– Ты помнишь, о чём я тебе говорила? – спросила мать, строго посмотрев на Зарану.
– Да, помню, – ответила черноволосая красавица и небрежно повела плечом.
Лёгкая свободная сорочка, прикрывающая её стройное и соблазнительное тело, соскользнула с одной стороны, обнажая светлую кожу. Тёмный локон, кокетливо упавший сверху, лишь ещё сильнее оттенил ее сияющую белизну.
– Тогда не упусти своего шанса! – Женщина обхватила дочь за плечи, пристально всматриваясь в её зелёные глаза. – Сегодня, в эту священную ночь, когда волки выходят на охоту за своей избранницей, вожак должен выбрать тебя и только тебя!
– Не беспокойся, – Зарана с трудом подавила мученический вздох. – Данияр давно засматривается на меня. Можно не сомневаться, на ком именно он остановит свой выбор.
– Я тоже когда-то так считала, пока не пришла она! – яростно прошипела мать, припомнив старую обиду. – Сорина отняла у меня всё, к чему я стремилась!
– А как же отец? – не сдержав любопытства, спросила Зарана. – Неужели ты…
– Он погиб через седмицу. Только и успел зачать тебя, оставив меня совершенно одну.
– Мама, наш клан никогда не бросает волчиц в беде.
– Зарана, как ты смеешь?! Я, Марита из северного клана, вынуждена жить на какие-то подачки, когда должна была стать суженой вожака!
Девушка еле слышно вздохнула, уже пожалев, что начала этот разговор. Её мать всю жизнь исходила злобой, глядя на избранницу их бывшего вожака – светловолосую красавицу, родившуюся в одном из восточных кланов. Многие жители посёлка иногда вспоминали, что Марита действительно могла занять высокое положение. Ведь Тарин и, правда, заглядывался на неё. Более того, как любила повторять мама, втайне от всех он поклялся сделать её своей парой в священную ночь.
И каким же ударом для Мариты стало то, что Тарин не сдержал обещания, выбрав нечаянно выскочившую на него незнакомую волчицу. Сорина сбежала из своей стаи, не желая становиться парой их вожака, но всё равно не смогла сохранить свободу. Ирония судьбы, из-за которой Марита ненавидела её всю жизнь. И даже смерть правящей пары не смогла заглушить её злобы.
Из-за этой материнской обиды, из-за её злости на несправедливую судьбу, Зарана росла в гнетущей атмосфере. Марита решила во что бы то ни стало породниться с правящей семьёй, заставив дочь обучаться такой сложной науке, как соблазнение – прекрасное тело, нежный голос и чарующие взгляды стали верным оружием Зараны.
Девушка, если хотела, могла одним движением руки, одним взглядом привлечь к себе любого мужчину клана, вызывая злобу и зависть соплеменниц. По настоянию матери она часто пользовалась своей красотой, разжигая вожделение и ненависть среди волков.
Требовательность матери, граничившая с безумием, её одиночество, да и просто желание быть любимой вопреки всему сделали Зарану циничной и злой. Одним едким словом она могла смешать с грязью любого, доведя до бешеной пены у пасти. И от этого она получала ни с чем не сравнимое удовольствие.
А вскоре, осознав, с каким восхищением смотрит на неё Данияр, даже не пытаясь призвать к порядку, и сама уверилась, что достойна стать супругой вожака.
– Иди, твоё время пришло, – Марита помогла дочери снять сорочку, чтобы та предстала перед ней полностью обнажённой. – Я буду ждать добрых вестей.
Окинув одобрительным взглядом стройное подтянутое тело Зараны, с пышной грудью и узкой талией, с крутыми бёдрами и длинными ногами, женщина довольно улыбнулась. Дочь взяла от неё самое лучшее! Нет в клане никого прекраснее Зараны!
Последний раз посмотрев на мать, Зарана вышла на улицу. Остановившись на крыльце, приняла нарочито расслабленную позу, привычно продемонстрировав сторонним наблюдателям своё отлично сложенное тело. Пусть любуются, завидуют и мечтают – двадцатидвухлетняя красавица была готова принять свою судьбу. С превосходством посмотрев на других обнажённых девушек, она быстро обернулась и спустя мгновение по холодному снегу легко бежала великолепная чёрная волчица. Её путь лежал к одной из лесных полян, где вожак должен был испросить дозволение у лунной богини для своей стаи. В эту священную ночь волки выбирали себе пару, с которой проживут долгую совместную жизнь.
Стая собралась вокруг своего вожака, крупного и величественного серого волка. Он, не отрываясь, смотрел на круглую луну, словно мысленно общался с ней. Зарана залюбовалась статью этого великолепного зверя, по праву возглавляющего одну из сильнейших стай в их мире.
Волчица, внутри которой сейчас находилась девушка, тоже была в восторге от вожака. Как, впрочем, и от ещё одного волка, который сейчас сидел ближе всех к правителю. Лучший друг и помощник вожака – Ворен. Его зверь лишь немного уступал волку Данияра, и чёрная волчица не сильно бы огорчилась, если вместо вожака…
Зарана не позволила своему зверю дальше засматриваться на Ворена. У неё уже была цель. Мать не простит, если она упустит вожака.
«Да я и сама не прощу себе этого, – мысленно сказала она своему зверю. – Он самый достойный из всех претендентов. С ним и его волком нам будет очень хорошо».
Волчица и не подумала спорить, ведь в словах девушки была одна лишь правда. И всё же тот, второй, тоже хорош собой!
Зарана фыркнула на это, но одергивать зверя не стала. Чёрная очень редко своевольничала, всегда подчиняясь человеку. И девушка благодарила её, иногда отпуская на свободу, давая возможность порезвиться вволю. Но сегодня была особенная ночь, когда нельзя было допустить ни малейшего промаха. Поэтому волчице придётся передать контроль над сознанием человеку.
Как только вожак громогласно завыл, возвещая о начале празднества, Зарана стремглав бросилась в лесную чащу. С секундной заминкой за ней последовали и остальные волчицы. Дав им фору в десять минут, волки стремглав отправились вслед. Охота на пару началась!
Теперь волкам нужно будет не только догнать приглянувшуюся самку, но и доказать, что они достойны продолжить род. Зимний лес огласился радостным многоголосым воем, из-за чего лесное зверьё решило затаиться, пока двуипостасные отдают дань своей богине.
В отличие от своих соплеменниц, Зарана не стремилась убежать как можно дальше от поляны. Схоронившись под примеченной ещё ранее разлапистой елью, она внимательно следила за тем, как волки покидают поляну. И вот когда остался один вожак, волчица на мгновение перехватила контроль над телом, тихо заскулив. Ей хотелось, чтобы этот великолепный зверь услышал её и всё правильно истолковал. А там уж она немного поиграет, прежде чем сдаться на милость победителя.
Зарана шикнула на волчицу, призывая ту к порядку, и чуть не пропустила момент, когда серый волк бросился… в противоположную от неё сторону! Девушка настолько опешила, что первые мгновения просто смотрела на кусты, за которыми скрылся вожак.
«Куда это он собрался? – вознегодовала она, и ей вторило недовольное поскуливание волчицы. – Данияр не мог не видеть, куда я убежала. Специально же стояла перед ним. Ничего не понимаю!»
Выбравшись из своего укрытия и недовольно отряхнувшись, чёрная волчица стремглав понеслась вслед за вожаком. Она не желала терять из виду такого замечательного самца. И Зарана на некоторое время ослабила контроль, обдумывая странное поведение Данияра. Оно вызывало глухое беспокойство и тревогу.
Вскоре волчица почувствовала вожака и приободрилась, ускорив свой бег. Правда, спустя несколько мгновений он словно растворился в воздухе. Затормозив, чёрная недоумённо принюхалась, но не смогла ничего уловить.
«Неужели прячется? – подумала она, решая, как поступить дальше. – Может, он почувствовал меня и решил незаметно подкрасться?»
Эта мысль заметно приободрила, и волчица решила сделать вид, что не разгадала план вожака.
Она уже прилично пробежала, но вожака так и не почувствовала. Да и нападать он что-то не спешил. Разозлившись на Данияра за странное поведение, Зарана уже хотела развернуться назад, когда краем глаза заметила серую тень. И тут же мощное тело придавило её сверху, а зубы не больно, но весьма ощутимо сжали холку. Девушка так обрадовалась, что даже забыла о своём намерении для приличия изобразить сопротивление. Волчица и вовсе, кажется, впала в экстаз, готовая подчиниться зверю здесь и сейчас. Впрочем, девушка была с ней согласна.
Чёрная расслабилась, показывая «охотнику», что готова сдаться. Ответом ей стал довольный рык. Именно он и насторожил Зарану. Как звучит голос Данияра в двух ипостасях, она знала великолепно. И этот рык принадлежал не ему, а…
«Ворен!» – мысль ошпарила не хуже кипятка.
Мгновенно перехватив контроль и яростно зарычав, Зарана постаралась вырваться и убежать. Но разве хватит ей сил сдвинуть с места такую тушу?
Волк оглушительно рыкнул и сильнее сжал зубы, вырвав из горла волчицы жалобный скулёж. Придавив её к земле, он постарался зафиксировать гибкое тело, пока строптивица не смирится со своей участью. И чем больше она сопротивлялась, тем сильнее волк желал овладеть ей, окончательно утвердив таким образом свои права.
Только Зарана прекрасно понимала, какие желания сейчас владеют её пленителем, поэтому старательно припадала к земле, не давая волку и малейшего шанса. Не для того она так долго шла к своей цели, чтобы в решающий момент достаться другому!
Правда, вскоре волчица начала уставать. Зато волк, казалось, всё так же был полон сил и решимости покорить самку. Неизвестно, сколько бы ещё продолжалось её сопротивление, если бы неожиданно по лесу не разнёсся вой вожака. Тревожный и даже немного испуганный, как показалось всполошившейся волчице. Замерев, она вслушивалась в ночную тишину, и вскоре отовсюду начали доноситься голоса волков.
Серый мгновенно подскочил и тоже завыл. Оглянувшись на лежавшую на земле волчицу, он коротко рыкнул и мотнул головой в сторону посёлка, а сам скрылся в том направлении, откуда перед этим доносился голос вожака.
Устало поднявшись, чёрная понуро побрела вперёд. Она даже не подумала воспротивиться приказу, настолько была ошеломлена случившимся. Нападением Ворена, странным рыком вожака… А ещё неприятно побаливал загривок, на котором волк успел оставить след от своих зубов.
– Как ты могла?! – возмущалась Марита, с недоверием глядя на шею дочери. – Я столько лет ждала этого дня, а ты всё испортила!
– Мама, перестань, – устало попросила Зарана, свернувшись клубочком в глубоком кресле. На ней вновь была та же сорочка, что и в начале вечера. – Он только укусил, но не успел овладеть мной. Ты прекрасно знаешь, что по нашим законам другой волк может оспорить меня в схватке. И я надеюсь, что Данияр…
– Не говори глупостей! – Марита ударила рукой по столу и нервно потерла отозвавшуюся болью ладонь. – Он никогда не станет драться с Вореном из-за самки. Даже если это ты!
Слова матери неприятно кольнули сердце. Словно Зарана была всего лишь вещью, из-за которой не стоило ссориться. Зябко поёжившись, она обхватила себя руками. Огонь, ярко пылавший в выложенном из грубо обработанных камней камине, почему-то не согревал. И уж тем более не мог дать ответа, как ей теперь поступить.
В том, что Ворен придёт за ней, не стоило и сомневаться. Этот точно не упустит возможности поиздеваться над Зараной. Вот только она никак не могла понять, почему он решил сделать своей парой именно её. Насколько девушка помнила, друг вожака всегда презирал её и даже не стремился скрывать этого. Впрочем, она платила ему той же монетой.
– Иди, одень что-нибудь, – посоветовала Марита, неприязненно посмотрев на дочь. – Если, конечно, не хочешь идти к дому Ворена в сорочке, на потеху всему клану. А они не упустят возможности поиздеваться! Ты для некоторых была как кость в горле.
«А кто в этом виноват?» – хотела спросить Зарана, но промолчала и, встав с кресла, ушла в свою комнату. Вернее, в свою бывшую комнату…
Там, став перед раскрытыми створками шкафа, девушка некоторое время смотрела на одежду, не зная, что лучше выбрать. Вновь занывшая шея напомнила о метке, оставленной серым волком. Потерев саднящую кожу, Зарана вздрогнула от пришедшей в голову мысли.
