Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
На скалистом берегу, озаряемый первыми лучами восходящего солнца, на коленях стоял эльф. Его абсолютно седые волосы трепетали при каждом порыве ветра. Голова была опущена, и невидящий взгляд упирался в землю. Он тихонько, как будто про себя, проговаривал одну и ту же фразу: «…Я должен умереть… я должен умереть… я должен…»
Где-то во множестве миров. Инферно
Шла игра.
В самом центре огромной пустыни располагалась гигантская конструкция, своим внешним видом весьма напоминающая амфитеатр. Возведена она была в незапамятные времена неизвестной расой, сгинувшей в вихре лет. Сейчас ее облюбовали для своих встреч могущественные архидемоны, собирающиеся здесь ради проведения игр один раз в тысячелетие.
Каждый из архидемонов был властителем инферно в целой плеяде миров. Возраст каждого исчислялся миллионами лет. Просто существовать им было уже скучно, поэтому они когда-то давно решили проводить игры. На желания. Выигравший загадывает желание, проигравший соответственно его выполняет. А желания бывали разные. Порой, по результатам игры, уничтожались целые звездные системы, невзирая на имеющееся там население. Пару раз проигравшие архидемоны «сбрасывали» населенные планеты в слой инферно на радость местным демонам…
Игра каждый раз была разная. Ее по очереди подбирал кто-то из архидемонов, ответственный за проведение встречи. Правила всем остальным сообщал заранее.
На этот раз ответственным был архидемон Лекрос. Он предложил устроить гонки. Забег душ. Души отбирались по определенным параметрам в одном из миров на выбор ответственного. По условиям, души должны были пролететь шесть кругов вокруг поля амфитеатра. Чья душа придет первой, тот и победитель. Проигравший соответственно тот, чья душа пересекла финишную черту последней. Все просто. Напрямую воздействовать на души было запрещено. Разрешалось их стимулировать, что-то обещая. Также было разрешено мешать душам соперников, ставя вблизи беговой дорожки различные соблазны.
– Итак, уважаемые, у всех подобраны души? – обратился Лекрос к остальным архидемонам и, дождавшись утвердительных жестов, продолжил: – Тогда начнем. Выставляем своих представителей на старт.
На беговой дороге вдоль линии старта появилось девять душ, по числу присутствующих архидемонов. К ним от архидемонов протянулись ментальные щупы, обеспечивающие связь в процессе состязания. На линии встал обычный демон, в обязанности которого входило объявить старт, зафиксировать финиш каждого участника и проследить за тем, чтобы никто из участников не нарушал установленных правил. В последнем случае он сообщал о допущенном нарушении всем архидемонам. На груди каждой души появились таблички, на которых будет автоматически отображаться, сколько кругов преодолела душа.
– СТАРТ!!! – взревел он.
И души дружно сорвались с места.
– Давай, Буш, давай, поднажми! – подбадривал свою душу один из архидемонов. – Если придешь первым, то перерождение в прежнем мире гарантирую. И удачные военные походы.
Но душа Буша вырваться вперед не могла, поскольку была очень старой, с ослабленной энергетикой. Еще одно перерождение, и она развеется…
– Зачем ты этого старикана выбрал? – спросил того архидемона его сосед. – Вот, посмотри. Я выбрал молодого. Дуров, если придешь первым, то перемещу тебя на вечное существование в виртуальную реальность одного из технологических миров!
И Дуров рванул, в доли секунды оторвавшись от преследователей, постоянно этот отрыв увеличивая.
– Молодец, – отозвался первый архидемон, – но зато душа Буша мудрая. И не отреагирует на уловки. Смотри.
Неожиданно перед Дуровым появилась иллюзия сигареты. Дуров остановился как вкопанный. В руке у него тоже появилась сигарета, и он с видимым наслаждением сделал затяжку. Потом еще одну.
– Это как же? – изумился второй архидемон. – Они же не могут создавать видимость предметов! Тем более испытывать чувства!
