- Поль, ты уверенна, что это здесь? - прошептала я, разглядывая припорошенную комьями грязи мраморную плитку с выбитыми на ней именем и датами жизни, - тут написано Луниания Кшиштовская. Такие имена вообще бывают? Сто пятьдесят лет. Да столько не живут!
Словно пытаясь нагнать на меня еще больше страха раздался оглушительный гром. А вслед за ним ярко-белая молния рассекла ночное небо, на мгновение осветив городское кладбище, где в этот поздний час не было ни души.
Не считая нас Полиной.
А еще сотен ютившихся под землей скелетов.
И одного трупа, в багажнике машины.
- Уверена. Это мы ее по-домашнему Нией Сергевной звали. Долгожительница. А фамилия девичья. Не любила бабка свое полное имя, оно ей от матери досталось, а та их с прадедом бросила и укатила со своим балетмейстером в закат, - подсвечивая телефонным фонариком, подруга рылась в своей безразмерной сумке, пока не вытащила из ее недр зонт и не раскрыла его прямо над нами.
Как раз вовремя, так как мелкий, моросящий дождь, стремительно превратился в ревущий поток сплошного ливня, что водопадом обрушивался на землю.
- Все же зря мы сюда приехали. Нехорошо это. Человек умер, а мы. Даже погода намекает.
- Эль, ну не будь занудой. Твой облезлый мужик бы тебя за это по головке не погладил. Места рядом с собратьями ему не досталось, так пусть хоть бабулю мою развлекает. Змеюка, правда, та еще была, никто с ней ужиться не мог, только братца любила и ему же все свое наследство оставила, а этот придурок даже на похороны не приехал, - вслед за зонтом, Полина извлекла из сумки небольшую лопату с коротким черенком и бросила ее на землю, - копай. Земля рыхлая, легко должно идти. Только не глубоко, а то еще в бабулю упрешься.
- А ты мне не поможешь, что ли? - подняла я на нее жалостливый взгляд.
- Эль, я бы, конечно, с радостью, но... я не хочу, - сделав губы уточкой, грустно протянула Поля. Выглядело это так мило, что даже не обидишься, - плюс я только с салона. Завтра обед с Елагиными, а если этот зеленоглазый козел, их сынок, увидит у меня под ногтями грязь или облупившийся лак, при всех на смех поднимет. У-у-у, придушила бы.
- Тебе давно пора высказать Глебу все, что ты о нем думаешь.
- Я и так высказываю, правда. про себя. Как не печально это признавать, он умнее и парой фраз меня так приложить может, что потом только слезами умываться.
- Ладно, держи зонт, я сама. Тем более испачкаться уже успела, - орудуя лопатой, я каждую минуту поправляла лезущую в глаза челку и мысленно прощалась со своими любимыми вещами, в которых сегодня отправилась на очередное неудачное собеседование.
Когда-то белая блузка, выгодно подчеркивающая мою троечку. Узкая, черная юбка-карандаш, в которой моя попа не выглядела такой же необъятной, как у беременной бегемотихи. Чулки и, что самое обидное, дорогущие туфли индивидуального пошива. Подарок Ангелины, мачехи, на мой восемнадцатый день рождения.
Боги, что я ей теперь скажу?
Знала бы, чем закончится сегодняшний день, надела бы спортивный костюм, и сейчас не переживала.
Через двадцать минут моих усердных стараний, я все же вырыла яму нужного размера, не задев при этом бабулю Книш. шыш. тьфу ты, бабулю Лунианию.
Теперь можно было возвращаться к машине, доставать из багажника то, что осталось от любви всей моей жизни, и приступать непосредственно к похоронам. У меня для этого случая даже речь в телефоне была заготовлена. Одна надежда, что в самый неподходящий момент он не сядет. Импровизатор из меня тот еще.
- Поль, а можно я дощечку сверху положу? Никто ни о чем не догадается. Я напишу -«Покойся с миром мой мистер К. Навеки твоя Ариэль В.».
- Ты с ума сошла? Чего уж мелочиться, и отчество свое добавить не забудь.
- Ладно-ладно, я все поняла. Не буду ничего писать, - не сдержавшись, я громко всхлипнула, и этот звук перекрыл даже шум дождя.
Полина склонилась надо мной и погладила по мокрым волосам.
- Не плачь, Эль. Ты же любишь читать всю эту любовную чушь и веришь в родственный души. Твой идеальный мужчина к тебе еще вернется, пусть и в другом обличие.
- Ты права, верю. У всех должна быть вторая половина. В одному книге писали, чтобы найти ее, надо просто прекратить постоянно о ней думать.
- Ты поэтому запретила мне называть имя Райана Гослинга?
- Да, пусть он сам пошевелится. Пошли к машине, - стряхнув с вконец испорченной юбки комья грязи, я вернула лопату ее владелице. Та осторожно ухватилась за черенок двумя наманикюренными пальчиками и пошла к выходу, где стояла припаркованная машина.
- Ай, - резко вскрикнула я, и от звука собственного голоса по спине пробежал леденящий озноб.
- Эль, все в порядке? - обернулась и вытаращилась на меня такая же испуганная Полина.
- Да. Каблук в ливневке застрял. Ай!
- А сейчас что?
- По ноге что-то проползло. Надеюсь, это не зомби-скелеты. Мамочка, только бы не зомби-скелеты. Фуууух!
- Воронцова, что там? Что проползло по твоей ноге? - кажется, после сегодняшней ночи, мы с Полей станем заиками. Я уж точно!
- Э-э-э ветка дерева.
- Еще раз меня так напугаешь, я тебя убью!
- Прости, тут так темно и страшно. Открой пока багажник, я сейчас подойду, - оставшись одна, я разула левую ногу, схватилась руками за застрявшую туфлю и начала тянуть на себя.
Пара секунд и вытащила, но не удержала равновесие и больно брякнулась на попу. Потирая ушибленное место, я не сразу заметила упавшую на меня мрачную тень. Но стоило поднять голову, как в горле застрял готовый вырваться наружу крик.
Молния ударила в землю, яркой вспышкой осветив возвышавшийся надо мной мужской силуэт, которому мое богатое воображение тут же пририсовало рога, длинный хвост и изрыгаемое изо рта пламя.
Демон. На кладбище. Мамочка!
Крепко зажмурившись, я не придумала ничего лучше, как бросить в него туфлей и, не меняя позы, начать быстро отползать назад. Ну как быстро? Насколько позволяла моя хоть и женственная, но пышная фигура.
Где же были мои куриные мозги, когда Ангелина советовала прекращать лопать пончики и заняться физподготовкой? Сейчас бы уже с Полей в машине сидела. А где она, кстати?
Демон рванул ко мне, но не успел сделать и пары шагов, как поскользнулся на залитой дождем земле и упал сверху. Благо приземлился не на меня, а на собственные, вовремя вытянутые руки.
Довольно провокационная поза, если вдуматься. Но меня сейчас это мало волновало.
Картина маслом.
Ночь. Кладбище. Вспышки молний озаряли все вокруг. С неба лило как из ведра. Мокрые волосы облепили лицо. Я полулежала на грязной земле, дрожа от холода и страха. А надо мной нависал мужчина прекраснее которого я в жизни не встречала.
Идеальные черты лица, красиво очерченные губы, трехдневная щетина и темные глаза, в которых играли гипнотизирующие огоньки пламени.
Тут же захотелось ущипнуть себя за руку, чтобы проверить, не сплю ли я, но он сам развеял все сомнения, пополнив мой словарный запас такими грубыми ругательствами, что удивительно как у меня уши в трубочку не свернулись.
- Отпустите меня! - пискнула я и попыталась встать, но не тут-то было. Выбросив вперед руку, он схватил меня за талию, прижал к себе, и столько силы было в этой хватке, что я не на шутку испугалась.
Вроде тоже промок, но почему от его тела исходит жар?
Темный пиджак, белая рубашка, галстук. И рогов вроде не видно. Можно выдыхать.
- Кто ты такая, и какого черта пыталась выкопать недавно похороненный труп? - грозно прошипел он низким, и до мурашек завораживающим голосом.
- Я никого не пыталась выкопать. Все совсем наоборот. Я хотела закопать... - боги, что я несу? - то есть похоронить.
- И кого ты хотела там похоронить?
- Кренделька.
- Я слышал истории о том, как бандиты в свежие могилы трупы прячут, но, чтобы этим занимались такие пигалицы.
- Это другое! Кренделек - мой кот. Просто у нас в городе всего одно кладбище домашних животных и там закончились дешевые места, а дорогие стоят несколько тысяч златых, но у меня нет таких денег, - немного отстранившись, он медленно опустил голову и прошелся по мне внимательным взглядом.
- Девица в дорогих шмотках утверждает, что у нее нет денег? - а у него отличное зрение, несмотря на окружавшую нас темноту, - поэтому ты решила потревожить покой недавно усопшей бабки?
- Я больше так не буду. Отпустите меня, пожалуйста! - чуть не плача взмолилась я, а ему хоть бы что, расплылся в хищной улыбке и усилил хватку на моей талии, будто собираясь поднять меня на ноги.
- Это ты будешь полиции рассказывать, а сейчас.
БУМ!
Раздался приглушенный звук и мужчина, безжизненной тушей, свалился на землю, рядом со мной. Над ним, словно персонаж «Мстителей», застыла держащая в руке уже знакомую мне лопату Поля. Склонившись над поверженным «врагом», она начала щупать его пульс, затем вытащила из его кармана телефон и нажала несколько кнопок.
- Он... он умер? - еле слышно прошептала я.
- Нет, конечно. Бежим отсюда.
Уже сидя в машине, отъехав примерно пару километров от кладбища, я, наконец-то, смогла перевести дыхание и вспомнить о незаконченном деле.
- А как же Кренделек? Мы так и не успели его похоронить.
- Эль, не дури, возвращаться мы не будем. Ты хочешь, чтобы он тебя в полицию увез? Этот гад может, - нахмурившись, бросила вцепившаяся в руль подруга, - и не реви, есть у меня еще один вариант. Сейчас съездим, посмотрим.
Недоумевая, чего это у меня такая мокрая и заледеневшая левая ступня, я опустила взгляд на свои ноги и открыла, от удивления рот.
- Поль, а я туфлю на кладбище забыла. А если он меня по ней найдет?
- Это с чего бы? У тебя пятки как-то по-особенному пахнут?
- Нет. Они дизайнерские. Специально для меня заказывали. Там на стельках мое имя.
- Не переживай, Золушка. Этому черту рогатому до принца, как до луны. Приехал на мою голову, лучше бы дальше в Проточном своем сидел.
- Поль, а откуда ты его знаешь? Вы знакомы?
- К сожалению, да. Это мой брат, Дэш.
Два дня спустя
- Ай! - подпрыгнула я на стуле, почувствовав, как острая иголка, которой орудовала Лариса, швея из какого-то именитого дома моды, впилась мне в бок. И судя по неприкрыто-враждебному выражению лица, сделала она это специально, - пожалуйста, поаккуратнее, мне больно.
- Вам больно? Вы серьезно? - начала причитать она, с каким-то жутким - и я уверенна, фальшивым - иностранным акцентом, - это у меня сердце кровью обливается. Неделя прошла с прошлой примерки, а вы за это время поправились так, что платье не сходится на груди. Я же просила вас не переедать!
Тут она права. Действительно просила, и я даже клятвенно обещала, что сяду на диету, но это было до того, как я похоронила единственного любящего меня члена семьи, и
повстречала на кладбище мужчину моей мечты. В первом случае я заедала горе, а во втором, кормила вкусняшками бушевавших в моем животе бабочек.
Похоронив Кренделька на заднем дворе Полькиного дома, под туями, что заботливо выращивала ее мама, я вернулась домой. Незамеченной прокравшись в свою комнату, я дождалась сообщения от подруги, что ее брат, - или как она его теперь называла «чугунноголовый», - хоть и помятый, но живой вернулся домой, и тут же бросилась к компьютеру, выискивать в интернете информацию о Дэше Бриге.
Выписка из дневника Ариэль В.
Итак, что мы имеем на сегодняшний день:
• Фото с сайта одного из принадлежащих ему охранных агентств, которое я распечатала и хранила между страниц, и при разглядывании которого у меня в голове начинал играть свадебный марш.
• Заветные слова - «не женат» в его краткой биографии.
• Приглашение на сегодняшний вечер у Бригов, где мы снова встретимся.
Вот насчет последнего пункта я и переживала. Вдруг он узнает во мне ту самую промокшую и грязную Лару Крофт, расхитительницу гробниц? Да и какое тут может быть «вдруг»? Естественно узнает, и удар по голове припомнит.
Мысленно я уже подготовилась уйти в глухую несознанку. Поля даже придумала для меня мистическую историю с без вести пропавшей при рождении сестрой-близняшкой. Но я уверена, моя нервозность сдаст меня с потрохами.
А не хотелось бы, ведь он был такой идеальный, такой идеальный, что я... забыла, что терпеть не могу слово «идеальный».
Тут еще шикарное вечернее платье, в котором я, со своими светлыми локонами, походила на юную, и слегка упитанную Мэрилин Монро, и которое специально для сегодняшнего выхода в свет заказала моя мачеха Ангелина, решило помахать мне ручкой.
Привыкнуть бы к неудачам, что преследуют меня, казалось, с самого рождения, но нет. Я как маленький ребенок продолжала верить в чудо, а пора бы повзрослеть.
- Ангелина Владимирова, ну это уже ни в какие ворота, - повысила голос Лариса, обращаясь к сидевшей на диванчике, и разгадывающей кроссворды мачехе, - ваша дочь поправилась на пять сантиметров!
- Во-первых, Ариэль мне не дочь, а падчерица, - строгий голос Ангелины походил на удар кнутом. Я-то уже привыкла, а вот посторонние, вроде той же Ларисы, тушуются и начинают мямлить, даже не понимая, что этой властной женщине плевать, что они там ей пытаются сказать, - а во-вторых, мой муж платит вам огромные деньги за гардероб для нашей семьи. Будьте добры перешить наряд, чтобы уже через час он был готов, иначе мне придется позвонить вашему непосредственному начальнику и пожаловаться на нерасторопность его сотрудников.
- Да-да, конечно. Я сейчас же все исправлю, не нужно никуда звонить, - запричитала Лариса, чей иностранный акцент будто в унитаз смыло.
Тяжело вздохнув, я принялась ждать, когда с меня снимут новые мерки, мысленно готовясь к тому, что как только за Ларисой закроется дверь, в мою сторону полетят бесконечные претензии по поводу лишнего веса, нежелания завязывать со сладким, -единственной, после кончины Кренделька, радостью в моей никчемной жизни, - и нежелания посещать тренажерный зал.
Но в последнем я честно не виновата. Ангелина обставила его таким новомодным оборудованием, что сломав один раз нос на беговой дорожке, решившей вдруг ни с того ни с сего подняться в воздух, я обзавелась настоящей фобией и решила, что утренней зарядки, для поддержания тела в тонусе, будет вполне достаточно.
Между тем, Лариса, собрав свои вещи, отправилась перешивать платье, а я, надев свою любимую фланелевую пижаму, начала примерять купленные для меня новые туфли, оказавшиеся, - сюрприз, сюрприз, - на размер меньше нужного.
Тот, кто их сшил, явно желал смерти моим ногам!
- Хм, тепличный овощ, - покусывая карандаш, мачеха продолжала разгадывать кроссворд, не обращая на мои мучения никакого внимания.
- Баклажан, - выпалила я, ни на что, в общем-то, не надеясь.
- Три буквы.
- Э-э-э, жан, - вот так всегда, в стрессовой ситуации, когда решение требуется сию секунду, я превращаюсь в пускающую слюни идиотку.
Оторвавшись от кроссворда, Ангелина подняла на меня удивленный взгляд, но сказать ничего не успела, в дверь постучали, и в гостиную вошел отец.
- Вы уже закончили?
Мачеха встала с дивана, подошла к моему драгоценному папеньке и чмокнула воздух у его щеки.
- Остались мелочи, Вить, но в основном да, мы закончили.
- Отлично. Ровно в восемь я буду ждать вас обеих в холле. Не опаздывайте, - не удостоив меня даже быстрым взглядом, он собрался уйти.
- Пап, можно тебя на секундочку? - просить аудиенции в личном кабинете смысла не было, Ангелина все равно узнала бы о нашем разговоре из первых рук, так что я решила обратиться к нему сейчас.
- Слушаю, - и Оскар за актерскую игру в том, как он делает вид, что ему интересно вести со мной беседу уходит... Виктору Воронцову!
- Я... я хотела попросить у тебя немного денег. В долг, конечно же. Там сумма мизерная, всего сто златых.
- Зачем? - вот в этом он весь: «где», «когда», «куда», «зачем», и ни слова лишнего.
- Я нашла кулинарные курсы в интернете. Там обещают обучить за месяц и даже, при хорошей сдаче экзаменов, обеспечить работой.
- Что? Кулинарные курсы? Ты сейчас издеваешься надо мной? - отцовское лицо по цвету напомнило мне переспелый помидор.
Ангелина прикрыла рот ладонью, но я отчетливо услышала слетевший с ее губ смешок.
- Нет, - покачала я головой, - просто мне нужна работа и личные деньги.
- Зачем тебе деньги? Мы мало тебя кормим? Поим? Одеваем плохо? Ну так найди нормальную работу, а не кулинарные курсы для несостоявшихся в жизни раздолбаев.
- Чтобы найти нормальную работу, как ты выразился, необходимо иметь должное образования, а ты не отпустил меня в университет, отказавшись за него платить. Жена с мозгами никому не нужна, твои слова? Я уже столько собеседований прошла, никто без корочки не берет, а к себе в компанию ты меня принимать не хочешь.
- Нечего тебе там делать, потому что. Только позорить меня будешь! Ну, ничего. Если сегодняшняя вечеринка пройдет как надо, уже завтра пойдешь на свидание... А там и замуж недалеко.
- Свидание? - очумев от удивления, перебила я его, - с мужчиной?
- Нет, блин, с летающей тарелкой! С мужчиной, конечно, - и не дождавшись моего вопроса об этом самом мужчине, с грохотом захлопнул за собой дверь.
Вот так новости! Дыши, Эля, только дыши. Нет, это дело срочно нужно чем-нибудь заесть, иначе я взорвусь. Вроде, где-то тут, на трюмо, лежал мой завтрак.
- Ангелина, ты не видела мой бутерброд? На тарелочке лежал. Куда-то запропастился.
- Звони в полицию!
Вечер не задался с самого начала.
Не завелся отцовский лимузин, и нам троим пришлось ютиться на заднем сиденье менее уютной машины, тогда как впереди разместился водитель и Ангелинин телохранитель.
Зачем он ей, я понятия не имела, но хозяин-барит. Г оворит, что нужен, значит нужен. Ну а кто еще будет пакеты с вещами во время шоппинга за ней таскать, и клиентов, занимающих кабинки в примерочных бутиков, распугивать? Конечно же он, Александр Телохранителевич Кущин.
Вдобавок корсет к платью, которое Лариса успела-таки перешить, сейчас больше напоминал инструмент пытки, а не призванную скрашивать фигуру деталь гардероба. Швея, под надзором мачехи, так туго его затянула, что я, с большой вероятностью, еще в дороге скончаюсь от деформации ребер, зажатая с двух сторон агрессивно настроенными родственниками.
Мечта, а не поездка, которую «скрашивали» постоянные тычки локтем в бок со стороны мачехи, - из-за вышеупомянутого корсета они ощущались не больнее укуса комара, - и недовольное пыхтение со стороны отца.
Он, кстати, сегодня был особенно не в духе, поэтому я не решилась приставать с вопросами о парне, к свиданию с которым мне нужно было готовиться.
Да и какая разница, кого они мне там приглядели? Меня парни ни разу в жизни никуда не приглашали, так что будь он даже худой, хромой и лысый карлик, я пойду и узнаю, от чего столько шума вокруг этого «романтического ритуала». Зато будет о чем с Полей посплетничать.
А еще в голове, словно муха о стекло, билась мысль о новой встрече с Дэшем.
Боги, я даже мысленно его имя с придыханием произношу! Совсем пропала... Ну, ничего! Я во всеоружии, и сражу его наповал. Не зря столько журналов об искусстве флирта перелопатила.
Буду ловить свою «рыбку» на живца. Строить глазки, весело смеяться его шуткам, -надеюсь он любит шутить, - касаться словно невзначай зоны декольте... Главное не переусердствовать, корсет едва сходился на груди, и казалось, стоит Дэшу просто посмотреть на него, тот сам расстегнется и заорет «сюрприз».
- Ариэль, - обратилась ко мне Ангелина, как только мы остановились на парковке перед роскошным трехэтажным особняком, принадлежащим семейству Бригов вот уже сто двадцать лет, - я очень надеюсь, что ты будешь вести себя прилично, а не позорить нас с отцом, как ты это любишь. Никакой еды и напитков. Никаких пряток по углам с девицей Бриг. Стоишь на виду и ждешь, когда я тебя позову. Все ясно?
Есть, генерал!
- Да, - быстро кивнула я, уже зная, что выполнить все эти пункты будет довольно проблематично, особенно первый.
В свою защиту скажу: у меня стресс. И все из-за предстоящей встречи с Полькиным братом. По-хорошему стресс надо купировать. А что лучше всего купирует стресс? Сахар! Вот и выходит, что без пары пирожных, или куска торта обойтись ну никак не получится.
Первым из машины вышел Кущин. Он помог выбраться отцу, затем Ангелине, и чуть не прищемил мне нос. Забыл, что в салоне было трое человек, и захлопнул дверь, стоило мачехе выйти наружу. Пришлось позаботиться о себе самой, но я не расстроилась. Такие мелочи случались постоянно, и я к ним давно уже привыкла.
Папочка, ведя под руку Ангелину, вручил стоящему у входа швейцару три пригласительных и прошествовал вперед. А я, подхватив подол длинного платья, семенила следом, проклиная тот день, когда родился производитель моих новых туфель.
Первой послышалась музыка. Негромкая. Что-то из классики. Знакомый зал был уже полон гостей, что собрались в кружки по интересам и обсуждали либо погоду, либо бизнес, либо политику. Официанты носились туда-сюда, разнося шампанское и коктейли. Стоял разноголосый гул и, чтобы услышать собеседника, приходилось очень поднапрячься.
- Девушка, вы так и будете стоять на входе и мешать людям? - зыркнула на меня проходящая мимо седовласая старушка.
Я ее сразу узнала. Елизавета Распутина. Сто лет в обед, щуплая, как мышка, а столько мощи в ее взгляде, кажется, одной левой в стенку укатает. Она приходилась дальней родственницей Бригам, и мы с Полиной ее до жути боялись, называя, между собой, «демон в платье».
- Простите, пожалуйста, - я тут же отскочила в сторону, позабыв и о тесной обуви, и о сжавшем меня в тиски корсете.
Нет, долго я здесь в одиночестве не выдержу. Нужно срочно найти Полю и обменяться последними новостями.
Моя ровесница и подруга, красивая, миниатюрная голубоглазая блондинка по имени Полина Бриг была единственным островком нормальности среди бушующего здесь океана безумия.
Мы, кстати, познакомились при аналогичных обстоятельствах. Случилось это два с половиной года назад, в день ее шестнадцатилетия, в этом же доме. Наши отцы только начали вести совместный бизнес, и все мое немногочисленное семейство, включающее в себя папочку, Ангелину и меня саму, было приглашено на грандиозное торжество.
Тогда тоже собралась куча гостей, было море еды и напитков. Бриги никогда не скупились на веселье. И я также, как и сегодня, ощущала себя чужой на празднике жизни.
Охотясь за разносящими канапе официантами и подворовывая у них с подносов, я не заметила, как наткнулась на сидевшую в нише, между колонной и широким подоконником девчонку.
Вместо того, чтобы сделать вид, что никого не замечает, Поля, а это была она, схватила меня за руку и потащила в свое убежище. Предложила сыграть в карты, а в самом процессе игры пожаловалась, что прячется от мамы, которая хотела усадить ее за один стол со злейшим врагом, младшим Елагиным.
Семейство Бригов давно мечтало породниться с богатейшим в нашем городе семейством Елагиных через детей, и всячески третировали Полю, заставляя находиться в обществе ненавистного ей парня.
На самом деле я считала Глеба очень даже ничего. На четыре года старше нас, высокий зеленоглазый брюнет спортивного телосложения. Ну чем не влажная мечта восемнадцатилетних девиц? Если бы не одно «но». Вернее два. Его нахальный, раздевающий взгляд, которым он провожал каждую встреченную им на пути девчонку, и никогда не покидавшая красивых губ издевательская усмешка.
Полина считала, что такого «счастья» ей не нужно, и я была с ней полностью согласна.
Подруга нашлась довольно быстро. В длинном черном платье, будто пришла не на юбилей отца, а на траурный вечер, она стояла рядом с фуршетным столом и, с ножом в руках, примеривалась к громадному шоколадному торту.
- Мне тоже кусочек, - поспешила я вклиниться в дележку.
- А корсет не лопнет? - окинула она внимательным взглядом мое платье.
- Надеюсь, что да. Я в нем еле дышу. Мне немного, крошечный кусочек... побольше... еще больше. да чего ты телишься? Давай два, - и уже потом, спрятавшись с ней все в той же нише и поедая это чудо кулинарии, решилась уточнить, - а брат твой здесь?
Поля бросила на меня жалостливый взгляд.
- Эль, выбрось его из головы. Даже если вспомнит тебя, не скажет ничего. К нему вчера курица какая-то из Проточного приехала. Длинноногая, красивая, считает себя чуть ли не женой. Расхаживает по нашему дому, как хозяйка, даже мама в шоке. Давай подберем тебе другого красавчика. Их же тут пруд пруди, и все как на подбор. Как тебе вон тот парень, в синем костюме. Ты только глянь на его упругий зад.
- Поль, он голубой.
- Да? С чего ты взяла?
- Ну, может, с того, что он обнимается с другим парнем?
- Черт, да! Я что-то не заметила. А может вон тот.
- Да не нужно никого искать, отец уже нашел. Сообщил, что завтра я иду на свидание. Только не спрашивай с кем. Я сама не знаю, - настроение, после слов Полины о девушке Дэша, резко скатилось к нулю. Не радовал даже торт.
Я уже губу раскатала, а тут совсем глухо, как в танке. Куда мне, пусть и симпатичной, но пышке, соперничать с длинноногой красоткой? Даже журналы с их советами не помогут.
- Шевелите попками дамы, - прервал мои грустные мысли пробравшийся в наше убежище Глеб, - иначе все сладкое разберут.
- Елагин, я тебя убью! - испугано пискнула подпрыгнувшая на месте Полина.
- Сколько страсти в голосе, адский цветочек, - он всегда называл мою подругу «адским цветочком», и ни я, ни она, понятия не имели почему, а спрашивать как-то не с руки, с врагами дружеских бесед не ведут, - воспылала ко мне чувствами?
Он так смешно поиграл бровями, что мне пришлось сжать губы, чтобы скрыть улыбку.
- Ага, воспылала, - расплылась в притворной улыбке подруга.
- Серьезно? - недоверчиво протянул Глеб.
- Да. Я чувствую. что ты действуешь мне на нервы, так что проваливай! Тебя сюда не звали.
- Так и быть, оставлю тебя в покое... до завтра! - ну вот, я же говорила, ни секунды без издевательской усмешки.
- До завтра? - удивленно переспросила я, стоило ему скрыться за колонной.
- Ага, - нахмурилась Поля, - у нас, кажется, свидание.
- Кажется?
- Нет, точно свидание. Но не по моей воле. Родители настояли, а я не смогла отказать. Они не так чтобы часто просят, да и я не собираюсь долго засиживаться. Дождусь, когда он проявит себя во всей красе и со спокойной совестью помашу ручкой.
- Свидание с Елагиным, ничего себе. О нем такие слухи ходят, что ты на всякий случай купи что-нибудь для предохраниния. Пригодится.
- Я уже купила. Газовый баллончик. С этим типом только так. Ладно пошли в зал. Скоро отцу речь толкать.
Оставив тарелки с недоеденными кусочками торта на подоконнике, мы, быстрым шагом, направились к собирающейся у импровизированной сцены толпе.
И вот мой вам совет - никогда не пытайтесь бегать в туфлях, что на целый размер меньше нужного. Неудачно ступив, я едва не подвернула себе лодыжку. Пришлось вцепиться в колонну, затем наклониться, потереть ногу, а когда разогнулась, уперлась взглядом в скрытую белоснежной рубашкой, широкую мужскую грудь.
- О, да, детка!
Запах из кухни шел одуряюще. тошнотворный.
Закончив с душем и обмотав вокруг мускулистых бедер полотенце, Дэш застыл в коридоре, в тысячный раз за утро пожалев, что не остался ночевать в родительском доме.
В конечном итоге, его оттуда никто не выгонял.
Да, матери не понравилась Злата и она намекнула сыну на то, что было бы неплохо снять для девушки отдельную квартиру, но какого черта он воспринял это предложение на свой счет и переехал вместе с любовницей?
Сейчас бы завтракал не чем-то подгнивше-подгоревшим, а превосходной фритатой, или пшенной кашей с фруктами, которые так любила готовить его мать Мария Владимировна Бриг.
Приезд Златы сделал и без того напряженные отношения с родителями еще хуже.
И нет, дело не в том, что демонессой она была всего лишь на четверть, там спеси на целый выводок чистокровных хватало. И не в том, что не являлась его истинной парой, найти единственную удавалось лишь избранным счастливчикам, и он в это число не входил. Просто как мать, так и отец мечтали женить его на милой и послушной девственнице, что будет на крыльях любви порхать между спальней и кухней, а не на нагловатой, меркантильной особе, вцепившейся в него словно клещами.
Вслух они ее так, конечно, не называли, но работа научила мужчину читать лица, как книги. И может лет десять назад он бы согласился с их доводами, но не сейчас. Сейчас ему нужна такая как Злата Серебрякина. Удобная, соблазнительная красавица, которой плевать на любовь и будущих наследников. Она прекрасно понимала, что ни того, ни другого он ей не даст, зато его тело и кошелек всегда к ее услугам в любое время дня и ночи.
- Дэш, завтрак готов. Я тебя жду, - томный женский голос вернул мужчину в реальность.
Тряхнув головой, он направился в спальню, где его встретила незаправленная кровать, -отголоски бурной ночи, - закинул на стул полотенце, надел боксеры, черные брюки и, не застегивая белоснежную рубашку, потопал на кухню.
- Что это? - даже не пытаясь выдавить из себя приветливую улыбку, поинтересовался он, разглядывая лежащую на середине стола тарелку с серым, бесформенным нечто.
Злата, уже с утра пораньше одетая и накрашенная как на показ мод, кошачьей походкой приблизилась к нему и провела острым ноготком по загорелой мужской груди. Затем усадила его на стул, стащила рубашку и начала массировать широкие плечи.