Очень редко, но бывало так, что волк кусал волчицу, а затем, так и не соединившись с ней, уходил. Метка, конечно, через некоторое время сходила, и волчица получала шанс ещё раз обрести пару, но мало кто хотел прожить с ней свою жизнь. Ведь это считалось позором для самки – если волк останавливался на половине пути.
Мог ли Ворен так поступить с ней? Вполне возможно. И если он не придёт, то уж лучше броситься с обрыва, чем терпеть насмешки соплеменниц. В том, что они после этого житья ей не дадут, сомневаться не приходилось.
– Вот же глупая! – недовольно пробормотала она. – И о чём только думаю? Сама же не хотела, чтобы он…
Прикусив губу, девушка стукнула кулаком о дверцу шкафа. Та недовольно скрипнула и глухо ударилась о стену. Вздохнув, Зарана быстро достала первое попавшееся платье. Хотела она стать невестой Ворена или нет, неважно уже – а вот изгоем девушка точно быть не желала. Значит, нужно собраться с силами и узнать, что случилось с Данияром, и почему он отказался от нее.
В душе ещё теплилась надежда, что она нравилась вожаку настолько, что тот бросит вызов Ворену и… Грустно улыбнувшись, Зарана обвела взглядом комнату. Здесь она прожила всю свою пока ещё короткую жизнь и, казалось, знала все трещинки и зазубрины на бревенчатых стенах. Все здесь излучало тепло и уют, принося некое подобие успокоения. Неожиданно девушка сравнила свою спальню с крепостью, в которой ей было хорошо и спокойно. Жаль только, что неприступной эту крепость назвать было нельзя.
Громкий стук разнёсся по всему дому, прервав её размышления. Испуганно посмотрев на дверь своей комнаты, Зарана, прислушалась.
– Где она? – донёсся до неё ненавистный голос, и, тем не менее, девушка испытала облегчение. Отказываться, и тем самым позорить её, Ворен не собирался.
Ответ мамы прозвучал совсем тихо, но судя по приближающемуся звуку шагов, она не стала скрывать дочь.
Когда дверь открылась, а в проёме показалась высокая и мощная фигура помощника главы клана, Зарана непроизвольно вскинула голову в горделивом жесте и смерила мужчину презрительным взглядом. Годы взаимной неприязни давали о себе знать.
– Когда я отсылал тебя в посёлок, то имел в виду свой дом, – спокойно сказал Ворен, словно и не заметил неласкового приёма.
– И что мне там было делать? – холодно поинтересовалась девушка, хотя внутри всё так и дрожало от переполнявших её эмоций.
– Дожидаться меня, как и положено избраннице.
– Я не желала становиться ею!
Возмущение и обида прорвались наружу, и Зарана сжала руки в кулаки, стараясь вновь успокоиться. Вот только насмешка, светившаяся в синих глазах Ворена, ещё больше раздражала ее.
– Тогда почему ты приняла участие в празднестве?
– Я не желала становиться твоей избранницей! – повторила она.
– Но ты ею стала, поэтому сейчас без скандалов и истерик пойдёшь со мной, – холодно ответил мужчина. – Если, конечно, не желаешь стать для всех меченкой.
Вздрогнув, будто от пощечины, Зарана яростно посмотрела на Ворена. Задетая гордость не дала возможности смолчать, и она прошипела:
– Лучше стать изгоем, чем жить с тобой!
В следующий миг мужчина оказался прямо перед ней и, обхватив рукой за талию, притянул к себе вплотную.
– Ты теперь моя, а значит, только я решаю, где и в качестве кого тебе предстоит жить.
От близости мужчины сердце тревожно заныло, а внизу живота скрутилась тугая пружина. Своим непрошибаемым спокойствием он внушал ей страх. Зарана никогда не знала, чего ожидать от него. Ворен был тайной за семью печатями.
– Надеюсь, ты всё поняла? – мужчина провел подушечкой большого пальца от виска через щёку, к уголку полноватой нижней губы, и, задержав на ней взгляд, отступил на шаг. – Следуй за мной.
Глубоко вдохнув, Зарана мысленно уговаривала себя успокоиться, заодно пытаясь угомонить свою волчицу. Чёрная, почувствовав присутствие волка, заявившего на неё свои права, рвалась к нему изо всех сил. И только железная воля человеческой ипостаси мешала обороту. Такого позора девушка не пережила бы.
Не суметь удержать контроль над телом и позволить волчице ластиться к мужчине – значило признать своё поражение.
– Скажи, что случилось с Данияром? – спросила она, когда Ворен практически скрылся за дверью.
– Утром будет общее собрание клана, там всё и узнаешь, – ответил он, даже не обернувшись.
Поняв, что большего не добьётся, девушка бросила прощальный взгляд на свою комнату и вышла вслед за Вореном.
Когда они уходили, мать ни слова не сказала Заране. Отвернувшись от них, Марита с преувеличенным вниманием смотрела в окно. Правда, что можно было увидеть такого интересного в ночной тьме, девушка решительно не понимала. Она хотела окликнуть мать, но в последнее мгновение передумала. Марита была слишком расстроена неудачей.
Упустив возможность стать спутницей вожака, девушка разочаровала свою мать. С одной стороны, Зарана могла понять ее. Столько лет лелеять мечту и в один миг лишиться её – это страшный удар. И всё же Заране было до безумия обидно осознавать, что по большей части она была лишь инструментом для осуществления материнской цели. А теперь стала не нужна.
Идя вслед за Вореном по заснеженной улице, девушка благодарила богиню за то, что им никто не встретился. Сейчас ей бы не удалось удержать ту стену холодности и неприступности, которую она воздвигла очень давно. Заране нужна была передышка и возможность обдумать свою дальнейшую жизнь. А в том, что та не будет счастливой, девушка почему-то не сомневалась.
– Заходи и чувствуй себя… – неопределённо хмыкнув, Ворен посмотрел на неё. – Хозяйкой этого дома.
Не ожидая ритуальной фразы от него, Зарана споткнулась на пороге. И только сильные руки, обхватившие её за плечи и удержавшие в вертикальном положении, помогли не оконфузиться.
– Какая ты неловкая, – прошептал Ворен ей на ухо, обдав горячим дыханием нежную кожу. – Или ждала, что я перенесу тебя через порог на руках?
– Не нужно, я в состоянии ходить сама! – отстранившись, Зарана быстро зашла в дом, искренне надеясь, что мужчина не заметил её волнения.
Близость сильного мужского тела будоражила сознание. Хотелось прижаться к нему, вдохнуть еле ощутимый аромат леса, подставить губы для поцелуев, ощутить руки на нежной коже…
«О чём я только думаю! – тряхнув головой, девушка принялась осматриваться. – Во всём виновата священная ночь!»
Зарана лишь однажды была здесь, ещё в далёком детстве. Но с тех пор, насколько она помнила, дом практически не изменился. Всё так же у камина стояли два глубоких кресла. Правда, теперь их укрывали совсем другие накидки. Зато на полке до сих пор ютились резные деревянные фигурки. Отец Ворена славился мастерством резчика далеко за пределами клана. А вот пол устилал большой тканый ковёр, взамен узких половичков, лежавших здесь раньше.
– Ещё успеешь всё осмотреть… – Ворен взял её за руку и повёл к широкой деревянной лестнице с красивыми резными перилами.
– Куда ты меня тащишь? – спросила Зарана… просто, чтобы спросить. И так было всё понятно: мужчина хотел закончить то, что начал в лесу его волк.
– В спальню. Только не говори, что собираешься сопротивляться.
– Хорошо, не буду говорить, а просто сделаю это!
Упёршись ногами в пол, она попыталась помешать планам Ворена, но добилась совершенно противоположного эффекта. Насмешливо посмотрев на упирающуюся девушку, тот вскинул её на плечо и спокойно продолжил путь.
– Что ты себе позволяешь?! – возмутилась Зарана, принявшись брыкаться. И её совершенно не беспокоил тот факт, что она может свалиться.
– Всё, что моей душе будет угодно, – наставительно произнёс Ворен, подкрепив свои слова шлепком по мелькавшей перед его лицом попе. – Чем больше ты будешь сопротивляться, тем интереснее будет тебя покорить.
– Размечтался! – прошипела уязвлённая девушка. – Я никогда тебе не покорюсь! Ты мне не интересен как мужчина!
Она понимала, что идёт по тонкому льду. Немногие мужчины стерпели бы такое оскорбление. Вот только остановиться не могла. Словно кто-то невидимый дёргал за язык, заставляя пытаться побольнее уколоть Ворена.
Правда, добилась она совершенно противоположной реакции. Мужчина громко расхохотался и, войдя в одну из комнат, бросил Зарану на широкую кровать.
– А твоя волчица совсем другого мнения, – довольно усмехнувшись, он принялся стягивать с себя куртку, – так что я решил довериться ей.
Как бы ни было горько признавать, но Ворен был прав. Волчица внутри девушки уже давно радостно повизгивала, одобряя все действия понравившегося ей самца.
«Предательница!» – укорила её Зарана, а вслух сказала:
– Ей просто понравился твой волк.
Неожиданно куртка показалась слишком маленькой, сковывающей движения, и девушка, приподнявшись на кровати и неосознанно повторив за мужчиной, скинула её.
– Я заметил, – Ворен широко улыбнулся и принялся развязывать шнуровку рубашки.
– И всё же, в одном она была полностью согласна со мной, – продолжила Зарана, прекрасно осознавая, что этого ей точно не спустят, но уже не имея сил остановиться. – Твой волк не идёт ни в какое сравнение с волком вожака!
И вновь, как и раньше, Ворен мгновенно оказался рядом, нависнув над девушкой. Его синие глаза потемнели, а крылья носа гневно затрепетали. Шумно втянув воздух и тяжело выдохнув, он ухватил длинную прядь волос Зараны и легонько, но решительно потянул на себя.
– Ты. Принадлежишь. Мне! – веско сказал Ворен, когда её губы оказались в опасной близости от его рта. – И так будет всегда, запомни это!
Жёсткий, даже немного жестокий поцелуй стал закономерным продолжением их противостояния. Зарана дала себе несколько секунд, чтобы насладиться той мощью, которую источал мужчина. Казалось, ещё немного и место человека займёт зверь. Но нет! Ворен прекрасно контролировал своего волка, обрушивая бушующие в душе эмоции на распластавшуюся на кровати девушку.
Дождавшись, когда поцелуй стал не таким яростным, а длинные пальцы легко скользнули по шее, стремясь зарыться в копну чёрных волос, Зарана согнула ноги в коленях и, упёршись в живот мужчины, сильно толкнула его.
Не ожидавший такого коварства Ворен покачнулся и завалился на бок, чем Зарана тут же воспользовалась. Откатившись в сторону, она приподнялась, готовая спрыгнуть с кровати и бежать из комнаты и из этого дома, когда её рука оказалась в плену. Сильный рывок, и вот уже девушка оказалась сверху, но ненадолго.
Перекатившись, Ворен прижал её своим телом и с любопытством спросил:
– Ну, и куда ты собралась бежать?
– Подальше от тебя! – честно ответила она, почувствовав, как мужская рука, спустившись к её бедру, принялась медленно подниматься вверх, поднимая и подол платья.
– Тебе не сбежать, – напомнил Ворен, поглаживая бок через плотную ткань, будто не замечая попыток Зараны убрать его руку. – Забудь о Данияре, он бы никогда не выбрал тебя.
– Ты лжёшь! – изогнувшись, Зарана попробовала скинуть придавившее её тело, но добилась лишь того, что дала мужской ладони возможность пробраться к спине. – Зачем ты вообще погнался за мной? Вокруг тебя куча самок, готовых стелиться под ноги, только позови!
– Они мне не интересны, – перехватив руки девушки, Ворен завёл их за голову, вернувшись к прерванному занятию, – а за тобой погнался, потому что так захотел.
Увидев, что он наклоняется с явным намерением опять поцеловать, Зарана мстительно решила укусить Ворена. Вырваться из его сильных рук не было никакой возможности, но так просто сдаваться она была не намерена! Видимо, Ворен что-то понял по её лицу, потому что отклонился в сторону и подул на разгорячённую кожу. Тут же по лицу и шее Зараны прошла еле заметная дрожь, вызвав еле слышный вздох. Но на этом мужчина не остановился.
Лизнув скулу, он довольно усмехнулся, услышав тихое аханье, сорвавшееся с таких манящих губ. Вновь нависнув над девушкой, Ворен с удовлетворением заметил, как её зелёные глаза начало заволакивать томной дымкой.
– Красивая, – прошептал он и медленно провёл языком по нижней губе.
