© Владимир Шевелев, 2019
© Издание, оформление. Animedia Company, 2019
Сделай же свою жизнь приятной, оставив всякую тревогу о ней.
(Луций Сенека «Нравственные письма к Луцилию»)
Наберите побольше воздуха и медленно выдохните. Примите удобное положение. Успокойтесь и расслабьтесь. Вам совершенно не требуется беспокоиться, стыдиться или стремиться коренным образом изменить жизнь в ближайшие двадцать четыре часа или, как водится, с понедельника. Начну с того, чего вы здесь точно не найдёте. Эта книга – не источник мотивации для так называемых личных достижений. В ней нет алгоритмов успешного бега наперегонки с окружающими с целью неограниченного потребления и отращивания эго. Забудьте о навязываемом чувстве вины за допущенные «ошибки» и неудачи, также как и о мнимой исключительности. Здесь вы не найдёте дидактических поучений и рецептов того, как правильно жить; я не знаю секрета успеха и очень сомневаюсь, что такой секрет вообще существует. Не меньше сомнений у меня вызывает существование категории «успех» в реальности.
Все мы подвержены заблуждениям. Когда кто-то составляет жизненные планы и прогнозирует собственное будущее, он в итоге обязательно обманет сам себя. Я называю это неизбежной иллюзией линейного будущего. Воображение рисует заманчивые картины поступательного развития, прогресса, простых и понятных взаимосвязанных событий. Но всё сложится иначе. В лучшую или худшую сторону – в данном случае это не так уж и важно. Главное, что всё будет по-другому. Кажется, что прогноз обоснован и логичен и существуют объективные причины для подобных умозаключений. Но всё тщетно – ничего не произойдёт в точности так, как ожидалось. Как мы на это реагируем? Страдаем и испытываем чувство вины, пытаемся отыскать допущенные «ошибки» и, естественно, в итоге их находим. Вдобавок появляется острое недовольство собой и жизнью, постепенно переходящее в хроническое. Почему же так происходит?
Прежде всего, из-за непонимания пределов своего контроля. Нам не удаётся отличить то, что зависит от нас, от того, на что повлиять невозможно. Эго тешат утверждения о том, что нам всё подвластно и мы сами создаём свою судьбу. С ранних лет нас уверяют, что мы полностью ответственны за всё происходящее в нашей жизни. Пропаганда контроля столь одиозна, что обычного человека объявляют ответственным даже за такие глобальные проблемы, как экологические бедствия или финансовые кризисы. Ответственность означает контроль, а контроль – ответственность. Но так ли это? Что, если это психологически комфортное упрощение серьёзной проблемы? Всего лишь ситуация, когда неконтролируемое явление объясняют с помощью упрощённой модели реальности, в которую нужно истово верить, а не требовать доказательств. Когда кто-то в очередной раз винит себя в ошибочном выборе профессии, места жительства, объекта инвестиций или спутника жизни, следует задуматься над тем, существовал ли выбор на самом деле и в какой степени он был независимым? Что нам действительно подвластно? Где находятся пределы нашего контроля и, следовательно, ответственности?
Существует и другая крайность. Осознав ограниченность своего влияния, человек внезапно может стать совершенно безответственным. Буквально из ниоткуда появляется парадоксальная уверенность в собственном бессилии. Некоторые иррационально полагают, что если они контролируют что-то частично, то, значит, не контролируют совсем. К примеру, поставив цель и оценив степень своего влияния на желаемый результат в 30 %, большинство вообще опускает руки. Легче и психологически комфортнее считать себя либо полностью в ответе за результат, либо вообще отрицать всякую степень контроля, игнорируя теорию вероятностей. Именно поэтому упрощённый взгляд на реальность широко распространён, и многие выбирают приятные иллюзии. Нам нелегко осознать ключевую роль случайности, трудно принять отсутствие контроля или его ограниченность в важнейших для нас сферах. Как же прав был Блез Паскаль, называя человека «вместилищем заблуждений»![1]
Чтобы открыто смотреть на жизнь, не прибегая к помощи успокаивающих фантазий, требуется, прежде всего, недюжинная смелость. Однако у мужественного взгляда на реальность существуют значительные преимущества. Отказавшись от иллюзий и признав, что далеко не всё поддаётся контролю, можно обрести небывалую свободу. Отбросив стереотипы мышления и научившись определять настоящие границы своего контроля, вы сможете полностью сконцентрироваться на главном. Одновременно появится мудрое и стоическое восприятие того, что не входит в зону личной ответственности.
Моя цель – наглядная демонстрация того, насколько сильно в общественном мнении преувеличивается степень контроля индивида над происходящим в его жизни. Мы не замечаем того, как переоцениваем меру своего влияния на разнообразные аспекты реальности. Приглашаю вас совершить интеллектуальное путешествие, по итогам которого мы постараемся ответить на один из вечных вопросов: что же в действительности зависит от нас?
Несколько слов о структуре книги. Исследование начинается с главы «Невидимый феномен». В ней рассказывается о феномене иллюзорного контроля и многочисленных исследованиях на эту тему, прежде всего, о работах знаменитой Эллен Лангер, а также о том, почему негативные эмоции могут привести к вере в магическое мышление, чем вызвана самоуверенность водителей и каким образом нюансы поведения игроков в кости раскрывают секреты психологии. Читатель сможет по-новому взглянуть на понятия контроля и ответственности, а также выяснит, почему всеобщая любовь к планированию ведёт к появлению труднорешаемых проблем. Заканчивается глава обоснованием того, почему иллюзии контроля над случайными событиями во всех областях человеческой деятельности представляют опасность, и объяснением того, почему важно отличать коррелированные события от взаимосвязанных.
Во второй главе «Иллюзия контроля над успехом и финансовым благополучием» рассказывается о глобальной индустрии успеха, породившей и внедрившей в общественное мнение ряд мифов, противоречащих теории вероятностей, статистике и здравому смыслу. Для опровержения одного из самых спорных тезисов о том, что образование часто выступает помехой процветанию, подробно объясняется теорема Томаса Байеса, а также то, почему её знание и применение – это по-настоящему полезно и прогрессивно. С помощью статистики и теории вероятностей наносится удар по иллюзии контроля над материальным благополучием. Также в данной главе заходит речь о психологических причинах широкого распространения этой иллюзии. Анализируется эволюция экономической науки и её знаковый поворот к исследованию иррациональности, произошедший относительно недавно. Читатель выяснит, насколько топ-менеджеры в действительности влияют на финансовый результат компании, а также узнает, есть ли чем гордиться преуспевающим биржевым трейдерам.
В третьей главе «Пределы контроля над организмом и состоянием здоровья» исследуется вопрос о том, в какой степени мы влияем на состояние нашего организма. Читатель узнает о разновидностях иллюзий контроля, наблюдаемых в этой сфере, скрытых в них логических ошибках, в том числе о том, почему помешательство на диетах схоже с верой в астрологию, спорт не спасает от болезней, а обращение к врачу содержит в себе не только одни выгоды, но и потенциальные риски. Рассматривается болезнь Хантингтона в качестве воплощения генетической предопределённости и злого рока, а также обосновывается ключевая роль случайности в состоянии здоровья любого человека. Читатель получит представление о том, почему мутации – это не всегда плохо, и узнает о деструктивном влиянии хронического стресса на организм, в частности о том, почему низкая позиция в корпоративной иерархии может привести к проблемам со здоровьем и недостаточной силе воли. Глава завершается объяснением теории эгоистичного гена Ричарда Докинза и антагонизма половых хромосом в трактовке Мэтта Ридли, в рамках которых человек предстаёт всего лишь безучастным зрителем грандиозных событий, происходящих на недостижимом уровне.
В четвёртой главе «Внешний мир – от семьи до будущего Вселенной» читателя ждёт путешествие по ключевым аспектам окружающей реальности с целью определения границ контроля над происходящим во внешнем мире. Читатель узнает, что даже такие великие умы, как Эйнштейн и Кеплер, не были застрахованы от семейных проблем, а также о том, как часто судьба человека зависит от никем не замечаемых мелочей. Затем пойдёт речь о важнейшей сфере общества – экономике, а именно о том, как регулярные финансовые кризисы негативно влияют в той или иной мере на каждого, однако удача особенно обходит стороной тех, у кого важный момент в карьере и жизни совпадает с крахом очередного пузыря цен на некий товар. Для установления неизбежности разрушительного воздействия экономической турбулентности на современников и их априорной беззащитности детально рассматриваются крупные финансовые крахи – голландская тюльпаномания 1636–1637 гг., Великая депрессия 1930-х гг. и современный мировой финансовый кризис, начавшийся в 2007 г. с трудностей в возврате ипотечных ссуд у проблемных заёмщиков. В попытке подняться ещё на ступень выше от частной жизни индивида рассказывается о перманентной опасности широкого распространения ядерного оружия и о том, почему судьба каждого жителя Земли зависела от решения советского офицера Станислава Петрова в ночь на 26 сентября 1983 г. Глава завершается рассмотрением вопросов вселенского масштаба, в том числе хроники массовых вымираний живых организмов в истории планеты. С точки зрения современной физики анализируется будущее Земли, Солнца и нашей галактики, на фоне которого нелепые попытки человека контролировать окружающую реальность кажутся вызывающе наивными.
В пятой главе «Пределы контроля над собственной личностью» объектом исследования выступает внутренний мир человека. На философский вопрос о том, видим ли мы мир таким, каков он в действительности, нейробиология отвечает отрицательно. С точки зрения современной науки каждый смотрит на мир сквозь уникальный фильтр восприятия, любезно предоставленный бессознательным, на которое оказывают влияние десятки или, может быть, даже сотни факторов. В этой главе идёт речь о том, насколько человек, обладающий сознанием и разумом, влияет на ключевые аспекты своей личности: характер, силу воли, память, процесс принятия решений и восприятие людей и событий. В общественном мнении мера контроля индивида над составными частями личности беззастенчиво преувеличивается, несмотря на многочисленные открытия ученых. Читатель ознакомится с историей строительного рабочего Финеаса Гейджа, совершенно утратившего силу воли в результате происшествия на железной дороге. Далее повествуется о том, насколько наша память несовершенна и склонна к искажениям, ведь часто мы помним то, чего на самом деле не происходило. В подтверждение данного тезиса рассматриваются многочисленные эксперименты Элизабет Лофтус по внедрению ложных воспоминаний. Глава заканчивается подробным описанием распространённых иллюзий и искажений восприятия, в том числе эффекта ореола, прайминга и склонности к подтверждению своей точки зрения. Прочитав эту главу, читатель получит представление о том, кто такие «суеверные голуби» в исследованиях Берреса Ф. Скиннера и как на наше целеполагание и поведение влияют дофамин и серотонин, а также ознакомится с итогами экспериментов Бенджамина Либета, поставивших под вопрос свободу воли.
Две заключительные главы посвящены исследованию скрытых форм иллюзии контроля. Шестая глава «Порочная вера в справедливость» начинается с рассказа о том, что общего в судьбах архитектора Антонио Гауди и писателя Джона Тула, автора романа «Сговор остолопов». Затем анализируется само понятие справедливости наряду с гипотезой справедливого мира, сформулированной знаменитым психологом Мелвином Лернером. Читатель выяснит, почему вера в справедливый мир может привести к жестокости и безразличию по отношению к бедным, больным и обездоленным, а также по какой причине успех и процветание воспринимаются в качестве знака добродетели и особых личных качеств. Далее рассказывается об исследованиях психиатра Элизабет Кублер-Росс и причинах широкого распространения веры в справедливый мир, в том числе и о том, как добрые сказки и фильмы со счастливым концом могут привести к бессердечию по отношению к ближнему.
В седьмой главе «Отрицание случайности» констатируется повсеместная победа детерминизма над случайностью, во многом обусловленная историческими и биологическими причинами. Первоначально важная для выживания способность к установлению причинно-следственных связей в современном мире нередко приводит к отрицанию роли случайности. Фактора случайности боятся, его ненавидят, предпочитая не замечать. Однако это не более чем иллюзия контроля над неконтролируемым и непредвиденным. В этой главе повествуется о том, какие неразрешимые вопросы порождает встреча с неумолимой природой случайности (спонтанные ремиссии и суровые дисциплинарные наказания по воле жребия в древнеримской армии). Анализируется главная разновидность отрицания случайности – болезненная страсть к планированию и прогнозированию. Читатель познакомится с идеями философа Карла Поппера, объясняющими, почему футурологи всегда ошибаются в прогнозах, а также получит представление о том, сколь важна случайность не только в жизни каждого, но и в истории человечества. В качестве примера приводится история о том, как из-за формы носа Чарльза Дарвина могло не состояться знаменитое кругосветное путешествие на корабле «Бигль», а также о ряде случайностей, сопровождавших открытие пенициллина бактериологом Александром Флемингом.
Призываю вас спокойно подумать о том, что обычно воспринимается без намёка на критику. Отбросить стереотипы мышления и постараться вникнуть в суть привычных понятий. Возможно, мы попусту растрачиваем силы, требуя от самих себя того, что не в нашей власти. Целесообразно проанализировать то, к чему мы стремимся всю сознательную жизнь и принимаем за истину, но не находим время беспристрастно осмыслить. Поразмышлять о правдивости и обоснованности установок, формирующих мировоззрение и, следовательно, поведение. Итак, приступим.
Кое в чём человек искусен, но далеко не во всём. Мудр тот, кто осознаёт границы собственных возможностей.
(Карл Саган «Мир, полный демонов. Наука как свеча во тьме»)
Все мы знаем, как это происходит. Мы видели подобное тысячи раз. Солидный человек в деловом костюме уверенно заявляет, что «полностью контролирует ситуацию». Его внешний вид излучает спокойствие и уверенность. Каждое слово произносится со знанием дела, все жесты выверены и уместны. Он говорит именно то, чего от него ждут. Сообщение о полном контроле над тревожащей ситуацией действует как информационный транквилизатор. Полные уверенности слова успокаивают и дарят надежду. Мы расслабляемся и перестаём с тревогой всматриваться в настоящее в поисках знаков грядущих трудностей. Если ситуация находится под контролем, значит, ничего не потеряно, всё можно исправить и даже улучшить. Если бы нас уверяли, что «всё будет хорошо», мы бы сочли такие слова ребячеством и надувательством – никого сейчас не успокоить необоснованным оптимизмом. Между тем заявление о контроле звучит солидно и убедительно, порождая психологический комфорт. Мы стремимся к контролю почти во всём, так как он дарит чувство свободы и независимости от превратностей судьбы. Желание непосредственно влиять на происходящее с нами настолько естественно для человека, что часто мы готовы на что угодно, если наградой будет уверенность в завтрашнем дне. Однако при этом нам очень нелегко признать зависимость от внешних сил или, что ещё хуже, случайных событий. Случайность пугает, её избегают, отрицают или пытаются втиснуть в прокрустово ложе модели, стараясь приручить. Современная всеобщая любовь к планированию отражает попытку взять под контроль сложные и зачастую случайные процессы. Попытки обрести контроль над случайностью приводят к сладостному самообману. К примеру, составляя план продаж некоего товара, топ-менеджеры косвенно подтверждают уверенность в том, что конечный результат находится под их полным контролем. Итоговый объём продаж руководство фирмы самоуверенно ставит в зависимость от манеры общения менеджера с клиентом, цены и качества продукта, сознательно игнорируя объём платежеспособного спроса, текущую рыночную ситуацию и непредвиденные случайные события. Составив план, мы наслаждаемся мнимой властью над достижением цели, но желаемый результат от нас так же далёк, как и прежде. Самонадеянными попытками предсказать будущее подготавливается почва для грядущего разочарования.
У контроля существует важное следствие – ответственность. Два этих понятия всегда соседствуют друг с другом. Контроль означает ответственность. Если вы контролируете проводимую работу, то именно вы ответственны за её итог. Контроля без ответственности не бывает, так как невозможно одновременно признавать полный контроль над ситуацией и быть в стороне от результата. В то же самое время ответственность должна означать контроль. В противном случае можно считать ярким проявлением несправедливости, когда ответственным за негативный результат назначают постороннего человека, не имевшего никакой возможности повлиять на ситуацию. Если не рассматривать такие вопиющие случаи, то теоретически контроля без ответственности не бывает, как и наоборот. Если вы накануне повесили картину на стену в гостиной, то, услышав грохот упавшего шедевра живописи, вам следует винить самого себя, а не художника, соседей или гравитацию.
В отношении большинства явлений нельзя говорить об абсолютном контроле или полном его отсутствии. Очевидно, что контроль обладает степенью, которую наглядно можно отобразить процентным соотношением. Частичный контроль объективно отражает меру влияния на итоговый результат. Например, оценив степень своего контроля над карьерным ростом в крупной компании в 30–40 %, мы можем судить о высокой правдоподобности этой оценки, учитывая большую роль стечения обстоятельств. Возможно, вам кажется, что мера влияния на продвижение по службе занижена. Однако существуют данные, подтверждающие точку зрения о невысокой степени контроля. Даже если проанализировать ту сферу деятельности, где, казалось бы, знания, навыки и опыт имеют ключевое значение, например, гражданскую авиацию, то становится очевидным, что далеко не всё зависит от самого человека. Известный пилот Патрик Смит, отвечая на вопрос о факторах успешной карьеры лётчика, приходит к выводу о том, что важнейшую роль играет удачный момент[2]. Не опыт, мастерство или часы налёта, а положение в рейтинге пилотов авиакомпании, во многом зависящее от стечения обстоятельств, определяет, кто будет повышен до должности командира корабля. Если даже в такой высококонкурентной и технологичной области, ориентированной на персональные знания и умения, карьерный рост часто зависит от банального везения, то что уж говорить о ситуации в обычном офисе среднестатистической фирмы.
Важно помнить, что, насколько бы ни была мала степень контроля – она может оказаться определяющей. Если человек, впервые взяв в руки гитару, поставит перед собой честолюбивую цель продать миллион копий будущего дебютного альбома, то степень его контроля над итоговым результатом вряд ли превышает 2 %. Однако эти же 2 % являются ключевыми, ведь если потенциальная рок-легенда не освоит музыкальный инструмент, то цель станет недостижима в принципе. При этом бывает так, что частичный контроль не является ключевым. Если некий кандидат баллотируется на выборную должность и степень его контроля над достижением цели оценивается в 20 %, то теоретически он может вообще ничего не предпринимать, и, несмотря на бездействие, в итоге всё сложится в его пользу. Удивительно, но многих осознание частичного контроля парадоксальным образом приводит в замешательство. Для нас психологически трудно принять ограниченность контроля и столкнуться лицом к лицу с неподвластным. Привычная последующая реакция – попытка ухода от всякой ответственности. Однако всегда следует помнить, что если вы контролируете что-то частично, то это не значит, что вы вообще ни на что не можете повлиять. Для достижения поставленной цели любая степень контроля может оказаться решающей, а мышление категориями «или/или» лучше оставить шекспировскому Гамлету.
Жизненные процессы содержат весомую долю хаоса и случайности. Когда очередной бизнесмен с серьёзным выражением лица утверждает о полном контроле над текущей рыночной ситуацией, то непонятно, верит ли он сам в эту иллюзию или просто пытается убедить окружающих. Дальновиднее осознавать пределы своего контроля либо полное его отсутствие, но такое встречается редко. В конечном счёте самообман всегда обходится дороже, чем вынужденная ложь. Искажённое восприятие контроля вызывает приятные эмоции и порождает уверенность в завтрашнем дне, но только в первое время. Иллюзия контроля берёт начало в естественном человеческом желании чувствовать себя в безопасности. Ощущение контроля снижает уровень стресса, а вера в способность определять качество жизни улучшает настроение. Однако отрицание реальности, безразличной к субъективным человеческим переживаниям, дорого обходится. За это мы расплачиваемся мнимой ответственностью, прежде всего перед самым суровым мучителем – самим собой.
Яркий пример – ощущение псевдоконтроля за рулём автомобиля. Иллюзия в данном случае весьма сильна, так как движение автомобиля непосредственно обусловливается действиями водителя. Однако благоприятный исход поездки лишь в определённой мере зависит от качества управления. В большей степени на конечный результат оказывают влияние неподконтрольные водителю факторы: качество дорожного покрытия, освещённость, погодные условия, соблюдение правил дорожного движения пешеходами, исправность транспортного средства, навыки и самочувствие тысяч водителей сопутствующих и встречных автомобилей. И, конечно же, случайное сочетание разнообразных и подчас непредвиденных факторов.
Профессор психологии Гарвардского университета Эллен Лангер провела серию исследований, посвящённых теме иллюзорного контроля[3]. Результаты её работы однозначно свидетельствуют о распространённости искажённого восприятия контроля. В одном из исследований автомобилистов попросили оценить вероятность попадания в аварию на месте водителя и пассажира. Если вы думаете, что участники эксперимента скромно посчитали её одинаковой, то вы ошибаетесь. По мнению опрошенных, вероятность аварии на пассажирском месте гораздо выше, чем на водительском. Но этим влияние иллюзии контроля не ограничивается. Если авария всё-таки произойдёт, то участники эксперимента уверены, что вероятность того, что в их автомобиль врежутся сзади, гораздо выше вероятности того, что они сами ударят другую машину. Данные опросов явно противоречат дорожной реальности, но зато наглядно отражают самоуверенность среднестатистического водителя. Большинство наивно полагает, что если они контролируют некий процесс, то ничего плохого с ними не произойдёт. Проблема в том, что степень влияния на происходящее во многих сферах деятельности значительно преувеличивается.
Иногда искажённое восприятие контроля можно проследить в любопытных мелочах. В 1967 г. социолог Джеймс Хенслин обратил внимание на то, как именно игроки в кости бросают кубики[4]. Когда для выигрыша было необходимо максимальное число очков, то участники игры выбрасывали кубики с большой силой, в противном случае – когда требовалась минимальная сумма очков – игроки медленно разжимали ладонь. Универсальность в поведении поначалу казалась неправдоподобной, однако анализ результатов исследования не оставил никаких сомнений в существовании явления. Вера в то, что сила и скорость броска определяет результат, почти не осознавалась игроками, увлечёнными процессом. Они не замечали изменения манеры выбрасывания кубиков в зависимости от необходимой для выигрыша суммы очков. Джеймс Хенслин подметил почти бессознательное, полуавтоматическое действие, свидетельствующее о существовании феномена.
Крайняя форма иллюзии контроля – магическое мышление. Многим кажется, что это удел специфической группы доверчивых и наивных людей, но такая точка зрения ошибочна. Показательно, что даже рационально мыслящие люди, на словах отрицающие возможность магического воздействия на окружающую реальность, при наличии очень слабого «доказательства» волшебства легко меняют мнение и идут на поводу у средневековых моделей мышления. Граница между рациональностью и суеверием не столь непроницаема, как хотелось бы считать людям научного склада ума. Бывало ли у вас такое, что у неприятного, по вашему мнению, человека произошло какое-то негативное событие, и вы посчитали свои недобрые мысли причиной случившегося? Если ваш ответ положителен, то, значит, в определённой мере вы подвержены магическому мышлению, даже если не осознаете этого. Быть суеверным легко, для этого не требуется прикладывать усилия, в то время как для сохранения здравого смысла необходимо анализировать факты и делать обоснованные выводы. Попасть в трясину магического мышления всегда проще, чем остаться в рамках рациональности. Научный взгляд на мир – великое достижение лучших умов человечества, а не естественно присущая нашему виду особенность.
В 2006 г. объединённая группа учёных Принстонского и Гарвардского университетов в лице Эмили Пронин, Сильвии Родригес, Даниэля Вегнера и Кимберли Маккарти провела ряд экспериментов, посвящённых феномену магического мышления. В рамках одного из них в качестве участников были отобраны преуспевающие студенты. Испытуемым сообщили, что цель эксперимента – анализ симптомов психосоматических заболеваний, возникающих всего лишь от мыслей о нездоровье. Однако на деле организаторов интересовало другое: смогут ли поверить в магическое воздействие образованные и рациональные молодые люди? Незнакомых друг с другом студентов разбили на две группы, добавив в целях исследования по одному актёру в каждую из групп. Подставные участники вели себя диаметрально противоположным образом. В первой группе актёр был в футболке с оскорбительной надписью, он опоздал на десять минут, жевал жвачку с открытым ртом и высокомерно вёл себя с коллегами. Второй подставной участник, в отличие от первого, пришёл вовремя, был со всеми приветлив, дружелюбен и вызывал только положительные эмоции. Каждый участник должен был вытянуть из чаши псевдослучайным образом лист бумаги с описанием роли в эксперименте. Все студенты получили роль «колдунов», а два актёра стали «жертвами». После «колдунам» раздали по импровизированной кукле вуду и попросили втыкать в неё иголки, параллельно думая о том, что они причиняют страдания участнику эксперимента, которому выпала роль жертвы. Через некоторое время актёры в обеих группах начинали изображать мучения от острой головной боли. По окончании эксперимента студентам задали вопрос о том, считают ли они, что именно их мысли и манипуляции с куклами послужили причиной страданий участников с ролью жертвы. Большинство студентов ответили отрицательно, однако в группе с вызывающим ненависть актёром доля опрошенных, ответивших положительно, значительно превышала аналогичную долю в другой группе. Раздражение по отношению к подставному грубияну затуманило объективность восприятия, и некоторые студенты действительно поверили, что каким-то образом поучаствовали в причинении боли человеку с ролью жертвы. Негативные эмоции подавили заранее декларируемую рациональность, и иллюзия контроля в крайней форме магического мышления одержала верх[5].