Ей эти действия казались нежными и интимными, Дэш же чуть зубами не скрипел от неприятных ощущений. Такого отвратительного массажа ему в жизни не делали. Она как будто выпытывала у него информацию. И он бы с радостью ей всё рассказал, вот только не знал что.
- Это завтрак. Помнишь я вчера вечером говорила, что смогу тебя удивить? - к сожалению, он помнил. И ведь не соврала, удивила, - это блюдо часто готовила моя бывшая свекровь, называется «Мясной винегрет». Просто пальчики оближешь. Вкус такой же как у винегрета, но делается из куриных потрошков. Попробуешь?
- Э-э-э...
- Кстати, у тебя ни на что нет аллергии?
- Вот как раз на винегрет, - в его черных глазах зажегся огонек надежды.
- Но овощей в нем нет.
- Значит на курицу. Прости, Злат, позавтракать вместе не получится. Я опаздываю на встречу с отцом. И вечером, перед банкетом тоже заехать не смогу. Закажи такси, и сама приезжай. Я тебя встречу.
Девушка надула губки и отошла в сторону.
- Мне не нравится эта квартира. Почему мы не могли остаться в доме твоих родителей? Там прислуга, и ехать никуда не надо.
- Потому что я отвык жить с родителями под одной крышей. Да и с мамой и Полей ты не очень-то и поладила.
- Полина - вредная девчонка, а маме твоей я очень понравилась, - уж в чем-в чем, а в этом Дэш сомневался, помня лицо матери, когда при первой же встрече Злата приняла ее за прислугу и потребовала кофе в постель, - между нами установилась прочная связь. В последний раз мы болтали несколько часов, и она просила меня остаться на ужин.
- Начнем с того, что болтали вы от силы пять минут, и говорила в основном ты, кажется, названия любимых бутиков перечисляла. А ела любимое пророщенное зерно, которое сама же привезла из Проточного.
- Наверное, ты прав, - задумавшись, протянула девушка, - но заехать-то за мной ты можешь?
- Я не знаю, насколько затянется встреча. И сомневаюсь, что меня на ней ждет что-то хорошее. Я наверняка захочу расслабиться, а в таком состоянии за руль лучше не садиться.
- А знаешь, что я делаю, когда хочу расслабиться... - снова впившись пальцами в его плечи, проворковала девушка.
- Тратишь мои деньги? - усмехнулся Дэш, быстро поднявшись из-за стола.
- Милый, мне не нравится твой тон, - она недовольно поджала губы, наблюдая за тем, как он, оставляя ее одну, уходит из кухни.
- Черт, и как же я это переживу?
В отцовском кабинете Дэш всегда вспоминал того десятилетнего пацана, который боготворил своего родителя, мечтая вырасти похожим на него.
Пять лет он не появлялся в родном городе, доказывая семье, что может устроиться в жизни и без их связей и денег. И вот, казалось бы, всего добился, есть собственное дело, деньги, женщины, на которых их можно тратить, а удовлетворения от победы как не было, так и нет.
Особенно остро это чувствовалось в те моменты, когда он встречался со своими приятелями, Демидом Барским и Ником Славиным, что не так давно обзавелись своими вторыми половинками. Счастливые рожи этих двух придурков вызывали у него жгучую зависть, и желание также окунуться в семейное болото. Было бы с кем.
- Рад, что пришел, - улыбнулся вошедший в кабинет Дмитрий Николаевич Бриг. Поравнявшись с Дэшем, он хлопнул сына по плечу.
- Поздравляю с круглой датой, пап. Сколько там тебе? Семьдесят? Совсем дед уже.
- Пятьдесят, дубина. И хватит врать, что ты забыл, - хохотнул Бриг старший, - ну хоть впервые за пять лет лично поздравил, а не открытку прислал.
- Да, в этот раз я решил не тратиться, - дождавшись, когда отец сядет в свое кресло, Дэш устроился напротив, - о чем ты хотел поговорить?
- Я слышал твой охранный бизнес идет в гору? Собираешься скоро возвращаться в Проточный? - мужчина усиленно делал вид, что тема разговара его не сильно-то и волнует, но Дэш видел, что это не праздное любопытство, а потому постарался ответить максимально честно.
- Да, работа кипит. А по поводу возвращения, пока не знаю. Сейчас дела идут отлично, и не требуют моего постоянного присутствия. Со всем справляется мой компаньон.
- Ну вот и отлично, - облегченно выдохнул отец.
- Почему?
- Мы с матерью не просто так настояли на твоем приезде. На прошлой неделе, сразу после похорон твоей бабки, было зачитано ее завещание. Как ты знаешь она оставила тебе все свои деньги и имущество, - Дэш кивнул, их семейный адвокат успел шепнуть ему пару слов, - но с одним условием...
- И что же там?
Условие, надо же! Зная Нию Сергевну, можно было ожидать чего угодно. Скудным воображением она не страдала. Жесткая, суровая женщина, которая ни в грош не ставила ни собственного сына, ни его жену, ни внучку, почему-то прикипела душой к старшему внуку. Да так, что оставила ему все свои немалые сбережения.
Стоило подумать о ней, как мысли Дэша резко переключились на события двухдневной давности, когда он сразу по приезду, в довольно позднее время, решил навестить почившую Лунианию Кшиштовскую, и наткнулся на блондинистое чудо, решившее прикопать своего кота рядом с его бабулей.
Кренделек, чтоб его! Голова до сих пор гудела от фантомной боли. Увидел бы сейчас, всыпал бы как следует по ее обтянутому юбкой аппетитному заду.
- Ты должен жениться, - Дэш нахмурился и тряхнул головой, решив, что ему послышалось.
- Что, прости?
- Я говорю, что твоя бабка поставила условие, ты должен жениться. Если в течение трех месяцев этот пункт не будет выполнен, все деньги и, что самое главное, наш семейный дом, перейдут в собственность приюта для животных, - закончив речь, Дмитрий Николаевич уставился на сына, который около минуты смотрел в одну точку, а затем откинув голову и громко расхохотался.
Луниания Кшиштоская, всегда отличавшаяся твердым характером, отменным здоровьем и ясностью суждений. на старости лет сошла с ума.
По-другому, этот ее финт ушами Дэш объяснить не мог. Чувство юмора у нее отсутствовало напрочь, как и тяга устраивать розыгрыши. Странно, что никто в семье не заметил ее печального состояния, но и это объяснимо. Умела старушка скрывать то, что другим, по ее мнению, знать было не обязательно.
Она всю жизнь считала брак никому не нужной забавой. Излишней тратой денег, бюрократией и поводом потерять приличную часть накопленного, если вдруг выясниться, что двое «влюбленных» не сошлись характерами.
Отца Дэша она воспитывала в одиночестве, хотя и родила от своей истинной пары. Но куда он делся, и почему не участвовал в жизни сына, никто в семье Бригов не знал. Фамилию оставила и ладно, дальше дело наживное.
На свадьбу Дмитрия не явилась, сославшись на плохое самочувствие. И невестку свою Ния Сергена тоже недолюбливала, хотя та только лишь на потолок не лезла, пытаясь угодить вечно недовольной свекрови.
А теперь, на тебе! Женись любимый внучек, или все мои денежки, как и ваш семейный особняк, отойдут обездоленным кошечкам и собачкам.
Да она же животных терпеть не могла! Плевалась и ворчала в их присутствии! Нет, тут точно что-то не так.
- Отец, ты же понимаешь, что это бред сивой кобылы? - отсмеявшись поинтересовался Дэш.
Дмитрий Николаевич грустно вздохнул и развел руками.
- Бред, не бред, но завещание она подписала в присутствие трех адвокатов и одного врача. Подай мы в суд, готов биться об заклад, что проиграем. Ты знаешь, я бы даже тему не поднял, если бы дело касалось только ее денег. Я к ним в жизни не прикасался и не собираюсь. Но дом... Я здесь вырос. Тут родились ты и Поля. Потерять его было бы настоящей трагедией для нашей семьи.
- И что? Ты предлагаешь мне пойти на поводу у безумной старухи и устроить отбор невест на место будущей миссис Бриг? - Дэш понимал, что отец позвал его на встречу не биржевые сводки обсуждать, но чтобы такое, - даже думать не хочу, я пас.
Встав со стула, он собрался было уйти, но в этот момент открылась входная дверь, и внутрь, словно ураганный вихрь, ворвалась мать.
Держа в одной руке лист с меню, а во второй тарелку с канапе, Мария Владимировна словно ясное солнышко осветила царящую в кабинете мрачную атмосферу. При виде Дэша, она расплылась в лучезарной улыбке, и застыла в ожидании поцелуя, коим сын ее тут же наградил.
- Мам, а ты что тут делаешь?
- Как это чего? Живу вообще-то.
- Шикарно выглядишь, - окинув ее теплым взглядом, Дэш на секунду позабыл и о бабке, и о ее завещании.
- Спасибо, сынок! Хоть кто-то заметил мои старания, - подмигнула она ему и, словно невзначай, скосилась в сторону мужа.
- Ничего подобного, - тут же возразил Дмитрий, - я еще утром осыпал тебя комплиментами! И вообще Маша, ты не вовремя, мы с Дэшем еще не договорили.
- А как по мне, разговор окончен, - сузив черные глаза, возразил Бриг младший.
- Ох, так ты уже в курсе завещания? - веселость матери тут же сменилась озабоченным выражением лица, - и как ты себя чувствуешь?
- Я чувствую себя так, будто бабушка из могилы схватила меня за горло, и сжимает все сильнее и сильнее.
- Канапешечку будешь? - Мария протянула ему тарелку, - и не переживай так, сынок, мы с отцом уже нашли тебе прекрасную девочку. Добрую, милую, скромную, красивую. Не чета твоей... Злате.
Имя любовницы Дэша мать произнесла таким пренебрежительным тоном, словно речь шла о заведшийся в доме мыши.
- Как быстро вы все успели.
- А что тут успевать? Это дочь компаньона твоего отца, Виктора Воронцова. Они сегодня будут на вечере, вот и познакомишься. Поверь, Эль само очарование.
- Воронцов? - нахмурился Дэш, - насколько я знаю, он - человек. Их семья в курсе, кто мы? Понимают, что собираются породниться с чистокровными демонами, существование которых люди считают вымыслом?
- Виктор еще несколько лет назад подписал договор о неразглашении. Его новая жена Ангелина - ведьма. Так что на его счет не беспокойся. Он знает, кто мы, и ничего против не имеет. Даже наоборот, он был бы счастлив, отдать свою дочь тебе в жены, - заверил Брига младшего отец, - по поводу Эль. тут немного сложнее. Мы с твоей матерью считаем, что девочке лучше остаться в неведении. В конечном итоге, тот факт, что ты не совсем человек, никак не повлияет на вашу семейную жизнь.
Дэш не смог сдержать полной сарказма усмешки.
- Не повлияет? Ты сейчас серьезно? А если случится охрененное чудо, и я встречу свою истинную пару? Ну или не встречу и поведусь на ваши уговоры, как мне объяснить этой девчонке, что у нас не может быть детей? Прости милая, но я еще не встретил ту единственную, что смогла бы меня распечатать? Вы так себе это представляете?
- Дорогой, - Мария положила тарелку с канапе на стол, подошла к сыну и погладила его по плечу, - решается судьба нашего семейного гнездышка. Ты за двадцать семь лет не нашел свою половинку, неужели думаешь, что сейчас она постучится в дверь и упадет в твои объятия? Шанс выпадает единицам, и ты прекрасно это знаешь. Нам с твоим отцом очень повезло, и мы бы хотели, чтобы наши дети познали это счастье, но, к сожалению, против судьбы не попрешь. А что касается наследников. скажи ей, что по дурости сделал себе. эту самую. лоботомию.
- Мам, ты хотела сказать вазэктомию? - хмыкнув, уточнил Дэш.
- Не важно! Детей можно усыновить, воспользоваться суррогатным материнством, это сейчас не проблема. Просто, не отмахивайся от наших слов. Для начала познакомься с Ариэль.
- Ариэль?
- Да, ее зовут Ариэль. А что?
- Нет, ничего.
18.30
«Милый, я уже вызвала такси, жди!» 19.00
«Пятнадцать минут искала место, где остановился чертов таксист! И он еще надеется я заплачу ему всю сумму???»
19.30
«Дэш, пишу и плачу. Поругалась с долбаным таксистом. Он не выпускал меня из машины, пока я не оплатила полную стоимость. А все из-за тебя! Заехал бы за мной сам, и ничего подобного не случилось бы! Опоздаю на двадцать минут, мне нужно прийти в себя!»
Закончив срочную рабочую видеоконференцию со своим компаньоном, которую провел в предоставленном ему отцом кабинете, Дэш прочитал все сообщения, что успела отправить ему Злата и порадовался, что додумался выключить телефон.
Тридцать два пропущенных вызова. Это девушка умела быть настойчивой.
Отцовский юбилей был в самом разгаре. Дэш заметил стоявшую в компании подруг маму, и встречающего гостей отца, к которому ему надо было присоединиться. Только делать это на голодный желудок совсем не хотелось.
Перехватив разносящего мелкие бутерброды официанта, мужчина обчистил его на две бумажные тарелочки и бокал шампанского, подошел к фуршетному столу и собрался было перекусить, но тут заметил, как оживилась толпа. Они начали собираться вокруг импровизированной сцены, а значит скоро начнется речь.
Черт, как же не вовремя.
Мимо, быстро перебирая ногами, пронеслась Поля. Дэш, отложив весь свой небогатый улов, направился за ней, но вдруг услышал, как за спиной ойкнула девушка. Развернувшись, он увидел цепляющуюся за колонну блондинку, что, наклонившись, потирала ушибленную лодыжку.
По-видимому, чья-то дочь, спутница, или подруга.
Даже на высоких каблуках роста в ней было не много. Длинное красное платье не скрывало соблазнительную женственную фигуру, а кружевной корсет подчеркивал пышную грудь, осиную талию и округлые бедра.
Не в его вкусе девчонка. Он предпочитал таких как Злата, модельной внешности, худых и высоких, чтобы смотреть партнерше прямо в глаза, а не нависать над ней, как дерево.
Но даже признавая все это, Дэш не мог отвернуться. Неведомая сила вцепилась клещами в его контроль, заставляя подойти ближе. Незнакомка, все еще держась за колонну, поднялась и все присутствующие, как и окружающая обстановка испарились.
Он снова очутился на кладбище, когда небо освещали вспышки молний, на землю лил леденящий дождь, а на него испуганно уставились большие аквамариновые глаза.
Стоп. Что она сказала?
Выписка из дневника Ариэль В.
Дорогой дневник, я писала, что он красавчик? Забудь. Это слово не может охарактеризовать и одной двадцатой моих чувств. Он ангельски прекрасен и рядом с ним, я чувствую себя на небесах.
Его голос, низкий и гладкий как бархат, словно подогретое вино с густыми сливками. Его черные глаза холодны как камень, но стоит кому-то привлечь к себе его внимание, как в их глубине зажигается пламя. Его улыбка из тех, что способны сорваться с губ мужчины и свернуться калачиком в женском сердце.
Я бы написала про него поэму, положила ее на музыку, и пела то, что из этого получится каждому встречному, но останавливает тот факт, что в стихах я полный профан, а на ухе потопталось стадо слонов. Зато я смогла испечь пирог с заварным кремом, написать на нем «Дэш» и тут же съесть.
PS. Не забыть бы найти в шкафу визитку психолога. Кажется, у меня тихо, но верно едет крыша.
Я узнала его в ту же секунду. Не по запаху, и не по ширине плеч. По собственным ощущениям. Морозу по коже, тянущей пульсации внизу живота, и безотчетному страху.
Мой взгляд медленно пополз вверх, пока не остановился на его губах. Поднимать голову выше, означало утонуть в его темных глазах, а мне уже и так хватало переживаний.
Я как олень в свете фар застыла на месте, забыв даже дышать. И только одна мысль съедала изнутри: узнал или нет?
- Ты только что назвала меня «деткой»? - удивленно изогнув одну бровь, поинтересовался герой моих мечтаний.
Боги, я что это в слух сказала? Идиотка!
Прикинуться шлангом не вариант, пришлось открывать рот и что-то из себя выдавливать.
- Эээ, нет. То есть, да. Вернее, не вас, - я прочистила горло, так как голос не ко времени охрип.
- А кого?
- Я говорила сама с собой, я так часто делаю... - ну вот, сама же себя и утопила, представ перед Дэшем буйнопомешанной маразматичкой, сейчас он презрительно скривит свои идеальные губы, и пойдет дальше.
Но нет, не скривил. Улыбнулся, так, что у меня колени от волнения чуть не подогнулись, поднял руку, коснулся пальцами моего подбородка, и начал внимательно изучать мое лицо.
Ну все, сейчас точно узнает, пора валить.
- Извините, там. речь, - кивнула я в сторону импровизированной сцены, на которой, держа микрофон, стоял его отец.
Дэш обернулся, и я воспользовалась моментом, чтобы проскочить мимо и влиться в толпу. Успокоилась только когда встала рядом с Полей и схватила ее за руку.
- Я тебя потеряла.
- Поль, я кажется испытала оргазм.
- Думаешь, в торт что-то подмешали? - захлопала глазками подруга.
- Нет. Слушай, я на кладбище не заметила, а сейчас увидела какие у твоего брата чёрные глаза. Но у тебя светлые и у родителей тоже.
- Это линзы, не обращай внимание. Он тот ещё выпендрежник, - махнула рукой Полина, -так это он тебя задержал? Узнал? Поверил в историю о сестре-близняшке?
- Вроде не узнал. Поль, у меня кружится голова. Кажется, я в него влюбилась, - жалобным голосом поведала я.
- С чего ты взяла?
- Все признаки на лицо. Рядом с ним я чувствую себя так, словно выпила шампанского, а я его сегодня даже не нюхала!
- Хм, аргумент, - нахмурилась Полина и сжала мою руку еще сильнее, - Эль. Дэш мой брат, но он тот еще бабник и старше тебя на девять лет. Не нужно тебе это.
- Да знаю я. Но он такой. такой.
- Все ясно, будем тебя лечить. Для начала ты подойдешь к нему и намекнешь, что он тебе нравится.
- С ума сошла? А если он поймет? - вытаращилась я на нее.
- Нам это и нужно! Чтобы он тебя отверг. Тогда и чувства угаснут.
- Не буду я к нему подходить. Вспомнит еще как мы его по голове огрели. Вдруг отцу или Ангелине расскажет. Проблемами несёт.
- Это не проблемами, - зашептала она мне на ухо, - это вон от той дамочки справа, мне кажется она с духами переборщила. Черт, папочка рукой машет. Я сейчас быстро к нему сбегаю и обратно. Жди меня здесь.
Оставшись в одиночестве, я обняла себя руками за талию и взглянула на висевшие на стене часы. Двадцать ноль - ноль. Еще как минимум час до того момента, когда я со спокойной совестью смогу уехать домой, сославшись на плохое самочувствие.
Вечер, который я ждала с таким нетерпением, прямо на глазах превращался в нервотрепку. Дэш не узнал, и это должно было меня радовать, но почему-то злило. Отца с мачехой нигде не видно, но претензий, что это я куда-то запропастилась будет не избежать. Корсет сдавил все на свете, а из-за туфлей, я завтра не смогу ходить.
Внезапно затылка коснулось теплое дыхание.
- Кажется, у тебя вошло в привычку от меня сбегать? - притягательная сила голоса Дэша лишила меня возможности двигаться, - как поживает Кренделек? Ах, да, он же труп. Забыл.
От моих щек отхлынула кровь, мышцы резко ослабели, а сердце подпрыгнуло в горло.
Узнал!
Крепко зажмурившись, я медленно повернулась и зачастила.
- Пожалуйста, извините. Мы... я... не хотела. Все вышло случайно. Не рассказывайте отцу, он меня убьет.
- Не расскажу, если ты признаешься, кто ударил меня по голове. С кем ты была? - его требовательный голос заставил меня открыть глаза. Такому сложно было сопротивляться. Он, похоже, умеет добиваться всего чего захочет, не считаясь с чувствами и желаниями окружающих.
- Ни с кем. Я была одна. Вы просто. потеряли сознание?
- Я не истеричная девица, чтобы терять сознание. И тебе лучше сказать мне правду, -может заплакать? Я где-то читала, что мужчины терпеть не могут женских слез, и сразу теряются, или начинают заикаться.
Вот только на практике это утверждение проверить так и не успела. К нам подошла Мария Владимировна, - прекрасная женщина, которой я искренне восхищалась, - привлекла меня к себе и чмокнула в щеку.
- Дэш, я вижу, ты уже познакомился с Ариэль. Правда же милая девушка? - она тепло улыбнулась сыну, а у меня от смущения, кажется, щеки порозовели.
- Ариэль, само очарование, - он произнес мое имя так, что от него словно пахнуло свежеиспеченным имбирным пряником, - и мы, оказывается, уже знакомы.
- Серьезно? Когда успели? - удивилась женщина.
- Имел несказанное удовольствие встретить ее недавно на кладбище, прямо в могиле нашей бабули, - вот черт! Сдал с потрохами!
- Ты хотел сказать у могилы? - поправила сына мать.
- Я сказал именно то, что хотел.
Пока Мария Владимировна переводила заинтригованный взгляд с Дэша на меня и обратно, на его правой руке повисла появившаяся словно из неоткуда ослепительно красивая, высокая брюнетка.
- Скучал, милый? - громко шепнула она ему на ухо и, никого не стесняясь, присосалась к его губам как пиявка.
Выписка из дневника Ариэль В.
Дорогой дневник, шел первый день диеты и уже назрел насущный вопрос.
Почему, когда другие люди перестают есть сладкое, они быстро худеют, у них улучшается здоровье, цвет кожи, вырастают крылья, открывается третий глаз.
А стоит мне перестать есть сладкое, я все такой же пухляш, который очень хочет сладкое?
Телефонный звонок раздался в полночь и застал меня за разглядыванием чистого листа. Держа в руках карандаш, я примерялась, с какой бы стороны к нему подступиться, и выплеснуть на белую бумагу все кипевшие внутри меня чувства.
Об этой технике я прочла несколько часов назад в одной из книг по психологии. Не очень в нее верила, но попытка - не пытка. Тем более, что рисовать я просто обожаю.
Кого-то другого я могла запросто проигнорировать, отключить звук и сделать вид, что не увидела вызов, но на экране высветилась Полькина рожица, а подруга - это святое.
- Итак, что я вчера пропустила? - бодрым для этого часа голосом поинтересовалась она.
- Как я в бешенстве покинула ваш вечер.
- Черт, все самое интересное мимо прошло! А ну рассказывай!
И я рассказала. Начала с того, как Дэш узнал во мне девушку с кладбища, а закончила появлением его мерзкой и бесстыжей подружки.
О том, что их поцелуй длился всего одну наносекунду, показавшуюся мне вечностью, я решила умолчать. И о том, какую горечь при этом испытала, тоже. До сих пор от воспоминаний сердце ноет, в горле ком стоит, и дышать становится тяжелее. И все это из-за мужчины, которого я даже не знаю, а видела от силы пару раз. Ненормальная реакция.
Сначала нужно самой разобраться, а потом и Польку подключать.
- Видела бы ты, как она в него вцепилась, клещами своими. Не оторвать. А я как дура стояла рядом и рисунки на половой плитке разглядывала. Надо было сразу уйти, но твоя мама держала меня за руку.
- Бедная моя Элька. Но я просто обязана вставить - я же предупреждала! Ну, чего дальше было?
- Да, ничего, похлопала ресницами, вроде как не заметила нас. Начала перед Марией Владимировной лебезить, а я как пустое место. Затем махнула мне рукой и потребовала принести ей бокал шампанского. Дэш ее, конечно, осадил, что я не официантка и сам ей за шампанским пошел, но я по глазам видела, специально она это.
- Вот стерва!
- Еще какая! Даже не извинилась. Прошлась по мне небрежным взглядом и заявила, что платье у меня второсортное, и не мешало бы похудеть, а прическа из моды вышла. «Позвоните мне завтра, милочка, я вам телефончик своего стилиста дам», - передразнила я писклявый голосок черноволосой гадины, - тут твоя мама вмешалась, и предложила ей самой к тому стилисту обратиться, а то майку нацепила, а юбку дома забыла, задница голая. Смешно вышло, но я к тому моменту уже так разозлилась, что паровоз напоминала. Пар чуть ли не из ушей валил. Братца твоего не дождалась, пожелала Марии Владимировне приятного вечера и быстро свалила домой. Своим сообщение скинула, что голова разболелась. Хотя, она и вправду разболелась.
- Эль, - грустно протянула Полина, - ну теперь-то ты видишь, что дело безнадежное? Забудь о нем. Мы тебе в сто раз лучше найдем, вот увидишь.
- Ну вот еще! Я теперь еще сильнее загорелась, и намеренна испортить этой ведьме жизнь. Понять бы только как. Поль, вот почему из меня выросла забитая мямля? Я тоже хочу быть как эта брюнетка. Наглой, красивой, открывать дверь с ноги, беззастенчиво вешаться на нравящихся мне мужчин.
- Пожалуйста, выслушай меня, Эль! Ты гораздо лучше, чем Злата, ты добрая и милая, обо всех заботишься, всех веселишь!
- Веселю? Замечательно! Может Дэшу с этой Златой пригласить меня к себе в гости? Я могла бы рассказывать им смешные истории. Ладно, прости, я всю ночь не спала, злая теперь, как черт.
- А что случилось?
- Ангелина ремонт затеяла в главной спальне. Они с отцом переехали в комнату смежную с моей и, похоже, забыли об этом. Видела я по «Нэшнл джеографик» как бабуины спариваются, так вот, обезьяны намного тише и спокойнее! Я думала они спинкой кровати мне стену сломают.
- Ох, бедняжка, сочувствую! А что там с твоим свиданием? Как прошло?
- А не было его. Отец сказал, что перенесли, а мне уже плевать было, я в подробности не вдавалась. Лучше расскажи, как прошло твоё. Когда ждать официального заявления о помолвке?
- Так, какое у нас сегодня число? Никогда! - мы обе прыснули от смеха, - боги, даже не спрашивай, Эль. Это было ужасно!
- Рассказывай, давай! Мне сейчас очень нужно знать, что не одна я страдаю.
- Он около часа измывался надо мной, стрелял глазами в обслуживающих нас официанток, у одной даже телефончик попросил, а потом заявил, что я обязательно стану его женой!
- Вот подлец!
- Еще какой! Никому нельзя доверять. Только расслабишься и БАЦ!
- Ну, вообще, это даже романтично. Я так и вижу, как вы стоите у алтаря. Обмениваетесь любовными клятвами. А потом поцелуетесь, и все вокруг начнут плакать и аплодировать. Вы забываете обо всем, срываете друг с друга одежду. Он притягивает тебя ближе, к вам присоединяются остальные гости... Ох, что-то я замечталась.
- Эль, твое пристрастие к любовному чтиву, до добра не доведет.
- Учитывая мою поднаготную, - напомнила я подруге о покойной матери, что была готова продать за дозу родное дитя, - пристрастия могли быть и похуже. Ладно, пора вытереть слезы, подтянуть штанишки и жить дальше.
- А давай начнем прямо сейчас? - внезапно оживилась Поля.
- Это как?
- Собирайся, я через час заеду за тобой и поедем в «Дольче». Помнишь я тебе рассказывала про новый ночной клуб? Говорят, атмосфера там - снос башки!
Первым желанием было отказаться. Сослаться на плохое самочувствие и остаться дома. Но затем я вспомнила о своем стремлении прекратить плыть по течению и хоть что-то изменить в своей скучной, размеренной жизни.
- Припаркуйся позади дома, я вылезу в окно.
- Вот это моя девочка! - воскликнула Полина и положила трубку, а я уставилась на бывший когда-то чистым лист бумаги, с которого на меня смотрело идеальное мужское лицо с черными, как ночь за окном глазами.
Выписка из дневника Ариэль В.
Дорогой дневник, иногда, мне кажется, что отец меня совсем не любит. Или не кажется?
Новая жизнь требовала новых нарядов, но так как времени на шоппинг не оставалось, пришлось незаметно проникнуть в Ангелинину гардеробную и подобрать себе подходящее для танцев платье.
Мачеха, хоть и намного худее, очень любила дорогие, растягивающиеся ткани, которые так идеально облегали мое тело, что о вечном образе «серой мышки» можно было благополучно забыть. Хотя бы на одну ночь.
К короткому черному платью с трапециевидным низом и длинными рукавами отлично подошли мои черные конверсы. Выпрямив свои светлые волосы и мазнув губы яркокрасной помадой, я покрутилась перед зеркалом и взглянула на часы.
Где же Поля?
В этот момент загорелся экран телефона и высветилось сообщение: «Вылезай, я на месте». Я тут же бросилась к окну, открыла его, пригляделась и увидела припарковавшуюся под фонарем знакомую машину.
Дело оставалось за малым: перелезть на выступ под окном, проползти мимо окон смежной спальни, где сейчас спали оба моих родителя, дотянуть до приставленной заранее лестницы и спуститься.
Признаюсь честно, практиковать я это буду впервые, но в теории данный маневр не казался чем-то сверхсложным. Второй этаж, внизу растут клумбы. Даже если упадешь, отделаешься, парой ссадин и ушибленным копчиком.
Надев кожаную куртку и перекинув через плечо сумочку, я осторожно перелезла через окно, ступила на выступ и вцепилась пальцами в карниз.
В нормальных условиях, холодный ветер пробирал бы до костей, но адреналин в крови заглушал все остальные чувства. Я шаг за шагом приближалась к своей цели, и думала только о том, как весело проведу оставшуюся половину совсем не радостного дня.
Резкий удар кровати о стену заставил меня дернуться. Сердце ушло в пятки. Нога соскользнула и не держись я крепко, полетела бы на землю. Взглянув в окно смежной комнаты, я различила два обнаженных силуэта слившихся в жарких объятиях. Была бы видимость чуть получше, и наш семейный психолог обогатился бы на несколько тысяч златых, пытаясь залечить мою психологическую травму.
Зажмурившись, я продолжила двигаться к лестнице, а нащупав ее носком правой ноги, чуть не закричала от облегчения. Дальше все пошло как по маслу. Быстро спустилась, от куста к кусту пробежалась до ворот, где в сторожке дрых охранник, набрала код, дождалась, когда откроется дверь и выбежала наружу.
- Не спрашивай, - еле переводя дыхание, прошептала я, заметив удивленный Полинин взгляд. В ответ подруга лишь пожала плечами, и завела мотор.
- Салфетки и расческа в бардачке, - бросила она, прежде чем мы рванули с места.
