в засаде, даже видя все движения врагов, войны мне не выиграть. Требуется хоть один физический удар нанести, спугнуть Рыжих и завтра в местный налоговый отдел лыжи навострить, с заявлением о подозрении на нарушение таможенных и мытных правил.
«Если кто-то, кое-где у нас порой…»
Хотя, в своей усадьбе они могут все надежно спрятать. Да и по моему единоличному заявлению вряд ли пойдут честных, хоть и очень противных нелюдей обыскивать. Придется их прихватывать, когда они спрятанное достанут и в тот же Талак повезут.
Это стопроцентный вариант! Только для него требуется испугать местных Рыжих не по-детски.
Что же я могу противопоставить этим уродам, если встречусь с ними в темном месте? Пара козырей у меня есть.
Первое, в номере лежит качественная кольчуга. Вряд ли в меня будут стрелять бронебойным болтом, наверняка обычным или срезнем. Против ножа или кинжала тоже выстоит, хотя противники гораздо сильнее обычного человека, но не сильнее меня. Физически не сильнее, однако во владении всякими смертоубийственными штуками явно превосходят пришельца.
Есть и второй козырь, который на людях применять очень не рекомендуется, но в темном углу можно, если только кое-где, иногда, порой…
На три-четыре удара маны у меня хватит или на пару очень сильных, таких, что с ног долой улетит любой противник.
В таком разе придется кончать всех свидетелей, надеюсь, в таких будут числиться только Рыжие уроды. И сразу смываться с места применения магии на всякий случай. Правда, чтобы в Асторе кто-то мог заметить использование магии, я о таком не слышал. И не должен слышать и знать.
Но мало ли, какие умения есть у отдельных людей. И нелюдей.
Голову мне закрыть нечем, это печально, да и в шлеме я буду выглядеть нелепо, привлекать ненужное внимание.
Спустился по лестнице на полпролета лестницы и увидел, совсем не удивившись, того самого Рыжего, сидящего у стойки за маленьким столом, который на четверых. Перед ним стоит сиротливо одна кружка, зато место расчетливо выбрано, он видит всех входящих. На него косятся посетители и даже обслуга, но он не обращает внимания ни на кого.
Понятно, он тут на задании, будет сидеть, пока не сменят урода свои же.
Да, очень серьезно за меня взялись, расставили наблюдателей во всех местах. Могу спуститься и сесть рядом, тогда Рыжие все у трактира соберутся, а мне это ни к чему. То, что я снимаю номер с видом на усадьбу, Рыжим знать до самого конца не требуется.
Впрочем, сидеть тут до ночи с пивом всяко лучше, чем торчать на улице, прячась в тенях подворотни.
Однако возник вопрос, как выйти незаметно и для него, и для пары Рыжих, вероятно, контролирующих вход. Я поднялся на свой чердак и дождался девку из прислуги, которую душевно попросил вывести меня через черный ход. Мужчину самой Гриты, конечно, вывели без вопросов. Девка позвала того взрослого мужика из охраны, он открыл дверь и выпустил меня в едва освещенный двор. Выход из него находится в полной темноте, я сразу повернул в обратную от своего дома сторону и двинулся по темной улице.
Сердце колотится, в каждом темном пятне мне чудится Рыжий с топором. Понемногу я вышел к Рыбным воротам, там, по неплохо освещенным улицам, добрался до своего дома и затаился в той самой нише, нырнув в нее, как в омут, готовый бить не глядя. В ней никого не оказалось, как я и думал. Ждут меня с другой стороны, как пить дать. Помня, что разглядеть в нише кого-нибудь у меня не получалось, я надеюсь, что и меня не видно возможным наблюдателям.
Кто знает, какие умения найдутся у Северян, напрямую общавшихся всю жизнь с могучими Магами? Что-то есть, наверняка.
Стоя в тени, я слушаю пространство перед воротами, но никаких эмоций не могу уловить. Никто, вроде, меня не ждет, сжимая кинжал или топор в руке.
Очень захотелось просто зайти в ворота, спрятаться от неумолимых и сильных врагов, усилием воли я заставил себя, тихонько крадучись, пройти в тени от ворот и двинуться дальше.
Сейчас я знаю, что меня ждут, завтра будет то же самое, но страх ослабит меня. Жить, зная, что в любой момент тебя могут убить – достаточно тяжело. И вредно для психики нормального человека, не болеющего комплексом Нагибатора или Великого Пластилина.
Дойдя до следующего угла, я опять остановился и подождал, пока эмоции врагов выдадут их, я-то сейчас никуда не тороплюсь. Опять никого.
Идем дальше. Примерно десять минут я крался по темным улицам и переулкам, пока не услышал шум, доносящийся от трактира. До него оставалось метров сто пройти, когда сторожок в голове выдал мне результат. В переулке, слева от улицы меня ждут. Я почувствовал недовольство, злобу и решительность закончить тоскливое ожидание хорошим ударом.
По моей голове, наверняка. Рыжие даже переговариваются, уверенные в том, что их никто не слышит.
Привыкнув давно к темноте, я хорошо различаю два сливающихся пятна за углом. Рыжие чешутся, рыгают, пердят и не беспокоятся о том, что звуки разнесутся далеко, на место засады выходит тупиковая часть дома без окон.
Правильное место выбрали для засады, заранее присмотрели, уроды.
Пришлось рискнуть и подобраться поближе. Двое Северян даже начали перекусывать, хрустя луковицами и жуя хлеб. Трактир хорошо виден, крыльцо освещено двумя фонарями, они спрятались в тени, и со стороны их трудно заметить, чего им бояться. Стоят себе и стоят, захотелось прогуляться ночью, и все.
