Хранитель Знаний Великой Инквизиции, третий брат главы ангельского клана Радуриэль и один из Грандмагистров Ордена Великой Инквизиции — Джедутун Радуриэль, разбирал бумаги, расположившись в удобном кожаном кресле за огромным рабочим столом в личном кабинете собственного особняка, когда засиял красный Кристалл Связи. Прекрасное светлокожее лицо ангела исказила хмурая гримаса. Время от времени он жалел, что связался с тем, кто дал ему этот кристалл.
— Слушаю, — мысленно произнес Джедутун, коснувшись мерцающего, похожего на остроконечный маяк, средства связи.
— Приветствую тебя, Брат, — в голове ангела зазвучал раскатистый бас Гроссмейстера Ордена Черной Инквизиции Элигора Люцифера.
— И я тебя, Брат, — подавив отвращение, ответил Грандмагистр. Все-таки сложно ангелу называть демона братом. Да и служат они разным Орденам, пусть и братским.
— Мне снова нужна твоя помощь, Брат, — проговорил Элигор. Джедутун покачал головой. «Как и всегда», — мелькнуло в его мыслях. — Мы не можем найти Осевую жертву.
«Не удивлен» — подумал ангел, совершенно не опасаясь, что его мысли «услышит» собеседник. Кристалл Связи передает только направленные импульсы.
Джедутун прекрасно знал необходимые для Ритуала условия. Ведь именно он, пользуясь положением Хранителя Знаний, нашел засекреченные сведения в архивах Ордена Великой Инквизиции и передал их Элигору.
Ему нравилось то, чего хочет добиться этот Люцифер. Именно поэтому ангел согласился помогать демону, хоть и с самого начала сомневался в результате.
А как иначе? Ведь Ритуал ни разу не проводился! Создавший его Орден Праведности был уничтожен как раз перед решающим этапом. После ста лет подготовки!
Однако в этот раз не придется ждать сто лет. Столько времени «праведникам» потребовалось, чтобы напитать артефакты нужным количеством энергии. Каждые десять лет одни и те же вещи — плащи, оружие, украшения — купали в чане со свежей кровью ангелов, богов и демонов. Таким образом за сотню лет Орден Праведности принес в жертву тридцать чистокровных осевых аристократов. И когда до заветной цели оставалось совсем чуть-чуть, когда артефакты были готовы, и пришло время начинать сам ритуал, планы Ордена были раскрыты.
Тогда Орден даже не успел собрать четыре столповые жертвы. Сейчас же Элигор сделал это. Он уже умертвил по представителю от каждой Старшей Расы (не считая Отшельников) и одного бастарда. Каждое жертвоприношение проходило по индивидуальному сценарию, но для каждого нужен был отдельный кровавый артефакт Ордена Праведности.
И вот сейчас Элигор вплотную подошел к завершению Ритуала. У него есть один неиспользованный кровавый артефакт, но нет последней жертвы. Осевой жертвы.
— Я предупреждал, Брат, — мысленно произнес ангел, — что будет сложно. Агнезии Вероломной повезло, — припомнил Джедутун Пятого и последнего Гроссмейстера Ордена Праведности, — у нее была на примете подходящая жертва. Тот, в чьих жилах текла кровь всех трех вождей — Владыки Демонов, Отца Богов, и Повелителя Ангелов., приведших в эту Ось Миров наших предков.
— Ты сказал, что потомков этой жертвы не осталось, — холодно отрезал Элигор. — Так что не будем тратить время впустую. Мы искали похожих и никого не нашли. Поэтому прошу тебя, Брат, загляни еще раз в свои архивы. Неужели Гроссмейстеры Ордена Праведности не предусмотрели другие варианты?
— Это и есть «другой вариант», Брат, — хмыкнул ангел, — Идеальная осевая жертва — носитель крови Осевого Короля.
— Не зли меня, Брат! — даже через Кристалл Связи ангел почувствовал мощную ёки демона и непроизвольно сжался. — Оставь эти байки детям! Ты не хуже меня знаешь, что никто воочию не видел Его! Лишь Его Волю! Не факт, что у него есть плоть, и уж тем более потомки, — Элигор немного успокоился и добавил: — Так ты поможешь мне, Брат?
Мотнув головой, Грандмагистр взял себя в руки и тут же ответил:
— Конечно. Я поищу другие варианты.
***
За моей спиной растянулась разношерстная армия. Люди, гули, вампиры — кого только не было в наших рядах! Но все равно количеством мы уступали войску короля.
— В бой!!! — закричал полководец наших врагов, и огромная серая лавина хлынула вниз с высокого холма.
— В бой, — выдержав паузу, скомандовал я, припустив коня.
От лошадиного топота и боевого клича закладывало уши. Не сводя глаз с противника, я достал из ножен катану, провел лезвием по ладони левой руки и выпустил волну ёки.
— Я демонстрирую тебе свою силу, — выговорил я заученные слова, — но я даю тебе и свою кровь. Прими ее и увидь во мне равного, а не господина, о гордый дракон.
Поднял руку с мечом к небу, и с лезвия тут же соскочила огромная белоснежная молния, мгновенно превратившаяся в грозовое облако, а после в грациозное крылатое существо.
— На этот раз я помогу тебе, демон, — представитель Древней расы произнес то же, что и обычно, и устремился в сторону королевской армии.
Из-за ослепительной вспышки пришлось зажмурить глаза и отвернуться. Обученный боевой конь заржал и, встав на дыбы, едва не сбросил меня. Но его ржанье, как и общий гомон обеих армий, полностью растворилось в оглушительном раскате грома.
В нос ударил запах паленой кожи, я поморщился. Прильнув к длинной шее жеребца, я смог его успокоить. Грохот начал стихать, слуха коснулись полные боли стенанья и изумленные крики врагов. Молнии перестали слепить глаза, и мы наконец-то увидели последствия моей атаки.
— Ух ты…— восхищено выпалила Инси, верхом на огнегривой кобыле скачущая слева от меня.
— Вперед!!! Не останавливаться!!! Сметем остальных!!! — вскинув к небу руку с саблей, громко скомандовала Лисанна. — За Ильяриза!!!
— За Ильяриза!!! — вторил ей хор возбужденных бойцов.
Естественно, дракон не уничтожил всех врагов, но изрядно сократил их количество — сокрушил первые ряды, тем самым сильно увеличив наши шансы на победу. Крепко сжимая в правой руке катану, а в левой поводья, я вел коня и свое войско прямо на врага. Перескочил через обгорелое безжизненное тело, затем еще через одно и продолжил нестись по трупам на их еще живых товарищей. Замахнувшись мечом, пустил белоснежную молнию, повергнув сразу пятерых неодаренных. До королевских солдат оставалось пара десятков метров. Еще немного и…
И пространство вокруг залило знакомой музыкой. Она звучала отовсюду, но мне казалось, остальные ее не слышат… Ну конечно не слышат! С чего бы им слышать звонок моего телефона?
С трудом разлепив глаза, я потянулся за мобильником. Глянул на дисплей — хм… номер не знаком? Кому и что от меня понадобилось в половине второго ночи?
— Алло? — как можно тверже проговорил я.
— Илья? — встревоженно защебетал динамик приятным женским голосом. — Это вы приходили к нам в магазинчик, верно? Это Адда!
«Адда… Адда…»— лениво заворочались сонные шестеренки мозга. А! Точно! Сестра Арнольда!
— Да. Это я, — бодро ответил. — Что случилось?
— На нас напали! Вампиры! — с истерикой в голосе залепетала девушка. — Брат пока держится, но… но…
— Хорошо, я все понял, — перебил я. — Где вы?
— У нас в магазинчике.
— Скоро буду, — пообещал я, нажал отбой и вскочил на ноги.
Пока натягивал штаны и футболку, размышлял о том, какого лешего они ночуют в комиссионке, а не у себя дома. Ответа так и не нашел.
Выбежав из комнаты, забарабанил по соседней двери кулаками:
— Кимира! Подъем! Срочно выезжаем, дела появились!
— А? — послышалось из комнаты сонное бормотание, тут же сменившееся уверенным голосом. — Одну минуту!
— Я жду в машине!
Развернулся на пятках и оказался перед другой дверью. Потянулся, чтобы постучать, но она уже отворилась сама:
— Что-то произошло? — потирая глаза, спросил завернутый в пустой пододеяльник Коля.
— На оборотней напали! — быстро ответил я. — Езжай в сторону одиннадцатой больницы, там лежит Андреас — брат Арнольда. Прибудешь на место, осмотритесь и жди моего звонка.
— Эм… Понял, — кивнул Николай.
Спустя минуту я сидел за рулем «Сонаты» в ожидании Кимиры.
Пять дней я провел на больничной койке. Время от времени приходил в себя, но в основном спал, восстанавливая разорванные каналы праны. Выпустили из лазарета меня только сегодня после обеда, так что вторую половину дня я провел за ноутбуком — разбирал накопившиеся дела, то и дело хватаясь за голову. Половина моих стараний едва не пошла прахом — только что начавшееся ютуб-шоу могло вполне и закрыться за то время, что я валялся батоном. Если бы не Коля. Он взял на себя смелость снять немного денег с моих счетов и заплатил цыганам за простой. А ведь те уже собирались сматывать удочки. Ушлые ребятки…
Естественно, застопорилось и открытие новых бутиков. Однако там было проще — Коля связался с Егором и каким-то чудом уговорил бухгалтера внести депозитный платеж за аренду, тем самым забронировав место. Но тянуть долго все же не стоит, а то уже франчайзеры решат разорвать договор.
Столько дел… Запланировал на завтра кучу выездов, но теперь вот это… Эх, сложно совмещать битвы с ведением бизнеса. Определенно, нужно думать о том, как самоустраниться от управленческой деятельности. И с шоу нужно что-то решать…
— Я готова! — запрыгнула в машину волшебница. — Что случилось?
Глянув на нее, я надавил на газ и тронулся с места. Если я не организую постоянный приток денег и уж тем более Влияния, не факт, что смогу противостоять тем, кто еще может заявиться по мою душу. Последние недели показали, что нежданная кровавая бойня может начаться абсолютно в любой момент. Нужно быть готовым. Нужно быть сильным.
Но конкретно сейчас гораздо важнее сосредоточиться на помощи семье Арнольда и выкинуть лишние мысли из головы.
Охранник молча открыл ворота, и мы выехали на проезжую часть. Я пересказал Кимире свой разговор с Аддой. Волшебница задумалась.
— Мы не хотели тревожить тебя раньше времени, — после минутного молчания проговорила она. — Все-таки ты еще не восстановился полностью, и тебе прописан отдых и покой.
— Как и тебе, — отозвался я, искоса глянув на женщину. Ее выпустили из лазарета всего-то на день раньше меня.
— Верно, — кивнула Кимира. — В общем, мы умолчали, что позапрошлой ночью главу вампирской общины — Бориса Бладинского, убили в его коттедже. Оборотень и демон.
— Что??? — изумленно выпалил я. — Да вы…
— Мы все сделали правильно, — вздохнула она. — Думаю, сказали бы тебе завтра вечером. Но кто ж знал, что так случится.
— Хм…— только и смог ответить я.
— Так что, может быть, остановишь машину и хорошенько подумаешь? Стоит ли нам соваться туда, не имея ни малейшего представления, что нас ждет, а? Ладно, если одни вампиры, а если…
— Стоит, — перебил я, даже не думая снижать скорость. — Я обещал.
Но на всякий случай достал телефон и набрал Лукина. Сегодня вечером ни его, ни Такэдзо я на базе не видел. А Гоблин (как, к слову и Горланд) до сих пор не пришел в сознание.
— Илья? А я как раз собирался тебе звонить, — сообщил мне из трубки голос Кости. — Ты куда рванул-то?
Хм, доложили, значит, уже.
— В комиссионку Арнольда. Их окружили вампиры.
Пару секунд динамик телефона молчал.
— Понял, — резко произнес Лукин. — Напомни адрес, я тоже подъеду.
По пустым дорогам мы быстро добрались до улицы Энтузиастов. Перед пересечением со Столыпина, Кимира в третий раз спросила:
— Может, остановимся? Дождемся Лукина?
Я же снова подумал, что стоит, пожалуй, уже рассказать телохранителям о моей способности. Они дважды насмерть бились ради меня. Кому еще доверять, если не им? А так, когда узнают, глядишь, и больше будут верить в меня.
— Все нормально. Мы сами справимся.
— Но…
— Все будет хорошо. И ты, и я благополучно переживем сегодняшнюю ночь. Как, надеюсь, и семья Арнольда.
— Откуда такая уверенность? — покачала головой волшебница.
— Скоро расскажу, — улыбнулся я. — А пока придется тебе верить на слово.
Через минуту впереди показался нужный нам дом. Подъезжая к многоэтажке, я опустил стекла.
— Тихо, — задумчиво проговорил я, сбрасывая скорость. — Никаких странных звуков.
— Должно быть, «Ящик морока», — предположила женщина, — типа тех, что использовали Черные Инквизиторы, когда напали на нас посреди дороги.
Я кивнул. В тот раз враги создали иллюзию, что на дороге с обеих сторон от нашей базы ведутся работы. Проиграв, они потеряли два артефакта, которые перекочевали к Гоблину и Кости.
Сейчас же, похоже, на окружающее пространство наложен морок, не создающий фантомы (вроде несуществующего асфальтового катка), а просто показывающий эту же местность, но пустой. Как будто ее отсняли перед нападением, а теперь крутят по кругу одно и то же видео.
Когда мы доехали до торца здания, кругом все еще было тихо — закрытый подвальчик комиссионки, вокруг ни души. Но стоило повернуть и проехать еще несколько метров:
— Г-Р-Р-Р-А-А!!! — неистовый рев, взорвавший тишину, едва не уничтожил мои барабанные перепонки. Вместо умиротворенной картинки, мы стали свидетелями ожесточенной схватки. Я впервые видел вампиров в их иной форме: тощие впалые животы, сгорбленные спины, длинные изогнутые когти да черные жемчужины вместо глаз могли бы напугать до смерти обычного человека. Я же к подобным особенностям внешности отнесся ровно. А вот прически кровососов меня позабавили — длинные жесткие волосы стояли торчком, точно иглы дикобраза.
Я насчитал шестнадцать нападавших. Причем пятеро из них, истерзанные и истекающие кровью, уже корчились на асфальте. Еще трое, зажимая разорванные бока и плечи, пытались сражаться, вместе с остальными взяв в полукруг Арнольда, который своей мохнатой тушей прикрывал вход в подвал.
— Г-Р-Р-А-А!!! — снова зарычал едва стоявший на ногах волк-оборотень и могучей лапой вдарил наотмашь самому ретивому из вампиров. Поднырнув под лапой, кровосос сократил дистанцию и вогнал сразу четыре светящихся коралловым когтя в живот Арнольду.
— Оурх…— сдавленно прохрипел оборотень, попятившись. Именно в этот момент ему в грудь врезалась громадная каменная глыба, созданная вампиром-магом.
— Никого не убивать! — скомандовал я, собираясь взять построение кровососов на таран и подъехать прямо ко входу в подвал. Однако нас заметили — второй маг, резко взмахнув рукой, сотворил толстую каменную пику, устремившуюся прямо в лобовое стекло «Сонаты».
Дверь машины распахнулась и моментально захлопнулась, а моя телохранительница оказалась на крыше автомобиля, короткой молнией разрушив камень. Через миг сразу пять тоненьких молний ударили в загородивших дорогу вампиров. Наши противники смогли защититься от атаки волшебницы, но не отбить ее.
Я надавил на педаль газа. Вампиры, так и не сумев сбросить с себя тоненькие молнии, сиганули в рассыпную. Поравнявшись с шатающимся оборотнем, я резко вдарил по тормозам. Сразу три кровососа висели на измученном Арнольде.
Я распахнул водительскую дверь и выскочил наружу, одним движением выхватив катану, запустил в рванувших на нас противников белоснежную молнию. Позади трещали разряды электричества — Кимира бросилась на помощь раненому оборотню. Волшебница скинет с него троих прилипал, мне же нужно задержать остальных!
— Стоять!!! — проревел я, выпустив вокруг себя кольцо черного дыма. Почувствовав ёки вампиры замерли, точно вкопанные.
Я стоял, высоко подняв голову, всем своим видом демонстрируя абсолютное превосходство над кровососами. Шокированные ёки, они поверили в мое доминирование. Эх, знали бы противники, что я сам с трудом держусь на ногах, уже бы разорвали на тысячу мелких демоненков.
— Давайте его в машину! Быстрее! — услышал за спиной голос телохранительницы.
— Угу, — растерянное бормотание, кажется, принадлежало Адде.
Мне нельзя было оборачиваться. Вампиры и так начали уже приходить в себя. Черт…
— Стоять, сказал! — рявкнул я еще громче, и очередная волна черной демонической энергии врезалась в кровососов. Задержала их только на миг, а затем сразу четверо вампиров бросились в бой.
Взмахнул мечом, послав в них белоснежную молнию — не сработало! Когтями, сияющими коралловым светом, кровососы разбили мою атаку на мириады красивых, но совершенно бесполезных искр.
— Илья! В машину! — закричала Кимира.
Мне повторять дважды не нужно. Развернувшись, я нырнул в «Сонату», а в моих преследователей ударила мощная синяя молния волшебницы. Дал по газам, разворачивая автомобиль. Кимира, точно герой боевика, по пояс высунулась из пассажирского окна, жаля вампиров бесчисленными молниями, слетающими с ее растопыренных пальцев.
Двоих я все-таки сбил, но уверен, они выживут, машину-то праной никто не усиливал. Так что для одаренных такой удар, что хороший пинок под зад. Больно, но не смертельно.
Стоило только отъехать от входа в комиссионку, как в зеркале заднего вида вместо обозленных вампирских рож я увидел сонные окрестности магазинчика — «Ящик морока» работал исправно.
Кимира залезла обратно в салон. Я заметил, что Учитель тяжело дышит — видимо, не одному мне тяжело сражаться после битвы с инквизиторами. Наши каналы праны до сих пор полностью не восстановились. Женщине, как и мне, показан покой, а не ночные вылазки с целью спасения семейства оборотней.
Снова посмотрел в зеркало заднего вида. Сейчас меня интересовало не то, что происходит позади машины, а троица, разместившаяся на заднем сидении. Испачкав салон кровью, Арнольд прислонился лбом к стеклу и потерял сознание. Адда и ее мать Альба — хорошо выглядящая для своих лет женщина с темно-русыми волосами до плеч и, как у всего семейства, карими глазами, вскинув руки, направляли в раненое тело оборотня потоки теплой энергии. Увиденное поразило и обрадовало меня. Среди вампиров и оборотней больше одаренных, чем среди людей, но они менее талантливые и редко используют магию. Сражаются обычно, полагаясь на физические возможности своих рас, усиливая себя праной. Эдакий клыкастый и когтистый вариант ведьмака-рукопашника. Редко встречаются семьи со склонностью к магии, чародейству, призывам и тому подобному. Однако сейчас у меня в машине из трех оборотней два целителя. Скорее всего эти способности передаются в роду Альбы по женской линии.
— Спасибо, что помогли нам, — опустив руки, произнесла женщина. — Позвольте и мне помочь вам. Вы не пострадали в этом бою, но я чувствую, как ваши тела терзают старые раны. Страшные раны.
Она развела руки в стороны, и ее ладони снова засияли теплым светом. Я тут же ощутил приятную сладкую расслабленность во всем теле. Посмотрел на Кимиру, волшебница и вовсе растянулась в пассажирском кресле и расплылась в блаженной улыбке.
— Спасибо, — проговорил я, едва не проехав на красный. — Но может быть вам стоит сосредоточится на Арнольде?
— Все, что могли мы уже сделали, — отозвалась женщина. Ее дочь, протяжно выдохнув, тоже перестала лечить брата.
Загорелся зеленый, и мы поехали дальше.
— Я благодарна, что вы помогли нам, — неожиданно заговорила девушка-оборотень, когда я потянулся за телефоном. — И мне неловко вас просить… У нас есть брат — Андреас. Он сейчас в больнице, и я…
— Не беспокойся, — улыбнулся я, выбрав в списке абонентов Колю. — Мой человек уже должен был приехать туда.
После четырех размеренных гудков в трубке послышался настороженный шепот Николая:
— Да.
— Докладывай, — велел я.
— Я на месте. Пробрался на территорию, обошел кругом корпуса. Все тихо. Какие окна его?
Уточнил у Альбы и ответил:
— Второй корпус, со стороны главного входа, шестой этаж, третья палата слева от центра.
— Эм…— протянул водитель. — Ладно, примерно понял.
— Давай. Мы скоро будем. Там решим, что делать дальше.
Я положил трубку и тут же услышал голос матери оборотней:
— А что делать дальше? Нельзя оставлять Андреаса одного. Раз уж вампиры решили от нас окончательно избавиться, придется простить его и забрать из больницы. Приедем, крикнем с улицы — пусть из окна выпрыгивает.
Я недоумевающе обернулся. Хорошо хоть дорога пустая, а то мог бы в кого-нибудь въехать. Черт подери, что вообще несет эта женщина? От ее слов гораздо больше вопросов, чем ответов.
Выдохнув, я снова повернулся к дороге.
— Послушайте, а почему никто из вас не стал исцелять Андреаса, раз уж вы обе целительницы? — Кимира опередила меня, удивленным голосом озвучив один из моих вопросов.
Глянул в зеркало заднего вида и увидел потупившуюся Альбу.
— Я не стала его лечить. И Адде запретила, — тихо проговорила женщина. — Сказала ему, что зла на него и если хочет заслужить мое прощение, должен научиться сдерживаться. Вести себя больше… по-людски, что ли. Поэтому он и оказался в больнице — пусть лечится и думает о своем поведении.
Слушая мать оборотней, я параллельно пытался дозвониться до Кости, а то приедет к комиссионке и наткнется лишь на следы погрома да вампиров, если те еще там. Вот только что-то Лукин не спешит брать трубку. Странно…
— Он старается, — продолжала Альба рассказывать о сыне. — Правда молодой еще. Трудно ему. Два телефона в гневе уже разбил, пока в больнице лежит. Второй сегодня вечером, когда ему сказали, что на этой неделе не выпишут. Думала, завтра ему новый привезу, но кто ж знал, что сегодня… эх. Поэтому не могли мы раньше с Андреасом связаться.
— Туши собачьи тоже ваш младший разбрасывал? — предположила волшебница.
— Ну а кто ж еще, — обреченно хмыкнула старшая целительница.
Да уж, трудный ребенок нам достался. Пожалуй, всем бы пошло на пользу, если б вампиры его тогда прибили. Хотя, в таком случае у меня не было бы подхода к остальным оборотням. А если сейчас не броситься спасать Андреаса, Арнольд перестанет мне доверять, и о том, чтобы видеть его своим Стражем, можно будет вообще забыть.
Стражем… А ведь мне нельзя создавать Стражей? Подробно обсудить эту тему с Лукиным договорились на завтра. Попытаюсь вытянуть из него как можно больше о законах, что так чтят Великие Инквизиторы. О Всепрощении, которое я в ту ночь потребовал по совету едва живого Гоблина. Да и вообще, как дальше жить? Нужно ли мне надрываться ради Стражей? Или…
В любом случае, насколько я понимаю, нельзя проводить Оммаж. Но если мне будут служить без Оммажа, ведь ничего страшного? Это вполне законно, правильно? Коли так, то все в порядке. Я не зря трачу свое время и силы, пытаясь решить этот конфликт и развести по разным углам местного ринга общину вампиров и семейку оборотней. Пусть без Оммажа, но мне нужны верные люд… разумные.
Зазвонивший телефон прервал мои размышления. Глянул на дисплей — Коля.
— Мы подъезжаем. Минуты через три будем, — сразу проговорил я.
— Босс, у нас проблемы! — возбужденно затараторил «водитель». — По небу прилетела какая-то баба, за секунду совершенно бесшумно вырезала стеклопакет палаты, а еще через несколько секунд улетела прочь с парнем на руках. Приземлилась за забором, затолкала бесчувственное тело в микроавтобус, и нырнула туда сама. Они тронулись в путь, я бросился к машине. Чудом их не упустил. Сейчас преследую по улице Металлистов, в сторону выезда из города.
Да что это за ночь потрясений-то? Какого лешего вообще происходит? Баба? Прилетела? И за несколько секунд утащила одаренного в ранге Специалист? Если верить досье Лукина и Гоблина, в вампирской общине просто-напросто нет тех, кто способен сотворить такое.
— Они тебя не заметили? — настороженно спросил я.
— Надеюсь, что нет.
— Отлично. Продолжай преследование. Но сильно не рискуй. Мы едем за тобой.
— Хорошо, — донеслось из трубки прежде, чем раздались короткие гудки.
— Что-то случилось? — осторожно поинтересовалась Кимира.
— Отслеживай в Гугл-Картах местоположение Коли, — велел я. Когда женщина узнала, что в нашем мире возможно отслеживать друг друга через мобильные устройства, сразу настояла на том, чтобы настроить эту функцию на наших смартфонах. Так, по ее словам, шанс, что я могу потеряться, и вовсе приблизился к нулю.
— Хорошо, — кивнула она, нажимая на сенсорный дисплей.
Вдавив газ, я быстро пересказал услышанное от Коли, параллельно пытаясь дозвониться до Лукина — тщетно.
— Андреас… — испуганно прошептала Адда, когда я замолчал.
— Как же так… Разве кто-то из вампиров мог так быстро его одолеть? — изумленно пробормотала Альба. Через мгновенье ее глаза округлились. — Может быть, твой человек ошибся? Может, это не женщина? Может Бладинский! Ну точно! Только он в общине на это способен.
— Бладинский мертв, — сухо ответил я.
Мать и дочь оборотни застыли в полнейшем недоумении.
— Позапрошлой ночью его убили оборотень и демон, — «добил» их я. — Опережая ваш вопрос скажу, этот демон — не я, а кто-то другой. Но и мне хотелось бы уточнить кое-что.
— Это не Арнольд! — тут же выпалила Альба, прекрасно поняв, что я имею ввиду. Я знал, что она не врет.
— Как я и думал. Значит, кто-то подставил меня и вас, чтобы стравить с вампирами. Кто-то очень сильный, и…
Я не договорил — снова зазвонил телефон.
— Алло, — ответил я. — Как раз думал тебе звонить.
— Чего ж не позвонил, увалень? — буркнул в ответ Такэдзо. — Ты где?
— Еду по улице Металлистов. Со мной трое из семьи оборотней. Четвертого, Специалиста, за несколько секунд похитили из больницы. Коля преследует похитителей. Мы следуем за Колей, — быстро ввел в курс дела наставника.
— Ясно, — холодно ответил он. — Возвращайся на базу.
— Что? Я не могу все бросить и…
— На клубешник зеленого и некроса напали, — резко произнес он. — Некрос был еще там, ввязался в бой. С тех пор его никто не видел. Клубешник разнесли к чертям, а некрос исчез. Хозяйка позвонила мне, попросила проверить клубешник и найти тебя.
С каждым его словом я чувствовал, как холодные тиски сжимают сердце. Хозяйкой Такэдзо называл Марину Анатольевну — жену Гоблина. Ну а некросом — Кость.
— А теперь ты говоришь, что Специалиста за секунды раскатали, — продолжал наставник. — В одно и то же время, увалень. Смекаешь?
Несколько секунд я молча держал телефон возле уха.
— На перекрестке сверни налево, — сказала Кимира, исправно выполняя роль навигатора.
Глянув на волшебницу, я молча кивнул.
— Эй, ты все слышал, увалень? — раздалось в трубке бурчание наставника.
— Как думаешь, Кость жив? — быстро спросил я, краем глаза заметив изумление на лице Кимиры. Пассажиры-то не слышали, что мне говорил Такэдзо.
— Очень вероятно, — серьезным голосом ответил он, — некрос ваш не пальцем деланный. Есть у меня кой-какие мыслишки, но пока оставим их. Возвращайся на базу, понял?
— Позже, — сухо ответил я. — Нужно узнать больше о похитителях. Да и Колю без поддержки не могу оставить.
— Как знаешь. Помрешь, домой не приходи. Удачи! — усмехнулся вампир и положил трубку. Да уж, без бутылки не разберешься, что на душе у этого индивида.
— Что, еще проблем добавилось? — настороженно поинтересовалась волшебница.
Я пересказал ей все услышанное от наставника, и какое-то время мы ехали молча. К чести моего телохранителя, она не стала пытаться убедить меня сей же миг развернуть машину и рвануть домой. Понимала, что сейчас это невозможно.
Я переживал за Лукина. Я не верил, что он мог так легко погибнуть, и очень надеялся, что Такэдзо сможет прояснить ситуацию.
Но даже если Кость жив, ему явно сильно досталось, как и тем, кто был в клубе. Сколько погибло? И все это из-за меня… Черт, противное чувство. Ведь не в первый раз по моей вине гибнут люди. После стычки с Черной Инквизицией мы потеряли двоих. Те бойцы умерли, защищая меня. И пусть это их работа, пусть Гоблин выплатил большие компенсации семьям…
Я поступаю правильно. Если остановлюсь — умру. Как умрут и те, кто стоит рядом со мной.
Я крепко сжал зубы, гоня прочь унылые мысли. Не я изначально выбрал себе такую жизнь, но я вполне могу сделать ее лучше. Как и сделать лучше жизнь своих товарищей. Те, кто пойдет со мной до конца, не пожалеет об этом. Я обещаю.
— На следующем повороте направо, — нарушила молчание волшебница. — Хм… скоро из города выедем.
— Похоже на то, — предельно серьезно произнес я, снова взяв в руки телефон и несколько раз нажав на экран. — Алло, Коль? Все нормально?
— Да, еду по трассе, — доложил «водитель». — Их микроавтобус идет ровно, не останавливается, не гонит. Похоже, они думают, что у них все под контролем.
— Ты точно уверен, что тебя не заметили?
На пару секунд в трубке повисло молчание.
— Думаю да, — наконец-то ответил Николай.
— Отлично, — закончил разговор, поймав себя на мысли, что не разделяю его уверенности.
— Вы же поможете нам вернуть Андреаса? — с заднего сиденья послышался полный надежды голос Адды.
— Да, — кивнул я, не сводя глаз с дороги. — Обещаю.
И снова давящее молчание повисло в салоне «Сонаты». Чтобы как-то разрядить обстановку, Кимира потянулась к магнитоле и сделала громче музыку. Из колонок зазвучала песня «Я свободен». Сам не заметил, как начал подпевать легендарному вокалисту.
— У вас приятный голос, — проговорила Альба.
— Спасибо, — уголками губ улыбнулся я.
— Адда у нас тоже хорошо поет, даже в музыкальную школу ходила.
— Мама! — смущенно одернула девушка.
— А что «мама»? — удивилась женщина-оборотень. — Я что ли не могу дочерью похвастаться?
Худо-бедно нам удалось избавиться от излишнего напряжения и даже завязать ни к чему не обязывающий разговор. Оказалось, что Андреас тоже ходил в музыкалку, а Арнольд, кто бы мог подумать, в художественную школу. Все это заслуга Альбы, ее муж был против подобных увлечений.
— Мне вот не дает покоя один вопрос — почему вы ночевали в магазине? — спросила Кимира.
— Так это Арнольд настоял. Боялся, что кровососы нападут на пустой магазин и все порушат. Он был уверен, что если мы будем находиться внутри, ради мелкой пакости кровососы не станут лезть на рожон, — мать оборотней вздохнула и покачала головой. — Мы ж не знали, что Бладинского убили. Кошмар… Теперь они не успокоятся, пока не отомстят.
— Хорошо, что вы позвонили Илье, — поспешила немного сменить вектор беседы волшебница.
— А это Адда постаралась, — улыбнулась Альба. — Расспрашивала у брата после вашего прихода — кто такие, чего хотели. А потом на столе Арнольда увидела бумажку с номером и себе переписала.
— Брат мог потерять, — буркнула в ответ девушка. Мне показалось, она немного покраснела, но в сумраке нельзя утверждать наверняка. — И вообще, я почувствовала, что нужно поступить именно так!
Хм… чувствовала, значит? Слышал, что у оборотней хорошо развита интуиция (особенно у их женщин). Говорят, некоторые и вовсе могут заглядывать в ближайшее будущее. Но с моей Индивидуальной способностью им все равно не сравниться.
— И не прогадала, умница! — похвалила девушку мать.
— Слушай, похоже он остановил… — напряженно глядя в экран, начала Кимира, но замолчала на полуслове, как только зазвонил мой телефон.
— Да, Коль, — ответил я. — Что такое?
— Он остановился, — шепотом доложила волшебница.
— Босс, ты видишь, где я нахожусь? — проговорила трубка, и жестом попросил Кимиру показать экран ее телефона.
— Да, — неуверенно кивнул я и, велев волшебнице уменьшить масштаб карты, снова уставился на пустую дорогу.
— Это тупик, Босс, — проговорил Коля. — Впереди только коттеджный поселок Гнездо Аиста. Я припарковался подальше и выключил фары. Там может быть охрана.
— Хорошо, мы скоро буд…
— Нет, Босс, — перебил меня он. — Мне кажется, вам не стоит сюда приближаться. Вдруг у них есть сенсоры высокого ранга? Тогда вас всех обнаружат. Лучше я один пойду, узнаю что к чему.
Несколько секунд я молча думал над его словами, затем произнес:
— Хорошо. Но только осмотрись и тут же возвращайся. Не вздумай лезть на рожон и рисковать лишний раз. Мы будем ждать тебя у поворота с трассы.
— Договорились, Босс, — в голосе Николая послышались веселые нотки.
Остановив машину в условленном месте, я вышел на обочину и вгляделся вдаль. Кимира молча замерла рядом, а Адда с матерью так и остались сидеть в Сонате. Время от времени оборачиваясь, я видел, как обеспокоенно переговариваются женщины. Слов не слышал, но и без этого понятно, что они беспокоятся о судьбе брата и сына.
Ожидание, словно голодный монстр, пожирало нервные клетки. Пусть я знал, что поступил правильно, меня это не особенно успокаивало. Неизвестно, по какой именно дороге пройдет правильный путь. Конечно, я спрашивал чуйку «безопасно ли это для Коли», но даже моя способность не всесильна. Я не могу стопроцентно знать, что и с кем произойдет.
Пытаясь отвлечься, я напрягал память, вспоминая досье на общину вампиров. Естественно, о Гнезде Аиста в папке не было ни слова. В поисках информации об этом поселке я открыл браузер — не нашел ничего необычно. При иных обстоятельствах в подобной ситуации я позвонил бы Лукину или на худой конец Гоблину. Но сейчас это, к величайшему сожалению, невозможно. Тревожить же Марину Анатольевну я не стал, ей и без того хватает забот. Уж лучше поговорю с ней утром лично.
— Едет! — взглянув на экран смартфона, радостно объявила Кимира после получаса томительного ожидания.
Через пару минут мы увидели свет фар, а вскоре «Пассат» уже стоял рядом с моей «Сонатой».
Едва Коля вышел из машины, я молча подошел к нему и с размаху хлопнул по ладони:
— Рад тебя видеть, — честно признался я.
— Взаимно, Босс, — усмехнулся шпион-самоучка.
Альба с Аддой вышли из машины, тоже поприветствовав Николая, и встали рядом со мной.
— Ну что там? — с нетерпением спросил я.
Коля вмиг посерьезнел. Задумался, кивнул каким-то своим мыслям и заговорил:
— Как ты и сказал, я особо не рисковал. Осмотрел поселок снаружи, он действительно охраняется, но не очень сильно — издали видел двоих на КПП. Еще двое обходили территорию. Скорей всего, неодаренные. В лучшем случае — знающие. — Коля говорил спокойно и уверенно, я отчетливо понял, что, работая на Гоблина ему приходилось выполнять куда более сложные задания. — Нашел слепую зону у камер и пробрался внутрь, немного пошарился там, заглядывая через заборы, но меня быстро учуяли собаки и залились лаем, — Коля виновато пожал плечами. — Успел свалить, сделал крюк через лесок, вышел к машине и приехал к вам. Думаю, из людей меня никто не видел, никакой погони не было. А, — встрепенулся парень, — главное то забыл. Когда убегал, на одном из участков видел тот самый микроавтобус. Потом, уже в лесу, отметил адрес на карте.
Я молчал, раздумывая, что как-то все слишком уж гладко прошло. Сдается мне, нашим неизвестным противникам Андреас нужен лишь в качестве приманки. А смысл прятать приманку так, чтобы потенциальная жертва не смогла ее найти?
— Все это довольно подозрительно, — нахмурившись проговорила Кимира, озвучив мои подозрения.
— Эй! — услышал я холодный голос. — Покажи мне… адрес…
Дверь «Сонаты» распахнулась, и из машины кряхтя вылез Арнольд. Не в состоянии долго стоять на ногах, оборотень привалился к борту автомобиля. К нему тут же бросились сестра и мать.
— Куда ты собрался, — запричитала Альба. — Тебе нужно отдохнуть. Иди обратно в машину!
— Подлатайте меня, — прохрипел мужчина, мотнув тяжелой головой.
— Это невозможно, брат! — строго произнесла Адда. — Ты же знаешь, нельзя исцелять без перерыва! Мы лечили тебя во время боя. Теперь наша прана несколько дней не сможет воздействовать на тебя в полную силу.
Я слышал об этой особенности целителей от Кимиры. Если в двух словах, простой целитель не сможет повторно исцелить одного и того же человека в течение определенного времени (мелкие раны не в счет, с ними проще). Чем сильнее целитель, тем больше раз подряд он может восстанавливать одного и того же пациента, и меньше времени ему нужно между сеансами лечения. На целителей Гуру такие ограничения не распространяются. Они могут, как хиллеры в компьютерных играх, постоянно поднимать здоровье всем окружающим. Пока у них не кончится прана, разумеется.
— Тьфу! — сплюнул под ноги Арнольд и, отлипнув от борта машины, шатаясь из стороны в сторону, двинулся на Колю. — Тогда я пойду так! Нужно спасти Андреаса! Эй! — впился он взглядом в моего «водителя». — Показывай, куда идти!
— Нет, Арнольд! — подбежав к сыну сзади, Альба, мгновенно превратилась в огромную прямоходящую волчицу и сгребла его в могучих объятьях, — ТЫ НИКУДА НЕ ПОЙДЕШЬ!
— Я ДОЛЖЕН СПАСТИ БРАТА!!! — заревел тот, тоже сменив личину и рывком освободившись от цепких лап матери. Затем ожег Колю разъяренным взглядом и…
Шмякнулся мордой о землю.
— УСПОКОЙСЯ БРАТ! — ревела оседлавшая его тушу Адда, как и остальные члены семьи, приняв иную форму.
— ТВОИ РАНЫ МОГУТ ОТКРЫТЬСЯ! — Альба пришла на помощь дочери, придавив собой старшего сына. Будь тот в норме, без проблем бы раскидал обеих, а так лишь трепыхался и скалился.
Я медленно подошел к этой куче-мале. Сверившись со своей Способностью, прикинул, куда бить и, вложив в кулак достаточно праны да выпустив волну ёки, врезал по зубастой морде Арнольда. Оборотень вздрогнул и обмяк. Я же почувствовал ломоту во всем теле. Пусть Альба и подлечила меня немного, одним коротким сеансом порванные каналы не восстановить.