– О-о-о… Этот товарищ способен из ничего сигареты штамповать, – расплылся в улыбке первый архидемон, – плевать он хотел на установленные законы в данном мире!
Души других участников между тем обогнали Дурова.
– Как же так?.. Ну как же… – причитал его хозяин.
А вокруг, в ментале, раздавалось:
– Клинтон! Не подведи! Награду ты знаешь…
– Аршавин! Тебя «мазерати» на финише ждет… И перерождение…
– Ну что ты так медленно, Бетховен! Быстрее… Быстрее…
У Аршавина появились крылья, и он одним взмахом опередил всех.
– Нечестно! – взревели все архидемоны. – Уговора такого не было!
– В правилах ничего по этому поводу не сказано, – злорадно ухмыльнулся архидемон Увар и азартно заорал: – ЖМИ! Чаще крылышками работай!
– Что ты сидишь?! – орал Сэт на свою душу. – Гейтс, если подведешь…
А тот завис над стартовой линией и причитал:
– Если прописать правильно скрипты… и кэш будет свободна…
– Ну я тебе… – в бессильной злобе прошипел Сэт, – остановите кто-нибудь Аршавина! Видите же, вперед прет!
– Пусть прет!
Перед Аршавиным по бокам беговой дороги материализовалась толпа троллей, дружно взревевших:
– Не будь бабой! Бросай крылья и принимай мужской облик!
– Да ну вас, – прошипел тот, пролетая мимо, – зато у меня практически на халяву «мазерати» будет, а вы идите куда подальше…
К троллям приблизился участник, идущий вторым. Неожиданно остановился и подлетел к ним поближе.
– Товарищи, – обратился он к ним, – вы читали мою нетленку? И как вам? Почита-а-айте…
– Ты с ума сошел, Кинг! – закричал архидемон Непот. – Это же тролли! Кому ты предлагаешь?! Лети!
– Вдруг им понравится, – возразил Кинг и вновь пристал к троллям: – А вы знаете, в следующей книге… если еще и Интернет оплатите, то…
Непот, застонав, схватился за голову.
– Бетхове-е-ен!!! Брось клавесин на хрен! Он тебе мешает! Где ты его только взял? Брось, я сказал…
– КЛИНТО-О-ОН!!! Бабы ненастоящие! Это фантомы! Что ты к ним прилип? Смотри…
– КАКИЕ СКРИПТЫ? ЛЕТИ… ГЕЙТС!!!
– Сейчас, сейчас, полечу… Досчитаю… Будет лучше…
– РАЗОРВУ!!! НЕГОДЯЙ!!!
– Бро-ось клавесин…
– Хватит курить… брось сигареты…
– Маши крыльями! Молодец…
– БУШ… Что ты так медленно, старая кляча… Обгоняй Аршавина…
– Старый конь борозды не портит, – в ответ проворчал тот, – да и как я его обгоню, ежели за его ноги уцепился? Лечу вот…
– АРШАВИН!!! У тебя пассажир!!! Скидывай его на…
В этот момент около ложи, где размещались архидемоны, раздалось:
– А вы еще не читали мою книгу? Вот-вот Интернет отрубят… Денег дадите?
Но на него обратил внимание только Непот:
– Сука ты…
До финиша участникам оставалось пройти еще четыре круга, как вдруг табличка на груди Гейтса засветилась ровным зеленым светом.
– Участник финишировал первым! – объявил демон, контролировавший ход состязаний, в недоумении смотря на данного участника, не сделавшего ни шагу по арене.
Среди архидемонов воцарилось гробовое молчание.
– Это что сейчас было? – наконец спросил один из них.
Сэт, придя в себя, радостно потер руки:
– Вот что значит толковый программист… Что?!! Съели?!!
– Итак, уважаемые гости, подведем итоги. – Лекрос взял таблицу записей скорее для видимости, так как результаты все присутствующие прекрасно знали. – Победителем у нас сегодня стал уважаемый архидемон Сэт…
Названный демон встал и слегка поклонился присутствующим.