Девушка под ним расслабилась и прикрыла глаза, но помня о коварстве своей строптивой избранницы, Ворен не спешил отпускать её рук. Наоборот, ему даже нравилось, что Зарана находится в таком беспомощном положении, практически полностью открывшись ему. Расшнуровав и распахнув полы платья и переместив руку ей на живот, он начал медленно пробираться наверх, попутно покрывая лицо избранницы еле ощутимыми поцелуями, пока не добрался до её губ.
И Зарана с радостью, которой сама от себя не ожидала, ответила ему.
Этот мужчина умел добиваться отклика на свои ласки. Девушка честно хотела сдержаться, но не смогла устоять перед жаром его поцелуев. И она позволила себе расслабиться, отдавшись на волю тому, о ком давно запретила себе думать.
Прогнувшись в спине, Зарана призывно потерлась об него, еле слышно простонав, когда мужская рука накрыла ноющую от желания грудь. Дёрнув руками, она попыталась освободиться, чтобы обнять его, стать ещё ближе. Но Ворен всё равно не отпустил, и ей лишь осталось разочарованно выдохнуть.
– Не спеши, у нас ещё много времени, чтобы сполна насладиться друг другом, – прошептал он, когда Зарана нетерпеливо заёрзала.
Ворен не спешил, медленно распаляя свою избранницу и наслаждаясь её призывными стонами. Наконец, отпустив её руки, он приспустил с плеч Зараны платье и прижался губами к горячей коже, прокладывая дорожку из поцелуев от груди к плоскому животу, вслушиваясь в её участившееся глубокое дыхание и попутно освобождая от одежды.
Зарана оказалась такой отзывчивой и нежной, какой он не смел и представить её в своих мечтах. Она доверчиво льнула к нему, сама ища прикосновений. Сильно обнимала, словно боясь, что Ворен остановится и уйдёт. Умоляюще шептала не мучить её, раскрываясь перед ним всё больше и больше.
И когда казалось, что ещё немного, и она просто сгорит в бушующем пламени раздутого им пожара, во входную дверь принялись громко стучать.
– Ворен, открывай!
Застыв, мужчина тихо выругался, надеясь, что незваный гость уйдёт, но стук и призывы открыть повторились. Виновато посмотрев на тяжело дышащую Зарану, он чмокнул её в нос, пообещав быстро убить гостя и вернуться назад.
Посмотрев, как он спешно одевается, Зарана прикрылась, испытав прилив смущения. В их мире спокойно относились к тому, если кто-то заводил себе любовника или любовницу. Это даже приветствовалось. Табу распространялось лишь на звериную ипостась. Самка могла отдаться лишь тому, кто в священную ночь доказал своё право на неё.
Зарана же, по настоянию матери, до сих пор оставалась невинной, желая преподнести своему суженому этот ценный дар. И то, как совсем недавно она, позабыв обо всём, бесстыдно отдавалась ласкам совсем другого мужчины, приводило её в смущение и недоумение.
Когда-то, очень давно, будучи совсем юной, она была покорена красотой зверя Ворена. Ей нравилось наблюдать за тем, как он носится близ посёлка или чинно идёт рядом со своими родителями. Зарана ловила любую возможность, чтобы увидеть его. А когда ей показалось, что она тоже нравится Ворену, то решила поговорить с матерью. Тогда девушка думала, что сумеет переубедить Мариту. А если нет, то была полна решимости пойти к отцу Данияра, чтобы всё ему рассказать и попросить защиты, но… Однажды всё изменилось.
Когда Ворен впервые окатил её презрением, Зарана настолько была потрясена, что даже не подумала спросить, за что он с ней так. А потом, изо дня в день, это повторялось. Первый мужчина, в которого она влюбилась, демонстративно не замечал её или же кривил красивые губы в пренебрежительной усмешке.
Тогда она впервые не пришла ночевать домой, забившись в глухую чащу, под корни поваленного бурей дерева, и прорыдала там всю ночь напролёт. А потом… Потом увидела, как Данияр заинтересованно косится на неё и приняла решение обязательно стать его избранницей.
С тех пор прошло шесть лет, и Зарана давно похоронила свои чувства к синеглазому чудовищу, разбившему её сердце. И даже научилась отвечать на презрение таким же презрением, а на колкости – дерзостью. И вот теперь она стала его избранницей. Более того, готова была с удовольствием отдаться ему, забыв былые обиды!
– Зачем же он выбрал меня? – прошептала она, по привычке свернувшись клубочком.
Внизу были слышны голоса, но о чём шёл разговор, девушка разобрать не смогла. А вскоре хлопнула входная дверь, и всё стихло. Зарана пыталась разобрать тихие шаги Ворена, но так ничего и не услышала.
Подтянув к себе подушку и плотнее укутавшись в одеяло, она устало прикрыла глаза. Нужно было хоть немного поспать, ей предстоял трудный день.
Вскоре Зарана уже крепко спала, а на щеке высыхал след от одинокой слезинки.
– Проснись, – тихо звал её знакомый голос. – Зарана, пора на собрание клана.
С трудом открыв глаза, она недоумённо посмотрела прямо перед собой, не в силах понять, где находится. И только когда Ворен присел рядом с ней, воспоминания нахлынули бурным потоком. Ночной лес, скрывающийся вожак, метка другого волка, гнев матери и безумная страсть в объятиях мужчины, презиравшего её.
– Вставай, у нас мало времени на сборы, – Ворен осторожно отвёл с её лица спутанную прядь волос. – Боюсь, позавтракать мы уже не успеем.
– Я… – Зарана откашлялась и приподнялась на кровати, прижав покрывало к груди.
– Потом заберём твои вещи, пока придётся походить в этом, – Ворен протянул мятое платье, которое вчера так спешно стаскивал с неё. – Ванная комната напротив. Собирайся, жду тебя внизу.
Когда он вышел, Зарана с облегчением выдохнула. Щеголять перед ним, закутавшись в одну простыню, не сильно хотелось. А так есть возможность побыть одной и привести в порядок свои мысли.
Сейчас нужно узнать, что случилось с Данияром, и случилось ли вообще. Слишком спокоен был Ворен, значит, всё хорошо. Ещё предстояло продумать, как себя вести при встрече с другими девушками. Они точно не упустят возможности посмеяться над ней. И пусть она стала избранницей второго волка в стае, всё же он не вожак.
Спустившись вниз, она застала Ворена изучающим какие-то бумаги. Мужчина недовольно хмурился, иногда сверяясь с книгой, лежащей перед ним на столе. Заметив девушку, он тут же спрятал документы в ящик и направился на выход.
– Все соберутся на площади, – пояснил Ворен, накидывая куртку.
Когда они шли по улице, им опять никто не встретился, из чего Зарана сделала вывод, что они опаздывают. Нервно передёрнув плечом, она подумала о том, что теперь все точно заметят, с кем она пришла. Кажется, её испытание начиналось намного раньше, чем она думала.
– Зарана! – мать окликнула её, когда они уже практически подошли к месту общего сбора.
– Я… побуду с ней, – быстро пробормотала она и побежала к Марите, опасаясь, что Ворен остановит её.
– Как ты? – тихо спросила мать, подозрительно посмотрев на уходящего мужчину. – Как прошла ночь?
– Всё хорошо, – заверила Зарана, тоже покосившись на Ворена. – Он не тронул меня. Вернее, не успел, его отвлекли.
– А вот это плохо! – Марита недовольно поморщилась.
– О чём ты? – девушка подумала, что ослышалась или неправильно поняла.
– Дорогая, я сегодня так и не легла спать, – доверительно поведала мать, взяв Зарану под руку. – Данияр действительно не станет оспаривать право лучшего друга на тебя. И пусть я желала для своей дочери другого, но и этот вариант очень даже не плох.
– Ты… передумала? – удивилась девушка, испытав неимоверное облегчение.
Она сама не осознавала, как ей было тяжело следовать выбранному Маритой пути, как тяготило желание матери породниться с семьёй вожака. И вот теперь…
– Нет, ты меня не поняла. Смотри, Данияр всё равно выберет себе кого-нибудь в пару. И у них обязательно будет потомство. И ты тоже должна обязательно родить дочь от Ворена! В семье вожака всегда рождались только сыновья, поэтому…
– Ты рассчитываешь на то, что моя будущая дочь станет женой старшего сына Данияра? – потрясённо выдохнула Зарана, непроизвольно обхватив живот руками, словно пытаясь защитить будущее дитя.
– Да, ты всё верно поняла! – довольно сказала Марита.
– Нет! – воскликнула Зарана, быстро отойдя от неё.
– Что случилось? – не поняла её нервозности мать.
– Я сказала – нет! – решительно повторила девушка. – Если у меня когда-нибудь будет дочь, то она не повторит моей судьбы.
Развернувшись, она зашагала в сторону площади, больше не обращая внимания на крики матери. Злость на женщину, родившую её и всю жизнь готовившую к участи, которая даже не являлась мечтой самой Зараны, затопила с головой. Девушка смертельно устала от этого, и теперь совершенно иначе смотрела на произошедшее этой ночью.
«Возможно, это мой шанс обрести своё счастье?» – подумала она, остановившись рядом с семьёй портного Сорха.
Ворен обнаружился на другом краю площади. Он как раз поднимался на деревянный помост, где обычно стоял Данияр. Люди сразу прекратили говорить, не желая пропустить ничего из сказанного помощником вожака.
– Сегодня, как уже все вы знаете, празднество прошло не по плану, – начал Ворен, окинув внимательным взглядом собравшихся.
– Да не начинай ты из-за гор, – выкрикнул самый нетерпеливый, и его поддержали согласными возгласами. – Скажи, куда пропал Данияр.
Ворен поднял руку, призывая соплеменников к молчанию.
– Некоторое время Данияра не будет, – ответил он, когда все успокоились. – Об этом мне ночью сообщила вестница богини.
– Откуда нам знать, что ты не врёшь? – выкрикнул ещё один мужчина.
Посмотрев в ту сторону, Зарана узнала в говорившем местного задиру Рума. Он всегда ненавидел Ворена. Правда, никто не знал за что именно. И, конечно же, ничего удивительного, что теперь Рум пожелал воспользоваться странной ситуацией с отсутствием вожака.
– Да может, ты сам что-то сделал с Данияром! – согласился с Румом его друг Ранар.
– А чтоб у вас шерсть вся вылезла! – возмутилась одна из женщин. – Мой сын видел, как Ворен разговаривал с вестницей.
– Я могу это подтвердить, так же, как и моя избранница, – откликнулся молодой парень, становясь на верхнюю ступеньку помоста.
– Я тоже это видел!
– И я!
– Мы тоже всё видели!
Вскоре перед помостом стояли человек двадцать, сурово глядя на толпу. Заране даже показалось, что ещё немного, и они бесстрашно кинутся на защиту Ворена, если кому-нибудь придёт в голову мысль напасть на него.
– Тихо!
Дождавшись, пока все вновь замолчат, Ворен спокойно сказал:
– Вестница пообещала, что он вернётся через пять дней, как раз к празднеству связывания судеб. Надеюсь, Рум, ты потерпишь это время, чтобы убедиться: я не солгал и никуда нашего вожака не запрятал.
Сначала раздались одиночные смешки, а вскоре над злым мужчиной потешалась вся площадь. И лишь Зарана с беспокойством смотрела ему в след. Рум ей никогда не нравился. Слишком завистливый и злобный. Такой мог исподтишка сделать другому гадость, а то и вовсе подстроить смертельную ловушку.
– Ворен, а вестница не сказала, по какому делу отправился Данияр?
– Чтобы найти свою избранницу, – ответил тот.
Кто-то радостно загомонил, кто-то недоумённо пожал плечами. А те, кто стоял рядом с Зараной, начали на неё коситься. И не во всех взглядах читались добрые чувства. Некоторые со злорадной усмешкой ждали её реакции, но девушка не собиралась устраивать им потеху, всё так же спокойно продолжая стоять на месте.
Вопросы на Ворена сыпались со всех сторон. Правда, теперь они относились не к судьбе Данияра. Ведь пока вожак отсутствует, за главного остался его помощник.
Постояв ещё немного, чтобы окружающие не подумали, что она сбегает, Зарана принялась выбираться из толпы. Тем более и Ворен спустился с помоста. А она может его подождать и на соседней улице!
– Гляньте-ка, кто у нас тут притаился! – весело воскликнула Мирея, одна из тех, кто тоже мечтал оказаться избранницей вожака или же, если не получится, его помощника. – Что, обломился тебе наш Данияр?
