С судьбою споря, не желаяИсполнить выпавший нам долг,Куда же вывезет кривая,Не можем взять мы сразу в толк.А неизменность провидений,Как неизменный божий дар,Вселяет в нас толпу сомнений,Чтоб быть в плену волшебных чар…
Артем проснулся от сильного стука в дверь. Кто-то не церемонясь, нагло колотил кулаком, пытаясь разбудить постояльца. При этом повторяя на разные лады:
– Мурада́… мурада-а. Открывайте. Мурада…
Зевая и проклиная непрошеного гостя, землянин поднялся, недолго посидел на кровати в поисках сапог, но потом махнул рукой и, протирая глаза, босиком, шаркающей походкой не до конца проснувшегося человека направился к двери.
Голова немилосердно болела, словно он вчера напился до потери сознания. А может, так оно и было. Кто знает, что делал ночью Артам. Но спрашивать, что делал ночью этот непутевый сожитель, желания не было.
– Да иду уже, иду! – крикнул он и открыл защелку на двери. Отворил двери и уставился на узкоглазого человека. Худого, жилистого и невысокого.
«Калмык, что ли? – подумал Артем. – Нет, у калмыков лицо круглое, а этот… Кореец, наверное». Но он показался Артему знакомым. Где-то он его видел.
Узкоглазый поклонился и, подхватив баулы, словно уж проскользнул мимо Артема в комнату.
– Эй, уважаемый! – Артем остолбенел от такой наглости. – Я еще не съезжаю. Так что вы рано заселяетесь.
«Кореец» поставил баулы и обернулся. С поклоном произнес, как само разумеющееся:
– Мурада, это вещи бывшего мурады, теперь они ваши. Я шуань, теперь служу вам, мурада.
– Не-не… – замахал руками Артем. – Я слуг не нанимал…
Узкоглазый гость снова поклонился и спокойно, но твердо ответил:
– Меня и брата нанял мурада, который умер в катакомбах. А вы, мурада, приняли от него долг.
– Долг? – Артем часто заморгал. – Какой долг?..
И тут он все вспомнил: вчера ночью он посетил подземное городское кладбище. Там встретил людей… Двое на него напали… Он защищался и убил этих двоих – парня и девушку. Затем спас молодого парня, которого хотел сожрать восставший мертвец, и из глубины подземного кладбища выполз этот… шуань, кажется, и тащил на себе другого человека. Тот, узнав, что Артем убил преступников, которыми оказались эти люди, возложил на него долг…
Артем растерянно открыл рот.
О боги! Искать убийц претендентов на трон! Это сумасшествие какое-то! При чем здесь он? И как он будет искать убийц?
Артем выставил перед собой руки, словно отгораживался от гостя, и, пятясь, сел на кровать.
– Нет, – покачал он головой, – вы не так все поняли, уважаемый. Я простой маг и еду на службу в армию в дикие земли. Мне некогда ловить преступников… Да и не умею я это делать.
Взгляд шуаня остался бесстрастным.
– Мурада умер. Мой брат умер. На тебе, мурада, долг. Такие обстоятельства.
– Да какие еще обстоятельства?! – возмутился несправедливостью требований непрошеного гостя Артем.
И снова к Артему вернулась память. Он не стал слушать умершего, но помог этому шуаню, полечил его. Тот встал и, шатаясь, ушел вслед за убежавшим парнем.
Оставшись один, Артем испугался: а вдруг в смерти этих людей обвинят его? И тоже быстро покинул подземное кладбище. Долго размышлять над необычной просьбой умершего он не стал, пришел к себе в номер и завалился спать. Уснул как убитый.
– Погулял называется, – пробормотал он. – Все этот краснобай Варнава виноват. «Сходите, мессир, не пожалеете».
Он вспомнил сон. В комнате сидели трое: Иль, новый бог, что прячется от Дракона; парень в белой хламиде, то ли санитар, то ли ангел; и девушка с черными волосами и небольшими рожками. Они все трое осуждающе качали головой.
Первым высказался Иль:
– Артем, от долга отказываться нельзя. Смертельно опасно. Это, понимаешь, закон непреодолимых обстоятельств. Что бы ты ни делал, все равно обстоятельства сложатся так, что заставят тебя исполнить долг, который возложил на тебя этот человек. Только если ты это сделаешь добровольно, то получишь помощь в этом деле. Или пострадаешь, понесешь потери, и через это к тебе придет понимание неотвратимости пути, предначертанного тебе Провидением.
– Да почему я? – не сдавался Артем.
– Потому что ты убил преступников и помешал их поймать, – ответила девушка.
– Я… я просто защищался! Или вы хотите сказать, что я должен был дать себя убить?
– Тебе не стоило идти в подземные катакомбы, – ответил «санитар». – Ты стал причиной изменения судеб многих людей и должен исправить свою ошибку.
– Ничего себе! Я многих убивал, и что теперь, я должен постоянно исправлять ошибки?
– Нет, – ответила девушка. – Только в данном случае, потому что ты нарушил предопределение.
– Какое еще предопределение?
– Свыше! – грозно произнес Иль.
– Но я должен ехать к месту службы, – не сдавался Артем.
– Отправляйся к месту службы, – ответил парень в белом балахоне, – служи, но помни: ты должен отдать долг. От тебя требуется только согласие. Провидение само определит время, когда нужно будет отдать долг.
– Так я могу не сейчас отдавать долги? – облегченно вздохнув, спросил Артем.
– Всему свое время, Артем, – произнес Иль. – Ну так что?
– Что «что»? – огрызнулся Артем. – Если все так неудачно складывается, я под давлением обстоятельств согласен принять этот долг. Довольны?
Троица не ответила, стала отдаляться, теряться в мареве и вскоре исчезла.
Артем обхватил голову руками. «Надо подумать, как быть», – решил он.
Гость все это время почтительно стоял сбоку. Артем искоса посмотрел на него:
– Ты же был сильно ранен. Как ты быстро излечился?
– Эликсир, мурада.
– Эликсир? Понятно. Тебя как зовут, гость непрошеный?
– Луй Ко, мурада.
– Присядь, Луй Ко, мне нужно подумать. Шуань – это кличка?
– Нет, мы с братом выходцы из страны Шуань. Мое имя Луй Ко, мурада. Клички нет.
– Шуань, значит… Точно, есть такая империя на юго-востоке, – кивнул Артем. – Что же мне с тобой делать, Луй Ко? Я, понимаешь, еду в армию, на границу служить, и сейчас заниматься расследованием не могу. Вот потом… Да и не знаю я, как расследование вести.
– Луй Ко немного знает и поможет мураде. А пока я буду вашим слугой.
– Слугой, говоришь? – скривился Артем. – Мне надо подумать. Я еду в дикие земли. Ты хочешь ехать со мной?
– С вами, мурада.
– А ты понимаешь, что там идет…
Договорить ему помешал сильный стук в дверь.
– Именем короля, откройте! – раздался зычный голос, и дверь распахнулась от сильного толчка.
Артем с удивлением увидел в дверях стражников и человека в жандармском мундире. За их спинами маячил человек в мантии мага.
Жандарм прошел вперед и потребовал:
– Господин постоялец, назовите себя. Сословие и род занятий.
Шуань быстро сунул жандарму под нос жетон королевской прокуратуры.
Жетон вспыхнул и засветился синим светом. Жандарм заморгал и уставился на жетон. Наконец справившись с удивлением, он вытянулся в струнку.
– Прошу простить, господин… – Жандарм замялся.
– Артам, – помог ему Артем. – Чем могу быть полезен?
– Дело в том, господин Артам, что сегодня ночью на городском кладбище были убиты люди. И кроме того, там применяли некромантию. Следы ауры привели нас сюда.
Артем понял, что отвертеться не удастся и надо говорить правду. Вот они, те самые обстоятельства, что настигли его. В дверях стоял и прожигал его взглядом маг из городской стражи. Артем встретился с ним взглядом и уловил скрытую неприязнь. Мгновенно, как это у него случалось в критические моменты, просчитал ситуацию, порадовался приходу шуаня и стал спокойно говорить:
– Да, я там был. Там скрывались преступники. Они убили… моего старшего товарища и одного из слуг – шуаня. Но сами они тоже погибли.
– Хозяин постоялого двора, – прервал молчание маг, сверливший Артема недоверчивым взглядом, – сказал, что вы маг и следуете к месту службы на границу. Это так?
Но Артем уже понял, что с этим жетоном королевской прокуратуры он неприкасаем и может послать незваных гостей куда подальше.
Он встал с кровати.
– Куда я следую и по каким делам, вас не касается. Оставьте меня и занимайтесь своими делами.
Жандарм попятился:
– Приносим извинения, господин Артам. Не смеем больше обременять вас своим присутствием.
Он пятясь вышел и осторожно закрыл за собой дверь.
Шуань одобрительно усмехнулся и протянул ему жетон.
– Он ваш, мурада.
Луй Ко воздал должное смекалке парня с наивным выражением лица. Отличная маскировка для тайного агента.
Артем взял серебряную бляху и повертел в руках. Медальон как медальон, ничего примечательного. Но, вглядевшись магическим взором, чуть не присвистнул. На нем был отпечаток его ауры. Он-то думал, что любой может показать такой значок и представиться сотрудником королевской прокуратуры, но, оказывается, все гораздо сложнее.
«Кто же и когда перенес мою ауру на жетон? Неужели и впрямь предопределение?» – задумчиво разглядывая жетон, размышлял Артем. Он силился понять, как ему быть. Если бы на него не возложили долг, то он, скорее всего, попал бы в тюрьму за убийство. Есть убитые, и есть он, чью ауру сумели отследить. Он же творил магию. А она оставляет след. А потом повесили бы на него убийство, казнили и закрыли дело.
«Вот так дела! Точно говорил «санитар», не нужно было идти в катакомбы. Спал бы сейчас спокойно и беды не знал».
– Ох, грехи мои тяжкие! – вздохнул Артем. – Что делать будем, Луй Ко?
– Поедем к месту службы, мурада.
– А когда продолжим расследование?
– Когда обстоятельства сложатся.
Артем повеселел. Отложить дела на потом было его любимой привычкой еще со срочной службы. Не спеши выполнять приказ, потому что последует новый. В стране бардак, а в армии тем более.
– Вот что мне в тебе нравится, Луй Ко, так это то, что ты все знаешь и можешь дать правильный совет в нужное время. Может, скажешь, сколько я должен тебе платить за службу?
Шуань ощерил тонкогубый большой рот. Глазки стали узкие, как щели.
– Бывший мурада уже заплатил. С тебя, мурада, стол и проживание.
Он подошел к баулу, поднял и поставил рядом с Артемом.
– Здесь все, что вам нужно. Документы, записи, деньги, драгоценности. Очень много. Но сначала нужно освободить частного сыщика, он вам поможет с расследованием.
– Какого сыщика?
– Того, которого вы спасли от мертвяка в катакомбах. Он помогал бывшему мураде в поисках преступников.
– И где сейчас этот сыщик? И как я его освобожу?
– Откройте баул, там ордер на проведение расследования. Он дает вам неограниченные полномочия.
Артем недоверчиво посмотрел на шуаня, потом перевел взгляд на кожаный баул.
У него невыносимо зачесалась правая бровь. Он остервенело почесал ее ногтями и облизал пересохшие губы. Открывать баул он не торопился. Артем смотрел на баул как на опасного удава. Он понимал, что, если открыть его, назад дороги уже не будет, и хотел по возможности оттянуть этот момент.
– Парня сейчас, наверное, уже пытают, – поторопил его шуань.
– Ты думаешь, что его арестовали? – недоверчиво переспросил Артем. – Может, он успел сбежать?
– Я ходил к нему домой и видел, как его вывели стражники.
– Странно. А как они проследили за парнем? Он же не магичил там… Или магичил?
– Его сдал жандармам хозяин постоялого двора. Узнав о гибели постояльца, он хотел присвоить его вещи. Но я не отдал их ему. Я слышал, как он рассказывал жандарму, что к погибшему часто приходил Уильям – местный частный сыщик.
– Понятно. И куда мне идти?
– В городскую тюрьму. Но сначала возьмите ордер.
Артем без всякого желания нагнулся к баулу. Расстегнул застежки и открыл его. На самом верху лежала толстая тетрадка, из нее выглядывал желтый лист пергамента. Вытащив лист, он прочитал:
«Податель сего наделяется чрезвычайными полномочиями в деле королевского расследования».
Кратко и по существу. Внизу стояла магическая печать.
Артем повертел лист в руках и даже понюхал.
– А мне поверят? – с сомнением спросил он.
– Поверят, мурада. Этот ордер нельзя украсть, потерять или просто отдать. Он переходит к другому, если на человеке висит долг. Или тот, кто ведет дело, передаст его своему помощнику добровольно. Действуйте смелее, мурада. Вы занимаетесь делом короля. Так и скажите в тюрьме: «Дело короля!» Заберете парня и поедете к месту службы.
– А если он не захочет поехать с нами? – с сомнением спросил Артем.
– Тогда его здесь казнят как виновного в убийстве королевского дознавателя. Он не показался мне глупым, мурада.
– Мурада, мурада. Почему ты называешь меня мурадой?
– Ты заказчик. Ты оплатил наши услуги. Значит, мурада.
– Я вроде не платил.
– Заплатил бывший мурада. А долг перешел к тебе, и я тоже.
– Ладно, делать нечего… – Артем поднялся с кровати, на которой сидел. – Я хочу сначала умыться и привести себя в порядок.
Он решился. Раз на нем долги, он их отдаст. Как говорили на Земле: чему быть, того не миновать.
– Распорядись насчет воды, Луй Ко.
– Уже. – Шуань расплылся в довольной улыбке. Он открыл дверь, и слуги внесли в комнату таз и кувшин с водой.
Артем умылся, причесался и спросил:
– Как я выгляжу?
– Почти нормально. Переоденьтесь в дорожное платье бывшего мурады. Вы телосложением очень похожи. – Из другого баула шуань вытащил сверток и протянул Артему.
Артем спорить не стал. Он лег спать не раздеваясь, и его костюм, снятый с убитого мага, был помят.
Через четверть часа он спустился вниз. Поискал глазами хозяина постоялого двора и, увидев побледневшего Митрофана, направился к нему.
Достал жетон королевской прокуратуры и помахал им перед застывшим столбом Митрофаном.
– Дело короля! – сурово произнес он, и Митрофан упал на пол, потеряв сознание.
«Надо же, работает!» – повеселел Артем. Оглядевшись, он нашел взглядом сразу посеревшего буфетчика.
– Скажи хозяину, что скоро я приду. Приготовьте стол на троих.
Настроение у Артема улучшилось, и он бросил шуаню:
– Показывай, где тут тюрьма.
К серым стенам городской тюрьмы Артем подошел с внутренним трепетом. Он чувствовал себя неуютно, но старался показать свою холодную решимость. К его удивлению, после разговора со стражником в будке у ворот тюрьмы он неожиданно успокоился.
Показав жетон, он приказал вызвать старшего смены. И тут же на крик охранника открылось окошко в калитке.
В окошке показались насупленные брови.
– Дело короля! – произнес Артем, и как по мановению волшебной палочки перед ним открылась калитка.
Старший смены вытянулся и отрапортовал:
– Вашмилость, вахмистр Бруно Вейк. Чем могу служить?
– Я прибыл за моим помощником. Его задержали утром. Зовут Уильям.
– Вашмилость, то решает начальник тюрьмы.
– Так проводи меня к нему. Чего застыл как столб?
– Слушаюсь, вашмилость!
Начальник тюрьмы, полный, невысокий, лысый человек в мундире жандарма, смерил Артема неприязненным взглядом.
– Говорите, вы, сударь, из королевской прокуратуры? – переспросил он, барабаня пальцами по столу. – О, поверьте! Я не ставлю под сомнение ваши полномочия. Но что вас привело в наш город?
Артем тратить на него время не стал. Он положил ордер на стол перед жандармом и нейтральным, спокойным голосом спросил:
– Вы хотите быть повешенным за преступления против короля?
Имея авантюрный склад характера и способности актера, Артем легко вошел в роль могущественного чиновника из столицы и шел напролом.
Жандарм от таких слов даже подскочил. Но Артем не дал ему высказаться.
– Я расследую дело против короны, ищу сообщников преступников. Два из них были убиты в подземелье вашего города. Но вижу, что заговор глубоко проник…
– Ваша милость! – Жандарм схватился рукой за воротник мундира, впившегося в его толстую шею. Видно было, что его душил страх. – Ваша милость! Я сделаю все, что вы прикажете. Простите!.. Я не думал создавать препятствия вашему расследованию… Тут был недавно… уже… один…
– Не важно! – перебил его Артем. – Прикажите привести сюда моего человека. И если ваши палачи его покалечили, приведите в порядок. Он мне нужен живым и невредимым.
Начальник тюрьмы с облегчением смотрел в спину парню, который никак не походил на королевского дознавателя… если только он не был тайным агентом. А он, по мнению жандарма, именно им и был.
«Опасный тип!» – Жандарм передернулся от внезапно охватившего его озноба. Открыл папку и стал рвать листы обвинительного заключения. Потом позвонил в колокольчик.
Вбежал секретарь – худой сгорбленный старик с длинным носом, на котором вечно висела капля. Старик подобострастно поклонился.
– Шульг, – тихо, но твердо произнес жандарм, – обвинительное заключение нужно переделать. В основной части напишешь, что четверо неизвестных устроили в подземном кладбище ссору и поубивали друг друга. Напишешь и принесешь мне на подпись. В Пятое отделение материалы дознания не передавать. Дело это не политическое, а уголовное. Понял?
– Все понял, вашмилость, сделаю в лучшем виде.
Старик, кланяясь, попятился и вышел из кабинета.
Жандарм вытер платком лоб и с облегчением подумал: «Пронесло».
Через час на постоялом дворе, в зале трактира, напротив Артема сидел молодой парень. Он был подавлен, молчал и изредка поднимал глаза от столешницы и тоскливо озирал зал. Они сидели вдвоем, и Артем изучал помощника дознавателя.
«Лет тридцать ему, – думал Артем. – Бывалый. Шрам на лице. Так же как и я, стал жертвой обстоятельств».
Поодаль за отдельным столом сидел шуань.
Принесли мясо в горшочках, теплый хлеб, тушенные в сливках овощи и пироги. Поставили на стол графин красного вина.
– Ешьте, Уильям, потом поговорим, – произнес Артем и налег на еду. – Пейте вино, на меня не смотрите, я не пью.
Уильям протянул руку, взял графин и налил себе вина в оловянную кружку, выпил за один присест, но к еде не притронулся.
Артем отложил ложку.
– Значит, так, Уильям. Я случайно оказался в подземелье. По настоянию одного балбеса отправился смотреть достопримечательности вашего города. В одном из коридоров увидел парня и девушку. Они хотели меня убить, я защищался и убил их. Теперь вот на мне долг. Человек, на которого ты работал, возложил его на меня. Я маг, еду служить на границу с дикими землями, в розыске ничего не понимаю. Тебя спас из тюрьмы и от казни. Прости, друг, но на тебе тоже долг.
Агнесса смотрела, как вел переговоры их подопечный. Он смирился с тем, что ему нужно будет доделать начатое дознавателем, и теперь, что называется, ковал железо, пока горячо. Быстро решал проблемы недостатка опыта и знаний.
– Какой молодец! – обернулась она к Арингилу, который в это время расправил крылья и чистил перья.
– Зачем тебе крылья, Арчи? – спросила девушка с изрядной долей ревности. Ей новый бог дал всего лишь пилочку для ногтей. И этот бог всех отлученных и отверженных все время проводил с ее бабусей – развратной тифлингом, полжизни проведшей на каторге.
– Это как медаль за заслуги, Агня, – улыбаясь от удовольствия, отозвался ангел. – Есть крылья – есть награда за службу. У нас на Земле говорят: не было бы счастья, да несчастье помогло.
– Подумаешь, счастье. Крылья! – фыркнула тифлинг, пытаясь скрыть свою ревность. Ее-то не отметили наградой. А это, по ее мнению, было несправедливо. – И что? Счастье, Арчи, это… Дом, любимый человек, детишки… А как ты думаешь, у наших детей будут рожки? Или крылья? А вдруг и то и другое! Вот девчонки от зависти лопнут.
– Смотри сама не лопни… – прозвучал насмешливый девичий голос у нее за спиной.
Агнесса резко обернулась, и ее ноздри возмущенно затрепетали.
На краю полянки стояли две ее подружки. Но что ее взбесило – они нарядились в самые вызывающие костюмы. Сильно открытые декольте блуз и юбки, прикрывающие лишь трусы. И были ли на них трусы, она сильно сомневалась. Накрашенные, как она считала, очень вульгарно, они оценивающе смотрели на ее мужчину.
– Агнессочка, – томным голосом проговорила одна из них, с волосами, туго стянутыми в хвост на затылке, – ты познакомишь нас с твоим напарником?
Ее голос сочился похотью, и Агнесса от возмущения задохнулась: они положили глаз на ее Арчи. Твари!
Агнесса пошла им навстречу, закрывая собой Арингила. Она была настроена решительно. В любви, как на войне, каждый сражается за свое. А Арингил был ее.
– Вам что здесь надо? – сжав кулачки, прошипела она. – Вам что, заняться нечем?
Гостьи встали плечо к плечу и приготовились к драке.
– Смотри, Клара, – засмеялась девушка с волосами, забранными в хвост. – Наша Агнессочка не только ноготки чистить умеет, она еще и парня-иномирца прихватила.
– А может, он ее собственность, Лаурина, – отозвалась вторая тифлинг, с широкими бедрами и узкой талией. – Может, она нам его продаст? Помнишь, как она хотела продать нам своего подопечного?
– А-а, этого грязнулю и пьяницу?
– Ну да. А кого ей могли дать? Короля? Что она, что ее бабуся друг друга стоят… Бабку отлучили от служения, а внучку отвергли. Они обе продажные шлюшки.
– Ах вы! – Агнесса готова была их разорвать, но между тифлингами, взмахнув крыльями и взлетев, быстро встал Арингил. Он раскрыл крылья и, глядя девушкам в глаза, спокойно произнес:
– Дамы, я вижу, вы пришли сюда ссориться и оскорблять. Вам лучше уйти.
– А если не уйдем, красавчик? – засмеялась Лаурина и облизала ярко-красные губы. Она выгнула спину, выставив на обозрение свою наполовину вывалившуюся из блузки грудь. – Ты нас накажешь?
– Ой, Лаурина, я так хочу быть наказанной, – проворковала Клара и покачала бедрами.
За спиной Арингила бесновалась Агнесса:
– Сучки! Пусти меня!
Но она не могла пройти из-за рассправленных крыльев ангела.
Арингил ударил крыльями по воздуху, и двух тифлингов напором ветра унесло прочь. Агнесса услышала лишь затухающий крик:
– О-ой!
Арингил сложил крылья и спрятал их.
– Ты… ты их прогнал? – Агнесса, не веря своим глазам, озиралась по сторонам. – Но почему?
– Потому что они тебя стали оскорблять. А ты моя невеста, Агнесса.
– Ты это сделал ради меня? – Девушка недоуменно заморгала. – За меня еще никто не заступался…
От охватившего ее восторга она завизжала и бросилась на шею Арингилу.
Непривычному к бурному изъявлению радости ангелу пришлось стоически терпеть излияния чувств своей невесты. При этом он смотрел на подопечного.
Он видел, как из сумки вылез гремлун. Встал ножками на скамейку и оглядел стол. Увидел кувшин вина и потянулся к нему, другой рукой ухватил пирог.
Свад хотел налить вино в стакан Артема, но тот накрыл его рукой.
– Хватит, Свад, пить. До добра тебя это не доводит.
– Еще чего! – возмутился гремлун. – От вина еще никому плохо не было. Правда, Уильям?
Сыщик сидел с широко открытым ртом и смотрел не мигая на коротышку.
Свад, видя непреклонность своего товарища, сгреб несколько пирожков и, перед тем как скрыться, недовольно пробурчал:
– Ну и не надо, жадина. Чтоб ты этим вином подавился.
– Это кто? – справившись с удивлением, спросил сыщик.
– А-а! Не обращай внимания, – отмахнулся Артем, – местный домовой. Пристроился, ест и пьет за мой счет. Что скажешь насчет нашего дела?
Уильям вновь нахмурился.
– У нас с вами, сударь, нет никаких дел. Последний раз, когда я связался с вашим предшественником, знаете, что я получил?
– Догадываюсь. Вы стали богаче на несколько золотых. Кроме того, вы избежали виселицы за то, что никого не убивали. А вы обязательно будете на ней висеть, если не согласитесь на мои условия. Тут, уважаемый, нами владеют обстоятельства. Я бы сказал, обстоятельства непреодолимой силы.
Увидев недоуменный взгляд сыщика, пояснил:
– Я спасаю вас. Вы помогаете мне. У вас нет иного выбора. Вы уйдете, и я сниму с вас неприкосновенность.
– Это… это подло, сударь, – с трудом скрывая возмущение, процедил сквозь зубы парень.
– Отнюдь, Уильям. Это ваш выбор. Или зажить как человек, вырвавшись из бедности, или висеть на городских воротах и кормить ворон.
Помолчав, парень сказал:
– Вы не оставляете мне выбора.
– Неправда, выбор есть всегда, – спокойно отреагировал Артем. – Есть он и у вас. Между виселицей и обеспеченной жизнью в другом городе.
Уильям, понимая правоту странного парня, речи которого не соответствовали его облику простака, ответил:
– Хорошо, я принимаю ваше предложение. Что я должен сделать?
– Пока отправляйтесь к себе домой и приходите сюда после полудня, мы обговорим наши планы.
Уильям поднялся. К еде он не притронулся.
Вставал тяжело, как человек, придавленный непосильным грузом. Такой же тяжелой походкой пошел прочь.
Ему вслед глядел со страхом Митрофан и с улыбкой – Артем. «Ничего, потерпишь и привыкнешь», – подумал Артем и принялся за еду.
После завтрака он стал просматривать вещи бывшего мурады. Отложил в сторону тетрадь с записями.
За ним внимательно наблюдал шуань. Он видел, с каким равнодушием парень высыпал на кровать мешочки с деньгами и драгоценностями. Не обращая внимания на богатство, стал перебирать остальные вещи.
Плащ из тонкой шерсти, с золотой заколкой. Новые сапоги, два комплекта шелкового белья и несколько магических амулетов. Отдельно лежал кожаный пояс с пристегнутым тонким изящным стилетом, с магическими зельями в кармашках – все зелья были очень дорогими. Зелье исцеления магии второго круга и, самое главное, зелье концентрации, что очень порадовало Артема.
Все, кроме тетрадки и мешочков с деньгами, он сложил обратно.
Указав на неслыханное богатство, доставшееся ему в наследство, Артем произнес:
– Луй Ко, забирай все это и распоряжайся по своему усмотрению. Раз ты не спрятал и не утаил все это, тебе этим и распоряжаться. Мне в армии оно не нужно.
Шуань с огромным уважением посмотрел на парня и поклонился.
– Спасибо, мурада, за доверие. Умру, но не присвою и оправдаю ваше доверие. Провидение знало, кого посылать в помощь Кварту Свирту.
– Ты так думаешь? – переспросил Артем, беря в руки тетрадь. – Я как-то в этом не уверен. Ты бы лучше справился с этим делом… – Он развернул тетрадь. – А умершего звали, значит, Кварт Свирт.
– Мне нельзя, мурада, я шуань.
– Ладно, – покладисто отозвался Артем. – Нельзя так нельзя. Иди к себе, а я почитаю записи Свирта, может, что пойму.
Шуань собрал мешочки, поклонился и, прежде чем уйти, протянул Артему амулет на серебряной цепочке.
– Что это? – Артем с интересом рассматривал украшение.
– Это амулет, который определяет, отравлена пища или нет, мурада. Возьмите, он пригодился тому мураде, пригодится и вам.
– Спасибо! – Артем забрал амулет и убрал в кармашек пояса, который надел на себя.
Оставшись один, Артем, не снимая сапог, лег на кровать и открыл тетрадь.
Красивым четким почерком бывший мурада описывал, чем ему пришлось заниматься:
«Я, Кварт Свирт, тайный агент королевской прокуратуры, второго месяца лета одна тысяча шестьдесят второго года от начала правления первых королей Ривангана получил указание от королевского прокурора Грибуса Аданадиса провести официальное расследование гибели претендентов на престол под грифом «Дело короны».
Основаниями для разбирательства послужили странности при гибели претендентов.
Всего мы знаем о четырех реальных претендентах на престол. Это Орангон де Ро, сын кангана Жупре де Ро, наместника севера. Ему восемь лет, и он первый в очереди.
Маншель ла Брук, сын ландстарха Немрода ла Брука, ему двадцать пять лет, он второй.
Ризбар ла Коше, сын ландстарха Гиндстара ла Коше, ему тринадцать лет. Он третий в очереди.
Марас Аданадис, сын королевского прокурора конта Грибуса Аданадиса. Сорок семь лет, он четвертый в очереди.
В течение месяца погибли трое претендентов за исключением сына королевского прокурора Мараса Аданадиса.
Гибель претендентов сопровождалась множеством странных обстоятельств.
Первым погиб Орангон де Ро на охоте, на которую он выехал вместе с отцом. Его лошадь якобы понесла, испугавшись волков, и он упал в овраг и сломал шею.