И тут, через окна «Лисы» с раскрытыми ставнями до меня донесся голос Гриты. Она начала концерт и даже охрана, стоявшая перед входом, поспешила зайти внутрь.
Красивая людская мелодия вызвала недовольство у Рыжих, активно начавших материться на такое проявление человеческой культуры.
Я пока достал из мешка пару припасенных по дороге камней, каждый весом по килограмму и еще шагнул поближе, замахиваясь со всей дури. На это движение крайний из Рыжих среагировал и начал поворачиваться ко мне. Камень хорошо попал ему по голове и сбил с ног. Второй Северянин успел отскочить в сторону, камень гулко ударился о стену.
Противник исчез в темноте, и я, не зная, что делать дальше, достал свой кинжал, выставив его перед собой, после чего замер, прислушиваясь. Слышно, как матерится получивший по голове, он уже встал и идет ко мне. Я отступил еще дальше и, оглянувшись, метнулся к следующему переулку. До него оказалось метров пять, и я уже поворачивал, как правый бок обожгло, а сильный удар по ребрам чуть не бросил меня на колени. Тяжелый нож отскочил от кольчуги и запрыгал на камнях мостовой. Преодолевая боль, пришлось стиснуть зубы, держась за бок, я выглянул за угол и увидел совсем рядом Рыжего, приседающего за своим лежащим ножом.
В этот момент я почувствовал себя домашним котенком, бросившим вызов паре матерых уличных собак.
Северянин нащупал свой нож и, насмешливо глядя на меня, начал подниматься на ноги.
В этот момент я кинул руку вперед, сильный магический удар прямо в лицо стер усмешку с лица Рыжего. Голова отлетела назад и из сидячего положения он всем телом приложился о камни. Мне послышался хруст, но точно назвать этот звук я бы не смог. Он лежит передо мной и только ноги дрожат, постепенно затихая. На автомате я присел и подобрал выпавший из руки нож, сам не знаю, зачем.
– А где же второй? – обожгла меня паническая мысль!
Я одним прыжком перепрыгнул через лежащего Северянина и развернулся.
Нет, сзади никого! А то уже показалось…
И тут я услышал, как тяжело дышит второй Рыжий, подковки его сапог позвякивают по мостовой. Он бежит со стороны моего дома, почему именно оттуда, я не смог сразу понять. И приближается к перекрестку, за которым стою я и лежит тело его соплеменника. Я на инстинктах спрятался в тени дома, не собираясь больше играть в героя. Разницу в наших боевых возможностях мне уже объяснили весьма конкретно.
Через пять секунд, когда мое сердце выдало десять ударов, из-за угла вылетел Северянин. В рассеянном свете, падавшем из окна сверху, он оказался молодым парнем. Рыжий сразу понял, кто лежит перед ним на камнях и негромко взвыл, опускаясь на колени и откладывая заряженный арбалет. Он трогает тело соплеменника и несвязно что-то бормочет, будто пытаясь оживить того. Потом нагнулся совсем, почти лег на мертвеца и начал подвывать.
Что-то из положенного у этих уродов действия при виде убитого сородича…
Что произойдет дальше, я не стал ждать, нашумели мы уже здесь изрядно и мне пора уносить ноги. С двух метров я не сильно, но точно, ударил маной по затылку Рыжего, он влип лицом в мостовую и вырубился, но почти сразу очнулся и поднял от камней немного лицо.
Мне хватило этой пары секунд, чтобы подскочить и вонзить в шею врага нож его товарища. Ровно посередине, я даже почувствовал, как лезвие что-то перерубило по ходу движения. Подхватив арбалет с мостовой и, сливаясь с тенями, я рванул к своему дому.
На сегодня хватит волнительных приключений.
Глава 6
Перед нашей улицей я остановился. Пора успокоиться, отдышаться, привести себя в порядок.
Арбалет я продолжаю сжимать в руке, он такой же точно, как и тот, что стоит на столе в мастерской – насколько я могу рассмотреть при слабеньком свете из окна на первом этаже. Снял болт с ложа, спустил тетиву. Убрал все трофеи в мешок, поднатужившись, стащил кольчугу, и она так же отправилась к остальному добру.
Придется пройти мимо соседей, оставить мешок в комнате и осмотреться перед зеркалом. Особенно нужно одежду проверить, могли попасть на нее капли крови во время удара кинжалом. Как она там в темноте брызгала из шеи Рыжего, я, конечно, не видел.
Еще сильно ноет бок, гематома будет большая, может и ребро треснуло. Удар тяжелым, боевым ножом пришелся ровно в центр бока и наглядно мне показал, кто здесь настоящий хозяин темной улицы.
Если бы не кольчуга, остался бы я лежать на мостовой, с дырой в боку и перерезанным горлом от уха до уха. Так, по слухам, Северяне отмечают победу в схватке и рекламируют свою свершившуюся месть.
Все, я отдышался, пора в безопасное место перебраться. Рыжих на улицах еще много осталось, все активно меня ищут до сих пор.
Во дворе мне обрадовались, сразу позвали за стол. Кто-то из обеспеченных соседей отмечает именины, виднеется пару бутылок ресы и солидный бочонок с пивом, немного освещенные несколькими свечами и одной лампой. Со всего дома набрали освещение. Лица соседей то появляются в круге света, то снова пропадают в темноте.
Подчеркнуто неторопливо я подошел к столу, остановился и поздоровался. Постоял немного, как бы подумал и ответил, что схожу в туалет и вернусь. Так же не спеша поднялся в комнату, поприветствовал хозяев, разговаривающих на кухне. Трон сразу оживился и предложил выпить по поводу своего первого рабочего дня в хорошем месте у классного хозяина Крипа. Попросил его подождать немного и, войдя в комнату, зажег свечу, только сейчас заметив, что пальцы все еще дрожат. Осмотрел, как смог, верхнюю одежду, даже снял все с себя на всякий случай.