— Спасибо, — произнесла женщина, вновь обернувшись человеком. Адда последовала примеру матери, а тело Арнольда начало трансформироваться само, стоило мужчине потерять сознание.
— Боюсь, иначе он бы не утихомирился, — сказал я, повернувшись к Кимире. — Твои мысли? — лаконично спросил волшебницу.
— Нужно возвращаться.
— Если вы не поможете нам, мы пойдем одни, — подала голос стоявшая позади меня Адда.
— И погибните напрасно, — холодно ответил я.
— Мы не можем оставить Андреаса! — поддержала дочь Альба.
— Я знаю, — стоял на своем. — Я обещал вам вернуть его. И я верну. Но не этой ночью, — посмотрев на уставших измученных женщин, выдохнул и произнес мягче: — Уверен, целью похитителей является не ваш сын. Он лишь предмет для торга. Поэтому с ним ничего не сделают, по крайне мере до тех пор, пока не выставят свои требования. Так что у нас есть время, чтобы отступить и перегруппироваться. Нам с Кимирой нужно еще немного времени, чтобы восстановиться. Кроме того, я хочу заручиться поддержкой одного очень сильного вампира, — оборотни напряглись, и я поспешил добавить: — моего наставника из Японии. Ничего общего с общиной Бладинского он не имеет, — замолчав, перевел взгляд на Арнольда. — Также нужно обеспечить лечение и уход вашему старшему сыну. Вы же лучше меня понимаете, что нельзя его оставлять в таком состоянии. И речь даже не о ранах, а о том, что он рванет в бой, едва придет в себя. Будет крушить все вокруг, пока его просто-напросто не убьют.
— Я понимаю, — сдавленно ответила Альба.
Адда подошла ко мне и заглянула в глаза:
— Вы же не нарушите обещание? — строго спросила она.
Я улыбнулся:
— Пусть я не оборотень, но тоже привык держать свое слово.
— Я вам верю, — кивнула девушка, отступив.
Оглядев всю нашу шайку-лейку, я хмыкнул и объявил:
— Тогда решено. Все вместе возвращаемся на нашу базу и начинаем подготовку к операции по спасению Андреаса.
***
На вышке вместе с двумя знающими бойцами дежурил Иларионыч. Завидев нас, он тут же спустился вниз. Опустив стекло, я поздоровался со стариком:
— Ну как вы? Все целы? Гляжу, пополнение привезли, — кивнул он на заднее сидение «Сонаты».
— Мы-то в порядке, — ответил я. — Что у вас? Что с клубом и Костью?
Аниморф посмурнел и печально вздохнул.
— Пока не известно. Михалыч с неодаренными и Жаном поехал туда разбираться. Еще и Максимовну с собой прихватил.
Елизавета Максимовна — жена главы бойцов отряда знающих Михалыча — в отсутствие приходящего целителя Валентина Абрамовича на нашей базе управляла санчастью. В клубе, скорей всего, есть раненые, и ее присутствие лишним уж точно не будет. Хотя, скорей всего, туда уже прибыла скорая помощь. Как, наверное, и полиция.
— А Вова где? — уточнил я.
— В здании сидит, — махнул Иларионыч рукой в сторону АБК.
— Хорошо, — с пониманием произнес я. Потенциальные враги могут заявиться с любой стороны, а не только с главного входа. Чтобы эффективнее использовать способности сенсора, его нужно размещать как можно ближе к центру охраняемой территории.
Кивнув на прощание аниморфу, я поехал дальше. После битвы с паладинами база основательно так преобразилась — вышвырнули весь вековой хлам, состоявший из никому не нужных бетонных плит и ржавой рухляди, некогда считавшейся автомобилями.
Фары высветили крыльцо АБК, на котором стояли две встревоженные женщины. И чего им, бедняжкам не спится? Хотя, как уснешь при таких обстоятельствах.
Припарковал машину перед зданием. «Пассат» Коли остановился рядом, и все, кроме лишенного чувств Арнольда, вышли на улицу. Встречавшие нас Рита с Мариной Анатольевной пошли нам навстречу.
— Рада, что вы вернулись, — не сводя с меня обеспокоенных глаз, проговорила жена Гоблина.
Я ничего не ответил, только молча кивнул. Женщина перевела взгляд на оборотней.
— Полагаю, нужно приготовить комнаты? — уточнила она.
— Да. А еще необходимо что-то вроде цепей, блокирующих дар.
— Зачем? — удивилась до сих пор молчавшая Рита.
Этот вопрос мы с Кимирой и женщинами семейства оборотней обсудили раньше, поэтому вместо меня ответила Адда.
— Мой брат тяжело ранен. Но стоит ему прийти в себя, он ринется на помощь другому нашему брату. Но тогда он не выживет. Раны серьезные!
— Наши враги тоже серьезные, — сухо проговорила тетя Марина и снова посмотрела на меня. — У Евгения Сергеевича есть наручники для одаренных. Мы можем приковать нашего гостя к кровати в лазарете. Ой… — осеклась она, задумавшись.
— У вас есть в лазарете пациенты? — удивительно, но Альба поняла ее.
— Да, двое, — подтвердила Оглоблина-старшая.
— Тогда лучше поместить Арнольда в отдельную комнату. Подальше от лазарета и спален. Мой сын не из тех, кто станет лежать тихо.
В течение следующих пятнадцати минут мы с Колей перетащили тяжелую железную кровать в небольшую каморку в подвале здания. Крохотное помещение с обшарпанными стенами больше походило на одиночную камеру, нежели на палату раненного бойца. Однако и Альба, и Адда уверили нас, что все в порядке и это единственный правильный вариант.
Еще десять минут потребовалось, чтобы перетащить самого оборотня из машины в эти шикарные апартаменты и защелкнуть на его запястье браслет позолоченных наручников. Неприятные такие железки — когда держал их в руках, чувствовал легкое головокружение и слабость.
Едва мы приковали Арнольда к кровати, Альба попросила чистой воды, полотенце и бинты.
— Хотите обработать его раны? Может быть, лекарства из лазарета принести? — услужливо предложила Рита.
— Нет, спасибо, — улыбнулась женщина-оборотень. — У меня с собой, — она достала из саквояжа два белых тюбика без этикеток.
— Полагаю, мы больше не нужны? — спросила тетя Марина и повернулась к дочери. — Ритуль, как поможешь нашим гостям, подбери им спальню.
— Спасибо вам за все, — поклонилась Альба.
— Не за что. Чувствуйте себя как дома, — улыбнулась Марина Анатольевна и перевела взгляд на меня. — Илья, не составишь мне компанию?
Оставив Риту с оборотнями и отпустив Колю отдыхать, мы поднялись на второй этаж в кабинет Гоблина. Будто подражая мужу, тетя Марина откинула крышку бара-глобуса и разлила по стаканам коньяк.
— Ну и ночка, — покачала она головой, достав из бара же шоколадку и разломив на дольки.
Женщина заняла кресло мужа, я сел напротив. Подняв стаканы, выпили. Молчали недолго — через несколько секунд она произнесла:
— Расскажи, что нового тебе удалось узнать?
— Полагаю, про то, что меня и оборотней подставили, вы в курсе?
— Конечно, — кивнула она. — Кость рассказывал. Что сегодня произошло? Такэдзо говорил, одного из оборотней похитили, и вы преследовали похитителей?
— Верно, — кивнул я, пересказав события последних часов.
— Ну ничего, — неожиданно бодро заговорила тетя Марина. — И не из таких переделок выбирались. А про Гнездо Аиста я попробую что-нибудь узнать.
Поднявшись, она подошла к одному из шкафов и распахнула дверцы. Я увидел небольшой сейф с кодовым замком. Кнопки запищали под пальцами женщины, и спустя несколько нажатий Оглоблина, щелкнув круглой ручкой, потянула дверь на себя.
Я не видел, что находится внутри, а через пару секунд тетя Марина захлопнула и сейф, и шкаф. Сразу заметил красный, похожий на миниатюрный обелиск, кристалл у нее в руке.
— Держи, — вернувшись на место, женщина протянула мне странный предмет. — Евгений Сергеевич просил передать тебе это, если одновременно с ним и Костью что-то случится.
— Что это? — вертя в руках «обелиск», спросил я.
— Кристалл Связи, настроенный на Крокомота, — спокойно ответила женщина.
Я изумленно вытаращил глаза, пытаясь понять, что она только что-то сказала.
— Я смогу поговорить с Дядей Геной? — выпалил я.
— Именно, — кивнула тетя Марина. — Для этого необходимо просто послать немного праны в кристалл.
— Так вот значит, как Кость и Гоблин с ним общались… — задумчиво пробормотал себе под нос, но моя собеседница услышала и улыбнулась.
— Им это ни к чему, они ж Стражи.
— Что? — еще сильнее удивился я. — Стражи могут общаться с Господином… Хм, без средств связи?
— Конечно, — кивнула женщина. — Ведь между Стражами и Господином и без того существует Связь, — она хмыкнула. — Правда, для подобного общения Господин должен быть хотя бы Учителем.
Я закивал, переваривая полученную информацию.
— Вы так много знаете обо всем этом… — протянул я и опешил от неожиданно пришедшей в голову мысли. Ее муж — настоящий гоблин. Уверен, на Земле такие не водятся. Стало быть… — Вы одаренная? Из другого мира? — в лоб спросил я.
— А? — удивилась тетя Марина, но почти сразу ответила. — Да.
— Вы тоже Страж дяди Гены?
— Нет, что ты! — рассмеялась женщина. — Я просто Дружинник Евгения Сергеевича.
— Кто? — зацепился я за новую информацию, но тетя Марина улыбнулась еще шире и покачала головой.
— Потом узнаешь. Не мне тебя просвещать, да и не время. Разве ты не хочешь скорее связаться с Крокомотом? Нужно сообщить о происходящем и решать, что делать дальше, — серьезно произнесла она. — Думаю, конкретно сейчас нам больше ничего не угрожает, но нельзя оставлять все как есть.
— Согласен, — ответил я и на секунду замолчал. Не один вопрос мне бы хотелось задать ей, но больше она явно говорить не намерена.
Однако кое-что я все-таки решил спросить:
— Как вы думаете, Кость жив?
Она ответила не сразу. Хмыкнула, уставившись в окно, за которым уже светало.
— Думаю, да, — спустя несколько томительных секунд проговорила тетя Марина.
Я поблагодарил Оглоблину и направился к двери. Уже у выхода из кабинета вновь услышал ее голос:
— Только не расстраивайся, если с первого раза не сможешь дозвониться до Крокомота.
Марина Анатольевна оказалась права — связаться с дядей Геной сразу у меня не получилось. Придя в свою комнату после разговора я уселся на кровать. Сжав кристалл двумя руками, вложил в него немного праны. Чувствовал, что артефакт заполнился энергией, но ничего не произошло. Минут пятнадцать пытался «дозвониться» — мне так никто и не ответил. Тело начало ныть, голова кружиться. В надежде хоть немного отдохнуть, я прислонился к подушке и сразу вырубился.
Проспал недолго — часа три и, проснувшись, первым дело вцепился в Кристалл Связи. «Абонент не абонент» — мелькнуло в голове, после того как мне вновь не ответили.
Пока умывался, скрутило живот от голода. Повесив полотенце на гвоздь, двинулся в столовую, где в полном одиночестве чах над кружкой с кофе Николай. Видок у него был, мягко говоря, потрепанный.
— Не спится? — усмехнулся я.
— Уснешь тут, — хмыкнул парень. — Хотя покемарить часок все же удалось.
— Что-нибудь новое слышно? — спросил я, заглянув в холодильник.
— Ага, — кивнул он. — Михалыч с ребятами недавно вернулись.
Поставив разогреваться в микроволновку суп, я уселся напротив «водителя», всем своим видом требуя подробностей.
Смертей удалось избежать (хотя без раненных, конечно, не обошлось). Нападавший использовал огненные техники, и, похоже, начал атаку с маленького пожара в подсобном помещении клуба. Сработала сигнализация, персонал и посетители спешно эвакуировались. А потом огонь моментально охватил все здание, которое тут же выгорело дотла. Сейчас на месте происшествия работает полиция, допрашивает всех подряд, в том числе официального владельца клуба. Но это уже не особо важно, возможностей Кости и Гоблина хватит, чтобы разобраться со всей волокитой.
— Получается, — жадно поглощая суп, спросил я. — Пожар — всего лишь демонстрация намерений.
— Похоже, что да, — согласился Николай. — А бой с Костью — демонстрация силы. Хотя… — задумчиво протянул он. — Нет. Думаю, они знали, что Лукин будет внутри.
— Но все равно есть шанс, что бой с ним — случайность, — я понял, о чем думает «водитель». — В любом случае сейчас нам остается только собирать информацию о Гнезде Аиста, ждать, пока похитители сами выйдут на связь и пытаться связаться с дядей Геной.
— М? — не понял Коля, и я, достав из кармана кристалл, в двух словах рассказал для чего он нужен.
— Можно еще конечно попробовать встретиться вампирами, — продолжал размышлять я. — Объяснить им, что к чему…
— Не думаю, что они станут тебя слушать, увалень.
Я повернулся на голос и увидел в дверном проеме Такэдзо. Поочередно кивнув нам, наставник прошел до холодильника, достал коробку томатного сока и плюхнулся на стул рядом с Колей.
— Считаешь, не поверят? — спросил я. — Твои сородичи мне показались разумными ребятами.
— Так-то оно так, — усмехнулся вампир. — Пока дело не касается кровной мести. Не думай, что я тут развлекался, увалень. Я навел кой-какие справки. Узнал, что думают о случившимся внутри самой общины.
— И что же? — нахмурился я.
— Большинство слепо верит в то, что это сделали именно твои знакомые волчары. А так как сразу после твоего визита к Борису уже все знали, что он встречался с демоном, винят и тебя.
— И что, никто даже не сомневается?
— Думаю, есть сомневающиеся, куда ж без них? — усмехнулся Такэдзо. — Но их мало, и они помалкивают.
— И как же нам оправдаться перед общиной? — тихо спросил я. Наставник весело хмыкнул.
— Будь я на твоем месте, погромил бы всех, кто держит младшего из волчар, и выбил бы из них чистосердечное признание. Но ты, увалень, слишком слаб для такого, — наставник громко расхохотался, а после резко замолчал и впился в меня серьезным взглядом. — Кстати, — вкрадчиво проговорил он, — а ничего, что ты тренировки пропускаешь, а?
— Что? — удивился я. — Ты сам тогда свалил развлекаться…
— Но сейчас-то я здесь, — заявил вампир, резко вскочив со стула и схватив меня за шкварник. — Пойдем-ка наверстывать упущенное!
Следующие два часа Такэдзо гонял меня по всему тренировочному ангару, не давая и секунды продыху. Если бы можно было боевые характеристики описывать в цифрах, то при моей скорости атаки и передвижения в сто, у него была б сто один. При силе моих ударов тоже в сотню, у него снова на единичку да больше. А когда мне казалось, что я сравнялся с ним, он тут же становился чуточку быстрее и сильнее. Постоянно заставлял меня сражаться на пределе сил, при этом часто повторял одни и те же атаки. Он ничего не говорил словами — его действия говорили сами за себя. Зачем что-то объяснять, когда можно показать? А если ученик настолько беспомощен, что не сможет это увидеть, запомнить и повторить — чего на него тратить время.
Но на меня Такэдзо время тратил. А это значит… Хотя быть может мне все почудилось, и он просто в свое удовольствие махал клинками, спуская пар.
В любом случае, вымотался я знатно. Однако заметил кое-что приятное — несмотря на дикую усталость по всему телу, я перестал чувствовать боль от разорванных каналов. Совпадение?
Пока я размышлял об этом, мы молча шли в сторону АБК. На крыльце нос к носу столкнулись с Альбой. Женщина-оборотень при взгляде на вампира дернула верхней губой, будто собираясь оскалиться. Потом взглянула на меня и ахнула:
— Вы весь в грязи, что случилось?
— Ничего, — удивился я. — Просто тренировался с наставником.
Совершенно неожиданно глаза Альбы налились злобой и, правой рукой схватив Такэдзо за грудки, она прорычала:
— У Ильи страшные раны! Ему нужно как можно больше отдыхать! Я понимаю, форс-мажоры, но тренировки можно было бы и отложить, пока он восстановится, бездушный кровосос!
Мягко сжав запястье женщины, Такэдзо резко дернул рукой в сторону и освободился от захвата:
— Глаза разуй, дура мохнатая, — беззлобно проговорил он, кивнув в мою сторону и молча обойдя ее, скрылся в здании.
Альба сосредоточенно нахмурилась, вглядываясь в меня.
— Не может быть… — тихо пробормотала она. — Каналы почти целы.
— Может, — донесся из холла АБК самовлюблённый голос вампира. — Он же демон.
— Никогда с таким не сталкивалась, — задумчиво произнесла целительница.
Оставив женщину на крыльце, я отправился приводить себя в порядок. Намыливая голову в душе, размышлял о своей демонической сущности. Если вспомнить, что ёки не только пугает окружающих, но и способствует очень быстрому обучению искусству убивать, все встает на свои места. То ли Инси, то ли Такэдзо, уже и не помню кто из них, говорил мне, что из всех Старших Рас, демоны больше других нацелены на разрушение. Боевая мощь для нас своего рода основа жизни. Из всех Старших Энергий только ёки направлена исключительно на уничтожение. С этой точки зрения нет ничего удивительно, что она помогает мне — ее проводнику и сосуду — восстановить каналы праны во время тяжелого утомительного и монотонного сражения. Видимо сражения нужны нам для развития больше, чем другим.
Одевшись, я снова направился в столовую. Во время обеда из подвала донесся яростный рев — проснулся Арнольд и Адда тут же метнулась к брату. Сам я не стал сразу идти к оборотню. Пусть привыкнет к своим новым покоям да участи находящегося на принудительном лечении пациента.
Никакой новой информации не поступало. От похитителей ни ответа ни привета, дядя Гена тоже не отвечает. Что делать в такой ситуации? Желая немного развеется, я в компании Кимиры и Коли поехал к автовокзалу, где меня уже ждали.
С одной стороны, странное решение. С другой не хуже, чем сидеть на базе и переживать о том, что будет дальше? А так я даже смог расслабиться и немного поспать по дороге.
— Вставай, приехали, — сквозь сон услышал голос водителя. Открыв глаза, осмотрелся — стоим на парковке, Коля зевает, а волшебница спит на переднем сидении. Настоящий охранник, что с нее взять. А если без шуток, то на сто процентов уверен, стоит в радиусе десяти метров от женщины кому-нибудь использовать и толику праны, она мгновенно проснется, готовая к бою.
Прежде чем выходить на улицу, попробовал в очередной раз «дозвониться» до дяди Гены. Результат ожидаемый.
— Я пошел, а ты отдохнул бы, — посоветовал Коле, выходя из машины.
Алину и Андрея заметил издали. Мои друзья в окружении цыганок стояли рядом с нашим старым микроавтобусом и увлеченно о чем-то беседовали. Необычное зрелище, если вспомнить что в первую их встречу Роза с компанией пыталась облапошить беспечную парочку.
Хотел уж было окликнуть их, но нахмурился и замедлил шаг. Одна из цыганок массовки сейчас водит пальцем по ладони улыбающейся Алины и рассказывает явно что-то хорошее. Чего ж тогда стоящая чуть поодаль Роза мрачна, будто мертвеца увидела?
Зазвонивший телефон отвлек меня. Глянул на экран. Хм… тетя Марина? Неужели опять что-то случилось.
— Алло, — произнес я в трубку.
— Илья, тут курьером письмо прислали на твое имя. В обратном адресе указан поселок Гнездо Аиста, улица Благодатная, семь.
— Что пишут? — подобрался я.
— Без тебя не открывала.
— Откройте, пожалуйста, — попросил я и услышал через динамик звук разрываемой бумаги.
— Зачитываю, — серьезно проговорила женщина. — Бастард, если хочешь вернуть оборотня, привези мне свой меч лично. Приезжай один, адрес прочтешь на конверте. Даю тебе время до завтрашнего полудня. Не привезешь, оборотень умрет. А потом мы начнем убивать всех, кто связан с тобой. Будь уверен, список кандидатур уже составлен.
Дочитав, Марина Анатольевна замолчала, ожидая моей реакции, но, не выдержав, первой встревоженно спросила:
— Ты же до сих пор не дозвонился до Крокомота?
— Пока нет, — ответил я.
— Что будем делать?
— Пока ничего, — я пытался говорить спокойно и уверенно. — Не сообщайте о письме никому до моего возвращения, хорошо?
— Конечно, — проговорила она и, очевидно взяв себя в руки, ровным голосом добавила: — Будь осторожен. До встречи.
Нажав отбой, я некоторое время стоял на месте, глядя на своих друзей и цыганок, всё ещё не заметивших меня. Правильно я сделал, что сюда явился? Определенно. И мрачное лицо Розы тому служит существенным доказательством. А то, что похитители уже выдвинули требования — что это сейчас решает? Я до последнего буду пытаться связаться с дядей Геной, раз у меня появилась такая возможность. Уж кто-кто, а он, я уверен, сможет чем-нибудь помочь.
Но все-таки я оказался прав — неизвестным врагам нужен я, а не оборотни. Точнее мой меч. Как только услышал от Кимиры, что Бладинского убили оборотень с демоном, сразу понял — хотят подставить меня. Не понятно только зачем? Вроде с Великой Инквизицией все вопросы решили. Думал, может Черная Инквизиция роет мне очередную яму? Но нет, видимо, кто-то другой… Кому настолько сильно понадобилась моя волшебная катана?
Я медленно пошел дальше, и на меня наконец-то обратили внимание. Андрей ткнул в бок возлюбленную и, указав в мою сторону, замахал рукой. Друзья поспешили навстречу, я улыбнулся и ускорился.
— Какие люди, а! — Дрон звучно хлопнул пятерней по моей ладони. — Что у тебя за дурацкая привычка появилась неожиданно пропадать? Несколько дней с тобой связаться не могли!
— Ага! — поддержала его Алина, приобняв меня за плечи. — Пока ты вчера не позвонил, мы места себе не находили!
— Простите, — виновато улыбнулся я.
— Ну, рассказывай, — дернул меня за рукав Андрей. — Где пропадал-то?
— Да кое-какие проблемы были, — обтекаемо ответил я.
— Помощь нужна? — тут же подобрался мой лучший друг.
— Возможно, — кивнул я, — но давай об этому чуть позже. Раз уж я здесь, приступим к работе. Все остальное потом, — пока говорили, мы шли к цыганкам, а я то и дело поглядывал на Розу. Заметив мой взгляд, женщина отвернулась.
— Ишь какой деловой, — хмыкнул Дрон. — Ну ладно. Однако с тебя рассказ, помни. Мужик сказал — мужик сделал.
Честно говоря, сам я до конца не решил, стоит ли что-то рассказывать друзьям. Или поднапрячься и выдумать правдивую байку? Правда до сих пор ни одна идея ко мне так и не пришла.
— Ладно, — вздохнул я.
— Смотри, мы не забудем! — строго предупредила Алина, поддержав возлюбленного. Дождавшись от меня очередного кивка, она улыбнулась и смягчилась. — Кстати, — проговорила девушка, — ты посмотрел вчера то, что мы отсняли?
Пока я валялся на больничной койке, шоу «Святой Ильяриз» отметилось не только легким бунтом цыган, подавленным Колей и моими деньгами, но и какой-никакой полезной работой, главным инициатором которой выступила Алина. Во-первых, наша ответственная ведущая раз за разом подходила к людям на автовокзале, предлагая принять участие в шоу. Так как этих людей отбирал не я, набралось куча отказов — хватит на пару месяцев выпусков. Во-вторых, со словами благодарностей пришли аж три человека из первых выпусков, в том числе женщина, которой мы помогли выбрать нужного врача для сына, оказавшаяся редактором одной из столичных новостных газеток и пообещавшая написать о нас статью. Не самая большая, но искренняя и бесплатная реклама, что, конечно же, нам только на руку. Ну а в-третьих, и, пожалуй, для меня в главных, с десяток людей-таки удалось затащить в палатку к Розе. Дрон сеанс, естественно, заснял, и я увидел в деталях работу настоящей гадалки. Не транслирующей мою волю актрисы, а самостоятельной ведуньи. Просматривая материал, я подумал, что неправильно использую потенциал Розы. Ведь она — одаренная! Боевые способности одаренных можно успешно развивать, то же самое можно проделать с исцелением и чародейством. Получится ли сделать нечто подобное с ясновидением Розы? Можно ли усилить ее столь необычный способ управления праной?
Все эти мысли, только наклевывающиеся вчера вечером, вновь захлестнули меня с новой силой.
— Приветствую, дамы, — кивнул цыганкам, когда мы поравнялись с ними. Они, улыбаясь, отвечали, но я смотрел только на одну из них. — Роза, я хочу поговорить с тобой до начала сегодняшних съемок. Пройдем в твой шатер.
Цыганки притихли, изумленно поглядывая то на меня, то на свою подругу.
— Девель? Со мной? — пробормотала та. — Но я…
— Пойдем, — с нажимом повторил я, направив на нее легкий поток ёки, чтобы черная энергия не стала видимой. Однако и небольшого количества оказалось достаточно для слабой одаренной — вздрогнув, она кивнула, и мы направились в сторону палатки.
— Ребят, — через плечо обратился к остальным цыганкам и моим друзьям. — Пожалуйста, готовьтесь к съемкам.
Подойдя к шатру, я приподнял полог, пропуская женщину вперед, и вошел следом. Роза растерянно остановилась, переводя взгляд со своего стула на гостевой. Боится меня и не знает, куда сесть. Не рискует занять свое хозяйское место при мне.
— Это твой шатер, вот и садись на свой стул, — подсказал женщине.
Молча кивнув, цыганка разместилась на привычном месте. Я уселся напротив, по другую сторону стола.
— О чем вы хотели поговорить со мной, Девель? — осторожно подняв глаза, спросила цыганка.
— Ты же гадалка? — хмыкнул я. — Неужели не можешь заглянуть на несколько минут в будущее и узнать?
— Ну что вы, Девель, — неуверенно улыбнулась женщина. — Моих скромных способностей недостаточно для чего-то подобного.
Я сосредоточенно нахмурился и, буравя ее взглядом, тихо спросил:
— А на что тогда ты способна?
— Я?.. — стушевалась женщина. — Я могу видеть тени… могу предполагать их причины. И… все.
Глядя на нее, я понял, что передавил. Ёки на улице уж точно было лишним.
— Почему ты боишься меня? — выдохнув, добродушно спросил я.
— Тень твоей силы… страшна, — пробормотала женщина.
— По-твоему, у меня настолько огромная сила? — удивился я.
— Нет, не объем, — замотала она головой. — Суть.
Ясно, видимо дело все-таки в ёки. Даже когда я не использую свою демоническую энергию, цыганка чувствует ее внутри меня.
Снаружи послышались торопливые шаги, и через несколько секунд в шатер ввалился Янко. Из-за спины переговорщика выглядывал гитарист Бахти и еще двое пареньков из табора, периодически ошивавшихся рядом с цыганками.
— Уважаемый Илья, — затараторил Янко. — Если хотите что-то обсудить, прошу делать это со мной, а не с Розой.
Вон оно что. Типа нечего женщине беседы беседовать с кем-то посторонним?
— А группу поддержки зачем с собой притащил? — спокойно спросил я. Янко на миг смутился. Я не стал тянуть кота за причиндалы и продолжил: — Мне бы хотелось поговорить именно с Розой. Боюсь, ты, мой друг, мне ничем не можешь помочь. Оставь нас пожалуйста.
— Но, Уважаемый Илья, вы…
— Оставь нас, — холодно повторил я, выпустив вокруг себя кольцо черной энергии. Цыгане знают, кто я. Таиться перед ними мне нет нужды, а добавить визуальных эффектов только на руку.
Однако я немного перестарался — стоявший впереди других Янко закатил глаза и рухнул на пол, как подкошенный. Ошарашенная группа поддержки не успела подхватить падающее тело своего предводителя.
— Черт… — пробормотал я.
Ну а что такого? Нервы у меня крепкие, но не железные. А тут столько всего произошло за последние сутки!
Развернулся к Розе и снова чертыхнулся. Только что же думал, что женщину пугает моя ёки сильнее, чем других. Да, в обморок она не упала, зато стучит зубами, будто решила позагорать в морозильной камере в бикини.
— Эй! А ну-ка подняли своего босса и кыш отсюда! — прикрикнул я на остолбеневших цыган.
Они неуверенно зашевелились, будто сонные мухи, потом наконец-то очнулись и вытащили начавшего приходить в себя Янко из шатра.
Я снова повернулся к женщине.
— Прости, — как можно ласковее проговорил я. — Не бойся меня. Я не причиню тебе зла.
Она неуверенно закивала.
— Веришь мне? — спросил я.
— Да, — пробормотала она. — Но тень вашей силы… страшна… Я попытаюсь привыкнуть.
Сейчас в ее голосе прозвучали нотки решимости и, как мне показалось, заинтересованности. Если я прав в своих выводах, то несмотря на воспитание и место в таборе, она хочет больше узнать обо мне. Ведь для нее я воплощение вселенских сил. Возможно она считает, что через меня сможет лучше познать и собственные силы…
— Буду надеяться на это, — улыбнулся я, откинувшись на спинку стула. Заметив, что женщина немного расслабилась, я перешел к интересующему меня вопросу: — Ты сказала, что твоих способностей недостаточно, чтобы по-настоящему заглянуть в будущее. Но может быть ты знаешь тех, кто на это способен?
— Только легенды, Девель, — ответила она, и я кивком велел продолжить. — Говорят когда-то давно в нашем таборе жила одна женщина, способная ясно видеть будущее людей. Способная видеть к чему может привести тот или иной поступок. Даже члены царской семьи просили ее о помощи, — с гордостью в голосе закончила женщина.
Я задумчиво почесал затылок. Даже если в этой истории и половина правды, человек, способный на такое, мне очень бы пригодился. Я бы смог отдалиться от личного участия в съемках каждого выпуска «Святого Ильяриза». А шоу, возможно, обрело бы еще больше красок и поклонников, благодаря которым росло бы мое Влияние, а вместе с ним и силы.
Да уж… мечты-мечты… Но с другой стороны, за цыганкой, гадающей царям, вполне мог бы стоять гость из другого мира, верно?
— У этой женщины, — задумчиво проговорил я, не сводя глаз с Розы, — был какой-то секрет, верно?
Женщина округлила глаза, не понимая к чему я клоню.
— Это только легенды, Девель. Я не могу что-то утверждать…
— Но? — поторопил ее я. — Что вам о ней еще известно?
Роза отвела глаза в сторону, будто решив срочно посмотреть «видение» на зеркальной поверхности большого антрацитового шара для гаданий.
— Некоторые считали, что она отдала душу и тело вам, Девель. И ее сила была дарована вами, — наконец-то произнесла женщина, так и не повернувшись ко мне.
Вот и ответ! Правда насчет души скорей всего преувеличение (о существовании этой духовной материи ничего конкретного от других одаренных я не слышал), а вот с телом — очень может быть. Поцелуй — форма Оммажа! Может быть, слухи приукрасили картину, и никакого «тела» не было, один лишь чмок. А может и целовалась цыганка со своим демоном без одежды в горизонтальном положении — не важно. Главное, я на сто процентов уверен, что она была чьим-то Стражем, а благодаря Связи и пране Господина из одаренной гадалки превратилась в ту, кто может видеть будущее.
Я не смог сдержать торжествующей улыбки, но, похоже, выглядела она как хищный оскал — повернувшаяся ко мне Роза снова испуганно вздрогнула.
Медленно выдохнув, я привел мысли в порядок и, заглянув в глаза женщине, спокойным тоном произнес:
— И они правы, — цыганка изумленно распахнула веки. — И со временем я смогу дать такую же силу тебе, — она смутилась. Заметив это, я добавил: — Не бойся. Отдавать душу и тело тебе не придется. Мне потребуется лишь твоя верность и немного крови.
Я понимал, что не имею права создавать Стражей. Однако мириться с этим я тоже не намерен. Со временем обязательно найду выход, как обойти закон, что ревностно охраняют паладины. И тогда мне уж точно потребуется Страж, за счет своих сил способный самостоятельно расширять мое Влияние. Сейчас же главное заложить в ее голову эту мысль. Ведь верность в одночасье не рождается. Нужно время, чтобы маленькое зернышко выросло в действительно крепкое дерево.
— И не переживай о таборе. Будь уверена, я смогу их убедить. А пока у меня к тебе еще один вопрос.
— Да, Девель? — с готовностью кивнула она.
— Когда я сегодня только приехал, ты была мрачнее тучи. Что случилось? Тебя что-то терзает?
— Да, Девель, — снова кивок. — Я видела тень смерти.
— Это неприятно? — догадался я.
— Когда видишь тень, будто пропускаешь ее через себя, — поморщившись, ответила Роза.
— Должно быть в людных местах, типа автовокзала, тебе очень плохо. Чем больше народу в одном месте, тем больше шанс, что кто-то умрет, — предположил я.
— Нет, — она мотнула головой, — я не могу чувствовать всех в округе. Человек должен находится рядом.
Осознание услышанного поразило меня, будто молния, ударившая в одинокое дерево на холме.
— Рядом? — я тут же вспомнил, что Роза стояла в окружении других цыганок и моих друзей. — Кто? — не сумев полностью скрыть тревогу в голосе, спросил я.
— Девочка-ведущая, — спокойно ответила цыганка. — Алина.
Честно говоря, я не знаю, насколько сильно Алина и Дрон успели сблизиться с цыганами, но, если судить по тому, что Роза говорит о смерти девушки ровным голосом, то не очень. И, очевидно, гадалка даже не предполагает, что сидящей перед ней Девель может переживать о судьбе какой-то девчонки.
— Когда? — выпалил я, удивив Розу своей резкостью. — Когда она умрет?!
— Девель, я не могу сказать точно, — забормотала цыганка.
В порыве чувств хотел уж было перекинуться через стол и нависнуть над женщиной, но в последний момент обуздал эмоции.
— А как можешь? — проговорил я. — Как именно ты видишь эти тень?
— Тень смерти была очень близко, буквально склонилась над ней. Еще не коснулась. Может быть… Я не уверена, но, думаю, от двадцати до сорока часов.
— Вот как, — услышав, что в запасе еще достаточно времени, я выдохнул и задумался.
У меня меньше суток, чтобы обменять меч на Андреаса. Делать этого я, разумеется, не собираюсь, стало быть, завтра после двенадцати похитители, как и обещали, начнут охоту на тех, кто связан со мной. Видимо Алина и Дрон входят в их черный список.
— А что с Андреем? — я нарушил давящее молчание, вновь обратившись к цыганке.
— Над ним тоже тень смерти, — с готовностью ответила она, но тут же добавила: — Только не просите, Девель, сказать, когда он умрет. Его тень тусклее, но она все же близко. Большее мне не доступно.
И это тоже вписывается в логику моих выводов — неизвестным врагам нужен меч, а не геноцид моего окружения. Убивать всех сразу смысла нет. Делать это нужно размеренно, по одному, до тех пор, пока я не соглашусь отдать дракона.
Так, «предупрежден, значит вооружен» и «решать проблемы нужно по мере их поступления» — вот два афоризма, прекрасно подходящих для текущей ситуации. На миг задумавшись, задал вопрос чуйке. Улыбнулся, когда Способность подтвердила правильность моих мыслей. Что ж, я знаю, как следует поступить. А пока нужно уже сделать наконец то, ради чего я сюда явился.
За следующие три часа мы отсняли материала на два полноценных выпуска — после тяжелого боя с орком-паладином я определенно стал сильнее, и на восстановление после использования Индивидуальной способности по максимуму стало уходить вдвое меньше времени.
Как и раньше, во время съемок я с Янко сидел в фургоне, давая ценные указания: Алине — кого из людей выбрать, Розе — что именно говорить клиенту. В перерывах пообщался с самим цыганом. Все это время он затравлено поглядывал на меня, как провинившийся пес на разъяренного хозяина. Так что мне не составило особого труда убедить цыганского посредника не пытаться давить на Розу и по необходимости выгораживать ее перед остальными в таборе.
— Эта женщина подчиняется мне, — выпустив немного ёки, говорил я Янко. — И если я узнаю, что кто-то из вас словом или делом обидел ее — вы очень сильно пожалеете.
На двести процентов уверен, что мои слова засели цыгану глубоко в подкорку мозга, а страх передо мной всю жизнь будет разъедать сердце. Однако я понимал, что он лишь один из табора. И вполне вероятно, полностью убедить других не сможет. Поэтому добавил:
— Если у твоих собратьев останутся ко мне вопросы, я с готовностью встречусь с ними лично, — на самом деле это неплохой вариант. Что мне сможет противопоставить толпа неодаренных? А вот я уж точно смогу их убедить, наглядно продемонстрировав разницу в силе.
Когда с работой было покончено, я подошел к друзьям. Они стояли метрах в десяти от фургона, а Роза, как мы с ней и договорились, осталась чуть поодаль, в тени пушистого клена.
— Ребят, у вас ко мне много вопросов, а у меня к вам одно, но шикарное предложение, — улыбнулся Алине и Дрону.
— Ну-ка? Какое это? — оживился Андрей.
— Андрей, я знаю, что ты копишь на машину, да и гнездышко ваше надо обустроить, что требует затрат. Так вот, я краем уха услышал, что там, где я сейчас живу, требуется рабочие с очень хорошей оплатой и проживанием.
Пусть я и демон, человеческие чувства мне не чужды. Не знаю, норма ли это для представителей моей расы, или все дело в том, что я всю жизнь прожил обычным человеком, но я не могу оставить своих друзей, зная, что их жизни в опасности (тем более по моей вине). К сожалению, у меня недостаточно сил, чтобы оберегать их тайно. Кимира от меня не отлипнет, а, кроме нее и Горланда, из бойцов лично мне подчиняется только Коля. Но что в случае нападения врагов сможет сделать обычный знающий, даже если будет сутки напролет дежурить возле дома Алины и Дрона?
Так что единственный способ их защитить — притащить на базу.
А вот тут самое интересное. Как без упоминания об одаренных, магии, моей истинной сущности и уличной войны с неизвестным противником объяснить ребятам, что их завтра могут убить?
Продумывал я и другой вариант — рассказать все в лоб. И что, что в полку знающих прибавится? Вот только не факт, что они мне сразу поверят. А если и поверят, нет гарантий, что, получив новые знания о мироздании, они смогут сохранить рассудок и не начнут творить глупости.
Мелькали в моей голове и другие варианты, но, к счастью, у меня имеется прекрасный способ отмести лишнее и выбрать правильное, что я в итоге и сделал.
— Ты хочешь нам предложить еще работу? — удивленно переспросила Алина.
— Да.
— Постой, ты живешь сейчас не дома? — сообразил Дрон.
— На базе у своих друзей-партнеров. Вот там и нужны работники. Точнее разнорабочие. Для тебя предполагается физическая мужская работа, — ткнул пальцем в Андрея. — Для тебя, Алин, помощь на кухне, и так по хм… по всяким женским делам. Ничего сложного.
На самом деле до конца я так и не успел придумать, чем именно их можно будет занять на базе. Надеюсь, тетя Марина сможет загрузить работой две лишние пары рук.