«Дольче» ничем не отличался от уже виденных мной ночных клубов. Посредственная музыка, тусклое освещение, сомнительный контингент, и паршивое обслуживание. Зато цены дешевые и вполне мне по карману.
- Что тебе заказать? - перекрикивая музыку спросила меня Поля, когда мы протиснулись к барной стойке.
- Если в этом месте есть хороший лимонад, я проглочу свои туфли.
- Не нуди, Эль! Пузырьки на месте, и ладно! - и вправду, чего это я?
Махнула рукой и стала ждать, когда она сделает заказ.
Бармен, явно запал на голубоглазую красотку, чьи длинные розовые волосы спадали до обтянутой узкими джинсами попы. Забыв про остальных посетителей, он разливал по бокалам наш лимонад, не сводя заинтересованного взгляда с моей подруги.
- Позвони мне, - подмигнул он ей, когда мы собрались отойти к только что освободившемуся столику.
- Ага, - как-то рассеяно, а значит не сильно заинтересованно, улыбнулась ему Поля.
- Подожди, а мой номер телефона?
- Если ты моя судьба, я угадаю его с первого раза! - махнула она рукой на прощание.
- Бедняга, - улыбнулась я, падая на диван.
- Я пришла сюда расслабиться, а не заводить новые знакомства, - протянула Полина и начала оглядываться по сторонам, - мне на сегодня уже хватило. Черт! Черт, черт, черт!
Она уставилась на соседний столик, где разместилась веселая компания, состоявшая из четырех девушек и трех парней, в одном из которых я узнала Елагина. А Глеб, похоже, узнал нас.
Что-то шепнув сидевшей у него на коленях девчонке, он поднялся с места и направился в нашу сторону.
- Какого черта вы тут делаете? - чуть ли не прорычал он, обращаясь непосредственно к Поле.
- Могу задать тебе тот же вопрос, - ехидно усмехнулась подруга. Откинувшись на спинку дивана, она закинула ногу на ногу и сделала глоток из своего бокала.
- Адский цветочек, тебе, в отличие от меня, нет еще двадцати одного. Как ты сюда попала?
- Фальшивые права открывают двери куда угодно, Елагин. А теперь прошу, оставь нас и иди развлекай свою очередную подружку. Мне твоего общества еще днем хватило, -процедила Полина, и отвернулась от настырного парня, чьи зеленые глаза сейчас горели ярче софитов.
- Оставлю, после того, как мы с тобой поговорим. Наедине, - последнее слово он с извиняющейся улыбкой адресовал уже мне.
- Эль никуда не пойдет!
- Всего лишь на минуту, я долго тебя не задержу.
Эти двое, если заведутся, могли спорить до скончания лет, поэтому я решила взять дело в свои руки.
- Поль, я схожу пока, потанцую, а вы поговорите, - шепнула я на ухо подруге и вышла из-за стола.
Надо признаться, время я выбрала не самое удачное. Танцпол встретил меня скачущими в разные стороны яркими огнями и медленной музыкой, под которою танцевали влюбленные парочки. Но деваться некуда. Обняв себя руками за талию, я закрыла глаза и отдалась ритму.
Плавно двигаясь под надрывную мелодию, я забыла обо всем на свете, включая вчерашний вечер. И Дэша забыла, и зазнобу его брюнетистую. Осталось только ощущение невесомости и покоя.
Музыка сменилась на более зажигательную и людей на танцполе заметно прибавилось, но я словно выпала из реальности, продолжая кружить в одном, слышимом только мне, ритме танца. А когда опомнилась, и нашла глазами наш с Полиной столик, он был пуст.
Не успела я дойти до дивана и сесть, как напротив приземлился симпатичный блондин. Вроде бы один из тех, что крутился рядом со мной на танцполе, но это не точно.
- Мне понравилось, как ты двигалась, - улыбнулся парень, - не хочешь еще потанцевать?
- Прости, но я устала. Сейчас вернется моя подруга, сможешь пригласить ее, - а ведь еще неделю назад я была бы рада его вниманию, и ответила согласием на его предложение...
- Я не представился. Меня зовут Артем.
- Ариэль.
- Какой красивое имя, и очень тебе идет. Может, пока ждем твою подругу, выпьем за знакомство?
И снова я открыла рот, собираясь ответить отказом, но сидящая в голове заводная обезьянка ударила в гонг и заверещала - «новая жизнь!»
- С радостью, но мой бокал почти пуст.
- Посиди секунду, я сейчас, - он поднялся с места, - что тебе взять?
- Минеральную воду. Мне завтра... рано вставать.
Артем вернулся через минуту держа в руке мой заказ и какой-то розовый коктейль для себя. Сев на то же место, напротив, он предложил чокнуться, а когда я поддержала и сделала первый глоток, не сводил пристального взгляда с моих губ.
После двух глотков я почувствовала неладное. И дело было не в том, что Полины не было довольно долгое время, и пора было ей позвонить. Мне начало казаться, что моя голова утонула в чем-то очень мягком, а ротовая полость онемела.
Вроде хочу что-то сказать, а выходят какие-то чавкающие звуки, и так щекочет во всем теле, что хочется смеяться.
Меня за талию подхватили чьи-то руки и повели в сторону выхода, а уже на улице я перестала что-либо соображать. Сознание вопило о том, что надо вырваться из хватки, вернуться в клуб, разыскать подругу и поехать домой, но зудящее во всяких неположенных местах тело ему не повиновалось.
Ему, - то есть неугомонному телу, - хотелось праздника и медведей!
- Какие у тебя красивые плечи, - лепетала я, изучая своего похитителя, - и подбородок ничего, только ноздри великоваты.
Я подняла руку, чтобы ткнуть в них пальчиком, но промахнулась и чуть не упала.
Блондин удержал.
Стоя рядом с машиной, я прекрасно понимала, что со мной происходит что-то неправильное, и все равно собиралась сесть внутрь. Но стоило парню открыть дверь, как за нашими спинами раздался грозный рык.
- Собачка! Я их обожаю! Давай, возьмем ее с собой?
Какого черта он забыл в этом притоне? Душная музыка, душная атмосфера, даже старые приятели, с которыми он по молодости проводил все свое свободное время, с годами превратились в тех еще душнил.
Заперев дверь ВИП-кабинки, они сейчас развлекались с приглашенными девицами, радостные визги которых перекрывали даже бьющую по ушам музыку.
Поморщившись, Дэш облокотился о перила, и со второго этажа принялся разглядывать беснующуюся внизу толпу.
Можно было бы плюнуть на все и вернуться в квартиру к Злате, но этого ему сейчас хотелось меньше всего. Он и в «Дольче» согласился приехать, лишь бы сбежать от надоедливой любовницы, которая после вчерашнего вечера в родительском доме, пару раз намекнула ему на более тесные узы.
Если бы они находились в Проточном, он бы уже предложил ей расстаться друзьями и нашел другую, менее надоедливую и требовательную особу, но девушка приехала сюда ради него, и рвать с ней вот так, ни с того, ни с сего, было бы просто некрасиво.
Придется прилично раскошелиться на отступные, но что эти траты по сравнению со свободой? Мелкие неприятности, которые он даже не заметит.
Внезапно взгляд зацепился за знакомые, женственные изгибы и вторая сущность сделала стойку.
Ариэль.
Ее имя ударило в голову, как приливная волна, заставляя вытянуться высокое, поджарое, мускулистое тело. Расслабленность и скука испарились в ту же секунду. И пусть сознание кричало о том, что он валяет дурака, пялясь на красивую девчонку словно прыщавый подросток, живущая в нем темнота требовала спуститься вниз, схватить ее за руку и увести подальше от назойливых глаз танцующих рядом с ней парней.
Маленького роста, сочная, как апельсин, она выделялась на фоне шаблонных красавиц модельной внешности своей изысканностью и в то же время душевной простотой. Как глоток свежего воздуха, как благодатный дождь в период засухи.
Наблюдая за ее плавным танцем, Дэш не смог не признать - он ее хочет. Наверное, даже с той самой первой встречи на кладбище, когда она, распластавшись под ним, шевелила пухлыми губами, испугано лопоча что-то там о своем коте.
Твою мать, и что ему делать? Она же ровесница его младшей сестры, и девятилетняя разница в возрасте как пропасть, которую не обойти. Ее жизнь - это клубы, парни, тусовки до утра, а он уже слишком стар для этого дерьма.
Даже если пойти на поводу у родителей и взять ее в жены, как долго продлиться его увлечение? Неделю? Месяц? А потом она проклянет тот день, когда они познакомились и его самого.
За своими мыслями он не заметил, как Ариэль покинула танцпол, и нашел ее уже сидящей за столиком в компании какого-то парня. Подавив взбунтовавшуюся тьму, он уже собрался было отвернуться, спуститься вниз и покинуть клуб, как картинка сменилась.
Подхватив девчонку под руку, блондин повел ее к выходу, и все бы ничего, но сейчас ее шатало так, словно она в одиночку ящик горячительного прикончила. При чем в максимально короткие сроки.
Ни секунды не раздумывая, Дэш бросился за ними, но веселящаяся толпа не дала развить нужную скорость. Когда он выбежал на улицу, парочка уже стояла около машины.
Остановившись за их спинами, мужчина сжал кулаки и сцепил зубы, еле сдерживая обращение. Еще одна странность к анализу которой он вернется.
Позже. А сейчас... с губ сорвался низкий рык.
- Собачка! Я их обожаю! Давай, возьмем ее с собой? - захлопала в ладоши еле держащаяся на ногах девушка.
Блондин резко обернулся и выпучил глаза. Жуткий оскал, скрививший губы Дэша, испугал бы даже бывалых бойцов, а в этом щуплом задохлике смелости было только пудрить мозги молодым девушкам.
Оттолкнув Ариэль в сторону, парень бросился бежать, но кулак разозленного демона был быстрее. Миг и на парковке лежала нокаутированная туша.
- Упс, - прижав ладонь к губам, Ариэль некоторое время изучала поверженного похитителя, а затем перевела расфокусированный взгляд на спасшего ее мужчину и хохотнула, - знаешь, а твои плечи мне нравятся намного больше...
- Что ты тут делаешь? - процедил Дэш, прежде чем схватить ее за руку и прижать к себе.
- Пришла начать новую жизнь, - медленно выговаривая слова, она расслабилась в его объятиях, и принялась пальчиками изучать его щетину, - пошли, потанцуем.
Она потянула его в клуб, но он остался стоять на месте.
- Ты что-то пила? Принимала? Как себя чувствуешь? - спросил мужчина, внимательно изучая ее лицо.
- Я пила. минералку, принимала. флирт вот этого парня, - она покачнулась, чуть не споткнувшись о лежащего без чувств блондина, - а теперь, когда ты со мной, красавчик, чувствую себя отлично! Хватит занудных вопросов, я хочу танцевать!
- Натанцевалась, детка. Сейчас ты сядешь в мою машину, и я отвезу тебя домой.
- А если я откажусь? - она начала усиленно водить пальцем по своему соблазнительному декольте и Дэшу пришлось приложить не мало усилий, чтобы не опустить взгляд.
- Не вынуждай меня забросить тебя на плечо.
- А ты можешь? - в ее тоне проскользнули дразнящие нотки, а аквамариновые глаза зажглись азартом.
- Мне это скорее всего еще и понравится, - прошептал он себе под нос.
Умудрившись вырваться из его хватки, девушка нетвердым шагом направилась ко входу в клуб, но все время оглядывалась, будто ждала, когда же он ее догонит. Мысленно чертыхнувшись, Дэш рванул за ней, как и обещал, забросил на плечо, и понес несостоявшуюся беглянку к своему, припаркованному неподалеку внедорожнику.
Он не собирался дотрагиваться до ее обтянутой платьем попы, но это вышло само собой. Уж очень сильно она ерзала, так и норовя соскользнуть на землю.
Боги, эта часть ее тела не обманула ожиданий. Она оказалась мягкой, круглой, и прекрасно умещалась в его ладони, уводя мысли мужчины по кривой дорожке.
Открыв пассажирскую дверь, он посадил ее на место и пристегнул ремень безопасности. Ариэль даже не пыталась сопротивляться, лишь откинулась головой на спинку и глубоко вдохнула.
- Тут пахнет тобой, - улыбнулась она, прикрыв от удовольствия глаза.
Застывший было демон, тряхнул головой, чтобы развеять охватившее его наваждение, закрыл дверь, обошел машину и занял водительское сиденье.
Открыв бардачок, он вытащил небольшую бутылку с водой и протянул ее Ариэль, дождался, когда она сделает глоток и завел мотор.
Уже тронувшись с места, Дэш почувствовал, как ее ладони заскользили по его скрытому рубашкой плечу. Девушка елозила на месте, словно в ее теле поселилось семейство термитов, кочующее из одной конечности в другую.
- А почему тебя зовут Дэш? Это так... необычно.
- Мое полное имя Дэшамиэль.
- Серьезно? - выпучила глазки белокурая прелестница, - у меня для тебя плохие новости, красавчик. Нормальные родители любимых детей так не называют.
Ее непосредственность поражала. Что бы она не приняла, эта штука действовала как сыворотка правды. Не сдержавшись, Дэш откинул голову и рассмеялся.
- Мои родители не при чем. Имя мне выбрала моя бабка, могилу которой ты пыталась осквернить. Кстати, ты так и не рассказала кто был твоим соучастником?
- Тшшшш, это большая тайна! Не хочу, чтобы Поле из-за меня влетело, - приложила пальчик к губам Ариэль.
«И первым делом от меня», - подумал мужчина, следя за дорогой. Решив, что девушка задремала, он расслабился, но, как оказалось, зря.
Отстегнув ремень безопасности, чертовка пролезла у него под рукой, схватилась за плечи и оседлала его бедра.
- Дэш, я хочу от тебя ребенка! - машина резко дернулась вправо, но водитель сумел справиться с рулем и ударил по тормозам.
- Ариэль, черт бы тебя побрал, - выругался он, но заметив жалобный взгляд практически лежащей на нем девушки, постарался успокоиться, - давай, не сейчас? Уже поздно, а мне завтра рано вставать.
- Пожалуйста, хотя бы один поцелуй. А потом возвращайся к своей гадкой жабе, -захныкала она, обвивая его шею руками и притягивая ближе.
Не встретив сопротивления, Ариэль раскрыла губы, и нежно слила их рты воедино. Ее неумелые прикосновения застали Дэша врасплох. Застыв, он пытался взять под контроль свою тьму, что настойчиво шептала разложить девушку на сиденье и взять то, что она с такой легкостью ему предлагает.
И, может, у него бы получилось приструнить свою темную половину, но Ариэль пустила в ход запрещенное оружие. Свой язычок.
Его как с цепи сорвало. Обхватив ее талию, он прижал ее к своей груди и ответил.
В ту секунду, когда Дэш попробовал ее рот, он послал все к черту. Их словно проглотило бушующее пламя. Время перестало существовать, как и пейзаж за окном. Вовсю играя языками в хоккей, они пробовали друг друга на вкус. Его ладони ласкали ее бедра, а ее гладили его плечи и волосы на затылке. Они целовались до тех пор, пока окружавший их воздух в машине не нагрелся и не стал потрескивать от электричества. А отпрянув друг от друга, начали судорожно ловить ртами воздух.
- Одно твое слово и я увезу тебя домой, - в глубине его черных глаз зажглось голодное пламя.
- Тогда я лучше промолчу.
Картинка растекалась перед глазами, как краски по холсту.
Я была не способна сфокусировать взгляд. Не способна видеть сквозь серую дымку. Мне что-то говорили, куда-то несли, но мое сознание, как будто не участвовало в этом.
Мне было известно только одно, я в безопасности, с Дэшем. И чувство неправильности происходящего исчезло, стоило ему оказаться рядом. Задыхаясь от наслаждения, я ощущала, как меня бросает то в жар, то в холод. Под пальцами напрягались мускулы, а одежда...
Куда делась наша одежда?
Горячие прикосновения и поцелуи унесли прочь последние мысли. Я сконцентрировалась на удовольствии, что дарил мне мужчина, и оно же стало моим единственным якорем. Казалось, отпущу и все исчезнет. А мне этого совсем не хотелось.
- Не торопись, Ариэль, - будто сквозь вату донеслись его слова.
- Сейчас-сейчас! - это мой голос? А почему такой... странный? - я в книге читала. Надо поддать жару, потом запустить цунами страсти, включить режим вибрации, и в конце гусеничкой прогнуться.
Ответом мне стал приглушенный смех.
- Только не гусеничкой, я и так еле держусь! - кажется, я пыталась еще что-то добавить, но Дэш заткнул мне рот поцелуем.
Его язык творил чудеса, руки зажигали в моем теле огни желания, а когда я поняла, что больше не вынесу, - и даже, кажется, заявила об этом вслух, - тело пронзила острая боль.
- Боги, Эль. - он резко остановился.
Я не могла видеть его лицо, как и всего остального, только слышать и чувствовать, но как раз это и пугало больше всего.
Звериный рык, что сорвался с его губ, пустил по позвоночнику толпу марширующих мурашек, его тело пылало от жара, а плечи, за которые я держалась, увеличились в размере.
Мои пальцы медленно поползли вверх по его шее, запутались в волосах, а затем я нащупала самые настоящие... рога. Толстые, жесткие и очень горячие. Я даже, кажется, пламя на кончиках разглядела.
Фух! Я сплю. Это всего лишь сон. Странный эротический сон, где Дэш предстал в роли демона.
А потом лежащий сверху мужчина прошептал что-то про какую-то истинную пару и возобновил ласки. Реальность окончательно помахала ручкой, оставив нас двоих в мире фантазий.
Жажда за ночь высушила мое горло до состояния раскаленной пустыни. Мышцы болели. Даже в тех местах, где я и не подозревала, что там может что-то болеть. По вискам, казалось, стучали молоточками, а конечности объявили мне бойкот.
Я еще ни разу не просыпалась такой адски уставшей, словно не спала всю ночь, а марафон бежала.
Сдунув с глаз упавшую на лоб челку, я приподнялась на локтях и приоткрыла сначала один глаз, а затем второй. Свет ударил резко, исподтишка, заставив зажмуриться и потрясти головой. А потом в сознании как лампочка загорелась.
Это не моя комната!
Резко распахнув глаза, я сначала оглядела огромную двуспальную кровать, что была больше моей ровно в два раза, а затем уставилась на спящего рядом мужчину.
Дэш? Что он... что мы тут делаем?
Одна его рука лежала под подушкой, а вторая покоилась на идеальной, загорелой груди.
Еще вчера, в своем дневнике, я сравнивала этот образчик мужской красоты с шоколадным тортом. После увиденного обнаженного тела никаких других вкусностей для меня отныне просто не существует.
Мой взгляд опустился ниже, и только заметив наброшенное на его бедра и скрывающее все стратегические места покрывало, я смогла перевести дух.
Осторожно, чтобы не потревожить его сон, я оттянула второе покрывало, в которое была завернула словно в ролл, и чуть не завизжала, обнаружив, что лежу под ним абсолютно голая.
Ни клочка одежды, даже трусиков.
А самое страшное, я ничего не помнила, ни как мы встретились, ни как я тут оказалась. Несомненным был лишь один факт - мы переспали. Тут к гадалке не ходи.
Так, Эль, напряги мозги и постарайся вспомнить, что вчера произошло.
Память услужливо подбросила картинку, где я, спустившись из окна, понеслась к воротам. Полина машина. Клуб...
КЛУБ! Что там случилось? И где Полина?
Задавив в зародыше мысль о том, чтобы разбудить Дэша, - не хватало еще от стыда окочурится, - я аккуратно соскользнула с кровати, подняла лежащее на полу платье, надела его и принялась искать трусики.
Не нашла. Зато обнаружила свою кожаную куртку на кресле и сумочку на комоде, а в ней телефон с кучей пропущенных. Почти все они от Поли, и только один с неизвестного номера. Но, скорее всего, тоже от нее.
Отец с Ангелиной не звонили, а значит, они еще не в курсе, что я не ночевала дома. Пока не в курсе.
Прокравшись на цыпочках к двери, я оглянулась на кровать, где сейчас спал Дэш, и чуть не заплакала, понимая, что в голове не сохранилось ничего о прошедшей ночи.
Я занималась любовью с мужчиной моей мечты... и ничегошеньки об этом не помню. Моего первого раза словно и не было. Какая же я жалкая неудачница.
Достав телефон, я быстро сфотографировала как он спит, и выскользнула в коридор. С обратной стороны двери висел номер. Мы находились в гостинице, следовательно можно не бояться, что меня кто-то узнает.
Спасибо небесам и за малые радости.
Помчавшись вниз по лестнице на первый этаж, я, опустив голову, быстрым шагом прошла мимо стойки администратора, вышла на улицу и вызвала такси. А уже устроившись на заднем сиденье, набрала Полю.
- Эль, черт бы тебя побрал! Ты где была? - не смотря на ранее утро, голос у Полины звучал очень даже бодро.
- Поль, что вчера произошло?
- Как это что? Я вышла из клуба на несколько минут, чтобы переговорить с Елагиным, вернулась, а тебя и след простыл. На звонки не отвечаешь. Я твоих решила до утра не беспокоить, ну вдруг ты уже дома спишь. А сейчас готовилась к тебе в гости наведаться. Вовремя ты меня перехватила. Ты дома? Рассказывай, давай! - протараторила как на духу подруга и резко замолчала.
- Не дома я, еду только.
- А где была?
- Я. кое с кем переспала.
- Ты? Боги, Эль, ты же ни с кем не спишь. Ты мне не врешь сейчас? Серьезно?
- Да, только это не сосем точно. Мы не спали.
- Ну вообще круто. И долго вы не спали?
- Эээ... дело в том, что я ничего не помню. Проснулась утром в гостинице в одной постели с мужчиной.
- Не помнишь? - теперь голос Поли звучал намного взволнованнее, - тебя напоили? Чем-то накачали? Мне позвонить в полицию?
- Нет, никуда не звони. Даже если мне что-то дали, это не его рук дело.
- Почему ты так в этом уверена?
- Потому что твоему брату совсем не нужно меня спаивать или накачивать, чтобы затащить в постель.
- Мой брат? Дэш? Да ты издеваешься! Эль, о чем ты только думала? Как он вообще в «Дольче» оказался?
- Поль, давай позже поговорим, я уже подъехала к дому, а мне еще мимо цербера по имени Ангелина пройти нужно. Целую, созвонимся! - такси остановилось рядом с воротами.
Передав водителю десять златых, я вышла из машины, ввела код и прошла мимо провожавшего меня ошеломленным взглядом охранника. В его обязанности входила защита нашего дома от вторжения посторонних, а так как я «своя», маловероятно, что он побежит с докладом к отцу.
Входная дверь оказалась открыта, и мне оставались сущие метры до лестницы и дальше, до своей комнаты, но в этот момент удача отвернула от меня свое румяное лицо.
В кухонном проеме застыла фигура отца.
- Эль? Ты куда собралась в такую рань?
- Я. я на собеседование.
- Но сегодня выходной? - нахмурился он, разглядывая мое изрядно помятое платье.
- Да? Ой, совсем с ума сошла, ну я пойду к себе. посплю еще, хорошо? - он медленно кивнул, а я, развернувшись, побежала к лестнице. Не забывая придерживать юбку, чтобы та не задралась, и не продемонстрировала полное отсутствие нижнего белья.
Выписка из дневника Ариэль В.
Список дел на завтра:
1. Записаться на прием к гинекологу.
План А. Узнать, существуют ли таблетки для стимулирования памяти.
План Б. Найти в интернете хорошего гипнотизера/эксперта по эротическим снам. План С. (еще не придумала).
- Ариэль, открой дверь, или я попрошу твоего отца снести ее ко всем чертям! - Ангелину было не узнать. Всегда собранная, умеющая держать себя в руках, невозмутимая женщина, лупила кулаком по закрытой на замок двери и ругалась, как сапожник.
Я, проснувшись, не сразу поняла в чем дело, а взглянув на часы застыла с открытым ртом.
Семь часов вечера. Вот это я поспала. А ведь ложась утром в постель, думала, что всего на секунду глазки закрою.
Мачеха, между тем, продолжала колотить по дереву, и я прямо-таки чувствовала, как с каждым стуком ниточка ее терпения становилась все тоньше и тоньше.
Рванув к двери, я открыла замок и отступила на шаг. Не зря. В комнату влетел ураган и, стой я на его пути, отбросило бы к стене.
- Ты чем ночью занималась, что целый день спишь? Я и Розу к тебе посылала, и звонила, и сообщения писала! Отец рвет и мечет!
- Ночью у меня бессонница была, до утра проворочалась, - развела я руками.
Ангелина, внимательно меня разглядев, выпучила глаза и застыла на месте.
- Ты в зеркало смотрела? На кого ты похожа? Быстрее собирайся, у тебя всего лишь час!
- Час? - нахмурилась я, не в силах понять, что ей от меня нужно, - до чего?
- До свидания, дурочка. Ты уже забыла свой разговор с отцом?
- Но его же отменили?
- Не отменили, а перенесли. На сегодня! Ванну прими, надень что-нибудь нарядное. И я тебя умоляю, сделай что-нибудь со своими волосами. На них без слез не взглянешь, -отдав приказ, по-другому не скажешь, мачеха развернулась на каблуках и вышла из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью.
- Боги, - прошептала я, подойдя к зеркалу.
Теперь понятно, почему у Ангелины так вытянулось лицо. Я и вправду напоминала жертву неудачного посещения салона. На лице следы от подушки. Глаза заплыли, и напоминали две щелочки. Губы превратились в огромные вареники, а прическа на голове носила гордое название «взрыв на макаронной фабрике».
От такого за час точно не избавиться, но делать нечего. Набрав в ванну воды, я стащила с себя пижаму, налепила под глазами патчи и легла отмокать.
Стоило сознанию хоть немного проясниться, до меня дошло. Что я творю? О каком свидании может идти речь, учитывая, чем я занималась прошлой ночью? Мне бы растрепанные чувства в порядок привести, память восстановить, продумать, что я скажу Дэшу, если мы снова встретимся...
Решено! Спущусь и откажусь от встречи. Плевать на отцовские крики, признаюсь, что мое сердце отдано другому мужчине. А бедный парень пусть найдет себе ту, что сможет по-настоящему его полюбить.
С этими мыслями, я закончила водные процедуры, привела в порядок волосы, надела любимый топ с джинсами, в которых ходила дома и, убедившись, что больше не напоминаю невесту Франкенштейна, направилась к лестнице.
Настроение, несмотря ни на что, было приподнятым. Как будто я переела шипучих конфет, и язык пощипывало от кислинки. Но ступив на последнюю ступеньку и увидев, кто стоит на пороге в ожидании меня, я чуть сознание не потеряла. Пришлось мертвой хваткой вцепиться в перила, ожидая, когда выровняется дыхание, а сердце прекратит колотиться о ребра так, словно желало выпрыгнуть наружу.
Дэш не сразу заметил мое появление.
Сегодня, на мою беду, у его строгих рубашек и брюк был выходной. Почему на беду? Потому что небритый, в черной, свободной футболке, простых джинсах и грубых ботинках этот мужчины разил в самое сердце.
Он разговаривал с отцом, но стоило мне подумать о том, чтобы второй раз за сутки сбежать из дома через окно, поднял взгляд и медленно прошелся им по моему телу. С босых ног, до самой макушки. И вслед за его взглядом по телу полз пробирающий до основания озноб.
«Какая же ты нежная, детка», - внезапно всплыли в памяти его слова. Вот только когда и где он их произнес? Черт, не помню....
Отец что-то ему рассказывал, но Дэш уже не слушал. Он шагнул вперед, а я, продолжая держаться за перила, сделала шаг назад. В уголках его губ заиграла едва заметная усмешка, будто он нашел это забавным.
- Ариэль? - посреди холла появилась Ангелина, - я же сказала тебе одеться к выходу, почему ты в домашнем?
- Я. я. - замычала я, продолжая пялиться на нашего гостя.
- Ничего страшного, там, куда мы отправимся, внешний вид не играет никакой роли, -пришел мне на выручку Дэш, - но вот обуться не помешает.
Я продолжала молчать, но в голове во всю голосили целых две Ариэль. Одна была одета в красный кожаный костюм, с рогами на голове и плеткой в руках. Ее все происходящее несказанно радовало.
Свидание с Дэшем? С мужчиной, с которым я провела ночь, и в которого, кажется, влюблена? Эй, вы там, на небесах, я что, выиграла в любовную лотерею? Юхххуу!
А вторая, одетая в белый балахон, и со светящимся обручем на голове, была готова под землю провалиться.
Боги, о чем я буду с ним говорить? Да я же со стыда умру, как только мы наедине останемся. А если я вчера ужасно себя вела? Непристойности говорила или, не дай свет, в любви ему призналась? Нет, нет, нет. Бежать!
Но вот какая из этих Ариэль победит я так и не узнала. Дэш подошел к лестнице, взял меня за руку, - отчего в голову тут же ударил разряд в двести двадцать, - и потянул за собой.
- Я верну ее через пару часов, - бросил он отцу с Ангелиной, пока я, на автомате, обувала ботинки.
В сгустившихся сумерках черты его идеального лица казались жестче, а черные глаза горели ярче намечающихся звезд. Остановившись перед припаркованным у ворот внедорожником, Дэш открыл пассажирскую дверь, помог мне сесть, а затем занял водительское сиденье.
Уговаривая себя расслабиться и прекратить нервно сжимать пальцами край топа, я перевела взгляд на его вцепившиеся в руль пальцы и в голове словно щелкнуло. Перед глазами появилась бесстыдная в своей откровенности картина, где я сижу верхом на Дэше в этой самой машине. Мои ладони на его плечах, его руки на моей талии, а рот пожирает, -по-другому увиденное не назвать, - мои губы.
Боги, неужели это я? Такая раскрепощенная... наслаждаюсь близостью мужчины. Мираж, не иначе.
- Куда, - пришлось прочистить горло, в котором, казалось, ком застрял, а затем продолжить, - куда мы едем?
- На самом деле, я не придумал, - пожал он плечами, - знал, что нам нужно поговорить, а где именно, в голову не пришло. Как смотришь на то, чтобы выехать за город и остановиться на обочине?
Я кивнула, но мой испуганный взгляд был красноречивее слов.
- Не бойся, я на тебя не наброшусь. Мы просто поговорим... сегодня, - что это за уточнение такое? Только сегодня? А в любой другой день чем он заниматься со мной планирует?
Пока мои мысли метались в голове, как ненормальные, Дэш включил радио, и открыл бардачок, на дне которого лежала небольшая бутылка воды.
- Будешь?
- Нет, но можно мне... - я ткнула пальцем в лежащий там же блистер со жвачками. Дэш кивнул. Схватив упаковку, я выдавила на ладонь около шести подушечек и засунула их в рот. А заметив его удивленный взгляд, решила пояснить, - это. мое первое свидание, и я немного нервничаю. А в таком состоянии мне требуется сладкое. Пирожные у тебя здесь точно не найдутся, а в жвачках полно сахара.