Известный психолог Джонатан Хайдт описал два способа поиска истины: путь учёного и путь адвоката[6]. В основе действий учёного лежит желание познать объективную реальность: для этого проводятся систематические наблюдения, после чего полученные данные внимательно изучаются[7]. На основе проведённого исследования учёный пытается сформулировать теорию, объясняющую интересующую его часть природы. Даже если созданная им теория достаточно хорошо объясняет наблюдаемые данные, на этом учёный не останавливается, он проводит ещё больше наблюдений и перепроверяет её. Путь учёного направлен на обретение истинного знания, на точность и объективность.
Путь адвоката в корне отличается от описанного выше способа действий. Адвокат начинает с того, что выбирает некое утверждение, которое он будет в дальнейшем позиционировать как верное. Его цель – убедить других в правильности сделанного им умозаключения, а не установить объективную истину. Адвокат анализирует данные, отбирая среди них подтверждающие его выводы, и намеренно игнорирует любые опровергающие или ставящие под сомнение первоначальные постулаты. Адвокат сам выбирает «истинное» умозаключение и, убедив необходимое количество людей, считает цель достигнутой.
Оба способа поиска истины свойственны человеческой натуре, но при формировании иллюзий контроля ярко проявляется путь адвоката. Для того чтобы мотивировать себя или просто ощутить приятное чувство контроля над жизнью, некоторые убеждают себя в том, что они, к примеру, своими действиями определяют состояние здоровья. Если мы примем за истину это утверждение, то вспомним случаи успешного выздоровления после обращения за медицинской помощью. Человек анализирует историю собственной жизни, заостряя внимание только на наиболее изученных и распространённых заболеваниях, таких как обычный риновирус или пищевое отравление. В качестве доказательства контроля над здоровьем приводятся случаи исцеления, где можно проследить простые и очевидные взаимосвязи, такие как «принял лекарство – избавился от боли и дискомфорта», «обратился к врачу – выздоровел через несколько дней». Просто, легко и понятно. В рамках пути адвоката одновременно игнорируются факты спонтанного выздоровления, применения медикаментов, не приведшего к исцелению, а иногда и ухудшившего состояние. Забываются безуспешные посещения врачей, побочные действия назначенных лекарств, факты заражения инфекциями в стенах больницы. Всё сложное, непонятное и неоднозначное игнорируется, чтобы не потревожить столь приятную иллюзию контроля над здоровьем. Как заметил проницательный философ Эрик Хоффер: «Люди часто превращают свою жизнь в рутину и с её помощью противостоят чувству неуверенности и ощущению опасности. Этим достигается иллюзия, что непредвиденное приручено»[8].
Наиболее опасна иллюзия контроля в отношении случайных событий. В эту же категорию следует ещё отнести слишком сложные явления, совмещающие непредсказуемость, сотни влияющих на результат факторов, скрытые и динамические корреляции. Ничто так не иссушает человеческую душу, не изматывает и лишает сна, покоя и радости, как попытки контролировать случайное. Со стороны стремление влиять на стечение обстоятельств кажется алогичным и бесперспективным, однако мало кто готов признать свои попытки бессмысленными. Аморально убеждать других в том, что они могут контролировать случайные события, опасно самому поддаваться на аналогичную пропаганду.
В одном из экспериментов Эллен Лангер, посвящённых иллюзии контроля, организаторы провели лотерею. Половине участников случайным образом раздали по лотерейному билету. Другая половина получила право сделать выбор самостоятельно. Каждый билет ничем не отличался от других, не давал никакого преимущества и никак не увеличивал шансы на выигрыш. Однако участники эксперимента вели себя так, будто их действия каким-то образом могли повлиять на совершенно случайный итог лотереи. Участники, получившие билеты, горели желанием обменять его у тех, кто сделал самостоятельный выбор. В то же время участники, самостоятельно вытащившие билет, в большинстве своём отказывались от обмена. Если номер билета имел для участника особое значение – соответствовал памятной дате или напоминал о важном событии – то он стремился его сохранить и отказывался от сделки. Участники эксперимента спорили и пытались убедить друг друга в необходимости обмена, стараясь непостижимым образом увеличить шансы на выигрыш. Однако суета и многочисленные бартерные сделки не имели никакого смысла. У каждого участника на момент проведения розыгрыша мог быть только один билет, следовательно, не существовало способа увеличить вероятность выигрыша путём его обмена или тактики отказа от сделок. Все действия участников предпринимались в рамках иллюзии контроля над случайностью, так как с точки зрения выгоды они не имели никакого смысла[9].
Иллюзию контроля над случайными событиями можно наблюдать не только в стенах казино, но и в респектабельных офисах банков и инвестиционных компаний, на телевидении и радио. Только представьте себе, сколько миллионов аналитиков на планете занимаются составлением прогноза цен на финансовые или сырьевые активы! Целые аналитические компании изучают, по сути, всего лишь один ряд данных, например, цены на нефть. Экономики стран и целых регионов мира зависят от этой цены, сотни миллионов людей почувствуют изменения в уровне жизни при сильных колебаниях стоимости чёрного золота. Но многое ли известно о факторах, определяющих цену на нефть? Разработаны многочисленные модели, где в разные периоды времени приоритет отдаётся влиянию погодных условий, политической нестабильности в ряде регионов мира, стоимости альтернативных источников энергии и состоянию глобальной экономики в целом. Иногда аналитикам кажется, что они ухватили удачу за хвост, нашли волшебную корреляцию, которая приведёт их к славе биржевого гуру, однако со временем эта иллюзия исчезает, неизбежно сталкиваясь с природой реальности. Когда на цену влияют тысячи независимых факторов, поведение сотен глобальных игроков, психология масс и нефтяных трейдеров, то можно говорить о том, что рассматриваемое явление по своему характеру близко к случайному. И в такой ситуации ничем не помогает даже огромная информационная база, на которую возлагают напрасные надежды. Использование дополнительных статистических данных ни к чему не приводит: полезные сведения тонут в потоке информационного шума. А в это время миллионы людей продолжают гадать на кофейной гуще, убеждая себя в своём величии в удачное время и виня за «ошибки прогноза», столкнувшись с полосой невезения. За что увольняют аналитика, неверно предсказавшего цену на актив? Почему люди верят в то, что случайную величину в принципе можно предсказывать, используя некие чудесные методы, модели и индикаторы?
Правда в том, что часто мы слепы к случайности и скрытой корреляции. Ошибочно определив взаимосвязь между двумя явлениями, мы сталкиваемся с ещё большими проблемами. Даже если два события высоко коррелированы друг с другом, это не говорит о том, что они взаимосвязаны. Если вы заметили, что фондовый индекс падает в те дни, когда ваш приятель опаздывает на работу, это не значит, что ваш приятель может обрушить фондовый рынок, проспав до обеда. Или что падающий рынок акций таинственным образом вынуждает его позабыть о пунктуальности и правилах внутреннего распорядка. А ведь эти события на 100 % коррелированы за последний месяц! Играть в контроль над случайными событиями – одна из любимейших забав человечества, однако мало кто помнит о проигравших. Это удивительно, учитывая, что среди тех, кто играет в контроль над случайностью, в конечном итоге потерпят поражение абсолютно все на достаточно длительном временном промежутке.
Иногда чувство иллюзорного контроля порождает в нас уверенность в будущем и оптимизм, однако необоснованные фантазии всегда заканчиваются разочарованием. Если кто-то наивно полагает, что раскрыл секрет случайных событий и теперь способен прогнозировать непредсказуемое, то его действия неизбежно закончатся провалом. Опасность искажённого восприятия степени контроля над окружающим миром несоизмеримо превышает сиюминутное ощущение комфорта от осознания своей значимости. Всегда можно ввести в заблуждение себя и окружающих, но невозможно обмануть объективную реальность. В итоге разросшееся эго будет уничтожено, а его место займёт чувство вины.
Нейробиолог Роберт Сапольски называет отсутствие чувства контроля одним из факторов хронического стресса[10]. Он полагает, что с точки зрения снижения уровня стресса полезно ощутить, что от нас многое зависит. Однако, на мой взгляд, проблема заключается не в том, что мы чувствуем, что ничего не контролируем, а в убеждённости в том, что этот контроль в принципе существует. Стресс возникает из-за того, что мы считаем чувство контроля нормой, хотя при ближайшем рассмотрении это оказывается заблуждением. Сталкиваясь с подлинной природой реальности, мы испытываем неприятные ощущения, потому что ограниченный контроль кажется нам отклонением, досадным недоразумением и нарушением естественного порядка. Мы тревожимся и беспокоимся из-за того, что считаем полностью нормальное чувство отсутствия контроля раздражающей аномалией.
Бизнес-тренеры, мотивационные книги, реклама и средства массовой информации убеждают нас в полном контроле над жизнью и всеми её аспектами. Нам внушают мысль о том, что мы способны неограниченно влиять на все происходящие события. Стороны нашей жизни, очевидно не поддающиеся влиянию, игнорируются и сознательно замалчиваются. Нам успешно продают сказку о подконтрольности, внушая мнимую ответственность за то, на что мы не можем воздействовать. Представьте себе древнее племя, живущее по типичным для своего времени законам. Рядовые его члены искренне верят в то, что жрец может управлять погодой. Но если некий простодушный жрец действительно поверит в свою способность повелевать тучами и вызывать дождь, то что произойдёт с ним во время засухи? Вероятно, жрец будет с болью наблюдать за многочисленными неудачами. Учитывая, что рядовые члены племени убеждены в его особых способностях, он никогда не усомнится в ошибочной предпосылке о возможности управления погодой. Недальновидный жрец будет отчаянно пытаться понять, что же он не так делает. Хотя очевидно, что жрец не допускает никаких ошибок, просто он наивно полагает, что чудесным образом влияет на погоду. Его единственный промах – иллюзорная вера в то, что его обряды имеют какое-то значение.
Если перенестись в современный мир, то можно провести аналогию с потерей работы. Идея о полной ответственности за своё финансовое состояние превратилась в общепринятую точку зрения. Даже когда сотрудник компании из увядающей традиционной отрасли экономики лишается работы в рамках сокращения персонала, общество полагает, что он так или иначе сам в этом виноват. Позиция социума непреклонна, несмотря на то что увольнения происходят по причине глобального экономического кризиса, а не из-за нарушения трудовой дисциплины или недобросовестного выполнения должностных обязанностей.
Недавний исторический пример потери работы не по своей вине – банкротство некогда знаменитой компании Kodak в 2013 г.[11] Десятки тысяч сотрудников фабрик и фотолабораторий лишились дохода из-за глобальных технологических изменений. Цифровая революция ознаменовала собой конец эпохи фотопечати, символом которой была фирма Kodak. Сверхпопулярность таких интернет-гигантов, как Instagram, Facebook и Flickr, окончательно подтвердила гипотезу о том, что времена в отрасли изменились бесповоротно: фотографии утратили осязаемую форму и перешли в область виртуального, а ценность отдельного снимка приблизилась к нулю. Никто ничего не смог с этим поделать, в том числе руководство Kodak, максимально заинтересованное в продолжении успешной деятельности. Прогресс не остановить – не имеет смысла даже пытаться это сделать. Существующие отрасли будут видоизменяться или умирать, вчерашние компании-победители превращаться в банкротов, освобождая рыночную нишу для новых игроков с конкурентным преимуществом, прежде всего в технологической сфере. Персонал проигравших компаний неизбежно окажется без работы и источника доходов. Но только в этом нет их вины! Рядовые сотрудники Kodak, проработавшие в легендарной компании десятки лет, стали жертвами обстоятельств. Ни в коем случае нельзя обвинять их в недальновидности, потому что технологические прорывы невозможно предсказать, и никто не знает, где и когда изобретут и внедрят что-то принципиально новое.
Иллюзия полного контроля над финансовым благополучием порождает ответственность за неудачи, обычно крайне тяжело переживаемые. Невозможность влиять на случайные и независимые процессы неизбежно порождает внутренние терзания. Примечательно, что, испытывая страх наступления негативных событий, таких как потеря работы или разрыв с любимым человеком, мы боимся в том числе психологического состояния, зачастую сопровождающего подобные жизненные ситуации. В конечном счёте самую большую боль человек причиняет себе сам. В неблагоприятных обстоятельствах чрезмерный анализ неудач и текущих проблем лишь усугубляет положение. Мы привыкли во всём винить себя и искать собственные ошибки. Если наш брак трещит по швам, мы изводим себя вопросами о том, что было сделано не так и почему не удалось построить гармоничные отношения. Когда состояние здоровья оставляет желать лучшего, осуждаем себя за «неправильный» образ жизни, нежелание заниматься профилактикой болезней и регулярно посещать врача. Однако в действительности причина страданий – иллюзия контроля над всеми сторонами жизни.
Нас приучили к порочному кругу страданий. Сначала нам успешно «продают» сказку о нашей способности всё в жизни контролировать и, следовательно, полной ответственности за происходящее. Учат тому, что результат всегда важнее процесса, и рассказывают об «алгоритмах» воздействия на случайные события. После закономерной неудачи в попытках всё и вся контролировать нас винят в допущенных «ошибках», суть которых объяснить никто не может. Неизбежно появляются опустошённость и хандра. Затем можно вновь увлечься идеями контроля и попробовать применить их на практике. Результат очередной попытки очевиден. Круг замыкается и повторяется неограниченное число раз.
Болезненное переживание ответственности за неспособность контролировать в различной степени случайные события часто приводит к тяжёлому психологическому кризису. Не все способны справиться с давлением высококонкурентного общества, столкнувшись с серьёзными трудностями. Печальным историческим примером того, как люди реагируют на встречу с неконтролируемыми явлениями, является 29 октября 1929 г. – день биржевого краха на Уолл-стрит, ознаменовавший начало Великой депрессии. Десятки миллионов людей потеряли работу, крышу над головой, доступ к базовым благам цивилизации и, что самое ужасное, – веру в себя. Возникли «голодные марши», в рамках которых безработные требовали предоставить им рабочие места. Миллионы людей, ранее принадлежавшие к среднему классу, обеднели. Мелкие предприниматели массово разорялись, продукция фермеров оказывалась никому не нужной, закрывались магазины и мастерские. Печальным символом Великой депрессии стали огромные очереди за бесплатным супом. Миллионы дееспособных взрослых людей не могли найти применение своим навыкам и обеспечить семьи.
До сих пор экономисты спорят о причинах мирового кризиса 1930-х гг., несмотря на то что в их распоряжении огромная масса статистических данных, в том числе свидетельства очевидцев, а также возможность ретроспективно и объективно изучить события тех лет. Тем не менее это по-прежнему дискуссионный вопрос. Что уж говорить о современниках Великой депрессии, ведь даже люди, непосредственно влиявшие на государственную политику США в те годы, расходятся в объяснении причин кризиса. Руководивший страной Герберт Гувер считал источником проблем события за пределами США[12]. По его мнению, главным фактором кризисных явлений стало расширение производства товаров и услуг в Европе во время Первой мировой войны, породившее кризис перепроизводства к 1925 г. В то же время многие влиятельные американцы, в отличие от президента, полагали, что вина лежит на финансовом регуляторе, понизившем процентные ставки в 1927 г. Тем не менее почти все наделённые властью очевидцы Великой депрессии признают ограниченность своего влияния на столь сложное для понимания глобальное явление. В чём же тогда были виноваты рядовые современники экономической катастрофы? Какие ошибки они допустили? Потерявший всё вложенное частный инвестор, рабочий закрывшегося завода, собственник разорившегося ресторана – все они стали жертвами общемирового явления, не имея никакой возможности его предсказать и избежать. В дополнение к объективным экономическим трудностям настоящим бичом поколения стало чувство вины. Пострадавшие от Великой депрессии корили себя за неспособность противостоять негативным последствиям кризиса. Постоянный стресс, стыд и раздражение вели к росту алкоголизма и уровня агрессии в обществе. Трудно признать ограниченность контроля над важными аспектами жизни, но ещё сложнее пережить последствия иллюзорного взгляда при столкновении с безжалостной реальностью.
Непонимание степени влияния на действительность приводит к снижению эффективности любой деятельности. Почти никто не способен выделить область влияния, сконцентрировавшись на которой, можно достигнуть желаемого, признавая возможность неудачи в результате действия случайных сил. Если, столкнувшись с проблемой, поразмышлять о том, что действительно можно сделать, то уже одно это избавит от лишних страданий и позволит сфокусироваться на главном. Жизнь такая, какая она есть, и, как бы нам ни хотелось быть её полными властелинами, всегда будет то, что мы в силах изменить, но гораздо больше того, что следует просто принять. Тяжело заболев, можно изводить себя мыслями о причинах недуга, с трепетом ждать результатов очередных анализов, постоянно думать о проблеме и не иметь ни минуты покоя. Но на самом деле вам подвластно только одно – обратиться к врачу. Это и есть ваша настоящая область контроля. Выздоровеете ли вы и то, когда это произойдёт, зависит от ряда факторов, таких как квалификация врача, эффективность применяемых лекарств, вашего возраста, иммунитета, процессов в организме, стечения обстоятельств и случайности, а также всего того, что пока остаётся непознанным для медицины.
Безусловно, существуют сферы, где итоговый результат находится под вашим полным контролем. Вы можете расставить мебель так, как вам заблагорассудится, или выбрать цвет обоев по своему усмотрению. Однако вряд ли подобные вопросы можно отнести к жизненно важным, маловероятно, что у кого-то появится тревожное расстройство от того, что кресло стоит слишком далеко от окна. По мере возрастания значимости вопроса прослеживается тенденция увеличения роли случайного и неподвластного. Если ребенок хочет научиться ездить на велосипеде, то он почти в полной мере влияет на процесс обучения и его результат. Но если тот же человек в зрелом возрасте поставит перед собой амбициозную цель избавить мир от голода, то степень его контроля над выполнением задачи будет стремиться к нулю.
Современная жизнь – это хаос, область столкновения миллионов случайных факторов, где мы отчаянно пытаемся найти толику порядка и предсказуемости. Не стоит думать, что мужественный взгляд на реальность, выражающийся в признании ограниченности влияния, – это испытание силы воли. Смелость и честность с самим собой приводят к благотворным эмоциональным сдвигам. «Мужество, – писал испанский мыслитель Хосе Антонио Марина, – есть добродетель, позволяющая оторваться от земли»[13]. Мы чувствуем огромное облегчение, осознав иллюзорность контроля над многими сферами жизни. Уходят в небытие десятки навязанных проблем, исчезает значимость недостижимых целей. То, что раньше отравляло жизнь и лишало радости и покоя, превращается в пыль. Теперь не нужно попусту расходовать энергию на бесплодные попытки повлиять на неконтролируемые процессы и можно сконцентрироваться на том, что находится в нашей власти. Перестав бороться с ветряными мельницами, можно изменить жизнь к лучшему, сосредоточившись на том, что действительно поддаётся воздействию.
Однако даже те, кто соглашается с тем, что у каждого из нас есть пределы контроля над окружающей реальностью, часто недооценивают масштаб явления. Иллюзия контроля простирается гораздо дальше психологических экспериментов, азартных игр и фондовой биржи. То, что часто без сомнений воспринимается как область нашего влияния и ответственности, на самом деле ею не является. Хронически завышается степень контроля над успехом, материальным благополучием и состоянием здоровья, но это почти никем не замечается, поэтому этим сферам следует уделить особое внимание. Данный вопрос подробно рассматривается в следующих двух главах.
Смешны люди, гордящиеся тем, что не в нашей власти.
(Эпиктет)
Какими принципами и идеалами руководствуется большинство людей? Ради чего они живут? Какие цели ставят перед собой? Безусловно, ответы на эти вопросы зависят от конкретного человека и его мировоззрения. Однако в настоящее время успех всё чаще воспринимается как главная цель человеческой жизни. В XVIII–XIX вв. в общественном сознании привилегированное положение занимало понятие «честь». Нашему современнику трудно вообразить, что люди прошлых эпох готовы были даже пожертвовать жизнью, лишь бы только защитить свою честь и достоинство. Освободившееся место заняло понятие успеха, и нет никаких признаков того, что эра его доминирования близка к закату. О статусе «успешного» человека мечтают сотни миллионов людей на планете, готовых на многое, чтобы вызывать зависть у окружающих. Заголовки журналов и популярных интернет-ресурсов пестрят упоминаниями об успешных людях, их привычках и образе жизни. Написаны сотни тысяч книг и миллионы статей о том, как обрести заветный статус и повод называть других неудачниками. Считается, что тот, кто обрёл финансовое благополучие или даже богатство, становится счастливым, здоровым, уверенным в себе и почти всемогущим человеком. Жизнь в стиле миллиардера – самая заветная мечта большинства. Многие готовы годами отказывать себе в удовлетворении даже базовых потребностей, лишь бы только продолжать верить в возможность скорого приобретения баснословного богатства. Слово «успешность» стало настолько затёртым, что над сутью самого понятия мало кто задумывается. В эпоху клипового сознания успех ассоциируется с разбрызгиванием шампанского на футуристичной яхте, роскошным кабриолетом, деловыми совещаниями на верхних этажах небоскрёбов, дорогими наручными часами и гордым лицом с небрежно скрываемой печатью превосходства. Перед нами визуальный образ удавшейся жизни, неотъемлемая часть которого – тщеславие и элитарность. Успешный человек богат, всесторонне реализован, занимает высокое место в социальной иерархии и во всём превосходит окружающих. Успешность – новый культ, активно раскручиваемый средствами массовой информации, в рамках которого быть неудачником позорно и предосудительно. Нас уверяют, что единственное оправдание отсутствия успеха – это яростное к нему стремление. Всеобщее помешательство на символах процветания отражает массовую потребность в психологическом комфорте. Но мало кто понимает, что в основе желания стать успешным человеком лежит попытка взять под контроль все возможные негативные случайности в жизни.
Нам внушают, что каждый несёт ответственность за собственное финансовое благосостояние и занимаемое место в социуме. Если вы неуспешны, небогаты и нереализованы в жизни, то в этом виноваты только вы, и никто больше. Возможно, что это замечательный принцип с точки зрения воспитания, но нас интересует реальность, а не педагогические императивы. Возникает закономерный вопрос: на самом ли деле это так? Что и в какой степени контролирует индивид и за что он действительно несёт ответственность? Насколько мы влияем на то, что с нами происходит? Что, если постараться объективно и беспристрастно ответить на данные вопросы? Практически в каждой второй книге, учащей правильно жить и добиваться поставленных целей, авторы призывают прежде всего ощутить ответственность за всё происходящее в своей жизни. Якобы без такого осознания не бывает саморазвития. Нередко в мотивационных книгах можно найти критику точки зрения на реальность, учитывающую роль случайного, непонятного и неконтролируемого. Людей, мыслящих таким образом, называют неудачниками. Невысокая должность, проблемы с деньгами, болезни, плохие отношения с родственниками, неудачи в личной жизни – всё это вменяется в вину потребителю товаров и услуг индустрии успеха. Почему же в индустрии успеха так много внимания уделяют вопросу ответственности? Потому что критически мыслящего человека трудно убедить в том, что все его проблемы и негативные события в жизни – это его выбор. К примеру, тяжело переживаемая смерть близкого родственника плохо скажется на всех аспектах жизни человека, в том числе и на его так называемой успешности, но только зачарованного мотивационными книгами можно убедить в том, что это его выбор и ответственность.
Получение прибыли – главная цель индустрии успеха, как и любого другого вида бизнеса. Чтобы реализовать свой товар, индустрия успеха должна прежде всего убедить потребителя в полном контроле над жизнью и всеми её аспектами. Трудно продать очередную книгу о десяти простых шагах к успеху, признавая тот факт, что человек собственными действиями определяет только, к примеру, 5 % конечного результата, а 95 % – это влияние случайных и непредсказуемых факторов. Убедив читателя в контроле, порождающем ответственность, продавцы успешности смогут реализовать всю идею целиком. Это принесет им не только выручку от книг и тренингов, но лояльного клиента, который при наличии достаточного терпения и удачном стечении обстоятельств на протяжении многих лет будет вкладывать деньги в индустрию.