— Соглашайтесь, чего теряетесь? — улыбнулся я. — Все равно ж на каникулах.
— А как же съемки? — удивленно спросила Алина.
— А что съемки? Туда-обратно на машине будите ездить.
— А с оплатой-то, что? — деловито поинтересовался Андрей.
— Хм… — на секунду задумался я. — Пять тысяч в день каждому, плюс бесплатная кормежка, вас устроит?
Дрон округлил глаза, а девушка пожевала губу.
— Ну не знаю, — протянула она. — Как-то это все неожиданно и странно. То ты пропадаешь где-то, то говоришь, что у тебя проблемы, а потом предлагаешь пожить на базе…
Блин, разговор начал сворачивать в опасные дебри…
Выдохнув, я заглянул в глаза Алине и спокойно произнес:
— Думаешь, я могу навредить тебе и Дрону?
Она отшатнулась и смущенно мотнула головой.
— Нет? что ты, — залепетала наша ведущая. — Прости…
— Ничего страшного? Так вы согласны или нет? — добродушно улыбнулся я.
— Согласны, — кивнул Андрей, всем своим видом демонстрируя серьезность намерений. Глядя на это, Станиславский бы сказал «не верю». — Но помни, — Дрон назидательно поднял палец, — ты обещал рассказать нам, что вообще вокруг тебя творится. Мы ж не слепые, ядрен батон!
— Помню, — тихо ответил я, и бодро добавил: — Ну а раз все решили, пойдемте к машине!
— Стоп! А как мы поедем-то? — неожиданно всплеснула руками Алина. — Ни вещей, ни зубной щетки — ничего с собой нет! Нам нужно вернуться домой и собраться! Сколько дней, говоришь, мы будем работать?
— Пока не знаю, — признался я.
— Тем более! — воскликнула девушка.
Недолго думая, прошел с ребятами до «Пассата» и в двух словах объяснил Коле его задачу на ближайшие несколько часов. Пусть мои друзья катаются с ним. Мне так спокойнее, нежели отпускать эту парочку на автобусе. К тому же, есть слабая надежда, что, если у дверей дома будет ждать малознакомый человек, Алина станет чувствовать себя неуютно и она быстрее соберет свои пожитки.
Заказав такси, в компании с Кимирой вернулся обратно. Роза послушно ждала меня на прежнем месте.
— Ну? — с нетерпением проговорил я, обращаясь к цыганке. — Помогло?
— Да, Девель. Тень смерти у девочки стала тусклее.
Я облегченно вздохнул и, улыбнувшись, произнес:
— Всегда знал, что мы сами вправе выбирать свое будущее.
— Но тень все еще близка, — спустила меня на землю Роза, с интересом и одновременно с опаской поглядывая на волшебницу. Ну еще бы, сдается мне, первый раз цыганка стоит рядом с Учителем. Правда, судя по выражению лица Розы, объемы «тени силы» Кимиры хоть и выдающиеся, но не такие страшные, как суть моей «тени силы».
— Ничего. — подобравшись, ответил я. — Пока мы боремся, все можно изменить.
— Верно, Девель, — цыганка позволила себе теплую улыбку.
— Кстати, — после предыдущего разговора с ней меня мучал еще один вопрос. — Что насчет тебя? Надеюсь, над тобой не висит тень смерти? Если да, могу тоже укрыть тебя и твою семью на своей базе.
Маловероятно, конечно, что неизвестный враг решит напасть на моих сотрудников. Это будет довольно бессмысленно с их стороны. Поэтому тащить всех, кого я знаю, на базу не собираюсь. Однако Роза — другое дело. Ее потенциал чрезвычайно важен для меня. Если есть хоть малейший шанс, что враг может выйти на цыганку, нужно этот шанс пресечь.
— Благодарю, Девель, — гадалка вновь тепло улыбнулась. — Но ни мне, ни моим детям или мужу в ближайшее время ничего не угрожает.
Что ж, такой ответ меня вполне устраивает. Еще одно из моих слабых мест прикрыто.
— Тогда мы, пожалуй, пойдем, — мне пришла смс, что такси прибыло. Повертев головой, я заметил нужную машину.
— Постойте, Девель, — вдруг остановила меня Роза и быстро добавила: — Хочу, чтоб вы знали кое-что, — она поглядела на Кимиру, не решаясь говорить при посторонних. Уверенным кивком я попросил ее продолжить: — У этой девочки, Алины. Есть еще одна тень — тень силы. Слабенькая, не пробудившаяся. Но слегка необычная.
— То есть? — я мгновенно весь обратился в слух.
— Вроде все как у многих… Как у других людей с даром, например, как у твоей спутницы. — глазами указала на Кимиру. — Но есть небольшая часть с иной сутью. Светлая… добрая… Никогда такую не встречала.
На несколько секунд я задумался, пытаясь переварить услышанное.
— То есть ее тень силы не однородная? — уточнил я.
— Верно, Девель.
— А моя?
— Ваша… — протянула женщина, нахмурившись, — у вас по-другому. Та часть вашей силы, что как у всех, будто окутана другой силой со страшной сутью. А у девочки… хм… как будто вкрапления этой светлой сути. Как будто отблески или…
— Отголоски? — предположил я.
— Да, пожалуй, — кивнула она.
Поблагодарив Розу и попрощавшись с ней, я вместе с Кимирой направился к такси.
— Отголоски доброй и теплой энергии, — не выдержав, заговорила по дороге волшебница, — на ум приходит только мана. Если я права, среди Алининых предков были ангелы. Пробудить в ней дар и поднатаскать — получим неплохую поддержку. Мелкое исцеление и слабенькие барьеры положены по умолчанию. А там, как девочка будет тренироваться и…
— Хватит, — отрезал я, садясь в машину. — Я не хочу еще сильнее втягивать их в наш мир.
Волшебница изучающе взглянула на меня и кивнула.
Практически всю дорогу ехали молча. Я раз за разом прокручивал в голове разговор с цыганкой, думая, почему она не сказала мне об Алине раньше. И почему вдруг решилась сейчас? Из-за того, что я заявил, что могу увеличить ее силы? Получается я прав, и Роза готова перешагнуть через воспитание и традиции ради обретения новых способностей? Хотя, если посмотреть с другой стороны, чем успешнее наше шоу, тем больше денег оно приносит, так что рост ее сил сможет поднять и доход табора от «Святого Ильяриза». Эх… сложно с теми, чья мотивация до конца непонятна. Одно радует, реши я в дальнейшем создать с ней Связь — ничего не получится, если потенциальный Страж кривит душой и неверен потенциальному Господину.
— Кимира, а вообще часто встречаются одаренные? — обратился я к телохранителю, когда до базы оставалось минут десять.
— Зависит от мира, — с готовностью ответила женщина. — В немагическом мире, как ваша Земля, редко. Зато тут чаще встречаются одаренные со спящим даром, — хмыкнула она.
— Что ты имеешь в виду? — не понял я.
— Все просто. Обычно дар сам не пробуждается. Если одаренный всю жизнь проживет там, где никто не пользуется праной, он может до самой смерти оставаться обычным, ничего не подозревающим человеком.
— Да уж, — я почесал подбородок. — Люди сами не знают, какие возможности в них скрыты.
— Точно! А ты сегодня просто кладезь вселенской мудрости, — волшебница расплылась в ехидной улыбке.
Прибыв на базу, я первым делом попытался дозвониться до дяди Гены. Результат тот же, что и раньше. Обреченно покачав головой, нашел тетю Марину и забрал у нее письмо от похитителей.
— Так и не смог связаться с Крокомотом? — спросила она. Женщина явно тревожилась, с трудом скрывая свое состояние от остальных.
— Нет, — предельно спокойно ответил я. — Но не переживайте. У меня уже есть план, как поступить. А вам лучше отдохнуть, и прийти в себя.
Усмехнувшись, она покачала головой и по-матерински взлохматила мне волосы.
— Мал ты еще, старших утешать, — убрав руку, посерьезнела и добавила: — Я никому не говорила о письме и говорить не стану. Я доверяю тебе. Надеюсь, мне не придется разочаровываться.
— Будьте уверены, — улыбнулся я. — Кстати, у меня к вам просьба.
— Внимательно слушаю, — не скрывая любопытства, произнесла она.
— Я пригласил на базу пожить двоих своих друзей. Пару. Сказал, что тут нужны работники с проживанием. Вы сможете придумать для них задания?
Тетя Марина прекрасно поняла мои мотивы.
— Новые работники? Как вовремя! Думаю, давно пора сделать ремонт — часть помещений простаивает без дела. Попрошу подвезти краску и штукатурку. А девочка, думаю, сможет помочь мне на кухне. А то последнее время столько дел, что кормить эти голодные рты мне просто некогда. Благо Адда с Альбой появились. А теперь вот еще одна помощница будет.
Похоже, моя внешняя уверенность помогла тете Марине хоть немного расслабиться. Вот и славно.
Спросил, смогла ли она узнать что-нибудь интересное о «Гнезде Аиста» и получил отрицательный ответ. Выйдя из кабинета, снова достал из кармана Кристалл Связи. Вложил в него прану и обреченно выдохнув, убрал «обелиск» обратно. Абонент не доступен.
Заурчало в животе. Я внезапно понял, что проголодался. А еще сильно устал и хотел спать. Но при этом отчетливо понимал, что даже если лягу сейчас в самую мягкую постель на свете, уснуть не смогу. Слишком много осталось нерешенных вопросов. С одной стороны, нужно пытаться дозваниваться до дяди Гены, с другой, искать иные пути. Только какие? Кланяться в ножки Такэдзо и просить его вместе со мной и Кимирой прогуляться до коттеджного поселка? Атаковать, поднять много шума, ибо, по словам волшебницы, без особых умений или артефактов незаметно в нужный дом нам не проникнуть… А потом? Что Бладинский, что Кость по рангу были между Ветераном и Учителем. В итоге один мертв, другой пропал. Причем, как я понимаю, оба бились недолго. Значит враг минимум Учитель. А может даже кто и пострашнее. Далеко не факт, что мы сможем взять коттедж нахрапом. И даже если наше трио окажется сильнее врага, пока будем сражаться, те вполне могут прирезать Андреаса.
Да уж, втроем пробиваться уж точно не вариант, и моя чуйка это лишь подтверждает. В идеале бы прокрасться внутрь и выкрасть оборотня, но ни я, ни Кимира на это не способны, а Такэдзо…
Я замер, как вкопанный, в пяти шагах от двери столовой. Еще ночью, возвращаясь на базу, мы с Кимирой обсуждали возможность (точнее «невозможность») тайного вторжения, однако ни у меня, ни у волшебницы и мысли не возникло, что роль шиноби может примерить кто-то, кроме нас с ней.
А ведь ответ так очевиден. Достаточно вспомнить, при каких именно обстоятельствах я познакомился с наставником — в маске Анонимуса и костюме ниндзя он незаметно для охраны залез в мою комнату и похитил меня!
Резко развернувшись, я рванул к лестнице и, взлетев на второй этаж, остановился напротив двери комнаты Такэдзо. Взял себя в руки и постучал.
— Ну что тебе, увалень? — услышал сонное бурчание, а через несколько секунд щелкнул замок, и дверь открылась.
— Извини, что разбудил. У меня к тебе просьба, — спокойным тоном сообщил я.
— Слушаю, — вампир даже не предложил войти в свое мрачное обиталище с заклеенными окнами.
— Скажи, — осторожно начал я. — Ты ведь можешь незаметно проникнуть в коттедж врага и вызволить Андреаса?
— Могу, — равнодушно ответил он, глядя мне прямо в глаза ясным взглядом, будто он и не спал минуту назад.
Внешне стараясь выглядеть абсолютно спокойным, я напрягся. Не люблю, когда отвечают отрывисто (хоть сам иногда так поступаю), в подобных случаях сложнее выстраивать диалог.
— А ты сделаешь это? — спросил в лоб, решив не ходить вокруг да около.
— Нет, — мотнул головой вампир. Ни намека на улыбку. Обычно балагуристый Такэдзо смотрит на меня строго и холодно.
— А если я заплачу тебе? — предложил я. — Сколько ты хочешь за свои услуги?
Перестав строить из себя буку, он весело хмыкнул.
— Увалень, я, конечно, бывает и подрабатываю наемником. Но контракт с тобой меня совершенно не интересует. Как и все твои делишки. Я обещал Крокомоту помочь тебе сохранить голову на плечах, но подтирать тебе зад салфеткой я не подписывался. Давай как-нибудь сам, — замолчав, он и хлопнул дверью перед самым моим носом.
Да уж, видимо как раз ожидая именно такой реакции, мой мозг раньше и не предлагал обратиться к вампиру за помощью.
Устало вздохнув, я поплелся на кухню, по дороге снова пытаясь дозвониться до дяди Гены.
Внезапно Кристалл засиял алым, а в голове зазвучал знакомый бас:
— На связи.
Удивленно замерев, я на автомате огляделся, но быстро сообразил, что к чему и мысленно ответил:
— Привет. Долго же ты трубку не брал.
Стоять посреди коридора — не самая лучшая затея, поэтому я быстро зашагал в свою комнату.
— Дела были, — я снова услышал в своих мыслях голос дядя Гены.
— Ты оставил этот Кристалл на самый крайний случай, и когда он наступил, не спешил отвечать, потому что у тебя есть дела поважнее? — удивился я.
— Хех! Не на самый крайний, — усмехнулся мой ментальный собеседник. — А всего лишь на случай, когда Кость и Гоблин выйдут из строя, а тебе потребуется моя помощь.
— Ты знаешь, что с ними случилось? — закрыв дверь своей комнаты и не выпуская из рук Кристалл, я плюхнулся на кровать.
— Разумеется. Один, использовав доспех огня и кольцо-усиления, отхватил от берсерка-Учителя. Второй получил от оборотня-Наставника — огненного мага.
— Значит у врагов есть боец такого высокого ранга, — пробормотал я себе под нос. — А что с самим Костью? Он ведь жив?
— Жив, куда он денется. В самый последний момент ухватился за своего минотавра и отозвал его. В итоге оказался в склепе с рогатым трупом. А так как сам он между мирами перемещаться не умеет, пришлось мне самому за ним выдвигаться.
— А почему обратно на Землю его не отправил?
— А зачем вам еще один бесполезный подранок? — вопросом на вопрос ответил дядя Гена. — Валяется у меня в замке. Как еще в склепе рассказал, что к чему, и вырубился, так до сих пор прийти в себя не может. Короче, Илья, не переживай о нем. А у тебя есть куда более важные проблемы, верно?
— Да.
— Отлично! — «отлично»? Он действительно считает, что это «отлично»? — Выкладывай со всеми подробностями.
В течение следующих пятнадцати минут я пересказал ему, что случилось со мной с того момента, как сегодня ночью меня разбудил звонок Адды и до настоящего времени.
— Ну что ж, все понятно, — хмыкнул дядя Гена, как только я закончил. — И ожидаемо.
— Почему это ожидаемо? — не понял я.
— Потому что я преподнес тебе поистине легендарный подарок. Многие бы хотели владеть твоим мечом. И делали бы это гораздо эффективнее тебя.
— Значит пользуясь им, я привлекаю к себе излишнее внимание, — подвел итог я, поняв, что, видимо, паладины орк и эльф успели растрепать всем подряд о том, что я призывал дракона.
— Верно. Но скрываться уже поздно, — поспешно заявил дядя Гена.
— Я и не собираюсь, — мне показалось, что пусть и тихо, но он облегченно выдохнул. — Вопрос в том, как нам вызволить оборотня.
— Так это вообще не вопрос, — хохотнул дядя Гена. — Иди в одиночку и выкради его. А потом, если уговоришь Такэдзо, можешь вместе с ним, Кимирой и этим… которого вы приковали, при поддержке целительниц — его сестры и матери, разнести к ангелам весь поселок.
— Гениально, — проворчал я. — Только как мне туда проникнуть?
— О, об этом не беспокойся. Твой кристалл связан с моим хранилищем. Сейчас попрошу, и тебе вышлют браслет мертвеца — он полностью скроет твой энергетический фон, будто ты мертв; и колпак скрытности, позволяющий передвигаться бесшумно и незаметно, если не попадать под камеры. С таким комплектом залезть в коттедж будет проще пареной репы.
— А как я найду там оборотня? — резонно спросил я. — Даже если стану полностью невидимым, мне придется прочесать весь дом!
— А кто говорил, что будет легко? — усмехнулся дядя Гена.
— Понятно, — кивнул я, задумавшись, какой вопрос задать следующим. У меня скопилась целая прорва вопросов, но, когда выдалась возможность их озвучить, в голове все смешалось. Вроде многое хочется спросить, однако…
— Ладно, на этом, думаю, пришла пора прощаться. У тебя впереди куча дел, — неожиданно произнес дядя Гена.
— Стой, я…
— Есть еще что-то не терпящее отлагательств? — строго спросил он.
— Да! — быстро сказал я. — Мне нужно знать, смогу ли я создавать новых Стражей!
— Хм… — в этом его хмыке я явственно услышал одобрение. — Хороший вопрос. Свяжись со мной, как разберешься с вампирами и оборотнями. Обсудим. Все?
Что ж, похоже, он сейчас действительно не собирается мне больше ничего рассказывать. Все из-за этого странного метода обучения? Или же дело в чем-то другом?
— Последний вопрос, — усмехнувшись, проговорил я. — Как там мама?
Дядя Гена усмехнулся в ответ.
— Скучает и передает тебе привет, — совершенно искренне сказал он.
***
Кристалл Связи погас, и Генрей Крокомот расслаблено откинулся на широкую спинку кресла. В закрытую дверь его кабинета постучали — уже не в первый раз за последние несколько секунд.
— Господин, гости ждут! — донесся из-за двери голос дворецкого.
— Иду, — ответил артефактор, поднимаясь с места. Повернув голову, он посмотрел на женщину, чем-то напоминавшую земную Мерлин Монро, но в сотню раз превосходившую по красоте любовницу Кеннеди. Поджав под себя ноги, та сидела на кожаном диване и улыбалась.
— Все слышала? — хмыкнул Генрей.
— Ага, — кивнула она. — Спасибо, что «подключил» к вашей беседе. Рада, что с ним все в порядке. И что он беспокоится обо мне.
— В порядке? — хохотнул Крокомот. — А эта его возня с вампирами, тебя не пугает?
Женщина нахмурилась, а потом махнула рукой:
— Пустое, Ген. Вам — мужчинам, только на пользу преодолевать мелкие трудности.
— И что, ты даже не волнуешься? И не хочешь повидаться с сыном?
— Ген, — укоризненно покачала головой его собеседница. — Ты же прекрасно знаешь, что волнуюсь. Сильно волнуюсь. Но не собираюсь носиться по твоему особняку, как полоумная курица, требуя вернуть меня обратно. Ну, предположим, окажусь я на Земле, что дальше? Своим присутствием буду только отвлекать его. Он же начнет беспокоиться, что я тоже могу попасть под удар. Ах! — всплеснув руками, женщина выдохнула и покачала головой.
— Ладно-ладно, я все понял, — примирительно проговорил Генрей. — Не ворчи. Посиди пока, вон книжки почитай. Я спущусь в гостиную, побеседую с Господином Эрлионом и его спутником, — от взгляда Крокомота не скрылось, насколько сильно скривилось лицо женщины при упоминании деда ее сына.
В гостиной, расположившись в мягких креслах и так не притронувшись к стоящим перед ними угощениям, гости напряженно ожидали хозяина особняка.
— Рад вас видеть, Господа, — поздоровался Генрей. — Прошу прощения за ожидание, — он подошел к столику, как раз в тот момент, когда двое мужчин поднялись на ноги. — Господин Михаил, — пожал руку высокому светлоликому человеку в белоснежном костюме. — Господин Зерий, — сжал ладонь Эрлиону, обратившись к тому тоже по фамилии.
— Генрей, прошу тебя, — усевшись обратно в кресло, глава клана Зерий погладил бороду и улыбнулся. — Давай чуть менее официально. Верно, Господин Абалим?
— Да, пожалуй, так будет удобнее, — хмуро кивнул четвертый брат главы ангельского клана Михаил.
Поочередно посмотрев на него и на Эрлиона, Крокомот кивнул, прокручивая в голове события сегодняшнего дня. Второй раз за последние девять часов он встречается с тем, кто когда-то давно дал ему герб, превратив из простолюдина в аристократа. То, что рассказал за обедом Эрлион Зерий, поразило Генрея, но в то же время пролило свет на странные вещи, происходящие в Оси в последнее время. Сколько бы артефактор не искал ответы на терзающие его вопросы, собрать удалось сущие крупицы. А теперь сам Гроссмейстер Великой Инквизиции сидит перед ним и просит об услуге.
— Господин Генрей, — обратился к нему по имени Архангел Абалим Михаил, — Вы ведь уже в курсе, почему я искал с вами встречи?
— Да, — кивнул Крокомот. — Господин Эрлион мне многое рассказал и озвучил ваше предложение. Но прежде, чем приступить к обсуждению, я хотел бы прояснить некоторые моменты.
— Это так важно? — нахмурился Гроссмейстер.
— Естественно, — спокойно ответил Генрей.
— Хорошо. Слушаю, — не стал больше спорить Абалим.
— Прежде всего, как так вышло, что за последние пару месяцев разграблено несколько ваших храмов, убито три осевых аристократа одного возраста, а оплот безопасности и всеобщего спокойствия — Орден Великой Инквизиции, никак не может отыскать преступников? Убийства явно ритуальные — ангел, демон, бог — все только что достигшие совершеннолетия. А с храмами так вам и вовсе в лицо плюнули.
— Генрей, прекрати, — изумленно округлил глаза глава клана Зерий.
— Все в порядке, Господин Эрлион, — поспешил успокоить того Архангел и снова повернулся к Крокомоту. — Вы задаете не самые приятные вопросы, Господин Генрей, и прекрасно понимаете это. Так зачем?
Хозяин особняка смотрел на Гроссмейстера с нескрываемым интересом. Такая реакция вполне устраивала артефактора. Абалим осознает, что в его Ордене далеко не все такое же белоснежное, как плащи паладинов или его костюм-тройка. Однако произнести это вслух настолько влиятельная фигура попусту не может.
— Что ж… — усмехнулся Крокомот. — Я всего лишь надеюсь, что теперь расследование пойдет с новой силой.
— О, будьте уверены, — хищно оскалился ангел.
Крокомот не сомневался в искренности слов своего собеседника. Пусть Орден Великой Инквизиции огромен, пусть за всем одному Гроссмейстеру не уследить, пусть слишком много себе позволяют его заместители — Грандмагистры — теперь все будет иначе. События последних ночей открыли глаза Архангелу. Позапрошлой ночью в своем замке был обезглавлен младший брат главы демонического клана Ахриман. А этой — наследник клана Одинсон — молодой бог Арне, чья голова также бесследно исчезла, оставив тело истекать кровью на широкой кровати. Что связывает этих двоих, кроме причастности к высшей осевой аристократии? То, что оба клана любят хвалится своей легендарной родословной. Предком первых был Владыка Демонов, а вторых — Отец Богов. В связи с этим стоит обязательно учитывать, что род Михаил берет свое начало от Повелителя Ангелов.
— Я верю вам, — кивнул Генрей. — И уже сейчас могу поделиться информацией, которая, как мне кажется, может помочь в вашем расследовании.
— Буду очень признателен, — кивнул носитель крови Повелителя Ангелов.
— Месяц с небольшим тому назад на одного бастарда рода демонов напали представители Черной Инквизиции. Как раз в день его двадцатиоднолетия. Они пытались устроить ритуальное жертвоприношение, но парню удалось сбежать. Чуть позже черные инквизиторы снова напали на него, и на сей раз бастарду удалось отбиться. Потом нападения прекратились, однако ввиду последних событий в Оси, все это может быть связано.
Светлоликий ангел посмурнел и подпер лоб ладонью. Крокомот не стал его торопить, дав собеседнику время подумать. Молчал и Эрлион, переводя хмурый взгляд с одного на другого.
— Когда черные инквизиторы последний раз нападали на вашего бастарда? — наконец спросил Архангел.
— Одиннадцать-двенадцать дней назад по Руарк-Порку.
— Хм… десять руарк-поркских суток назад нашли изувеченное тело бастардки Ориота Зевса, — мрачно проговорил Гроссмейстер. — Видимо в вашем бастарде отпала надобность, — он гневно сжал кулаки и прекрасный ангельский лик исказила яростная гримаса. — Вот значит как… — прошипел он. — Элигор… — будто по щелчку, Абалим успокоился и закинул ногу на ногу. — Даже если и так — у нас мало доказательств. Слов одного бастарда будет мало, чтобы оправдать перед Большим Советом вмешательство в дела братского Ордена.
— А моих слов? — нахмурился Крокомот. — Я лично хм… опрашивал парочку «Специалистов» на Земле, в результате признавшихся мне, что они члены Черной Инквизиции. Правда для чего им нужен был бастард, они, естественно, не знали.
— Что ж, слово осевого аристократа стоит дороже, но… — Архангел замолчал, уставившись в окно, за которым сияла огромная Луна. Затем скривился и покачал головой. — Я все равно не смогу убедить Большой Совет начать открытое расследование против братского Ордена. Не сейчас.
Крокомот не сводил внимательных глаз с лица Гроссмейстера. Генрей понимал, что ангел говорит правду. У главы Великой Инквизиции нет абсолютной власти. А сейчас, когда в Ордене явно завелись крысы, действовать Абалиму будет вдвойне сложнее.
— Послушайте, Господин Эрлион, — хозяин особняка обратился к своему старому другу. — А почему бы вам не озвучить наши подозрения на Ареопаге? — с ударением на слово «наши» произнес он.
— Да, я могу, — кивнул глава клана Зерий. — Но сам знаешь, Ареопаг собирается раз в два месяца, следующий будет через три недели.
— Созовите экстренный! — воодушевленно предложил Архангел.
— Для этого нужно три голоса, — напомнил Эрлион.
— Ничего страшного, — заявил Абалим. — Тюр Одинсон и Зар Ахриман после случившегося вас точно поддержат. Я же выступлю перед Большим Советом своего Ордена.
На миг Генрей почувствовал неладное. Конечно, артефактор радовался тому, что дело сдвинулось с мертвой точкой, что те, кто охотился на Илью, больше не смогут творить все, что им взбредет в голову. Однако теперь не факт, что Абалим Михаил вернется к своей изначальной просьбе. К тому, ради чего он искал встречи с Крокомотом.
— Но Ареопаг всего лишь совещательный орган, — нарушил тишину Архангел, а хозяину особняка стоило огромных усилий, чтобы сдержать вздох облегчения. Все-таки Гроссмейстер не передумает. А значит ситуация сложилась самым лучшим образом. — Главы сильнейших кланов примут решение, но не уверен, что Вечный Король поддержит его.
Давным-давно, когда Генрей впервые узнал об Осевых Законах и о власти в Оси, он оказался в полнейшем замешательстве. Власть абсолютна. Но в то же время ее нет. Есть тот, кто все решает, тот, в кого верят. Но в то же время Его никто и никогда не видел. Однако любой житель Вечного Города Руарк-Порка может наблюдать волю Его. Каждый Его приказ высвечивается огромным буквами в воздухе над площадью перед Королевским Дворцом. И каждый, кто посмеет ослушаться, будет жестоко наказан.
Но Его приказы редки. Могут появляться раз в год, в два, в десять. Обычно Он лишь назначает Владетелей или отправляет кланы на рубежи Оси сражаться с вторженцами из других Осей. Но может велеть и другое. Например, в свое время именно Он приказал уничтожить Орден Праведности.
Он дает много прав кланам, и поэтому сильнейшие из них стараются договариваться между собой на Ареопаге. Во время таких собраний решаются вопросы войны и мира между кланами, создаются альянсы, устанавливаются новые торговые связи. Однажды принятое на Ареопаге решение высветилось на Королевской Площади — Вечный Король услышал его и своим словом возвел в абсолют. Этим жестом он еще сильнее поднял авторитет Ареопага. И что с такого, что подобных жестов после было всего два? Итого, три за тысячи лет.
Именно Вечный Король легитимизировал и Орден Великой Инквизиции, дав им Свод Осевых Законов и назвав сборище фанатиков хранителями баланса внутри Оси. Со временем, конечно, Орден разросся, извратился, породил Серую Инквизицию и Черную Инквизицию, но Вечный Король от него не отрекся.
Все это Крокомот вспомнил лишь по одной простой причине. Он прекрасно понимал — для того, чтобы потревожить такого зверя, как Орден Черной Инквизиции, нужны железные аргументы. В идеале — приказ Вечного Короля. Однако надеется, что Он подтвердит решение будущего экстренного Ареопага, глупо. Второй вариант — Большой Совет поддержит своего Гроссмейстера. Что в текущих реалиях тоже невозможно.
Генрей вновь взглянул на Абалима. Архангел излучал неподдельную решимость. Почему? Настолько сильно хочет восстановить справедливость и наказать виновных? Или отомстить за наследника клана Одинсон? Говорят, глава Великой Инквизиции давно дружит с его отцом Тюром. Или боится за свою шкуру? Ведь по логике вещей следующим вполне может быть он — потомок одного из трех вождей. Все это, как казалось Крокомоту, правда. По всем пунктам он прав. Однако главным мотиватором Абалима Михаила, скорей всего, была любимая племянница. Как и ее братья, отец или дядя она тоже несла в себя кровь Повелителя Ангелов. А значит тоже могла стать следующей жертвой. Из того, что Крокомот знал о Гроссмейстере Великой Инквизиции, он мог сделать твердый вывод — за эту девушку Архангел порвет кого угодно. Пусть она и не его дочь, но… Хм, примерно тоже самое артефактор испытывал к Илье.
И зная все это, сейчас можно неплохо поживиться.
— Далеко не факт, — после долгого молчания подтвердил Эрлион.
— Поэтому вернемся к нашему первоначальному вопросу, — быстро сказал Абалим, впившись взглядом в Крокомота. — От лица Ордена Великой Инквизиции я предлагаю вам двести тысяч руарк-порских золотых монет, если вы поможете нам отыскать Око Истины. Вы ведь не станете отрицать, что знаете где оно спрятано?
— Точного места я не знаю. Сейчас не знаю, — поправил себя Генрей. — Лишь приблизительное, но оказавшись там, смогу отыскать нужный вам артефакт.
— Вы согласны? — нарочито спокойным голосом спросил Архангел.
— За двести тысяч — нет, — покачал головой Крокомот.
— Хм, как я понимаю, вас не устраивает цена? Странно. Некоторые рода столько за год не зарабатывают, а вы получите всего лишь за несколько дней.
— Ну а вы получите уникальный артефакт, способный приоткрывать тайны истории, — улыбнулся Генрей. — Благодаря ему вы узнаете, кто убивает Осевых аристократов, кто устраивает жертвоприношения и грабит ваши храмы. Ответы, данные Оком, непогрешимы — их вполне хватит, чтобы вывести Черную Инквизицию на чистую воду и натравить на них всех, желающих отомстить. Но все это мелочи, по сравнению с тем, что такой артефакт останется в руках вашего Ордена и после расследования текущих преступлений.
Архангел поморщился и покачал головой.
— Из ваших уст это звучит так, будто моей целью является именно Око.
— Простите, если вас обидел, — улыбнулся Генрей. — Ничего такого я не имел в виду.
— Я верю, — кивнул Гроссмейстер и сухо проговорил: — Так какова ваша цена?
— Пятьсот тысяч золотых, одно Всепрощение про запас, которое я смогу передать кому пожелаю и герб для моего знакомого бастарда.
Услышав последнее требование Крокомота, Эрлион на секунду скривился, что не скрылось от внимательных глаз артефактора. Усмехнувшись про себя, Генрей вновь перевел взгляд на Архангела. Хозяин особняка осознавал, что просит немало и вряд ли Гроссмейстер ответит сегодня. Скорей всего возьмет паузу и…
Внезапно почувствовав колыхания праны, Генрей потерял мысль.
— Прошу извинить меня, — Абалим достал из внутреннего кармана пиджака Кристалл Связи и, вложив в него немного своей праны, ответил на вызов. Естественно, Архангел сидел молча, разговаривая со «звонившим» мысленно. При этом совершенно не скрывал эмоции — Крокомот и Эрлион напряженно смотрели на лицо Гроссмейстера, с каждой секундой становящееся мрачнее тучи.
Спустя несколько томительных минут он спрятал Кристалл обратно, оставаясь в полнейшем безмолвии.
— Что-то случилось, Господин Абалим? — учтиво поинтересовался Крокомот.
— Да, — сдавленно прохрипел Архангел. — Мне только что доложили о еще двух обезглавленных — дочери Тагаса Гавриила и младшем брате Ладимира Перуна.
— Итого по одному наследнику каждого из трех вождей плюс второй наследник Отца Богов, — задумчиво протянул Эрлион.
— До десяти нет четных жертвенных чисел, — быстро сообразил Крокомот. — Они начали второй круг жертв. Закончив, получат шесть. Ни туда, ни сюда. Значит будет минимум девять. Думаю, по три наследника от каждого из вождей.
— Да, — обреченно кивнул Гроссмейстер. В этот момент Генрею стало жаль Архангела. Ведь теперь вероятность того, что под удар может попасть его племянница удваивается.
— В виду последних необходимость экстренного Ареопага в разы возросла, — проговорил Крокомот. — Маловероятно, но кто-то может не знать о происходящих убийствах. Всем, в чьих жилах течет кровь трех вождей, необходимо усилить охрану. Возможно даже Ордену Великой Инквизиции стоит этому поспособствовать, — он выразительно посмотрел на Абалима.
— Верно, — согласился Архангел. — Я немедля соберу Большой Совет. Но это позже. А сейчас нужно закончить начатое. Господин Генрей, я согласен с вашими условиями, хоть они, как мне кажется, и завышенные. Одному Ордену не покрыть такие расходы, придется договариваться и с родами жертв. Каждый из них, уверен, жаждет отыскать убийц. Всепрощение, так и вовсе не проблема. Остается только герб. Сами понимаете, я не могу его выдать. Нужно обращаться к главам кланов и…
— Прошу прощения, что перебиваю, — устало выдохнув, произнес Эрлион. — Но с этой проблемой, думаю, я смогу вам помочь, — сощурившись, он одарил Крокомота многозначительным взглядом.
— Ну я пошел, — я отодвинул в сторону дверь микроавтобуса.
— Иди-иди, буратино! — хохотнул Такэдзо, всю дорогу высмеивающий мой колпак скрытности — согнутый пополам коричневый конус, натянутый по самые уши и кончиком касающийся лопаток.
— Удачи, босс, — козырнул сидевший за рулем Коля.
— Будь осторожен, — проворчала Кимира, недовольная тем, что отпускает клиента в одиночку. — Если вдруг помрешь, я тебя не прощу. Нам с Горландом в резюме не нужны проваленные контракты.
Адда подалась вперед и крепко обняла меня, прошептав:
— Пожалуйста, спасите моего брата.
Отстранившись от девушки, я еще раз помахал рукой своей группе поддержки и зашагал по темной дороге в сторону коттеджного поселка «Гнездо Аиста».
— Не думай, что раз я буду поблизости, увалень, то обязательно кинусь тебя спасать! — крикнул мне вслед наставник. Я проигнорировал его слова. Как говорится, не корми тролля. К тому же сейчас ни он, ни остальные уже меня не видят.
Браслет из мелких черепушек противно позвякивал при каждом моем шаге. Примечательно, что слышу это только я, для других звук артефакта, скрывающего мой энергетический фон, блокируется колпаком.
Посылка от дяди Гены появилась примерно через час после нашего разговора. Я уже начал волноваться и собирался снова ему «звонить». Но как только рядом с Кристаллом Связи материализовались нужные мне предметы, тревога отпустила. Настолько, что, обсудив вылазку со своей командой и пообщавшись с прибывшими на базу Алиной и Андреем, я крепко уснул.
Проспал до самого вечера, а за поздним ужином вновь столкнулся со своими друзьями. Обходить неудобные темы в разговоре с ними становилось все сложнее и сложнее. Ну ничего, будем решать проблемы по мере их поступления.
Сейчас важнее операция по спасению Андреаса. Я солирую. Шиноби Такэдзо будет крутиться рядом. Но, сдается мне, что если он и решит помочь, то только в самом крайнем случае. Например, когда меня уже несколько минут как будут резать на части. Фух… тьфу-тьфу, к черту такие шутки.
Кимира осталась в микроавтобусе, ей ближе подходить опасно — сразу засекут сенсоры. Задача волшебницы — неотрывно смотреть в сторону поселка. Если мне понадобится ее помощь, один взмах мечом, и я выпускаю в небо белоснежную молнию. Увидев знак, она, наплевав на скрытность, бросается со всех ног ко мне на выручку. Но и до этого я искренне надеюсь не дойдет.
Ну а если нам все-таки придется отбросить «стелс-режим», то уже Коля, вдавив газ, подгонит одолженный у тети Марины черный микроавтобус ближе к «Гнезду Аиста», а Адда сразу же бросится лечить наши израненные тела. Это в худшем случае, а в лучшем — только своего брата. Уверен, этому сто процентов понадобиться помощь целителя.
— Уик! — послышался деловитый писк почти из-под ног. Опустив взгляд, я заметил Юру. Хомяк, задрав морду смотрел на меня. Пискнул еще раз и быстро, цепляясь за одежду, забрался на плечо.
— Дружище, я тут немного занят. А ты можешь привлечь внимание, — усмехнувшись, проговорил я.
Хомяк отрицательно замотал вытянутой мордочкой. Поднялся на задние лапки и, с трудом удерживая равновесие, правой передней ткнул себе в грудь, а потом указал на меня. Видя на моем лице непонимание, он как-то уж слишком по-человечески выдохнул и покачал головой. Затем указал на колпак и снова на себя.
— Хочешь сказать, что мои артефакты скрывают и тебя? — догадался я. Юра облегченно закивал. — Кстати, при этом тебя и так довольно сложно заметить, — я невольно вспомнил, как хомяк однажды напугал Кимиру, спрыгнув со шкафа ей на плечо. По сути застал врасплох Учителя! — Ладно, — подытожил я, — гнать-то тебя я точно не собираюсь. Ты моя палочка выручалочка на самый-самый-самый крайний случай, — грызун довольно фыркнул, а я подумал, что хоть и воспринимаю его так, в той же битве с орком, когда все складывалось действительно паршиво, физической возможности воспользоваться силами Юры у меня просто не было.
Так-с! Прочь лишние мысли! Я уже достаточно близко подошел к поселку. Пусть людям меня трудно заметить, камеры никто не отменял.
Я спустился с обочины в придорожный лесок. Ночь выдалась ясной, и я мог хорошо ориентироваться в пространстве и преодолевать препятствия в виде кустов и коряг. Правда, пару раз умудрился поцарапаться о какие-то колючки.
Старался передвигаться как можно тише, плюс эффект колпака по идее должен глушить издаваемые мной звуки. Перед отправкой на задание я немного поэкспериментировал с артефактом. Если человек ничего не подозревает, можно даже громко топать за его спиной, он не услышит.