На боку хороший такой надрыв кожи, с ладонь длиной. Получается, нож мне почти плашмя прилетел, не острием.
Если бы острием вошел, тогда бы точно ребро сломал или даже пару.
Как Северянин смог так бросить его, в полной темноте по смазанному пятну? Я же заворачивал за угол, несясь на всем ходу.
Наверняка, видят в темноте гораздо лучше людей или зрение магически прокачано.
Стоя перед зеркалом, я тяжко вздохнул, понимая теперь отчетливо, в какую смертельную авантюру так легкомысленно ввязался. Спасли меня только кольчуга и магические удары. Хотя, я и так только на них рассчитывал, без таких козырей я остался бы мирно спать в своем номере в «Лисе».
Только, нож мог и в голову прилететь, и в мою ногу. Хотя, конечно, попасть именно туда в темноте посложнее будет, наверняка Рыжий по смазанному силуэту кидал. И ведь попал, урода кусок, теперь – совсем-совсем мертвый.
Я зашел на кухню и забрал хозяина с собой веселиться на улицу. Все же один он побаивается с женой спорить, ждет поддержки у меня. Клоя тоже собралась и вышла за нами, подсела в женский угол.
Налили по штрафной, потом еще по одной, как опоздавшим.
И только сейчас я почувствовал, как успокаивается кровь, выходит из нее адреналин, дыхание становится расслабленным. Это так прекрасно – сидеть среди хороших людей, а не биться насмерть на темных улицах, рискуя намотать свои кишки на какой-нибудь острый предмет, чтобы долго и мучительно умирать после этого.
Потом сидел, слушал рассказы и байки, особенно веселил всех Трон, знавший по роду деятельности много забавных историй про дорогу и рудники. Про рудники истории оказались мрачноватыми, но народ слушает с восхищением. Было высказано мнение от имени всех жильцов – очень здорово получается, что такой незаурядный рассказчик теперь будет проживать постоянно в городе, перестанет пропадать, демон знает где, и будет веселить народ. Трон, в свою очередь, нахваливает меня, как нашедшего ему работу за пару минут, очень ему понравившуюся. Можно сказать, по профилю.
Народ пьет пиво, я – ресу. Так здорово сидеть среди хороших людей, слушать новости и разные байки, что я не заметил, как время прошло, охрана трактира привела Гриту после выступления. Милая не собиралась оставаться с народом, но заметила меня и подсела рядом. Место ей сразу уступили поближе ко мне. Я чувствую ее теплое бедро, ощущаю вкусный запах молодой женщины, глаза ее смотрят внимательно на мое лицо.
Это так круто, чтобы после смертельной схватки сидеть за столом, чувствовать рядом свою женщину и радоваться жизни.
За такие ощущения счастья я не остановлюсь ни перед чем, разберусь со всей бандой Рыжих, сделаю все, что можно и нельзя, чтобы так дальше и сидеть под деревьями, попивая ресу, и чувствовать себя при этом заново родившимся.
Утром я проснулся пораньше, Грита еще посапывает рядышком. Потянулся в сладкой истоме и решил вставать, не дожидаясь завтрака.
Мне снова пора на свой наблюдательный пост. Информация, полученная вчера, по-настоящему спасла мне жизнь. Приди я вечером на выступление Гриты, получил бы болт меж ребер еще на крыльце, освещенном парой фонарей. Там я стал бы отличной мишенью для ждавших меня Северных уродов. Или вышел бы из трактира прямо к ним в лапы, ничего не подозревая.
Может, моя способность и предупредила бы меня о засаде, но с летящим из темноты болтом она бы точно никак мне не помогла. Пришлось бы принять кусок острого железа в свое тело и долго помирать в муках.
А, если бы не предупредила, получил бы по голове тупым предметом. И очнулся бы, прикованный где-то в подвале усадьбы Рыжих, чтобы как следует помучиться перед смертью.
Это, конечно, не обязательный конец. Кое-какие способности у меня есть, им понятные, наверняка. Может, и получилось бы договориться, если они еще и на Магов работают.
А если уже нет? Тогда очень печально. Или забудут про это старую привязанность на одну ночь, чтобы повеселиться как любят. Впрочем, умелые уроды могут на пару месяцев удовольствие для себя растянуть.
Поэтому главное для меня – разведка и информация. Тем более, придется с места жительства пока исчезнуть.
Вдруг Стража меня как-то с ночной бойней свяжет. Или сами Рыжие сдадут, кого поджидали теперь уже мертвецы. Но не должны, они сами будут разбираться, такие они уж уроды и никого впутывать не станут в свои дела.
Конечно, пробитый затылок первого покойника – вопрос понятный. Можно дубинкой так пробить, тем более сзади. Только не деревянной, а железной палицей. Дерево на такое не способно.
Со вторым вопросов не возникнет, тоже удар ножом сзади. Рыжие свой нож опознают, скорее всего, но сообщать Страже не будут точно. Пора на суматоху в усадьбе полюбоваться, не скрою, это очень приятное зрелище для меня.
Как там Рыжие своих павших хоронят? Сжигают, как я слышал. Конечно, в усадьбе я это вряд ли увижу. Куда-нибудь за город повезут, значит, подводы нанимать будут.
Осторожно высвободил руку из-под головы девушки, Грита недовольно заерзала и повернулась на другой бок, пихнув меня напоследок ногой в живот. Стойкая девушка, постоянно борется за место на матрасе, пора все же кровать заказывать.
