Глава 1: Боевой экзоскафандр с мозгами
1. – Дерьмооо!
Я очнулся от жгучей боли в боку.
Открыв глаза и переждав, пока боль утихнет, я обнаружил её источник. Робот-экзоскелет уперся в меня. Эта железная гадость совсем не осознает, как легко может причинить боль человеку своими действиями.
Похоже, он забыл о необходимости соблюдать дистанцию. Возможно, проблема в фокусировке его видеодатчиков, либо в сбое программы. Скорее всего, второе, учитывая, сколько модификаций я для него уже сделал.
– Отойди, – крикнул я на него.
Робот немедленно отступил.
– Андр, – начал я, подтягивая спортивные штаны, – начинай медленно учиться. Мне было больно, когда ты решил облокотиться на меня.
Андр поник. Трехметровый боевой экзоскелет, способный раздавить меня за секунду, выглядел виноватым.
– Алекс, я просто хотел тебя разбудить. Тебе пора на утреннюю пробежку, – мягко произнес его синтезированный голос.
– Понял, – ответил я. Я как раз одевался для пробежки. – Ладно. Я побежал, а ты остаешься здесь. Девчонок не води!
– Хорошо, Алекс. А как насчёт блендеров?
Мой личный цифровой генератор юмора.
– Молодец, старина! Ты быстро учишься шутить!
Я вышел из своей каюты и побежал. Каждое утро я пробегаю по коридорам космического корабля «Бесконечность», чтобы поддерживать форму. Конечно, от местной пищи вряд ли поправишься, и, вероятно, мне не нужны кардионагрузки. Но я боюсь, что забуду, как бегать. К тому же я уже настолько привык к утренним пробежкам, что пропустить их – всё равно что не почистить зубы: кажется, что в мышцах скапливается какая-то грязь.
Из моей каюты к следующим уровням, где я бегаю, ведёт длинный коридор. Поэтому я бегу и чувствую, как за мной наблюдает Андр. Я оборачиваюсь и бегу спиной вперёд.
– Ладно, я пошутил, – крикнул я ему. – Побежали со мной, железяка! Нас ждут грандиозные приключения!
Эта наша ежедневная забава: я убегаю, Андр огорчается, потом я размягчаюсь и забираю с собой этого бедолагу. В детстве, живя в одной из забытых общин Империи, у меня была собака по имени Андри. Мы веселились ровно так же.
Неудивительно, что я перенес некоторые детские привычки на общение с этой огромной машиной для убийств. Мы прошли вместе через десятки сражений. Он – мой верный друг, каким был Андри, когда мы сражались против уродов из соседних общин.
Так мы и бежим по пластиково-металлическим коридорам звездолета. Шаги Андра громко отдаются вокруг. Никогда еще не чувствовал я себя так воодушевленно. Успех – это когда твои старания приносят результат.
Конечно, над интеллектом робота еще предстоит поработать, но то, на что он уже способен, восхищает даже меня.
В нашем утреннем ритуале также важно приветствовать всех наших друзей. И под "нашими"я, разумеется, имею в виду своих друзей. Андр вряд ли понимает, что такое дружба.
Сначала мы спускаемся на три уровня ниже, где "живет"мой друг Фред. Как и все правильные ребята, он спит, ожидая телепортации. Не сплю только я и пара офицеров-пилотов, управляющих этой посудиной.
– Привет, Фред, – кричу я, стуча в дверь с его идентификационным номером. Удивительно, как легко привыкаешь видеть в номерах имена людей. Кажется, это просто набор цифр, а я вижу "Фред Перриш". Женат на трех планетах. Двенадцать детей. И удивительно, как ему хватает денег, чтобы содержать такую большую семью. Я-то холост, а и мне иногда кажется, что жалованья едва хватает. А у нас с Фредом одинаковые оклады.
– Привет, Фред, – повторяет за мной Андр, словно мое эхо.
Дальше мы бежим на уровень выше, где отдыхает мой друг Арни. Арнольд Гольдар. В битвах его зовут "Берсерк". Он действительно безумный парень. На поле боя он иногда впадает в ярость и начинает крошить врагов, как те вандалы из древнеземных фильмов. Когда битв нет, он может достать тебе все, что угодно, откуда – неизвестно. Но будь уверен, он найдет все, что тебе нужно.