– …а проигравшим – архидемон Непот. Ну что ж, уважаемый Сэт, прошу озвучить ваше желание…
Земля. Урал. Войсковая часть 63183 (вертикаль ГРАУ).
23 ч. 10 мин.
– Первый, Первый. – Позывные командира части полковника Мезина. – Я Второй. – Позывные дежурного по части. – Наблюдаются грозовые разряды над технической территорией в районе 76-го хранилища.
– Второй, я Первый. Отправить «третий ход»[1] в первый отдел[2].
– Первый, я «Ход-3», вас понял. Выдвигаюсь на патрулирование в район первого отдела.
23 ч. 11 мин.
– Второй, Второй. Я «Ход-1». Продолжаю патрулирование технической территории в районе третьего отдела. Грозовой фронт находится над нами. Пока все спокойно. Все заведующие на местах[3].
– «Ход-1», я Второй. Вас понял.
23 ч. 12 мин.
– Второй, Второй. Я Пятый. – Заместитель командира части по МТО подполковник Бурковский. – Над АХТ[4] все чисто. Где солдаты технического взвода, которые прибывают по тревоге к пожарной команде на усиление? Почему я их не вижу? Они что, в казарме макияж наводят?!
– Пятый, я Третий. – Первый заместитель командира части подполковник Голубев. – Не забивайте эфир! Эти вопросы можно выяснить и по телефону! Пятый, я Третий, как понял?
– Третий, я Пятый, понял вас.
– Пятый, Пятый. Я Второй. Сейчас уточню, доложу.
– ВТОРОЙ, Я ТРЕТИЙ! ВЫ МЕНЯ НЕ ПОНЯЛИ?!! ПО ТЕ-ЛЕ-ФО-НУ!!!
– Третий, я Второй. Телефонная связь не работает. АТС отключилась.
– Второй, меня это не интересует!
– Третий, я Второй. Понял вас.
23 ч. 13 мин.
– Девятый, Девятый. – Начальник энергомеханического отдела капитан Вихрь. – Я Второй. Девятый, Девятый. Я Второй.
– Второй, я «Ход-3». Прибыл в район первого отдела, приступил к патрулированию.
– «Ход-3», я Второй. Понял вас.
– «Ход-3», я Восьмой. – Начальник первого отдела хранения боеприпасов майор Епифанцев. – По докладам заведующих прошел грозовой разряд в районе 123-го хранилища. Необходимо проверить. Как понял? Прием.
– Восьмой, я «Ход-3». Понял вас. Выдвигаюсь к 123-му хранилищу.
– Девятый, Девятый. Я Второй. ПРИЕМ.
23 ч. 14 мин.
– Девятый, Девятый. Я Второй. ПРИЕМ.
– Третий, Третий. Я Первый. Ты видел Девятого?
– Первый, я Третий. Нет, не видел.
– Третий, разобраться, где он, доложить.
– Первый, Первый. Я Четвертый. – Заместитель командира части по воспитательной работе подполковник Кайгородов. – Докладываю: когда выдвигался по тревоге, видел Девятого у него дома, на балконе, пьющего кофе!
– Второй, Второй. Я Девятый. Что хотел?
– Девятый, я Первый. Ты где был?
– В своем районе патрулирования около ЭМО[5] и складов ГСМ.
– Я Пятый! Девятый, тебя на месте не было! Ты дома кофе пил.
– Я Девятый! Докладываю – не кофе, а чай, и…
– Девятый, Пятый, Третий. Я Первый. После отбоя тревоги – ко мне. Как поняли?
– Первый, я Третий. Понял вас.
– Я Девятый. Понял.
– Я Пятый. Понял.
23 ч. 15 мин.
– Второй, Второй. Я Девятый. Прошел грозовой разряд над складами ГСМ. Прошу разрешение на вскрытие объекта в присутствии сторожевого поста.
– Девятый, Второй. Я Пятый. Вскрытие разрешаю.