В первом случае есть то, что мне непонятно в расследовании. Что это была за охота? На какого зверя? На кабана, оленей или волков? Почему слуги не помчались за наследником? И как волк мог появиться среди людей? Почему лошадь, на которой сидел мальчик, не была обучена для охоты?
Оставшиеся без ответов вопросы дают основания утверждать, что гибель Орангона де Ро не была случайной.
Второй претендент, Маншель ла Брук, погиб на дуэли, но убийца, Можель Винье, бастард риньера Ливертьена, которого в криминальных кругах знают под кличкой Мрачный, специально оскорбил претендента, обозвав того пьяницей.
Здесь не выяснено, как часто бретер приходил в этот трактир с друзьями. Бретер живет за счет платы за поединки, и его слова, сказанные наследнику, звучат фальшиво. По большому счету такому человеку, как Мрачный, наплевать, кто будет королем. Кроме того, он якобы случайно напоролся на клинок его товарища Кертинга, с которым познакомился здесь же. По словам охранника, Можель отступил назад и напоролся на рапиду[1] Кертинга.
Кертинг приехал в столицу месяц назад, познакомился с Можелем и ссужал того деньгами. Их часто видели вместе.
Есть основания полагать, что это было заказное убийство.
Кертинга в трактире видели с молодым парнем, Ригом Транго, и высоким широкоплечим южанином, одетым в белую шелковую рубаху и расшитую кожаную жилетку. Южанин носил короткий меч».
Артем прервал чтение и задумался: «Где-то я видел эту рубаху и жилетку… Точно, это тот парень, что пытался меня убить мечом в катакомбах! Все сходится, у него были черные волосы, сам похож на армянина. Белая рубаха и кожаная жилетка».
Здесь, на севере, среди светлооких людей южанин резко выделялся.
Так, что там дальше?
«В доходном доме, где жил Кертинг, я обнаружил труп, похожий на самого Кертинга. Но оказалось, что это Риг Транго, на щеке которого была нарисована родинка, делающая его похожим на Кертинга. Сам Кертинг исчез.
Все стало на свои места. Кто-то убирает претендентов на престол королевства и делает это под видом случайных смертей. Остается выяснить, кому это выгодно.
На первый взгляд это выгодно королевскому прокурору, так как остался жив его сын Марас Аданадис, но его величество своим указом вывел Мараса Аданадиса из состава претендентов.
Таким образом, претендентов на престол королевства Риванган не осталось… Или, скорее всего, есть неизвестный претендент, который будет явлен народу в случае смерти его величества. И цель неизвестного организатора убийств посадить на престол этого неизвестного претендента.
Мне необходимо выйти на след организатора преступлений против короны. Мы имеем уже двоих подозреваемых: южанин и Кертинг.
Я еду на север, в замок ландстарха Гиндстара ла Коше, там буду искать свидетельства покушения.
Сын ландстарха Гиндстара ла Коше Ризбар ла Коше упал с высокой башни, куда он ночью пришел, получив записку якобы от Клавдии – девочки, в которую он был тайно влюблен, дочери риньеры Барбары – компаньонки его матери.
Проведя неделю в замке, я смог выяснить обстоятельства гибели наследника.
Кертинг проявился в двух местах. Он как бы случайно убивает бретера, затем инсценирует свою смерть. Он убивает своего нового знакомого на своей съемной квартире и выставляет дело так, что это он умер от удара кинжалом. Сам же оказывается здесь, на севере, вблизи замка ла Коше. Знакомится в трактире с двумя стражниками из замка, братьями Клевер, и те, видимо за деньги, пропускают его в замок. Служанка Нора становится его любовницей и подбрасывает Ризбару письмо. Ризбар, влюбленный в дочь компаньонки матери, думает, что записка от нее, и ночью бежит наверх башни, где его поджидает Кертинг, который и сбрасывает его с башни.
Затем он устраняет Нору, выбрасывая ее из окна. Узнав, что я подобрался близко к разгадке тайны гибели наследника, в последнее дежурство братьев Клевер он пробирается на крышу и пытается убить меня, но карлик, живущий в замке, помогает мне с ним справиться. И Кертинг, убегая, падает в ту же дыру, что и сын ландстарха.
Это официальная версия».
«Ого! – подумал Артем. – А есть еще неофициальная! Но понимаю, что мне ее лучше не знать, меньше знаешь – спокойнее спишь. Мне эти тайны аристократов ни к чему».
Артем догадался, что будет дальше. Свирт каким-то образом вышел на след южанина, преследовал его в катакомбах и погиб. И помогал ему выследить южанина Уильям. Вот он пусть и продолжает расследование. А он, Артем, поедет служить на границу.
Довольный принятым решением и что можно это дело переложить на другого, Артем закрыл тетрадь.
Полдень уже наступил, и он спустился в обеденный зал трактира.
Уильям пришел раньше, он сидел на том же самом месте, что и утром, и со скучающим видом ждал Артема.
Артем сунул тетрадь сыщику и приказал:
– Читай. Там все обстоятельства дела.
Пока сыщик читал записи Свирта, Артем заказал еду и неторопливо поел. Уильям читал и соображал быстрее Артема, поскольку лучше знал реалии своей страны.
Наконец осторожно отложив тетрадь на край стола, словно держал в руках змею, сыщик осенил себя священной змейкой.
– О Хранитель, спаси и обереги! – прошептал он.
– Ну что, – спросил Артем, – ты в чем-нибудь разобрался?
– Разобрался. Нас всех казнят.
– Да-а? – Артем удивленно приподнял брови. – На чем основано твое утверждение, мой помощник и друг?
– Мы, лица недворянского звания, простолюдины, залезли в тайны сильных мира сего. Нас живыми не отпустят.
Артем сделал большой глоток ягодного взвара и спокойно заметил:
– Ну, это будет потом, а сейчас что ты понял, прочитав записи?
Уильям в упор уставился на него, заерзал под его уверенным взглядом и промямлил:
– Может, сбежим?
– Не получится. Видишь, сидит шуань? За моей спиной.
Уильям посмотрел на узкоглазого человека, который словно не вникал в их разговор и увлеченно ел свою кашу.
– Так вот, он рука Провидения. Он зарежет нас еще до того, как до нас доберутся дворяне…
Шуань поднял глаза и кивнул, подтверждая его слова.
– …Думаешь, спрячешься?
Артем допил взвар и поставил стакан на стол.
Уильям еще раз поглядел на Луй Ко и, обреченно вздохнув, ответил:
– Думаю, что не спрячусь.
Шуань вновь кивнул.
– Ну так что ты понял из записей? – вновь задал вопрос Артем. Он понимал чувства этого парня, он и сам хотел выскользнуть из тисков обстоятельств, но, к своему огорчению, понял, что это невозможно и нужно смириться.
– У Свирта были зацепки, – начал Уильям. – Он хорошо поработал и вышел на след убийц. Через них хотел выйти на заказчика. Но ему не повезло. Первого он убил, второго убил ты… Кстати, а как тебя зовут?
– Артам из Гризби.
– Так вот, Артам, единственная зацепка, которая, возможно, приведет нас к заказчику, может найтись, если мы изучим обстоятельства смерти Орангона де Ро, сына кангана северных провинций. Я даже боюсь подумать, что мы поедем туда.
– А мы и не поедем, – добродушно отозвался Артем.
– Правда?! – радостно воскликнул сыщик. – Слава Хранителю!
– Туда поедешь ты, – добавил Артем. – Ну и шуань поедет с тобой, помогать тебе.
Уильям хотел осенить себя змейкой и замер.
– Ты шутишь? – неверяще спросил он.
– С чего бы мне шутить? Дело у нас серьезное, и мы будем относиться к нему ответственно. Я вижу, ты дрожишь перед аристократами. Понимаю. Они тут власть. Но у тебя будет документ, который позволит тебе повесить любого из них, кто попробует тебе хоть в чем-то помешать. Но пока будем изгонять твой страх. Пошли ко мне в номер.
Артем поднялся первым. Следом поднялся шуань и посмотрел на сыщика. Тот сморщился, словно глотнул кислого вина, но поднялся со скамьи и побрел за Артемом.
В комнате Артем достал из баула жетон королевской прокуратуры и протянул Уильяму.
– Вот тебе знак твоей власти. Пока ты проводишь расследование, он будет твоим карающим мечом и щитом правосудия.
Уильям взял жетон, и тот сразу загорелся синим светом.
– Вот видишь, он тебя признал! – улыбнулся Артем. – Но это еще не все. – Он вновь наклонился к баулу и вытащил ордер с малой королевской печатью. – Это тебе индульгенция, Уильям. Можешь казнить и миловать кого захочешь, хоть кангана севера. Выше тебя только король.
– Что это? – удивился Уильям. – Индульгенция? – Он непонимающе посмотрел на Артема, но ордер взял.
– Это ордер, дающий тебе право проводить расследование именем короля.
Уильям посмотрел пергамент, вытер ладонью вспотевшее лицо. Приблизил к глазам печать. Затем беспомощно, словно приговоренный к казни, посмотрел на Артема.
– Я… – Он проглотил комок в горле. – Я не смогу.
Он оглянулся, ища поддержки у шуаня.
– Может, он сможет? – тихо, без всякой надежды спросил он, показывая кивком головы на Луй Ко.
– Ему нельзя. Он не подданный нашего короля. Я тебя хорошо понимаю, тебе пока трудно вжиться в роль всесильного простолюдина, но я тебе помогу. Сейчас ты постучишь в дверь и скажешь: «Именем короля!» Ступай за дверь.
Сыщик вышел, и с наружной стороны двери раздался тихий стук. После недолгой паузы срывающийся голос произнес:
– Именем… кхм… короля.
– Иди в задницу! – крикнул Артем.
Дверь приоткрылась, и показалась голова Уильяма. Он поморгал и спросил:
– Как?
– Ногами, дурень! Что непонятно?
– Вы это серьезно? – спросил ошарашенный сыщик.
– Конечно нет, я тебя тренирую. Зайди сюда.
Когда за ним закрылась дверь, Артем спросил:
– Ты чем занимался до встречи со Свиртом?
– Я решал вопросы для людей. Имел кое-какие связи в преступном сообществе и среди лавочников, сводил их вместе и помогал договориться.
– Решалой, значит, был. Если ты так скажешь в тюрьме, как сказал мне, тебя туда и пошлют, куда я послал. Понимаешь?
Сыщик промолчал.
– Чем еще занимался? Слежкой?
– Ну да. Еще следил за женами и мужьями.
– И стучал жандармам, – добавил Артем.
Он угадал. Уильям опустил голову и вновь промолчал.
– Сейчас пойдешь вместе с Луй Ко в тюрьму и потребуешь показать тебе материалы расследования убийства на городском кладбище. Если там всплывут наши имена, порвешь эти материалы и потребуешь написать новые, какие сам придумаешь. Это тебе первое задание на смелость.
Видя, что Уильям впал в ступор, Артем обернулся к шуаню:
– Луй Ко, проводи господина дознавателя. Если он откажется, то просто прирежь его, а жетон и ордер забери. Сами проведем расследование.
– Меня же там все знают, они не поверят, что я из прокуратуры. – Уильям побледнел и стал похож на ожившего мертвеца.
– Скажешь, я тебя нанял, и все. Пусть попробуют не признать. Кроме того, учись пользоваться предоставленными возможностями. Не всем выпадает честь надрать задницу аристократу. Скажи спасибо дяде Свирту.
Уильям не был слабовольным, но страх перед аристократами впитал с молоком матери. Если бы дело касалось криминала, он бы не испугался. В преступном мире ему было знакомо все. Но теперь его жизнь круто изменилась, и преодолеть страх, а также сильную робость перед сильными мира сего ему было невыносимо трудно.
И этот парень, сидящий напротив него, был полной противоположностью Свирту. Тот был вежлив и настойчив, этот – прост и категоричен. Не пойдешь в тюрьму – прирежут. И ведь шуань прирежет его. У Уильяма против него нет шансов.
После той ночи, когда его чуть не загрыз мертвяк, Уильям потерял всю свою былую уверенность.
Его схватили утром, прямо из постели, отдали палачу и долго били. Он уже распрощался с жизнью, но неожиданно был подлечен и освобожден – оказывается, только для того, чтобы попасть в самый страшный свой кошмар. И выбор у него невелик: или быть зарезанным, или исполнить распоряжение, даже не просьбу, молодого мага.
– Можно я начну с районных отделений городской стражи? – робко спросил он.
– Можно, – кивнул Артем.
Уильям вышел и обернулся. Шуань улыбаясь стоял за его спиной.
– Парень, – обратился он к сыщику, – ведь ты, когда помогал Свирту, не был трусом. Ты проявил себя очень хорошо. Что теперь с тобой произошло?
– А ты не понимаешь?
– Не понимаю.
– Нам предстоит ехать к наместнику севера! Он одним взглядом может уничтожить меня. Кто я, и кто он! – Уильям поднял указательный палец кверху.
– Он человек, который потерял сына. Ты приедешь и пояснишь это ему, скажешь, что ищешь убийц. Он сам тебе поможет. Свирт тоже не был аристократом, но всегда держался с достоинством. Пусть в тебе проснется самоуважение, и тогда другие тоже будут уважать тебя. Вспомни, как он себя вел, и веди себя точно так же. У тебя на руках символы королевской власти, используй их с умом. А ты несомненно умный парень. Пошли на рынок, там потренируешься на страже.
Всю дорогу до рынка Уильям раздумывал над ситуацией, в которую попал. Выход был один: продолжать расследование, начатое дознавателем. И для этого он должен стать уверенным в себе, как прежде. Его жизнь сделала вираж и вознесла выше, чем он мог мечтать. Ему надо привыкнуть к своему новому положению, преодолеть сомнения и робость. Как говорил маг, вжиться в роль.
У будки стражи они остановились. Стражник сонно рассматривал его и шуаня.
– Хитрец, ты чего пожаловал?
И Уильям неожиданно для себя обрел спокойствие.
– Теперь я не Хитрец, – строго произнес сыщик и показал светящийся жетон. – Теперь я дознаватель королевской прокуратуры.
Стражник вскочил, как будто его пнули под зад. Он растерянно смотрел на Уильяма, и в его глазах сыщик видел страх.
– Виноват, вашмилость! Чего изволите? – выпячивая объемный живот, проблеял стражник.
– Изволю видеть начальника районной стражи.
– Сей момент!
Стражник поднес ко рту свисток и засвистел. Из-за двери выглянула еще одна сонная рожа с усами.
– Ну, чего еще? – недовольно спросила она.
Уильям ухватил стражника за ус и потянул к себе.
– Начальника стражи зови. Дело короны! – И показал жетон.
– Начальник стражи! На выход! – заорал как оглашенный стражник, и Уильям, усмехнувшись, отпустил его ус.
Через несколько секунд, застегивая ремень с коротким мечом, показался большой и кряжистый, словно дуб, стражник. Увидел сыщика с шуанем и грубо прикрикнул на своих бойцов:
– Чего разорались?!
– Так дело короны, вашмилость, – ответил стражник, стоявший на посту.
– Ты что мелешь?.. Пьян, сволочь! – заревел здоровяк и навис над стражником.
– Так вот, – залепетал стражник, – их милость так сказал и показал жетон.
Уильям предъявил свой жетон, и начальник стражи, этот богатырь, как-то сразу стал меньше. Его глаза забегали, и он дрожащими губами стал оправдываться:
– Простите, вашмилость. Не признал… Что угодно-с?
– Скажи мне, Кержак, на рынке видели двух южан, парня и девушку. Это государственные преступники. Кто-нибудь из стражников видел, с кем они общались? Не заметить их было нельзя.
– Вашмилость, сей момент все выясню и доложу.
– Пришлешь стражника на постоялый двор Митрофана, я там буду.
– Все сделаю, вашмилость!
Уильям кивнул и зашагал прочь. Он воочию увидел силу авторитета предъявленных им полномочий.
– Быстро, сукины дети, ко мне смотрящих за рынком! – командовал за его спиной Кержак.
– Ты, Уильям, все делал правильно, – сказал шуань. – Но зачем тебе сведения, с кем общались убитые? Их уже нет.
– Нам надо проверить и убедиться, что их было всего двое. Рынок – это такое место, где назначаются встречи, и кажется, что там можно затеряться в толпе. Но на самом деле там везде есть глаза и уши. От маленьких нищих до карманников. Если у этих двоих были встречи не только с членами городских банд, а и с приезжими, то мы будем об этом знать… Кто-то должен был передавать указания южанам, – вздохнул Уильям.
Шуань уважительно покачал головой:
– Ты прав, Уильям, я об этом не подумал. Действительно мог остаться тот, кто за всем следил и находился в стороне. Куда идем?
– В тюрьму. Разберемся с бумагами.
У ворот тюрьмы произошло то же самое, что и у будки рыночной стражи. Уильяма быстро провели к секретарю начальника тюрьмы, сухонький сгорбленный старичок внимательно выслушал недавнего заключенного и тут же протянул ему папку с документами. Просмотрев их, Уильям остался доволен.
– Вы все сделали правильно, – удовлетворенно сообщил он. – В интересах дальнейшего расследования придерживайтесь этой версии. И еще. Если кто-то будет интересоваться, что выявлено в ходе следствия по этому делу, опознаны ли убитые, то этого человека немедленно арестовать и содержать под стражей до тех пор, пока я не разберусь с ним. Даже если меня не будет в городе. Я направлюсь в скором времени к кангану Жупре де Ро. Можете туда сообщить о задержанном. Даю это указание вам, господин да Риз, а не беспокою вашего начальника, потому что вы ничего не забываете. Я отмечу вашу помощь в материалах расследования.
Старик с достоинством поклонился:
– Благодарю, сударь, за столь высокую оценку моей скромной персоны. Не беспокойтесь, все сделаем в лучшем виде.
– Не сомневаюсь. – Уильям вышел из кабинета секретаря начальника тюрьмы.
На улице шуань расплылся в широкой улыбке:
– Ну, парень, ты готов к встрече с канганом.
– Не спеши, Луй Ко, надо дождаться сведений от Кержака. Мы не можем уехать, не закончив здесь все свои дела.
Город Хволь стоял на правом крутом берегу одноименной реки. Река Хволь по местным меркам была не очень большой, метров восемьдесят в ширину, и отделяла обжитые земли королевства от пограничной территории, которую королевство Риванган считало своими землями. Королевство вынуждено было расширять свои владения на север. С юга его подпирали воинственные и богатые княжества Брахмы. С востока степь, а за ней империя Шуань. Большая, не воинственная империя, которая, однажды разгромив объединенные войска кочевников и Ривангана, уже показала свою силу спящего дракона. Тогда ханы кочевников прибыли к прадеду нынешнего короля и предложили ему воспользоваться восстанием в западных провинциях империи и напасть на нее. Обещали богатую добычу.
Сначала война была успешной, и армия вторжения с ходу, без особого сопротивления преодолела земли западных провинций, но потом началась пустыня, а вскоре прибыли войска из центральных провинций.
Маги шуаней уничтожили магов Ривангана. Они использовали накопители энергий в виде жезлов. Потом пришел черед остального войска. Ханы с кочевыми племенами бежали в степь, а кости армии Ривангана остались белеть в песках пустыни.
На западе королевства высились горы, цепью протянувшиеся вдоль побережья Западного океана. Там жили воинственные горские племена. Но королевство росло, и многих стали отселять на север, давая им освобождение от уплаты налогов на двадцать лет. Там, в приграничных ничейных землях, не было канганов и ландстархов. Селения жили сами по себе, ими управляли выборные старосты.
Безопасность обеспечивали пограничные войска королевства. На всем протяжении так называемой границы располагались пограничные заставы. Они были расположены в самых дальних от Хволя поселках. Но и сами жители приграничья были людьми неробкого десятка. Могли защитить себя от небольших отрядов северных дикарей. И могли пограбить караваны на королевском северном тракте. Единственное, от чего они действительно страдали, так это от волшбы шаманов, что поднимали мертвых, насылали мор на животных и людей. Дикари, оттесненные королевством, жили дальше на севере, в лесотундровой зоне. Занимались охотой, скотоводством и, бывало, торговали с поселками. Но ни поселенцы, ни сами дикари иллюзий не питали и при всяком удобном случае убивали и грабили друг друга. Взаимный грабеж был как бы узаконен и считался в порядке вещей. Тем более что на самой границе, которая была, впрочем, весьма условной, селились те, кто был помилован и освобожден от каторги. Воры, мошенники и те, кто совершил убийство по неосторожности, а также авантюристы всех мастей и беглые преступники. С севера купцы везли в королевство меха, мед, воск и речной жемчуг, а обратно – оружие, вино, зерно, фрукты, лошадей, коров и всякую живность для поселенцев. Все это Артем узнал по дороге.
Артем с пригорка смотрел на новое место своей службы и ничего плохого не находил. Город напоминал Сталинград – растянулся вдоль берега узкой полосой и был отгорожен деревянным частоколом, вот и вся фортификация. В самом городе находилась деревянная крепость. С юга Хволю ничто не угрожало, а от дикарей его отделяла река.
«Ничего так себе местечко, – подумал Артем. – Бывало и хуже».
Он должен был прибыть к месту службы в течение тридцати дней, но задерживаться Артем не стал, рассудив, что просто слоняться по стране – значит наживать себе неприятности. Как поведет себя Артам, неизвестно. Поэтому Артем решил прибыть к месту службы и приступить к своим обязанностям. Скорее всего, как полагал его товарищ по несчастью Артам, в госпитале гарнизона.
Обоз, с которым ехал Артем, находился в пути трое суток. Сам переход прошел без неожиданностей, спокойно. Единственное неудобство доставляли большие мухи, что немилосердно кусали лошадей и людей. Но Артем в первый же вечер, когда они проезжали болота, искусанный и злой, решил на привале сварить мазь, отгоняющую слепней. Алхимию Артем изучил хорошо. Знал гораздо больше, чем давали на занятиях по алхимии в школе магии. Покупал книги по алхимии, рецепты в букинистических лавках и у аптекарей.
Постоялых дворов на этом отрезке пути было мало, и они заночевали в поле у небольшого ручья. Местность была болотистая и непригодная для проживания.
Вечером у костра, ворча себе под нос, куда он отправит проклятых мух, Артем достал походную лабораторию – пестик, ступку, маленькую горелку и кастрюльку. Открыл книгу по алхимии и стал ее листать.
Возница, с которым Артем ехал и за разговорами коротал время, со страхом и удивлением смотрел на колдуна. А уж когда из сумки мага вылез заспанный коротышка, он и вовсе оторопел. Свад зевнул, потянулся, громко и беззастенчиво испортил воздух и тут же исчез.
Возница осенил себя змейкой, сделал несколько глотков из бутылки с мутной жидкостью, вытер рот и отошел подальше от злого колдуна. Ему хотелось с кем-то поговорить и поделиться тем, что он видел.
Тут, на севере, колдунов и знахарей хватало, и ничего необычного в том, что делал молодой маг, не было, но то, что из его сумки вылез маленький человечек страшной наружности, напугало возницу.
«Никак демон из преисподней!» – со страхом подумал он.
– Ты чего тут околачиваешься? – спросил его охранник, дежурящий у возов.
– Колдун колдует, – прошептал возница. – Ужас какой злой. Наколдовал демона.
– Демона! – засмеялся воин. – Ты демонов когда-нибудь видел?
Зная страсть возницы к выпивке, приблизился к нему, принюхался.
– Да ты, Ефим, никак уже употребил? Шел бы ты к себе. Нельзя тут ходить. И бросай выдумывать, – засмеялся стражник. – Маг безобидный, и рожа у него глупая. Он даже денег не попросил за охрану каравана.
Возница, который выпил для храбрости, обиженно отмахнулся от насмешника и вернулся к костру, у которого дремал коротышка.
Артем, расчесывая щеку, немилосердно матерился, толок порошки в ступке и сверялся с книгой. Проделывая все эти операции, бубнил:
– Одна часть желчи быка… Две части свиного топленого жира… Три части сушеных жабр рыбы-погремушки… И одну часть дистиллята двойной перегонки. Все смешать и варить одну минуту… Как там?.. – Он заглянул в книгу. – На малом огне.
Гремлун прислушивался к бормотанию товарища и пытался помочь:
– Грубо работаешь, брат. Так отмеряют части на глазок только дилетанты. А мы с тобой мужи ученые. – Свад посмотрел на смирно сидящего возницу и протянул руку. – Рукль давай.
Возница от такой наглости оторопел, часто заморгал и несколько раз осенил себя змейкой.
– Прокляну твой срамной уд, Ефим, и к девкам ходить больше не будешь, – пригрозил мастер проклятий вознице. – Откупись лучше.
Ефим трясущимися руками вытащил из сумы монетку и положил рядом с коротышкой.
У их костра никто не сидел, все сторонились странного мага. Ефим приложился к бутылке и поспешно поднялся.
А Свад достал медные монеты, разложил их перед собой и стал просвещать Артема:
– Вот смотри, неуч.
– Почему неуч? – улыбнулся Артем. – Только что ты назвал меня ученым мужем.
– Погорячился, значит. Слушай и смотри. Одна маленькая медная монета это и есть по весу одна часть. Две монеты – это две части, а полрукля – это пять частей. Умные люди все до тебя придумали.
Он откуда-то достал небольшие весы и положил в одну чашу полрукля, а в другую – пять монет достоинством каждая в десять брахм.
К удивлению Артема, весы уравновесились.
– Бери монетки, клади на весы. На другую чашу свои порошки. Теперь ты, Артем, можешь взвешивать части ингредиентов правильно, – важно сообщил Свад и спрятал весы с монетами. – И радуйся, что у тебя такой умный друг, как я.
Артем только было обрадовался весам, как они исчезли.
– Свад, дай весами попользоваться, – заискивающе попросил Артем.
– Это еще зачем? – Свад посмотрел на землянина.
– Как зачем?! – воскликнул Артем. – Части взвесить!
– Свои надо иметь, – буркнул гремлун и закрыл глаза.
Артем несколько мгновений изучающе рассматривал маленького проказника и спокойно произнес:
– Ну тогда ищи себе новый дом, дружище. А в сумку больше не лезь.
Гремлун открыл глаза и оторопело уставился на человека.
– Это еще почему? – возмущенно спросил он.
– А потому, дружище, что свой дом нужно иметь.
– Вот еще! – фыркнул гремлун и полез в сумку.
Но Артем только этого и ждал. Он пожелал достать Гремлуна, и тот оказался у него в руке.
– Хочешь жить – плати, – невозмутимо предложил он и поставил гремлуна на землю.
Возмущению маленького мастера проклятий не было предела. Он еще раз попытался залезть в сумку, но не тут-то было, пространственный карман для него оказался закрыт.
– Так, значит? Так?! – чуть не плакал коротышка. – Чего ты хочешь за сумку?
– Раньше хотел весы, но теперь не хочу. Приеду в город и закажу их у кузнеца.
– О чем ты говоришь! – воскликнул гремлун. – Разве местные криворукие мастера могут сделать такую добротную вещь, как мои весы? Вот, бери и пользуйся. – Свад вытащил весы и протянул человеку. – И помни мою доброту.
– Так ты их мне отдаешь по своей доброте? – переспросил Артем.
– Ну да. – Гремлун важно задрал нос кверху.
– Спасибо, Свад.
Артем забрал весы и стал перемеривать части.
Свад потянулся, зевнул и полез в сумку. Но опять не смог попасть в свой пространственный карман.
– Эй! – окликнул он Артема.
– Тебе чего?
– Хочу в сумку попасть, вот чего.
– Зачем?
– Как это зачем? Я тебе весы отдал? Отдал. Пускай в сумку.
– Не было разговора о сумке, – не сдавался Артем. – Ты мне весы отдал по доброте своей. А я не такой добрый, как ты, я злой.
Казалось, гремлуна сейчас хватит удар. Его нагло обобрали и обманули. Эти чувства отразились на его сморщенной мордочке. Он застыл, не зная, что сказать, но затем его большой рот расплылся в мстительной ухмылке.
– А ты мне должен, – заявил он.
– С чего это?
– А с того, что я помог тебе с кошельком и ты признал долг. Так что пускай в сумку.
– Ах, это? Согласен, можешь лезть в сумку, долг подтверждаю. – И, когда довольный гремлун скрылся в сумке, договорил: – Один раз разрешаю. Ты мне помог один раз, и я один раз позволю тебе побыть в сумке.
– Чего? – Голова Свада показалась из сумки.
– Долг уплачен. Я тебя в сумку пустил? Пустил. Ты там побывал? Побывал. Теперь вылазь.
Свад чуть не расплакался. Его губы задрожали, и Артем прекратил издеваться над маленьким проказником.
– Ладно уж, живи, – разрешил он, – и больше не торгуйся, не умеешь.
Свад спрятался в сумке.
Всю эту картину наблюдал возница Ефим. Не выдержал, глотнул еще из бутылки и пошел к купцу.
– Вашмилость, – тихо прошептал он, – колдун демона вызвал.
– Какой колдун? – Купец недовольно посмотрел на возницу.
– Да тот, что с нами едет, молодой. Истинно говорю, он его в сумке своей держит, сам видел.
Купец отставил в сторону миску с кашей.
– Не шутишь?
– Нет, вашмилость. Чтоб мне век первак не пить. Сам видел. – Возница придвинулся поближе и горячо зашептал: – Сначала из нее вылез, потребовал у меня рукль. Иначе, говорит, прокляну и обратно в сумку-то и залез.