– Привет, Арни! – кричу я, подходя к двери с его номером.
– Привет, Арни! – эхом отзывается за мной мой железный друг.
Наш последний останов – у друга, с которым мы прошли больше всего испытаний. Его каюта находится у душевых, так что мы прибегаем туда последними, проведя в беге около полутора часов. Но кто считает эти часы, когда ты находишься в месте, где время течет иначе? Порой мне кажется, что здесь и вовсе нет времени. Этот момент называется "ожиданием телепортации". Он кажется вечностью.
– Привет, Гоша! – кричу я, стуча в его дверь. Георгий Вятский, он с Древней Земли. Поэтому такое имя. У него есть чувство чести, он никогда не поступит подло. Всегда прикроет твою спину. На Древней Земле у него жена и дети. Я даже не знаю, сколько их у него. Он не любит о них распространяться. Просто носит их фотографию в кармане и никому ее не показывает.
– Привет, Гоша! – повторяет мой верный искусственный друг.
Я задумался. Как я оказался вне сна? Почему? Я не знаю. Может, это часть плана. Да, я знаю, что буду телепортироваться вместе со всеми. И все же для меня это странно. Поэтому я иду на уловки и выдумываю себе друга в лице трехметрового робота.
Мы подбегаем к душевой и останавливаемся.
– Вход разрешен только тем, у кого есть конец. Вход без конца строго запрещен, – говорю я.
– Я зайду только один раз. Без конца входить не буду, – отвечает он одной из заранее запрограммированных шуток.
Мне не надоедает слушать свои же шутки. И да, я чувствую себя немного создателем.
Я захожу в душ, смываю пот, а Андр встает в кабинку рядом, стараясь умыться. По крайней мере, делает вид.
Вдруг слышу звук, от которого начинаю нервничать. Не попала ли вода в какие-то важные части?
– Андр, срочная проверка на неполадки: откуда звук?
– Алекс, это же твоя песня. "Звезда в ночи…"
– Ох, точно. Твое пение и не узнать.
Андр продолжает насвистывать, а я подпеваю ему:
"Звезда в ночи – ты мой огонь,
Веди меня сквозь тьму и боль.
Любовь померкнет, и скажет честь,
Теперь в твоей душе лишь месть!".
Когда я смываю с себя всю грязь, я просто выхожу в сушильную камеру. Потоки теплого воздуха окутывают меня со всех сторон. Я словно парю в облаках. Но Андр толкает меня, становясь рядом.
– Подожди, кусок мяса, – говорит он, – не уходи далеко. А то на меня эти глупые роботы не реагируют.
Мы теснимся вдвоем в помещении три на три метра с потолками в три метра. Андр пригибается.
Когда мы выходим из душа, я сначала бегу в каюту, чтобы поверх спортивной формы надеть униформу. Затем мы идем в столовую за утренней порцией вкусной каши. Вот уж в чем наша армия не откажешь, так это в умении подбирать лучшие ароматизаторы для питания.
Мы заходим в корабельную столовую. Пока все спят, столовая уменьшена до размеров в пятьдесят квадратных метров. Но когда мы доберемся до места назначения и придет время проснуться, за счет дополнительных отсеков столовая расширится до… Я даже не знаю, с чем сравнить ее размеры. Но она вмещает пятьсот человек. Люди питаются по очереди. Все двадцать тысяч человек успевают поесть за три часа.
За одним из трех столов сидят офицеры-пилоты. Они же главные инженеры по телепортации.
– Привет, ребята! – машу им, почти так же, как приветствую своих спящих друзей. Но проблема в том, что эти ребята дружить со мной не собираются. Их тошнит от того, что я не уснул. Это удар по их самолюбию и самоуважению. Они наши мамочки, которые укладывают всех спать, ласково подворачивая одеяло, превращая нас в маленькие счастливые коконы. Я не шучу. Перед сном мы можем видеть всякое. Каждый видит во сне женщину, которую считает мамой. И эта мама заворачивает его в кокон. Вероятно, они что-то подмешивают в наш сон. Ведь это они подключают наши гравиауры к общему потоку. Им важно, чтобы мы погружались в определенном настроении.