– С каких это пор он стал вашим? – насмешливо спросила Зарана, мысленно пожалев, что не успела уйти. – Печатей я на нём не видела, да и не смотрел он в твою сторону. Так что не стоило и мечтать!
Презрительно осмотрев соперницу сверху донизу, девушка хотела продолжить свой путь, когда дорогу ей преградили ещё две соплеменницы.
– Но и тебе он не достался, – зло прошипела одна из них, рыжеволосая Сатара. – Видно, судьба такая у женщин вашего рода: мечтать о вожаке, но оставаться не удел!
Сама того не ведая, она зацепила за больное. Всё же эта ситуация была очень обидной, ведь Зарана уже свыклась с мыслью, что станет суженой Данияра. Вот только показывать, как ей неприятно, девушка не собиралась.
– В отличие от некоторых, я со смирением принимаю волю богини, – с достоинством ответила Зарана. – Чего и тебе советую.
– Ну да, а что ещё остаётся, если такую, как ты, никто больше не захочет видеть своей избранницей! – ехидно подначила её Мирея. – Только и остаётся, что куковать век одной.
– Это ты о себе? – преувеличенно удивлённо спросила Зарана, и пока та не опомнилась, быстро двинулась в сторону Ворена.
Настроение, и так невесёлое после ссоры с матерью, и вовсе скатилось в никуда. Поэтому девушка и захотела доказать соперницам, что у неё всё прекрасно. И только когда до Ворена оставалось несколько шагов, Зарана вдруг поняла, что не знает, как он себя поведёт.
Он вполне мог в своей излюбленной манере окатить её презрением. А Зарана этого точно не пережила бы, особенно теперь, когда в дом матери вернуться не сможет. Только останавливаться или сворачивать было уже поздно, поэтому девушка решила сделать вид, что просто идёт мимо. И когда поравнялась с мужчиной, неожиданно была схвачена в крепкие объятия.
Приподняв её лицо за подбородок, Ворен быстро поцеловал Зарану в губы и сказал так, чтобы всем рядом стоящим всё было прекрасно слышно:
– Я обещал тебе завтрак, а сам задержался. Прости.
Не ожидавшая от него поддержки Зарана почувствовала, как глаза защипало от подступивших слёз. Чтобы окончательно не опозориться, она уткнулась лицом в широкую грудь и притихла.
– Ишь ты, какую знатную избранницу себе отхватил Ворен! – раздался довольный выкрик.
А вслед за ним ещё один и ещё… Вскоре их уже слаженно поздравляли, но Зарана так и не решилась посмотреть на окружающих. Пусть лучше думают, что она смущена всеобщим вниманием. Тем более, оказалось неожиданно приятно находиться в крепких и таких надёжных объятиях и слушать, как Ворен отшучивается на довольно вольные пожелания семейного счастья.
И лишь в одном Зарана не смогла себе отказать – когда уходила с мужчиной с площади, она скользнула по лицам соперниц нарочито равнодушным взглядом. И была вознаграждена, увидев зависть и бессильную злобу в их глазах. Ворен считался самой выгодной партией после Данияра.
Стоило им скрыться из вида, как Зарана оказалась прижата к стене одного из домов.
– Ты довольна? – спросил Ворен, склонившись к её лицу.
– Да! – ответила она, дерзко посмотрев ему в глаза. Девушка даже не собиралась делать вид, что не поняла его вопроса.
– Я заслуживаю награду? – приподняв тёмную бровь, Ворен насмешливо и выжидающе посмотрел на неё.
– Что ты хочешь? – настороженно спросила Зарана, почувствовав, как руки мужчины пробираются ей под куртку.
Ответом стал поцелуй. Голодный, требовательный и до безумия приятный поцелуй.
Обвив руками его шею, Зарана полностью отдалась ощущениям, наслаждаясь моментом. Ей неожиданно понравилось, как собственнически Ворен прижимал её к себе, а мысли будоражила возможность быть замеченными кем-нибудь из прохожих. Но всё неожиданно прекратилось.
– Сначала завтракать, или заберём твои вещи? – спросил Ворен, отступив от неё на шаг и любуясь затуманенным взглядом зелёных глаз.
Его вопрос помог Заране прийти в себя, и она задумалась. С матерью сейчас встречаться совершенно не хотелось. Ещё была свежа обида на то, как та попыталась распорядиться жизнью даже незачатого ребёнка. И в тоже время откладывать встречу было не желательно.
– Сначала за вещами, – наконец, решила она и, немного помедлив, спросила: – Что ты планируешь делать дальше?
– Я же сказал, завтракать, – ответил Ворен, поправляя на Заране задравшуюся куртку.
– Ты понимаешь, о чём я говорю! – девушка продолжила настаивать на своём, желая прояснить всё и сейчас.
– Не здесь, – сказал Ворен, утаскивая её за собой. – Вернёмся домой, там и поговорим.
И Зарана смирилась, поняв, что улица действительно не самое удачное место для разговора. Тем более на них уже начали коситься немногочисленные прохожие.
А вот при входе в её теперь уже бывший дом, Зарану поджидал сюрприз. Оказалось, что мать сама сложила её вещи, и теперь они дожидались её в сенях.
– За раз всё точно не унесу, – пробормотал Ворен, обозрев кучу сумок и коробок. – Погоди, сейчас позову кого-нибудь на помощь.
Не успела Зарана и слова сказать, как он уже вышел на улицу, оставляя их с матерью наедине. Девушка даже приготовилась к тому, что её сейчас будут отчитывать за утреннее своеволие, но Марита не проронила и слова. Женщина всем своим видом показывала, насколько оскорблена поведением дочери. И практически добилась нужного эффекта! Зарана чувствовала себя виноватой и уже хотела сама начать разговор, когда в дом вошли мужчины, принявшись выносить её вещи.
Оказалось, Ворен попросил соседей помочь загрузить всё в телегу, взятую у пекаря.
Им понадобилось около часа, чтобы справиться с перевозкой вещей – и вот они лежат в гостиной ее нового дома. Обозрев эту гору, Ворен тяжело вздохнул и сказал:
– Сначала завтрак. Иди на кухню, я сейчас подойду.
Против еды Зарана действительно ничего не имела. Тем более, желудок уже начал обиженно ворчать. Правда, как она подозревала, что завтрак ещё нужно приготовить.
За этим занятием её и застал Ворен. Подойдя к девушке сзади, он обнял её за талию и прижался носом к волосам, вдыхая еле ощутимый цветочный аромат. У двуипостасных был отменный нюх, поэтому они предпочитали то, что не имеет или почти не имеет запаха. А от Зараны пахло мёдом и вербеной.
– Хорошо иметь хозяйку в доме, – прошептал Ворен, склонившись к уху и проведя по мочке кончиком языка.
В ответ раздался судорожный вдох, и Зарана чуть не выронила ложку. Довольно улыбнувшись, мужчина приник к её шее, удовлетворённо проворчав, когда девушка отклонила голову в сторону. Положив одну руку на живот, второй он принялся путешествовать по стройному телу своей избранницы, но пока через ткань одежды, не желая спешить. Достигнув высокой груди, Ворен прикрыл её ладонью, слегка сжав. И в ответ получил еле слышный всхлип Зараны.
Слегка прогнувшись в спине, девушка прижалась к хорошо ощутимому через ткань одежды бугру и легонько потерлась об него. Мужские руки тут же сильнее сжали её, а нежная кожа шеи ощутила укус, который сразу же зализали.
– Мы хотели позавтракать, – выдохнула девушка, когда Ворен принялся расшнуровывать её платье.
– Хотели, – не стал спорить мужчина, проведя пальцами по голой полоске кожи в вырезе.
– У меня сейчас всё сгорит… – начала Зарана, но ей не дали договорить, резко развернув к себе.
– Я потушу твой пожар, – многообещающе сказал мужчина, собираясь поцеловать такие манящие губы.
Зарана быстро просунула между ними свою ладонь и, еле сдерживая смех, возмущённо воскликнула:
– Ворен, у меня сейчас мясо на сковородке сгорит!
Переведя недоумённый взгляд на плиту, мужчина некоторое время сверлил её недовольным взглядом, а затем широко улыбнулся.
– Вкусно пахнет. Так уж и быть, сначала завтрак.
Всё то время, пока она накрывала на стол, а затем они ели, Ворен прожигал её голодным взглядом. Зарана даже хотела предложить ему добавки, но потом решила не рисковать.
«С него станется уложить меня на стол, заявив, что я главное блюдо», – насмешливо подумала девушка, при этом испытывая непередаваемое удовольствие от того, что настолько желанна для него.
И всё же глубоко внутри её душу терзал страх. Она не понимала действий Ворена. Его словно подменили, больше не было того мужчины, презрительно смотревшего на неё. И Зарана боялась, что в один прекрасный миг всё вернётся на круги своя. Боялась, что это всего лишь злая шутка с его стороны. Поэтому и хотела всё прояснить как можно скорее. А когда это лучше сделать, как не после еды?
Её мать всегда говорила, что из сытого мужчины проще всего верёвки вить.
И вновь её планам помешали. Она только начала убирать со стола, как в дверь постучали. Оказалось, что появились какие-то неотложные дела, требующие присутствия Ворена, раз уж Данияр временно отсутствовал.
– Я помню, что обещал поговорить, но как видишь, пока не могу, – извинился мужчина. – Мне нужно срочно уйти, а ты разберись со своими вещами. Можешь сложить их в соседней комнате.
Он тут же ушёл, а Зарана ещё долго стояла на кухне, уставившись невидящим взглядом на стол. У двуипостасных пары никогда не жили в отдельных комнатах. Так было принято только у любовников. А значит, Ворен только что указал на её место.
Прикусив щеку изнутри, девушка почувствовала, как защипало глаза от слёз. Яростно тряхнув головой, она принялась глубоко и размеренно дышать, стараясь успокоиться.
– Он не дождётся моих слёз. Я обязательно что-нибудь придумаю! Сбегу, например!
Идея убежать показалась ей довольно соблазнительной. Уйти из клана и начать всё заново… Вот только метка, оставленная клыками волка, мешала тут же осуществить это. Нужно подождать, пока она хоть немного заживет, и заодно не давать Ворену возможности кусать себя повторно.
В том, что они станут любовниками, Зарана не сомневалась. Этот мужчина своего не упустит. Да и она решила, что хранить себя для одного единственного глупо, когда все остальные наслаждаются жизнью.
Значит, за четыре дня ей нужно всё подготовить к побегу, а затем улизнуть перед самым празднеством Соединения. Потом будет уже поздно, после благословения в храме богини зверь Ворена везде её найдёт.
До самого вечера Зарана оставалась в доме одна, успев за это время прибраться в отведённой ей комнате и разложить большинство вещей. А под кроватью лежала походная сумка с самым необходимым. Большую часть пути девушка планировала провести в облике волчицы, поэтому отдала предпочтение деньгам и некоторым милым сердцу мелочам. Из одежды выбрала лишь несколько рубашек, тёплых кофт и брюк, свернула валиком подбитый мехом плащ с капюшоном.
А потом началось паломничество местных сплетниц. В принципе, ничего удивительного в этом не было. Все прекрасно знали, как Ворен относился к Заране, поэтому и хотели поскорее разведать, почему он остановил выбор именно на чёрной волчице. А заодно и посмотреть, не посадил ли он её на цепь, чтобы научить смирению и подчинению.
Вообще, двуипостасные были очень свободолюбивыми, поэтому любое ограничение строго каралось. Только Зарана подозревала, что если Ворен и захотел бы надеть на неё ошейник, никто бы спорить и перечить не стал. Репутацию у неё была не слишком хорошая. Лишь немногие посочувствовали бы чёрной волчице, но в любом случае соплеменники решили бы, что ей это всё только на пользу пойдёт.
Поэтому ещё несколько часов девушка потратила на чаепитие и любезные улыбки, за которыми скрывала волчий оскал. Хорошо хоть в переносном смысле этого слова. Неизвестно, как бы отреагировал Ворен, если бы Зарана устроила в доме бой в звериной ипостаси.
По крайней мере, удовольствие от всего этого она всё же получила, когда сплетницы ушли, так ничего интересного и не обнаружив. А Зарана, убрав посуду со стола, ушла наверх. Её хватило только на то, чтобы раздеться и упасть на кровать. Этот день безумно вымотал. Одеяло девушка на себя натягивала уже в полусне. Но выспаться ей так и не дали.
Зарана проснулась от того, что кто-то взял её на руки. Вперив в Ворена недоумённый взгляд, она хрипло спросила:
– Что тебе нужно?