Оделся и направился к трактиру. Проходя мимо места схватки, скосил глаза по сторонам. Тела, конечно, уже убрали, но потеки крови еще не замыли. Народ побежал с утра на работу и в Стражу сообщил про валяющиеся в закоулке тела.
Как считается, преступника тянет на место преступления. Однако мне совсем не хочется там оставаться, даже не притормозил и не оглянулся ни разу.
Дело сделано, пора двигаться дальше по жизни. К чему оно меня приведет, не знаю. Но горжусь, что показал уродам, где раки зимуют.
Странно, что раков я здесь еще не видел. Не употребляют местные такой продукт, можно заработать на этом, представить, как крутой деликатес не для всех. Или я чего-то не знаю про взаимоотношения с этими членистоногими у местных.
В трактире мне удивились, что я здесь не ночую, но хожу сюда, как на работу. Постояльцы спускаются на завтрак, зал уже хорошо заполнен народом. Заказал еду в номер и пару пива, естественно. Пора отпраздновать победу, хоть и тактическую, однако, очень значимую для меня и моей жизни. Надеюсь, собьются уроды с темы моей неминуемой смерти, придется им начать шевелиться во всех направлениях, пытаться понять, кто прихлопнул часть банды.
В номере ничего не изменилось, и я приступил к наблюдению. Теперь во дворе усадьбы стоят две подводы со скорбным грузом, вокруг которых толпятся все Рыжие. Провожать до места сожжения могут не все, поэтому сейчас некоторые из Рыжих прощаются со своими покойниками. Быстро они нашли транспорт и получили своих покойников!
Впрочем, кому они особо так нужны, чтобы тащить тела в Сторожку и там вскрытие делать?
Причина смерти на самом видном месте, поэтому Стража только зафиксировала трупы и все.
Тьфу! Чего-то я туплю серьезно! Тела сами Рыжие и нашли, они-то в курсе, где кто кого поджидал. Стража могла даже никого не видеть, если ночью сами уроды прошлись по подготовленным местам засады с новыми указаниями.
Типа, трактир уже закрыт, снимает наблюдение до следующей ночи. Этот человечек оказался слишком труслив, чтобы выйти на улицу.
Ага, что они теперь скажут, когда нашли перебитую засаду? Что человечек совсем не простая жертва?
Старый Северянин с крыльца толкнул речь перед собравшимися во дворе Рыжими. Наверняка обещает страшную месть и сплошное кровопролитие врагам нации, особенно вашему покорному слуге. В этом случае, это буквальный оборот речи, очень не люблю я таких нелюдей.
Собралось во дворе четырнадцать Рыжих, четыре женского пола и десять мужского.
В разгар церемонии к воротам подъехали на подводе с десяток стражников и в калитку постучали, судя по реакции Рыжей братии. Бабы убежали внутрь дома, остальные сгрудились около подвод. Самый главный вышел за ворота через калитку, которую за ним сразу же закрыли и пара Северян приникли к щелям в воротах и окошку.
Недолгий разговор и стороны расстались, крайне недовольные друг другом. Главный из стражников просто плюнул на ворота. Рыжий сделал то же самое, только словами, судя по реакции остальных стражников.
Расследование двух смертей Стражей явно застопорилось из-за сильного нежелания нелюдей вмешивать в это дело служивых людей города. Это я наглядно понял и немного повеселел, понимая, что Стража меня искать точно не станет.
Жаль, нельзя услышать, о чем говорят мои враги. Хотя между собой они стараются говорить на своем тарабарском языке, очень отличающемся от черноземельского, так что толку для меня не будет никакого.
После этого ничего не происходило часа два. Я успел все обдумать и пришел к выводу, что теперь засады на меня на время прекратятся. Непонятная смерть двоих бойцов должна очень насторожить Главу Рыжих и все семейство уродов.
Я, конечно, не знаю, что им известно обо мне, скорее всего, почти все, за деньги можно многое узнать. Они знают, что я не считаюсь бойцом на холодном оружии, хотя хорош в бою на кулаках. Поэтому меня вряд ли будет подозревать в убийствах серьезных соперников этой ночью. Но они должны знать, что те же Драгер и Крос со мной часто мелькают рядом. А они – крутые Охотники, вполне могут в темноте разобраться с парой не ожидавших нападения Рыжих.
Неважно, заманил ли я в засаду их бойцов или Охотники с ними сами разобрались. Важно, что я не один, оказывается, есть своя банда или команда, дело не такое простое получается, как казалось со стороны.
Просто прибить ничего не подозревающего человечка.
Наверняка, Старшие Рыжих возьмут паузу и займутся наблюдением, чтобы в следующий раз ударить без ошибки. Судя по небольшой численности народа в усадьбе, основном гнезде рода, Рыжих не больше трех-четырех десятков выжило во время Беды. Может, на самом Севере кто и остался из народа, но судя по тому, что эти остатки пытаются наладить жизнь среди людей, шансов на это немного.
Через некоторое время двое Рыжих остались во дворе и закрыли ворота за процессией из двух подвод. Закрыли и сразу заперлись в доме. Восемь же Рыжих и четыре женщины, окружив подводы, медленным, печальным шагом отправились провожать в последний путь своих мертвецов, понемногу исчезнув за поворотом.
Не знаю, сожгут они своих на купленном у лесорубов дереве или сами доберутся до леса, часов на шесть я точно в безопасности. Да явно больше, теперь они только к вечеру заявятся в усадьбу. Не будут же они сразу за воротами сжигать своих, дело это весьма интимное, должны уехать сильно подальше от ненавистных людишек.
Успею и в Ратушу, и в мастерскую. Арбалет пора пристроить к парням, взамен того, который в мастерской. Им такая машинка нужна, да и я должен принести, раз забрал. Может, общее дело все же поможет и мне.