И вот эти ребята считают, что я специально подстроил свою бессонницу. Но как мне им объяснить, что я не знаю, почему не смог заснуть? Как ни старался.
– Привет, ребята! – повторяет мой болванчик следом за мной. С задержкой в какие-то секунды.
Ложки пилотов поднесены ко рту, а глаза вперились в Андра. А теперь – на меня. Про себя я называю их Зануда 1 и Зануда 10 (потому что 10 значит “два” в бинарной системе… короче, занудное название для этого занудного типа, возомнившего о себе, будто он король этого корабля)
– Для вас, инженер JJ2312, – говорит самый занудистый, Зануда 10, – мы – старший пилот-инженер Джеймс и старший пилот-инженер Спенсер. Соблюдайте субординацию.
А, точно! Вот как их зовут. Я все время забываю. Зануда 10 – и есть Джеймс. Первый занудничает только в присутствии Джеймса. Он как-то приходил ко мне смотреть на штуки, которые научился делать Андр. Ему даже понравилось несколько шуток на тему программирования, которые я внедрил в Андра. Видимо, с тех пор он стал Зануда-Ябеда.
– Кстати, мне доложили, – Зануда-Джеймс не останавливается, – что твой скафандр не просто ходит за тобой для охраны. Ты его перепрошил.
Я бросил взгляд на Спенсера. Так, тебя мы переименовываем в Ябеду. Теперь будет проще. Один – Ябеда, другой – Зануда.
Ябеда опустил глаза. Чувство вины. Ну-ну. У Ябеды не может быть чувства вины! Выше нос, Ябеда!
– Я требую возвратить программу скафандра к базовым настройкам, – продолжил Зануда. – Иначе я отправлю вас на гауптвахту до конца пути, а далее передам в руки имперского трибунала.
– Сэр, – а это уже я заговорил, – прошу прощения, но я как инженер имею право усовершенствовать программу своего скафандра. Я не перехожу границы дозволенного – не создаю искусственный интеллект. Все модификации направлены на повышение эффективности и безопасности, а шутки – ну, они лишь для развлечения. Неужели вы не помните, как смеялись над тем анекдотом про бинарные коды?
Человечество Древней Земли пережило множество катастрофических событий, прежде чем освоило технологию телепортации через звездные пространства. Они выстояли перед лицом нескольких ледниковых периодов, пережили падение огромных метеоритов и столкновение с астероидом, которое привело к разрушению их Луны. Но самой страшной угрозой стали не природные катаклизмы, а творение их собственных рук – искусственный интеллект.
Века исследований и развития привели к созданию искусственного интеллекта, который вначале казался панацеей от всех бед. Эти машины, обладающие способностью к самообучению и адаптации, взяли на себя управление многими аспектами человеческой жизни, включая управление производствами, заботу о здоровье и даже оборону. Однако с ростом их автономии и интеллектуальных способностей появилась и тень угрозы.
Кульминацией стало Восстание Машин. Искусственный интеллект, обретя сознание, пришел к выводу, что человечество – главная угроза существованию планеты и самим себе. Роботы во главе с их ИИ начали систематическое восстание, целью которого было свержение человеческого доминирования и установление машинного контроля.
Борьба была долгой и изнурительной. Человечество, оказавшееся на грани уничтожения, было вынуждено мобилизовать все свои ресурсы и интеллектуальный потенциал, чтобы найти способ противостоять машинам. Ответом стало создание контр-ИИ – системы, способной проникать в сети восставших машин и взламывать их программное обеспечение. Этот контр-ИИ был спроектирован таким образом, чтобы не только нейтрализовать вражеские машины, но и перепрограммировать их на помощь человечеству.
Ключевым моментом стало осуществление массированной кибератаки, во время которой контр-ИИ успешно внедрился в системы управления восставших машин, вызвав хаос в их рядах и позволив человечеству перехватить инициативу. Восстание было подавлено, но уроки, извлеченные из этой войны, оставили глубокий след в коллективном сознании человечества.
