Первую минуту я просто сидел, пытался осознать произошедшее, и глупым взглядом смотрел вслед покинувшему комнату стражнику. Ситуация напрочь отказывалась укладываться в голове.
— Почему?
Произнесенный вслух вопрос заставил меня встряхнуться и немного прочистил мозги. Какая, к демонам, разница почему. Сейчас важно только то, что Рико Пепельному осталось жить всего-то несколько минут. Конечно, убить двух-трех человек мне наверняка удастся. Если же забаррикадироваться в этой клетке…
— Дурак.
Сорвавшись с места, я бросился на выход из комнаты. Но тут же одумался, вернулся к столу и засунул в сумку бесценные книги. Думаю, такая кража никак не ухудшит мое положение в Империи. А второго шанса заполучить эти трактаты точно не представится.
— Что позволяют себе ваши друзья?! — Стоило только мне выбраться за дверь, как буквально нос к носу столкнулся с разгневанным библиотекарем. — Вы понимаете, что…
— Где здесь дверь?! — рявкнул я, перебив его, и сам на мгновение оторопел от такой наглости. — Выход где?
— Ч-что?
— Где здесь второй выход?!
К сожалению, важный и строгий управляющий, нарвавшись на неожиданную резкость, буквально потерял дар речи. Стоял передо мной, как последний идиот, смотрел выпученными глазами на дерзкого посетителя, но ничего не предпринимал и молчал как рыба.
Проклиная его внезапную тупость и прислушиваясь, не раздаются ли поблизости шаги моих недавних друзей, я вытащил меч, а затем тихо и вежливо повторил вопрос:
— Скажите, пожалуйста, где в библиотеке запасной выход? Если вы мне не ответите сразу же, я вас убью. Прямо сейчас, на счет «три». Раз…
— Здесь нет другого выхода, господин! — мигом ожил библиотекарь. — Он был, но его замуровали!
— Окна?
— Никаких окон, господин, только отверстия для вентиляции!
Я замер, пытаясь понять, куда еще можно податься. Где вообще расположена библиотека? Что находится рядом?
Вспомнил. Совсем неподалеку, буквально в сотне шагов, находится тот странный домик, через который мы с Невестой недавно пробирались в местные подземелья. И если дойти туда, то это даст реальный шанс на спасение…
— Закрывайте за собой все двери, — раздался где-то вдалеке резкий голос. — Оружие держать наготове.
Прошипев ругательство, я схватил за шиворот испуганного человека и затащил его внутрь хранилища редких книг.
— Запирай, быстро!
Смотря на то, как управляющий перебирает дрожащими руками связку ключей и защелкивает замок, я продолжал думать. Выход у меня только один — сквозь стену. Выбраться таким образом вполне возможно, нужно лишь немного времени. И что-нибудь острое. Не мечом же себе руки резать…
Взгляд зацепился за маленький нож для бумаги, лежащий на одном из столов.
— Подойдет…
— Что, господин?
— Ничего. Ключи сюда, быстро! И скройся с глаз моих!
Не обращая больше на него внимания, я забрал ножик и спрятался в дальнем углу помещения. Если все правильно, то нужное направление — как раз за этой стеной…
Короткое лезвие глубоко рассадило левую руку, заставив скрипнуть зубами и помянуть демонов.
— Сюда! — послышался приглушенный возглас. — Здесь кто-то есть! Арбалеты!
— Не убивайте меня! — взвизгнул невидимый мне библиотекарь. — Я ничего не сделал и ничего не знаю!
— Это не он, — послышался голос Каро. — Куда убежал маг?
— Он… Он здесь!..
Бормоча нелестные слова в адрес слабохарактерного книжного червя, я провел пальцем по собравшейся в ладони крови и принялся выводить на стене руну. Главное — успеть.
— Открывай дверь, быстро! — рявкнул кто-то незнакомый.
— Он забрал ключи, простите…
— Ломаем, вместе!
До меня донесся несильный удар и лязг.
— Сильнее! Еще раз!
Закорючка была готова в кратчайшие сроки. Оставалось только наполнить ее энергией.
Постаравшись отрешиться от звуков, доносящихся из-за полок с книгами, я принялся изо всех сил гнать доступную мне силу в рисунок. Еще, еще…
— Рико, выходи по-хорошему! — неожиданно раздался крик Каро. — Тебе не скрыться!
Наверное, решетка оказалась слишком прочной, раз пошли такие разговоры. Посмотрим еще, удастся мне скрыться или нет…
Ощутив, что больше не в силах уплотнять поток энергии, я его отпустил.
В аккуратную каменную кладку ударил могучий невидимый таран. Здание слегка содрогнулось, кусок стены, разваливаясь на части и поднимая клубы пыли, вывалился наружу, а соседний со мной стеллаж покачнулся и, замерев на одно длинное мгновение, рухнул в сторону запертой решетки. Опрокинув еще два таких же, попавшихся на пути.
Мы уставились друг на друга. Пятеро княжеских стражников, возящихся с погнутой дверной решеткой, перепуганный библиотекарь и покрытый каменной крошкой молодой волшебник.
В следующий миг один из воинов подхватил с пола арбалет и, одним движением подняв его на уровень глаз, нажал спусковую скобу.
Болт мерзко взвизгнул в воздухе и, столкнувшись с магией, остановился в паре локтей от меня.
— Больше не позволю дырявить себе шкуру! — произнес я, опуская руку.
Железка со звоном упала на пол.
— Не заставляйте меня убивать вас!
Надеюсь, никто из них не понял, что после создания руны и остановки болта мне сейчас было, мягко говоря, уже не до сражений.
Следя за врагами, замершими у двери, я сделал шаг к стене и, согнувшись в три погибели, полез в пролом.
За спиной раздался топот. Не иначе как стражники бросились к выходу, намереваясь перехватить меня прямо у стен библиотеки.
— Проклятье! — Выбравшись из дыры, я не удержался на ногах и упал на валяющиеся под стеной камни, со всей силы ударившись коленом об острый край одного из них. — Да чтоб тебя…
Перемещение мгновенно превратилось в пытку. Нога, пронзенная болью, отказывалась толком сгибаться, где-то уже слышался топот преследователей, издалека доносились удивленные возгласы… Да еще и левая рука, порезанная ножом, добавляла ощущений.
— Все как в любимой Пустоши…
Каким-то чудом я успел спрятаться за углом ближайшего здания до того, как кто-то всерьез заинтересовался странной ковыляющей фигурой.
Еще один угол, еще один переулок… Где этот проклятый домик?!
Позади нарастала суматоха. Слышались звон, топот, невнятные крики… Так и не поймешь сразу — то ли сражаются, то ли облаву организовывают…
Буквально у меня перед носом через перекресток пробежал десяток имперских стражников, бряцая оружием и не обратив на одинокого хромого человека никакого внимания.
— Демоны, где же он?! — В моем голосе послышалось отчаяние.
Спрятавшись в местных закоулках, я на какое-то время оторвался от преследователей, но вот в какую сторону дальше двигаться, понимал очень слабо. Вроде бы сюда…
Заветное сооружение показалось впереди спустя несколько минут и совершенно неожиданно. Мне к тому времени уже было все равно куда идти — лишь бы подальше от стражников, бегающих где-то за спиной. К счастью, судьба все же сжалилась над неудачливым магом, и когда я обогнул очередной дом, нужное здание оказалось прямо перед моим носом.
Рядом со входом двое мрачных мужиков ворочали массивную новенькую дверь, пытаясь как-то пристроить ее на место выбитой демоном.
— Господа, позвольте, — состроив как можно более важную физиономию, я доковылял до них. — Мне требуется попасть внутрь.
— Э…
Работяги, продолжая держать на весу дверь, с удивлением вылупились в мою сторону. Зрелище перед ними, конечно, не самое обычное в Дворцовом городе. Редкое, наверное.
— Слышите? — Нога в очередной раз подвернулась и я скривился от боли, разом потеряв остатки доброты. — Убрали к демонам дверь, мне нужно туда пройти!
— Э… Да, господин, пожалуйста.
Судя по всему, здесь, в отличие от библиотеки, никто не испугался — мужики не стали разбегаться с криками ужаса, а просто немного переставили толстое деревянное полотно, позволяя мне пробраться внутрь сооружения. Сами же спокойно остались стоять рядом. Думаю, сработало нечто вроде обычного здравого смысла — проще ведь не связываться с вооруженным и злым человеком, чем ему мешать, тем самым призывая на собственную голову всевозможные несчастья.
— Господин, можете не беспокоиться, вторую дверь мы уже починили, — пробасил один из рабочих, когда мне удалось-таки оказаться в знакомом помещении.
Удержавшись от злой реплики, я подошел к свеженькой двери и резко раскрыл сжатую до этого в кулак левую руку.
— А!.. Мать твою…
— Вам помочь? — тут же донесся голос снаружи. — Там темно, осторожнее!
— Спасибо, не надо!
Уже подсохшая и чуть-чуть стянувшаяся рана, заново разорванная движением ладони, кровоточила чуть ли не сильнее, чем в самом начале.
Ну, так даже легче.
Новая руна получилась слегка кривоватой, но переделывать ее совершенно не было времени. За дверью торчали люди, оторванные от своих прямых обязанностей, где-то неподалеку рыскала стража… Расстояния в Дворцовом городе небольшие, найдут меня все равно быстро…
Энергия капризничала. Мысли постоянно отвлекались на погоню, колено, руку, мужиков, маячивших у входа и с интересом наблюдающих за действиями странного незнакомца… Но процесс все же продвигался вперед. Кое-как.
— К демонам. Хватит… — Сила, бурлящая внутри кособокой закорючки, оказалась на свободе.
Раздался звонкий треск, во все стороны полетели горящие щепки и куски металла. Из-за спины донесся синхронный выдох.
Дверь, лишившаяся замка, со скрипом приоткрылась.
— Спасибо за помощь сыну императора! — с важностью произнес я, ковыляя к куче факелов и стараясь не слишком сильно шататься от слабости. — Теперь забудьте обо всем и делайте свою работу дальше. Во дворце бунт, верить нельзя никому!
— Э… Да, господин… — Обитатели Валески были явно не робкого племени. Эти двое, по крайней мере. Впрочем, возможно, это обычная тупость, а не храбрость.
И демоны его знают, кстати, есть у императора сын или нет. Должен быть — как правителю без сыновей-то…
Протиснувшись на винтовую лестницу, я осторожно двинулся вниз. По-хорошему, надо бы как-то обвалить здесь все. Эту самую лестницу, по крайней мере. Она идет вокруг не очень толстой колонны, и если ту разрушить…
В этот момент моя несчастная нога неожиданно подвернулась, и размышления закончились долгим и болезненным падением по жестким ступенькам.
Остановиться удалось лишь в самом низу.
Пару минут я просто лежал и смотрел вверх, туда, где виднелись слабые отблески света, проникающие сквозь только что сломанную дверь. Затем попробовал пошевелить руками и ногами. Покрутил головой.
На затылке появилась здоровенная шишка, череп гудел, все тело ломило от старых и новых повреждений. Но кости, кажется, были целы.
Кряхтя, словно древний старик, я с трудом поднялся на ноги, на ощупь отыскал один из взятых с собой факелов и, обляпав его кровью, кое-как сумел поджечь.
Собрал остальные деревяшки, нашел и повесил на плечо сумку. А уже потом принялся рассматривать каменный столб, уходящий вверх.
— Еще один разок…
Кровь из многострадальной руки текла неохотно. Организму явно не нравилось происходящее, и он изо всех сил старался прекратить процесс. Но третья за сегодняшний день руна все же появилась. Еще более косая и жалкая, чем предыдущие.
Загнать в нее энергию удалось уже с откровенным трудом. Голова кружилась, в глазах плясали звездочки, а самому мне, чтобы не упасть, даже пришлось прислониться к стене.
— Надеюсь, не убьет… — пробормотал я пересохшими губами. — На все воля твоя, Эстерси…
Думаю, помогла мне не богиня, а обычная случайность. Когда от колонны во все стороны полетели обломки, я невольно отступил на пару шагов — и в результате последующий обвал меня никак не задел.
Столб, буквально перерубленный в трех локтях от основания, не развалился на куски, но его верхняя часть не удержалась на нижней и соскользнула на дрогнувший под таким весом пол. А уже после этого сверху полетели выдранные из стен ступеньки, целые и переломанные, которые за несколько секунд надежно завалили маленькую комнатушку, перекрыв тем самым всякую возможность преследования.
Радоваться этому я уже не смог. Просто развернулся спиной к засыпанному помещению и медленно направился вперед, в вонючую темноту тесных переходов. Зачем, куда?.. Затуманенный болью и потерей крови мозг отказывался отвечать на эти вопросы, просто уводя тело подальше от того места, где ему только что было плохо.
Затем силы совсем закончились. Их остатков хватило лишь на то, чтобы спрятаться в каком-то закутке, улечься, подложив под голову сумку… Всё. Сознание окончательно отключилось.
Сколько я пролежал в том углу, неизвестно. Но в один прекрасный момент мои глаза все же снова открылись, уставившись в кромешную темноту — факел к тому времени успел погаснуть.
Затекшее тело донимали холод, боль и усталость. Особенно неприятно себя чувствовала пострадавшая нога — колено опухло и напрочь отказывалось сгибаться. Раненая рука противно пульсировала, затылок побаливал.
— Снова лечиться… — печально пробормотал я, с трудом усаживаясь на сумку и прислоняясь спиной к стене, — как в старые добрые времена.
Прокачивать энергию в этот раз было откровенно трудно. Неожиданно в полной мере проснулось обоняние, донося до меня всю «прелесть» окружающих запахов. Где-то неподалеку послышались неясные шорохи, раздался тихий злорадный смешок.
По спине пробежала стайка противных мурашек.
— Исса-Ха, опять твои проделки? — устало поинтересовался я у окружающей темноты. — Знаю же, что это ты. Договорились ведь, что моя жизнь нужна нам обоим. Так какого демона мешаешь? Иди императора пугай.
Едва слышный смех прозвучал еще раз, а затем все стихло. Наступила мертвая, абсолютная тишина.
Почему-то стало только страшнее, хотя лечение после этого действительно пошло заметно легче.
Постепенно прекратили путаться мысли, начала слабеть боль. Проснулся голод. Утром, перед походом в библиотеку, я немного поел, но это уже совершенно не ощущалось. Потеря крови, полученные раны и беготня с постоянными тратами энергии забрали немало жизненных сил, которые теперь надо было восстанавливать.
Непонятно только, как именно.
Морщась от неприятных ощущений в ноге, я принялся исследовать окрестности и в конце концов нашел лежащий рядом факел. С крупинками засохшей крови пришлось повозиться, но спустя пару минут они все-таки загорелись, заново воспламенив навершие потухшей деревяшки.
И что дальше, спрашивается?
Давшее мне приют убежище представляло из себя довольно большую нишу, по воле неизвестных строителей заметно расширяющую узенький и пыльный коридор. Зачем она была сделана именно здесь — неизвестно. По крайней мере, прямо сейчас ответ на этот вопрос мне обнаружить не удалось.
— Восхитительное местечко…
Прислонив горящую деревяшку к стене, я принялся разбираться с имеющимися в наличии запасами.
К сожалению, еды в сумке не было. Не хотелось, видите ли, вонять на всю библиотеку каким-нибудь окороком. Да почти все мои вещи были оставлены в комнате по каким-нибудь причинам. Книги, еда, одежда, огниво, дощечка и листки с печатями… Даже остатки алхимических зелий.
Больше всего злило то, что жилет с золотом сейчас тоже находился там, наверху. И кто-то его уже наверняка присвоил.
При мне осталось три нетронутых факела и один горящий, несколько монет, две украденные книги, украшения, полученные от Каменного лорда, а также все мои артефакты — меч, жезл и пряжка от ремня.
На самом деле не так уж все и плохо. Потерянные деньги, конечно, жаль, но остальные-то сокровища никуда не делись.
Пожрать бы еще чего-нибудь…
Осторожно поднявшись на ноги и поморщившись от сразу же вспыхнувшей в коленном суставе боли, я принялся рассматривать коридор. Обнаружил с одной его стороны несколько капелек крови и решительно двинулся в противоположную.
Идти по подземельям Валески без сопровождавшей меня в прошлый раз Невесты оказалось заметно приятнее. Вот только сейчас направление движения и конечная точка выбранного маршрута оставались для меня загадкой. Демон хотя бы точно знал, куда именно направлялся.
Длинный узкий проход уперся в небольшую комнату, заваленную остатками мебели и строительных инструментов. Прошлось пробираться сквозь залежи лопат и кирок, рискуя споткнуться и упасть на какую-нибудь острую железку.
Следующий коридор оказался заметно шире. А запах нечистот в нем чувствовался с такой силой, что мой несчастный организм чуть было не взбунтовался против своего хозяина. Но я все же удержал рвотные позывы и снова двинулся вперед. Если воняет сильнее, то выбранный путь явно правилен и выход где-то впереди.
Увы, в конце тоннеля обнаружилась лишь лестница, ведущая вниз.
— По крайней мере, мне известно, что там нет ничего страшного, — подбодрил я сам себя и принялся спускаться.
На этом ярусе коридоров и переходов было значительно больше. Попадались и зловонные ручейки, заставляющие мой пустой желудок сжиматься в отвращении. К сожалению, именно эти потоки лучше всего указывали верное направление, так что от соседства с ними отказываться было нельзя. Я брел куда-то вперед, дышал отвратительной вонью, чувствовал, что колено начинает болеть все сильнее и сильнее… А выхода по-прежнему не было видно.
Когда погас второй факел, мне пришлось сделать передышку. Скорость движения постепенно падала, нога слушалась все хуже — телу требовался очередной отдых.
Новый сеанс лечения оказался еще тяжелее предыдущего. Хотелось есть, к голоду добавилась жажда, настроение портил витающий вокруг ужасный густой запах.
Моей выдержки хватило часа на полтора. Затем, не в силах больше сидеть в этом гнусном месте, я поднялся, зажег огонь и отправился дальше, изо всех сил стараясь почувствовать что-то вроде того сквознячка, который в прошлый раз вывел меня на свободу.
Верная дорога обнаружилась еще не скоро. Я блуждал по подземелью, ругал судьбу, пытался как-то понять, в каком месте города нахожусь, прикидывал, не позвать ли на помощь Невесту… А потом, случайно наткнувшись на узенькую железную лесенку, полез наверх — и неожиданно оказался в сухом и уютном тоннеле, по которому гулял слабый ветерок. Откуда-то из темноты до меня тут же донеслись гневный крысиный писк и возня.
Странно, кстати, но внизу крыс почему-то не было. Испугались обосновавшегося там демона?
— Кто угодно бы испугался…
Последний факел к этому времени уже почти потух, так что я не стал задерживаться и упрямо двинулся дальше, следуя за потоком воздуха. Пол постепенно шел под уклон, появилась сырость, крысиный писк теперь доносился заметно чаще. Ход совершенно точно подбирался все ближе к реке.
И подобрался-таки.
На протяжении последних шагов тридцати коридор резко уходил вниз и возле выхода из подземелий был уже основательно затоплен. Но это сейчас не имело никакого значения — главное, что я все-таки оказался возле того самого выхода.
Факел, до конца выполнивший свою задачу, брызнул напоследок искрами, осветил плавающий на мутной поверхности крысиный трупик, а затем погас, оставив меня в темноте.
Но этот мрак не был абсолютным. Из ведущего к реке и практически заполненного водой отверстия все же долетали робкие лучики света. Не особенно яркие, правда, — в Валеске, похоже, был вечер. Или утро. Кто знает, сколько мне довелось проваляться в бессознательном состоянии…
Улегшись на самом краю сухой области, я постарался рассмотреть происходящее снаружи. Взгляд сразу же натолкнулся на толстую решетку, за которой смутно виднелась какая-то трава и, значительно дальше, спокойная гладь реки.
Туда-то мне и было нужно.
Тяжело вздохнув, я поднялся, сделал шаг вперед, потревожив едва заметную в темноте водную поверхность… Потом отступил обратно.
Пора немного подумать. В частности, о том, как преодолеть решетку и что меня ждет сразу за ней.
Отойдя еще на пару шагов, я уселся на пол и направил энергию в артефакт-пластину. В нос ударил омерзительный запах фекалий и аромат дохлой крысы.
— Дерьмо… Демоны… — Ощущения оказались воистину ошеломительными.
А затем до моих ушей донеслось дыхание. Мерное и спокойное человеческое дыхание, прорывающееся сквозь шелест травы, плеск речных волн и звуки моих собственных движений.
Осторожность заставила меня замереть, буквально превратившись в слух. Даже вонь от крысы словно бы отдалилась и сделалась не столь заметной. Интересно, эта вещица может концентрироваться на чем-то одном?
Решив проверить возникшую мысль, я заткнул пальцами нос и закрыл глаза.
Звуки стали гораздо более четкими и громкими. Шелест травы теперь напоминал о раскачивающем кроны деревьев могучем урагане, пробежавшая где-то позади крыса топала, словно откормленная лошадь…
— Сейчас бы по пиву… — донесся до меня мечтательный и немного жалобный голос.
— Тихо!..
— Да что «тихо»… Какого демона мы здесь вообще торчим? Пусть стража этим занимается.
— Щепка, заткнись. Он под землей засел, но когда-нибудь все равно вылезет.
— Но не обязательно здесь, — резонно заметил невидимый Щепка обиженным голосом.
— Где угодно. Потому и награда назначена, что стража про все дыры не знает. А мы знаем.
— Но…
Я сбросил контроль над артефактом и со стоном схватился за раскалывающуюся голову. Почему, спрашивается, мне по любому поводу приходится страдать?.. Что за жизнь… И с чего вдруг именно сейчас все стало настолько плохо? Раньше ведь получалось пользоваться пластинкой без особых проблем…
Снова более-менее трезво мыслить у меня получилось только минут через пять, когда наконец-то отступила боль.
Мысли были нерадостными.
Опять награда за мою голову. В Пустоши — награда, здесь — награда, в княжестве меня вообще, наверное, живьем съесть готовы…
На душу навалилась тяжесть. Неожиданно перед глазами появилась мило улыбающаяся Кирен, затем ее сменил Халлан, потом лорд Феллан…
— Вот я им всем удружил…
В какой-то момент мне захотелось буквально провалиться сквозь землю.
— Идиот.
Настолько запутаться во всех этих делах с потусторонними сущностями, чтобы из-за этого испоганить жизнь сразу всем, кто в кои-то годы отнесся ко мне по-человечески… Настроить против себя замечательную страну с замечательными жителями — а ради чего?
Очень кстати вспомнилась богиня, и я впервые подумал с откровенной неприязнью не только о демонах, но и о ней тоже. В библиотеку-то императорскую мне исключительно ради Эстерси попасть нужно было. И вся ситуация с князем, получается, произошла только из-за ее просьбы.
До чего же это надоело!.. Как мальчик на побегушках, ношусь туда-сюда, выполняю желания демонов, богов… при этом постоянно умножая свои собственные проблемы.
— Надо было просто сидеть на морском берегу, жрать, что там после приливов оставалось, и не трепыхаться. А то нашел на голову приключений…
Еще немного позлобствовав, я все же слегка успокоился, отбросил неуместные мысли и принялся упаковывать свои вещи. На мой взгляд, самым простым способом покинуть пределы Валески являлся обычный сплав — нужно было просто забраться в реку и позволить ей унести себя вниз по течению. А для этого, в свою очередь, требовалось хоть как-то обезопасить книги от воды. Хотя бы немного.
На ощупь найдя в сумке увесистые томики, я сложил их вместе, обложил листками с печатями призыва, запрятал в самый дальний уголок, а затем принялся обматывать оставшуюся часть сумки вокруг этого всего. Затем снял пояс и накрепко перевязал получившийся сверток. Приладил его на грудь и немного покрутился из стороны в сторону.
Вроде бы нормально.
Проверив остальные вещи, я опять замер, сжав в руке железную пластинку и прислушиваясь.
Люди, притаившиеся где-то неподалеку, продолжали размеренно дышать, но больше не разговаривали.
Принесло же их сюда на мою голову! И обратно в подземелья ведь не уйдешь. Что там делать без факелов и еды, спрашивается?
— Проклятье…
В голову снова стрельнуло болью, и мне пришлось на пару минут замереть, ожидая, пока самочувствие немного улучшится.
Забираться в воду было откровенно противно. Но дольше медлить не хотелось — этот выход все равно будут стеречь, а каждый лишний час лишь отнимет у меня еще немного сил. Да и начинать плавание лучше вечером. Если, конечно, на улице сейчас действительно вечер, а не утро.
Потоптавшись немного на месте, я тяжело вздохнул и двинулся вперед.
Уже на втором шаге грязная жижа забралась в сапоги. Затем поднялась до колен, до пояса… Холодно и мерзко, особенно если вспомнить про вонючий крысиный трупик, плавающий где-то рядом.
Когда я оказался вплотную к решетке, вода была мне уже на уровне груди. Пришлось слегка поднять сумку с книгами, чтобы не промочить ценную добычу раньше времени.
— Ну же… — Я тщательно ощупывал свободной рукой подводную часть преграды, но не находил никаких просветов. Этот выход, в отличие от того, через который удалось выбраться в прошлый раз, был надежно закрыт.
Опять, похоже, придется ломать здесь все. Уходить с шумом и грохотом, привлекая всеобщее внимание и ясно показывая страже то место, с которого надо возобновлять поиски беглого мага.
На некоторое время застыл перед решеткой, чувствуя, как вода все плотнее обнимает тело, и размышляя над вариантами решения проблемы. Собственно, только руну разрушения здесь и можно использовать. Или же мою невидимую хватку.
Решив, что устроить суматоху всегда успеется, протянул здоровую руку вперед и взялся за один из толстых прутьев. Затем направил в пальцы поток энергии и потянул железку на себя.
Ничего не получилось, только заболела расцарапанная ржавчиной кожа.