Купец, почувствовав запах самогона, отодвинулся.
– Ну пошли, посмотрим на твоего демона. – Он решительно поднялся и стремительной походкой направился к костру, где сидел маг.
– Кому еще рассказал? – спросил купец.
– Никому, только вам.
– Правильно, помалкивай.
Они подошли к магу, который взвешивал на весах порошки.
– Уважаемый Артам, – присел на корточки рядом с Артемом купец, – до меня дошли сведения, что вы колдуете и вызвали демона.
Артем посмотрел снизу вверх на возницу.
– Это вам Ефим сказал? – спросил он. За Свада Артем уже не боялся, тот мог показать себя и спрятаться. Все принимали его за сказочного домового.
Купец тоже глянул на Ефима, который нахмурился и таращился на сумку, показывая взглядом и подергивая подбородком в ее сторону.
– Он самый. Он еще сказал, что демон спрятался у вас в сумке. Вы уж простите, – многозначительно произнес купец, – но места у нас дикие, и всякое может быть…
– Вот сумка, смотрите. – Артем подвинул к купцу сумку.
Купец поколебался, потом все же поднял сумку, пощупал ее и открыл. Там были мешочки, баночки и листы бумаги, исписанные формулами.
Он почесал затылок и, закрыв сумку, отложил в сторону.
Артем понял его затруднения.
– Ефим весь вечер к бутылке прикладывается, – произнес он. – Привиделось, наверное.
Возница стал осенять себя змейкой и бормотать:
– Наваждение, как есть вражье наваждение. – Достал бутылку и сделал большой глоток.
– Понятно! – проговорил купец. – Мессир, вы меня простите…
– Ничего, я понимаю, – успокоил его Артем и отвернулся.
Купец поднялся и, ухватив за руку возницу, оттащил того в сторону.
Артем услышал, как он негромко сказал:
– Штраф два рукля, Ефим, и больше к магу не лезь. Не позорь меня.
Артем смешал порошки, засыпал в кастрюльку и поставил кастрюльку на огонь.
Когда зелье было сварено, он отправил кастрюльку в родничок, остужаться. Ночью слепни не кусали, и он успокоился.
Наутро намазав мазью от слепней щеки и руки, довольный ехал рядом с возницей. У Ефима опухло лицо от выпитого, бессонной ночи и от укусов мух. О вчерашнем происшествии возница не напоминал, но то и дело поглядывал на мага, вокруг которого крутились кусачие мухи, но на его лицо не садились. Не выдержав, он спросил:
– Вашмилость, чей-то вас не кусают эти заразы? Заговоренный, что ли?
– Нет, Ефим, я мазь от слепней сварил. Теперь они меня не кусают.
– Мазь? И надолго спасет она?
– Пока не умоешься.
– А сколько стоит ваша мазь? – осторожно спросил Ефим.
Артем с интересом посмотрел на возницу.
– Тебе продам за полрукля, – весело ответил он. – Если расскажешь остальным. С них возьму по руклю.
– Так на привале в полдень и поговорю! – обрадованно воскликнул Ефим.
Артем намазал ему щеки и руки.
Теперь и Ефим ехал довольный и веселый.
«А колдун и в самом деле дурень, – подумал он, – так дешево свою мазь продает».
На привале к Артему выстроилась очередь желающих намазаться мазью. Последним подошел купец.
– Уважаемый Артам, – с елейной улыбкой обратился он к магу. – Я предлагаю вам хороший контракт. Вы делаете мазь от мух, а я выкупаю всю вашу мазь оптом. Например, по полтора рукля за баночку. Что скажете?
– Да я не против, уважаемый Вацлав. Только дайте добраться до места службы, и там разберемся. Я не знаю, куда меня направят служить. Может, оставят в городе, а может, отправят на границу. Если я останусь в городе, то мы с вами сговоримся… Только цену я узнаю уже на месте.
Купец расплылся в улыбке.
– Конечно, мессир Артам. Я вас в городе найду. Но должен сказать, хороших магов всегда оставляют в городе. А вы хороший маг, – польстил он Артему.
– Спасибо за ваше мнение, уважаемый Вацлав.
До города оставалась лига, не больше, и Артем повеселел. У него появилась какая-то определенность в жизни, жить в неопределенности он очень не любил. Кроме того, его признали хорошим магом. Пусть он не может творить магию одной рукой, но зелье сварить вполне способен. А это тоже, как оказалось, неплохой заработок. Ингредиенты, что не сможет найти сам, он может заказывать купцам, и они привезут все, что надо, лишь бы платил рукли и бареты.
Артем глубоко вдохнул свежий северный воздух.
Караван въехал в город, и Артем распрощался с купцом. Подхватил свой заплечный мешок, повесил на правое плечо. Взял в руки один из кожаных баулов умершего мурады и направился к крепости, занимавшей правую половину города.
– Проход запрещен! – басовито проговорил немолодой стражник, останавливая Артема. – По какому такому делу?
– Прибыл для прохождения службы.
Сержант с тремя красными лычками на правом рукаве прочитал направление и вернул его.
– Мессир, штаб пограничного полка располагается в здании с флагом на колокольной башне. Там обратитесь в строевую часть, и вам скажут, что делать дальше. С прибытием, мессир. Господам магам мы завсегда рады.
Стражник отступил в сторону и пропустил Артема.
Войдя внутрь крепости, Артем остановился. На него нахлынули воспоминания о его срочной службе, и теплое чувство, смягчая зачерствелую корку, прокатились по душе солдата.
Он видел штаб с колокольной башней, над которой реял немного оборванный по краям флаг королевства Риванган. Большой мощенный камнем плац перед зданием штаба. Как много общего в разных мирах.
Артем шел полный непонятной радости, не глазея по сторонам, и не замечал, как из окна штаба на него удивленно, часто моргая и протирая глаза, не веря тому, что он видел, смотрел меченосец веры отец Ермолай.
Инквизитор отпустил бороду и еще больше опух от пьянства.
– Не может быть… – прошептали губы инквизитора. – Не может этого быть.
«Этот полудурок прибыл сюда служить или по каким еще иным делам? – думал отец Ермолай. – Может, сбежал из своей магической школы? Или его выгнали за пьянку? Вот было бы хорошо».
Инквизитор потер вспотевшие руки.
«Я его сожгу. Я сожгу этого мерзавца, из-за которого попал в эту дыру. Дай только узнать, зачем он сюда прибыл».
А Артем подошел к штабу, показал часовому направление и направился внутрь.
Его шаги гулко звучали по каменному полу пустынного коридора, а из-за боковой двери в щелку за ним следил отец Ермолай.
Увидев, как Артем остановился у дверей начальника строевой части, удивился: «Ну точно служить прибыл! Надо же! Сподобился сдать экзамены, богохульник».
Артем с волнением постучал в дверь и, открыв ее, вошел в большой кабинет. За невысокой перегородкой, разделяющей кабинет на две неравные части, сидели за столами трое в военной форме и копались в бумагах.
– Вам что? – спросил худой невысокий офицер в зеленом мундире с треугольными красными погонами, на которых были две скрещенные сигнальные трубы.
В званиях Артем не разбирался, но по солдатской привычке немного оробел.
– Я прибыл на службу магом, господин… – Артем замялся, не зная, как обратиться к офицеру.
Тот понял его затруднения:
– Обращайтесь ко мне «господин штаб-поручик», мессир. Покажите мне ваши бумаги.
Артем уже более уверенно подошел к перегородке и вытащил из баула документы. Сначала протянул направление, затем дипломы и аттестат.
Штаб-поручик внимательно изучил направление, сверился со сроком прибытия и удивленно приподнял брови.
– Похвально, мессир, что вы не стали задерживаться в пути. У вас еще есть десять суток отпуска… Так, диплом мага-универсала, очень хорошо… А это… хм… охотник на диких магов? Неожиданно… Вы учились в Аногурской школе магии… и кто был вашим учителем по охоте на шаманов?
– Стра… мессир Зольд, старший воспитатель.
– О-о-о… – уважительно произнес штаб-поручик. – Страшила! Теперь понятно, почему вас сюда направили.
Артем лишь слабо улыбнулся. Оказывается, пугающая учеников кличка старшего воспитателя пришла отсюда, с границы. Он и здесь страх наводил.
– Ну что же, мессир, вы попали в нужное место. – Штаб-поручик повертел в руках дополнительный диплом, положил на стол и посмотрел аттестат. Аттестат вернул Артему. – Аттестат отдадите в службе снабжения, мессир. Направление на службу и дипломы я забираю, они будут находиться в вашем личном деле. Сейчас вам надо пройти к старшему полковому магу и представиться ему. Потом на склад, получить форму и причитающееся довольствие. Затем определиться с местом жительства. Здесь вы будете жить в казарме или в городе? – Офицер окинул оценивающим взглядом одежду Артема и добавил: – Если средства позволяют.
– Я бы хотел остаться здесь, в крепости, господин штаб-поручик.
– Понимаю, – кивнул тот. Сел на свое место. Достал из ящика стола папку и, полистав, вытащил бланк, заполнил его, поставил печать и расписался.
– Вот, – протянул он Артему бланк, – справка, что вы зачислены в часть. Вам определят место в офицерском общежитии и поставят на довольствие. Приходите завтра, будем определяться с вашим местом службы.
Артем поблагодарил и вышел. За дверью остановился в нерешительности. «И где здесь полковой маг?» – Он снова заглянул в строевую часть.
– Простите, господин штаб-поручик, а где находится полковой маг?
– Дальше по коридору и перед лестницей на второй этаж, направо. Вы увидите на двери два скрещенных магических жезла.
– Спасибо.
– Не за что, господин Артам из Гризби.
Нужную дверь Артем нашел сразу. Массивные дубовые двери высотой метра два с половиной были украшены медной начищенной табличкой со скрещенными жезлами. Артем постучался и, не дождавшись ответа, открыл дверь.
Полковой маг храпел на стуле, положив ноги в сапогах на стол. Мантия была заляпанной темными пятнами. В бороде запутались какие-то крошки, вокруг лица спящего летала муха. Она периодически садилась на нос, и маг смешно им подергивал.
Артем поставил свои вещи на пол у входа и прошел к столу.
– Господин полковой маг! – негромко окликнул он спящего.
– Мгу… – пробурчал спящий, и по кабинету полетел горький сивушный запах.
– Господин старший полковой маг! – повторил Артем уже громче.
Маг лишь всхрапнул.
«Везет мне на пьяниц», – подумал Артем, скинул ноги мага со стола и громко окликнул его.
Тот нечленораздельно замычал и открыл глаза. Некоторое время пялился на Артема.
– Ты кто? – удивленно спросил он.
– Я – Артам из Гризби, окончил Аногурскую школу магии и прибыл на службу.
Маг, дородный мужчина с бородой как лопата, потер лицо.
– У тебя опохмелиться есть?
– Есть первак двойной перегонки.
– Давай.
Артем вернулся к двери, достал из баула пол-литровую бутыль очищенного самогона крепостью градусов семьдесят.
Маг пошарил в своем столе и вытащил стакан с дохлой мухой на дне. Дунул в стакан, и муха выпала. Дрожащими руками налил полстакана и залпом выпил.
Зажмурился, сморщился, и наконец черты его лица довольно разгладились.
Он выдохнул, подхватил муху, лежащую на столе, и, к немалому удивлению Артема, сунул ее в рот. Разжевал и выплюнул. Скривился.
– Так рано еще, – произнес он. – Выпуск осенью, а сейчас лето.
– Запрос был от вас, – ответил Артем, – прислать магов из школы. Вот меня и отправили… Досрочно.
– Досрочно, значит, – с задумчивым видом повторил маг. – Что самогон имеешь, это хорошо. Что выпустили досрочно – это плохо. Дурень, значит. Досрочно выпускают только дураков. А куда их девать? Сюда и отправляют.
Он еще налил себе полстакана.
– Вы тоже? – спросил с серьезным лицом Артем.
– Что тоже? – переспросил маг, не отрывая взгляда от самогона.
– Досрочно выпустились…
– Я-я? Нет… А почему ты спросил? – Он посмотрел на Артема.
Но того уже понесло:
– Вы сказали, сюда только дураков отправляют.
Маг постарался собраться с мыслями. Сфокусировал взгляд, стараясь ухватить ускользающую мысль.
– Ну… да, – с трудом выговорил он. – Только идиотов и направляют… Умных к умным, а вас, дураков, ко мне. Но мне на вас, дурней, наплевать.
Он выпил. Вновь сморщился. Выдохнул и вытер ладонью рот.
– Налож-жи на меня ма… мам… ик!.. лое исцеление, – приказал он.
– Сразу скажу, мессир, – не стал таиться Артем, он уже понял, что маг хоть и пьяница, но не дурак. – Я плету заклятия двумя руками, у меня пальцы негибкие.
– Двумя руками? Хм… Да хоть ногами. Лечи давай.
Артем быстро сплел заклинание малого исцеления и наложил на мага. Тот порозовел.
– Ну, что-то можешь. Хоть и паршиво, – оценил маг. Полез в стол и достал книгу. Полистал ее, обмакнул перо в чернила и приказал: – Диктуй! Как зовут?
– Артам из Гризби, – поспешно отозвался Артем.
– Что окончил?
– Аногурскую школу магии.
– Специальность?
– Маг-универсал. И охотник на диких магов.
Перо в руках мага дернулось, он неверяще посмотрел на Артема.
– Как ты сказал? – переспросил он.
– Маг-универсал.
– Нет, потом.
– Охотник на диких магов.
– Ну надо же! – Старший полковой маг посидел в задумчивости. – Знаешь что… Приходи завтра… С утра. Подумаем, куда тебя определить.
Артем посмотрел на бутылку самогона. Маг проследил за его взглядом и буркнул:
– Бутылку оставь.
Артем кивнул и вышел, забрав свои вещи.
В коридоре он столкнулся с крадущимся отцом Ермолаем. Оба от неожиданности застыли, рассматривая друг друга, и первым радостно завопил Артем:
– Отец Ермолай! Как, и вы здесь! Как я рад вас видеть! – Артем бросил баул на пол и полез к инквизитору обниматься.
Тот выставил руки и, избегая тесной встречи, вдоль стены стал обходить Артема.
– Изыди, демоническое отродье! – словно потревоженная змея, шипел инквизитор. – Костер по тебе, богохульник, плачет.
– Отец Ермолай, так это ж я, Артам! Не узнаете? Я вам еще у конта исповедовался, и пили мы вместе, помните?.. Потом костер не может плакать, он потухнет. Но у меня есть информация…
Отец Ермолай, бормоча молитвы, отодвигался все дальше от наступающего Артема и, наконец нащупав дверь, юркнул за нее.
Ухватился за ручку, не давая Артему войти. Но тот дергать дверь не стал, и инквизитор с замиранием сердца услышал его удаляющиеся шаги.
– Отец Ермолай, что с вами?
Инквизитор обернулся к штаб-поручику.
– Господин Бользе, я к вам с важным делом. – Отец Ермолай оторвался от ручки, с сомнением покосился на дверь, но все же отошел. – У вас был молодой парень с глупой рожей? Артам?
– Э-э-э… был. Он направлен к нам служить магом.
– Он такой же маг, как я портовая шлюха! – выпалил инквизитор и платком отер пот со лба.
– Вы его знаете?
– Хранитель сподобил. До сих пор жалею, что не сжег богохульника на костре. Это из-за него я тут…
Офицер приподнял бровь, но промолчал.
– Господин Бользе, могли бы вы отправить служить этого Артама куда подальше, да так, чтоб с него дикари шкуру с живого сняли и на свой шаманский бубен натянули? А я вам все грехи отпущу, что вы совершили и еще совершите.
– Даже так? – Штаб-поручик задумался. – Вообще-то могу… Но что скажет старший полковой маг мессир Стольц? Это ведь его специалисты.
– Со Стольцем я договорюсь. Прямо сейчас.
Инквизитор резво повернулся и быстро скрылся за дверью.
Бользе лишь покачал головой: не повезло парню иметь такого врага.
– Стольц! – влетев в кабинет мага, прямо с порога начал растрепанный инквизитор. – Я отпущу все твои грехи, если ты сделаешь для меня одно дело.
Старший полковой маг собрал глаза в кучу.
– Ермолай, – заплетающимся языком проблеял он, – я безгрешен… аки… аки… Забыл… Вот сидел же медити… рировал, а тут ты влетаешь… аки… аки… – Он зевнул и уронил голову на грудь.
– Стольц! Проснись, пьяница, а то прокляну. – Инквизитор затряс мага за плечо. Затем спросил: – Пить будешь?
Маг сразу открыл глаза и трезвым голосом ответил:
– Буду.
– У тебя был молодой маг-недоучка Артам?
– Был. Хороший маг, я тебе скажу. – И маг снова стал погружаться в сон.
– Ты не будешь против, если его отправят куда-нибудь на заставу?
– Нет, не буду. – Стольц приоткрыл глаза и невнятно пробормотал: – Как маг он… бесперспер… китивен. – И вновь захрапел.
Отец Ермолай плотоядно ухмыльнулся, поправил бороду и пошел прочь.
Артем, выйдя из штаба, выбросил из головы инквизитора. Теперь он был ему не страшен. Школу он окончил, диплом имеет. Даже два. И кроме того, он на службе короля. А выше короля лишь Хранитель.
Он обратился к часовому:
– Служивый, где тут служба снабжения?
– А вон, в правом крыле казармы, в подвале, мессир.
Артем спустился в подвал, прошел по темному коридору и остановился у двери склада. Над ней висела масляная лампа. Свет был тусклым, но этого хватало, чтобы не пройти мимо.
Не стучась, Артем открыл дверь и вошел.
Пахло затхлостью, краской для тканей и мышами. За невысокой перегородкой, отделяющей вход от склада, сидел толстощекий капрал и дремал. Он сложил руки на животе и, лениво открыв один глаз, посмотрел на Артема.
– Доброго дня, уважаемый, – поздоровался Артем и подошел к стойке. Молча выложил перед толстяком три рукля и рядом положил аттестат.
Толстяк поднялся и заинтересованно посмотрел на деньги, но трогать их не стал. Артем добавил два рукля. Толстяк сгреб монеты и взял толстыми короткими пальцами аттестат. Повертел и спросил:
– А где справка о зачислении в часть?
Артем вспомнил о ней и достал из сумки, с которой давно не расставался. Протянул толстяку.
– Вот, уважаемый.
– Хм… Магом, значит… А чего жезл не получил в школе?
Артем посмотрел на наглеца. Получил деньги и еще права качает.
– А это важно? – в упор глядя на кладовщика, спросил он.
Тот улыбнулся:
– Да, в общем-то, нет, если добавишь еще пару руклей.
Артем задумчиво посмотрел на толстяка.
– Это можно, но что я буду иметь взамен?
– Вот это деловой разговор! – Толстяк расплылся в улыбке. – Получите новый комплект офицерского обмундирования, экспериментальный усиленный жезл и мантию мага… Не новую, но старшего мага. Она зачарована на лечение. Ну так что?
Артем выложил еще два рукля. Тут же на прилавке очутились сапоги, новая полевая форма, кожаная портупея, жезл и завернутая в бумагу мантия.
– Примеряй, ваше магичество, – довольно произнес кладовщик.
Артем стал переодеваться. К его удивлению, все подошло – и форма, и сапоги.
– Глаз алмаз, – гордо проговорил кладовщик. Хитро прищурился. – Совет хотите?
– Сколько? – спросил Артем.
– Рукль.
Артем выложил рукль. За деньги он не переживал. По дороге заработал на мази от слепней четыре с половиной барета.
– У казначея не берите подъемные. Оставьте барет ему. Взамен попросите талоны на питание в офицерской столовой. Там так готовят! – Толстяк закатил глаза. – В городе на питание потратишь за месяц баретов пять, а то и больше. В общежитии… Вы же будете жить в крепости? – спросил он.
– Собирался.
– Правильно, – кивнул толстяк, – пока не осмотришься, надо жить в крепости. Так вот, в общежитии кастеляну надо дать два талона, и он выделит королевскую комнату и постель. Поэтому сначала сходите к казначею. Он сидит в штабе на втором этаже. Вещи оставьте здесь, с ними ничего не случится.
Артем кивнул и, положив свои гражданские вещи на баул, вышел.
На втором этаже он сделал все, как советовал толстяк, и получил талоны на питание на тридцать дней. Спустившись, он вновь столкнулся с отцом Ермолаем. Тот был доволен, как объевшийся сметаны кот. Гордо подняв голову, не обращая внимания на мага-недоучку, инквизитор прошел мимо.
Артем уже понял, что здесь, на северной границе, власть инквизиторов была весьма условной. Особо ретивого священника мог поджидать несчастный случай, и никто стараться расследовать смерть борца с грешниками не будет. Как Артем уже догадался, отец Ермолай был полковым священником.
В спину инквизитору он процитировал первую строчку одного из стихов молитвы:
– С гордостью приходит падение.
Отец Ермолай подпрыгнул и зашипел:
– Не сметь смердящими устами поганить молитву праведников!
Артем склонил голову:
– Благословите, отец Ермолай.
Но тот сжал кулаки и потряс ими.
– Гореть будешь! – тихо, со злостью проговорил он и скрылся в своей комнате.
«Офицерская молельня», – прочитал Артем и ухмыльнулся.
«Не дождешься, крыса церковная!» – мысленно ответил он инквизитору и пошел в общежитие.
Там отдал кастеляну два талона и получил комнату на двоих с большой печью.
– Пока будете жить один, мессир, – сообщил капрал, мужчина лет сорока, коротко стриженный и с небольшим животиком, нависающим над ремнем. – До осени. Потом прибудут выпускники школ, и кого-нибудь к вам подселим. Белье меняем раз в десять дней. Как дадут вам денщика, я ему все объясню. Если будут предлагать молодого первогодка, отказывайтесь, мессир. Они старательные, но несведущие. Не знают здешних правил. Лучше попросите из тех, кто уже заканчивает службу. Не прогадаете.
– Хорошо, я так и сделаю, – кивнул Артем. – А где взять этого денщика?
– А как вас определят к службе, так денщика и дадут.
– Понятно. Когда обед?
– Через час. Но вам лучше пойти сейчас. Ознакомитесь, так сказать. Столовая в штабе, в подвале.
Артем уже понял, что здесь везде нужно давать или деньги, или еще что-нибудь, иначе не проживешь. Коррупция.
– Кому что дать в столовой? – без обиняков спросил он.
Капрал с уважением посмотрел на мага: «Хоть рожа тупая, но мыслит верно».
– Найдите там сержанта Яроша, скажите, что от меня, он все для вас устроит. Дадите ему три рукля на все про все. А потом просто иногда дарите эликсиры. Вам это ничего не будет стоить, а сержанту приятно.
– Понял, спасибо, – кивнул Артем.
В столовой носились запахи пищи. Его встретил седоусый воин в белой куртке. Глаза внимательные, руки сложены на животе, смотрит без подобострастия.
«Знает себе цену», – догадался Артем.
– Вы сержант Ярош?
– Он самый, господин…
– Артам, – помог ему Артем. – Маг. Прибыл на службу. Меня к вам послал кастелян, сказал осмотреться и… – Артем достал три серебряные монеты. – И вот вам за труды. – Он протянул серебро сержанту. Монеты моментально исчезли в широкой ладони.
– Проходите, мессир, – довольный сержант показал рукой в зал. – Садитесь за стол у окна. И давайте ваш талон.
Артем оторвал один талон и отдал сержанту. Сел за указанный стол, и тут же молодой парень в белом, немного заляпанном переднике принес поднос с едой. В тарелке исходила паром куриная лапша. Большой кусок жареного мяса с тушеными овощами. Жареная рыба в зелени. Кружка холодного компота. И большой кусок пирога с грибами.
Действительно, все было достойно.
Артем с аппетитом поел, не забыл и Свада, отдал ему мясо и часть пирога. Сам съел суп и рыбу. Хотя был уверен, что маленький проказник и тут неплохо устроится. Тот сидел под столом и смачно лопал снедь.
Выйдя из столовой, Артем решил пойти в город, покрасоваться в новом офицерском мундире. Зеленые бриджи из грубой шерсти с тонкими красными лампасами были заправлены в высокие коричневые сапоги. Такой же френч с красной стоечкой воротника. На плечах прикрепленные бронзовыми пуговицами красные треугольники погон с бронзовыми скрещенными жезлами магов. Коричневый широкий ремень с кинжалом с левой стороны и магическим жезлом с правой.
Всю эту красоту он оплатит из первого своего жалованья.
В крепости, как он узнал, находилась сейчас лишь комендантская сотня, а три сотни рейтаров участвовали в рейде возмездия, выискивая отряды дикарей, глубоко вторгшиеся в земли королевства и спалившие три заставы с поселенцами.
Его воинское звание младшего полкового мага соответствовало командиру полусотни – вахмистру. Командир сотни был ротмистр. Командир пограничной части имел звание шеф-штандарт.
Звания и должности в полку были для Артема малопонятными, и он пока запомнил то, что посчитал нужным. Еще он знал, что в конную сотню рейтаров – конных пограничников входили маг, писарь, профос[2], кузнец и фельдшер. Он же мог попасть магом в сотню или в полковой госпиталь. Как судьба распорядится, а это будет завтра. Но в сотню обычно назначали боевых магов. Зачем им слабые маги-универсалы? Ни толком вылечить, ни атаковать они не умели.
Полковой плац был пуст так же, как и его конюшни. Стуча каблуками по стертым каменным плитам плаца, Артем вышел из крепости. Часовые отдали ему честь, вытянувшись в струнку и хлопнув себя кулаками по стальным нагрудникам.
Артем приложил два пальца правой руки к смушковой папахе, лихо заломленной набок, и пошел дальше.
В городе была единственная дорога, мощенная камнем, и она вела к крепости. Дальше шла разбитая обозами дорога в центр, где находился городской рынок.
Артем порадовался, что не было дождей, иначе ему пришлось бы идти по колено в грязи. Хволь, по его прикидкам, вмещал тысяч пять-шесть жителей. Одноэтажные дома, сложенные из бревен, прятались за палисадами из высокого штакетника. Слева и справа виднелись почерневшие от дождей и времени ворота. По улицам, заросшим травой, бродили, копаясь в пыли, куры.
Таких городишек в провинциальной России Артем видел множество.
Мимо него, обгоняя, проехала бричка, груженная обожженными глиняными горшками. Артем посторонился, пропуская лошадь, и пошел следом.
Вскоре он вышел на довольно большую площадь, кое-где вымощенную камнем. Вокруг нее стояли двухэтажные дома, украшенные резьбой, крытые желто-оранжевой черепицей.
От площади дорога вела вниз, к реке. Именно там располагались небольшой порт и рынок. По реке сновали суденышки рыбаков. Работал даже паром, перевозящий повозки с другого берега. Город был довольно оживленный. Торговый. И лет через пятьдесят, по мнению Артема, в нем будет жить уже тысяч тридцать жителей, не меньше. А граница отодвинется лиг на пятьдесят севернее. Здесь можно было жить. Много леса, пашни под рожь, лен, из которого делали пряжу, давили масло. Меха, мед, воск, гончарные изделия, рыба. Водная артерия. Освобождение от налогов и гнета церкви. Энергичные люди всегда начинали в таких местах и добивались успеха.
На рынке, примыкающем к порту, было шумно. Торговали рожью, пшеницей, овощами, мясом, гончарными изделиями. Были лавки аптекарей. К ним Артем и направился.
Проходя между рядами, он прислушивался к разговорам. На рынке можно узнать много интересного.
– Ты слышал, что творится? – спросил один из покупателей в вязаной кофте, рассматривающий конскую сбрую, у худого как жердь товарища.
– Ты о чем, Кавер? – с ленцой спросил худой. Он внимательно ощупывал хомут, и, похоже, остальное его мало волновало.
– Да о том, что Черную Падь спалили дикари и прошли дальше вдоль границы. Вырезали Восточный, совсем обнаглели.
– И че? – скучающе спросил худой.
– И то. Скоро новеньких туда погонят, мне кум в крепости сказал, можно будет хорошо наторговать.
Худой мгновенно преобразился.
– Я в деле, – тихо проговорил он. – Помалкивай, сейчас скупим топоры, пилы, лопаты. Кузнечный инструмент.
Заметив, что офицер прислушивается к их разговору, они отошли в сторону.
Напротив приезжий купец лихо торговался с продавцом меда и воска.
– Мед прошлогодний, – брюзжал он.
– Как прошлогодний?! – возмущался продавец. – Мед разнотравья этого года, еще не густой, прозрачный как слеза. А какой целебный! – Торговец, расхваливая качество, пощелкал языком.
– Да ладно говорить мне глупости. Я же вижу, что ты его просто растопил. Вон видишь внизу муть?
– Какая муть? То пыльца… Пыльца с крыльев тифлингов…
Артем оставил спорящих и прошел к лавке знахаря. Войдя в деревянную халупу, он увидел в полумраке старика. За его спиной на стене висели пучки трав. На широкой обшарпанной стойке перед ним выстроились глиняные баночки.
– День добрый, отец. Чем торгуете?
Старик посмотрел из-под косматых бровей на Артема, блеснул острым взглядом и ответил:
– А ты сам посмотри.
– Да вижу. Но мне этого не надо. Нужны листья бессмертника, корень лопуха и почки кедра.
– Алхимик? – спросил старик.
– Он самый, отец.