Судя по тому, как дернулись уголки его губ, мужчина пытался сдержать смех и, к его чести, ему это удалось. Дальше мы ехали в полной тишине, если не считать разнообразную музыку, льющуюся из радио непрерывным потоком.
Откинувшись на спинку, я опять начала клевать носом, - наверное, нервы сказались, - как вдруг машина резко остановилась, а сидевший рядом мужчина развернулся ко мне всем корпусом.
- Нам надо поговорить, - его голос звучал чересчур напряженно. Всю расслабленность, как рукой сняло.
- О чем? - прошептала я, чувствуя себя как мышка перед удавом.
- Думаю, ты и сама знаешь. О прошлой ночи, - стоило ему произнести это, как у меня от смущения сорвало тормоза.
- Это я во всем виновата. Прости, пожалуйста. Повела себя как последняя. Запрыгнула на тебя. - боги, ну пошлите немного памяти, что я там еще наделать успела?
- Прекрати. Все, что между нами случилось, случилось по обоюдному согласию. Я этого хотел, и ты, как мне показалось, тоже этого хотела. Разве не так? - я осторожно кивнула, -а теперь расскажи мне, что ты помнишь о прошлой ночи?
- Понимаешь. в том-то и дело, что я ничего не помню. Я даже нашей встречи не помню. Это все. так странно. Если я что-то сделала или сказала, прошу, не бери в голову. Мне так стыдно.
Услышав мое признание, Дэш коснулся пальцами моего подбородка и приподнял мою голову, заставив взглянуть ему в глаза.
- Не нужно стыдиться, Ариэль. Мы взрослые люди. И если на то пошло, то все случилось по моей вине. Я видел, что с тобой не все ладно, но не сдержался. Сопротивляться паре.эээ девушке, которая тебе нравится, очень сложно.
- А я тебе нравлюсь? - кажется, из всего произнесенного, я уловила только этот момент.
- Ты сводишь меня с ума, - он наклонился вперед и его губы от моих отделяли считанные сантиметры, - но, боюсь, стоит мне отвернуться, ты опять куда-то сбежишь, а я этого не хочу. Выходи за меня замуж, детка?
Если бы где-то по близости взорвалась бомба, я бы даже не заметила, такой эффект на меня произвела его последняя фраза.
Это шутка какая-то? Или у меня слуховые галлюцинации начались?
- Прости что без кольца. Не успел подготовиться. Я понимаю, что тороплю события, и можешь пока не отвечать, - продолжил было Дэш, а я заткнула ему рот ладонью.
- Если ты думаешь, что из-за одной ночи обязан...
- Ариэль, я не делаю предложение каждой девушке, с которой сплю. Просто. ты особенная для меня.
- Тогда «да». Я согласна, - я быстро закивала в ответ, словно боясь, что он передумает.
Его большой палец прошелся по моей нижней губе, а горячий взгляд так следил за собственными действиями, что казалось, он представлял на месте этого пальца собственные губы. Но что мешало ему меня поцеловать?
- Отлично. Тогда через пару недель проведем ритуал единения.
- Ритуал единения? Ты исповедуешь какую-то религию? Или состоишь в секте? -нахмурилась я, - учти, если нас поженит какая-то секта, я буду требовать переженитьбу.
Кажется, мои слова его знатно позабавили. От его смеха даже стекла в машине затряслись.
- Детка, ты - нечто. Эти две недели я буду очень скучать.
- Скучать? А мы разве не увидимся?
- К сожалению, мне нужно вернуться в Проточный, чтобы уладить рабочие дела. Но моя мать и твоя мачеха не дадут тебе скучать, я сообщу им о нашем решении и попрошу подготовить все для церемонии. А сейчас. нужно вернуть тебя домой. Мне все сложнее держать его под контролем.
Я так и не спросила, кого он имел в виду. Не задала ни единого вопроса пока мы ехали. Просто считала удары сердца, чувствуя, как весь мой мир переворачивается с ног на голову.
Через две недели я стану Ариэль Бриг, женой мужчины, которого толком не знаю, но без которого не могу представить своей жизни.
Разум кричал, что это ненормально, а сердце предлагало ему не вмешиваться и заткнуться.
Выписка из дневника Ариэль В.
В любой непонятной ситуации, лежи голая в ванне.
Тринадцать дней спустя
- Поль, я не знаю, что думать, - сев на скамейку, я помассировала уставшие от долгой прогулки колени, - завтра свадьба, а он так ни разу мне и не позвонил. Это нормально?
Присевшая рядом подруга махнула рукой.
- Это же Дэш! Он работяга до мозга костей. Утонул в делах, пытаясь все уладить до вашего медового месяца, вот и не звонит. Даже родители лишний раз его не беспокоят. Не нервничай так. Встретитесь завтра и все будет в порядке.
Завтра... Да я секунды считала до нашей встречи. Даже расписание всех ночных рейсов изучила. И если бы не грызущая нутро тревога, последовала бы примеру Полины и расслабилась.
Гнетущее чувство надвигающегося несчастья не давало мне вздохнуть полной грудью вот уже дней десять. И ведь не расскажешь никому, даже подруге. Глупой назовут и правильно сделают.
Хотелось бы верить, что все дело в предсвадебном неврозе, страхе перемен. Но нет. Себе я врать не могла. Меня начали грызть сомнения и куча разных «почему».
Почему он сделал мне предложение? Это любовь? Так быстро? Почему он даже не попытался поцеловать меня на прощание? Довез до дома, сдал на руки отцу и кивнув, уехал. Почему не звонит? Парочка довольно странных сообщений не в счет.
- Поль, а если мужчина в сообщениях уточняет сплю ли я, это можно считать за заботу? -с полной серьезностью в голосе поинтересовалась я, вытаскивая свой телефон, и показывая ей нашу последнюю переписку.
23.30
«Привет, детка! Ты спишь?» 23.32
«Еще нет, но уже в постели. Читаю».
23.45
«Что на тебе надето?» 23.47
«Пижама».
23.52
23.55
«На самом деле не очень, тут довольно прохладно».
23.58
«Ну ладно, подожду. Спокойной ночи».
- Если честно, я не поняла, чего он собрался ждать? Когда потеплеет? - развела я руками, -ни словечка о том, как сильно скучает, как хочет побыстрее меня увидеть. Все так странно, а мы еще даже не поженились.
Полина, вопреки моим ожиданиям, прочитав сообщения, издала приглушенный смешок.
- Что тут смешного?
- Эль, до тебя, порой, как до жирафа доходит. Это же обычный секстинг!
- Чего? - нахмурилась я.
- Ну, секстинг. Интимная переписка. Он тебя спрашивает одета ли ты? Отвечаешь, что нет и описываешь как гладишь себя, изнемогая от желания. Кто из нас кучу любовных романов перечитал, я или ты?
- В тех книгах, что я читаю, такого никогда не встречала. То есть, получается, он хотел заняться любовью по переписке? Со мной?
- Нет, дурында, с твоим телефоном. С тобой, конечно. В следующий раз, если он случится, пиши, что лежишь голая в ванне. Вроде бы мужчин это заводит.
- Девчонки, сахарную вату не желаете? - обратился к нам наряженный в клоунский костюм парень. Позади него стояла небольшая тележка, со встроенным в нее аппаратом по производству озвученной сладости.
Вот уже третий год, мы с Полей в канун Самайна посещаем городскую ярмарку, и сегодняшний день не был исключением. План тоже не поменялся. Карусели, поход в зоопарк, поедание вкусностей и покупка сувенирной продукции.
Зоопарк и карусели мы уже вычеркнули из списка, теперь пришла пора вкусностей. Вытащив из сумки кошелек, я достала из него две монеты и протянула их продавцу ваты. Парень принялся колдовать над прозрачным куполом, и уже через несколько минут мы с Полиной сжимали в руках палочки с накрученными на них съедобными волокнами.
- Давай дойдем вон до того магазинчика на углу, - предложила Поля, как только мы расправились с ватой, - судя по вывеске, там продаются открытки. Мне как раз нужно несколько штук. А пока расскажи, как проходит подготовка к завтрашней церемонии.
- Скучно она проходит. Меня вообще ни во что не посвящают. На примерку платья один раз позвали, да твоя мама уточнила какой цвет мне больше нравится, вот и все. Даже свадебный букет выбрать не предложили.
- Надо оно тебе? Это такая заезженная традиция, - скривилась Полина.
- А ты на своей свадьбе решила не бросать?
- Вот еще! Брошу, конечно! Возьму эту цветочную гранату и запульну в толпу с криком «хватайте, девки!» - проорала Полина, и мы с ней на пару начали ржать как ненормальные. Прохожие чуть шеи не посворачивали от любопытства.
Дойдя до магазина, подруга отвлеклась на открытки, а я начала копаться среди книг, журналов и газет. Стоявшая неподалеку девушка, бросила на прилавок свежий выпуск «Светской жизни», и я, уставившись на обложку, не поверила своим глазам.
Крупным шрифтом заголовок «Вечеринка в честь слияния двух крупнейших компаний «Бриг интерпрайз» и «Славин секьюрити» в самом разгаре», а под ним
несколько фотографий, датированных позавчерашним днем, на одной из которых был Дэш и... Злата. Его бывшая. У меня в секунду похолодели руки и ноги.
А бывшая ли?
За всеми этими переживаниями, свадебной нервотрепкой и двухнедельным ожиданием, я совсем про нее забыла.
Я провела пальцем по фото. Судя по антуражу, это какой-то ночной клуб. Толпа за спиной. Злата стоит чуть ли не прижимаясь. Улыбается, пиявка. Он в футболке и черных брюках, а на губах застыла порочная ухмылка, при виде которой у меня всегда перехватывало дух.
Не позирует. Видно, что фотограф поймал их случайно.
Может, они работают вместе? Расстались друзьями? Должно же быть хоть какое-то объяснение.
- Я уверена этому есть какое-то объяснение, - продублировал мои мысли Полин голос. Она перегнулась через мое плечо, чтобы вглядеться в фото, - Дэш бы не стал. Может работают вместе?
- Я тоже так подумала, - пришлось приложить массу усилий, чтобы голос не дрогнул. Даже улыбку вымучила правдоподобную.
- Ну сама посуди, он просто рядом стоит, смотрит не на нее.
- Черт, я ведь даже не спросила у него расстались ли они. Сошла с ума от счастья, когда предложение сделал, и забыла обо всем на свете. Поль, а если у них ничего не закончилось?
- Все у них закончилось, я в этом на сто процентов уверенна. Вот завтра он приедет и вместе у него спросим. Не переживай. Давай лучше к гадалке зайдем.
- Куда? - не поняла я.
- Да я открытки покупала, а рядом женщина стояла и подруге про гадалку рассказывала. В кибитке сидит, недалеко отсюда. Канун Самайна, мы должны пощекотать себе нервы.
Как ни странно, очереди у кибитки практически не было. Перед нами прошла молодая девушка, пробыла внутри около десяти минут и вышла.
- Заходим по одному, - предупредил нас стоящий у задней двери мужчина. Высокий, в рубашке на выпуск и свободных серых штанах он походил на одноглазого циклопа из сказок.
Полина пошла первая, но очень быстро вернулась, сообщив, что ее судьба скрыта от всевидящего ока. А когда я уточнила, что это значит, пожала плечами.
- Она сказала, чтобы я держалась от нее подальше и позвала блондинку. А это ты.
- А как она узнала, что я блондинка? - вытаращилась я на подругу.
- Откуда же мне знать? Но подозреваю, что в двери есть щель. Иди, - подтолкнув меня ко входу, Полька осталась ждать снаружи.
Внутри, на расстеленном на деревянном полу коврике сидела молодая девушка. Ее длинные белые волосы были собраны в конский хвост, а серые глаза горели диким огнем.
- Можешь звать меня Кара, - улыбнулась она, протягивая мне руку, - подойди ближе, я не кусаюсь.
Я сделала несколько шагов вперед, коснулась ее руки и села рядом.
- Меня зовут Эль... Ариэль.
- И что бы ты хотела знать, Ариэль?
- Свою судьбу?
- Уверена? Разве интересно жить, зная все наперед? По-моему, это скука смертная.
- Ну может не все, а какие-то моменты. Чтобы уберечь себя от ошибок и разочарований.
- Порой ошибки и разочарования открывают перед нами новые двери, за которыми может ждать настоящее чудо. Они учат нас быть лучше, мудрее. Так ты все еще уверена, что хочешь знать свою судьбу?
Я задумалась над ее словами, но все же кивнула.
- Расскажите, что меня ждет.
Девушка притянула к себе мою ладонь и начала изучать нарисованные на ней линии, но мне почему-то показалось, что они мало ее интересовали. Она будто вслушивалась в себя, и на несколько минут просто отключилась.
- Скоро тебя ждут большие испытания. Сначала будет казаться, что жизнь закончилась, а сердце превратилось в камень. Но ты быстро поймешь, что это не так. Тебе помогут понять. Ты узнаешь себя настоящую, станешь мудрее и возможно...
- Возможно?
- Прости, видение пропало. Позолоти ручку, и можешь идти, - девушка выглядела очень бледной, поэтому я не решилась с ней спорить, хотя очень хотелось узнать, что она имела в виду под этим непонятным «возможно». Не то чтобы я ей верила, но внимание аудитории удерживать она умела.
Достав из кошелька последнюю мелочь, я пересыпала монеты в ее ладонь и, поднявшись с пола, направилась к выходу.
- Постой. Самое главное не сказала. Тест в аптеке купить не забудь.
- Тест? Какой? - не поняла я.
- Какой-какой! На беременность, дурочка. Богиня плодородия тебя благословила.
Выписка из дневника Ариэль В.
Дорогой дневник, ну почему на все вопросы нельзя получить ответ, просто пописав на пластмассовую палочку?
Двести девяносто восемь. Двести девяносто девять. Триста!
Ровно пять минут, а я все еще стояла посреди туалета, сжимая в одной руке подол свадебного платья, а во второй коробочку от теста на беременность, и не могла заставить себя взглянуть на результат.
Сердце бешено стучало в груди, желудок сжимался в комок, на лбу выступила испарина.
Я изначально знала, что это плохая идея, но все равно за каким-то чертом купила вчера этот тест, и захватила его в дом Бригов, где на заднем дворе с минуты на минуту должна начаться церемония.
Самое странное, что я не знала, какой мне нужен результат.
Положительный? Ведь это значит, что у меня появится малыш, - наша с Дэшем маленькая копия, - при мысли о котором у меня подгибались колени, на душе теплело, а в горле появлялся ком из слез.
Отрицательный? Ведь мы еще слишком молоды. Плохо знаем друг друга. А все происходящее между нами, так спонтанно, что даже страшно.
Боги, почему все так сложно?
После разговора с гадалкой, я вышла сама не своя. Польке рассказала только первую часть, а последние слова о беременности почему-то утаила. Сославшись на головную боль, вызвала такси и попрощалась с подругой, но не проехав и квартала, остановилась у ближайшей аптеки.
Я твердила себе, что все это пустой треп решившей заработать девчонки. Что ничего она обо мне не знает. Вроде бы даже получилось и к тесту я так и не прикоснулась. Но ночью мне приснился сон, где я стою на краю пропасти, а с другой стороны ко мне тянет маленькую ручку скрытый туманом ребенок.
Проснулась вся в поту, а в дверь уже молотила Роза, наша служанка. Пора, меня ждут.
На макияж, укладку и переодевание ушло три часа. Когда к дому подъехал лимузин, я была выжата как лимон. Только и успела, что перед отъездом закинуть коробочку с тестом в сумочку и плюхнуться на заднее сиденье. А как только приехали в дом Бригов, первым делом заперлась в туалете и минут десять уговаривала себя подождать. Отложить все хотя бы до завтра. Но эта ручка из сна...
Я не смогла.
Теперь стояла ни жива, ни мертва, отсчитывая секунду за секундой до того момента, как узнаю правду.
Корсет платья сдавил грудную клетку. Тело зудело, но я подозревала, что дело в расшатанных нервах. Подняв глаза, я поймала в зеркале свой растерянный взгляд. Как ни странно, прическа на месте, и туш не потекла. Я выглядела немного бледной, но в целом очень даже ничего.
Ну все, была не была.
Шумно выдохнув, я опустила подол платья, и холодными, дрожащими пальцами потянулась к лежащему на раковине тесту.
Две полоски.
Из оцепенения меня вывел громкий стук в дверь.
- Ариэль, тебя там в унитаз смыло? Все ждут только тебя, - раздался строгий голос мачехи.
Представьте себе, он меня успокоил. Помог сконцентрироваться и придал сил. Мысли из ватных стали ясными, правда вопросов в голове не убавилось.
Я сразу поняла, что тест не врет. Не нужен мне второй и третий, чтобы подтвердить результат. Мне кажется, я его и до теста знала. Каким-то шестым чувством ощущала, просто боялась самой себе признаться.
Но что мне теперь делать? Кому рассказать? Ангелине? Нет. Отцу? Ни в коем случае. Полине позвонить? Возможно, но. не сейчас. Сначала я должна открыться Дэшу. Ведь отец ребенка всегда в приоритете. Правда, сделать это лучше после церемонии. К таким новостям надо заранее подготовить.
Первая свадебная ночь. Я в красивом полупрозрачном неглиже, что в качестве приданого купила для меня Ангелина. Лежу на кровати и жду застывшего неподалеку мужа.
Боги, слово то какое необычное - «муж». К нему еще привыкнуть надо.
Он подходит, ложится рядом, и тут я сообщаю ему о ребенке...
- Ариэль, я не шучу. Сейчас позову твоего отца, и мы начнем ломать дверь, - терпение в голосе мачехи начало давать сбой.
- Я уже выхожу! - закинув тест и коробку от него в мусорное ведро, я быстро ополоснула руки, слегка похлопала себя по щекам, чтобы придать им румяный вид, выдохнула и открыла замок, - прости, что заставила ждать. Голова закружилась.
Придирчиво оглядев меня с ног до макушки, Ангелина подняла голову и уставилась мне прямо в глаза. Пристально, даже не мигая.
- Я понимаю, что ты нервничаешь, но прекрати стучать зубами, и спину прямее держи, а то согнулась в три погибели, - кажется, за все время нашего знакомства, я впервые почувствовала в ее голосе заботливые нотки. Даже опешила с непривычки, - я хотела тебе сказать. Когда-то давно, когда я была еще молодой и собиралась под венец - мой брак с твоим отцом для меня не первый - моя мать дала мне совет. Ангелина, сказала она, если у тебя появятся какие-то страхи, или сомнения в муже - не говори ему ни слова. Мысленно запри негатив в сундучок, а ключ выброси. Я прожила с ним пять лет. И делала все именно так, как она меня учила.
- А что случилось потом? - прошептала я, все еще не понимая, что подвигло эту вечно холодную женщину на подобные откровения.
- А потом сундучок заполнился так, что невозможно было закрыть крышку. Все полезло наружу. Оказалось, что мой муж жил на две семьи. Я не могла дать ему детей, а во второй семье у него подрастали двойняшки. Две дочки. Он любил меня, какой-то своей извращенной любовью, но и их бросить не мог. Я сделала выбор за него. Забрала свои вещи и ушла из дома. Думала, что больше никогда не свяжу свою жизнь с мужчиной, никогда не выйду замуж, но встретила твоего отца. Я счастлива с ним. Мы любим друг друга, а тот совет про сундук. Так поступать не стоит. Поэтому, если у тебя появятся страхи или сомнения, иди с ними к мужу. Сразу, не откладывая. Это очень облегчит вашу совместную жизнь.
- Хорошо, - кивнула я, - и. спасибо за совет.
- Не за что. А сейчас соберись и ступай за мной, - ну вот, снова вернулась застегнутая на все пуговицы, уверенная в себе женщина. Только я теперь видела, что это ширма, за которой скрывалась ранимая, не лишенная сострадания душа. Дышать сразу стало легче.
Мы спустились по лестнице в холл. Пустой, если не считать сидевшего на стуле отца, что ждал, когда можно будет провести меня к алтарю и передать в руки будущему мужу.
Удивительно, почему я раньше не замечала, как эти двое подходят друг другу. Минимум эмоций, - кроме той страсти, что происходила, когда они запирались в спальне, -максимум строгости и невозмутимости. Все разговоры по делу, а все решения направлены на то, чтобы упростить и улучшить жизнь.
У обоих за плечами не простые отношения. У нее с мужем-изменщиком, у него с женой-наркоманкой. Поэтому, наверное, для отца и Ангелины - это и были идеальные отношения.
Только мне они не подходят. Не того я ищу в отце своего ребенка. Мне нужны тепло и любовь, и я очень хотела надеяться, что Дэш разделяет мое мнение.
Перед глазами, так не кстати, появился снимок из вчерашней газеты, где мой будущий муж стоит рядом со своей бывшей.
Я обязательно выясню правду. Надо только остаться с ним наедине.
Выписка из дневника Ариэль В.
Тысяча и один способ признаться мужчине, что ты беременна:
1. По телефону;
2. Написать сообщение;
3. Дождаться, когда он уснет...
Моя свадьба походила на похоронную церемонию.
Оркестр играл что-то до ужаса заунывное, навевающее послеобеденный сон. Возрастная категория присутствующих гостей, - за исключением Поли и сидящего неподалеку от нее Елагина, - была пятьдесят плюс. А вместо священника, что должен был нас поженить, под дугообразной цветочной аркой стоял седой старец в длинном белом балахоне, что носят пациенты психбольниц.
Вот только мне не было до этого никакого дела. Я шла между рядами, держа за руку отца, и не могла перестать пялиться на своего без пяти минут мужа.
Прошло две недели с нашей последней встречи, и до этого момента я понятия не имела, как сильно скучала. Напряжение, что сковывало меня все это время, сошло на нет. Словно за окном была ночь, а с его появлением выглянуло солнце.
Высокий, широкоплечий мужчина, одетый в черный смокинг. Можно было лишь догадываться, какой бурный темперамент скрывался за его внешним спокойствием.
Сдержанный, но было в нем что-то... грубое. Дикое. Властное. Будто внешне человек, а внутри зверь сидит опасный.
Только глаз эта грубость не касалась. Черные, как обсидиан, они контрастировали с такими же темными, отросшими за две недели волосами, и проступившей после недавнего бритья щетиной. В их глубине плясали искры пламени, а пристальный, голодный взгляд был направлен в мою сторону.
Аж мороз по коже.
Стоило нам поравняться с ним, как Дэш буквально вырвал из руки отца мою ладонь и встал рядом.
Перед глазами пронеслось воспоминание, где я лежала на постели, а надо мной нависал обнаженный мужчина. Сосредоточенный взгляд кричал о том, что он готов сделать меня своей, и мало что в этом мире могло его остановить. Божественно красивый и такой же недосягаемый.
Новый кусочек пазла. Так глядишь, и вся картинка сложится. Скорее бы.
Смутившись, я бросила взгляд на сидящих неподалеку гостей. Мария Владимировна вытирала слезы, а ее муж нежно гладил ее по спине. Поля подбадривающе мне улыбалась, а Ангелина вместе с отцом были собраны и сосредоточены, как всегда.
Дэш развернул меня к седому старику, что держал в одной руке хрустальный шар, а второй принялся водить над нашими головами, что-то шепча про себя. Я прислушалась, но смогла уловить только обрывок фразы.
- ... две души, два сердца, станут одним... Истинным светом благословенны, путь их не разделим.
Пришло время признаться самой себе - мой муж и вся его семейка служители какого-то культа. Впрочем, если они не пускают кровь девственницам на алтаре, волноваться мне не о чем. Да даже если и пускают, не велика беда. Я-то уже не девственница.
Стоило старцу убрать свою руку от наших голов, как я почувствовала неладное. По телу прошла дрожь. Дыхание участилось. В груди начало разгораться настоящее пламя. И меня, словно магнитом, начало тянуть к стоящему рядом мужчине.
Замечательно. Только инфаркта мне в день свадьбы не хватало.
Из-за беспокойства о малыше меня начало трясти, голова закружилась. Я только и успела, что схватить Дэша за рукав, прежде чем окончательно потеряла сознание.
- Ариэль, детка, приди в себя! - словно сквозь плотную завесу, до меня донесся низкий, грубоватый голос моего - вроде бы как - мужа.
Медленно открыв глаза, первое, что я увидела, это его лицо. Хмурое, обеспокоенное. Но все равно такое красивое, что сердце заходилось.
Приподняв руку, я погладила его по щеке, пытаясь проверить, настоящий ли он, или мне сниться сон.
Колючая. Настоящий.
- Это сердечный приступ? Я в больнице? - прохрипела я, чувствуя, как проясняется мое сознание, и возвращается тревога за ребенка, - мне нужно поговорить с врачом, очень срочно!
- Ты не в больнице, милая, и никакого сердечного приступа у тебя не было. Ты просто переволновалась и потеряла сознание. Такое с невестами случается и часто. Сейчас тебе надо успокоиться и отдохнуть, - он прошелся большим пальцем по моей нижней губе.
- Где я? - спросила, а сама вместо того, чтобы оглядеться, не могу оторвать от него взгляд.
- В моей комнате. Решил, что здесь ты скорее придешь в себя. Мы одни, я попросил родных дождаться нас на заднем дворе. Там как раз начали разносить закуски.
Одни. В его комнате.
Боги, да лучшего момента рассказать ему о ребенке и быть не может!
- Дэш, мне надо с тобой поговорить, - я привстала на локтях, и приняла сидячее положение.
- Дождись меня здесь, - он сжал мою ладонь, затем поднялся с колен и направился к двери, - я вернусь через минуту, не больше. Мне нужно предупредить остальных, что ты пришла в себя. Побудь хорошей девочкой и не вставай с кровати. Обещаешь?
Улыбнувшись, я кивнула. Несколько минут все равно ничего не решат.
Дождавшись, когда за ним закроется дверь, я принялась разглядывать комнату, в которой мой муж провел большую часть своего детства и юности.
Просторная. Тут точно было где развернуться. Большая кровать. В углу забитый книгами шкаф. На стенах семейные фото и детские рисунки.
Ничего необычного. Уютная спальня повзрослевшего парня, каким был Дэш до того, как уехал отсюда.
Единственное окно выходило на задний двор, где сейчас отдыхали, гуляли и обедали гости и хозяева дома. Но Дэша внизу не наблюдалась, хотя высматривала я его минут десять, не меньше.
Что же его так задержало? Может, выйти и поискать? Чувствую я себя намного лучше...
Для верности погуляла по комнате еще минут пять. Никто не появился, и я направилась к двери.
Коридор встретил неестественной тишиной. Пройдя к лестнице, я собралась было спуститься, но тут мое внимание привлек приглушенный женский голос, раздававшийся из Полининой спальни.
Решив, что подруга болтает по телефону, я направилась к ее двери, а подойдя вплотную поняла, что ошиблась. Это была не Полина. В ее голосе не было таких визгливых ноток.
Там находилась какая-то другая женщина и, судя по всему, не одна. С Дэшем.
- Злата, это просто формальность. Родители настаивали на браке, мне пришлось согласиться, - донесся до меня его успокаивающий голос.
Формальность... Пришлось...
- Но почему именно с ней? - истерично всхлипнула та самая брюнетка с фото, с которой, как я думала, у моего мужа все уже кончено.
Сознание тут же нарисовало плачущую у него на груди женщину. Сердце замерло в груди и внутри все похолодело. Не в силах сдвинуться с места, я была вынуждена слушать дальше.
- У наших отцов совместный бизнес. И я уже говорил тебе, что она моя пара...
- Но ты же меня любишь? Скажи, что ты меня любишь! - не унималась она.
- Конечно. А сейчас успокойся и.
- Не хочу я успокаиваться, мне нужно, чтобы вы развелись! Мне плевать, что она твоя истинная! - о чем она говорит? - хотя. она может подарить тебе ребенка, а я не могу.
Судя по голосу, у женщины нервный срыв, или что-то вроде.
И что за слова про ребенка? Злата бесплодная? Почему Дэш женился на мне, если все еще ее любит? Боги, за что эта агония?
- Злата, давай ты сейчас прекратишь.
- Нет-нет-нет! Я передумала. Пусть она родит, ты с ней разведешься, мы заберем ребенка, и я сама его воспитаю. Это же гениально, милый! Тогда твои родители примут меня. Ты согласен? Скажи, что ты со мной согласен.
Скажи нет, скажи нет, умоляю!
- Согласен, а сейчас положи. - Дэш что-то еще говорил, но я уже не слышала.
Невыносимая боль разлилась по всему телу. Словно в сердце вонзили острый нож и прокрутили для верности несколько десятков раз. Я упала на колени, прямо на мягкий ковер, и пыталась закричать, но никак не могла. Крик звучал у меня в голове - страшный, непрекращающийся, причиняющий еще больше боли.
А снаружи царила гробовая тишина.
Последняя запись из дневника Ариэль В.
Дорогой дневник, поиск в гугле «как отомстить неверному мужу» почему-то выдает телефонные номера психологов, а не киллеров. Попробую перефразировать запрос...
Я научилась мириться с нелюбовью близких, тем более что они ее от меня никогда не скрывали. Но как смириться с предательством?
Можно сколько угодно раз повторять самой себе, что прошло совсем немного времени, и я толком не знаю этого мужчину. Но правда одна. Я успела его полюбить, успела довериться и выстроить в мечтах огромные замки.
Замки из песка, которые разрушились под напором реальности.
Мечты о нашем счастливом будущем неподъёмным пластом придавили меня к земле. И, чтобы освободиться, понадобилась бы помощь бульдозера.
Задыхаясь от нехватки кислорода, я чувствовала, как по спине катится холодный пот. Агония, вперемешку со страхом и горечью, разрывала тело на части.
Как мне теперь быть?
Вернуться к гостям, и сделать вид, что я ничего не слышала? Бояться и ждать, что как только я рожу он разведется со мной и заберет моего малыша? А потом станет воспитывать его вместе со своей любовницей?
При мысли об этом, я ощутила, как горечь сменяется яростью.
Да какое он имеет право? Я не отдам! Из кожи вон вылезу, но не отдам! Родители его заставили! Детей им со Златой захотелось! Подонок!
Остудившая болезненное пламя злость придала мне сил. Поднявшись на ноги, я рванула к лестнице, и держась за перила, понеслась вниз. Не знаю куда, не знаю зачем. В голове билась лишь одна мысль - подальше ото всех.
Слезы в глазах мешали разглядеть дорогу, и кто знает, может я влетела бы в первую попавшуюся дверь и разбила себе лоб, но внезапно в мое запястье, жесткой хваткой, вцепилась худенькая ручка.
- Куда торопишься, невестушка? - скрипучим, как несмазанное колесо голосом поинтересовалась выпрыгнувшая как черт из табакерки седая старушка.