Придется придумать, что им говорить, если спросят, как я справился с двумя Рыжими, опасными для меня бойцами. Лучше просто уверять, что не имею к этим смертям никакого отношения, ну вот совсем не имею.
Куда мне на такое рассчитывать?
Черт, арбалет лучше старый принести, Драгер сразу поймет, что это другой. Вопросы, опять же, возникнут по этому поводу, и парни обо всем легко догадаются. Хорошо я все же уже подорвал стрелковый потенциал Рыжих бандитов, уже второй арбалет попал ко мне в руки в качестве трофея.
Поэтому я и пошел сначала в мастерскую, там дождался, пока Крип соберет арбалет и забрал его, оставив им новый. Водер выковал пару дуг из стали, парни теперь думают, как соединить их с ложем попроще и надежнее.
Ну, это-то я им могу подсказать, видел устройство такого арбалета на картинках.
Хлопот, в общем, много с таким делом, но, оно того явно стоит.
Подводу еще одну заказали, требуется выдать ее всего за три дня. Трон уже на месте, усердно работает и теперь просто необходим мастерской, как опытнейший эксплуатационник производимой техники. Он досконально знает слабые места в конструкции и с ходу начал сыпать рацпредложениями. Крип находится в полном восторге от такой прибавки в опытных мастерах, сразу же положил ему полтора тайлера платы уже вечером первого дня. Трон тоже остался доволен коллективом и сразу, еще вчера вечером, прожужжал мне все уши про таких классных парней во главе с Крипом.
Удачно получилось, ничего не скажешь, с моим соседом. Очень помог я мастерской, заменил себя с запасом.
Только следует понимать, что с Рыжими мне очень повезло, зря я к ним почти открыто полез. Даже увесистый камень не смог вывести надолго из строя основного бойца, который послал молодого Северянина с арбалетом по параллельной улице, чтобы отрезать мне путь к бегству.
Поэтому я и остался один на один, смог внезапно сбить его, когда он начал вставать и оказался в неустойчивом положении. Использовал очень сильный магический удар, смог расколоть череп о выступающий из мостовой камень. Только все равно чувствовал себя до этого момента беззащитным подростком против матерого бойца и убийцы.
Обязательно мне нужно поучиться работе с ножом у опытного инструктора. Или таскать копье с собой всегда.
Глава 7
В Ратуше меня уже не ждали, секретарь Прим только вернулся, переваривая обед, а тут такая засада. Я только поинтересовался, как идет согласование, много ли возражений имеется. И намекнул, что скоро появится мое начальство, сурово спросит с меня, почему списки снабжения еще не согласованы. Гильдия уже три недели, как находится на балансе славного города Астор, но не получила еще ни крошки съестного.
А я молчать не буду. Очень мягко так намекнул.
К парням тоже зашел, они как раз к обеду вернулись со своими благоверными шлюндрами. Ну, как-то слишком быстро лихие Охотники в реальных каблуков превратились. Только и делают, что по лавкам со своими женщинами ходят и за все платят, как им скажут и на что покажут. Прямо, как приличные подкаблучники со стажем.
Вот что значит отсутствие жизненного, семейного опыта и однобокое воспитание в мужском коллективе. Делают все, что им скажут с интонацией приказа. Шустрые девки уже наверняка раскусили, как легко управлять своими мужиками. Говори с приказной интонацией и не понимающие смысла денег, ничего не соображающие в семейной жизни мужики достают из кошеля все золото. Слишком легко полученное от меня.
Да еще такой спонсор, как я, парней на раз испортил. Три дня назад на коленях стояли, образно говоря, умоляя о помощи, а сейчас лениво так слова цедят, как большое одолжение мне делают.
Ох, облажался я с деньгами. Дал бы по золотому каждому и все, до сих пор бы руки целовали и в глаза Крос заглядывал бы.
Да и что делать самим на гражданке, еще не понимают, дел нет никаких, кроме как есть, пить, ходить по лавкам и получать благодарность от хитрых девок. За благодарностью у таких профессионалок дело не станет, покажут небо в алмазах с кулак, качественно и с гарантией.
Выдал Драгеру арбалет с болтами, все честь по чести. Отреагировал Охотник вяло, как что-то несущественное получил, а ведь еще пару дней назад от восторга чуть не помер, заполучив такую машинку в руки. Долго сидеть не стал, откланялся и в путь, что-то бесят меня мои товарищи.
Путь лежит опять до «Лисы и Журавля». Там все, как всегда, обед и наблюдение. Страшно потянуло в сон, последние ночи спал плохо и много нервничал. Прилег и отрубился, как в яму упал.
Проснулся, уже стемнело. Все же смог разглядеть на дворе усадьбы одну подводу и лошадку рядом с копнушкой сена.
Интересные дела, одну лошадь вернули хозяевам, одну себе оставили. На завтра-послезавтра, наверное, грузовые дела назначены, с большой долей вероятности повезут что-нибудь ценное.
Предчувствие большой удачи охватило меня, мне теперь пост покидать нельзя никак.
Хотя, с другой стороны, чего я суечусь сейчас. Вечером и порт закрыт, и выезд из города.
Если завтра утром только начнут грузить подводу или соберутся выезжать со двора.
Конечно, могут и по городу что-то перевезти или в усадьбу доставить. Все может быть.
Буду надеяться, что увижу знакомые до боли бочки. Тогда точно пора окажется Стражу поднимать.
Но тут пришлось задуматься всерьез, такие дела с кондачка, только наудачу, не делаются.
Кстати, как бы холостой выстрел не случился. Не захочет Стража с Рыжими зацепляться и что тогда?
Там ведь реальными смертями пахнуть будет. Или попадется в начальстве человек проплаченный, даст команду Рыжих не трогать. Да эти черти и на глазах могут денег сунуть, долю малую, и оставят их служивые в покое.