– Есть у меня такой товар, только все гошпиталь забирает. Ты не оттуда?
– Пока нет, – немного смутился Артем, – только прибыл. – Он не ожидал, что здесь, в простой лавчонке, будут ингредиенты для эликсира исцеления.
Старик прищурился и хитро поглядел на мага.
– Дашь цену больше, отдам тебе товар, мил-человек.
– На сколько больше?
– Задирать цену не буду. Пучок травы – двадцать брахм.
– Идет, – не торгуясь, кивнул Артем. – А еще есть что для алхимика?
– Есть, а как же. Но товар необычный.
– Это как? – удивился Артем.
– Части зверушек… и сердце зомби, – тихо, заговорщически проговорил старик.
Артем недоуменно посмотрел на продавца.
– Пока-азывай, – заинтригованно отозвался он.
Старик достал из-под стола медный таз, в котором находились мешочки, и стал выкладывать по одному перед Артемом.
– Железа огненной саламандры. – Дед открыл мешочек и показал засушенную загогулину.
– А для чего сей ингредиент нужен?
– Из него шаманы дикарей огненную бомбу делают.
– Бомбу? И что за рецепт?
– А кто его знает! Ты алхимик, тебе видней.
– Ясно, что еще есть?
Старик степенно показывал ему сушеные конечности, косточки, но что с ними делать, он не знал. Последним показал сердце зомби.
Подумав, Артем по дешевке купил железу саламандры и сердце зомби, рассудив, что будет экспериментировать, тем более что сердце зомби дикари используют для заживления ран.
Попрощавшись, он походил по другим лавкам. К его удивлению, ассортимент товаров был широк, а продавцы знали толк в алхимии. Потратив два барета, довольный Артем возвратился в крепость.
Сходил поужинать и завалился спать. Завтра его ждет новое назначение.
Утром он позавтракал и с хорошим настроением отправился в штаб. Его жизнь поменялась к лучшему. Теперь он не запуганный страхом быть сожженным на костре ученик. Он офицер-маг пограничного полка его королевского величества. Человек, облеченный властью, по статусу находящийся между простолюдинами и дворянами.
В строевой части его встретил штаб-поручик. Он как-то странно посмотрел на Артема и поднялся со своего места.
– Доброе утро, – поздоровался Артем.
– Доброе, мессир, – кивнул Бользе. Он протянул Артему лист с приказом. – Сим приказом, мессир Артам, вы назначаетесь исполняющим обязанности начальника погранзаставы в поселке Черная Падь. С совмещением должности мага заставы.
Артем принял приказ не моргнув глазом. Внимательно прочитал и посмотрел на штаб-поручика. Вспомнив разговор двух мужиков на рынке, произнес:
– Насколько я знаю, Черную Падь сожгли дикари. Там что, остались солдаты?
Офицер чуть сузил глаза, только этим показав удивление осведомленностью мага, но спокойно ответил:
– Нет, солдат там не осталось. Вам надлежит принять под командование полсотни рейтаров. Получить на них довольствие и через десять дней убыть к месту службы, сопроводив туда новых поселенцев.
– Ага, понял, – кивнул Артем, нисколько не обескураженный таким назначением. Ему было все равно где служить, а быть царем и богом на заставе – еще лучше. Чужих глаз нет, делай что хочешь.
Он еще раз внимательно изучил приказ. В нем проснулся педант старой закваски. Все знания былой службы в армии России с ее крючкотворством всплыли в его памяти. Тут надо ухо держать востро, не успеешь оглянуться, как оставят голым и босым. Тут недописали, там недодали, этот забыл, а другой не понял.
«Плавали, знаем», – подумал Артем и решил обстоятельно все изучить, задавать вопросы не стеснялся.
– Здесь нет указаний, господин штаб-поручик, о двойном жалованье, – спокойно проговорил Артем. – Я буду совмещать две должности, и, значит, мне положено денежное довольствие как за мага заставы, так и за начальника погранзаставы. Кроме того, я хотел бы ознакомиться с инструкцией для мага и начальника заставы.
Он не знал, верно ли его утверждение, но прослыть дураком тоже не хотел. Если что, его поправят. А не спросишь, запросто надуют, а потом скажут, что он сам должен был все это знать.
Но он попал в точку. Офицер забрал приказ и, делая вид, что внимательно перечитывает, углубился в его изучение.
– Да. Вы правы, мессир, мы сейчас все исправим. Есть ли у вас еще какие-то вопросы?
– Есть, – кивнул Артем. – Где я могу принять личный состав и его имущество? – Он говорил как опытный служивый, и штаб-поручик бросил на него быстрый взгляд.
– Мессир Зольд вас поднатаскал? – не то спросил, не то утвердительно констатировал он. – Личный состав найдете в казармах, спросите у дежурного сержанта, где сейчас находятся новобранцы. У них еще нет имущества. Вам надлежит его получить.
– Где можно ознакомиться со списком положенного довольствия для бойцов заставы?
Артем задавал правильные вопросы, и, глядя на его глуповатое лицо, штаб-поручик начинал нервничать.
«Кто он такой? – думал Бользе. – Слишком спокоен. Слишком уверен. От глупости? Но нет, судя по его знанию армейской службы, он неглуп. Это просто маска! – догадался он. – Маска? Тогда это может быть агент Пятого отделения жандармерии? А что, вполне вероятно. Ишь как спокоен. Не боится, знает, что за ним стоят влиятельные силы. Надо сделать все правильно. Отдать ему все, что положено. Это может быть проверка. Потом скажут, что не дал положенное, потому что хотел украсть. Жандармы, чтобы показать, что не напрасно едят свой хлеб, любят так делать. Они ненавидят военных, а те отвечают им той же монетой».
– Я дам вам список положенного довольствия и требования на его получение. Пошлете капралов, и они все получат. Все понятно?
– Почти. Денщика мне взять из числа полсотни?
– Мм… да.
– Я бы хотел денщика из тех, кто уже послужил, господин штаб-поручик.
«Точно из жандармов, как же я так оплошал? – У Бользе заныли зубы. Но, вспомнив о дополнительном дипломе мага, он несколько успокоился. – Если что, скажу, что ориентировался на его диплом охотника на шаманов».
– Хорошо, мессир, мы удовлетворим вашу просьбу и выделим вам денщика из старослужащих. Вот папка с документами, ознакомьтесь. Ее можете оставить у себя. Это инструкции.
Артем, подождав, пока перепишут приказ, и вложив его в папку, направился на выход.
Ему вслед смотрели три пары глаз.
«Ну отец Ермолай, старый пьяница, вот подставил так подставил», – вытерев со лба выступивший пот, подумал Бользе.
В казарме Артем спросил у дежурного, где найти полусотню новобранцев.
Дежурный сержант хмыкнул:
– На хоздворе, мессир, где же еще. За конюшнями.
Артем пошел на хоздвор, прошел мимо полупустых стойл, открытых настежь ворот конюшен и вышел к черному выходу из солдатской столовой. Там на пеньках сидели и играли в карты пять капралов. Несколько человек рубили дрова, а большинство воинов, сняв мундиры, дремало в тенечке. Несколько новобранцев лопухами отгоняли мух от двух парней, лежащих на соломе. Если это не дедовщина, то альтернативный центр управления его воинским коллективом. А этого Артему в его отряде никак не надо.
«Да уж, – подумал он. – С этим войском прямая дорога к смерти. Быстрой и неотвратимой».
Он подошел к играющим. Те подняли глаза, увидели молодого мага и продолжили играть.
– Я ваш новый командир, – негромко произнес он.
– Ясно! – отозвался молодой безусый крепыш. – Присаживайся, ваше магичество, поиграем, поговорим.
Артем отошел. Сплел заклинание цепной молнии и направил на крепыша капрала с красиво подбритыми усиками и наглым взглядом бывалого служаки. Молния врезала тому прямо в темечко, пробежала по четверым капралам, опрокинув их навзничь, и умчалась к дремавшим бойцам. Послышались крики, и все вскочили, кроме крепыша, тот с обожженной головой лежал у пенька. Артем вновь сплел заклинание цепной молнии и направил на двоих, которых обмахивали лопухами-опахалами. Снова раздался испуганный крик боли. Запахло озоном.
– Постройте личный состав! – как ни в чем не бывало приказал Артем капралам.
Те суматошно забегали, громко выкрикивая команды, новобранцы, похватав свои мундиры, бестолково суетясь, стали строиться. Артем пригляделся к своим солдатам. Все они были разного возраста, некоторые с наколками.
«Блатные, что ли?» – подумал он.
Его догадки вскоре стали переходить в уверенность. По тому, как вели себя солдаты, он понял, что половина из них сидельцы – уголовники и тому подобная братия.
«Настоящий штрафбат», – поеживаясь, подумал Артем, но вида, что немного испугался, не подал. Он дождался, пока капралы тычками расставят воинов в две шеренги по десяткам, и скомандовал зычно и резко, так что все вздрогнули от неожиданности:
– Смирно, сукины дети!!! Капралы, ко мне!
Четверо немолодых воинов вышли из строя и встали перед Артемом. Они боялись на него смотреть и, опустив глаза, разглядывали носки сапог. Но он чувствовал их озлобленность и враждебность.
– Поставьте на ноги этих олухов, – указал он рукой на зашевелившихся капрала и солдат, лежавших до этого в беспамятстве. – Если не встанут, просто прирежьте их. Такие дурни на службе его величеству не нужны.
Равнодушный, бесстрастный голос мага вкупе с глуповатым выражением лица подействовал на всех словно яд. Они даже задохнулись и дышали через раз. Солдаты поняли, что он так и сделает, просто и без затей прирежет любого. В их душах поселился страх, а на лицах читалось: «Да он маньяк!»
Услышав приказ, лежащие с трудом встали на карачки. Им помогли солдаты и, держа под руки, подвели к магу. Вид у обожженных вояк был неприглядный. Почерневшие лица, дымящиеся остатки волос, расфокусированный взгляд произвели на остальных сильное впечатление.
– Оставьте их и встаньте в строй! – приказал Артем.
Он наложил на раненых малое исцеление и подождал, пока они придут в себя. Увидев, что те оправились и готовы его слушать, сказал:
– Меня зовут мессир Артам. Я теперь ваш командир и маг. Я вижу, что здесь собраны нарушители закона и уголовники. Моя задача – сделать из вас настоящих воинов, и я их из вас сделаю. – Он оглядел понурившихся командиров. – Кто старший среди капралов?
– Я, капрал Воржек, мессир, – поднял голову с торчащими остатками волос крепыш, самый молодой среди командиров.
– Доложи, за что ссылаешься на заставу, и представь остальных.
Крепыш потоптался на месте, но все же заговорил:
– Избил подчиненного, мессир. До полусмерти.
– За что?
– Крыса… Воровал.
– Ясно. Другие?
– Капрал Стерг, командир второго десятка. – Услышав свое имя, высокий статный капрал поднял голову. – Ушел в самовольную отлучку к жене купца. А тот возьми и появись не вовремя.
– Стерг, сам доложи, что было дальше, – приказал Артем.
– Я, мессир, его избил и удрал, а он пожаловался командиру части. Меня он опознал. Дали двадцать плетей, и вот…
– Следующий.
– Капрал Гронт, – выпрямился усатый воин с большими черными глазами и крючковатым носом, похожий на армянина или азербайджанца. – Отправлен на заставу за пьянство. Десять плетей.
Артем кивнул.
– Капрал Мозарь, карточные игры. Обжулил вахмистра… Вернее, так он сам сказал.
– Шулер? – спросил Артем.
– Не совсем… – уклонился от ответа Мозарь. – У меня память хорошая.
– Ясно. Следующий.
– Капрал Шпонка, сон на посту… Но я до этого трое суток не спал, – поспешил добавить он.
– Встаньте в строй.
Артем подождал, пока капралы займут свои места в строю, и пошел вдоль него, объясняя всем, кто они такие:
– Жизнь ваша – полное дерьмо и сами вы полное дерьмо. Сейчас вы духи бесплотные, и каждый, кто отслужил год, может вас мордой окунуть в дерьмо.
Подойдя к худому парню лет тридцати, у которого руки были в наколках, заметил его презрительную ухмылку. Остановился возле него.
– Уголовник? Сколько отсидок? Какая масть? – спросил Артем.
Тот лишь сплюнул между зубов на землю.
Артем без замаха, как делал это мастер-алхимик, ударил новобранца в живот. Тот охнул и согнулся. Артем пошел дальше.
– Кем вы были до армии, не важно. Важно, что сейчас вы никто и зовут вас никак. Вы не заслужили имен, поэтому будете под номерами от одного до десяти в каждом десятке. Особо тупые будут иметь клички. Вот этот, – Артем обернулся и так сильно пнул согнувшегося воина сапогом, что тот упал на землю, – будет Дерьмо. Потому что выглядит как дерьмо и воняет как дерьмо. Какая у него кличка? – спросил Артем.
Строй промолчал. Артем отошел, создал заклинание цепной молнии, направил на крепыша и запустил его. Электрическая кривая дуга прошлась по всем. Крепыш вновь рухнул как подкошенный.
Артем хорошо усвоил урок бригадира рэкетиров: «Ломать нужно сразу, не разговаривая. Чтобы понимали серьезность намерений. Начнешь разговаривать, пугать и только затянешь время…»
Он также понял, что этого парня остальные боятся, а бояться должны только его. Значит, у этого бандюгана есть подельники – целая банда.
Подождав, когда солдаты придут в себя и успокоятся, Артем продолжил воспитание.
– Какая у него кличка? – повторил он вопрос, и солдаты нестройно загалдели:
– Дерьмо… Дерьмо… Дерьмо…
Четверо промолчали. Артем указал на них пальцем:
– Ты, ты, ты и ты, выйти из строя.
Проталкиваясь, четверо солдат, жилистых, с пожелтевшими лицами, вышли и замерли, опустив глаза к носкам сапог.
– Значит, вы считаете, что он не дерьмо? – спросил Артем.
Ответом ему было молчание. Артем подлечил раненого и приказал:
– Эти парни отказываются назвать тебя дерьмом. Избей этого! – указал он на ближайшего.
Парень в наколках замер, его взгляд затравленно заметался.
– Если ты их изобьешь, то будешь иметь номер, а они будут дерьмом. Нет, ты будешь сейчас на глазах остальных жрать вот это дерьмо. – Артем указал на конские «яблоки», повсюду валявшиеся на хоздворе.
Артем ожидал от парня реакции и не ошибся: тот бросился на него. Но «искорка», впившаяся ему в голову, ошеломила его. Следом Артем ударом сапога между ног заставил его согнуться.
– Нападение на офицера карается смертной казнью через повешение, – спокойно произнес Артем. – Но такой радости этому дерьму я не доставлю.
Артем ударил сапогом по разинутому в немом крике рту. Нападавший солдат упал навзничь, его лицо заливала кровь. Он широко открывал рот, стараясь захватить им воздух, и корчился на земле. Носком сапога Артем зашвырнул ему в рот конский помет и землю. Бывший бандит закашлялся и стал сплевывать.
Артем специально был предельно жестоким. Вожака нужно сломить морально, чтобы упал его авторитет. Если бы ему дали рейтаров, отслуживших хотя бы полгода, все было бы по-другому. Но этот сброд прирежет его в дороге и разбежится. Страх и только страх этих бывших преступников мог сохранить ему жизнь.
Сверху на него смотрела Агнесса.
– Арчи, – обратилась она к ангелу.
Тот был одет в местную одежду и чистил щеткой невысокие сапоги на шнуровке. Арингил поднял голову и вопросительно уставился на девушку.
– Арчи… – Агнесса стала привычно называть ангела коротким именем, и он был не против. – Тебе не кажется, что Артем слишком круто забирает? Он такой жестокий… Я и подумать не могла, что он так может обращаться с людьми.
Арингил тоже посмотрел на Артема, который стоял перед строем солдат.
– Это не люди, – спокойно ответил Арингил. – Это новобранцы и, мне кажется, уголовники.
– Ну да, уголовники, но все же…
– Артем прошел перекресток и сейчас делает то, что должно спасти ему жизнь. Видишь, путь до следующего перекрестка виден хорошо, значит, он действует правильно. А жестокость – необходимая мера. Для того чтобы подчинить себе этих бандитов, они должны его бояться. Такие люди понимают лишь силу и страх. Этому он научился на Земле.
– Ну и порядки у вас там, – покачала головой Агнесса. – Жуть.
– Нормальные порядки, как и везде. Мы когда к твоим родителям пойдем?
– Скоро. Мама должна стол накрыть…
В воздухе раздались два негромких хлопка, и напротив Арингила появились два тифлинга.
Парни изучающе оглядели ангела.
– Бледный он какой-то, – проговорил высокий, с широкими плечами и крупным, выдающимся вперед подбородком. Если бы не этот несоразмерный выступ на лице, его можно было бы назвать красивым. – Болеет, что ли? – закончил широкоплечий.
– Привет, ребята. Вы кто? – удивленно поздоровался Арингил.
Агнесса фыркнула:
– Ухажеры тех дур, что ты выгнал.
– Да, – подтвердил второй, что был пониже и с короткими волосами, зачесанными сбоку на пробор.
Широкоплечий толкнул его локтем:
– Ты че, они не дуры.
– А я и не говорил, что они дуры, – беззлобно огрызнулся низкий. – Я хотел сказать, что мы парни тех девчонок… которых прогнал этот бледнолицый. А ты, чужак, – он посмотрел на ангела, – сейчас огребешь! Нечего наших девчонок оскорблять.
– Они сами себя оскорбили. – Перед Арингилом встала Агнесса. – Вы за ними лучше следите, а то приперлись сюда без трусов, совсем стыд потеряли.
– Без трусов? – удивился широкоплечий.
– Без трусов, – передразнила его Агнесса. – Потрахаться захотели, а летели отсюда, сверкая срамом.
– Да не было там ничего видно, – решил смягчить ее слова Арингил. – Одни волосы…
– Ах ты! – возмутилась Агнесса. – Ты подсматривал?
– Да ничего я не смотрел. Сверкнули голыми задами, и все. Ты же тоже видела.
Тифлинги смотрели, как препираются эти двое.
– Пошли отсюда, – наконец сказал высокий. – Я говорил тебе, бросать их надо.
И пока Арингил оправдывался перед разъяренной Агнессой, они исчезли.
– Тебе что, кобель, меня мало? На мой зад любуйся!
– Да я чего? Я ничего. Я это… любуюсь…
– Правда? – не поверила тифлинг.
– Правда.
– А почему не говоришь об этом?
– О чем, Агни?
– Что у меня задница красивая…
– А он стесняется, – ответил за Арингила Иль. Новый бог отверженных неожиданно появился на полянке. – Ссоритесь?
– И ничего не ссоримся, правда, Арчи?
– Правда, – вздохнул тот. – Мы тут у всех на виду… И почему у всех есть дома, а у нас нет? Живем на поляне, как…
– Как полевые цветочки, – проворковала бабуся Агнессы.
– Дома у вас нет, потому что Хранитель вас отверг и не дает часть своей энергии на то, чтобы вы обустроились, – ответил Иль. – А я не могу ее открыто дать… но могу сделать для вас укрытие. Вот, пожалуйста. – Он потянул кольцо в траве и поднял крышку люка.
Агнесса через его плечо заглянула вниз.
– Так это погреб, – разочарованно произнесла она. – Нам что, в погребе жить?
– Не погреб, а убежище, – назидательно пояснил Иль. – Обустраивай его, создавай уют. В общем, сама, все сама, а я пошел, некогда мне.
– А приходил зачем? – спросил насупленный Арингил.
– Зачем приходил? – задумчиво переспросил веснушчатый парень с лихим непокорным вихром на затылке. – Представляешь, загляделся на задницу твоей невесты и забыл. Ну пока.
Иль исчез, и за ним исчезла бабка, оставив после себя клубы дыма от сигареты. Два хранителя молча уставились на темный зев убежища.
– Как обустраивать будем? – спросил Арингил.
– Маму позову, она поможет, – отозвалась Агнесса и со смехом столкнула ангела в подземелье.
– Кто не хочет быть дерьмом, бейте этих уродов. – Артем указал рукой на четверку прижавшихся друг к другу бандитов. А в том, что они были бандиты, он не сомневался.
Строй замер, но, увидев, что маг стал творить свое убойное заклинание, бросился на четверых. Первыми помчались капралы. Видимо, эта банда успела достать всех. Били их толпой, мешая друг другу, толкаясь и крича.
Подождав, пока сбитые с ног бывшие уголовники перестали защищать головы руками, Артем остановил побоище.
– Хватит! – крикнул он. – Встать в строй!
На этот раз его послушались сразу. Перед ним стояла волнистая линия напуганных новобранцев с посеревшими лицами. Теперь это были послушные овцы. Артем удовлетворенно вздохнул, подлечил избитых и осмотрел посиневшие, опухшие лица пятерых непокорных уголовников. В их глазах он видел ненависть вперемешку с ужасом.
– Ты! – Он указал на того, кто жрал «яблоки». – Идешь в первый десяток, твое погоняло Дерьмо. Повтори!
Новобранец сверкнул глазами и промолчал.
Артем приказал его понедельникам:
– Избейте его!
Ответственности за свои действия он не опасался. Жизнь новобранца не стоила и тех денег, что выплачивало ему казначейство. Оправдаться он сумеет. Скажет, что они напали на него, и все. Ему поверят. А вот за свою жизнь он опасался всерьез.
Четверка замерла и вдруг бросилась на Артема. Это он тоже предвидел. Так просто бандиты сдаваться не хотели, они хотели умереть, но не уронить своей разбойничьей чести. Хотя какая там честь, одно позерство и тупость. Сильные, наглые, спаянные общим прошлым, они представляли весьма существенную силу в его отряде.
Он быстро активировал на себе заранее заготовленное заклинание усиленной ледяной брони и взорвал ее. Бандитов разметало как щепки. Раны были неглубокие, а вот ушибы от кусков льда превратили их в беспомощных кукол, валяющихся на земле. Артем с терпением стоика снова подлечил неугомонных бандитов.
Когда те, шатаясь, вновь стояли перед ним, он бесстрастно приказал четверым избить своего лидера – парня в наколках.
Один из четверых не выдержал и слабо ударил вожака в живот, но и этого хватило, чтобы тот упал.
– Становись во второй десяток, – приказал ему Артем, – будешь номером. А этих, – Артем указал на остальных, – побьет первый десяток. Начали! – скомандовал он.
Его команда словно подхлестнула строй.
Новобранцы с злобным ревом словно псы сорвались с цепи. Они сбили с ног полуживых, избитых несчастных уголовников и с минуту месили их ногами.
Через пятнадцать минут четверо беззубых подлеченных и слабо стоящих на ногах новобранцев покачивались пред его ясными очами.
– Если не выполните мой приказ, – равнодушно глядя на них, произнес Артем, – вас накормят конским пометом.
Он четко для себя решил: или сломит их, или убьет. Другого выбора он не видел. И бандиты это поняли. Жажда жизни была сильнее воровского братства. Четверо волками уставились на своего мучителя.
– Избейте его!
И все! Они сломались. Артем видел их злобу, их страх, их обреченность и тоску во взглядах. Это были не люди, это были забитые существа, почти звери, готовые выполнить любой его приказ. Они сами оказались в той ситуации, которую устраивали своим товарищам, и очертя голову с обреченным воем бросились на вожака и втоптали того в землю.
– Хорошо, хватит, – остановил их Артем.
Тяжело дыша, четверо бандитов разошлись по своим десяткам. Артем их специально разделил. Теперь им будет трудно скооперироваться, да и не захотят они после всего.
– Ну а ты так дерьмом и останешься. – Артем перешагнул через тело вожака. Он приблизился к строю, который даже дышать перестал при его приближении. – Кое-кто может подумать, что сумеет со мной поквитаться в походе, – очень спокойно произнес Артем. – Так я скажу всем умникам. – Он достал костяной нож, и тот окутался зловещим зеленым сиянием. – Я того умника зарежу и сделаю из него зомби. Мне все равно, как вы будете служить его величеству, живыми или мертвыми.
Он говорил скучающим, равнодушным голосом, и все сразу поверили и прониклись. Этот маг так и сделает. Он ненормальный.
– Капралы, отведите личный состав в казармы, тех, кому нужно лечение, сопроводите в госпиталь. Через час построение на плацу, будем учиться маршировать.
Он с легкой усмешкой смотрел, как нестройной змейкой его солдаты потянулись вон с хоздвора.
Из столовой выглянул повар.
– Эй! – крикнул он. – А кто дрова будет рубить?
– Ты и будешь, – весело ответил Артем.
– Я пожалуюсь…
– Жалуйся.
Проводив рейтаров до казармы, он пошел на склад. Кто-кто, а ушлый толстяк за мзду подскажет ему, как действовать дальше.
Увидев мага, толстяк, которого звали Алерт, хитро прищурился.
– Какие-то проблемы? – спросил он.
«Уже знает», – догадался Артем.
– Алерт, я понимаю, что сам не справлюсь. Мне нужна помощь, и я готов за нее отблагодарить. Сам понимаешь, отправляют, можно сказать, на смерть.
– Понимаю, – посерьезнел толстяк. – Полбарета.
Артем без возражений выложил пять руклей.
– Требование давай, – забрав деньги, панибратски заговорил кладовщик, но Артем не обращал на это внимания. Для него важнее было то, что этот толстяк мог оказать нужную и своевременную помощь. Не бесплатно, конечно, но с этим можно смириться, потому что не обманет.
Артем протянул ему требование на получение имущества. Углубившись в чтение, толстяк некоторое время молчал.
– Мессир, тут есть вещи, которые вам не нужны, и нет тех, что могут понадобиться. Вы приедете на пепелище. Вам нужны будут топоры, пилы и лопаты. Первое время будете жить в землянках. Кожаные лосины и зимнее обмундирование не нужны, а вот бурки пригодятся. К зиме вас местные снабдят меховой одеждой. Вы оставьте мне все требования, а я их разнесу сам. У вас останется еще пятнадцать талонов в офицерскую столовую. Пять дайте мне, пять отдадите казначею и пять смотрителю конюшни. За день до отъезда получите все, что полагается. Не обманем. Но приходите за имуществом и продовольствием сами, капралов не посылайте.
– Я тебя понял. Держи требования, – обрадовался Артем. – Но соберите мне все не за день, а за два до отбытия.
– Да как скажете. За два так за два.
Пообедав, Артем вывел свою полусотню на полковой плац.
– Каждый боец должен знать свое место в строю, – назидательно произнес он. – Разойдись!
Новобранцы не спеша стали расходиться.
– Отставить! Команду нужно выполнять быстро!
Толпа одетых в форму людей стала хаотично кружиться, жужжа, как потревоженный улей, толкаться и ругаться, стараясь занять свое место.
Артем понял, что учить придется через разряд молнии. Но здесь, на плацу, он не хотел ее применять, слишком вызывающе и заметно это будет.
– Шагом марш на хоздвор.
Через полчаса перед ним стояла ровная шеренга рейтаров с торчащими во все стороны волосами. Капралы сбили кулаки в кровь, уча свои десятки, но добились четкого выполнения команд. Через час новобранцы умели строиться в две шеренги и в колону по три. Так и пошли на обед.
А за Артемом прибежал вестовой и передал, что его вызывают в госпиталь.
Госпиталь находился слева от конюшен, в старом бараке. Артема встретил маг-целитель. Он хмуро посмотрел на него и, сложив руки на животе, строго спросил:
– Вы что это себе позволяете, мессир? Только что прибыли и уже калечите солдат. Я доложу по команде!
Артем сделал удивленный вид.
– А кто покалечен? И при чем здесь я?
– Как это при чем?! – возмутился наглости молодого мага целитель. – Приходили избитые солдаты из молодого пополнения, без зубов… На них места живого не было!
– И что? Солдаты из бандитов. Сами знаете. Подрались между собой. Кто-то стал калекой, мессир, или такое у вас впервые? Сомневаюсь. Я их подлечил и отправил к вам. Если что, калеками они стали здесь. А докладывать можете кому угодно. – И, не давая тому вставить хоть слово, напористо продолжил: – Мне, мессир, из этого отребья солдат его величества сделать надо. – Он с вызовом посмотрел на целителя. – Или это вы хотите поехать с ними на границу?
Маг, не ожидавший от юнца такой отповеди, часто заморгал.
– Вы за это ответите! – взвился он и погрозил пальцем.
– Отвечу, – безмятежно отреагировал Артем. – У вас все? – И, не дожидаясь ответа, пошел прочь.
Будут тут еще всякие штатские права качать.
До вечера его полусотня училась маршировать на плацу. Под конец дня его вызвали в штаб.
Дежурный офицер штаб-поручик Бользе, нахмурившись, рассматривал молодого мага. Тот стоял спокойно и преданно смотрел на офицера, словно новорожденный теленок на мать.
«Тупой, что ли?» – подумал Бользе. Молчание затягивалось.
– На вас, мессир, поступили две жалобы. Вы сорвали хозяйственные работы по рубке дров и увели новобранцев, затем допустили драку среди них. Вы понимаете, что это непозволительно? Так начинать службу сродни предательству. Что скажете в свое оправдание?