В крючковатых пальцах Елизаветы Распутиной таилась немалая сила. Они до красноты впились в мою кожу и, если бы не перекрывавшая все остальные чувства боль в сердце, я бы ощутила нешуточное жжение в руке.
- Я... я... - хотелось сказать, чтобы отпустила, что мне нужно на свежий воздух, иначе я рискую задохнуться, но вместо слов изо рта вырвались рыдания. Те самые, что застряли в горле, когда я стояла у дверей Полининой спальни.
- Вижу, что-то нехорошее с тобой приключилось, девочка. Пошли со мной, выведу незамеченной. Я тут черный ход знаю, - она не сдвинулась с места, ожидая моего ответа.
Я замешкалась буквально на секунду, но мягкие нотки в ее голосе победили все мои сомнения.
Кивнув, я последовала за ней.
Пройдя сквозь кухню, где трудились шеф-повар и его помощники, мы оказались перед закрытой на замок дверью. Пошарив под стоящей на полке сахарницей, Елизавета как-ее-там-по-батюшке вытащила ключ и отперла замок. Снаружи, на многие метры вперед простирался цветочный коридор, пройдя который мы оказались в пустующей садовой беседке.
Погода на улице была солнечной и ясной, в отличие от бушевавшего внутри меня урагана эмоций.
Ударивший в лицо свежий ветер, помог привести мои путанные мысли в подобие порядка. Поток слез прекратился. Вот только вместо сердца в груди образовалась сквозная дыра.
- Присядь, - предложила мне старушка, - а то упадешь, а я поднять не смогу.
Я не поверила. Она, конечно, щуплая на вид, но столько мощи излучала, что становилось ясно - и поднимет, и донесет, если придется. Но на скамейку села. Ноги и вправду еле держали.
- Извините, - чуть слышно прошептала я.
- Да за что? Рассказывай, давай, что у тебя стряслось, - она села рядом и взяла меня за руку, - как-нибудь разберемся.
Никогда в жизни я так открыто не выговаривалась незнакомому человеку. Даже с психологами, к которым меня водил отец, честной не была. А тут слова потекли, как из крана вода. Все ей рассказала, в мельчайших подробностях. И про фото в газете, и про тест на беременность, и про разговор подслушанный.
Елизавета не перебивала. Молча качала головой, да руку мою все сильнее сжимала.
- Не знаю, что теперь делать, куда бежать, - всхлипнув, я вытерла глаза предложенным мне старушкой платком, - с его-то деньгами и возможностями везде достанет. А ребенок... я не смогу долго скрывать. Они все равно узнают и отберут... А я лучше руки на себя наложу, чем отдам.
Страх снова вытеснил все чувства из моего сердце, и я заозиралась по сторонам, высматривая неверного мужа.
- Я могу тебе помочь, - после небольшой паузы произнесла Елизавета.
- Помочь? Как?
- Я могу сделать так, что тебя никто не найдет. Исчезнешь, будто и не жила вовсе, — почувствовав, как сердце ушло в пятки, я вырвала руку из ее хватки и отсела.
- Елизавета. простите, не знаю вашего отчества. Вы не подумайте, про «наложить руки» я не в серьез.
- Да не бойся ты так. Спрятать я тебя могу, да так, что муженек твой вовек не сыщет. И ребенка воспитаешь и жизнь новую начнешь, только.
- ... только?
- Одно условие у меня будет. Ни одна живая душа не должна об этом знать. Ни родные, ни подружка твоя лучшая. Уедешь из города обрубив все связи и никогда не вернешься.
- А если узнают, или вернусь? - на всякий случай решила уточнить я.
- Мы заключим договор. И если ты его нарушишь: признаешься родным, где находишься, или вернешься обратно в город, лишишься самого дорогого, что у тебя есть. Ну как? По рукам?
Хотелось сказать, что самое дорогое, что у меня есть заберет у меня Дэш, если я останусь, но промолчала. Тяжело вздохнув, я мысленно представила весы. На одной чаше были отец, Ангелина и Поля, а на другой мой малыш, рисковать которым я не могла. Не хотела.
- По рукам, - не успела я договорить, как старушка схватила мою ладонь и чиркнула по нежной коже острым ногтем.
Ахнув от неожиданности, я хотела вырвать руку, но кто бы мне дал. Промокнув свой указательный палец в выступивших каплях крови, Елизавета поднесла его к губам, уставилась перед собой и начала что-то шептать.
Только я могла так встрять, и довериться поехавшей старушке, возомнившей себя ведьмой. Боги, когда этот проклятый день уже закончится?
Пока я мысленно жалела себя, Елизавета закончила свою «абру-кадабру», и выпустила мою ладонь.
- Теперь вставай. Выйдешь к задним воротам. Туда скоро подъедет машина. Сядешь в нее, а дальше все по инструкции.
- Машина? Какая?
- Сама поймешь. Иди, сейчас здесь будет людно, - она махнула рукой, показывая дорогу, а сама поднялась со скамейки и пошла в другую сторону, даже не оборачиваясь.
Я мешкала не долго. Тоже сорвалась с места и направилась к задним воротам. Стоящий на страже охранник пропустил невесту, в несколько потрепанном белом платье, без лишних вопросов, но во взгляде читалось недоумение.
Старушка и тут не соврала. Машина действительно появилась очень быстро. А увидев, кто за рулем, я поняла, что приехали за мной.
- Ты? - удивленно воскликнула я.
- Я, - усмехнулся Елагин, - садись, у нас мало времени.
Глеб открыл дверь и я, подобрав тяжелые юбки, юркнула на пассажирское сиденье.
Достав из кармана пиджака конверт и небольшую коробочку, он бросил их мне на колени.
- Тут деньги и не отслеживаемый телефон, на который будут приходить дальнейшие инструкции. Сейчас заедем к тебе домой за документами и вещами, потом в аэропорт. Постарайся не задерживаться.
- Хорошо, - кивнула я, и всю дорогу до дома мы не произнесли больше ни слова.
На сборы ушло около десяти минут. Поднявшись в свою комнату, я переоделась в джинсы и толстовку, взяла документы и заранее собранный для медового месяца чемодан. Уходя, схватила с полки свой личный дневник, где закладкой служила наше с Полей совместная фотография и вернулась в машину.
Уже подъехав к аэропорту, Елагин заглушил мотор, вытащил из багажника мой чемодан и вручил мне.
- Ты уверена в том, что делаешь? Еще не поздно вернуться.
- Не могу, - прошептала я, опустив глаза, - и не говори, пожалуйста, Поле, что видел меня. Если бы у меня была возможность все ей объяснить, я бы... Она бы поняла меня, но...
Смахнув пробежавшую по щеке слезу, я взялась за ручку чемодана и потащила его за собой.
Предстояло много дел. Изучить инструкции, купить билет на самолет, забыть о прошлой жизни, и самое главное. похоронить в душе трепетные чувства к мужчине, который их совсем не стоит.
В кабинете Дмитрия Николаевича, где собрались почти все представители семейства Бригов и Воронцовых царила мрачная, удушливая атмосфера. Новости поступали в час по чайной ложке, что не могло не нервировать привыкших отдавать приказы мужчин, и борющихся с волнением женщин.
В тысячный раз кляня себя за беспечность, Дэш, прислонившись спиной к стене, сидел на полу и каждую минуту поглядывал на наручные часы, ожидая, когда раздастся звонок и ему сообщат о том, что его пропажа наконец-то нашлась.
Волнение, гигантским могильным червем грызло нутро, не давая ясно мыслить. Хотелось куда-то бежать, что-то делать. Но куда? И что? Сейчас он мог только ждать.
Это бессилие жутко бесило его демоническую сущность, что побитой собакой свернулась внутри и скулила от боли.
- Дэш, прошло уже два часа! Неужели так сложно найти человека? Это же не иголка в стоге сена, в конце концов, - прокричала ворвавшаяся в кабинет Полина.
- Я и без тебя знаю, сколько прошло времени, - устало произнес он, - мы выяснили, что Ариэль никто не похищал. Она сама села в машину, доехала до дома, собрала вещи, и умчалась в аэропорт. Какого, спрашивается, хрена? Ты ее лучшая подруга, я не верю, что она ни слова тебе не сказала.
- Я не идиотка, и не стала бы скрывать! Эль не любительница приключений. Кроме меня у нее нет друзей, что могли бы протянуть ей руку помощи. Да и зачем ей было куда-то уезжать? Если с ней что-то случится, я ни за что себе этого не прощу! Сделайте что-нибудь, я не знаю... привлеките оракулов, пусть взглянут в магический шар.
Сидевшая на диване и держащая мужа за руку Ангелина подняла на девушку тяжелый взгляд.
- Уже пробовали и не единожды. Ее кто-то укрывает. Ничего не видно.
- А куда она полетела? - не сдавалась Полина.
- В Светловск, - ответил ей Виктор, - но у нас там никого нет. И Ариэль ни разу не упоминала этот город. Я вообще только сегодня узнал о его существовании.
Девушка сжала пальцами переносицу, затем снова взглянула на брата.
- Я одного не понимаю, почему ты такой невозмутимый? Она твоя истинная пара, ты должен землю носом рыть .
- Ты думаешь, я этого не делаю? Мои люди выясняют ее местонахождение. Через полчаса у меня самолет.
- Этого мало! Эль не уехала бы никого не предупредив, тем более меня. А значит произошло что-то серьезное. И я почему-то уверена, что дело в тебе. Я видела, как наш охранник усаживал в твою машину Злату. Что эта змея здесь забыла? Да еще в день вашей свадьбы.
В кабинете повисла напряженная пауза. Пять пар глаз уставились на мужчину, ожидая его ответа.
- Я выясню причину и, если дело действительно в Злате, объяснюсь со своей женой... лично, - в глубине черных глаз Дэша плескалось бешенство, сдерживать которое ему стоило очень больших усилий.
- Уж потрудись. Эль не заслуживает такого отношения. Как только она вернется домой,
ты должен рассказать ей правду о том, кто она для тебя, кто мы такие. Она сильная . - не
успела Полина договорить, как у Дэша в кармане зазвенел телефон.
- Слушаю.
- Бриг, это Платон Марков. Нарыли мы кое-что на твою на девочку. Предупреждаю, новости плохие, - голос начальника охраны так и сквозил давящей безнадежностью, - не осталась она в городе. Взяла напрокат машину и отправилась по трассе на север.
- Куда?
- Да уже никуда.
- Не понял? - прорычал Дэш. Вскочив на ноги, он вцепился свободной рукой в спинку стоящего рядом стула.
- Я отправил два вертолета. Машину нашли у моста через реку. Там же обрываются ее следы.
Его сердце пропустило удар. В кабинете раздался громкий треск. На пол полетели ошметки оставшейся от спинки стула древесины.
- Ищите вокруг, может она пошла пешком. Лодки по близости проверьте, - он не узнавал собственный голос, так глухо тот звучал.
- Дэш, там на многие километры ни души. И водный транспорт не проходил.
- Платон, включи голову. Она моя пара и, если бы с ней что-то случилось, я бы почувствовал. Да и зачем ей в такую даль отправляться, чтобы в воду прыгать? Свести счеты с жизнью она могла и здесь, - последние слова Дэша не на шутку напугали прислушивающихся к разговору родных.
Полина громко ахнула, а Мария Владимировна вскочила с кресла и обняла дочь.
- Значит, ей кто-то помог, - не сдавался Марков, - не просто так ее оракулы найти не могут. Тут без ведьмовских делишек не обошлось. Надо мачеху ее потрясти.
- Потряс я уже, ничего она не знает. У меня сейчас самолет, скоро буду, а вы продолжайте искать, - отключившись, он направился к двери, но та открылась прежде, чем Дэш успел взяться за ручку.
Внутрь влетела запыхавшаяся домработница Бригов.
- Ксан, что случилось? - спросила Полина у женщины, что прижимала к груди какую-то тряпку.
- Мария Владимировна, можно вас?
- В чем дело? - нахмурилась хозяйка дома, - это касается Ариэль? Если да, то говори при всех.
Ксана обвела присутствующих в кабинете мужчин затравленным взглядом.
- Я не знаю. Там... в уборной Стаська прибиралась, ну и нашла... Говорят, кроме Ариэль Викторовны в комнату никто не заходил, а до нее прибрано все было, - она протянула хозяйке тряпку, в которую были завернуты коробка из-под теста и пластмассовая палочка.
Изучив содержимое, женщина перевела на сына обеспокоенный взгляд, и еле слышно прошептала:
- Дэш, тебе лучше поторопиться.
Три года спустя
- Долбанный снег, долбаная машина, долбаная я, что согласилась на эту авантюру! -остановив старенький пикап посреди дороги, Белла стукнула кулачками по рулю, и откинулась на спинку водительского сиденья.
Сердце, словно испуганный заяц, замерло в груди, а затем забилось с утроенной скоростью. Я с ужасом перевела взгляд назад, где в детских креслицах сладко спали два моих маленьких демоненка.
- Ты смерти моей хочешь? - прошипела я, чувствуя, как страх постепенно отступает, - а если они проснутся? Я их еле угомонила, и второго такого кошмара не переживу.
- Ари, прекрати причитать. Дети полночи не спали, их сейчас даже из пушки не разбудить,
- устало протянула няня, и по совместительству моя подруга.
Мне ее, конечно, было жаль. Почти сутки за рулем, по заснеженной трассе и под нередкие «музыкальные» сопровождения с задних рядов, не каждый выдержит. Но я тоже не с ветерком ехала. Чего мне только стоило усыпить этих мелких беспредельщиков. Семь потов сошло.
Это с виду они нежные, черноглазые ангелочки, а познакомься поближе и только держись. Умотают, заболтают, сломают и скажут, что так и было. Не дети, а разрушительный ураган.
За их неполные три года пора бы привыкнуть, да не получается. Это как привыкнуть жить на вулкане. Только и ждешь, когда рванет.
- Не разбудить? Ты словно из другой вселенной. И прекрати ругаться в их присутствии. Нам детей в детский сад отдавать, а за такие словечки воспитатели по головке не гладят, -я сверкнула на нее строгим взглядом, который малышня называла «мамаська злица».
Но если раньше, завидев его и дети, и их няня, хотя бы слушались, то сейчас реакция была нулевая.
О, старые добрые времена!
- Ну а как я должна выражать свои чувства? В книгах пишут, что негативные эмоции копить нельзя! - недовольно фыркнула подруга.
- Есть отличное слово «цветочек». Используй его, если хочется сказать какую-нибудь гадость.
Судя по выражению ее лица, она крепко задумалась над моими словами.
- Интересная идея. Я попробую, - глубоко вздохнув, Белла снова завела мотор, и машина, дернувшись, резко рванула с места, - долбаный цветочек!
- Ты опять? - всплеснула я руками.
- Прости, я больше не буду. Лучше взгляни на дорогу, мне кажется, или там табличка с названием города? - она включила дворники, но в такую метель толку от них было как мертвому от припарки.
Я приоткрыла окно со своей стороны и высунула голову наружу. В лицо тут же ударил сильный холодный ветер вперемешку со снегом, но, благодаря свету передних фар, видимость была сносная.
Действительно, впереди маячил огромный баннер, на котором можно было различить написанное ярко-оранжевыми буквами название.
- Светловск, - прошептала я, плюхнувшись обратно на пассажирское сиденье, - почти приехали.
- А чего так побелела? Была здесь раньше? Ты не говорила, - Белла даже не пыталась скрыть беспокойство в голосе.
- Ага, проездом. Перед тем, как проститься со старой жизнью. А сейчас, выходит, вернулась.
- Боишься старых знакомых встретить?
Невесело усмехнувшись, я отрицательно качнул головой.
- Сомневаюсь, что это возможно. Да и случись такое, не узнает меня никто, - потянувшись к бардачку, я достала лежащий на дне личный дневник. Вытащив затертое чуть ли не до дыр фото, где мы с Полей стоим в обнимку, я передала его Белле, - сама сравни.
- Боги, это ты? Почему я это фото раньше не видела? А ты здесь... крупная. И блондинка.
- Скажешь тоже, крупная. Фотокамеры прибавляют вес! - притворившись обиженной, я показала ей язык.
- И сколько фотокамер тебя снимало? Десять? - сжав губы в тонкую линию - явно чтобы не заржать - поинтересовалась она.
- Очень смешно! Я всю жизнь такой была, никакие диеты не помогали. А после рождения сорванцов вес пошел на убыль. Вроде ем все то же самое, а он не возвращается.
- Да ты же вертишься как белка в колесе, оно и не удивительно. Куча забот, работа. Тут не то, что вес не прибавится, следить надо, чтобы ветер не унес, - сделав небольшую паузу, она добавила, - все же права ты, не узнает никто. А жаль. Этот подонок, твой бывший, должен понять, какую красавицу, и каких ангелочков на однодневку бесплодную променял.
Ее слова вернули воспоминания, а за ними последовала тоска и чувство тяжести на сердце. Правда, не такие острые, как раньше. Может правду говорят, что время лечит?
- Белла, прекрати! Я не хочу о нем думать.
- Вот и правильно. Лучший способ пережить разрыв, начать встречаться с кем-то другим. А тебе давно пора. Твои хулиганы уже подросли. Впереди новая жизнь, новая работа, новое место жительства, а через неделю Новый год! Так и напрашивается новый мужик!
- Ну уж нет, довольно с меня этого дерь. цветочка! - чересчур эмоционально воскликнула я, и тут же перевела опасливый взгляд на заднее сиденье.
Белла, улыбаясь до ушей, открыла было рот, чтобы ответить, но внезапно раздался приглушенный звон полицейской сирены. Не сговариваясь, мы уставились в зеркало заднего вида и заметили преследующую нас машину с сине-красной мигалкой на крыше.
На улице глубокая ночь, на трассе пустота. Аж мороз по коже.
С трудом поборов желание крикнуть Белле чтобы жала на газ, я глубоко вздохнула и схватила лежащий на панели телефон.
- Останови.
- Ты уверенна? Вспомни хоррор про снеговика, в которого вселилась душа маньяка. Мы смотрели его пару дней назад.
- Помню, и что?
- А то, что я не хочу как та героиня напороться на сосульку.
- А я не хочу загреметь в тюрьму, за неповиновение сотруднику полиции. Останови, Белла.
Подруга обиженно надула свои алые губки, но ударила по тормозам.
Затаив дыхание, мы следили за тем, как открылась дверь и наружу вышел высокий мужчина в зимней полицейской форме. Зайдя со стороны Беллы, он постучал в окно.
- Капитан Волков, могу я взглянуть на ваши документы? - даже бушевавшая пурга не смогла заглушить его приятный баритон.
- А мы что-то нарушили? - усиленно хлопая глазками, тоненьким голоском поинтересовалась включившая «блондинку» Белла.
- У вас сзади одна фара отсутствует, - судя по хмурому взгляду, мужчина не клюнул, но мою няню не так-то легко сбить с намеченной цели.
- А в меня вчера пьяный боров въехал. Денег, чтобы заменить, нет. А нам ехать надо было срочно. Вот, - она кивнула на спавших малышей, при виде которых Волков заметно расслабился, и даже улыбнулся.
Ну да, они, когда спят, плюшевых зайчат напоминают, но стоит проснуться... Лучше не будить лихо, пока оно тихо.
- Близнецы?
- Двойняшки.
- Милые. А вы в страховую звонили, - он вгляделся в ее права, - Изабелла Павловна?
- Естественно. Только они попросили больше им не названивать, так как ничего у меня не застраховано. Полис днем раньше просрочился. Ну вы сами видите... - глазки в пол, в голосе грусть.
Давай уже Волков, жалей бедняжку. Для кого она тут концерт устроила?
- На первый раз отпущу, но вы уж постарайтесь страховку обновить и фару починить, -«слабые мужики нынче пошли», - подумала я, заметив проскользнувший во взгляде капитана интерес к обтянутым в джинсу, стройным ножкам моей подруги, - вы в Светловске проездом, или переезжаете к нам?
- Переезжаем, - тут же обрадовала возможно будущего ухажера моя няня, - подруге работу предложили в одном из лучших ваших ресторанов.
- Это в каком же? - капитан так удивился слову «ресторан», что я даже засомневалась, есть ли тут они.
- «Пара шотов» называется, - недослушав ее, мужчина закашлялся, но быстро пришел в себя.
- К деду Баско, значит. Знакомое место.
- Простите, - влезла я в разговор, - если вы знакомы с хозяином заведения, не подскажите, есть ли поблизости нормальные гостиницы? Нам всего на пару дней, пока квартиру не снимем.
- Это вы припозднились, - покачал головой Волков, - Новый год на носу, гостиницы забиты туристами. Но у деда Баско на втором этаже комнаты свободные. Попроситесь на пару дней, он не откажет.
Второй этаж со свободными комнатами? В ресторане? И почему я фотографии интерьера заранее не запросила? Наверное потому, что озвученная управляющим зарплата затуманила мне мозг?
Капитан, между тем, продолжал инструктировать Беллу.
- Езжайте прямо пять километров, сверните направо. - задумавшись, я не заметила, как мы тронулись с места.
- Боги, Ари, если здесь все мужчины похожи на этот отдельный экземпляр, я беру свои слова про «долбаную авантюру» обратно. Ты видела, как он на меня смотрел? Чуть не кончил от восхищения.
На неоновой вывеске, что висела над потертой деревянной дверью, яркими цветами горела надпись - «Пара шотов». Вот только назвать это двухэтажное кирпичное здание «рестораном», было бы кощунством по отношению к тем стильным заведениям, чей фасад не выглядел таким убогим.
Почти пустая парковка, если не считать одного внедорожника, пикапа и парочки байков, на шипованной зимней резине. Запорошенная снегом дорожка, которую чистили еще в прошлом столетии. Свисающие с ржавой крыши сосульки, толщиной с мою руку. Включить на всю громкость тяжелый рок, и это место было бы не отличить от пивного бара, где так любят собираться пьяницы и байкеры.
- Жизнерадостные трупы новогодних елок! - выдала Белла, уставившись на расположенную неподалеку кучу свежесрезанных хвойных деревцев, - напомни еще раз, сколько они тебе предложили?
Хотя голос подруги и лучился оптимизмом, ритмичное постукивание пальцами по рулю выдавало ее нервное состояние.
- Пятьсот златых в неделю, - прошептала я, кляня себя, что, ухватившись за первое попавшееся заманчивое предложение, не додумалась проверить всю информацию.
- Деньги не маленькие. Может внутри не так мрачно, как снаружи? Пошли посмотрим.
Отстегнув ремень, я выбралась из машины, открыла заднюю дверь, подхватила на руки все еще спящего Кира, дождалась, пока Белла возьмет сумку, вытащит из детского креслица малышку Ляну и направилась ко входу.
После первого стука прошло около двух минут, но за дверью не слышалось ни звука.
- Похоже, внутри никого нет, - предположила моя няня, - хотя... Смотри, Ари, дверь не заперта!
Она нажала на ручку и раздался чуть слышный скрип. Я задумалась. Войти без приглашения было страшновато, но и оставаться на улице не хотелось.
- А вдруг к хозяину вломились? Он может быть в беде, - покачала я головой.
- Вот именно! Надо проверить, - быстро поняла намек подруга.
Прижимая к груди ребенка, я шагнула вперед и едва не закричала, когда в мой лоб уперлось дуло двустволки, которую держал в руках бородатый старик, одетый в длинный халат леопардовой расцветки.
Надо отдать ему должное, то, что перед ним не ночной взломщик, дед Баско, - а я уверена, это был именно он, - осознал очень быстро и спрятал ружье за спину.
- Какого черта вам здесь нужно? Мы нищим не подаем! - рявкнул он, разбудив Кира.
Малыш встрепенулся, скривил губки, собираясь зареветь, но увидев странного мужчину, резко передумал.
- Дядя. - замахал он руками, так и норовя выпрыгнуть из своего комбинезончика.
- Извините за беспокойство. Мы стучались, но никто не открывал. Мне нужно увидеть хозяина заведения? - обратилась я к старику.
- Ну, я это. Чего надо? - судя по мягким ноткам в голосе, детский лепет немного успокоил его воинственный настрой.
- Меня зовут Ариэлла. Ариэлла Мостовая. Неделю назад вы прислали мне предложение о работе шеф-поваром в вашем... эээ... ресторане? - я наконец-то обратила внимание на внутреннее убранство помещения: барная стойка, высокие столики со стульями, бильярдный стол, дартс на стене.
Черт, это действительно бар.
Мужчина стукнул себя ладонью по лбу.
- Точно! Как же я мог забыть? Только я не ждал вас раньше завтрашнего дня. Вы что, думали, у меня ресторан? Смешно.
Да уж, обхохочешься.
- А можно нам уже пройти? - раздался за спиной раздраженный голос Беллы, - тут очень холодно.
- Конечно, конечно! Проходите, - он сделала несколько шагов назад, - я последних клиентов час назад спровадил, спать уже лег, а тут слышу, внизу кто-то возится. Дай, думаю, проверю. Выпить, с дороги, не хотите?
Он залетел за барную стойку, спрятал ружье и схватил с полки одну из бутылок. А потом перевёл взгляд на сидевших у нас на руках детей и понял, что сморозил глупость.
- Я сейчас жену свою, Олечку, разбужу. Она вам чаю горячего наведет.
- Нет-нет, спасибо! Ни есть, ни пить мы не хотим, - улыбнулась я.
Не зря дети так обрадовались. Вид у пожилого мужчины был действительно презабавный. Всклокоченные волосы, тоненький халат, серые тапочки в форме когтистых волчьих лап.
Злые люди так мило не выглядят.
- Жаль, - протянул мужчина, доставая откуда-то снизу бокал и налил себе щедрую порцию, - а вот я не откажусь.
Только до губ донести не успел. К стойке подлетела дородная женщина с тряпкой в руке, и огрела его по спине.
- А ну положи на место, ирод окаянный! У тебя же язва, забыл!
- Ага, Олей звать! Такую не забудешь! - огрызнулся дед Баско, но стакан отложил, - и нечего кричать, видишь, гости у нас!
Женщина обернулась и бросила в нашу с Беллой сторону хмурый взгляд. Который быстро сошел на нет, стоило проснувшейся Ляне сладко зевнуть во весь свой крошечный ротик, в котором нехватало одного переднего зуба.
- Ты чего детей на пороге держишь, Баско? Они замерзли небось, а ты тут виски по стаканам разливаешь! - Ольга снова замахнулась на мужа тряпкой, но тот успел спрятаться под стойку.
- Мы не успели замерзнуть, - поспешила заверить я ее, и тем самым оградить деда от дальнейшей трепки, - но, если у вас найдется пара пустующих комнат, где мы могли бы переночевать, будем очень рады.
- Оленька, это наш новый шеф-повар, Ариэлла, - внес ясность мужчина, - а это...
- Я няня. Меня Белла зовут, - представилась подруга.
- Приятно познакомиться, - расплылась в блаженной улыбке Ольга, - а комнаты, конечно, найдутся. Тем более для таких сладких малышей. Пойдемте, Белла, я вам все покажу, а Баско пока Ариэллу в курс дела введет. Она к вам скоро присоединится.
Забрав у меня из рук охотно вцепившегося в ее волосы Кира, женщина направилась к лестнице, Белла, с Ляной на руках, засеменила следом, а я расположилась на барном стуле, достала из кармана куртки свои документы и передала их хозяину заведения.
- Комнаты мы оплатим, нам на один, максимум два дня, пока квартиру не снимем.
- Да живите, сколько хотите, и денег не нужно. Нам повар позарез нужен. Не справляемся,
- пробормотал он, проверяя мои данные, - а как вы дорогу по такой темени нашли? С трудом, наверное?
- Нет, нам патрульный Волков помог. Сказал, что знает вас и куда ехать объяснил.
- Яр, что ли? Так он не патрульный. Капитан полиции, подвид - «Следак обыкновенный». Видать машинка ваша ему приглянусь, вот и остановил, - хохотнул старик, протягивая мне мои документы, - вроде нормально все, да и ты на вид умница и красавица, прямо как в резюме. Наш-то прошлый повар, Максимка, за воротник закладывать любил, пришлось расстаться, хотя готовил. ох, пальчики оближешь. А у тебя как с этим делом?
- С выпивкой не дружу, а с готовкой все отлично. Я курсы заканчивала и год в ресторане отработала.
- Тяжело поди, с детьми-то? - сочувственно покачал головой дед Баско.
- Не легко, но Белла моя палочка-выручалочка. Без нее бы не справилась, - пожала я плечами.
- А чего из ресторана своего ушла?
Признаться, я ждала этого вопроса, и даже подготовилась к нему, так как не хотелось начинать знакомство с новым начальством, рассказом про любившего распускать руки управляющего, но вся заготовка вылетела из головы.
- Не сошлись характером, - я опустила глаза в пол.
- Бывает, - потрепал меня по плечу дед, - приступишь завтра. В восемь утра открывается кухня, а в девять у дверей толпятся первые клиенты. Закрываемся в двенадцать ночи. Меню разрабатывай сама, все на твое усмотрение, главное из бюджета не выбиваться. Завтрак, обед, ужин - все здесь. Детки твои, с няней, тоже за счет заведения питаться будут. Авось уживемся. А сейчас спать иди. Бледненькая вся, а под глазами круги
темнющие. Ваши комнаты - две первые, у лестницы. Там дальше по коридору все пустуют, кроме одной, но постоялец не шумный, мешать не будет.
- Спасибо вам большое, - прошептала я, чувствуя, как напряжение, сковывавшее мое тело всю дорогу до Светловска, постепенно сходит на нет.
Поднявшись со стула, я пожелала деду Баско спокойной ночи и направилась к лестнице. Держась за перила, я преодолела ее в несколько шагов, пока не уперлась в выросшую как из-под земли каменную стену.
Голову я держала опущенной, поэтому первыми, в поле моего зрения, попали черные беговые кроссовки. Не новые, но и не из дешевых.
Взгляд скользнул выше.
Серые спортивные штаны облегали длинные, мускулистые ноги, а плотное серое худи -широкую мужскую грудь, в которую я сейчас упиралась ладонью.
Такая твердая на ощупь. Не удивительно, что я приняла ее за каменную стену.
Мной тут же овладело любопытство, как выглядит обладатель вылепленного словно из гранита рельефного тела. Но подняв голову и взгляну в его лицо поняла, что совершила ошибку.
Непоправимую. Катастрофическую. Чудовищную.
Я торопливо отдернула руку, словно обжегшись.
«Дыши Эль, только дыши!» - повторяла я себе, совсем позабыв, как это делается.
Сердце взлетело к горлу, внутренности скрутило узлом, в ушах загрохотало, а глаза расширились, как у готовой понести лошади.
«Дэш!» - громко завопил внутренний голос, словно без его помощи я бы не узнала своего неверного мужа.