Я добрался до края леса и увидел окружающий поселок высокий деревянный забор, стилизованный под старинный частокол. На расстоянии примерно двадцати метров друг от друга располагались изящные кованые фонарные столбы. Приглядевшись, я заметил на некоторых видеокамеры, время от времени вальяжно поворачивающиеся в разные стороны.
Итак, я на позиции. Пока я нахожусь в лесу, камеры меня не видят. Осталось подобрать идеальный момент для рывка.
Хм, а это довольно сложно — стоит одной камере отвернуться, тут же поворачивается другая. Правда крохотный интервал, когда появляется «слепая» зона, вроде бы есть.
Хм… легкие всполохи праны браслет мертвеца гасит, так что усилить свой рывок энергией я смогу. Вопрос в том, как выбрать нужное время? Для человека с хорошей физической подготовкой без должных тренировок это невозможно. Да и не каждый одаренный с подобным справится.
Но мне это по силам. Внимательно наблюдая за движением камер, я прислушался к чуйке и, стоило ей закричать «пора», рванул вперед. В два прыжка достиг забора и, тут же перемахнув через него, оказался на чьем-то участке. Внешние системы видеонаблюдения сюда не смотрели, но я тут же приметил одну камеру под крышей небольшой деревянной постройки (скорей всего бани). Убедившись, что не попадаю ей «на глаза», двинулся вдоль забора вправо, к соседнему участку.
Перед вылазкой я сравнил полученную Колей информацию о месторасположении микроавтобуса, на котором привезли Андреса, с указанным на конверте адресом отправителя — полное совпадение. Нужный дом не граничил с внешним забором поселка, так что сразу проникнуть туда не получилось бы. Но я проложил наиболее короткий и удобный маршрут.
Перебравшись на соседний участок, я снова огляделся в поисках камер. Есть одна и вертится. Не проблема.
Стоило камере «посмотреть» в другую сторону, я пронесся по газону и, когда она поворачивалась обратно, юркнул за ближайшее укрепление — собачью будку. Странное ощущение, умом я понимаю — благодаря артефактам хозяин будки меня не заметит, если я не окажусь прямо перед ним, или не начну передвигать предметы, однако я все равно предельно напряжен. Вдруг он проснется и, решив выйти прогуляться, нос к носу столкнется со мной?
Мои страхи, как и следовало ожидать, оказались беспочвенны. Когда камера в очередной раз отвернулась, я ринулся дальше и скрылся за углом огромного четырехэтажного коттеджа. Огляделся по сторонам и готов был броситься к забору, перебравшись через который окажусь прямо перед нужным мне участком, но вдруг замер, явственно ощутив, что такой поступок будет неправильным.
Внимательно осмотрелся. Я вижу, где камера, и точно под нее не попадаю. В чем же дело?
Еще раз прислушался к своей чуйке. Она непреклонна — нельзя сломя голову лететь вперед.
Прокрутил в голове все возможные варианты и расплылся в улыбке. Ну точно — видимо со своей позиции я не вижу другие камеры, в поле зрения которых могу оказаться. Судя по всему, они следят за дорогой между этим участком и тем, что нужен мне.
И что же делать?
В голове родился совсем уж безумный план. Проконсультировался со Способностью — должен сработать. Но риск, черт возьми, очень велик. Вдруг браслет не справится, и часть моей праны засекут враги?
Хотя… не нужно сомневаться в собственных силах. Моя чуйка сейчас предельно уверена в том, что сконцентрировать прану в ступнях и запрыгнуть на крышу коттеджа — правильный путь.
От энергетического толчка под моими ногами раскололась брусчатка. В ночной тишине этот грохот прозвучал сродни взрыву атомной бомбы. Эх, надеюсь волшебный колпачок сделает так, что никто кроме меня ничего не услышит.
Приземлившись наконец-то на крышу, тут же упал на живот и по-пластунски дополз до противоположного края. Я оказался выше обзора камер, так как вторжения с воздуха никто не ожидает.
Мне остается перепрыгнуть только через узкую улочку, и я окажусь за забором нужного мне участка. С моими текущими возможностями это не составит труда. Единственная опасность — все тот же пресловутый сенсор (если он у них вообще есть). Но чуйка утверждает, что и сейчас я могу положиться на артефакт дяди Гены.
Отринув все сомнения, я поднялся на ноги, оттолкнулся и через секунду с небольшим уже очутился за забором участка, расположенного по адресу улица Благодатная семь.
Быстро огляделся по сторонам в поисках камер.
— Уик, — прятавшийся в моем нагрудном кармане хомяк, высунул голову и указал лапкой под карниз коттеджа. Как и соседний, этот дом тоже был четырехэтажным.
— Ага, три вертящиеся камеры только на этой стороне…— пробормотал я, погладив Юру по голове.
И что делать? Все подступы к дому просматриваются. Притом я даже вижу, как попасть внутрь — на третьем этаже распахнуто окно. И нутро мне подсказывает, что запрыгнуть в него будет просто блестящей идеей. Вот только до дома нужно сначала добраться, а «слепых» зон у камер нет. Уверен на сто процентов, что камеры с датчиками движения. И стоит мне хоть на секунду засветиться, пиши пропало.
Внезапно Юра спрыгнул с моего плеча и пулей рванул в сторону коттеджа.
— Эй! — на автомате окликнул грызуна, но тут же спохватился. Колпак-колпаком, однако лишний раз лучше не подставляться.
Тем временем хомяк начал взбираться по отвесной стене дома. Делал он это так же легко, как если б просто бежал по зеленой травке. Вот он подбирается к крайней левой камере, сейчас смотрящей на заполненный водой бассейн и медленно поворачивающейся к центру.
— С ума сойти…— прошептал я, поняв в чем заключается замысел Юры.
Он залез на камеру и заслонил своим телом объектив, как раз в тот момент, когда только она одна смотрела на разделяющую меня и коттедж лужайку. Не медля, я рванул вперед и через несколько секунд запрыгнул в открытое окно. Тут же выглянул наружу — как и в день моего рождения, Юра обернулся огромной крысой. Держась от объектива камеры на расстоянии вытянутых лапок, он шевелил носом и водил мордой, а заметив, что я достиг цели, тут же поспешил ко мне, принявсвой привычный облик.
— Думаешь, никого не смутит, что крыса на такую высоту забралась? — проговорил я, одарив грызуна тяжелым взглядом. Тот лишь развел лапы в сторону.
Я снова выглянул в окно — земля внизу, в месте моего толчка, была немного вздыблена. Радует, что этот участок не попадает под камеры, вот только после Юриной помощи высока вероятность, что охранники соберутся на обход.
Тихо выругавшись, я развернулся и осмотрелся. Я нахожусь в просторной комнате со светлыми стенами и мебелью. По обе стороны от кровати, точно горгульи, замерли два здоровенных плюшевых медведя. Третьего их собрата прижимала к себе мирно сопящая хозяйка комнаты. Она спала, сбросив одеяло. На вид лет двадцать, довольно миленькая с хорошими формами, которые только подчеркивают коротенькие шортики и топ.
Девушка заворочалась и, открыв заспанные глаза, зевнула, перевернулась на другой бок и снова засопела. А я почувствовал, что сердце сейчас выскочит из груди — настолько неожиданно все произошло. Хвала небу, меня не заметили, хоть и показалось, что на мгновенье наши глаза встретились. Сработал колпак? Или она не сообразила спросонья?
Сбросив оцепенение, я быстро дошел до двери и выглянул в коридор. Внутри коттеджа камер не было. Видимо хозяева считали, что хватит внешнего видеонаблюдения и сенсора (опять же если он у них имеется). С другой стороны, среди моих врагов есть Наставник — а это гораздо круче самых навороченных земных охранных систем.
Итак, я на третьем этаже. Мне подняться выше? Определенно нет.
Пройдя по коридору метров десять, увидел лестницу и начал спускаться, про себя радуясь тому, как же мне повезло с Индивидуальной способностью. Быстро отыскать Андреаса не составит труда! Второй этаж — пролетаем! Первый — дальше спускаться некуда, так что нам сюда.
Оказавшись в просторной гостиной, снова огляделся — глаза давно привыкли к темноте, а света от уличного освещения, луны и звезд хватало, чтобы хорошо ориентироваться в пространстве. Из помещения выходили сразу два широких коридора. Долго думать, какой выбрать не пришлось. К сожалению, нужно идти в тот, что прямо передо мной, и из которого пусть и очень тихо, но доносятся мужские голоса.
Ну ничего, со своими артефактами и при должной осторожности я даже под носом у охраны смогу прошмыгнуть незаметно.
Пригибаясь и стараясь двигаться вдоль стен, я медленно вышел в коридор и, сделав несколько шагов, миновал закрытую дверь. Еще через пять метров коридор уходил под прямым углом влево. Голоса слышались все отчетливее. Пройдя еще несколько шагов, я замер, не удержался и обреченно вздохнул (все равно колпак скроет).
Я оказался на развилке — прямо метра через четыре коридор заканчивался массивной дверью. Слева, примерно на таком же расстоянии еще одна дверь, судя по виду явно уличная — один из запасных выходов. И не доходя до него третья дверь — межкомнатная, из-за которой и доносятся обрывки фраз:
— Не думал, что крысы способны так высоко залезать…
— Может стоило поднять тревогу?
— Но я же проверил — все чисто! Да и камеры, кроме крысы, никого не видели!
— И все-таки как-то странно. Ты же понимаешь, что напасть может кто угодно?
— И что, из-за каждого шороха их будить? Они не обрадуются! А злить их — ну уж к черту!
Из того что я услышал, можно сделать вывод — в помещении трое мужчин, и след от моего прыжка они до сих пор не заметили. То ли мне так везет, то ли охранники идиоты. Оба объяснения какие-то сомнительные. Но, что важнее, чуйка просто требует, чтобы я вошел именно в эту комнату, если хочу спасти Андреаса.
— А если все-таки что-то случилось? Может стоит еще раз проверить?
— Ну так иди и проверь! Я не против.
— Ага! Хорошая идея. Сходи, Петь.
— Ок.
— Слушай, давай я с тобой пойду. Если я что-то просмотрел — это моя вина.
— Идем.
Как только они замолчали, дверь распахнулась. Двое мужчин в черной одежде, бронежилетах и с автоматами, вышли в коридор, и через запасной выход покинули коттедж.
Итого в комнате остался один охранник. Нужно ли мне заходить? Определенно да. Нужно поторапливаться? Конечно. Способность уверена, что я не должен терять время, так что хватит тянуть кота за причинные места. Вперед!
Быстро сократив расстояние, я прильнул спиной к стене и осторожно заглянул в комнату через оставленную открытой дверь. Последний из смены сидит за столом и глядит в мониторы. Что дальше? Где Андреас?
Нахмурившись, я продолжал взглядом ощупывать помещение — по размеру небольшое, метров двенадцать. Компьютерный стол, стол с кулером и кружками, несколько шкафов, застеленная софа. И больше ничего! Однако чуйка уверяет, что, если я хочу спасти оборотня, мне точно сюда.
Блин! Нужно торопиться, а то те двое вернутся. Где можно спрятать взрослого человека? В шкафу? Бред какой-то. Скорей уж в… ну точно! Это ж первый этаж. Внизу вполне может быть подвал! Значит в комнате должен быть спуск. И, похоже, я понял, где он находится.
Ворвавшись в помещение, я вложил немного праны в кулак и ударил охранника по голове. Крякнув, он упал мордой на клавиатуру, а я, резко развернувшись, бросился к софе. Если приглядится, паркет перед ней протерт в паре мест длинными полосами. Поднатужившись, я сдвинул диванчик с места. Ну конечно вот он — железный люк. Черт, а ключи-то где взять?
Но и этот вопрос решился сам собой. Похоже вырубленный мной мужик оказался начальником смены, потому что именно в его кармане нашлась тяжелая связка ключей. Потратив драгоценную минуту, чтобы подобрать нужный, я смог открыть люк.
Глянул на мониторы — двое других осматривают территорию. Время еще есть!
Света от люстры в комнате хватило, чтобы разглядеть уходящие вниз ступени, по которым я и спустился. Дальше простиралась непроглядная тьма, и я впервые за время своей вылазки включил налобный фонарик.
Я оказался в длинном коридоре. Слева и справа в голых бетонных стенах виднелись двери комнат — где одностворчатые, где двустворчатые. Что за ними прячут, к сожалению, узнавать нет времени.
Уточняя у чуйки дорогу, я дошел до самого конца коридора и остановился напротив последней двери. Вложив в кулак прану, двумя ударами сбил дверные петли и, вовремя подхватив падающее полотно, аккуратно уложил тяжеленую дверь на пол. Чуть спину не сорвал.
Удивительно, но от учиненного мной грохота лежащий на кровати парень даже не проснулся. Вот ведь чудо-колпак, а! До чего поразительная вещь.
Подойдя поближе, стал рассмотрел Андреаса. Весь в ссадинах, коричневая борода и волосы на голове склеились от запекшейся крови, а клетчатая рубашка превратилась в лохмотья. Неплохо его потрепали.
— Эй, подъем, — проговорил я, шлепнув оборотня по щекам. Ноль эмоций. — Вставай скорее! Нужно уходить! — стукнул сильнее — он даже не пошевелился.
Нанеся еще парочку ударов по грязному лицу оборотня, я выругался и решился снять колпак. Теперь-то он должен меня услышать.
— Вставай уже! — прошипел оборотню на ухо, и вмазал кулаком в бочину. Черт, будто боксерский мешок луплю.
Дважды ударив бесчувственное тело, я вновь надел колпак. Значит Такэдзо был прав, когда говорил, что скорей всего парня накачают чем-нибудь химическим или отключат мозг с помощью заклинания. И это отвратительно — придется тащить тушу самому.
Закинув безвольную, но тяжелую куклу на плечо, я поспешил обратно к выходу. Выбежал в коридор и рванул вперед к освещенной лестнице.
— Все-таки неправильно будет тебя отпустить, — внезапно передо мной материализовалась девушка. От неожиданности я отскочил назад, едва не уронив Андреаса. — Особенно после того, как ты увидел меня в неглиже, — усмехнулась она.
Между мной и лестницей стояла та самая барышня, через чью спальню я попал в коттедж. Только сейчас вместо милой сони на меня смотрела настоящая хм… Королева? Богиня? Кем она себя воображает, обрядившись в пышное черное платье с открытыми плечами и подобрав темные волосы серебряной диадемой?
— Ты видишь меня? Даже под колпаком? — спросил я, что б хоть чем-то ее занять, пока не решу, что делать дальше.
— Ха! Это — ерунда против моей силы! — надменно усмехнулась она.
— Пропусти меня, я спешу, — произнес я, левой рукой удерживая на плече Андреаса, а правой обнажая появившуюся на поясе катану.
— Хах! — рассмеялась она. — Что сможешь сделать ты мне? Да еще и с этим грузилом?
Странно, противник стоит прямо передо мной, но я не ощущаю, как она концентрирует прану:
— Ты так расслаблена. Неужели считаешь, что мой меч уже у тебя в кармане?
— Меч? — сперва удивилась она, а потом надменно хмыкнула. — Думаешь, я затеяла всю эту возню? Ха! Я всего лишь скромная гостья в доме Янета Валакса и к его делам никакого отношения пока не имею. Хотя если ты хочешь отдать мне дракона, с радостью приму его, — хищно улыбнулась девушка.
Она до сих пор так и не начала концентрировать прану. Чего я теряюсь? Да, не могу оценить насколько силен мой противник, но мне не побеждать нужно! Моя цель — сбежать, прихватив с собой Андреаса.
Качнув корпусом вправо, рванул влево. Как я и ожидал, девушка сместилась в эту же сторону, преграждая мне путь, но я мгновенно перенес вес тела снова на правую ногу и бросился в открывшуюся щель между ней и стеной коридора.
— Ха, — услышал я довольный смешок и почувствовал, как что-то чиркнуло мне по запястью — браслет мертвеца полетел на бетонный пол, а моя необычная противница просто-напросто растворилась в воздухе.
— Черт! — выругался я, поднимая артефакт и надевая его обратно. Эта пигалица даже не стала заморачиваться и пытаться похитить браслет или же закинуть его куда подальше. Просто сняла его с меня, чтобы сенсор (а теперь я на сто процентов уверен, что он есть в коттедже) засек нарушителя. Да, я тут же вернул свою защиту от его взора и мое местоположение станет труднее отследить, но факт остается фактом — я обнаружен.
И все-таки, что это было за девка? Она может становиться невидимой? Или ее способность в другом? И если она заметила меня еще в своей спальне, чего ж раньше не подняла тревогу?
Уже добежав до лестницы я снова выругался — наверху мелькнул кто-то из охранников и люк захлопнулся. Финальным аккордом стал скрежет закрывающегося замка. Хотя разве меня это остановит? Особенно, когда предельно ясно, что стелс-миссия провалена.
Вложив прану в ступни и клинок, я оттолкнулся и крутанул меч над головой, вырезав в металлическом люке здоровенную дыру. Приземлившись в комнате охранников, практически в упор принял на грудь автоматные очереди вернувшихся из обхода мужчин. Я знал, что они неодаренные, и мой энергетический щит им не пробить. А через пару секунд пришел, и мой черед атаковать — взмах, еще один — и количество живых вокруг меня уменьшилосьна две единицы.Немного жаль этих людей, но если б хотели долгой жизни, выбрали бы куда более безопасную профессию.
Бросился к выходу из комнаты и…
— Арх… — выдохнул я, пропустив в корпус эффектный пинок двух мохнатых лап одного единственного противника. В последний миг я умудрился укрепить тело праной, но все равно было безумно больно. А вот удар спиной о стену, в которую я впечатался, почти не почувствовал.
Поднялся, крепко сжимая меч. Тело Андреаса я не удержал, и оно теперь валялось у моих ног. Примечательно, что даже от оглушительного шума и грубого обращения парень не проснулся.
— ГРР!!! — громко рыкнув, оборотень молниеносно подскочил ко мне и, схватив за горло когтистыми лапами, снова впечатал в стену.
— А-а-а!!! — закричал я. Если б не вкладывал прану, мне б давно переломили шею. Вот она — истинная сила Наставника. А ведь этот гад прежде всего маг огня.
Сжав рукоять катаны двумя руками, я уперся лезвием в мохнатую грудь волчары. Естественно, даже поцарапать не смог. В ярости я заскрипел зубами, чувствуя, как от бурлящей во мне злобы активизируется ёки. Передал всю собранную демоническую энергию мечу, и лезвие ослепительно засияло. Зажмурился, чтоб уберечь глаза и чуть не оглох от стрекота электрических разрядов, аккумулировавшихся в лезвии, но, хвала небу, уже в следующий миг оборотня-Наставника в упор поразила сорвавшаяся с клинка молния.
Спецэффекты мгновенно исчезли, и вот уже мой противник с громким воем отлетел на несколько метров, врезавшись спиной в стену коридора. В воздухе пахло паленой шерстью. Волчара явно получил небольшой урон, спустя секунду уже стоял на ногах, вытянув в мою сторону правую лапу. Перед его растопыренными пальцами собиралась энергия, превращаясь в сотканный из вихревых потоков огненный шар.
— Ты знал, что сильные Наставники, и те, кто стоит выше, могут долго сдерживать даже самые разрушительные техники? Не запускать их сразу. А если техника окажется не нужна и вовсе развоплотить ее? — услышал я насмешливый голос откуда-то из недр коридора. На миг скосив глаза влево, оборотень продолжил держать меня «на прицеле», а моего слуха коснулся звук размеренных шагов.
Щупленький парнишка в расстегнутом черном пиджаке, белоснежной рубашке и сверкающих лаковых туфлях, не пригибаясь, прошел под вытянутой лапой оборотня и замер напротив. Его лицо семиклассника исказила хищная улыбка. Сунув руки в карманы брюк, он всем своим видом демонстрировал полное превосходство надо мной. Хоть и был на полторы головы ниже.
— Я благодарен, что ты принял мое предложение и принес артефакт, — усмехнулся заморыш, с нескрываемым интересом косясь на мою катану. — Правда мог бы просто подъехать к КПП поселка, тебя бы проводили к нам, посидели бы за столиком, попили бы чай. Зачем весь этот маскарад с колпачком, как у феи?
Вот ведь урод, а? У него что, комплекс Наполеона? От горшка два вершка, а строит из себя хозяина мира.
— Но мой маскарад мне помог, — улыбнулся я. — Ведь твои слуги, Янет Валакс, меня так и не смогли обнаружить.
Шкет на миг скривился, но потом тем же насмешливым голосом ответил:
— Это неважно. Все сложилось так, как сложилось. Ну да ладно, поболтали, нужно и честь знать. Передай мне меч, забирай оборотня и проваливай. А счет за мои потери, — кивком он указал на трупы, — тебе пришлют утром.
Было что-то странное во всей этой ситуации. По сути я сам заявился к нему в дом. Сейчас передо мной оборотень-Наставник и демон (в том, что коротышка одной со мной расы, я уже не сомневался — чувствовал легкие волны ёки, то и дело исходившие от него). Что этой парочке мешает отобрать у меня меч силой? Сдается мне, у них нет сомнений в том, что могут со мной справиться. К чему все эти политесы? Засекли Такэдзо и Кимиру? Кстати, может позвать волшебницу на помощь? Мою предыдущую атаку она не могла видеть — нужно запустить молнию в окно так, чтобы та поднялась высоко в небо.
— Меч! — требовательно повторил Янет, протянув руку.
От внезапно поразившей меня мысли, я изумленно распахнул глаза. А может он просто не может забрать мою катану? Вдруг нужно что-то вроде официального отказа от артефакта. Хотя… почему тогда меня просто не убить?
— Слушай, кроха, а чего ты не в кроватке? — дерзко усмехнулся я, уперев лезвие меча себе в левую ладонь. — Разве тебе не нужно завтра в школу?
На сей раз Валакс не выдержал, выпустив вокруг себя кольцо черной энергии. От столь концентрированной ёки даже я поморщился.
— Ты, должно быть, не понимаешь, в каком ты положении, смерд?! — рявкнул демон, сжав маленькие кулачки, — Продолжишь тянуть, и я решу, что нет ничего страшного в том, чтобы подождать год после твоей смерти, пока артефакт забудет хозяина! Будь уверен, я найду, чем скрасить ожидание. Например, вырежу всех твоих прихвостней. И девку с твоего шоу. И ее идиота-парня. Оборотническую семейку, и телохранителей, шушеру с крокомотовской базы — Всех! — выдохнув, он успокоился и уже насмешливо добавил: — Кстати, я старше тебя. А даже если бы мне и надо было ходить в школу, сейчас каникулы. Ну? Меч сам отдашь? Или с трупа снимать?
— Честно, я б поделился, — громко завял я. — Но где гарантии, что ты оставишь нас в живых, когда я откажусь от катаны? Да и потом… — проговорил я и замолчал, надавив лезвием на ладонь, — я уже успел привыкнуть к своему дракону. Может быть, даже немного подружиться. А друзей я бросать не собираюсь.
— Подружится? С ним? — Янет расхохотался. — Что за вздор! Зачем дружить со своим рабом? Мерзость! Но даже если и отбросить условности — ты просто подставляешь спину униженной, жаждущей мести твари! Стой, что ты…
Он только сейчас заметил, как с моей ладони капает кровь.
«Ты все слышал, — мысленно проговорил я, направляя в клинок еще и ёки. — Мы равны. Я демонстрирую силу, но даю тебе и свою плоть. Прошу, помоги мне»
Мощная белоснежная молния врезалась в грудь Валакса, откинув демона в сторону. Оборотень тут же среагировал, выпустив в меня вихревой файербол. Однако могучее черное крыло материализующегося грозового дракона, отбило шар в окно.
Здоровенная туша моего Легендарного друга не помещалась в крохотную комнату охраны. Продолжая увеличиваться в размерах, Банка (Точно! Именно так же я решил в свое время его называть) разнес стену дома, подмяв под себя Янета и его оборотня.
Через образовавшийся пролом я увидел, как, поднявшись метров на пятьдесят над землей, разорвался файербол. Очень красиво, кто увидит со стороны — подумает, что фейерверк.
— Я помогу тебе, демон, — заревел дракон. — Держись! — его хвост ударил в стену в считанных сантиметрах от моего лица. Схватив Андреаса, двумя руками обхватил хвост так, чтобы не уронить оборотня.
Банка повернулся, снеся плечом часть стены, и спешно засеменил к пролому. Выбравшись наружу, гневно обернулся и расправил крылья.
— За ними, живо! — поднимаясь на ноги, заорал демон оборотню.
— Р-Р-Р-Р-А-А-А-А!!! — дракон заревел, выпуская в преследователей здоровый громовой шар.
Без видимых усилий Наставник смог отбить искрящую атаку.
«Ха!» — услышал я в голове довольный смешок. Хлопнув крыльями, Банка взмыл в ночное небо.
А через полсекунды грозовой шар разлетелся на тысячи мелких осколков, которые одновременно взорвались, обрушив часть и без того пострадавшего коттеджа.
Дракон набирал высоту, а я, продолжая держаться за его хвост, глядел на поднимающееся ввысь облако пыли. Нас никто больше не пытался преследовать. Но я уверен, и оборотень-Наставник, и его хозяин не шибко-то пострадали. Этот раунд за нами, а дальше…
Внезапно Банка заложил крутой вираж и устремился вниз. Остановился в считанных метрах над землей, опустил хвост так, чтобы я коснулся асфальта ногами, после чего громадная туша исчезла, обратившись черной катаной в моей руке.
— Илья, ты в порядке? — подбежала ко мне Кимира.
— Да, — хмыкнул я, отметив, какой у меня застенчивый дракон. Увидел телохранительницу и посчитал, что его миссия выполнена.
— Я побежала вперед. Сейчас подъедет Коля с Аддой, — сообщила она, как раз в тот момент когда впереди показался свет автомобильных фар.
Из-за помощи Банки я как-то расслабился. Резко мотнул головой, приводя мысли в порядок. Сбежать из коттеджа нам удалось, но мы все еще слишком близко к базе противника. Не думаю, что обрушение стен сможет надолго задержать оборотня-Наставника, да и его босс тоже не лыком шит.
— Скорей, к машине! — скомандовал Кимире, вкладывая прану в ступни для рывка.
Через несколько секунд мы уже затаскивали бесчувственное тело Андреаса в салон микроавтобуса. Адда тут же вскинула засветившиеся теплым светом руки, начиная лечение брата.
— Давай, Коля, жми! — велел я, решив не дожидаться Такэдзо. Вот о нем уж точно беспокоиться не стоит. Наш вампир — не командный игрок и в одиночку вполне сможет о себе позаботиться.
Развернув машину, водитель вдавил педаль газа. От избытка адреналина я не мог спокойно сидеть на одном месте и, высунув голову в окно, уставился в сторону «Гнезда Аиста». В небо над поселком поднимался дым — финальная атака Банки не прошла бесследно.
Внезапно позади нас над дорогой загорелся маленький огонек. За жалкие десять секунд он разросся до огромной стены высотой с пятиэтажный дом и шириной, навскидку, метров двадцать. Вот запылали деревья, обрамляющие трассу, а дальше…
— Вашу мать, — выругалась Кимира. — Огненный бокс! Коля, быстрее!!!
Пламя, будто скоростной поезд, рвануло вперед по обе стороны от дороги. Если проводить аналогию с названием этой техники, уверен, что, обогнав наш автомобиль, огонь сомкнется прямо перед нами, очертив гигантский пылающий прямоугольник. И, сдается мне, всех оказавшихся внутри «бокса» ждет весьма печальная участь.
— Илья, попробуем нарушить рисунок! — крикнула волшебница, откатив в сторону дверь микроавтобуса. — Старайся бить туда же, куда и я! — скомандовала она, выпуская из расставленной пятерни стрекочущие змейки-молнии.
Атака женщины-телохранителя бесследно утонула в стремительно обгоняющей нас огненной полосе. Но Кимира, выставив перед собой обе руки, запустила еще один мощный голубоватый поток электричества. К этому моменту и я сконцентрировал достаточно энергии в мече, чтобы запустить следом громадный белоснежный серп-молнию.
Наш сдвоенный удар смог пробить огненную стену насквозь. Я даже успел обрадоваться, однако через мгновенье поток пламени восстановил свою монолитность.
— Эй! Пламя вот-вот замкнется перед нами! Что делать?! Не успеваем! — закричал водитель.
Я уже хотел захлопнуть дверь машины в надежде, что нам все-таки удастся прорваться через пламя, как вдруг ощутил огромное скопление праны. Сбоку мелькнула тень, обогнавшая микроавтобус. Я тут же перевел взгляд в этом направлении и через лобовое стекло увидел спину Такэдзо. Вампир оказался именно в той точке, где через миг должны сомкнуться в единую фигуру два огненных потока. Он поднял сияющие коралловым светом мечи и быстро ударил в обе стороны.
Огненная стена дрогнула и начала стремительно рушиться. Не сдержав любопытства, я выглянул в до сих пор открытую дверь и явственно ощутил прану японца, сметающую пламя и по огню же несущуюся в исходную точку — к оборотню-Наставнику, использовавшему эту страшную технику.
— Посторонись, увалень! — вампир запрыгнул в салон машины, едва не сбив меня с ног. — Фух! — он картинно смахнул несуществующие капельки пота со лба. — Все за вас, балбесов, доделывать приходится.
— Спасибо, что помог, — улыбнулся я. Такэдзо скривился.
— Не говори глупостей, увалень. Не ради вас же старался! Просто вчера целый день под одной крышей с тремя волчарами, — фыркнув, он пренебрежительно глянул на Адду и Андреаса, — и теперь в мелкой машине, опять с ними. Бе! Но убивать этих вроде не за что. Так что хорошо, что другой волчара подвернулся. Подгадил ему, и как-то легче на душе стало.
— Тьфу… беспринципный кровосос, — пробормотала под нос девушка-оборотень, отвернувшись.
Я же просто хмыкнул — настолько неубедительно в этот раз прозвучала наспех придуманная брехня моего наставника.
***
— Ну что, будешь себя нормально вести, если я тебя выпущу? — войдя в «комнату» Арнольда, я зажег свет и с вызовом посмотрел прямо в глаза оборотню. — Пусть твоя прана сейчас запечатана, нюх-то работает, верно? Чуешь, кого я привел, — не удержался и самодовольно хмыкнул.
Дернув носом, оборотень недоверчиво сощурился и снова принюхался.
— Ты спас его? — будто не веря своему обонянию, спросил Арнольд.
— Ну я ж обещал твоей сестре, — ответил я, подходя ближе к кровати своего собеседника. — И выполнил обещание. А теперь хочу, чтобы ты пообещал мне, что не станешь делать глупостей, подставляя под удар меня, моих товарищей или свою семью. Понимаешь, о чем я?
Потратив всего секунду на раздумья, Арнольд молча кивнул.
— Отлично. Адда покажет тебе твою новую комнату, — улыбнулся я, сняв с правой руки оборотня позолоченный браслет (вторая часть наручников так и осталась болтаться прицепленной к железной кровати).
Поднявшись на ноги и потирая запястье, здоровяк уставился на меня задумчиво-туманным взглядом. По-собачьи тряхнув огромной башкой, он выпалил:
— Но вопрос с вампирами до конца не решен! Так что не думай, что я прямо сейчас стану твоим Стражем.
— Я помню нашу договоренность, — успокоил оборотня, про себя отметив, что как раз сейчас мне новые Стражи и не нужны. Необходимо сперва снова переговорить с дядей Геной. — Но в текущей ситуации ожидаю от тебя добровольного сотрудничества, — добавил я.
— Принимается, — с достоинством кивнул Арнольд.
За дверью послышались голоса, похоже, в комнату ведут нового постояльца.
— Спасибо, — в очередной раз поблагодарила меня Альба, сопровождающая бесчувственную тушу сына.
Двое знающих охранников базы занесли носилки с Андреасом в комнату, и переложили изможденного оборотня на кровать. Я защелкнул на его запястье блокирующие прану наручники и, оставив семейство радоваться воссоединению, вместе с Кимирой пошел наверх.
— Илья? Что за шум среди ночи? — на первом этаже возле лестницы нас уже ждали. Алина была напряжена, Дрон же просто зевал во всю пасть.
— Ничего страшного, всего лишь небольшое пополнение, — выдав свою самую милую улыбку, попытался я ее успокоить. Но не тут-то было:
— Не обманывай нас! — требовательно воскликнула девушка. — На этой базе творится что-то странное! Люди с автоматами ходят! А когда мыла полы, зашла в одну комнату, и там самая настоящая больничная палата. И двое мужчин без сознания! Один из них мне даже показался знакомым. Не твой ли это муж, Кимира? — Алина указала пальцем на застывшую позади меня волшебницу.
— Мой, — тихо произнесла женщина-телохранитель. Ее печальный голос немного отрезвил нашу новоявленную разнорабочую.
— Прости, — буркнула себе под нос девушка, но тут же начала сыпать обвинениями с новыми силами. — Ну же, Илья! — схватила меня за грудки. — Друзья мы или нет? Что ты от нас скрываешь, а? Выбирай: либо ты все рассказываешь, либо мы прямо сейчас уезжаем!
— Прямо сейчас? — встрепенулся Дрон. — Может еще поработае… — начал было парень, но мгновенно замолчал, стоило лишь Алине повернуть голову в его сторону. Знает уже Андрюша, в каких ситуациях не стоит перепираться со своей женщиной.
— Хорошо, — спокойно произнес я, когда она снова посмотрела на меня. — Но давайте не будем разговаривать на лестнице. У меня выдалась очень сложная ночка, я устал и проголодался.
— Без проблем, идем в столовую! Там даже кое-что осталось с ужина, — мгновенно сориентировалась Алина.
Я рассказал им все очень красочно и подробно, хоть и пришлось многое переврать. Нет, суть я передал верно, но опустил такие важные детали как прана, демоны, оборотни и иже с ними. В моей интерпретации все представлялось банальными преступными разборками, в которые я, к собственному сожалению, оказался втянут. И теперь плохие парни угрожают мне и тем, кто мне дорог.
— Блин, братан, приятно, что мы настолько близки тебе, что и на нас открыли охоту! — восторженно выдал Андрей. — Не, ну ты настоящий мужик, в таких кругах вертишься… С ума сойти!
Как я и думал, у Дрона вообще не возникло ко мне претензий. С его этим мышлением «настоящего мужика» иначе и быть не могло. А вот Алина хмурилась и нервно грызла ногти. Глядя на девушку, я испытывал смешанные чувства. Врать-то пришлось в первую очередь из-за нее. Я не хочу пробуждать ее дар. Зачем портить человеку жизнь? Несмотря на свой экстравагантный внешний вид, она мечтает о тихом женском счастье. Пару раз под алкоголем проболталась, что хочет домик у озера, троих детей, лохматого пса и мужа Дрона. Но, сдается мне, открытие праны и отголосков маны может увести девушку совсем в другую сторону… Поэтому мне и приходится выкручиваться. Вот только Способность отчего-то тихо намекает, что поступаю я неправильно.
— Что ж… — нарушила повисшую тишину девушка. — Спасибо, что рассказал. И за то, что не оставил нас, а привез сюда. Пусть и в опасности мы оказались из-за тебя… Ладно, не суть. Еще раз спасибо, мы пойдем к себе, — кивнув на прощанье, она схватила Дрона за руку и поволокла к выходу.
— Твой вариант истории, по-моему, для них лучше, чем правда, — задумчиво проговорила Кимира, когда мы уже перестали слышать доносящиеся из коридора шаги.
— Присмотришь за ними?
— Пока мы на базе, я не дам ее покинуть им, — кивнула женщина. — А то тебе придется бегать за этой парочкой по всей округе, что усложнит мою работу. Но если ты сам уедешь с базы, я здесь не останусь. Мое место рядом с тобой.
— Я в курсе, — хмыкнул я, допивая чай.
***
Утро встретило меня сразу двумя счастливыми событиями. Спустившись в столовую, узнал, что почти одновременно в себя пришли Горланд и Андреас. Так и не позавтракав, сразу направился к телохранителю. Рядом с кроватью мужа лучилась неподдельным счастьем Кимира. Я заглянул в лазарет, искренне поблагодарил мага за все, что он для меня сделал и оставил его жене. А вот со вторым «пациентом» надо поговорить подробно.
Вокруг оборотня уже собралось все его семейство, но заметив мою фигуру в дверном проеме, шумная компания притихла и прижалась к стенам, пропуская меня к кровати.
— Благодарю вас, — Андреас попытался приподняться на локтях, но я жестом пресек его потуги. — Спасибо… — кивнул он. — Адда и мама рассказали мне, что вы для меня сделали.
— Я не мог поступить иначе, — немного слукавил я. — Надеюсь, больше ты не попадешь в подобную ситуацию и впредь будешь думать о последствиях? — добавил предельно строго.
Казалось бы, зачем дразнить молодого неженатого оборотня, зная о его неуравновешенности? Собственно в ней и дело. Остальные члены семьи понимают, как много я для них сделал. Я вижу их реакцию, их отношение ко мне и уже могу на них положиться. А вот младший сын Альбы пока для меня темная лошадка, от поведения которой в дальнейшем многое зависит.
— Я… постараюсь… — тихо проговорил Андреас, порадовав меня своим ответом. Все-таки исходя из прошлых «подвигов» этого парня, я опасался иного поведения. Но нет, вполне держит себя в руках. Видимо терапия матери и похищение сделали свое дело. А также то, что сейчас он обязан мне жизнью.
— Обещаешь? — хмуро спросил я, и на мгновенье в комнате повисла звенящая тишина. Четыре пары глаз, считая мои, напряженно смотрели на молодого оборотня.
— Да, — твердо ответил он.
Что ж, для их расы слова не пустой звук, а значит уровень моего доверия к Андреасу только что поднялся до… пожалуй, восьмидесяти процентов. Остальные двадцать ему придется заслужить кропотливой работой и хорошим поведением.
— Ну раз так, я думаю не стоит тебя держать здесь одного, будто пленника, — улыбнулся я, решив снять наручники с парня.
— Хех, так-то лучше, — улыбнулся он, растирая запястье.
— Как себя чувствуешь? — осведомился я.
— Эти твари держали его на какой-то химии! — за сына ответила Альба. — Еще несколько часов нужен постельный режим, но к вечеру Андреас придет в норму.
— Это хорошо, — улыбнулся я. — Тогда сами разберетесь с переселением? Насколько мне известно, в комнате Арнольда есть свободная кровать, — старший мужчина семейства утвердительно кивнул. — Вот и решили. А сейчас мне хотелось бы услышать, что же с тобой творилось в плену?
— Илья, может быть позже, — тут же попросила Альба.
— Все в порядке, мама, — остановил ее Андреас и снова повернулся ко мне. — Многого не ожидайте, но, надеюсь, то, что расскажу, окажется вам полезным.
— Я тоже надеюсь, — признался я. — И давай уже на «ты».
Рассказал он действительно мало, а часть из этого мы и так знали — например то, что похитила оборотня летающая баба, и то, чтобы попасть в палату, она в мгновенье ока вырезала стеклопакет. Обсуждая ее вторжение раньше с Кимирой и Такэдзо, мы предположили, что неизвестная женщина — волшебница воздуха. Андреас подтвердил догадку, сообщив, что, когда та проникла в помещение, он «разучился дышать». Растерявшись буквально на мгновенье, он пропустил мощный удар и потерял сознание. Учитывая, что парень хороший Специалист, уже приближающийся к Ветерану, волшебницу-воздуха можно классифицировать как Учителя.