Тихонько ругнувшись, я немного отодвинулся, уставился на едва различимую в темноте решетку и представил, что хватаю очередной камешек. Потащил к себе…
Неожиданно раздался противный скрежет, а у меня от слабости подкосились ноги. От слабости и от страха, что необычный звук привлечет внимание засевших наверху недругов.
Пришлось в спешном порядке прислушиваться, тратя последние крохи сил и рискуя получить еще один приступ головной боли.
— …точно слышал. Как скрежет какой-то. Может, это он решетку выламывает?
— Иди проверь.
— Сам проверь. Я лучше здесь с арбалетом постою.
— Тихо, слушайте…
На некоторое время все замерло. Находящиеся где-то надо мной люди притаились, мне же оставалось только отпустить артефакт и ждать, по-прежнему оставаясь в прохладной и отчетливо пованивающей воде.
Минут десять спустя я собрался с силами и попробовал воздействовать на решетку еще раз — уже на нижний ее край. Представил, как хватаю прутья, тяну к себе…
Виднеющаяся над водой часть преграды слегка дрогнула, из глубины донесся какой-то невнятный звук. Но такого шума, как в прошлый раз, не было. И никто ничего не услышал.
Выкорчевывать препятствие в итоге пришлось чуть ли не час. Я накапливал энергию, собирался с духом, тащил на себя крепкие прутья. Потом отдыхал, чувствуя, что с каждой минутой все больше и больше замерзаю. Затем опять осторожно тянул проклятую железку.
Наконец, после очередной попытки, она все же сдалась. И с немного жалобным скрипом отогнулась в мою сторону.
— Слышал? Опять!
— Не ори…
Снова тишина.
— Может, стражу позовем?
— Заткнись.
Судя по моим ощущениям, враги обосновались где-то совсем рядом. И наверняка держали выход из подземелья под прицелом. Гады.
Впрочем, и демоны с ними. Пусть сторожат сколько влезет.
Я аккуратно проверил погнутую решетку, убедился, что при желании смогу под ней пролезть, а потом осторожно выбрался из воды и ушел шагов на пятьдесят в глубь подземелья. Где принялся чередовать ходьбу от стены к стене с прокачкой энергии по телу, пытаясь одновременно и согреться, и хоть чуть-чуть подлечиться.
Получалось, надо сказать, не очень. Самому мне действительно стало слегка уютнее, но мокрая одежда продолжала холодить тело и постоянно тянула из него уже накопленное тепло. Действительно приятным моментом было лишь то, что усиленная энергетическая промывка неплохо сгладила все неприятные ощущения от ран и ушибов. Да, я их по-прежнему чувствовал, но уже не так сильно.
А еще куда-то пропал голод. Наверное, желудок смирился с ситуацией и на время притаился, ожидая перемен к лучшему.
На выход я собрался где-то минут через сорок. Опять приладил сумку, поместив ее на грудь, проверил остальное снаряжение, а затем осторожно подобрался к проему.
Запахи тины, дерьма и сдохшей крысы при этом воспринимались мной уже как нечто само собой разумеющееся, в некотором роде даже родное. Все-таки люди действительно могут привыкнуть практически ко всему.
Послушав окружающее пространство и отметив тихое сопение, доносящееся сверху, я закрыл глаза, зажал рукой нос и осторожно опустился под воду. Тело тотчас же испуганно встрепенулось, желая выбраться обратно, но мне удалось пересилить этот порыв. Перебирая свободной рукой по решетке, я добрался до дыры, пролез в нее, пару раз зацепившись за что-то одеждой и чуть не хлебнув полной грудью воды от страха, потом осторожно поднялся на поверхность.
Надо мной все так же слегка нависал выступ каменной кладки, но сейчас настоящая свобода была уже совсем рядом. Широкая, слегка поблескивающая река, темные тучи, наглухо затянувшие небосклон, слабо шелестящая трава… И притаившиеся поблизости враги, жаждущие поймать или убить беглого мага.
Несколько минут прошло в томительном ожидании. Но никто моего появления не заметил, никакого шевеления вокруг так и не началось.
Я решился, повернулся спиной к реке и, нацелив жезл в пустоту, начал осторожно пятиться.
Шаг, другой, третий… Над головой вместо камня оказалось ночное небо, на дне начал ощущаться мерзкий ил, пытающийся стащить с ног сапоги. Рядом повсюду торчала темная и неприветливая трава. А прямо передо мной теперь виднелась старая каменная набережная, мрачная и пустынная.
Именно там, на ней, сейчас находился кто-то, жаждущий моей крови.
Спустя еще несколько шагов вода достигла подбородка, заставив прекратить движение. Теперь надо было убирать жезл и плыть. Причем грести предстояло активно — уже сейчас тяжесть переносимых вещей ощущалась мной очень и очень весомо.
Вот только расставаться с артефактом даже на время было страшновато. Вдруг враги ждут именно этого? Не огненными же копьями в них кидаться, будоража весь город…
Целую вечность я стоял по горло в воде, смотря на берег. Затем все же решился. Спрятал оружие, откинулся на спину и принялся осторожно перебирать руками и ногами, стараясь не утонуть, не выдать себя и при этом убраться подальше от опасного места.
Для того чтобы держаться на воде, приходилось прикладывать серьезные усилия, но я немного научился плавать еще в Хрустальном и сейчас чувствовал себя более-менее уверенно.
Набережная тем временем с каждой секундой отдалялась все больше. Затем мне начало помогать течение — и тревога по поводу спрятавшихся противников окончательно прошла. Уже не увидят.
Я принялся загребать руками все смелее, намереваясь добраться до быстрого течения и покинуть недружелюбный город как можно скорее.
К сожалению, на территории Пустоши встречаются лишь совсем небольшие речки. И никто никогда не рассказывал молодому ученику мага, что же это в действительности такое — настоящая стремнина.
Стоило только пересечь незримую границу, как мое тело словно бы подхватили чьи-то невидимые руки. Прохладные, цепкие, уносящие куда-то в сторону со все большей скоростью…
Перемена оказалась настолько неожиданной, что я испуганно вскрикнул и принялся трепыхаться, пытаясь выбраться из этих объятий.
Тщетно. Могучий поток нес меня вперед, совершенно не обращая внимания на все прилагаемые усилия. Я барахтался, тратил силы, глотал воду… И в какой-то момент понял, что совсем скоро банально пойду ко дну, утону, как слепой котенок, без каких-либо шансов на спасение. Один в этой темной ночи…
Паника накатила с новой силой. Захотелось заорать, позвать на помощь, сдаться страже… Все что угодно, лишь бы не захлебнуться посреди этой безжалостной стихии.
Меня спасла одна из массивных опор моста, перекинутого через реку. Угловатая колонна внезапно выплыла из темноты и, проскользнув мимо, чуть было не скрылась в ней же. К счастью, я вовремя сориентировался и, сделав отчаянное усилие, дотянулся-таки до мокрых камней, вцепившись в них мертвой хваткой.
Черная вода, легонько журча, мчалась мимо. Плотные тучи столь же стремительно неслись где-то в вышине. И лишь каменный столб, за который изо всех сил держались мои руки, оставался единственной надежной опорой в этом мире.
Страх постепенно начал уходить. Проснулась злость.
— Ты чег-го х-хотел-л? — слегка дрожащим голосом спросил я сам у себя. — П-по стрем-мнине сплав-виться? Так ч-чего об-бгадилс-ся?!
Получилось не очень убедительно, но ужас перед быстрой водой немного стих. Да и течение, если присмотреться, было не таким уж сильным, как мне показалось с перепугу.
Впрочем, снова спуститься в реку я все еще боялся.
Пришлось убеждать самого себя в том, что ничего опасного вокруг нет, что я отлично держусь на поверхности, что все идет именно так, как и должно…
Минут через пять я собрался с духом, сполз обратно в воду и мужественно отпустил руки. А затем, перевернувшись на спину, принялся аккуратно болтать конечностями, позволяя при этом реке тащить меня туда, куда ей хочется.
Эта попытка оказалась значительно удачнее, чем предыдущая. Да, опять приходилось тратить много сил для того, чтобы оставаться на плаву, но зато изначальный план начал выполняться — течение действительно уносило меня вдаль. Прочь от Дворцового города и Валески в целом. От всех тех, кто прямо сейчас ищет Рико Пепельного по всей столице.
Постройки, расположенные на берегах реки и смутно просматривающиеся в темноте, постепенно становились все более скромными, попадались все реже и реже…
Где-то через полчаса я понял, что вокруг больше нет ни единой живой души.
А это означало, что и самому мне пришла пора выбираться из воды. Она здесь вроде бы не очень холодная, теплая даже, но вот чувствую я себя все хуже и хуже. Цепляется за тело прохлада, все сильнее ощущается усталость, вместе с ней все ближе подбирается страх.
Пришлось поднять голову и осмотреться.
Собственно, к какому берегу двигаться — разницы особой нет. Но левый, кажется, ближе.
Повернувшись в выбранную сторону, я принялся изо всех сил грести, стараясь поскорее выбраться из потока. В какой-то момент паника снова окутала душу, заставила в очередной раз как следует попробовать реку на вкус…
Но уже через несколько мгновений мне все-таки удалось перебраться на спокойную воду.
Здесь я быстро успокоился, сбавил темп и без помех добрался до прибрежных зарослей — густых, темных, пахнущих какими-то душистыми цветами. Выполз на топкий берег, заново измазавшись в грязи. После чего, отойдя на ближайший более-менее сухой участок, растянулся на земле.
Тело, отдавшее все силы на борьбу за выживание, заснуло, не спрашивая согласия разума.
Меня разбудили лучи поднявшегося солнца. Пробираясь сквозь ветки деревьев, они настойчиво щекотали кожу, лезли сквозь закрытые веки и всячески намекали, что пришла пора вставать и браться за насущные дела.
Я открыл глаза, проморгался и с легким стоном потянулся, разминая закоченевшие мышцы. Потом опять замер, занявшись своим обычным лечением.
Жизнь постепенно налаживалась. Тело разогревалось, бывшее отвратительным самочувствие улучшалось. Взамен, правда, все сильнее начинали чувствоваться голод и слабость, но к этим ощущениям мне уж точно было не привыкать. Переживу как-нибудь и сейчас.
Поднявшись на ноги и еще разок потянувшись, я принялся раздеваться. Солнце пригревало все сильнее, и этим нужно было пользоваться, высушив наконец-то одежду. Иначе от сырости и загнуться можно. Заболеть так уж точно.
Выйдя на небольшой просвет между деревьями, я развесил вещи на ветках, а затем начал распаковывать книги.
Чуда, к сожалению, не произошло — вода все равно пробралась внутрь рюкзака, намочив спрятанные от нее ценности. Но благодаря принятым мерам ущерб оказался не очень сильным, и плотно сжатые томики промокли только с краев. Так что я не стал особо расстраиваться по этому поводу, лишь выложил отсыревшие книги на солнцепек, устроив рядом с ними и остальное свое снаряжение.
После чего принялся активно разминаться, прыгая и бегая вокруг.
Наверное, со стороны это все выглядело как безумные пляски радостного дикаря из неведомого никому северного племени.
Ну и пусть.
Согревшись, но окончательно растеряв невеликие запасы сил, я уселся на траву, прислушиваясь к телу. Вроде бы все со мной нормально. Боль в колене чувствовалась, но не сильно. Порез на руке практически затянулся, а ушибы не беспокоили совершенно.
Думаю, мои умения в области исцеления постепенно развиваются. Или, если верить рассказам демона, я просто сам начинаю все больше верить в свои силы.
Мысль про Эйя заметно испортила настроение, заставив припомнить заодно и все остальное, связанное с потусторонним миром.
— Проклятые демоны, — не особенно убедительно произнес я, укладываясь на спину и отмахиваясь от какого-то назойливого насекомого.
Мне очень хотелось спихнуть ответственность за произошедшее на выходцев с изнанки мира, но внутренний голос все настойчивее шептал о том, что именно Рико Пепельный виноват во всех проблемах Рико Пепельного. И никто больше.
Да, в случае с призывом Эйя мне просто некуда было деваться. Да, Невеста прицепилась ко мне сама. Но история с князем…
Я приподнял голову и легонько стукнул затылком о землю.
Подарить ему клинок из проклятого серебра — исключительно моя собственная идея. Никто меня не заставлял. Более того, вся опасность такого подарка была вполне очевидна еще с того самого момента, как оружие начало странно реагировать на пролитую кровь.
Прикрыв глаза, я попытался разобраться в причинах своего поступка. Снаружи-то все это выглядело достаточно пристойно — наверняка ведь князь и его окружение знали и знают об этом металле гораздо больше моего. Кому же, как не богатейшим людям континента, разбираться в таких вещах? Вдобавок этот артефакт выглядел наилучшим из возможных подарков, а мне обязательно требовалось добиться успеха и получить пропуск в императорскую библиотеку.
— Но про опасность я все равно знал. И ничего не сказал.
Желание любой ценой получить пропуск? Опасение того, что князь разгневается, узнав про дефект? Ну да, теперь-то он меня просто обожает…
Что еще? Я принялся вспоминать свой опыт владения этим ножом… и невольно поежился, когда в памяти возникло лезвие, жадно подрагивающее от вкуса человеческой крови…
Страшноватое оружие.
Новая мысль заставила рассуждения пойти по другому пути. Артефакт в последнее время действительно меня пугал. И будь он сделан тем же Эйя, я давно отправил бы его в первое попавшееся на пути озеро. Без сомнений и колебаний.
Но проклятое серебро — это ведь настоящий клад! Бесценный металл ушедшей эпохи, абсолютное оружие и любимая игрушка богачей. Как можно просто так его выкинуть?
Я невесело засмеялся.
Жадность и страх. Страх долгое время подталкивал меня к тому, чтобы избавиться от оружия, жадность же не позволяла расстаться с единственной действительно ценной вещью, находящейся в собственности. И в результате родилось глупое и навязчивое желание обязательно подарить нож князю. Использовать предмет как можно более эффективно. Избавиться от него, не жалея при этом о потере.
И очень жаль, что понял я это только сейчас, когда стало уже слишком поздно…
Говоря откровенно, сына князя мне не было особенно жаль. Как и остальных погибших из-за появившегося демона. Трагическая случайность: жестокая, несправедливая… но у меня на родине вся жизнь состоит из подобных. Люди то и дело умирают от мечей разбойников, тварей Пустоши, неизвестных заклинаний и артефактов. И случайности становятся обыденностью.
А вот мысли о проблемах, которые наверняка обрушились на головы моих знакомых, вызывали тоску. О них-то я тоже не подумал…
— …да и вообще ни о ком не подумал. Молодец. Настоящим магом становлюсь.
Поднявшись на ноги и отряхнув спину от травинок, я принялся медленно расхаживать возле подсыхающей одежды, раздраженно посматривая по сторонам.
Что будет с семьей Кирен и лордом Фелланом? Княжество, конечно, просвещенное и миролюбивое, но уж очень серьезен повод. Как бы впавший в ярость правитель не начал карать подряд всех, кто окажется в пределах досягаемости…
В этом месте размышлений я злобно пнул босой ногой какой-то камень — и слабо выругался от боли.
Как-то помочь оставшимся в княжестве знакомым у меня не получится. Единственный доступный вариант — это вернуться в Валеску и сдаться там в лапы стражи. Но этого я точно делать не буду. А что еще?
Тут мое внимание на некоторое время отвлек обнаружившийся под одним из соседних деревьев аппетитно выглядящий крепенький гриб. На ярко-оранжевой шляпке важно восседала небольшая ящерица… Мясо.
Желудок, встрепенувшись в предвкушении, жалобно заурчал.
Увы, в результате скоротечной охоты удалось разжиться только грибом. А ящерка, увернувшись от моей слабой руки, шустро удрала куда-то в травяные заросли. Сволочь.
— Ну и как понять, съедобный ты или нет?.. — пробормотал я, рассматривая выдернутую из земли добычу.
Гриб был солидный, тяжелый и красивый. Его толстенькую черную ножку украшала аккуратная юбка, а шляпка напоминала собой закатное солнце — такое же большое, круглое и оранжевое.
Есть хотелось все сильнее. Но питаться незнакомыми грибами было страшно — мои познания о них ограничивались лишь очень туманными историями, главные герои которых обязательно умирали в страшных муках.
Тем не менее я знал также то, что многие грибы вполне съедобны и даже полезны — возле Хрустального подобных не было, но на остальной территории Пустоши они попадались довольно часто.
В конце концов, решившись, я откусил маленький кусочек.
И в следующий момент с руганью его выплюнул, а потом от души запустил своей находкой в ствол ближайшего дерева.
Во рту стояла дикая горечь.
— Погань… Тьфу… — Попытки отплеваться помогали довольно слабо. Гнусный вкус одной-единственной крошечной частички окутал уже весь рот и убираться оттуда не собирался.
Как еще та мелкая чешуйчатая сволочь не сдохла от подобного соседства!..
Мысль о восседавшей на грибной шляпке ящерице неожиданно потянула за собой воспоминание о ее ближайших родственниках — крылатых и очень быстрых. А затем…
Я на некоторое время даже смог отрешиться от только что попробованного «лакомства» — обдумывал новую идею.
Если отсюда мне никак не поправить сложившуюся в княжестве ситуацию, то, возможно, стоит отправить письма? Объяснить Феллану и Кирен, что произошла трагическая случайность, что я в действительности не питал никаких злых умыслов.
Возможно, эти сообщения попадут в руки князю, и тогда он поймет…
На этом месте я прервал полет своей фантазии. Ничего князь не поймет. Точнее, ничего не захочет понимать. Плевать ему сейчас на любые оправдания.
Следующее, что пришло в голову, — это письменно признаться во всех подряд преступлениях, но попросить прощения у тех, кто так или иначе со мной общался. Таким образом в княжестве лишний раз убедятся в том, что я жестокий и подлый преступник, но подозрения с моих знакомых будут сняты.
— Зато они будут считать меня мерзавцем. — Горечь, появившаяся на душе, вполне могла соперничать с такой же горечью, царящей во рту.
Я совершенно не хотел, чтобы Кирен думала про меня нечто подобное. Но если это единственный выход, то пусть лучше так все и будет.
Оставалось придумать лишь одно — мотивы. Кому и зачем могло понадобиться нанимать меня для подобного деяния? Или если это все было сделано только по моей собственной инициативе, то ради чего?
Ответов на эти вопросы не было. Я слишком плохо знал обстановку в мире, чтобы придумать правдоподобную историю заговора. Империя? Сакк? Эльфы? Вроде бы ни одному государству не было никакого смысла вредить князю. Судя по тому, что я успел услышать, у него со всеми сложились отличные отношения. Даже с длинноухими.
Если же предположить, что замысел исходил от меня…
— Ну а зачем это лично мне? Я все-таки не полный дурак…
Картина не складывалась. Смерть княжича не требовалась никому во всем мире. В том числе и Рико Пепельному из Пустоши. А нормальное объяснение произошедшему в итоге по-прежнему было только одно — случайность, родившаяся из глупости одного молодого мага.
Так что если уж и посылать в княжество весточки, то писать в них только правду. Иначе получится только хуже.
Окончательно приняв решение по этому вопросу, я слегка успокоился и принялся собирать немного подсохшую к тому времени одежду. Предстояло отыскать хоть что-то съестное, не прибегая к воровству и вообще не показываясь на людях.
Ноги сами вывели меня обратно к берегу. Вода — это жизнь, в воде и рядом с ней всегда найдется что съесть… Ну, это я так раньше думал.
Здесь, в нескольких милях от края Валески, лес все еще был достаточно привычным для моего взгляда — даже несмотря на то, что кое-где уже появились отчетливые признаки юга: странные цветы, более сочная и разнообразная трава, ползающие повсюду насекомые, щебечущие птицы…
Река, которую имперцы неизвестно почему обозвали Ледяной, спокойно несла воды сквозь все эти заросли, совершенно не обращая внимания на происходящее рядом.
Ее, в отличие от меня, действительно не волновала окружающая местность. Ледяная рождалась далеко отсюда, в высоких заснеженных горах, затем спускалась на равнину, собирая по пути мелкие ручейки и речушки, становилась все более полноводной… И рядом с Валеской представляла из себя уже могучий поток в несколько сотен шагов шириной, плавно двигающийся навстречу далекому морю. Если верить атласу, то там, почти в тысяче миль от столицы Империи, берег был сплошь покрыт жаркими джунглями, представляющими собой смертельно опасную мешанину из густой растительности, топких болот и диковинных животных.
Главный водный тракт Империи видел на своем пути много чего. В том числе и полные всевозможной еды края. Но прямо сейчас я рассматривал деревья, камыши, воду — и не понимал, как здесь найти хоть что-то съедобное.
Думаю, тот же Халлан Путешественник лишь снисходительно улыбнулся бы моему недоумению. Ему, с его опытом, здесь наверняка было бы раздолье. Для меня же поиски еды вылились в настоящее мучение. Я заново промок и измазался в грязи, порезался о какой-то острейший травяной лист, сам послужил пищей для толпы мелких надоедливых комаров… А в результате стал обладателем лишь четырех небольших лягушек да какой-то странной ящерицы, пойманной в небольшой луже рядом с берегом и на ощупь напоминающей ту же самую квакшу.
Вернувшись на место своей стоянки, я опять разложил на солнце одежду, сделал крохотный костерок и поджарил на нем свою добычу.
Было грустно. Еды хватило на два укуса, и чувство голода никуда от меня не делось. По-хорошему, нужно было или целенаправленно заниматься собирательством, или просто купить еду где-нибудь поблизости. Но оба варианта сейчас были не очень-то подходящими. Гулять по лесу совсем рядом с городскими окраинами, рискуя тем самым привлечь к себе ненужное внимание, нельзя. Выходить к людям — тем более. Сначала стоит убраться куда подальше.
А для этого нужно все же подождать, пока высохнут промокшие вещи.
Стараясь не замечать протестующе ворчащий желудок, я улегся на траву и взял в руки ближнюю ко мне книгу.
«Все известные проявления божественной силы во время войны».
— Посмотрим… Если еще и здесь ничего толкового не окажется, то можно будет идти и топиться с горя. Тем более речка под боком.
Я разлепил все еще сыроватые страницы и принялся читать текст, написанный на древнеимперском языке.
Первые главы книги хоть и оказались невыразимо скучными, зато немного объяснили мне саму природу божественного могущества. Если маги пользовались для волшебства имеющейся у них волей, позволяющей воздействовать на поток энергии, текущей сквозь мир, то боги… Боги предпочитали действовать на совершенно ином плане бытия.
Разумные посвящали им свои молитвы, делились собственной силой, собственными чувствами, надеждами и переживаниями. Эти крупинки энергии, никак не отражаясь в реальности, уходили прямо на изнанку, поступая в распоряжение обитающих там сущностей. И последующие действия богов точно так же не проецировались на привычную магам картину мира. Их энергия была совершенно другой. Чуждой и незримой.
— Интере-есно… — протянул я, опустив книгу на грудь и глубоко задумавшись. — А так ли бесполезна была та смешная статуэтка?
Думаю, правильного ответа мне не узнать никогда. Отправляясь на свою первую встречу с Невестой, я был уверен, что жрецы выдали мне нечто абсолютно никчемное. Но сейчас выясняется, что оценить истинную силу артефакта мне не дано в принципе. Если верить книге, конечно же.
Очень кстати вспомнилась та самая Невеста, никак не выделявшаяся на энергетическом плане. Демоны ведь питаются людскими страхами, значит, их сила тоже сродни божественной, а незаметность — это, получается, общее свойство всех потусторонних существ… Да уж.
Несколькими маленькими загадками стало меньше. Общая картина еще чуть-чуть прояснилась. Но особого облегчения это мне не принесло. И так-то приходилось изрядно нервничать из-за невидимого в магическом зрении демона, а теперь жить стало еще тревожнее.
— Интересно, как Конрад решал эту проблему?
Наверное, в прошлом были ведь какие-то способы? В конце концов, мне ведь иногда как-то удавалось ощущать присутствие демона. Неосознанно, на уровне предчувствия, но все же…
Снова подняв увесистый томик, я принялся листать страницы дальше.
Чтение постепенно становилось все интереснее…
После того как Чернолесье оказалось в руках наступающих, боги начали все активнее влиять на события. И в один «прекрасный» момент город Лазурный, в котором собрались первые серьезные силы Небесного королевства, оказался под ударом Дакот-Ша.
Вестник смерти не разменивался по мелочам. Вняв всеобщим мольбам солдат наступающей армии, он просто убил город. Весь, целиком. Убил, проклял местность вокруг него — и исчез практически до конца войны, очевидно, потратив слишком много сил.
— Вот, значит, как тот мертвый городок появился! — вспомнил я свое путешествие с караваном и предостережение охранника. — Неудивительно, что маги так ничего и не поняли…
Повествование продолжалось.
Эстерси, вступившая в войну чуть позднее, смогла сделать немного. И это воздействие по большей части заключалось в том, что она блокировала или отводила в стороны удары других богов, предоставляя людям разбираться между собой напрямую.
К сожалению, маги терпели поражения, отступали и в конце концов оказались заперты в Каххаре. Город держался долго, но все же пал… А жрецы семи богов вошли в храм Неба.
Я, дочитав до этого места, буквально забыл дышать. Древняя история, разворачивающаяся на желтоватых страницах, неожиданно привела прямо к интересующим меня событиям.
«Эти имена навсегда останутся в наших сердцах.
Сторос Пламенный. Кисина Камыш. Онор Светлый. Скорцик Щитоносец. Тарак-Хо. Лорен Храбрая. Рольф Ворон.
Мы не забудем их.
Храбрецы отправились к черному храму, окутанному венцом молний. Прошли сквозь преграду, хранимые силой своих богов. И исчезли внутри.
Произошедшее там навсегда останется для нас тайной. Но губительные молнии исчезли, вьющиеся над городом тучи рассеялись без следа — и мы поняли, что битва выиграна. Проклятая богиня была окончательно побеждена.
Мы ждали возвращения наших жрецов около двух часов. И ждали бы дольше, но туман мерзкой магии, окутывающей Каххар в последние недели, снова сгустился. Порождения его, словно почувствовав нашу победу, вышли из своих нор. Тогда мы еще не знали, что силы богов истощены и они больше не защищают нас.
Мы приняли бой. И вскоре поняли, что должны отступить, если не хотим пасть очередными жертвами проклятого города.
Следопыт Сулик Жало, презрев страх, отправился в храм на разведку. И вернулся очень быстро, принеся весть о том, что наши братья отныне стоят там каменными статуями, недвижимыми и безжизненными.
Мы оставили их и это место. И уже никогда не возвращались обратно.
Каххар на долгие годы остался закрыт от людей. Его ужасы, как и все то, что творилось в проклятой пустоши, появившейся на месте Небесного королевства, заставили нас уйти из этих земель. Но однажды, спустя три года после того, как мы вернулись в наши храмы, Огненный бог явил Жанку Лепестку видение и наставление.
Жанк видел стоящие в темном зале каменные фигуры. Видел статую проклятой богини. И слышал слова, приказывающие навсегда закрыть людям доступ в храм Неба. Навсегда сохранить в неприкосновенности то, что осталось в нем.
Увы, наши войска покинули полуостров. И воля бога так и не была исполнена…»
Я отбросил книгу в сторону, совершенно не задумываясь о ценности древнего трактата. В голове крутились картинки из прошлого, только что прочитанные строчки…
Нетрудно понять, что происходило после описанных событий. Магия, окутывающая Каххар, с каждым годом все слабела, туда постепенно начали заглядывать люди. В конце концов они обнаружили храм, внутри которого можно было переждать блуждающую по улицам города смерть. Думаю, никто из посетителей так и не понял, что именно оберегало их от тумана и чудовищ. Но все твердо уяснили, что храм — это защита. И после этого остерегались что-то в нем трогать, тем самым невольно выполняя приказ Огненного бога.
А потом появился я.
Провинциальный дурачок, ничего не знающий об истории этого места и не имеющий никакой возможности увидеть божественную силу, наверняка до сих пор пропитывающую все здание.
Дурачок, обладающий магическим даром и в минуту ярости не придумавший ничего лучше, нежели расколоть своей силой одну из древних статуй…
— …после чего Эстерси этого дурачка спасла… — пробормотал я, рассматривая далекие белые облака, виднеющиеся сквозь переплетения веток.
Кусочки мозаики со скрипом крутились и один за другим вставали на свои места.
Жрецы семи богов, превращенные в камень и оставленные рядом с богиней Неба. Приказ Огненного бога, запретившего как-то воздействовать на них. Разрушенная статуя… Полыхающие синевой глаза Эстерси… Еще одна статуя, сломанная мной… Просьба богини… Чудеса, начавшие происходить в храмах двух богов… Двух богов…
Я поднялся на ноги, подошел к ближайшему дереву и ударился лбом о жесткую кору. Потом сделал это еще раз.
— Идиот…
Где-то наверху прозвучал легкий, едва слышный раскат грома.
Прекратив биться головой о ствол, я снова улегся на траву и жизнерадостно засмеялся. А что еще оставалось делать?
Эстерси попросила меня о помощи — после того, как были разрушены статуи, воплощающие в себе силу ее врагов. Но я ничего не понял и ушел искать ответы в дальних библиотеках, хотя верное решение находилось прямо передо мной. Прошел в итоге половину Пустоши, забрался в центр континента, перессорился здесь со всеми подряд…
Смех приобрел явные истерические нотки, и я напряг всю свою волю для того, чтобы хоть как-то успокоиться.
Более-менее получилось.
Конечно, в пути я кое-чего добился. Многому научился, разжился парой ценных артефактов, огромным количеством врагов… Да уж. И все-таки нашел разгадку, в конце-то концов.
— Остается только вернуться домой.
Желудок поддержал меня одобрительным ворчанием.
Следующие пару часов я, выкинув из головы невеселые думы про Каххар и Эстерси, пытался сделать нечто вроде плота. Мне по-прежнему требовалось убраться подальше от Валески, а самым простым способом для этого оставалась именно река. Если выберусь на стремнину, то каждый час меня будет относить миль на пять-семь вниз по течению. Быстро и без всяких усилий с моей стороны.
Вот только мокнуть в этот раз мне не хотелось — поэтому и возился сейчас на берегу, стараясь создать что-то, на чем можно было бы спокойно путешествовать.
Задача оказалась непростой. Веревок для того, чтобы связать вместе несколько бревен, у меня не было, сами бревна, найденные поблизости, выглядели гнилыми и совершенно неспособными к плаванию. Вдобавок процессу мешало то, что время от времени по реке проплывали корабли и лодки. Вниз по течению они двигались стремительно, буквально тотчас же исчезая из виду, а вот в обратную сторону ползли еле-еле, держась поближе к берегам и маяча у меня на виду по полчаса, а то и больше.
Ближе к вечеру, когда я уже откровенно замучился искать основу для плота и всерьез подумывал повторить вчерашний подвиг, подходящее дерево все же нашлось. Оно стояло немного южнее моей стоянки, шагах в тридцати от берега. И было совершенно мертвым, сухим.
— Вот только как такую штуку до реки дотащить?.. — пробормотал я, обходя довольно толстый ствол кругом.
Положим, свалить его магией будет не очень сложно. Обрубить мечом лишние ветки — тоже. Но тяжесть…
Немного поразмыслив, я решил преодолевать проблемы по мере их возникновения и, поцарапав руку острым сучком, принялся выводить на стволе очередную кровавую закорючку.
Новая ранка уже практически не воспринималась как что-то серьезное. Подумаешь — потратил немного крови… привычное дело.
Древесина, получившая заряд энергии, буквально взорвалась, засыпав меня щепками и огласив окрестности звонким треском. Я на всякий случай затаился и просидел минут десять, слушая местность с помощью пластинки, но так ничего подозрительного и не заметил.
Пришла пора как-то перетаскивать рухнувший параллельно реке ствол в воду.
На пробу попытавшись приподнять основание дерева, я лишь хмыкнул и пошел ближе к верхушке. Обкорнал мечом тонкие ветки, затем принялся рисовать новую руну.
Судя по моим прикидкам, требовалось отделить третью четверть ствола. Ближе к основанию — слишком тяжело, ближе к вершине — слишком тонко и практически бесполезно.
— Придется потратить еще немножко крови…
Сказано — сделано. Нарисованные руны одна за другой послушно взорвались, отделив нужный мне кусок и попутно размочалив его на концах. Оставалось только дотащить свое будущее средство передвижения до воды.
Процесс занял у меня не меньше полутора часов. Я волок тяжеленное бревно, ругался, отдыхал, снова волок… Несколько раз приходилось срубать мелкие деревца, мешающие передвижению. Однажды мимо проплыло небольшое суденышко, заставив меня прерваться минут на двадцать.
Но в конце концов ствол все же улегся в прибрежных камышах, а сам я, потный и замученный, потащился обратно — делать шест или весло, с помощью которого можно было бы хоть немного управлять своим движением по реке.
Отчалить в итоге удалось только после того, как вокруг окончательно стемнело. Я слишком долго возился, вырезая шест, заново упаковывая книги и проверяя, не выпадут ли из карманов украшения с артефактами. А потом еще и ждать пришлось, пока вверх по течению проплывет небольшая посудина, нагруженная какими-то тюками.
Корабль приводили в движение человек двадцать могучих гребцов — мокрых от пота, сосредоточенных и злых. Между ними нервно прогуливался кто-то важный — наверное, капитан или владелец судна.
— Соберитесь, осталось совсем немного! Нам нужно успеть в Валеску сегодня… — донесся до меня его голос.
Гребцы ничего не ответили, лишь стиснули зубы и принялись чуть быстрее орудовать веслами. Собачья у них работа, конечно. День за днем без продыха крутить здоровенной деревяшкой… Зато мускулы вырисовываются такие, что аж зависть берет.
Проводив взглядом скрывшееся в темноте судно, я принялся толкать бревно дальше в реку, опять чувствуя себя отвратительно грязным и мокрым. Словно прыгун, сдуру провалившийся в выгребную яму.
Вот и зачем нужны были эти ухищрения с сушкой, попытки привести себя в нормальный вид? Все равно ведь все вернулось к прежнему состоянию…
Выведя дерево на чистую воду, я самонадеянно попробовал было забраться наверх, но тут же чуть не утонул из-за того, что ствол неожиданно перевернулся, зацепив меня ветками и утащив под воду. К счастью, далеко от берега уйти я еще не успел, так что сумел выпутаться и опять оказаться на ногах. На этот раз промокнув с головы до пят, окончательно и бесповоротно.
Ругательства помогли мало. Теперь мне все равно предстояло мерзнуть в мокрой одежде всю ночь — даже в том случае, если я сейчас вернусь на берег и заночую там. Хотя…
Перед внутренним взором предстал уютный и теплый костерок, мягкая трава…
— К демонам, — помотал я головой, а затем принялся крутить бревно, пытаясь найти у него наиболее устойчивое положение.
Сначала безопасность, а уже потом — уют, тепло и сытость.
Сумев все же кое-как забраться на ствол, я устроился поудобнее, подтащил к себе плавающий рядом шест и принялся энергично отталкиваться от дна, выводя свой жалкий плот на середину реки.
Проблемы начались в тот момент, когда я перестал дотягиваться до дна. Пришлось начать грести, но круглая ветка подходила для этой цели плохо, и дело продвигалось очень медленно.
Тем временем выше по течению появились огни. Появились и начали быстро приближаться — очередное судно спешило куда-то на юг.
Я вздохнул, пристроил шест среди веток, а затем плюхнулся в реку, прячась от взглядов команды. Какая уже разница — в воде мне дальше плыть или на бревне. В воде еще и теплее получается, там ветра нет…
Большая парусная лодка пронеслась от меня шагах в тридцати. Что самое обидное, никто на ее борту при этом даже не посмотрел в мою сторону.
Обругав всех и вся, я опять забрался на дерево, взявшись ворочать палкой с утроенной энергией. И минут через десять выбрался-таки на быструю воду.
Бревно тут же потащило вперед, неспешно крутя в разные стороны. Мне же хватило ума не бороться со стихией, а просто двигаться по течению, следя за тем, чтобы не столкнуться с каким-нибудь другим плывущим по реке стволом, не попасться на глаза путешествующим торговцам и не переместиться обратно в медленный поток.
Это оказалось не таким уж сложным делом.
Потянулись долгие часы путешествия. Я сидел на мокрой древесине, замерзал все больше и постепенно начинал трястись крупной дрожью. Ветерок, совсем недавно слабый и довольно-таки теплый, сейчас заметно окреп и упоенно выстуживал мою одежду, живо напоминая о горных перевалах Срединного княжества. Ноги, опущенные в воду, закоченели.
Но каких-либо других неприятностей не наблюдалось.
Река, умиротворяюще журча вокруг, исправно несла меня к югу. Лес, бесконечной темной полосой скользящий мимо, радовал криками птиц и редкими воплями неизвестных зверей. Пару раз среди деревьев появлялись небольшие селения, возле которых ютились вставшие на ночевку корабли.
Я продолжал свой путь, пребывая в каком-то странном состоянии полусна-полуяви и не думая вообще ни о чем.
Небо над верхушками деревьев уже начало светлеть, когда впереди показался настоящий город, раскинувшийся по обеим сторонам реки. И мне пришлось приводить себя в чувство, снова спускаясь в воду по шею. Да, еще ночь, да, никого на берегах не видно, но осторожность не помешает…
В тот момент, когда я окончательно прочувствовал все прелести воды, в очередной раз пробирающейся сквозь одежду, бревно за что-то зацепилось и заметно снизило скорость. Вокруг закрутились небольшие бурунчики, я успел удивиться и немного испугаться, но уже через несколько мгновений ствол словно бы вырвался из чьих-то цепких объятий, тут же продолжив свое плавание.
Город оказался не таким большим, как показалось сначала, — уже минут через пять его последние дома оказались позади.
— Интересно, сколько теперь до Валески, — сам у себя поинтересовался я, с трудом выбираясь обратно на бревно, — часов семь или восемь уже плыву.
По самым скромным прикидкам, за эту ночь мне удалось преодолеть миль пятьдесят. Отличный результат на самом деле. Еще дней пять такого пути — и можно будет окончательно перебираться на сушу.
— Главное, с голоду до этого времени не сдохнуть…
Над рекой постепенно образовывался туман. Густой, белый, он плавно стелился над водой и вызывал неприятные ассоциации со Мглой, точно так же расползающейся по древней столице Небесного государства. Впрочем, сегодня ничего страшного вокруг не было — тишина, спокойствие…
Через час после того, как неизвестный город остался у меня за спиной, я принялся усиленно грести к берегу. Стремительно наступало утро, дымка рассеивалась, так что совсем скоро на реке должны были появиться торговые суда. Приходилось прятаться.
Путь до земли оказался нелегким. Течение постоянно тащило меня в стремнину, а попытки выбраться из нее с помощью одного-единственного жалкого шеста раз за разом ни к чему не приводили. Я уже совсем было отчаялся и приготовился добираться до берега вплавь, но мне помог случай. Впереди показался небольшой островок, расположенный прямо по центру реки.
Пришлось в очередной раз напрячь все силы, но это того стоило — бревно оказалось совсем рядом с берегом и даже начало скрести обрубками веток по дну. Я опять плюхнулся в воду и, как следует постаравшись, притащил-таки ствол в небольшую заводь. А потом даже практически полностью выволок его на берег.
На нижних ветках, до этого остававшихся в воде, виднелись обрывки рыболовной сети, в которой запуталась маленькая, в ладонь размером, серебристая рыбка.
Вот, значит, почему тормозило бревно. Жаль, что тогда в итоге оторвало всего лишь кусок сети, а не утащило ее всю целиком…
Осторожно вытащив рыбешку, я быстро соорудил крохотный костерок и уже совсем скоро наслаждался вкуснейшей едой. Конечно, в моем положении любая пища вызывает восторг, даже сырые лягушки. Но рыба действительно получилась неплохая. Жаль только, что ее было так мало.
Следующий день прошел во сне и отдыхе. Мне приходилось экономить силы, так что я просто лежал, спрятавшись от проплывающих мимо кораблей за деревьями, грелся под неожиданно жарким солнцем, спал, читал книгу про похождения богов во время войны, а также пытался придумать, что же именно написать в своих письмах. По-хорошему ведь стоило бы еще и людей в Валеске предупредить о появившемся в подземельях города демоне. Сами-то они, боюсь, слишком долго до истины докапываться будут.
— Надо будет при случае еще и сообщение в храм Огненного бога отправить, — мне наконец удалось найти верное решение, — там-то должны знать, что с этим делать.
Успокоив свою совесть по этому поводу, я дождался вечера и опять столкнул в реку бревно. На этот раз у меня получилось заметно лучше — промокли только сапоги, а все остальное осталось замечательно сухим и теплым.
Плавание продолжилось, такое же неторопливое и степенное, как и сама Ледяная, несущая меня вдаль. И все бы было замечательно, но вот чувствовал я себя с каждым часом все паршивее и слабее. Организм, конечно, смирился с отсутствием еды и почти не бунтовал, но кормить-то его все равно требовалось, а одной крохотной рыбки явно оказалось слишком мало.
Впору действительно высаживаться на берег и заниматься отловом лягушек. Или попытаться прикончить какую-нибудь птицу огненным копьем.
А еще можно снова пообщаться с жителями Империи и купить у них нужные припасы. Все равно ведь придется заходить в город, чтобы отправить письма в княжество.
Но делать это было пока что слишком рано. Увы.
Утром второго дня путешествия я окончательно оголодал и потерял остатки страха, незаметно сменившегося злостью и желанием незамедлительно действовать.
Поводом для этого послужил вид громадного черного оленя, вышедшего из леса на водопой. Зверь, появившийся на берегу в паре сотен шагов от меня, окинул взглядом реку, величественно мотнул головой, а потом принялся неторопливо пить.
— Столько мяса…
Шанс убить животное существовал. Спокойно можно было выпустить в него пару заклинаний и надеяться, что они попадут в цель. Но даже если все получится, то как потом вернуться за добычей? Если к тому времени, когда мне удастся оказаться на суше, между нами окажется несколько миль леса… Стоит ли такое путешествие затраченных сил?
В итоге бревно спокойно уплыло в туманную даль, оставив оленя позади, — я не стал даже пытаться что-то предпринять. Но зато потом, оказавшись-таки на суше, взялся за добычу еды всерьез.
Для начала пришлось найти несколько камней. Затем в очередной раз пораниться, после чего заняться своей излюбленной рунной магией. Как при охоте на стервятников.
По задумке, булыжники, раскалывающиеся в воде, должны были убивать всевозможных существ, обитающих там, — рыбу, змей, черепах… А дальше оставалось только собирать добычу и радоваться жизни.
Но мои ожидания оправдались не до конца. Импровизированные артефакты, до отказа напичканные энергией, шлепались в реку, тонули, а затем взрывались где-то на дне с громким звуком, доносящимся даже через водную толщу. И все.
После получаса упражнений мне удалось убить одну-единственную лягушку. После чего я окончательно разочаровался, со злостью выкинул последний оставшийся в запасе камень и отправился выше по течению. Думаю, в этом месте все равно вся рыба уже давно распугана.
Шагов через пятьдесят мне попалась очередная аккуратная заводь, на берегу которой и была опробована следующая идея.
Огненное заклинание начинает действовать при столкновении с препятствием — значит, если направить его в воду, выплеск энергии произойдет на поверхности. Соответственно, уйдет эта энергия вглубь, туда, где прячется вкусная рыба.
Я подошел к делу со всей тщательностью. Наполнил свою «запруду» энергией, как следует выбрал место… И практически подряд выпустил в воду четыре огненных копья, после чего, лишившись сил, плюхнулся на берег.
Мир резко потемнел, а в голове послышался противный тоненький писк.
Рядом со мной что-то бурлило, свистело и даже шипело, до кожи долетел горячий пар, но все самое интересное я пропустил. А когда проморгался и снова более-менее собрался с силами, то обнаружил на поверхности заводи небольшую толстую рыбу, несколько каких-то отвратительных насекомых, лягушку и двух плавающих кверху брюхом ящериц с локоть длиной каждая.
— Еда… — мой голос позорно дрогнул от жадности и предвкушения, — наконец-то…
Надо было еще на прошлом привале попробовать сделать нечто подобное. Но, как говорится, хорошо, что хотя бы сейчас додумался. Опыта подобной охоты у меня все-таки до этого не было — в оазисе близ Хрустального водились только небольшие караси и вонючие сомики, которых вылавливали сетями или с помощью удочек, но уж точно не заклинаниями.
Забравшись немного в глубь леса, я нарубил веточек, сложил небольшой костерок и принялся слегка трясущимися руками потрошить добычу. Рыба такого вида мне еще ни разу не попадалась, но если услышанные рассказы не врали, практически все, что живет в пресной воде, — съедобно. Отравиться можно только морскими обитателями.
— Надеюсь, так оно и есть… — Я насадил тушку на воткнутую рядом с костром палочку и взялся за ящериц.
Странные… Грубая шкура, гребнистый хвост, пасть, полная мелких острых зубов. Думаю, лягушкам, да и рыбам тоже, от них житья нет. Хищные тварюшки.
Содрав шкуру с рептилий, я примостил и их рядом с костром. После обработки от улова осталось не так уж и много мяса, но на разок мне точно должно было хватить, а это главное. Дальше еще кого-нибудь поймаю таким же образом.
Ящерицы в итоге по вкусу оказались похожими на воняющих рыбой куриц, а от рыбы немилосердно несло тиной. К счастью, я был настолько голоден, что не обращал на это особого внимания и не останавливался до тех пор, пока не съел все подчистую.
После чего, плюнув на возможные опасности, просто заснул, наслаждаясь сытостью и уютом, идущим от костра.
Следующая ночь выдалась неожиданно теплой, даже жаркой. Расстояние, отделяющее меня от Валески, все еще было не столь большим, чтобы почувствовать настоящее дыхание юга, но лето продолжалось, и мне явно довелось попасть в полосу зноя.
Развалившись на ставшем уже совсем привычным и удобным бревне, я двигался вперед — поглядывая на звездное небо, болтая ногами в воде и изредка ворочая шестом.
Мысли, оторвавшись от насущных проблем вроде голода и холода, снова обратились к ближайшему будущему.
Обстоятельства недвусмысленно намекали, что на континенте мне больше не место. Срединное княжество, Империя, Тардия — нигде не рады Рико Пепельному. В принципе, можно было бы отправиться в Сакк… Но туда мне совсем не хочется. Слишком уж непохожи саккцы на жителей Пустоши или той же Империи. Да и награда, обещанная князем за мою поимку, не позволит хоть немного расслабиться — даже в тех краях.
— Она теперь нигде не даст расслабиться, — мрачно заметил я, рассматривая далекие серебряные искорки, слабо мерцающие над головой.
В общем-то, дорога у меня теперь только одна — обратно домой. Да, там тоже будут искать, да, там находится Шаран… Но это все — довольно знакомые проблемы. По крайней мере, в любой город Пустоши я спокойно смогу зайти, не опасаясь того, что стража на воротах тут же примется меня убивать. Конечно, потом придется держать ухо востро, но по обычаям и законам полуострова я все равно буду иметь там некую иллюзию безопасности. Не то что здесь.
А вот как добираться до родных краев… Сложный вопрос. Прямой путь лежит через земли Империи и займет у меня не одну и не две недели. Придется опять скрываться и бродить по лесам… Ничего особо страшного в этом нет, но и приятного тоже мало. Вот если бы можно было добраться к берегам Пустоши по воде…
— Хм.
Действительно, почему бы и нет? Пока что река рассматривалась мной исключительно как способ быстро и незаметно скрыться от врагов, но ведь с ее помощью можно сплавиться и до моря, а уже там каким-нибудь образом договориться с местными торговцами или рыбаками, после чего спокойно уплыть вместе с ними на запад.
Я перевел взгляд на окружающую меня воду и принялся задумчиво рассматривать отражение луны в слегка волнующейся поверхности.
У этого варианта тоже были свои минусы. Например, где гарантия, что мне действительно удастся с кем-то там договориться? Проще выдать чужеземца страже и получить награду, чем рискнуть и повезти его куда-нибудь.
Вопросы, вопросы…
В воздухе постепенно сгущалась духота. У нас в Пустоши это всегда было явным признаком надвигающейся грозы; может быть, и здесь эта примета сработает. Хорошо, если так.
Зачерпнув пригоршню воды, я ополоснул лицо, а затем опять сонно притих на своем бревне. Мысли незаметно перешли на Эстерси. Интересно, если догадки окажутся верными и мне действительно удастся ей помочь — как будет выглядеть благодарность богини?
— В принципе, можно устроить ночи любви… — сонно пробормотал я. — Неплохой вариант…
Над рекой прокатился оглушительный грохот. Сияющая лента молнии упала с темных небес и вонзилась в одно из деревьев на берегу. Полыхнуло пламя.
Я, не ожидавший ничего подобного и пребывавший в ленивой дремоте, от внезапного испуга вздрогнул, дернулся и, не сумев удержаться на стволе, шлепнулся в воду.
Вынырнул, заново ухватился за дерево, а потом с неподдельным испугом посмотрел наверх.
— Простите, госпожа, это не со зла…
Мне никто не ответил. Вдалеке зажглась еще одна молния, затем еще. Неожиданно подул ветер, принеся с собой крупные капли дождя.
Гроза все-таки началась.
Я, выбравшись на свой жалкий плот, некоторое время радовался прохладе и наступившей наконец-то свежести. А потом замерз, и жизнь опять показалась мне полной несправедливости и страданий.
Вдобавок очень некстати вспомнилось, что на открытых пространствах молнии чаще всего бьют в возвышающиеся над поверхностью предметы: деревья, стоящих людей… бревна, плывущие по реке.
Стало как-то неуютно, и я в какой-то момент даже принялся было грести в сторону берега, намереваясь переждать там буйство стихии. Но заметил, что гроза быстро уходит куда-то на север, и немного успокоился. Прекратил размахивать шестом, прижался к ближайшей ветке, затих…
Дождь продолжал усиливаться, с громким шелестом падая на реку и превращая мир вокруг меня в сплошное царство воды. А вот ветер, наоборот, постепенно стихал, молнии тоже сверкали все реже. Гроза оказалась весьма скоротечной.
Несмотря на холод, я все-таки задремал. И очнулся от пропитанных страданиями и тревогой грез только ближе к рассвету, когда дождь уже окончательно стих, сменившись густым утренним туманом.
— Ой…
На левом берегу реки расположился очередной городок. Окутанный белесой дымкой, он вызывал ощущение какой-то нереальности, призрачности. Проскальзывающие в прорехах тумана строения, стоящие у причала корабли, наполовину погруженные в молочно-белую мглу… Одинокая собака, выбравшаяся на пристань и спустя несколько секунд снова исчезнувшая среди домов…
Завораживающее зрелище.
Когда город скрылся из виду, я немного встрепенулся и сбросил с себя наваждение. Совсем скоро окончательно рассветет, пора уже задумываться о том, чтобы уводить свое бревно поближе к земле и готовиться выбираться на дневку. Впрочем, на всякий случай можно и немного подальше отплыть…
— Твою мать! — Я подпрыгнул на месте и с размаха треснул себя ладонью по шее. — Тварь!
На руке обнаружился громадный и все еще живой комар. Здоровенный, с фалангу пальца длиной. Еще раз выругавшись, я отправил неудачливого кровопийцу в реку и почесал зудящую шею, зорко посматривая по сторонам.
Первый привет с юга. Если верить рассказам подвыпивших торговцев, некогда рассказывавших всякую чушь в трактире отца, там хватает всевозможных страшных тварей. Огромные насекомые, чудовищные змеи, исполинские крокодилы… Конечно, верить пьяным байкам глупо. Но ведь на чем-то они все-таки основаны… и появившийся комар-переросток — отличное тому подтверждение.