Идеальные черты лица, которые, я надеялась, со временем сотрутся из моей памяти. Пронизывающий взгляд, таких же черных, как у двух моих маленьких бандитов глаз.
Лишь вместо длинных прядей на его голове теперь был ежик коротких волос, который вкупе с пятидневной щетиной придавал грубоватости внешнему виду.
Такой же высокий, большой и, до дрожи в коленях, бесподобный.
«Вот только у меня иммунитет!» - напомнила я себе.
Поймав мой затравленный взгляд, Дэш словно призрака увидел. Удивленно приподнял брови, отшатнулся, нахмурился, а затем мотнул головой и скривил в усмешке - больше смахивающей на звериный оскал, - свои красивые губы.
Закрыв глаза, я почувствовала, как на меня нахлынула волна головокружения. От страха парализовало все тело, и даже голос мне не подчинялся.
Узнал ли он меня? И если да, что будет делать?
- Не знал, что у деда Баско новые постояльцы, да еще такие симпатичные, - он, видимо, ждал моего ответа, но я стояла столбом и беспомощно хлопала глазами.
Не узнал.
Я сначала удивилась, а потом подумала, с чего бы ему узнавать девочку, которую он видел от силы два раза, когда переспал и на собственной свадьбе, перед ее побегом.
Полненькой блондинки, с короткой стрижкой, любящую каблуки и вечерние платья больше не существовало. На ее место пришла стройная девушка с розовыми прядями в длинных платиновых волосах, одетая в потертые джинсы, линялый свитер и зимние ботинки.
Из косметики только бледность, тени под глазами от вечного невысыпания, да искусанные чуть ли не до синевы пухлые губы.
Ни лоска тебе, ни шарма, ни изысканности. Не то, что его брюнетистая стерва... как там ее? Злата...
Собрав в кулак свою разлетевшуюся на осколки волю, я подняла на Дэша уничтожающий взгляд.
Пусть видит, что я больше не одна из тех дурочек, что при виде него превращаются в желе и укладываются ему под ноги штабелями. В отличие от них я точно знаю, что у него в груди вместо сердца холодный, черный камень, согреть который не стоит даже пытаться.
- Простите, уже поздно. Мне нужно идти, - вышло грубо, но мне было плевать.
Проскочив под его рукой, я бросилась в коридор, нашла нужную дверь, за которой раздавался знакомый голос моей няни, и рванула на себя ручку. Затем закрылась с другой стороны, прислонилась к двери спиной и, пытаясь перевести дыхание, медленно сползла на пол.
Сидевшая на краю кровати, и рассказывающая моим сорвиголовам сказку Белла, резко замолчала. В направленном на меня взгляде ясно читался немой вопрос.
Сглотнув застрявший в горле ком, я еле слышно прошептала: - Дэш... здесь.
Глаза подруги стали размером в две монеты. Осторожно поднявшись с кровати, чтобы не потревожить успевших заснуть малышей, она кивнула мне на смежную дверь. А когда мы остались вдвоем в меньшей по размеру комнатушке, где стояла всего одна кровать, она усадила меня на нее, схватила меня за руки и сжала их в своих ладонях.
Белла была младше меня на три года, и обычно, в нашем тандеме, мне приходилось исполнять роль взрослой мамочки, но не сейчас. Положив голову ей на плечо, я глубоко вздохнула.
- Где ты его встретила? Что он тебе сказал? Вот так просто отпустил? - вопросы из Беллы сыпались как конфетти из хлопушки.
- Он меня не узнал, - подруга выдохнула с облегчением, - похоже, он снимает комнату у деда Баско, но какого черта он забыл в Светловске? Мы столкнулись на лестнице, я даже пары слов ему не сказала. Буркнула что-то и сбежала. Белла, нам надо срочно забирать детей и уезжать обратно. Я не смогу...
- Успокойся! - громким шепотом приказала подруга, - глубоко вдохни и посчитай до десяти. Истерика тебе не поможет.
- Я думала, все прошло. Что даже если встречу его когда-нибудь, смогу невозмутимо пройти мимо. А сама расклеилась после первого же взгляда на его наглую рожу, -всхлипнув, я вытерла рукавом нос, - я такая тряпка, Белла.
- Ничего подобного! Ты самая сильная, старательная и добрая из всех известных мне людей. Когда тебя предали, ты смогла жить дальше. Не надеясь ни на кого, родила двух прекрасных двойняшек. Воспитываешь их в любви и заботе. Мало того, ты нашла себя в любимом деле. Ни у кого на свете не получается такая вкусная рыбная запеканка, как у тебя! - последнее ее замечание вмиг высушило мои слезы и заставило меня улыбнуться.
Белла терпеть не могла рыбу.
- Ничего смешного. Ты спасла меня, когда я после исчезновения отца осталась без дома. Приютила, доверилась, дала работу, сделала частью семьи. Я никогда этого не забуду.
- Спасибо, родная, - я чмокнула ее в щеку, - но мы все равно не можем здесь оставаться. Это сегодня он меня не узнал, а завтра? А если увидит детей и заметит сходство? Я не могу так рисковать.
- И ты позволишь этому лощеному болвану испортить тебе жизнь второй раз? Да даже если и узнает, а не пошел бы он? Вы больше трех лет не виделись, может это и не его дети. Не выпучивай глазки, я говорю «может»! Эта работа важна для нас. Такие деньги на дороге не валяются! Сейчас ты ляжешь спать, а завтра приступишь к своим новым обязанностям, а я займусь детьми и поиском квартиры.
Как ни печально, но моя няня была права. Конечно, я могла бы наподобие страуса, спрятать голову в песок, но что бы мне это дало? Неоплаченные счета, голодные вечера, строжайшую экономию во всем. Плавали, знаем.
- В этом городе куча гостиниц и баров, а меня угораздило попасть в тот, где поселился мой муж. Невозможный мужчина! Он пробирается под кожу, как клещ или заноза, или. что еще раздражает кожу?
- Чесотка?
- Точно, чесотка! Ему, кстати, подходит! - воскликнула я, и мы обе прыснули со смеха.
Жаркое пламя слепило глаза, не давая сфокусироваться, чтобы разглядеть нависающего надо мной мужчину.
Я ощущала его горячее дыхание на своей шее, его сильные ладони, что сжимали мои бедра, пытаясь удержать на месте. Слышала хриплый голос, успокаивающе шепчущий на ушко:
- Тише, тише, детка. Сейчас станет легче...
Мне хотелось заверить его, что со мной все в порядке, прижаться к его губам своими, но голос пропал, а тело словно жило своей жизнью. Мои ладони поползли верх по его шее, зарылись в густых волосах, нащупали твердые основания рогов и погладили их.
Черные демонические глаза закатились в блаженстве, а изо рта вырвался утробный рык.
Я сгорала от возбуждения. Умирала от желания прижаться к нему еще ближе. Стать с ним одним целым и не расставаться никогда.
- Мамаааськааа! - на живот приземлился сначала один баскетбольный мяч, а за ним и второй, такой же тяжелый.
Жаркая фантазия разлетелась на осколки, а реальность ворвалась в сознание двумя скачущими на мне отпрысками, что успели проснуться, слезть со своей кровати и перелезть на мою.
«Это сон, всего лишь сон, навеянный встречей с Дэшем, которого я, на подсознательном уровне, приравниваю к черту рогатому. Бессердечному, бездушному и бесчеловечному», -принялся успокаивать меня внутренний голос, - «боги, присниться же такое?!»
- Зайки, если вы продолжите прыгать, мамочка лопнет, - взмолилась я, и это, кажется, подействовало. Слезать с меня, не Кир, ни Ляна, естественно не стали, но пыл заметно поубавили.
Один их умилительный вид в разноцветных пижамках заставлял мое сердце сжиматься от нежности.
В маленьких черных глазках читался восторг. Оно и понятно. Приключения в машине, плавно перетекли в приключения на новом, незнакомом месте, где все нужно исследовать, со всем познакомиться. сломать, разрушить, стереть в порошок.
Бедные хозяева бара «Пара шотов» понятия не имеют, на что они подписались, предоставив нам крышу над головой.
Теперь держитесь! К такому невозможно подготовиться!
Узнав, что на подходе двойня, я перечитала кучу книг, с описанием различных техник ее воспитания. Но только после рождения детей поняла, что книги эти служат единственной цели - успокаивать мамаш. Вроде как все просто, не переживайте. И ты, конечно, успокаиваешься и не переживаешь. А потом, весь первый год их жизни, ходишь как пыльным мешком по голове прибитая.
Я бы и второй ходила, и третий, если бы у меня не появилась Белла. Не скажу, что стало легче, - хаос, пусть теперь и организованный, никуда не делся, - но жизнь, однозначно, стала веселее.
Кстати, а вот и она!
Отворилась смежная дверь и на пороге застыла моя подруга. Глаза еще сонные, не выспалась. Но мы привыкшие. Крики моих бандитов только мертвеца поднять не могут, а живым от них никуда не деться.
- Бейя, хотим кушать, - закричали дети при виде любимой няни, чей рот тут же расплылся в обращенной к ним приветливой улыбке.
- Тогда собирайтесь, сейчас ваша мамочка будет нас кормить! - она даже предложение закончить не успела, как дети соскочили с меня и уселись рядом.
Ничего не попишешь, пришлось сладко потянуться напоследок и соскользнуть с кровати.
- Ари, что это на тебе такое? - удивленно приподняв брови, Белла прошлась по мне внимательным взглядом.
- А, это моя старая футболка. Я решила использовать ее в качестве ночнушки.
- Серьезно? А я подумала, что это мешок из-под картошки.
- Прекрати, - я бросила в нее лежащей на стуле кофтой, - я же говорила, что раньше была немного толще.
- Так сильно ты еще никогда не преуменьшала, - заливаясь смехом, Белла уселась рядом с малышней и начала целовать их румяные щечки, - выкинь ее немедленно. Любой адекватный мужик, увидев на девушке нечто подобное, сбежит сверкая пятками!
- Вот и отлично, - закончив переодеваться в заготовленный заранее рабочий костюм, состоящий из черных облегающих брюк и белой водолазки, я собрала волосы в конский хвост и принялась искать в сумке обувь, - лесом таких адекватных.
- Какая глупенькая у нас мамочка, - покачала головой Белла.
- Неть, мамаська самая кьясивая, - возразил ей, сползая с кровати Кир.
«Кто-то получит сладкое вне очереди!» - подумала я, показывая подруге язык.
Весь путь от коридора и до лестницы я беспокойно оглядывалась по сторонам.
Казалось, что вот-вот откроется одна из дверей и появится Дэш. Что же он такого страшного будет делать при виде нас четверых, я еще не придумала, но иррациональная паника, что успела завладеть всем моим существом, мешала дышать и ясно мыслить.
В зале
Глава 1
– Поль, ты уверенна, что это здесь? – прошептала я, разглядывая припорошенную комьями грязи мраморную плитку с выбитыми на ней именем и датами жизни, – тут написано Луниания Кшиштовская. Такие имена вообще бывают? Сто пятьдесят лет. Да столько не живут!
Словно пытаясь нагнать на меня еще больше страха раздался оглушительный гром. А вслед за ним ярко-белая молния рассекла ночное небо, на мгновение осветив городское кладбище, где в этот поздний час не было ни души.
Не считая нас Полиной.
А еще сотен ютившихся под землей скелетов.
И одного трупа, в багажнике машины.
– Уверена. Это мы ее по-домашнему Нией Сергевной звали. Долгожительница. А фамилия девичья. Не любила бабка свое полное имя, оно ей от матери досталось, а та их с прадедом бросила и укатила со своим балетмейстером в закат, – подсвечивая телефонным фонариком, подруга рылась в своей безразмерной сумке, пока не вытащила из ее недр зонт и не раскрыла его прямо над нами.
Как раз вовремя, так как мелкий, моросящий дождь, стремительно превратился в ревущий поток сплошного ливня, что водопадом обрушивался на землю.
– Все же зря мы сюда приехали. Нехорошо это. Человек умер, а мы… Даже погода намекает.
– Эль, ну не будь занудой. Твой облезлый мужик бы тебя за это по головке не погладил. Места рядом с собратьями ему не досталось, так пусть хоть бабулю мою развлекает. Змеюка, правда, та еще была, никто с ней ужиться не мог, только братца любила и ему же все свое наследство оставила, а этот придурок даже на похороны не приехал, – вслед за зонтом, Полина извлекла из сумки небольшую лопату с коротким черенком и бросила ее на землю, – копай. Земля рыхлая, легко должно идти. Только не глубоко, а то еще в бабулю упрешься.
– А ты мне не поможешь, что ли? – подняла я на нее жалостливый взгляд.
– Эль, я бы, конечно, с радостью, но… я не хочу, – сделав губы уточкой, грустно протянула Поля. Выглядело это так мило, что даже не обидишься, – плюс я только с салона. Завтра обед с Елагиными, а если этот зеленоглазый козел, их сынок, увидит у меня под ногтями грязь или облупившийся лак, при всех на смех поднимет. У-у-у, придушила бы.
– Тебе давно пора высказать Глебу все, что ты о нем думаешь.
– Я и так высказываю, правда… про себя. Как не печально это признавать, он умнее и парой фраз меня так приложить может, что потом только слезами умываться.
– Ладно, держи зонт, я сама. Тем более испачкаться уже успела, – орудуя лопатой, я каждую минуту поправляла лезущую в глаза челку и мысленно прощалась со своими любимыми вещами, в которых сегодня отправилась на очередное неудачное собеседование.
Когда-то белая блузка, выгодно подчеркивающая мою троечку. Узкая, черная юбка-карандаш, в которой моя попа не выглядела такой же необъятной, как у беременной бегемотихи. Чулки и, что самое обидное, дорогущие туфли индивидуального пошива. Подарок Ангелины, мачехи, на мой восемнадцатый день рождения.
Боги, что я ей теперь скажу?
Знала бы, чем закончится сегодняшний день, надела бы спортивный костюм, и сейчас не переживала.
Через двадцать минут моих усердных стараний, я все же вырыла яму нужного размера, не задев при этом бабулю Книш… шыш… тьфу ты, бабулю Лунианию.
Теперь можно было возвращаться к машине, доставать из багажника то, что осталось от любви всей моей жизни, и приступать непосредственно к похоронам. У меня для этого случая даже речь в телефоне была заготовлена. Одна надежда, что в самый неподходящий момент он не сядет. Импровизатор из меня тот еще.
– Поль, а можно я дощечку сверху положу? Никто ни о чем не догадается. Я напишу – «Покойся с миром мой мистер К. Навеки твоя Ариэль В.».
– Ты с ума сошла? Чего уж мелочиться, и отчество свое добавить не забудь.
– Ладно-ладно, я все поняла. Не буду ничего писать, – не сдержавшись, я громко всхлипнула, и этот звук перекрыл даже шум дождя.
Полина склонилась надо мной и погладила по мокрым волосам.
– Не плачь, Эль. Ты же любишь читать всю эту любовную чушь и веришь в родственный души. Твой идеальный мужчина к тебе еще вернется, пусть и в другом обличие.
– Ты права, верю. У всех должна быть вторая половина. В одному книге писали, чтобы найти ее, надо просто прекратить постоянно о ней думать.
– Ты поэтому запретила мне называть имя Райана Гослинга?
– Да, пусть он сам пошевелится. Пошли к машине, – стряхнув с вконец испорченной юбки комья грязи, я вернула лопату ее владелице. Та осторожно ухватилась за черенок двумя наманикюренными пальчиками и пошла к выходу, где стояла припаркованная машина.
– Ай, – резко вскрикнула я, и от звука собственного голоса по спине пробежал леденящий озноб.
– Эль, все в порядке? – обернулась и вытаращилась на меня такая же испуганная Полина.
– Да. Каблук в ливневке застрял. Ай!
– А сейчас что?
– По ноге что-то проползло. Надеюсь, это не зомби-скелеты. Мамочка, только бы не зомби-скелеты. Фуууух!
– Воронцова, что там? Что проползло по твоей ноге? – кажется, после сегодняшней ночи, мы с Полей станем заиками. Я уж точно!
– Э-э-э ветка дерева.
– Еще раз меня так напугаешь, я тебя убью!
– Прости, тут так темно и страшно. Открой пока багажник, я сейчас подойду, – оставшись одна, я разула левую ногу, схватилась руками за застрявшую туфлю и начала тянуть на себя.
Пара секунд и вытащила, но не удержала равновесие и больно брякнулась на попу. Потирая ушибленное место, я не сразу заметила упавшую на меня мрачную тень. Но стоило поднять голову, как в горле застрял готовый вырваться наружу крик.
Молния ударила в землю, яркой вспышкой осветив возвышавшийся надо мной мужской силуэт, которому мое богатое воображение тут же пририсовало рога, длинный хвост и изрыгаемое изо рта пламя.
Демон. На кладбище. Мамочка!
Крепко зажмурившись, я не придумала ничего лучше, как бросить в него туфлей и, не меняя позы, начать быстро отползать назад. Ну как быстро? Насколько позволяла моя хоть и женственная, но пышная фигура.
Где же были мои куриные мозги, когда Ангелина советовала прекращать лопать пончики и заняться физподготовкой? Сейчас бы уже с Полей в машине сидела. А где она, кстати?
Демон рванул ко мне, но не успел сделать и пары шагов, как поскользнулся на залитой дождем земле и упал сверху. Благо приземлился не на меня, а на собственные, вовремя вытянутые руки.
Довольно провокационная поза, если вдуматься. Но меня сейчас это мало волновало.
Картина маслом.
Ночь. Кладбище. Вспышки молний озаряли все вокруг. С неба лило как из ведра. Мокрые волосы облепили лицо. Я полулежала на грязной земле, дрожа от холода и страха. А надо мной нависал мужчина прекраснее которого я в жизни не встречала.
Идеальные черты лица, красиво очерченные губы, трехдневная щетина и темные глаза, в которых играли гипнотизирующие огоньки пламени.
Тут же захотелось ущипнуть себя за руку, чтобы проверить, не сплю ли я, но он сам развеял все сомнения, пополнив мой словарный запас такими грубыми ругательствами, что удивительно как у меня уши в трубочку не свернулись.
– Отпустите меня! – пискнула я и попыталась встать, но не тут-то было. Выбросив вперед руку, он схватил меня за талию, прижал к себе, и столько силы было в этой хватке, что я не на шутку испугалась.
Вроде тоже промок, но почему от его тела исходит жар?
Темный пиджак, белая рубашка, галстук. И рогов вроде не видно. Можно выдыхать.
– Кто ты такая, и какого черта пыталась выкопать недавно похороненный труп? – грозно прошипел он низким, и до мурашек завораживающим голосом.
– Я никого не пыталась выкопать. Все совсем наоборот. Я хотела закопать… – боги, что я несу? – то есть похоронить.
– И кого ты хотела там похоронить?
– Кренделька.
– Я слышал истории о том, как бандиты в свежие могилы трупы прячут, но, чтобы этим занимались такие пигалицы…
– Это другое! Кренделек – мой кот. Просто у нас в городе всего одно кладбище домашних животных и там закончились дешевые места, а дорогие стоят несколько тысяч златых, но у меня нет таких денег, – немного отстранившись, он медленно опустил голову и прошелся по мне внимательным взглядом.
– Девица в дорогих шмотках утверждает, что у нее нет денег? – а у него отличное зрение, несмотря на окружавшую нас темноту, – поэтому ты решила потревожить покой недавно усопшей бабки?
– Я больше так не буду. Отпустите меня, пожалуйста! – чуть не плача взмолилась я, а ему хоть бы что, расплылся в хищной улыбке и усилил хватку на моей талии, будто собираясь поднять меня на ноги.
– Это ты будешь полиции рассказывать, а сейчас…
БУМ!
Раздался приглушенный звук и мужчина, безжизненной тушей, свалился на землю, рядом со мной. Над ним, словно персонаж «Мстителей», застыла держащая в руке уже знакомую мне лопату Поля. Склонившись над поверженным «врагом», она начала щупать его пульс, затем вытащила из его кармана телефон и нажала несколько кнопок.
– Он… он умер? – еле слышно прошептала я.
– Нет, конечно. Бежим отсюда.
Уже сидя в машине, отъехав примерно пару километров от кладбища, я, наконец-то, смогла перевести дыхание и вспомнить о незаконченном деле.
– А как же Кренделек? Мы так и не успели его похоронить.
– Эль, не дури, возвращаться мы не будем. Ты хочешь, чтобы он тебя в полицию увез? Этот гад может, – нахмурившись, бросила вцепившаяся в руль подруга, – и не реви, есть у меня еще один вариант. Сейчас съездим, посмотрим.
Недоумевая, чего это у меня такая мокрая и заледеневшая левая ступня, я опустила взгляд на свои ноги и открыла, от удивления рот.
– Поль, а я туфлю на кладбище забыла. А если он меня по ней найдет?
– Это с чего бы? У тебя пятки как-то по-особенному пахнут?
– Нет. Они дизайнерские. Специально для меня заказывали. Там на стельках мое имя.
– Не переживай, Золушка. Этому черту рогатому до принца, как до луны. Приехал на мою голову, лучше бы дальше в Проточном своем сидел.
– Поль, а откуда ты его знаешь? Вы знакомы?
– К сожалению, да. Это мой брат, Дэш.
Глава 2
Два дня спустя
– Ай! – подпрыгнула я на стуле, почувствовав, как острая иголка, которой орудовала Лариса, швея из какого-то именитого дома моды, впилась мне в бок. И судя по неприкрыто-враждебному выражению лица, сделала она это специально, – пожалуйста, поаккуратнее, мне больно.
– Вам больно? Вы серьезно? – начала причитать она, с каким-то жутким – и я уверенна, фальшивым – иностранным акцентом, – это у меня сердце кровью обливается. Неделя прошла с прошлой примерки, а вы за это время поправились так, что платье не сходится на груди. Я же просила вас не переедать!
Тут она права. Действительно просила, и я даже клятвенно обещала, что сяду на диету, но это было до того, как я похоронила единственного любящего меня члена семьи, и повстречала на кладбище мужчину моей мечты. В первом случае я заедала горе, а во втором, кормила вкусняшками бушевавших в моем животе бабочек.
Похоронив Кренделька на заднем дворе Полькиного дома, под туями, что заботливо выращивала ее мама, я вернулась домой. Незамеченной прокравшись в свою комнату, я дождалась сообщения от подруги, что ее брат, – или как она его теперь называла «чугунноголовый», – хоть и помятый, но живой вернулся домой, и тут же бросилась к компьютеру, выискивать в интернете информацию о Дэше Бриге.
Выписка из дневника Ариэль В.
Итак, что мы имеем на сегодняшний день:
Фото с сайта одного из принадлежащих ему охранных агентств, которое я распечатала и хранила между страниц, и при разглядывании которого у меня в голове начинал играть свадебный марш.Заветные слова – «не женат» в его краткой биографии.Приглашение на сегодняшний вечер у Бригов, где мы снова встретимся.
Вот насчет последнего пункта я и переживала. Вдруг он узнает во мне ту самую промокшую и грязную Лару Крофт, расхитительницу гробниц? Да и какое тут может быть «вдруг»? Естественно узнает, и удар по голове припомнит.
Мысленно я уже подготовилась уйти в глухую несознанку. Поля даже придумала для меня мистическую историю с без вести пропавшей при рождении сестрой-близняшкой. Но я уверена, моя нервозность сдаст меня с потрохами.
А не хотелось бы, ведь он был такой идеальный, такой идеальный, что я… забыла, что терпеть не могу слово «идеальный».
Тут еще шикарное вечернее платье, в котором я, со своими светлыми локонами, походила на юную, и слегка упитанную Мэрилин Монро, и которое специально для сегодняшнего выхода в свет заказала моя мачеха Ангелина, решило помахать мне ручкой.
Привыкнуть бы к неудачам, что преследуют меня, казалось, с самого рождения, но нет. Я как маленький ребенок продолжала верить в чудо, а пора бы повзрослеть.
– Ангелина Владимирова, ну это уже ни в какие ворота, – повысила голос Лариса, обращаясь к сидевшей на диванчике, и разгадывающей кроссворды мачехе, – ваша дочь поправилась на пять сантиметров!
– Во-первых, Ариэль мне не дочь, а падчерица, – строгий голос Ангелины походил на удар кнутом. Я-то уже привыкла, а вот посторонние, вроде той же Ларисы, тушуются и начинают мямлить, даже не понимая, что этой властной женщине плевать, что они там ей пытаются сказать, – а во-вторых, мой муж платит вам огромные деньги за гардероб для нашей семьи. Будьте добры перешить наряд, чтобы уже через час он был готов, иначе мне придется позвонить вашему непосредственному начальнику и пожаловаться на нерасторопность его сотрудников.
– Да-да, конечно. Я сейчас же все исправлю, не нужно никуда звонить, – запричитала Лариса, чей иностранный акцент будто в унитаз смыло.
Тяжело вздохнув, я принялась ждать, когда с меня снимут новые мерки, мысленно готовясь к тому, что как только за Ларисой закроется дверь, в мою сторону полетят бесконечные претензии по поводу лишнего веса, нежелания завязывать со сладким, – единственной, после кончины Кренделька, радостью в моей никчемной жизни, – и нежелания посещать тренажерный зал.
Но в последнем я честно не виновата. Ангелина обставила его таким новомодным оборудованием, что сломав один раз нос на беговой дорожке, решившей вдруг ни с того ни с сего подняться в воздух, я обзавелась настоящей фобией и решила, что утренней зарядки, для поддержания тела в тонусе, будет вполне достаточно.
Между тем, Лариса, собрав свои вещи, отправилась перешивать платье, а я, надев свою любимую фланелевую пижаму, начала примерять купленные для меня новые туфли, оказавшиеся, – сюрприз, сюрприз, – на размер меньше нужного.
Тот, кто их сшил, явно желал смерти моим ногам!
– Хм, тепличный овощ, – покусывая карандаш, мачеха продолжала разгадывать кроссворд, не обращая на мои мучения никакого внимания.
– Баклажан, – выпалила я, ни на что, в общем-то, не надеясь.
– Три буквы.
– Э-э-э, жан, – вот так всегда, в стрессовой ситуации, когда решение требуется сию секунду, я превращаюсь в пускающую слюни идиотку.
Оторвавшись от кроссворда, Ангелина подняла на меня удивленный взгляд, но сказать ничего не успела, в дверь постучали, и в гостиную вошел отец.
– Вы уже закончили?
Мачеха встала с дивана, подошла к моему драгоценному папеньке и чмокнула воздух у его щеки.
– Остались мелочи, Вить, но в основном да, мы закончили.
– Отлично. Ровно в восемь я буду ждать вас обеих в холле. Не опаздывайте, – не удостоив меня даже быстрым взглядом, он собрался уйти.
– Пап, можно тебя на секундочку? – просить аудиенции в личном кабинете смысла не было, Ангелина все равно узнала бы о нашем разговоре из первых рук, так что я решила обратиться к нему сейчас.
– Слушаю, – и Оскар за актерскую игру в том, как он делает вид, что ему интересно вести со мной беседу уходит… Виктору Воронцову!
– Я… я хотела попросить у тебя немного денег. В долг, конечно же. Там сумма мизерная, всего сто златых.
– Зачем? – вот в этом он весь: «где», «когда», «куда», «зачем», и ни слова лишнего.
– Я нашла кулинарные курсы в интернете. Там обещают обучить за месяц и даже, при хорошей сдаче экзаменов, обеспечить работой.
– Что? Кулинарные курсы? Ты сейчас издеваешься надо мной? – отцовское лицо по цвету напомнило мне переспелый помидор.
Ангелина прикрыла рот ладонью, но я отчетливо услышала слетевший с ее губ смешок.
– Нет, – покачала я головой, – просто мне нужна работа и личные деньги.
– Зачем тебе деньги? Мы мало тебя кормим? Поим? Одеваем плохо? Ну так найди нормальную работу, а не кулинарные курсы для несостоявшихся в жизни раздолбаев.
– Чтобы найти нормальную работу, как ты выразился, необходимо иметь должное образования, а ты не отпустил меня в университет, отказавшись за него платить. Жена с мозгами никому не нужна, твои слова? Я уже столько собеседований прошла, никто без корочки не берет, а к себе в компанию ты меня принимать не хочешь.
– Нечего тебе там делать, потому что. Только позорить меня будешь! Ну, ничего. Если сегодняшняя вечеринка пройдет как надо, уже завтра пойдешь на свидание… А там и замуж недалеко.
– Свидание? – очумев от удивления, перебила я его, – с мужчиной?
– Нет, блин, с летающей тарелкой! С мужчиной, конечно, – и не дождавшись моего вопроса об этом самом мужчине, с грохотом захлопнул за собой дверь.
Вот так новости! Дыши, Эля, только дыши. Нет, это дело срочно нужно чем-нибудь заесть, иначе я взорвусь. Вроде, где-то тут, на трюмо, лежал мой завтрак.
– Ангелина, ты не видела мой бутерброд? На тарелочке лежал. Куда-то запропастился…
– Звони в полицию!
Глава 3
Вечер не задался с самого начала.
Не завелся отцовский лимузин, и нам троим пришлось ютиться на заднем сиденье менее уютной машины, тогда как впереди разместился водитель и Ангелинин телохранитель.
Зачем он ей, я понятия не имела, но хозяин-барит. Говорит, что нужен, значит нужен. Ну а кто еще будет пакеты с вещами во время шоппинга за ней таскать, и клиентов, занимающих кабинки в примерочных бутиков, распугивать? Конечно же он, Александр Телохранителевич Кущин.
Вдобавок корсет к платью, которое Лариса успела-таки перешить, сейчас больше напоминал инструмент пытки, а не призванную скрашивать фигуру деталь гардероба. Швея, под надзором мачехи, так туго его затянула, что я, с большой вероятностью, еще в дороге скончаюсь от деформации ребер, зажатая с двух сторон агрессивно настроенными родственниками.
Мечта, а не поездка, которую «скрашивали» постоянные тычки локтем в бок со стороны мачехи, – из-за вышеупомянутого корсета они ощущались не больнее укуса комара, – и недовольное пыхтение со стороны отца.
Он, кстати, сегодня был особенно не в духе, поэтому я не решилась приставать с вопросами о парне, к свиданию с которым мне нужно было готовиться.
Да и какая разница, кого они мне там приглядели? Меня парни ни разу в жизни никуда не приглашали, так что будь он даже худой, хромой и лысый карлик, я пойду и узнаю, от чего столько шума вокруг этого «романтического ритуала». Зато будет о чем с Полей посплетничать.
А еще в голове, словно муха о стекло, билась мысль о новой встрече с Дэшем.
Боги, я даже мысленно его имя с придыханием произношу! Совсем пропала… Ну, ничего! Я во всеоружии, и сражу его наповал. Не зря столько журналов об искусстве флирта перелопатила.
Буду ловить свою «рыбку» на живца. Строить глазки, весело смеяться его шуткам, – надеюсь он любит шутить, – касаться словно невзначай зоны декольте… Главное не переусердствовать, корсет едва сходился на груди, и казалось, стоит Дэшу просто посмотреть на него, тот сам расстегнется и заорет «сюрприз».
– Ариэль, – обратилась ко мне Ангелина, как только мы остановились на парковке перед роскошным трехэтажным особняком, принадлежащим семейству Бригов вот уже сто двадцать лет, – я очень надеюсь, что ты будешь вести себя прилично, а не позорить нас с отцом, как ты это любишь. Никакой еды и напитков. Никаких пряток по углам с девицей Бриг. Стоишь на виду и ждешь, когда я тебя позову. Все ясно?
Есть, генерал!
– Да, – быстро кивнула я, уже зная, что выполнить все эти пункты будет довольно проблематично, особенно первый.
В свою защиту скажу: у меня стресс. И все из-за предстоящей встречи с Полькиным братом. По-хорошему стресс надо купировать. А что лучше всего купирует стресс? Сахар! Вот и выходит, что без пары пирожных, или куска торта обойтись ну никак не получится.
Первым из машины вышел Кущин. Он помог выбраться отцу, затем Ангелине, и чуть не прищемил мне нос. Забыл, что в салоне было трое человек, и захлопнул дверь, стоило мачехе выйти наружу. Пришлось позаботиться о себе самой, но я не расстроилась. Такие мелочи случались постоянно, и я к ним давно уже привыкла.
Папочка, ведя под руку Ангелину, вручил стоящему у входа швейцару три пригласительных и прошествовал вперед. А я, подхватив подол длинного платья, семенила следом, проклиная тот день, когда родился производитель моих новых туфель.
Первой послышалась музыка. Негромкая. Что-то из классики. Знакомый зал был уже полон гостей, что собрались в кружки по интересам и обсуждали либо погоду, либо бизнес, либо политику. Официанты носились туда-сюда, разнося шампанское и коктейли. Стоял разноголосый гул и, чтобы услышать собеседника, приходилось очень поднапрячься.
– Девушка, вы так и будете стоять на входе и мешать людям? – зыркнула на меня проходящая мимо седовласая старушка.
Я ее сразу узнала. Елизавета Распутина. Сто лет в обед, щуплая, как мышка, а столько мощи в ее взгляде, кажется, одной левой в стенку укатает. Она приходилась дальней родственницей Бригам, и мы с Полиной ее до жути боялись, называя, между собой, «демон в платье».
– Простите, пожалуйста, – я тут же отскочила в сторону, позабыв и о тесной обуви, и о сжавшем меня в тиски корсете.
Нет, долго я здесь в одиночестве не выдержу. Нужно срочно найти Полю и обменяться последними новостями.
Моя ровесница и подруга, красивая, миниатюрная голубоглазая блондинка по имени Полина Бриг была единственным островком нормальности среди бушующего здесь океана безумия.
Мы, кстати, познакомились при аналогичных обстоятельствах. Случилось это два с половиной года назад, в день ее шестнадцатилетия, в этом же доме. Наши отцы только начали вести совместный бизнес, и все мое немногочисленное семейство, включающее в себя папочку, Ангелину и меня саму, было приглашено на грандиозное торжество.
Тогда тоже собралась куча гостей, было море еды и напитков. Бриги никогда не скупились на веселье. И я также, как и сегодня, ощущала себя чужой на празднике жизни.
Охотясь за разносящими канапе официантами и подворовывая у них с подносов, я не заметила, как наткнулась на сидевшую в нише, между колонной и широким подоконником девчонку.
Вместо того, чтобы сделать вид, что никого не замечает, Поля, а это была она, схватила меня за руку и потащила в свое убежище. Предложила сыграть в карты, а в самом процессе игры пожаловалась, что прячется от мамы, которая хотела усадить ее за один стол со злейшим врагом, младшим Елагиным.
Семейство Бригов давно мечтало породниться с богатейшим в нашем городе семейством Елагиных через детей, и всячески третировали Полю, заставляя находиться в обществе ненавистного ей парня.
На самом деле я считала Глеба очень даже ничего. На четыре года старше нас, высокий зеленоглазый брюнет спортивного телосложения. Ну чем не влажная мечта восемнадцатилетних девиц? Если бы не одно «но». Вернее два. Его нахальный, раздевающий взгляд, которым он провожал каждую встреченную им на пути девчонку, и никогда не покидавшая красивых губ издевательская усмешка.
Полина считала, что такого «счастья» ей не нужно, и я была с ней полностью согласна.
Подруга нашлась довольно быстро. В длинном черном платье, будто пришла не на юбилей отца, а на траурный вечер, она стояла рядом с фуршетным столом и, с ножом в руках, примеривалась к громадному шоколадному торту.
– Мне тоже кусочек, – поспешила я вклиниться в дележку.
– А корсет не лопнет? – окинула она внимательным взглядом мое платье.
– Надеюсь, что да. Я в нем еле дышу. Мне немного, крошечный кусочек… побольше… еще больше… да чего ты телишься? Давай два, – и уже потом, спрятавшись с ней все в той же нише и поедая это чудо кулинарии, решилась уточнить, – а брат твой здесь?
Поля бросила на меня жалостливый взгляд.
– Эль, выбрось его из головы. Даже если вспомнит тебя, не скажет ничего. К нему вчера курица какая-то из Проточного приехала. Длинноногая, красивая, считает себя чуть ли не женой. Расхаживает по нашему дому, как хозяйка, даже мама в шоке. Давай подберем тебе другого красавчика. Их же тут пруд пруди, и все как на подбор. Как тебе вон тот парень, в синем костюме. Ты только глянь на его упругий зад.
– Поль, он голубой.
– Да? С чего ты взяла?
– Ну, может, с того, что он обнимается с другим парнем?
– Черт, да! Я что-то не заметила. А может вон тот…
– Да не нужно никого искать, отец уже нашел. Сообщил, что завтра я иду на свидание. Только не спрашивай с кем. Я сама не знаю, – настроение, после слов Полины о девушке Дэша, резко скатилось к нулю. Не радовал даже торт.
Я уже губу раскатала, а тут совсем глухо, как в танке. Куда мне, пусть и симпатичной, но пышке, соперничать с длинноногой красоткой? Даже журналы с их советами не помогут.
– Шевелите попками дамы, – прервал мои грустные мысли пробравшийся в наше убежище Глеб, – иначе все сладкое разберут.
– Елагин, я тебя убью! – испугано пискнула подпрыгнувшая на месте Полина.
– Сколько страсти в голосе, адский цветочек, – он всегда называл мою подругу «адским цветочком», и ни я, ни она, понятия не имели почему, а спрашивать как-то не с руки, с врагами дружеских бесед не ведут, – воспылала ко мне чувствами?
Он так смешно поиграл бровями, что мне пришлось сжать губы, чтобы скрыть улыбку.
– Ага, воспылала, – расплылась в притворной улыбке подруга.
– Серьезно? – недоверчиво протянул Глеб.
– Да. Я чувствую… что ты действуешь мне на нервы, так что проваливай! Тебя сюда не звали.
– Так и быть, оставлю тебя в покое… до завтра! – ну вот, я же говорила, ни секунды без издевательской усмешки.
– До завтра? – удивленно переспросила я, стоило ему скрыться за колонной.
– Ага, – нахмурилась Поля, – у нас, кажется, свидание.
– Кажется?
– Нет, точно свидание. Но не по моей воле. Родители настояли, а я не смогла отказать. Они не так чтобы часто просят, да и я не собираюсь долго засиживаться. Дождусь, когда он проявит себя во всей красе и со спокойной совестью помашу ручкой.
– Свидание с Елагиным, ничего себе. О нем такие слухи ходят, что ты на всякий случай купи что-нибудь для предохраниния. Пригодится.
– Я уже купила. Газовый баллончик. С этим типом только так. Ладно пошли в зал. Скоро отцу речь толкать.
Оставив тарелки с недоеденными кусочками торта на подоконнике, мы, быстрым шагом, направились к собирающейся у импровизированной сцены толпе.
И вот мой вам совет – никогда не пытайтесь бегать в туфлях, что на целый размер меньше нужного. Неудачно ступив, я едва не подвернула себе лодыжку. Пришлось вцепиться в колонну, затем наклониться, потереть ногу, а когда разогнулась, уперлась взглядом в скрытую белоснежной рубашкой, широкую мужскую грудь.
– О, да, детка!
Глава 4
Запах из кухни шел одуряюще… тошнотворный.
Закончив с душем и обмотав вокруг мускулистых бедер полотенце, Дэш застыл в коридоре, в тысячный раз за утро пожалев, что не остался ночевать в родительском доме. В конечном итоге, его оттуда никто не выгонял.
Да, матери не понравилась Злата и она намекнула сыну на то, что было бы неплохо снять для девушки отдельную квартиру, но какого черта он воспринял это предложение на свой счет и переехал вместе с любовницей?
Сейчас бы завтракал не чем-то подгнивше-подгоревшим, а превосходной фритатой, или пшенной кашей с фруктами, которые так любила готовить его мать Мария Владимировна Бриг.
Приезд Златы сделал и без того напряженные отношения с родителями еще хуже.
И нет, дело не в том, что демонессой она была всего лишь на четверть, там спеси на целый выводок чистокровных хватало. И не в том, что не являлась его истинной парой, найти единственную удавалось лишь избранным счастливчикам, и он в это число не входил. Просто как мать, так и отец мечтали женить его на милой и послушной девственнице, что будет на крыльях любви порхать между спальней и кухней, а не на нагловатой, меркантильной особе, вцепившейся в него словно клещами.
Вслух они ее так, конечно, не называли, но работа научила мужчину читать лица, как книги. И может лет десять назад он бы согласился с их доводами, но не сейчас. Сейчас ему нужна такая как Злата Серебрякина. Удобная, соблазнительная красавица, которой плевать на любовь и будущих наследников. Она прекрасно понимала, что ни того, ни другого он ей не даст, зато его тело и кошелек всегда к ее услугам в любое время дня и ночи.
– Дэш, завтрак готов. Я тебя жду, – томный женский голос вернул мужчину в реальность.
Тряхнув головой, он направился в спальню, где его встретила незаправленная кровать, – отголоски бурной ночи, – закинул на стул полотенце, надел боксеры, черные брюки и, не застегивая белоснежную рубашку, потопал на кухню.
– Что это? – даже не пытаясь выдавить из себя приветливую улыбку, поинтересовался он, разглядывая лежащую на середине стола тарелку с серым, бесформенным нечто.
Злата, уже с утра пораньше одетая и накрашенная как на показ мод, кошачьей походкой приблизилась к нему и провела острым ноготком по загорелой мужской груди. Затем усадила его на стул, стащила рубашку и начала массировать широкие плечи.
Ей эти действия казались нежными и интимными, Дэш же чуть зубами не скрипел от неприятных ощущений. Такого отвратительного массажа ему в жизни не делали. Она как будто выпытывала у него информацию. И он бы с радостью ей всё рассказал, вот только не знал что.
– Это завтрак. Помнишь я вчера вечером говорила, что смогу тебя удивить? – к сожалению, он помнил. И ведь не соврала, удивила, – это блюдо часто готовила моя бывшая свекровь, называется «Мясной винегрет». Просто пальчики оближешь. Вкус такой же как у винегрета, но делается из куриных потрошков. Попробуешь?
– Э-э-э…
– Кстати, у тебя ни на что нет аллергии?
– Вот как раз на винегрет, – в его черных глазах зажегся огонек надежды.
– Но овощей в нем нет.
– Значит на курицу. Прости, Злат, позавтракать вместе не получится. Я опаздываю на встречу с отцом. И вечером, перед банкетом тоже заехать не смогу. Закажи такси, и сама приезжай. Я тебя встречу.
Девушка надула губки и отошла в сторону.
– Мне не нравится эта квартира. Почему мы не могли остаться в доме твоих родителей? Там прислуга, и ехать никуда не надо.
– Потому что я отвык жить с родителями под одной крышей. Да и с мамой и Полей ты не очень-то и поладила.
– Полина – вредная девчонка, а маме твоей я очень понравилась, – уж в чем-в чем, а в этом Дэш сомневался, помня лицо матери, когда при первой же встрече Злата приняла ее за прислугу и потребовала кофе в постель, – между нами установилась прочная связь. В последний раз мы болтали несколько часов, и она просила меня остаться на ужин.
– Начнем с того, что болтали вы от силы пять минут, и говорила в основном ты, кажется, названия любимых бутиков перечисляла. А ела любимое пророщенное зерно, которое сама же привезла из Проточного.
– Наверное, ты прав, – задумавшись, протянула девушка, – но заехать-то за мной ты можешь?
– Я не знаю, насколько затянется встреча. И сомневаюсь, что меня на ней ждет что-то хорошее. Я наверняка захочу расслабиться, а в таком состоянии за руль лучше не садиться.
– А знаешь, что я делаю, когда хочу расслабиться… – снова впившись пальцами в его плечи, проворковала девушка.
– Тратишь мои деньги? – усмехнулся Дэш, быстро поднявшись из-за стола.
– Милый, мне не нравится твой тон, – она недовольно поджала губы, наблюдая за тем, как он, оставляя ее одну, уходит из кухни.
– Черт, и как же я это переживу?
***
В отцовском кабинете Дэш всегда вспоминал того десятилетнего пацана, который боготворил своего родителя, мечтая вырасти похожим на него.
Пять лет он не появлялся в родном городе, доказывая семье, что может устроиться в жизни и без их связей и денег. И вот, казалось бы, всего добился, есть собственное дело, деньги, женщины, на которых их можно тратить, а удовлетворения от победы как не было, так и нет.
Особенно остро это чувствовалось в те моменты, когда он встречался со своими приятелями, Демидом Барским и Ником Славиным, что не так давно обзавелись своими вторыми половинками. Счастливые рожи этих двух придурков вызывали у него жгучую зависть, и желание также окунуться в семейное болото. Было бы с кем…
– Рад, что пришел, – улыбнулся вошедший в кабинет Дмитрий Николаевич Бриг. Поравнявшись с Дэшем, он хлопнул сына по плечу.
– Поздравляю с круглой датой, пап. Сколько там тебе? Семьдесят? Совсем дед уже.
– Пятьдесят, дубина. И хватит врать, что ты забыл, – хохотнул Бриг старший, – ну хоть впервые за пять лет лично поздравил, а не открытку прислал.
– Да, в этот раз я решил не тратиться, – дождавшись, когда отец сядет в свое кресло, Дэш устроился напротив, – о чем ты хотел поговорить?
– Я слышал твой охранный бизнес идет в гору? Собираешься скоро возвращаться в Проточный? – мужчина усиленно делал вид, что тема разговара его не сильно-то и волнует, но Дэш видел, что это не праздное любопытство, а потому постарался ответить максимально честно.
– Да, работа кипит. А по поводу возвращения, пока не знаю. Сейчас дела идут отлично, и не требуют моего постоянного присутствия. Со всем справляется мой компаньон.
– Ну вот и отлично, – облегченно выдохнул отец.
– Почему?
– Мы с матерью не просто так настояли на твоем приезде. На прошлой неделе, сразу после похорон твоей бабки, было зачитано ее завещание. Как ты знаешь она оставила тебе все свои деньги и имущество, – Дэш кивнул, их семейный адвокат успел шепнуть ему пару слов, – но с одним условием…
– И что же там?
Условие, надо же! Зная Нию Сергевну, можно было ожидать чего угодно. Скудным воображением она не страдала. Жесткая, суровая женщина, которая ни в грош не ставила ни собственного сына, ни его жену, ни внучку, почему-то прикипела душой к старшему внуку. Да так, что оставила ему все свои немалые сбережения.
Стоило подумать о ней, как мысли Дэша резко переключились на события двухдневной давности, когда он сразу по приезду, в довольно позднее время, решил навестить почившую Лунианию Кшиштовскую, и наткнулся на блондинистое чудо, решившее прикопать своего кота рядом с его бабулей.
Кренделек, чтоб его! Голова до сих пор гудела от фантомной боли. Увидел бы сейчас, всыпал бы как следует по ее обтянутому юбкой аппетитному заду.
– Ты должен жениться, – Дэш нахмурился и тряхнул головой, решив, что ему послышалось.
– Что, прости?
– Я говорю, что твоя бабка поставила условие, ты должен жениться. Если в течение трех месяцев этот пункт не будет выполнен, все деньги и, что самое главное, наш семейный дом, перейдут в собственность приюта для животных, – закончив речь, Дмитрий Николаевич уставился на сына, который около минуты смотрел в одну точку, а затем откинув голову и громко расхохотался.
Глава 5
Луниания Кшиштоская, всегда отличавшаяся твердым характером, отменным здоровьем и ясностью суждений… на старости лет сошла с ума.
По-другому, этот ее финт ушами Дэш объяснить не мог. Чувство юмора у нее отсутствовало напрочь, как и тяга устраивать розыгрыши. Странно, что никто в семье не заметил ее печального состояния, но и это объяснимо. Умела старушка скрывать то, что другим, по ее мнению, знать было не обязательно.
Она всю жизнь считала брак никому не нужной забавой. Излишней тратой денег, бюрократией и поводом потерять приличную часть накопленного, если вдруг выясниться, что двое «влюбленных» не сошлись характерами.
Отца Дэша она воспитывала в одиночестве, хотя и родила от своей истинной пары. Но куда он делся, и почему не участвовал в жизни сына, никто в семье Бригов не знал. Фамилию оставила и ладно, дальше дело наживное.
На свадьбу Дмитрия не явилась, сославшись на плохое самочувствие. И невестку свою Ния Сергена тоже недолюбливала, хотя та только лишь на потолок не лезла, пытаясь угодить вечно недовольной свекрови.
А теперь, на тебе! Женись любимый внучек, или все мои денежки, как и ваш семейный особняк, отойдут обездоленным кошечкам и собачкам.
Да она же животных терпеть не могла! Плевалась и ворчала в их присутствии! Нет, тут точно что-то не так.
– Отец, ты же понимаешь, что это бред сивой кобылы? – отсмеявшись поинтересовался Дэш.
Дмитрий Николаевич грустно вздохнул и развел руками.
– Бред, не бред, но завещание она подписала в присутствие трех адвокатов и одного врача. Подай мы в суд, готов биться об заклад, что проиграем. Ты знаешь, я бы даже тему не поднял, если бы дело касалось только ее денег. Я к ним в жизни не прикасался и не собираюсь. Но дом… Я здесь вырос. Тут родились ты и Поля. Потерять его было бы настоящей трагедией для нашей семьи.
– И что? Ты предлагаешь мне пойти на поводу у безумной старухи и устроить отбор невест на место будущей миссис Бриг? – Дэш понимал, что отец позвал его на встречу не биржевые сводки обсуждать, но чтобы такое, – даже думать не хочу, я пас.
Встав со стула, он собрался было уйти, но в этот момент открылась входная дверь, и внутрь, словно ураганный вихрь, ворвалась мать.
Держа в одной руке лист с меню, а во второй тарелку с канапе, Мария Владимировна словно ясное солнышко осветила царящую в кабинете мрачную атмосферу. При виде Дэша, она расплылась в лучезарной улыбке, и застыла в ожидании поцелуя, коим сын ее тут же наградил.
– Мам, а ты что тут делаешь?
– Как это чего? Живу вообще-то.
– Шикарно выглядишь, – окинув ее теплым взглядом, Дэш на секунду позабыл и о бабке, и о ее завещании.
– Спасибо, сынок! Хоть кто-то заметил мои старания, – подмигнула она ему и, словно невзначай, скосилась в сторону мужа.
– Ничего подобного, – тут же возразил Дмитрий, – я еще утром осыпал тебя комплиментами! И вообще Маша, ты не вовремя, мы с Дэшем еще не договорили.
– А как по мне, разговор окончен, – сузив черные глаза, возразил Бриг младший.
– Ох, так ты уже в курсе завещания? – веселость матери тут же сменилась озабоченным выражением лица, – и как ты себя чувствуешь?
– Я чувствую себя так, будто бабушка из могилы схватила меня за горло, и сжимает все сильнее и сильнее.
– Канапешечку будешь? – Мария протянула ему тарелку, – и не переживай так, сынок, мы с отцом уже нашли тебе прекрасную девочку. Добрую, милую, скромную, красивую. Не чета твоей… Злате.
Имя любовницы Дэша мать произнесла таким пренебрежительным тоном, словно речь шла о заведшийся в доме мыши.
– Как быстро вы все успели…
– А что тут успевать? Это дочь компаньона твоего отца, Виктора Воронцова. Они сегодня будут на вечере, вот и познакомишься. Поверь, Эль само очарование.
– Воронцов? – нахмурился Дэш, – насколько я знаю, он – человек. Их семья в курсе, кто мы? Понимают, что собираются породниться с чистокровными демонами, существование которых люди считают вымыслом?
– Виктор еще несколько лет назад подписал договор о неразглашении. Его новая жена Ангелина – ведьма. Так что на его счет не беспокойся. Он знает, кто мы, и ничего против не имеет. Даже наоборот, он был бы счастлив, отдать свою дочь тебе в жены, – заверил Брига младшего отец, – по поводу Эль… тут немного сложнее. Мы с твоей матерью считаем, что девочке лучше остаться в неведении. В конечном итоге, тот факт, что ты не совсем человек, никак не повлияет на вашу семейную жизнь.
Дэш не смог сдержать полной сарказма усмешки.
– Не повлияет? Ты сейчас серьезно? А если случится охрененное чудо, и я встречу свою истинную пару? Ну или не встречу и поведусь на ваши уговоры, как мне объяснить этой девчонке, что у нас не может быть детей? Прости милая, но я еще не встретил ту единственную, что смогла бы меня распечатать? Вы так себе это представляете?
– Дорогой, – Мария положила тарелку с канапе на стол, подошла к сыну и погладила его по плечу, – решается судьба нашего семейного гнездышка. Ты за двадцать семь лет не нашел свою половинку, неужели думаешь, что сейчас она постучится в дверь и упадет в твои объятия? Шанс выпадает единицам, и ты прекрасно это знаешь. Нам с твоим отцом очень повезло, и мы бы хотели, чтобы наши дети познали это счастье, но, к сожалению, против судьбы не попрешь. А что касается наследников… скажи ей, что по дурости сделал себе… эту самую… лоботомию.
– Мам, ты хотела сказать вазэктомию? – хмыкнув, уточнил Дэш.
– Не важно! Детей можно усыновить, воспользоваться суррогатным материнством, это сейчас не проблема. Просто, не отмахивайся от наших слов. Для начала познакомься с Ариэль.
– Ариэль?
– Да, ее зовут Ариэль. А что?
– Нет, ничего.
***
18.30
«Милый, я уже вызвала такси, жди!»
19.00
«Пятнадцать минут искала место, где остановился чертов таксист! И он еще надеется я заплачу ему всю сумму???»
19.30
«Дэш, пишу и плачу. Поругалась с долбаным таксистом. Он не выпускал меня из машины, пока я не оплатила полную стоимость. А все из-за тебя! Заехал бы за мной сам, и ничего подобного не случилось бы! Опоздаю на двадцать минут, мне нужно прийти в себя!»
Закончив срочную рабочую видеоконференцию со своим компаньоном, которую провел в предоставленном ему отцом кабинете, Дэш прочитал все сообщения, что успела отправить ему Злата и порадовался, что додумался выключить телефон.
Тридцать два пропущенных вызова. Это девушка умела быть настойчивой.
Отцовский юбилей был в самом разгаре. Дэш заметил стоявшую в компании подруг маму, и встречающего гостей отца, к которому ему надо было присоединиться. Только делать это на голодный желудок совсем не хотелось.
Перехватив разносящего мелкие бутерброды официанта, мужчина обчистил его на две бумажные тарелочки и бокал шампанского, подошел к фуршетному столу и собрался было перекусить, но тут заметил, как оживилась толпа. Они начали собираться вокруг импровизированной сцены, а значит скоро начнется речь.
Черт, как же не вовремя.
Мимо, быстро перебирая ногами, пронеслась Поля. Дэш, отложив весь свой небогатый улов, направился за ней, но вдруг услышал, как за спиной ойкнула девушка. Развернувшись, он увидел цепляющуюся за колонну блондинку, что, наклонившись, потирала ушибленную лодыжку.
По-видимому, чья-то дочь, спутница, или подруга.
Даже на высоких каблуках роста в ней было не много. Длинное красное платье не скрывало соблазнительную женственную фигуру, а кружевной корсет подчеркивал пышную грудь, осиную талию и округлые бедра.
Не в его вкусе девчонка. Он предпочитал таких как Злата, модельной внешности, худых и высоких, чтобы смотреть партнерше прямо в глаза, а не нависать над ней, как дерево.
Но даже признавая все это, Дэш не мог отвернуться. Неведомая сила вцепилась клещами в его контроль, заставляя подойти ближе. Незнакомка, все еще держась за колонну, поднялась и все присутствующие, как и окружающая обстановка испарились.
Он снова очутился на кладбище, когда небо освещали вспышки молний, на землю лил леденящий дождь, а на него испуганно уставились большие аквамариновые глаза.
Стоп. Что она сказала?
Глава 6
Выписка из дневника Ариэль В.
Дорогой дневник, я писала, что он красавчик? Забудь. Это слово не может охарактеризовать и одной двадцатой моих чувств. Он ангельски прекрасен и рядом с ним, я чувствую себя на небесах.
Его голос, низкий и гладкий как бархат, словно подогретое вино с густыми сливками. Его черные глаза холодны как камень, но стоит кому-то привлечь к себе его внимание, как в их глубине зажигается пламя. Его улыбка из тех, что способны сорваться с губ мужчины и свернуться калачиком в женском сердце.
Я бы написала про него поэму, положила ее на музыку, и пела то, что из этого получится каждому встречному, но останавливает тот факт, что в стихах я полный профан, а на ухе потопталось стадо слонов. Зато я смогла испечь пирог с заварным кремом, написать на нем «Дэш» и тут же съесть.
PS. Не забыть бы найти в шкафу визитку психолога. Кажется, у меня тихо, но верно едет крыша.
Я узнала его в ту же секунду. Не по запаху, и не по ширине плеч. По собственным ощущениям. Морозу по коже, тянущей пульсации внизу живота, и безотчетному страху.
Мой взгляд медленно пополз вверх, пока не остановился на его губах. Поднимать голову выше, означало утонуть в его темных глазах, а мне уже и так хватало переживаний.
Я как олень в свете фар застыла на месте, забыв даже дышать. И только одна мысль съедала изнутри: узнал или нет?
– Ты только что назвала меня «деткой»? – удивленно изогнув одну бровь, поинтересовался герой моих мечтаний.
Боги, я что это в слух сказала? Идиотка!
Прикинуться шлангом не вариант, пришлось открывать рот и что-то из себя выдавливать.
– Эээ, нет. То есть, да. Вернее, не вас, – я прочистила горло, так как голос не ко времени охрип.
– А кого?
– Я говорила сама с собой, я так часто делаю… – ну вот, сама же себя и утопила, представ перед Дэшем буйнопомешанной маразматичкой, сейчас он презрительно скривит свои идеальные губы, и пойдет дальше.
Но нет, не скривил. Улыбнулся, так, что у меня колени от волнения чуть не подогнулись, поднял руку, коснулся пальцами моего подбородка, и начал внимательно изучать мое лицо.
Ну все, сейчас точно узнает, пора валить.
– Извините, там… речь, – кивнула я в сторону импровизированной сцены, на которой, держа микрофон, стоял его отец.
Дэш обернулся, и я воспользовалась моментом, чтобы проскочить мимо и влиться в толпу. Успокоилась только когда встала рядом с Полей и схватила ее за руку.
– Я тебя потеряла.
– Поль, я кажется испытала оргазм.
– Думаешь, в торт что-то подмешали? – захлопала глазками подруга.
– Нет. Слушай, я на кладбище не заметила, а сейчас увидела какие у твоего брата чёрные глаза. Но у тебя светлые и у родителей тоже.
– Это линзы, не обращай внимание. Он тот ещё выпендрежник, – махнула рукой Полина, – так это он тебя задержал? Узнал? Поверил в историю о сестре-близняшке?
– Вроде не узнал. Поль, у меня кружится голова. Кажется, я в него влюбилась, – жалобным голосом поведала я.
– С чего ты взяла?
– Все признаки на лицо. Рядом с ним я чувствую себя так, словно выпила шампанского, а я его сегодня даже не нюхала!
– Хм, аргумент, – нахмурилась Полина и сжала мою руку еще сильнее, – Эль… Дэш мой брат, но он тот еще бабник и старше тебя на девять лет. Не нужно тебе это.
– Да знаю я. Но он такой… такой…
– Все ясно, будем тебя лечить. Для начала ты подойдешь к нему и намекнешь, что он тебе нравится.
– С ума сошла? А если он поймет? – вытаращилась я на нее.
– Нам это и нужно! Чтобы он тебя отверг. Тогда и чувства угаснут.
– Не буду я к нему подходить. Вспомнит еще как мы его по голове огрели. Вдруг отцу или Ангелине расскажет. Проблемами несёт.
– Это не проблемами, – зашептала она мне на ухо, – это вон от той дамочки справа, мне кажется она с духами переборщила. Черт, папочка рукой машет. Я сейчас быстро к нему сбегаю и обратно. Жди меня здесь.
Оставшись в одиночестве, я обняла себя руками за талию и взглянула на висевшие на стене часы. Двадцать ноль – ноль. Еще как минимум час до того момента, когда я со спокойной совестью смогу уехать домой, сославшись на плохое самочувствие.
Вечер, который я ждала с таким нетерпением, прямо на глазах превращался в нервотрепку. Дэш не узнал, и это должно было меня радовать, но почему-то злило. Отца с мачехой нигде не видно, но претензий, что это я куда-то запропастилась будет не избежать. Корсет сдавил все на свете, а из-за туфлей, я завтра не смогу ходить.
Внезапно затылка коснулось теплое дыхание.
– Кажется, у тебя вошло в привычку от меня сбегать? – притягательная сила голоса Дэша лишила меня возможности двигаться, – как поживает Кренделек? Ах, да, он же труп. Забыл.
От моих щек отхлынула кровь, мышцы резко ослабели, а сердце подпрыгнуло в горло.
Узнал!
Крепко зажмурившись, я медленно повернулась и зачастила.
– Пожалуйста, извините. Мы… я… не хотела. Все вышло случайно. Не рассказывайте отцу, он меня убьет.
– Не расскажу, если ты признаешься, кто ударил меня по голове. С кем ты была? – его требовательный голос заставил меня открыть глаза. Такому сложно было сопротивляться. Он, похоже, умеет добиваться всего чего захочет, не считаясь с чувствами и желаниями окружающих.