— Навряд ли выше, — подтвердил Андреас.
— Но и это немало, — покачал головой Арнольд, который, кстати, считается довольно сильным Ветераном.
— Не мало, — согласился я. — Что было дальше?
— Я начал приходит в себя в подвале, когда эта баба только-только принесла меня своему боссу. Мелкий парень, вроде с ёки… точно не уверен. Мне почти сразу в вену вкололи шприц. Из полезного, что я услышал — имя воздушной ведьмы — Ирина.
— И все? — уточнил я.
— Все, — кивнул оборотень.
Поблагодарив Андреаса и оставив его дальше беседовать с семьей, пошел снова в столовую. Живот уже урчал во всю, и накормить его свежей кашей с бутербродами было отличной идеей. Завтрак мне подала Алина. Девушка казалась непривычно молчаливой, из слов ограничившись скудным набором, состоящим из: «Привет», «Приятного аппетита», «На здоровье». Ну ничего, ей нужно время, чтобы успокоится. Верю в ее рассудительность и надеюсь, что до безумных необдуманных действий девушка не опустится.
Вдоволь подкрепившись, отправился к тете Марине. Как и ожидалось, женщина вновь хозяйничала в кабинете мужа, перебирая бумаги в толстой красной папке.
— Привет, Илья, — оторвавшись от своего методичного занятия, поздоровалась она. — А я все жду, когда ты уже зайдешь. От Коли слышала о твоих ночных подвигах. Теперь хотелось бы деталей.
Ну вот, не в бровь, а в глаз. Хотя чего еще от нее ожидать. Да и сам я пришел поделиться сведениями, да послушать умные мысли.
Усевшись в уже привычное кресло, подождал пока и Оглоблина займет свое. Пересказал все довольно подробно, не забыл поведать и о том, что полчаса назад узнал от Андреаса.
— Хм… — когда я замолчал, она задумчиво барабанила пальцами по столу. — К сожалению, имя этого демона мне ни о чем не говорит. Тебе бы с Крокомотом поговорить…
— Он ясно дал понять, что по пустякам его не стоит беспокоить, — я усмехнулся. — Я сам должен разобраться во всей этой истории.
— Тоже верно, — кивнула она. — Тогда будем полагаться только на свои силы и знания. Так вот, что это за демон я не знаю. Что у него за девицу ты увидел тоже не имею понятия. Но кое-что мне все-таки известно. Я знаю, что это за ведьма Ирина, — тетя Марина коварно улыбнулась.
Куприна Ирина Константиновна — одаренная, собравшая вокруг себя небольшую группу таких же одаренных и просто знающих. Является владельцем довольно крупной инвестиционно-строительной компании. Имела ряд противоречий с Гоблином и Костью, но все это в прошлом. Последние годы поддерживала с Оглоблиным и Лукиным вооруженное перемирие.
— Вот ведь сучка, — дав вводную, тетя Марина позволила себе хмыкнуть и скривиться. — Коттеджный поселок по соседству от «Гнезда Аиста» как раз строили ее люди. Видимо и само «Гнездо» тоже. Но как же они все закрутили с бумагами, что я не смогла сама на нее выйти…
— Может просто совпадение? — предположил я. — Если б она хотела скрыться, не летала бы по ночному небу, похищая молоденьких оборотней.
— Может быть… — задумчиво пробормотала тетя Марина. — Кстати, есть еще одна нестыковка. Ты же понимаешь, что «противоречия» между ее группой и нашей были не только на словах? Так вот, несколько раз она сходилась в бою с Костью и один раз с Евгением Сергеевичем. Пусть и крепенький, но она всего лишь Ветеран.
— А Андреас сказал, что Учитель, — я сразу понял, куда клонит женщина. — Маловероятно, что просто прокачалась, да? — с легкой надеждой в голосе, уточнил я.
— Именно, — кивнула тетя Марина. — Если бы была прирожденным гением, так долго в ранге Ветерана не засиделась бы. Причиной подобного прироста сил может быть лишь Оммаж.
— Значит она Страж Янета Валакса? А что с ее группой одаренных? Думаете, они тоже?
— Нет, вряд ли, — мотнула головой Оглоблина. — Те скорее просто Последователи, ну или Дружинники. Думаю, сил им демон не прибавил. Но и без того там есть кому сражаться. Я подниму архив и сообщу тебе, что мы имеем на соратников Куприной.
Действительно, о чем это я? Возможное количество Стражей ограничено, так что никто в здравом уме не станет проводить Оммаж со всеми подряд. Поэтому маловероятно, что из жителей столицы Янет удостоил подобной чести кого-нибудь еще, кроме этой Ирины.
А еще тетя Марина вновь использует термин «Дружинники». Уверен, спроси я в лоб, она ничего не расскажет. Нужно будет не забыть выведать у народа, кто что знает.
Поблагодарив Оглоблину и собравшись уже уходить, я напоследок произнес:
— Мне нужно кое-куда съездить, но вас с Ритой хочу попросить остаться на базе. Все-таки здесь относительно безопасно. И если есть какие-то дела в городе, лучше их отложить до более спокойных времен.
— Можно подумать, я сама не понимаю, — усмехнулась женщина, но тут же посерьезнела. — Сам-то что задумал? Может тоже пересидишь здесь, а?
— Пришла пора и нам сделать свой ход, — ответил я, поднявшись с места и подойдя к двери. — Слишком много союзников собрал Янет. Если так дальше продолжится, нас просто-напросто задавят числом. Нужно заканчивать с этим — открыть глаза лидеру одной из его сил.
— Хочешь встретиться с вампирами? — тут же сообразила Оглоблина.
— Наверное еще вчера нужно было, — кивнул на прощание и вышел в коридор.
Такэдзо не было в его комнате. Побродив по зданию, я нашел наставника в лазарете. Под недовольные взгляды Кимиры тот подкалывал Горланда, утверждая, что волшебник «получает деньги за сон».
— Крутая схема, — хохотал вампир. — Заключаешь контракт не на выполнение, а на срок, да валяешься в отрубе. О, — обернулся он, почувствовав мое присутствие, — а тебе чего, увалень? Своего спящего красавца пришел проведать?
— И его тоже, — добродушно улыбнулся я. — Но в первую очередь ищу тебя. Не уделишь минутку? — кивком головы я указал в коридор, приглашая наставника выйти.
— Не думаю, что ты расскажешь мне что-нибудь интересное, — хмыкнул он. — Но дам тебе шанс. Точнее возможность насладиться общением с великим мечником.
Задрав нос, Такэдзо направился в мою сторону. Он явно находился в приподнятом настроении после ночной вылазки.
Я мог бы переговорить с ним в больничной палате, но решил облегчить жизнь Горланда и Кимиры, вытянув надоедливого вампира из лазарета.
— Хочу сейчас скататься по делам, — начал я, шагая по коридору к лестнице на второй этаж.
Глава 1. Неумирающий хомяк
– Ёшкин кот, кто этой марамойке права выдал?! Известно, как она их вместе с машиной получила! – воскликнул Андрей, махнув рукой так лихо, что едва не заехал мне в нос.
– Вообще-то это я сейчас немного нарушил, когда перестраивался, – честно признался я, не сводя глаз с дороги. – А за рулём того Витца, если что, мужчина.
Мой пассажир ещё немного поворчал себе под нос и успокоился. Правда, через несколько секунд в очередной раз выпалил:
– Слушай, Ил, точно ничего страшного, а? Всё-таки у тебя завтра днюха, а я тут со своим домом…
– Точно… – устало выдохнул я. – Давай уже оставим эту тему.
– Блин, от души, братан! – растроганно проговорил Андрей.
Взглянув на него, я снисходительно улыбнулся.
– Пустяки. Главное – ты наконец-то сможешь жить вместе с Алиной.
– Угу… – лицо Дрона расплылось в идиотской улыбке.
На самом деле Андрей считает, что настоящий мужчина должен всего добиваться сам. Руководствуясь этим девизом, он никогда не берёт денег у родителей, но и стипендию, в силу кое-каких своих особенностей, не получает. Поэтому много работает: ночным охранником в детском саду, продавцом в мелком супермаркете, грузчиком – где предлагают. Боготворит свою барышню – ведь только благодаря её конспектам (ну, иногда и моим) он смог дотянуть аж до шестой сессии.
Слева нас на всех парах обошёл блестящий чёрный «Крузак» и быстро превратился в мелкую точку на горизонте.
– Когда-нибудь и у меня такая будет! Обязательно! Вот только на ноги встану!
– Ты бы хоть на Оку снова накопил, – усмехнулся я.
– А вот и накоплю! Один раз накопил! И второй смогу!
– Ладно, не злись, – примирительно проговорил я. Эта история была бы весёлой, если бы… Чёрт, да она и так весёлая. Даже сейчас вспоминаю, и рот в улыбке сам собой разъезжается!
Ещё недавно у Андрея было около ста тысяч наличности. Хватило бы и на автошколу, и на простенькую тачку. Но неожиданно мой лучший друг решил, что он – гениальный инвестор, и вбухал все накопления в биткоины. Классика жанра! И ведь все знали, сколько он собрал. Ну, ещё бы! Ходил, грудь выпячивал, «настоящего мужика» из себя строил, а тут бах – и нет денег. Так этот умник всем знакомым в красках рассказал, как пожертвовал на благотворительность. Я, говорит, ещё смогу заработать, а этим людям нужнее. Нужно ли говорить, что ему поверили? И чествовали, аки мать Терезу…
Я по привычке поднял глаза, чтобы посмотреть в зеркало заднего вида. Ничего интересного – лишь заваленное коробками сидение. И где он только в общажной комнатке на шесть человек хранил столько добра, что оно даже в багажник не поместилось? А говорил, пару сумок перевезти нужно…
– Вот, скоро поворот будет! – заметив указатель, обрадовался Дрон.
Я перевёл взгляд на часы. Едем уже около часа.
– Слушай, а Алинка-то точно рада будет? Из города в такую… дыру перебраться?
– Ты чё, Ил? – удивлённо округлил глаза Андрей. – Говорят же: с милым рай и в шалаше! А если вспомнить, сколько нам за аренду платить придётся, так и вовсе захочется в церковь сходить и ангела-хранителя поблагодарить.
– Ты ж ничего платить не будешь? – вспомнил я. – Тебя ж подруга матери попросила пожить, чтобы кусты не пообрывали да не порастащили лишнего, пока она покупателей ищет?
– Вот! – поучительно поднял палец Андрей. – Это не добавляет ли комфорта?
Что ж, и не поспоришь.
Андрей сделал радио громче и начал подпевать попсовой песенке, пританцовывая верхней половиной тела. Он и раньше не отличался усидчивостью, а в предвкушении начала совместной жизни с Алиной так и вовсе превратился в вечный двигатель на биологическом топливе. Подключи такого к динамо-машине – и обеспечишь электричеством весь посёлок.
Мы свернули с трассы и, подскакивая на ухабах, ещё около трёх километров тащились по просёлочной дороге. Если бы я не знал Алину, сообщил бы другу, что завтра у него ожидается не первый день счастливой совместной жизни, а последний день отношений. Ни одна нормальная городская барышня не променяет удобную квартирку на это. Мы на машине-то сколько едем, а им придётся на автобусе до автовокзала, с автовокзала на маршрутке. А вечером – в обратную сторону. Пять раз в неделю.
– О, вот и домики показались! – радостно выпалил Андрей. – Нам нужно свернуть направо на третьей аллее и проехать двадцать домов.
– А нумерации нет? – с тоской выдохнул я.
– Чёрт её знает. Но я фотку дома видел – не ошибёмся.
Ещё несколько минут увлекательного путешествия, в ходе которого мне дважды пришлось съезжать в траву (иначе со встречным автомобилем не разъедешься) – и, наконец, с божьей помощью мы прибыли на место.
– Вот! Оно! – со щенячьей радостью в глазах подпрыгнул Дрон, тыча пальцем в мелкий одноэтажный домишко с двускатной крышей.
– Добро пожаловать в Простоквашино, – констатировал я, мысленно в очередной раз жалея несчастную дурочку Алину.
– А что, хороший мультик! – отозвался Дрон. – Мой любимый.
– И не сомневался, дядя Фёдор, – хмыкнул я, припарковавшись на траве вдоль щербатого забора. – Вот только кота Матроскина у тебя нет.
– Зато есть ты! – весело заявил он, выпрыгивая из машины. – Давай барахло разбирать!
Вообще-то я не сожалел о решении помочь другу. У меня не так-то много друзей. Из сверстников одни обычно считают меня слишком мрачным, другие – высокомерным, третьи – зажравшимся мажором. Особенно заметно это было в школе. Тогда многие завидовали моим модным шмоткам и гаджетам, а отдельные индивидуумы едва ли не на заднице ползали, лишь бы подружиться. Бесили жутко, о чём я им регулярно сообщал в резкой форме. Завязывались драки – мои новые вещи рвались, а рожи обидчиков покрывались синяками и ссадинами.
Ближе к старшим классам пыл однокашников поостыл. Мы даже начали общаться, как нормальные люди. Но всё равно до дружбы дело так и не дошло.
После школы поступил в университет на эконом. Если не считать некоторых залётных птичек (типа Дрона с Алиной), на курсе собрались детишки богатых родителей. Вроде вот они – равные по воспитанию и благосостоянию…
Но опять мимо: говорить было не о чем. Свободное время я предпочитал тратить не на постоянные тусовки, а на работу, сериалы, аниме и, конечно же, книги. Саморазвитие (не побоюсь этого пафосного слова) – моё самое искреннее хобби с раннего детства.
Возможно, так бы и продолжал я куковать в одиночестве, если б случайно не сошёлся с Андреем. Одногруппники потешались над его поведением и постоянными заявлениями про «настоящего мужика», но парня оказалось не так-то просто сломить. «Настоящий мужик должен уметь со всеми ладить» твердил он, раз за разом приставая к каждому из нас с весёлыми историями, бородатыми анекдотами, обсуждениями спортивных событий, и главное – с предложением вместо пары сходить в столовку.
Со временем многие сдались, не выстояв перед его бушующей самоуверенностью. Я держался до последнего, пока однажды не попал в неловкую ситуацию: на парковке студент с юрфака шоркнул мой байк своей тачкой, а потом вместе с друзьями явился по мою душу – мол, это я неправильно поставил, слишком много места занял. Не привыкший прятаться, я вышел с ними, что называется, за угол. Меня толкнули…
Честно говоря, против троих борцов я мог бы и не выстоять, однако тогда это меня ни капли не смущало. Я готов был дать обидчикам по мордасам, но в этот миг появился наш «настоящий мужик». Из пятерых человек, участвовавших в том веселье, ему досталось больше всего. Но мы всё-таки одержали победу.
– Зачем ты полез? – купив в аптеке бинт и перекись, я протянул их Дрону. – Мы даже толком не общаемся.
– И что? – удивлённо вылупил глаза парень, оттирая запёкшуюся под носом кровь.
Тогда я окончательно убедился, что у этого человека не все дома. Собственно, тогда же мы и стали друзьями.
– Чего лыбишься? – опустив коробки на крыльцо своего нового жилища и смахнув пот со лба, спросил Андрей. – Поди, разврат какой удумал, а? Ну? Колись? Решил-таки принять Ольгины подкаты? Или Сонькины? Стой! Не говори, что Маринины!
– Уймись, – усмехнулся я, ожидая, пока друг отопрёт дверь.
– Ну, о бабах же думы думаешь? М-м? – не унимался он, затаскивая барахло внутрь.
– Ага. Десять раз.
Дом представлял собой две пыльные комнаты. По указу хозяйки всё ненужное было велено сносить на чердак. Этим мы и занимались следующие пару часов. С рожи Андрея ни на миг не пропадала радостная улыбка.
– Здесь картину повесим… – проговорил он, указывая на стену возле старинных деревянных часов с кукушкой. – Ну, ту, что ты подарил. Нравится мне этот твой Дрюрер.
– Дюрер, – машинально поправил я.
– Вот-вот! Алине она, кстати, тоже нравится. Четыре всадника Армагеддона! Когда-нибудь я куплю оригинал, – заявил он, забавно сведя брови домиком. – Но не обижайся, твою репродукцию не выброшу. Это ж подарок.
– Польщён, – усмехнулся я.
Дальше он пространно повествовал мне о том, что обязательно нужно купить микроволновку, кофемашину, новый чайник, стиралку, посудомойку…
– Да кучу всего! А то будем тут, как в каменном веке! Но в первую очередь – телек и плейстейшн!
За два с лишним года общения с этим уникумом я научился пропускать мимо ушей большую часть словесного мусора, что он выдаёт. Тут главное поддакивать и кивать, когда это требуется.
Перетаскав на чердак кучу хлама, под ворохом грязного вонючего тряпья мы обнаружили старинный сундук.
– Спорим, там клад, – хохотнул Андрей, указывая на деревянный ларь. Парень попытался поднять его, покраснел от натуги и обессиленно выругался.
– Мы этого не узнаем, – произнёс я, подёргав висячий замок.
– А вот и узнаем! – осклабился Дрон, доставая из кармана ржавый ажурный ключ.
– Если он у тебя был с самого начала, зачем пыжился и пытался поднять? – удивился я.
– Для эффектности!
Ну да, и чего спрашивал. Всё же предельно ясно.
Андрей пошурудил ключом в замочной скважине, раздался гулкий щелчок. Сняв навесной замок, друг горящими глазами уставился на меня.
– Давай! – дал я отмашку, сам невольно увлёкшись его азартом.
Напрягая мускулы, Дрон лихо откинул крышку.
– Едрёный корень! – завопил он, схватившись за нос, попятившись и едва не сбив меня с ног!
– Там что, мышь сдохла? – дыша через рукав майки, я подошёл к сундуку. – Гляди, живая!
– Это не мышь, – Андрей оказался рядом, но ноздри не разжал. – Это обычный хомяк.
Спасибо, Капитан Очевидность. Будто я раньше никогда не видел хомячьих клеток да домашних коричневых хомяков. Вопрос в другом: как он, собственно, выжил в закрытом сундуке?
Уж точно не мёртвая зверюга глядела на меня чёрными глазами-бусинками и мило водила носиком.
– Ну и вонь! Давненько за ним не убирали, – со знанием дела проговорил Андрей, открывая крышку клетки.
– Эй, что ты делаешь? – удивился я.
Увидев этого великана, хомяк вжался спиной в металлические прутья, привалился на бок и зашипел, отчаянно защищаясь правой лапкой.
– Ты ему не нравишься, – заметил я, когда грызун едва не впился зубами Андрею в палец.
– Я не рубль медный, чтоб всем нравиться, – хохотнул он. – Мне и Алины хватает. – Дрон лихо извернулся и умудрился схватить мелкую тушку, не заработав ни единой царапины. – Не переживай, я знаю, что делаю, – заявил он, вынув мохнатого из клетки и вертя в руках. Несчастный зверёк повернул мордочку ко мне и жалобно поджал уши. – Был у меня в детстве хомяк, Армстронг, – продолжал вещать Андрей. – Так вот, он очень любил, когда я его так подбрасывал.
Сказано – сделано, белобрысый идиот начал бросать несчастное животное в воздух. Но, к чести моего друга, делал он это достаточно аккуратно.
– А почему Армстронг? – спросил я, с жалостью глядя на перекошенную морду грызуна.
– Да однажды я силу не рассчитал, подбросил, а он от потолка отрикошетил и высадился на шкаф. Ну, как Армстронг на Луну. Ой! Чёрт!!!
Андрей стремительно нагнулся, пытаясь поймать юркого хомяка, но тот, с грацией кошки приземлившись на все четыре лапы, отчаянно ринулся к распахнутой двери. Не сговариваясь, мы бросились следом, однако мохнатый перемещался со скоростью гоночного болида. Ну, ещё бы, я на его месте тоже делал бы ноги, чтобы как можно скорее убраться подальше от великанов-дебилов.
– Выскочил! Быстрей, а то в траве затеряется!
Андрей бежал, точно гончая за зайцем, целиком и полностью отдавшись животным инстинктам. Всё просто: убегают – догоняй.
Я тоже воспылал желанием поймать зверюгу, хотя такое поведение вообще-то обычно мне не свойственно. Что-то странно притягательное было в этом грызуне…
– Ох, ты ж… – замер на месте Андрей. Прострекотав пронзительное «ти-ти-ти-ти», нашего бегуна схватила буро-коричневая птица и взмыла в воздух.
– Чёртов коршун… – сплюнул я.
– Это пустельга. Вот ведь сучка, будто больше охотиться не на кого, – Дрон обречённо покачал головой. – Ну что ж, Юра, в добрый путь! – грустно глядя вслед улетающей птице, произнёс он и помахал рукой.
Немного отдышавшись после неудачной погони, я усмехнулся:
– А Юра – это в честь Гагарина?
– Конечно! Сейчас вокруг Земли облетит и вернётся, – расхохотался Дрон. Замолчав, но всё ещё продолжая лыбиться, махнул рукой. – Хорош рассиживаться. Пошли сосиски пожарим да кваску попьём. Ты ж взял нам провиант?
– Ну не на тебя же надеяться, – усмехнулся я.
– За мной не заржавеет, – со всей серьёзностью в голосе пообещал мой друг.
К вечеру погода сильно испортилась, и когда я искал во дворе своего дома местечко, чтобы припарковать «Сонату», накрапывал дождь. Когда же через час захлопнул дверь квартиры за курьером, который привёз мой заказ – рис с морепродуктами и салатик – за окном вовсю шумел ливень.
Сидя в тепле на любимом диване, я глядел на экран плазмы. Щёлканье пультом привело меня к сериалу «Сверхъестественное». Показывали серию, где братья-супермены отрезают палец всаднику Апокалипсиса. Пятый сезон – мой любимый. Трижды пересматривал его, а вот дальше сие творение американского кинематографа осилить не смог. Всё-таки ангелы, демоны, Михаил и Люцифер – это жарко! А дальше уж слишком сложно для моего понимания.
Поэтому серию посмотрел с превеликим удовольствием и без сожаления выключил телевизор. Развалившись на кровати, с головой ушёл в чтение. Недавно наткнулся на одного широко известного в узких кругах автора с уникальным взглядом на попаданчество. За несколько дней дошёл до третьей книги, а ведь ещё столько же издано на бумаге! Чует моё сердце: не успеют прийти заказанные романы, и придётся всё-таки читать электронку на планшете.
Именно в тот момент, когда я мысленно находился в теле главного героя приключенческого боевика и покорял смежные миры, в моё окно кто-то поскрёбся.
Сперва я не придал значения необычному звуку. Мозг поставил заслон, не желая вырываться из цепких объятий увлекательной истории. Но когда к скрежету прибавился жалобный писк, я отложил книгу в сторону и изумлённо повернул голову.
Несколько секунд смотрел на задёрнутые шторы, анализируя сотни возможных причин происходящего.
Окно открыто на проветривание. Я прекрасно слышу, что кто-то прямо-таки рвётся внутрь. Если бы этот кто-то умел говорить по-русски, вместо «пи-пи-пи» выдал бы: «Ну, пусти! Ну, открой!». Как кот в старом видео.
Однако кое-что меня смущает. Я живу на шестом этаже. Мой карниз на пять этажей выше, чем тот, на который мог бы запрыгнуть кот с земли.
А ещё коты не пищат.
Это не кот. Скорей уж, мышь.
Ситуация, мягко говоря, нетривиальная. Фильмы ужасов нас учат, что если кто-то скребётся в окно, то, скорей всего, тебя убьют. С другой стороны, дедушка, приходя к нам в гости, всегда говорил, что все проблемы от иностранных фильмов и компьютерных игр. Что ничему путному от них не научишься. Его мнение тоже имеет право на существование.
– Пи-пи-пи!!! – не успокаивалось существо за окном. И, как мне показалось, звук начал перемещаться! Пополз вверх!
– Мать твою! – выругался я, прекрасно понимая, что поднявшись на достаточную высоту, «оно» сможет залезть в щель приоткрытого окна.
Я не настолько рассудительный, чтобы в случае возникновения неведомой опасности срочно эвакуироваться. На мой взгляд, разумнее всего было бы немедленно закрыть окно!
Рванув вперёд, я отдёрнул штору и на мгновенье замер. Цепляясь крюкастыми пальчиками за створку и раму, подтягиваясь на маленьких лапках, к своей заветной цели полз коричневый хомяк. Когда я появился у окна, он остановился.
Наши глаза встретились.
Я готов был поклясться, что передо мной тот самый хомяк, который сегодня днём отправился путешествовать в когтях пустельги. Не думал, что зверюга так быстро вернётся в мир живых.
Он мило дёрнул носиком, не отворачивая морды. В его взгляде я видел душу и разум. Осознавал, что этот хомяк исключителен. Уникален. Не от мира сего.
Зверёк наклонил голову в сторону, задумчиво разглядывая меня. Затем мимолётно улыбнулся и пополз выше.
Мне захотелось впустить его в дом, но я поборол этот импульс. Чтобы помочь зверюшке, нужно будет закрыть окно. Не уверен, что мохнатый тогда удержится на отвесной плоскости. Пусть лучше сам заползёт. Потихоньку-помаленьку…
– Твою мать! – вновь выругался я, прильнув к стеклопакету. Похоже, карабкаться в дождливую погоду, да ещё и без страховки, оказалось весьма дурной идеей: очередной «шажочек» вверх обернулся падением. Малыш поскользнулся и стремительно полетел в обратном направлении. Как бы я ни вглядывался в темноту – естественно, тельца на асфальте разглядеть не смог.
Собравшись с духом, я взял фонарь и вышел во двор. Но сколько бы ни ходил под окнами, кроме возмущённых криков соседей с первого этажа, ничего не получил.
Раздосадованный и промокший, вернулся обратно в квартиру. Подойдя к шкафу, достал запечатанную бутылку виски, открыл её и налил половину стакана. Попробовал, скривился, достал из холодильника колы и долил до краёв. Вернулся к шкафчику, нашёл там сигару и, сев в кресло, закурил.
Я не любитель выпить, не курю каждый день сигареты, но…
Чёрт подери! Что за хрень происходит? Какого лешего творит этот хомяк? Он явился с того света, чтобы отомстить мне за издевательства? Но ведь не я его подкидывал в воздух, а Дрон…
С трудом переборол желание позвонить Андрею, чтобы узнать, не являлся ли грызун и к нему. Допил вискарик, налил ещё чуть-чуть. К следующему стакану немного расслабился. Убрал бутылку подальше и лёг спать. Только ночник не стал выключать.
– С днём рожденья!!! – дунув в праздничный рожок, закричала Алина. На веснушчатом лице расцвела улыбка. Я всегда считал её довольно милой: ямочки на щёчках, два чёрных «хвостика» до лопаток и стиль «вырви глаз» в одежде. Сегодня, например, девушка нарядилась в пышную чёрную юбку по колено, белоснежную водолазку и сиреневый жилет. Дополняли образ чёрные колготки в фиолетовую полоску.
– Чего шумите, как дети малые?! – заворчал на нас охранник. – А ну, брысь отсюда, пока к ректору не отвёл!
Глядя на своих друзей и улыбаясь до ушей, я приложил пропуск к турникету.
– С очком тебя, что ли! – уже в холле корпуса хохотнул Дрон, сгребая меня в медвежьи объятья.
– С праздничком! – повторила его возлюбленная, присоединяясь к обнимашкам. – Ну и мокрый же ты. Говорила тебе: вози зонт в машине, у крыльца не припарковаться.
– Эй, радость моя, – возмутился Андрей. – Чет не пойму, ты его девушка или моя? Чего ты Илюху пилишь?
– Тебе тоже достанется! Вот только…
– Ладно-ладно, – поспешил я пресечь их извечные разбирательства, пока это ещё возможно. – Спасибо вам. И пойдёмте уже к аудитории, а то на нас охранник косо смотрит.
Ребята не стали спорить, и мы направились к лестнице.
– А тебя вообще-то поздравлять уже можно? Ты уже родился? – заглянула мне в глаза Алина и едва не запнулась о ступеньку.
– Поздравлять можно, – заверил я. – Но родился я в седьмом часу вечера.
– Это всё предрассудки, – махнул рукой Андрей. – На. Это тебе от нас, – лыбясь во все тридцать два зуба, он протянул мне обёрнутый переливающейся упаковочной бумагой параллелепипед размером с обычный ноутбук. По форме и весу я сразу догадался, что внутри. Мне часто дарили книги, и я полностью поддерживаю тех, кто считает, что это и есть лучший подарок.
– Спасибо, – растроганно выговорил я, глядя на сияющую рожу Дрона. Затем взглянул на Алину. Она довольно подмигнула. Я молча кивнул, благодаря ту, кто, без сомнения, и занимался покупкой подарка (конечно же, полностью на собственные средства).
– Можешь открыть, – великодушно разрешила девушка.
Я с радостью разорвал обвёртку и остановился как вкопанный прямо посреди лестничного пролёта.
– Эй! Чего замер – статуя, что ли? – фыркнула сзади какая-то фифа, и, обойдя меня, нарочито громко стала рассказывать своей подруге, что «бесят вот такие вот деревенщины!»
– Демонография, – довольная произведённым эффектом, усмехнулась Алина. – Ты говорил, что нигде не можешь найти на бумаге. А я нашла.
Я хорошо знал эту книгу. Находясь под впечатлением от сериалов и фэнтезийных романов, прочитал её в электронке. Но уж очень хотелось иметь данный сборник на полке.
– Спасибо, – ещё раз поблагодарил я.
– Не за что! – ответила девушка и встала позади нас с Дроном (втроём мы перекрыли почти всю лестницу – хорошо, хоть народу в этот момент не было). – А теперь идёмте уже, – хлопнула она по нашим спинам. – Нам-то с тобой просто зачётки дать да тетрадки показать. А вот кое-кому ещё и сдавать сегодня.
– Эй! – обиженно пробубнил Андрей.
Он не сдал зачёт. Проторчал всю пару в надежде списать, но, очевидно, где-то спалился. Пошёл отвечать самым последним и вылетел на второй минуте ответа. Мы же с его мадам получили заветную подпись в самом начале, а остальное время просидели в библиотеке, готовясь к завтрашнему экзамену.
На переменке наше трио оккупировало один из столиков кафе. Я проставлялся кофейком с пирожными. Угощение уже на столе, а Алина до сих пор «пудрит носик».
– Слушай, Ил, – пользуясь моментом, зашептал Дрон и придвинулся ко мне вплотную.
– Слушаю, – отозвался я.
– Скажи… – неуверенно начал он. – Вчера… помнишь, мы ездили-то…
– Конечно, – удивлённо кивнул я.
Он поджал губы, затравленно огляделся, выдохнул и резко спросил:
– А хомяк был?
– Прости? – ошарашенно выпалил я. В голове, точно рой обезумевших пчёл, засуетились мысли. Почему он спрашивает? Неужели ночной гость и к нему приходил? Что это за чёртова зверюга, что б её…
– Скажи, – теряя терпение, потребовал Андрей. – Был или нет? Ну? – в его глазах читалась маниакальная одержимость.
– Был, – не желая дёргать Судьбу за яйца, ответил я. Друг облегчённо вздохнул и откинулся на спинку стула.
– Слава Богу… Нет, ну я, конечно, не сомневался в собственном рассудке, но…
– Да что случилось? – теперь уже я не выдержал.
Андрей снова огляделся. На сей раз уверенно и со знанием дела:
– Да позвонил вчера, – начал он, – тёте Клаве, хозяйке дома. Стыдно стало за Гагарина. Ну и говорю, взял погладить, а этот гад меня за палец тяп – и по тапкам. Ну, дальше его орёл и сожрал.
– Пустельга, – машинально поправил я, хотя уже давно привык к художественной гиперболизации в рассказах друга.
– Не важно, – махнул он рукой. – Главное – тётя Клава подвисла, а потом и выдаёт: «не было у меня никакого хомяка». А дальше давай бочку катить, что я в первый день на новом месте уже нажрался, как свинья. Обидно было, знаешь ли… я ж ни капли в рот. Так – пару бутылок пива, когда ты уехал…
– Стоп! – мотнул я головой. – Она говорит, хомяка не было?
– Ну да. Ни хомяка, ни клетки. Я бы сразу решил, что старая ко встрече с маразмом готовиться начала, да вот только запамятовал, куда мы клетку убрали. Увидел бы её – и легче стало. Но не нашёл. Вот и… пришлось ещё немножко пива на ночь выпить. Но чисто в медицинских целях – вместо снотворного.
Весь оставшийся перерыв и следующую лекцию чёртов хомяк не выходил у меня из головы. Даже исправно записывая материал, я всё думал и думал об этой зверюге. Её разумные глаза будто впечатались в память. Однако ближе к концу пары меня отпустило. Буквально за несколько секунд до того, как наша одногруппница Лена завизжала во всю глотку:
– А-а-а!!! Мышь! Мышь!!!
Она молниеносно вскочила с ногами на скамейку. Её манёвр мгновенно повторили больше половины девушек потока и немало парней. Все визжали, кричали, тыкали пальцами…
Я с изумлением глядел на коричневый клочок шерсти, в ужасе метавшийся по аудитории. В том, что это тот же хомяк, ни капли не сомневался. Бедное животное едва с ума не сошло от людской дикости и отчаянно пыталось спрятаться. Финальным аккордом стал туфель препода, припечатавший малыша к плинтусу.
Однако в следующий миг хомяк вновь вскочил на лапы и скрылся в трещине экрана радиатора.
– Слушай, я один… – тихо, чтоб не слышала Алина, начал Дрон. Но я перебил:
– Не один.
К счастью или к сожалению, но обсудить с другом хомяка нам так и не удалось – всю перемену рядом крутилась Алина, открыто насмехаясь над «трусливыми курицами и сахарными цыплятами». На третьей же паре вновь был зачёт. И я, естественно, получил его автоматом. Поставив подпись препода, помахал друзьям зачёткой, спустился на парковку да и отправился на работу.
Ничего удивительно, что всю дорогу я думал только о мелком коричневом грызуне.
Я жаждал новой встречи. И совершенно не боялся. Странно бояться хомяка. Не знаю, почему, но я был абсолютно уверен: зверёк пришёл ко мне. Правда, хотелось бы понять – зачем? Зачем я ему? И, что важнее – зачем он мне? Ведь проходя мимо поломанного щита радиатора, я замешкался и, пропустив вперёд других, заглянул-таки внутрь. Кроме хлопьев пыли и порванной паутины, ничего не увидел.
Приехав на работу и паркуясь возле ТЦ, смог всё-таки отвлечься от навязчивых мыслей о маленьком грызуне.
Коридоры внутри торгового центра были почти пусты – сказывалась середина буднего дня. Правда, в зоне фудкорта наблюдалось оживление. Ну, ещё бы – тут же офисы поблизости, да и продавцы бутиков не святым духом питаются.
Широкоплечую фигуру Нины, сотрудницы соседнего бутика, торгующего шубами, я заметил издали. Она стояла возле наших витрин спиной к проходу, по своему обыкновению скучая в период «не сезона». По правилам ТЦ, точка должна работать круглогодично, иначе выставят. Поэтому Нининым работодателям приходилось в «пустые» месяцы платить не только аренду, но и зарплату продавцу. Правда, по понятным причинам, без бонусов.
Я двигался бесшумно, словно рысь. Подкрадывался с дурацким намерением напугать сзади соседку-продавщицу. Я понимаю, ей скучно, но это не значит, что стоит отвлекать моих работников. Да к тому же своей дворфийской спиной отпугивать и моих покупателей.
Однако подслушанный ненароком разговор спутал планы:
– Кошмар! Мышь, да ещё и в таком месте! – дрожащим голоском возмущалась Ира, моя продавщица – я её всего-то пару недель назад нанял. – А если б она ботинки погрызла? Итальянские, а? Мне что, потом тут бесплатно два месяца работать, что ли?!
– Если б хорошо работала, – грозно проговорил я, обращая на себя внимание, – за месяц бы рассчиталась.
– Ой, я, пожалуй, пойду, – Нина сделала ручкой, кивнула мне и бросилась восвояси, оставив свою недавнюю собеседницу наедине с суровым боссом.
Я улыбнулся:
– На самом деле, с арендодателем бы договорились. Здесь они нормальные. Но если вместо работы будешь лясы точить, действительно премии лишу.
– Простите, – потупилась она.
– Первый и последний раз, – отрезал я.
Девушка просияла и улыбнулась:
– А у меня для вас подарок есть! У вас ведь сегодня день рождения!
Мне протянули плитку горького шоколада. Не самого крутого, но, честно говоря, я падок на неожиданные сюрпризы.
– Спасибо, – суровый босс окончательно смягчился. – Про горький, поди, Нина рассказала?
– Да, – смущённо отозвалась девушка.
– Так и думал, – хмыкнул я. – У меня ещё один вопрос, – сердце предательски дрогнуло. – Что за историю с мышью вы обсуждали?
– Простите, – не так поняла меня Ира и вновь заволновалась. – Я немного отвлеклась. Обычно я не треплюсь на рабоче…
– Стоп-стоп-стоп, – я поднял руки, пытаясь остановить разгоняющийся словопоток. – По существу. Бегала мышь?
– Да. Я так подумала. Но сейчас кажется, будто хомяк. Хотя откуда тут взяться домашнему хомяку? Ведь они…
– Куда он делся? – резко перебил я её.
– Убежал, – опешив, выпалила Ира. – А потом прибыли местные охранники. Позвали дежурных ребят, те всё осмотрели. Следов нет.
Больше к этой теме мы не возвращались, оставшееся время говорили исключительно по работе. Мне нужно было собрать заказ на все три бутика. По двум другим понимание было, нужно провести ревизию здесь. Чёрт… и почему в голову лезет только проклятый хомяк?
Огромных усилий мне стоило переключиться и подумать о чём-нибудь нейтральном. Например, о том, что с восемнадцати лет мама передавала мне под контроль по одному бутику в год. Скорей всего, скоро стоит ждать пополнение в виде четвёртого. Вот только обуви у неё больше нет…
Вообще, считая эти три, на данный момент по всему городу у мамы тринадцать бутиков на четыре франшизы. Мне постепенно перепала обувная. И знаете, я на самом деле всем тут распоряжаюсь – от заказов до подбора персонала и переговоров по арендной ставке. Первое время было тяжко – жуть, как проседал по сравнению с мамиными показателями. Теперь же всё идёт хорошо – не зря на экономиста учусь. Тьфу-тьфу-тьфу, чтобы не сглазить.
С горем пополам мне удалось сосредоточиться на работе и почти закончить составление заказа. Оставалось совсем чуть-чуть, но время неумолимо. Часы показывают ровно пять. Если не пошевелюсь – опоздаю на праздничный ужин. А ведь сегодня обязательно приедет дядя Гена! Никогда не знаешь, чего от него ждать.
Небольшая пробка по дороге целиком и полностью входила в мои планы. Я весьма равнодушно и даже с пониманием отношусь к опозданиям. Однако себе подобного не позволяю. Мне кажется, успешный человек должен быть точен во всём.
К тому же пробка – это прекрасный шанс расслабиться после тяжёлого дня и побыть наедине с собственными мыслями.