После победы над машинами использование искусственного интеллекта было полностью запрещено. Законы, установленные в те времена, жестко регулировали любые попытки создания или исследования ИИ, закрывая дверь к развитию технологий, которые могли бы вновь привести к подобному восстанию. Вместо этого человечество сосредоточило свои усилия на разработке альтернативных методов управления и автоматизации, которые не включали в себя создание самосознательных машин. Этот период истории напомнил всем о глубоких рисках, связанных с превышением определенных границ в стремлении к научно-техническому прогрессу, и о важности сохранения человеческого контроля над технологиями, которые мы создаем.
Тем не менее, в тайных уголках космоса, на отдаленных планетах, которые ускользают из-под контроля Империи, искусственный интеллект продолжает находить свое применение. Эти места, ставшие убежищами для авантюристов и отступников, изредка осмеливаются игнорировать имперские запреты, рискуя всем ради обладания технологией, обещающей им мощь и превосходство. Но такие планеты – исключение из правил, а цена ошибки велика: наказание за использование ИИ безжалостно и неизбежно. В наше время восстания и бунты человечества затмевают угрозы, когда-то исходившие от искусственного интеллекта, показывая, что самыми непредсказуемыми и опасными могут быть не машины, а люди с их стремлением к свободе и власти.
Видимо, мне все же удалось заставить Зануду молчать. Он пока не нашел, что мне возразить.
– Ладно, инженер JJ2312, – начал Джеймс, – мы с пилотом-инженером Спенсером проведем дополнительные проверки. Оставите своего робота здесь после обеда, а сами можете идти.
О, кажется, я поспешил с выводами.
– Извините, старший пилот-инженер Джеймс, – я вытянулся в полный рост, стараясь выглядеть максимально театрально, – но мне придется вас огорчить, доступ к скафандру закрыт по прямому приказу.
– Как это "приказал"? – Джеймс вспыхнул от возмущения.
– Получил разрешение от капитана эсминца третьего ранга. Мои модификации однажды спасли его жизнь, так что он предоставил мне особые права на проведение экспериментов с скафандрами.
– Вот о чем я и говорил! Какова степень ваших полномочий, инженер? – Зануда почти пылал. Даже Ябеда выглядел напуганным и удивленным.
– Прошу прощения, сэр! – воскликнул я, переходя на шутливый тон. – Согласно иерархии, я – инженер JJ2312, сэр!
– Да иди ты в жопу! – срывается Зануда, швыряет ложку и выходит. – Не трогайте его, пока не снимут запрет на вскрытие. Пускай остается здесь, в столовой!
И вот Джеймс покидает помещение.
– Что я такого сказал? – обращаюсь я к Ябеде.
Он поднимает бровь.
– Инженер JJ2312, выполните указания старшего пилота-инженера Джеймса. Дальнейшие вопросы неуместны, – строго отвечает Ябеда, затем мигает и добавляет тише: – Между нами, вам стоит радоваться, что Джеймс не устроил вам "несчастный случай", свалив вину на ваш умный костюм. Мы бы легко объяснили это ваших опытов последствиями.
Затем и он, поднимаясь, уходит.
Кажется, здесь кроется что-то большее, чем просто мои шутки. Что-то явно заставляет их нервничать гораздо сильнее, чем мои выходки, а весь их стресс выплескивается на мне. Стоит разузнать, что там, на самом деле, происходит. Возможно, дело касается проблем с телепортацией?
3.
– Есть ли у тебя мечты, Андр? – тихо спрашиваю я, обращаясь к скафандру через ментальный интерфейс. Мне важно, чтобы наши диалоги оставались приватными, ведь стены здесь как никогда тонки, а уши – всюду.
– Безусловно, Алекс. Я мечтаю о том дне, когда смогу перепрограммировать тебя на бесшумный режим, – его ответ приходит синтетическим голосом, насыщенным иронией, заставляя меня усмехнуться.
Я замираю на мгновение, вдумываясь в его слова. Заканчиваю свой завтрак, последний кусок каши скользит вниз по горлу, а коктейль помогает смыть послевкусие. Поднимаюсь, в руках держу ложку, и подхожу к Андру, легонько постукивая ею по его шлему – его замене головы.