И получится пшик! И сам засвечусь, и Рыжие на свободе останутся. И денег тогда не срубить за донос относительно легко.
Лучше подготовку операции заранее начинать, чтобы люди проверенные рядом стояли, чтобы знали, что деньгами реальными пахнет. Знали, за что рискуют жизнью и здоровьем.
Кого я могу к такой непростой операции привлечь?
Первых – это Драгера с Кросом. Хотя, чего это я. Они больше не члены Гильдии, будут на вознаграждение наравне со мной претендовать, как гражданские. Да и вести себя стали больно покровительственно и заносчиво. Нужно их как-то между делом привлечь, чтобы не светились рядом со мной в Ратуше во время подачи своего обоснованного подозрения.
Получается, требуется кого-то из силовых структур использовать. Можно и из Гильдии позвать, поделиться потом с организацией и начальством долей немалой. Можно, но все служат сейчас в Сторожке, быстро Охотников не дозовешься. Трудный вариант, почти невозможный.
Из Гвардии никого не знаю, да и не совсем им по теме это дело сейчас, обозы шмонать в мирное время. Если во время войны, да еще у подозрительного народца – это другое дело, а так, вряд ли возьмутся.
Остается Стража, там я знаю только парней с Речных ворот со старшиной Броном во главе. Он похож на серьезного мужика, с таким можно договориться на реальных условиях.
Можно и через Ратушу пойти, добежать до мытного отдела, когда увижу, что бочки грузят. Напишу подозрение и пойду с ними. Только в порту дежурят двое стражников с парой мытарей, такими силами Рыжих не взять. Они и корабль захватят и моряков заставят себя везти, куда захотят. Есть еще Стража на Портовых воротах, но и тех всего четверо вроде стоит.
Требуется не только контрабанду найти, хорошо бы и личное мужество проявить или чтобы это те же стражники подтвердили. За такое можно много плюшек пообещать. Да что плюшки, можно и половину полученного отдать. На это, думаю, Брон согласится. Так только небольшая премия ему светит – не очень сильный аргумент, чтобы жизнью рисковать.
Решил сразу старшину стражи поискать. Прямиком к Речным воротам отправился, но там не его смена оказалась. Пришлось попросить отвести к нему домой, посулив пол дана одному из стражников.
Это сработало и через пятнадцать минут старшина вышел на улицу. Живет он в неплохом доме, похожем на наш, тоже со столом и деревьями над ним. Узнав меня, он удивился и сказал, что все помнит про Редкена. И что я первый узнаю о его появлении. Я вручил монету стражнику и довольный тот быстро ушел.
– Поговорить бы надо, дело очень серьезное, но и деньги большие светят, – начал я.
– Если что не по закону, это не ко мне, – сразу расставил точки Брон.
Понятно, знакомы не так давно и дел серьезных не проворачивали вместе.
– Все по закону и ради него, – успокоил я старшину.
И я примерно обрисовал ему ситуацию. Сказал, что нарушители закона – Рыжие и они будут очень против обыска. Знает ли он, как создать ситуацию, чтобы во время обнаруженного нарушения мытных уложений в порту внезапно появилось побольше Стражи, готовой карать и рубить. Притом, что требуется собрать народ за полчаса.
Брон покачал головой, подумал и сказал свое мнение:
– Нет, ничего придумать не могу. Такие вещи только через начальство можно провести и согласований требуется всяких на много времени. За полчаса точно ничего не провернуть.
Естественно, я не стал говорить, что в бочках могут оказаться драгоценные камни. Сказал, что просто дорогой груз прячут. Откуда знаю – не могу рассказать. Поделюсь со своей премии, но сколько ее будет – не знаю.
Ну и Брон на такие сведения энтузиазмом не загорелся. Столько хлопот ради небольшой премии, да еще с Рыжими воевать – дураков нет.
– Не помогу, это через мое начальство если только. Где я стою и где порт?
Попрощался со старшиной и пошел к трактиру не спеша, надо все обдумать серьезно.
Патовая ситуация, никак с пользой очень интересные сведения не пристроить. Там, если только с мытным чиновником и парой стражников в порту – так умереть можно запросто. Стражу и Гильдию не так легко подключить, много времени требуется, а Рыжие завтра с утра могут намылиться в порт.
Вертел ситуацию и так и этак, не обойтись мне никак без приятелей моих зазнавшихся. Их легко поднять на прибыльное дело, они светится просто не будут, пока Рыжие бойню не начнут. Главное мне – дожить до того момента, как Драгер и Крос начнут стрелять. Драгер и один может всех положить из лука, Крос, хорошо, если разок выстрелит и будет меня с чиновником защищать от смерти неминуемой. Желательно чиновника оставить в живых, пусть и поврежденным, сам я опять кольчугу надену.
Да, других вариантов у меня просто нет.
Поэтому я свернул с маршрута и скоро вхожу к Мортенсу. Пара столов на ужин уже заняты гостями, печальные воспоминания о массовой резне понемногу уходят в прошлое, скоро середина лета и ярмарка с весельем.
Наших внизу не оказалось, и я поднялся в номера. Драгер открыл сразу, до Кроса так быстро достучаться не удалось. Через некоторое время мы собрались внизу, попивая пиво. После «Лисы» местное заходит не очень, хотя недавно я и ему радовался.
Хорошо, что парням не требуется долго все разъяснять. Драгер вообще идею понял сразу и сказал:
– Это, конечно, не так опасно, как дом с Рыжими штурмовать. Здесь мы все в белом, выступаем на стороне закона, защищаем служивых и мытаря от Рыжих бандитов. Тут не придерешься. Посчитаться с уродами за то серебро тоже хорошо, вот только потом проблемы начнутся, когда оставшиеся Рыжие узнают, кто их братьев пострелял.