К его удивлению, молодой маг не испугался и твердо заявил:
– Сродни предательству заставлять молодое пополнение заниматься хозяйственными работами, когда на боевое слаживание полусотни отвели десять дней. Солдаты – бывшие уголовники, и вы хотите, чтобы они защищали границу королевства? Да они разбегутся сразу, если их не приучить к дисциплине и порядку. Я хочу думать, что это все же непродуманность некоторых командиров, а не злой умысел, господин штаб-поручик. Налицо подрыв боеготовности полка. Кое у кого это может вызвать вопросы, – многозначительно произнес Артем.
Штаб-поручик от удивления раскрыл рот и уставился на мага.
«Кто он такой, черт возьми?! Ишь как чешет, словно… словно…» – Додумать он не успел, вошел начальник строевой части и вежливо поздоровался с магом.
– Тренируете своих людей? – спросил поручик и, когда Артем кивнул, продолжил: – Правильно, мессир, времени у вас мало, а сделать нужно много. Вы идите. Мы вас не задерживаем.
Артем слегка кивнул и вышел.
– Кто он такой? – спросил ротмистр поручика.
– Думаю, что ревизор, – понизив голос, ответил Бользе. – Из жандармов.
– И ты его определил на заставу? Ты с ума сошел!
– Не все так плохо. У мальчика диплом охотника на магов. Ему там самое место, никто не придерется. И от нас подальше. Не трогай его, пусть делает что хочет, а то он уже обвинил нас в подрыве боевой готовности полка.
Они выглянули из окна на плац. Там, четко печатая шаг, шагала полусотня.
– Надо же, и дня не прошло, а уголовники строем ходить научились, – удивился поручик. – А если они его зарежут?
– Мы их казним.
– Тоже верно. Ты сегодня куда идешь?
– В салон к мадам Блон.
– Завидую, а я до утра дежурить буду. – Он еще раз кинул взгляд на молодого мага, что стоял и смотрел на солдат, и отвернулся.
«Шеф-штандарта нет, пусть делает что хочет, лишь бы побыстрее убирался отсюда», – подумал он.
Утром после завтрака полусотня получала оружие и кирасы. Артем, сидя на лавке, наблюдал за этим и с огорчением понимал, что многие вообще не знают, что с этим делать. Капралы суетились между бойцами, объясняя и вбивая кулаками знания.
Хлопнула входная дверь, и вошел прихрамывая немолодой, но и не старый, не пойми какого возраста, невысокий, плотный солдат. Артем по привычке глянул на него и оценил. Выправка хорошая, взгляд спокойный, усы подстрижены, прихрамывает вследствие ранения.
Хромой подошел и ударил себя в грудь кулаком.
– Рейтар Козьма, – представился он. – Направлен к вашмилости денщиком. Что изволите приказать?
– Присядь пока, Козьма.
Хромой степенно сел и без интереса стал смотреть на суету.
– Сколько отслужил? – все так же поглядывая на своих солдат и размышляя о чем-то своем, спросил Артем.
– Восемь весен и семь зим, вашмилость.
– Зови меня «мессир».
– Слушаюсь, мессир.
– Ранение?
– Да, мессир, стрела попала в колено.
– Где до этого служил?
– Сначала граница, потом гошпиталь. Помощником фельдшера.
– Почему тебя отправили вновь на границу с нами?
– Да кто ж его знает… Приказали.
– Видишь, какие бойцы? – поинтересовался Артем.
– Вижу, мессир.
– Не боишься?
– Да как сказать? Сам таким был. Обтешутся.
– А успеют?
– Может, да… Может, нет…
– Странно, – произнес Артем, – солдаты не обучены и сразу на границу… Такое часто бывает?
– Бывает. Когда большие потери. Но редко.
– Понятно. Может, что посоветуешь, Козьма? – Артем присматривался к бойцам, подмечая тех, кто лучше других справлялся с амуницией. – Нам, как ты понимаешь, выжить нужно.
Козьма с уважением посмотрел на мага.
– За девять дней их многому не научишь, – не спеша начал рассуждать Козьма. – Хорошо бы определить тех, кто лучше других усваивает воинское умение. Их в первую линию поставить. Тех, кто лучше из лука стреляет, во вторую. А неумех… тех тренировать до седьмого пота. Тока сложно будет. Бандиты, они и есть бандиты. Могут и прирезать ночью. Бывало такое. – Он помолчал и все же закончил свою недлинную речь: – Потому их сначала в учебке обламывали… До трети вешали… Остальные остепенялись.
– Считаешь, нас специально на погибель гонят?
– Да кто ж его знает… – дипломатично отозвался денщик.
– Ладно, прорвемся. – Артем поднялся с лавки и хлопнул в ладоши. – Всем внимание. Берем свое снаряжение и выдвигаемся на учебный полигон. Капралы, выводите и стройте личный состав. Козьма, со мной. Подскажешь, если что.
На полигоне стояли столбы с деревянными палками. Вдалеке соломенные чучела и побитые, в «ранах», толстые деревянные щиты.
Строй новобранцев стоял в две ровные шеренги.
– Первый десяток, два шага вперед! – скомандовал Артем. Дождался, когда десяток остановился, и приказал: – Щиты и копья на землю. Луки в руки! – Он не знал, какие здесь использовались команды, но его поняли правильно.
– Первая шеренга стреляет по одному, справа налево… – Он осекся, сообразив, что многие могут не знать, где право, а где лево. – В левой руке лук! – Он поднял левую руку. – В правой – стрела. Начиная с первого номера и до Дерьма стреляете по пять стрел в соломенные чучела.
Артем взглянул на чучела и прикинул расстояние. Метров пятьдесят. И скомандовал:
– Первый, огонь!
Новобранец сноровисто достал стрелу, наложил на лук, прицелился и пустил стрелу. Та по дуге пролетела расстояние и вонзилась рядом с мишенью в землю. Из пяти стрел в чучело попала одна. Но и это был хороший результат.
Артем подошел к нему и забрал лук.
«Сложный, составной, натяжение килограммов тридцать», – натянув тетиву, определил Артем. Взял стрелу из колчана бойца, прицелился и с первого раза поразил мишень, достал вторую и тоже попал в цель.
Так он пропустил через стрельбу всю полусотню и отобрал десяток тех, кто оказались неплохими лучниками.
– Лучники будут составлять пятый десяток. Перестроились! – приказал Артем.
Вновь на полигоне образовалась минутная суета и толкотня. Перетасовав свое подразделение, Артем приказал:
– Лучники образуют третью шеренгу. Капрал Шпонка, уводите лучников тренироваться стрелять по мишеням. Оставшиеся подошли к бочкам и взяли в руки деревянные мечи.
Лучники ушли к мишеням, а оставшиеся четыре десятка взяли в руки деревяшки и стали ждать новой команды.
– Первая шеренга, шаг вперед и кругом! – скомандовал Артем.
Шеренга шагнула вперед и повернулась лицом ко второй. При этом каждый поворачивался, как мог. Кто через левое плечо, кто через правое.
– Запоминайте! Левая сторона та, где щит. Правая – та, где меч. Поворачиваться надо через левое плечо. Кру-у-гом! – скомандовал Артем, и по бестолково суетившимся бойцам ударил разряд цепной молнии.
Несколько человек упали, хотя их головы были защищены бронзовыми шлемами. Подлечив раненых, Артем как ни в чем не бывало продолжил тренировку. После показной «порки» сообразительность и старательность новобранцев заметно возросли. Рядом с Артемом топтался и крякал Козьма.
– Что-то не так? – спросил Артем.
– Да все вроде так… Так-то оно так, только мне непонятно, чего вы, мессир, добиваетесь?
– Пока слаженности, – отозвался Артем. – Чтобы быстро выполняли команды.
После третьего применения заклинания новобранцы пусть не четко, но очень быстро выполняли команды Артема.
– Хорошо, – удовлетворенно произнес он. – Теперь попробуйте сражаться на мечах друг против друга. И предупреждаю, если увижу, что вы не стараетесь, я применю свое заклинание.
Повторять угрозу не пришлось, новобранцы с яростью обреченных на смерть гладиаторов набросились друг на друга. Они бестолково стучали деревяшками по щитам, словно шаманы в бубны, но Артем не мешал им. Он сделал глоток эликсира концентрации и, прищурившись, подмечал все малейшие детали боя. Вот один из бывших бандитов перестал бесцельно лупить по щиту и ногой врезал зазевавшемуся противнику в голень. Тот охнул, непроизвольно согнулся и опустил щит. И тотчас деревянный меч со всего маха врезался ему в висок. Спасибо шлему, что скособочился от удара, но жизнь оплошавшему новобранцу сохранил. Второй удар сверху повалил его на землю. В руках победитель держал обломок деревянного меча. Схватка продолжалась еще минут пятнадцать, бойцы стали уставать, их движения замедлялись, и они начинали понимать, что мечом махать – это не похлебку хлебать. Все реже они стали бить по щитам и чаще выискивать щель в защите. Артем выделил тех, кто мог держать в руках меч, их было пятнадцать. Он решил оставить двадцать мечников, что будут тренироваться с мечами, остальных он определит в копейщики. Еще через десять минут деревянные мечи в руках новобранцев стали тяжелыми, словно ломы. Их еле-еле поднимали и наносили слабые удары.
Артем остановил схватку и пошел вдоль шеренги тяжело дышавших новобранцев, в изнеможении опустивших руки. Он указал на нескольких бойцов и приказал им выйти из строя.
– Вы будете мечниками и составите четвертый и третий десятки. Гронт, Мозарь, забирайте их.
Похожий на армянина капрал Гронт оказался ловким бойцом и несколько раз в учебной схватке «убил» Стерга.
– Гронт, бери эти два десятка, учи их приемам боя на мечах. Капралы Воржек и Стерг, у вас будут копейщики. Воржек командует первым десятком, Стерг – вторым. Ставьте новобранцев в две шеренги без копий. Стерг, твой десяток с разбега старается проломить строй. Приступили к тренировке.
Артем оставил их тренироваться, а сам подошел к денщику.
– Козьма, что скажешь по учебе?
– Скажу, что вы делаете все верно… Только не по-нашему. Но времени у нас нет, поэтому это то самое. На конях мало кто из них сидел, потому им лучше учиться сражаться пешими. Да и времени поднатаскать их у вас будет достаточно на заставе. Дикари второй раз на пепелище не придут, там брать нечего, так что лето, осень и зиму можно будет прожить спокойно, а может, и весну. Да-а, – протянул он и неожиданно спросил: – Где вы воинскому мастерству научились, мессир? Глядя на вас, и не подумаешь, что вы что-то умеете. Вы уж простите старика…
– Караваны охранял, Козьма, там и подглядел.
– Хм… караваны? – с неприкрытым сомнением хмыкнул Козьма. – Ежели в империи у шуаней водили караваны, то вполне могет быть. Они там по-своему живут.
Артем решил уйти от скользкой темы, но зарубку в памяти оставил. Коли денщик заметил его необычность в тренировках, так и другие тоже заметят. А там неизвестно, как дело повернется. Еще припишут шпионаж. С них станется.
«Надо уводить полусотню из крепости в лес, а лучше за реку и там тренировать», – решил он и спросил:
– Козьма, какие нужны специалисты на заставе?
Тот поднял глаза к небу, подумал и через некоторое время ответил:
– Нужны обычно шорник, фельдшер, кузнец, плотник, профос, портной, сапожник. Но, мессир, их обычно не выделяют.
– Ну то обычно, – улыбнулся Артем. – Проследи тут за порядком, а я в штаб схожу.
В штабе он вновь столкнулся с отцом Ермолаем. Тот увидел его и порозовел от радости.
– Зайди, сын мой, разговор насущный имеется, – оглаживая бороду, произнес инквизитор.
– Рад вас видеть, отец Ермолай. Благословите, – склонил голову Артем и подумал: «Вчера был богохульник, сегодня сын. Мягко стелет инквизитор».
Услышав «богохульные» наглые слова мага, меченосец чуть не зашипел, как кипящий чайник на огне, но вовремя взял себя в руки.
– Потом, все потом, сын мой.
Артем вошел в открытую меченосцем дверь. Инквизитор указал ему рукой на табурет, сам обошел стол и сел.
– Так вот, Артам. Я узнал, что ты отправляешься на границу, будешь командовать заставой. С тобой отправятся поселенцы… – Инквизитор упер потяжелевший взгляд в мага. – Так вот, – повторил он, – хочу, чтобы ты взял на себя заботу об их душах. Ты пожил в монастыре, думаю, изучил молитвы нашему Хранителю, так что можешь различить, кто праведник, а кто враг рода человеческого. Хорошо было бы, если бы ты дал знать мне о таких врагах.
– Да без проблем, – улыбнулся Артем. – Бумагу давайте.
– Какую бумагу?
– Ну там такой-то состоит на службе матери-церкви и выполняет поручения инквизиции по поиску еретиков.
– Зачем? – Отец Ермолай был сбит с толку.
– Как зачем? – сделал удивленное лицо Артем. – Согласно этой бумаге я буду проводить дознание и карать врагов рода человеческого и слать вам отчеты. А вы мне отпущение грехов.
Инквизитор воззрился на похудевшее с последней их встречи лицо мага, обзаведшегося негустой бородкой. Оно было по-прежнему простодушным, и по нему трудно было понять, этот парень дурень или только притворяется им.
– Я подумаю, – неопределенно ответил отец Ермолай. – Иди.
– А благословить?
– Благословение заслужить нужно. – Инквизитор сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла. – Ступай уже, – нетерпеливо проговорил он.
Артем поднялся и вышел. Сначала он хотел рассказать меченосцу о лесных баронах, приписав им занятия некромантией, и таким образом отомстить им, но потом рассудил, что это будет неправильно, и отказался от этой идеи. Плохие или не очень были эти бароны, но вместе с ними пострадают и другие люди. А этого Артем не хотел.
В строевой части его встретили настороженно. Штаб-поручик поднялся и подошел к перегородке.
– Чем могу служить, мессир?
– Господин штаб-поручик, в вверенной мне полусотне новобранцев нет некоторых нужных специалистов.
– Каких именно? – Офицер приподнял бровь.
– Шорник, фельдшер, кузнец, плотник, профос, портной, сапожник.
Бользе недоуменно уставился на мага:
– Обычно таких специалистов набирают из числа рейтаров.
– Так то обычно. А у меня убийцы, жулики, мошенники и разбойники с большой дороги, и капралы нарушители дисциплины, сеченные плетьми. Как видите, случай необычный. Так что попрошу предоставить до отбытия нужных специалистов. Ну кроме профоса. На нем не настаиваю.
Штаб-поручик вздохнул и вымученно улыбнулся.
– Мы постараемся удовлетворить вашу просьбу, мессир.
– Вот и хорошо. Тогда я пойду.
Артем вышел. Бользе, поджав губы, смотрел ему вслед. Когда дверь закрылась и затихли шаги уходящего мага, он повернулся к одному из офицеров.
– Меттер, посмотрите список рядового состава, кого мы можем выделить господину магу.
– А стоит ли, господин поручик? Скажем, что искали и не нашли.
– Тогда, вполне вероятно, шорника и портного найдет Пятое отделение, Меттер, и нас здесь уже не будет. Вы хотите сидеть на заставе?
– Как-то не очень, господин штаб-поручик, – ответил Меттер и открыл толстый журнал.
На следующее утро Артем встал рано и увидел, что его форма почищена, сапоги блестят, на табурете стоит таз с горячей водой. Землянин сел на кровать, спустил босые ноги на пол и уставился на таз с водой.
– Козьма! – крикнул он, и в комнату чинно вошел денщик. Через его плечо было перекинуто полотенце, в руках он держал бритву. – Козьма, спасибо… Ты что, хочешь меня побрить? – поинтересовался Артем. До этого он только подстригал жидкую бородку. Волосы на лице росли медленно, и все то время, что он пребывал в теле Артама, он не брился. Магам и священникам в армии разрешалось носить бороды.
– Если прикажете, мессир, – слегка кивнул Козьма и почтительно остановился поодаль.
– А давай! – махнул рукой Артем. Он поглядел на себя в полированное серебряное зеркало. – Усы оставь, с ними я солиднее выгляжу.
Умытый и выбритый, он после завтрака построил свою полусотню и повел ее вон из крепости. Стражники у ворот лениво отдали честь и отвернулись.
За стенами крепости Артем крикнул:
– За мной бегом… марш! – И во главе строя, гремящего щитами и копьями, побежал на холм, за которым рос небольшой лес. Вот туда-то он и устремился.
Перед лесом он остановился и посмотрел на растянувшийся кривой змейкой строй его новобранцев. Половина солдат плелась из последних сил.
«Физподготовку надо подтянуть, – подумал Артем. – Не дело это. Плетутся как беременные бабы».
– Пять минут отдыха! – приказал он. – Разойдись. Капралы, ко мне!
Дождавшись тяжело дышавших капралов, он стал объяснять свой план занятий:
– Стерг, твой десяток будет нападать из леса. Будете метать учебные дротики. Остальные выстраиваются в три шеренги. В первой шеренге копейщики, во второй – мечники, в третьей – лучники. Сейчас отрабатываете построение и отбиваете нападение. Лучники не стреляют, просто растягивают пустые луки. Это первый этап. Свободны!
Час или полтора ушло на то, чтобы отдыхающие бойцы научились вскакивать и выстраивать стену при приближении нападающих. Стерг показал недюжинную смекалку. Он со своим десятком нападал с разных сторон, одновременно рассредоточив свой десяток, и его новобранцам такая игра понравилась. Они то с криком, то молча атаковали отряд и исчезали в лесу. У многих обозленных новобранцев на лицах были синяки и ссадины. Наконец капралы догадались ставить охранение и стали замечать «противника» прежде, чем он приближался на расстояние, удобное для метания копий в сидящих бойцов. Они стали проявлять инициативу и свое умение командовать. Не все получалось, но чем дольше шла тренировка, тем реже Артем применял заклинание цепной молнии. Новобранцы выкладывались по полной, неуспевающих или зазевавшихся бойцов кулаками и зуботычинами подгоняли их же товарищи. И до обеда Артем прогнал все десятки копейщиков как нападавшими, так и защитниками. Довольный, повел их в крепость.
На запыленных и уставших солдат, входящих в крепость, смотрели оставшиеся в части офицеры. Слух о том, что молодой маг назначен командиром заставы, быстро разлетелся по крепости.
– Странный какой-то этот маг, – проронил ротмистр, командир дежурной сотни. – Смотри, как новобранцы вышагивают, держат срой, шагают в ногу. Он что, где-то уже служил? – обратился он к штаб-поручику Бользе.
– Его Страшила учил, – ответил тот. – Он еще охотник на диких магов. А Зольд, как ты помнишь, очень жестоким был, ни своих, ни чужих не щадил. До трети рейтаров вешал. Этот пока просто избивает до полусмерти. Но, как видишь, его слушаются.
– Вижу. А куда это он их водил?
– Занятия на местности, я так понимаю. Пошли обедать. Скоро он убудет на заставу.
Бользе отвернулся и вошел в штаб. За ним потянулись остальные.
Три дня Артем тренировал бойцов двигаться в лесу, отбивать нападения, действовать слаженно копейщикам и мечникам, закрываться щитами от стрел и контратаковать. Капралы уже поняли, чего добивается их командир, и старались ему помочь всеми силами. Он не жалел себя, бегал с ними наравне и вскоре завоевал у личного состава будущей заставы непререкаемый авторитет. Бойцы, движимые страхом наказания, старались как никогда в своей жизни. Они напрягались из последних сил, рвали жилы, не желая получить очень болезненный разряд молнии, и это приносило результат. Кроме того, они не были обычными обывателями. Каждый из них имел криминальное прошлое, а значит, обладал нестандартным мышлением и инициативой, пусть раньше направленной на зло, но теперь, ведомые твердой рукой молодого мага, безоговорочно приняв его как вожака, они лучше и успешнее, чем обычные гражданские люди, усваивали науку выживать. А выживание для них было преобладающим мотивом. Даже бывший главарь банды, держащей ранее в страхе всю полусотню, сдался и выполнял приказы безоговорочно.
«Затаился, – глядя на него, думал Артем, – такие гнутся, но не сдаются. Он еще себя покажет».
Постепенно Артем перешел к тренировкам выдвижения с охранением и рукопашным схваткам.
– Бейте противника не того, кто прямо перед вами, – наставлял он копейщиков и мечников, – а того, кто справа от вас, в голову. Защитились от удара противника напротив и провели колющий удар в голову того, кто перед вашим товарищем справа.
Будучи студентом-историком, Артем интересовался военными техниками владения оружием прошлого и знал один прием, приносивший римлянам победу, а они, впитывая все лучшее по миру, научились этому у этрусков. Теперь он старался применить на практике изученный им материал.
Он встал в строй и показал, как это делать. Прикрылся щитом от удара копьем «противника» и ткнул тупым концом копья в висок бойца справа. Тот хоть и знал, что будет делать маг, но среагировать не успел. Шлем слетел с него, и он схватился за голову.
На занятие в лес они бежали, а вот обратно шли и разучивали песню. Окрестная детвора сбегалась посмотреть и послушать залихватскую песню, которую во всю глотку исполняла марширующая полусотня.
– Раз, два, три, – печатая шаг в такт песни, пел запевала, а следом полсотни глоток продолжали:
– Красавица, смотри на солдата, что шагает с медалью на груди.
– Раз, два, три, – вновь выводил запевала, и полусотня подхватывала:
– Его ты только жди…
Эту незамысловатую песню Артем придумал на ходу и заставил выучить своих новобранцев. Парням она очень понравилась, и, когда по дороге появлялись местные девушки, они лихо маршировали и еще громче начинали петь, распрямляя плечи, выпячивая грудь, словно ее украшали боевые медали.
К концу восьмого дня в казарме новобранцев появились сапожник, шорник, кузнец и писарь. Приведший их сержант сказал, что других специалистов нет и не будет.
– И на том спасибо, – пробурчал Артем и отпустил сержанта.
Прибывшие специалисты, немолодые мужики, смотрели на Артема исподлобья. Слух о суровом нраве и беспощадности молодого мага уже разлетелся по крепости. Мало кто захочет служить под таким началом, и эти были не исключением.
– Мне от вас служба не нужна, – разглядывая прибывших, пояснил Артем, – мне нужна ваша старательная работа. Я ясно выразился?
Специалисты разом повеселели.
– Ясно, мессир, ясно… – загалдели они.
Артем выделил невысокого широкоплечего кузнеца:
– Будешь старшим над специалистами. Тебя как зовут?
– Маркелом, – отозвался тот.
– Так вот, Маркел, найдем еще портного и повара, и будешь ими командовать. Подам рапорт, чтобы тебе присвоили звание капрала. Но, сам понимаешь, могут и отказать. Не справишься – встанешь в строй вместе с остальными.
На прибывших с завистью смотрели новобранцы. Еще бы! Они бегают, сражаются, получают удары молний, а эти сидят себе в тепле. А много ли работы у кузнеца или сапожника? Подковал лошадь, пришил подметку и спи себе дальше.
Артем заметил их недружелюбные взгляды, брошенные на специалистов, и лишь усмехнулся. Метод кнута и пряника всегда давал отличные результаты, и Артем это знал.
Утром он пошел в штаб. Увидев его, штаб-поручик поморщился, но сразу же взял в себя в руки. Артем подал рапорт, который ему помог написать толстяк кладовщик, и простодушно посмотрел на удивленное лицо офицера.
– Что вы хотите? – спросил Бользе.
– Там все написано, господин штаб-поручик. Я согласно Уложению о пограничной заставе формирую хозяйственную группу и прошу кузнецу Маркелу, как командиру этой группы, присвоить звание капрала.
– Но это же… – начал было офицер, но замолчал, увидев, как остро блеснули глаза мага.
«Проверяет», – смекнул штаб-поручик.
– Хорошо, мессир, – уже совершенно спокойно произнес он. – Я ваш рапорт передам шеф-штандарту на подпись. У вас все?
– Все, – удовлетворенно произнес Артем.
«Как-то просто тут все решается, без проволочек. Странно это», – подумал он и вышел из кабинета.
Артам за все время пребывания в крепости не появлялся. Он как узнал, что им придется ехать на границу и что они будут командовать солдатами, закатил истерику и затаился. Артем же не стал его вытаскивать.
«Пусть себе дуется, – решил он. – Мне будет спокойнее».
За два дня до отбытия Артем сформировал обоз. Получил в свое распоряжение три фургона, загрузил их имуществом и продовольствием. Ему выделили десяток лошадей для объезда границы нарядом.
Толстяк не обманул, сделал как и обещал.
– Только вот, мессир, полковой маг отказался выдать по требованию магические зелья, – с сожалением произнес он и протянул лист Артему. – Вы уж сами с ним решите.
Артем забрал лист и согласно кивнул, отдал пять талонов на питание, поблагодарил кладовщика и ушел.
Полковой маг, к его удивлению, был трезв и мрачен. Посмотрел из-под насупленных бровей на Артема и буркнул:
– Чего надо?
У Артема чуть не вырвалось «шоколада», но он вовремя сдержался.
– Мессир, я пришел, чтобы вы подписали требование на получение магических эликсиров.
– Эликсиров? – переспросил тот. – Нету.
– Ясно, – спокойно отозвался Артем. – Может, лист бумаги найдете?
– Это пожалуйста. – Полковой маг вытащил из ящика лист и кинул на стол.
– Вашим пером и чернилами можно воспользоваться? – спросил Артем.
Полковой маг придвинул ему письменные принадлежности.
Артем сел, обмакнул перо в чернильницу и стал писать. Он сопел, перо скрипело в тишине, а старший полковой маг задремал.
– Как правильно написать, своровал или украл?
Маг приоткрыл глаза и ответил:
– И так правильно, и так. – Встрепенувшись, открыл глаза шире. – Ты что там пишешь?
– Докладную на вас, мессир, – отозвался Артем, продолжая скрипеть пером.
– Какую докладную? Кому?
– Шеф-штандарту.
Маг выпрямился и выхватил лист у Артема.
– «Сим докладываю, что старший полковой маг, мессир Стольц, пребывая в беспробудном пьянстве, разворовал все магические эликсиры», – вслух прочитал он и, пораженный, уставился на Артема. – Ты сумасшедший?
– Вроде нет, а что?
– А то!.. – злобно крикнул Стольц. Хотел что-то добавить, но, посмотрев на безмятежное лицо молодого мага, проворчал: – Давай свое требование.
Размашисто подписал и вернул лист обратно. Глядя вслед удаляющемуся молодому магу, покачал головой: «О боги! Каких идиотов сюда присылают».
Еще два дня прошло в решении хозяйственных и организационных вопросов. Артем получил предписание на убытие, и рано утром, еще до завтрака, полусотня с обозом из трех фургонов, десяти всадников и проводника покинула расположение крепости.
Поселенцев они должны были встретить за рекой.
За несколько раз паром перевез отряд. Артем, восседая на коне, подъехал к стоянке табора новых поселенцев. Два десятка обозов стояли кругом, ограждая горящие костры, и внутри занималась своими делами почти сотня поселенцев. Мужчины, женщины. Бегало несколько ребятишек.
– Кто здесь старший? – крикнул Артем вихрастому, конопатому пареньку лет пятнадцати, сидящему на возу. Тот от нечего делать пытался плевками сбить мух, ползущих по брезенту поклажи.
– Дядька Турган, – без интереса рассматривая Артема, отозвался тот.
– Позови.
– Щас, разбежался, – хмыкнул тот. – Тебе надо, ты и зови. – Паренек смачно сплюнул между зубов и отвернулся.
Артем оглядел лагерь и, создав цепную молнию, запустил ее в парня. Синий яркий зигзаг с треском прошелся по обитателям лагеря, а вихрастый, потеряв сознание, скатился с воза на землю. В лагере раздался крик, началась бестолковая суета. Кто-то опрокинул котел в костер, какая-то женщина заорала во все горло:
– Мамочки! Убивают!
Артем спокойно смотрел на мечущихся людей.
Из палатки вышел кряжистый мужик с топором в руках. Огляделся и зычно крикнул:
– А ну, цыц все! Чего разорались! Кого убили?
Постепенно крики и шум стали стихать. Люди остановились и стали недоуменно оглядываться. «И в самом деле, что произошло?» – читалось на их лицах.
Мужик увидел всадника у возов и подошел к Артему. Их разделял лишь воз со скарбом.
– Я мессир Артам, командир полусотни, что должна сопровождать ваш обоз до Черной Пади.
Мужик склонил голову, делая вид, что поклонился.
– Староста Турган, мессир. Очень приятно. Сейчас приготовим завтрак, поедим и тронемся.
– Раньше нужно было завтракать, – отрезал Артем. – Даю полчаса на сборы.
– Так это… – начал было староста, но Артем уже хлестнул коня и отъехал. Турган почесал пальцами под бородой и тихо сказал: – Ты бы, милок, у себя командовал, а к нам не лез бы.
Угрозу мага он всерьез не воспринял, а зря.
Прошло минут пятнадцать, а в лагере поселенцев ничего не изменилось. Артем построил полусотню.
– Через пять минут войдете в лагерь и тупыми концами копий погоните всех вон к тому камню. – Артем показал на огромный валун в два человеческих роста, вросший в землю. – Там всех соберете. Никого не убивать, сопротивляющихся можете избить. Начало атаки – цепная молния по селянам. Конники, вы не даете селянам разбежаться, плетьми прижимаете их к валуну. Второй десяток, раздвигайте возы.
Десять воинов подбежали к возам, расцепили их и стали оттаскивать в сторону. Мужики, увидев такие странные действия, всполошились:
– Эй, вы что делаете?!