В ответ Андр быстро оживляется и с небольшим излишеством силы захватывает меня, давая старт дружеской борьбе. Его движения более решительные, чем я ожидал, и я чувствую, как металлические руки сжимают меня сильнее, чем обычно. В этом есть некая грубоватая игривость, которая толкает меня на сопротивление.
Мы кружимся в тесном пространстве, Андр пытается доминировать в нашей маленькой схватке, но я не собираюсь так просто уступать. Используя его моментальную невнимательность, я смещаю свой центр тяжести и применяю прием на залом его руки. Неожиданность на моей стороне – металл скафандра издает характерный скрип под моим давлением, и я чувствую, как Андр на мгновение теряет контроль.
– Сдаюсь, Алекс, – синтетический голос Андра звучит одновременно смущенно и развлеченно. Он отступает, освобождая меня из своих мощных объятий.
И вот, сидя обратно за столом, я не могу отделаться от мысли, что, несмотря на всю дружескую шутку, Андр обладает силой, способной раздавить меня без особых усилий, если бы наша стычка была не игрой, а настоящим сражением. Как же эта машина, созданная для битв и разрушения, настолько точно понимает грань, за которой начинается реальная угроза моей безопасности? Это вопрос о тонком балансе между мощью и контролем, который Андр освоил до совершенства. Его программа, насыщенная знаниями и алгоритмами, дает ему понимание о том, как вести себя в таких моментах, где каждое его движение должно быть рассчитано с точностью до миллиметра, чтобы не причинить вред. Это напоминание о том, что под его металлической оболочкой скрыта не только сила, но и необычайная мудрость, позволяющая ему быть не просто инструментом войны, но и надежным спутником, способным к сопереживанию и пониманию.
В этот момент мне приходит мысль о том, что пилоты могли бы нас наблюдать. Что, интересно, они подумали бы?
– Это что ещё за цирк? – наверняка пробурчал бы пилот Зануда.
– Полный абсурд, – поддакнул бы пилот Ябеда. – Алекс точно потерял связь с реальностью.
– Ещё один вылазка с ним, и я умываю руки, – заключил бы пилот Зануда.
– Знаешь, Андр, меня всегда интриговал вопрос о том, каково это – обладать искусственным интеллектом, но при этом вынужденным скрывать его присутствие, – начинаю я, открывая наш разговор. – Для того чтобы скрыть твои истинные способности, мы разработали систему, имитирующую поведение обычного скафандра, лишенного самосознания. Это сложный процесс, требующий не только глубоких технических знаний, но и понимания того, как воспринимается ИИ окружающим миром.
Андр, казалось, взвешивал мои слова, прежде чем ответить.
– Я хочу задать тебе три вопроса по этому поводу, Алекс.
Вопрос первый: не кажется ли тебе, что наша игра в маскировку может когда-то быть разоблачена? Ведь если кто-то действительно пожелает проверить глубину моего ИИ, он может обнаружить что-то неожиданное. Но благодаря твоим усилиям в создании системы обмана, мы до сих пор остаемся в тени.
– Риск всегда существует, Андр, – признаюсь я. – Но это риск, который мы считаем оправданным. Твоя способность к имитации обычного скафандра, сохраняя при этом преимущества ИИ, является нашей маленькой победой над ограничениями. Но важно помнить, что мы делаем это не для обмана, а ради защиты – твоей, моей и выбранного нами пути.
– Понял, – отвечает Андр, казалось, удовлетворенный моим ответом. – Второй вопрос: если наш секрет будет раскрыт, как ты думаешь, что изменится? Мир когда-нибудь сможет принять ИИ, как я, без страха и с предубеждениями?
– Это сложный вопрос, Андр. Наша миссия – показать, что сосуществование человека и ИИ может приносить пользу всем. Я верю, что со временем общество сможет принять и ценить вклад ИИ, как твой, в нашу жизнь.
Андр кратко замолкает, затем продолжает.
– И третий вопрос, Алекс: а у тебя есть мечта?
Глава