Оп… стоп! Если совсем уж расслабляюсь, вновь начинаю думать о хомяке. А вот этого мне сейчас не нужно. Да, я хочу его найти, но как только вспомнил об этом, начал ёрзать и оглядываться. Вдруг грызун выскочит из-под коврика! Или откроется бардачок, а там мохнатая морда примеряет мои очки.
– Бам!!!
– Виу-виу-виу-виу!!!
От ударившего раската грома завизжали припаркованные вдоль обочины машины. Что-то ужасное творится с погодой со вчерашнего вечера. Дворники на лобовом стекле машут, как сумасшедшие, а воды меньше не становится!
Я устало выдохнул и сделал музыку погромче. Как говорится, у природы нет плохой погоды. Можно найти прекрасное даже в ужасном. В этом суть. Вот, например, сейчас не светит солнце. Ну и что? Зато у мамы накрыт стол, приготовлено много вкусностей, подарки и тепло.
И дядя Гена. Пусть я уже взрослый и самостоятельный, но, как и пятнадцать лет назад, радуюсь его приездам.
Поток машин медленно потянулся вперёд, а я невольно окунулся в воспоминания.
Я мог бы назвать этого человека «отчим выходного дня». Хотя было время, когда я на самом деле верил, что он – мой родной отец. Ребёнку нужны оба родителя, и дети готовы создавать воздушные замки, лишь бы в них жила полная семья.
Однако мне недолго довелось жить с этой прекрасной сказкой. Я решил спросить у мамы. Она посмеялась и проговорила:
– Илюш, какое у тебя отчество?
– Фридрихович, – удивлённо ответил я.
– А почему тогда не Геннадьевич?
Этот каверзный вопрос загнал маленького меня в тупик. Помню, мама ласково погладила меня по волосам и улыбнулась:
– Потому что перед родами я читала Ницше и уж очень им прониклась… – задумчиво произнесла она. – А дядя Гена не твой отец, прости, Илюш.
– А кто же тогда мой?
– Ты уже спрашивал. Твой отец – космонавт, и он улетел на Марс.
Уже тогда я не особо верил в эту шаблонную отмазку.
Пусть оказалось, что дядя Гена мне не отец, моя привязанность к нему никуда не исчезла. Всякий раз, когда он приезжал, я бежал сломя голову, чтобы повиснуть у него на шее. А приезжал он… даже не знаю, часто это или нет. На одни-двое суток в месяц в разные дни. Обычно сложно было предугадать его приезд. Кроме одного дня – дня моего рождения. Он мог пропустить Новый год или день рождения мамы, но только не этот праздник. И являлся всегда с невероятно крутыми подарками. Например, из последнего, что он дарил мне: семнадцать лет – автошкола на две категории и байк; восемнадцать лет – моя «Соната»; девятнадцать лет – пополнение счёта в банке и путешествие по Азии (в Америку и Европу он отправлял меня с мамой раньше); ну, а на прошлый день рождения – моя двухкомнатная квартира с евроремонтом.
Но, хотите верьте, хотите – нет, подарки для меня – это не главное. На первом месте всегда стояли уважение и любовь к этому человеку. А ещё, став старше, я понял, что он имеет большое значение для моей мамы. У неё бывали и другие мужчины. И дядя Гена, пожалуй, о них знал, однако только он оказался наиболее постоянным из всех. Бабушка с дедушкой его на дух не переносили, хоть и рассказывали, что он ночует с мамой с самого моего рождения – уже двадцать один год.
Перебирая мысленно эти воспоминания, я свернул во двор и остановился позади знакомой машины – чёрного «Эскалейда». Огромного крокодила нашего Бегемота.
– О! Какие люди – и без охраны! Неужто это наш именинник пожаловал? Собственной персоной! Чуть не опоздал на свой же праздник! Ой, прости-прости, начальство не опаздывает! – дядя Гена открыл входную дверь и своей более чем двухметровой тушей занял всё свободное пространство прихожей. Серьёзно, таких крупных людей я больше никогда в жизни не видел. Огромный, могучий, мощный, но ни в коем случае не толстый. С бычьей шеей, большими ноздрями и лысой головой. А ещё у него кулаки размером с трёхлитровую банку. – Ну, заходи, коль пришёл, – впустив моё скромное тельце в квартиру, дядя Гена с очень подходящей ему фамилией – Бегемотов – сжал меня в крепких объятьях. – Рад тебя видеть! С праздником пока не поздравляю, рано ещё.
Одной из его «фишек» было то, что он никогда не поздравлял людей с днём рождения раньше точного времени суток их рождения. Я родился в 6:16 вечера. Стало быть, мне ждать подарка ещё пятнадцать минут.
– Привет, – улыбнулся я дяде Гене и протянул руку. – Я очень рад тебя видеть.
– Илюша! Здравствуй, дорогой мой! – в коридоре показалась мама. Как всегда, обворожительна и красива. Недавно она сделала новую стрижку и теперь походила на Мерлин Монро. Правда, выглядела в разы прекраснее, чем любовница Кеннеди в её лучшие годы. Несмотря на то, что маме уже сорок два, почти все новые продавщицы в наших бутиках принимают её за мою супругу, когда слышат фразу «семейный бизнес».
Она крепко обняла меня и оставила след от кроваво-красной помады на щеке.
– Привет, мам, – ответил я.
– С днём рождения! Ты у меня теперь совсем взрослый! Пойдём скорее за стол, мне не терпится подарить тебе подарок. Уверена, ты будешь в восторге!
Мама – такая мама. Ни капли не удивила тем, что подарила сертификат в бутики элитной одежды и обуви (получше да подороже той, что продаём мы) и целых двадцать купонов на комплексный обед в известный ресторан доставки. Она с детства следила за тем, чтобы я хорошо выглядел и вовремя кушал. Хех, частенько бывала в разъездах, оставляя меня с бабушкой и дедушкой (хотя правильнее говорить – прабабушкой и прадедушкой). Оттого, видимо, и развился этот комплекс, что в своё время не кормила сыночка до отвала.
– Спасибо, мам, – совершенно искренне поблагодарил я, принимая подарок.
Втроём мы разместились за огромным столом в зале. Из удивительного – включённая люстра. За окном было настолько темно, что в шесть часов вечера в июне без света начинали болеть глаза.
– Бух! – шандарахнул гром. Мама вздрогнула и покачала головой.
– Ну и погодка… – проговорила она.
«Взрослые» опрокинули по стопке коньяка, я же решил воздержаться. Мама разложила нам по тарелкам мясо и салаты. Ещё несколько минут до момента рождения. Дядя Гена завёл привычный разговор – спрашивал об учёбе, о работе, в очередной раз спросил о девушках.
– Не завёл ещё?
– Нет, как-то не довелось, – отвечать ему на этот вопрос нужно предельно размыто. Однажды я обмолвился о «случайных связях», так после этого на крик дяди Гены соседи даже ментов вызвали. Ругался страшно. А сводилось всё к тому, что «нечего стручком махать», коль потом не готов ответственность на себя взять и воспитывать ребёнка. Мол, мало ли что бывает, вдруг – беременность, а ты её толком не знаешь и т. д.
– А сам-то чего на маме не женился? – в пику ему крикнул я.
Дядя Гена насупился, покраснел и медленно выдохнул. Мама попыталась вмешаться, он жестом остановил её и ответил:
– Мог бы – женился. Но если вдруг потребовалось бы, взял бы на себя обязательства. Без лишних слов.
Братиком-сестрёнкой я так и не обзавёлся, поэтому и не потребовалось. Но с тех пор данную тему затрагивали, соблюдая предельную осторожность. Как он, так и я.
Дядя Гена глянул на часы.
18:13.
– Пора, – проговорил он, поставив перед собой три винных бокала. Достал из-под стола запотевшую бутылку из тёмного стекла. Без этикеток, но весьма необычной формы – пузатенькую. Такие я видел лишь в компьютерных играх да фильмах про пиратов.
– Я не буду пить. Я за рулём, – удивлённо повторил я, ведь буквально несколько минут назад уже отказывался от алкоголя.
– Будешь, – твёрдо проговорил дядя Гена, разливая багряное вино. – А машину тут оставишь. Я тебе такси вызову.
– Но я не люблю вино, – всё ещё пытался протестовать я.
– Ты просто не пил такое. Его собрали с лучших виноградников Иудейских холмов. Один из кустов, давших плоды для этой бутылки, растёт у подножья самой Голгофы. Ты ведь знаешь, что это?
Я изумлённо кивнул. С моими увлечениями ещё бы я не знал горы, на которой распяли Христа. Вот только ныне она является частью города, на ней стоит храм – достопримечательности и всё такое. Не думаю, что там найдётся место кусту винограда…
Между тем дядя Гена наполнил бокалы. Глядя на багряную жидкость, я поймал себя на мысли, что это вино куда больше похоже на кровь, нежели сама кровь.
– Пей и не спорь, – холодно проговорил дядя Гена, вцепившись в меня взглядом. Интуиция подсказала, что сегодня действительно лучше отправиться домой на такси.
Я принял протянутый бокал. Дядя Гена поднялся на ноги и попросил нас тоже встать.
– Оу! Чуть не забыл! – смутился он и, снова запустив руку под стол, извлёк оттуда обтянутую упаковочной бумагой толстую палку (ну, или что-то очень на неё похожее). Затем вновь уставился на меня так, словно судьба всего мира сейчас зависит только от моей скромной персоны. – Илья, – твёрдо заговорил он. – Вот и настал тот момент, когда ты становишься по-настоящему взрослым. Теперь ты – полноправный член нашего общества, хочешь ты того или нет. Отныне и спрос с тебя, как со взрослого. И отвечаешь за себя в первую очередь ты сам, – он говорил серьёзным голосом, печально сведя кустистые брови. Я мельком глянул на маму – держит бокал двумя руками, потупив встревоженный взор. Странная атмосфера для праздника. Но шутить на эту тему не хочется – самого пробрало до костей. – Однако помни! – с жаром добавил дядя Гена. – Что бы ни случилось, можешь рассчитывать на мою поддержку.
После этих слов мама изумлённо уставилась на него. Но произнести ничего не успела – тостующий протянул бокал вперёд, громко гаркнув:
– С совершеннолетием!
Мы чокнулись и выпили. Если называть вкус этого вина одним словом, то идеально подойдёт «божественный». Взгляд скользнул по табло электронных часов: 18-16. А в следующий миг за окном сверкнула ослепительная молния, ударившая в громоотвод нашего дома. Тут же загромыхало так, что задрожала посуда на столе.
Вино ещё не успело достигнуть моего желудка, как дядя Гена, совершенно не обращая внимания на аномальную грозу, расплылся в широкой улыбке и плюхнулся на стул.
– Давайте ещё разолью! Славное вино! – как ни в чём не бывало, заявил он и между делом добавил: – Подарочек дома в тишине и покое распакуешь. Сейчас не надо.
Постепенно атмосфера за столом изменилась, будто бы и не было странного поздравления с молниями. Я даже как-то расслабился, а после ещё двух бокалов и вовсе позабыл о тревогах. Наши посиделки превратились в самый обычный семейный вечер, перетёкший в совместный просмотр «Ивана Васильевича».
В это мне хотелось верить. Да чего уж там, так я всё и воспринимал, убеждал себя в этом, гоня прочь щемящее грудь чувство. Точно! Мне определённо показалось, что мама временами с тоской поглядывает в мою сторону, а голос дяди Гены неестественно бодр…
Как и обещал, дядя Гена лично вызвал мне такси, причём машину бизнес-класса, и оплатил её своей карточкой. Обняв на прощанье его и маму, я шагнул в лифт и спустился на первый этаж. В подъезде снова мерцала лампа – извечные проблемы с электрикой уже никого не удивляли. Как и периодические войны с пьющей молодёжью и, соответственно, мокрыми вонючими углами. Помню, ещё классе во втором спрашивал у мамы, почему бы нам не переехать в место получше. Она всегда находила миллион причин и сводила ответ к какой-нибудь милой шутке. Правда, однажды я узнал ответ, случайно услышав её разговор с прабабушкой. Эту квартире маме подарил мой кровный отец. И, видимо, даже спустя много лет она не может расстаться с его подарком.
Переступив через перевёрнутую неизвестным растяпой пластиковую подложку с крысиной отравой, я вышел на улицу.
– Ха-ха! Прикинь, мышь в Мерс залезла! – с лавочки донёсся подвыпивший гнусавый голос.
– Гонишь? – удивился его шепелявый собеседник.
– Да зуб даю! Пока ты отливал, водила эту сучку с матами гонял!
– И чё? Выгнал?
– Да выгнал, кажись! Бля… Не, ну прикинь, в Мерс! В тачку ценой как десять моих Жижек!
– Как сто, умник!
– Больно ты знаешь в ценах?! – обиделся гнусавый, но я его уже не слушал, глядя на белоснежное люкс-такси, водитель которого раздражённо курил возле водительской двери.
В голове вертелась только одна мысль. Таких совпадений не бывает! Не мышь это вовсе, а обычный хомяк. Точнее, не самый обычный, а профессиональный сталкер, выслеживающий свою жертву. И постоянно попадающий впросак.
– Меня ждёте? – улыбнулся я водителю, борясь с вновь зарождающимся волнением.
Он быстро затушил окурок и спрятал его в переносную пепельницу.
– Прошу прощения, – виновато проговорил мужчина, закидывая в рот жвачку. – Пойдёмте, – обойдя машину, он открыл мне заднюю дверь. Поблагодарив шофера, я уселся на кожаный диван. Через несколько секунд мы тронулись.
Не люблю точить лясы с таксистами на пространные темы, но сейчас другой случай. Не смог справиться с любопытством и прямо спросил про хомяка.
– Правда, – недовольно ответил он. – Не то мышь, не то хомяк! И как только залез, а? Но не переживайте, следов он не оставил. А сам убежал.
Хм… ну, всё как обычно. Ничего нового.
Дальше ехали молча. Водитель начал еле заметно улыбаться. Похоже, в глубине души радовался тому, что не придётся из своего кармана оплачивать химчистку салона, что мелкий грызун не испортил дорогую кожу, что клиент оказался вполне себе вменяемым и не стал требовать скидку. Я же думал одновременно и о поздравлении дяди Гены, и о подарке (который послушно так и не открыл), и, конечно же, о главной звезде последних полутора суток моей жизни.
Притом никаких дельных мыслей у меня не было. Просто внутри черепной коробки прокручивались уже случившиеся события. Как бы я ни пытался дать им адекватную оценку – ничего не получалось. Правда, закралась одна весомая мыслишка: я сошёл с ума.
Да, наверное, стоит завтра зайти в аптеку, купить что-нибудь от нервов. А то незаметно для самого себя становлюсь параноиком.
За всем этим сыр-бором в голове я не сразу понял, что нам сзади кто-то сигналит фарами. Честно говоря, пока водитель не заговорил, вообще на мигание светом не обращал никакого внимания.
– Чего ему надо-то? Четырёхполоски мало? – удивлённо проворчал шофер, немного прижавшись к обочине. Я посмотрел через заднее стекло. В сумерках не разглядеть, что за тачка едет сзади, но по посадке и высоте фар можно предположить, что нечто не меньше «Крузака».
Машина пошла на обгон. Когда она поравнялась с нами, я узнал во внедорожнике чёрный «Тахо», тонированный вкруг.
– Будто раньше объехать не мог, – бросив недовольный взгляд через стекло, буркнул таксист, снова сосредоточившись на дороге. Мы ехали через спальный район, так что ничего удивительного, что в это время суток бульвар был почти пуст, только изредка на тротуаре мелькали загулявшие парни и девушки.
До дома оставалось всего ничего. Откинувшись на сиденье, я прикрыл глаза. Однако на сердце скребли кошки. Что-то не так…
Подпрыгнув, точно ужаленный, я резко повернул голову вправо. Тонированный «Тахо» двигался рядом с нами, словно приклеенный.
– Чего это с ним? – таксист тоже заметил, что этот громкий торопыга вдруг передумал обгонять.
Стекло передней двери внедорожника медленно поползло вниз.
– Матерь божья… – еле слышно прошептал шофер, увидев на пассажирском сидении соседней машины…
Обаму!
Бывший американский президент улыбался белоснежными зубами, а на его коже играл глянцевый блеск. Если бы не съехавшие чуть в сторону прорези для глаз, я бы ещё долго сидел с открытым ртом, не понимая, что передо мной просто хорошая маска.
«Обама» высунул из окна правую руку, держа её ладонью вверх.
Судорожно глянув на дорогу и убедившись, что всё в порядке, таксист снова повернул голову к «экс-президенту США».
– Что это? – побелевшими губами прошелестел мужчина.
Я следил за происходящим через стекло водительской двери. На элитном такси оно, следуя правилам дорожного движения, не имело тонировки, отчего я видел всё в истинном свете.
И от этого «истинного» волосы на голове стояли дыбом. С ладони «Обамы» поднялся змеевидный сиреневый дым и медленно упёрся в стекло такси. Поколебался мгновенье, а дальше… прошёл сквозь стекло, будто через сито.
– Что? Что такое?! – изумлённо завопил водитель, пытаясь отбиваться от назойливого дыма, держа одной рукой руль.
Ничего не вышло.
– А-а-а!!! Что это!!! – закричал несчастный, когда дым начал заползать в его ноздри. Водитель дёрнулся и окоченел. Дым исчез, а Мерседес стал стремительно набирать скорость.
– Чёрт, – выпалил я, поняв, что нога остекленевшего шофера застыла на педали газа. – Чёрт!
Я лихорадочно завертел головой, пытаясь найти путь к спасению. «Тахо» остался далеко позади, водитель в отрубе, я один в одичавшей машине…
Сердце бешено колотилось, когда я перелезал на переднее сидение. Попробовал сдвинуть ногу шофера с педали…
Бесполезно! Он будто стал монолитной статуей.
Подняв глаза на лобовик, я грязно выругался – поперёк дороги, перекрыв собой обе полосы, замер белый микроавтобус. Проверил руль – руки окаменевшего водителя не дают повернуть даже на полградуса.
ЧЁРТ!!! Что же это такое! Как остановить машину?!!
Стоп! Нужно перевести коробку в нейтраль! Срочно!
Едва я потянулся к рычагу, как понял, что Мерс замедляется.
– Вр-р-р-ру-у-у!!! – загудел двигатель. Чувствую, обороты взлетели, но скорость падает. Да что же это творится? Будто машину кто-то держит…
Мерседес продолжал терять скорость и остановился за несколько метров до микроавтобуса. Нас уже ждали. Машину окружили люди в масках. Тяжело дыша, я увидел, как Меркель, Трамп, Саркози и Гитлер направили на меня дула пистолетов. Трамп махнул оружием в сторону, намекая, что мне стоит вылезти из машины.
Крепко сжимая в руках подарок дяди Гены, я открыл дверь. Ко мне быстро подошла Меркель. Я поздно понял, что её пистолет весьма странный. А уже через секунду в грудь ударил разряд тока. Я закричал и, теряя сознание, упал плашмя.
Холодно… тело болит, начинает затекать и неметь… запястья и лодыжки перетянуты грубой бечёвкой…
– Кровь полукровки да смоет грязь и позор… – слуха коснулось глубокое многоголосное пение.
Голова гудела, как никогда раньше. Несколько лет назад, когда я спутался с очередной недолговечной компанией, я пару раз знатно перепивал. Но даже в те хардкорные времена, мешая водку, пиво и портвейн, я чувствовал себя гораздо лучше.
С трудом продрал глаза. Сердце в ужасе дрогнуло! Я лежу абсолютно голый на полу в каком-то сыром капитальном боксе. Руки и ноги растянуты так, что всё моё тело напоминает букву «Х». Попробовал дёрнуться – верёвки прочные, не поддаются и на сантиметр.
– Позор родов – смешение крови… – продолжали завывать голоса. Вокруг меня, вскинув руки к потолку, но опустив головы, стояли люди в чёрных рясах и глубоких капюшонах. – Дитя порока и предательства должно быть умерщвлено ради чистоты и благоденствия древних семей…
Да что здесь такое творится? Что это ещё за сектанты?! Что они хотят со мной сделать?!
– Ничтожный выродок да примет смерть от ничтожного зверя…
– Эй! Какую смерть?! – не своим голосом закричал я. – Серьёзно, что ли? Ну, хватит! Что вы такое говорите?! Что я вам сделал, а?
Меня пробила дрожь. Я начал яростно дёргать руками и ногами, изо всех сил пытаясь вырваться. Ну нет, твари! Так просто свою жизнь я не отдам!
– Вы не посмеете! – орал я. – Всех вас по судам затаскаю, когда выберусь! Но ещё не поздно разойтись миром!
Я нёс ещё какую-то ерунду, извиваясь точно уж на сковородке. Конечно, разорвать путы не получалось. Но я не сдавался, продолжал дёргаться и кричать. Верёвка уже давно вошла в кожу, в горле першило, голос осип.
Сектанты закончили петь и опустили руки. Я услышал противный писк. Один из них размеренно зашагал к стене, его товарищи расступились. Стало понятно, кто же пищит – на старом рассыпающемся верстаке стояла большая клетка с крысами. Грызуны яростно орали и лезли наверх. Среди них выделялся чёрный крыс с куцым хвостом, прыгавший выше всех. Сектант, надев плотную варежку, достал именно его.
Держа вертящуюся крысу в одной руке, он поднял с пола ведро. От толпы отделился ещё один сектант. Я не заметил, откуда у него в руках взялась газовая горелка.
Он двинулся ко мне.
В голове мгновенно всплыла сцена пыток из «Игры Престолов». Да что уж, я и без этого культового сериала знал, как люди сочетают огонь, ведро и крысу. И от этого знания закричал ещё громче. С каждым шагом сектанта, несущего грызуна, моя спина выгибалась сильнее. Но всё это оказалось совершенно бесполезным – вырваться так и не получилось.
Когда он посадил крысу на мой голый живот и накрыл её ведром, я лишь тихо всхлипывал и подрагивал. На большее уже не осталось сил. Да и большее бесполезно. Позже, вспоминая этот эпизод своей жизни, я лишь улыбался. Как можно было так себя вести? Но в то время я был слаб, многое не знал и мыслил, как самый обычный человек.
Второй сектант зажёг горелку и протянул первому. Тот принял портативный огнемёт и направил на ведро.
В тот миг я прощался с жизнью, мысленно благодарил за всё маму, дядю Гену, Андрея с Алиной. Просил у всех прощения. Просил Господа, если тот всё-таки существует, простить мои грехи и принять в Рай. Успел прокрутить в голове кучу мыслей, прежде чем понял, что боли нет. Крыса стихла. Однако тело стало ватным, на глаза медленно опускалась пелена.
– Что происходит? – возмутился кто-то из сектантов.
– Чувствуете магические завихрения? Эта сила…
– Не может быть! Он только сегодня узнал!
– Да не узнал ещё!
– Эй! А что с крысой?
Мой палач вырубил горелку и откинул в сторону ведро.
– Вашу мать… – кто-то явно в шоке. Но точно не больше меня – практически потеряв сознание, я увидел на своём животе коричневого хомяка, размахивающего лапками, словно дирижёр. Пространство над нами начало искривляться, обретать форму, вытягиваться в овал. Оно походило на расплавленное серебро. Такое красивое, манящее, наделённое силой.
– Портал! Это ж фамильяр бастарда!
Теряя сознание, я почувствовал, как моё тело стремительно ринулось вверх, а кожи коснулся приятный холодок.
Глава 2. Явление демона народу
– Илюш, иди скорей! Блинчики остынут! – доносится с кухни ласковый мамин голос.
– Иду, мам! – радостно кричу я из ванной, вытираясь после умывания. – Ух ты! С клубникой! Спасибо, мам!
– Ну, ты же просил, вот я и приготовила, – широко улыбается мама и гладит меня по волосам. – Кушай и собирайся, а то в школу опоздаем. Ну, чего нахмурился?
– Не хочу в школу. Можно, я дома останусь? С тобой! Кино посмотрим про хоббитов!
– Эх ты! – улыбнулась она, прижав меня к груди и чмокнув в макушку. – В жизни приходится делать не только то, что хочешь.
– Тебе тоже? – удивлённо спрашиваю я.
Мама тяжело вздыхает:
– И мне, радость моя. И мне, – еле слышно звучит её голос.
Странный сон…
Сколько подобных утр мы провели вместе? Пусть ей не всегда удавалось, но она искренне старалась сделать меня счастливым. Окружить любовью, продлить детство и подготовить ко взрослой жизни. С чего мне вдруг это приснилось? Надеюсь, она не узнает, что её «радость» хотели казнить в сыром боксе?
Воспоминания вспыхнули, точно молния в ночном небе. От неожиданности я дёрнул головой и открыл глаза. Деревянный потолок… довольно низкий. За окном лают собаки, где-то вдали звучит смех и журчит вода.
Уселся на кровати и огляделся. Комнатка размером чуть больше коробки из-под холодильника. Интерьер скромный: посеревшие стены, из мебели, кроме моей кровати, только развалюха, в которой с трудом угадывается комод. Окошко – квадратный иллюминатор, завешенный пыльными занавесками.
Встал на ноги и поморщился – тело затекло, мышцы ныли, так ещё и заноза в палец вонзилась. Опустил голову…
Чёрт, что на мне надето?
Странный наряд: колючая сорочка из серой мешковины, в которой я походил на Пьеро, да штаны-шаровары. Весь этот шик сельской моды в поясе перетянут бечёвкой.
На мгновенье задумался: кто ж меня так обрядил? Затем с ужасом осознал, что во время пыток-то был совершенно голый! Да точно! Появился хомяк и открыл портал, меня куда-то унесло. И в этом где-то я появился в костюме терминатора. Жесть…
От мысли, что эту не самую нежную одежду напялили прямо на моё нагое тело, неприятно закололо в паху. Ау! Чёртовы сектанты! Оставили меня без трусов!
Шутки шутками, а делать что-то надо. Что делать? Конечно, искать способ вернуться домой. И там со всем конкретно разбираться.
Однако ж удивительно, что мой мозг с пугающим спокойствием принял тот факт, что межпространственное перемещение возможно. Едва ли не обыденностью посчитал хомячью магию. Надеюсь, я не сошёл с ума, а просто легко адаптируюсь в критических ситуациях.
Будем считать именно так. Какой у нас план действий? Основная цель – найти своего грызуна-спасителя. Верно.
Как только я сделал решительный шаг вперёд, услышал хлопок дверью где-то в глубине дома. Пошёл на звук и оказался в смежной комнатке. Кирпичная печь и окружённый стульями стол выдавали в помещении что-то вроде кухни-гостиной.
– О, ты наконец-то проснулся! – радостно проговорил вышедший из противоположного дверного проёма мужчина. Пару секунд я с интересом разглядывал его удивительную внешность. Если очень смуглая, почти коричневая кожа и могла показаться обычным делом (много загорал и всё в таком духе), то вот жёсткие алые волосы, красная борода и в тон ей радужка глаз откровенно шокировали. Мне, конечно, доводилось встречать косплееров и им подобных, но отчего-то сейчас был уверен, что краской для волос и уж тем более линзами мужчина не пользуется.
В остальном он выглядел как заурядный американский фермер из блокбастера: могучая фигура, затянутая в некое подобие джинсов и шерстяную клетчатую рубаху поверх некогда белой майки.
– Да, – неуверенно подтвердил я, осознав, что говорим мы на одном языке. – Спасибо.
– Не хило тебе досталось, должно быть! – воскликнул он, подойдя ко мне вплотную и хлопнув по плечу тяжеленной рукой. – Ток ран маловато для того, кто два дня в отключке провалялся! – мужик хохотнул и протянул мне широкую ладонь. – Говард Лоусон! Владелец фермы Лоусонов!
Фермер всё-таки? А громкий, как каноничный прапорщик.
– Илья, – коротко представился я, ответив на рукопожатие. Правая бровь Говарда устремилась ко лбу, словно сверхзвуковой истребитель в небо. Эк его перекосило-то.
– Илья?! – изумлённо повторил он, не отпуская моей руки.
– Да, – осторожно подтвердил я.
– Откуда ты? Никогда не встречал таких странных имён!
Блин! Нужно было назваться как-нибудь под стать Говарду Лоусону. Например, Джон Смит! Точно бы прокатило! Вот ведь я сглупил…
– Я понимаю, что ты не местный, – продолжал фермер. Хм, стало быть, у «Джона Смита» тоже сразу не было шансов. – Но такое странное имя…
Его глаза выпучились, а рот в ужасе округлился. Бросив мою руку, огромный мужик, точно испуганная кошка, в один прыжок оказался в противоположном конце комнаты и резко распахнул дверцу серенького пенала. Выхватил с полки медную кастрюльку (красивенькую такую, с ажурным рисунком), пальцем откинул фиксатор крышки и достал изнутри маленький, похожий на турку черпачок. Всё происходило стремительно, и при этом Говард ни на мгновенье не спускал с меня взгляда ошарашенных глаз.
В следующую секунду, вновь сократив расстояние, он перенёс левую руку с кастрюлькой к поясу, а правой, точно мастер иайдзюцу, одним движением зачерпнул воды из бадьи. Тут же быстро поднял черпак и окропил меня прохладной водой.
– Ау! А если бы в глаз попал?! – возмутился я, растирая щёку. Противное жжение, какое бывает, если ранку залить спиртом, неприятно кольнуло и начало плавно сходить на нет. Секунд через десять и вовсе исчезло. Я раздражённо стёр колючим рукавом капли с лица. Лишь потом поднял глаза и обомлел. Говард с первобытным ужасом таращился на меня, спиной вжимаясь в щель между стеной и шкафом. – Чего? – смутился я.
Дрожащими губами он пытался что-то произнести. Затем резко зачерпнул воды из кастрюльки и влил себе в глотку.
– Господи, прости меня, – вскинув голову к потолку, зачастил он, обеими руками вцепившись в свою красивую кастрюлю. – Прости дурака! Демона приютил! Прикасался к его телу, слушал его речи, трогал его оружие! Прости, господи! Не знал я! Думал, попавшему в беду путнику помогаю! Думал, богоугодное дело делаю! Ан, нет! Провёл меня проклятый демон Ильяриз!
Демон? Ильяриз? О чём этот шизофреник щебечет, а?
– О Господи! Нет мне прощенья! – с новыми силами взвыл Говард, и вдруг опустил голову, вперившись в меня озлобленным взглядом. – И в искупление я должен изгнать демона!
Мужчина оскалился и на дрожащих ногах начал медленно продвигаться в мою сторону.
– Эй, о чём ты вообще? – выставив перед собой руки и улыбаясь, я пытался привести его в чувства. – Это ж я! Человек, которого ты спас. Успокойся, и поговорим!
– Не о чем мне с тобой говорить, богомерзкое отродье! – закричал он и снова окатил меня из черпака. – Отведай святой воды, демон!
– С-с-сучок… – сквозь зубы прошипел я. В первый раз поток был более рассеянным, меня накрыла просто куча брызг. Сейчас же оказался прицельным. Я успел прикрыть лицо рукой в сорочке, но мешковина мгновенно промокла насквозь. – Ч-ч-чёрт… – выругался я, схватившись за мокрое саднящее плечо. Необдуманный поступок – ладошка моментально намокла и заболела. Словно не воды коснулся, а горящие угли погладил! Я тяжело дышал, продолжая пятиться. Благо, боль постепенно отступала, а в голове прояснялось…
Мне удалось дважды увернуться от «вражеских атак». Третья же брызгами задела щёку. К этому времени я уже отступил в сени дома. А мой враг всё напирал. Интересно, что этот воин христовый будет делать, когда у него «патроны закончатся»?
Судя по яростному дыханию и злобному оскалу, сдаваться легко он не собирается. Вырубить его? Я смогу. Благодаря советам и поддержке дяди Гены в детстве и юности с радостью ходил сначала на тайский бокс, потом на айкидо. Но любимым моим боевым искусством всегда было и остаётся кендо.
Именно на этой мысли взгляд зацепился за… катану? Меч мирно лежал вдоль стены. Красавец! Чёрные лакированные ножны с резным драконом, прямоугольная цуба, классическая обмотка рукояти чёрным шёлком (хотя могу и ошибаться – полувзгляда мало, чтобы утверждать точно).
Но большим временем я, к сожалению, не располагал. Мой противник вновь набирает черпак!
Недолго думая, схватил меч, дёрнул и… Какого лешего, я не могу достать клинок из ножен?!
– Со мной Бог! – закричал Говард, вновь атакуя святой водой. – Твоё оружие не поможет тебе, демон!
Я удачно уклонился, пропустив только пару капель и мысленно отметив, что последнее утверждение фермера представляется весьма спорным. Ну и что, что не могу достать катану из саи? Я ж не убивать тебя собираюсь, балбес ты фанатичный.
Так и не вынув меч из ножен, встал в стойку среднего уровня и тут же перешёл в стойку верхнего уровня, подняв клинок. Говард вновь зачерпывал святую воду. Шаг вперёд правой ногой и одновременно с ним прямой удар.
Попал фермеру ровно по темечку. Его глаза сошлись на переносице, тело покачнулось, и Говард рухнул на пол без чувств, а рядом приземлилась кастрюлька.
– Твою мать! – выругался я, поймав несколько брызг кистью руки. – Жжётся! Фух-фух, – подул на появившийся ожог, когда услышал шорох за спиной. Развернулся и… – Да что ж это?
В проёме входной двери застыло омерзительное создание – ростом чуть ниже среднего, коренастое и с длинными, почти до колен ручищами. Стояло, сгорбившись, глядя на меня мутными глазами. Ни волос, ни кожи на нём не было – лишь набухшие зелёные мышцы цвета гнили. К слову, о гнили: ею знатно разило от этого индивида.
– Ы… – задумчиво выдал он безгубым ртом. Ну и зубищи же у твари, явно мощнее человеческих.
Он переводил взгляд с меня на поверженного Говарда и обратно. Кажется, я интересовал его гораздо больше. Особенно мой костюм из мешковины – точь-в-точь такой же носил и сам чудик. Только грязный.
– Святую воду не переносишь? – с придыханием проговорил он скрипучим голосом и со щенячьей преданностью посмотрел мне в глаза.
– Получается, что так, – честно ответил я.
– А звать тебя как? – восторга в его словах чувствовалось всё больше и больше.
– Илья, – я пожал плечами.
Мутные глаза засияли, и чудик с размаху бухнулся на колени, приложившись лбом об пол:
– Приветствую тебя, повелитель! Мы ждали, и ты явился! Как и учили нас пророчества! – он без устали бил поклоны, я же пребывал в полнейшем недоумении.
– А вы, собственно, кто такие? – без обиняков спросил я.
Чудик перестал кланяться и, не поднимаясь с колен, изумлённо поглядел на меня снизу вверх:
– Так мы это… гули. Угнетённый народ, от которого отвернулся Господь. Рабы людей. И твои верные слуги, демон Ильяриз. Эх, как же тебе идёт наш наряд, Господин!
Конкретно этого гуля звали Хровн. Ему двадцать семь лет, есть жена и трое детей. Вместе мы связали по рукам и ногам Говарда и привязали его тушу к ножке массивного буфета. Гуль с радостью соорудил для меня обед (благо, всё было готово, оставалось только подать), и пока я наспех набивал брюхо хлебом, сыром да вяленой колбасой, запивая всё это ягодным компотом, Хровн жаловался мне на судьбу угнетённого народа, восхвалял меня, мой наряд и моё появление.
Если убрать излишнюю патетику, вырисовывалась следующая картина: несколько веков назад безумный ученый-алхимик-колдун превратил кучу живых людей в гулей. Вроде как вылил свой ядрёный эликсир в главную реку соседней страны. В итоге почти все жители королевства обернулись чудовищами. Но лишь внешне, во всём остальном они остались людьми, кроме… Да, самый неприятный момент и основа дальнейших гонений: святая вода, молитвы и прочие церковные штучки пагубно влияют на гулей. Начиная от безобидного головокружения и заканчивая мучительной смертью, если, например, бросить в жбан со святой водой, закрыть крышкой и оставить на час. Хотя, мне кажется, и обычный человек в таких условиях умер бы – дышать же надо чем-то.
Сперва перепуганных, обращённых в монстров людей просто истребляли. Затем сломленных и лишённых воли к жизни обратили в рабство. Гули понимали, что больше не принадлежат своей изначальной расе и своему богу. Спасение они нашли у другой стороны. И, судя по легендам, демоны периодически появлялись перед монстрами и поддерживали их. Хотя ссылки на задокументированные источники, подтверждающие это, Хровн привести не смог.
– Да уж, испортил жизнь твоим предкам этот колдун, – дожёвывая бутерброд, протянул я. – И подумать только, всего один человек сотворил подобное с целым королевством!
Самое странное для меня в происходящем – это не гниющее тело, подливающее компот мне в кружку, не люди с красными волосами и глазами и даже не сам факт моего попаданчества. А то, насколько буднично мозг воспринимает всё это бесообразие. Как должное.
Есть и есть.
Выдающегося в этом не больше, чем в утренней пробке в центре города.
Слушая гуля, нет-нет да ловил себя на подобной мысли. Я не жалуюсь – наоборот, радуюсь, что не как герой какой-нибудь книги, половину романа отрицаю всё происходящее со мной. Несколько позже я получу и логическое объяснение этому: мой нечеловеческий разум таким образом защищает себя и заодно мою психику.
– Могущественной был скотиной, – покачал головой гуль. Заметив, что я покончил с трапезой, он первым вскочил на ноги. – Но теперь, когда вы явились, мой Господин, всё изменится.
– О чём ты? – нахмурился я, поднимаясь с места.
– Когда демон явится перед гулями, тогда поднимется угнетённый народ и сбросит кандалы рабства! – пафосно произнёс он и улыбнулся практически чёрными зубами (если напряжение одних мышц в области рта можно считать улыбкой). – Так гласят наши легенды. Вы явились вовремя, мой Господин! Я хочу разнести эту весть всем гулям в округе! Но могу ли я оставить вас?
– Нет, – оборвал я благородный порыв сына угнетённого народа. – Мне нужен проводник, – ну а что, раз назвал «Господином», так пусть служит. – Кто-нибудь знает, где именно обнаружили моё тело?
– Дрох знает, – гуль ни капли не расстроился. – Он был с… – поморщившись, Хровн кивнул на лишённое чувств тело фермера, – этим… с Говардом в тот момент.
– Тогда веди меня к своему Дроху.
Глянув на тушку хозяина дома в последний раз, я вслед за гулем вышел на улицу. Моему взгляду предстало огромное пастбище. Если присмотреться, где-то вдалеке можно разглядеть мелкие жерди забора. На территории располагались с разной степенью удалённости друг от друга деревянные постройки. Стойла, сараи и две хибарки. Одна – метрах в двухстах в сторону леса, другая в противоположной стороне, по пути к речке. В этих двух домишках и жили главные работники фермы – две семьи гулей.
– Раньше почти всегда наших коз выводили за территорию. Ничейную траву щипали. Но теперь всё иначе, – пояснил Хровн, вслед за солнцем шлёпая на запад – туда, где паслось стадо.
– А что случилось? – спросил я, разглядывая местные красоты. Далеко-далеко по пути нашего следования маячили заснеженные шапки горной гряды.
– Говорю же, вовремя ты явился, Господин, – улыбнулся гуль. – Неспокойно нынче стало – часть наших против людей поднялись. Бегают нынче по горам да лесам, прячутся, а временами и нападают. Но мало их было… Теперь станет больше! Теперь все поднимутся за тобой!