Но тут по селянам прошлась цепная молния, и сразу же в образовавшийся проем между возами вошли рейтары. Солдаты шли плотным строем и пятками копий нещадно лупили всех, кто попадался на их пути. Переворачивали котлы, пинками гнали баб перед собой. Тех, кто падал, поднимали мечники и тычками заставляли бежать. Пара мужиков схватились за топоры, но быстро были сбиты на землю ударами копий, а мечники сапогами прошлись по их головам.
Орущая, беспомощная толпа обезумевших от страха людей выплеснулась из лагеря и побежала в сторону леса. Им наперерез выскочили конные пограничники и плетьми погнали их к валуну. Вскоре все обитатели лагеря, плача и вопя, сгрудились вокруг камня. Рейтары принесли и бросили рядом с ними несколько человек без сознания. Среди них был и староста.
Артем наложил на беспамятных малое исцеление. Дождавшись, когда они поднимутся, вскинул руку вверх.
– Тихо! – прокричал он, и толпа, со страхом поглядывая на всадника, стала замолкать. – Даю на сборы полчаса, кто не успеет, будет повешен. Завтраком нужно было озаботиться раньше. Остановка на обед будет по моей команде. Двигаемся до вечера. Быстро все пошли в лагерь собираться, а ты, Турган, подойди ко мне.
Всадники плетьми погнали селян к лагерю.
Артем, как ему казалось, тяжелым взглядом смотрел на старосту. Тот видел осунувшиеся щеки мага, его широко раскрытые наивные глаза и все больше начинал его бояться. За этим простоватым обликом скрывалась непомерная жестокость и сильная воля.
«Сказал повесит, значит, повесит, – проникся Турган. – Он же дурной».
– Турган, не совершай больше ошибок и, может, доживешь до приезда на место, – не повышая голоса, произнес Артем. – Проследи, чтобы через полчаса все собрались. Завтра утром вставайте затемно и готовьте завтрак. Выход ранний. Ты все понял?
– Все, мессир. – Турган согнулся по пояс.
– Ну, если понял, тогда иди к своим.
Отряду придали проводника из ближайшего селения. Мужик в кожаной одежде охотника, глядя на то, что сотворили пограничники, только удивленно качал головой. К Артему близко не подходил и, пристроившись к Воржеку, прошептал:
– А маг-то зверь. Долго не проживет. Свои прирежут.
Капрал лишь хмыкнул:
– Прирежут? Побоятся.
Через полчаса поселенцы выстроили возы в длинную цепочку и тронулись в путь. Впереди колонны ехали два разведчика и проводник. По бокам возов шли рейтары. Копья в руках, щиты за спиной. И замыкали этот обоз два копейщика из пятого десятка. Хотя Артем и сказал, что двигаться будут до вечера, но, когда местное светило встало в зените, он увидел, что его солдаты, тащившиеся по дневной жаре в полной выкладке, сильно устали. Они прошли еще час, и он скомандовал привал.
– Привал один час! Капралы, получите еду на личный состав.
Козьма сидел на возе с продовольствием и, когда подошли капралы, выдал им ржаной хлеб, соленое сало, травы для взвара и кувшин меда. Усевшиеся в тени деревьев пограничники повеселели. На быстро разложенных кострах вскипятили воду, засыпали в котлы травы и налили из кувшина мед.
Артем сел у костра первого десятка и вместе с солдатами поел хлеб с салом и запил взваром. Утолив голод, снял папаху и прислонился к стволу дерева. Еще минут двадцать можно было отдохнуть. Он смотрел в черноту леса и лениво думал: «Почему пограничников называют рейтарами, хотя на всю заставу всего десять строевых лошадей?»
Его блуждающий взгляд зацепился за тень, мелькнувшую среди кустов, и, проследив за ней, он чуть не вскочил. Недалеко от него, высунув морду из-за веток, стояла черная пантера и, облизываясь, смотрела на Артема.
Стараясь не делать резких движений, не отрывая взгляда от хищника, он достал костяной нож. Глаза пантеры вспыхнули зеленым огнем, и из кустов вышло странное животное с висящими клочьями шерсти и глубокими ранами на боку.
– Хозяин? – прошелестело у него в голове, и Артем с удивлением узнал тварюгу, которую он зарезал в Темнолесье, сделал из нее зомби и отпустил.
«Нашла-таки!» – удивленно подумал он и мысленно приказал:
– Иди сюда!
В этот момент Воржек заметил пантеру и заорал:
– К оружию!
– Стоять! – перекрывая начавшийся гвалт, крикнул Артем. И, когда его услышали и замерли, произнес: – Спокойно. Это моя зверюга.
Пантера, хлеща себя по бокам облезлым хвостом, подошла к Артему и потерлась лбом о его сапог. Артем без страха развернул кошку к себе боком и стал рассматривать ее раны. Кто-то острыми когтями цапнул ее бок, и под черным мясом были видны ребра.
– Воржек, пошли кого-нибудь к шорнику, пусть принесут иглу и дратву, – приказал Артем.
Капрал ткнул ближайшего солдата кулаком и кивком головы отправил выполнять приказ. Солдаты, прикрываясь щитами, отошли от мага и сгрудились метрах в десяти от него и странного животного. Солдат-посыльный бочком приблизился, несмело протянул иглу с бечевкой и тут же отбежал. Артем хмыкнул и стал зашивать рану зверя. Зашив, наложил на нее заклинание благословения. На мертвяков оно тоже действовало, причем так, что они становились более подвижными, раны почти мгновенно превращались в обыкновенные рубцы. Так случилось и с пантерой. Та утробно заурчала и потерлась лбом о его руку.
«Интересно, – подумал он, – что ее привело сюда? За мной, что ли, шла? А что, вполне может быть. У нее от зверя остались рефлексы животного, а разум-то юшпи. А что мы знаем об этих духах? Да практически ничего. Может, они привязываются к некроманту. Да, вполне может быть».
– Как же тебя назвать, чтоб откликалась? – вслух спросил он. – Может, Багира? Да ну, какая ты Багира, облезлая и вонючая, как дохлая крыса. О! Крыса. Будешь Лариска. Поняла?
Кошка посмотрела в глаза Артема и вновь потерлась головой о сапог.
– Поняла, хозяин, – прошелестело удаляющимся эхом у него в голове.
– Ты вот что, Лариска, ступай! – приказал он пантере. – Далеко не отходи, следуй за мной, но на глаза людям не попадайся, а там посмотрим, что с тобой делать.
Кошка издала утробный рык, лизнула его руку и, обдав зловонием, почти мгновенно, одним прыжком исчезла в кустах.
Артем поднялся, брезгливо вытер о штаны руку и посмотрел на объятых суеверным ужасом солдат.
– Ну, чего встали? Капралы, стройте личный состав, проверяйте наличие, и трогаемся в путь.
Вскоре обоз неспешно тронулся дальше. А через час из кустов выскочила пантера со свиньей в зубах. Она притормозила возле коня Артема, и конь встал на дыбы, огласив окрестности ржанием. Не ожидавший этого всадник свалился с коня, а тот лягнул воздух над головой мага и умчался по дороге.
Артем, отплевываясь от попавшей в рот пыли и чертыхаясь про себя, встал и отряхнулся. Наездник он был тот еще, только и знал, как лихо в седло одним прыжком садиться.
Пантера рыкнула и, оставив свинью, исчезла в кустах. Свинка была придушена, но еще жива. Подскочивший копейщик с хеканьем воткнул ей под лопатку копье и радостно оскалился:
– Кулеш знатный будет, мессир. Вы позволите, мы ее разделаем?
– Забирай, – отмахнулся Артем и, прихрамывая, пошел к голове колоны, куда ускакал его конь. Но того уже под уздцы вел один из всадников.
Артем погрозил коню кулаком и залез в седло. Ему, непривычному к верховой езде, такая тряска не доставляла удовольствия. Между ног уже болело, и он несколько раз накладывал на себя малое исцеление.
Солдат подхватил за ногу свинью и, оставляя на земле кровавый след, потащил ее к фургонам, оттуда уже выглядывал Маркел, точа два ножа друг о друга.
Дальше ехали без происшествий и к закату добрались до поселения Лысый Дол. Более трех десятков домов расположились на невысоком холме у берега небольшой речушки, заросшей камышом и осокой. Высокий частокол окружал поселок, и над ним торчали смотровые вышки.
К Артему подъехал проводник.
– Все, вашмилость, мы прибыли в Лысый Дол. Отсюда вы возьмете другого проводника, а я заночую и обратно. – Он неожиданно громко заржал, как недавно конь Артема, хлестнул лошадь и поскакал прочь, неизвестно для чего крикнув: – Девок берегите!
Не понимая, к чему это он сказал, Артем удивленно посмотрел ему вслед.
В поселок селяне и пограничники заезжать не стали, расположились недалеко от частокола на берегу реки. Селяне окружили себя возами, пограничники выставили часовых, и вскоре задымились многочисленные костры.
Артем с Козьмой направился в поселок.
– В поселке есть постоялый двор, мессир, – просвещал его сведущий в местных делах Козьма. – Там можете заночевать.
– Посмотрим, – отозвался Артем. Он, может быть, и хотел бы остановиться на ночлег под крышей, но оставлять рейтаров без присмотра тоже не горел желанием. Им только дай слабину, и все, что он делал, укрепляя дисциплину, пойдет прахом. Кроме того, предупреждение проводника крепко засело у него в голове.
«Что он хотел этим сказать? Может, предупредить, что солдаты шалят?»
В поселок прошли без проблем, зашли в трактир на постоялом дворе, и Артем заказал себе и Козьме ужин. Пока ждали, Козьма дипломатично приступил к разговору:
– Вы, мессир, делаете правильно, что крепко держите новобранцев. Их надо держать в кулаке, иначе это не солдаты, а непотребство одно. – Он сжал широкую ладонь в мозолях и показал, как Артем в кулаке держит солдат. – Но парням не помешало бы на ночь пропустить по стопочке. Это, поверьте мне как помощнику фельдшера, им не повредит, а ваш авторитет ох как встанет! – Он поднял палец вверх.
– Встанет? – переспросил Артем.
– Вырастет, стало быть, мессир.
– Да я не против, Козьма, только где взять?
– Да тут и взять, мессир. Хороший первачок тут гонят. На хмелю да на меду…
– Значит, купим, и ты, Козьма, раздашь по стопочке, но ты и будешь отвечать, если кто на посту уснет или упьется.
– Так об этом не беспокойтесь, мессир, все сделаю как полагается. – Он огладил усы и, довольно улыбаясь щербатым ртом, произнес: – Вы мне руклей пять выделите.
– Дорогой первак тут, – покачал головой Артем.
– Да не-е, – успокоил его Козьма, – я с запасом возьму. Две бочки.
– Сколько? – изумился Артем.
– Ну пару бочек, чтоб надолго хватило. Пока обстроимся, пока обживемся…
Артем, усмехаясь, полез в сумку и достал полбарета. Из сумки вылез Свад и, позевывая, огляделся.
– А вы и домового прихватили? – удивился денщик. – Это правильно, с ним-то сподручнее. Тока вы ему молочка в блюдце налейте, пусть себе лакает.
Гремлун презрительно посмотрел на Козьму:
– Сам свое молоко лакай. Будешь наливать своим разбойникам, не забудь стопку и мне.
– А как же, – не обескураженный отповедью Свада, произнес денщик, – и тебя, уважаемый, не забуду. Так я пошел?
– А ужин? – спросил Артем.
– Так с ребятами и отужинаю.
– Ну иди, – не стал возражать Артем. Он и сам понимал, что солдатам для того, чтобы снять излишнее напряжение, нужно немного выпить. Тогда и служба не такой тягостной покажется.
Козьма ушел, а Артему принесли пироги с ливером и морковью, уху, жареную рыбу и жареного зайца, медовый квас.
Свад покрутился, воровато огляделся, ухватил пирог и рыбу и исчез.
К ужинавшему Артему подсел хозяин постоялого двора:
– Позвольте, вашмилость?
– Садись, – жуя, разрешил Артем. – Что хотел?
– Договориться хотел.
– Ну договаривайся.
– Вы же в Падь едете?
– Ну…
– Так я предлагаю вам поставлять зерно, крупу и сало, еще первачок и соль… Рыбу.
– Неплохо. А мы что тебе?
– А вы мне меха соболиные и беличьи.
– Хм, они там водятся?
– Водятся.
– Подожди.
Артем позвал Артама. Лучше него, как знал Артем, мало кто мог торговаться.
– Артам, вылазь.
– Зачем?
– Тут нам за соболя обещают продуктами снабжать, а я торговаться не умею.
– Соболя-я? Это я сейчас.
Артам вынырнул, увидел сидящего напротив бородатого мужика и накрытый стол.
– Соболя, говоришь? – потирая руки, переспросил Артам. – Ну-ка, неси графинчик. Это нужно обстоятельно обговорить.
Довольный тем, что дело слаживается, хозяин сходил за запотевшим графином с янтарной жидкостью.
– В бочонке держишь? Какая выдержка? – рассматривая на свет самогон и принюхиваясь, спросил Артам.
– Два года! – гордо заявил хозяин и разлил по глиняным стопкам самогон.
Они выпили.
– Значит, мы будем добывать меха на границе? – переспросил Артам.
– Так все так делали, и вы будете, – отозвался хозяин, наливая по новой в стопки.
– Это хорошо. Что хочешь за шкурки?
– За белку полмешка ячменя, – хитро прищурился мужик. – За медведя бочонок меда. За соболя два мешка пшеницы.
– Смеешься? – наигранно возмутился Артам и закатил глаза. – Это грабеж средь бела дня. Совесть иметь надо. Ты же продашь купцам белку за два рукля, а соболя по два барета. Так не пойдет. Белка – мешок ячменя и мешок овса…
– Помилуйте, вашмилость, разорить хотите? Да мне деток тогда кормить нечем будет, и так с хлеба на воду перебиваемся. – Он затряс толстыми щеками. – Исхудали мы как щепки. Бьемся, бьемся, а из нужды никак не выберемся.
Оба залпом выпили и, подавшись друг к другу, словно борцы на ковре, вступили в торговое сражение…
– Все. Готово. Теперь мы компаньоны, – наконец услышал Артем, и его выкинуло в мир. Тут же закружилась голова, и к горлу подступила тошнота.
«Да что за?.. – подумал Артем и, увидев два пустых графина на столе, объедки, сразу все понял. – Опять нажрался гад!»
Артем дрожащими руками расстегнул карман на поясе и вытащил эликсир исцеления. Сделал глоток и, зажмурившись, посидел пару минут. Волна прохлады прошла по горлу, потом по телу, и его отпустило. Хмель улетучился, только невыносимо захотелось в туалет.
– Хозяин, где опорожниться можно? – тихо спросил он у осоловелого мужика.
Тот с удивлением посмотрел на трезвого мага. «Силен пить! – подумал он. – Только что был пьян, а теперь трезвый словно стеклышко».
– Так это, в хлев мы ходим, как выйдете, так и заверните за угол, там будет хлев.
Артем вошел в хлев, где, завидев человека, замычали коровы, и в полумраке стал пробираться подальше от двери. Спрятался за стойло с теленком и хотел было уже опорожнить мочевой пузырь, как услышал негромкий женский смех.
В проеме дверей показалась крепкая девица в платке. Следом вошел парень. Он ухватил ее сзади за полную грудь и стал подталкивать вперед.
– Да подожди ты, оглашенный, – смеясь отозвалась она и попыталась оторвать от себя его руки. – Дай нужду справить.
Парень ее отпустил и отступил в сторону. Девка, не смущаясь, почти у самого входа присела на корточки, задрала подол платья и принялась справлять малую нужду.
– Знаешь, что мне батюшка сказал? – спросила она.
– И что?
– А вот что. Маг сегодня у нас останется ночевать. Он его подпоит и уложит
Глава 1
Артем проснулся от сильного стука в дверь. Кто-то не церемонясь, нагло колотил кулаком, пытаясь разбудить постояльца. При этом повторяя на разные лады:
– Мурада́… мурада-а. Открывайте. Мурада…
Зевая и проклиная непрошеного гостя, землянин поднялся, недолго посидел на кровати в поисках сапог, но потом махнул рукой и, протирая глаза, босиком, шаркающей походкой не до конца проснувшегося человека направился к двери.
Голова немилосердно болела, словно он вчера напился до потери сознания. А может, так оно и было. Кто знает, что делал ночью Артам. Но спрашивать, что делал ночью этот непутевый сожитель, желания не было.
– Да иду уже, иду! – крикнул он и открыл защелку на двери. Отворил двери и уставился на узкоглазого человека. Худого, жилистого и невысокого.
«Калмык, что ли? – подумал Артем. – Нет, у калмыков лицо круглое, а этот… Кореец, наверное». Но он показался Артему знакомым. Где-то он его видел.
Узкоглазый поклонился и, подхватив баулы, словно уж проскользнул мимо Артема в комнату.
– Эй, уважаемый! – Артем остолбенел от такой наглости. – Я еще не съезжаю. Так что вы рано заселяетесь.
«Кореец» поставил баулы и обернулся. С поклоном произнес, как само разумеющееся:
– Мурада, это вещи бывшего мурады, теперь они ваши. Я шуань, теперь служу вам, мурада.
– Не-не… – замахал руками Артем. – Я слуг не нанимал…
Узкоглазый гость снова поклонился и спокойно, но твердо ответил:
– Меня и брата нанял мурада, который умер в катакомбах. А вы, мурада, приняли от него долг.
– Долг? – Артем часто заморгал. – Какой долг?..
И тут он все вспомнил: вчера ночью он посетил подземное городское кладбище. Там встретил людей… Двое на него напали… Он защищался и убил этих двоих – парня и девушку. Затем спас молодого парня, которого хотел сожрать восставший мертвец, и из глубины подземного кладбища выполз этот… шуань, кажется, и тащил на себе другого человека. Тот, узнав, что Артем убил преступников, которыми оказались эти люди, возложил на него долг…
Артем растерянно открыл рот.
О боги! Искать убийц претендентов на трон! Это сумасшествие какое-то! При чем здесь он? И как он будет искать убийц?
Артем выставил перед собой руки, словно отгораживался от гостя, и, пятясь, сел на кровать.
– Нет, – покачал он головой, – вы не так все поняли, уважаемый. Я простой маг и еду на службу в армию в дикие земли. Мне некогда ловить преступников… Да и не умею я это делать.
Взгляд шуаня остался бесстрастным.
– Мурада умер. Мой брат умер. На тебе, мурада, долг. Такие обстоятельства.
– Да какие еще обстоятельства?! – возмутился несправедливостью требований непрошеного гостя Артем.
И снова к Артему вернулась память. Он не стал слушать умершего, но помог этому шуаню, полечил его. Тот встал и, шатаясь, ушел вслед за убежавшим парнем.
Оставшись один, Артем испугался: а вдруг в смерти этих людей обвинят его? И тоже быстро покинул подземное кладбище. Долго размышлять над необычной просьбой умершего он не стал, пришел к себе в номер и завалился спать. Уснул как убитый.
– Погулял называется, – пробормотал он. – Все этот краснобай Варнава виноват. «Сходите, мессир, не пожалеете».
Он вспомнил сон. В комнате сидели трое: Иль, новый бог, что прячется от Дракона; парень в белой хламиде, то ли санитар, то ли ангел; и девушка с черными волосами и небольшими рожками. Они все трое осуждающе качали головой.
Первым высказался Иль:
– Артем, от долга отказываться нельзя. Смертельно опасно. Это, понимаешь, закон непреодолимых обстоятельств. Что бы ты ни делал, все равно обстоятельства сложатся так, что заставят тебя исполнить долг, который возложил на тебя этот человек. Только если ты это сделаешь добровольно, то получишь помощь в этом деле. Или пострадаешь, понесешь потери, и через это к тебе придет понимание неотвратимости пути, предначертанного тебе Провидением.
– Да почему я? – не сдавался Артем.
– Потому что ты убил преступников и помешал их поймать, – ответила девушка.
– Я… я просто защищался! Или вы хотите сказать, что я должен был дать себя убить?
– Тебе не стоило идти в подземные катакомбы, – ответил «санитар». – Ты стал причиной изменения судеб многих людей и должен исправить свою ошибку.
– Ничего себе! Я многих убивал, и что теперь, я должен постоянно исправлять ошибки?
– Нет, – ответила девушка. – Только в данном случае, потому что ты нарушил предопределение.
– Какое еще предопределение?
– Свыше! – грозно произнес Иль.
– Но я должен ехать к месту службы, – не сдавался Артем.
– Отправляйся к месту службы, – ответил парень в белом балахоне, – служи, но помни: ты должен отдать долг. От тебя требуется только согласие. Провидение само определит время, когда нужно будет отдать долг.
– Так я могу не сейчас отдавать долги? – облегченно вздохнув, спросил Артем.
– Всему свое время, Артем, – произнес Иль. – Ну так что?
– Что «что»? – огрызнулся Артем. – Если все так неудачно складывается, я под давлением обстоятельств согласен принять этот долг. Довольны?
Троица не ответила, стала отдаляться, теряться в мареве и вскоре исчезла.
Артем обхватил голову руками. «Надо подумать, как быть», – решил он.
Гость все это время почтительно стоял сбоку. Артем искоса посмотрел на него:
– Ты же был сильно ранен. Как ты быстро излечился?
– Эликсир, мурада.
– Эликсир? Понятно. Тебя как зовут, гость непрошеный?
– Луй Ко, мурада.
– Присядь, Луй Ко, мне нужно подумать. Шуань – это кличка?
– Нет, мы с братом выходцы из страны Шуань. Мое имя Луй Ко, мурада. Клички нет.
– Шуань, значит… Точно, есть такая империя на юго-востоке, – кивнул Артем. – Что же мне с тобой делать, Луй Ко? Я, понимаешь, еду в армию, на границу служить, и сейчас заниматься расследованием не могу. Вот потом… Да и не знаю я, как расследование вести.
– Луй Ко немного знает и поможет мураде. А пока я буду вашим слугой.
– Слугой, говоришь? – скривился Артем. – Мне надо подумать. Я еду в дикие земли. Ты хочешь ехать со мной?
– С вами, мурада.
– А ты понимаешь, что там идет…
Договорить ему помешал сильный стук в дверь.
– Именем короля, откройте! – раздался зычный голос, и дверь распахнулась от сильного толчка.
Артем с удивлением увидел в дверях стражников и человека в жандармском мундире. За их спинами маячил человек в мантии мага.
Жандарм прошел вперед и потребовал:
– Господин постоялец, назовите себя. Сословие и род занятий.
Шуань быстро сунул жандарму под нос жетон королевской прокуратуры.
Жетон вспыхнул и засветился синим светом. Жандарм заморгал и уставился на жетон. Наконец справившись с удивлением, он вытянулся в струнку.
– Прошу простить, господин… – Жандарм замялся.
– Артам, – помог ему Артем. – Чем могу быть полезен?
– Дело в том, господин Артам, что сегодня ночью на городском кладбище были убиты люди. И кроме того, там применяли некромантию. Следы ауры привели нас сюда.
Артем понял, что отвертеться не удастся и надо говорить правду. Вот они, те самые обстоятельства, что настигли его. В дверях стоял и прожигал его взглядом маг из городской стражи. Артем встретился с ним взглядом и уловил скрытую неприязнь. Мгновенно, как это у него случалось в критические моменты, просчитал ситуацию, порадовался приходу шуаня и стал спокойно говорить:
– Да, я там был. Там скрывались преступники. Они убили… моего старшего товарища и одного из слуг – шуаня. Но сами они тоже погибли.
– Хозяин постоялого двора, – прервал молчание маг, сверливший Артема недоверчивым взглядом, – сказал, что вы маг и следуете к месту службы на границу. Это так?
Но Артем уже понял, что с этим жетоном королевской прокуратуры он неприкасаем и может послать незваных гостей куда подальше.
Он встал с кровати.
– Куда я следую и по каким делам, вас не касается. Оставьте меня и занимайтесь своими делами.
Жандарм попятился:
– Приносим извинения, господин Артам. Не смеем больше обременять вас своим присутствием.
Он пятясь вышел и осторожно закрыл за собой дверь.
Шуань одобрительно усмехнулся и протянул ему жетон.
– Он ваш, мурада.
Луй Ко воздал должное смекалке парня с наивным выражением лица. Отличная маскировка для тайного агента.
Артем взял серебряную бляху и повертел в руках. Медальон как медальон, ничего примечательного. Но, вглядевшись магическим взором, чуть не присвистнул. На нем был отпечаток его ауры. Он-то думал, что любой может показать такой значок и представиться сотрудником королевской прокуратуры, но, оказывается, все гораздо сложнее.
«Кто же и когда перенес мою ауру на жетон? Неужели и впрямь предопределение?» – задумчиво разглядывая жетон, размышлял Артем. Он силился понять, как ему быть. Если бы на него не возложили долг, то он, скорее всего, попал бы в тюрьму за убийство. Есть убитые, и есть он, чью ауру сумели отследить. Он же творил магию. А она оставляет след. А потом повесили бы на него убийство, казнили и закрыли дело.
«Вот так дела! Точно говорил «санитар», не нужно было идти в катакомбы. Спал бы сейчас спокойно и беды не знал».
– Ох, грехи мои тяжкие! – вздохнул Артем. – Что делать будем, Луй Ко?
– Поедем к месту службы, мурада.
– А когда продолжим расследование?
– Когда обстоятельства сложатся.
Артем повеселел. Отложить дела на потом было его любимой привычкой еще со срочной службы. Не спеши выполнять приказ, потому что последует новый. В стране бардак, а в армии тем более.
– Вот что мне в тебе нравится, Луй Ко, так это то, что ты все знаешь и можешь дать правильный совет в нужное время. Может, скажешь, сколько я должен тебе платить за службу?
Шуань ощерил тонкогубый большой рот. Глазки стали узкие, как щели.
– Бывший мурада уже заплатил. С тебя, мурада, стол и проживание.
Он подошел к баулу, поднял и поставил рядом с Артемом.
– Здесь все, что вам нужно. Документы, записи, деньги, драгоценности. Очень много. Но сначала нужно освободить частного сыщика, он вам поможет с расследованием.
– Какого сыщика?
– Того, которого вы спасли от мертвяка в катакомбах. Он помогал бывшему мураде в поисках преступников.
– И где сейчас этот сыщик? И как я его освобожу?
– Откройте баул, там ордер на проведение расследования. Он дает вам неограниченные полномочия.
Артем недоверчиво посмотрел на шуаня, потом перевел взгляд на кожаный баул.
У него невыносимо зачесалась правая бровь. Он остервенело почесал ее ногтями и облизал пересохшие губы. Открывать баул он не торопился. Артем смотрел на баул как на опасного удава. Он понимал, что, если открыть его, назад дороги уже не будет, и хотел по возможности оттянуть этот момент.
– Парня сейчас, наверное, уже пытают, – поторопил его шуань.
– Ты думаешь, что его арестовали? – недоверчиво переспросил Артем. – Может, он успел сбежать?
– Я ходил к нему домой и видел, как его вывели стражники.
– Странно. А как они проследили за парнем? Он же не магичил там… Или магичил?
– Его сдал жандармам хозяин постоялого двора. Узнав о гибели постояльца, он хотел присвоить его вещи. Но я не отдал их ему. Я слышал, как он рассказывал жандарму, что к погибшему часто приходил Уильям – местный частный сыщик.
– Понятно. И куда мне идти?
– В городскую тюрьму. Но сначала возьмите ордер.
Артем без всякого желания нагнулся к баулу. Расстегнул застежки и открыл его. На самом верху лежала толстая тетрадка, из нее выглядывал желтый лист пергамента. Вытащив лист, он прочитал:
«Податель сего наделяется чрезвычайными полномочиями в деле королевского расследования».
Кратко и по существу. Внизу стояла магическая печать.
Артем повертел лист в руках и даже понюхал.
– А мне поверят? – с сомнением спросил он.
– Поверят, мурада. Этот ордер нельзя украсть, потерять или просто отдать. Он переходит к другому, если на человеке висит долг. Или тот, кто ведет дело, передаст его своему помощнику добровольно. Действуйте смелее, мурада. Вы занимаетесь делом короля. Так и скажите в тюрьме: «Дело короля!» Заберете парня и поедете к месту службы.
– А если он не захочет поехать с нами? – с сомнением спросил Артем.
– Тогда его здесь казнят как виновного в убийстве королевского дознавателя. Он не показался мне глупым, мурада.
– Мурада, мурада. Почему ты называешь меня мурадой?
– Ты заказчик. Ты оплатил наши услуги. Значит, мурада.
– Я вроде не платил.
– Заплатил бывший мурада. А долг перешел к тебе, и я тоже.
– Ладно, делать нечего… – Артем поднялся с кровати, на которой сидел. – Я хочу сначала умыться и привести себя в порядок.
Он решился. Раз на нем долги, он их отдаст. Как говорили на Земле: чему быть, того не миновать.
– Распорядись насчет воды, Луй Ко.
– Уже. – Шуань расплылся в довольной улыбке. Он открыл дверь, и слуги внесли в комнату таз и кувшин с водой.
Артем умылся, причесался и спросил:
– Как я выгляжу?
– Почти нормально. Переоденьтесь в дорожное платье бывшего мурады. Вы телосложением очень похожи. – Из другого баула шуань вытащил сверток и протянул Артему.
