Эта книга – старая киноплёнка воспоминаний мгновений прошлого, хранящих любовь, что нитью нежности пронизывает главы настоящего, отражается в воспоминаниях и устремляется с надеждой в будущее. Приглашаю вас ухватиться за эту ниточку и, быть может, узнать себя на этих страницах, в выражении того трепетно сокровенного, что вмещает в себя начало пути родительства. Пусть эти слова объединяют, обнимают и согревают нас в такие минуты невыразимого, сложного, но бесконечно ценного и значимого.
Книга о том, как проекции восприятия вещей проходят сквозь поколения, преодолевая время и пространство, если в них заложена любовь, и составляют фундамент той внутренней опоры, что мы проносим чрез жизнь.
Она собрала в себе очерки воспоминаний, очертания которых способны вернуть в детство и вдохновить на любовь дарить его другому.
От сердца к сердцу, из детства в детство.
Полина Крылова [email protected] @polly_wingsman
Благодарность
Хочу выразить благодарность моим Родителям. Тем, кого нежно могу называть Мама, Папа, Бабуля, Дед. В слове родитель гораздо больше смысла, чем может вместить в себя облик этих восьми букв. И смысл этот вне времени, поколений и кровного родства.
Спасибо моим Мамам, чей опыт жизни и большая нежная любовь по сей день красными нитями проходят через мою жизнь и сердце, имея отражение и в моём материнстве. Спасибо той, благодаря появлению и жизни которой эти нити соединились в нечто большее, описанное на этих страницах.
Спасибо моему мужу. Моему прекрасному мужу за силу его любви и веры. Спасибо, за то, что ты ценишь и так бережно хранишь во мне меня, со всеми ранами и счастьями, с детством и светом, не даёшь забыть и угаснуть.
Когда-то очень родной человек сказал мне: «Ты напишешь книгу. Я знаю точно. Потому что она должна быть и будет».
И вот. Она есть. Слава Богу за это.
Введение
Оказалось, что подходящее время приходит само и в самый, что ни на есть, смешно, но… подходящий момент. Его не нужно выскребать из суеты будней и откапывать под горой сожалений об упущенном, его главное не пропустить и принять с благодарным сердцем, с оглядкой на пережитые в своё время и место эпохи жизни. Эпохи. Трудно назвать «периодами» или даже «полосами жизни» то, что, на самом деле, не линейно, а намного шире и глубже картинки воспоминаний о моменте. Даже если эти кадры сохранили голоса любимых, запахи детства, всё это, в конечном счёте – порталы в океан безгранично переживаемого душой в те мгновения. Целые вселенные смыслов, которые кроются под, скажем, обычным долгим взглядом за усеянное дождевыми каплями окно, под звук этих маленьких барабанщиков по подоконнику, с зелёным запахом умытой свежей весенней листвы, и каждый из этих визуальных, аудиальных или же ароматических порталов запустил в сознании свою «киноплёнку» ценных глубоких ощущений и продолжает запись этого момента на «катушку» воспоминаний, словно любимый фильм на старой видеокассете. Вот и получается, что один временной отрезок в миг расширился и углубился своими ассоциациями настолько, что превратился в целую эпоху.
Люблю дороги, ведущие в эпоху детства:
Хохот брата за спиной. Вздымающийся песок полевой тропинки под ногами. Алый воздушный змей на синеве просторного неба. А в детстве небо по-особенному просторно, как бескрайни горизонты возможностей. Мы любили смотреть на малиновые горизонты летних закатов с этого поля. Я ясно помню это отсутствие границ. В мыслях, душе и будущем.
В итоге все мы возвращаемся в детство. В родные лапы ароматных елей, что выросли вместе с тобой, на чьих верхушках ты прятал самые высокие мечты, закидывал их туда, раскачиваясь на качелях всё выше и выше, голыми пятками касаясь неба.
Там находишь себя. Берёшь за руку и напоминаешь о том, что горизонт всё такой же бескрайний.
«Наши воспоминания – как дом, в который всегда можно вернуться».
Эльчин Сафарли
Что заложило фундамент тех дорог, которыми хочется возвращаться, и построило в душе то, куда эти пути приводят?
Оно же сберегло веру в то, что вы держите сейчас в руках, страницы чего, возможно, перелистываете. Оказалось, чтобы оно появилось, не нужно так ждать подходящее время, ведь оно само ждёт нас. И только тех нас, коими мы станем, пройдя все нужные эпохи. Меня, кажется, дождалось, в самый неожиданный и, как и всё самое прекрасное в нашем мире, такой неидеальный, и этим же идеальный момент. Символично последнюю страницу дописываю в день рождения дочери.
Появление дочки открыло для меня глубокую важность смыслов, что особо выделяла, берегла и несла с собой чрез жизнь словно пламя, которое нужно было сберечь. Несла ли я их, или они вели меня за собой, но этот путь привёл нас сюда. К тому, что пронизывает поколения, связывает их, вплетает одно в другое. К незримой крепнущей связи по нитям любви. Что говорить, любовь всегда ломала условности и вырывалась сквозь рамки пространства. И есть ли что-то сильнее и безусловнее, чем любовь матери к своему дитя? Посему многое на страницах этой книги обращено к ней. К моей дочери.
Моя милая, что станет для тебя опорой сердечной тишины в каждом из моментов жизни, какие истины поведут тебя по твоему пути, закладывается уже сейчас. Как бесконечно важен первый год жизни, каждая минута которого – некая проекция на всё дальнейшее: за один лишь день сейчас ты можешь узнать и освоить столько, сколько не уместишь и в год своей взрослой жизни, пускай она будет яркой, моя дорогая. А пока твой взгляд на мир и саму себя ты считываешь через мои глаза, лицо и улыбку… Удивительно… ведь мама есть проводник, того, к чему ты тропами детства будешь возвращаться вновь и вновь, словно в дом, который никому не отнять.
Да, первые месяцы нелегки, но сколь глубока их ценность в незримо крепнущей связи, что будет служить фундаментом чрез года, фундаментом отношения к миру и себе в нём, будь то опора сердечной тишины или же отголоски зыбких песков в пустыне растерянности. Верю, что в чистоте и силе материнской любви каждая мечтает дать первое – ту связь, перерастающую в опору, что проносим чрез жизнь. Каждая фраза, прикосновение, взгляд закладывают свой кирпичик. Будет ли он грузом, тянущим вниз, или несущим звеном в фундаменте внутренней опоры?
Эта книга не призвана дать ответ на эти вопросы, они уже есть в нас. Я хочу, чтобы её строки стали ободрением, вдохновением и напоминанием о том, что и в самые трудные моменты родительства, бессонные ночи и мгновения упадка сил мы закладываем нечто бесконечно важное и сокровенно ценное для сердца ребёнка.
Детство, это, в конечном итоге, то, проекциями чего мы живём в настоящем. Мы по жизни влекомы, движимы той сильной истиной и смыслами, что наполняют сердце ребёнка в той ясности, что присуща ему в детстве. А со временем лишь редко уловима в суетности «взрослых» дней. Это искусство и большое счастье – сохранить, сберечь эту ясность и пронести с собой чрез жизнь. В этой ясности внутренних смыслов и вере в истину есть опора сердечной тишины в моменты бурь житейского моря. Маяк, чей свет мы проносим с собой сквозь года.
Опору тишины сердечной.
Мы сами обращаемся к её истокам и закладываем её в своих детях.
Успеть бы и не упустить.
Глава 1. Бескрайний горизонт
Как важен вклад нашей веры в собственных детей. Ценой страха разбитых коленок, обойтись бы только ими… Как важны силы на смелость поверить в каждый новый их шаг, сделанный уже без поддержки нашей руки, но с опорой куда прочней и значимей. Ведь рука наша всё реже сможет быть рядом. Тем ценнее то, что сохранит их сердце, что даст им смелость на свободу считать горизонт столь же бескрайним, как их мечты и возможности. Даст силу быть собой и сохранить это, а потом поделиться со своими детьми.
Я помню ту гору песка, просторы полей впереди, мы стоим с братом на вершине, играет музыка на кнопочном телефоне. У меня замирало сердце перед красками заката, величием значения момента, в котором ещё было отчаянно живо ощущение, что наши жизни и возможности столь же бескрайни, как этот горизонт. Тот горизонт до сих пор перед моими глазами, а закат в сердце горит огнём надежд и сейчас. Мир прекрасен. Восторженность души не утрачена. Думали ли мы, что увиденное, восхитившее, проанализированное, запавшее в сердце в детстве и будет составлять нас. Оно уже внутри. Оно есть в нас. Целый мир. Наше тогда – сейчас. Я сейчас иду за руку с дочкой по парку летним днём, провожая закат, и я сейчас еду на большой скорости на велосипеде наперегонки с братом через поле в лучах закатного солнца. Нас не было весь день, нас потеряли наши мамы, нас потерял целый мир, а мы его нашли: в запахе хвои и алеющих верхушках деревьев, в железном привкусе во рту от стараний обогнать друг друга и жадных глотках прохладного, вечернего, наполненного кислородом воздуха, в мечтах. Так оно оживает на протяжении всей жизни, оно пронизывает сознание и живёт там. Знали ли мы, что это не просто ярко прожитый летний день и воспоминания?
Сбившееся дыхание в быстром беге ног по полевой траве, вслепую, с задранной в небо головой и счастливыми глазами, следящими за наконец взлетевшим и набирающим высоту воздушным змеем, голос деда за спиной: "Быстрее, Поля, беги быстрее! Аккуратней!". Его смех. Знали ли мы… Что всё это не просто фрагмент лета, а в тот миг стало частью нас. Удивительно, я никогда не думала, почему он не крикнул мне: «Смотри под ноги!». Никогда не думала после о великой ценности каждого брошенного взгляда на этот воздушный змей. А сколько таких взглядов он собрал, покорно висящий на гвоздике в прихожей дачного душа, пока мы с братом, опять же, наперегонки мыли руки – кто первый добежит до вкусного бабушкиного ужина. Я помню этот змей как дедушкину затею, ценность которой недооценивала, не подозревала.
Он не крикнул мне: «Смотри под ноги!». Ведь знал, что то мгновение запечатлит мои глаза и душу с моментом и вздымающимся на голубом фоне неба красным воздушным змеем, со вкусом свободы и счастья в каждом жадном глотке дачного полевого воздуха, ощущением полных лёгких и пониманием полноты жизни в тот миг.
С моментом, что будет оживать при каждом взгляде на уже пустующую стену и гвоздик в дачном душе, с моментом, когда я пишу это, будучи уже замужем, с трепетом ожидающая появления на свет долгожданного чуда. Столько лет прошло, а истина не меркнет:
Он сберёг этот миг в моём сердце даже ценой страха за мои разбитые коленки, потому что знал всю его ценность, бесценность и неповторимость мига свободы юности. Знал, потому что он сам был таким. И живёт во мне в момент написания этих строк, здесь и сейчас.
Миг, ставший опорой взгляда на мир в дальнейшем, опорой продолжать с детской восторженностью смотреть на небо.
Спасибо, Дед.
Так что, не нужно искать. Весь мир уже в нас. И книга эта живёт в струнах сердца, в воспоминаниях души. Тот миг – я, тот миг тогда, тот миг сейчас, я сейчас. Не в чужих ожиданиях или собственных. Великий Божий дар – жизнь.
Здесь и сейчас.
И горизонт всё так же – бескрайний, а закат горит в сердце.
Глава 2. Шелест ветряных волн
Отчего-то больше ценим моменты уходящего, если их недолговечность открыта нам.
Фраза «что имеем – не храним, потерявши – плачем» имеет слишком горький привкус для того, что стараюсь уловить и описать.
Есть нечто особенное в августе, уловимое лишь в те редкие моменты единения с собой, природой, миром – как тем видимым, через которое ярко и неотрицаемо величие Творца: шелест ветряных волн в локонах берёз, каждый из которых в это время, на рубеже осенней поры, похож на завязку мелких зелёных монет с редкими золотыми вкраплениями. Как на юбках восточных танцовщиц, они поблёскивают в такт движениям. Только берёзовые монетки эти бренчат мягко, почти беззвучно, мелодии их походят на шипение морской пены, но вид их звонок в лучах желтого полуденного солнца, и, то и дело, красавица обронит одну из таких золотых монеток, она захватит взгляд и, неспешно кружа, золотом опустится на ещё зелёную полянку, напомнив о смене сезонов, времён, эпох. Об открытой нам сейчас недолговечности мирского, уходящего, как преддверия ожидаемой вечности.
Подобное на ум приходит только в тишине. Дорожу тишиной внутренней, которая рождается из уютных шумов присутствия родных людей рядом: аромата маминого обеда, голоса мужа рядом с ней, звуков папиных инструментов у машины. И дочка толкает мою руку, опущенную в нежности на живот, будто соглашаясь с прелестью ощущаемого и созерцаемого мною сейчас.
Дорожу тишиной сердечной.
Наступила она в момент уходящего, в день отъезда с дачи, как очередная точка отсчёта в самосознании. Сейчас. Как ни старалась заснять этот «шелест ветряных волн», ничего у меня не вышло. Не поймала неповторимость момента. А может оно и к лучшему.
Есть мгновения, что не поймать камерой, не передать красками, но можно уловить словом и описать. Люблю глубину русского слова: опишешь им увиденное, и у каждого картина будет своя. Потому что она уже не ограничена рамками кадра или цвета, она сложена из образов и кирпичиков восприятия, заложенных ещё с детства. Она сложена из нас самих.
«От избытка сердца говорят уста» (Мф. 11:34)
И у каждого этот избыток свой и наполнение своё. Слова эти, их оттенки смыслового звучания для каждого свои. И составляют не только индивидуальную картину восприятия, но и отражение нас внутренних,
сердца читателя.
Глава 3. Ветер перемен
Помню, как в 5 классе по дороге домой остановилась и присела на лавочку у библиотеки, чтобы запомнить золото кленового листопада и то, что оживало в душе при восторгающей мысли о творении и непостижимой, но близкой, красоте природы. Действительно, «очей очарованье!». Я помню это сердцем. Будешь ли ты так же помнить? Как много таких моментов будет у тебя?
Твоя первая прогулка… Напряжение в моих руках, впервые так крепко держащих манёвренную коляску, постепенно спадает с каждым новым шагом в осенний парк. Так многое сейчас для меня «впервые», так много «ново», и всё это так прекрасно связано с тобой. Позже, уже дома, ты ела, положив маленькую ручку мне на сердце, а я рассказывала тебе о том, как красиво кружились в воздушном вальсе листья, медленно опускаясь через солнечные лучи и ложась на землю золотым полотном, пока ты вдыхала насыщенный прохладный осенний воздух своим малюсеньким носиком.
Осенний парк. Редкая для мегаполиса концентрация тишины. Из окружающих звуков рядом – кропотливый стук дятла по дереву, вдали течёт речка с ещё гостящими до прихода холодов утками. Удивительно тёплой выдалась неделя. Зелень в этом царстве коричневых оттенков осталась, разве что, в пушистых шубках яркого лесного мха, который словно согревает тела деревьев для предстоящих ноябрьских ветров. Яркость красок увядает, последние, уже совсем кроткие, листопады цепляют взгляды, провожаются с улыбкой. А ведь ещё недавно целые балы листьев красиво кружились в воздушном вальсе.