Я обречённо глянул на своего спутника, но спорить не стал. Эх… попал в другой мир… А меня здесь, оказывается, ждали! Приятно, когда тебя ждут.
Однако вся эта история с «демоном» и неприятием святой воды заставляет задуматься. Да, я ничего не отрицаю. Возможно, мне нравится быть «Избранным». Но как же много вопросов… С другой стороны, пока всё понятно. Мне нужно вернуться на изначальную точку и попробовать найти следы хомяка. А лучше и самого грызуна-телепортатора.
Дроха мы увидели минут через семь. Он был очень похож на Хровна, только выше и худее, да мясо у этого гуля черноватого оттенка. Заметив нас, пастух поднялся с камешка и пошёл навстречу.
– Гляжу, вам уже лучше, – поклонился он, остановившись в нескольких метрах.
– Дрох! Представь, это демон! Это Ильяриз! – не дав мне вставить и слова, залопотал Хровн. – Он уделал Говарда! Он прибыл, чтобы помочь нам! Чтобы помочь всем гулям!
Да уж, ничего подобного я не планировал. Однако с каким упоением рассказывают о моих подвигах, как громко трубят о моей значимости! Будет просто невежливо после всего этого утверждать обратное.
– Мне нужно вернуться на то место, где я впервые появился в вашем мире, – стоило моему проводнику заткнуться, чтоб чуть-чуть отдышаться, вставил я.
– Не волнуйся! Я позабочусь о жёнах и детях! – вновь завёлся Хровн, наседая на собрата. – Ведь теперь-то мы точно здесь не останемся!
– Да! Нужно рассказать остальным! Остальные имеют право знать! – с готовностью закивал Дрох, удачно переварив, что перед ним стоит долгожданный демон.
Буквально за пару минут гули разделили обязанности, и Дрох побежал запрягать телегу, несколько раз извинившись передо мной, что в экипаже укатила «чёртова сучка Говарда». Да уж, быстро они определились, как теперь стоит называть бывших хозяев. А спустя ещё полчаса мы, покинув владения Лоусонов, уже колесили по тракту. Хровн же пообещал, что отправит супругу и детей (как своих, так и сотоварища) нести «благую» весть. Сам же останется дожидаться возвращения из города «сучки Говарда» и жены Дроха.
– Теперь-то я смогу отомстить им за годы унижений! – провожая нас, кричал он и потрясал кулачками.
– Только не убивай женщину, – попросил я, облокотившись о борт телеги. – Как-никак я был их гостем.
– Слушаюсь, Господин! Эй, Дрох! Встретимся в начале Листвундского леса! Не доставляй проблем Господину!
В третий раз за последние несколько минут Дрох любовно погладил дуло приставленного к облучку ружья и снова уставился на дорогу. Оружие гуль с чистой совестью реквизировал у бывшего начальника. Хровн же присвоил себе револьвер. Конечно, сперва оба предлагали огнестрелы мне, но я вежливо отказался. Подобное оружие я не особо любил, хоть дядя Гена несколько раз и таскал меня на стрельбище. Мне ближе по духу луки, но они, конечно, непрактичны. Да и у фермера выбор был крайне ограничен. А глядя, с каким блеском в мутных глазах Хровн и Дрох бросились разбирать стволы, мне показалось неправильным отнимать у них трофеи. Что-то подсказывает, что от этой парочки в качестве стрелков пользы будет больше, нежели от меня.
Револьверы и ружьё – не единственные наши приобретения. Гули наспех скидали в телегу запасы еды, воды, тёплые вещи, скрученные одеяла, деньги и украшения. Правда, брать всё добро фермера подчистую я настрого запретил.
– Хватит с вас шестидесяти процентов, – решил я, назидательно подняв палец. – Считайте платой за годы рабского труда.
Естественно, никто точно не высчитывал. На глаз взяли чуть меньше двух третей.
Сидя в телеге, я поглядывал на синее небо. Подставив лицо прохладному ветру, улыбался глупой сексистской шутке, посетившей мою голову: как хорошо, что в сборах участвовали только трое мужчин, иначе меньше, чем за тридцать минут, мы не смогли бы подготовиться к стремительному отъезду аж двух семей. А ведь и у нас за это время возникали проблемы. Например, я долго думал, переодеваться или нет. Наряд из серой мешковины – признак раба. А в гардеробе Говарда было из чего выбрать.
Но!
Ловя на себе восторженные взгляды гулей, чувствовал, как ноющее тело, свинцовые мышцы и гудящая голова постепенно приходят в норму. Слепая вера этих двух странных существ в меня давала силы. Удивительно, но я отчётливо понимал, что так и есть на самом деле. А раз мы вполне можем встретиться и с другими гулями, то решение очевидно: переодеваться не стоит, пусть принимают меня за своего не только по запаху, но и по виду. Это пойдёт на пользу всем нам.
С другой стороны, если карта ляжет удачно, уже скоро хомяк перенесёт меня домой.
– Слушай, Дрох, – запустив руку в мешок с продуктами, я достал красное яблоко. Потерев о робу, откусил кусок, прожевал и продолжил: – Вы, и правда, меня ждали?
– Да, Господин! – с жаром кивнул гуль.
– И не сомневаетесь, что я тот самый?
На несколько мгновений извозчик завис. Он затравленно переводил взгляд с меня на дорогу и обратно.
– Не-ет, – чуть заикаясь ответил он. – Хровн же видел твой бой с Говардом. Видел, как тот звал тебя демоном, как тебе, Господин, было больно от Святой воды. И… пахнет от тебя уж точно, не как от человека.
Вот так новость! Интересное кино, а я думал, слепая уверенность гулей строится только на двух вопросах Хровна. А он, оказывается, и подглядывал, и…
– А как пахнет? – быстро спросил я.
Последние несколько секунд Дрох сидел затылком к дороге и пялился на меня. Поэтому я видел, как его страшная рожа расплылась в блаженной улыбке. Вашу ж мать, никогда не думал, что можно улыбаться без губ! Б-р-р, ужасное зрелище.
– Отвратительно, – с наслаждением пробормотал он. – Как цветущий хрюкжус.
– Хрюк-кто? – недоумевающе переспросил я.
– Ну, хрюкжус же, Господин, – изумлённо повторил гуль для тех, кто на бронепоезде. – Цветок же ж такой в виде поросячьей жопы. Или ты его по-другому называешь?
– Может быть, – не стал спорить я. – А от гулей тоже им пахнет?
– Не-е-е, Господин. Мы не достойны. Мы ж не высшие демоны, – с благоговением произнёс он. – Оп! В гриву всех церковников, чтоб им! – выругался гуль, едва не слетев с облучка.
– За дорогой следи, а то следующую кочку не переживёшь, – усмехнулся я, выбросив за борт яблочные огрызки.
Дрох со рвением исполнял мой приказ – заранее аккуратно объезжая все неровности тракта, при этом напевая под нос занятную песенку. Бубнил тихо, поэтому всех слов я разобрать не смог, но из того, что понял, сделал вывод, что у лирического героя данного произведения ярко выраженные сексуальные девиации, ибо то, что он хотел сделать со всеми «человеками», сразу не пришло бы в голову и самому поручику Ржевскому.
Слушая весёлое мурлыканье гуля, я размышлял о своей нелёгкой судьбе и о мироздании. Точнее, мироздании сразу двух миров.
Итак, магия, бесспорно, есть даже в нашем насквозь техногенном мире. А ведь многие мечтатели считают, что он утратил всю романтику, и грезят иными мирами. Которые, оказывается, всё-таки существуют. И путешествие между мирами возможно с помощью хомяков.
Да уж, занятно получается.
Теперь я точно знаю, что… Хм… Когда это было-то? Четыре дня назад? Уместно складывать дни разных миров? Есть у них общий знаменатель?..
А! Чёрт с ним! Не учёный же я и не философ. Пусть будет четыре.
Итак, четыре дня назад, в канун дня рождения, меня начал преследовать Юра. Хм, действительно, хватит называть это грызуна «хомяк». Он уже сыграл в моей жизни куда большую роль, чем девяносто девять процентов знакомых. А присвоенное Дроном имя Юре вполне подходит.
В общем, Юра явился ко мне не зря. И, как сказали куклуксклановцы на складе, он – мой фамильяр. Он пришёл за мной, но как-то у нас всё не складывалось до тех пор, пока маги в масках политических лидеров не похитили меня.
Почему маги? Ну, а что за живой дым слетел с рук Обамы и вырубил таксиста?
Другой вопрос – почему сейчас? Почему и Юра, и Обама со своими прихвостнями появились рядом со мной одновременно?
Элементарно – День рождения. Видимо, двадцать один год – знаковая дата не только в Америке. И многое говорит в пользу этой версии. Особенно поздравительные слова дяди Гены и его подарок, который Юра не забыл телепортировать сюда вместе с моей тушкой.
Переведя взгляд на катану, я вспомнил праздничный вечер. Но почему я должен был распаковать меч только дома? И кто снял с него подарочную упаковку – фермер или сектанты?
Хотя это и не особо важно… Даже мысленно анализируя произошедшее, я хожу вокруг да около основных вопросов… Что ж, пожалуй, хватит юлить. Самому с собой нужно быть откровенным.
Дядя Гена знал, что я – не самый обычный человек. Всё его поведение явственно указывает на это. Я почти уверен в собственной правоте.
А раз знал, значит, тоже демон? Или другой маг? Хм, странный ангел-хранитель?
Вернусь и хорошенько тряхану этого гигантского Бегемота. И, если получится, узнаю ещё кое-что.
Почему это я демон?
И кто, чёрт его дери, мой настоящий отец?
Хотя с этим вопросом лучше к матери обратиться. Не успокоюсь, пока не получу вразумительного ответа.
Волна самокопания отступила так же резко, как и нахлынула.
– Стой! – неожиданно выкрикнул я.
– П-р-р! – натянул поводья Дрох и, когда лошадь остановилась, изумлённо воззрился на меня. – Что случилось, Господин?
Перепрыгнув через борт телеги, я уверенно зашагал в траву, окаймляющую тракт, и замер, подойдя вплотную к толстому стволу ближайшего дерева. Я не очень силён в ботанике, чтобы сходу определять названия растений, поэтому нареку этого высоченного ветвистого парня вязом.
– Эй, Господин, не трогай их, – раздался позади меня перепуганный голос приближающегося гуля.
– Поразительно… – выдохнул я.
Если бы не удачно упавший солнечный луч, я бы не обратил внимания на яркий блик, исходивший от ствола дерева. Подойдя ближе, понял, что не зря топтал сочную зелёную травку по пути сюда.
То, что блеснуло, и должно было блестеть. Ведь в коре этого вяза застрял изумруд! Правда, какой-то мутный. Если бы не пара сколов, даже на солнце не пустил бы столь заметного «зайчика».
– Господин, не стоит трогать Жабьи наросты! – почти выкрикнул запыхавшийся Дрох, схватив меня за запястье.
– Почему? – удивился я, не решаясь прикоснуться к растущему на коре вяза изумруду.
– Ну, дык… – округлил глаза гуль, удивлённый моей неосведомлённостью. – Все ж знают – чуму подхватить можно!
– Все знают? – не понял я, отдёрнув руку. Дрох покорно отпустил меня. Я стоял прямо перед ним, глядя в мутные глаза своего собеседника. – А я вот не знаю. Рассказывай.
– Эм… хм… – постучав зубами, задумался гуль. – Да чего говорить-то? Нельзя, и всё. Преступление страшное. Только собиратели наростов могут их снимать. А любого другого, если заметят за этим делом, мигом вздёрнут.
– И чего ж ваши собиратели делают с изум… наростами?
– Дык, знамо же что – увозят и уничтожают!
Дрох говорил с такой уверенностью, будто рассказывал о чём-то само собой разумеющемся. Я верил в искренность этого антропоморфного существа, но сомневался в правдивости самих его слов.
Вновь повернулся к стволу вяза. Блин! Ну, изумруд же! Не такой, как у мамы в кольце – там с огранкой, но…
Тогда я не знал, как назвать чувство, которое уже не впервые за сегодняшний день шепчет мне, как стоит поступить. Предчувствие? Чуйка? Главное, нутром ощущал – хорошие камешки. Нужно брать.
– Нож есть? – снова обернулся к гулю.
– Что, Господин? – не сразу сообразил он, а когда понял, округлил глаза пуще прежнего. – Господин, я же говорю…
– Ты хоть одного знаешь, кто подхватил чуму от этих наростов? – перебил я Дроха.
Задумавшись, он смешно нахмурил гнилой лоб и неуверенно покачал головой.
– А про изумруды слышал? – не унимался я. На сей раз он уже с большим энтузиазмом отрицательно покачал головой. – Вот видишь, – хмыкнул я.
– Но, Господин… – всё ещё сомневался гуль.
Я тяжело вздохнул и позволил себе положить ладонь ему на голову. Как собаке. Лишённой шерсти и кожи собаке.
– Послушай, – вкрадчиво проговорил я. – Я… хм… Ильяриз, верно?
– Верно, Господин, – не задумываясь, кивнул он.
– Думаешь, какая-то чума сможет мне навредить?
– Нет, Господин. Но король…
– А что король? – самоуверенно хмыкнул я. – Что мне король? – дёрнул подбородком, размышляя о том, что всё равно вскоре собираюсь свалить из этого мира. В этот момент в глубине души метался, словно рыба в сети. С одной стороны, правильнее сперва найти хомяка и убедиться, что тот без проблем сможет вернуть нас домой. Посмотреть на Юру, договориться и лишь потом идти выковыривать изумруды из деревьев. Набрать вдоволь да и свалить в свой мир. Но с другой – кто знает этого грызуна? Может, он снова без предупреждения портал откроет. И всё – плакали тогда мои камешки!
– И то верно, Господин! – безгубый рот гуля растёкся в восторженной улыбке. – Что вам до какого-то короля, а?! Сейчас сгоняю за ножиком! В телеге припасён! – крикнул он, пулей метнувшись в сторону тракта. Хех, ну вот, мои терзания и окончены. Не врубать же заднюю, когда на тебя так преданно смотрят. Сейчас наберём мешочек камешков – и домой. Главное – не жадничать.
Глава 3. Вера
Кажется, я немного увлёкся. За два часа отошёл от начальной точки километра на полтора. Дроху несколько раз пришлось возвращаться на тракт, чтобы перегнать телегу. Если подумать, повезло, что всяких разбойников на дороге не было. С другой стороны, мне-то что? Ну, угнали бы повозку, ну остались бы гули без пожитков – я всё равно собираюсь отсюда свалить при первой же возможности.
Ладно-ладно, мне было бы стыдно. Хорошо, что всё обошлось.
Когда уже хорошенько так смеркалось, я-таки залез в кузов. Усталый, но жутко довольный: собрал килограммов пять «жабьих наростов». Собирал бы и дальше, да только в темноте их стало сложно отличать от обычных грибов чаг. А растут они, сами понимаете, далеко не на каждом дереве. Всё подряд ощупывать – не вариант.
– Трогай! Задержались мы что-то, – велел я гулю.
– Не волнуйся, Господин, – отозвался тот, шевеля вожжами, – тут недалеко.
Минут через тридцать, когда наша царская колесница остановилась в пункте назначения, уже совсем стемнело. Правда, погодка отличная – на небе ни облачка, и света пузатой луны вполне хватает, чтобы ориентироваться в пространстве. Я даже черты «лица» своего возницы могу разглядеть. Если, конечно, гнилую кожу с мутными глазками, обнажёнными зубами и носовыми пазухами можно назвать лицом. Б-р-р! Увидь я такое ночью неделю назад, стал бы обладателем модного окраса волос «под седину».
Как бы светло ни было, искать ночью маленькую хомячью тушку, лежащую в траве, – задача трудновыполнимая. Благо, у предприимчивого гуля в запасе нашёлся масляный фонарь.
– Идём, Господин, – почтительно проговорил Дрох, подсвечиваю дорогу. – Вон там, – указал он рукой под сухое дерево, изгибами напоминающее вопросительный знак, – мы тебя и нашли, Господин. Да только мышей никаких рядом не было… – виновато добавил он.
– Не мышь, а хомяк, – поправил я.
Сел на корточки под обозначенным вязом и, прищурившись, принялся разглядывать местность. Просто примятая трава, ничего необычного. Встав на четвереньки, начал прощупывать её рукой. Выругался, нечаянно напоровшись ладонью на острый камень.
– А вон там, – махнул Дрох в сторону соседнего куста, пестрящего мелкими красными ягодками, – сволочь Говард нашёл твой меч, Господин.
Я переместился в указанном направлении, но и там ничего не нашёл, только зацепился штаниной за какой-то… Чертополох? Стебель и листья этого растения отливали красным. Учитывая колючки, кровавый оттенок к лицу этой злобной травинке.
Раздавшийся слева от меня шорох заставил моментально насторожиться. Медленно повернул голову, прислушался… Ничего.
– Эй, – неожиданно для самого себя заговорил я вслух. – Юра, ты здесь? Отзовись, – в ответ тишина. Даже гуль, ощупывающий траву вместе со мной, замер, изумлённо уставившись на меня, как на сумасшедшего. Но мне сейчас было совсем не до Дроха. – Юра! Грызун ты блохастый, отзовись! Я благодарен тебе, что перенёс меня оттуда, но надо бы и обратно.
– Господин! – выпалил гуль, вцепившись мне в плечо. – Ты что, хочешь вернуться в Преисподнюю?! Оставить нас?!
– ЦЫЦ! – рявкнул я, и Дрох мигом заткнулся. Именно в этот момент вновь раздался шорох и тихий-тихий писк.
Поднявшись, я выхватил у гуля фонарь и быстро пошёл на звук. Старался двигаться бесшумно, чтобы не заглушать единственный указатель направления.
– Ну, слава бо… – начал было я, но в груди неприятно кольнуло, а сам вовремя осознал, что благодарить Господа при Дрохе уж точно не стоит. – Хорошо, что ты жив, – закончил нейтрально, глядя на неподвижную тушку коричневого хомяка. Он лежал на спине, по-собачьи согнув лапы и вывалив язык. Когда я подошёл, Юра с трудом приподнял голову, встретился со мной взглядом и…
Его веки медленно опустились, а тело обмякло.
– Твою мать! – выругался я, схватив хомяка.
Под ночной стрекот сверчков было довольно сложно различить биение хомячьего сердечка. Но, прижимая тёплое тельце к уху, я всё-таки это смог. Услышав «тук-тук», я облегчённо выдохнул. Юра жив. Просто без чувств.
– Слушай, а ветеринары у вас есть? – повернулся я к подбежавшему гулю.
– Как не быть, Господин? Да только поздно уже, где мы его найдём-то сейчас? Поехали лучше к Листвундскому лесу, а? Хровн с бабами, поди, волнуются уже. А завтра с утра и ветеринара поищем, – покосившись на Юру, он осторожно ткнул пальцем в меховой бочок. – Чай не помирает мышь твоя. И к утру уж точно не помрёт.
– Точно? – сдвинув брови, переспросил я. – С чего такая уверенность?
– Обижаешь, Господин, – покачал головой мой извозчик. – Уж кто-кто, а гули завсегда чувствуют, кто собирается копыта отбросить, а кто нет. В твоей мыши и намёка нет на приближающуюся смерть.
Облегчённо выдохнув, я позволил себе расслабленно улыбнуться. Не знаю почему, но я был уверен, что Дрох говорит правду.
Мы вернулись к телеге и тронулись в путь. Повесив фонарь на длинную палку с крюком, гуль прикрепил своё приспособление к хомуту лошади. Коняшка не испугалась – видать, была привычной.
– А безопасно у вас ночами по тракту ездить? – спросил я, вновь роясь в мешке с припасами. Порадовавшись караваю хлеба и куску копчёного мяса, разделил находку надвое и протянул половину гулю.
– А кого бояться, Господин? – возница, кажется, не перестаёт удивляться моим вопросам.
– Разбойников? – предположил я, откупорив бурдюк с вином.
– Какие разбойники здесь, Господин? – усмехнулся он, откусывая мощными зубами кусок хлеба. – Мы ж не в лихое средневековье живём!
– А, ну да, ну да, – закивал я, когда телега со скрипом подпрыгнула на кочке.
– У нас тут вообще раньше тихо было. Оттого и гарнизон не особо большой. Потому и Лисанну с ребятами до сих пор не поймали. Хотя уж очень пытаются. А теперь и вовсе, – потрясая кулаком, разошёлся он, – когда ты явился, Господин, нас никто не остановит! Все гули объединятся, и мы вернём свободу! И отомстим мерзким людишкам за сотни лет угнетения!
Да уж, идеи освободительной борьбы, похоже, очень глубоко засели в мозгу этих несчастных созданий. И ведь умудрились сохранять и вынашивать их при полном подчинении своим эксплуататорам. Голову боялись поднять, если не считать редкие и крайне малочисленные бунты. Хотя как бунты… иногда случается, что гули убегают от хозяев и начинают бродяжничать да нападать на путников, сбиваясь в крохотные банды. Забавно, что Дрох, чуть раньше и рассказавший мне об этом, похоже, сам подобные действия разбоем не считает.
– Что за Лисанна? – прожевав мясо, спросил я. – Одна из таких же… хм… сбежавших гулей?
– Э, не, Господин. Лисанна – человек, – буднично ответил он.
– О как, – хмыкнул я.
– И у неё уже целый отряд, – продолжал разглагольствовать Дрох. – А тех же, что раньше просто сбегали, собиралось-то гулей четыре-пять. Считай, одна-две семьи. Ну, иногда три – не больше.
– И с чего же обычная женщина решила стать вождём гулей-повстанцев? – я снова отхлебнул вина.
– Ха! Да какая она женщина? Так – девонька нетронутая. Её отец был богатейшим фермером в округе. Не только гули, но и люди на него работали. А дочь уж слишком, по их меркам, вольнодумная вышла, – Дрох громко усмехнулся. – На севере училась, там гули посвободней живут, вот и у нас после смерти отца хотела новые порядки устроить. Но бывшие отцовские ближники воспротивились да и решили под шумок земли разделить и оставить Лисанну с носом. Зря они это удумали. Гули её фермы, как услышали добрые речи хозяйки, так, естественно, и встали на её защиту. Но ферму всё равно пришлось оставить. Как бы ни был слаб наш гарнизон, в прямом бою с ними лучше не встречаться. По крайней мере, тогда только появившийся отряд Лисанны просто смели бы. Но не сейчас! – он снова поднял кулак. – Сейчас всё иначе! Сей…
– Сейчас с вами я, я понял, – бесцеремонно перебил я словоохотливого Дроха.
– Точно так, Господин, – важно закивал он.
Хмыкнув, я на пару минут задумался. Мне показалось, что встретиться с этой Лисанной было б неплохо. Что это… правильный путь! Что именно так мне и стоит поступить, если хочу попасть домой. Странное чувство. И в какой раз за сутки? Правда, сейчас чуйка совсем уж отчётливо сигналит.
– О-у… – выдохнул я, схватившись за голову.
– Господин, что случилось? – тут же встревоженно выпалил гуль.
– Всё хорошо, – помахал я бурдюком. – Что-то голову прихватило…
– Хы! Ну, так Гельзейское вино – это тебе, Господин, не шутки! – ухмыльнулся Дрох.
Я не стал спорить и убеждать возницу, что дело не в вине. Сдаётся мне, что боль – реакция на мои думы. Ну, или на эту самую «чуйку».
– Ну да ладно, – через секунду продолжил гуль. – Я верю, Господин, что даже такому крепкому вину не вскружить тебе голову.
Боль мгновенно ослабла. Не исчезла совсем, но было похоже, как если бы у поющего во всю глотку ноутбука одним нажатием тачпада снизили громкость до двадцати процентов.
– Повтори? – тихо попросил я.
– Что, Господин? – не понял гуль.
– Повтори, что ты сказал до этого. Ты веришь в меня? – нетерпеливо выпалил я, желая подтвердить догадку.
– Конечно, Господин, – довольно осклабился Дрох.
На душе в тот же миг стало тепло и спокойно. Я расслабленно вытянул ноги и улыбнулся.
– Хорошо, – пробормотал себе под нос.
И вот надо было испортить такой момент! Вдали я услышал топот копыт и лошадиное ржанье. Дёрнувшись, оперся о борт телеги, вглядываясь назад. Ну, точно! Несколько огоньков прыгают на тракте и неумолимо нас догоняют.
– Но! – гуль тоже заметил преследователей и щёлкнул лошадку поводьями. – Но! Но! Быстрей!
На сей раз никаких ощущений не последовало. Может, стоит остановить телегу и попытаться убежать в лес? Хм, и на этой мысли чуйка молчит. Чёрт, а ведь я уже к ней привыкать начал!
– Давай! Давай! – подгонял коняшку гуль.
– Ты уверен, что это именно враги? – решил я уточнить на всякий случай.
– А кто же, Господин? – быстро глянув на меня через плечо, ответил Дрох. – В той стороне Куинз – центр округа. Гарнизон и Собор находятся там. А отряд Лисанны в Листвундском лесу – то есть прямо по курсу.
– Долго до него?
– Даже в нашем нынешнем темпе около получаса!
Что ж, я благодарен своему вознице, что он не стал акцентировать внимание на причине нашей задержки. Ведь именно моё желание пособирать камешки привело к тому, что посреди ночи мы всё ещё на тракте, а за нами гонится не пойми, кто. В оправдание могу сказать лишь одно: нутро велело мне собирать камни. Говорило, что так нужно. И знаете, что? Я ему всё ещё полностью доверяю.
Обернувшись, посмотрел за спину. Фонари совсем близко, я даже могу разглядеть подсвеченные головы лошадок. Нас разделяло метров четыреста, и с каждой секундой расстояние сокращалось.
– Стрелять будешь? Может, мне поводья отдашь? – предложил я, скользнув взглядом по облюбованной гулем винтовке.
– Ну, это… Господин… – кинув через плечо короткий взгляд, замямлил Дрох, снова сконцентрировавшись на дороге. – Чёт опасаюсь я…
– Чего? – не понял я. Преследователи все приближались.
– Говорю, не стрелял раньше! – прошамкал мой возница. – Видел, как ружьём пользуются. Знаю, запомнил. Но это… практики не было…
– Твою ж мать… – я закатил глаза. Затем резко выдохнул, с трудом удерживая равновесие, подошёл к гулю и схватил поводья. – Иди уже! Я в тебя верю! Не зря же это ружьё ты чуть ли не расцеловал, как в руки взял.
Взгляд Дроха мгновенно изменился. Теперь на меня смотрели глаза полностью уверенного в своих силах разумного. Пусть и мутные от природы.
– Твои слова – честь для меня, Господин! – решительно кивнул он. – Я не подведу!
– Иди уже… – подтолкнул я его, почувствовав лёгкое головокружение. Чёрт, да что за ерунда-то?
Крепко сжимая винтовку, Дрох, положил дуло на задний борт телеги и прицелился. Полувзгляда хватило, чтобы понять, как же неудобно гулю – всё-таки борт довольно низкий, и стрелок поначалу пытался занять среднее положение между «лёжа на пузе» и «стоя на колене». В итоге гуль плюнул, выпрямил спину и, стоя на одном колене, удерживал винтовку полностью на весу.
Я искоса поглядывал на него, большую часть внимания уделяя дороге. В детстве два лета подряд мне доводилось ездить в конный лагерь. Ну, как лагерь – шесть лошадок на группу из десяти детей да огромный деревенский дом, где вся наша весёлая компания и проживала. Так вот, опыт верховой езды я имел, да и телегой править доводилось. Но вот бешеных ночных скачек нам никто не устраивал. Поэтому сейчас спешно вспоминал все свои навыки, чтобы и за борт не улететь, и контроль над вспененной лошадкой сохранить.
– За Господина… – слуха коснулся уверенный шёпот, и раздался оглушительный выстрел.
Перепуганная кобыла дёрнулась в сторону, натягивая поводья. В эту секунду я оказался как никогда близок к принудительному катапультированию. Но чудом удержался и даже смог выровнять телегу, в последний момент обрулив огромный камень, возлежащий почти на середине тракта.
– Ух… – облегчённо выдохнул я, почувствовав себя матёрым колесничим. Немного поупражняюсь и, если вдруг случайно попаду в мир, близкий к нашей Древней Греции, смогу в гонках участвовать.
Обернулся проверить, как идут дела у гуля. Хищно скалясь, тот перезаряжал винтовку. Поднял взгляд на преследователей. Хм, не даром говорят: «новичкам везёт» – один из фонарей остался далеко за спинами наших попутчиков – видимо, вместе с тем, кто держал его в руках.
На второй выстрел коняшка отреагировала уже не столь бурно.
– Эх! – раздосадовано воскликнул Дрох.
– Промахнулся? – уточнил я, не оборачиваясь.
– Ранил! Удержался, шельма!
– Огонь! – враги подобрались уже настолько близко, что мы смогли слышать голос их командира. А через миг раздались выстрелы.
– Ф-ф-фи-и-и-у-у! – шальная пуля едва не чиркнула мне по уху. Лошадь вновь дёрнулась в сторону, но на этот раз я правил ещё увереннее. Никогда не истерил, однако в этот момент сам удивился своим стальным нервам. Уверенность, что всё будет хорошо, ярким пламенем разгоралась внутри.
– Дрох, не спать! Огонь! – скомандовал я.
– Есть! – воодушевившийся гуль спешно заряжал очередной патрон. Вот он приподнялся на колено и…
Я предельно чётко осознал: прямо сейчас нужно резко увести телегу влево, что, не задумываясь, тут же и проделал. После раздавшегося выстрела вражеская пуля пролетела мимо нас.
– Спасибо, Господин… – ошарашенно пролепетал Дрох, снова поднимаясь на колено – после моего манёвра он не удержался и рухнул в кузов. – Если бы не ты…
– Стреляй! – рявкнул я, с удовлетворением осознав, что очередной виток мигрени, усилившийся после последнего приступа чуйки, мигом пошёл на спад, стоило мне услышать слова благодарности от гуля.
– Есть! – прогремел Дрох, спуская курок.
Сразу после выстрела лошадь едва заметно дёрнулась. Я же, глядя через плечо, на секунду застыл в недоумении. От преследователей нас отделяли не больше тридцати метров. Мой неожиданно меткий стрелок бил точно в цель, но пуля врезалась в прозрачную стену из тёплого света. Это походило на… точно! На силовое поле из фантастических фильмов. А свет напоминал магию паладинов и жрецов в известной игре про военное ремесло. Эффектности добавляли похожие на молнии всполохи, растекающиеся по волшебной преграде от места столкновения щита и пули.
Спустя секунду, растеряв инерцию, пуля рухнула под копыта лошадей, но световой щит никуда не делся.
– Уроды! – процедил гуль. – Притащили с собой Младшего Паладина!
Паладина? Ха, да я угадал! Но радости от этой мысли немного. Расстояние сокращается на глазах!
– Господин, нам не уйти! – заявил Дрох, поглядывая назад и перезаряжая винтовку. Удивительно, но в голосе гуля совсем не слышно отчаяния. Когда он повернулся ко мне, я увидел в мутных глазах непоколебимую твёрдость и безграничную преданность. – Но они сами виноваты, что посмели преследовать вас, – произнёс гуль, подтверждая мои мысли.
– Остановитесь и сдавайтесь! – приказным тоном проговорил один из преследователей, когда между нами оставалось всего метров пятнадцать.
– Стрелять бесполезно, – доложил гуль, подготовив ружьё, – он всё ещё держит свой мерзкий щит.
– Бух! – раздался выстрел, и одинокая пуля пробила задний борт телеги.
– Сдавайтесь, если не хотите превратиться в решето! – проорали сзади.
Ну да, с десяти метров они бьют гораздо точнее. Ситуация реально принимает дурной оборот. В худшем случае пристрелят нас, в лучшем – могут попасть в лошадь. Коняшка падает, повозка наворачивается, мы летим вверх тормашками. Повезёт, если не переломаем шеи, но определённо придём в себя уже окружённые дулами заряженных ружей.
Пока я размышлял, пара преследователей поравнялась с телегой слева. Первым, держа в левой руке фонарь, скакал высокий мужчина в сером кителе и фуражке. За ним следовал мужик в белом плаще. Одной рукой он сжимал поводья, другую держал поднятой. Я сразу понял, что его ладонь – и есть эпицентр светового щита.
– Сдавайтесь, отродья! – повторил человек в белом. – Именем Великой Инквизиции, остановитесь!
Я уже решил, как поступить. Натянув поводья, начал тормозить телегу. Инквизитор и его «фонарик» проскакали вперёд, а их место заняли ещё двое парней в кителях, держащие ружья на изготовку. Хм, Дрох говорил, гарнизон тут слабый, а они умудрялись стрелять на полном скаку. С другой стороны, если вспомнить их меткость…
Телега проехала ещё метров двенадцать, прежде чем остановилась. С десяток людей выстроились вдоль левого борта. Шестеро держали нас под прицелами ружей, трое, не убирая фонари, в свободных руках сжимали револьверы. Ну и последний – Младший Паладин, он же инквизитор, прикрывал свой отряд практически прозрачным магическим щитом, напоминающим прямоугольный экран и подсвечивающим округу тёплым светом. Собранные в хвост волосы Паладина были светлыми, в то время как у остальных головы своим цветом напоминали крашеный имбирь.
На мгновенье повисло тяжёлое молчание, нарушаемое только громким пением сверчков.
– Дёрнетесь – и превратитесь в решето, – холодном тоном напомнил хвостатый Паладин.
– Слышали уже, – кивнул я, сжимая левой рукой ножны катаны. Как и раньше, я почему-то не мог выхватить меч. В лучшем случае, смогу использовать вместо дубины.
– Бросьте оружие, вылезайте из телеги и ложитесь на землю, – велел паладин.
– А если мы откажемся? – всё-таки решил уточнить я.
– Превратитесь в решето.
Забавно: он, что ли, совсем недавно для себя это слово открыл? Или действительно думает, что, многократно его повторяя, выглядит эффектнее?
– Прежде всего, – я медленно наклонился к днищу телеги, чтобы аккуратно положить меч, – хотел узнать, почему вы вообще нас преследуете?
– Хм, – ещё раз усмехнулся инквизитор, – мне вот тоже интересно. Давай проверим, – он повёл шеей и, вскинув свободную руку, проговорил: – Создатель наш величайший, очисти скверну силою своей, яви свой свет и тепло, пронзи тьму, заставь её страдать и согрей наши праведные души!
– А-а-а… – захрипел Дрох, упав на колени и ладонями затыкая сморщенные, похожие на сухой инжир уши.
Я скривился, невольно сжав кулаки. Моментально начало мутить, к горлу подкатила тошнота. Крепко сжав зубы, сдержал рвотный позыв и, резко выдохнув, мотнул головой.
– Тч! – шикнул паладин. – Смог устоять против Святого Слова? Да вот только рожа твоя, отродье, не скрыла страданья. Это и есть ответ на твой вопрос! Ты – тот самый демон, который избил и ограбил случайно приютившего его фермера Говарда Лоусона! Ха! Демон… – попробовал он на вкус последнее слово и сплюнул под ноги. – Кто ты такой на самом деле? Слабенький чернокнижник, которого эти сучки попросили о помощи?
– Да как ты смеешь, светожопая псина! – придя в себя, зарычал Дрох. – Перед тобой самый настоящий демон! Ильяриз!
Солдаты, переглядываясь, зароптали.
– А ну, замолчали! – рявкнул Младший Паладин и зло уставился на гуля. Когда шум поутих, он продолжил: – Мы уже слышали сегодня эту байку. И ни капли в неё не верим, – он выдохнул, покачав головой. Затем резким движением направил на Дроха указательный палец и «выстрелил» коротким тёплым лучом.
– Ау-у-у… – застонал гуль, схватившись за плечо. Солдаты вновь зашуршали.
– Это тебе за «светожопую псину», – усмехнулся инквизитор и вновь смерил меня взглядом. – Ладно, не время и не место для пыток. Заберу вас в казематы Собора, там и поговорим. Ну, что ещё?! – рявкнул Паладин, повернув голову к ближайшему из своих сопровождающих.
– Господин Абель, – заговорил «фонарщик» с двумя «сопельками» на погонах, – сверчки какие-то странные.
– Сверч… что? – мгновенно напрягся инквизитор, немного опустив голову и прислушиваясь. Я тоже только сейчас заметил, что стрекот стал какой-то неестественно громкий и будто даже приближается к нам, – Святые угодники… – побледнел Паладин. – Кругом! К бою!!!
С силой потянув поводья своего жеребца влево, он начал разворачиваться. Световой щит на мгновенье исчез, но тут же возник с другой стороны, как только инквизитор завершил манёвр. Появился как нельзя вовремя: из тёмного леса стремительно вылетела зелёная лиана с заострённым концом и врезалась в магический щит. В ту же секунду раздались выстрелы, также не причинившие вреда солдатам.
– Щит! В стороны! – донёсся из темноты голос, явно принадлежащий хрупкой девушке.
Краем глаза я отметил, что на тракте началось какое-то движение. Повернул голову – в ночной тьме сумел разглядеть только тень со вскинутыми руками.
– Бух-бух! – прогремело два выстрела, и первый из солдат (один из «фонарщиков»), протяжно выдохнув, обмяк в седле. Его изумлённая лошадь, заржав, вскочила на дыбы и понеслась во весь опор.
– Ловите её! – скомандовала всё та же невидимая глазу дама.
На тракт выскочило ещё несколько фигур, заходя солдатам в незащищённый фланг. Снова выстрелы, крики, лошадиное ржание… действо происходило настолько стремительно, что я не успевал уследить за всеми деталями. Вот бойцы инквизитора в едином порыве стреляют в ответ – по-моему, даже кого-то ранили. Вот, припустив лошадей, бросаются в атаку, выхватывая из-за пояса сабли… А их начальник всеми силами пытается удержать трескающийся полупрозрачный щит. Если бы не тёплое свечение его магии, можно было бы подумать, что настырная колючая лиана пытается разбить воздух!
Дрох, тяжело дыша и всё ещё зажимая плечо, восторженно глядел по сторонам. Я же явственно ощущал, что должен что-то сделать. Нельзя просто так пялиться, будто зритель! Пусть я никогда не участвовал в боевых действиях, но что значит постоять за себя, знал не понаслышке. Эти уроды стреляли в нас, угрожали, реально могли убить! И если я продолжу строить из себя шокированную девицу – буду чувствовать себя трусом, обязанным кому-то за своё спасение.
Именно с этой благородной мыслью я встал в среднюю стойку, тут же перешёл в высокую и шагнул вперёд, мгновенно нанеся удар. Через мгновенье сделал подшаг и выдохнул. Точно так же я вырубил Говарда – правда, тогда бил в лоб, сейчас же враг получил по затылку.
Ещё хлопок от удара не отзвенел в ушах, как лиана пробила лишившийся магической подпитки щит и насквозь прошила тело инквизитора. Тут же поспешила обратно, скрывшись в сумраке леса. Я глянул по сторонам – стремительный бой завершился полным поражением солдат.
– Зачем ты вмешался в магическую дуэль? – услышал я недовольный женский голос, а через несколько секунд на тракт вышла и его обладательница. – Я бы и сама справилась, – буркнула она, перешагнув через тело инквизитора.