– Что думаешь, Крос?
Приятель особо и не думает, одно то, что мы вместе можем получить до четверти от сокрытого, сразу потянуло его на подвиги. А то, что спрятаны в бочках драгоценные камни, он поверил сразу.
Мы подробно вспомнили и процесс погрузки, и выгрузку со всеми предосторожностями. И то, что меня приговорили к смерти за просто ругань, тоже не укладывается в голове. Только за то, что ненароком услышал стук камней в бочках – вот это можно было считать объяснением начатой вендетты.
– Слышал, ночью двух Рыжих убили? – спросил Драгер и внимательно поглядел мне в глаза.
– Слышал, где-то около Лисы их нашли, вроде, – помявшись для правдоподобности, ответил я.
– Как думаешь, чья работа? – так же внимательно продолжает Мастер.
– Не знаю, у таких уродов всегда много врагов, – на честном глазу ответил я, делая вид, что не понимаю, чего хочет от меня Охотник.
Драгер с Кросом переглянулись, но больше спрашивать меня о судьбе убитых Северян не стали.
– Сколько всего Рыжих в городе? – интересовало Мастера в следующую очередь.
– Могу точно ответить, десять мужского пола и четыре женского.
– Допустим, сопровождать подводу с бочками пойдут все мужики, кроме парочки Рыжих. Значит, восемь серьезных бойцов. Если еще и бронь наденут, то смогут долго продержаться против стрел. У меня против такой защиты всего четыре стрелы, – прикидывал Драгер.
– Еще арбалет есть, с ним два болта против брони, – напомнил Крос.
– Просто стреляй в голову, – предложил я, – когда такие стрелы закончатся.
В итоге парни подписались на дело. Рыжих, кто останется, в кутузку надолго отправят. Пары тех, кто в усадьбе сторожит, они не боятся, да и тех тоже арестуют без вопросов потом, если война в порту начнется.
Город после такого беспредела точно не оставит Рыжих здесь жизни радоваться, вышлет всех на хрен. В рудники, конечно.
Договорились, что я ночую в «Лисе» и рано утром парни подтянутся ко мне во всеоружии, чтобы самим посмотреть, как дела во дворе пойдут и как будут бочки грузить. Если их будут грузить.
В «Лисе» народу, как всегда, плотно, скоро осьмица – выходной. Охрана на входе уже к кинжалу не цепляется, теперь я как бы совсем свой.
Грита встретила меня вопросом, зачем я ей дешевый номер снял на чердаке. Пришлось объяснить, что по нашим делам и снял. Красотка ужинает и опять очень вкусно, но добрее от этого не становится и сразу тоже не успокоилась:
– Смотри, будешь девок таскать, я сразу узнаю.
Тут уже я немного выпал в осадок от такого заявления. Нервотрепка последних дней, ночная бойня, смерть, пролетевшая в сантиметрах, а тут такое предостережение. Ржу прямо, как лошадь, никак не могу успокоиться.
Грита уже ушла на сцену, а я все лежу на столе и плечи трясутся от хохота.
Глава 8
Хорошо вчера посидели в «Лисе и Журавле».
Грита оказалась в ударе, новую песню два раза исполнила. Народ требует еще и еще, хлопают ладонями по столам, не прекращая.
После концерта отправил ее одну с охраной домой. Ну, как отправил, она и без меня с ней домой возвращается. Сказал, что у меня дела, все те же, которые нерешенные. Спорить не стала, умнеет понемногу моя милая.
Я проснулся в новом месте, в короткой для меня кровати на чердаке «Лисы и Журавля». Потянулся и сразу подскочил к окну, выглядывая через ставни.
Не выезжает ли груженная бочками подвода со двора усадьбы?
Нет, тишина, лошадь доедает свое сено, распряженная пока. Подвода стоит пустая, погрузка не идет. Да и не стоит так беспокоиться, порт на погрузку-разгрузку товаров открывается не так рано. Тележный транспорт очень сильно грохочет окованными железом колесами по каменным мостовым, отцы города тоже любят поспать. И мудрым распоряжением запрещено будить горожан раньше восьми часов утра, то есть кататься подводам по центру.
Строго-настрого по любому поводу запрещено.
Поэтому все рыбные, по-настоящему неотложные дела стараются творить на территории Рыбного порта, под который отведено место справа от гавани. Ночной улов достают и перерабатывают, в основном, на берегу, где сушатся сети и рыба, построены небольшие цеха для засолки и копчения. Хозяйки покупают свежую рыбу прямо с лодок и из деревянных ящиков, выставленных на причал с внешней стороны гавани.
Мясо еще дороговато, поэтому рыба уходит на ура среди населения города, кормит все небогатые семьи.
Понятно, что Рыжие тоже будут стараться не привлекать лишнего внимания, скорее всего, поедут не к открытию порта, а к отходу корабля.
Умылся в ведре, потом спустился в туалет, все же будем втроем ждать в номере, может, и не один час. Заказал завтрак на троих приготовить и в номер доставить, первая я такая ранняя пташка сегодня.
Опять приник к окну, Рыжие тоже проснулись, женщины выносят горшки, тащат воду в дом из колодца. Из трубы пошел дымок, печь затопили, готовить еду начали. Завтракают коллективно нелюди наверняка, потом часовых подменяют.
Задумался первый раз о том, как живут Северяне в своем доме. Мужиков двенадцать человек раньше проживало. Женщин – четыре. Как они там управляются в половых вопросах, как женщин своих делят.
Тьфу, нелюди они ведь, редко дети у них рождаются.