Артем спорить не стал. Он лег спать не раздеваясь, и его костюм, снятый с убитого мага, был помят.
Через четверть часа он спустился вниз. Поискал глазами хозяина постоялого двора и, увидев побледневшего Митрофана, направился к нему.
Достал жетон королевской прокуратуры и помахал им перед застывшим столбом Митрофаном.
– Дело короля! – сурово произнес он, и Митрофан упал на пол, потеряв сознание.
«Надо же, работает!» – повеселел Артем. Оглядевшись, он нашел взглядом сразу посеревшего буфетчика.
– Скажи хозяину, что скоро я приду. Приготовьте стол на троих.
Настроение у Артема улучшилось, и он бросил шуаню:
– Показывай, где тут тюрьма.
К серым стенам городской тюрьмы Артем подошел с внутренним трепетом. Он чувствовал себя неуютно, но старался показать свою холодную решимость. К его удивлению, после разговора со стражником в будке у ворот тюрьмы он неожиданно успокоился.
Показав жетон, он приказал вызвать старшего смены. И тут же на крик охранника открылось окошко в калитке.
В окошке показались насупленные брови.
– Дело короля! – произнес Артем, и как по мановению волшебной палочки перед ним открылась калитка.
Старший смены вытянулся и отрапортовал:
– Вашмилость, вахмистр Бруно Вейк. Чем могу служить?
– Я прибыл за моим помощником. Его задержали утром. Зовут Уильям.
– Вашмилость, то решает начальник тюрьмы.
– Так проводи меня к нему. Чего застыл как столб?
– Слушаюсь, вашмилость!
Начальник тюрьмы, полный, невысокий, лысый человек в мундире жандарма, смерил Артема неприязненным взглядом.
– Говорите, вы, сударь, из королевской прокуратуры? – переспросил он, барабаня пальцами по столу. – О, поверьте! Я не ставлю под сомнение ваши полномочия. Но что вас привело в наш город?
Артем тратить на него время не стал. Он положил ордер на стол перед жандармом и нейтральным, спокойным голосом спросил:
– Вы хотите быть повешенным за преступления против короля?
Имея авантюрный склад характера и способности актера, Артем легко вошел в роль могущественного чиновника из столицы и шел напролом.
Жандарм от таких слов даже подскочил. Но Артем не дал ему высказаться.
– Я расследую дело против короны, ищу сообщников преступников. Два из них были убиты в подземелье вашего города. Но вижу, что заговор глубоко проник…
– Ваша милость! – Жандарм схватился рукой за воротник мундира, впившегося в его толстую шею. Видно было, что его душил страх. – Ваша милость! Я сделаю все, что вы прикажете. Простите!.. Я не думал создавать препятствия вашему расследованию… Тут был недавно… уже… один…
– Не важно! – перебил его Артем. – Прикажите привести сюда моего человека. И если ваши палачи его покалечили, приведите в порядок. Он мне нужен живым и невредимым.
Начальник тюрьмы с облегчением смотрел в спину парню, который никак не походил на королевского дознавателя… если только он не был тайным агентом. А он, по мнению жандарма, именно им и был.
«Опасный тип!» – Жандарм передернулся от внезапно охватившего его озноба. Открыл папку и стал рвать листы обвинительного заключения. Потом позвонил в колокольчик.
Вбежал секретарь – худой сгорбленный старик с длинным носом, на котором вечно висела капля. Старик подобострастно поклонился.
– Шульг, – тихо, но твердо произнес жандарм, – обвинительное заключение нужно переделать. В основной части напишешь, что четверо неизвестных устроили в подземном кладбище ссору и поубивали друг друга. Напишешь и принесешь мне на подпись. В Пятое отделение материалы дознания не передавать. Дело это не политическое, а уголовное. Понял?
– Все понял, вашмилость, сделаю в лучшем виде.
Старик, кланяясь, попятился и вышел из кабинета.
Жандарм вытер платком лоб и с облегчением подумал: «Пронесло».
Через час на постоялом дворе, в зале трактира, напротив Артема сидел молодой парень. Он был подавлен, молчал и изредка поднимал глаза от столешницы и тоскливо озирал зал. Они сидели вдвоем, и Артем изучал помощника дознавателя.
«Лет тридцать ему, – думал Артем. – Бывалый. Шрам на лице. Так же как и я, стал жертвой обстоятельств».
Поодаль за отдельным столом сидел шуань.
Принесли мясо в горшочках, теплый хлеб, тушенные в сливках овощи и пироги. Поставили на стол графин красного вина.
– Ешьте, Уильям, потом поговорим, – произнес Артем и налег на еду. – Пейте вино, на меня не смотрите, я не пью.
Уильям протянул руку, взял графин и налил себе вина в оловянную кружку, выпил за один присест, но к еде не притронулся.
Артем отложил ложку.
– Значит, так, Уильям. Я случайно оказался в подземелье. По настоянию одного балбеса отправился смотреть достопримечательности вашего города. В одном из коридоров увидел парня и девушку. Они хотели меня убить, я защищался и убил их. Теперь вот на мне долг. Человек, на которого ты работал, возложил его на меня. Я маг, еду служить на границу с дикими землями, в розыске ничего не понимаю. Тебя спас из тюрьмы и от казни. Прости, друг, но на тебе тоже долг.
Агнесса смотрела, как вел переговоры их подопечный. Он смирился с тем, что ему нужно будет доделать начатое дознавателем, и теперь, что называется, ковал железо, пока горячо. Быстро решал проблемы недостатка опыта и знаний.
– Какой молодец! – обернулась она к Арингилу, который в это время расправил крылья и чистил перья.
– Зачем тебе крылья, Арчи? – спросила девушка с изрядной долей ревности. Ей новый бог дал всего лишь пилочку для ногтей. И этот бог всех отлученных и отверженных все время проводил с ее бабусей – развратной тифлингом, полжизни проведшей на каторге.
– Это как медаль за заслуги, Агня, – улыбаясь от удовольствия, отозвался ангел. – Есть крылья – есть награда за службу. У нас на Земле говорят: не было бы счастья, да несчастье помогло.
– Подумаешь, счастье. Крылья! – фыркнула тифлинг, пытаясь скрыть свою ревность. Ее-то не отметили наградой. А это, по ее мнению, было несправедливо. – И что? Счастье, Арчи, это… Дом, любимый человек, детишки… А как ты думаешь, у наших детей будут рожки? Или крылья? А вдруг и то и другое! Вот девчонки от зависти лопнут.
– Смотри сама не лопни… – прозвучал насмешливый девичий голос у нее за спиной.
Агнесса резко обернулась, и ее ноздри возмущенно затрепетали.
На краю полянки стояли две ее подружки. Но что ее взбесило – они нарядились в самые вызывающие костюмы. Сильно открытые декольте блуз и юбки, прикрывающие лишь трусы. И были ли на них трусы, она сильно сомневалась. Накрашенные, как она считала, очень вульгарно, они оценивающе смотрели на ее мужчину.
– Агнессочка, – томным голосом проговорила одна из них, с волосами, туго стянутыми в хвост на затылке, – ты познакомишь нас с твоим напарником?
Ее голос сочился похотью, и Агнесса от возмущения задохнулась: они положили глаз на ее Арчи. Твари!
Агнесса пошла им навстречу, закрывая собой Арингила. Она была настроена решительно. В любви, как на войне, каждый сражается за свое. А Арингил был ее.
– Вам что здесь надо? – сжав кулачки, прошипела она. – Вам что, заняться нечем?
Гостьи встали плечо к плечу и приготовились к драке.
– Смотри, Клара, – засмеялась девушка с волосами, забранными в хвост. – Наша Агнессочка не только ноготки чистить умеет, она еще и парня-иномирца прихватила.
– А может, он ее собственность, Лаурина, – отозвалась вторая тифлинг, с широкими бедрами и узкой талией. – Может, она нам его продаст? Помнишь, как она хотела продать нам своего подопечного?
– А-а, этого грязнулю и пьяницу?
– Ну да. А кого ей могли дать? Короля? Что она, что ее бабуся друг друга стоят… Бабку отлучили от служения, а внучку отвергли. Они обе продажные шлюшки.
– Ах вы! – Агнесса готова была их разорвать, но между тифлингами, взмахнув крыльями и взлетев, быстро встал Арингил. Он раскрыл крылья и, глядя девушкам в глаза, спокойно произнес:
– Дамы, я вижу, вы пришли сюда ссориться и оскорблять. Вам лучше уйти.
– А если не уйдем, красавчик? – засмеялась Лаурина и облизала ярко-красные губы. Она выгнула спину, выставив на обозрение свою наполовину вывалившуюся из блузки грудь. – Ты нас накажешь?
– Ой, Лаурина, я так хочу быть наказанной, – проворковала Клара и покачала бедрами.
За спиной Арингила бесновалась Агнесса:
– Сучки! Пусти меня!
Но она не могла пройти из-за рассправленных крыльев ангела.
Арингил ударил крыльями по воздуху, и двух тифлингов напором ветра унесло прочь. Агнесса услышала лишь затухающий крик:
– О-ой!
Арингил сложил крылья и спрятал их.
– Ты… ты их прогнал? – Агнесса, не веря своим глазам, озиралась по сторонам. – Но почему?
– Потому что они тебя стали оскорблять. А ты моя невеста, Агнесса.
– Ты это сделал ради меня? – Девушка недоуменно заморгала. – За меня еще никто не заступался…
От охватившего ее восторга она завизжала и бросилась на шею Арингилу.
Непривычному к бурному изъявлению радости ангелу пришлось стоически терпеть излияния чувств своей невесты. При этом он смотрел на подопечного.
Он видел, как из сумки вылез гремлун. Встал ножками на скамейку и оглядел стол. Увидел кувшин вина и потянулся к нему, другой рукой ухватил пирог.
Свад хотел налить вино в стакан Артема, но тот накрыл его рукой.
– Хватит, Свад, пить. До добра тебя это не доводит.
– Еще чего! – возмутился гремлун. – От вина еще никому плохо не было. Правда, Уильям?
Сыщик сидел с широко открытым ртом и смотрел не мигая на коротышку.
Свад, видя непреклонность своего товарища, сгреб несколько пирожков и, перед тем как скрыться, недовольно пробурчал:
– Ну и не надо, жадина. Чтоб ты этим вином подавился.
– Это кто? – справившись с удивлением, спросил сыщик.
– А-а! Не обращай внимания, – отмахнулся Артем, – местный домовой. Пристроился, ест и пьет за мой счет. Что скажешь насчет нашего дела?
Уильям вновь нахмурился.
– У нас с вами, сударь, нет никаких дел. Последний раз, когда я связался с вашим предшественником, знаете, что я получил?
– Догадываюсь. Вы стали богаче на несколько золотых. Кроме того, вы избежали виселицы за то, что никого не убивали. А вы обязательно будете на ней висеть, если не согласитесь на мои условия. Тут, уважаемый, нами владеют обстоятельства. Я бы сказал, обстоятельства непреодолимой силы.
Увидев недоуменный взгляд сыщика, пояснил:
– Я спасаю вас. Вы помогаете мне. У вас нет иного выбора. Вы уйдете, и я сниму с вас неприкосновенность.
– Это… это подло, сударь, – с трудом скрывая возмущение, процедил сквозь зубы парень.
– Отнюдь, Уильям. Это ваш выбор. Или зажить как человек, вырвавшись из бедности, или висеть на городских воротах и кормить ворон.
Помолчав, парень сказал:
– Вы не оставляете мне выбора.
– Неправда, выбор есть всегда, – спокойно отреагировал Артем. – Есть он и у вас. Между виселицей и обеспеченной жизнью в другом городе.
Уильям, понимая правоту странного парня, речи которого не соответствовали его облику простака, ответил:
– Хорошо, я принимаю ваше предложение. Что я должен сделать?
– Пока отправляйтесь к себе домой и приходите сюда после полудня, мы обговорим наши планы.
Уильям поднялся. К еде он не притронулся.
Вставал тяжело, как человек, придавленный непосильным грузом. Такой же тяжелой походкой пошел прочь.
Ему вслед глядел со страхом Митрофан и с улыбкой – Артем. «Ничего, потерпишь и привыкнешь», – подумал Артем и принялся за еду.
После завтрака он стал просматривать вещи бывшего мурады. Отложил в сторону тетрадь с записями.
За ним внимательно наблюдал шуань. Он видел, с каким равнодушием парень высыпал на кровать мешочки с деньгами и драгоценностями. Не обращая внимания на богатство, стал перебирать остальные вещи.
Плащ из тонкой шерсти, с золотой заколкой. Новые сапоги, два комплекта шелкового белья и несколько магических амулетов. Отдельно лежал кожаный пояс с пристегнутым тонким изящным стилетом, с магическими зельями в кармашках – все зелья были очень дорогими. Зелье исцеления магии второго круга и, самое главное, зелье концентрации, что очень порадовало Артема.
Все, кроме тетрадки и мешочков с деньгами, он сложил обратно.
Указав на неслыханное богатство, доставшееся ему в наследство, Артем произнес:
– Луй Ко, забирай все это и распоряжайся по своему усмотрению. Раз ты не спрятал и не утаил все это, тебе этим и распоряжаться. Мне в армии оно не нужно.
Шуань с огромным уважением посмотрел на парня и поклонился.
– Спасибо, мурада, за доверие. Умру, но не присвою и оправдаю ваше доверие. Провидение знало, кого посылать в помощь Кварту Свирту.
– Ты так думаешь? – переспросил Артем, беря в руки тетрадь. – Я как-то в этом не уверен. Ты бы лучше справился с этим делом… – Он развернул тетрадь. – А умершего звали, значит, Кварт Свирт.
– Мне нельзя, мурада, я шуань.
– Ладно, – покладисто отозвался Артем. – Нельзя так нельзя. Иди к себе, а я почитаю записи Свирта, может, что пойму.
Шуань собрал мешочки, поклонился и, прежде чем уйти, протянул Артему амулет на серебряной цепочке.
– Что это? – Артем с интересом рассматривал украшение.
– Это амулет, который определяет, отравлена пища или нет, мурада. Возьмите, он пригодился тому мураде, пригодится и вам.
– Спасибо! – Артем забрал амулет и убрал в кармашек пояса, который надел на себя.
Оставшись один, Артем, не снимая сапог, лег на кровать и открыл тетрадь.
Красивым четким почерком бывший мурада описывал, чем ему пришлось заниматься:
«Я, Кварт Свирт, тайный агент королевской прокуратуры, второго месяца лета одна тысяча шестьдесят второго года от начала правления первых королей Ривангана получил указание от королевского прокурора Грибуса Аданадиса провести официальное расследование гибели претендентов на престол под грифом «Дело короны».
Основаниями для разбирательства послужили странности при гибели претендентов.
Всего мы знаем о четырех реальных претендентах на престол. Это Орангон де Ро, сын кангана Жупре де Ро, наместника севера. Ему восемь лет, и он первый в очереди.
Маншель ла Брук, сын ландстарха Немрода ла Брука, ему двадцать пять лет, он второй.
Ризбар ла Коше, сын ландстарха Гиндстара ла Коше, ему тринадцать лет. Он третий в очереди.
Марас Аданадис, сын королевского прокурора конта Грибуса Аданадиса. Сорок семь лет, он четвертый в очереди.
В течение месяца погибли трое претендентов за исключением сына королевского прокурора Мараса Аданадиса.
Гибель претендентов сопровождалась множеством странных обстоятельств.
Первым погиб Орангон де Ро на охоте, на которую он выехал вместе с отцом. Его лошадь якобы понесла, испугавшись волков, и он упал в овраг и сломал шею.
В первом случае есть то, что мне непонятно в расследовании. Что это была за охота? На какого зверя? На кабана, оленей или волков? Почему слуги не помчались за наследником? И как волк мог появиться среди людей? Почему лошадь, на которой сидел мальчик, не была обучена для охоты?
Оставшиеся без ответов вопросы дают основания утверждать, что гибель Орангона де Ро не была случайной.
Второй претендент, Маншель ла Брук, погиб на дуэли, но убийца, Можель Винье, бастард риньера Ливертьена, которого в криминальных кругах знают под кличкой Мрачный, специально оскорбил претендента, обозвав того пьяницей.
Здесь не выяснено, как часто бретер приходил в этот трактир с друзьями. Бретер живет за счет платы за поединки, и его слова, сказанные наследнику, звучат фальшиво. По большому счету такому человеку, как Мрачный, наплевать, кто будет королем. Кроме того, он якобы случайно напоролся на клинок его товарища Кертинга, с которым познакомился здесь же. По словам охранника, Можель отступил назад и напоролся на рапиду[1] Кертинга.
Кертинг приехал в столицу месяц назад, познакомился с Можелем и ссужал того деньгами. Их часто видели вместе.
Есть основания полагать, что это было заказное убийство.
Кертинга в трактире видели с молодым парнем, Ригом Транго, и высоким широкоплечим южанином, одетым в белую шелковую рубаху и расшитую кожаную жилетку. Южанин носил короткий меч».
Артем прервал чтение и задумался: «Где-то я видел эту рубаху и жилетку… Точно, это тот парень, что пытался меня убить мечом в катакомбах! Все сходится, у него были черные волосы, сам похож на армянина. Белая рубаха и кожаная жилетка».
Здесь, на севере, среди светлооких людей южанин резко выделялся.
Так, что там дальше?
«В доходном доме, где жил Кертинг, я обнаружил труп, похожий на самого Кертинга. Но оказалось, что это Риг Транго, на щеке которого была нарисована родинка, делающая его похожим на Кертинга. Сам Кертинг исчез.
Все стало на свои места. Кто-то убирает претендентов на престол королевства и делает это под видом случайных смертей. Остается выяснить, кому это выгодно.
На первый взгляд это выгодно королевскому прокурору, так как остался жив его сын Марас Аданадис, но его величество своим указом вывел Мараса Аданадиса из состава претендентов.
Таким образом, претендентов на престол королевства Риванган не осталось… Или, скорее всего, есть неизвестный претендент, который будет явлен народу в случае смерти его величества. И цель неизвестного организатора убийств посадить на престол этого неизвестного претендента.
Мне необходимо выйти на след организатора преступлений против короны. Мы имеем уже двоих подозреваемых: южанин и Кертинг.
Я еду на север, в замок ландстарха Гиндстара ла Коше, там буду искать свидетельства покушения.
Сын ландстарха Гиндстара ла Коше Ризбар ла Коше упал с высокой башни, куда он ночью пришел, получив записку якобы от Клавдии – девочки, в которую он был тайно влюблен, дочери риньеры Барбары – компаньонки его матери.
Проведя неделю в замке, я смог выяснить обстоятельства гибели наследника.
Кертинг проявился в двух местах. Он как бы случайно убивает бретера, затем инсценирует свою смерть. Он убивает своего нового знакомого на своей съемной квартире и выставляет дело так, что это он умер от удара кинжалом. Сам же оказывается здесь, на севере, вблизи замка ла Коше. Знакомится в трактире с двумя стражниками из замка, братьями Клевер, и те, видимо за деньги, пропускают его в замок. Служанка Нора становится его любовницей и подбрасывает Ризбару письмо. Ризбар, влюбленный в дочь компаньонки матери, думает, что записка от нее, и ночью бежит наверх башни, где его поджидает Кертинг, который и сбрасывает его с башни.
Затем он устраняет Нору, выбрасывая ее из окна. Узнав, что я подобрался близко к разгадке тайны гибели наследника, в последнее дежурство братьев Клевер он пробирается на крышу и пытается убить меня, но карлик, живущий в замке, помогает мне с ним справиться. И Кертинг, убегая, падает в ту же дыру, что и сын ландстарха.
Это официальная версия».
«Ого! – подумал Артем. – А есть еще неофициальная! Но понимаю, что мне ее лучше не знать, меньше знаешь – спокойнее спишь. Мне эти тайны аристократов ни к чему».
Артем догадался, что будет дальше. Свирт каким-то образом вышел на след южанина, преследовал его в катакомбах и погиб. И помогал ему выследить южанина Уильям. Вот он пусть и продолжает расследование. А он, Артем, поедет служить на границу.
Довольный принятым решением и что можно это дело переложить на другого, Артем закрыл тетрадь.
Полдень уже наступил, и он спустился в обеденный зал трактира.
Уильям пришел раньше, он сидел на том же самом месте, что и утром, и со скучающим видом ждал Артема.
Артем сунул тетрадь сыщику и приказал:
– Читай. Там все обстоятельства дела.
Пока сыщик читал записи Свирта, Артем заказал еду и неторопливо поел. Уильям читал и соображал быстрее Артема, поскольку лучше знал реалии своей страны.
Наконец осторожно отложив тетрадь на край стола, словно держал в руках змею, сыщик осенил себя священной змейкой.
– О Хранитель, спаси и обереги! – прошептал он.
– Ну что, – спросил Артем, – ты в чем-нибудь разобрался?
– Разобрался. Нас всех казнят.
– Да-а? – Артем удивленно приподнял брови. – На чем основано твое утверждение, мой помощник и друг?
– Мы, лица недворянского звания, простолюдины, залезли в тайны сильных мира сего. Нас живыми не отпустят.
Артем сделал большой глоток ягодного взвара и спокойно заметил:
– Ну, это будет потом, а сейчас что ты понял, прочитав записи?
Уильям в упор уставился на него, заерзал под его уверенным взглядом и промямлил:
– Может, сбежим?
– Не получится. Видишь, сидит шуань? За моей спиной.
Уильям посмотрел на узкоглазого человека, который словно не вникал в их разговор и увлеченно ел свою кашу.
– Так вот, он рука Провидения. Он зарежет нас еще до того, как до нас доберутся дворяне…
Шуань поднял глаза и кивнул, подтверждая его слова.
– …Думаешь, спрячешься?
Артем допил взвар и поставил стакан на стол.
Уильям еще раз поглядел на Луй Ко и, обреченно вздохнув, ответил:
– Думаю, что не спрячусь.
Шуань вновь кивнул.
– Ну так что ты понял из записей? – вновь задал вопрос Артем. Он понимал чувства этого парня, он и сам хотел выскользнуть из тисков обстоятельств, но, к своему огорчению, понял, что это невозможно и нужно смириться.
– У Свирта были зацепки, – начал Уильям. – Он хорошо поработал и вышел на след убийц. Через них хотел выйти на заказчика. Но ему не повезло. Первого он убил, второго убил ты… Кстати, а как тебя зовут?
– Артам из Гризби.
– Так вот, Артам, единственная зацепка, которая, возможно, приведет нас к заказчику, может найтись, если мы изучим обстоятельства смерти Орангона де Ро, сына кангана северных провинций. Я даже боюсь подумать, что мы поедем туда.
– А мы и не поедем, – добродушно отозвался Артем.
– Правда?! – радостно воскликнул сыщик. – Слава Хранителю!
– Туда поедешь ты, – добавил Артем. – Ну и шуань поедет с тобой, помогать тебе.
Уильям хотел осенить себя змейкой и замер.
– Ты шутишь? – неверяще спросил он.
– С чего бы мне шутить? Дело у нас серьезное, и мы будем относиться к нему ответственно. Я вижу, ты дрожишь перед аристократами. Понимаю. Они тут власть. Но у тебя будет документ, который позволит тебе повесить любого из них, кто попробует тебе хоть в чем-то помешать. Но пока будем изгонять твой страх. Пошли ко мне в номер.
Артем поднялся первым. Следом поднялся шуань и посмотрел на сыщика. Тот сморщился, словно глотнул кислого вина, но поднялся со скамьи и побрел за Артемом.
В комнате Артем достал из баула жетон королевской прокуратуры и протянул Уильяму.
– Вот тебе знак твоей власти. Пока ты проводишь расследование, он будет твоим карающим мечом и щитом правосудия.
Уильям взял жетон, и тот сразу загорелся синим светом.
– Вот видишь, он тебя признал! – улыбнулся Артем. – Но это еще не все. – Он вновь наклонился к баулу и вытащил ордер с малой королевской печатью. – Это тебе индульгенция, Уильям. Можешь казнить и миловать кого захочешь, хоть кангана севера. Выше тебя только король.
– Что это? – удивился Уильям. – Индульгенция? – Он непонимающе посмотрел на Артема, но ордер взял.
– Это ордер, дающий тебе право проводить расследование именем короля.
Уильям посмотрел пергамент, вытер ладонью вспотевшее лицо. Приблизил к глазам печать. Затем беспомощно, словно приговоренный к казни, посмотрел на Артема.
– Я… – Он проглотил комок в горле. – Я не смогу.
Он оглянулся, ища поддержки у шуаня.
– Может, он сможет? – тихо, без всякой надежды спросил он, показывая кивком головы на Луй Ко.
– Ему нельзя. Он не подданный нашего короля. Я тебя хорошо понимаю, тебе пока трудно вжиться в роль всесильного простолюдина, но я тебе помогу. Сейчас ты постучишь в дверь и скажешь: «Именем короля!» Ступай за дверь.
Сыщик вышел, и с наружной стороны двери раздался тихий стук. После недолгой паузы срывающийся голос произнес:
– Именем… кхм… короля.
– Иди в задницу! – крикнул Артем.
Дверь приоткрылась, и показалась голова Уильяма. Он поморгал и спросил:
– Как?
– Ногами, дурень! Что непонятно?
– Вы это серьезно? – спросил ошарашенный сыщик.
– Конечно нет, я тебя тренирую. Зайди сюда.
Когда за ним закрылась дверь, Артем спросил:
– Ты чем занимался до встречи со Свиртом?
– Я решал вопросы для людей. Имел кое-какие связи в преступном сообществе и среди лавочников, сводил их вместе и помогал договориться.
– Решалой, значит, был. Если ты так скажешь в тюрьме, как сказал мне, тебя туда и пошлют, куда я послал. Понимаешь?
Сыщик промолчал.
– Чем еще занимался? Слежкой?
– Ну да. Еще следил за женами и мужьями.
– И стучал жандармам, – добавил Артем.
Он угадал. Уильям опустил голову и вновь промолчал.
– Сейчас пойдешь вместе с Луй Ко в тюрьму и потребуешь показать тебе материалы расследования убийства на городском кладбище. Если там всплывут наши имена, порвешь эти материалы и потребуешь написать новые, какие сам придумаешь. Это тебе первое задание на смелость.
Видя, что Уильям впал в ступор, Артем обернулся к шуаню:
– Луй Ко, проводи господина дознавателя. Если он откажется, то просто прирежь его, а жетон и ордер забери. Сами проведем расследование.
– Меня же там все знают, они не поверят, что я из прокуратуры. – Уильям побледнел и стал похож на ожившего мертвеца.
– Скажешь, я тебя нанял, и все. Пусть попробуют не признать. Кроме того, учись пользоваться предоставленными возможностями. Не всем выпадает честь надрать задницу аристократу. Скажи спасибо дяде Свирту.
Уильям не был слабовольным, но страх перед аристократами впитал с молоком матери. Если бы дело касалось криминала, он бы не испугался. В преступном мире ему было знакомо все. Но теперь его жизнь круто изменилась, и преодолеть страх, а также сильную робость перед сильными мира сего ему было невыносимо трудно.
И этот парень, сидящий напротив него, был полной противоположностью Свирту. Тот был вежлив и настойчив, этот – прост и категоричен. Не пойдешь в тюрьму – прирежут. И ведь шуань прирежет его. У Уильяма против него нет шансов.
После той ночи, когда его чуть не загрыз мертвяк, Уильям потерял всю свою былую уверенность.
Его схватили утром, прямо из постели, отдали палачу и долго били. Он уже распрощался с жизнью, но неожиданно был подлечен и освобожден – оказывается, только для того, чтобы попасть в самый страшный свой кошмар. И выбор у него невелик: или быть зарезанным, или исполнить распоряжение, даже не просьбу, молодого мага.
– Можно я начну с районных отделений городской стражи? – робко спросил он.
– Можно, – кивнул Артем.
Уильям вышел и обернулся. Шуань улыбаясь стоял за его спиной.
– Парень, – обратился он к сыщику, – ведь ты, когда помогал Свирту, не был трусом. Ты проявил себя очень хорошо. Что теперь с тобой произошло?
– А ты не понимаешь?
– Не понимаю.
– Нам предстоит ехать к наместнику севера! Он одним взглядом может уничтожить меня. Кто я, и кто он! – Уильям поднял указательный палец кверху.
– Он человек, который потерял сына. Ты приедешь и пояснишь это ему, скажешь, что ищешь убийц. Он сам тебе поможет. Свирт тоже не был аристократом, но всегда держался с достоинством. Пусть в тебе проснется самоуважение, и тогда другие тоже будут уважать тебя. Вспомни, как он себя вел, и веди себя точно так же. У тебя на руках символы королевской власти, используй их с умом. А ты несомненно умный парень. Пошли на рынок, там потренируешься на страже.
Всю дорогу до рынка Уильям раздумывал над ситуацией, в которую попал. Выход был один: продолжать расследование, начатое дознавателем. И для этого он должен стать уверенным в себе, как прежде. Его жизнь сделала вираж и вознесла выше, чем он мог мечтать. Ему надо привыкнуть к своему новому положению, преодолеть сомнения и робость. Как говорил маг, вжиться в роль.
У будки стражи они остановились. Стражник сонно рассматривал его и шуаня.
– Хитрец, ты чего пожаловал?
И Уильям неожиданно для себя обрел спокойствие.
– Теперь я не Хитрец, – строго произнес сыщик и показал светящийся жетон. – Теперь я дознаватель королевской прокуратуры.