Если мотивационный тренинг посетили 100 человек, и спустя некоторое время один из них внезапно сумел организовать прибыльный бизнес, то для индустрии успеха такой человек будет представлять особую ценность. Главное – убедить его в том, что успех обусловлен применением полученных на тренинге «знаний и алгоритмов». После этого новоявленный предприниматель превратится в живую рекламу, и на его историю с важным видом будут ссылаться бизнес-тренеры. А те оставшиеся 99 участников, кто не смог добиться чего-то значимого, просто-напросто недостаточно хорошо усвоили мотивационные уроки. Якобы это их вина, что они допустили серьёзные ошибки, приведшие к провалу. Индустрия успеха охотно разделит с вами победу, но никогда – поражение. Часто можно услышать, как какой-нибудь бизнес-тренер перечисляет названия широко известных предприятий, чьё финансовое здоровье не вызывает вопросов, и рассказывает о проведённых там тренингах. Подразумевается, что именно они стали главным фактором последующего процветания компаний. Одновременно скромно умалчивается о том, в скольких фирмах были проведены тренинги, но затем бизнес пришёл в упадок. «Звёзды» мотивации не объясняют истоки веры в причинно-следственную связь собственных тренингов с финансовыми показателями предприятий. Есть ли она вообще? Как можно трактовать информацию о том, что тренер провёл курсы по повышению эффективности в 10 компаниях, из которых 3 потом остались прибыльными, а 7 не выдержали конкуренции? Вполне возможно, что тренинги вообще не оказали никакого влияния на финансовый результат и, следовательно, судьбу бизнеса. Ведь при достаточной наглости связать собственные услуги с процветанием компании-партнёра могут и прочие контрагенты. Достаточно всего лишь разделять популярную иллюзию «затем, значит из-за этого».
Представьте себе компанию, устанавливающую в офисы кофейные автоматы. Предположим, что в начале года в 10 компаниях были установлены вендинговые машины. Затем по итогам отчётного периода в 5 компаниях была зафиксирована прибыль, а в 5 других – убытки. После этого продавец кофейных автоматов приводит в пример 5 процветающих компаний на переговорах с потенциальными заказчиками и с непроницаемым лицом утверждает, что кофе бодрит офисных сотрудников, повышает концентрацию и оказывает положительное влияние на производительность труда, а следствие этого – финансовое благополучие фирмы. Затем он называет ещё несколько компаний, отказавшихся установить вендинговые машины и впоследствии столкнувшихся с трудностями в бизнесе. Прямая связь между использованием в офисе кофейных автоматов и получением прибыли, по его мнению, очевидна. Обосновывает свою точку зрения он точь-в-точь теми же аргументами, что и бизнес-тренеры. Поверят ли ему новые заказчики? Маловероятно. Но почему тогда верят бизнес-тренерам? Ведь у торговца вендинговыми машинами ровно такое же право говорить о своём влиянии на успех заказчика, как и у «гуру» мотивации и эффективности!
Ещё одним следствием принятия на себя ответственности является стыд и страх быть неудачником. Логика мышления «мотивированного» человека проста: если он признал полную ответственность за происходящее в его жизни, то почему же у него столько проблем? Отрицать неудачи и возникающий из-за этого дискомфорт практически невозможно, следовательно, делается вывод о том, что он недостаточно хорош, полон изъянов и дефектов. Осознавать это весьма обидно. Внутренний конфликт возникает и развивается молниеносно, что приводит к стремлению скрыть проблемы и страдания. Люди преувеличивают персональные успехи, стараясь показаться счастливее, успешнее и богаче, чем они есть на самом деле. Горькую правду об этой склонности человека озвучил Блез Паскаль: «Нам не довольно нашей собственной жизни и нашего подлинного существа: мы жаждем создать в представлении других людей некий воображаемый образ и для этого всё время тщимся казаться. Не жалея сил, мы приукрашиваем и холим это воображаемое „я“ в ущерб настоящему»[14].
Как вы думаете, зачем пользователи социальных сетей без конца выкладывают фотографии, на которых они, нарядные и радостные, наслаждаются жизнью в престижных местах или за рулём дорогих автомобилей? Чтобы не испытывать стыда и не прослыть неудачником. Миллионы аккаунтов кричат: «Я всё контролирую, и у меня всё хорошо!» Остаётся непонятным, кто же всё-таки потребитель огромного объёма продаваемых антидепрессантов, если у всех вокруг такая счастливая и наполненная жизнь? В интернете у всех гармоничные отношения и самые лучшие супруги, но откуда тогда берётся впечатляющая статистика разводов? С фотографий на нас смотрят успешные и обеспеченные люди, но неясно, кто же тогда живёт за чертой бедности и кому приходится постоянно экономить? Никто не фотографирует себя в очереди к доктору в бесплодных попытках избавиться от хронической болезни. Никто не делает селфи, находясь в глубоком психологическом кризисе. Почему пользователи соцсетей скрывают горькую правду и стремятся казаться успешнее? Потому что в общественном сознании больше нет места состраданию, жалости и пониманию того, что в трудной ситуации может оказаться любой человек. Нас убедили, что «мы сами создаём свою судьбу». Исчезло понимание того, что большие проблемы могут возникнуть как у того, кто своими действиями навлёк на себя беду, так и у совершенно невиновного человека, ничем не заслужившего «наказания». Наступила эпоха веры в тотальный контроль и ответственность, а не согласны с такими взглядами, как нас убеждают, только неудачники, пытающиеся замаскировать лень и глупость.
Ещё одна современная тенденция – внедрение привычки сравнивать. Если приучить человека сравнивать свою жизнь, достаток, уровень счастья с теми же параметрами у других людей, то он никогда не удовлетворится настоящим и будет всегда считать себя недостаточно успешным, а значит, с большим желанием отправится на очередной мотивационный тренинг. Нас уверяют, что мы постоянно должны конкурировать друг с другом, ведь, как считается, более счастливая и наполненная жизнь у того, кто во всём превосходит окружающих. Постоянное сравнение себя с другими в условиях единого информационного пространства порождает перманентный страх, стыд и чувство вины. Если раньше мы могли соотнести себя и свою жизнь с ограниченным числом знакомых примерно одного круга и социального статуса, то теперь все мы объединены в глобальную сеть. С помощью интернета мы сопоставляем себя с десятками тысяч людей, что неизбежно приводит к фрустрации и разочарованию. Пользователь социальных сетей загружает страницы виртуальных друзей и со страхом думает: а не неудачник ли он, достаточно ли успешен и счастлив? Когда мы сравниваем себя сразу со всем миром, мы всегда будем недостаточно успешны.
Как охарактеризовать жизнь человека, регулярно испытывающего следующие эмоции: чувство вины, страх и стыд? «Страдание» – лучшее слово. Пытаясь от него избавиться, человек стремится к успеху, чтобы добиться одобрения общества. Судорожно стараясь достичь процветания, он с удовольствием расстаётся с деньгами в обмен на мотивирующие фантазии. Индустрия успеха упрощает действительность, игнорируя роль случайных и независимых факторов благополучия человека. Однако затем происходит встреча с реальностью, в которой удача может сопутствовать, а может и обойти стороной, несмотря на предпринимаемые усилия, так как случайные и неконтролируемые факторы успеха безжалостны к заблуждениям и иллюзиям. Не достигая обещанного благополучия, человек страдает и ненавидит себя. Круг страданий замыкается – наглядный пример того, что иллюзорный взгляд на жизнь в конечном счёте всегда приводит к эмоциональному дискомфорту.
Погоня за успешностью базируется на массовом непонимании причинно-следственных связей, теории вероятностей, статистики и роли случайности. Разобраться нам поможет наследие преподобного Томаса Байеса.
К некоторым признание и слава приходят сразу после публикации научного труда, кто-то получает Нобелевскую премию уже через несколько лет после открытия. Но есть и те, для кого благосклонность публики опаздывает на сотни лет. Прошло всего 200 лет после смерти Томаса Байеса, когда его идеи получили общественное признание. Теорема Байеса стала «крутой», а его знаменитая формула – популярным принтом на футболках вдумчивых студентов. Томас Байес – настоящая рок-звезда математической статистики и теории вероятностей. Он автор нового взгляда на причинно-следственные связи, а не просто формулы для расчёта вероятности. Неплохо для священника XVIII в., не правда ли? Интересно представить себе реакцию Томаса Байеса, если бы ему сообщили при жизни о его популярности и толпах поклонников в начале XXI в.
В истории научного мира трудно найти фигуру более загадочную, чем Байес. Мы настолько мало знаем о нём, что даже год и место его рождения до сих пор остаются предметом споров. Томас Байес родился в 1701 или 1702 г. в семье пресвитерианского священника Джошуа Байеса. Он происходил из зажиточного рода, разбогатевшего на торговле столовыми приборами[15]. Почти ничего неизвестно о том, где он учился в ранние годы, но считается, что Томас получил образование на дому. Доподлинно известно, что в 1719 г. Байесу пришлось переехать из родного Лондона в Эдинбург, чтобы изучать в местном университете логику и теологию. Окончив университет и вернувшись домой, он помогал отцу в проведении богослужений до тех пор, пока в 30-х гг. XVIII в. сам не стал пресвитерианским священником. Байес был человеком скромным и к славе никогда не стремился. При жизни были опубликованы всего лишь два его труда (по математике и теологии). Однако это не помешало ему в 1742 г. войти в состав Лондонского Королевского общества. В 1761 г. после продолжительной болезни Томас Байес скончался в Танбридж-Уэллс. Примечательно, что «Эссе о решении проблем в теории случайных событий», содержащее формулировку знаменитой теоремы, было опубликовано уже после смерти Байеса, в 1763 г. Так что же, собственно, поведал миру пресвитерианский священник XVIII в.?
Для понимания сути теоремы Байеса обратимся к классическому примеру американского специалиста по искусственному интеллекту Элиезера Юдковского, автора, пожалуй, лучшего объяснения главной идеи преподобного[16]. По данным медицинской статистики, 1 % женщин в возрасте 40 лет поставлен неутешительный диагноз – рак молочной железы. Мы знаем, что 80 % женщин с раком груди получают положительный результат маммографии, так же как и 9,6 % здоровых женщин. Некая женщина в возрасте 40 лет прошла исследование и получила положительный результат. Теперь вопрос: какова вероятность того, что она действительно больна? Попробуйте ответить на вопрос самостоятельно.
Если ваш ответ близок к 80 %, то спешу вас разочаровать, потому что это неправильно. На самом деле вероятность того, что женщина с положительным результатом маммографии в данном примере действительно больна раком, равна всего лишь 7,8 %! Чтобы объяснить полученный результат, представим исходную задачу в другом, более понятном виде. Если вас пугают несложные математические расчеты и слишком большое количество цифр в тексте, то можете смело пропустить несколько следующих абзацев – на понимании дальнейшего материала это не скажется. По данным медицинской статистики, у 100 из 10 000 женщин – рак молочной железы, в то же время 80 из 100 женщин, действительно страдающих онкологическим заболеванием, получают положительный результат маммографии. У 950 из 9900 (9,6 % * 9900) здоровых женщин также положительный результат обследования. Двадцать женщин из 10 000 имеют отрицательный результат маммографии, хотя на самом деле больны. Вопрос остаётся тем же: какова вероятность того, что женщина в возрасте 40 лет, получившая положительный результат исследования, больна раком молочной железы?
Итак, получается, что из 10 000 женщин:
• 100 женщин рак молочной железы;
• 9900 здоровы;
• 80 женщин рак и положительный результат обследования;
• 20 женщин рак и отрицательный результат обследования;
• 950 женщин нет опухоли, но результат обследования положителен;
• 8950 женщин нет опухоли и результат обследования отрицателен.
Сначала необходимо определить числитель формулы для расчёта вероятности – в данном случае, это 80 женщин с раком молочной железы, получившие положительный результат маммографии. В знаменатель мы должны поставить общее число женщин с положительным результатом, то есть 1030 (950 + 80). Таким образом, только у 80 женщин из 1030, получивших положительный результат, действительно есть рак. Ответ на первоначальный вопрос: женщина 40 лет, получившая положительный результат маммографии, больна раком молочной железы с вероятностью в 7,8 % (80/1030).
Согласитесь, насколько разный смысл передаётся пациентке врачом, оценивающим вероятность тяжёлого заболевания в 80 % или 7,8 %! В первом случае страшный диагноз практически подтверждён, а во втором – это, скорее всего, ошибка. Результаты расчёта по вышеуказанным данным ставят под сомнение целесообразность проведения обследования. Вероятность рака молочной железы у женщины старше 40 лет – 1 %. Если обследование дало положительный результат, то вероятность повышается до 7,8 %, но, тем не менее, увеличение столь малое, что говорить что-то достоверное о наличии болезни невозможно.
Получить тот же ответ мы могли бы, используя формулу Байеса. Ведь, по сути, теорема Байеса – это всего лишь уравнение, но с далеко идущими выводами. Общий вид теоремы Байеса:
где
P(A) – вероятность события A, P(B) – вероятность события B
P(A|B) – вероятность того, что произойдёт A, учитывая что B
P(B|A) – вероятность того, что произойдёт B, учитывая, что A
P (рак) – вероятность того, что у женщины рак;
P (положительный результат) – вероятность для женщины получить положительный результат маммографии;
P (положительный результат| рак) – вероятность получить положительный результат теста при условии, что у женщины рак;
P (рак|положительный результат) – вероятность того, что у женщины рак, учитывая получение положительного результата.
В соответствии с первоначальной формулировкой проблемы:
P(рак) = 1 %,
P(положительный результат)= 10,3 % (9,6 % здоровых женщин получат положительный результат из 99 %, 80 % больных женщин получат положительный результат из 1 % генеральной совокупности, 0,096 * 0,99 + 0,8 * 0,01),
P(положительный результат|рак) = 0,008.
Таким образом, используя формулу Байеса:
P(рак|положительный результат) = 0,008 * 0,01/0,103 = 7,8 %
Ценность теоремы Байеса в том, что она позволяет ответить на сложный и нетривиальный вопрос: какова вероятность того, что некое событие было вызвано данной причиной? В примере про маммографию информация о том, что только 1 % женщин в возрасте 40 лет больны раком молочной железы, является априорной. Это та первоначальная вероятность, которой мы располагаем до получения новых сведений. Условными вероятностями называют долю здоровых женщин с положительным результатом маммографии и долю больных женщин с положительным результатом. Искомая вероятность наличия заболевания при условии положительного результата является апостериорной вероятностью. Таким образом, теорема Байеса позволяет превратить априорную вероятность в апостериорную, учитывая влияние условных вероятностей. Или, как заметил британский нейрофизиолог Крис Фрит: «Теорема Байеса говорит нам, насколько увеличится наше знание об A в свете новых сведений B»[17]. Если бы две условные вероятности были равны, то апостериорная вероятность была бы равна априорной (P(A|B)=P(B|A)), но такое встречается крайне редко. Мы подошли к формулировке главной идеи Байеса: вероятность того, что А произойдёт, если произойдёт B, не равна вероятности того, что B произойдёт, если A произойдёт. Мы можем это увидеть в примере про маммографию, где вероятность получить положительный результат при наличии рака очевидным образом отличается от вероятности рака при наличии положительного результата обследования.
Интуиция очень часто подводит нас при оценке вероятности и определении причинно-следственных связей, поэтому в таких вопросах следует использовать научный подход. Психологические эксперименты показали, что люди зачастую неправильно оценивают апостериорную вероятность, так как игнорируют априорную вероятность. Апостериорную вероятность приравнивают к условной вероятности, допуская серьёзную ошибку. В приведённом выше примере Элиезера Юдковского большинство врачей приравнивали условную вероятность получить положительный результат маммографии женщине, страдающей раком молочной железы, к апостериорной, сообщая пациентке, что после неутешительного результата обследования вероятность того, что у неё рак, составляет 80 %. Полностью игнорировалась однопроцентная априорная вероятность того, что у женщины в возрасте 40 лет есть рак.
С точки зрения современной статистики много вопросов вызывает целесообразность проведения в общенациональном масштабе медицинских тестов на выявление опасных, но редких заболеваний. Даже если точность обследования составляет фантастические 99,9 %, то проверять всё население страны не имеет особого смысла[18]. Дело в том, что, протестировав сотни миллионов человек, например, 300 млн, и затратив неисчислимые ресурсы времени и денег, мы получим плачевный по своей ценности результат. Судите сами: если патологии подвержен 1 из 300 000, то всего страдающих редким заболеванием в совокупности из 300 млн – 1000 человек. При точности теста в 99,9 % все они получат положительный результат и узнают о своём состоянии, но одновременно 300 000 здоровых людей получат ложноположительный результат. В итоге лишь приблизительно 0,33 % людей, получивших положительный результат, на самом деле будут больны! Поразительно точный тест (99,9 %) введёт в заблуждение почти треть миллиона человек, превратив их жизнь в муку. Таким образом, любое широкомасштабное обследование на наличие редких заболеваний, не обладающее точностью в 100 %, может привести к совершенно бессмысленным результатам.
Вернёмся к теме индустрии успеха и её конфронтации с теорией вероятностей и статистикой, вооружившись знанием теоремы Байеса. Отличительной чертой книг о том, как добиться успеха, является создание простых до неприличия вербальных рецептов процветания. Они становятся мемами, цитируются миллионами впечатлительных людей, превращаются из просто фразы в идею, покоряющую умы. Особо доверчивые люди используют их в качестве путеводной звезды, надеясь заполучить богатство, обещанное мотивационными книгами. Одна из таких идей – принижение роли образования как одного из факторов финансового благосостояния в зрелом возрасте. Трудно найти первоисточник подобной точки зрения ввиду широкой её распространенности, ведь эта идея стала чуть ли не частью общественного мнения.
Почему критический взгляд на образование приобрёл столько сторонников? Выгоды от распространения негативного отношения к формальному образованию просты и очевидны. Для продавцов успеха популяризация таких взглядов целесообразна по многим причинам. Во-первых, у них появляется возможность обратиться к самой широкой аудитории – к двоечникам и середнякам. Конечно, преуспевающие ученики в любом сообществе будут меньшинством, «ботаники» всегда составляют небольшую долю от общего числа студентов. Во-вторых, большинство всегда любит простые решения. Им гораздо легче продвинуть идею того, что получать высшее образование, а значит, тратить внушительные суммы денег, уделять обучению долгие годы и трудиться в поте лица, не имеет никакого смысла для последующего финансового благополучия. В-третьих, широкой публике трудно понять ценность образования как такового, а не только в качестве средства получения высокого дохода. Значительная часть людей не воспринимает образование как необходимую часть гармоничного развития человеческой личности, а слова о радости познания вызывают искренний смех. Соответственно, свойственная индустрии успеха точка зрения, что любая деятельность является лишь путём к получению дохода, находит отклик в сердцах аудитории. В-четвёртых, у критики образования есть приятный психологический аспект. Согласившись с тем, что образование выступает помехой финансовому процветанию, нерадивый ученик, испытывающий давление общества из-за плохих оценок, мгновенно меняет своё положение. Из неудачника он моментально превращается в потенциального победителя, ведь его неспособность справиться с курсом обучения признаётся незашоренным мышлением, которое невозможно втиснуть в узкие рамки формального образования.
Проверим, действительно ли отсутствие высшего образования повышает шансы преуспеть в финансовом плане, используя теорему Байеса. Для расчёта мы будем использовать статистические данные из США, находящиеся в свободном доступе во Всемирной сети.
Напомню общий вид теоремы Байеса:
P(A) – вероятность того, что резидент США является обладателем состояния свыше 1 млн долларов = P(миллионер);
P(B) – вероятность того, что резидент США не имеет высшего образования (степень бакалавра и выше) = P (без высшего образования);
P(B|A) – вероятность того, что житель США не имеет высшего образования, учитывая, что он миллионер = P (нет высшего образования|миллионер);
P(A|B) – искомая вероятность того, что житель США является миллионером, учитывая, что у него нет высшего образования = P (миллионер|без высшего образования).
Теперь рассмотрим исходные данные, необходимые для вычисления вероятности того, что житель США является миллионером, при условии, что у него нет высшего образования:
население США по состоянию на июль 2015 г. – 321 млн;
взрослое население США (старше 19 лет) составляет 73,1 % от общей численности – 234 651 000[19];
количество миллионеров, по данным Boston Consulting Group на 2014 г. (принимаем 1 миллионера за 1 домохозяйство), – 6 906 000[20];
29 % жителей США старше 25 лет имеют бакалаврскую степень и выше;
число людей без высшего образования в США (71 % от общего числа) – 166 602 210[21];
среди миллионеров в США (по данным разных источников, в т. ч. журнала Forbes) 20 % не имеют высшего образования[22].
Таким образом,
P(A) = P(миллионер) = 6 906 000/234 651 000 = 2,94 %
P(B) = P(без высшего образования) = 166 602 210/234 651 000 = 71 %
P(B|A) = P (нет высшего образования|миллионер) = 20 %
P(A|B)= P(миллионер|без высшего образования) = (0,2*0,0294)/0,71 = 0,82 %
Таким образом, априорная, генеральная вероятность для жителя США стать миллионером составляет 2,94 %, а в случае отсутствия высшего образования она уменьшается до 0,82 %. Отказываясь получить высшее образование по каким-либо причинам, житель США уменьшает вероятность своего превращения в миллионера в 3,5 раза. К примеру, кто-то может решить, что вероятность стать миллионером, бросив университет, равна 20 %. Но учитывая априорную вероятность (2,94 %) стать миллионером в США, мы приходим к вероятности в 0,82 %. Таким образом, в среднем люди неправильно оценивают вероятность получения заветного статуса миллионера без высшего образования в 20/0,82 = 24,39 раз. Почти в 25 раз! Это происходит из-за распространённой ошибки, когда условную вероятность принимают за апостериорную. Теорема Байеса опровергает один из самых популярных мифов современности.
Секрет успеха надеются отыскать не только настойчивые журналисты и амбициозные студенты. Причины благополучия упорно пытаются понять и сами успешные люди, но зачастую их выводы столь же иррациональны и не имеют никакого отношения к действительности, как и результаты поверхностного анализа публики. Подчас процветающие люди стремятся приукрасить свою биографию, преувеличить собственную роль в достижении успеха, игнорируя влияние прочих факторов, в том числе случайности. Почти никто не в состоянии избавиться от субъективности в суждениях о самом себе. Вполне возможно, что слово «почти» в предыдущем предложении излишне, ведь, как утверждали британские философы-эмпирики XVIII в., – все знания об окружающей реальности мы получаем посредством чувств. Следовательно, наш опыт и понимание жизни всегда базируются на сомнительном основании. Мы смотрим на мир и самих себя сквозь призму субъективности, и избавиться от неё не в силах.
Многие считают, что если кто-то добился успеха, значит, всё, что он делал, вело его к благосостоянию, а всё, чего он остерегался, – могло этому помешать. Или как в случае с критикой формального образования: если кто-то не был преуспевающим учеником, но в течение жизни разбогател, делается вывод о том, что образование в лучшем случае нейтрально для успеха, а в худшем – отрицательно сказывается на итоговом результате. Поэтому успешный бизнесмен может считать одним из ключевых факторов успеха своё хобби, например, рыбалку. Требующее внимательности и терпения занятие якобы воспитало в нём качества, необходимые для достижения поставленной цели. Без увлечения рыбалкой, как он считает, ему бы не удалось заработать миллионы долларов. В то же время предприниматель, разбогатевший на торговле строительными материалами, восхваляет увлечение мотоциклами, якобы развившее в нём стремление к лидерству, непримиримость, умение рисковать и нести ответственность. И, конечно же, без такого хобби, по его мнению, не было бы никакого успеха. Помимо увлечений называются ещё тысячи других причин. Кто-то считает, что его секрет успеха в том, что он «настоящий техасец» или фанат баскетбола, кто-то полагает, что дело во «врождённых чертах» характера и трудолюбии. Многие вспоминают важные события в жизни: кто-то стал подниматься по лестнице успеха, удачно выйдя замуж, а кто-то – расставшись с «тянувшим вниз» супругом. Кто-то «никогда не сдавался», играл в шахматы и занимался медитацией, другие же соблюдали особую диету, «никогда не сидели на месте и продолжали движение вперёд при любых обстоятельствах». Конечно, в такие рассуждения закралась очевидная логическая ошибка. Дело в том, что для установления причинно-следственной связи любой отдельный случай зачастую не имеет никакого значения по двум причинам.
Во-первых, маловероятно, что вообще существует какая-либо связь между уже случившимся фактом материального благополучия и тем, что успешные люди называют причиной произошедшего. Владелец сети супермаркетов в небольшом городке может обожать игру в теннис и искренне считать, что регулярные занятия обусловили его успех, воспитали в нём такие черты характера, как активность и стремление к превосходству. Но при этом первоначальный капитал для открытия первого супермаркета он получил по наследству от отца, а его бизнес стал прибыльным в результате внезапного разорения конкурирующей сети магазинов. Как вы думаете, есть ли вообще какая-то взаимосвязь между его регулярной игрой в теннис и тем, что владелец стал обеспеченным человеком в результате деятельности на внезапно освободившемся от конкуренции рынке?
Нам свойственно допускать знаменитую логическую ошибку «post hoc ergo propter hoc», что переводится с латинского как «после этого, значит вследствие этого»[23]. Суть заблуждения: если некое событие B произошло после события A, следовательно, событие А является причиной события B[24]. Также можно выразить эту мысль более поэтичным способом. Все мы знаем, что каждое утро солнце встаёт после того, как прокричит петух, следовательно, крик петуха – это причина того, что солнце встаёт. Нет крика петуха – нет и солнца. Часто мы путаем причину и следствие местами – и это тоже естественное свойство нашей природы, а не следствие цивилизованности. Статистик Даррелл Хафф рассказывает об удивительной вере коренных жителей островов Новые Гебриды в то, что вши способствуют крепкому здоровью и долголетию[25]. На протяжении столетий они наблюдали, как люди со вшами были бодры и энергичны, в отличие от страдающих лихорадкой соплеменников без вшей. На основании многократных наблюдений аборигены сделали вывод о необходимости наличия вшей для здоровой жизни. Оказалось, что все без исключения коренные жители островов были заражены головными вшами. Когда кто-то из племени заболевал, и у него начиналась лихорадка, то вши покидали тело из-за высокой температуры. Коренные жители островов Новые Гебриды ошиблись в определении причинно-следственной связи и пришли к парадоксальному выводу, но подумайте – разве в наше время мало случаев, когда путают причину и следствие? Логическая ошибка «post hoc ergo propter hoc» по-прежнему широко распространена, несмотря на то, что наличие вшей сейчас не считается необходимым условием крепкого здоровья и долголетия.
Во-вторых, любой отдельный случай заведомо нерепрезентативен. Ещё в XVIII в. шотландский философ-агностик Дэвид Юм заметил: «Рассматривая окружающие нас внешние объекты и действия причин, мы не способны, исходя из одного примера, открыть какую-либо силу, или необходимую связь, и вообще какое-нибудь качество, связывающее действие с причиной и делающее первое неизменным следствием второй»[26]. Чтобы сделать хоть какой-то вывод о том, что обусловливает финансовый успех, необходимо проанализировать очень большую совокупность обеспеченных людей. Должна рассматриваться статистически достоверная выборка, а не просто несколько преуспевающих людей и их фантазии о причинах своего процветания. Один пример, якобы что-то доказывающий, не имеет никакого значения для установления причинно-следственной связи. При этом иногда один-единственный случай, явно противоречащий данным, полученным при исследовании совокупности объектов, эмоционально настолько сильно влияет на нас, что мы способны сделать иррациональный вывод.
Допустим, что вы решили приобрести новый холодильник и, изучив рыночный ассортимент, остановились на двух вариантах – «А» и «B». Затем провели полноценное маркетинговое исследование, проанализировав сотни достоверных отзывов покупателей. Предположим, что у вас была возможность получить точную статистику по сервисным центрам, осуществляющим ремонт холодильников, также вы учли все случаи возврата товара из-за серьёзных поломок. Результаты проведённого анализа однозначно говорят о превосходстве холодильников марки «А» над холодильниками марки «B». У варианта «А» минимальное число случаев ремонта во время эксплуатации, при этом доля требующих ремонта холодильников «B» превышает в три раза аналогичную долю холодильников «A». К тому же 5 % холодильников марки «B» возвращаются покупателями в магазин во время гарантийного периода, а у холодильников «А» практически нет случаев возврата товара. По всем параметрам «А» гораздо лучше, чем «B». На основании проведённого анализа вы принимаете обоснованное решение приобрести холодильник марки «А». Однако накануне поездки в магазин вы случайно встречаете старого друга и делитесь с ним планами, но в ответ слышите гневную тираду. Друг рассказывает о том, что он некоторое время назад приобрёл холодильник марки «А» и пожалел об этом десятки раз. Он сломался уже в первую неделю эксплуатации, затем проблемы возникали с периодичностью раз в месяц. Полки потрескались, дверца перестала плотно закрываться, заявленная температура не поддерживалась. Не холодильник, а сплошное недоразумение! На следующий день вам предстоит принять решение о том, холодильник какой марки приобрести. Какой выбор вы сделаете? Парадоксально, но эмоциональная речь друга, вполне возможно, произведёт на вас такое впечатление, что вы примете иррациональное и ничем не обоснованное решение и купите холодильник марки «В», позабыв о том, что один-единственный случай не имеет никакого значения, когда оценивается вероятность купить некачественный товар из большой совокупности.
Представим себе, что в форме опроса было проведено широкомасштабное исследование по выявлению факторов, определяющих финансовый успех человека. И в результате выяснилось, что значительное число (статистически значимое) обеспеченных людей называют причиной своего процветания то влияние, которое на них оказала некая книга «Х». После прочтения они преобразились и сумели разбогатеть. Однако даже в этом, казалось бы, очевидном случае нельзя с точностью сказать, что книга «Х» хоть как-то повлияла на финансовый успех опрошенных. Результат исследования говорил бы лишь о том, что значительное число материально благополучных людей склонны считать книгу «Х» главной причиной своего достатка. И не более того. Это всего лишь их мнение о причинно-следственной связи, а не доказательство того, что книга «Х» приводит читателей к процветанию.
Почти никто не может объективно выделить ключевые факторы успеха, притом неважно – своего или чужого. Поэтому, когда очередной восторженный журналист интервьюирует главу преуспевающей компании и пытается узнать его мнение о секрете процветания, стоит помнить, что ответ бизнесмена нельзя считать истиной в последней инстанции. Если такой же вопрос адресовать любому третьему лицу, обладающему информацией о жизненном пути предпринимателя, его ответ будет эквивалентным по близости к правде. Парадоксально, но факт. Немногие обладают достаточным мужеством и мудростью, чтобы признать огромную, определяющую роль везения в своём успехе. Так происходит из-за фундаментальной ошибки атрибуции[27]. Проблема атрибуции появляется тогда, когда начинают различать причины собственного и чужого успеха в выгодном для себя свете. Личный успех – следствие труда, компетентности и настойчивости, но в то же время собственные неудачи – это всегда неблагоприятно сложившиеся обстоятельства, козни завистников и злой рок. Причины чужого успеха и неудач оцениваются противоположным образом. Достижения других всегда рассматриваются как везение и дар фортуны, а неудачи, само собой, следствие лености, некомпетентности и плохого характера. Фундаментальная ошибка атрибуции – неотъемлемая часть человеческой природы, не являются исключением и успешные люди. Все мы помним наши нелепые детские объяснения плохих оценок в школе. В случае проваленного экзамена во всём был виноват предвзятый преподаватель, а любые успехи в обучении случались только благодаря нашему прилежанию. Так и некоторые люди склонны видеть в финансовом благополучии только результат стараний и правильного поведения, но никогда – случайность и благоприятное стечение обстоятельств.
Аналогичную ошибку часто совершает общественность в лице журналистов. Индустрия успеха обожествляет миллионеров, с пристрастием пытаясь отыскать их «секреты». Вызывают интерес все аспекты их частной жизни – яхты, автомобили, острова, стоимость вечеринок и повседневные привычки. Журналисты всеми силами стараются узнать, во сколько просыпаются миллионеры, каков их распорядок дня, какие книги и фильмы они любят, что думают по любым вопросам, какова их жизненная философия и вера? Что же привело их к несметным богатствам? Болезненный интерес доходит до того, что пытаются выяснить гастрономические привычки, любимые бренды и предпочитаемый цвет одежды. Такую степень внимания индустрия успеха оправдывает алогичным мифом. Считается, что чем больше мы будем знать о миллионерах, тем быстрее самые внимательные смогут отыскать секрет успеха и применить полученные знания в целях обретения богатства. Журналисты отчаянно ищут факты, хоть немного похожие на причины процветания, но когда об успешном человеке совсем нечего сказать, то говорят, что он «сумел оказаться в нужный момент в нужном месте», или твердят о запредельной «интуиции и деловой хватке». То есть произносятся бессмысленные и бесполезные вещи, которые невозможно ни подтвердить, ни опровергнуть. Но стоит ли уделять успешным людям столько внимания? Оправданно ли это?
Во-первых, кто-либо признаётся успешным в конкретный момент времени, имеющий свойство заканчиваться. Популярный актёр богат и знаменит в 35 лет, а в 45 уже проходит лечение от всевозможных видов зависимостей в реабилитационном центре. Успешный ли он человек? Сегодня кто-то владеет активами стоимостью в сотни миллионов долларов, а через некоторое время его долги уже составляют сотни миллионов. Всё изменчиво и непостоянно в нашем мире.
Во-вторых, информация о том, что кто-то сумел заработать много денег, ничего не говорит о его особых умениях и талантах без анализа того, сколько всего людей попытались достичь успеха в той же сфере при тех же стартовых условиях. Нассим Талеб, один из самых ярких мыслителей нашего времени, привёл образный, но прекрасно запоминающийся пример[28]. Он утверждает, что если посадить «бесконечное число» обезьян перед пишущими машинками и предоставить им возможность бить по клавишам, то мы можем смело ожидать появления точной копии «Илиады» от одной из них. После обнаружения чудесной обезьяны, напечатавшей точную копию великого произведения Гомера, задайте себе вопрос: какова вероятность того, что затем та же обезьяна сможет написать «Войну и мир»? Обладает ли этот примат удивительным разумом, талантлив ли он в написании художественных произведений? Ответ на вопрос не столь очевиден, так как он зависит от общего количества посаженных перед пишущей машинкой обезьян. Учитывая, что в примере Нассима Талеба приматов «бесконечное число», мы можем почти со стопроцентной уверенностью говорить, что чудесная обезьяна – результат слепой случайности. Более того, принимая во внимание бесконечное количество приматов, появление такой обезьяны практически неизбежно. Однако, если бы число обезьян составляло, к примеру, миллион, и одна из них напечатала бы «Илиаду», то к ней стоило бы присмотреться, а если бы первоначальная совокупность состояла из 1000 особей, то уникального примата можно было бы смело приглашать в ток-шоу, ожидая содержательного интервью.
Вернёмся в реальный мир. Проводя аналогию с трудолюбивыми обезьянами, Талеб предлагает оценивать бизнесменов таким же образом и стараться избегать иллюзии особых навыков и умений. Когда мы анализируем чей-то успех, например, основателя быстрорастущей компании, необходимо постараться ответить на вопрос: действительно ли он обладает уникальными качествами? Возможно, что его успех не более чем случайность. Особенно учитывая то, что нередко финансовый результат фирмы определяют усилия менеджеров среднего звена и прочего персонала. И совсем не факт, что если кто-то вывел на лидирующие позиции одну компанию, то он обладает некими способностями и сможет повторить достижение в другой.
Анализируя степень влияния некоего бизнесмена на финансовый результат его предприятия, мы сталкиваемся с ещё одной трудностью. Рассматривая экономическую сферу, мы всегда видим только действующие компании. От нашего внимания ускользают миллионы обанкротившихся фирм. Потерпевшие поражение невидимы, но именно они составляют первоначальную совокупность, анализируя которую, можно сделать обоснованный вывод о наличии или отсутствии у бизнесмена особых умений. Получить данные о совокупности при проведении исследования практически невозможно. Вспоминая Канта, можно сказать, что невидимые неудачники в мире бизнеса являются прекрасным примером его «вещи в себе»[29]. Мы знаем, что они существуют, но об их числе нам остаётся только гадать.
Вручение Нобелевской премии по экономике в 2002 г. знаменитому психологу Даниэлю Канеману ознаменовало собой начало новой эпохи в истории экономической науки. Это было не только признание выдающихся достижений израильско-американского учёного, одного из основоположников поведенческих финансов, но и удар по самолюбию некоторых людей. Лауреатом Нобелевской премии по экономике стал психолог, что свидетельствовало о близости двух сфер познания. Экономическая наука всегда отрицала гуманитарную природу и стремилась превратиться в точную науку: для объяснения любой теории применялись формулы, во многом даже слишком простые и понятные. Но с течением времени используемый математический инструментарий усложнился настолько, что оказался потерян первоначальный смысл и связь с реальностью. Формулы ради формул, вычисления ради вычислений, но очень малая применимость на практике. Экономика надела солидную одежду точной науки, но собственную импульсивную и подверженную страстям природу скрыть не получилось. Экономика всё больше и больше выглядела как физика и математика, но всё дальше отрывалась от жизни. А ведь познание объективной реальности – основная цель любой науки. Экономисты были сосредоточены на создании сложных формул, описывающих финансовую реальность, однако люди, принимающие важные решения, нередко игнорировали их ввиду бессмысленности и неприменимости на практике (за исключением финансовых рынков). Возник вопрос: неужели, чтобы, например, описать механизм поведения банковского вкладчика в условиях кризиса, нужна высшая математика? В какой-то мере экономисты стали «множить сущности сверх необходимого», нарушив священный для науки методологический принцип «бритвы Оккама». Суть принципа в том, что всё следует объяснять самым простым способом без привлечения излишней информации. Или, как сформулировал принцип бритвы Оккама Альберт Эйнштейн: «Всё следует упрощать до тех пор, пока это возможно, но не более того».
Вкупе с патологической страстью к обретению статуса точной науки экономисты любили анализировать поведение рационального экономического субъекта, встретить которого невозможно нигде, кроме как на страницах учебников. Такой человек всегда ведёт себя разумно, действует в условиях совершенных рынков, принимает рациональные и оптимальные решения на основе легкодоступной информации, стремясь к максимальной личной выгоде. На основе предполагаемого поведения вымышленного рационального человека часто формулировались полностью неприменимые в жизни законы, гипотезы и теории. Оторванность экономической науки от реальности стала притчей во языцех. Для того чтобы разобраться, что происходит в области финансов, стало полезнее прочитать книгу по психологии или биологии, чем новомодный экономический журнал. На такой вызов экономическое сообщество не могло не ответить. К тому же доминирование теорий о рациональности индивида и его перманентной способности всегда находить оптимальный и выгодный вариант выглядело нелепо в мире победившей идеи стартапов. Оценки разнятся, но считается, что примерно девять из десяти стартапов заканчиваются провалом[30]. Однако без прогоревших компаний не было бы инноваций. Так называют рискованные проекты, полностью оправдавшие надежды и мечты авторов. Инновации, словно жемчужины, редки и уникальны, но их существование зиждется на использовании метода проб и ошибок. Основывая стартап, никто не может получить никаких гарантий того, что потраченные деньги и время не окажутся напрасными. Экономика и общество в целом выигрывают от «иррационального» стремления предпринимателей воплотить в жизнь идеи, в которые мало кто верит[31]. Если бы мы действительно были рациональными экономическими субъектами, то никто бы не осуществлял проекты со столь высоким уровнем риска, следовательно, у нас не было бы инноваций и технологического прогресса. Возникло противоречие между одобряемой социумом «иррациональностью» предпринимателей, принимающих на себя риски неудачных проектов, и экономической теорией, не отражающей реальное положение дел.
В последние двадцать лет аудитория наконец-то обратила внимание на психологические исследования, анализирующие повседневную экономическую реальность. Из человека перестали делать рационального робота, лишённого эмоций и чувств, всегда принимающего оптимальные решения в результате безупречного и хладнокровного анализа. В настоящее время никто не предоставляет обывателю качественную и полную информацию для обдумывания финансовых решений, рынки даже отчасти не эффективны, а решения зачастую принимаются под влиянием сиюминутных настроений, жадности и страха. Экономика – это прежде всего психология, и только во вторую очередь – математика. Во главе нового типа мышления встали блестящие психологи Даниэль Канеман и Амос Тверски, сделавшие акцент в исследованиях на принятии решений в условиях неопределённости и недостатка информации, а также на человеческих заблуждениях и иррациональности. Они описывали настоящее положение дел в сфере экономики и поведение реальных людей. Вера в то, что «всё в наших руках» и «всё у нас под контролем», плохо сочетается с выводами Канемана и Тверски. Некоторые люди не любят, когда им указывают на ограниченность контроля, роль случайности и небольшую степень влияния на конечный результат, однако теперь такие высказывания подкреплены авторитетом Нобелевской премии по экономике.
Канеман признаёт, что навыки и знания руководителя компании влияют на финансовый результат. Однако степень контроля директора над доходами фирмы гораздо ниже, чем принято считать. Канеман называет коэффициент корреляции в 0,3 между успехом предприятия и качеством руководства «самой щедрой оценкой»[32]. Напомню, что коэффициент корреляции является мерой линейной зависимости двух величин и может варьироваться от 0 до 1. Чем ближе значение коэффициента к 1, тем сильнее взаимосвязь между двумя величинами. Если бы коэффициент был равен 1, то в 100 % случаев успех компании был бы обусловлен качеством руководства. Если бы управление вообще никак не оказывало влияния на финансовый результат, то в 50 % случаев компании добивались бы успеха с некомпетентным топ-менеджером во главе. Коэффициент корреляции 0,3 означает, что в 60 % случаев успех фирмы сочетается с грамотными действиями управленца, что всего лишь на 10 % превышает случайный результат! Канеман утверждает, что «заслуги руководителей не так велики, как их превозносят».
К схожим выводам об ограниченном влиянии руководителя на финансовый результат компании также приходит знаменитый физик и автор научно-популярных книг Леонард Млодинов[33]. Он предлагает проанализировать ситуацию, при которой любой генеральный директор в зависимости от профессиональных навыков обладает некой ежегодной вероятностью успеха. Допустим, что успехом можно признать завершение финансового года компании с чистой прибылью. Предположим, что все управленцы из года в год обладают одинаковой вероятностью успеха в 60 %. В таком случае, если мы рассмотрим 500 крупнейших компаний, то по итогам последних пяти лет 333 генеральных директора продемонстрируют результаты, не отражающие уровня их навыков и умений. Также абсолютно случайно 1 из 10 руководителей покажет успешные или провальные результаты все 5 лет подряд. То есть просто по воле случая два полностью равноценных в профессиональном плане генеральных директора будут диаметрально противоположно отличаться по результатам. Как вы думаете, бизнес-сообщество будет одинаково относиться к тому, чья компания 5 лет в убытках, и к тому, кто 5 лет выдаёт прибыльные годы? Очевидно, что нет. Млодинов приходит к выводу, что для оценки профессионализма руководителя не имеют особого значения итоги деятельности фирмы в конкретный момент времени, а по-настоящему важны личные качества топ-менеджера, его интеллектуальный уровень, навыки и знания.
Понимание ограниченности контроля руководителя над финансовым результатом позволяет учитывать фактор случайности. Убыток или падение курсовой стоимости акций – не приговор компетенции генерального директора. Вполне возможно, что это всего лишь случайность. Также как и зашкаливающая рентабельность компании не говорит о том, что руководитель – «гений бизнеса». Но такая точка зрения, несмотря на безусловный авторитет Канемана и Тверски, не очень-то распространена. По-прежнему большинство людей загипнотизировано результатом. Многие изучают опыт успешных компаний и пытаются его скопировать, объявляя методы управления мудрыми и дальновидными. На неудачный опыт убыточных компаний тоже обращают внимание и с азартом ищут ошибки топ-менеджеров. Одно и то же действие директора, один и тот же стиль руководства оцениваются диаметрально противоположно в зависимости от результата компании. Прибыль в первый год – «руководитель гениален», неудачный второй год – «он выскочка, ничего не понимает в бизнесе и регулярно ошибается»; успешный третий год – «стиль управления всё-таки хорош». И так далее, до бесконечности. Под маской красивых слов «алгоритмы», «пути», «грамотный менеджмент», «корпоративный дух», «стратегическое видение» скрывается бинарное мышление. Все хотят всегда получать прибыль, но, учитывая ограниченность контроля, добиться этого практически невозможно. Ради комфортного, но не имеющего ничего общего с реальностью взгляда на жизнь некоторые игнорируют случайность. Раз «всё зависит от нас», то нужно найти недочёты у директоров прогоревших фирм и сделать ценные выводы. Поэтому большими тиражами издаются книги, обещающие отыскать и описать чужие ошибки, научить не допускать аналогичных промахов в своей деятельности. Но возможно ли это?
Одна из таких книг под названием «Ошибки топ-менеджеров ведущих корпораций. Анализ и практические выводы» приобрела определённую известность. Ее автор Сидни Финкельштейн – профессор менеджмента старейшей в мире бизнес-школы Tuck School of Business. В начале книги он обещает не просто развлечь читателя, ознакомив с результатами анализа ошибок, но и преподнести ценные уроки, применимые в реальной жизни[34]. Важно, что в данной работе не просто отражён умозрительный взгляд Финкельштейна на причины бизнес-катастроф, утверждается, что было проведено полноценное исследование. Автор собрал и проанализировал информацию о 51 компании, потерпевшей коммерческую неудачу. Использовались не только данные СМИ, бухгалтерская отчетность и аналитические материалы, была предоставлена возможность высказаться главным участникам роковых событий – руководителям прогоревших компаний. Генеральные директора, к удивлению Финкельштейна, охотно соглашались на интервью, стремясь максимально подробнее рассказать о событиях, предшествовавших возникновению проблем у возглавляемых ими компаний. Лейтмотивом интервью руководителей была мысль о сложности принятия решений в условиях неопределённости. Они призывали к проведению глубокого анализа, описывая кризисные ситуации, в которых они оказались. Топ-менеджеры твердили о принципиальной невозможности предсказать и просчитать последствия решений из-за случайности и слишком большого числа влияющих на итог факторов.
Однако Финкельштейн считает такую позицию попыткой оправдаться и скрыть собственные ошибки, хотя признаёт, что в большинстве своём к профессиональным качествам руководителей крупных компаний вопросов нет. Зачастую управленцы не случайно попадают на престижные должности: они обладают высоким уровнем интеллекта, выдающимися личными качествами, знаниями и опытом в сфере бизнеса, способностью увлекать своими идеями инвесторов и клиентов и вести за собой коллег. Отдавая должное профессиональным качествам руководителей, автор приходит к странному выводу о допущенных ими системных ошибках. Остается непонятным, почему мы должны не доверять словам руководителей, лицом к лицу столкнувшихся со случайностью и непредсказуемостью. Об ошибках легко рассуждать, рассказывая о прошлом и зная ход последующих событий. Любопытно, способен ли кто-то на основе истории корпоративного мира дать ценный совет действующей фирме? Стоит ли в настоящий момент некой компании выводить новый продукт на рынок? Будет ли он популярным? Приведет ли к росту курсовой стоимости слияние с другой фирмой? Стоит ли расширять сеть магазинов или наращивать объёмы производства? Дело в том, что если опытные и обладающие солидным багажом знаний руководители, по мнению Финкельштейна, допускают ошибки, ведущие к финансовой катастрофе, то, значит, существует некая ценная информация, неизбежно приводящая к успеху любую компанию.
Но часто ли вы слышите о том, как какой-то бизнес-тренер, «знающий секреты управления», сам возглавил крупную компанию? Гораздо проще и безопаснее с точки зрения делового авторитета разбирать случаи из прошлого, обвиняя в недальновидности и ошибочных решениях тех, кто непосредственно сталкивается с непредсказуемостью. В будущем настоящее будет казаться таким очевидным и понятным. Всё, что сейчас можно охарактеризовать как полную неопределённость, в будущем не будет вызывать никаких вопросов. Говоря по-простому, все мы крепки задним умом. Те тенденции, которые через десять лет все аналитики будут называть очевидными, сейчас просто не замечаются.
Непонятно, почему умные и образованные руководители, не допускавшие провалов прежде, вдруг стали совершать серьёзные промахи. Чем это вызвано? Более того, часто тот же самый подход, те же методы и решения, ранее обеспечивавшие успех, внезапно приводили к провалу. Если, продолжая делать то же самое, мы получаем другой итог, это свидетельствует о том, что наши усилия лишь частично оказывают влияние на результат, что противоречит точке зрения Финкельштейна. В таком случае невозможно говорить об ошибках генеральных директоров, потому что их действия – это интуитивные попытки выжить в условиях хаоса и конкуренции.
К тому же автор часто называет одни и те же поступки или черты характера руководителя правильными или ошибочными в зависимости от результата. Например, он относит лидерские качества, мешающие изменить избранный компанией курс, к одной из четырёх «деструктивных моделей поведения». При этом, когда компания добивается хоть какого-нибудь успеха, все журналисты кричат о заслугах руководителя, выражающихся прежде всего в «невероятных лидерских качествах». Подчиненные с благоговением перечисляют случаи, когда настойчивость директора и его вера в избранный курс помогла преодолеть временные трудности. Вообще трудно вспомнить случаи, когда руководителя упрекали в наличии лидерских качеств, а не в их отсутствии.
Также и чрезмерная любовь к своему продукту называется одной из причин финансовых трудностей. Но как можно добиться успеха, если уделять недостаточно внимания тому, что вы продаёте? А если виной всему слишком сильная любовь к своему продукту, то как это определить? Как отличить «нормальный» уровень внимания к товару от «чрезмерного»? Похоже, что если произошла бизнес-катастрофа, то автоматически можно упрекнуть менеджмент в том, что он был слишком пристрастен к своему продукту. Если выводы перманентно зависят от итогового результата, то в чём тогда ценность такого исследования?
Не обходит вниманием Финкельштейн одну из наиболее сложных с точки зрения руководителя тем – целесообразность проведения сделок слияния и поглощения (M&A). Обычно большие компании пытаются стать ещё крупнее с целью получения синергетических эффектов. Искомая синергия – это ожидание того, что прибыль объединённой компании превысит сумму прибыли по отдельности двух фирм до сделки. Часто ожидают синергии в виде роста цены акций. Проще говоря, синергия – это ожидание того, что сумма 1 + 1 будет больше 2. Но исторически так сложилось, что гораздо вероятнее потерять часть рыночной стоимости в результате приобретения другой компании, чем её увеличить. Очень трудно провести сделку M&A и добиться роста цены акций на фондовом рынке.
Финкельштейн рассматривает нашумевшее приобретение компанией-производителем детских игрушек Mattel фирмы The Learning Сompany в 1998 г. Спустя два года финансовые потери Mattel составили около 3,6 млрд долларов, а саму сделку в деловой литературе принято называть одной из самых неудачных за всю историю бизнеса. В вину руководству компании Mattel Финкельштейн ставит «неправильный выбор» объекта приобретения и отсутствие «осмотрительности» при разработке деталей сделки[35]. Но это не анализ ошибки, а простая её констатация! Никаких уроков, обещанных в начале книги, вынести из этого невозможно. Всем, даже рядовому сотруднику, очевидно, что приобретение The Learning Company было неудачным. Ну и что? Какие выводы из этого можно сделать? Как правильно выбирать компанию для приобретения? Где обещанные уроки, где надёжный способ выбирать объект для слияния, который приведёт к росту рыночной стоимости объединённой компании?
К чести Финкельштейна, надо отметить – он признаёт, что точно предсказывать будущее практически невозможно. Поэтому, когда кому-то из «акул бизнеса» удаётся предугадать грядущие перспективы, то это говорит прежде всего о везении. Но кто же тогда герой, звезда и ролевая модель? По словам Финкельштейна – тот, кто «вживил в ДНК корпоративного организма креативность, восприимчивость, нетерпимость к бюрократии и кристальную честность»[36]. Что это вообще значит? Какой практически полезный вывод можно из этого сделать? Такие слова можно свести к банальному выводу о том, что если твоя компания прибыльна, то ты великолепный бизнесмен, а если убыточна – то ты постоянно допускаешь грубые ошибки. Какова ценность подобного анализа для действующего руководителя, чему он может научиться, ознакомившись с исследованием? Вопрос риторический.
В значительной мере такие книги, как «Ошибки топ-менеджеров ведущих корпораций», являются историческими. Они просто описывают, что и как произошло, но никак не предостерегают от будущих оплошностей. История ничему не учит уже хотя бы потому, что одни и те же действия в разные моменты времени приводят к различным результатам. Более того, анализируя прошлое, в принципе невозможно сформулировать универсальный «алгоритм успеха»! По сути, не так много действий руководителя способны привести к существенным изменениям в судьбе компании. К важнейшим решениям можно отнести: вывод нового продукта на рынок, сделка M&A, расширение производства, открытие новых видов деятельности. В истории бизнеса в миллионах случаев определённая политика руководства привела к успеху, в миллионах других случаев те же действия закончились провалом. Нет универсальных способов для управленца сделать компанию процветающей, по сути, нет даже правильных и неправильных поступков, так как всё зависит от обстоятельств и момента времени. Всё остальное – заблуждения и иллюзии. Для действующего руководителя важно помнить, что финансовый результат компании во многом определяется случайностью либо совокупностью неконтролируемых (либо частично контролируемых) факторов. Топ-менеджеру имеет смысл повышать уровень образования и надеяться на то, что в нужный момент он сумеет разобраться в ситуации при условии, что и удача будет ему сопутствовать. В случае поражения никто не имеет права обвинять его в допущенных якобы ошибках, ретроспективно оценивая ситуацию. А в случае успеха не стоит забывать о факторе случайности и стечении обстоятельств, видя в процветании компании только лишь заслуги управленца. Вообще менеджмент, как и политика, – это скорее искусство, нежели область экспертизы и знаний. Если картины художника плохо продаются, разве можем мы корить его за ошибки? Например, зачем он использовал «неправильный» оттенок синего, рисуя море? Кто определяет, что правильно в искусстве, а что – нет? Только нынешние покупатели его картин? Но, как мы знаем, спрос на работы художника способен возникать внезапно. Почему же руководителей крупных фирм постоянно обвиняют в допущенных ошибках, хотя никто во всём мире не знает, как нужно вести себя управленцу, чтобы его компания всегда процветала?
Из мира корпоративных финансов перейдём к области, выступающей наглядным воплощением теории вероятностей и иррациональной человеческой психологии. Глобальные экономические явления, такие как периоды безудержного бума или внезапные финансовые кризисы, начинаются с фондового рынка. Рынок ценных бумаг – настоящее зеркало, в котором без прикрас отражаются такие подчас скрытые человеческие черты, как жадность, страх и гордыня. Наглядная аллегория финансового мира – структура человеческого мозга. Если мир корпоративных финансов, бухгалтерской отчётности и бизнес-планов – это кора головного мозга, наиболее его продвинутая и рациональная часть, превращающая нас в современных разумных индивидов, то финансовые рынки – ствол мозга. Это самая древняя часть, отвечающая за наиболее примитивные действия, базовые процессы, где нет места анализу и рассуждениям, здесь правят бал рефлексы и инстинкты. Основная модель поведения при встрече с непонятным – реакция «бей или беги». На финансовом рынке можно сделать состояние за очень короткое время и столь же молниеносно его потерять. В некоторой степени эта сфера экономики похожа на интеллектуальное казино, но с благими целями, такими как перераспределение капиталов в отрасли с более высокой нормой рентабельности.
Финансовые рынки – часть экономики, наиболее подверженная разнообразным иллюзиям контроля. С одной стороны, это признают практически все участники рынка: от брокеров и инвесторов до мелких трейдеров. Но признавать что-то разумное на словах легко, а вот обуздать бьющие через край эмоции уже значительно труднее. В чём суть действий трейдера или инвестора на финансовых рынках? Для упрощения мы не будем рассматривать короткие продажи, когда для трейдера выгодно падение цены на актив. Инвесторы и трейдеры стремятся вложить деньги в активы, цена на которые вскоре поднимется, следовательно, для успеха нужно уметь прогнозировать динамику цен. Чтобы определить, вырастет ли стоимость финансового актива или упадёт, можно подбрасывать монетку, но участники торгов обычно выбирают утончённые и интеллектуальные способы.
Некоторые с упоением отслеживают даты выхода важной статистической информации, раскрывающей различные параметры текущей экономической ситуации. Кто-то следит за динамикой процентных ставок, контролируемых центральным банком, либо с замиранием сердца и толковым словарём в руках вникает в каждое слово главы ФРС. Другие сосредоточены на финансовой отчётности компаний, проверяют каждую строку баланса в надежде найти скрытые знаки грядущего процветания или увядания. В любом случае, каким бы способом не была получена информация, трейдер впоследствии использует её для составления прогноза цены на актив. Это называется фундаментальным анализом. Разумеется, возникает вопрос о том, как именно трактовать полученную информацию, ведь, само собой, никаких алгоритмов здесь нет, кроме таких набивших оскомину «правил», как «Если вырастет процентная ставка, то национальная валюта укрепится» или «Зимой обычно растут цены на энергоносители». Эффективность столь банальных утверждений для составления прогноза близка к подбрасыванию монетки. Поэтому каждый обрабатывает вал получаемой информации как ему заблагорассудится. Некоторые используют математические методы, пытаясь открыть секрет случайных колебаний рынка, вывести некую волшебную формулу, применяя которую, можно стабильно зарабатывать на трейдинге. А кого-то скрытые тайны Вселенной не интересуют, и они просто ищут способ увеличить размер своего счёта, используя что-то более солидное, чем интуиция и монетка.
Помимо фундаментального широко используется технический анализ. Трейдер внимательно изучает график цены на актив и пытается спроецировать её последующее движение. Технический анализ – практически тест Роршаха для инвесторов, аналитиков и трейдеров[37]. И в психологии, и в техническом анализе самое главное – это ассоциации. У каждого своё мнение: кто-то на графике видит признаки грядущего роста, а кто-то – неизбежный провал. Некоторые вообще не понимают, как по прошлому можно судить о будущем, но стесняются озвучить сомнения. Чтобы хоть как-то упорядочить буйные фантазии о будущем, были придуманы разнообразные фигуры, призванные помочь любителям иллюстраций. Многие пытаются на графике разглядеть «плечи и голову», восходящие и нисходящие треугольники и линии сопротивления. В целом, если вы не боитесь «японских свечей»[38] и абсолютной субъективности, то технический анализ, возможно, покажется вам забавным. Некоторые доверяют в вопросе выбора объекта инвестиций авторитетному мнению биржевого гуру и даже щедро оплачивают его прогнозы. Гуру, в свою очередь, для создания предсказаний использует фундаментальный технический анализ или старую добрую интуицию.
Инвесторы и трейдеры постоянно конкурируют на финансовых рынках, а степень их успешности – это динамика роста счётов. Но как их отличить друг от друга? Кто является более знающим и профессиональным, а кто – менее? Кто настоящая легенда финансовых рынков, кому можно безоговорочно доверять, а кто – счастливчик и калиф на час? Исследования Даниэля Канемана говорят о том, что правильнее было бы задать другой вопрос: есть ли хоть какие-то доказательства особого финансового умения, заключающегося в способности выбирать объект для инвестиций? Когда можно говорить о том, что человек что-то умеет на финансовом рынке? Только тогда, когда его показатели имеют некое постоянство, год от года превышая средний уровень простого счастливчика. У везучего, но не обладающего никакими умениями трейдера межгодичная корреляция результатов будет равна нулю. Один очень удачный год может смениться тремя полностью провальными, когда он потеряет абсолютно всё. На финансовых рынках мы вправе ожидать от профессиональных участников рынка, таких как, например, управляющие паевыми инвестиционными фондами, результатов, заметно отличающихся от простой случайности, из года в год подтверждающих особое умение предсказывать динамику цен. Но так ли это?
Канеман изучил статистические данные компании, оказывающей услуги по консультированию на рынке ценных бумаг, за период в 8 лет[39]. Исследование проводилось с целью составления рейтинга 25 лучших сотрудников. Дело в том, что размер денежного вознаграждения зависел от их результатов, соответственно в составлении рейтинга были заинтересованы не только сами консультанты, но и руководство компании. Чтобы проранжировать двадцать пять консультантов по профессиональным навыкам, Канеман подсчитал коэффициенты корреляции рейтинга сотрудников за каждый год. Результат расчётов удивил даже самого исследователя, так как среднее значение коэффициента составило 0,1! Канеман пришёл к выводу о том, что проведённый анализ наглядно продемонстрировал отсутствие межгодичной корреляции, а следовательно, уникальной способности инвестиционных консультантов предсказывать динамику финансовых рынков. Похоже, что результаты работы сотрудников компании были близки к случайности. Выводы и расчёты были незамедлительно представлены руководству фирмы и самим инвестиционным консультантам. Однако ни на тех, ни на других особого впечатления они не произвели. Руководство компании обычный порядок премирования устраивал, так как, если признать, что, по сути, они поощряют случайность, и ни один из консультантов не отличается от другого в умении предсказывать динамику цен на финансовые активы, то нужно платить одинаковый годовой бонус тому, кто закончил год с +20 % к портфелю, и тому, кто закончил с -20 % стоимости, что вызовет непонимание у обоих. Инвестиционные консультанты также проигнорировали результаты работы Канемана, поглощённые иллюзией контроля над случайными процессами. Те из них, кто успешно закончил год, были сосредоточены на том, как сохранить результаты в будущем, применяя те же методы прогнозирования, а те, кто закончил год на минорной ноте, вынуждены пересматривать взгляды на рыночную динамику в надежде обогнать более удачливых коллег в гонке за бонусами. Так как они верят в умения, то ни у кого не появляются вопросы об адекватности денежного поощрения тех, кто завершил период в «зелёной» зоне, и отсутствия премий проигравшим. По сути, инвестиционные консультанты пытаются сделать так, чтобы монетка падала всегда на нужную для них сторону, однако итог таких усилий очевиден.
Становится предельно ясным, почему периодически рождаются так называемые легенды трейдинга: нужно всего лишь достаточно внушительное число участников игры в монетку, и тогда обязательно появится тот, кому длительное время подряд будет выпадать нужный результат. Что бы вы сказали о человеке, который верно предсказывал годовую динамику американского фондового рынка на протяжении значительного временного промежутка? Если точнее, то его прогнозы оправдывались в течение 18 из 19 лет![40] Гений, уникум, легенда рынков! Невероятный результат, не правда ли? Как полагало большинство (и оно всегда будет считать так же в таких ситуациях), здесь налицо наличие особого умения в предсказании цен акций. Автора прогнозов можно назвать чудо-аналитиком и дать ему возможность почивать на лаврах практически всю жизнь. Это не гипотетический пример, а реальная история спортивного журналиста Леонарда Коппета, который оказался очень честным человеком, объяснив суть своей системы. С 1979 по 1998 г. (за исключением 1990 г.) его прогнозы сбывались со стопроцентной точностью, изумляя обывателей и профессиональных участников фондового рынка. Но в конце концов Леонард Коппетт раскрыл секрет своего метода. Так как сферой его интересов были спортивные игры, то он прогнозировал рост или падение рынка по итогам года в зависимости от результата финала Суперкубка по футболу. Если побеждала команда из Национальной футбольной лиги, то Коппетт заявлял о грядущем росте, в случае победы клуба из Американской футбольной лиги прогнозировалось падение. Вот и всё. Если бы Леонард Коппет не проявил такой откровенности и не обнародовал свою систему, то, пожалуй, были бы написаны сотни книг об удивительном феномене великого прогнозиста.
Нассим Талеб пришел к парадоксальному выводу о том, что в любой момент времени самые богатые трейдеры – это зачастую худшие трейдеры. Кощунственное утверждение для всех, кто верит только в результат, не правда ли?[41] Дело в том, что рыночные циклы определяют направление движения рынка в течение значительного временного интервала. Тренды бывают восходящие, нисходящие или «боковики», когда никакого выраженного движения нет и колебания цен происходят за счёт волатильности. Если упрямо пытаться продавать на растущем рынке, то трудно надеяться на значительный рост стоимости портфеля ценных бумаг, так как рано или поздно тренд победит вас. Конечно, здесь есть важный нюанс: то, какой сейчас тренд, обычно выясняется только тогда, когда все основные движения рынка уже произошли, то есть постфактум. Но некоторым счастливчикам удаётся определить природу цикла ещё до того, как он начался, поэтому им уготовано получение максимальной прибыли по сравнению с другими участниками, при всём том одновременно эти же трейдеры больше всех рискуют. Таким образом, самыми богатыми и успешными трейдерами в любой момент времени являются наиболее приспособленные к текущему рыночному циклу. Сказочная доходность всегда сопровождается безумной степенью риска, это практически закон, в той мере, в какой вообще можно говорить о законах в сфере финансовых рынков. Чтобы обогнать всех в гонке за прибылью на фондовой бирже, самые отчаянные трейдеры больше всех рискуют, а значит, становятся наиболее уязвимыми. Стоимость портфеля и риск растут параллельно до тех пор, пока не изменится направление движения рынка. Проблема для участников торгов, принимающих на себя запредельный уровень риска, в том, что циклы меняются внезапно и непредсказуемым образом, «вынося вперёд ногами» с рынка прежде всего самых успешных трейдеров прошлого цикла. Для большинства таких «звёзд трейдинга на один цикл» на этом любовь к биржевым играм заканчивается, как и карьера и денежное благополучие. Но не для всех.
История знаменитого управляющего хедж-фондами Виктора Нидерхоффера в общих чертах повторяет судьбу многих гуру торговли на финансовых рынках за исключением одного важного отличия – Нидерхофферу хватило мужества и сил пережить бизнес-катастрофу и вернуться к прежней деятельности. Однако начиналось всё, как обычно бывает у «звёзд трейдинга», блистательно и безоблачно. Нидерхоффер был успешным и удачливым трейдером, обожавшим применять рискованные методы трейдинга, ведущие к потрясающей доходности. К тому же он увлекался техническими новинками: в 70-е гг. XX в. Нидерхоффер написал одну из первых компьютерных программ для трейдинга. Выпускнику Гарварда успех сопутствовал не только в профессиональной сфере, но и в спорте. Нидерхоффер – пятикратный чемпион США по игре в сквош и даже занимает почётное место в зале славы этого вида спорта. Убеждённый либертарианец и поклонник философии Айн Рэнд, он верил в себя и свой труд, который обязательно приведёт его к успеху. В 1996 г. ему вручили престижную награду «Лучший управляющий хедж-фондов», а фотографии Нидерхоффера украсили обложки влиятельных финансовых журналов. Фонд Global Systems под его руководством процветал и возвращал инвесторам прекрасную доходность. Нидерхоффер проводил свободное время, путешествуя по миру, читая лекции о финансовых рынках и наслаждаясь любимой классической музыкой. Кроме того, Нидерхоффер являлся деловым партнером самого Джорджа Сороса, которого многие считают лучшим инвестором в истории. В это же время увидела свет его книга «Университеты биржевого игрока», где он щедро делился с читателями опытом и навыками успешного трейдинга[42].
Однако вскоре, уже в 1997 г., Нидерхоффера постигла личная и бизнес-катастрофа. Фонд Global Systems обанкротился из-за внезапного стремительного падения фондового рынка Таиланда, обесценив рискованные инвестиции Нидерхоффера в акции компаний этой страны. Азиатский кризис не мог не сказаться на американском рынке – индекс Доу-Джонса, в свою очередь, стал падать рекордными темпами. Чтобы расплатиться с долгами, Нидерхофферу пришлось продать всю собственность и даже взять заём под баснословный процент. Особенно болезненно он воспринял необходимость продажи персональной коллекции антикварного серебра, но хуже всего то, что Виктор Нидерхоффер превратился в персону нон-грата в финансовом мире. Никто из влиятельных друзей больше не звонил ему и не пытался с ним встретиться. По признанию Нидерхоффера, из десяти симптомов клинической депрессии у него были все десять.
Однако Нидерхоффер не сломался и всё-таки выкарабкался из тяжелейшей ситуации. Более того, он не разочаровался в финансовых рынках и трейдинге и спустя некоторое время вновь начал писать аналитические статьи об управлении капиталом, несмотря на гул и неодобрительные крики толпы, постоянно и без тени тактичности напоминавшей ему о банкротстве 1997 г. Уже в 2002 г. он основал новый хедж-фонд Matador, затем были открыты ещё несколько фондов. Удача вновь сопутствовала Нидерхофферу, фонды процветали и приносили инвесторам потрясающую прибыль. По итогам 2004–2005 гг. управляемые им фонды Matador и Manchester Trading были признаны лучшими журналом Mar Hedge. Возвращение в ряды успешных людей сопровождалось активностью в области литературы: в 2005 г. вышла в свет его книга «Практика биржевых спекуляций», а через год была опубликована работа «50 лет на Уолл-стрит». В это время Виктор Нидерхоффер окончательно утвердился в статусе легендарного трейдера, сумевшего пережить болезненную катастрофу 1997 г. и вернуться на финансовый рынок победителем. В книге «Практика биржевых спекуляций» он поёт настоящую оду риску, утверждая, что «в жизни, как и на рынке, наибольшего успеха добиваются те, кто рискует»[43]. Нидерхоффер считает, что риск позволяет человеку расти как личности, несмотря на то, что, превращаясь в игрока, он впускает в свою жизнь тревожность и неопределённость.
Всё изменилось в 2007 г. На волне ипотечного кризиса в США его фонд Matador потерял 75 % стоимости и был ликвидирован[44]. Спустя некоторое время печальная судьба постигла все остальные фонды под управлением Виктора Нидерхоффера. С того момента он больше не предпринимал попыток вернуться на рынок в качестве управляющего хедж-фондом.
Если отойти от рассмотрения финансовой сферы, то успех в других областях человеческой деятельности не менее зависит от случайности и стечения обстоятельств. Например, чтобы стать знаменитым писателем и увидеть свою книгу изданной, недостаточно только написать замечательное произведение. Общеизвестно, что 99 % написанных книг не издаются, а среди изданных – 99 % не удостаиваются существенного внимания публики. Тиражи бестселлеров составляют десятки миллионов копий, в то время как подавляющее большинство книг выходят тиражом в несколько тысяч. Вопрос, который стоит себе задать: действительно ли качество и художественная ценность книг, издаваемых миллионами экземпляров, настолько превышает уровень менее удачливых произведений? И есть ли вообще существенная разница между ними?
Американская писательница Айн Рэнд – одна из самых популярных и часто издаваемых авторов XX в. Она основала философскую школу объективизма, а её знаменитый роман «Атлант расправил плечи» многие считают главной книгой капитализма. Произведения Рэнд мотивируют читателей к эффективному труду, учат вере в себя, поощряют стремление к личной выгоде. Айн Рэнд прославляет людей дела, самозабвенно стремящихся к поставленным целям, во многом по этим причинам её книги стали популярными среди предпринимателей по всему миру. Среди поклонников её творчества – политики, экономисты и бизнесмены, даже бывший глава Федерального резерва США Алан Гринспен признался в симпатиях к произведениям писательницы. Общий тираж всех книг Рэнд приближается к 30 млн экземпляров. По её произведениям снимаются фильмы, а созданные образы, такие как Джон Голт и Дэнни Таггерт, стали для многих ролевыми моделями. Однако впечатляющего успеха эмигрантки из России вполне могло не случиться, если бы обстоятельства сложились немного иначе.
Первый роман Айн Рэнд не произвёл никакого впечатления на солидные издательства – она получила 12 отказов в публикации. И только с тринадцатой попытки смогла найти того, кто был готов рискнуть напечатать её книгу. Конечно, стоит отметить удивительную настойчивость писательницы, но что, если бы она так и не нашла своего издателя? Узнал бы мир о её идеях и литературном творчестве? Мнение издателей, критиков и простых читателей переменчиво. Нередко бывает так, что пока писатель не особо известен, его творчество многим не нравится, но когда аудитория изначально воспринимает книгу в качестве шедевра, то точка её зрения кардинально меняется. Эффект ореола и эффект толпы в действии! Сколько великих и талантливых произведений, которые могли бы обогатить человеческую культуру, остались незамеченными и неопубликованными? Сколько замечательных писателей осталось неизвестными публике, а их книги недооценили? Следует помнить, что за спинами общепризнанных литературных классиков, таких как Драйзер, Толстой, Стендаль или Гюго, находятся тысячи менее удачливых, но не менее талантливых авторов, чьё творчество по воле случая не получило доступ к читательской аудитории.
В начале XXI в. ситуация в мире литературы не изменилась. Успех и читательское признание по-прежнему зависят от сотен неконтролируемых факторов и стечения обстоятельств. Путь к славе и всемирной известности самой успешной писательницы современности Джоан Роулинг был сложен и тернист: её первый роман о Гарри Поттере отказались публиковать сразу несколько издательств. Тем не менее книга всё-таки увидела свет и превратила автора в мировую знаменитость. Общее число изданных книг о приключениях Гарри Поттера превысило отметку в 400 млн копий. Огромные тиражи и успешные экранизации принесли Роулинг сотни миллионов долларов, в настоящее время состояние писательницы, по разным оценкам, составляет около полумиллиарда долларов. Творчество Роулинг – увлекательная литература превосходного уровня, ей пытаются подражать тысячи молодых авторов, надеясь повторить славный путь Роулинг.
В 2013 г. писательница написала криминальный роман «Зов кукушки» под псевдонимом Роберт Гэлбрейт и попыталась анонимно его издать, однако сделать это оказалось совсем непросто[45]. Роулинг на себе испытала эффект ореола знаменитого имени: в публикации «Зова кукушки» ей отказали сразу несколько крупных издательств. Уровень писательского мастерства никому не известного Гэлбрейта не соответствовал требованиям специалистов от мира литературы. Одно из издательств в ответном письме даже посоветовало начинающему автору посетить писательские курсы, где его обучат азам ремесла. Чудесным образом сочинения Джоан Роулинг, получающие миллионы хвалебных рецензий от критиков со всего мира, в глазах издателей оказались недостаточно хороши. В конце концов роман «Зов кукушки» Роберта Гэлбрейта всё-таки был опубликован, но не вызвал особого интереса у публики до тех пор, пока не был объявлен настоящий автор книги – Джоан Роулинг. По данным британских журналистов, за первые 3 месяца было продано не более 500 экземпляров, в то время как после обнародования информации о том, что «Зов кукушки» принадлежит перу знаменитой писательницы, всего лишь за неделю было реализовано 17 662 экземпляра[46]. Существуют данные о том, что после раскрытия имени настоящего автора рост продаж составил 150 000 %![47]
Роман никому не известного Роберта Гэлбрейта приняли в литературном мире весьма прохладно издатели и читатели. После того, как стало известно имя настоящего автора, мнение публики стремительно поменялось на противоположное. Журналисты, критики и читатели восторженно отозвались о качестве романа, ранее не вызывавшего никакого интереса. Этот случай породил массу вопросов. Есть ли в этой области хоть что-то кроме субъективности и случайности? Действительно ли между малоизвестными книгами и популярными бестселлерами существует такая разница в качестве, которая явно присутствует в тиражах? Отличаются ли по художественной ценности в 100 раз книги, изданные тиражом 1000 и 100 000 экземпляров? И самый главный вопрос: сколько сотен или тысяч талантливых авторов из-за неподконтрольных им факторов прозябают в безвестности? Их книги прекрасно написаны, но невидимы для публики. Мы склонны наделять особой ценностью то, что нравится многим, ведь «миллионы людей не могут ошибаться». Но насколько бы обогатилась наша культура, если бы публика читала не только бестселлеры!
Популярна точка зрения, в соответствии с которой для достижения успеха нужно просто «много работать». Соответственно, те, кто далёк от финансового благополучия, признаются всего лишь лентяями. Иногда к рецепту успеха добавляют «талант», но, в силу неопределённости этого понятия, мода на такие высказывания почти сошла на нет. Убедив себя в том, что для денежного успеха нужно только самоотверженно и тяжело работать, человек обретает уют и спокойствие. Достижение цели, зависящее от десятков факторов, сводится лишь к одному – к труду. Поверив в то, что через несколько лет упорного труда обязательно станешь миллионером, гораздо легче забыть про выходные, личную жизнь и свободное время, всего себя без остатка посвящая карьере. В конце концов иллюзия контроля и чрезмерное упрощение приведут к разочарованию, но подобными фантазиями можно мотивировать себя всю жизнь, избегая трезвого взгляда на реальность. Многие совершенно не задумываются над тем, насколько везучим должен быть человек, чтобы достичь хоть чего-то в жизни, притом неважно, как тяжело он работает. Более того, если человек способен работать, то он уже весьма удачлив. Дожить до возраста, когда можно заработать деньги, и обладать необходимым для труда здоровьем – это уже существенное везение. Внимательно изучите биографию любого человека, который «сделал себя сам», и вы увидите, что его успех во многом был определён второстепенными факторами. Как метко заметил писатель Сэм Харрис: «Нет такого человека на земле, который выбрал свой геном, страну рождения или политические и экономические условия в важный для него момент»[48].
Возвращаясь к столь любимой индустрией успеха теме миллионеров, рассмотрим неподконтрольную для человека составляющую его достижений. Безусловно, в большинстве случаев для обретения богатства нужно приложить значительные усилия, а определённая часть результата зависит от индивида. Однако можно стать миллионером, вообще ничего для этого не сделав, например, просто получив наследство. Но если мы будем рассматривать только тех, кто в той или иной мере сам заработал деньги, то даже в этом случае такие люди, прежде всего, невероятно удачливы. А их характер, труд, умения и так далее – необходимая составляющая успеха, но лишь небольшая часть определяющих результат факторов. Давайте проанализируем, насколько везуч любой миллионер и какие факторы должны совпасть, чтобы цель обеспечить себя финансово во взрослом возрасте была достигнута:
Он должен родиться без серьёзных наследственных заболеваний, делающих невозможным нормальное развитие. Смертельный вирус или тяжёлое инфекционное заболевание должны обойти его стороной в процессе взросления. Заболев в детстве, он должен иметь возможность получить качественную медицинскую помощь, доступ к необходимым лекарствам и избежать серьёзной врачебной ошибки.
Он должен родиться в семье, где для его образования будут тратиться необходимые средства, либо в государстве, где гарантируется хотя бы начальное образование для каждого гражданина.
Он должен родиться в стране, где в принципе возможно стать миллионером и существует частная собственность.
Он должен дожить до взрослого возраста и не стать жертвой криминального насилия, несчастного случая и геноцида по какому-либо признаку. Аварии, травмы, войны, техногенные катастрофы и природные катаклизмы должны обойти его стороной.
Его не должна надломить серьёзная психологическая травма в результате какого-либо болезненного переживания, такого, например, как трагическая смерть близких родственников.
Все вышеперечисленные факторы никак не зависят от человека и находятся вне зоны его контроля. Это то, что ему дано, и не более того. Но насколько же всё это важно!
В современном мире финансовый успех стал самой желанной целью большинства людей. Это привело к тому, что многие избегают критического осмысления причин, лежащих в основе процветания, а всего лишь повторяют набившие оскомину стереотипы и банальности. Страсть к быстрому обогащению столь сильна, что хладнокровие и здравый смысл улетучиваются. Заложники собственного эго верят в мотивацию, настрой и секреты успеха, проводя в иллюзиях всю жизнь. Признание случайности, вероятности и удачи в наше время считается постыдным, однако примитивизация окружающего мира и комфортные фантазии приводят к страданиям при столкновении с реальностью, которой нет дела до человеческих заблуждений. Стремление контролировать то, что не в нашей власти, неизбежно приводит к разочарованию в себе, а недостаток мужества воспринимать жизнь такой, какая она есть, не может привести ни к чему хорошему.
Слишком многое порабощает раба собственного тела – того, кто слишком за него боится и всё мерит его меркой. Чрезмерная любовь к нему тревожит нас страхами, обременяет заботами, обрекает на позор. Кому слишком дорого тело, тому честность недорога.
(Луций Сенека «Нравственные письма к Луцилию»)
Состояние здоровья – важнейшая характеристика качества жизни. Мало кто будет спорить с таким утверждением, за исключением, возможно, молодых и одарённых отменным здоровьем людей. Однако со временем понимание важности этой сферы приходит даже к ним. К сожалению, задумываться о состоянии здоровья многим приходится начиная с самых ранних лет. Среднестатистический человек может смириться со скромным достатком, предательством друзей, одиночеством, плохими условиями быта, но не с болью и страданиями, ежеминутно отравляющими существование. Серьёзные болезни испытывают силу воли человека, окрашивая всё происходящее в серый цвет.
С точки зрения психолога Абрахама Маслоу, физиологические нужды человека находятся в основании его пирамиды потребностей. К ним он относит голод, жажду и половое влечение[49]. После удовлетворения первоначальных потребностей человек стремится к безопасности и комфорту, дружбе, любовным привязанностям и уважению. Вишенкой на торте в списке того, чего все мы хотим, по мнению Маслоу, является самореализация, а также возможность интеллектуального развития и получение эстетического удовольствия. Между тем при наличии серьёзной хронической болезни удовлетворение любой потребности становится преодолением, когда ни процесс, ни достигнутый результат не приносят радости. Вкусный ужин не только утолит голод, но и доставит удовольствие, но в сочетании с острой головной или зубной болью приём пищи превращается в испытание. Премии, награды и общественное признание нужны только относительно здоровым людям, а тем, кто с трудом стоит на ногах, прежде всего хочется вновь почувствовать себя нормально. Боль вытесняет все прочие мысли, нивелируя значимость происходящего. Безусловно, можно стремиться к поставленным целям на фоне серьёзных проблем со здоровьем, но только за счёт силы характера и опираясь на свои принципы. Однако, как показывают современные исследования, сила воли подобна мышце – её можно напрягать достаточно долго, но, увы, не бесконечно[50]. Рой Баумайстер, профессор психологии из Государственного университета Флориды, тщательно исследовал самоконтроль на протяжении многих лет и пришёл к выводу о том, что если перенапрячь «мышцу» самоконтроля, по аналогии с чрезмерными нагрузками в спортзале без достаточного отдыха, то можно совсем потерять силу воли. Чередование интенсивной нагрузки с восстановительными периодами необходимо даже для области самоконтроля, однако, к сожалению, хронические боли не учитывают вышеизложенное и нередко мучают людей без права на передышку.
В наши дни никого не удивить страхом посещения врачей. И дело здесь не в боязни боли и дискомфорта, подчас сопровождающих медицинские процедуры. Пациенты ждут диагноза с таким же трепетом, как подсудимые – вердикта присяжных, ведь в обоих случаях на кону стоит их жизнь. Серьёзные патологии лишают будущего, словно безжалостный молчаливый грабитель, одновременно забирающий у вас жизнь и кошелёк. Аналогия с потерей кошелька весьма точна, так как в современном мире лечение тяжёлых заболеваний не обходится без огромных денежных трат. Даже мысль о возможных проблемах со здоровьем вызывает страх, потому что болезнь – это страдания, ограничения и обесценивание мишуры, казавшейся социальной жизнью. Если смысл жизни состоит в потреблении и получении удовольствия, то серьёзное заболевание лишает человека всего. Даже если у кого-то есть финансовая возможность вести роскошную жизнь, проблемы со здоровьем не дадут ею насладиться. Болезнь означает страх и слабость, недвусмысленно напоминающие о бренности существования. А с тем, что столь грубо и неделикатно сообщает о конечности жизни, большинство людей справиться не в состоянии. Сенека говорил: «Умрешь ты не потому, что хвораешь, а потому, что живёшь. Та же участь ждет и выздоровевшего, исцелившись, ты ушёл не от смерти, а от нездоровья»[51]. Мудрые слова философа-стоика, сказанные с целью успокоить и придать мужества, подчас пугают ещё сильнее, и от такой позиции стараются бежать прочь без оглядки.
Из-за дикого страха широко распространилась иллюзия значительного контроля над своим организмом. Со всех сторон нас уверяют, что мы полностью ответственны за состояние своего здоровья. Эта точка зрения стала общепринятой, так как только предположение о возможности воздействовать на организм может избавить от страха. Иллюзия контроля над состоянием здоровья – одна из самых распространённых в человеческом обществе. В контроль над своим организмом верят самые разные группы людей, по многим другим вопросам придерживающиеся диаметрально противоположных взглядов. Эта иллюзия в значительной мере демократична: она объединяет приверженцев разного уровня достатка и социального положения. Обычный кассир и управляющий банком, рядовой клерк и вице-президент крупной компании – все они верят в контроль над здоровьем в той или иной степени. Все жаждут навсегда позабыть о болезнях, недомоганиях и дискомфорте и бесконечно тревожатся о необходимых профилактических мерах. Споры и разногласия возникают только при выборе конкретного вида «оздоравливающей активности». Наиболее популярные среди них: здоровое питание и специальные диеты, спорт и физическая активность, доступ к медицинской помощи и культ врачебной помощи.
Тяжело принять тот факт, что состояние здоровья и продолжительность жизни по большей части зависят от случая, наследственности, времени и места рождения. Психологически гораздо проще обвинить какой-нибудь пищевой продукт во вредоносности и нанесении непоправимого ущерба для здоровья или раскритиковать национальную кухню с многовековой историей, присвоив ей ярлык «нездоровой». Многие забывают о том, что тело – это в общем-то данность. Красивое и здоровое ли оно, прежде всего, зависит от игры случая, выраженной в мире генов. Глупо кичиться тем, что дано вам от природы, но кто сейчас ещё об этом помнит? Люди, гордящиеся красотой и симметричностью тела, симпатичными чертами лица или идеальным зрением и слухом, всегда забывают о том, что они никоим образом этого не заслужили. Просто дар природы, и ничего более.
Тема пределов контроля и, следовательно, ответственности за состояние здоровья стыдливо игнорируется, её стараются замалчивать и не замечать. Многие пытаются скрыть страх и неуверенность, отрицая власть случая. Однако реальность никак не меняется от того, что на неё боятся посмотреть широко открытыми глазами. Существует многовековая традиция – когда точные причины заболевания неизвестны, полагать, что проблема возникла из-за неправильного питания. Например, ещё совсем недавно считалось, что язва желудка – это следствие употребления нездоровой или слишком острой еды. Так продолжалось до тех пор, пока в 1994 г. Национальный институт здравоохранения США не согласился с выводами учёных Робина Уоррена и Барри Маршала о том, что язва вызывается инфицированием микробом Helicobacter pylori. С тех пор язву стали лечить антибиотиками, а первооткрывателей H. pylori наградили Нобелевской премией в 2005 г.[52]
Столь пристальное внимание общества к еде вызвано тем, что пищевые пристрастия в современном мире в значительной мере зависят от выбора. Что взять с полки в супермаркете, несмотря на влияние рекламы и уловки маркетологов, в конечном счёте всё-таки решаем мы сами. Видеть в питании, как и во вредных привычках, корень всех бед очень удобно, так как то, что человек ест, определяет он сам (безусловно, вынося за скобки слишком дорогие виды еды, недоступные для широких слоёв населения, а также продукты, вызывающие аллергические реакции). Зачем в офисах и социальных сетях обсуждать микроб H. pylori и реальные причины появления язвы, когда гораздо удобнее спорить о том, какой продукт питания вреднее: чипсы, газированные напитки или бургеры? Уверен, что открытие H. pylori разочаровало некоторых адептов «здорового» питания, ведь теперь его ценность как средства профилактики язвы желудка существенно уменьшилась.
За последние сто лет были придуманы сотни разнообразных диет и вариантов здорового питания. В современном мире гиперболизированное внимание к еде привело к тому, что диета превратилась в способ самовыражения: фанаты здорового образа жизни объединяются в группы по взглядам на правильное питание. А так как у большинства популярных диет нет солидного медицинского и статистического обоснования, то, по сути, в диеты нужно верить, а не анализировать статистику применения и искать доказательства эффективности. Возникли настоящие мини-культы приверженцев разнообразных ограничений в пище. Встречаются диеты настолько оригинальные, что их суть близка к анекдоту. Например, некоторые считают, что секрет здоровья, оптимального веса и хорошего самочувствия скрыт от нас в каменном веке. Да-да, вы не ослышались! Сторонники палеолитической диеты верят, что в эпоху, продлившуюся 2,5 млн лет и закончившуюся 10 000 лет назад, люди питались настолько правильно и разумно, что современному человеку необходимо ностальгировать по тем временам. Ведь тогда все были здоровыми, атлетичными, с крепким иммунитетом и в прекрасном настроении. А может, и не были – ведь не осталось никаких свидетельств той эпохи. К сожалению, в каменном веке никто не вёл блогов о похудении. Приверженцам палеолитической диеты легко и удобно рассуждать о рационе питания в каменном веке, так как это всего лишь фантазии о том времени. В рамках палеолитической диеты рекомендуется полностью отказаться от всех молочных продуктов, зёрен, бобовых, сладостей. Таким образом предпринимается попытка воссоздать рацион охотника-собирателя давних времен. Уверен, что человек каменного века не отказался бы от всего того, что палеолитическая диета призывает отвергнуть. К примеру, от сыра. Но проблема в том, что в палеолите такой продукт, как сыр, не имел шансов появиться, потому что одомашненных животных ещё не существовало. Это не был сознательный выбор охотника-собирателя, заключавшийся в отказе от каких-либо съедобных продуктов, потому что это якобы нездоровая пища. Люди каменного века на собственном горьком опыте знали, что такое голод, а вот отбор продуктов по степени их полезности – изобретение более сытых эпох. Хорошо хотя бы, что ролевая диета в стиле палеолита не заходит слишком далеко, и в её рамках не рекомендуется мясо мамонта, наверняка самое полезное для человека. К сожалению, в современном мире, видимо, из-за умеренности в питании людей каменного века, раздобыть мясо мамонта весьма проблематично. Сторонники диеты каменного века играют в пищевую имитацию во многом воображаемой эпохи. Казалось бы, что в этом плохого? В целом ничего. Вот только при чём тут здоровье и хорошее самочувствие?
Разнообразие современных подходов к питанию поражает воображение. Только популярных диет сейчас можно найти свыше пятидесяти, и зачастую они противоречат друг другу. Некоторые подсчитывают калорийность принимаемой пищи. В рамках этой системы питания ведётся нескончаемый анализ сожжённых калорий в результате физической активности и его сравнение с потреблением. Процесс приёма пищи с калькулятором на столе приводит к любопытным последствиям – например, у большинства людей пончик вызывает мысли, связанные со сладким вкусом и процессом его поедания, доставляющим удовольствие. У некоторых сторонников питания по калориям вид пончика вызывает числовые ассоциации: количество калорий в нём и необходимое время бега или количество приседаний, чтобы сжечь его энергетическую ценность. Приём пищи из интуитивного и основанного на внутренних ощущениях превращается в рациональный процесс, лишённый эмоций. Иногда даже и удовольствия…
Сторонники сыроедения отрицают необходимость приготовления пищи, предпочитая употреблять всё в сыром виде. Варка, жарка, приготовление на пару и любая другая термическая обработка приравнивается к преступлению. Существует даже подгруппа отчаянных сыроедов, называющих себя всеядными, потребляющих мясо, рыбу и яйца в неприготовленном виде. Выделяется также монотрофное сыроедение, когда в один приём пищи разрешается скушать только один вид продукта.
Некоторые предпочитают верить в диету по группе крови – своеобразный генетически обусловленный пищевой гороскоп. Общеизвестно, что существуют четыре группы крови. Предполагается, что примерно 2–3 млрд ныне живущих людей подходит одна и та же еда. К примеру, у приблизительно 33,5 % людей I группа крови, что в цифровом выражении составляет примерно 2,34 млрд человек (при оценке населения планеты в 7 млрд). Сторонники диеты по группе крови убеждены, что людьми с I группой крови отлично усваивается зелёный чай. Соответственно им рекомендуется регулярно пить этот напиток. Но неужели у каждого из двух с лишним миллиардов людей зелёный чай прекрасно усваивается? Также утверждается, что для людей с I группой наиболее подходящим видом физической активности является йога. Следовательно, если бы человечество единогласно признало диету по группе крови истиной в последней инстанции, то двум миллиардам людей следовало бы срочным образом заняться йогой. Основные положения диеты по группе крови напоминают антинаучные астрологические воззрения, наделяющие сотни миллионов людей на планете идентичными свойствами характера. При этом следует отметить, что в отличие от гороскопов такая диета не предсказывает одинаковую судьбу для всех людей с одной группой крови.
Почти все диеты ностальгируют по прошлому, когда, по убеждениям сторонников здорового питания, люди обладали отменным здоровьем и кушали самую полезную еду. Соответственно, считается, что, изменив набор употребляемых в пищу продуктов, современный человек приблизится к древнему «золотому» стандарту здоровья и долголетия. Но всё же невозможно переместиться в другую эпоху, просто добавив в рацион больше овощей и фруктов. Экология, генетика и история предыдущих поколений имеют ключевое значение. Да и современные овощи и фрукты значительно отличаются от своих аналогов, занимавших место на обеденном столе у далёких предков. Сам факт рождения в нынешнее время обусловливает очень многое в судьбах людей, независимо от их пищевого выбора.
К примеру, в ходе исследования лондонского Стоматологического института Истмена было установлено наличие бактерии, устойчивой к тетрациклину, во рту у почти всех младшеклассников[53]. Данный факт особенно удивителен, учитывая, что тетрациклин не назначается детям до 12 лет, так как этот антибиотик оказывает вредное воздействие на зубы. Точный путь появления резистентности ко многим видам антибиотиков у детей пока не определён. Принято считать, что употребление в пищу мяса животных, которым давали антибиотики на ферме в качестве средства лечения и профилактики опасных инфекций, – это один из возможных путей передачи генов устойчивости. Также ни для кого не секрет, что нередко антибиотики применяются для ускорения роста животных, хотя в некоторых странах с недавнего времени такая практика считается нелегальной. В Европейском союзе с 2006 г. введён запрет на использование антибиотиков для ускорения роста животных, тем не менее антибиотики по-прежнему широко используются на фермах для лечения и профилактики инфекций. По оценке американского Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) в 2011 г. 80 % проданных антибиотиков в США нашли применение в животноводстве[54]. Можно предположить, что если не употреблять в пищу мясо таких животных, то гены устойчивости к антибиотикам не попадут в организм человека. Однако существует теория, которая объясняет возникновение резистентности к антибиотикам, нивелируя значение пищевого выбора. Считается, что стоки с ферм попадают в грунтовую воду и в конечном счёте внедряются в нашу микрофлору. Таким образом, появление у детей устойчивости к некоторым видам антибиотиков – это просто следствие времени их рождения, а не личного выбора или решения родителей. Появившись на свет в начале XXI в., ребенок может получить резистентность к некоторым видам антибиотиков независимо от рациона питания. «Правильное питание» – лишь успокаивающая игра, привлекающая простотой и иллюзорным контролем праздные толпы. В большинстве случаев такие игры не наносят вреда, хотя иногда диета может закончиться плачевно. Так происходит, когда её автор в своих фантазиях о «правильном питании» чрезмерно отдаляется от реальности и здравого смысла.
Чрезмерное внимание к питанию, наблюдаемое в обществе, приводит к любопытным последствиям. Статистик Чарльз Уилан поведал об исследовании, проведённом специалистами из Гарвардского университета в 1993 г.[55] Организаторы провели опрос двух групп женщин: здоровых и страдающих раком молочной железы. Участницам задавали вопросы с целью выяснения их рациона питания в юном возрасте. Как и ожидалось, женщины, страдающие раком молочной железы, сообщили о том, что в молодости употребляли в пищу слишком много жиров, чего не замечали за собой здоровые участницы. Казалось бы, что результаты весьма красноречиво говорят о наличии взаимосвязи между диетой с высоким содержанием жиров и вероятностью появления онкологического заболевания. Но это совсем не так! Оказывается, эти же участницы ответили на аналогичные вопросы, предназначенные для определения рациона питания, за много лет до исследования. Почти никто из женщин уже не помнил о малозначительном эпизоде времен молодости, зато данный факт учли специалисты из Гарвардского университета. Учёных интересовало то, как факт диагностирования рака повлиял на воспоминания женщин. Сравнив прошлые и нынешние ответы участниц из «здоровой» группы, они не обнаружили существенных расхождений. В то же время у женщин, страдающих раком, отчетливо проявились изменения в воспоминаниях. Теперь они считали, что в молодости ели слишком жирную пищу, хоть это и не соответствовало истине. Пугающий диагноз изменил их память! Всеобщая зацикленность на рационе питания как главном факторе возникновения любых патологий привела к подобному результату. Привычка считать неправильный пищевой выбор причиной появления всяческих проблем со здоровьем обусловила искажение памяти. Стремление к простым выводам порождает необходимость обвинить во всём рацион питания при столкновении с тяжёлыми заболеваниями.
Широко распространена ошибочная точка зрения, что в далёком прошлом люди обладали отменным здоровьем, жили в гармонии с природой и правильно питались. Идиллию прервало развитие науки и техники, грубым образом нарушив пасторальную картину. Но всё не так просто и однозначно. Любители ностальгировать по «старым добрым временам» нередко тоскуют по тому, чего никогда не бывало. Если внимательно изучить достоверные исторические данные, а не фантазийные грёзы, то можно обнаружить много примечательного. Например, узнать о том, что одной из причин гибели великой древнеримской цивилизации часть специалистов считает массовые отравления свинцом. Притом особой опасности подвергались высшие слои общества, предпочитавшие добавлять в вино искусственный подсластитель – ацетат свинца («свинцовый сахар»). Римские патриции умудрялись хранить вино и оливковое масло в сосудах из свинца. Простые граждане Древнего Рима также подвергались регулярному токсическому воздействию – для строительства знаменитого водопровода использовались свинцовые трубы, поэтому концентрация свинца в крови римлянина превышала предельно допустимую в тысячи раз[56]. Отравление свинцом носило кумулятивный характер, поэтому римляне не замечали вредного воздействия. Они не могли связать симптомы отравления с используемым в бытовых целях металлом. По мере увеличения концентрации свинца в крови состояние отравленного человека постепенно ухудшается, нарушается функционирование нервной, кроветворной и пищеварительной систем, становится практически невозможной интеллектуальная деятельность. Недостаток знаний об окружающем мире привёл к массовым отравлениям высших слоев древнеримского общества. Не понимая грозящей опасности, никто не мог избежать пагубного воздействия, даже сам император и члены Сената. Массовое н�
© Владимир Шевелев, 2019
© Издание, оформление. Animedia Company, 2019
Предисловие
Сделай же свою жизнь приятной, оставив всякую тревогу о ней.
(Луций Сенека «Нравственные письма к Луцилию»)
Наберите побольше воздуха и медленно выдохните. Примите удобное положение. Успокойтесь и расслабьтесь. Вам совершенно не требуется беспокоиться, стыдиться или стремиться коренным образом изменить жизнь в ближайшие двадцать четыре часа или, как водится, с понедельника. Начну с того, чего вы здесь точно не найдёте. Эта книга – не источник мотивации для так называемых личных достижений. В ней нет алгоритмов успешного бега наперегонки с окружающими с целью неограниченного потребления и отращивания эго. Забудьте о навязываемом чувстве вины за допущенные «ошибки» и неудачи, также как и о мнимой исключительности. Здесь вы не найдёте дидактических поучений и рецептов того, как правильно жить; я не знаю секрета успеха и очень сомневаюсь, что такой секрет вообще существует. Не меньше сомнений у меня вызывает существование категории «успех» в реальности.
Все мы подвержены заблуждениям. Когда кто-то составляет жизненные планы и прогнозирует собственное будущее, он в итоге обязательно обманет сам себя. Я называю это неизбежной иллюзией линейного будущего. Воображение рисует заманчивые картины поступательного развития, прогресса, простых и понятных взаимосвязанных событий. Но всё сложится иначе. В лучшую или худшую сторону – в данном случае это не так уж и важно. Главное, что всё будет по-другому. Кажется, что прогноз обоснован и логичен и существуют объективные причины для подобных умозаключений. Но всё тщетно – ничего не произойдёт в точности так, как ожидалось. Как мы на это реагируем? Страдаем и испытываем чувство вины, пытаемся отыскать допущенные «ошибки» и, естественно, в итоге их находим. Вдобавок появляется острое недовольство собой и жизнью, постепенно переходящее в хроническое. Почему же так происходит?
Прежде всего, из-за непонимания пределов своего контроля. Нам не удаётся отличить то, что зависит от нас, от того, на что повлиять невозможно. Эго тешат утверждения о том, что нам всё подвластно и мы сами создаём свою судьбу. С ранних лет нас уверяют, что мы полностью ответственны за всё происходящее в нашей жизни. Пропаганда контроля столь одиозна, что обычного человека объявляют ответственным даже за такие глобальные проблемы, как экологические бедствия или финансовые кризисы. Ответственность означает контроль, а контроль – ответственность. Но так ли это? Что, если это психологически комфортное упрощение серьёзной проблемы? Всего лишь ситуация, когда неконтролируемое явление объясняют с помощью упрощённой модели реальности, в которую нужно истово верить, а не требовать доказательств. Когда кто-то в очередной раз винит себя в ошибочном выборе профессии, места жительства, объекта инвестиций или спутника жизни, следует задуматься над тем, существовал ли выбор на самом деле и в какой степени он был независимым? Что нам действительно подвластно? Где находятся пределы нашего контроля и, следовательно, ответственности?
Существует и другая крайность. Осознав ограниченность своего влияния, человек внезапно может стать совершенно безответственным. Буквально из ниоткуда появляется парадоксальная уверенность в собственном бессилии. Некоторые иррационально полагают, что если они контролируют что-то частично, то, значит, не контролируют совсем. К примеру, поставив цель и оценив степень своего влияния на желаемый результат в 30 %, большинство вообще опускает руки. Легче и психологически комфортнее считать себя либо полностью в ответе за результат, либо вообще отрицать всякую степень контроля, игнорируя теорию вероятностей. Именно поэтому упрощённый взгляд на реальность широко распространён, и многие выбирают приятные иллюзии. Нам нелегко осознать ключевую роль случайности, трудно принять отсутствие контроля или его ограниченность в важнейших для нас сферах. Как же прав был Блез Паскаль, называя человека «вместилищем заблуждений»![1]
Чтобы открыто смотреть на жизнь, не прибегая к помощи успокаивающих фантазий, требуется, прежде всего, недюжинная смелость. Однако у мужественного взгляда на реальность существуют значительные преимущества. Отказавшись от иллюзий и признав, что далеко не всё поддаётся контролю, можно обрести небывалую свободу. Отбросив стереотипы мышления и научившись определять настоящие границы своего контроля, вы сможете полностью сконцентрироваться на главном. Одновременно появится мудрое и стоическое восприятие того, что не входит в зону личной ответственности.
Моя цель – наглядная демонстрация того, насколько сильно в общественном мнении преувеличивается степень контроля индивида над происходящим в его жизни. Мы не замечаем того, как переоцениваем меру своего влияния на разнообразные аспекты реальности. Приглашаю вас совершить интеллектуальное путешествие, по итогам которого мы постараемся ответить на один из вечных вопросов: что же в действительности зависит от нас?
Несколько слов о структуре книги. Исследование начинается с главы «Невидимый феномен». В ней рассказывается о феномене иллюзорного контроля и многочисленных исследованиях на эту тему, прежде всего, о работах знаменитой Эллен Лангер, а также о том, почему негативные эмоции могут привести к вере в магическое мышление, чем вызвана самоуверенность водителей и каким образом нюансы поведения игроков в кости раскрывают секреты психологии. Читатель сможет по-новому взглянуть на понятия контроля и ответственности, а также выяснит, почему всеобщая любовь к планированию ведёт к появлению труднорешаемых проблем. Заканчивается глава обоснованием того, почему иллюзии контроля над случайными событиями во всех областях человеческой деятельности представляют опасность, и объяснением того, почему важно отличать коррелированные события от взаимосвязанных.
Во второй главе «Иллюзия контроля над успехом и финансовым благополучием» рассказывается о глобальной индустрии успеха, породившей и внедрившей в общественное мнение ряд мифов, противоречащих теории вероятностей, статистике и здравому смыслу. Для опровержения одного из самых спорных тезисов о том, что образование часто выступает помехой процветанию, подробно объясняется теорема Томаса Байеса, а также то, почему её знание и применение – это по-настоящему полезно и прогрессивно. С помощью статистики и теории вероятностей наносится удар по иллюзии контроля над материальным благополучием. Также в данной главе заходит речь о психологических причинах широкого распространения этой иллюзии. Анализируется эволюция экономической науки и её знаковый поворот к исследованию иррациональности, произошедший относительно недавно. Читатель выяснит, насколько топ-менеджеры в действительности влияют на финансовый результат компании, а также узнает, есть ли чем гордиться преуспевающим биржевым трейдерам.
В третьей главе «Пределы контроля над организмом и состоянием здоровья» исследуется вопрос о том, в какой степени мы влияем на состояние нашего организма. Читатель узнает о разновидностях иллюзий контроля, наблюдаемых в этой сфере, скрытых в них логических ошибках, в том числе о том, почему помешательство на диетах схоже с верой в астрологию, спорт не спасает от болезней, а обращение к врачу содержит в себе не только одни выгоды, но и потенциальные риски. Рассматривается болезнь Хантингтона в качестве воплощения генетической предопределённости и злого рока, а также обосновывается ключевая роль случайности в состоянии здоровья любого человека. Читатель получит представление о том, почему мутации – это не всегда плохо, и узнает о деструктивном влиянии хронического стресса на организм, в частности о том, почему низкая позиция в корпоративной иерархии может привести к проблемам со здоровьем и недостаточной силе воли. Глава завершается объяснением теории эгоистичного гена Ричарда Докинза и антагонизма половых хромосом в трактовке Мэтта Ридли, в рамках которых человек предстаёт всего лишь безучастным зрителем грандиозных событий, происходящих на недостижимом уровне.
В четвёртой главе «Внешний мир – от семьи до будущего Вселенной» читателя ждёт путешествие по ключевым аспектам окружающей реальности с целью определения границ контроля над происходящим во внешнем мире. Читатель узнает, что даже такие великие умы, как Эйнштейн и Кеплер, не были застрахованы от семейных проблем, а также о том, как часто судьба человека зависит от никем не замечаемых мелочей. Затем пойдёт речь о важнейшей сфере общества – экономике, а именно о том, как регулярные финансовые кризисы негативно влияют в той или иной мере на каждого, однако удача особенно обходит стороной тех, у кого важный момент в карьере и жизни совпадает с крахом очередного пузыря цен на некий товар. Для установления неизбежности разрушительного воздействия экономической турбулентности на современников и их априорной беззащитности детально рассматриваются крупные финансовые крахи – голландская тюльпаномания 1636–1637 гг., Великая депрессия 1930-х гг. и современный мировой финансовый кризис, начавшийся в 2007 г. с трудностей в возврате ипотечных ссуд у проблемных заёмщиков. В попытке подняться ещё на ступень выше от частной жизни индивида рассказывается о перманентной опасности широкого распространения ядерного оружия и о том, почему судьба каждого жителя Земли зависела от решения советского офицера Станислава Петрова в ночь на 26 сентября 1983 г. Глава завершается рассмотрением вопросов вселенского масштаба, в том числе хроники массовых вымираний живых организмов в истории планеты. С точки зрения современной физики анализируется будущее Земли, Солнца и нашей галактики, на фоне которого нелепые попытки человека контролировать окружающую реальность кажутся вызывающе наивными.
В пятой главе «Пределы контроля над собственной личностью» объектом исследования выступает внутренний мир человека. На философский вопрос о том, видим ли мы мир таким, каков он в действительности, нейробиология отвечает отрицательно. С точки зрения современной науки каждый смотрит на мир сквозь уникальный фильтр восприятия, любезно предоставленный бессознательным, на которое оказывают влияние десятки или, может быть, даже сотни факторов. В этой главе идёт речь о том, насколько человек, обладающий сознанием и разумом, влияет на ключевые аспекты своей личности: характер, силу воли, память, процесс принятия решений и восприятие людей и событий. В общественном мнении мера контроля индивида над составными частями личности беззастенчиво преувеличивается, несмотря на многочисленные открытия ученых. Читатель ознакомится с историей строительного рабочего Финеаса Гейджа, совершенно утратившего силу воли в результате происшествия на железной дороге. Далее повествуется о том, насколько наша память несовершенна и склонна к искажениям, ведь часто мы помним то, чего на самом деле не происходило. В подтверждение данного тезиса рассматриваются многочисленные эксперименты Элизабет Лофтус по внедрению ложных воспоминаний. Глава заканчивается подробным описанием распространённых иллюзий и искажений восприятия, в том числе эффекта ореола, прайминга и склонности к подтверждению своей точки зрения. Прочитав эту главу, читатель получит представление о том, кто такие «суеверные голуби» в исследованиях Берреса Ф. Скиннера и как на наше целеполагание и поведение влияют дофамин и серотонин, а также ознакомится с итогами экспериментов Бенджамина Либета, поставивших под вопрос свободу воли.
Две заключительные главы посвящены исследованию скрытых форм иллюзии контроля. Шестая глава «Порочная вера в справедливость» начинается с рассказа о том, что общего в судьбах архитектора Антонио Гауди и писателя Джона Тула, автора романа «Сговор остолопов». Затем анализируется само понятие справедливости наряду с гипотезой справедливого мира, сформулированной знаменитым психологом Мелвином Лернером. Читатель выяснит, почему вера в справедливый мир может привести к жестокости и безразличию по отношению к бедным, больным и обездоленным, а также по какой причине успех и процветание воспринимаются в качестве знака добродетели и особых личных качеств. Далее рассказывается об исследованиях психиатра Элизабет Кублер-Росс и причинах широкого распространения веры в справедливый мир, в том числе и о том, как добрые сказки и фильмы со счастливым концом могут привести к бессердечию по отношению к ближнему.
В седьмой главе «Отрицание случайности» констатируется повсеместная победа детерминизма над случайностью, во многом обусловленная историческими и биологическими причинами. Первоначально важная для выживания способность к установлению причинно-следственных связей в современном мире нередко приводит к отрицанию роли случайности. Фактора случайности боятся, его ненавидят, предпочитая не замечать. Однако это не более чем иллюзия контроля над неконтролируемым и непредвиденным. В этой главе повествуется о том, какие неразрешимые вопросы порождает встреча с неумолимой природой случайности (спонтанные ремиссии и суровые дисциплинарные наказания по воле жребия в древнеримской армии). Анализируется главная разновидность отрицания случайности – болезненная страсть к планированию и прогнозированию. Читатель познакомится с идеями философа Карла Поппера, объясняющими, почему футурологи всегда ошибаются в прогнозах, а также получит представление о том, сколь важна случайность не только в жизни каждого, но и в истории человечества. В качестве примера приводится история о том, как из-за формы носа Чарльза Дарвина могло не состояться знаменитое кругосветное путешествие на корабле «Бигль», а также о ряде случайностей, сопровождавших открытие пенициллина бактериологом Александром Флемингом.
Призываю вас спокойно подумать о том, что обычно воспринимается без намёка на критику. Отбросить стереотипы мышления и постараться вникнуть в суть привычных понятий. Возможно, мы попусту растрачиваем силы, требуя от самих себя того, что не в нашей власти. Целесообразно проанализировать то, к чему мы стремимся всю сознательную жизнь и принимаем за истину, но не находим время беспристрастно осмыслить. Поразмышлять о правдивости и обоснованности установок, формирующих мировоззрение и, следовательно, поведение. Итак, приступим.
Глава I. Невидимый феномен
Кое в чём человек искусен, но далеко не во всём. Мудр тот, кто осознаёт границы собственных возможностей.
(Карл Саган «Мир, полный демонов. Наука как свеча во тьме»)
Все мы знаем, как это происходит. Мы видели подобное тысячи раз. Солидный человек в деловом костюме уверенно заявляет, что «полностью контролирует ситуацию». Его внешний вид излучает спокойствие и уверенность. Каждое слово произносится со знанием дела, все жесты выверены и уместны. Он говорит именно то, чего от него ждут. Сообщение о полном контроле над тревожащей ситуацией действует как информационный транквилизатор. Полные уверенности слова успокаивают и дарят надежду. Мы расслабляемся и перестаём с тревогой всматриваться в настоящее в поисках знаков грядущих трудностей. Если ситуация находится под контролем, значит, ничего не потеряно, всё можно исправить и даже улучшить. Если бы нас уверяли, что «всё будет хорошо», мы бы сочли такие слова ребячеством и надувательством – никого сейчас не успокоить необоснованным оптимизмом. Между тем заявление о контроле звучит солидно и убедительно, порождая психологический комфорт. Мы стремимся к контролю почти во всём, так как он дарит чувство свободы и независимости от превратностей судьбы. Желание непосредственно влиять на происходящее с нами настолько естественно для человека, что часто мы готовы на что угодно, если наградой будет уверенность в завтрашнем дне. Однако при этом нам очень нелегко признать зависимость от внешних сил или, что ещё хуже, случайных событий. Случайность пугает, её избегают, отрицают или пытаются втиснуть в прокрустово ложе модели, стараясь приручить. Современная всеобщая любовь к планированию отражает попытку взять под контроль сложные и зачастую случайные процессы. Попытки обрести контроль над случайностью приводят к сладостному самообману. К примеру, составляя план продаж некоего товара, топ-менеджеры косвенно подтверждают уверенность в том, что конечный результат находится под их полным контролем. Итоговый объём продаж руководство фирмы самоуверенно ставит в зависимость от манеры общения менеджера с клиентом, цены и качества продукта, сознательно игнорируя объём платежеспособного спроса, текущую рыночную ситуацию и непредвиденные случайные события. Составив план, мы наслаждаемся мнимой властью над достижением цели, но желаемый результат от нас так же далёк, как и прежде. Самонадеянными попытками предсказать будущее подготавливается почва для грядущего разочарования.
У контроля существует важное следствие – ответственность. Два этих понятия всегда соседствуют друг с другом. Контроль означает ответственность. Если вы контролируете проводимую работу, то именно вы ответственны за её итог. Контроля без ответственности не бывает, так как невозможно одновременно признавать полный контроль над ситуацией и быть в стороне от результата. В то же самое время ответственность должна означать контроль. В противном случае можно считать ярким проявлением несправедливости, когда ответственным за негативный результат назначают постороннего человека, не имевшего никакой возможности повлиять на ситуацию. Если не рассматривать такие вопиющие случаи, то теоретически контроля без ответственности не бывает, как и наоборот. Если вы накануне повесили картину на стену в гостиной, то, услышав грохот упавшего шедевра живописи, вам следует винить самого себя, а не художника, соседей или гравитацию.
В отношении большинства явлений нельзя говорить об абсолютном контроле или полном его отсутствии. Очевидно, что контроль обладает степенью, которую наглядно можно отобразить процентным соотношением. Частичный контроль объективно отражает меру влияния на итоговый результат. Например, оценив степень своего контроля над карьерным ростом в крупной компании в 30–40 %, мы можем судить о высокой правдоподобности этой оценки, учитывая большую роль стечения обстоятельств. Возможно, вам кажется, что мера влияния на продвижение по службе занижена. Однако существуют данные, подтверждающие точку зрения о невысокой степени контроля. Даже если проанализировать ту сферу деятельности, где, казалось бы, знания, навыки и опыт имеют ключевое значение, например, гражданскую авиацию, то становится очевидным, что далеко не всё зависит от самого человека. Известный пилот Патрик Смит, отвечая на вопрос о факторах успешной карьеры лётчика, приходит к выводу о том, что важнейшую роль играет удачный момент[2]. Не опыт, мастерство или часы налёта, а положение в рейтинге пилотов авиакомпании, во многом зависящее от стечения обстоятельств, определяет, кто будет повышен до должности командира корабля. Если даже в такой высококонкурентной и технологичной области, ориентированной на персональные знания и умения, карьерный рост часто зависит от банального везения, то что уж говорить о ситуации в обычном офисе среднестатистической фирмы.
Важно помнить, что, насколько бы ни была мала степень контроля – она может оказаться определяющей. Если человек, впервые взяв в руки гитару, поставит перед собой честолюбивую цель продать миллион копий будущего дебютного альбома, то степень его контроля над итоговым результатом вряд ли превышает 2 %. Однако эти же 2 % являются ключевыми, ведь если потенциальная рок-легенда не освоит музыкальный инструмент, то цель станет недостижима в принципе. При этом бывает так, что частичный контроль не является ключевым. Если некий кандидат баллотируется на выборную должность и степень его контроля над достижением цели оценивается в 20 %, то теоретически он может вообще ничего не предпринимать, и, несмотря на бездействие, в итоге всё сложится в его пользу. Удивительно, но многих осознание частичного контроля парадоксальным образом приводит в замешательство. Для нас психологически трудно принять ограниченность контроля и столкнуться лицом к лицу с неподвластным. Привычная последующая реакция – попытка ухода от всякой ответственности. Однако всегда следует помнить, что если вы контролируете что-то частично, то это не значит, что вы вообще ни на что не можете повлиять. Для достижения поставленной цели любая степень контроля может оказаться решающей, а мышление категориями «или/или» лучше оставить шекспировскому Гамлету.
Жизненные процессы содержат весомую долю хаоса и случайности. Когда очередной бизнесмен с серьёзным выражением лица утверждает о полном контроле над текущей рыночной ситуацией, то непонятно, верит ли он сам в эту иллюзию или просто пытается убедить окружающих. Дальновиднее осознавать пределы своего контроля либо полное его отсутствие, но такое встречается редко. В конечном счёте самообман всегда обходится дороже, чем вынужденная ложь. Искажённое восприятие контроля вызывает приятные эмоции и порождает уверенность в завтрашнем дне, но только в первое время. Иллюзия контроля берёт начало в естественном человеческом желании чувствовать себя в безопасности. Ощущение контроля снижает уровень стресса, а вера в способность определять качество жизни улучшает настроение. Однако отрицание реальности, безразличной к субъективным человеческим переживаниям, дорого обходится. За это мы расплачиваемся мнимой ответственностью, прежде всего перед самым суровым мучителем – самим собой.
Яркий пример – ощущение псевдоконтроля за рулём автомобиля. Иллюзия в данном случае весьма сильна, так как движение автомобиля непосредственно обусловливается действиями водителя. Однако благоприятный исход поездки лишь в определённой мере зависит от качества управления. В большей степени на конечный результат оказывают влияние неподконтрольные водителю факторы: качество дорожного покрытия, освещённость, погодные условия, соблюдение правил дорожного движения пешеходами, исправность транспортного средства, навыки и самочувствие тысяч водителей сопутствующих и встречных автомобилей. И, конечно же, случайное сочетание разнообразных и подчас непредвиденных факторов.
Профессор психологии Гарвардского университета Эллен Лангер провела серию исследований, посвящённых теме иллюзорного контроля[3]. Результаты её работы однозначно свидетельствуют о распространённости искажённого восприятия контроля. В одном из исследований автомобилистов попросили оценить вероятность попадания в аварию на месте водителя и пассажира. Если вы думаете, что участники эксперимента скромно посчитали её одинаковой, то вы ошибаетесь. По мнению опрошенных, вероятность аварии на пассажирском месте гораздо выше, чем на водительском. Но этим влияние иллюзии контроля не ограничивается. Если авария всё-таки произойдёт, то участники эксперимента уверены, что вероятность того, что в их автомобиль врежутся сзади, гораздо выше вероятности того, что они сами ударят другую машину. Данные опросов явно противоречат дорожной реальности, но зато наглядно отражают самоуверенность среднестатистического водителя. Большинство наивно полагает, что если они контролируют некий процесс, то ничего плохого с ними не произойдёт. Проблема в том, что степень влияния на происходящее во многих сферах деятельности значительно преувеличивается.
Иногда искажённое восприятие контроля можно проследить в любопытных мелочах. В 1967 г. социолог Джеймс Хенслин обратил внимание на то, как именно игроки в кости бросают кубики[4]. Когда для выигрыша было необходимо максимальное число очков, то участники игры выбрасывали кубики с большой силой, в противном случае – когда требовалась минимальная сумма очков – игроки медленно разжимали ладонь. Универсальность в поведении поначалу казалась неправдоподобной, однако анализ результатов исследования не оставил никаких сомнений в существовании явления. Вера в то, что сила и скорость броска определяет результат, почти не осознавалась игроками, увлечёнными процессом. Они не замечали изменения манеры выбрасывания кубиков в зависимости от необходимой для выигрыша суммы очков. Джеймс Хенслин подметил почти бессознательное, полуавтоматическое действие, свидетельствующее о существовании феномена.
Крайняя форма иллюзии контроля – магическое мышление. Многим кажется, что это удел специфической группы доверчивых и наивных людей, но такая точка зрения ошибочна. Показательно, что даже рационально мыслящие люди, на словах отрицающие возможность магического воздействия на окружающую реальность, при наличии очень слабого «доказательства» волшебства легко меняют мнение и идут на поводу у средневековых моделей мышления. Граница между рациональностью и суеверием не столь непроницаема, как хотелось бы считать людям научного склада ума. Бывало ли у вас такое, что у неприятного, по вашему мнению, человека произошло какое-то негативное событие, и вы посчитали свои недобрые мысли причиной случившегося? Если ваш ответ положителен, то, значит, в определённой мере вы подвержены магическому мышлению, даже если не осознаете этого. Быть суеверным легко, для этого не требуется прикладывать усилия, в то время как для сохранения здравого смысла необходимо анализировать факты и делать обоснованные выводы. Попасть в трясину магического мышления всегда проще, чем остаться в рамках рациональности. Научный взгляд на мир – великое достижение лучших умов человечества, а не естественно присущая нашему виду особенность.
В 2006 г. объединённая группа учёных Принстонского и Гарвардского университетов в лице Эмили Пронин, Сильвии Родригес, Даниэля Вегнера и Кимберли Маккарти провела ряд экспериментов, посвящённых феномену магического мышления. В рамках одного из них в качестве участников были отобраны преуспевающие студенты. Испытуемым сообщили, что цель эксперимента – анализ симптомов психосоматических заболеваний, возникающих всего лишь от мыслей о нездоровье. Однако на деле организаторов интересовало другое: смогут ли поверить в магическое воздействие образованные и рациональные молодые люди? Незнакомых друг с другом студентов разбили на две группы, добавив в целях исследования по одному актёру в каждую из групп. Подставные участники вели себя диаметрально противоположным образом. В первой группе актёр был в футболке с оскорбительной надписью, он опоздал на десять минут, жевал жвачку с открытым ртом и высокомерно вёл себя с коллегами. Второй подставной участник, в отличие от первого, пришёл вовремя, был со всеми приветлив, дружелюбен и вызывал только положительные эмоции. Каждый участник должен был вытянуть из чаши псевдослучайным образом лист бумаги с описанием роли в эксперименте. Все студенты получили роль «колдунов», а два актёра стали «жертвами». После «колдунам» раздали по импровизированной кукле вуду и попросили втыкать в неё иголки, параллельно думая о том, что они причиняют страдания участнику эксперимента, которому выпала роль жертвы. Через некоторое время актёры в обеих группах начинали изображать мучения от острой головной боли. По окончании эксперимента студентам задали вопрос о том, считают ли они, что именно их мысли и манипуляции с куклами послужили причиной страданий участников с ролью жертвы. Большинство студентов ответили отрицательно, однако в группе с вызывающим ненависть актёром доля опрошенных, ответивших положительно, значительно превышала аналогичную долю в другой группе. Раздражение по отношению к подставному грубияну затуманило объективность восприятия, и некоторые студенты действительно поверили, что каким-то образом поучаствовали в причинении боли человеку с ролью жертвы. Негативные эмоции подавили заранее декларируемую рациональность, и иллюзия контроля в крайней форме магического мышления одержала верх[5].
Известный психолог Джонатан Хайдт описал два способа поиска истины: путь учёного и путь адвоката[6]. В основе действий учёного лежит желание познать объективную реальность: для этого проводятся систематические наблюдения, после чего полученные данные внимательно изучаются[7]. На основе проведённого исследования учёный пытается сформулировать теорию, объясняющую интересующую его часть природы. Даже если созданная им теория достаточно хорошо объясняет наблюдаемые данные, на этом учёный не останавливается, он проводит ещё больше наблюдений и перепроверяет её. Путь учёного направлен на обретение истинного знания, на точность и объективность.
Путь адвоката в корне отличается от описанного выше способа действий. Адвокат начинает с того, что выбирает некое утверждение, которое он будет в дальнейшем позиционировать как верное. Его цель – убедить других в правильности сделанного им умозаключения, а не установить объективную истину. Адвокат анализирует данные, отбирая среди них подтверждающие его выводы, и намеренно игнорирует любые опровергающие или ставящие под сомнение первоначальные постулаты. Адвокат сам выбирает «истинное» умозаключение и, убедив необходимое количество людей, считает цель достигнутой.
Оба способа поиска истины свойственны человеческой натуре, но при формировании иллюзий контроля ярко проявляется путь адвоката. Для того чтобы мотивировать себя или просто ощутить приятное чувство контроля над жизнью, некоторые убеждают себя в том, что они, к примеру, своими действиями определяют состояние здоровья. Если мы примем за истину это утверждение, то вспомним случаи успешного выздоровления после обращения за медицинской помощью. Человек анализирует историю собственной жизни, заостряя внимание только на наиболее изученных и распространённых заболеваниях, таких как обычный риновирус или пищевое отравление. В качестве доказательства контроля над здоровьем приводятся случаи исцеления, где можно проследить простые и очевидные взаимосвязи, такие как «принял лекарство – избавился от боли и дискомфорта», «обратился к врачу – выздоровел через несколько дней». Просто, легко и понятно. В рамках пути адвоката одновременно игнорируются факты спонтанного выздоровления, применения медикаментов, не приведшего к исцелению, а иногда и ухудшившего состояние. Забываются безуспешные посещения врачей, побочные действия назначенных лекарств, факты заражения инфекциями в стенах больницы. Всё сложное, непонятное и неоднозначное игнорируется, чтобы не потревожить столь приятную иллюзию контроля над здоровьем. Как заметил проницательный философ Эрик Хоффер: «Люди часто превращают свою жизнь в рутину и с её помощью противостоят чувству неуверенности и ощущению опасности. Этим достигается иллюзия, что непредвиденное приручено»[8].
Наиболее опасна иллюзия контроля в отношении случайных событий. В эту же категорию следует ещё отнести слишком сложные явления, совмещающие непредсказуемость, сотни влияющих на результат факторов, скрытые и динамические корреляции. Ничто так не иссушает человеческую душу, не изматывает и лишает сна, покоя и радости, как попытки контролировать случайное. Со стороны стремление влиять на стечение обстоятельств кажется алогичным и бесперспективным, однако мало кто готов признать свои попытки бессмысленными. Аморально убеждать других в том, что они могут контролировать случайные события, опасно самому поддаваться на аналогичную пропаганду.
В одном из экспериментов Эллен Лангер, посвящённых иллюзии контроля, организаторы провели лотерею. Половине участников случайным образом раздали по лотерейному билету. Другая половина получила право сделать выбор самостоятельно. Каждый билет ничем не отличался от других, не давал никакого преимущества и никак не увеличивал шансы на выигрыш. Однако участники эксперимента вели себя так, будто их действия каким-то образом могли повлиять на совершенно случайный итог лотереи. Участники, получившие билеты, горели желанием обменять его у тех, кто сделал самостоятельный выбор. В то же время участники, самостоятельно вытащившие билет, в большинстве своём отказывались от обмена. Если номер билета имел для участника особое значение – соответствовал памятной дате или напоминал о важном событии – то он стремился его сохранить и отказывался от сделки. Участники эксперимента спорили и пытались убедить друг друга в необходимости обмена, стараясь непостижимым образом увеличить шансы на выигрыш. Однако суета и многочисленные бартерные сделки не имели никакого смысла. У каждого участника на момент проведения розыгрыша мог быть только один билет, следовательно, не существовало способа увеличить вероятность выигрыша путём его обмена или тактики отказа от сделок. Все действия участников предпринимались в рамках иллюзии контроля над случайностью, так как с точки зрения выгоды они не имели никакого смысла[9].
Иллюзию контроля над случайными событиями можно наблюдать не только в стенах казино, но и в респектабельных офисах банков и инвестиционных компаний, на телевидении и радио. Только представьте себе, сколько миллионов аналитиков на планете занимаются составлением прогноза цен на финансовые или сырьевые активы! Целые аналитические компании изучают, по сути, всего лишь один ряд данных, например, цены на нефть. Экономики стран и целых регионов мира зависят от этой цены, сотни миллионов людей почувствуют изменения в уровне жизни при сильных колебаниях стоимости чёрного золота. Но многое ли известно о факторах, определяющих цену на нефть? Разработаны многочисленные модели, где в разные периоды времени приоритет отдаётся влиянию погодных условий, политической нестабильности в ряде регионов мира, стоимости альтернативных источников энергии и состоянию глобальной экономики в целом. Иногда аналитикам кажется, что они ухватили удачу за хвост, нашли волшебную корреляцию, которая приведёт их к славе биржевого гуру, однако со временем эта иллюзия исчезает, неизбежно сталкиваясь с природой реальности. Когда на цену влияют тысячи независимых факторов, поведение сотен глобальных игроков, психология масс и нефтяных трейдеров, то можно говорить о том, что рассматриваемое явление по своему характеру близко к случайному. И в такой ситуации ничем не помогает даже огромная информационная база, на которую возлагают напрасные надежды. Использование дополнительных статистических данных ни к чему не приводит: полезные сведения тонут в потоке информационного шума. А в это время миллионы людей продолжают гадать на кофейной гуще, убеждая себя в своём величии в удачное время и виня за «ошибки прогноза», столкнувшись с полосой невезения. За что увольняют аналитика, неверно предсказавшего цену на актив? Почему люди верят в то, что случайную величину в принципе можно предсказывать, используя некие чудесные методы, модели и индикаторы?
Правда в том, что часто мы слепы к случайности и скрытой корреляции. Ошибочно определив взаимосвязь между двумя явлениями, мы сталкиваемся с ещё большими проблемами. Даже если два события высоко коррелированы друг с другом, это не говорит о том, что они взаимосвязаны. Если вы заметили, что фондовый индекс падает в те дни, когда ваш приятель опаздывает на работу, это не значит, что ваш приятель может обрушить фондовый рынок, проспав до обеда. Или что падающий рынок акций таинственным образом вынуждает его позабыть о пунктуальности и правилах внутреннего распорядка. А ведь эти события на 100 % коррелированы за последний месяц! Играть в контроль над случайными событиями – одна из любимейших забав человечества, однако мало кто помнит о проигравших. Это удивительно, учитывая, что среди тех, кто играет в контроль над случайностью, в конечном итоге потерпят поражение абсолютно все на достаточно длительном временном промежутке.
Иногда чувство иллюзорного контроля порождает в нас уверенность в будущем и оптимизм, однако необоснованные фантазии всегда заканчиваются разочарованием. Если кто-то наивно полагает, что раскрыл секрет случайных событий и теперь способен прогнозировать непредсказуемое, то его действия неизбежно закончатся провалом. Опасность искажённого восприятия степени контроля над окружающим миром несоизмеримо превышает сиюминутное ощущение комфорта от осознания своей значимости. Всегда можно ввести в заблуждение себя и окружающих, но невозможно обмануть объективную реальность. В итоге разросшееся эго будет уничтожено, а его место займёт чувство вины.
Нейробиолог Роберт Сапольски называет отсутствие чувства контроля одним из факторов хронического стресса[10]. Он полагает, что с точки зрения снижения уровня стресса полезно ощутить, что от нас многое зависит. Однако, на мой взгляд, проблема заключается не в том, что мы чувствуем, что ничего не контролируем, а в убеждённости в том, что этот контроль в принципе существует. Стресс возникает из-за того, что мы считаем чувство контроля нормой, хотя при ближайшем рассмотрении это оказывается заблуждением. Сталкиваясь с подлинной природой реальности, мы испытываем неприятные ощущения, потому что ограниченный контроль кажется нам отклонением, досадным недоразумением и нарушением естественного порядка. Мы тревожимся и беспокоимся из-за того, что считаем полностью нормальное чувство отсутствия контроля раздражающей аномалией.
Бизнес-тренеры, мотивационные книги, реклама и средства массовой информации убеждают нас в полном контроле над жизнью и всеми её аспектами. Нам внушают мысль о том, что мы способны неограниченно влиять на все происходящие события. Стороны нашей жизни, очевидно не поддающиеся влиянию, игнорируются и сознательно замалчиваются. Нам успешно продают сказку о подконтрольности, внушая мнимую ответственность за то, на что мы не можем воздействовать. Представьте себе древнее племя, живущее по типичным для своего времени законам. Рядовые его члены искренне верят в то, что жрец может управлять погодой. Но если некий простодушный жрец действительно поверит в свою способность повелевать тучами и вызывать дождь, то что произойдёт с ним во время засухи? Вероятно, жрец будет с болью наблюдать за многочисленными неудачами. Учитывая, что рядовые члены племени убеждены в его особых способностях, он никогда не усомнится в ошибочной предпосылке о возможности управления погодой. Недальновидный жрец будет отчаянно пытаться понять, что же он не так делает. Хотя очевидно, что жрец не допускает никаких ошибок, просто он наивно полагает, что чудесным образом влияет на погоду. Его единственный промах – иллюзорная вера в то, что его обряды имеют какое-то значение.
Если перенестись в современный мир, то можно провести аналогию с потерей работы. Идея о полной ответственности за своё финансовое состояние превратилась в общепринятую точку зрения. Даже когда сотрудник компании из увядающей традиционной отрасли экономики лишается работы в рамках сокращения персонала, общество полагает, что он так или иначе сам в этом виноват. Позиция социума непреклонна, несмотря на то что увольнения происходят по причине глобального экономического кризиса, а не из-за нарушения трудовой дисциплины или недобросовестного выполнения должностных обязанностей.
Недавний исторический пример потери работы не по своей вине – банкротство некогда знаменитой компании Kodak в 2013 г.[11] Десятки тысяч сотрудников фабрик и фотолабораторий лишились дохода из-за глобальных технологических изменений. Цифровая революция ознаменовала собой конец эпохи фотопечати, символом которой была фирма Kodak. Сверхпопулярность таких интернет-гигантов, как Instagram, Facebook и Flickr, окончательно подтвердила гипотезу о том, что времена в отрасли изменились бесповоротно: фотографии утратили осязаемую форму и перешли в область виртуального, а ценность отдельного снимка приблизилась к нулю. Никто ничего не смог с этим поделать, в том числе руководство Kodak, максимально заинтересованное в продолжении успешной деятельности. Прогресс не остановить – не имеет смысла даже пытаться это сделать. Существующие отрасли будут видоизменяться или умирать, вчерашние компании-победители превращаться в банкротов, освобождая рыночную нишу для новых игроков с конкурентным преимуществом, прежде всего в технологической сфере. Персонал проигравших компаний неизбежно окажется без работы и источника доходов. Но только в этом нет их вины! Рядовые сотрудники Kodak, проработавшие в легендарной компании десятки лет, стали жертвами обстоятельств. Ни в коем случае нельзя обвинять их в недальновидности, потому что технологические прорывы невозможно предсказать, и никто не знает, где и когда изобретут и внедрят что-то принципиально новое.
Иллюзия полного контроля над финансовым благополучием порождает ответственность за неудачи, обычно крайне тяжело переживаемые. Невозможность влиять на случайные и независимые процессы неизбежно порождает внутренние терзания. Примечательно, что, испытывая страх наступления негативных событий, таких как потеря работы или разрыв с любимым человеком, мы боимся в том числе психологического состояния, зачастую сопровождающего подобные жизненные ситуации. В конечном счёте самую большую боль человек причиняет себе сам. В неблагоприятных обстоятельствах чрезмерный анализ неудач и текущих проблем лишь усугубляет положение. Мы привыкли во всём винить себя и искать собственные ошибки. Если наш брак трещит по швам, мы изводим себя вопросами о том, что было сделано не так и почему не удалось построить гармоничные отношения. Когда состояние здоровья оставляет желать лучшего, осуждаем себя за «неправильный» образ жизни, нежелание заниматься профилактикой болезней и регулярно посещать врача. Однако в действительности причина страданий – иллюзия контроля над всеми сторонами жизни.
Нас приучили к порочному кругу страданий. Сначала нам успешно «продают» сказку о нашей способности всё в жизни контролировать и, следовательно, полной ответственности за происходящее. Учат тому, что результат всегда важнее процесса, и рассказывают об «алгоритмах» воздействия на случайные события. После закономерной неудачи в попытках всё и вся контролировать нас винят в допущенных «ошибках», суть которых объяснить никто не может. Неизбежно появляются опустошённость и хандра. Затем можно вновь увлечься идеями контроля и попробовать применить их на практике. Результат очередной попытки очевиден. Круг замыкается и повторяется неограниченное число раз.
Болезненное переживание ответственности за неспособность контролировать в различной степени случайные события часто приводит к тяжёлому психологическому кризису. Не все способны справиться с давлением высококонкурентного общества, столкнувшись с серьёзными трудностями. Печальным историческим примером того, как люди реагируют на встречу с неконтролируемыми явлениями, является 29 октября 1929 г. – день биржевого краха на Уолл-стрит, ознаменовавший начало Великой депрессии. Десятки миллионов людей потеряли работу, крышу над головой, доступ к базовым благам цивилизации и, что самое ужасное, – веру в себя. Возникли «голодные марши», в рамках которых безработные требовали предоставить им рабочие места. Миллионы людей, ранее принадлежавшие к среднему классу, обеднели. Мелкие предприниматели массово разорялись, продукция фермеров оказывалась никому не нужной, закрывались магазины и мастерские. Печальным символом Великой депрессии стали огромные очереди за бесплатным супом. Миллионы дееспособных взрослых людей не могли найти применение своим навыкам и обеспечить семьи.
До сих пор экономисты спорят о причинах мирового кризиса 1930-х гг., несмотря на то что в их распоряжении огромная масса статистических данных, в том числе свидетельства очевидцев, а также возможность ретроспективно и объективно изучить события тех лет. Тем не менее это по-прежнему дискуссионный вопрос. Что уж говорить о современниках Великой депрессии, ведь даже люди, непосредственно влиявшие на государственную политику США в те годы, расходятся в объяснении причин кризиса. Руководивший страной Герберт Гувер считал источником проблем события за пределами США[12]. По его мнению, главным фактором кризисных явлений стало расширение производства товаров и услуг в Европе во время Первой мировой войны, породившее кризис перепроизводства к 1925 г. В то же время многие влиятельные американцы, в отличие от президента, полагали, что вина лежит на финансовом регуляторе, понизившем процентные ставки в 1927 г. Тем не менее почти все наделённые властью очевидцы Великой депрессии признают ограниченность своего влияния на столь сложное для понимания глобальное явление. В чём же тогда были виноваты рядовые современники экономической катастрофы? Какие ошибки они допустили? Потерявший всё вложенное частный инвестор, рабочий закрывшегося завода, собственник разорившегося ресторана – все они стали жертвами общемирового явления, не имея никакой возможности его предсказать и избежать. В дополнение к объективным экономическим трудностям настоящим бичом поколения стало чувство вины. Пострадавшие от Великой депрессии корили себя за неспособность противостоять негативным последствиям кризиса. Постоянный стресс, стыд и раздражение вели к росту алкоголизма и уровня агрессии в обществе. Трудно признать ограниченность контроля над важными аспектами жизни, но ещё сложнее пережить последствия иллюзорного взгляда при столкновении с безжалостной реальностью.
Непонимание степени влияния на действительность приводит к снижению эффективности любой деятельности. Почти никто не способен выделить область влияния, сконцентрировавшись на которой, можно достигнуть желаемого, признавая возможность неудачи в результате действия случайных сил. Если, столкнувшись с проблемой, поразмышлять о том, что действительно можно сделать, то уже одно это избавит от лишних страданий и позволит сфокусироваться на главном. Жизнь такая, какая она есть, и, как бы нам ни хотелось быть её полными властелинами, всегда будет то, что мы в силах изменить, но гораздо больше того, что следует просто принять. Тяжело заболев, можно изводить себя мыслями о причинах недуга, с трепетом ждать результатов очередных анализов, постоянно думать о проблеме и не иметь ни минуты покоя. Но на самом деле вам подвластно только одно – обратиться к врачу. Это и есть ваша настоящая область контроля. Выздоровеете ли вы и то, когда это произойдёт, зависит от ряда факторов, таких как квалификация врача, эффективность применяемых лекарств, вашего возраста, иммунитета, процессов в организме, стечения обстоятельств и случайности, а также всего того, что пока остаётся непознанным для медицины.
Безусловно, существуют сферы, где итоговый результат находится под вашим полным контролем. Вы можете расставить мебель так, как вам заблагорассудится, или выбрать цвет обоев по своему усмотрению. Однако вряд ли подобные вопросы можно отнести к жизненно важным, маловероятно, что у кого-то появится тревожное расстройство от того, что кресло стоит слишком далеко от окна. По мере возрастания значимости вопроса прослеживается тенденция увеличения роли случайного и неподвластного. Если ребенок хочет научиться ездить на велосипеде, то он почти в полной мере влияет на процесс обучения и его результат. Но если тот же человек в зрелом возрасте поставит перед собой амбициозную цель избавить мир от голода, то степень его контроля над выполнением задачи будет стремиться к нулю.
Современная жизнь – это хаос, область столкновения миллионов случайных факторов, где мы отчаянно пытаемся найти толику порядка и предсказуемости. Не стоит думать, что мужественный взгляд на реальность, выражающийся в признании ограниченности влияния, – это испытание силы воли. Смелость и честность с самим собой приводят к благотворным эмоциональным сдвигам. «Мужество, – писал испанский мыслитель Хосе Антонио Марина, – есть добродетель, позволяющая оторваться от земли»[13]. Мы чувствуем огромное облегчение, осознав иллюзорность контроля над многими сферами жизни. Уходят в небытие десятки навязанных проблем, исчезает значимость недостижимых целей. То, что раньше отравляло жизнь и лишало радости и покоя, превращается в пыль. Теперь не нужно попусту расходовать энергию на бесплодные попытки повлиять на неконтролируемые процессы и можно сконцентрироваться на том, что находится в нашей власти. Перестав бороться с ветряными мельницами, можно изменить жизнь к лучшему, сосредоточившись на том, что действительно поддаётся воздействию.
Однако даже те, кто соглашается с тем, что у каждого из нас есть пределы контроля над окружающей реальностью, часто недооценивают масштаб явления. Иллюзия контроля простирается гораздо дальше психологических экспериментов, азартных игр и фондовой биржи. То, что часто без сомнений воспринимается как область нашего влияния и ответственности, на самом деле ею не является. Хронически завышается степень контроля над успехом, материальным благополучием и состоянием здоровья, но это почти никем не замечается, поэтому этим сферам следует уделить особое внимание. Данный вопрос подробно рассматривается в следующих двух главах.
Глава II. Иллюзия контроля над успехом и финансовым благополучием
Смешны люди, гордящиеся тем, что не в нашей власти.
(Эпиктет)
Какими принципами и идеалами руководствуется большинство людей? Ради чего они живут? Какие цели ставят перед собой? Безусловно, ответы на эти вопросы зависят от конкретного человека и его мировоззрения. Однако в настоящее время успех всё чаще воспринимается как главная цель человеческой жизни. В XVIII–XIX вв. в общественном сознании привилегированное положение занимало понятие «честь». Нашему современнику трудно вообразить, что люди прошлых эпох готовы были даже пожертвовать жизнью, лишь бы только защитить свою честь и достоинство. Освободившееся место заняло понятие успеха, и нет никаких признаков того, что эра его доминирования близка к закату. О статусе «успешного» человека мечтают сотни миллионов людей на планете, готовых на многое, чтобы вызывать зависть у окружающих. Заголовки журналов и популярных интернет-ресурсов пестрят упоминаниями об успешных людях, их привычках и образе жизни. Написаны сотни тысяч книг и миллионы статей о том, как обрести заветный статус и повод называть других неудачниками. Считается, что тот, кто обрёл финансовое благополучие или даже богатство, становится счастливым, здоровым, уверенным в себе и почти всемогущим человеком. Жизнь в стиле миллиардера – самая заветная мечта большинства. Многие готовы годами отказывать себе в удовлетворении даже базовых потребностей, лишь бы только продолжать верить в возможность скорого приобретения баснословного богатства. Слово «успешность» стало настолько затёртым, что над сутью самого понятия мало кто задумывается. В эпоху клипового сознания успех ассоциируется с разбрызгиванием шампанского на футуристичной яхте, роскошным кабриолетом, деловыми совещаниями на верхних этажах небоскрёбов, дорогими наручными часами и гордым лицом с небрежно скрываемой печатью превосходства. Перед нами визуальный образ удавшейся жизни, неотъемлемая часть которого – тщеславие и элитарность. Успешный человек богат, всесторонне реализован, занимает высокое место в социальной иерархии и во всём превосходит окружающих. Успешность – новый культ, активно раскручиваемый средствами массовой информации, в рамках которого быть неудачником позорно и предосудительно. Нас уверяют, что единственное оправдание отсутствия успеха – это яростное к нему стремление. Всеобщее помешательство на символах процветания отражает массовую потребность в психологическом комфорте. Но мало кто понимает, что в основе желания стать успешным человеком лежит попытка взять под контроль все возможные негативные случайности в жизни.
Нам внушают, что каждый несёт ответственность за собственное финансовое благосостояние и занимаемое место в социуме. Если вы неуспешны, небогаты и нереализованы в жизни, то в этом виноваты только вы, и никто больше. Возможно, что это замечательный принцип с точки зрения воспитания, но нас интересует реальность, а не педагогические императивы. Возникает закономерный вопрос: на самом ли деле это так? Что и в какой степени контролирует индивид и за что он действительно несёт ответственность? Насколько мы влияем на то, что с нами происходит? Что, если постараться объективно и беспристрастно ответить на данные вопросы? Практически в каждой второй книге, учащей правильно жить и добиваться поставленных целей, авторы призывают прежде всего ощутить ответственность за всё происходящее в своей жизни. Якобы без такого осознания не бывает саморазвития. Нередко в мотивационных книгах можно найти критику точки зрения на реальность, учитывающую роль случайного, непонятного и неконтролируемого. Людей, мыслящих таким образом, называют неудачниками. Невысокая должность, проблемы с деньгами, болезни, плохие отношения с родственниками, неудачи в личной жизни – всё это вменяется в вину потребителю товаров и услуг индустрии успеха. Почему же в индустрии успеха так много внимания уделяют вопросу ответственности? Потому что критически мыслящего человека трудно убедить в том, что все его проблемы и негативные события в жизни – это его выбор. К примеру, тяжело переживаемая смерть близкого родственника плохо скажется на всех аспектах жизни человека, в том числе и на его так называемой успешности, но только зачарованного мотивационными книгами можно убедить в том, что это его выбор и ответственность.
Получение прибыли – главная цель индустрии успеха, как и любого другого вида бизнеса. Чтобы реализовать свой товар, индустрия успеха должна прежде всего убедить потребителя в полном контроле над жизнью и всеми её аспектами. Трудно продать очередную книгу о десяти простых шагах к успеху, признавая тот факт, что человек собственными действиями определяет только, к примеру, 5 % конечного результата, а 95 % – это влияние случайных и непредсказуемых факторов. Убедив читателя в контроле, порождающем ответственность, продавцы успешности смогут реализовать всю идею целиком. Это принесет им не только выручку от книг и тренингов, но лояльного клиента, который при наличии достаточного терпения и удачном стечении обстоятельств на протяжении многих лет будет вкладывать деньги в индустрию.