– Когда я говорил про эту комнату, то имел в виду, что здесь будут лежать твои вещи, – пояснил мужчина, неся её в свою спальню. – А ты будешь жить в моей. Родительские покои давно стоят закрытыми, поэтому там нужно кое-что подновить, прежде чем мы их займём.
На последних словах он уложил Зарану на свою кровать. Пока Ворен раздевался, девушка неподвижно лежала, чувствуя, как сердце переполняет сумасшедшая радость. Она всё не так поняла!
Из-за резко прогнувшегося матраса, Зарана сползла к центру кровати и тут же оказалась придавлена сверху обнажённым мужским телом.
– А сейчас мы продолжим с того, на чём остановились, – заявил Ворен, склоняясь к её лицу.
Зарана сама потянулась к нему навстречу, откидывая прочь ненужные сейчас мысли. И пусть она до сих пор не понимала его мотивов, но разве это повод отказать себе в удовольствии? Тем более, когда на тебя смотрят таким жарким взглядом.
Ворен накинулся на неё, словно изголодавшийся зверь. Его рот терзал её губы, руки жадно исследовали обнажённое тело.
– Убью любого, кто нам помешает! – пообещал он, принявшись целовать нежную кожу шеи.
Эта часть тела очень сильно привлекала Ворена. Особенно метки от клыков его зверя. Видя их, он в полной мере осознавал, что эта строптивица теперь принадлежит ему, и никто не может оспорить это право!
Но больше всего его радовал отклик Зараны. Она тихо постанывала всякий раз, когда он прикусывал зубами кожу, медленно спускаясь к полной груди. И когда Ворен накрыл губами горошинку соска, слегка втянув его в рот, Зарана выгнулась от прострелившего низ живота наслаждения и впилась пальцами в плечи мужчины.
Проведя открытой ладонью по плечу к шее, Зарана легонько надавила на голову Ворена и тихонько захныкала. Казалось, что невидимый огонь окутывает всё её тело не только снаружи, но и внутри. Она приоткрыла рот, жадно вдыхая ставший слишком плотным воздух и, сильно сжав бёдра, нетерпеливо заёрзала.
Ворен обхватил её руками за талию, фиксируя на одном месте. Коленом же принялся раздвигать сомкнутые бёдра, и Зарана подчинилась, надеясь, что он сумеет унять нестерпимое желание. Оторвавшись от её груди, мужчина пристально всмотрелся в раскрасневшееся лицо и полуприкрытые, затуманенные страстью глаза. Довольно улыбнувшись, он положил ладонь на плоский живот и начал медленно перемещать руку вниз, подмечая малейшие изменения в эмоциях своей избранницы. Не спеша, он вырисовывал кончиками пальцев замысловатые узоры на ставшей чувствительной коже бедра. Достигнув колена, мужчина склонился и поцеловал живот Зараны, вырвав у неё судорожный вздох.
Пока его губы прокладывали дорожку из поцелуев к груди, пальцы точно так же принялись двигаться вверх по внутренней стороне бедра. И когда мужчина достиг рукой нужной ему цели, то вновь посмотрел в лицо избранницы. Она широко распахнула глаза и впилась пальцами в плечи Ворена. Спустя несколько секунд вновь выгнулась, разводя бёдра как можно шире и взглядом умоляя прекратить её мучения.
Ворену нравилась та искренность, с которой Зарана отдавалась ему. Нравилось видеть, как она льнёт навстречу, готовая без раздумий следовать за движением его рук и губ. А прерывистый шёпот, слетающий с припухших от поцелуев губ, и вовсе приводил в исступление.
Страстное желание владеть этой невероятно красивой девушкой, доставляя ей нереальное удовольствие, затмило, казалось, весь мир.
Заставив Зарану обхватить себя ногами за талию, Ворен вновь поцеловал ее приоткрытые губы, обещая подарить освобождение, ведь сам стремился к тому же. Медленные, даже немного ленивые движения, хрупкая преграда, сначала заставившая мужчину недоумённо замереть, а затем испытать безумный восторг – и гортанный стон Зараны, сложившийся в его имя. В эту ночь девушка, о которой он мечтал многие годы, стала принадлежать ему.
Следующие два дня напоминали Заране сладкий сон. Проснувшись на следующее утро в объятиях Ворена, она даже осмыслить ничего не успела, как тут же была зацелована. В тот день они вышли из спальни только к обеду. И то, пока девушка готовила, Ворен постоянно её отвлекал своими ласками или нежными поцелуями.
Как ни странно, но их никто так и не побеспокоил. Словно соплеменники забыли о существовании Ворена и его невесты, давая им время в полной мере насладиться близостью. Чем они и занимались, старательно познавая тела друг друга.
Зато на третий день, когда даже не рассвело, во входную дверь постучали, напоминая, что уединение закончилось.
– Спи, ещё слишком рано, – тихо сказал Ворен, когда Зарана попыталась встать с кровати. – Не знаю, во сколько сегодня вернусь, поэтому не жди меня. А завтра мы с тобой обязательно побегаем. Нужно, чтобы наши звери привыкли друг к другу.
– И поговорить нам тоже не помешает, – уточнила девушка, притягивая его к себе. – Ты обещал.
– Да, и поговорим, – покладисто согласился Ворен, быстро целуя её в губы.
После его ухода Зарана так и не смогла уснуть. Впервые за эти два дня оставшись одна она, наконец, смогла обдумать всё произошедшее за это время. Заодно она поняла, какие вопросы хотела бы задать своему мужчине. Дурманящая мысли страсть схлынула и пока что не мешала во всём разобраться спокойно.
Зарана не сказала бы, что ей было плохо. Наоборот, очень и очень хорошо. Ворен оказался нежным и страстным любовником. А ещё – очень внимательным к мелочам, он подмечал малейшие изменения в поведении девушки, был заботлив. И пусть в эти дни они практически не разговаривали, занятые утолением голода собственных тел, она была уверена, что поговорить им тоже найдётся о чём.
В принципе, если бы Зарана захотела, то могла бы настоять на серьёзном разговоре и раньше, но она не желала портить отношения, только начавшие налаживаться. Почему-то ей казалось, что не все ответы Ворена могут ей понравиться. Она одновременно и хотела, и боялась всё узнать.
Решив не настраивать себя на плохое раньше времени, Зарана принялась хлопотать по дому. И когда обнаружила, что не мешало бы пополнить запасы продуктов, сходив за ними на рынок, испытала двоякие чувства. С одной стороны, ей очень хотелось выйти на улицу, подышать морозным воздухом, ощутить дух праздника. А с другой – появилось нестерпимое желание остаться в уютном мирке нового дома, чтобы не видеть злых и завистливых взглядов.
Уговорив себя не малодушничать, девушка переоделась и всё – таки вышла на улицу. А там вовсю светило зимнее солнце, отражаясь слепящими бликами от снежной поверхности. Прищурившись, Зарана некоторое время привыкала к режущему глаза свету, попутно вытирая выступившие на глазах слёзы.
Как ни странно, но на рынок она сходила вполне благополучно. Встречавшиеся ей люди приветливо здоровались, спеша по своим делам, многие были заняты – украшали дома к предстоящему празднику соединения. В общем, до Зараны никому не было никакого дела. Чем она и воспользовалась, спокойно пройдясь по рядам, чтобы сделать закупки.
На обратном пути девушка решила зайти в таверну, чтобы купить несколько мясных пирогов. Она знала, что Ворен их просто обожал, вот и захотела порадовать своего мужчину. Войдя в тёплое помещение, девушка некоторое время постояла у порога, привыкая к тусклому освещению. Свечей ещё не зажигали, так как был день, а через окна в зал попадало не так уж и много света.
– О, гляньте, кто явился, – раздался голос Рума. – Раз вожака отхватить не смогла, так и помощник сойдёт? Ну, и как? Может Ворен составить конкуренцию Данияру?
В голосе мужчины отчётливо слышалась язвительность и злоба. Мысленно ругнувшись из-за неприятной встречи, Зарана презрительно осмотрела его и спокойно сказала:
– Лучшим мужчинам всегда достаются лучшие женщины.
По залу разнеслись смешки, а Рум сжал в ярости кулаки.
– Да кому нужна такая…
– Рум! – Борас, хозяин трактира, стукнул пудовым кулаком по столу. – Попридержи свой язык, пока Ворен его не укоротил.
– Да было бы из-за кого укорачивать, – не пожелал остановиться тот. – Ворен сам виноват, коль ему нравится подбирать чужие объедки.
На мгновение в таверне установилась мёртвая тишина, а затем Борас взревел:
– Пошёл вон отсюда! И чтоб ноги твоей больше здесь не было! И будь уверен, её жених всё узнает!
Зарана была оглушена словами Рума. Пусть её поведение оставляло желать лучшего, но никто не мог сказать, что она была гулящей. А значит, её намеренно пытались при всех оскорбить. Вот только на что надеялся Рум, было непонятно. Ворен второй по силе двуипостасный в клане и может легко расправиться с зарвавшимся наглецом. И тот не мог не знать об этом.
– Не обращай на него внимания, – обратился к девушке один из посетителей. – Теперь у тебя есть жених, он со всем разберётся. Рума уже давно пора поставить на место, а то он от зависти совсем свихнулся.
– От зависти? – Зарана удивлённо посмотрела на говорившего.
– Конечно, от неё, – подтвердил Борас. – Он с самого детства завидовал Ворену. Сначала из-за того, что тот оказался намного сильнее Рума и раз за разом побеждал его в схватках. Потом из-за того, что сдружился с сыном вожака, став в итоге его помощником. Ну и, наконец, из-за тебя.
– Меня? – девушка недоверчиво посмотрела на трактирщика. – Да он когда-то приставал ко мне, но я отшила нахала, и с тех пор Рум больше не докучал.
– Потому что с ним сначала побеседовал Ворен, а потом и Данияр! – Борас хохотнул и похлопал Зарану по плечу. – И если бы ты всё же стала избранницей вожака, он это ещё как-нибудь пережил. Но тебя выбрал его помощник, которого Рум искренне ненавидит и считает виновником всех своих неудач.
– Не знала об этом, – призналась девушка.
– Просто те, кто знают причину, не распространяются о ней. А Ворен и вовсе на него внимания не обращает. У него своих хлопот полно. Тем более, Рум только и может, что языком трепать. Но за сегодняшние слова он точно ответит. Я так думаю, ему можно прощаться со своей никчёмной жизнью. Ворен его попросту убьёт, и будет совершенно прав.
Возвращаясь домой, всё-таки купив пироги, Зарана то и дело оглядывалась. Ей всё время казалось, что в любой миг из-за поворота выскочит Рум и… Что именно должно произойти, она так и не додумала. Зато узнала, когда её неожиданно кто-то рванул за руку и утянул в узкий проулок. Корзина, которую Зарана несла, так и осталась валяться на снегу.
Не успела она опомниться, как перед лицом её появился слабо сияющий овал, и девушку толкнули в него. Упав на колени, Зарана осмотрелась по сторонам. Она оказалась на высоком утёсе. Хорошо хоть, это место было ей знакомо. Поселение клана находилось в двух часах пути отсюда. Оставалось узнать, кто и почему доставил её на скалу.
И вновь не успела Зарана оглянуться, как чья-то рука зажала ей нос. Открыв рот, чтобы вдохнуть, она почувствовала, как в горло хлынула горько-сладкая жидкость, заставляя натужно закашляться.
Похититель, наконец, отпустил Зарану, дав отдышаться. Когда она немного пришла в себя, то смогла оглянуться, чтобы встретиться взглядом с тем, кто утащил её на утёс. Это оказалась невысокая русоволосая девушка с красивыми серыми глазами.
– Ирья? – удивилась Зарана, вставая с колен. – Что ты делаешь? Зачем перенесла меня сюда?
– Чтобы воздать тебе по заслугам! – заявила та, презрительно скривив губы.
– Не понимаю. Ирья, я вроде бы никогда не ругалась с тобой. Да это было бы глупо с моей стороны – заиметь во врагах колдунью!
И пусть Ирья имела довольно слабый магический дар, но его вполне хватало, чтобы создавать сильные зелья, которыми пользовался весь клан. Зарана и сама часто обращалась к ней, правда, в основном за косметическими средствами.
– А ты не догадываешься? – наиграно удивилась Ирья, начав расстёгивать свой плащ.
Нахмурившись, Зарана принялась вспоминать все случаи, когда её интересы пересекались с интересами колдуньи. Только в голову ничего не приходило, пока она не заметила у Ирьи на запястье плетеный ремешок, который обычно дарят на празднике летних костров.