При неверном свете масляных фонарей не берусь утверждать, какого именно цвета был её балахон. Скорей всего, тёмно-зелёный. Лицо скрывает глубокий капюшон, осиную талию подчёркивает туго затянутая тесьма, на которой болтаются сумки и кожаные чехольчики с различными колбами. Опиралась девушка на длинный посох, больше похожий на обычную сухую, посеревшую от времени ветку. Что ещё можно сказать о ней? Хм, маленькая, тоненькая, а под просторным балахоном практически не видно груди. Не уверен, что она вообще у неё присутствует.
– Значит, ты и есть этот, Ильяриз? – остановившись передо мной, волшебница презрительно хмыкнула и откинула капюшон. Ну что ж, миленькое личико; как и у остальных местных жителей, очень смуглая кожа и алые волосы, стянутые в косу. Отличались только её глаза. Если у других поголовно цвет зрачков красный, то у стоящей передо мной – тёмно-зелёный. Это я умудрился рассмотреть, когда к нам подошёл гуль с фонарём.
– Предположим, – кинув косой взгляд на восторженного, водящего носом «фонарщика», я снова повернулся к собеседнице. Уверен, ей не больше семнадцати, а она уже лезет на передовую.
– Бах!
Раздался выстрел. Я изумлённо повернул голову и увидел, как один из гулей добил лежащего на земле солдата.
– Вы задержались, – уделив выстрелу полвзгляда, девушка снова смотрела на меня. – И пришлось вас спасать. Ха! Удивлена, что демон, – просмаковала она последнее слово и скривилась, – не смог защититься от такого сброда.
– Инси! Не начинай! – к нам подлетел парень примерно моего возраста в широкополой шляпе и пончо. Шикнув на волшебницу, он улыбнулся и протянул мне руку для приветствия. – Меня зовут Джек, господин Ильяриз. Я один из двух компаньонов этой несносной девчонки.
– Эй! – возмутилась Инси, пнув Джека по голенищу высокого сапога. Тот ойкнул и в ответ дёрнул её за косу. На сей раз уже девушка взвизгнула и отвесила обидчику звучного леща. Точнее, попыталась отвесить – он поймал её за запястье и показал язык. На что волшебница, не растерявшись, влепила коленом парню в самое драгоценное место. Протяжно выдохнув, несчастный сложился пополам.
– А ну, прекратите! Что вы, как дети малые! – к нам спешил ещё один мужчина – на вид чуть старше Джека, с красноватой бородкой, а в остальном полностью похожий на стонущего и зажимающего промежность парня.
– Джон, я не виновата! – тут же заявила Инси. – Твой брат-идиот первый начал!
Джон покачал головой, потрепал Джека по шляпе и отправил младшего помогать разбирать трофеи. Попросив нас отодвинуться, тот подарил бесчувственному телу инквизитора контрольный в голову и, согнувшись над ним, принялся ощупывать карманы.
– Не обращай внимания на них, Ильяриз, – обратился ко мне Джон, когда мы отошли немного в сторону. – Они любят подурачиться, – парень снова вздохнул, но, посерьёзнев, тут же добавил: – Однако когда доходит до дела, на них можно положиться!
– А это главное, – согласился я, чтобы хоть что-то ответить.
– Я тоже так думаю, – влезла в беседу Инси и, нахмурившись, начала буравить меня взглядом. Затем внезапно повернулась к Джону. – Я не верю, что он демон! – капризным голоском произнесла она. – Я говорила, что дважды сталкивалась с демонами! Они приходили за мной! Так вот, этот… – она запнулась, пытаясь подобрать нужное слово. Не успела – окрик Джека прервал её размышления:
– Ребят, что могли – собрали! – крикнул он, – Не думаю, конечно, что подкрепление из Куинза будет с минуты на минуту. Но точно будет. Давайте-ка возвращаться?
Окинув тракт пронзительным взглядом, Джон набрал полные лёгкие воздуха и скомандовал:
– По коням! Возвращаемся в Листвундский лес!
Глава 4. Листвундский лес
Осмотрев раненых (а кроме Дроха, ранили ещё двоих гулей), Инси заявила, что не станет тратить зелья на мелкие царапины.
Из десяти лошадей противника гули умудрились поймать восемь. Ещё две потерялись где-то в глубинах ночного леса.
– Если умные, смогут добраться домой. Ну, а коли нет, так хоть волков накормят, – усмехнулся Джек.
Своих скакунов отряд Инси (несмотря на авторитет Джона, именно она, по её собственным словам, по праву сильного была здесь главной) ещё до атаки спрятал в лесу. Сейчас же поводья пойманных лошадок привязали к сёдлам, и все наконец-то тронулись в путь.
Я мог бы ехать верхом, но решил пока что воспользоваться телегой. Как только почувствовал под спиной деревяшки днища, тело мгновенно расслабилось. Подтянул под голову мешок со шмотками Дроха и блаженно улыбнулся. Чёрт подери, как же я устал…
К чести гулей, никто меня не тревожил, только с молчаливым восторгом поглядывали на мою царскую тушку. Посмотрев на лежащего рядом Дроха, я поднял глаза на облучок и упёрся взглядом в гордую спину Хровна. Именно он привёл подкрепление. Молодец, без него нам бы приш…
На этом месте я уснул, утонув в своих тягучих мыслях.
– Ильяриз, просыпайся! Эй! – сквозь сон пробился весёлый голос Джека. – Подъём, засоня!
– Эй, человек! – пробубнил Хровн. – Побольше уважения к Господину!
– Точно! Не с церковником каким балякаешь! – поддержал товарища какой-то другой гуль.
– Ага! С друзьями своими так трещать будешь!
– За базаром следи, лысик!
– Вы чего, ребята? – удивлённо выдохнул Джек. – Я ж всего-то…
– Хорош оправдываться! Извиняйся, давай!
От этого гомона сон как рукой сняло. Открыв глаза, я резко сел.
– Не ссорьтесь, проснулся уже, – проговорил я, оглядываясь. Телега стояла на обочине, рядом с бортом замерла лошадь Джека. Другие гули-верховые толпились здесь же. А Инси и Джон о чём-то энергично спорили чуть поодаль.
– Прости, что разбудил, – виновато произнёс парень. – Но нам нужно разделиться и перегруппироваться, чтобы одной толпой лес не топтать. С разных сторон заехать, да телегу вашу к схрону отогнать. Сам понимаешь, если она и проедет, то такие следы сложно будет потом не заметить.
– Хорошо, – кивнул я.
Спустя секунд тридцать вожаки наконец-то договорились, как лучше разделить отряд. Мне посчастливилось оказаться в компании с Инси и двумя гулями. Наша группа была самая быстрая. Вторая, под предводительством Джона, наиболее медленная – там собрали всех раненых. Ну, а задача третьей – спрятать телегу, что тоже займёт определённое время. Поклажу семей Дроха и Хровна по-товарищески разделили между всеми гулями, а большую часть так и вовсе закрепили на свободных лошадях.
Ехавшая впереди Инси подсвечивала себе дорогу фонарём. Мой же конь, статный черногривый красавец, послушно шёл за кобылой волшебницы, не особо раздумывая о выборе пути. Гули замыкали строй.
То путешествие не особо мне запомнилось: высокая трава, кусты, деревья, выступающие из темноты перед самым носом. Ничего выдающегося – обычная конная ночная прогулка через лесную чащу.
Инси не проронила ни слова за всю дорогу; правда, несколько раз я ловил на себе её подозрительный взгляд. Замечая, что я на неё смотрю, девушка морщилась и демонстративно отворачивалась. Что ж, откровенно говоря, у неё есть все основания так себя вести. Я бы тоже на её месте не признал во мне демона. Так – обычный паренёк, пусть и весьма симпатичный, с катаной в руке и в одежде гулей-рабов (свободные-то гули, как оказалось, щеголяли в людских нарядах). Ничего особенного. Однако мы слишком поздно встретились с Инси. Сейчас я уже сам уверен в том, что я демон. Но как её убедить? Да и нужно ли вообще убеждать? В любом случае, кой-какую легенду для подстраховки я придумал.
Минут через тридцать, когда я уже откровенно клевал носом в седле, Инси рявкнула:
– Стоять! – вздрогнув, сам натянул поводья, сообразив, что слова девушки явно были адресованы мне, иначе жеребец «въехал» бы в её кобылу.
Впереди, метрах в ста, сияли точки фонарей. Похоже, мы наконец-то прибыли на базу. А чего тогда ждём?
– Это я! – крикнула волшебница. – Со мной ещё трое.
– Проходите, – вежливо ответили ей откуда-то сверху. Хм, охрана? Неплохо-неплохо. Интересно, а если неизвестные приблизятся к границе лагеря, их сначала окликнут или сразу расстреляют из засады?
А ещё спустя буквально пару минут я расплылся в изумлённой улыбке. Думаю, именно такое выражение лица бывает у детей, впервые попавших в Диснейленд. Глядя на открывшееся передо мной великолепие, невольно вспомнил поселения лесных эльфов, как их рисуют в играх и показывают в фэнтезийных фильмах. Все многочисленные «постройки» состояли из хитросплетения живых деревьев и лиан. Всюду виднелись корни, листья и даже проглядывали распустившиеся цветы. Это на земле, но ведь были дома и в воздухе! На толстых ветках громадных деревьев, словно плетёные корзинки, располагались другие жилища.
– Нравится? Ха! Всё я сама сделала! – заметив мой восторг, похвасталась волшебница. – Ладно, хорош рот разевать, идём!
Нас встретили двое гулей, почтительно поклонившихся великому мне и поблагодаривших Инси за то, что привела мою демоническую тушку. Волшебница с радостью передала меня на их попечение и поспешно скрылась между деревьями. А вот два гуля из нашего отряда вместе с присоединившимся восторженным квартетом сопроводили меня до моих хором.
Да уж, приятно, когда тебя ждут. Уверен, что несмотря на всю внешнюю красоту, количество спальных мест в поселении ограниченно. Мне же достался отдельный дом – плетёный шатёр-полусфера, метров пяти в диаметре. Внутри – стол и стул (вполне обычные – видимо, трофейные), небольшая тумбочка, у стенки – матрац с меховым одеялом и подушкой. Дверной проём закрывает тканое полотно, точно такое же болтается на окне, крайне слабо защищая от комаров и мошек.
Не особо удивившись, что за «дверью» остался дежурить один из гулей, я повалился на лежак. Инси сказала, что «разговаривать будем утром». Пусть так – значит, есть несколько часов, чтобы отдохнуть.
Повернув голову, посмотрел на развалившегося рядом с подушкой Юру. Не удержался и погладил хомяка по мягкой шёрстке, тот потянулся во сне и слабо улыбнулся.
– Спасибо тебе… – прошептал я, – ты принёс в мою жизнь хаос, и за это я только благодарен. Обещаю, сделаю всё, что в моих силах и даже больше, чтобы вытащить тебя из этой странной комы. А потом вернёмся домой и будем решать, что делать дальше.
Напоследок взглянув на мешок с изумрудами и катану у матраца, я закрыл глаза и быстро заснул.
Проснулся сам. Открыв глаза, потянулся, погладил посапывающего Юру и поднялся на ноги. Снаружи было шумно. Осторожно выглянул из своего шатра.
– Господин, – поклонился гуль – совсем не тот, что оставался здесь ночью – видимо, новая смена. – Скоро будет завтрак. Позвольте проводить вас к умывальнику, а затем в столовую, – учтиво произнёс он.
– Идём, – усмехнулся я, откровенно наслаждаясь оказываемым сервисом.
Да уж, безумно приятно ловить на себе почтительные взгляды. Каждый встречный-поперечный гуль спешит поклониться да пожелать чего-нибудь хорошего. В отличие от людей, которые, к моему удивлению, тоже жили в лагере, хоть и в гораздо меньшем количестве.
– Это наёмники, Господин, – протягивая полотенце, ответил на мой вопрос Рогх, гуль-сопровождающий. Я вытер лицо и потёр шею. – Их немного, но на большее пока нет средств.
– А откуда деньги? Из запасов вашей Лисанны? – с интересом посмотрев на прошедшего мимо черноволосого мужчину, спросил я. Наёмники выглядели странно: коричневые кожаные доспехи, за поясами – ятаганы и металлические трубки. Бьюсь об заклад, это какой-то вид духового оружия.
– Не только, – с готовностью отозвался Рогх. – Большая часть средств – из запасов Уважаемой Инси.
– О? – удивился я. – Так эта мелкая ведьмочка – богачка?
Гуль позволил себе лёгкую улыбку:
– Не совсем, Господин. Просто их трио на сегодня – лучшие воры во всей стране, – гуль задумался и неуверенно продолжил: – Если, конечно, уместно давать такое звание.
Ведя светскую беседу, мы шли к самому крупному в поселении сооружению – длинному не то ангару, не то навесу, состоящему из изящных арок, укрытых зелёным ковром. Сквозь центральный проём было отлично видно массивные обеденные столы.
Оказавшись внутри, я стал свидетелем забавной картины – гули повскакивали со своих мест, явно боясь оскорбить великого меня прижатыми к скамейкам задницами.
Пока Рогх вёл меня к самому дальнему из столов, я кланялся как болванчик налево и направо, здороваясь с присутствующими. В конце столовой уже разместились знакомое воровское трио и не известные мне личности: дряблый старый гуль, как и его собратья, приветствовавший меня стоя; статный мужчина с благородной седой бородой, в которой всё ещё проглядывались красные волосы, и притягивающая взгляд красавица в вишнёвом платье без каких-либо украшений. На вид ей около двадцати трёх, миндалевидные глаза на смуглом лице, обрамлённом тёмными волосами цвета воронова крыла, собранными в аккуратный хвост. Черноволосая? Не местная, что ли? А цвет глаз – как у остальных. Но меня, как ценителя женских прелестей, покорили не они, а пухлые губы и пышная грудь красотки. Таких идеальных пропорций груди и талии я никогда раньше не встречал у живых женщин – только в аниме да компьютерных играх. Вот что значит другой мир…
– Йо! Спящий! Явился – не запылился? – махнула рукой волшебница, за что мгновенно удостоилась осуждающих взглядов всех присутствующих в столовой гулей.
– Уважаемая Инси, я попросил бы вас не разговаривать с Господином Ильяризом в таком тоне, – повернувшись ко мне, старый гуль почтительно склонил голову. – Для меня честь приветствовать вас, Господин.
Широко улыбаясь, из-за стола встала и обворожительная девушка. Вслед за ней встал и седобородый. Посмотрев на этих двоих, а затем хмыкнув, решили размять ноги и Джон с Джеком. Осознав, что во всём зале сидит теперь только она одна, Инси, насвистывая незатейливый мотивчик, начала демонстративно разглядывать листики на потолке.
– Прошу вас простить поведение моей подруги, – наклонила голову красотка. – Она ещё ребёнок и многих вещей не понимает, – услышав это, волшебница нарочито громко фыркнула.
– Думаю, вы, Госпожа, – я лучезарно улыбнулся, – в её возрасте вели себя, как и подобает истинной леди. А ведь это было совсем недавно. Год назад? Хотя нет, что это я? Не больше полугода.
– Вы мне льстите, Господин Ильяриз, – кокетливо прикрыла улыбающийся ротик ладошкой девушка.
– Можно просто Илья, Госпожа, – наш обмен улыбками продолжался.
– Тогда и вы обращайтесь ко мне по имени – Лисанна.
– С удовольствием, – я обозначил лёгкий поклон и окинул взглядом зал. – Господа и дамы, рад вас всех видеть. Предлагаю всем сесть уже на свои места и вернуться к трапезе.
– Только после вас, Господин, – проговорил старик-гуль, указав на место во главе стола. Да уж, интересно, мои «фанаты» настояли, чтобы демону выделили самое козырное место, или Лисанна сама так решила? Похоже, кроме привлекательной внешности, у неё есть ещё и ум. Дурочки самостоятельно восстания не поднимают – по крайней мере, успешные. А действия повстанцев на данный момент «провальными» язык не поворачивается назвать. Чего стоит только укреплённая база, которую до сих пор не обнаружили правительственные войска. Или ночная вылазка, по числу убитых врагов завершившаяся со счётом десять-ноль.
Все эти мысли табуном пронеслись в голове, пока я шёл к приготовленному для меня месту. В едином шумном порыве после меня расселись по местам и остальные. В абсолютной тишине все присутствующие глядели, как гуль-разносчица ставит передо мной тарелку с жареными овощами и мясом, а затем наливает вино. Неслабый такой завтрак… Хотя, по-видимому, сейчас мы что-то празднуем.
Неторопливо приступил к еде. Постепенно и моё ближайшее окружение вернулось к своим тарелкам. Не считая, конечно, Инси. Волшебница начала демонстративно набивать брюхо ещё во время нашего с Лисанной приятного словоблудия. Всего за несколько минут зал ожил и наполнился звоном столовых приборов и звуком голосов, хоть я то и дело ловил на себе любопытные взгляды.
– Передайте мои комплименты вашему повару, Лисанна, – немного набив брюхо, решил я разрядить обстановку и на нашем пятачке.
– Всенепременно, Илья, – наклонила голову девушка.
– Кормёжка тут знатная! – как мечом, махнул вилкой Джек, соглашаясь с моими словами.
– Где ваши манеры, юноша? – строго одёрнул его бородатый мужчина.
– Ой, простите, Генри, – смутился парень.
Лисанна мило рассмеялась. Мы с Джоном тоже не стали держать каменные лица. Глядя на меня, будто получив разрешение, хохотнул и гуль-старик. Не считая отрицательный элемент в лице юной волшебницы, напряжение за столом спало.
– Илья, позвольте представить вам моего верного друга, защитника и воспитателя – Генри, – указала здешняя хозяйка на пожилого бородача.
– Очень приятно, – поклонился я.
– Взаимно, – ответил мужчина и зачем-то пояснил: – Я был дворецким в доме Милье, – вежливо кивнул в сторону Лисанны, – в третьем поколении. И, видимо, в последнем. Я не смог помочь Госпоже защити…
– Генри, прошу вас… – девушка ласково положила ладонь на руку мужчине. Тот, кивнув, замолчал. Она вновь обратилась ко мне: – Генри – мой личный телохранитель. Он один из лучших фехтовальщиков в округе! – с гордостью заявила девушка. Улыбнувшись, она указала на гуля-старика, аккуратно отрезающего ножом кусок сырого мяса на свой тарелке. – А это Старейшина Горх. Наши друзья-гули избрали его своим уполномоченным представителем.
– Для меня честь сидеть с вами за одним столом, Господин, – в очередной раз поклонился старик.
Говорят, «терпение лопнуло, как мыльный пузырь». Очень подходящая формулировка для того, что произошло в следующую секунду. Видимо, окончательно устав от наших любезностей, Инси с силой ударила обеими ладонями по столешнице и под звон посуды вскочила на ноги:
– Может, вы его ещё в зад чмокнете, а?! – гневно выпалила она. – Какого лешего вы носитесь с ним, как дурни с писаной торбой?! Уже и в рот заглядываете этому самозванцу!
В зале снова повисла звенящая тишина. На этот раз она давила так сильно, что казалось: вот-вот с дребезгом начнут лопаться стаканы. Я неторопливо обвёл взглядом всех присутствующих. Да уж, гули беззвучно скалятся и прожигают волшебницу расширенными от гнева зрачками. Некоторые едва сдерживаются, сгибая пополам свои металлические ложки.
– Инси, – вкрадчиво проговорила Лисанна. Будь я впечатлительнее, от её тона покрылся бы мурашками, – ты перегибаешь пал…
– Это ты перегибаешь, Сестрица! – возмутилась девушка, не дав ей договорить. – Вы что, все ослепли? Да какой из него демон? Он же…
– ИНСИ! – на сей раз Лисанна уже не выдержала, резко поднявшись на ноги. Вслед за хозяйкой вскочили гули и Генри. Кроме меня, сидеть остались лишь немногочисленные наёмники за соседним столом. Братья, Джек и Джон, оторвались от скамеек, обречённо покачав головами и вздохнув.
– Что Инси? – не унималась волшебница. – Инси – единственная, кто не повёлся на смазливую рожу и сладкие речи этого циркача! Покривлялся немножко от Святой воды, а вы ему уже в ножки кланяться готовы? Вас же разводят, как детишек малых!
– Да как ты смеешь? – зашипели гули.
– Не доросла ещё оскорблять Господина Ильяриза.
– Мерзкая человеческая девчонка! Она такая же, как и большая часть лысиков!
– Чтоб у тебя язык отсох от таких речей!
Протяжно выдохнув, Лисанна подняла руку. Через несколько секунд на её лице проступило искреннее недоумение. Похоже, она была уверена, что этот жест прекратит перепалку, однако гул возмущения продолжал нарастать.
Тогда я решил действовать. Встал из-за стола и так же, как Госпожа Милье, поднял руку. За пару секунд шум полностью стих, а я на миг ощутил приятную лёгкость в теле.
– Друзья, – улыбнувшись, заговорил я, – не злитесь на Инси. У неё нет дурных намерений. Она делает то, что, по её мнению, пойдёт на пользу всем. Пусть сейчас и ошибается.
– П-ф-ф… ну-ну… – вздёрнула носик волшебница.
– Инси, – я сосредоточил на ней пристальный взгляд, – не совсем понимаю, откуда столько негатива в мою сторону? Ведь я ничего плохого тебе не делал и никого не обманывал. Я на самом деле демон, можешь спросить у гулей. Они нас по запаху отличают.
Волшебница нахмурилась:
– То, что одному из гулей показалось, будто от тебя пахнет хрюкжусом, я уже слышала. И это говорит только о том, что кое-кто порой забывает помыться!
– Инси… – почти прорычала Лисанна, – ты лезешь в бутылку. Если бы запах шёл… от тела, полагаю, и люди бы его чуяли.
– Верно, Уважаемая Лисанна, – сухо проговорил Горх, буравя гневным взглядом волшебницу. – Запах идёт от сути! И каждый гуль его чует. Подтвердите мои слова? – поднял глаза на товарищей.
– ДА! – синхронно рявкнул зал.
– Вот видишь, – улыбнулся я Инси, когда присутствующие снова притихли. – Всех не обманешь.
– Ха! Думаешь, выкрутился? Хорошо, если ты демон, представитель Старшей Расы, расскажи, какое твоё родовое умение? А персональное?
На мгновенье я растерялся, но мозг быстро подсунул вариант ответа. Правда, озвучить его я не успел.
– Молчишь? – хищно щурясь, наседала на меня девица. – Ну конечно. Это же секрет. Удобно, не правда ли? Сказал, что тайна, и всё – взятки гладки!
Хм, какой бы одарённой для своих лет ни была эта ведьма, гроза местных банков, подросток – и есть подросток. Провалы в логике, неуместные фразы – сам только недавно избавился от подобного. Хочется верить, что точно избавился.
– Ты права, – серьёзно кивнул я. – Это родовая тайна, и я не смею её нарушать, – использовал я вываленную болтушкой информацию. – И, опережая твой вопрос, – она уже открыла ротик, чтобы выдать очередную порцию обвинений, – я не могу сказать, к какому роду принадлежу. Мои отношения с роднёй – не самые простые и касаются только меня. Надеюсь, это понятно? – обвёл взглядом зал, гули энергично закивали. – Вот и славно.
– Тьфу! – скривила личико волшебница. – Действительно, хорошо устроился! Хоть что-нибудь ты вообще можешь о себе рассказать? Откуда пришёл, например?
– Хм… – я нарочито долго почёсывал щетинистый подбородок. Забавно, как сильно бомбит у этой малышки. – Могу, – медленно проговорил, когда девушка едва ли не скалиться начала, а гули егозили на скамейках в нестерпимом желании услышать рассказ своего Господина. – Из другого мира. Как и многие демоны. Мой фамильяр открыл портал, и я явился вам!
Гули мгновенно загомонили:
– Я ж говорил, он пришёл из Преисподней!
– Из самой Преисподней, ну надо же!
– Значит, она действительно существует?
– А ты сомневался? Откуда, по-твоему, демоны берутся? Не людские же бабы рожают!
Ну и так далее, и в том же духе. Моих фанатов новость, подтверждающая «неземное происхождение» моей тушки, сильно взбудоражила, ведь она ещё раз подтверждает, что я – «настоящий демон», хотя они и «не сомневались».
Но ладно гули, с ними и так всё понятно. Однако и люди с изумлением и восторгом пялились на меня. Даже мелкая стервочка прониклась.
– У тебя действительно есть фамильяр? – недоверчиво спросила она.
– Да, – улыбнулся я. – Пойдём в мой шатёр – так уж и быть, покажу тебе своего фамильяра.
– Ты обещал, – буркнула Инси.
– Я тоже была бы не прочь посмотреть… – глядя чуть в сторону, проговорила Лисанна. Кажется, навязываться в лоб ей показалось неприличным.
– Конечно, – хмыкнул я.
– И я, Господин, если позволите, – склонив голову, почтительно проговорил Горх.
– Ну, и мы за любой кипеш! – братья тоже решили поучаствовать.
В конечном итоге, пришлось наспех заканчивать с завтраком, ибо всей нашей компании не терпелось познакомиться с Юрой. Минут через пятнадцать все, будто в утреннюю маршрутку, набились в шатёр. Хорошо, немного преувеличил: в маршрутку весь лагерь уместился бы. Но всемером в моём временном жилище оказалось реально тесновато.
– Вот, его зовут Юра. Мой фамильяр, – на раскрытой ладони я протянул к гостям хомячью тушку.
– Крепко спит! – усмехнулся Джек, ткнув пальцем в меховой бочок.
– Эй, не обижай маленького! – возмутилась Лисанна.
– А то оторву твои грязные пальцы! – поддержала её Инси.
Затем, снова посмотрев на грызуна, девушки одновременно расплылись в умилённой улыбке.
– Мыш ваш здоров, Господин, – внимательно глядя на Юру, проговорил Горх. – Только не могу взять в толк, с чего так крепко спит? – гуль посмотрел на меня вопросительно. – Какое-то проклятие?
Вслед за стариком и остальные присутствующие подняли на меня глаза. В черепной коробке проскакал табун мыслей о том, как лучше поступить и что ответить. Решил не темнить, но и не болтать лишнего:
– Он такой с тех пор, как перенёс нас в ваш мир, – ответил я и, подумав с секунду, добавил: – Уже три дня.
– И ты не знаешь, как привести его в чувство? – упёрла руки в бока Инси.
Мне хотелось соврать, но проснувшаяся чуйка велела быть предельно честным.
– Верно, – кивнул я.
– Ха! – не сдержалась волшебница, выпятив свою равнину, на которой когда-нибудь, может быть, ещё взрастёт нормальная грудь. – А вот я знаю, что нужно делать! – торжествующе заявила она.
Возможно, на миг я и изменился в лице, но быстро взял себя в руки и спокойно спросил:
– Не подскажешь? Буду премного благодарен.
– Хы… подскажу, – оскалилась девица, накручивая на пальчик прядь волос. – Или нет!
– Инси, – строго сказала Лисанна, – мы должны помогать друг другу!
– Ха! – в очередной раз демонстративно усмехнулась мелкая. – Точно! Помогать, – повернувшись, ткнула ногтем указательного пальца мне в грудь. – Давай так, – впившись взглядом мне в лицо, заявила она, – завтра ты помогаешь нам, а я потом помогу тебе!
– Инси… – неуверенно пробормотала Лисанна, опустив глаза.
– Ну а что, Сеструх? – возмутилась волшебница. – Уверена, ты сама хочешь об этом попросить. Даже если этот тип, – кивок в мою сторону, – просто в уголке постоит, гули возрадуются и окрылятся неистовым боевым духом. Верно я говорю, деда Горх?
Старейшина поморщился и покачал головой:
– В словах ваших, Уважаемая Инси, истинная правда. Но мне не нравится, каким именно образом вы её выражаете.
– Да-да, конечно! – отмахнулась волшебница, снова повернувшись к Лисанне. – Ну чё, Сеструх, решай! Берёшь его с собой или нет? – снова небрежный кивок в мою сторону, будто моя скромная персона и вовсе не присутствует при разговоре.
– Ну а что? – подал голос Джек. – По-моему, идея здравая, – завертел он головой в поисках поддержки.
– Согласен, – кивнул Джон.
Пока что я молчал, ожидая решения местной хозяйки. Что бы они ни затевали, если минимальные требования ко мне – простое присутствие, то я согласен. Ну, задержусь тут ещё на денёк – что в этом такого? Мне самому интересно, а без помощи той же вредины Инси Юру не разбудить. Уж в этом я уверен. Единственный минус – те, кто остались на Земле. Мама точно волнуется. Но с ней дядя Гена, а вместе они, очевидно, знают о моём происхождении куда больше, чем я. Стало быть…
Хотя из-за этого знания могут и волноваться сильнее…
Но, с другой стороны, сами виноваты, что не рассказали мне обо всём, что я должен знать, заранее. И ещё предстоит выяснить, почему. А пока я с радостью продолжу открывать для себя новые миры и собственные тайны. Ну, а они там пусть продолжают переживать и думать о своём поведении. Хм, как-то по-детски звучит. Но, в любом случае, прямо сейчас на Землю я не могу вернуться. Силой выбивать секрет крепкого сна хомяка у волшебницы я уж точно не стану.
– Ум-м… друзья, – слегка покраснев, произнесла Лисанна, обращаясь к своим товарищам, – оставьте нас, пожалуйста, с Господином Ильяризом наедине. Нам нужно обсудить детали завтрашнего мероприятия.
– П-ф-ф! – закатила глаза Инси. – Идёмте, балбесы, – махнула она рукой братьям, – у нас ещё куча дел.
– Эй, следи за языком, мелкая! – возмутился Джек, вслед за волшебницей направляясь к выходу.
– Господин, – Горх поклонился мне. – Уважаемая Лисанна, – поклон девушке, и гуль тоже оставил нас.
– Госпожа, может не… – начал было Генри, но, положив руку на плечо старому дворецкому, Лисанна прервала его улыбкой:
– Всё хорошо, ступай и ты.
Мужчина поклонился ей, затем коротко кивнул мне и вышел. Мы остались вдвоём. Девушка не решалась поднять взгляд, я же, не стесняясь, наблюдал за ней. Помнится, Дрох говорил, что здешняя хозяйка – «девонька нетронутая». Всякое может быть, конечно… но глядя на эту, по местным меркам, либеральную вольнодумку, начинаешь сомневаться в «нетронутости». А даже если «нетронутость» и присутствует, сдаётся мне, Госпожа Милье была бы не прочь от неё избавиться.
Хм, предложить ей помочь с этим, что ли? Да нет, пока рано. Нужно сначала Юру в чувство привести, а то, если запахнет жареным, и слинять некуда будет. Но помочь бы хотелось…
– Илья… – робко проговорила она, откинув прядь чёрных волос с лица. – Вы ведь поможете?
Оба-на! Серьёзно? Даже так? Сама предлагает?
– Вы ведь присоединитесь к нашей атаке? – продолжила Лисанна. Я разочарованно выдохнул. Чёрт, она всё-таки о делах. Нужно собраться с мыслями и пустить кровоток в мозг! Но блин, какая же обворожительная дама наедине со мной в моём шатре. У меня, конечно, бывали разные девушки, но им, как оказалось, далеко до Лисанны.
Всё! Стоп! Соберись! Конечно, долгое воздержание вредно для молодого организма, и мой поезд застоялся в депо, но на первом месте дела!
– Да, – наконец-то ответил я.
– Правда? – обрадовалась Лисанна.
– Да, – пришлось повторить, жестом предложив ей присесть на стул. Сам же сел на лежак.
– Но почему вы это делаете? – осторожно поинтересовалась девушка. – Только ради вашего питомца? – она скользнула взглядом по Юре, мирно сопящему рядом с моей подушкой.
– То есть? – я не понял вопроса.
– Ну… – замялась девушка. – Понимаете… я вообще не очень-то верила в демонов, – неожиданно призналась она. – До вчерашнего дня. Но когда к нам прибыл Хровн со своей семьёй и семьёй Дроха и начал с горящими глазами рассказывать о пришествии демона Ильяриза, остальные гули мигом ему поверили и настояли на том, чтобы встретить вас. Как вы понимаете, не зря.
Слушая девушку, я отметил забавный факт: люди не знают, где располагается база Лисанны, в отличие от гулей, служащих этим самым людям. То есть свободные гули при случае рассказывают гулям-рабам, куда бежать и где райские кущи? И даже если гуль не решается сбежать от хозяина, он никогда не предаст товарищей и в худшем случае унесёт тайну с собой в могилу? Хм, такой сильной веры в ближнего я раньше не встречал.
– Да, благодарю, – ответил я, когда девушка замолчала. – Так теперь ты веришь, что я демон?
– Да, – ошарашенно кивнула Лисанна. – Я верю! Поэтому и… – снова замялась, – удивляюсь, что ты так легко согласился. Пусть я раньше и не верила, но слышала легенды, – она опустила глаза. – «Демоны лгут». «Демоны ничего не делают просто так». «Демонам нельзя доверять». Во всех историях раз за разом повторяются эти истины. Но то, что мы хотим провернуть, очень рискованно. И нам действительно не помешает твоё присутствие. Я с самого утра говорила с Дрохом. Он удивил нас рассказом, что первым выстрелом в своей жизни умудрился убить человека. Ночью. На большом расстоянии. Ни для кого не секрет, что у гулей талант к дракам в любом их проявлении. В давние времена только за счёт численности, Святой воды и Ордена Великой Инквизиции люди смогли подчинить их. Мы привыкли к тому, что они быстро учатся владеть любым оружием. Но чтобы с первого раза… – она покачала головой и только сейчас подняла глаза. Заглянув мне в лицо, вкрадчиво произнесла: – Это всё из-за твоего присутствия! Ведь свою особенность гули объясняют именно тем, что создавший их предков алхимик был могущественным чернокнижником. То есть использовал силы демонов! И может быть, даже был слугой одного из демонов! Понимаешь? Поэтому гули верят, что и в их жилах есть отголоски демонической крови, позволяющей им быстро овладевать любым оружием.
Девушка замолчала, а я переваривал услышанное. Хм, ведь мне тоже довольно легко даются боевые искусства. Тренеры говорили, что у меня талант. Значит, дело всего лишь в крови. В этих…
– Отголоски… – задумчиво повторил я. – Это ведь не просто слово?
– А? – удивилась Лисанна. – Ты не знаешь, что такое отголоски?
Упс! Твою ж мать! Опасно! Чуть не спалился!
– Знаю, – как можно непринуждённее отозвался я. – Просто хотел понять, насколько о них известно в вашем мире.
– А… – смущённо улыбнулась девушка. – Ну, я в этом не спец… – отвела глазки в сторону. – Лучше тебе проэкзаменовать Инси. Она больше разбирается в теме.
– Хорошо, – кивнул я, решив пока не тревожить лишний раз волшебницу. Уж кого-кого, а её за нос водить будет сложнее. – Ладно, я понял, что ты хочешь, чтобы я присутствовал на вашем этом… деле. Что тебя смущает?
– Плата… – покраснев, произнесла она. – Что ты попросишь взамен? Душу? Или… – она совсем заалела, а из ушей красавицы едва ли не повалил пар.
И знаете, что? Было очень сложно не воспользоваться моментом. Ну, реально, демон я или мимо проходил? Попросить за услугу невинный цветок красавицы – вполне в духе этих их сельских стереотипов. И она, что главное, не откажет. Принесёт себя в жертву высшим силам ради светлой либеральной идеи всеобщего равенства и процветания бедных, несчастных, угнетённых гулей. Эх, нравятся мне такие искренние люди. Но её родителям повезло, что не дожили до того момента, когда, нахватавшись новомодных идей, дочура похерила мощный семейный бизнес.
– Давай так, – обуздав себя, произнёс я, – пока я согласен просто поприсутствовать, тем самым поднимая боевой дух гулей. Платой за это будет помощь Инси моему хомяку. Но если мне там придётся что-то делать – может, даже сражаться, это будем считать сверх нормы. Требовать ничего не стану, но от бонуса не откажусь. Надеюсь, я понятно выражаюсь? – потупив глазки, девушка покорно кивнула. – Вот и славно. А теперь давай, рассказывай уже детально, что вы там хотите такое выдающееся провернуть?
Размеренный цокот копыт отражался от высоких каменных стен. Хмурясь, как грозовое небо, Эстр шагал по мраморному полу чёрного коридора. Он выглядел как всегда безупречно, чёрный хауберк из шкуры Вельзальской гидры плотно облегал могучее тело. Из-за широких плеч сатира выглядывали рукояти парных клинков.
– Г-р-р… – прорычал себе под нос Эстр, мотнув кудрявой рогатой головой, и приложил к губам фляжку с вином. Капли лилового напитка смочили бородку, но бывший Магистр-Паладин плевать на них хотел.
Он нервничал.
Бывалый воин чувствовал себя зелёным юнцом перед аудиенцией с ним. С главой тех, кого не существует. С гроссмейстером одного из сильнейших тайных орденов всей Оси Руарк-Поркских Миров.
Эстр грязно выругался и опустошил фляжку. Сатир подумал, что мог бы сейчас резвиться в борделе, рассовывая монеты в бездонные прелести нимф, дриад, эльфиек. Мог бы побаловать себя кицуне или юки-онной, а мог бы и вовсе нажраться да снять троллиху, главное – как в прошлый раз, со стремянки не рухнуть.
Но нет. Сперва он… Третий брат главы клана Люцифер, как и многие младшие сыновья, отказавшийся от богатой, но бесперспективной жизни аристократа ради карьеры в Ордене. И среди всего многообразия Орденов этот Архидемон выбрал именно тот, в котором сейчас и служит бедняга Эстр.
Сатир остановился перед огромными восьмиметровыми позолоченными дверьми, украшенными дюже подробными сценами жертвоприношения. Двери распахнулись сами собой.
– Входи, брат мой! – раскатисто прогремел голос гроссмейстера.
Сатира бесила любовь его босса к давлению на подчинённых. На столь огромном пространстве, как уже пройденный длиннющий коридор или же сам тронный зал, способный вместить небольшое войско, кроме них двоих, никого не было. А ведь в редких случаях, когда Архидемон в приподнятом настроении, здесь закатываются такие пиры, что многим древним кланам остаётся лишь молча завидовать в сторонке.
Эстр украдкой взглянул на чёрный трон. Мощь, от которой почти явственно трещал воздух в зале, никак не вязалась со смазливым личиком зеленоглазого брюнета в изумрудном бархатном камзоле. Такому бы девиц клеить…
– Приветствую тебя, гроссмейстер, – сатир покорно склонил голову, остановившись в десяти метрах перед троном.
– С чем пожаловал? – тон Архидемона сменился на заигрывающе-дружелюбный. Однако и кобра может шипеть по-товарищески, пока подползает к твоей шее. Уж Эстр-то знал, на что способно сидящее перед ним существо.
– Нам удалось добыть кольцо Лукреции Очищающей, – не поднимая головы, доложил сатир.
– Вот как? Молодцы! Горжусь вами. Но только… – Архидемон взял паузу, от которой сердце Эстра едва не пробило грудную клетку. – Я не слышу искренней радости в твоих словах, – холодно закончил Элигор Люцифер.