– Ни с кем. Я была одна. Вы просто… потеряли сознание?
– Я не истеричная девица, чтобы терять сознание. И тебе лучше сказать мне правду, – может заплакать? Я где-то читала, что мужчины терпеть не могут женских слез, и сразу теряются, или начинают заикаться.
Вот только на практике это утверждение проверить так и не успела. К нам подошла Мария Владимировна, – прекрасная женщина, которой я искренне восхищалась, – привлекла меня к себе и чмокнула в щеку.
– Дэш, я вижу, ты уже познакомился с Ариэль. Правда же милая девушка? – она тепло улыбнулась сыну, а у меня от смущения, кажется, щеки порозовели.
– Ариэль, само очарование, – он произнес мое имя так, что от него словно пахнуло свежеиспеченным имбирным пряником, – и мы, оказывается, уже знакомы.
– Серьезно? Когда успели? – удивилась женщина.
– Имел несказанное удовольствие встретить ее недавно на кладбище, прямо в могиле нашей бабули, – вот черт! Сдал с потрохами!
– Ты хотел сказать у могилы? – поправила сына мать.
– Я сказал именно то, что хотел.
Пока Мария Владимировна переводила заинтригованный взгляд с Дэша на меня и обратно, на его правой руке повисла появившаяся словно из неоткуда ослепительно красивая, высокая брюнетка.
– Скучал, милый? – громко шепнула она ему на ухо и, никого не стесняясь, присосалась к его губам как пиявка.
Глава 7
Выписка из дневника Ариэль В.
Дорогой дневник, шел первый день диеты и уже назрел насущный вопрос.
Почему, когда другие люди перестают есть сладкое, они быстро худеют, у них улучшается здоровье, цвет кожи, вырастают крылья, открывается третий глаз.
А стоит мне перестать есть сладкое, я все такой же пухляш, который очень хочет сладкое?
Телефонный звонок раздался в полночь и застал меня за разглядыванием чистого листа. Держа в руках карандаш, я примерялась, с какой бы стороны к нему подступиться, и выплеснуть на белую бумагу все кипевшие внутри меня чувства.
Об этой технике я прочла несколько часов назад в одной из книг по психологии. Не очень в нее верила, но попытка – не пытка. Тем более, что рисовать я просто обожаю.
Кого-то другого я могла запросто проигнорировать, отключить звук и сделать вид, что не увидела вызов, но на экране высветилась Полькина рожица, а подруга – это святое.
– Итак, что я вчера пропустила? – бодрым для этого часа голосом поинтересовалась она.
– Как я в бешенстве покинула ваш вечер.
– Черт, все самое интересное мимо прошло! А ну рассказывай!
И я рассказала. Начала с того, как Дэш узнал во мне девушку с кладбища, а закончила появлением его мерзкой и бесстыжей подружки.
О том, что их поцелуй длился всего одну наносекунду, показавшуюся мне вечностью, я решила умолчать. И о том, какую горечь при этом испытала, тоже. До сих пор от воспоминаний сердце ноет, в горле ком стоит, и дышать становится тяжелее. И все это из-за мужчины, которого я даже не знаю, а видела от силы пару раз. Ненормальная реакция.
Сначала нужно самой разобраться, а потом и Польку подключать.
– Видела бы ты, как она в него вцепилась, клещами своими. Не оторвать. А я как дура стояла рядом и рисунки на половой плитке разглядывала. Надо было сразу уйти, но твоя мама держала меня за руку.
– Бедная моя Элька. Но я просто обязана вставить – я же предупреждала! Ну, чего дальше было?
– Да, ничего, похлопала ресницами, вроде как не заметила нас. Начала перед Марией Владимировной лебезить, а я как пустое место. Затем махнула мне рукой и потребовала принести ей бокал шампанского. Дэш ее, конечно, осадил, что я не официантка и сам ей за шампанским пошел, но я по глазам видела, специально она это.
– Вот стерва!
– Еще какая! Даже не извинилась. Прошлась по мне небрежным взглядом и заявила, что платье у меня второсортное, и не мешало бы похудеть, а прическа из моды вышла. «Позвоните мне завтра, милочка, я вам телефончик своего стилиста дам», – передразнила я писклявый голосок черноволосой гадины, – тут твоя мама вмешалась, и предложила ей самой к тому стилисту обратиться, а то майку нацепила, а юбку дома забыла, задница голая. Смешно вышло, но я к тому моменту уже так разозлилась, что паровоз напоминала. Пар чуть ли не из ушей валил. Братца твоего не дождалась, пожелала Марии Владимировне приятного вечера и быстро свалила домой. Своим сообщение скинула, что голова разболелась. Хотя, она и вправду разболелась.
– Эль, – грустно протянула Полина, – ну теперь-то ты видишь, что дело безнадежное? Забудь о нем. Мы тебе в сто раз лучше найдем, вот увидишь.
– Ну вот еще! Я теперь еще сильнее загорелась, и намеренна испортить этой ведьме жизнь. Понять бы только как. Поль, вот почему из меня выросла забитая мямля? Я тоже хочу быть как эта брюнетка. Наглой, красивой, открывать дверь с ноги, беззастенчиво вешаться на нравящихся мне мужчин.
– Пожалуйста, выслушай меня, Эль! Ты гораздо лучше, чем Злата, ты добрая и милая, обо всех заботишься, всех веселишь!
– Веселю? Замечательно! Может Дэшу с этой Златой пригласить меня к себе в гости? Я могла бы рассказывать им смешные истории. Ладно, прости, я всю ночь не спала, злая теперь, как черт.
– А что случилось?
– Ангелина ремонт затеяла в главной спальне. Они с отцом переехали в комнату смежную с моей и, похоже, забыли об этом. Видела я по «Нэшнл джеографик» как бабуины спариваются, так вот, обезьяны намного тише и спокойнее! Я думала они спинкой кровати мне стену сломают.
– Ох, бедняжка, сочувствую! А что там с твоим свиданием? Как прошло?
– А не было его. Отец сказал, что перенесли, а мне уже плевать было, я в подробности не вдавалась. Лучше расскажи, как прошло твоё. Когда ждать официального заявления о помолвке?
– Так, какое у нас сегодня число? Никогда! – мы обе прыснули от смеха, – боги, даже не спрашивай, Эль. Это было ужасно!
– Рассказывай, давай! Мне сейчас очень нужно знать, что не одна я страдаю.
– Он около часа измывался надо мной, стрелял глазами в обслуживающих нас официанток, у одной даже телефончик попросил, а потом заявил, что я обязательно стану его женой!
– Вот подлец!
– Еще какой! Никому нельзя доверять. Только расслабишься и БАЦ!
– Ну, вообще, это даже романтично. Я так и вижу, как вы стоите у алтаря. Обмениваетесь любовными клятвами. А потом поцелуетесь, и все вокруг начнут плакать и аплодировать. Вы забываете обо всем, срываете друг с друга одежду. Он притягивает тебя ближе, к вам присоединяются остальные гости… Ох, что-то я замечталась.
– Эль, твое пристрастие к любовному чтиву, до добра не доведет.
– Учитывая мою поднаготную, – напомнила я подруге о покойной матери, что была готова продать за дозу родное дитя, – пристрастия могли быть и похуже. Ладно, пора вытереть слезы, подтянуть штанишки и жить дальше.
– А давай начнем прямо сейчас? – внезапно оживилась Поля.
– Это как?
– Собирайся, я через час заеду за тобой и поедем в «Дольче». Помнишь я тебе рассказывала про новый ночной клуб? Говорят, атмосфера там – снос башки!
Первым желанием было отказаться. Сослаться на плохое самочувствие и остаться дома. Но затем я вспомнила о своем стремлении прекратить плыть по течению и хоть что-то изменить в своей скучной, размеренной жизни.
– Припаркуйся позади дома, я вылезу в окно.
– Вот это моя девочка! – воскликнула Полина и положила трубку, а я уставилась на бывший когда-то чистым лист бумаги, с которого на меня смотрело идеальное мужское лицо с черными, как ночь за окном глазами.
Глава 8
Выписка из дневника Ариэль В.
Дорогой дневник, иногда, мне кажется, что отец меня совсем не любит. Или не кажется?
Новая жизнь требовала новых нарядов, но так как времени на шоппинг не оставалось, пришлось незаметно проникнуть в Ангелинину гардеробную и подобрать себе подходящее для танцев платье.
Мачеха, хоть и намного худее, очень любила дорогие, растягивающиеся ткани, которые так идеально облегали мое тело, что о вечном образе «серой мышки» можно было благополучно забыть. Хотя бы на одну ночь.
К короткому черному платью с трапециевидным низом и длинными рукавами отлично подошли мои черные конверсы. Выпрямив свои светлые волосы и мазнув губы ярко-красной помадой, я покрутилась перед зеркалом и взглянула на часы.
Где же Поля?
В этот момент загорелся экран телефона и высветилось сообщение: «Вылезай, я на месте». Я тут же бросилась к окну, открыла его, пригляделась и увидела припарковавшуюся под фонарем знакомую машину.
Дело оставалось за малым: перелезть на выступ под окном, проползти мимо окон смежной спальни, где сейчас спали оба моих родителя, дотянуть до приставленной заранее лестницы и спуститься.
Признаюсь честно, практиковать я это буду впервые, но в теории данный маневр не казался чем-то сверхсложным. Второй этаж, внизу растут клумбы. Даже если упадешь, отделаешься, парой ссадин и ушибленным копчиком.
Надев кожаную куртку и перекинув через плечо сумочку, я осторожно перелезла через окно, ступила на выступ и вцепилась пальцами в карниз.
В нормальных условиях, холодный ветер пробирал бы до костей, но адреналин в крови заглушал все остальные чувства. Я шаг за шагом приближалась к своей цели, и думала только о том, как весело проведу оставшуюся половину совсем не радостного дня.
Резкий удар кровати о стену заставил меня дернуться. Сердце ушло в пятки. Нога соскользнула и не держись я крепко, полетела бы на землю. Взглянув в окно смежной комнаты, я различила два обнаженных силуэта слившихся в жарких объятиях. Была бы видимость чуть получше, и наш семейный психолог обогатился бы на несколько тысяч златых, пытаясь залечить мою психологическую травму.
Зажмурившись, я продолжила двигаться к лестнице, а нащупав ее носком правой ноги, чуть не закричала от облегчения. Дальше все пошло как по маслу. Быстро спустилась, от куста к кусту пробежалась до ворот, где в сторожке дрых охранник, набрала код, дождалась, когда откроется дверь и выбежала наружу.
– Не спрашивай, – еле переводя дыхание, прошептала я, заметив удивленный Полинин взгляд. В ответ подруга лишь пожала плечами, и завела мотор.
– Салфетки и расческа в бардачке, – бросила она, прежде чем мы рванули с места.
«Дольче» ничем не отличался от уже виденных мной ночных клубов. Посредственная музыка, тусклое освещение, сомнительный контингент, и паршивое обслуживание. Зато цены дешевые и вполне мне по карману.
– Что тебе заказать? – перекрикивая музыку спросила меня Поля, когда мы протиснулись к барной стойке.
– Если в этом месте есть хороший лимонад, я проглочу свои туфли.
– Не нуди, Эль! Пузырьки на месте, и ладно! – и вправду, чего это я?
Махнула рукой и стала ждать, когда она сделает заказ.
Бармен, явно запал на голубоглазую красотку, чьи длинные розовые волосы спадали до обтянутой узкими джинсами попы. Забыв про остальных посетителей, он разливал по бокалам наш лимонад, не сводя заинтересованного взгляда с моей подруги.
– Позвони мне, – подмигнул он ей, когда мы собрались отойти к только что освободившемуся столику.
– Ага, – как-то рассеяно, а значит не сильно заинтересованно, улыбнулась ему Поля.
– Подожди, а мой номер телефона?
– Если ты моя судьба, я угадаю его с первого раза! – махнула она рукой на прощание.
– Бедняга, – улыбнулась я, падая на диван.
– Я пришла сюда расслабиться, а не заводить новые знакомства, – протянула Полина и начала оглядываться по сторонам, – мне на сегодня уже хватило. Черт! Черт, черт, черт!
Она уставилась на соседний столик, где разместилась веселая компания, состоявшая из четырех девушек и трех парней, в одном из которых я узнала Елагина. А Глеб, похоже, узнал нас.
Что-то шепнув сидевшей у него на коленях девчонке, он поднялся с места и направился в нашу сторону.
– Какого черта вы тут делаете? – чуть ли не прорычал он, обращаясь непосредственно к Поле.
– Могу задать тебе тот же вопрос, – ехидно усмехнулась подруга. Откинувшись на спинку дивана, она закинула ногу на ногу и сделала глоток из своего бокала.
– Адский цветочек, тебе, в отличие от меня, нет еще двадцати одного. Как ты сюда попала?
– Фальшивые права открывают двери куда угодно, Елагин. А теперь прошу, оставь нас и иди развлекай свою очередную подружку. Мне твоего общества еще днем хватило, – процедила Полина, и отвернулась от настырного парня, чьи зеленые глаза сейчас горели ярче софитов.
– Оставлю, после того, как мы с тобой поговорим. Наедине, – последнее слово он с извиняющейся улыбкой адресовал уже мне.
– Эль никуда не пойдет!
– Всего лишь на минуту, я долго тебя не задержу.
Эти двое, если заведутся, могли спорить до скончания лет, поэтому я решила взять дело в свои руки.
– Поль, я схожу пока, потанцую, а вы поговорите, – шепнула я на ухо подруге и вышла из-за стола.
Надо признаться, время я выбрала не самое удачное. Танцпол встретил меня скачущими в разные стороны яркими огнями и медленной музыкой, под которою танцевали влюбленные парочки. Но деваться некуда. Обняв себя руками за талию, я закрыла глаза и отдалась ритму.
Плавно двигаясь под надрывную мелодию, я забыла обо всем на свете, включая вчерашний вечер. И Дэша забыла, и зазнобу его брюнетистую. Осталось только ощущение невесомости и покоя.
Музыка сменилась на более зажигательную и людей на танцполе заметно прибавилось, но я словно выпала из реальности, продолжая кружить в одном, слышимом только мне, ритме танца. А когда опомнилась, и нашла глазами наш с Полиной столик, он был пуст.
Не успела я дойти до дивана и сесть, как напротив приземлился симпатичный блондин. Вроде бы один из тех, что крутился рядом со мной на танцполе, но это не точно.
– Мне понравилось, как ты двигалась, – улыбнулся парень, – не хочешь еще потанцевать?
– Прости, но я устала. Сейчас вернется моя подруга, сможешь пригласить ее, – а ведь еще неделю назад я была бы рада его вниманию, и ответила согласием на его предложение…
– Я не представился. Меня зовут Артем.
– Ариэль.
– Какой красивое имя, и очень тебе идет. Может, пока ждем твою подругу, выпьем за знакомство?
И снова я открыла рот, собираясь ответить отказом, но сидящая в голове заводная обезьянка ударила в гонг и заверещала – «новая жизнь!»
– С радостью, но мой бокал почти пуст.
– Посиди секунду, я сейчас, – он поднялся с места, – что тебе взять?
– Минеральную воду. Мне завтра… рано вставать.
Артем вернулся через минуту держа в руке мой заказ и какой-то розовый коктейль для себя. Сев на то же место, напротив, он предложил чокнуться, а когда я поддержала и сделала первый глоток, не сводил пристального взгляда с моих губ.
После двух глотков я почувствовала неладное. И дело было не в том, что Полины не было довольно долгое время, и пора было ей позвонить. Мне начало казаться, что моя голова утонула в чем-то очень мягком, а ротовая полость онемела.
Вроде хочу что-то сказать, а выходят какие-то чавкающие звуки, и так щекочет во всем теле, что хочется смеяться.
Меня за талию подхватили чьи-то руки и повели в сторону выхода, а уже на улице я перестала что-либо соображать. Сознание вопило о том, что надо вырваться из хватки, вернуться в клуб, разыскать подругу и поехать домой, но зудящее во всяких неположенных местах тело ему не повиновалось.
Ему, – то есть неугомонному телу, – хотелось праздника и медведей!
– Какие у тебя красивые плечи, – лепетала я, изучая своего похитителя, – и подбородок ничего, только ноздри великоваты.
Я подняла руку, чтобы ткнуть в них пальчиком, но промахнулась и чуть не упала. Блондин удержал.
Стоя рядом с машиной, я прекрасно понимала, что со мной происходит что-то неправильное, и все равно собиралась сесть внутрь. Но стоило парню открыть дверь, как за нашими спинами раздался грозный рык.
– Собачка! Я их обожаю! Давай, возьмем ее с собой?
Глава 9
Какого черта он забыл в этом притоне? Душная музыка, душная атмосфера, даже старые приятели, с которыми он по молодости проводил все свое свободное время, с годами превратились в тех еще душнил.
Заперев дверь ВИП-кабинки, они сейчас развлекались с приглашенными девицами, радостные визги которых перекрывали даже бьющую по ушам музыку.
Поморщившись, Дэш облокотился о перила, и со второго этажа принялся разглядывать беснующуюся внизу толпу.
Можно было бы плюнуть на все и вернуться в квартиру к Злате, но этого ему сейчас хотелось меньше всего. Он и в «Дольче» согласился приехать, лишь бы сбежать от надоедливой любовницы, которая после вчерашнего вечера в родительском доме, пару раз намекнула ему на более тесные узы.
Если бы они находились в Проточном, он бы уже предложил ей расстаться друзьями и нашел другую, менее надоедливую и требовательную особу, но девушка приехала сюда ради него, и рвать с ней вот так, ни с того, ни с сего, было бы просто некрасиво.
Придется прилично раскошелиться на отступные, но что эти траты по сравнению со свободой? Мелкие неприятности, которые он даже не заметит.
Внезапно взгляд зацепился за знакомые, женственные изгибы и вторая сущность сделала стойку.
Ариэль.
Ее имя ударило в голову, как приливная волна, заставляя вытянуться высокое, поджарое, мускулистое тело. Расслабленность и скука испарились в ту же секунду. И пусть сознание кричало о том, что он валяет дурака, пялясь на красивую девчонку словно прыщавый подросток, живущая в нем темнота требовала спуститься вниз, схватить ее за руку и увести подальше от назойливых глаз танцующих рядом с ней парней.
Маленького роста, сочная, как апельсин, она выделялась на фоне шаблонных красавиц модельной внешности своей изысканностью и в то же время душевной простотой. Как глоток свежего воздуха, как благодатный дождь в период засухи.
Наблюдая за ее плавным танцем, Дэш не смог не признать – он ее хочет. Наверное, даже с той самой первой встречи на кладбище, когда она, распластавшись под ним, шевелила пухлыми губами, испугано лопоча что-то там о своем коте.
Твою мать, и что ему делать? Она же ровесница его младшей сестры, и девятилетняя разница в возрасте как пропасть, которую не обойти. Ее жизнь – это клубы, парни, тусовки до утра, а он уже слишком стар для этого дерьма.
Даже если пойти на поводу у родителей и взять ее в жены, как долго продлиться его увлечение? Неделю? Месяц? А потом она проклянет тот день, когда они познакомились и его самого.
За своими мыслями он не заметил, как Ариэль покинула танцпол, и нашел ее уже сидящей за столиком в компании какого-то парня. Подавив взбунтовавшуюся тьму, он уже собрался было отвернуться, спуститься вниз и покинуть клуб, как картинка сменилась.
Подхватив девчонку под руку, блондин повел ее к выходу, и все бы ничего, но сейчас ее шатало так, словно она в одиночку ящик горячительного прикончила. При чем в максимально короткие сроки.
Ни секунды не раздумывая, Дэш бросился за ними, но веселящаяся толпа не дала развить нужную скорость. Когда он выбежал на улицу, парочка уже стояла около машины.
Остановившись за их спинами, мужчина сжал кулаки и сцепил зубы, еле сдерживая обращение. Еще одна странность к анализу которой он вернется.
Позже. А сейчас… с губ сорвался низкий рык.
– Собачка! Я их обожаю! Давай, возьмем ее с собой? – захлопала в ладоши еле держащаяся на ногах девушка.
Блондин резко обернулся и выпучил глаза. Жуткий оскал, скрививший губы Дэша, испугал бы даже бывалых бойцов, а в этом щуплом задохлике смелости было только пудрить мозги молодым девушкам.
Оттолкнув Ариэль в сторону, парень бросился бежать, но кулак разозленного демона был быстрее. Миг и на парковке лежала нокаутированная туша.
– Упс, – прижав ладонь к губам, Ариэль некоторое время изучала поверженного похитителя, а затем перевела расфокусированный взгляд на спасшего ее мужчину и хохотнула, – знаешь, а твои плечи мне нравятся намного больше…
– Что ты тут делаешь? – процедил Дэш, прежде чем схватить ее за руку и прижать к себе.
– Пришла начать новую жизнь, – медленно выговаривая слова, она расслабилась в его объятиях, и принялась пальчиками изучать его щетину, – пошли, потанцуем.
Она потянула его в клуб, но он остался стоять на месте.
– Ты что-то пила? Принимала? Как себя чувствуешь? – спросил мужчина, внимательно изучая ее лицо.
– Я пила… минералку, принимала… флирт вот этого парня, – она покачнулась, чуть не споткнувшись о лежащего без чувств блондина, – а теперь, когда ты со мной, красавчик, чувствую себя отлично! Хватит занудных вопросов, я хочу танцевать!
– Натанцевалась, детка. Сейчас ты сядешь в мою машину, и я отвезу тебя домой.
– А если я откажусь? – она начала усиленно водить пальцем по своему соблазнительному декольте и Дэшу пришлось приложить не мало усилий, чтобы не опустить взгляд.
– Не вынуждай меня забросить тебя на плечо.
– А ты можешь? – в ее тоне проскользнули дразнящие нотки, а аквамариновые глаза зажглись азартом.
– Мне это скорее всего еще и понравится, – прошептал он себе под нос.
Умудрившись вырваться из его хватки, девушка нетвердым шагом направилась ко входу в клуб, но все время оглядывалась, будто ждала, когда же он ее догонит. Мысленно чертыхнувшись, Дэш рванул за ней, как и обещал, забросил на плечо, и понес несостоявшуюся беглянку к своему, припаркованному неподалеку внедорожнику.
Он не собирался дотрагиваться до ее обтянутой платьем попы, но это вышло само собой. Уж очень сильно она ерзала, так и норовя соскользнуть на землю.
Боги, эта часть ее тела не обманула ожиданий. Она оказалась мягкой, круглой, и прекрасно умещалась в его ладони, уводя мысли мужчины по кривой дорожке.
Открыв пассажирскую дверь, он посадил ее на место и пристегнул ремень безопасности. Ариэль даже не пыталась сопротивляться, лишь откинулась головой на спинку и глубоко вдохнула.
– Тут пахнет тобой, – улыбнулась она, прикрыв от удовольствия глаза.
Застывший было демон, тряхнул головой, чтобы развеять охватившее его наваждение, закрыл дверь, обошел машину и занял водительское сиденье.
Открыв бардачок, он вытащил небольшую бутылку с водой и протянул ее Ариэль, дождался, когда она сделает глоток и завел мотор.
Уже тронувшись с места, Дэш почувствовал, как ее ладони заскользили по его скрытому рубашкой плечу. Девушка елозила на месте, словно в ее теле поселилось семейство термитов, кочующее из одной конечности в другую.
– А почему тебя зовут Дэш? Это так… необычно.
– Мое полное имя Дэшамиэль.
– Серьезно? – выпучила глазки белокурая прелестница, – у меня для тебя плохие новости, красавчик. Нормальные родители любимых детей так не называют.
Ее непосредственность поражала. Что бы она не приняла, эта штука действовала как сыворотка правды. Не сдержавшись, Дэш откинул голову и рассмеялся.
– Мои родители не при чем. Имя мне выбрала моя бабка, могилу которой ты пыталась осквернить. Кстати, ты так и не рассказала кто был твоим соучастником?
– Тшшшш, это большая тайна! Не хочу, чтобы Поле из-за меня влетело, – приложила пальчик к губам Ариэль.
«И первым делом от меня», – подумал мужчина, следя за дорогой. Решив, что девушка задремала, он расслабился, но, как оказалось, зря.
Отстегнув ремень безопасности, чертовка пролезла у него под рукой, схватилась за плечи и оседлала его бедра.
– Дэш, я хочу от тебя ребенка! – машина резко дернулась вправо, но водитель сумел справиться с рулем и ударил по тормозам.
– Ариэль, черт бы тебя побрал, – выругался он, но заметив жалобный взгляд практически лежащей на нем девушки, постарался успокоиться, – давай, не сейчас? Уже поздно, а мне завтра рано вставать.
– Пожалуйста, хотя бы один поцелуй. А потом возвращайся к своей гадкой жабе, – захныкала она, обвивая его шею руками и притягивая ближе.
Не встретив сопротивления, Ариэль раскрыла губы, и нежно слила их рты воедино. Ее неумелые прикосновения застали Дэша врасплох. Застыв, он пытался взять под контроль свою тьму, что настойчиво шептала разложить девушку на сиденье и взять то, что она с такой легкостью ему предлагает.
И, может, у него бы получилось приструнить свою темную половину, но Ариэль пустила в ход запрещенное оружие. Свой язычок.
Его как с цепи сорвало. Обхватив ее талию, он прижал ее к своей груди и ответил.
В ту секунду, когда Дэш попробовал ее рот, он послал все к черту. Их словно проглотило бушующее пламя. Время перестало существовать, как и пейзаж за окном. Вовсю играя языками в хоккей, они пробовали друг друга на вкус. Его ладони ласкали ее бедра, а ее гладили его плечи и волосы на затылке. Они целовались до тех пор, пока окружавший их воздух в машине не нагрелся и не стал потрескивать от электричества. А отпрянув друг от друга, начали судорожно ловить ртами воздух.
– Одно твое слово и я увезу тебя домой, – в глубине его черных глаз зажглось голодное пламя.
– Тогда я лучше промолчу.
Глава 10
Картинка растекалась перед глазами, как краски по холсту.
Я была не способна сфокусировать взгляд. Не способна видеть сквозь серую дымку. Мне что-то говорили, куда-то несли, но мое сознание, как будто не участвовало в этом.
Мне было известно только одно, я в безопасности, с Дэшем. И чувство неправильности происходящего исчезло, стоило ему оказаться рядом. Задыхаясь от наслаждения, я ощущала, как меня бросает то в жар, то в холод. Под пальцами напрягались мускулы, а одежда…
Куда делась наша одежда?
Горячие прикосновения и поцелуи унесли прочь последние мысли. Я сконцентрировалась на удовольствии, что дарил мне мужчина, и оно же стало моим единственным якорем. Казалось, отпущу и все исчезнет. А мне этого совсем не хотелось.
– Не торопись, Ариэль, – будто сквозь вату донеслись его слова.
– Сейчас-сейчас! – это мой голос? А почему такой… странный? – я в книге читала. Надо поддать жару, потом запустить цунами страсти, включить режим вибрации, и в конце гусеничкой прогнуться.
Ответом мне стал приглушенный смех.
– Только не гусеничкой, я и так еле держусь! – кажется, я пыталась еще что-то добавить, но Дэш заткнул мне рот поцелуем.
Его язык творил чудеса, руки зажигали в моем теле огни желания, а когда я поняла, что больше не вынесу, – и даже, кажется, заявила об этом вслух, – тело пронзила острая боль.
– Боги, Эль… – он резко остановился.
Я не могла видеть его лицо, как и всего остального, только слышать и чувствовать, но как раз это и пугало больше всего.
Звериный рык, что сорвался с его губ, пустил по позвоночнику толпу марширующих мурашек, его тело пылало от жара, а плечи, за которые я держалась, увеличились в размере.
Мои пальцы медленно поползли вверх по его шее, запутались в волосах, а затем я нащупала самые настоящие… рога. Толстые, жесткие и очень горячие. Я даже, кажется, пламя на кончиках разглядела.
Фух! Я сплю. Это всего лишь сон. Странный эротический сон, где Дэш предстал в роли демона.
А потом лежащий сверху мужчина прошептал что-то про какую-то истинную пару и возобновил ласки. Реальность окончательно помахала ручкой, оставив нас двоих в мире фантазий.
Жажда за ночь высушила мое горло до состояния раскаленной пустыни. Мышцы болели. Даже в тех местах, где я и не подозревала, что там может что-то болеть. По вискам, казалось, стучали молоточками, а конечности объявили мне бойкот.
Я еще ни разу не просыпалась такой адски уставшей, словно не спала всю ночь, а марафон бежала.
Сдунув с глаз упавшую на лоб челку, я приподнялась на локтях и приоткрыла сначала один глаз, а затем второй. Свет ударил резко, исподтишка, заставив зажмуриться и потрясти головой. А потом в сознании как лампочка загорелась.
Это не моя комната!
Резко распахнув глаза, я сначала оглядела огромную двуспальную кровать, что была больше моей ровно в два раза, а затем уставилась на спящего рядом мужчину.
Дэш? Что он… что мы тут делаем?
Одна его рука лежала под подушкой, а вторая покоилась на идеальной, загорелой груди.
Еще вчера, в своем дневнике, я сравнивала этот образчик мужской красоты с шоколадным тортом. После увиденного обнаженного тела никаких других вкусностей для меня отныне просто не существует.
Мой взгляд опустился ниже, и только заметив наброшенное на его бедра и скрывающее все стратегические места покрывало, я смогла перевести дух.
Осторожно, чтобы не потревожить его сон, я оттянула второе покрывало, в которое была завернула словно в ролл, и чуть не завизжала, обнаружив, что лежу под ним абсолютно голая.
Ни клочка одежды, даже трусиков.
А самое страшное, я ничего не помнила, ни как мы встретились, ни как я тут оказалась. Несомненным был лишь один факт – мы переспали. Тут к гадалке не ходи.
Так, Эль, напряги мозги и постарайся вспомнить, что вчера произошло.
Память услужливо подбросила картинку, где я, спустившись из окна, понеслась к воротам. Полина машина. Клуб…
КЛУБ! Что там случилось? И где Полина?
Задавив в зародыше мысль о том, чтобы разбудить Дэша, – не хватало еще от стыда окочурится, – я аккуратно соскользнула с кровати, подняла лежащее на полу платье, надела его и принялась искать трусики.
Не нашла. Зато обнаружила свою кожаную куртку на кресле и сумочку на комоде, а в ней телефон с кучей пропущенных. Почти все они от Поли, и только один с неизвестного номера. Но, скорее всего, тоже от нее.
Отец с Ангелиной не звонили, а значит, они еще не в курсе, что я не ночевала дома. Пока не в курсе.
Прокравшись на цыпочках к двери, я оглянулась на кровать, где сейчас спал Дэш, и чуть не заплакала, понимая, что в голове не сохранилось ничего о прошедшей ночи.