Стражник вскочил, как будто его пнули под зад. Он растерянно смотрел на Уильяма, и в его глазах сыщик видел страх.
– Виноват, вашмилость! Чего изволите? – выпячивая объемный живот, проблеял стражник.
– Изволю видеть начальника районной стражи.
– Сей момент!
Стражник поднес ко рту свисток и засвистел. Из-за двери выглянула еще одна сонная рожа с усами.
– Ну, чего еще? – недовольно спросила она.
Уильям ухватил стражника за ус и потянул к себе.
– Начальника стражи зови. Дело короны! – И показал жетон.
– Начальник стражи! На выход! – заорал как оглашенный стражник, и Уильям, усмехнувшись, отпустил его ус.
Через несколько секунд, застегивая ремень с коротким мечом, показался большой и кряжистый, словно дуб, стражник. Увидел сыщика с шуанем и грубо прикрикнул на своих бойцов:
– Чего разорались?!
– Так дело короны, вашмилость, – ответил стражник, стоявший на посту.
– Ты что мелешь?.. Пьян, сволочь! – заревел здоровяк и навис над стражником.
– Так вот, – залепетал стражник, – их милость так сказал и показал жетон.
Уильям предъявил свой жетон, и начальник стражи, этот богатырь, как-то сразу стал меньше. Его глаза забегали, и он дрожащими губами стал оправдываться:
– Простите, вашмилость. Не признал… Что угодно-с?
– Скажи мне, Кержак, на рынке видели двух южан, парня и девушку. Это государственные преступники. Кто-нибудь из стражников видел, с кем они общались? Не заметить их было нельзя.
– Вашмилость, сей момент все выясню и доложу.
– Пришлешь стражника на постоялый двор Митрофана, я там буду.
– Все сделаю, вашмилость!
Уильям кивнул и зашагал прочь. Он воочию увидел силу авторитета предъявленных им полномочий.
– Быстро, сукины дети, ко мне смотрящих за рынком! – командовал за его спиной Кержак.
– Ты, Уильям, все делал правильно, – сказал шуань. – Но зачем тебе сведения, с кем общались убитые? Их уже нет.
– Нам надо проверить и убедиться, что их было всего двое. Рынок – это такое место, где назначаются встречи, и кажется, что там можно затеряться в толпе. Но на самом деле там везде есть глаза и уши. От маленьких нищих до карманников. Если у этих двоих были встречи не только с членами городских банд, а и с приезжими, то мы будем об этом знать… Кто-то должен был передавать указания южанам, – вздохнул Уильям.
Шуань уважительно покачал головой:
– Ты прав, Уильям, я об этом не подумал. Действительно мог остаться тот, кто за всем следил и находился в стороне. Куда идем?
– В тюрьму. Разберемся с бумагами.
У ворот тюрьмы произошло то же самое, что и у будки рыночной стражи. Уильяма быстро провели к секретарю начальника тюрьмы, сухонький сгорбленный старичок внимательно выслушал недавнего заключенного и тут же протянул ему папку с документами. Просмотрев их, Уильям остался доволен.
– Вы все сделали правильно, – удовлетворенно сообщил он. – В интересах дальнейшего расследования придерживайтесь этой версии. И еще. Если кто-то будет интересоваться, что выявлено в ходе следствия по этому делу, опознаны ли убитые, то этого человека немедленно арестовать и содержать под стражей до тех пор, пока я не разберусь с ним. Даже если меня не будет в городе. Я направлюсь в скором времени к кангану Жупре де Ро. Можете туда сообщить о задержанном. Даю это указание вам, господин да Риз, а не беспокою вашего начальника, потому что вы ничего не забываете. Я отмечу вашу помощь в материалах расследования.
Старик с достоинством поклонился:
– Благодарю, сударь, за столь высокую оценку моей скромной персоны. Не беспокойтесь, все сделаем в лучшем виде.
– Не сомневаюсь. – Уильям вышел из кабинета секретаря начальника тюрьмы.
На улице шуань расплылся в широкой улыбке:
– Ну, парень, ты готов к встрече с канганом.
– Не спеши, Луй Ко, надо дождаться сведений от Кержака. Мы не можем уехать, не закончив здесь все свои дела.
Глава 2
Город Хволь стоял на правом крутом берегу одноименной реки. Река Хволь по местным меркам была не очень большой, метров восемьдесят в ширину, и отделяла обжитые земли королевства от пограничной территории, которую королевство Риванган считало своими землями. Королевство вынуждено было расширять свои владения на север. С юга его подпирали воинственные и богатые княжества Брахмы. С востока степь, а за ней империя Шуань. Большая, не воинственная империя, которая, однажды разгромив объединенные войска кочевников и Ривангана, уже показала свою силу спящего дракона. Тогда ханы кочевников прибыли к прадеду нынешнего короля и предложили ему воспользоваться восстанием в западных провинциях империи и напасть на нее. Обещали богатую добычу.
Сначала война была успешной, и армия вторжения с ходу, без особого сопротивления преодолела земли западных провинций, но потом началась пустыня, а вскоре прибыли войска из центральных провинций.
Маги шуаней уничтожили магов Ривангана. Они использовали накопители энергий в виде жезлов. Потом пришел черед остального войска. Ханы с кочевыми племенами бежали в степь, а кости армии Ривангана остались белеть в песках пустыни.
На западе королевства высились горы, цепью протянувшиеся вдоль побережья Западного океана. Там жили воинственные горские племена. Но королевство росло, и многих стали отселять на север, давая им освобождение от уплаты налогов на двадцать лет. Там, в приграничных ничейных землях, не было канганов и ландстархов. Селения жили сами по себе, ими управляли выборные старосты.
Безопасность обеспечивали пограничные войска королевства. На всем протяжении так называемой границы располагались пограничные заставы. Они были расположены в самых дальних от Хволя поселках. Но и сами жители приграничья были людьми неробкого десятка. Могли защитить себя от небольших отрядов северных дикарей. И могли пограбить караваны на королевском северном тракте. Единственное, от чего они действительно страдали, так это от волшбы шаманов, что поднимали мертвых, насылали мор на животных и людей. Дикари, оттесненные королевством, жили дальше на севере, в лесотундровой зоне. Занимались охотой, скотоводством и, бывало, торговали с поселками. Но ни поселенцы, ни сами дикари иллюзий не питали и при всяком удобном случае убивали и грабили друг друга. Взаимный грабеж был как бы узаконен и считался в порядке вещей. Тем более что на самой границе, которая была, впрочем, весьма условной, селились те, кто был помилован и освобожден от каторги. Воры, мошенники и те, кто совершил убийство по неосторожности, а также авантюристы всех мастей и беглые преступники. С севера купцы везли в королевство меха, мед, воск и речной жемчуг, а обратно – оружие, вино, зерно, фрукты, лошадей, коров и всякую живность для поселенцев. Все это Артем узнал по дороге.
Артем с пригорка смотрел на новое место своей службы и ничего плохого не находил. Город напоминал Сталинград – растянулся вдоль берега узкой полосой и был отгорожен деревянным частоколом, вот и вся фортификация. В самом городе находилась деревянная крепость. С юга Хволю ничто не угрожало, а от дикарей его отделяла река.
«Ничего так себе местечко, – подумал Артем. – Бывало и хуже».
Он должен был прибыть к месту службы в течение тридцати дней, но задерживаться Артем не стал, рассудив, что просто слоняться по стране – значит наживать себе неприятности. Как поведет себя Артам, неизвестно. Поэтому Артем решил прибыть к месту службы и приступить к своим обязанностям. Скорее всего, как полагал его товарищ по несчастью Артам, в госпитале гарнизона.
Обоз, с которым ехал Артем, находился в пути трое суток. Сам переход прошел без неожиданностей, спокойно. Единственное неудобство доставляли большие мухи, что немилосердно кусали лошадей и людей. Но Артем в первый же вечер, когда они проезжали болота, искусанный и злой, решил на привале сварить мазь, отгоняющую слепней. Алхимию Артем изучил хорошо. Знал гораздо больше, чем давали на занятиях по алхимии в школе магии. Покупал книги по алхимии, рецепты в букинистических лавках и у аптекарей.
Постоялых дворов на этом отрезке пути было мало, и они заночевали в поле у небольшого ручья. Местность была болотистая и непригодная для проживания.
Вечером у костра, ворча себе под нос, куда он отправит проклятых мух, Артем достал походную лабораторию – пестик, ступку, маленькую горелку и кастрюльку. Открыл книгу по алхимии и стал ее листать.
Возница, с которым Артем ехал и за разговорами коротал время, со страхом и удивлением смотрел на колдуна. А уж когда из сумки мага вылез заспанный коротышка, он и вовсе оторопел. Свад зевнул, потянулся, громко и беззастенчиво испортил воздух и тут же исчез.
Возница осенил себя змейкой, сделал несколько глотков из бутылки с мутной жидкостью, вытер рот и отошел подальше от злого колдуна. Ему хотелось с кем-то поговорить и поделиться тем, что он видел.
Тут, на севере, колдунов и знахарей хватало, и ничего необычного в том, что делал молодой маг, не было, но то, что из его сумки вылез маленький человечек страшной наружности, напугало возницу.
«Никак демон из преисподней!» – со страхом подумал он.
– Ты чего тут околачиваешься? – спросил его охранник, дежурящий у возов.
– Колдун колдует, – прошептал возница. – Ужас какой злой. Наколдовал демона.
– Демона! – засмеялся воин. – Ты демонов когда-нибудь видел?
Зная страсть возницы к выпивке, приблизился к нему, принюхался.
– Да ты, Ефим, никак уже употребил? Шел бы ты к себе. Нельзя тут ходить. И бросай выдумывать, – засмеялся стражник. – Маг безобидный, и рожа у него глупая. Он даже денег не попросил за охрану каравана.
Возница, который выпил для храбрости, обиженно отмахнулся от насмешника и вернулся к костру, у которого дремал коротышка.
Артем, расчесывая щеку, немилосердно матерился, толок порошки в ступке и сверялся с книгой. Проделывая все эти операции, бубнил:
– Одна часть желчи быка… Две части свиного топленого жира… Три части сушеных жабр рыбы-погремушки… И одну часть дистиллята двойной перегонки. Все смешать и варить одну минуту… Как там?.. – Он заглянул в книгу. – На малом огне.
Гремлун прислушивался к бормотанию товарища и пытался помочь:
– Грубо работаешь, брат. Так отмеряют части на глазок только дилетанты. А мы с тобой мужи ученые. – Свад посмотрел на смирно сидящего возницу и протянул руку. – Рукль давай.
Возница от такой наглости оторопел, часто заморгал и несколько раз осенил себя змейкой.
– Прокляну твой срамной уд, Ефим, и к девкам ходить больше не будешь, – пригрозил мастер проклятий вознице. – Откупись лучше.
Ефим трясущимися руками вытащил из сумы монетку и положил рядом с коротышкой.
У их костра никто не сидел, все сторонились странного мага. Ефим приложился к бутылке и поспешно поднялся.
А Свад достал медные монеты, разложил их перед собой и стал просвещать Артема:
– Вот смотри, неуч.
– Почему неуч? – улыбнулся Артем. – Только что ты назвал меня ученым мужем.
– Погорячился, значит. Слушай и смотри. Одна маленькая медная монета это и есть по весу одна часть. Две монеты – это две части, а полрукля – это пять частей. Умные люди все до тебя придумали.
Он откуда-то достал небольшие весы и положил в одну чашу полрукля, а в другую – пять монет достоинством каждая в десять брахм.
К удивлению Артема, весы уравновесились.
– Бери монетки, клади на весы. На другую чашу свои порошки. Теперь ты, Артем, можешь взвешивать части ингредиентов правильно, – важно сообщил Свад и спрятал весы с монетами. – И радуйся, что у тебя такой умный друг, как я.
Артем только было обрадовался весам, как они исчезли.
– Свад, дай весами попользоваться, – заискивающе попросил Артем.
– Это еще зачем? – Свад посмотрел на землянина.
– Как зачем?! – воскликнул Артем. – Части взвесить!
– Свои надо иметь, – буркнул гремлун и закрыл глаза.
Артем несколько мгновений изучающе рассматривал маленького проказника и спокойно произнес:
– Ну тогда ищи себе новый дом, дружище. А в сумку больше не лезь.
Гремлун открыл глаза и оторопело уставился на человека.
– Это еще почему? – возмущенно спросил он.
– А потому, дружище, что свой дом нужно иметь.
– Вот еще! – фыркнул гремлун и полез в сумку.
Но Артем только этого и ждал. Он пожелал достать Гремлуна, и тот оказался у него в руке.
– Хочешь жить – плати, – невозмутимо предложил он и поставил гремлуна на землю.
Возмущению маленького мастера проклятий не было предела. Он еще раз попытался залезть в сумку, но не тут-то было, пространственный карман для него оказался закрыт.
– Так, значит? Так?! – чуть не плакал коротышка. – Чего ты хочешь за сумку?
– Раньше хотел весы, но теперь не хочу. Приеду в город и закажу их у кузнеца.
– О чем ты говоришь! – воскликнул гремлун. – Разве местные криворукие мастера могут сделать такую добротную вещь, как мои весы? Вот, бери и пользуйся. – Свад вытащил весы и протянул человеку. – И помни мою доброту.
– Так ты их мне отдаешь по своей доброте? – переспросил Артем.
– Ну да. – Гремлун важно задрал нос кверху.
– Спасибо, Свад.
Артем забрал весы и стал перемеривать части.
Свад потянулся, зевнул и полез в сумку. Но опять не смог попасть в свой пространственный карман.
– Эй! – окликнул он Артема.
– Тебе чего?
– Хочу в сумку попасть, вот чего.
– Зачем?
– Как это зачем? Я тебе весы отдал? Отдал. Пускай в сумку.
– Не было разговора о сумке, – не сдавался Артем. – Ты мне весы отдал по доброте своей. А я не такой добрый, как ты, я злой.
Казалось, гремлуна сейчас хватит удар. Его нагло обобрали и обманули. Эти чувства отразились на его сморщенной мордочке. Он застыл, не зная, что сказать, но затем его большой рот расплылся в мстительной ухмылке.
– А ты мне должен, – заявил он.
– С чего это?
– А с того, что я помог тебе с кошельком и ты признал долг. Так что пускай в сумку.
– Ах, это? Согласен, можешь лезть в сумку, долг подтверждаю. – И, когда довольный гремлун скрылся в сумке, договорил: – Один раз разрешаю. Ты мне помог один раз, и я один раз позволю тебе побыть в сумке.
– Чего? – Голова Свада показалась из сумки.
– Долг уплачен. Я тебя в сумку пустил? Пустил. Ты там побывал? Побывал. Теперь вылазь.
Свад чуть не расплакался. Его губы задрожали, и Артем прекратил издеваться над маленьким проказником.
– Ладно уж, живи, – разрешил он, – и больше не торгуйся, не умеешь.
Свад спрятался в сумке.
Всю эту картину наблюдал возница Ефим. Не выдержал, глотнул еще из бутылки и пошел к купцу.
– Вашмилость, – тихо прошептал он, – колдун демона вызвал.
– Какой колдун? – Купец недовольно посмотрел на возницу.
– Да тот, что с нами едет, молодой. Истинно говорю, он его в сумке своей держит, сам видел.
Купец отставил в сторону миску с кашей.
– Не шутишь?
– Нет, вашмилость. Чтоб мне век первак не пить. Сам видел. – Возница придвинулся поближе и горячо зашептал: – Сначала из нее вылез, потребовал у меня рукль. Иначе, говорит, прокляну и обратно в сумку-то и залез.
Купец, почувствовав запах самогона, отодвинулся.
– Ну пошли, посмотрим на твоего демона. – Он решительно поднялся и стремительной походкой направился к костру, где сидел маг.
– Кому еще рассказал? – спросил купец.
– Никому, только вам.
– Правильно, помалкивай.
Они подошли к магу, который взвешивал на весах порошки.
– Уважаемый Артам, – присел на корточки рядом с Артемом купец, – до меня дошли сведения, что вы колдуете и вызвали демона.
Артем посмотрел снизу вверх на возницу.
– Это вам Ефим сказал? – спросил он. За Свада Артем уже не боялся, тот мог показать себя и спрятаться. Все принимали его за сказочного домового.
Купец тоже глянул на Ефима, который нахмурился и таращился на сумку, показывая взглядом и подергивая подбородком в ее сторону.
– Он самый. Он еще сказал, что демон спрятался у вас в сумке. Вы уж простите, – многозначительно произнес купец, – но места у нас дикие, и всякое может быть…
– Вот сумка, смотрите. – Артем подвинул к купцу сумку.
Купец поколебался, потом все же поднял сумку, пощупал ее и открыл. Там были мешочки, баночки и листы бумаги, исписанные формулами.
Он почесал затылок и, закрыв сумку, отложил в сторону.
Артем понял его затруднения.
– Ефим весь вечер к бутылке прикладывается, – произнес он. – Привиделось, наверное.
Возница стал осенять себя змейкой и бормотать:
– Наваждение, как есть вражье наваждение. – Достал бутылку и сделал большой глоток.
– Понятно! – проговорил купец. – Мессир, вы меня простите…
– Ничего, я понимаю, – успокоил его Артем и отвернулся.
Купец поднялся и, ухватив за руку возницу, оттащил того в сторону.
Артем услышал, как он негромко сказал:
– Штраф два рукля, Ефим, и больше к магу не лезь. Не позорь меня.
Артем смешал порошки, засыпал в кастрюльку и поставил кастрюльку на огонь.
Когда зелье было сварено, он отправил кастрюльку в родничок, остужаться. Ночью слепни не кусали, и он успокоился.
Наутро намазав мазью от слепней щеки и руки, довольный ехал рядом с возницей. У Ефима опухло лицо от выпитого, бессонной ночи и от укусов мух. О вчерашнем происшествии возница не напоминал, но то и дело поглядывал на мага, вокруг которого крутились кусачие мухи, но на его лицо не садились. Не выдержав, он спросил:
– Вашмилость, чей-то вас не кусают эти заразы? Заговоренный, что ли?
– Нет, Ефим, я мазь от слепней сварил. Теперь они меня не кусают.
– Мазь? И надолго спасет она?
– Пока не умоешься.
– А сколько стоит ваша мазь? – осторожно спросил Ефим.
Артем с интересом посмотрел на возницу.
– Тебе продам за полрукля, – весело ответил он. – Если расскажешь остальным. С них возьму по руклю.
– Так на привале в полдень и поговорю! – обрадованно воскликнул Ефим.
Артем намазал ему щеки и руки.
Теперь и Ефим ехал довольный и веселый.
«А колдун и в самом деле дурень, – подумал он, – так дешево свою мазь продает».
На привале к Артему выстроилась очередь желающих намазаться мазью. Последним подошел купец.
– Уважаемый Артам, – с елейной улыбкой обратился он к магу. – Я предлагаю вам хороший контракт. Вы делаете мазь от мух, а я выкупаю всю вашу мазь оптом. Например, по полтора рукля за баночку. Что скажете?
– Да я не против, уважаемый Вацлав. Только дайте добраться до места службы, и там разберемся. Я не знаю, куда меня направят служить. Может, оставят в городе, а может, отправят на границу. Если я останусь в городе, то мы с вами сговоримся… Только цену я узнаю уже на месте.
Купец расплылся в улыбке.
– Конечно, мессир Артам. Я вас в городе найду. Но должен сказать, хороших магов всегда оставляют в городе. А вы хороший маг, – польстил он Артему.
– Спасибо за ваше мнение, уважаемый Вацлав.
До города оставалась лига, не больше, и Артем повеселел. У него появилась какая-то определенность в жизни, жить в неопределенности он очень не любил. Кроме того, его признали хорошим магом. Пусть он не может творить магию одной рукой, но зелье сварить вполне способен. А это тоже, как оказалось, неплохой заработок. Ингредиенты, что не сможет найти сам, он может заказывать купцам, и они привезут все, что надо, лишь бы платил рукли и бареты.
Артем глубоко вдохнул свежий северный воздух.
Караван въехал в город, и Артем распрощался с купцом. Подхватил свой заплечный мешок, повесил на правое плечо. Взял в руки один из кожаных баулов умершего мурады и направился к крепости, занимавшей правую половину города.
– Проход запрещен! – басовито проговорил немолодой стражник, останавливая Артема. – По какому такому делу?
– Прибыл для прохождения службы.
Сержант с тремя красными лычками на правом рукаве прочитал направление и вернул его.
– Мессир, штаб пограничного полка располагается в здании с флагом на колокольной башне. Там обратитесь в строевую часть, и вам скажут, что делать дальше. С прибытием, мессир. Господам магам мы завсегда рады.
Стражник отступил в сторону и пропустил Артема.
Войдя внутрь крепости, Артем остановился. На него нахлынули воспоминания о его срочной службе, и теплое чувство, смягчая зачерствелую корку, прокатились по душе солдата.
Он видел штаб с колокольной башней, над которой реял немного оборванный по краям флаг королевства Риванган. Большой мощенный камнем плац перед зданием штаба. Как много общего в разных мирах.
Артем шел полный непонятной радости, не глазея по сторонам, и не замечал, как из окна штаба на него удивленно, часто моргая и протирая глаза, не веря тому, что он видел, смотрел меченосец веры отец Ермолай.
Инквизитор отпустил бороду и еще больше опух от пьянства.
– Не может быть… – прошептали губы инквизитора. – Не может этого быть.
«Этот полудурок прибыл сюда служить или по каким еще иным делам? – думал отец Ермолай. – Может, сбежал из своей магической школы? Или его выгнали за пьянку? Вот было бы хорошо».
Инквизитор потер вспотевшие руки.
«Я его сожгу. Я сожгу этого мерзавца, из-за которого попал в эту дыру. Дай только узнать, зачем он сюда прибыл».
А Артем подошел к штабу, показал часовому направление и направился внутрь.
Его шаги гулко звучали по каменному полу пустынного коридора, а из-за боковой двери в щелку за ним следил отец Ермолай.
Увидев, как Артем остановился у дверей начальника строевой части, удивился: «Ну точно служить прибыл! Надо же! Сподобился сдать экзамены, богохульник».
Артем с волнением постучал в дверь и, открыв ее, вошел в большой кабинет. За невысокой перегородкой, разделяющей кабинет на две неравные части, сидели за столами трое в военной форме и копались в бумагах.
– Вам что? – спросил худой невысокий офицер в зеленом мундире с треугольными красными погонами, на которых были две скрещенные сигнальные трубы.
В званиях Артем не разбирался, но по солдатской привычке немного оробел.
– Я прибыл на службу магом, господин… – Артем замялся, не зная, как обратиться к офицеру.
Тот понял его затруднения:
– Обращайтесь ко мне «господин штаб-поручик», мессир. Покажите мне ваши бумаги.
Артем уже более уверенно подошел к перегородке и вытащил из баула документы. Сначала протянул направление, затем дипломы и аттестат.
Штаб-поручик внимательно изучил направление, сверился со сроком прибытия и удивленно приподнял брови.
– Похвально, мессир, что вы не стали задерживаться в пути. У вас еще есть десять суток отпуска… Так, диплом мага-универсала, очень хорошо… А это… хм… охотник на диких магов? Неожиданно… Вы учились в Аногурской школе магии… и кто был вашим учителем по охоте на шаманов?
– Стра… мессир Зольд, старший воспитатель.
– О-о-о… – уважительно произнес штаб-поручик. – Страшила! Теперь понятно, почему вас сюда направили.
Артем лишь слабо улыбнулся. Оказывается, пугающая учеников кличка старшего воспитателя пришла отсюда, с границы. Он и здесь страх наводил.
– Ну что же, мессир, вы попали в нужное место. – Штаб-поручик повертел в руках дополнительный диплом, положил на стол и посмотрел аттестат. Аттестат вернул Артему. – Аттестат отдадите в службе снабжения, мессир. Направление на службу и дипломы я забираю, они будут находиться в вашем личном деле. Сейчас вам надо пройти к старшему полковому магу и представиться ему. Потом на склад, получить форму и причитающееся довольствие. Затем определиться с местом жительства. Здесь вы будете жить в казарме или в городе? – Офицер окинул оценивающим взглядом одежду Артема и добавил: – Если средства позволяют.
– Я бы хотел остаться здесь, в крепости, господин штаб-поручик.
– Понимаю, – кивнул тот. Сел на свое место. Достал из ящика стола папку и, полистав, вытащил бланк, заполнил его, поставил печать и расписался.
– Вот, – протянул он Артему бланк, – справка, что вы зачислены в часть. Вам определят место в офицерском общежитии и поставят на довольствие. Приходите завтра, будем определяться с вашим местом службы.
Артем поблагодарил и вышел. За дверью остановился в нерешительности. «И где здесь полковой маг?» – Он снова заглянул в строевую часть.
– Простите, господин штаб-поручик, а где находится полковой маг?
– Дальше по коридору и перед лестницей на второй этаж, направо. Вы увидите на двери два скрещенных магических жезла.
– Спасибо.
– Не за что, господин Артам из Гризби.
Нужную дверь Артем нашел сразу. Массивные дубовые двери высотой метра два с половиной были украшены медной начищенной табличкой со скрещенными жезлами. Артем постучался и, не дождавшись ответа, открыл дверь.
Полковой маг храпел на стуле, положив ноги в сапогах на стол. Мантия была заляпанной темными пятнами. В бороде запутались какие-то крошки, вокруг лица спящего летала муха. Она периодически садилась на нос, и маг смешно им подергивал.
Артем поставил свои вещи на пол у входа и прошел к столу.
– Господин полковой маг! – негромко окликнул он спящего.
– Мгу… – пробурчал спящий, и по кабинету полетел горький сивушный запах.
– Господин старший полковой маг! – повторил Артем уже громче.
Маг лишь всхрапнул.
«Везет мне на пьяниц», – подумал Артем, скинул ноги мага со стола и громко окликнул его.
Тот нечленораздельно замычал и открыл глаза. Некоторое время пялился на Артема.
– Ты кто? – удивленно спросил он.
– Я – Артам из Гризби, окончил Аногурскую школу магии и прибыл на службу.
Маг, дородный мужчина с бородой как лопата, потер лицо.
– У тебя опохмелиться есть?
– Есть первак двойной перегонки.
– Давай.
Артем вернулся к двери, достал из баула пол-литровую бутыль очищенного самогона крепостью градусов семьдесят.
Маг пошарил в своем столе и вытащил стакан с дохлой мухой на дне. Дунул в стакан, и муха выпала. Дрожащими руками налил полстакана и залпом выпил.
Зажмурился, сморщился, и наконец черты его лица довольно разгладились.
Он выдохнул, подхватил муху, лежащую на столе, и, к немалому удивлению Артема, сунул ее в рот. Разжевал и выплюнул. Скривился.
– Так рано еще, – произнес он. – Выпуск осенью, а сейчас лето.
– Запрос был от вас, – ответил Артем, – прислать магов из школы. Вот меня и отправили… Досрочно.
– Досрочно, значит, – с задумчивым видом повторил маг. – Что самогон имеешь, это хорошо. Что выпустили досрочно – это плохо. Дурень, значит. Досрочно выпускают только дураков. А куда их девать? Сюда и отправляют.
Он еще налил себе полстакана.
– Вы тоже? – спросил с серьезным лицом Артем.
– Что тоже? – переспросил маг, не отрывая взгляда от самогона.
– Досрочно выпустились…
– Я-я? Нет… А почему ты спросил? – Он посмотрел на Артема.
Но того уже понесло:
– Вы сказали, сюда только дураков отправляют.
Маг постарался собраться с мыслями. Сфокусировал взгляд, стараясь ухватить ускользающую мысль.
– Ну… да, – с трудом выговорил он. – Только идиотов и направляют… Умных к умным, а вас, дураков, ко мне. Но мне на вас, дурней, наплевать.
Он выпил. Вновь сморщился. Выдохнул и вытер ладонью рот.
– Налож-жи на меня ма… мам… ик!.. лое исцеление, – приказал он.
– Сразу скажу, мессир, – не стал таиться Артем, он уже понял, что маг хоть и пьяница, но не дурак. – Я плету заклятия двумя руками, у меня пальцы негибкие.
– Двумя руками? Хм… Да хоть ногами. Лечи давай.
Артем быстро сплел заклинание малого исцеления и наложил на мага. Тот порозовел.
– Ну, что-то можешь. Хоть и паршиво, – оценил маг. Полез в стол и достал книгу. Полистал ее, обмакнул перо в чернила и приказал: – Диктуй! Как зовут?
– Артам из Гризби, – поспешно отозвался Артем.
– Что окончил?
– Аногурскую школу магии.
– Специальность?
– Маг-универсал. И охотник на диких магов.
Перо в руках мага дернулось, он неверяще посмотрел на Артема.
– Как ты сказал? – переспросил он.
– Маг-универсал.
– Нет, потом.
– Охотник на диких магов.
– Ну надо же! – Старший полковой маг посидел в задумчивости. – Знаешь что… Приходи завтра… С утра. Подумаем, куда тебя определить.
Артем посмотрел на бутылку самогона. Маг проследил за его взглядом и буркнул:
– Бутылку оставь.
Артем кивнул и вышел, забрав свои вещи.
В коридоре он столкнулся с крадущимся отцом Ермолаем. Оба от неожиданности застыли, рассматривая друг друга, и первым радостно завопил Артем: