Вкус меда бесплатное чтение

1

Пролог

Женщина лежала на спине на большой кровати в изысканно обставленной спальне. Ее большие зеленые глаза были открыты и безразлично смотрели в потолок, а роскошные ярко-рыжие волосы разметались на подушке. Грузный мужчина старался изо всех сил и пытался поймать ее губы своим ртом. Но она упорно не давала сделать это. Наконец он издал глубокий рык и откатился в сторону.

– Что ты сегодня такая вялая? – отдышавшись, спросил он озадачено и раздраженно.

Женщина молча пожала плечами. Ее лицо оставалось неподвижным, словно венецианская маска. Однако мужчина этого уже не видел. Задав вопрос, он мгновенно уснул, закинув на женщину свою большую руку.

Убедившись, что ее партнер крепко спит, она осторожно выбралась из его объятий и слезла с кровати. Женщина взглянула на мужчину и неподвижное выражение ее лица вдруг сменилось гримасой брезгливости, к горлу подступил комок горечи. Она бросилась в ванную, где ее стошнило.

Вздохнув с явным облегчением, женщина зашла в душевую кабинку и включила воду на полный напор. Она с остервенением терла мочалкой тело, но чувство липкости мужских рук не покидало. Простояв в душе больше часа, она выключила воду, вытерлась огромным полотенцем, надела легкий пеньюар и пошла на кухню.

Взяв высокий хрустальный фужер, женщина открыла холодильник и коснулась рукой початой бутылки шампанского. Но вдруг передумала и, с силой захлопнув дверцу холодильника, выдернула из диспенсера бутылку виски.

Она вышла на террасу. Внизу сверкал переливом огней город, вдали на рейде светилась вереница судов, а высоко в небе сияла полная луна. Женщина села за мраморный столик и налила себе полный фужер виски. Затем она подняла мерцающий хрусталь вверх и посмотрела сквозь него на луну. Выпила одним махом и крепко затянулась сигаретой. Волна легкого тепла прокатилась по ее телу, расслабляя мышцы. Она впервые за вечер улыбнулась и закрыла глаза, погрузившись в воспоминания.

2

Глава 1. Белли

Белли бежала домой, пугая встречных своим отчаянным видом. Она рыдала, не стесняясь своих слез. Прохожие предпочитали расступиться перед стремительной фурией с развивающимися ярко-рыжими волосами и сочувственно смотрели вслед, словно пытаясь понять, какая трагедия свалилась на эту девушку. "Похоже, поругалась со своим парнем". – думало большинство случайных свидетелей этой драмы.

Но они ошибались, в жизни Белли еще не нашлось места для бойфренда, она была одержима совсем другим. И сегодня ее первая детская мечта оказалась разбитой вдребезги. Только что, Белли Жордони, лучшая ученица хореографической школы, как утверждали преподаватели, не смогла пройти кастинг в кордебалет самого популярного кабаре в городе. Ее фантастическая пластика, длинные стройные ноги и не менее длинные грациозные руки явно произвели впечатление на отборочную комиссию. Но ее не взяли, сказав, что Белли еще не исполнилось восемнадцать лет. Действительно, ей было всего семнадцать, но своей статью и ростом она выглядела гораздо старше, и поэтому надеялась на благосклонность комиссии.

Истинную причину отказа ей сообщила Лилу, ближайшая подруга по хореографической школе, которая успешно прошла испытания. Дружба редко бывает на равных. Вот и здесь Белли многие годы была заводилой, которой Лилу в тайне завидовала. Не скрывая своего внезапно появившегося превосходства, с сочувствующей улыбкой, которая так идет ближайшим подругам в такие моменты, она поведала подслушанный разговор между членами комиссии. Всему виной оказались роскошные ярко-рыжие волосы, непокорной копной украшавшие немного простодушное и открытое лицо Белли.

– Эта Белли прекрасная танцовщица, – резюмировал балетмейстер кабаре и одновременно председатель отборочной комиссии. – Но вы посмотрите на ее волосы! Этот шикарный стог сена будет доминировать на сцене. Вместо наслаждения слаженным ритмом кордебалета все зрители станут глазеть только на нее. А мне надо показать ансамбль!

Рассказывая эту новость, подруга с испугом увидела как окаменело лицо Белли, глаза заполнились слезами, а губы сжались в узкую линию. Боясь показать свою слабость, Белли выскочила на улицу.

Дома она полностью отдалась на волю обуревавших чувств, уткнувшись и рыдая в подушку. "Жизнь кончена, – думала она. – Столько лет, столько сил потрачено, и все впустую. Я некрасивая! И виной всему эти чертовы рыжие ирландские волосы! С ними меня никогда не возьмут ни в одну танцевальную труппу!"

Однако Белли зря наговаривала на себя. Она была очень симпатичной девушкой с миндалевидными зелеными глазами и округлым лицом с еще по-детски припухлыми щечками. Прямой, но слегка курносый носик органично дополняли выразительные губки бантиком.

***

Ярко-рыжие непокорные волосы, как говорила Жанна Жордони, мать Белли, достались от отца, которого она никогда не видела. Впрочем, это немудрено, ведь даже сама мать не знала кто же оказался отцом ее дочери. Бурная молодость и беспорядочные связи продолжались до момента, когда она почувствовала себя беременной. В этот момент что-то в ней перевернулось, резко изменив судьбу.

Жанна уехала из родного городка и постаралась начать новую жизнь. Обычно участь таких женщин незавидная, в жизни далеко не так, как описывают в сентиментальных романах. Но ей повезло, она смогла найти работу чуть ли не в первый день своего приезда в столицу, получив место помощника офис-менеджера в крупной компании. Вторым везением для нее оказалась одинокая старушка, с которой мать Белли познакомилась в ближайшем магазине, помогая ей с покупками. Там они встречались чуть ли не каждый день. Старушке было скучно сидеть дома в одиночестве и она предпочитала выбираться в людные места. Ближайший супермаркет отлично подходил для этой цели.

Жанна ютилась в крошечной комнатке под самой крышей, где не было даже туалета. Таким бедолагам как она полагалась одна уборная в конце коридора. Что уж говорить о холодильнике, самая маленькая модель которого вряд ли поместилась бы в чулане, громко названным меблированной комнатой. Поэтому ежедневный поход в магазин стал для нее насущей необходимостью.

Как-то раз мадам Крой, так звали старушку, набрала увесистую сумку продуктов и Жанна вызвалась помочь отнести ее домой. Старушка наотрез отказалась отпускать свою спутницу после того, как они пришли из магазина.

– Мы должны обязательно вместе попить чая, – настаивала мадам Крой. – Мы знакомы уже несколько недель, но никак не можем просто поболтать.

Мать Белли не стала себя долго уговаривать, ей тоже хотелось с кем-то поговорить ни о чем. На работе она пока не смогла близко сойтись с кем-либо. Все сотрудники компании были экономистами и финансистами, своего рода небожителями в бизнесе, и она в их иерархии была чуть выше простой уборщицы. Даже секретари на ресепшене встречали ее холодными улыбками.

Почувствовав уют дома, Жанна размякла и слово за слово поведала старушке историю своей непутевой жизни. Мадам слушала молча и внимательно смотрела на собеседницу.

Мать Белли, поняв, что излишне разоткровенничалась, резко встала со стула:

– Мне пора, завтра снова на работу. Извините за мой рассказ, я вижу он расстроил вас.

– Вовсе нет, моя дорогая! – с живостью запротестовала мадам Крой. – Мне тоже есть, что рассказать о своей жизни.

Она сходила в соседнюю комнату и принесла оттуда увесистый альбом со старыми фотографиями.

– Моя жизнь в чем-то похожа на вашу, у меня тоже родился ребенок вне брака. – сказала она открывая альбом. – Вот, поглядите, мой мальчик. А вы были у доктора? Вам сказали, кто у вас родится?

– Да, мадам, – учтиво ответила Жанна. – Это будет девочка.

– Как здорово! – всплеснула руками старушка. – Девочки это к счастью! Я всю жизнь мечтала о девочке, но родился непутевый сын.

– А где он сейчас? – поинтересовалась ее собеседница.

– Не знаю, он пропал много лет назад, – как-то отстраненно ответила мадам Крой.

Сказав это, она задумчиво перелистывала страницы фотоальбома. Вдруг она встрепенулась и внимательно посмотрела на свою гостью.

– У меня к вам есть предложение, – начала она говорить, медленно растягивая слова, словно формулируя свою мысль по мере высказывания. – Я буду считать вашу будущую дочь ребенком моего сына.

– А зачем это вам? – недоуменно спросила Жанна.

– Моя дорогая! – воскликнула старушка. – Я одинокая и очень старая женщина, которой хочется на закате жизни иметь семью. Я не могу назвать себя богатой, но вполне обеспечена. Я смогу дать вам и вашей будущей дочери уверенность в этом мире. Переезжайте ко мне, а я скажу соседям, что вы жена моего сына и ждете ребенка.

Жанна медленно обвела глазами просторную квартиру с высокими потолками и ей так не захотелось возвращаться в свой чулан под крышей.

– Но я не хочу уходить со своей работы… – начала было говорить она, но мадам Крой тут же перебила:

– Конечно, конечно! Я не собираюсь вмешиваться в вашу жизнь! – с поспешностью согласилась старушка, и в этой поспешности Жанне почудилась некоторая фальшь. Подумав с минуту, она согласилась.

– Вот и прекрасно! – воскликнула старушка. – Перетаскивайте свои вещи ко мне и будем жить дружно!

Спустя несколько месяцев родилась Белли, в которой, к удивлению матери, мадам Крой на самом деле не чаяла души. Когда девочке исполнилось три года, ее названная бабушка умерла, оставив по завещанию все свое имущество и сбережения Жанне.

К пяти годам девочка стала интересоваться своим папой. Это вполне естественное желание ребенка в неполной семье. Мать давно разработала легенду для такого случая. Она села в кресло и взяла Белли на руки.

– Твой папа родился в Ирландии, – почти шепотом начала говорить Жанна на ухо дочери, – но работает в нашей секретной службе, и уже много лет находится с заданием в другой стране. Он знает о тебе, но не может ни приехать, ни прислать весточку.

– Мой папа это Джеймс Бонд? – поинтересовался ребенок, продемонстрировав знание культовых фильмов.

– Нет, конечно! – рассмеялась мать. – Хотя они в чем-то похожи. Но ты никому не должна говорить об этом! Это страшный секрет!

– Хорошо, мама. Когда я вырасту, то обязательно тоже стану секретным агентом!

Белли запомнила тот разговор и свое обещание на всю жизнь. Она не только мечтала, примеряя на себя перипетии похождений шпионов в книгах и фильмах. Она стала активным участником отряда скаутов, каждое лето проводя в полевых лагерях. Белли ходила стрелять в тир и даже пыталась заниматься каратэ, но против этого резко запротестовали учителя в хореографической школе.

Порой ей так хотелось поделиться с подругами страшной тайной, но Белли молчала, тренируя силу воли. Украдкой она доставала старый фотоальбом своей, как она считала, бабушки, и внимательно сравнивала свое отражение в зеркале с фотографией мужчины, которого мать называла ее отцом. "Наверное, это подложная фотка, ведь он вовсе не похож на меня. Да и волосы у него черные, а у меня рыжие. – думала она с девичьей наивностью. – Никто не должен знать его лица. Вдруг враги прознают о нас и залезут в квартиру, чтобы добыть его настоящую фотографию."

Так прошло много лет. Белли выросла.

3

Глава 2. Письмо в будущее

Настойчивый стук в дверь оторвал плачущую Белли от подушки. Она по-детски размазала слезы по лицу и открыла дверь. На пороге стоял полицейский, который с удивлением посмотрел на заплаканное лицо Белли и спросил:

– Вы Белли Жордони? Вам уже сообщили?

Девушка недоуменно посмотрела на незваного гостя:

– Да, это я. А что и кто должен мне сообщить?

– У вас заплаканное лицо… – начал было рассуждать полицейский.

Но девушка его перебила:

– Просто неприятности в школе, не обращайте внимание. Так кто и что же должен мне сообщить? – вновь переспросила она.

– Мне жаль, мадемуазель. Но я пришел с плохой вестью. Сегодня ваша мама погибла в автомобильной аварии. Ее на пешеходном переходе сбило такси…

Полицейский не смог закончить фразу. Белли потеряла сознание, и он едва успел ее подхватить.

***

Со дня похорон прошла неделя. Белли оставалась в оцепенении. Она никому не открывала дверь и не отвечала на телефонные звонки. Мир для нее погас.

Но жизнь не остановить, и Белли понемногу стала приходить в себя. Она бродила по квартире, машинально перебирая вещи своей матери и бабушки. Как-то раз она открыла старый фотоальбом и вновь посмотрела на лицо мужчины, которого называли ее отцом.

"А почему бы на самом деле не пойти работать в секретную службу? – шевельнулась в ней детская мечта. Но Белли попыталась отогнать эту мысль. – Зачем я им? Может быть этого и не было? Надо мной будут смеяться. Мало, что провалила кастинг, так еще и предстану дурой в глазах спецслужбы."

В таких раздумьях прошел день. Наконец она решилась и написала письмо с просьбой принять ее на работу. В нем она подробно повторила историю, рассказанную ей много лет назад матерью. Белли не стала печатать письмо на компьютере, рассудив, что в наше время рукописный вариант выглядит более естественным для ее просьбы и способен вызвать большее доверие. Для пущей убедительности она вложила в письмо фотографию человека, которого считала своим отцом.

Белли не ожидала получить быстрый ответ, более того, она вовсе на него не надеялась, понимая нелепость своего поступка. Но в душе жила надежда, она себя убеждала — заслуги отца не позволят отмахнуться от назойливой девушки.

***

Письмо попало на стол Вальтеру, одному из руководителей спецслужбы, отвечавшего за тайные операции внутри и за пределами страны. Это был мужчина среднего возраста, атлетического телосложения, но явно имевший проблемы со здоровьем: его одутловатое лицо постоянно горело румянцем, а каждое физическое усилие вызывало одышку.

Повертев в руках конверт, он вздохнул. Ему часто приходилось читать подобные письма. Он знал, что в секретариате службы его прочли первыми и передали в его отдел. Референт его подразделения тоже прочел это письмо и выдал свое заключение: отправить в архив. Однако, согласно внутренним правилам, окончательное решение должен вынести начальник, вот Вальтеру и приходилось самому перечитывать все произведения эпистолярного жанра. Чаще всего это были послания от людей с больной психикой или непомерно развитым самомнением. "Хорошо, что я не начальник контрразведки. — ехидно подумал Вальтер. – Такого мусора ему приходит гораздо больше. Любят у нас выявлять шпионов среди друзей и соседей".

В их службе каждое пришедшее письмо ставилось на учет и хранилось десятилетиями, даже если его содержание было очевидным бредом. Этому правилу неукоснительно следуют все спецслужбы мира, есть разумное объяснение: разведка и контрразведка основаны на сборе и систематизации различных сведений и фактов. Никто наперед не знает, вдруг такое послание, на первый взгляд достойное мусорной корзины, окажется недостающим элементом пазла в долгосрочной игре. Или оно потом окажется убийственным компроматом против автора и его семьи. Так что эти послания бережно сортируются, классифицируются и отправляются на хранение.

Вальтер достал из конверта листок бумаги и быстро пробежался по нему глазами. Затем он взял фотографию, вложенную в конверт, и внимательно ее рассмотрел. Он еще раз прочитал письмо, в котором был обычный набор аргументов претендентов в шпионы, почерпнутые из книг и фильмов. Но что-то неуловимое зацепило внимание Вальтера, и он взял в руки сопроводительную записку своего референта.

Как и следовало ожидать, в их службе никогда не было такого человека, о котором говорилось в письме. "А все же, кто этот человек? – подумал Вальтер. – Надо проверить". Он позвал одного из своих сотрудников и велел собрать все данные о человеке на фотографии и о людях, упомянутых в письме.

В текучке повседневных забот Вальтер почти забыл о незначительном поручении, связанным с тем письмом. Но через несколько дней он получил по нему доклад и несколько удивился, прочитав его. Оказалось, на фотографии изображен известный в свое время вор по имени Лиор, убитый в тюремной драке за пять лет до рождения Белли. А мадам Крой, которую автор письма называет своей бабушкой, была матерью этого Лиора и довольно ловкой скупщицей краденого, за свою жизнь ни разу не попавшаяся полиции. Она отошла от дел за несколько лет до своей смерти. Жанна Жордони, мать Белли, провела бурную молодость в своем родном городке, однако не была замечена в связях с криминалом. Она стала наследницей мадам Крой, но месяц назад погибла в дорожном происшествии.

"Забавный пасьянс выходит. – стал размышлять Вальтер. – Понятно, что мать придумала героическую сказку для дочери, пытаясь объяснить, кто ее отец. Это довольно заурядное явление. Но как пересеклись пути мадам Крой и Жанны Жордони, и какая причина послужила для старой барыги сделать ее своей наследницей? Никого из фигурантов дела нет уже в живых, поэтому вряд ли нам станет все известно. У нас есть только один достоверный факт, эта девушка, Белли, осталась круглой сиротой. Так почему бы действительно не пригласить к нам? У нее не осталось никого из близких, значит минимум уязвимостей с этой стороны. Пусть поучится в спецшколе, а потом посмотрим, как ее применить."

Вальтер позвал своего заместителя, мадам Миллз, показал ей письмо, докладную записку и поделился своими соображениями по поводу судьбы Белли.

– Я с вами согласна, шеф. – Миллз поддержала идею Вальтера. – А давайте продолжим эту игру с мифическим отцом? Пусть она остается в неведении. Подростки чувствительны к таким делам, узнав правду, она может повести себя непредсказуемо.

– Подумаем, подумаем. Но после разговора с этой Белли Жордони. – резюмировал шеф. – Свяжитесь с ней и пригласите на собеседование.

4

Глава 3. За тяжелой дверью

Прошло несколько недель с момента трагического события, но Белли до сих пор не могла поверить в случившееся. Просыпаясь каждое утро, она, замерев, лежала в кровати, ожидая, что вот-вот услышит голос матери, зовущей к завтраку. Но чуда не происходило.

Говорят, время лечит душевные травмы, однако на самом деле боль утраты приглушается повседневными заботами, ведь жизнь продолжается. Белли стала задумываться о дальнейшем. Она закончила колледж, но поступать в университет не хотела. Ей нравилось танцевать, и она мечтала стать профессиональной актрисой. Неудачная попытка кастинга в кабаре и предательство Лилу, которую считала своей лучшей подругой с детства, что-то в ней подломило. Иногда она вспоминала о своем импульсивном и по-детски наивном поступке с отправкой письма. Разумом Белли понимала бесполезность ожидания ответа, но в глубине души иногда проскакивала искорка надежды, ведь девчонкам в ее возрасте свойственен романтический взгляд на жизнь.

Разбирая семейные бумаги, Белли обнаружила несколько документов, из которых поняла, что ее бабушка вовсе ей не родня, а мужчина с фотографии совсем не может быть ее отцом. И Белли охватила паника: кто ее мать, кто она сама, зачем она в этом мире и что ей дальше делать?

"Надо начинать новую жизнь. – размышляла Белли о своих дальнейших шагах. – А почему бы не обратиться в компанию, где много лет проработала моя мать?"

Она вспомнила как на похоронах об этом говорил директор фирмы и дал свою визитную карточку. Белли бросилась ее искать, боясь лишится этой надежды. В тот день она была настолько в отрешенном состоянии, что почти ничего не помнила. Наконец, заветный кусок картона был обнаружен в кармане джинсов, в которых она была. Брюки все это время лежали в углу ванной, ожидая своей очереди для стирки.

Белли долго смотрела на визитку, пытаясь понять, что же она умеет делать и чем она может быть интересна компании как сотрудник. Она стеснялась позвонить, боясь испортить этот, как ей казалось, последний шанс неуклюжим разговором. Наконец она собралась с духом, посмотрела на себя в зеркало, подмигнула сама себе зеленым глазом и потянулась к телефону.

Но телефон внезапно зазвонил. Девушка резко одернула руку, словно вместо телефона там лежала свернувшаяся кольцами ядовитая змея. "Черт! – выругалась она. – Наверно, снова эта гадина Лилу звонит. Чтоб она провалилась!"

Белли схватила трубку и яростно крикнула:

– Алло! Лилу, хватит мне звонить! Я тебя ненавижу!

На другой стороне явно не ждали такого эмоционального ответа.

– Это Белли Жордони? – спросил женский голос после секундной паузы.

– Да, это я. – подтвердила девушка упавшим голосом. Ей стало стыдно за свою несдержанность. – Извините меня, я обозналась.

– Не переживайте из-за этого. Некоторое время назад мы получили ваше письмо и хотим пригласить вас на собеседование. Но в первую очередь вам необходимо пройти медицинский осмотр. Вы сможете прийти послезавтра к десяти часам утра?

– Ой! – Белли воскликнула от неожиданности. – Конечно, конечно, я приду!

– Тогда записывайте куда приходить. На входе в здание просто назовете свое имя и вам дадут направление в госпиталь для прохождения осмотра.

Продиктовав адрес, неизвестная собеседница уточнила, запомнила ли Белли его, попрощалась и повесил трубку.

Белли сидела как завороженная этим звонком. Вдруг ей стало стыдно, она даже не поблагодарила за это радостное известие и не попрощалась с незнакомкой. Она почувствовала как в душе разгорается яркий внутренний свет и возникает ощущение легкости, которое уверенно захватывает все тело. Серый мир, казавшийся столь убогим еще пять минут назад, вдруг вспыхнул и засиял свежими красками. Ей хотелось расправить крылья, сильно взмахнуть ими и устремиться вверх, навстречу мечте.

***

В назначенное время Белли с трепетом стояла перед резной, массивной дверью и боялась ее открыть. "Что меня ждет за ней? – думала она. – Может повернуться и уйти?" Но тут заветная дверь распахнулась и из здания вышли двое мужчин. Увидев нерешительность Белли, один из них галантно попридержал дверь и с улыбкой, жестом, пригласил ее войти. Белли шагнула вперед.

В огромном фойе стоял офицер, как показалось девушке, величественный, словно статуя императора на городской площади. Робко подойдя к нему, она назвала свое имя. Офицер молча кивнул головой, достал из ящика стола конверт и протянул ей. Белли поблагодарила офицера и тут же распечатала полученный пакет. В нем она нашла официальное направление на медицинское освидетельствование и адрес госпиталя. "Ну вот, я и сделала свой выбор". – сказала Белли сама себе и вышла из здания.

Неделю спустя после визита в госпиталь Белли позвонили, поздравили с успешным прохождением медицинской комиссии и вновь пригласили прийти по знакомому ей адресу для собеседования. Дежурный офицер, узнав имя посетительницы, сразу отвел ее в комнату для встреч и переговоров.

Оставшись одна, Белли осмотрелась вокруг. Переговорная выглядела обычным офисным помещением, только без окон. "Наверное, – наивно предположила Белли, – чтобы никто не заглядывал с улицы". В центре стоял длинный стол с дюжиной стульев вокруг него. Вдоль одной из стен располагались полупустые стеллажи с боксами для документов и какими-то старыми журналами. Напротив висел большой телевизор. Белли села на один из стульев и неотрывно смотрела на дверь. Она не догадывалась, что ее внимательно рассматривают на мониторе в кабинете Вальтера. Хозяин кабинета оторвал взгляд от экрана и повернулся к стоящей рядом сотруднице:

– Ну, мадам Миллз, теперь ваш выход. Хорошенько разберитесь с подноготной этой рыжей нахалки. – рассмеялся он.

Его собеседница ничего не ответила, только иронично прищурила свои выразительные голубые глаза, словно говоря – я свое дело знаю, и вышла из кабинета. Минут через пять она открыла дверь переговорной, широко улыбнулась своим большим, чувственным ртом и, протягивая руку для приветствия, быстро пошла к Белли.

– Добрый день, Белли! – приветствовала она посетительницу. – Меня зовут мадам Миллз.

– Здравствуйте, мадам Миллз. – смущенно и негромко пробормотала Белли. Она была поражена красотой этой женщины. Действительно, в комнату вошла эффектная шатенка, чьи каштановые волосы мягкими волнами спадали на плечи. Правильный овал ее лица чуть портил излишне волевой подбородок, но это уравновешивалось высоким, открытым, чистым лбом. Белли немного оробела, словно перед ней стояла классная дама из их колледжа. Она сразу прониклась полным доверием к мадам Миллз, будто увидев в ней свою мать. Впервые за несколько месяцев Белли ощутила убаюкивающее чувство защищенности.

– Садись, садись, – сказала мадам Миллз, внимательно рассматривая сконфуженную Белли. – У тебя, дорогая, шикарные волосы. Ты прекрасно выглядишь.

– Ох, мадам! Из-за них у меня сплошные неприятности! – воскликнула Белли и рассказала историю о кастинге в кабаре.

– Умные люди говорят, что неудача открывает новые возможности. – философски отметила мадам Миллз. – Если бы тебя взяли в труппу кабаре, мы сейчас не разговаривали. А вот эта Лилу, ты ее все так же сильно ненавидишь, как сказала мне по телефону, когда я звонила несколько дней назад?

– Это вы звонили, мадам? – уточнила Белли. – Еще раз извините за мою несдержанность. Но я не прощу Лилу ее подлости. Я ей помогала в хореографической школе, а она унизила меня при всех.

– Если бы тебе представилась возможность как-то покарать Лилу без последствий для себя, ты смогла бы это сделать?

– Нет. – безапелляционно ответила Белли. – Я ее уже убила в своей душе. Рано или поздно жизнь ей отомстит за подлость.

– Представь ситуацию: тебе приказали расправиться с Лилу. Ты могла бы это сделать?

– Думаю, нет, мадам. Смерть – слишком суровое наказание за ее поступок.

Белли очень нервничала и пару раз готова была встать и уйти, но какая-то семейная теплота, исходившая от мадам Миллз, удерживала ее от этого шага. И интервью продолжалось.

– В своем письме ты подробно написала, почему хочешь служить в нашей организации. Одной из причин назвала свое желание найти отца, не так ли?

– Да, мадам. Но сейчас это не имеет никакого значения. В домашнем архиве я нашла кое-что, открывшее мне глаза. Тот человек, о котором мне мама говорила как об отце, им не является. И бабушка, как оказалось, мне вовсе не бабушка, хотя она была очень добра ко мне. Этот мужчина был ее сыном и умер в тюрьме за несколько лет до моего рождения. Я обнаружила свидетельство о его смерти.

Мадам Миллз внимательно посмотрела на свою собеседницу и подумала: "Ей не откажешь в уме."

– Я тебя хорошо понимаю, ведь я тоже выросла в неполной семье, хотя моя мама придумывала менее экзотичные истории. Но это неважно. – махнула она рукой, словно отгоняя ненужные воспоминания. – У тебя исчез единственный аргумент, из-за которого ты пришла сюда. Ты готова передумать?

– У меня закрадывалась такая мысль. – откровенно сказала Белли. – Но я хочу служить своей стране, теперь это не детская мечта, я хорошо подумала.

– А как ты представляешь работу в нашей организации? – поинтересовалась мадам Миллз. – Чем ты хочешь заниматься?

Спрашивая, мадам Меллз делала какие-то записи в своем блокноте, и Белли очень хотелось узнать, что же она там пишет. Рассказав постороннему человеку о разрушенной легенде про отца, Белли вдруг поняла, она свободна от груза прошлого и забыла о своих колебаниях и о порывах уйти отсюда.

– Конечно же, не Джеймсом Бондом. – рассмеялась она. – У меня нет никакой профессии, но я всегда была прилежной ученицей.

– Если мы вам откажем, ваша история про отца оказалась гнусным враньем! – сурово и жестко спросила мадам Миллз, перейдя на официальный тон. – Что вы тогда станете делать?

– Не знаю, мадам. – честно и спокойно призналась Белли. – Я не думала об этом. Скорее всего пойду куда-нибудь работать. Мне уже нужно уйти?

– Разве мы закончили наш разговор? Мы только его начали. А ты молодец, Белли, не раскисла. – улыбнулась мадам Миллз. – Если бы твоя мама была жива, как она отнеслась бы к твоему решению пойти работать сюда?

– Почти уверена, она бы не была против. Наверное, моя склонность к авантюрам передалась от нее.

Мадам Меллз на пару минут замолчала, записывая свои выводы в блокнот, но при этом краем глаза наблюдала за своей собеседницей. Белли была равнодушно-спокойна. Она уже мысленно была готова к отказу в приеме на работу и поэтому расслабилась. Ей лишь хотелось продолжить беседу с мадам Миллз, она впервые за долгое время нашла с кем можно поговорить без всякого стеснения.

– А вот если у тебя появилась возможность вернуться назад и что-то изменить в своем прошлом, что бы ты сделала? – поинтересовалась мадам.

– Я бы не пошла на кастинг и упросила бы маму взять выходной на работе. Тогда бы она осталась живой.

Мадам одобрительно покачала головой на слова Белли и резко сменила тему разговора:

– В медицинском заключении о твоем здоровье сказано, что ты уже не девушка. Давно ли это произошло?

– Несколько месяцев назад, когда я была в скаутовском лагере.

– Тебе понравилось? – поинтересовалась Миллз.

– Не могу сказать, что я была разочарована, но это меня не впечатлило. Я ожидала большего. – Белли почувствовала как у нее загорелись щеки. Это не ускользнуло от внимания мадам Миллз и она сочувственно улыбнулась.

– А ты хотела бы повторить этот опыт?

– Не знаю, мадам. – откровенно и со вздохом ответила Белли. – Я особо не думала над этим.

– Не беда, ты еще молодая и успеешь наверстать. Ты хочешь кофе? – спросила Миллз.

– Можно просто воды, от волнения у меня пересохло в горле.

– Хм, глядя на тебя не скажешь, что ты сильно взволнована. Хорошо, подожди, я схожу за напитками.

Мадам Миллз заговорщически подмигнула Белли и вышла за дверь. Она направилась в кабинет к Вальтеру и рассказала о своих выводах:

– У девчонки за один день произошли три серьезных душевных травмы: она провалила кастинг в труппу кабаре, хотя была лучшей в своей хореографической школе, затем ее предала лучшая подруга и в довершении, у нее погибла мать. Даже для взрослого человека это чересчур, но она с трудом, но выдержала эти удары. Письмо к нам было написано как проявление защитной эмоции, она явно искала опору среди обрушившихся на нее бед, и мы представились ей как тихая гавань в бурном житейском море. Но с момента отправки письма прошло несколько недель, она узнала правду о своем отце, однако решение не поменяла. Белли достаточно стрессоустойчива, я пыталась ее спровоцировать на истерику, но она не поддалась. Однако у нее есть склонность к эмоциональной нестабильности и импульсивным поступкам, но это может быть следствием возраста и переживаний от потери матери. Немного фаталистка. В целом интересный кандидат. Как вы планируете ее использовать, шеф?

– Думаю, из нее могла бы получиться неплохая медовая ловушка, как вы думаете мадам Миллз? – в свою очередь поинтересовался Вальтер.

– Я разговаривала с ней о ее сексуальном опыте. Мне кажется, что она еще не созрела для такой роли. Но в перспективе… Давайте мы ее возьмем стажеркой и загрузим самыми рутинными обязанностями. Сдается мне, через какое-то время она сама попросит о настоящем деле. Тогда и можно будет с ней обсудить этот вариант. Да и тем более, она станет совершеннолетней только через пять месяцев.

– Согласен. – сказал Вальтер, немного подумав. – Возвращайтесь к ней и просто поболтайте, а потом отправьте домой, сообщив, что о нашем решении она узнает через неделю. Возьмем ее стажеркой с годовым испытательным сроком. Надо иметь резерв, уж слишком большая текучка наметилась среди агентов-женщин.

5

Глава 4.

Серая зона

Прошло полгода с того дня, когда Белли первый раз вышла на работу. Ей поручили, как сказал Вальтер, очень ответственную и кропотливую работу. Она должна была вводить в компьютерную базу данных различные сведения из бумажных документов. Рабочее место оказалось в углу огромного зала, заставленном бесчисленными рядами стеллажей с томами справок, отчетов, протоколов и прочими бюрократическими бумагами, неизбывно сопровождающими деятельность всех спецслужб.

Эта работа требовала усидчивости и концентрации внимания. И Белли взялась за нее с энтузиазмом. Но шли дни, похожие друг на друга, одинаково скучные и серые. Она сидела в своем зале совсем одна и чувствовала себя словно на необитаемом острове. Белли уже тихо ненавидела все эти тома документов и унылый свет компьютерного монитора. А за дверьми зала шла живая, бурная жизнь. Каждый день она окуналась в нее, выходя попить кофе и на ланч. Она с завистью слушала разговоры вокруг и мечтала о настоящем деле для себя.

***

Как-то раз Белли сидела за столом и неторопливо ела свой ланч, в мыслях летая где-то далеко-далеко. Из этой своеобразной медитации вывел вопрос, прозвучавший негромко, но отчетливо:

– Здравствуй, тебя зовут Белли? Можно присесть за твой столик?

Белли очнулась, и слегка запинаясь ответила:

– Зззравствуйте. Конечно, пожалуйста садитесь.

Высокая молодая блондинка благодарно кивнула головой и расположилась на соседнем стуле.

– Да, меня зовут Белли. А вы мадам Марго? – поинтересовалась она с неким подобострастием. Белли узнала в молодой женщине особу, о которой в службе только и говорили в последние дни. Ей удалось провернуть головокружительную операцию, в которой были добыты важнейшие документы из сейфа министра обороны одной из враждебных стран.

– Да какая я тебе мадам, зови меня просто – Марго. – она протянула свою руку Белли, которую та с жаром пожала. – Будем подругами. Я знаю, Белли, ты у нас работаешь уже полгода, но только сегодня увидела тебя впервые.

– Ах, мада…, простите, Марго, я заточена в каземате с бумагами. – сокрушенно ответила Белли.

Белли только собиралась поведать новой знакомой о горестях своей нудной работы, как Марго вызвали к начальству.

– Еще увидимся, крошка! – уходя, Марго обняла ее как давнюю подругу.

– Спасибо! – только успела сказать ей вслед Белли и подумала: "Марго такая красивая, такая раскованная, такая… – она в мыслях не могла подобрать нужный эпитет, чтобы самой себе высказать восторг от новой подруги. – Вот бы мне работать вместе с ней… Да, я хочу стать ее напарницей!"

Марго выполняла роль медовой приманки или, как иногда говорят, была горшочком с медом. В их отделе служило несколько таких агентов, но она считалась самой лучшей, все ее операции приносили результат. Белли знала об этом. Еще в школе, под впечатлением от рассказов матери, она интересовалась историей разведки и даже в библейских текстах находила рассказы о таких шпионских делах. Особенно нравился сюжет, когда Далила выведала секрет нечеловеческой силы могучего Самсона и смогла отнять ее. Оказалось, достаточно было состричь волосы и враг становился повержен. Ей импонировала мысль, что Далилу часто изображали на картинах с рыжими волосами. "Как у меня." – мысленно улыбаясь, думала Белли.

Она вернулась к своему рабочему месту, но больше не могла ничего делать. С ненавистью посмотрела на кипу бумаг на столе. Ее губы были плотно сжаты, глаза прищурились, и пронзительный взгляд искал цель словно в тире. Костяшки на крепко сжатых кулачках побелели от напряжения. Она, не удержавшись, стукнула по спинке стула, отбросив его назад. Грохот его падения вернул Белли в реальность. Она подняла стул, села на него и с остервенением продолжила свою работу, ставшую вдруг ненавистной. Она твердо решила завершить обработку всех документы на своем столе, а потом идти к мадам Миллз и просить о переводе.

***

– Тебе только недавно исполнилось восемнадцать лет, ты еще очень молода. А это сложная работа, в первую очередь психологически. – засомневалась мадам Миллз, выслушав сбивчивое объяснение Белли о своем желании.

– Мадам, – взмолилась она, – дайте мне шанс, пожалуйста. Я уже взрослая и уже успела получить от жизни тумаков.

Миллз замолчала, внимательно глядя на Белли, чьи изумительные миндалевидные глаза постепенно заполнялись слезами, а кончик носа краснел и становился под стать ее волосам. Мадам понимала, что девчонка еще не доросла до такой работы, Она хотела медленно, не торопясь привлечь ее к ней. Однако обстоятельства требовали ускорить процесс. Их служба лишилась сразу двух агентов, работавших как медовые приманки. Одна из них была арестована за границей, а другую, в припадке ревности, убил жених. Поэтому мадам Миллз и попросила Марго сблизиться с Белли и своим примером подтолкнуть ее к этому выбору.

– Ладно, – сказала мадам, взяв Белли мягко за руку. – Я поговорю с Вальтером о твоем переводе. И поговорю с мадам Марго. Думаю, она не откажется взять над тобой шефство, а потом ты могла бы стать ее напарницей и…

– Я согласна! – выпалила Белли, даже не дослушав.

– Очень хорошо! – резюмировала Миллз. – Когда завтра придешь на службу, то заходи прямо ко мне.

6

Глава 5. Учиться быть

Белли с нетерпением ждала мадам Миллз возле дверей ее кабинета. Но прошло полчаса с начала рабочего дня, а хозяйка не появлялась. Проходящие мимо сотрудники с недоумением смотрели на стажерку, слонявшуюся без дела по коридору. Белли уже собиралась отправится в свой зал, ставший ей столь ненавистным, как внезапно появилась мадам Миллз.

– Извини, Белли, мне пришлось немного задержаться. Заходи. – Она распахнула дверь и пропустила вперед девушку. – Садись вон туда.

Мадам указала на кресло рядом с кофейным столиком и сама села рядом.

– Продолжим вчерашний разговор. Судя по твоим глазам, ты плохо спала ночью? – предположила Миллз.

Белли потупила взгляд, инстинктивно пытаясь скрыть от внимательного взгляда мадам свои переживания. Действительно, она всю ночь практически не спала. Сначала от возбуждения перед грядущими переменами в ее жизни, а потом от страха перед неопределенностью этих изменений. Она пыталась анализировать, сопоставляя все за и против, но мысли путались и не желали складываться в понятную ей картину. Измучившись, Белли заснула только под утро.

– Да, мадам. – созналась она упавшим голосом. И встрепенувшись, тут же добавила: – Но я не передумала.

– Понимаю. – сочувственно сказала Миллз. – Это решение резко изменит твою жизнь. Вчера вечером я разговаривала с Вальтером, он не против твоего перевода.

Мадам замолчала, пристально рассматривая сидящую перед ней девочку, с которой сложился эмоциональный контакт, напоминавший отношения, возникающие между матерью и дочерью: "Будь моя воля, я дождалась бы, когда Белли исполнится хотя бы двадцать лет, но…"

Прервав свои размышления, Миллз продолжила:

– Перед твоим окончательным решением я должна рассказать, в чем же заключается работа агента-женщины в роли медовой приманки. Главная цель, – начала свой монолог мадам, – завладеть вниманием объекта, войти к нему в доверие. Для этого женщина как агент, в первую очередь, должна быть женщиной со всеми своими преимуществами и недостатками. Наши объекты, как правило, люди, состоявшиеся в жизни. Это могут быть бизнесмены, политики, артисты, известные спортсмены, ученые, перечислять можно долго. Им порой хочется вырваться из привычного жизненного уклада. И новое знакомство с прекрасной дамой способно дать объекту то, что он хочет. Обыватели зачастую представляют женщину, играющую роль медовой приманки, как обычную шлюху. Но это не так. Если объекту захочется банального секса, то он скорее наймет дорогую проститутку на ночь. Агент-женщина скорее похожа на японскую гейшу. Ее задача – стать другом, умным и тактичным собеседником, с которым интересно проводить время. Не буду скрывать, интим часто становится элементом такой дружбы. Все же взаимное влечение мужчин и женщин друг к другу – это естественное явление, как бы это ни было противно некоторым ханжам и феминисткам. Тебе придется овладеть искусством быть желанной, если ты согласишься…

– Я согласна! Мадам, если у меня могли быть некоторые сомнения, то после вашего рассказа они исчезли! – с жаром сказала Белли. – Ой, мадам, извините, я вас перебила.

Миллз с укоризной взглянула на свою собеседницу. И продолжила:

– Да, ты совершила ошибку. Так настоящие леди себя не ведут. А тебе предстоит стать такой леди, чтобы быть агентом-женщиной. Поэтому готовься учиться, учиться упорно.

Белли слушала открыв рот, перед ней раскрывался мир, о котором она даже не мечтала. Ей он был знаком по книгам и фильмам, но вдруг оказался настолько близким, и это кружило девичью голову.

– Я готова! – радостно воскликнула она.

– Вот и хорошо. – подвела итог их встречи мадам. – С сегодняшнего дня ты можешь больше не заниматься вводом данных. Передай свои дела секретарю отдела, а потом зайди снова ко мне. Я тебе дам направление в нашу спецшколу. Я знаю, у тебя сложились хорошие отношения с Марго. Это прекрасно! Она, наверное, лучший агент-женщина и ты сможешь многому у нее научиться.

Напоследок Миллз добавила:

– А еще, Белли, прямо с сегодняшнего дня начинай внимательно следить за новостями в мировой политике. Эта тема в разговорах возникает заметно чаще обсуждения прогнозов погоды.

***

Программа обучения в разведшколе, куда мадам направила Белли, была разнообразной и насыщенной. Занятия начинались рано утром и тянулись до позднего вечера. Поначалу Белли все ждала когда же станут учить настоящему шпионскому ремеслу: ловко стрелять, лихо водить машину, закладывать тайники, зашифровывать донесения и многому другому, что так часто показывают в фильмах. Но ее начали обучать совсем другому, словно она оказалась не в разведшколе, а в каком-то пансионе для девиц.

Белли рассказывали о правилах этикета, заставляли читать, как ей казалось, нудные классические книги, водили на экскурсии в художественные музеи, преподавали уроки актерского мастерства. Само по себе все это было интересно, однако ей хотелось большего. Однажды она даже попыталась взбунтоваться, заявив преподавательнице этикета, маленькой, худенькой старушке, что не видит смысла в правилах, вытащенных из позапрошлого века.

Услышав это, чопорная леди вдруг превратилась в разъяренную кошку. Ее глаза сузились, она привстала на своем стуле, словно готовилась к прыжку на сумасбродную девчонку. Белли невольно съежилась и втянула голову.

– Курсант Жордони! – рявкнула преподавательница стальным голосом. – Если вы не желаете учиться, то можете покинуть это заведение!

Белли от испуга только хлопала глазами, не ожидав такого перевоплощения своей доброй наставницы. Она не знала, что эта тщедушная старушка в свое время была одним из лучших агентов их службы. Увидев реакцию своей подопечной, она мгновенно превратилась обратно в леди, улыбнулась и села на стул рядом с Белли.

– Конечно, моя дорогая, сейчас не девятнадцатый век и эти правила стали более свободны, но чем выше социальная группа, в которой тебе предстоит работать, тем больше внимания уделяют этим условностям. Этикет это не только знание правил сервировки стола и умение красиво кушать. Это весь комплекс поведения человека среди других людей. Запомни главное: каким бы ни было твое настроение, оно никогда не должно влиять на твои манеры в обществе.

Белли немного успокоилась, а преподавательница продолжала:

– Похоже, тебе очень не терпится попробовать себя в роли суперагента? Не волнуйся. Кое-чему тебя обязательно научат, но твоим основным оружием будут другие навыки.

После этого случая Белли даже не помышляла перечить своим наставникам. Учеба продолжалась с возрастающей интенсивностью. Большое внимание уделялось изучению прикладной психологии, которая по праву считается одной из главных слагаемых успеха агента-женщины. Ее показывали, как определять психотип объекта по его манере одеваться, разговаривать, жестикулировать и общаться с другими людьми. Учили навыкам психологической устойчивости, позволяющие отделять саму себя от той роли, уготованной ей заданием. А еще ее учили хитрить и лицемерить, лгать убедительно, оставаясь в границах легенды прикрытия.