– Ворен, – выдохнула Зарана, вспомнив, что несколько лет назад он был любовником Ирьи.
– Поняла, наконец? – неприятно усмехнулась колдунья, продолжив раздеваться. – Ты всегда забавляла меня. Такая самоуверенная красотка, считающая, что весь мир должен пасть к её ногам! Хотя я искренне надеялась, что тебя всё же выберет Данияр. Такое упорство должно вознаграждаться. Но ты покусилась на моего мужчину, и за это тебе не будет прощения!
– Ирья, он никогда не был твоим, – напомнила Зарана. – То недолгое время, что вы были любовниками – это всё, на что ты могла рассчитывать.
– Неправда! – возмутилась колдунья. – Он бы всё осознал и вернулся ко мне, если бы не ты! Я слишком поздно поняла, что же меня беспокоило в последние дни перед ночной «охотой». А потом… Я не успела перехватить его в лесу. Исчезновение Динияра испортило мне все планы, но теперь я всё исправлю!
– Ты хочешь вызвать меня на поединок? – спросила Зарана, когда колдунья осталась в одной тонкой сорочке.
– Поединок? – наигранно удивилась Ирья, неприятно улыбнувшись. – Никакого поединка не будет! То зелье, что я влила в тебя, блокирует твою волчицу.
Когда до Зараны дошёл смысл сказанного, она содрогнулась от ужаса. Сумасшедшая собиралась обречь её на унизительную и мучительную смерть. Когда-то давно так поступали с преступниками. Им блокировали внутреннего зверя и выпускали на бой против волка без оружия. Если человек побеждал, то ему сохраняли жизнь. Но такое случалось всего несколько раз. Против звериной ипостаси можно было выстоять или с оружием, или призвав своего зверя.
А у Зараны точно не было и малейшего шанса выжить.
– Меня будут искать! – попыталась она воззвать к колдунье.
– Пусть ищут, – усмехнулась Ирья, нарочито медленно стягивая сорочку. – Многие видели, как Рум оскорбил тебя сегодня. Кстати, по моему совету он покинул посёлок, а, значит, все без исключения уверятся в его виновности. Ворен, убитый горем, конечно же, выследит его и, даже не став слушать, убьет. Ну, а там уж подоспею и я, чтобы утешить его!
Спустя миг перед Зараной стояла красивая бурая волчица, выдавая своим окрасом уроженку южных кланов. Сильные лапы и крепкие клыки наглядно демонстрировали возможность зверя не только постоять за себя, но и наказать своих врагов. Конечно, против самцов ей не устоять, зато с девушкой она справится абсолютно легко.
Словно нехотя волчица принялась медленно обходить Зарану по кругу, не спуская с неё внимательного взгляда. И словно назло, они находились на открытой местности, где девушка никак не смогла бы себя защитить. Если только снежками покидаться.
– Ирья, прошу тебя, остановись, – тихо сказала она, осторожно приподняв руки и выставив навстречу морде зверя раскрытые ладони. – Рано или поздно правда всё равно всплывёт. Если даже всё получится, и Ворен сделает тебя своей суженой, неужели ты сможешь жить с ним, обманывая?
Волчица фыркнула и тряхнула головой, словно говоря, что спокойно справится с чувством вины. Остановившись и склонив голову на бок, она некоторое время смотрела на соперницу, а затем, грозно рыкнув, прогнулась к земле и, крадучись, пошла навстречу девушке. Кажется, ей надоело играть, и она была готова приступить к решительным действиям.
Резко прыгнув, волчица злобно оскалилась, метя в горло своей жертве. Зарана успела отклониться в последний миг, но была сбита тяжёлым телом и кубарем покатилась по снегу. Не успела она встать, как Ирья вновь прыгнула на неё, и только вовремя выставленная рука спасла Зарану от смерти.
Застонав от боли, девушка принялась лупить волчицу по носу, пока та, яростно рыча, пыталась прокусить ткань тёплой куртки. Зарана попробовала пнуть бурую ногой в бок, но ощутимых результатов это не принесло. Тогда она попыталась перевернуться, чтобы подмять Ирью под себя и сдавить ей горло.
Убивать колдунью Зарана не хотела, а всего лишь стремилась обезвредить. Но и здесь девушку постигла неудача. Сил на задуманное ей просто не хватило, а волчица принялась яростно мотать головой, причиняя сильную боль руке. Не выдержав, Зарана закричала и вновь попыталась отодрать от себя зверя.
А в следующий миг Ирью буквально снесло с неё, и Зарана услышала громкое рычание. Ещё не вполне веря в то, что кто – то пришёл к ней на помощь, девушка оглянулась и потрясенно выдохнула:
– Мама!
Чёрная волчица безжалостно дралась с бурой, стремясь как можно быстрее добраться до глотки врага. Ирья яростно сопротивлялась, понимая, что у неё мало шансов против более опытной Мариты. Она могла рассчитывать только на свою изворотливость, чем и пользовалась, в последние мгновения успевая отскакивать от оскаленной пасти чёрной волчицы.
А через некоторое время колдунье несказанно повезло. Марита поскользнулась, и Ирья смогла впиться клыками ей в плечо. Чёрная волчица взвизгнула и принялась вырываться.
Глядя на этот страшный бой, Зарана проклинала колдунью за то, что та заблокировали её зверя. Из-за этого девушке оставалось только беспомощно смотреть, как истекающая кровью мать пытается отбиться от ошалевшей от жажды мести Ирьи.
И когда, казалось, до проигрыша оставалось всего ничего, Марита сумела изменить ход боя и вцепиться мёртвой хваткой в горло бурой волчицы. А спустя несколько мгновений по округе разнесся победный вой. Наверное, ещё никогда Зарана не испытывала такого облегчения, которое тут же сменилось страхом, когда её мать упала поверх поверженной Ирьи.
– Мама! – испуганно воскликнула девушка, подбежав к ней. – Мама, всё будет хорошо, ты только держись!
Сняв с себя вязаный шарф, Зарана прижала его к ране на плече, пытаясь остановить кровь. Чёрная волчица приоткрыла глаза и жалобно заскулила.
– Потерпи немного, я что-нибудь обязательно придумаю, – пообещала девушка, безуспешно пытаясь дозваться своего зверя. Зелье ещё действовало, не давая ей возможности обернуться.
Скинув куртку, она укрыла ею волчицу и решительно встала. Оставался один выход – бежать к поселению в человеческой ипостаси. И чем скорее она туда доберётся, тем быстрее сможет привести помощь. Пообещав матери, что скоро вернется, Зарана побежала в сторону леса.
Она старательно выдерживала темп, не желая выбиться из сил и тем самым навредить раненой волчице. Правда, вскоре ей повезло. Выбежав на дорогу, она повстречала местного кузнеца с сыном. Они как раз возвращались из соседнего клана.
Выслушав сбивчивый рассказ девушки, кузнец приказал сыну бежать в посёлок, а сам развернул свою телегу в сторону утёса. Стоило поспешить, вскоре должно было стемнеть.
Зарана уже час сидела в доме целителя, пока тот лечил Мариту. Вера, смешливая ученица целителя, зафиксировала и плотно перебинтовала её руку, наказав пока ту не мочить. Остальное должна была сделать усиленная регенерация.
Когда в дом вошёл Ворен, девушка уже вся извелась из – за переживаний. И как только он подошёл и крепко обнял её, тут же принялась тихо всхлипывать.
– Тише, тише, не плачь, – прошептал Ворен, принявшись укачивать её в своих объятиях. – Всё уже позади. Мне так жаль, что по моей вине ты чуть не погибла.
– Почему по твоей? – глухо спросила Зарана, шмыгнув носом.
– Потому что из-за меня Ирья пыталась тебя убить, – пояснил Ворен, поцеловав темноволосую макушку невесты.
– Неправда, ты не виноват! – решительно заявила Зарана, строго посмотрев на него. – Она была больна, вот и всё!
– Значит… ты не ненавидишь меня? – осторожно спросил мужчина.
– Конечно же, нет! Как ты вообще мог…
Договорить ей не дали, заткнув рот поцелуем. Судя по тому, с какой жадностью Ворен целовал её, он и сам испугался, просто не показывал вида. И это неожиданное знание разлилось приятным теплом по всему телу Зараны.
Только тихое покашливание заставило их оторваться друг от друга. Оказалось, целитель уже закончил с лечением.
– Не волнуйся, с ней всё будет хорошо, – заверил Октар, увидев обеспокоенный взгляд девушки. – Ирья, конечно, хорошо её потрепала, но не смертельно. Марита пока отдыхает, так что и вы идите домой, а завтра приходите её навестить. Только сейчас дам один настой, чтобы быстрее вывести из организма блокирующее зелье.
Домой Зарана возвращалась уже в приподнятом настроении.
– Скажи, почему ты сразу не пришёл ко мне? – спросила она, шагая рядом с мужчиной. – Неужели тебе никто не сказал?
– Сказали, но уже слишком поздно, – Ворен обнял девушку за плечи, притягивая ближе к себе, – один из посетителей таверны нашёл твою корзину и тут же бросился ко мне. Конечно же, я решил, что это дело рук Рума. Пока нашёл его, пока выбил признание, куда он тебя дел…
– Что с ним? – перебила его Зарана.
– Не волнуйся, этот трус нас больше не побеспокоит, – заверил Ворен, пропуская её в дом. – Меня нашли, когда я… проводил с ним воспитательную беседу. Я пришёл к Октару сразу же, как вернулся в посёлок.
– А я тебе мясных пирогов купила, – неожиданно призналась Зарана. – Ты ведь их любишь.
Рассмеявшись, Ворен прижал её к себе и, нежно поцеловав, сказал:
– Я и тебя люблю.
Решив, что ослышалась, девушка недоверчиво спросила:
– Как любишь? Ты же всегда презирал меня!
– Не всегда! – Ворен легонько щёлкнул её по носу.
– Объяснишь? – попросила девушка, искренне надеясь на этот раз узнать правду.
Потянув её за собой, Ворен присел на диван, усадив Зарану к себе на колени.
– Впервые я обратил на тебя внимание лет семь назад, – начал рассказывать он. – Ты уже тогда была очень красивой. А твоя волчица… Я был покорён вами обеими! Знаешь, мне нравилось любоваться твоей красотой и грацией. И, казалось, ты начала отвечать мне взаимностью. По крайней мере, я видел интерес в твоих глазах. А затем я заметил, как ты одариваешь такими же заинтересованными взглядами и других мужчин.
– Я… – начала Зарана, но Ворен прижал палец к её губам, прося пока помолчать.
– Тогда я возненавидел не столько тебя, сколько себя – за то, что влюбился в такую ветреную особу. И все последующие годы боролся с тягой к тебе. Заводил любовниц, погружался в дела с головой, хватался за любую возможность покинуть клан, чтобы хоть недолго не видеть тебя. И всё равно не мог забыть! – прижавшись губами к её виску, он некоторое время молчал, наслаждаясь близостью своей невесты. – Знала бы ты, как мне было плохо, когда я понял, что ты нацелилась на Данияра, и он совсем не против такого положения дел! Сначала пытался предостеречь его, утверждая, что ты не подходишь на роль супруги вожака…
– Это ещё почему?! – возмутилась Зарана, хмуро посмотрев на него.
– Не злись! – Ворен поцеловал её в кончик носа. – Я бы сказал это любому другому оборотню, вознамерься он отнять тебя у меня. Хотя поначалу я даже не осознавал, что не просто радею за друга, а боюсь потерять одну дерзкую строптивицу! Вернее, не хотел себе в этом признаваться.
– И что же изменилось? – поинтересовалась девушка, польщённая таким признанием.
– За два дня до праздника выбора, я понял, что всё равно люблю тебя. И даже пошёл к Данияру, чтобы честно во всём признаться и сказать, что буду бороться за тебя. Правда, сражаться не пришлось, мой друг как раз пообщался на эту тему с вестницей богини.
– О чём? Это как-то связано с его исчезновением?
– Да. Вестница сказала, чтобы он не участвовал в общей гонке, потому что его избранница не из нашего клана.
– Так значит, он действительно прятался!
Теперь, вспоминая странное поведение Данияра, девушка многое поняла. И даже искренне понадеялась, что он всё же нашёл свою пару. Так же, как и они с Вореном обрели друг друга.
– Наверное, и мне нужно кое-что тебе рассказать, – потёршись щекой о плечо Ворена, Зарана тихо вздохнула. – Ты, наверное, знаешь, что когда-то давно мою маму прочили в пару отцу Данияра.
– Да, об этом до сих пор иногда говорят, – согласился Ворен.
– Так вот, моя мать была очень зла, когда Тарин выбрал Сорину. И когда родилась я, она решила, что её дочь обязательно станет парой вожака, раз у неё не вышло.
– Она заставила тебя? – Ворен недобро прищурился.
– Нет, всё было не совсем так, – поспешила заверить Зарана. – Поверь, очень трудно устоять, когда тебе каждый день повторяют, какая ты красавица, умница и вообще достойна самого лучшего! Мама очень осторожно готовила меня к тому, чтобы я исполнила её мечту. И я совру, если скажу, что мне не нравилось, как сначала сверстники, а потом мужчины постарше начали обращать на меня внимание и провожать жадными взглядами. Лишь однажды я хотела отказаться от всего этого… и от самого вожака!
– И когда же? – тихо спросил Ворен, задумчиво перебирая длинные шелковистые локоны невесты.
– Когда влюбилась в тебя, – честно ответила Зарана. – Именно поэтому я хотела всё бросить, но однажды увидела, как человек, которого я люблю, смотрит на меня с презрением.
– Какой я глупец! – выдохнул Ворен, прижав голову девушки к своей груди.
– Мы оба виноваты, – Зарана грустно улыбнулась, – но не будем об этом вспоминать. Зато теперь мы вместе! Ведь правда?
Отстранившись, Ворен приподнял её лицо за подбородок и выдохнул в полураскрытые губы:
– Правда.
Полный нежности поцелуй постепенно приобрёл оттенки жаркой страсти. Они принялись быстро раздевать друг друга, словно боялись, что кто-то может помешать. Зарана немного отклонилась, поддерживаемая руками Ворена, давая ему доступ к своей груди. Обняв его за шею, запустила пальцы в волосы, сжав их, потянула назад.
Ворен еле слышно зарычал, обняв её за талию. Затем приподнял и повернул лицом к себе, заставив обхватить ногами свои бёдра. Его глаза начали желтеть, выдавая частичную потерю контроля. И словно в ответ на призыв его волка, глаза Зараны тоже стали отливать желтизной. Наконец они смогли открыться настолько, чтобы начать единение не только человеческих ипостасей, но и звериных.
Мало кто достигал такого единения, означающее полное слияние душ. В эти мгновения они творили свою собственную магию, безмолвно давая клятвы быть всегда вместе.
Время до праздника соединения пролетело, словно один миг, заполненное хлопотами и последними приготовлениями. Марита быстро шла на поправку, благодаря заботе Октара. Зарана навестила её на следующий день, чтобы поблагодарить за помощь. В итоге проговорила с матерью три часа. За это время они многое обсудили и решили попробовать начать всё заново. Просто как мать и дочь, а не заговорщики, коими они являлись большую часть жизни.
А вскоре посёлок облетела удивительная новость. Данияр вернулся назад. Да не один, а со своей избранницей. Когда Зарана впервые увидела Лану, то решила, что они с вожаком идеально подходят друг другу. Он крупный, сильный и ответственный. Одним словом, защитник. Она, по сравнению с ним, слишком хрупка и нежна. Такую, как Лана, хотелось защищать и оберегать.
Правда, как и ожидалось, не все думали так же. Особенно, когда узнали, что Лана не имеет второй ипостаси. Это было неслыханно для их мира. Заране даже пришлось вступиться за девушку, пока её не вызвали на поединок.
– Вы хотите поспорить с волей нашей богини? – насмешливо спросила она. – Так может тогда ей бросите вызов, раз такие смелые?
Конечно же, никто такого делать не собирался. А вскоре все сплетни и злобные шепотки и вовсе смолкли, ведь подарок богини, сделанный Лане, был красноречивее всяких слов.
Ворен и Зарана просили благословения богини в храме сразу после Данияра и Ланы. Пройдя рука об руку по широкому проходу, украшенному еловыми ветвями, к алтарю, они надрезали свои ладони, окропив его кровью. Не успели красные капли достигнуть белого камня, как ярко вспыхнули и растворились в воздухе. А затем фигуры влюблённых осветило серебристо-белое сияние. Так богиня благословляла их союз, заодно преподнеся и им невероятный подарок. И у Ворена и у Зараны на запястье правой руки появились тонкие вязи рун, образующие узкие браслеты. Это означало, что эти двое и в следующих жизнях обязательно будут вместе.
Когда жрец, всё это время стоявший в стороне, увидел браслеты, то впал в священный экстаз. Таким благословением богиня одаривала немногих, а на его памяти это было вообще впервые! Данияр же ехидно пообещал заказать их памятники в полный рост и установить на площади, мотивируя это тем, что они теперь – достояние клана. Ворену пришлось пригрозить переселиться к соседям. Тем более, что вожак клана Туманных гор давно его к себе зазывал. Они бы ещё долго препирались и действовали на нервы служителю храма, если бы Лана не пообещала съесть их вместо обещанного обеда.
Эта девушка сразу понравилась Заране, чувствовался в ней некий стержень, не дающий смотреть на чуждый и чужой ей мир через призму ужаса. Их вожаку досталась достойная суженая.
Когда они выходили из храма, Зарана немного задержалась. Посмотрев на высеченный над алтарём лик лунной богини, она тихо прошептала:
– Спасибо!
Выйдя, наконец, на улицу, она сразу же оказалась в крепких объятиях любимого. Уткнувшись носом ему в шею, девушка вздохнула ставший родным аромат зимнего леса. Ещё никогда она не была так счастлива, и появилась уверенность, что дальше будет только лучше.
– Ты помнишь, о чём я тебе говорила? – спросила мать, строго посмотрев на Зарану.
– Да, помню, – ответила черноволосая красавица и небрежно повела плечом.
Лёгкая свободная сорочка, прикрывающая её стройное и соблазнительное тело, соскользнула с одной стороны, обнажая светлую кожу. Тёмный локон, кокетливо упавший сверху, лишь ещё сильнее оттенил ее сияющую белизну.
– Тогда не упусти своего шанса! – Женщина обхватила дочь за плечи, пристально всматриваясь в её зелёные глаза. – Сегодня, в эту священную ночь, когда волки выходят на охоту за своей избранницей, вожак должен выбрать тебя и только тебя!
– Не беспокойся, – Зарана с трудом подавила мученический вздох. – Данияр давно засматривается на меня. Можно не сомневаться, на ком именно он остановит свой выбор.
– Я тоже когда-то так считала, пока не пришла она! – яростно прошипела мать, припомнив старую обиду. – Сорина отняла у меня всё, к чему я стремилась!
– А как же отец? – не сдержав любопытства, спросила Зарана. – Неужели ты…
– Он погиб через седмицу. Только и успел зачать тебя, оставив меня совершенно одну.
– Мама, наш клан никогда не бросает волчиц в беде.
– Зарана, как ты смеешь?! Я, Марита из северного клана, вынуждена жить на какие-то подачки, когда должна была стать суженой вожака!
Девушка еле слышно вздохнула, уже пожалев, что начала этот разговор. Её мать всю жизнь исходила злобой, глядя на избранницу их бывшего вожака – светловолосую красавицу, родившуюся в одном из восточных кланов. Многие жители посёлка иногда вспоминали, что Марита действительно могла занять высокое положение. Ведь Тарин и, правда, заглядывался на неё. Более того, как любила повторять мама, втайне от всех он поклялся сделать её своей парой в священную ночь.
И каким же ударом для Мариты стало то, что Тарин не сдержал обещания, выбрав нечаянно выскочившую на него незнакомую волчицу. Сорина сбежала из своей стаи, не желая становиться парой их вожака, но всё равно не смогла сохранить свободу. Ирония судьбы, из-за которой Марита ненавидела её всю жизнь. И даже смерть правящей пары не смогла заглушить её злобы.
Из-за этой материнской обиды, из-за её злости на несправедливую судьбу, Зарана росла в гнетущей атмосфере. Марита решила во что бы то ни стало породниться с правящей семьёй, заставив дочь обучаться такой сложной науке, как соблазнение – прекрасное тело, нежный голос и чарующие взгляды стали верным оружием Зараны.
Девушка, если хотела, могла одним движением руки, одним взглядом привлечь к себе любого мужчину клана, вызывая злобу и зависть соплеменниц. По настоянию матери она часто пользовалась своей красотой, разжигая вожделение и ненависть среди волков.
Требовательность матери, граничившая с безумием, её одиночество, да и просто желание быть любимой вопреки всему сделали Зарану циничной и злой. Одним едким словом она могла смешать с грязью любого, доведя до бешеной пены у пасти. И от этого она получала ни с чем не сравнимое удовольствие.
А вскоре, осознав, с каким восхищением смотрит на неё Данияр, даже не пытаясь призвать к порядку, и сама уверилась, что достойна стать супругой вожака.
– Иди, твоё время пришло, – Марита помогла дочери снять сорочку, чтобы та предстала перед ней полностью обнажённой. – Я буду ждать добрых вестей.
Окинув одобрительным взглядом стройное подтянутое тело Зараны, с пышной грудью и узкой талией, с крутыми бёдрами и длинными ногами, женщина довольно улыбнулась. Дочь взяла от неё самое лучшее! Нет в клане никого прекраснее Зараны!
Последний раз посмотрев на мать, Зарана вышла на улицу. Остановившись на крыльце, приняла нарочито расслабленную позу, привычно продемонстрировав сторонним наблюдателям своё отлично сложенное тело. Пусть любуются, завидуют и мечтают – двадцатидвухлетняя красавица была готова принять свою судьбу. С превосходством посмотрев на других обнажённых девушек, она быстро обернулась и спустя мгновение по холодному снегу легко бежала великолепная чёрная волчица. Её путь лежал к одной из лесных полян, где вожак должен был испросить дозволение у лунной богини для своей стаи. В эту священную ночь волки выбирали себе пару, с которой проживут долгую совместную жизнь.
Стая собралась вокруг своего вожака, крупного и величественного серого волка. Он, не отрываясь, смотрел на круглую луну, словно мысленно общался с ней. Зарана залюбовалась статью этого великолепного зверя, по праву возглавляющего одну из сильнейших стай в их мире.
Волчица, внутри которой сейчас находилась девушка, тоже была в восторге от вожака. Как, впрочем, и от ещё одного волка, который сейчас сидел ближе всех к правителю. Лучший друг и помощник вожака – Ворен. Его зверь лишь немного уступал волку Данияра, и чёрная волчица не сильно бы огорчилась, если вместо вожака…
Зарана не позволила своему зверю дальше засматриваться на Ворена. У неё уже была цель. Мать не простит, если она упустит вожака.
«Да я и сама не прощу себе этого, – мысленно сказала она своему зверю. – Он самый достойный из всех претендентов. С ним и его волком нам будет очень хорошо».
Волчица и не подумала спорить, ведь в словах девушки была одна лишь правда. И всё же тот, второй, тоже хорош собой!
Зарана фыркнула на это, но одергивать зверя не стала. Чёрная очень редко своевольничала, всегда подчиняясь человеку. И девушка благодарила её, иногда отпуская на свободу, давая возможность порезвиться вволю. Но сегодня была особенная ночь, когда нельзя было допустить ни малейшего промаха. Поэтому волчице придётся передать контроль над сознанием человеку.
Как только вожак громогласно завыл, возвещая о начале празднества, Зарана стремглав бросилась в лесную чащу. С секундной заминкой за ней последовали и остальные волчицы. Дав им фору в десять минут, волки стремглав отправились вслед. Охота на пару началась!
Теперь волкам нужно будет не только догнать приглянувшуюся самку, но и доказать, что они достойны продолжить род. Зимний лес огласился радостным многоголосым воем, из-за чего лесное зверьё решило затаиться, пока двуипостасные отдают дань своей богине.
В отличие от своих соплеменниц, Зарана не стремилась убежать как можно дальше от поляны. Схоронившись под примеченной ещё ранее разлапистой елью, она внимательно следила за тем, как волки покидают поляну. И вот когда остался один вожак, волчица на мгновение перехватила контроль над телом, тихо заскулив. Ей хотелось, чтобы этот великолепный зверь услышал её и всё правильно истолковал. А там уж она немного поиграет, прежде чем сдаться на милость победителя.
Зарана шикнула на волчицу, призывая ту к порядку, и чуть не пропустила момент, когда серый волк бросился… в противоположную от неё сторону! Девушка настолько опешила, что первые мгновения просто смотрела на кусты, за которыми скрылся вожак.
«Куда это он собрался? – вознегодовала она, и ей вторило недовольное поскуливание волчицы. – Данияр не мог не видеть, куда я убежала. Специально же стояла перед ним. Ничего не понимаю!»
Выбравшись из своего укрытия и недовольно отряхнувшись, чёрная волчица стремглав понеслась вслед за вожаком. Она не желала терять из виду такого замечательного самца. И Зарана на некоторое время ослабила контроль, обдумывая странное поведение Данияра. Оно вызывало глухое беспокойство и тревогу.
Вскоре волчица почувствовала вожака и приободрилась, ускорив свой бег. Правда, спустя несколько мгновений он словно растворился в воздухе. Затормозив, чёрная недоумённо принюхалась, но не смогла ничего уловить.
«Неужели прячется? – подумала она, решая, как поступить дальше. – Может, он почувствовал меня и решил незаметно подкрасться?»
Эта мысль заметно приободрила, и волчица решила сделать вид, что не разгадала план вожака.
Она уже прилично пробежала, но вожака так и не почувствовала. Да и нападать он что-то не спешил. Разозлившись на Данияра за странное поведение, Зарана уже хотела развернуться назад, когда краем глаза заметила серую тень. И тут же мощное тело придавило её сверху, а зубы не больно, но весьма ощутимо сжали холку. Девушка так обрадовалась, что даже забыла о своём намерении для приличия изобразить сопротивление. Волчица и вовсе, кажется, впала в экстаз, готовая подчиниться зверю здесь и сейчас. Впрочем, девушка была с ней согласна.
Чёрная расслабилась, показывая «охотнику», что готова сдаться. Ответом ей стал довольный рык. Именно он и насторожил Зарану. Как звучит голос Данияра в двух ипостасях, она знала великолепно. И этот рык принадлежал не ему, а…
«Ворен!» – мысль ошпарила не хуже кипятка.
Мгновенно перехватив контроль и яростно зарычав, Зарана постаралась вырваться и убежать. Но разве хватит ей сил сдвинуть с места такую тушу?
Волк оглушительно рыкнул и сильнее сжал зубы, вырвав из горла волчицы жалобный скулёж. Придавив её к земле, он постарался зафиксировать гибкое тело, пока строптивица не смирится со своей участью. И чем больше она сопротивлялась, тем сильнее волк желал овладеть ей, окончательно утвердив таким образом свои права.
Только Зарана прекрасно понимала, какие желания сейчас владеют её пленителем, поэтому старательно припадала к земле, не давая волку и малейшего шанса. Не для того она так долго шла к своей цели, чтобы в решающий момент достаться другому!
Правда, вскоре волчица начала уставать. Зато волк, казалось, всё так же был полон сил и решимости покорить самку. Неизвестно, сколько бы ещё продолжалось её сопротивление, если бы неожиданно по лесу не разнёсся вой вожака. Тревожный и даже немного испуганный, как показалось всполошившейся волчице. Замерев, она вслушивалась в ночную тишину, и вскоре отовсюду начали доноситься голоса волков.
Серый мгновенно подскочил и тоже завыл. Оглянувшись на лежавшую на земле волчицу, он коротко рыкнул и мотнул головой в сторону посёлка, а сам скрылся в том направлении, откуда перед этим доносился голос вожака.
Устало поднявшись, чёрная понуро побрела вперёд. Она даже не подумала воспротивиться приказу, настолько была ошеломлена случившимся. Нападением Ворена, странным рыком вожака… А ещё неприятно побаливал загривок, на котором волк успел оставить след от своих зубов.
– Как ты могла?! – возмущалась Марита, с недоверием глядя на шею дочери. – Я столько лет ждала этого дня, а ты всё испортила!
– Мама, перестань, – устало попросила Зарана, свернувшись клубочком в глубоком кресле. На ней вновь была та же сорочка, что и в начале вечера. – Он только укусил, но не успел овладеть мной. Ты прекрасно знаешь, что по нашим законам другой волк может оспорить меня в схватке. И я надеюсь, что Данияр…
– Не говори глупостей! – Марита ударила рукой по столу и нервно потерла отозвавшуюся болью ладонь. – Он никогда не станет драться с Вореном из-за самки. Даже если это ты!
Слова матери неприятно кольнули сердце. Словно Зарана была всего лишь вещью, из-за которой не стоило ссориться. Зябко поёжившись, она обхватила себя руками. Огонь, ярко пылавший в выложенном из грубо обработанных камней камине, почему-то не согревал. И уж тем более не мог дать ответа, как ей теперь поступить.
В том, что Ворен придёт за ней, не стоило и сомневаться. Этот точно не упустит возможности поиздеваться над Зараной. Вот только она никак не могла понять, почему он решил сделать своей парой именно её. Насколько девушка помнила, друг вожака всегда презирал её и даже не стремился скрывать этого. Впрочем, она платила ему той же монетой.
– Иди, одень что-нибудь, – посоветовала Марита, неприязненно посмотрев на дочь. – Если, конечно, не хочешь идти к дому Ворена в сорочке, на потеху всему клану. А они не упустят возможности поиздеваться! Ты для некоторых была как кость в горле.
«А кто в этом виноват?» – хотела спросить Зарана, но промолчала и, встав с кресла, ушла в свою комнату. Вернее, в свою бывшую комнату…
Там, став перед раскрытыми створками шкафа, девушка некоторое время смотрела на одежду, не зная, что лучше выбрать. Вновь занывшая шея напомнила о метке, оставленной серым волком. Потерев саднящую кожу, Зарана вздрогнула от пришедшей в голову мысли.
Очень редко, но бывало так, что волк кусал волчицу, а затем, так и не соединившись с ней, уходил. Метка, конечно, через некоторое время сходила, и волчица получала шанс ещё раз обрести пару, но мало кто хотел прожить с ней свою жизнь. Ведь это считалось позором для самки – если волк останавливался на половине пути.
Мог ли Ворен так поступить с ней? Вполне возможно. И если он не придёт, то уж лучше броситься с обрыва, чем терпеть насмешки соплеменниц. В том, что они после этого житья ей не дадут, сомневаться не приходилось.
– Вот же глупая! – недовольно пробормотала она. – И о чём только думаю? Сама же не хотела, чтобы он…
Прикусив губу, девушка стукнула кулаком о дверцу шкафа. Та недовольно скрипнула и глухо ударилась о стену. Вздохнув, Зарана быстро достала первое попавшееся платье. Хотела она стать невестой Ворена или нет, неважно уже – а вот изгоем девушка точно быть не желала. Значит, нужно собраться с силами и узнать, что случилось с Данияром, и почему он отказался от нее.
В душе ещё теплилась надежда, что она нравилась вожаку настолько, что тот бросит вызов Ворену и… Грустно улыбнувшись, Зарана обвела взглядом комнату. Здесь она прожила всю свою пока ещё короткую жизнь и, казалось, знала все трещинки и зазубрины на бревенчатых стенах. Все здесь излучало тепло и уют, принося некое подобие успокоения. Неожиданно девушка сравнила свою спальню с крепостью, в которой ей было хорошо и спокойно. Жаль только, что неприступной эту крепость назвать было нельзя.
Громкий стук разнёсся по всему дому, прервав её размышления. Испуганно посмотрев на дверь своей комнаты, Зарана, прислушалась.
– Где она? – донёсся до неё ненавистный голос, и, тем не менее, девушка испытала облегчение. Отказываться, и тем самым позорить её, Ворен не собирался.
Ответ мамы прозвучал совсем тихо, но судя по приближающемуся звуку шагов, она не стала скрывать дочь.
Когда дверь открылась, а в проёме показалась высокая и мощная фигура помощника главы клана, Зарана непроизвольно вскинула голову в горделивом жесте и смерила мужчину презрительным взглядом. Годы взаимной неприязни давали о себе знать.
– Когда я отсылал тебя в посёлок, то имел в виду свой дом, – спокойно сказал Ворен, словно и не заметил неласкового приёма.
– И что мне там было делать? – холодно поинтересовалась девушка, хотя внутри всё так и дрожало от переполнявших её эмоций.
– Дожидаться меня, как и положено избраннице.
– Я не желала становиться ею!
Возмущение и обида прорвались наружу, и Зарана сжала руки в кулаки, стараясь вновь успокоиться. Вот только насмешка, светившаяся в синих глазах Ворена, ещё больше раздражала ее.
– Тогда почему ты приняла участие в празднестве?
– Я не желала становиться твоей избранницей! – повторила она.
– Но ты ею стала, поэтому сейчас без скандалов и истерик пойдёшь со мной, – холодно ответил мужчина. – Если, конечно, не желаешь стать для всех меченкой.
Вздрогнув, будто от пощечины, Зарана яростно посмотрела на Ворена. Задетая гордость не дала возможности смолчать, и она прошипела:
– Лучше стать изгоем, чем жить с тобой!
В следующий миг мужчина оказался прямо перед ней и, обхватив рукой за талию, притянул к себе вплотную.
– Ты теперь моя, а значит, только я решаю, где и в качестве кого тебе предстоит жить.
От близости мужчины сердце тревожно заныло, а внизу живота скрутилась тугая пружина. Своим непрошибаемым спокойствием он внушал ей страх. Зарана никогда не знала, чего ожидать от него. Ворен был тайной за семью печатями.
– Надеюсь, ты всё поняла? – мужчина провел подушечкой большого пальца от виска через щёку, к уголку полноватой нижней губы, и, задержав на ней взгляд, отступил на шаг. – Следуй за мной.
Глубоко вдохнув, Зарана мысленно уговаривала себя успокоиться, заодно пытаясь угомонить свою волчицу. Чёрная, почувствовав присутствие волка, заявившего на неё свои права, рвалась к нему изо всех сил. И только железная воля человеческой ипостаси мешала обороту. Такого позора девушка не пережила бы.
Не суметь удержать контроль над телом и позволить волчице ластиться к мужчине – значило признать своё поражение.
– Скажи, что случилось с Данияром? – спросила она, когда Ворен практически скрылся за дверью.
– Утром будет общее собрание клана, там всё и узнаешь, – ответил он, даже не обернувшись.
Поняв, что большего не добьётся, девушка бросила прощальный взгляд на свою комнату и вышла вслед за Вореном.
Когда они уходили, мать ни слова не сказала Заране. Отвернувшись от них, Марита с преувеличенным вниманием смотрела в окно. Правда, что можно было увидеть такого интересного в ночной тьме, девушка решительно не понимала. Она хотела окликнуть мать, но в последнее мгновение передумала. Марита была слишком расстроена неудачей.
Упустив возможность стать спутницей вожака, девушка разочаровала свою мать. С одной стороны, Зарана могла понять ее. Столько лет лелеять мечту и в один миг лишиться её – это страшный удар. И всё же Заране было до безумия обидно осознавать, что по большей части она была лишь инструментом для осуществления материнской цели. А теперь стала не нужна.
Идя вслед за Вореном по заснеженной улице, девушка благодарила богиню за то, что им никто не встретился. Сейчас ей бы не удалось удержать ту стену холодности и неприступности, которую она воздвигла очень давно. Заране нужна была передышка и возможность обдумать свою дальнейшую жизнь. А в том, что та не будет счастливой, девушка почему-то не сомневалась.
– Заходи и чувствуй себя… – неопределённо хмыкнув, Ворен посмотрел на неё. – Хозяйкой этого дома.
Не ожидая ритуальной фразы от него, Зарана споткнулась на пороге. И только сильные руки, обхватившие её за плечи и удержавшие в вертикальном положении, помогли не оконфузиться.
– Какая ты неловкая, – прошептал Ворен ей на ухо, обдав горячим дыханием нежную кожу. – Или ждала, что я перенесу тебя через порог на руках?
– Не нужно, я в состоянии ходить сама! – отстранившись, Зарана быстро зашла в дом, искренне надеясь, что мужчина не заметил её волнения.
Близость сильного мужского тела будоражила сознание. Хотелось прижаться к нему, вдохнуть еле ощутимый аромат леса, подставить губы для поцелуев, ощутить руки на нежной коже…
«О чём я только думаю! – тряхнув головой, девушка принялась осматриваться. – Во всём виновата священная ночь!»
Зарана лишь однажды была здесь, ещё в далёком детстве. Но с тех пор, насколько она помнила, дом практически не изменился. Всё так же у камина стояли два глубоких кресла. Правда, теперь их укрывали совсем другие накидки. Зато на полке до сих пор ютились резные деревянные фигурки. Отец Ворена славился мастерством резчика далеко за пределами клана. А вот пол устилал большой тканый ковёр, взамен узких половичков, лежавших здесь раньше.