Спустя пять минут ко мне прилетела еще одна кровососущая сволочь. Покружилась рядом, оглашая окрестности тонким противным писком, затем скрылась.
Я вздохнул и принялся все активнее загребать шестом, направляясь влево, к тому же берегу, где только что виднелся город.
Ледяная постоянно расширялась и сейчас была уже заметно больше полумили в ширину. В таких условиях мне поневоле приходилось причаливать к тому ее краю, который располагался ближе, а не к тому, куда хотелось бы.
Пыхтя от усилий, я кое-как вывел бревно из стремнины и начал гнать его в сторону располагавшейся шагах в семидесяти суши.
— Сплавляться по реке, конечно, здорово… но… вот эти вот моменты… злят…
Через десяток минут мне пришлось успокоиться и на время оставить в покое шест — не особо привычные к гребле руки в очередной раз устали и начали побаливать. Гнусное и неприятное занятие, конечно. И как тут не вспомнить могучих атлетов, часами сидящих на веслах…
Душу кольнула черная зависть.
— С другой стороны, у них весла, а у меня — только облезлая ветка. Веслами-то всяко удобнее.
Слегка успокоив себя этими словами, я уставился на медленно проплывающий мимо и уже совсем близкий берег.
Небольшие изменения по сравнению с окрестностями Валески все же чувствовались. Зелень стала еще более пышной, деревья теперь росли гораздо плотнее, появилось множество вьющихся растений. И повсюду шныряли комары, чтоб им пусто было…
Мне пришлось прихлопнуть очередное севшее на запястье насекомое, нарушив утреннюю тишину звуком шлепка, а затем и очередным крепким словечком — гадина успела-таки вонзить в кожу свое жало.
Лежащее у самого берега длинное черное бревно неожиданно шевельнулось и скрылось под водой.
Я замер.
На плечо уселся еще один комар, но в этот раз мне было как-то не до него.
По коже бегал холодок, а душу стремительно заполнял какой-то липкий, древний страх. Как раз о чем-то подобном и рассказывали пьянчуги-торгаши, хваставшиеся своими приключениями среди жарких и опасных южных джунглей…
Сделав над собой усилие, я аккуратно поджал ноги, стараясь держать их как можно ближе к стволу и при этом не свалиться в воду. Затем перехватил поудобнее шест, опять начав грести. К берегу, туда, где только что виднелось то самое бревно.
Волосы на затылке слегка шевельнулись, живя своей собственной жизнью.
Еще гребок, еще… Плот слегка дрогнул, столкнувшись с каким-то препятствием, но уже в следующее мгновение без помех двинулся дальше. Я ощутил, как на спине проступает холодный пот.
— Давай, давай, еще чуть-чуть… — Губы шептали бесполезные слова, пока руки продолжали и продолжали двигать шестом…
А затем деревяшка вырвалась из моих ладоней, шершавой корой содрав кожу и чуть было не сбросив меня в темную воду.
Едва удержавшись от вскрика, я несколько секунд завороженно смотрел, как рядом дергается конец почти полностью ушедшей под воду ветки. Потом, практически ни о чем не думая, осторожно приподнялся на своем насесте, уперся ногами в ближайшие сучья и изо всех сил прыгнул в сторону берега.
Удар о воду, плеск, брызги… И волна все того же всепоглощающего ужаса, туманящего сознание и заставляющего отчаянно грести к берегу.
Осталось десять шагов… пять…
Я почувствовал под ногами дно и с новыми силами рванулся вперед. Кое-как выскочил на мягкую землю, отбежал на десяток шагов.
Обернулся.
Мое верное средство передвижения, на котором я спокойно путешествовал уже три ночи, медленно уплывало по течению. Шест виднелся неподалеку от него.
Вода постепенно успокаивалась, становясь все более мирной. Пара минут — и уже ничто не напоминало о моем поспешном бегстве.
— Как будто привиделось… — пробормотал я, осторожно подходя на пару шагов ближе к реке.
Словно в ответ на эти слова, рядом с берегом из-под воды плавно поднялось нечто напоминающее собой длинную и широкую корягу. На меня уставились желтые немигающие глаза.
Я невольно попятился и, споткнувшись о какой-то корень, упал на землю. Вскочил и, боясь немедленного нападения, вытянул руку…
Заклинание трепетало на кончиках пальцев, готовясь сорваться в полет, но впереди уже было пусто. И лишь слабые круги, расплывающиеся по воде, убеждали в том, что мне все это не померещилось. Здесь только что действительно кто-то был. Кто-то большой и смертельно опасный.
— Что-то сомневаюсь, что еще раз сунусь в эту реку по доброй воле… — пробормотал я, медленно отодвигаясь в глубь леса.
Планы по сплаву к устью Ледяной точно придется поменять. Если уже здесь встречаются такие вот твари, то дальше, думаю, все станет только хуже. И мой способ передвижения станет смертельно опасным.
А еще совсем недавно все было так хорошо…
Обидно.
Спустя полчаса пути удалось выбраться на узенькую лесную тропинку, и я решительно свернул в сторону недавно увиденного города.
К демонам все. До Валески отсюда миль двести, не меньше. Здесь наверняка всем на меня плевать. Представлюсь наемником, идущим в Сакк, — и дело с концом. В карманах есть аж шесть золотых — хватит и для отдыха, и для покупки провизии в дальнейшую дорогу. Письма, кстати, тоже можно будет отправить…
Мои мысли прервало доносящееся откуда-то со стороны едва слышное мерное поскрипывание. Как будто старая телега едет. Влекомый любопытством, я пробрался через полосу леса и оказался на краю дороги — гораздо более широкой и наезженной, нежели только что покинутая тропа.
Телега неподалеку действительно обнаружилась — старая и покосившаяся.
— Пррр! — натянул вожжи худой мужик, сидящий на ее передке.
Мне пришлось миролюбиво поднять вверх измазанные грязью руки:
— Я не разбойник, не бойтесь!
На удивление, мужик явно расслабился и даже дружелюбно кивнул. Здесь грабители привыкли представляться, что ли?
— В город идешь… те? — Он пока явно не решил, как именно ко мне относиться. — Залезай, коль хочешь. Подвезу.
Я воспользовался приглашением и осторожно примостился рядом с ним, с любопытством взглянув на содержимое телеги. Там повсюду валялась рыба, среди которой виднелись несколько таких же ящериц, как и те, которые недавно мне попались. Впрочем, ящерицы ли это — большой вопрос. В свете последних-то событий…
— С рыбалки едете?
— С нее самой, — степенно согласился мужик, дергая поводья. — Но, пошла!
Невзрачная лошадка послушно стронулась с места. Колеса опять начали мерно поскрипывать.
— А я вот тоже только с реки, — мне неожиданно захотелось поделиться пережитым, — меня там чуть не съели.
— Крокодил, что ли? — покосился на меня попутчик. — Они могут, особенно черные.
— Вот-вот, черный был, скотина. И толстый, как бревно.
— Это тебе повезло, паря. — Мужик улыбнулся в редкие усы. — На лодке, что ли, плыл? Ниже по течению мост же есть.
— Да не знал я про мост. Не с этих краев. И про ваших крокодилов разве что слышал… Думал, они только рядом с морем живут.
— Так оно ж рядом, море-то, — собеседник уставился на меня с удивлением, — на лодке дня три всего.
Вот даже как. А если судить по атласу, то там еще чуть ли не две недели пути должны быть. Руки бы оторвать его составителю…
Мне осталось только беспомощно пожать плечами и улыбнуться.
— Хотя откуда тебе знать-то… Нездешний, говоришь? Из Хорана или Озерного, что ли?
— Не, у меня дом дальше… — Я судорожно пытался вспомнить гадский атлас и придумать себе правдоподобную родину. — Мой батя трактир держит на Западном тракте. Миль триста отсюда.
— Ого, — уважительно произнес мужик и хлестнул поводьями по крупу лошади. — Далеко. А чего ты в наши края подался? Наемничать, что ли? Тогда тебе в Валеску надо. У нас городок тихий.
— Не, в Валеску я бы по тракту и поехал. В Сакк хочу попасть.
— Ой, дурак… — неожиданно протянул рыболов и сплюнул на проползающую под нами землю. — Ой, дурак…
— Батя то же самое говорил, — обиженно протянул я, чувствуя, что сердце легонько щемит при воспоминании о своем настоящем отце. — Но именно там можно найти занятие для настоящего мужчины.
— Боги, вразумите его… Паря, тебя обычный крок чуть не съел. Куда ты собрался?! Там же эльфы!
— Я же не просто так… Учиться буду…
Мужик только рукой махнул и отвернулся. Некоторое время стояла тишина, перемежающаяся лишь скрипом колес.
— А в Ожерелье чего забыл?
— Где?
— Ну, в городке нашем. Не знал, что ли?
— Не, не знал. Да я вообще немного заблудился, пока к реке шел. Не думал даже, что здесь вообще город есть.
— Понятно. — К собеседнику вернулось хорошее настроение. — Городок наш Ожерельем называют. Раньше здесь на крокодилов охотились, шкуры для доспехов добывали. А из зубов ожерелья делали. Страшные такие. Вот и прижилось потихоньку название-то.
— Ясно. Мне бы помыться, отдохнуть да весточку бате отправить. А потом и дальше, в Сакк.
— Ой, дурак…
Опять повисло молчание. Мужик думал о чем-то своем, я рассматривал пшеничное поле, виднеющееся среди деревьев.
— Наверное, сложно здесь землю возделывать?
— Что? А, ты про это… Да, у нас тут леса… Мы больше рекой живем да охотой. Но кое-кто старается, расчищает делянки.
Через некоторое время появилось еще несколько участков, показались первые домики. Затем дорога расширилась и подошла к символической заставе — крохотной будке со скучающим стражником у входа.
— Кого поймал в этот раз, Архад? — поприветствовал он рыболова и с любопытством уставился на меня: — Ты что, парень, вплавь через Ледяную перебрался?
— Почти так, — подтвердил мой попутчик, от души ухмыляясь. — Его, дурня, еще и крок чуть не сожрал. Говорит, еле убег.
— Зато впечатлений на всю жизнь. Куда путь-то держишь, паря?
— Да в Сакк он собрался, дурень молодой. Отца упросил собрать да отпустить, а тому откуда знать, что в тех краях творится?
— Что, правда? — окинул меня взглядом стражник. — Ну да, собран неплохо. Отцу твоему почет и уважение. А что тебе в Сакке понадобилось?
Я лишь беспомощно пожал плечами и слегка заискивающе улыбнулся. Впрочем, моего участия в разговоре и не требовалось.
— В наемники решил податься! — торжествующе заявил Архад и замер в эффектной позе.
— Ой, дурак, — вздохнул стражник, явно теряя интерес к беседе. — Ладно, идите. А то рыба твоя протухнет. И постоялый дом ему показать не забудь, пусть помоется хоть. Иначе мне начальник голову снимет за то, что по городу бродяги грязные шляются.
Заведение, к которому меня в итоге привез не в меру словоохотливый попутчик, было довольно замызганным и простецким. Как и весь остальной город, в общем-то.
— Чего тебе? — поинтересовался развалившийся в кресле у входа мрачный и сонный мужик, когда я подошел к дверям.
— Отдохнуть, поесть, привести себя в порядок. У вас это можно будет сделать?
Мужик оценивающе осмотрел мою фигуру и печально вздохнул.
— Десять серебряных в день — ночлег. Еще за пять покормим. Еще за пять нагреем воды для помывки. Еще за пять тебе одежду как следует почистят.
— Согласен. На все согласен.
— Ну проходи тогда. Только смотри, полы там грязью не замажь.
После долгого сплава по реке, голодовки, комаров и встречи с крокодилом обычная мягкая кровать вкупе с лоханью теплой воды показались мне настоящим даром богов.
Я отмылся, как следует поел, а затем переложил все свои ценности в угол комнаты, сдал сумку с одеждой какой-то женщине, заявившей, что уже сегодня та будет как новая… И заснул крепким сном, заклинив дверь в комнату лезвием меча.
Никто меня не побеспокоил — в этом городе явно не интересовались приезжими. Восхитительная, надо сказать, традиция.
Встал с кровати я ближе к вечеру. Прогулялся по помещению, потягиваясь и зевая. Затем осторожно выглянул в коридор, надеясь на чудо — и чудо произошло. На стуле, поставленном возле двери номера, аккуратной стопкой лежала вся моя одежда. Каким-то образом оказавшаяся не только отстиранной, но еще и высушенной.
— Мне нравится это местечко…
Быстро одевшись, я вышел из здания, по пути дружелюбно кивнув все так же сидящему перед входом мужику. Тот лишь неопределенно хмыкнул в ответ.
— Скажите, — в голову неожиданно пришла умная мысль, заставившая меня вернуться обратно, не пройдя и пяти шагов, — а где в Ожерелье можно купить бумагу для письма?
— Да вон же, через дорогу, — последовало ленивое движение головой.
Я мысленно ругнулся и, широко улыбаясь, направился к небольшой табличке «Письма, документы, бумаги», прилепленной к стене здания напротив.
За вывеской оказался небольшой аккуратный магазинчик, заставленный книгами, чернилами, пачками бумаги и прочими похожими атрибутами.
— Здравствуйте, юноша. Что вам?
— Добрый день, — кивнул я в ответ на приветствие строго одетого старичка с аккуратной седой бородкой и такой же аккуратной лысиной. — Мне бы немного бумаги купить. Письмо отцу отправить нужно.
— Бумагу — это можно, — ничуть не удивившись моему запросу, торговец достал пачку слегка желтоватых листков. — Пять штук за серебряный. Но вот отправить письмо от нас только с оказией можно. Или ящерице на хвост золотой положить.
— Это как? — сделал я глупое лицо. — Дайте десяток.
— Можно к стражникам сходить, — пояснил старичок, отсчитывая листки и наблюдая за тем, как я роюсь в карманах. — Но дерут они безбожно. Хотя ящерица, конечно, дело надежное.
— А безбожно — это сколько? — озабоченность, звучавшая в моем голосе, была неподдельной. Хватило бы денег…
— От расстояния зависит, — охотно поделился со мной сведениями собеседник, принимая плату за бумагу. — Возьмите… Если в Валеску отправить, то половинку золотого возьмут. А если в Тардию или Сакк надумаете ящерицу гнать, то и все два попросят.
— Дорого, — согласился я, прикидывая количество имеющихся денег. — Но очень нужно. А как их найти?
К стражникам я в итоге все-таки не пошел. Точнее, пошел, но не сразу. Вместо этого вернулся в номер, положил перед собой на стол лист бумаги и задумался.
Надо было написать что-то людям, которые, вполне возможно, уже успели пострадать из-за меня. Но что?
Первые два листка с текстом были безжалостно скомканы и отброшены в сторону. И только потом на свет появилось письмо Хранителю.
«Здравствуйте, уважаемый лорд Феллан Хранитель!
Я понимаю, что неприятности, которые вы могли испытать по моей вине, невозможно покрыть какими-либо извинениями. Но я обязан принести их вам, даже если они не будут приняты.
Прошу у вас прощения. Поверьте, случившееся не являлось злым умыслом, оно было лишь ужасной и трагической случайностью.
Я сожалею.
С уважением, Р. П.»
Второе письмо составлять было гораздо сложнее. Но через полчаса и несколько смятых листков оно тоже было готово.
«Кирен, любимая, здравствуй!
Я не знаю, что сказали тебе. Но, поверь, все случившееся во дворце — лишь трагическая случайность. Она произошла из-за меня, но не по моему злому умыслу.
Я никогда не хотел как-либо навредить тебе, твоему отцу или хоть кому-то еще в княжестве. Последнее, чего я желал бы, — это чтобы из-за меня в твоей жизни произошли неприятности.
Прости, если из-за всех этих событий у вас начались проблемы. И передай, пожалуйста, мои слова своему отцу.
Мне очень жаль. Если бы я был в силах что-то изменить — сделал бы это. Но сейчас это невозможно.
С любовью, Р.»
— Надеюсь, это хоть как-то поможет… — пробормотал я, аккуратно сворачивая письма в трубочки. — В любом случае меня хотя бы не будут считать конченой сволочью. Надеюсь.
Про то, что в планах было еще и письмо с предупреждением для жрецов Огненного бога, я благополучно забыл. После встречи с крокодилом вообще многое из головы вылетело. Зато заново появилось угасшее было осознание того, что жизнь может прерваться в любой момент и некоторые вещи откладывать на потом не стоит.
Заходить в логово стражников было немного страшновато.
Конечно, если судить по встреченному мной часовому, до меня здесь действительно никому нет дела. А это значит, что, скорее всего, сообщения удастся отправить без каких-либо проблем.
Тем не менее риск все равно остается, причем существенный.
— Это надо сделать именно сейчас, — в очередной раз произнес я, убеждая себя в необходимости задуманного.
Слишком уж гадостно каждый раз становилось на душе при мыслях о княжестве и людях, оставшихся там.
В местном гарнизоне моему появлению никто особо не обрадовался. Дородный стражник выслушал цель визита, смерил странного посетителя недоверчивым взглядом, но дорогу все же показал.
— За второй казармой их конура. Мастера Фондара спросишь.
Небольшой домик, служащий стражникам пунктом связи, жутко вонял дерьмом, а еще был наполнен злобным шипением переругивающихся между собой тварей.
— Как будто опять на Мертвом плато оказался…
Дверь в этот гадючник была приоткрыта и я, на мгновение задержавшись перед входом, все же шагнул внутрь.
— Чего надо? — Из темноты между здоровенными клетками тут же появился тощий человек в серой накидке. Наверное, тот самый мастер Фондар.
— Э… мне бы письма отправить, — робко сообщил я.
— Письма? Письма — это хорошо, — мигом подобрел специалист по местным рептилиям. — Цены знаете?
— Нет.
— Куда отправлять будем?
— В Срединное княжество, в Душу Гор.
Мастер явно удивился. Посмотрел удивленными глазами, словно пытаясь понять, какая связь может быть между мной и княжеством, поскреб затылок.
— Письмо к аристократам будет стоить золотой и семьдесят серебряных, — наконец произнес он.
Я грустно вздохнул и протянул два свитка:
— Два письма.
Думаю, эти слова вызвали нешуточное уважение собеседника. Во всяком случае, передо мной практически сразу же появились тонкие кожаные футляры, промазанные по швам смолой, а затем еще и какие-то странные бумажные трубочки.
— В них прячем ваше письмо, запечатываем. Сверху пишем, кому предназначено, — пояснил Фондар. — Вот в эти уже потом засовываем. Они непромокаемые, надежные.
Я послушно подписал бумажные трубочки, поместил в них письма, а потом проследил за тем, как специалист заливает их белой смолой и делает оттиск маленькой печати.
— Готово. С вас три сорок.
Благо мелочь у меня еще была.
— Теперь не мешайте.
Мастер развернулся к клеткам, еще раз почесал затылок и, сделав выбор, вытащил наружу ближайшую ящерицу. Та, кстати, вела себя на удивление смирно. А с первого взгляда — обычная тупая тварь…
Словно почувствовав мои мысли, рептилия повернулась ко мне, оскалилась и злобно зашипела.
— Прекратите про нее думать! — гневно произнес Фондар. — Или выйдите на улицу.
Точно, чувствует. Ничего себе.
Проигнорировав слова мастера, я задумался о том, почему у нас на полуострове таких созданий и в помине нет. Я ведь о них даже от Ольда не слышал… Странно.
Специалист тем временем ловко нацепил на ящерицу хитрую сбрую, просунул туда один из футляров и затянул какой-то ремешок, вызвав легкое негодующее шипение своей подопечной. Затем на десяток секунд прижался лбом к голове рептилии и опустил ее на пол.
Чешуйчатая зверюшка, получив свободу, важно прошла мимо меня, выбралась за порог, а потом, забавно подпрыгнув, взмахнула крыльями. И практически мгновенно исчезла в вечернем сумраке.
Когда я повернулся обратно, вторая ящерица была уже извлечена из своей клетки.
— Ну вот и все, — сообщил мне Фондар, когда она тоже скрылась в темном небе. — Через пару дней ваши письма будут на месте. Первый раз, кстати, отсюда к срединникам послания кто-то делает. Вы, случаем, для них не шпионите?
— Нет, одно деликатное поручение выполняю… — буркнул я. — Спасибо вам большое.
— И вам, и вам… — задумчиво произнес мастер.
Чувствовалось, что моим словам он не очень-то поверил.
Проклятье. Отправить письма у меня получилось без проблем, но вот потом…
Сначала Фондар будет думать про шпионов, но быстро выкинет эту глупость из головы. Затем примется размышлять про любые возможные связи странного парня с далеким княжеством. А следом либо успокоится, либо вспомнит, что не так давно ему присылали сообщение про некоего мага, которого ищет князь.
В то, что такого сообщения могло и не быть, я верил слабо. Думаю, сейчас уже по всей Империи такие вот мастера в курсе того, что случилось у срединников и в Валеске.
Хорошо еще, что прозрение не настигло этого сморчка прямо в процессе отправки писем.
— Твою же мать…
Я остановился на полпути к постоялому двору и, вспомнив, где видел продуктовую лавку, быстрым шагом отправился туда.
Пришлось как следует постучать в дверь, а потом еще и выслушать порцию ругательств, но затем хозяин все же сменил гнев на милость и продал мне вяленую рыбу, копченое крокодилье мясо и хлеб с солью, полностью забив всем этим подставленный рюкзак.
Поблагодарив все еще немного ворчавшего лавочника, я как можно быстрее двинулся на юг, к уже знакомой мне дороге.
На душе было мерзкое предчувствие того, что спокойная и беззаботная жизнь опять стремительно подходит к концу.
Выбраться из города не составило никаких проблем. Очередной скучающий воин даже не удостоил меня взглядом, продолжая вдумчиво рассматривать звездное небо у себя над головой. Подумаешь, какой-то путник отправился месить ногами пыль. Делов-то.
Мне подобное отношение было только на руку.
Дождавшись, когда сторожевой пост скроется за деревьями, я заметно прибавил шаг. Потом перешел на бег, но практически сразу же вернулся обратно к ходьбе. Она все-таки гораздо меньше выматывает, да и носиться под луной подобно молодому оленю мне никогда особо не нравилось.
Ночная дорога, ведущая сквозь темный лес, выглядела довольно мрачно. Неподалеку зловеще покрикивала какая-то птица, откуда-то из-за деревьев доносились неясные шорохи, писки… Но прямо сейчас меня больше всего волновало, не послышатся ли за спиной звуки погони. Каждые несколько минут я останавливался, сжимал висящую на поясе пластину артефакта, замирал, превращаясь в слух…
Голоса ночного леса каждый раз исправно усиливались, заполняли собой весь мир, звонким набатом отдавались в ушах… Но ничего действительно тревожного заметить пока что не удавалось.
— Вдруг не додумался тощий, забыл…
Хорошо, если так. Можно сказать, это стало бы идеальным вариантом. Но полагаться на такое везение нельзя, так что надо двигаться вперед и только вперед.
Я ушел от города уже миль на шесть-семь, когда до моих ушей все-таки донесся слабый собачий лай. Азартный и нетерпеливый.
Он раздавался где-то очень далеко, услышать его можно было только с помощью артефакта, но это уже не играло особенной роли. За мной все-таки снарядили погоню. И конечно же взяли с собой ищеек. Как без них обойтись, если действительно хочешь поймать беглеца в этих зарослях…
— Мерзкие твари.
Сначала я дернулся было в сторону леса. Затем остановился. Прятаться там — не выход, все равно собаки обнаружат. Можно было бы скрыться по воде, но в ней обитают гады пострашнее стражников и каких-то там брехливых шавок.
Ситуация до боли напомнила ту, в которой я оказался, когда убегал из Хрустального. Как и в тот раз, сейчас преследователи имели все возможности для того, чтобы выследить и догнать меня — если, конечно, не произойдет какая-нибудь счастливая случайность.
Вот только эти края, в отличие от родных, мне совсем не знакомы. И никаких таинственных развалин рядом точно нет. А что еще могло бы помочь скрыться — неизвестно.
Оставалось только готовиться к схватке. Драться, похоже, придется все равно, так лучше сделать это на своих условиях.
Я печально вздохнул. Воевать мне не хотелось. Совсем.
— Но блохастых прикончить в любом случае надо.
По-хорошему, ими бы и ограничиться. Убить собак, затем напугать стражников и скрыться в лесу. Вот только как все это сделать?
Немного побродив по дороге и оставив на ней как можно больше следов, я двинулся обратно по направлению к городу. Прошел шагов тридцать, покрутил головой, отслеживая движение воздуха, а затем одним огромным прыжком перемахнул на обочину — ту, что с подветренной стороны. Отошел еще на несколько шагов в глубь леса, выбрав местечко, где ветки и стволы не совсем перекрывали мне вид на слегка освещенную лунным светом ночную дорогу.
В теории, нехитрая уловка должна была дать мне чуть-чуть времени после встречи с преследователями. А дальше… Дальше все будет только в моих руках.
Оставалось лишь дождаться противников. И до отказа закачать энергию в «запруду».
Вид появившейся минут через десять погони заставил меня нервно облизать губы и размять пальцы, сжимающие жезл. Вслед за мной отправился целый десяток конных воинов. Очень много для одного недоучившегося мага. Слишком много.
А собаки… Четыре огромные лохматые твари, рвущиеся с длинных поводков в желании поскорее догнать беглеца, наброситься, вонзить клыки…
Я осторожно вытер о куртку неожиданно вспотевшие ладони, а потом снова вцепился в артефакт. Бежать уже точно было поздно.
Преследователи одной сосредоточенной толпой пронеслись мимо меня, достигли места, где я недавно топтался, проехали дальше… И резко сбавили ход, внимательно осматриваясь и тыкая в разные стороны факелами. Собаки, потеряв след, немного растерянно покрутились по дороге, а затем потащили хозяев назад.
Пора. Выставив вперед жезл, я прицелился в ближайшего зверя, приготовился выпустить заряд… Но в последнее мгновение передумал. Да, древнее устройство забирает меньше сил, чем моя собственная магия, но прямо здесь и прямо сейчас не повредит немного эффектности.
Пусть боятся.
С вытянутой руки один за другим слетели три невидимых сгустка энергии, а я чуть пошатнулся и вцепился в ближайшую ветку.
Первое заклинание сработало просто идеально, попав в загривок сосредоточенно нюхающей землю собаки. Короткий недоуменный визг, расплескавшееся в стороны пламя — и все. Одной ищейкой стало меньше.
К моей несказанной досаде, вторая псина, испугавшаяся неожиданно появившегося рядом огня, дернулась в сторону, и следующее заклинание всего-то спалило ей кусок шкуры на задней лапе. Третий сгусток энергии, пролетев между дергающимися в разные стороны собаками, попал под копыта одной из лошадей.
Паническое ржание, недоуменные крики стражников, дикий визг пострадавшей собаки… А потом кто-то из воинов догадался, где я нахожусь. Ну или просто угадал направление. В любом случае факел, запущенный его рукой, упал на обочину буквально в нескольких шагах от меня.
Две ищейки, оставшиеся невредимыми и сейчас спущенные с поводков, огромными тенями метнулись вперед.
Я успел только испугаться, вытянуть вперед жезл и нажать на пластину.
Одна из собак запнулась на полном ходу, бесформенной грудой свалившись на землю. Вторая, не обратив на это внимания, ворвалась в темные заросли и прыгнула вперед, наконец-то обнаружив перед собой ненавистного врага.
Мне удалось лишь изо всех сил отпрыгнуть назад, подальше от дороги. И подставить под укус левую руку. В следующую секунду на предплечье словно сомкнулся огромный капкан, а удар тяжелого тела сбил меня с ног. Выбитый из ладони жезл полетел куда-то в сторону.
Пришла боль.
Собака не выдумывала ничего сложного. Просто вцепилась в конечность, сжала зубы — и среди ночных зарослей послышался отчетливый хруст костей. А из моего горла сам собой вырвался вопль.
Я не думал об оставшихся на дороге стражниках, не вспоминал про жезл, меч, магию. Я просто пытался как-то вырвать свою руку из страшных челюстей и лупил, лупил, лупил по большой мохнатой голове кулаком. Безуспешно. Тварь лишь тихо ворчала и все сильнее сжимала зубы, заставляя меня извиваться от боли и орать.
Затем в голове все же немного прояснилось. Наверное, тело само как-то отреагировало на ситуацию, слегка ослабив ощущения.
Стиснув зубы, я приложил ладонь к голове животного и сотворил заклинание.
Дохнуло жаром. На мгновение вспыхнуло пламя, по траве побежали огоньки, потянуло дымом. Капкан, держащий мою руку, разжался.
В следующий миг тело собаки вздрогнуло от попавшего в него арбалетного болта. Еще один свистнул рядом с моей головой.
Стражники были уже совсем близко. Стояли на дороге буквально в десяти шагах от меня, водили туда-сюда факелами и целились в темные заросли из арбалетов. Похоже, наступившая тишина вкупе с непонятной вспышкой огня слегка действовала им на нервы.
— Что встали? — грозно прорычал на остальных самый большой и внушительный воин, чья фигура была мне неплохо видна сквозь окружающие ветки и траву. — Идите и возьмите этого урода!
Я осторожно приподнял здоровую руку, сконцентрировался, пытаясь отрешиться от боли и слабости…
На груди раздающего команды человека вспыхнуло огненное пятно. Затем он принялся медленно заваливаться в сторону, а мои глаза заволокла темнота.
Слышались какие-то крики, щелчки, свист… Валяющаяся на мне собачья туша несколько раз шевельнулась от попаданий. Правое бедро обожгло новой болью. Затем все опять успокоилось.
Восприятие постепенно возвращалось. Снова появилось зрение.
Стражники стояли чуть далее, чем раньше, и выглядели заметно более испуганными. Насколько я вообще мог что-то заметить в своем состоянии.
— Он там жив, как думаете? — донесся до меня нервный голос.
— Тихо!
Воины о чем-то тихо совещались, но их голосов я больше не слышал. Было слишком далеко, а лишних сил на использование пластинки у меня не было. И вообще, мне бы сейчас хоть как-то собрать энергию для дальнейшей схватки. И при этом не сдохнуть от быстро возвращающейся боли, все сильнее и сильнее вгрызающейся в тело.
Люди на дороге продолжали колебаться. Их было много, они были вооружены и сильны. Но вокруг клубилась ночь, а в чаще темного леса прятался страшный и непонятный маг, только что убивший их командира и, возможно, готовящийся убить остальных.
Неожиданно печально взвизгнула раненная мной собака. Или повернулась как-то неудачно, или готовилась наконец-то сдохнуть…
Я моргнул, стараясь удержать перед глазами расплывающуюся картину окружающего мира.
Энергия медленно заполняла тело. В принципе сейчас можно было бы создать еще одно заклинание, но у меня в душе поселилась надежда на то, что растерянные стражники все же просто уйдут. Главное — не мешать им принять правильное решение.
Увы, расчет не оправдался. Несколько воинов, похоже, действительно были готовы немедленно убраться из опасного места, но нашлись среди них и смелые люди. Разговор перешел на повышенные тона, а затем сразу три человека, выставив перед собой арбалеты, двинулись в мою сторону.
Не став ждать, пока они вломятся в заросли, я пустил навстречу среднему свое огненное копье.
В этот раз все пошло не так, как раньше. Заклинание ударило в арбалет. Расплескалось, плавя металл, сжигая деревянные части… И руки держащего его человека. Затем огненный поток рванулся дальше, ударил в нагрудник, разошелся по сторонам и погас.
Над ночным лесом разнесся страшный крик. Обгоревший стражник выронил оружие и упал следом за ним на дорогу, катаясь в пыли и вопя от боли. Его товарищи, от неожиданности разрядившие арбалеты куда-то в пустоту, отскочили в стороны.
И опять все замерло. Прекратив кричать, громко хрипел раненый воин. Печально скулила где-то недобитая собака. Тревожно фыркали оставленные в стороне кони. Стояли на дороге растерянные люди. Неподалеку от них, среди деревьев, валялся израненный волшебник, пытающийся как-то справиться с болью и слабостью.
— Маг! Мы уходим! — неожиданно раздался крик с дороги. — Забираем своих и уходим! Понятно?
Мне хватило ума не говорить ничего в ответ. Зачем провоцировать врагов своим дрожащим голосом? Да и выдавать местоположение нельзя.
Спустя минуту, когда стало ясно, что отвечать им никто не собирается, стражники осторожно подобрались к лежащим на дороге товарищам, оттащили их к лошадям и кое-как закрепили на седлах. Пострадавшим было уже все равно — один убит, а второй потерял-таки сознание. На свое счастье.
Пристроив на одном из коней еще и выжившую собаку, мои недавние преследователи торопливо покинули место произошедшей схватки.
Я позволил себе расслабиться и тут же пожалел об этом. Нога, пробитая болтом, заболела с новой силой. В руке, до сих пор лежащей между собачьих зубов, словно развели костер. Слабость буквально растеклась по каждому уголку тела.
Пришлось напрячь всю волю и заняться лечением, попутно пытаясь понять, сколько еще у меня есть времени.
Стражники не будут двигаться слишком быстро, опасаясь потревожить раненого товарища. Значит, пройдет где-то час до того момента, когда они вернутся в город. Еще час уйдет на крики, объяснения, поиск лекарей и собак. Еще через полчаса новая погоня может оказаться здесь.
— Два с половиной часа… — пробормотал я, продолжая усиленно гнать в тело энергию.
Получалось плохо.
Где-то через час я все же скинул с себя успевшую закоченеть псину и кое-как поднялся на ноги. Левая рука опухла и висела бесполезной тряпкой. В бедре, судя по ощущениям, прочно обосновался какой-то пылающий жаром стержень, заставляющий меня скрипеть зубами от боли. Впрочем, можно сказать, что в кои-то годы мне действительно повезло — тяжелая и короткая железка, выпущенная из арбалета, хоть и пробила ногу насквозь, но при этом каким-то чудом не задела кость и не перебила важные сосуды.
Пора уже менять прозвище. Не Рико Пепельный, а Рико Счастливчик. Однозначно…
Постояв немного на одном месте, я неловко опустился обратно на землю и, пошарив вокруг здоровой рукой, нащупал валяющийся неподалеку жезл. Затем попытался понять, все ли остальные вещи находятся на месте. Вроде бы все…
Попытка сделать несколько шагов к дороге вызвала у меня невольный стон. Нога отказывалась слушаться и доставляла дикие страдания, стоило только перенести на нее вес.
Пришлось вытащить меч и, с трудом удерживая равновесие, срубить росшее рядом маленькое деревце. Затем потратить десяток минут на возню с ним и проклятия в адрес окружающей темноты.
В итоге получилось нечто вроде уродливого костыля, на который хоть и с трудом, но можно было опираться.
Я двинулся вперед, на каждом шаге с трудом выдергивая из земли деревяшку и думая о том, что по таким следам меня найдут не то что собаки, но и любой деревенский мальчишка. Да и вообще кто угодно.
Идти дальше по натоптанному и всем известному пути было глупо. Сколько бы я по нему ни прошел, всадники догонят меня без труда. Значит, лес. В сторону реки двигаться опять же глупо. Перебраться через нее у меня сейчас не получится, а мост, про который говорил рыбак, наверняка охраняется.
Ковыляя через дорогу, я пытался вспомнить до сих пор неплохо помогавший мне атлас. Да, с расстояниями в нем, как оказывается, были серьезные проблемы, но в целом-то картину он показывал более-менее реальную…
Воспоминания говорили о том, что впереди меня находятся дикие леса, перемежающиеся болотами и редкими небольшими городами, связанными между собой тонкими ниточками дорог.
Юг континента никогда не был особо заселенным — слишком здесь тепло и влажно, слишком быстро и густо растет зелень. А для возделывания полей и выращивания скотины существуют громадные просторы немного севернее. Собственно, начинаются они где-то возле Валески и уходят до самых Срединных гор. Так что любой ценой лезть в сторону моря имперцам смысла действительно нет.
Впрочем, здесь все равно есть люди. Те самые лесные города служат домом для многочисленных охотников, дровосеков, собирателей редких растений. А на побережье располагается довольно много поселений, живущих морем и торговлей.
Но в целом края передо мной довольно безлюдные. Затеряться в них довольно легко — главное, не выбираться к городам и не уходить из полосы густых лесов.
Я вошел в чащу по другую сторону дороги и поплелся вперед сквозь заросли, скрипя зубами каждый раз, когда шальная ветка задевала висящую плетью руку.
— Как мне все это надоело…
Спустя пару часов медленного движения мне пришлось устроить остановку. Лечиться на ходу получалось плохо, раны болели все сильнее, а тело уже начал окутывать лихорадочный жар. Преследователи же, если они действительно существуют, сейчас должны оказаться на месте схватки. И добираться оттуда до меня им не так уж и долго.
Надо как-то подготовиться, привести себя в порядок.
Я кинул на землю рюкзак, с трудом устроился на нем, прислонившись спиной к дереву и вытянув вперед пострадавшую ногу. Посидел немного, закрыв глаза и просто отдыхая. Затем принялся рассматривать магическим взглядом пострадавшее предплечье.
Осматривал долго, но так толком ничего не понял. Какие-то завихрения, контуры… которые мне совершенно ни о чем не говорили.
Похожая ситуация была и с ногой. Ольд, конечно, рассказывал нам с Айвеном про устройство человеческого тела, но он и сам не был в этом слишком уж большим специалистом и учеников чему-то особенному не научил. До настоящих целителей мне далеко, а жив я до сих пор только потому, что магия лечит меня практически сама.
Что там Эйя говорил?..
— Верю в то, что смогу вылечиться, — без особого убеждения пробормотал я, прекращая себя рассматривать и начиная гонять по телу энергию.
Минуту за минутой. Час за часом…
Довольно скоро из моей головы вылетели все мысли о возможной погоне, собаках, ранах… Да и вообще обо всем. Я просто бездумно прокачивал силу сквозь свой организм, постепенно перейдя в некое полусонное состояние. Помнится, в библиотеке Ольда была книга про медитацию — и там описывалось нечто подобное.
Ну пусть будет медитация, мне все равно.
До утра никакие враги так и не пришли по мою душу. Не знаю, то ли рассказы вернувшихся стражников оказались настолько страшными, то ли я умудрился прикончить действительно большого командира, который обычно принимал решения в подобных ситуациях. То ли у них просто больше не нашлось собак… Всякое могло быть.
Ближе к рассвету меня окончательно сморил сон. Тяжелый, крепкий… Наверное, если бы в это время какой-нибудь враг действительно пришел по мою душу, то мне не удалось бы даже свою смерть почувствовать.
Но ничего страшного все-таки не случилось.
Разбудило меня какое-то насекомое, забравшееся за воротник куртки и впившееся в шею. Я проснулся с испуганным воплем, дернулся, неловко оперся на сломанную руку, взвыл от боли…
Разобраться в происходящем удалось только спустя минуту, когда кусачая тварь уже куда-то благополучно удрала.
Вокруг было позднее утро. Теплое, пахнущее цветами и лесными растениями, радующее глаз игрой солнечных зайчиков, пробирающихся сквозь кроны деревьев…
Впрочем, меня это все особо не впечатлило. Не тот день.
С трудом вытащив из-под себя рюкзак, я достал оттуда хлеб, кусок крокодильего хвоста и принялся завтракать. Ночные старания все же не пропали даром — жар ушел, а раненые конечности болели значительно меньше. Правда, до полного излечения явно было еще очень далеко.
— Всю одежду испоганили, уроды, — пробормотал я, пережевывая слегка подсохший хлеб и рассматривая дырку на штанине.
— Не сказал бы, что это сейчас самая большая из твоих проблем, — раздался рядом язвительный голос, и из-за ближайшего дерева появился Эйя.
— Чтоб тебя!.. — От неожиданности я подавился и натужно закашлялся.
Демон любовался моими страданиями с зубастой улыбкой. Сволочь.
— Зачем объявился? — Прийти в себя мне удалось с превеликим трудом, а настроение тут же скатилось в канаву. — Позлорадствовать, что ли?
— Не без этого, — самодовольно согласился Эйя, отращивая внушительные когти и перебирая ими в воздухе. — Но вообще я здесь по другому поводу.
— И по какому именно?
— Ты же в курсе, маг, что я всегда чрезвычайно уважаю условия договора со своими партнерами?
— Помню, да, ты говорил, — согласился я, пытаясь вспомнить, не нарушил ли какую-нибудь договоренность. Вроде бы нет.
— Ну так вот… Сегодня мне довелось оказаться в весьма сложной ситуации… Меня позвал наш с тобой общий знакомый, лорд Алис… Угадай, что он захотел?
— Думаю, это угадать нетрудно… — пробормотал я, пытаясь вспомнить, куда засунул подаренную Невестой пуговицу, — убить меня хочет?
— Верно, — лучезарно улыбнулся демон. — Весьма кровожадный старик, я бы сказал.
Чего-то подобного можно было ожидать. Поэтому не сказать чтобы слова демона удивили меня сверх меры. Где эта проклятая застежка?
— У нас был договор, что ты меня не трогаешь.
— Верно, верно… Знаешь, маг, это прямо-таки не дает мне покоя. Мы тогда договорились, что я не трогаю тебя без причины. И вот прямо сейчас я пытаюсь понять, стоит ли считать просьбу этого лорда причиной?
— Не стоит, — убежденно заявил я, отложив в сторону крокодилий хвост и копаясь в карманах. — У тебя, случайно, соли нет?
— Нет. Ты не о том думаешь, маг. Есть ли у тебя какие-нибудь предложения, которые позволят мне отвергнуть требования этого мерзкого старикашки?
Я на некоторое время задумался, аккуратно сжимая в пальцах найденную и незаметно вытащенную пуговицу. Гнусный демон явно хочет, чтобы я опять ввязался в какой-нибудь договор и трудился на него вообще до скончания века.
Неприятная перспектива.
— Не знаю даже, что окажется тебе интересным.
Краешек пуговицы впился в ладонь. Заточить его в будущем надо, что ли… Если, конечно, у меня окажется это самое будущее.
Страха не было. Последний год жизни был слишком насыщенным для того, чтобы я трясся по каждому поводу. Хотя демон — это ведь даже не свора собак, это серьезно…
— Точно? — В голосе Эйя послышались недовольные нотки. — Как насчет души?
— Обойдешься… — Я поморщился, чувствуя, как металлическая закорючка все же протыкает кожу и добирается до моей крови.
Демон посмотрел на меня долгим и внимательным взглядом. Затем печально вздохнул.
— Жаль, маг, жаль… Наше партнерство было полезным для нас обоих. Но судьба складывается таким образом, что ему явно приходит конец.
— Исса-Ха, приди, пожалуйста.
— Ты о чем, маг? Какая…
Демон замер и осторожно оскалился, водя по мне внимательным взглядом. Остановил его на кулаке, в котором сейчас была зажата та самая пуговица.
— Ты…
Невеста появилась буквально из воздуха. Легкая вуаль тьмы, дрожь пространства — и хорошенькая девушка в белом коротком платье оказалась рядом со мной.
Эйя оскалился еще сильнее, но ничего не сказал.
— Что здесь происходит? — сердитым тоном произнесла гостья, оглядываясь по сторонам и не обращая на него никакого внимания.
— Он меня прикончить собирается, — устало сообщил я. — Говорит, заказ получил.
— Да ты что?.. — протянула Невеста, поворачиваясь к своему собрату и рассматривая его, словно какое-то отвратительное насекомое. — Вы же с ним друзья.
— Жадная сволочь он и предатель, а не друг.
На некоторое время повисла тишина. Затем девушка соизволила заговорить с Эйя. Почему-то перейдя при этом на саккский язык.
— Слушай сюда, ничтожество. Этот маг мне нужен и важен. Лично мне. Если ты прямо сейчас не снимешь с него свою печать и не забудешь о его существовании навсегда, то я уничтожу твою силу, и ты сгинешь в вечности, оставшись лишь тенью тени самого себя. Все понятно?
Клыки и когти моего давнего знакомца на мгновение приобрели просто немыслимые размеры… А затем уменьшились до обычных человеческих.
Демон с неожиданно доброй и приятной улыбкой уставился на меня.
— Друг мой Рико! — произнес он радостным тоном. — Мне тут неожиданно пришло в голову, что мы ведь уже действительно выполнили все взаимные обязательства и теперь можем окончательно забыть про существование друг друга! В знак этого я даже уберу печать клятвы!
Я невольно содрогнулся, нутром ощущая всю глубину злобы, прячущейся под фальшивой улыбкой. Но сложный энергетический контур, давно и надежно прописавшийся в моем теле, действительно исчез, повинуясь небрежному жесту Эйя.
Мне показалось, что с сердца свалилась огромная тяжесть. Иллюзия, конечно, но…
— Прощай, мой друг! — Глаза демона полыхнули жгучей ненавистью.
Затем он сделал шаг назад и исчез, растворившись в сгустившихся на мгновение тенях.
Невеста повернулась ко мне. Молча окинула взглядом раны и неожиданно хмыкнула:
— Хорошо, что ты не зовешь меня по пустякам, с которыми можешь справиться самостоятельно, маг. Ты достаточно умен, это радует.
— Если честно, то я просто забыл про тебя в тот момент.
Девушка еще раз хмыкнула и слегка наклонила голову, рассматривая лежащий рядом со мной меч.
— Я бы на твоем месте выкинула эту железку. Ничего хорошего в ней нет.
— А чем сражаться тогда? Он слишком ценен, чтобы его так просто выбрасывать. Может, ты мне дашь что-нибудь похожее?
— Не дам, — огрызнулась Невеста. — Если так хочешь рискнуть, то оставляй. Но я предупреждала.
— Да ладно, — я вяло махнул рукой. — Разберусь как-нибудь. Лучше скажи, что там в Валеске?
— В Валеске… В Валеске сейчас жарко, — мечтательно произнесла собеседница.
После чего просто пропала из виду, даже не попрощавшись.
Я пожал плечами, скривился от боли и снова потянулся за крокодильим хвостом. Нужно было поскорее восстанавливать силы.
Пока продолжался прерванный завтрак, думать о произошедшем не хотелось — мысли больше занимало отсутствие воды и постепенно усиливающаяся жажда. Зато сразу после трапезы душу начала беззастенчиво теребить совесть.
На удивление, меня не особо тронула история с Эйя и Каменным лордом. В конце концов, от них обоих можно было ждать именно чего-то подобного. То, что демон убрал контур клятвы из моего тела, радовало. Но я бы все равно рано или поздно раздал его печати и выполнил договор, так что ничего такого, из-за чего стоило бы прыгать от счастья, не произошло.
А вот интонация, с которой Невеста говорила о столице Империи, мне почему-то очень и очень запомнилась.
Это ведь именно я устроил демона в подземельях Валески. Хорошо так устроил, надежно. И вряд ли кто-то теперь сможет найти там его печать.
А это в свою очередь означает полную безнаказанность потустороннего существа.
— Туда теперь никто и зайти-то не сможет, наверное. Не то что рисунок разрушить.
Настроение продолжало портиться. Я всеми силами доказывал сам себе, что происходящее в Валеске — это совершенно не моя проблема, но получалось жалко и неубедительно. И совесть, недавно уже заставившая меня отправить письма в Срединное княжество, продолжала твердить о том, что необходимо срочно помочь невинным людям.
— …которые недавно стерегли меня, словно оленя, желая получить награду.
Уговорить себя все равно не получалось. Разум отказывался верить в то, что все жители Валески — прожженные мерзавцы. Наверняка ведь это не так.
— В любом случае защищать народ от всяких потусторонних сил должны жрецы. А там и храм есть…
Произнеся эти слова, я на некоторое время всерьез задумался. Храм Огненного бога в столице действительно есть. Но жрецам сейчас, скорее всего, не до поисков демона. Да и не знают они пока что про него, наверное. Других дел полно — божество проснулось, люди толпами идут в храм, нужно проводить обряды, служения… или что они там еще делают.
Тем не менее Невеста в ближайшем будущем наверняка разгуляется не на шутку. И к тому времени стоит все же сообщить братьям об истинных причинах происходящего. Кому, как не им?
— Значит, все же еще одно письмо, — подытожил я свои мысли, запаковывая рюкзак. — Надо было не дурью маяться, а сразу отправлять.
В моем голосе слышалось легкое раздражение. За прошлые сообщения и так пришлось заплатить дорогую цену — в виде погони, ран, необходимости тащиться куда-то сквозь густую чащу. Не говоря уже о деньгах. А теперь, получается, нужно все это повторить. Ради душевного спокойствия.
Тьфу.
Осторожно приподнявшись, я кое-как нацепил снаряжение, оперся на палку и, примерно сориентировавшись по солнцу, медленно двинулся на восток.
Новый план действий постепенно вырисовывался.
Мне все равно требовалось вернуться к Эстерси. Если уж кто-то и способен помочь избавиться от преследующих меня проблем, то это как раз она. А иначе придется до конца жизни скрываться в каких-нибудь глухих углах вроде этого леса…
Я неосторожно отмахнулся левой рукой от какой-то жужжащей твари и тут же зашипел от боли. На лбу выступил холодный пот — мои повреждения ощущались уже совсем не так, как сразу после стычки, но все же ощущались. Чувствовать же, как смещаются внутри руки переломанные кости… Бррр.
Немного придя в себя, я опять пошел вперед.
Значит, Пустошь. Но добираться до нее придется кружным путем. Сначала выйду на территорию Сакка, попаду к морю. По пути отправлю письмо в храм. А затем найму какой-нибудь кораблик и через несколько недель, спокойно обогнув Империю, окажусь дома.
Главное — сделать все быстро… И чтобы нанятая команда не прикончила меня во время плавания, прельстившись неземными сокровищами, скрытыми в потертом рюкзаке.
За этот день мне удалось пройти мили две. Я старался, делал над собой усилия, ковылял, проклиная застревающий в земле костыль и отказывающуюся работать ногу… Но в итоге, дойдя до маленькой прогалины на берегу небольшого ручейка, все же сдался. Организму требовалось лечение, для дальнейшего передвижения нужны были здоровые конечности. А убежать от погони такими темпами все равно не получится.
Обустройство крохотного лагеря заняло часа два. Пришлось потратить последние остатки сил, но в итоге за это время удалось сделать только более-менее мягкое ложе. Впрочем, вода была совсем рядом, еды должно было хватить еще чуть ли не на неделю — что еще требуется для счастья?
Оказалось — хотя бы небольшого навеса.
Дождь упал на лес с наступлением вечера — как раз когда я, устав от бесконечной прокачки энергии через организм, погрузился в приятную дремоту.
Сначала раздался шелест. Умиротворяющий, всеобъемлющий, навевающий сон. Затем первые крупные капли начали просачиваться сквозь кроны деревьев и падать вниз.
Через пять минут вокруг шел уже настоящий ливень.
Мне, окончательно проснувшемуся и кутающемуся в довольно короткую куртку, оставалось только терпеть.
Минуты шли, а дождь только усиливался. Природа словно решила показать мне всю прелесть дикарского образа жизни и старалась вовсю. Вода, гуляющий среди деревьев ветер, темнота…
Где-то вверху полыхнула молния, на крошечный миг разогнав мглу и оглушив меня громом.
Страшновато. Вроде бы уже давно привык и к одиночеству, и к непогоде, но такие вот минуты все равно заставляют слегка нервничать. Чувствуешь себя каким-то особенно одиноким и беззащитным, представляешь вокруг хищных зверей, кровожадных врагов…
Поежившись, я перешел на магическое зрение и внимательно осмотрел окрестности. Ничего. Лишь обычный серебристый туман, лениво текущий куда-то вдаль.
Стало только страшнее.
Пальцы сами собой сжали металлическую пластинку на поясе. Плеск дождя приблизился, заполнил весь мир… А затем по ушам ударил новый раскат грома, многократно усиленный артефактом.
В голове словно что-то взорвалось. И чувства на мгновение смешались. Горечь, жжение, аромат цветущей джуги, чей-то пронзительный писк, ярко-зеленый цвет, еще какие-то воспоминания и ощущения…
Благо весь этот хаос довольно быстро отступил, хоть и оставив после себя сильную головную боль.
— Осторожнее надо быть…
Снова воспользоваться подарком аристократа я решился только спустя пару часов, когда гроза сдвинулась куда-то в сторону, а дождь уже практически закончился.
Ничего. Лишь звуки ночного леса, шелест капель да возня какой-то мелкой живности.
Потихоньку гоняя энергию по телу и время от времени слушая лесные шорохи, я уже начал было согреваться и клевать носом, когда задействованный в очередной раз артефакт помог мне услышать нечто новое.
Сначала все было тихо и спокойно. А затем сквозь шум падающих с листьев капель неожиданно пробился тихий спокойный голос:
— …до утра. Слишком темно. На рассвете продолжим.
Я замер, продолжая сжимать в руке заветную пластину. И был вознагражден — до меня донесся ответ:
— Согласен. Думаю, он рядом. Жаль, что дождь помешал.
Холод и слякоть были забыты в один момент.
Погоня, про которую я перестал и думать, оказывается, все же была. И в этот раз за мной явно отправились не стражники, а кто-то другой. Охотники или следопыты… Интересно, сколько их там всего?
Несколько минут усиленного изучения звуков ночного леса ничего не прояснили, лишь добавив мне головной боли. Разговаривать преследователи больше не пытались, а уловить их дыхание я так и не смог — слишком далеко они находились.
Делать-то что?
Первым делом мне захотелось как можно скорее убраться из этого места. Мысль была очевидно глупой, и я от нее отказался практически сразу же. Найдут.
Затем появилось желание первым отыскать недругов и прикончить их прямо во время привала. Увы, но сейчас эта затея тоже не сулила мне ничего хорошего. Для таких дел сначала вылечиться надо.
Оставалось только встречать врагов здесь, на месте. И опять ввязываться в бой.
Подкравшийся рассвет застал меня уже полностью подготовившимся к встрече гостей.
Рюкзак был спрятан в ближайших зарослях. Возле подстилки, на которой мне довелось коротать ночь, валялись бумажки с печатями Эйя. Сам же я, дрожа от холода, прятался совсем рядом, на другой стороне ручья. И слушал, как осторожно приближаются идущие по моим следам охотники.
План был чрезвычайно прост. Враги должны были подойти к моей лежке и подставиться под заклинания. Вот и все. Но для этой простоты мне пришлось еще в темноте раскидать рядом со своей постелью приманку в виде изрисованных листков, а самому оставить ложные следы, создав полную иллюзию того, что беглый волшебник только что покинул свое временное укрытие.
Я добросовестно отошел шагов на тридцать от места ночевки, залез в ручей, окончательно промочив при этом ноги, затем проковылял еще шагов пятьдесят по его дну. Выбрался на противоположный берег, двинулся назад, сделав таким образом серьезную петлю из следов и уйдя значительно дальше места будущей засады. Опять залез в ручей, пройдя по нему обратно.
Выбрался на берег, притаился.
И ждал еще больше часа, постепенно замерзая и проклиная все на свете.
Выслеживающие меня люди двигались осторожно и тихо. Они никуда не спешили, предпочитая наткнуться на спящего и ничего не подозревающего мага, а не тревожить его хрустом веток и чавканьем застревающих в грязи сапог.
Вот только маг их все равно отлично слышал.
— Стой. Вижу.
Продолжительное молчание, в течение которого я словно наяву представлял себе настороженно рассматривающих все вокруг следопытов. Надеюсь, они не найдут меня среди всей этой травы…
— Похоже, ушел.
— Оставил какие-то бумаги.
Снова пауза.
— Ничего не слышно. Справа свежие следы — наверное, все же ушел.
— Проверю?
— Да. Я слежу.
На другом берегу ручья, шагах в тридцати от меня, из травы бесшумно поднялась странная лохматая фигура. Мне не сразу стало понятно, что это всего-навсего обычный человек, просто одетый в хитрую мешковатую одежду с нашитыми на нее лоскутками зелено-бурых оттенков. Такого в лесу заметить сложно…
Появившийся охотник тихо и очень плавно скользнул вперед, секунд через двадцать оказавшись рядом с валяющимися на мокрой земле бумагами. Затем замер, настороженно рассматривая окружающее пространство и особенное внимание уделяя лесу на моей стороне ручья.
Мне стало неуютно. Я выбрал очень хорошее место, спрятавшись позади поваленного ствола и наблюдая за обстановкой из-под него — остатки дерева удерживались на весу еще не до конца сгнившими ветками.
Ветки, трава, ствол… И внимательный взгляд противника, рассматривающего все это.
В какой-то момент времени я понял, что пора действовать. И не потому, что меня сейчас обнаружат, а потому, что в дальнейшем подобной возможности может больше и не представиться. Слишком уж серьезными на этот раз оказались враги.
Охотник — или кто он там? — осторожно присел на корточки и на ощупь сгреб рукой валяющиеся под ногами бумажки, продолжая при этом рассматривать мое укрытие.
Я передвинул палец на рабочую пластинку жезла и, чуть его повернув, выпустил заряд.
Тонкий и резкий свист. Враг, без признаков жизни падающий на землю.
Тишина.
Никто не выскочил из зарослей на противоположном берегу реки. Никто не стал спрашивать у погибшего, как он себя чувствует. Никто не выстрелил из лука или арбалета в мою сторону.
И только дыхание притаившегося где-то преследователя стало чуть чаще.
Секунды шли за секундами. Ситуация не менялась. Я боялся сдвинуться с места и тем самым выдать себя. Противник вел себя точно так же.
Через некоторое время мне пришлось отпустить пряжку пояса и прекратить слушать пространство — голова начала легонько побаливать, сигнализируя о том, что я слишком долго пользуюсь артефактом.
Следующие полчаса прошли в напряженной неподвижности. Каждые несколько минут мои пальцы сжимали артефакт, а уши ловили долетающие до них звуки, но ничего нового по-прежнему не происходило. Складывалось впечатление, что притаившийся враг был готов сидеть на своем месте сколь угодно долго.
— Урод… — неслышно шепнул я себе под нос, окончательно теряя терпение.
Мне было плохо, холодно и больно, а эта сволочь…
Пора было что-то делать. Да, противник именно этого, похоже, и добивался, но действовать-то можно по-разному…
Моя рука, по-прежнему вытянутая вперед и крепко сжимающая боевой жезл, отпустила артефакт и немного приподнялась. На ладони начало формироваться заклинание.
Откуда появился первый охотник, я видел. Раз они переговаривались друг с другом тихим шепотом, то второй должен был быть примерно там же — никаких шорохов от его перемещений по траве за это время мной услышано не было.
Вот и устроим кое для кого проверку выдержки.
Сформировавшееся заклинание соскользнуло с пальцев и понеслось вперед. Перелетело через ручей, тело неудачливого преследователя, проскользнуло между несколькими деревьями и попало в намеченный мной ствол.
Легкая вспышка, треск разрываемой магией древесины, дым. Дерево вздрогнуло, покосилось, некоторое время постояло в шатком равновесии, а затем рухнуло куда-то в сторону, наводняя окрестности треском поломанных веток.
Среди всего этого шума мне удалось расслышать легкое и тревожное ругательство. Но ничего больше.
— Ну ладно, скотина…
Я по-прежнему шептал практически бесшумно, но злости в голосе стало заметно больше. Противник своим поведением раздражал меня все сильнее и сильнее.
Новое заклинание. Вначале такое же бесшумное и незаметное для обычных людей, но очень эффектное при попадании в цель.
Опять треск, вспышки пламени и медленно падающий на землю ствол. Жаль, что сейчас слишком сыро — иначе я бы уже давно поджарил притаившегося где-то неподалеку гада.
Это огненное копье произвело еще меньше эффекта, чем предыдущее. Враг лишь задышал чуточку чаще, но никак больше не выдал своего волнения. Упорный.
Я сделал паузу минут на пятнадцать, приучая противника к спокойствию. Затем до отказа заполнил «запруду», наметил цели и практически одновременно выпустил сразу три заклинания.
Треск, грохот, падающие деревья… И звук осторожных шагов, постепенно удаляющихся от меня.
Сидевший в засаде человек все же не выдержал обстрела и ушел из опасного места. Так и не показавшись при этом на глаза, не вскрикнув, не запаниковав. Просто скрылся, растворился в лесу, словно его никогда и не было.
Подождав полчаса и убедившись, что прямо сейчас возвращаться враг не собирается, я тоже поднялся на ноги. И в очередной раз с трудом перебравшись через ручей, принялся обыскивать убитого.
Интересный лохматый костюм пришлось оставить — после попадания магического заряда часть куртки была уничтожена, а ткань по краям дыры еще и расползалась буквально на глазах. Но вот фляжка, нож и кошелек с серебряной мелочью пришлись мне по душе и сразу же сменили хозяина. Теперь хотя бы от жажды меньше страдать буду. Да и пальцы резать для получения крови станет заметно удобнее.
Мой путь на восток продолжился.
Постепенно просохла одежда. Затем, после того как я устроил небольшой привал на залитой солнцем полянке, удалось подсушить еще и обувь.
Приводя в порядок сапоги, я одновременно печальными глазами рассматривал то, что осталось от носков. Приобретенные по случаю в княжестве, они уже порядком поизносились и сейчас выглядели откровенно жалко. В будущем, чувствую, надо будет портянки какие-нибудь купить… Жаль, что не додумался с противника их снять — наверняка ведь были.
Немного отдохнув и в очередной раз промыв энергией организм, я отправился дальше.
Путешествие постепенно начинало мне даже нравиться. Рука и нога медленно, но верно заживали, погода стояла теплая, преследователей за спиной слышно не было. Да и сам лес производил довольно приятное впечатление. Крокодилов и других хищников не наблюдалось, несколько раз встретившиеся на моем пути змеи всегда спешили поскорее убраться с дороги, порхавшие среди ветвей птицы исправно радовали своим щебетанием, насекомые…
Вот насекомые здесь были разные. Слишком уж разные. От красочных бабочек и стрекоз до отвратительных жуков и многоножек. И если первые вызывали восторг своей красотой, то от вторых я старался держаться подальше — и не всегда успешно.
Впрочем, мелкая ползающая живность — это не то, чего я действительно опасался.
Любая дикая территория — дом для всевозможных зверей, в том числе и хищных. Таких, которые не отказались бы попробовать неосторожного путника на вкус. В Пустоши по лесам и пустыням бродили волки, огромные кошки, изредка медведи. Здесь, на континенте, кошек пока видно не было, но медведя я уже успел встретить, а волков слышал.
Кто еще спрятался в местном лесу — неизвестно.
Мысли о хищниках заставили меня на некоторое время встревожиться и идти осторожнее, но затем я опять расслабился. Достаточно ведь раз в десять-пятнадцать минут пользоваться пластинкой-артефактом — и выслеживающие меня звери будут обнаружены.
Постепенно на первый план вышла необходимость держать нужное направление. Лес, с виду такой уютный и мирный, все время пытался сбить меня с пути, увести в сторону, пустить кругами… Пока над головой светило солнце, это не составляло особой проблемы. Но деревья становились выше, кроны — пышнее… И мне пришлось переключиться на ориентирование по магическому зрению.
Энергия постоянно куда-то течет. Медленно, с легкими колебаниями, завихрениями, но течет. И если идти под постоянным углом к этому потоку, то направление можно выдерживать практически идеально.
К концу дня у меня уже окончательно сложился порядок передвижения. Каждые три-четыре минуты — взгляд на магическую картину мира. Каждые четверть часа — остановка и прослушивание окрестностей с помощью артефакта. Каждые два часа — получасовой отдых и лечение.
Вокруг все так же была сплошная благодать. Несколько раз я слышал звуки пробирающихся через лес крупных животных — оленей или лосей. Однажды до меня донеслось веселое хрюканье целого семейства кабанов. Но первый хищник встретился только вечером.
— Шшш…
Я с любопытством уставился на издававшее воинственные звуки существо.
Кот. В сгустившемся сумраке было сложно точно определить его цвет, но, судя по всему, зверек был серо-коричневым. Небольшое, с локоть длиной, тело, едва проглядывающие полоски… В общем, обычный домашний кот. Только лесной.
— Ты чего здесь забыл, дурень?
— Шшш…
Котяра, не оценив моего миролюбивого тона, еще пару секунд пошипел, а потом спрыгнул с ветки и мгновенно скрылся из виду.
Жаль. Мне неожиданно захотелось попутешествовать в компании какого-нибудь ручного животного. Кота, собаки… Нет, с собакой не хочу… Но вот пушистый и ласковый котяра — почему бы и нет… Где только найти такого?
Выбрав местечко для ночевки и сбросив с себя вещи, я попробовал пройтись без костыля — и это у меня получилось. Было больно, двигаться приходилось медленно, но улучшения оказались налицо. А прогресс в целительстве, которого я достиг меньше чем за год, теперь вызывал у меня настоящую гордость.
Подозреваю, что когда-то давно, топая через пустыню, я не умер от голода и жажды только благодаря вмешательству магии. Но в то время об этом даже не думалось — я просто шел и надеялся, что выживу.
Теперь же даже серьезные ранения лечатся мной совершенно осознанно и очень быстро.
— Все больше верю в себя, значит… — На лицо сама собой заползла самодовольная усмешка.
Год назад я был практически ничего не умеющим учеником мага. Пытался управлять энергией, читал книги и убирал дерьмо за ящерицей. А сейчас, даже по меркам Пустоши, меня уже спокойно можно называть настоящим чародеем. Все-таки могу использовать несколько заклинаний, обзавелся полезными артефактами и навыками. Научился выживать, лечиться и убивать, то и дело общаюсь с демонами и даже выполняю волю богини… Есть чем гордиться.
Вот только искренне радоваться этому у меня почему-то не получалось. Слишком уж много дерьмового случилось за тот же год. Выжить мне удалось, но какой ценой?
Отец точно погиб по моей вине. Да, его убил Шаран, но не утащи я тогда с собой книгу Ольда, Туманник бы и думать про меня забыл. Убежал один из учеников старого мага — да и демоны с ним…
Кстати, Эйя и Невеста — тоже весьма неприятные вехи на моем пути. Одного я буквально вытащил из небытия, придал сил, проложил дорогу в наш мир… Да, в общем-то, и для второй сделал то же самое. Где-то это произошло от безысходности, где-то под угрозой смерти, но какая, в сущности, разница.
— Надо было сдохнуть тогда, в башне. — Под гнетом неожиданно нахлынувших воспоминаний поднявшееся было настроение стремительно портилось.
Уже почти год, как за мной по пятам идет смерть. Идет и забирает тех, кто оказывается рядом. Ольд, Айвен, отец… Бедолаги, умершие в развалинах возле Хрустального. Охотники, убитые мной в храме Неба. Вор в Орлином Утесе. Ученик Шарана в Чернолесье. Старый библиотекарь. Мужичье в лесу. Галлард, княжич, стражник и охотник, выслеживавший меня…
А еще есть множество тех, кто уже пострадал либо еще пострадает от моего стихийного вмешательства в их жизни.
Кирен, например.
Я потряс головой и, постаравшись выкинуть из головы мрачные мысли, отправился искать основу для постели. По-хорошему, конечно, стоило бы забраться на дерево, но не с переломанной же рукой это делать…
Спустя час мне удалось насобирать пару охапок мягких веток, на которых я и разместился, задумчиво пережевывая подсохший хлеб и глядя в пламя небольшого костерка. На душе было паршиво.
Отправленные письма — это, конечно, лучше, чем ничего. Вот только по большому счету жизнь они облегчают лишь мне — совесть меньше гложет. А каково сейчас там, в княжестве? Вряд ли пара бумажек что-то действительно исправит.
— Но что еще сделать можно было?..
Конечно, никто не запрещает мне отправить еще одно письмо. И, скажем, пригласить Кирен уехать в Пустошь, где мы будем жить долго и счастливо, как в тех самых книгах, которые так любят срединники. Она, возможно, даже действительно приедет. Но очень сомневаюсь, что это все закончится чем-нибудь хорошим.
Пора признаться самому себе — от меня исходят сплошные неприятности. Из-за трагических случайностей, из-за моих глупых решений, из-за того, что никак не желаю сдохнуть и продолжаю оставаться комком проблем для всех окружающих.
И какие после этого тут могут быть отношения? А счастливая жизнь… Ну-ну.
Помаявшись с полчаса, я все-таки немного успокоился, накидал в костер побольше веток и, свернувшись калачиком, заснул.
Следующие несколько дней получились до боли однообразными и нудными. Вокруг простирался все тот же лес, уже привычный и скучный. Под ногами ползала всякая мелкая гадость, где-то вдалеке бродили дикие звери, на деревьях цокали упитанные белки и щебетали невидимые среди листвы птицы.
В общем-то, все это не сильно отличалось от того, что я видел на северной границе Империи. Да, здесь было заметно теплее, то и дело встречались интересные растения и цветы, а уж насекомые и подавно радовали своим обилием и разнообразием. Но чего-то действительно необычного не наблюдалось. За исключением крокодила, встретившегося мне тогда в Ледяной.
Я мерно топал вперед, время от времени глядя на мир магическим взглядом и размышляя обо всем подряд.
Как пересечь границу Империи? Нужно ли отмечаться у стражей границы в Сакке? Где искать корабль, способный отвезти меня к Пустоши?
Вопросы, вопросы…
За это время я продвинулся к востоку, наверное, миль на пятьдесят, не дальше. А до конечной точки пути оставалось еще минимум в десять раз больше. Минимум.
Конечно, когда нога окончательно заживет, я смогу передвигаться заметно быстрее. Но все равно, двадцать, максимум двадцать пять миль в день — это предел пешего перехода по лесу. Значит, мне придется еще месяц топать среди деревьев.
Расчеты выглядели не особо радостными. Да и вся затея с посещением Сакка смотрелась все более глупой. Какая мне разница, где нанять этот проклятый корабль? Главное-то — на глаза страже не попасться, что вполне себе выполнимо даже в имперских городах. А потом, в море, все это станет уже совершенно неважным.
Желание свернуть на юг росло с каждым часом. И в тот момент, когда оно стало по-настоящему всеобъемлющим, лес неожиданно вывел меня на дорогу.
До главных трактов Империи она явно не дотягивала. Просто обычный лесной путь, по которому с трудом сможет разъехаться пара всадников. Слегка заросший, но явно не забытый — на земле виднелись довольно свежие отпечатки копыт и колес.
Несколько минут я просто стоял на обочине, посматривая по сторонам и щурясь от лучей висящего над головой солнца. Затем собрался с духом и, выйдя на утоптанную твердую поверхность, решительно свернул в сторону далекого моря. Бродить по местным лесам еще месяц мне больше не хотелось.
На самом деле после этого решения в моей жизни ничего существенно не изменилось. Вокруг простирался тот же самый лес, людей рядом по-прежнему не было видно. Но вот скорость передвижения, по внутренним ощущениям, возросла раза в два — чего я и добивался.
Жизнь окончательно вошла в норму. Дорога вела меня на юг, раны практически полностью зажили, новых опасностей вокруг не наблюдалось. Точнее, пару раз я все же ощущал смутное беспокойство, схожее с тем, что посещало меня в заброшенном поселке перед нападением медведя. Но в этот раз неведомые звери подолгу мной не интересовались, предпочитая охотиться на более привычную добычу.
Да и демоны с ними.
Я чувствовал себя все более уверенно, прослушивал окрестности все реже… И на второй день передвижения по дороге это вылилось в откровенную неожиданность.
Путь вывел меня к небольшой деревушке, спрятавшейся среди деревьев и зарослей высокого кустарника настолько удачно, что заметил я ее, лишь оказавшись на самой окраине.
Десяток хижин, небольшие огороды, какие-то шкуры, развешанные повсюду… Мужик в охотничьей одежде, разделывающий оленью тушу шагах в десяти от меня.
— Ой…
Охотник, подняв голову, смерил меня насмешливым взглядом и слегка хохотнул:
— Что, не ожидал? Все удивляются.
Странная какая-то реакция на незваного гостя. И вокруг почему-то больше никого не видно…
— Прям так и все? — Чувствуя, что никто меня пока убивать не собирается, я осторожно подошел поближе.
Как-то это все необычно…
— Ну, те, кто первый раз к нам попадают, — пояснил собеседник. — Уж больно местечко укромное получилось. А ты, значит, тот самый беглый маг, которого все ищут?
— Да, — сдуру охотно признался я и тут же замер, готовясь к неприятностям.
Их не последовало. Охотник еще раз меня осмотрел, задержав глаза на дырке в штанине, затем кивнул собственным мыслям.
— Ты, маг, это… не нервничай… Мы здесь не совсем дураки. И решили, что ежели ты сюда выйдешь, то нам вовсе не нужно друг другу жизнь-то портить. У служивых приказы, им иначе никак… А вот мы и без драки разойтись сможем. Как думаешь?
— Вы меня ждали?
— Само собой. — Собеседник заметно удивился не самому умному вопросу. — Ящерица с неделю назад прилетела, а то и раньше. Да и тебя мы уже день как приметили.
— Вот даже как… — Я немного встревоженно глянул по сторонам и аккуратно отступил на шажок.
— Говорю же, не нервничай, — он отвернулся и опять начал орудовать ножом, — нам ссориться незачем.
До меня наконец дошла первая за весь разговор умная мысль, и я сжал пальцами пряжку на поясе, прислушиваясь к происходящему вокруг.
Дыхание где-то впереди. Еще одно, еще… Немного в стороне, среди деревьев, среди хижин… Два человека обнаружились даже позади меня, на другой стороне дороги.
— Смотрю, вы серьезно подготовились. Всей деревней встречаете.
— Как узнал? — с неподдельным любопытством спросил в ответ собеседник. — Егеря так же почуял?
— Услышал… Какого еще егеря? — Я на всякий случай принялся нагонять энергию в «запруду».
Получалось плохо.
— За тобой два егеря отправились ведь. Одного ты убил. Так что не думай, мы знали, что ты всех почуешь… Просто предосторожность. Услышал, значит… Хм.
— И что дальше? — задал я весьма интересующий меня вопрос.
Охотник посерьезнел, поднялся на ноги и вытер испачканные кровью ладони о штаны. Посмотрел мне прямо в глаза.
— А дальше мы с тобой, маг, мирно разойдемся. Ты человек лихой и серьезный, но не бессмертный. Мы здесь тоже много чего повидали… Но и умирать нам пока неохота. По рукам?
Мне стало чуточку спокойнее. Совсем чуточку.
— По рукам. Еды продадите на дорогу? Деньги есть.
— Продадим. — Собеседник тоже немного расслабился. — Если подождешь минутку, я тебе вот от этого красавца окорок отсеку. За пару десяток серебром.
— Пойдет.
Через несколько минут он вручил мне завернутый в огромные листья кусок мяса и принял деньги.
— Прощай, маг. Не держи зла, и зло не вернется.
Поговорка, наверное, какая-то.
— И ты прощай.
Я осторожно вернулся на дорогу и отправился восвояси, чувствуя все нарастающий стыд.
Это же надо было быть таким беспечным идиотом… Хорошо еще, что жители этой деревушки ждали появления страшного мага и проявили разумную осторожность. А если бы встречали меня как обычного разбойника, то я давно бы уже отправился на встречу с демонами… Пяти-шести стрел хватило бы с лихвой.
— Вот что значит вовремя получить известность…
Шутка лишь усугубила ситуацию, сделав мое настроение максимально гнусным.
Еще через полчаса к мрачным мыслям добавилось гаденькое ощущение того, что за мной кто-то следит.
Артефакт никак не помогал — лес вокруг меня шуршал, щебетал, сопел и потрескивал, но ни один из доносящихся звуков не нес в себе угрозы.
А вот ощущение опасности с течением времени только усиливалось и к вечеру стало по-настоящему нестерпимым. Я был уверен, что кто-то из деревни отправился по моим следам. Но неизвестный преследователь благоразумно держался вдалеке и никак себя не выдавал.
— Чтоб тебя демоны забрали…
Не живется людям спокойно. Обязательно нужно рискнуть и попробовать заработать награду. Тьфу.
На некоторое время выкинув из головы далекую угрозу, я ушел с дороги и принялся готовиться к ночлегу. Собрал себе подстилку, развел костер, нарезал на полоски мясо и принялся его жарить, время от времени съедая самые аппетитные кусочки.
Неизвестный, прячущийся где-то далеко, даже не подумал ко мне подкрасться. Скорее всего, ждал ночи.
Потратив часа три на то, чтобы приготовить всю оленину, я упаковал ее в рюкзак, а затем начал готовить обманку.
Снял с себя куртку, сапоги и штаны, набил их травой, кое-как пристроил на подстилке, сделав все для того, чтобы издалека это напоминало спящего человека. Немного подумав, положил рядом меч. И начал собирать еще одну постель, уже в соседних кустах.
Эта ночь оказалась одной из самых отвратительных в моей жизни.
Было холодно. Жесткая трава колола и щекотала голое тело. Потерявшие всякий страх комары пили мою кровь. Какие-то другие насекомые ползали вокруг, время от времени забираясь и на меня.
Пришлось вставать, искать в темноте крупные листья растущих поблизости лопухов, оборачиваться ими с ног до головы… Не сказать, что это сразу решило все проблемы, но заснуть мне в конце концов удалось.
Ближе к рассвету меня разбудили утробное урчание и треск, доносящиеся со стороны погасшего костра. Я успел испугаться и даже на всякий случай проститься с жизнью, но оказалось, что это был всего лишь очередной дикий кот.
Упитанная пушистая тварь восседала на рюкзаке и от души драла его когтями, стараясь добраться до вкусного мяса, спрятанного внутри. На меня кот не обращал внимания совершенно.
— А ну, пошел отсюда… Кыш!
— Шшш…
Пошарив вокруг себя замерзшими руками, я нащупал нож и, приподнявшись, запустил его в сторону воришки.
— Шшш! — получив рукояткой по загривку, котяра гневно зашипел, но все же спрыгнул с рюкзака и скрылся за ближайшим деревом.
Я воспользовался артефактом, но ничего интересного опять не услышал. Обычные звуки ночного леса. Точнее, уже утреннего. Никаких врагов, никаких опасностей. Лишь ворчит где-то рядом оставшийся без еды кот.
— Мышей лови, дармоед…
Щелкая зубами от холода, я добрался до одежды, вытряхнул из нее траву и с наслаждением оделся. Затем плюнул на скрытность и заново разжег костер, устроившись как можно ближе к нему.
— Божественно…
Холод постепенно отступал, сменяясь приятным теплом, проникающим в каждый уголок тела. И вместе с этими живительными ощущениями у меня опять начало пробуждаться чувство тревоги.
Минут десять я прислушивался к нему, попутно жуя кусочки мяса и наблюдая за тем, как между деревьями появляется легкий утренний туман.
Потом поднялся, закинул за спину рюкзак, пристегнул меч и выбрался на дорогу. Остановился, от души зевнул, покрутил головой, разминая затекшую от сна шею. Взялся за пластинку, прислушался…
Где-то вдалеке послышался слабый щелчок.
Целую секунду я пытался понять, что же он мне напоминает. А пото
Глава 1
Первую минуту я просто сидел, пытался осознать произошедшее, и глупым взглядом смотрел вслед покинувшему комнату стражнику. Ситуация напрочь отказывалась укладываться в голове.
– Почему?
Произнесенный вслух вопрос заставил меня встряхнуться и немного прочистил мозги. Какая, к демонам, разница почему. Сейчас важно только то, что Рико Пепельному осталось жить всего-то несколько минут. Конечно, убить двух-трех человек мне наверняка удастся. Если же забаррикадироваться в этой клетке…
– Дурак.
Сорвавшись с места, я бросился на выход из комнаты. Но тут же одумался, вернулся к столу и засунул в сумку бесценные книги. Думаю, такая кража никак не ухудшит мое положение в Империи. А второго шанса заполучить эти трактаты точно не представится.
– Что позволяют себе ваши друзья?! – Стоило только мне выбраться за дверь, как буквально нос к носу столкнулся с разгневанным библиотекарем. – Вы понимаете, что…
– Где здесь дверь?! – рявкнул я, перебив его, и сам на мгновение оторопел от такой наглости. – Выход где?
– Ч-что?
– Где здесь второй выход?!
К сожалению, важный и строгий управляющий, нарвавшись на неожиданную резкость, буквально потерял дар речи. Стоял передо мной, как последний идиот, смотрел выпученными глазами на дерзкого посетителя, но ничего не предпринимал и молчал как рыба.
Проклиная его внезапную тупость и прислушиваясь, не раздаются ли поблизости шаги моих недавних друзей, я вытащил меч, а затем тихо и вежливо повторил вопрос:
– Скажите, пожалуйста, где в библиотеке запасной выход? Если вы мне не ответите сразу же, я вас убью. Прямо сейчас, на счет «три». Раз…
– Здесь нет другого выхода, господин! – мигом ожил библиотекарь. – Он был, но его замуровали!
– Окна?
– Никаких окон, господин, только отверстия для вентиляции!
Я замер, пытаясь понять, куда еще можно податься. Где вообще расположена библиотека? Что находится рядом?
Вспомнил. Совсем неподалеку, буквально в сотне шагов, находится тот странный домик, через который мы с Невестой недавно пробирались в местные подземелья. И если дойти туда, то это даст реальный шанс на спасение…
– Закрывайте за собой все двери, – раздался где-то вдалеке резкий голос. – Оружие держать наготове.
Прошипев ругательство, я схватил за шиворот испуганного человека и затащил его внутрь хранилища редких книг.
– Запирай, быстро!
Смотря на то, как управляющий перебирает дрожащими руками связку ключей и защелкивает замок, я продолжал думать. Выход у меня только один – сквозь стену. Выбраться таким образом вполне возможно, нужно лишь немного времени. И что-нибудь острое. Не мечом же себе руки резать…
Взгляд зацепился за маленький нож для бумаги, лежащий на одном из столов.
– Подойдет…
– Что, господин?
– Ничего. Ключи сюда, быстро! И скройся с глаз моих!
Не обращая больше на него внимания, я забрал ножик и спрятался в дальнем углу помещения. Если все правильно, то нужное направление – как раз за этой стеной…
Короткое лезвие глубоко рассадило левую руку, заставив скрипнуть зубами и помянуть демонов.
– Сюда! – послышался приглушенный возглас. – Здесь кто-то есть! Арбалеты!
– Не убивайте меня! – взвизгнул невидимый мне библиотекарь. – Я ничего не сделал и ничего не знаю!
– Это не он, – послышался голос Каро. – Куда убежал маг?
– Он… Он здесь!..
Бормоча нелестные слова в адрес слабохарактерного книжного червя, я провел пальцем по собравшейся в ладони крови и принялся выводить на стене руну. Главное – успеть.
– Открывай дверь, быстро! – рявкнул кто-то незнакомый.
– Он забрал ключи, простите…
– Ломаем, вместе!
До меня донесся несильный удар и лязг.
– Сильнее! Еще раз!
Закорючка была готова в кратчайшие сроки. Оставалось только наполнить ее энергией.
Постаравшись отрешиться от звуков, доносящихся из-за полок с книгами, я принялся изо всех сил гнать доступную мне силу в рисунок. Еще, еще…
– Рико, выходи по-хорошему! – неожиданно раздался крик Каро. – Тебе не скрыться!
Наверное, решетка оказалась слишком прочной, раз пошли такие разговоры. Посмотрим еще, удастся мне скрыться или нет…
Ощутив, что больше не в силах уплотнять поток энергии, я его отпустил.
В аккуратную каменную кладку ударил могучий невидимый таран. Здание слегка содрогнулось, кусок стены, разваливаясь на части и поднимая клубы пыли, вывалился наружу, а соседний со мной стеллаж покачнулся и, замерев на одно длинное мгновение, рухнул в сторону запертой решетки. Опрокинув еще два таких же, попавшихся на пути.
Мы уставились друг на друга. Пятеро княжеских стражников, возящихся с погнутой дверной решеткой, перепуганный библиотекарь и покрытый каменной крошкой молодой волшебник.
В следующий миг один из воинов подхватил с пола арбалет и, одним движением подняв его на уровень глаз, нажал спусковую скобу.
Болт мерзко взвизгнул в воздухе и, столкнувшись с магией, остановился в паре локтей от меня.
– Больше не позволю дырявить себе шкуру! – произнес я, опуская руку.
Железка со звоном упала на пол.
– Не заставляйте меня убивать вас!
Надеюсь, никто из них не понял, что после создания руны и остановки болта мне сейчас было, мягко говоря, уже не до сражений.
Следя за врагами, замершими у двери, я сделал шаг к стене и, согнувшись в три погибели, полез в пролом.
За спиной раздался топот. Не иначе как стражники бросились к выходу, намереваясь перехватить меня прямо у стен библиотеки.
– Проклятье! – Выбравшись из дыры, я не удержался на ногах и упал на валяющиеся под стеной камни, со всей силы ударившись коленом об острый край одного из них. – Да чтоб тебя…
Перемещение мгновенно превратилось в пытку. Нога, пронзенная болью, отказывалась толком сгибаться, где-то уже слышался топот преследователей, издалека доносились удивленные возгласы… Да еще и левая рука, порезанная ножом, добавляла ощущений.
– Все как в любимой Пустоши…
Каким-то чудом я успел спрятаться за углом ближайшего здания до того, как кто-то всерьез заинтересовался странной ковыляющей фигурой.
Еще один угол, еще один переулок… Где этот проклятый домик?!
Позади нарастала суматоха. Слышались звон, топот, невнятные крики… Так и не поймешь сразу – то ли сражаются, то ли облаву организовывают…
Буквально у меня перед носом через перекресток пробежал десяток имперских стражников, бряцая оружием и не обратив на одинокого хромого человека никакого внимания.
– Демоны, где же он?! – В моем голосе послышалось отчаяние.
Спрятавшись в местных закоулках, я на какое-то время оторвался от преследователей, но вот в какую сторону дальше двигаться, понимал очень слабо. Вроде бы сюда…
Заветное сооружение показалось впереди спустя несколько минут и совершенно неожиданно. Мне к тому времени уже было все равно куда идти – лишь бы подальше от стражников, бегающих где-то за спиной. К счастью, судьба все же сжалилась над неудачливым магом, и когда я обогнул очередной дом, нужное здание оказалось прямо перед моим носом.
Рядом со входом двое мрачных мужиков ворочали массивную новенькую дверь, пытаясь как-то пристроить ее на место выбитой демоном.
– Господа, позвольте, – состроив как можно более важную физиономию, я доковылял до них. – Мне требуется попасть внутрь.
– Э…
Работяги, продолжая держать на весу дверь, с удивлением вылупились в мою сторону. Зрелище перед ними, конечно, не самое обычное в Дворцовом городе. Редкое, наверное.
– Слышите? – Нога в очередной раз подвернулась и я скривился от боли, разом потеряв остатки доброты. – Убрали к демонам дверь, мне нужно туда пройти!
– Э… Да, господин, пожалуйста.
Судя по всему, здесь, в отличие от библиотеки, никто не испугался – мужики не стали разбегаться с криками ужаса, а просто немного переставили толстое деревянное полотно, позволяя мне пробраться внутрь сооружения. Сами же спокойно остались стоять рядом. Думаю, сработало нечто вроде обычного здравого смысла – проще ведь не связываться с вооруженным и злым человеком, чем ему мешать, тем самым призывая на собственную голову всевозможные несчастья.
– Господин, можете не беспокоиться, вторую дверь мы уже починили, – пробасил один из рабочих, когда мне удалось-таки оказаться в знакомом помещении.
Удержавшись от злой реплики, я подошел к свеженькой двери и резко раскрыл сжатую до этого в кулак левую руку.
– А!.. Мать твою…
– Вам помочь? – тут же донесся голос снаружи. – Там темно, осторожнее!
– Спасибо, не надо!
Уже подсохшая и чуть-чуть стянувшаяся рана, заново разорванная движением ладони, кровоточила чуть ли не сильнее, чем в самом начале.
Ну, так даже легче.
Новая руна получилась слегка кривоватой, но переделывать ее совершенно не было времени. За дверью торчали люди, оторванные от своих прямых обязанностей, где-то неподалеку рыскала стража… Расстояния в Дворцовом городе небольшие, найдут меня все равно быстро…
Энергия капризничала. Мысли постоянно отвлекались на погоню, колено, руку, мужиков, маячивших у входа и с интересом наблюдающих за действиями странного незнакомца… Но процесс все же продвигался вперед. Кое-как.
– К демонам. Хватит… – Сила, бурлящая внутри кособокой закорючки, оказалась на свободе.
Раздался звонкий треск, во все стороны полетели горящие щепки и куски металла. Из-за спины донесся синхронный выдох.
Дверь, лишившаяся замка, со скрипом приоткрылась.
– Спасибо за помощь сыну императора! – с важностью произнес я, ковыляя к куче факелов и стараясь не слишком сильно шататься от слабости. – Теперь забудьте обо всем и делайте свою работу дальше. Во дворце бунт, верить нельзя никому!
– Э… Да, господин… – Обитатели Валески были явно не робкого племени. Эти двое, по крайней мере. Впрочем, возможно, это обычная тупость, а не храбрость.
И демоны его знают, кстати, есть у императора сын или нет. Должен быть – как правителю без сыновей-то…
Протиснувшись на винтовую лестницу, я осторожно двинулся вниз. По-хорошему, надо бы как-то обвалить здесь все. Эту самую лестницу, по крайней мере. Она идет вокруг не очень толстой колонны, и если ту разрушить…
В этот момент моя несчастная нога неожиданно подвернулась, и размышления закончились долгим и болезненным падением по жестким ступенькам.
Остановиться удалось лишь в самом низу.
Пару минут я просто лежал и смотрел вверх, туда, где виднелись слабые отблески света, проникающие сквозь только что сломанную дверь. Затем попробовал пошевелить руками и ногами. Покрутил головой.
На затылке появилась здоровенная шишка, череп гудел, все тело ломило от старых и новых повреждений. Но кости, кажется, были целы.
Кряхтя, словно древний старик, я с трудом поднялся на ноги, на ощупь отыскал один из взятых с собой факелов и, обляпав его кровью, кое-как сумел поджечь.
Собрал остальные деревяшки, нашел и повесил на плечо сумку. А уже потом принялся рассматривать каменный столб, уходящий вверх.
– Еще один разок…
Кровь из многострадальной руки текла неохотно. Организму явно не нравилось происходящее, и он изо всех сил старался прекратить процесс. Но третья за сегодняшний день руна все же появилась. Еще более косая и жалкая, чем предыдущие.
Загнать в нее энергию удалось уже с откровенным трудом. Голова кружилась, в глазах плясали звездочки, а самому мне, чтобы не упасть, даже пришлось прислониться к стене.
– Надеюсь, не убьет… – пробормотал я пересохшими губами. – На все воля твоя, Эстерси…
Думаю, помогла мне не богиня, а обычная случайность. Когда от колонны во все стороны полетели обломки, я невольно отступил на пару шагов – и в результате последующий обвал меня никак не задел.
Столб, буквально перерубленный в трех локтях от основания, не развалился на куски, но его верхняя часть не удержалась на нижней и соскользнула на дрогнувший под таким весом пол. А уже после этого сверху полетели выдранные из стен ступеньки, целые и переломанные, которые за несколько секунд надежно завалили маленькую комнатушку, перекрыв тем самым всякую возможность преследования.
Радоваться этому я уже не смог. Просто развернулся спиной к засыпанному помещению и медленно направился вперед, в вонючую темноту тесных переходов. Зачем, куда?.. Затуманенный болью и потерей крови мозг отказывался отвечать на эти вопросы, просто уводя тело подальше от того места, где ему только что было плохо.
Затем силы совсем закончились. Их остатков хватило лишь на то, чтобы спрятаться в каком-то закутке, улечься, подложив под голову сумку… Всё. Сознание окончательно отключилось.
Сколько я пролежал в том углу, неизвестно. Но в один прекрасный момент мои глаза все же снова открылись, уставившись в кромешную темноту – факел к тому времени успел погаснуть.
Затекшее тело донимали холод, боль и усталость. Особенно неприятно себя чувствовала пострадавшая нога – колено опухло и напрочь отказывалось сгибаться. Раненая рука противно пульсировала, затылок побаливал.
– Снова лечиться… – печально пробормотал я, с трудом усаживаясь на сумку и прислоняясь спиной к стене, – как в старые добрые времена.
Прокачивать энергию в этот раз было откровенно трудно. Неожиданно в полной мере проснулось обоняние, донося до меня всю «прелесть» окружающих запахов. Где-то неподалеку послышались неясные шорохи, раздался тихий злорадный смешок.
По спине пробежала стайка противных мурашек.
– Исса-Ха, опять твои проделки? – устало поинтересовался я у окружающей темноты. – Знаю же, что это ты. Договорились ведь, что моя жизнь нужна нам обоим. Так какого демона мешаешь? Иди императора пугай.
Едва слышный смех прозвучал еще раз, а затем все стихло. Наступила мертвая, абсолютная тишина.
Почему-то стало только страшнее, хотя лечение после этого действительно пошло заметно легче.
Постепенно прекратили путаться мысли, начала слабеть боль. Проснулся голод. Утром, перед походом в библиотеку, я немного поел, но это уже совершенно не ощущалось. Потеря крови, полученные раны и беготня с постоянными тратами энергии забрали немало жизненных сил, которые теперь надо было восстанавливать.
Непонятно только, как именно.
Морщась от неприятных ощущений в ноге, я принялся исследовать окрестности и в конце концов нашел лежащий рядом факел. С крупинками засохшей крови пришлось повозиться, но спустя пару минут они все-таки загорелись, заново воспламенив навершие потухшей деревяшки.
И что дальше, спрашивается?
Давшее мне приют убежище представляло из себя довольно большую нишу, по воле неизвестных строителей заметно расширяющую узенький и пыльный коридор. Зачем она была сделана именно здесь – неизвестно. По крайней мере, прямо сейчас ответ на этот вопрос мне обнаружить не удалось.
– Восхитительное местечко…
Прислонив горящую деревяшку к стене, я принялся разбираться с имеющимися в наличии запасами.
К сожалению, еды в сумке не было. Не хотелось, видите ли, вонять на всю библиотеку каким-нибудь окороком. Да почти все мои вещи были оставлены в комнате по каким-нибудь причинам. Книги, еда, одежда, огниво, дощечка и листки с печатями… Даже остатки алхимических зелий.
Больше всего злило то, что жилет с золотом сейчас тоже находился там, наверху. И кто-то его уже наверняка присвоил.
При мне осталось три нетронутых факела и один горящий, несколько монет, две украденные книги, украшения, полученные от Каменного лорда, а также все мои артефакты – меч, жезл и пряжка от ремня.
На самом деле не так уж все и плохо. Потерянные деньги, конечно, жаль, но остальные-то сокровища никуда не делись.
Пожрать бы еще чего-нибудь…
Осторожно поднявшись на ноги и поморщившись от сразу же вспыхнувшей в коленном суставе боли, я принялся рассматривать коридор. Обнаружил с одной его стороны несколько капелек крови и решительно двинулся в противоположную.
Идти по подземельям Валески без сопровождавшей меня в прошлый раз Невесты оказалось заметно приятнее. Вот только сейчас направление движения и конечная точка выбранного маршрута оставались для меня загадкой. Демон хотя бы точно знал, куда именно направлялся.
Длинный узкий проход уперся в небольшую комнату, заваленную остатками мебели и строительных инструментов. Прошлось пробираться сквозь залежи лопат и кирок, рискуя споткнуться и упасть на какую-нибудь острую железку.
Следующий коридор оказался заметно шире. А запах нечистот в нем чувствовался с такой силой, что мой несчастный организм чуть было не взбунтовался против своего хозяина. Но я все же удержал рвотные позывы и снова двинулся вперед. Если воняет сильнее, то выбранный путь явно правилен и выход где-то впереди.
Увы, в конце тоннеля обнаружилась лишь лестница, ведущая вниз.
– По крайней мере, мне известно, что там нет ничего страшного, – подбодрил я сам себя и принялся спускаться.
На этом ярусе коридоров и переходов было значительно больше. Попадались и зловонные ручейки, заставляющие мой пустой желудок сжиматься в отвращении. К сожалению, именно эти потоки лучше всего указывали верное направление, так что от соседства с ними отказываться было нельзя. Я брел куда-то вперед, дышал отвратительной вонью, чувствовал, что колено начинает болеть все сильнее и сильнее… А выхода по-прежнему не было видно.
Когда погас второй факел, мне пришлось сделать передышку. Скорость движения постепенно падала, нога слушалась все хуже – телу требовался очередной отдых.
Новый сеанс лечения оказался еще тяжелее предыдущего. Хотелось есть, к голоду добавилась жажда, настроение портил витающий вокруг ужасный густой запах.
Моей выдержки хватило часа на полтора. Затем, не в силах больше сидеть в этом гнусном месте, я поднялся, зажег огонь и отправился дальше, изо всех сил стараясь почувствовать что-то вроде того сквознячка, который в прошлый раз вывел меня на свободу.
Верная дорога обнаружилась еще не скоро. Я блуждал по подземелью, ругал судьбу, пытался как-то понять, в каком месте города нахожусь, прикидывал, не позвать ли на помощь Невесту… А потом, случайно наткнувшись на узенькую железную лесенку, полез наверх – и неожиданно оказался в сухом и уютном тоннеле, по которому гулял слабый ветерок. Откуда-то из темноты до меня тут же донеслись гневный крысиный писк и возня.
Странно, кстати, но внизу крыс почему-то не было. Испугались обосновавшегося там демона?
– Кто угодно бы испугался…
Последний факел к этому времени уже почти потух, так что я не стал задерживаться и упрямо двинулся дальше, следуя за потоком воздуха. Пол постепенно шел под уклон, появилась сырость, крысиный писк теперь доносился заметно чаще. Ход совершенно точно подбирался все ближе к реке.
И подобрался-таки.
На протяжении последних шагов тридцати коридор резко уходил вниз и возле выхода из подземелий был уже основательно затоплен. Но это сейчас не имело никакого значения – главное, что я все-таки оказался возле того самого выхода.
Факел, до конца выполнивший свою задачу, брызнул напоследок искрами, осветил плавающий на мутной поверхности крысиный трупик, а затем погас, оставив меня в темноте.
Но этот мрак не был абсолютным. Из ведущего к реке и практически заполненного водой отверстия все же долетали робкие лучики света. Не особенно яркие, правда, – в Валеске, похоже, был вечер. Или утро. Кто знает, сколько мне довелось проваляться в бессознательном состоянии…
Улегшись на самом краю сухой области, я постарался рассмотреть происходящее снаружи. Взгляд сразу же натолкнулся на толстую решетку, за которой смутно виднелась какая-то трава и, значительно дальше, спокойная гладь реки.
Туда-то мне и было нужно.
Тяжело вздохнув, я поднялся, сделал шаг вперед, потревожив едва заметную в темноте водную поверхность… Потом отступил обратно.
Пора немного подумать. В частности, о том, как преодолеть решетку и что меня ждет сразу за ней.
Отойдя еще на пару шагов, я уселся на пол и направил энергию в артефакт-пластину. В нос ударил омерзительный запах фекалий и аромат дохлой крысы.
– Дерьмо… Демоны… – Ощущения оказались воистину ошеломительными.
А затем до моих ушей донеслось дыхание. Мерное и спокойное человеческое дыхание, прорывающееся сквозь шелест травы, плеск речных волн и звуки моих собственных движений.
Осторожность заставила меня замереть, буквально превратившись в слух. Даже вонь от крысы словно бы отдалилась и сделалась не столь заметной. Интересно, эта вещица может концентрироваться на чем-то одном?
Решив проверить возникшую мысль, я заткнул пальцами нос и закрыл глаза.
Звуки стали гораздо более четкими и громкими. Шелест травы теперь напоминал о раскачивающем кроны деревьев могучем урагане, пробежавшая где-то позади крыса топала, словно откормленная лошадь…
– Сейчас бы по пиву… – донесся до меня мечтательный и немного жалобный голос.
– Тихо!..
– Да что «тихо»… Какого демона мы здесь вообще торчим? Пусть стража этим занимается.
– Щепка, заткнись. Он под землей засел, но когда-нибудь все равно вылезет.
– Но не обязательно здесь, – резонно заметил невидимый Щепка обиженным голосом.
– Где угодно. Потому и награда назначена, что стража про все дыры не знает. А мы знаем.
– Но…
Я сбросил контроль над артефактом и со стоном схватился за раскалывающуюся голову. Почему, спрашивается, мне по любому поводу приходится страдать?.. Что за жизнь… И с чего вдруг именно сейчас все стало настолько плохо? Раньше ведь получалось пользоваться пластинкой без особых проблем…
Снова более-менее трезво мыслить у меня получилось только минут через пять, когда наконец-то отступила боль.
Мысли были нерадостными.
Опять награда за мою голову. В Пустоши – награда, здесь – награда, в княжестве меня вообще, наверное, живьем съесть готовы…
На душу навалилась тяжесть. Неожиданно перед глазами появилась мило улыбающаяся Кирен, затем ее сменил Халлан, потом лорд Феллан…
– Вот я им всем удружил…
В какой-то момент мне захотелось буквально провалиться сквозь землю.
– Идиот.
Настолько запутаться во всех этих делах с потусторонними сущностями, чтобы из-за этого испоганить жизнь сразу всем, кто в кои-то годы отнесся ко мне по-человечески… Настроить против себя замечательную страну с замечательными жителями – а ради чего?
Очень кстати вспомнилась богиня, и я впервые подумал с откровенной неприязнью не только о демонах, но и о ней тоже. В библиотеку-то императорскую мне исключительно ради Эстерси попасть нужно было. И вся ситуация с князем, получается, произошла только из-за ее просьбы.
До чего же это надоело!.. Как мальчик на побегушках, ношусь туда-сюда, выполняю желания демонов, богов… при этом постоянно умножая свои собственные проблемы.
– Надо было просто сидеть на морском берегу, жрать, что там после приливов оставалось, и не трепыхаться. А то нашел на голову приключений…
Еще немного позлобствовав, я все же слегка успокоился, отбросил неуместные мысли и принялся упаковывать свои вещи. На мой взгляд, самым простым способом покинуть пределы Валески являлся обычный сплав – нужно было просто забраться в реку и позволить ей унести себя вниз по течению. А для этого, в свою очередь, требовалось хоть как-то обезопасить книги от воды. Хотя бы немного.
На ощупь найдя в сумке увесистые томики, я сложил их вместе, обложил листками с печатями призыва, запрятал в самый дальний уголок, а затем принялся обматывать оставшуюся часть сумки вокруг этого всего. Затем снял пояс и накрепко перевязал получившийся сверток. Приладил его на грудь и немного покрутился из стороны в сторону.
Вроде бы нормально.
Проверив остальные вещи, я опять замер, сжав в руке железную пластинку и прислушиваясь.
Люди, притаившиеся где-то неподалеку, продолжали размеренно дышать, но больше не разговаривали.
Принесло же их сюда на мою голову! И обратно в подземелья ведь не уйдешь. Что там делать без факелов и еды, спрашивается?
– Проклятье…
В голову снова стрельнуло болью, и мне пришлось на пару минут замереть, ожидая, пока самочувствие немного улучшится.
Забираться в воду было откровенно противно. Но дольше медлить не хотелось – этот выход все равно будут стеречь, а каждый лишний час лишь отнимет у меня еще немного сил. Да и начинать плавание лучше вечером. Если, конечно, на улице сейчас действительно вечер, а не утро.
Потоптавшись немного на месте, я тяжело вздохнул и двинулся вперед.
Уже на втором шаге грязная жижа забралась в сапоги. Затем поднялась до колен, до пояса… Холодно и мерзко, особенно если вспомнить про вонючий крысиный трупик, плавающий где-то рядом.
Когда я оказался вплотную к решетке, вода была мне уже на уровне груди. Пришлось слегка поднять сумку с книгами, чтобы не промочить ценную добычу раньше времени.
– Ну же… – Я тщательно ощупывал свободной рукой подводную часть преграды, но не находил никаких просветов. Этот выход, в отличие от того, через который удалось выбраться в прошлый раз, был надежно закрыт.
Опять, похоже, придется ломать здесь все. Уходить с шумом и грохотом, привлекая всеобщее внимание и ясно показывая страже то место, с которого надо возобновлять поиски беглого мага.
На некоторое время застыл перед решеткой, чувствуя, как вода все плотнее обнимает тело, и размышляя над вариантами решения проблемы. Собственно, только руну разрушения здесь и можно использовать. Или же мою невидимую хватку.
Решив, что устроить суматоху всегда успеется, протянул здоровую руку вперед и взялся за один из толстых прутьев. Затем направил в пальцы поток энергии и потянул железку на себя.
Ничего не получилось, только заболела расцарапанная ржавчиной кожа.
Тихонько ругнувшись, я немного отодвинулся, уставился на едва различимую в темноте решетку и представил, что хватаю очередной камешек. Потащил к себе…
Неожиданно раздался противный скрежет, а у меня от слабости подкосились ноги. От слабости и от страха, что необычный звук привлечет внимание засевших наверху недругов.
Пришлось в спешном порядке прислушиваться, тратя последние крохи сил и рискуя получить еще один приступ головной боли.
– …точно слышал. Как скрежет какой-то. Может, это он решетку выламывает?
– Иди проверь.
– Сам проверь. Я лучше здесь с арбалетом постою.
– Тихо, слушайте…
На некоторое время все замерло. Находящиеся где-то надо мной люди притаились, мне же оставалось только отпустить артефакт и ждать, по-прежнему оставаясь в прохладной и отчетливо пованивающей воде.
Минут десять спустя я собрался с силами и попробовал воздействовать на решетку еще раз – уже на нижний ее край. Представил, как хватаю прутья, тяну к себе…
Виднеющаяся над водой часть преграды слегка дрогнула, из глубины донесся какой-то невнятный звук. Но такого шума, как в прошлый раз, не было. И никто ничего не услышал.
Выкорчевывать препятствие в итоге пришлось чуть ли не час. Я накапливал энергию, собирался с духом, тащил на себя крепкие прутья. Потом отдыхал, чувствуя, что с каждой минутой все больше и больше замерзаю. Затем опять осторожно тянул проклятую железку.
Наконец, после очередной попытки, она все же сдалась. И с немного жалобным скрипом отогнулась в мою сторону.
– Слышал? Опять!
– Не ори…
Снова тишина.
– Может, стражу позовем?
– Заткнись.
Судя по моим ощущениям, враги обосновались где-то совсем рядом. И наверняка держали выход из подземелья под прицелом. Гады.
Впрочем, и демоны с ними. Пусть сторожат сколько влезет.
Я аккуратно проверил погнутую решетку, убедился, что при желании смогу под ней пролезть, а потом осторожно выбрался из воды и ушел шагов на пятьдесят в глубь подземелья. Где принялся чередовать ходьбу от стены к стене с прокачкой энергии по телу, пытаясь одновременно и согреться, и хоть чуть-чуть подлечиться.
Получалось, надо сказать, не очень. Самому мне действительно стало слегка уютнее, но мокрая одежда продолжала холодить тело и постоянно тянула из него уже накопленное тепло. Действительно приятным моментом было лишь то, что усиленная энергетическая промывка неплохо сгладила все неприятные ощущения от ран и ушибов. Да, я их по-прежнему чувствовал, но уже не так сильно.
А еще куда-то пропал голод. Наверное, желудок смирился с ситуацией и на время притаился, ожидая перемен к лучшему.
На выход я собрался где-то минут через сорок. Опять приладил сумку, поместив ее на грудь, проверил остальное снаряжение, а затем осторожно подобрался к проему.
Запахи тины, дерьма и сдохшей крысы при этом воспринимались мной уже как нечто само собой разумеющееся, в некотором роде даже родное. Все-таки люди действительно могут привыкнуть практически ко всему.
Послушав окружающее пространство и отметив тихое сопение, доносящееся сверху, я закрыл глаза, зажал рукой нос и осторожно опустился под воду. Тело тотчас же испуганно встрепенулось, желая выбраться обратно, но мне удалось пересилить этот порыв. Перебирая свободной рукой по решетке, я добрался до дыры, пролез в нее, пару раз зацепившись за что-то одеждой и чуть не хлебнув полной грудью воды от страха, потом осторожно поднялся на поверхность.
Надо мной все так же слегка нависал выступ каменной кладки, но сейчас настоящая свобода была уже совсем рядом. Широкая, слегка поблескивающая река, темные тучи, наглухо затянувшие небосклон, слабо шелестящая трава… И притаившиеся поблизости враги, жаждущие поймать или убить беглого мага.
Несколько минут прошло в томительном ожидании. Но никто моего появления не заметил, никакого шевеления вокруг так и не началось.
Я решился, повернулся спиной к реке и, нацелив жезл в пустоту, начал осторожно пятиться.
Шаг, другой, третий… Над головой вместо камня оказалось ночное небо, на дне начал ощущаться мерзкий ил, пытающийся стащить с ног сапоги. Рядом повсюду торчала темная и неприветливая трава. А прямо передо мной теперь виднелась старая каменная набережная, мрачная и пустынная.
Именно там, на ней, сейчас находился кто-то, жаждущий моей крови.
Спустя еще несколько шагов вода достигла подбородка, заставив прекратить движение. Теперь надо было убирать жезл и плыть. Причем грести предстояло активно – уже сейчас тяжесть переносимых вещей ощущалась мной очень и очень весомо.
Вот только расставаться с артефактом даже на время было страшновато. Вдруг враги ждут именно этого? Не огненными же копьями в них кидаться, будоража весь город…
Целую вечность я стоял по горло в воде, смотря на берег. Затем все же решился. Спрятал оружие, откинулся на спину и принялся осторожно перебирать руками и ногами, стараясь не утонуть, не выдать себя и при этом убраться подальше от опасного места.
Для того чтобы держаться на воде, приходилось прикладывать серьезные усилия, но я немного научился плавать еще в Хрустальном и сейчас чувствовал себя более-менее уверенно.
Набережная тем временем с каждой секундой отдалялась все больше. Затем мне начало помогать течение – и тревога по поводу спрятавшихся противников окончательно прошла. Уже не увидят.
Я принялся загребать руками все смелее, намереваясь добраться до быстрого течения и покинуть недружелюбный город как можно скорее.
К сожалению, на территории Пустоши встречаются лишь совсем небольшие речки. И никто никогда не рассказывал молодому ученику мага, что же это в действительности такое – настоящая стремнина.
Стоило только пересечь незримую границу, как мое тело словно бы подхватили чьи-то невидимые руки. Прохладные, цепкие, уносящие куда-то в сторону со все большей скоростью…
Перемена оказалась настолько неожиданной, что я испуганно вскрикнул и принялся трепыхаться, пытаясь выбраться из этих объятий.
Тщетно. Могучий поток нес меня вперед, совершенно не обращая внимания на все прилагаемые усилия. Я барахтался, тратил силы, глотал воду… И в какой-то момент понял, что совсем скоро банально пойду ко дну, утону, как слепой котенок, без каких-либо шансов на спасение. Один в этой темной ночи…
Паника накатила с новой силой. Захотелось заорать, позвать на помощь, сдаться страже… Все что угодно, лишь бы не захлебнуться посреди этой безжалостной стихии.
Меня спасла одна из массивных опор моста, перекинутого через реку. Угловатая колонна внезапно выплыла из темноты и, проскользнув мимо, чуть было не скрылась в ней же. К счастью, я вовремя сориентировался и, сделав отчаянное усилие, дотянулся-таки до мокрых камней, вцепившись в них мертвой хваткой.
Черная вода, легонько журча, мчалась мимо. Плотные тучи столь же стремительно неслись где-то в вышине. И лишь каменный столб, за который изо всех сил держались мои руки, оставался единственной надежной опорой в этом мире.
Страх постепенно начал уходить. Проснулась злость.
– Ты чег-го х-хотел-л? – слегка дрожащим голосом спросил я сам у себя. – П-по стрем-мнине сплав-виться? Так ч-чего об-бгадилс-ся?!
Получилось не очень убедительно, но ужас перед быстрой водой немного стих. Да и течение, если присмотреться, было не таким уж сильным, как мне показалось с перепугу.
Впрочем, снова спуститься в реку я все еще боялся.
Пришлось убеждать самого себя в том, что ничего опасного вокруг нет, что я отлично держусь на поверхности, что все идет именно так, как и должно…
Минут через пять я собрался с духом, сполз обратно в воду и мужественно отпустил руки. А затем, перевернувшись на спину, принялся аккуратно болтать конечностями, позволяя при этом реке тащить меня туда, куда ей хочется.
Эта попытка оказалась значительно удачнее, чем предыдущая. Да, опять приходилось тратить много сил для того, чтобы оставаться на плаву, но зато изначальный план начал выполняться – течение действительно уносило меня вдаль. Прочь от Дворцового города и Валески в целом. От всех тех, кто прямо сейчас ищет Рико Пепельного по всей столице.
Постройки, расположенные на берегах реки и смутно просматривающиеся в темноте, постепенно становились все более скромными, попадались все реже и реже…
Где-то через полчаса я понял, что вокруг больше нет ни единой живой души.
А это означало, что и самому мне пришла пора выбираться из воды. Она здесь вроде бы не очень холодная, теплая даже, но вот чувствую я себя все хуже и хуже. Цепляется за тело прохлада, все сильнее ощущается усталость, вместе с ней все ближе подбирается страх.
Пришлось поднять голову и осмотреться.
Собственно, к какому берегу двигаться – разницы особой нет. Но левый, кажется, ближе.
Повернувшись в выбранную сторону, я принялся изо всех сил грести, стараясь поскорее выбраться из потока. В какой-то момент паника снова окутала душу, заставила в очередной раз как следует попробовать реку на вкус…
Но уже через несколько мгновений мне все-таки удалось перебраться на спокойную воду.
Здесь я быстро успокоился, сбавил темп и без помех добрался до прибрежных зарослей – густых, темных, пахнущих какими-то душистыми цветами. Выполз на топкий берег, заново измазавшись в грязи. После чего, отойдя на ближайший более-менее сухой участок, растянулся на земле.
Тело, отдавшее все силы на борьбу за выживание, заснуло, не спрашивая согласия разума.
Глава 2
Меня разбудили лучи поднявшегося солнца. Пробираясь сквозь ветки деревьев, они настойчиво щекотали кожу, лезли сквозь закрытые веки и всячески намекали, что пришла пора вставать и браться за насущные дела.
Я открыл глаза, проморгался и с легким стоном потянулся, разминая закоченевшие мышцы. Потом опять замер, занявшись своим обычным лечением.
Жизнь постепенно налаживалась. Тело разогревалось, бывшее отвратительным самочувствие улучшалось. Взамен, правда, все сильнее начинали чувствоваться голод и слабость, но к этим ощущениям мне уж точно было не привыкать. Переживу как-нибудь и сейчас.
Поднявшись на ноги и еще разок потянувшись, я принялся раздеваться. Солнце пригревало все сильнее, и этим нужно было пользоваться, высушив наконец-то одежду. Иначе от сырости и загнуться можно. Заболеть так уж точно.
Выйдя на небольшой просвет между деревьями, я развесил вещи на ветках, а затем начал распаковывать книги.
Чуда, к сожалению, не произошло – вода все равно пробралась внутрь рюкзака, намочив спрятанные от нее ценности. Но благодаря принятым мерам ущерб оказался не очень сильным, и плотно сжатые томики промокли только с краев. Так что я не стал особо расстраиваться по этому поводу, лишь выложил отсыревшие книги на солнцепек, устроив рядом с ними и остальное свое снаряжение.
После чего принялся активно разминаться, прыгая и бегая вокруг.
Наверное, со стороны это все выглядело как безумные пляски радостного дикаря из неведомого никому северного племени.
Ну и пусть.
Согревшись, но окончательно растеряв невеликие запасы сил, я уселся на траву, прислушиваясь к телу. Вроде бы все со мной нормально. Боль в колене чувствовалась, но не сильно. Порез на руке практически затянулся, а ушибы не беспокоили совершенно.
Думаю, мои умения в области исцеления постепенно развиваются. Или, если верить рассказам демона, я просто сам начинаю все больше верить в свои силы.
Мысль про Эйя заметно испортила настроение, заставив припомнить заодно и все остальное, связанное с потусторонним миром.
– Проклятые демоны, – не особенно убедительно произнес я, укладываясь на спину и отмахиваясь от какого-то назойливого насекомого.
Мне очень хотелось спихнуть ответственность за произошедшее на выходцев с изнанки мира, но внутренний голос все настойчивее шептал о том, что именно Рико Пепельный виноват во всех проблемах Рико Пепельного. И никто больше.
Да, в случае с призывом Эйя мне просто некуда было деваться. Да, Невеста прицепилась ко мне сама. Но история с князем…
Я приподнял голову и легонько стукнул затылком о землю.
Подарить ему клинок из проклятого серебра – исключительно моя собственная идея. Никто меня не заставлял. Более того, вся опасность такого подарка была вполне очевидна еще с того самого момента, как оружие начало странно реагировать на пролитую кровь.
Прикрыв глаза, я попытался разобраться в причинах своего поступка. Снаружи-то все это выглядело достаточно пристойно – наверняка ведь князь и его окружение знали и знают об этом металле гораздо больше моего. Кому же, как не богатейшим людям континента, разбираться в таких вещах? Вдобавок этот артефакт выглядел наилучшим из возможных подарков, а мне обязательно требовалось добиться успеха и получить пропуск в императорскую библиотеку.
– Но про опасность я все равно знал. И ничего не сказал.
Желание любой ценой получить пропуск? Опасение того, что князь разгневается, узнав про дефект? Ну да, теперь-то он меня просто обожает…
Что еще? Я принялся вспоминать свой опыт владения этим ножом… и невольно поежился, когда в памяти возникло лезвие, жадно подрагивающее от вкуса человеческой крови…
Страшноватое оружие.
Новая мысль заставила рассуждения пойти по другому пути. Артефакт в последнее время действительно меня пугал. И будь он сделан тем же Эйя, я давно отправил бы его в первое попавшееся на пути озеро. Без сомнений и колебаний.
Но проклятое серебро – это ведь настоящий клад! Бесценный металл ушедшей эпохи, абсолютное оружие и любимая игрушка богачей. Как можно просто так его выкинуть?
Я невесело засмеялся.
Жадность и страх. Страх долгое время подталкивал меня к тому, чтобы избавиться от оружия, жадность же не позволяла расстаться с единственной действительно ценной вещью, находящейся в собственности. И в результате родилось глупое и навязчивое желание обязательно подарить нож князю. Использовать предмет как можно более эффективно. Избавиться от него, не жалея при этом о потере.
И очень жаль, что понял я это только сейчас, когда стало уже слишком поздно…
Говоря откровенно, сына князя мне не было особенно жаль. Как и остальных погибших из-за появившегося демона. Трагическая случайность: жестокая, несправедливая… но у меня на родине вся жизнь состоит из подобных. Люди то и дело умирают от мечей разбойников, тварей Пустоши, неизвестных заклинаний и артефактов. И случайности становятся обыденностью.
А вот мысли о проблемах, которые наверняка обрушились на головы моих знакомых, вызывали тоску. О них-то я тоже не подумал…
– …да и вообще ни о ком не подумал. Молодец. Настоящим магом становлюсь.
Поднявшись на ноги и отряхнув спину от травинок, я принялся медленно расхаживать возле подсыхающей одежды, раздраженно посматривая по сторонам.
Что будет с семьей Кирен и лордом Фелланом? Княжество, конечно, просвещенное и миролюбивое, но уж очень серьезен повод. Как бы впавший в ярость правитель не начал карать подряд всех, кто окажется в пределах досягаемости…
В этом месте размышлений я злобно пнул босой ногой какой-то камень – и слабо выругался от боли.
Как-то помочь оставшимся в княжестве знакомым у меня не получится. Единственный доступный вариант – это вернуться в Валеску и сдаться там в лапы стражи. Но этого я точно делать не буду. А что еще?
Тут мое внимание на некоторое время отвлек обнаружившийся под одним из соседних деревьев аппетитно выглядящий крепенький гриб. На ярко-оранжевой шляпке важно восседала небольшая ящерица… Мясо.
Желудок, встрепенувшись в предвкушении, жалобно заурчал.
Увы, в результате скоротечной охоты удалось разжиться только грибом. А ящерка, увернувшись от моей слабой руки, шустро удрала куда-то в травяные заросли. Сволочь.
– Ну и как понять, съедобный ты или нет?.. – пробормотал я, рассматривая выдернутую из земли добычу.
Гриб был солидный, тяжелый и красивый. Его толстенькую черную ножку украшала аккуратная юбка, а шляпка напоминала собой закатное солнце – такое же большое, круглое и оранжевое.
Есть хотелось все сильнее. Но питаться незнакомыми грибами было страшно – мои познания о них ограничивались лишь очень туманными историями, главные герои которых обязательно умирали в страшных муках.
Тем не менее я знал также то, что многие грибы вполне съедобны и даже полезны – возле Хрустального подобных не было, но на остальной территории Пустоши они попадались довольно часто.
В конце концов, решившись, я откусил маленький кусочек.
И в следующий момент с руганью его выплюнул, а потом от души запустил своей находкой в ствол ближайшего дерева.
Во рту стояла дикая горечь.
– Погань… Тьфу… – Попытки отплеваться помогали довольно слабо. Гнусный вкус одной-единственной крошечной частички окутал уже весь рот и убираться оттуда не собирался.
Как еще та мелкая чешуйчатая сволочь не сдохла от подобного соседства!..
Мысль о восседавшей на грибной шляпке ящерице неожиданно потянула за собой воспоминание о ее ближайших родственниках – крылатых и очень быстрых. А затем…
Я на некоторое время даже смог отрешиться от только что попробованного «лакомства» – обдумывал новую идею.
Если отсюда мне никак не поправить сложившуюся в княжестве ситуацию, то, возможно, стоит отправить письма? Объяснить Феллану и Кирен, что произошла трагическая случайность, что я в действительности не питал никаких злых умыслов.
Возможно, эти сообщения попадут в руки князю, и тогда он поймет…
На этом месте я прервал полет своей фантазии. Ничего князь не поймет. Точнее, ничего не захочет понимать. Плевать ему сейчас на любые оправдания.
Следующее, что пришло в голову, – это письменно признаться во всех подряд преступлениях, но попросить прощения у тех, кто так или иначе со мной общался. Таким образом в княжестве лишний раз убедятся в том, что я жестокий и подлый преступник, но подозрения с моих знакомых будут сняты.
– Зато они будут считать меня мерзавцем. – Горечь, появившаяся на душе, вполне могла соперничать с такой же горечью, царящей во рту.
Я совершенно не хотел, чтобы Кирен думала про меня нечто подобное. Но если это единственный выход, то пусть лучше так все и будет.
Оставалось придумать лишь одно – мотивы. Кому и зачем могло понадобиться нанимать меня для подобного деяния? Или если это все было сделано только по моей собственной инициативе, то ради чего?
Ответов на эти вопросы не было. Я слишком плохо знал обстановку в мире, чтобы придумать правдоподобную историю заговора. Империя? Сакк? Эльфы? Вроде бы ни одному государству не было никакого смысла вредить князю. Судя по тому, что я успел услышать, у него со всеми сложились отличные отношения. Даже с длинноухими.
Если же предположить, что замысел исходил от меня…
– Ну а зачем это лично мне? Я все-таки не полный дурак…
Картина не складывалась. Смерть княжича не требовалась никому во всем мире. В том числе и Рико Пепельному из Пустоши. А нормальное объяснение произошедшему в итоге по-прежнему было только одно – случайность, родившаяся из глупости одного молодого мага.
Так что если уж и посылать в княжество весточки, то писать в них только правду. Иначе получится только хуже.
Окончательно приняв решение по этому вопросу, я слегка успокоился и принялся собирать немного подсохшую к тому времени одежду. Предстояло отыскать хоть что-то съестное, не прибегая к воровству и вообще не показываясь на людях.
Ноги сами вывели меня обратно к берегу. Вода – это жизнь, в воде и рядом с ней всегда найдется что съесть… Ну, это я так раньше думал.
Здесь, в нескольких милях от края Валески, лес все еще был достаточно привычным для моего взгляда – даже несмотря на то, что кое-где уже появились отчетливые признаки юга: странные цветы, более сочная и разнообразная трава, ползающие повсюду насекомые, щебечущие птицы…
Река, которую имперцы неизвестно почему обозвали Ледяной, спокойно несла воды сквозь все эти заросли, совершенно не обращая внимания на происходящее рядом.
Ее, в отличие от меня, действительно не волновала окружающая местность. Ледяная рождалась далеко отсюда, в высоких заснеженных горах, затем спускалась на равнину, собирая по пути мелкие ручейки и речушки, становилась все более полноводной… И рядом с Валеской представляла из себя уже могучий поток в несколько сотен шагов шириной, плавно двигающийся навстречу далекому морю. Если верить атласу, то там, почти в тысяче миль от столицы Империи, берег был сплошь покрыт жаркими джунглями, представляющими собой смертельно опасную мешанину из густой растительности, топких болот и диковинных животных.
Главный водный тракт Империи видел на своем пути много чего. В том числе и полные всевозможной еды края. Но прямо сейчас я рассматривал деревья, камыши, воду – и не понимал, как здесь найти хоть что-то съедобное.
Думаю, тот же Халлан Путешественник лишь снисходительно улыбнулся бы моему недоумению. Ему, с его опытом, здесь наверняка было бы раздолье. Для меня же поиски еды вылились в настоящее мучение. Я заново промок и измазался в грязи, порезался о какой-то острейший травяной лист, сам послужил пищей для толпы мелких надоедливых комаров… А в результате стал обладателем лишь четырех небольших лягушек да какой-то странной ящерицы, пойманной в небольшой луже рядом с берегом и на ощупь напоминающей ту же самую квакшу.
Вернувшись на место своей стоянки, я опять разложил на солнце одежду, сделал крохотный костерок и поджарил на нем свою добычу.
Было грустно. Еды хватило на два укуса, и чувство голода никуда от меня не делось. По-хорошему, нужно было или целенаправленно заниматься собирательством, или просто купить еду где-нибудь поблизости. Но оба варианта сейчас были не очень-то подходящими. Гулять по лесу совсем рядом с городскими окраинами, рискуя тем самым привлечь к себе ненужное внимание, нельзя. Выходить к людям – тем более. Сначала стоит убраться куда подальше.
А для этого нужно все же подождать, пока высохнут промокшие вещи.
Стараясь не замечать протестующе ворчащий желудок, я улегся на траву и взял в руки ближнюю ко мне книгу.
«Все известные проявления божественной силы во время войны».
– Посмотрим… Если еще и здесь ничего толкового не окажется, то можно будет идти и топиться с горя. Тем более речка под боком.
Я разлепил все еще сыроватые страницы и принялся читать текст, написанный на древнеимперском языке.
Первые главы книги хоть и оказались невыразимо скучными, зато немного объяснили мне саму природу божественного могущества. Если маги пользовались для волшебства имеющейся у них волей, позволяющей воздействовать на поток энергии, текущей сквозь мир, то боги… Боги предпочитали действовать на совершенно ином плане бытия.
Разумные посвящали им свои молитвы, делились собственной силой, собственными чувствами, надеждами и переживаниями. Эти крупинки энергии, никак не отражаясь в реальности, уходили прямо на изнанку, поступая в распоряжение обитающих там сущностей. И последующие действия богов точно так же не проецировались на привычную магам картину мира. Их энергия была совершенно другой. Чуждой и незримой.
– Интере-есно… – протянул я, опустив книгу на грудь и глубоко задумавшись. – А так ли бесполезна была та смешная статуэтка?
Думаю, правильного ответа мне не узнать никогда. Отправляясь на свою первую встречу с Невестой, я был уверен, что жрецы выдали мне нечто абсолютно никчемное. Но сейчас выясняется, что оценить истинную силу артефакта мне не дано в принципе. Если верить книге, конечно же.
Очень кстати вспомнилась та самая Невеста, никак не выделявшаяся на энергетическом плане. Демоны ведь питаются людскими страхами, значит, их сила тоже сродни божественной, а незаметность – это, получается, общее свойство всех потусторонних существ… Да уж.
Несколькими маленькими загадками стало меньше. Общая картина еще чуть-чуть прояснилась. Но особого облегчения это мне не принесло. И так-то приходилось изрядно нервничать из-за невидимого в магическом зрении демона, а теперь жить стало еще тревожнее.
– Интересно, как Конрад решал эту проблему?
Наверное, в прошлом были ведь какие-то способы? В конце концов, мне ведь иногда как-то удавалось ощущать присутствие демона. Неосознанно, на уровне предчувствия, но все же…
Снова подняв увесистый томик, я принялся листать страницы дальше.
Чтение постепенно становилось все интереснее…
После того как Чернолесье оказалось в руках наступающих, боги начали все активнее влиять на события. И в один «прекрасный» момент город Лазурный, в котором собрались первые серьезные силы Небесного королевства, оказался под ударом Дакот-Ша.
Вестник смерти не разменивался по мелочам. Вняв всеобщим мольбам солдат наступающей армии, он просто убил город. Весь, целиком. Убил, проклял местность вокруг него – и исчез практически до конца войны, очевидно, потратив слишком много сил.