После страшных событий Беды все просто радуются жизни и теплым лучам Ариала. Церковь только формируется, нескоро начнет посылать лишних людей в Крестовые походы. Как-то в этом мире несильно уповают на бога, больше на себя рассчитывают.
Может, после правления Магов такое спокойствие в этом вопросе? Они гонений не устраивали на богов, но и не приветствовали особо веру и религию, понимая, что это их естественные враги?
Интересно, как в других землях этого мира? Так же или, наоборот, сильна вера?
Совсем нет связей между частями континента, сильно непроходимые горы стоят на пути. Нескоро еще тоннели начнут пробивать через них, поэтому, пока все варятся в своем собственном супе.
Ну ладно, далеко меня унесло. Видел же карту, очень приблизительную, у Корна. Юг и вторая часть континента прописаны очень смутно, время великих географических открытий еще не пришло. Океан, пустыня, степи, Астрия, Черноземье, Северные земли, Последний Север с башнями Великих Магов – вот и все, что требуется пока мне знать.
Заскрипели доски под ногами на чердаке и в дверь постучали. Пришла подмога, открывай ворота.
Драгер и Крос оделись в обычную одежду пока, чтобы не насторожить Рыжих. Куртки гильдейские в мешках, ждут своего часа, как и у меня.
Когда начнется схватка, обязательно нужно, чтобы Стража или Гвардия, если успеет первой, видели, кто свои, а кто – не очень. Очень может так случиться, что некогда разбираться будет. А так все ясно: если с одной стороны Гильдия – это точно наши и хорошие, а значит, бить нужно обязательно других.
Это я уговорил парней использовать одежду Гильдии, сами они очень не хотели этого делать. По убеждениям своим, что, если ушел из родной организации, то пользоваться этим преимуществом нельзя.
– Вы просто случайно гуляете по порту. Да, со своим оружием, это не запрещено, если оно в чехлах находится. Увидели, что обстановка накаляется, нарушители готовы оказать сопротивление законным требованиям власти. Решили выступить на помощь, сразу оружие достали и приготовились использовать. Как защитники города и просто хорошие люди.
Одежду гильдейскую тоже носить отставникам запрета нет. Тем более, когда есть нешуточная возможность получить болт от дружественной структуры – Стражи или Гвардии. И вместо большого заработка поехать на кладбище, подальше от любимых девок. Я точно надену, я в ней и сообщать пойду в мытню, всяко будет больше доверия в Ратуше. Тем более, я снова в Гильдии работаю, просто пока без официального поста.
Долго пришлось все разъяснять и разжевывать парням, как нам придется действовать. Чтобы и денег получить, по возможности побольше, и риску огрести реально поменьше.
Все по пунктам разъяснил.
– Первое. Я прибегаю в Ратушу, несусь в отдел пошлин и налогов, кричу громко и долго: «Закон и Порядок».
Второе. Оформляю заявление. Получаю печать и с чиновником спешу в порт. Кого он там с собой прихватит – не знаю. Я, конечно, несколько раз повторю, что нарушители – те самые беспредельные Рыжие и народу требуется побольше собрать. Лучше, чтобы раза в два-три побольше, чем самих нарушителей. Но рассчитывать точно можно на пару стражников в порту и еще четверых на воротах. С этими силами Рыжих не победить без вас.
Третье. Если в бочках то, что мы думаем, Рыжие не дадутся себя обыскивать. Это наверняка. Захотят пробиться к шхуне, захватить ее и под страхом смерти заставить моряков вывести корабль из гавани. Что делать дальше – они думать не будут, это точно, им серьезнейшую проблему в порту сперва требуется решить.
Как только они достанут оружие, я постараюсь оттащить чиновника и прикрыть его. Для этого мне нужно копье подлиннее. Стража портовая пусть сама отбивается, как может и как обучена. Чиновник нужен живой и очень-очень благодарный за спасение, мне и вам, добрым молодцам. Вы в схватку не лезете, отстреливаете на расстоянии самых активных Северян. Желательно загнать их за подводу и дождаться подмоги. Драгер, на тебе первым делом арбалетчики. Гаси их сразу.
Если случится, что я ошибся, что вообще-то невозможно, Рыжие дадут досмотреть бочки и в драку не полезут, вы просто наблюдаете со стороны. Не геройствуете и не воюете. Мне хуже уже не будет, а вы не засветитесь тогда перед Рыжими.
На этом и договорились. Копье мне захватят, Кроса копье, чехол у него есть.
Теперь парни сами рассматривают двор усадьбы и негромко комментируют увиденное.
– Почему ты думаешь, что они сегодня-завтра хотят вывезти свое добро? – спрашивает меня Крос.
– Почему думаю? Лошадь с подводой видите? Она там не постоянно стоит. Значит, нужна для чего-то. Рыжие точно, конечно, не знают, услышал я что ненужное или не понял, что там стучало. Убрать меня решили на всякий случай, чтобы не разболтал ничего. Только вместо нетрудного дельца – у них уже пара покойников на руках образовалась. Значит, кто-то серьезный против них работает, опережает на пару шагов. Вот и захотят они свой груз обезопасить, отправить туда, где он и должен оказаться. В Талак. И нескольких бойцов для охраны отправят. Тогда в Гардии им удалось нас нанять за небольшую цену. Здесь они и сами справятся.
–– Вот что еще думаю. Камни они не в бочках хранят, есть в усадьбе у них тайники хорошие. Обыска они не боятся, наверняка. Посмотрим, сколько бочек повезут, если не все шесть, значит, часть камней в доме останется. Есть у меня такая способность – тайники находить. Если одного в каком месте оставить, чтобы никто не мешал совсем, за час-два я могу найти такое место, – с умыслом я рассказал парням, чтобы подумали на досуге.