23 ч. 17 мин.
– Второй, Второй, я Девятый. Вскрыли объект, наблюдаю воспламенение одной из цистерн с дизельным топливом!
– Второй, Второй, я Третий. Срочно «четвертый ход» к складам ГСМ.
– Третий, я Второй. Понял вас.
– «Ход-4», «Ход-4», я Второй. Прием.
– Я «Ход-4». Все слышал. Уже выдвигаемся.
– Я Девятый. Очаг возгорания по всей цистерне. Видимо, ее облили дизельным топливом. Дыхательный клапан отсутствует! Из отверстия на месте его установки бьет пламя!
– Девятый, я Первый! В смысле – как отсутствует?
– Первый, Первый, я Пятый. Эта цистерна выведена из эксплуатации на промывку и техобслуживание. Из нее должны были сегодня слить остатки дизельного топлива.
– Девятый, я Первый. Отойди на безопасное расстояние!
– Первый, я Третий! Слышал взрыв в стороне ГСМ!
– Терентьев, я не глухой! Девятый, Девятый! Прием!
– Девятый, я Второй, прием!
– ДЕВЯТЫЙ, ДЕВЯТЫЙ, Я ПЕРВЫЙ, ПРИЕМ!!!
…
23 ч. 17 мин.
– Я Первый! Циркулярно! Всем охраняющим АХТ, «Ход-1», «Ход-2» – на склады ГСМ! Всем ясно?!
– Пятый принял!
– «Ход-1» принял!
– Третий принял!
…
На территории складов ГСМ бушевало пламя. Да и не было больше этих складов…
Пламя не могли сбить еще на протяжении восьми часов…
Момент взрыва
– Ну что, Сэт. Этот смертный тебя устраивает?
– Да. Можешь начинать.
И никто не видел, как за тысячные доли секунды до того, как капитана Вихря накрыла волна горящего топлива, от него отделилось белесое облачко, очертаниями похожее на человека, превратилось в точку и исчезло, ярко сверкнув на прощанье…
Конт Истамирэль, из дома Изумрудного Клинка
– Истамирэль, хватит обвинять себя в случившемся. Ты ни в чем не виноват.
Это моя сестра Рокуэл, сидя рядом на кровати, пытается успокоить меня. Хотя необходимости в том не вижу, поскольку спокоен. Главное, что жизни Палаэля ничто не угрожает…
– Конечно, Рокуэл, в случившемся прямой моей вины нет. Но я мог отговорить Палаэля!
– Знаешь, Истамирэль, – сестра положила свою ручку мне на плечо, – вместе с Палаэлем вы совершили за свою жизнь столько необдуманных поступков, которых совершать не следовало… И все они, как правило, были связаны с риском для жизни либо вашей, либо окружающих вас эльфов. И никто из вас друг друга не отговаривал! Так что рано или поздно подобное должно было произойти.
– Под этими поступками ты подразумеваешь те невинные шутки, которые мы иногда устраивали?
– Ничего себе невинные шутки! Это вы так считали, но не окружающие. Одна ваша шуточка с пауком чего стоила. А если бы он меня укусил? Об этом вы не подумали?
– Ну… Дежурные целители недалеко были, так что все держалось под контролем. – Я невольно улыбнулся, вспомнив тот случай. – Тебе, понятно, не понравилось, но все смеялись, когда ты с криками носилась по всему дому в чем мать родила. Поначалу-то все думали, что тебя убивают, даже гвардейцы сбежались. Но когда ты указала на раздавленного паучка на своей пятой точке… Было весьма забавно!
Сестра поморщилась. Ясно. Не слишком приятные для нее воспоминания.
– Ты все еще на меня обижаешься? – улыбнулся я.
– Нет, сколько времени прошло-то с тех пор. – Рокуэл изобразила неестественную улыбку, получившуюся у нее какой-то натянутой.
– Понятно, все еще обижаемся, – резюмировал я. – Только вспомни, сколько раз ты отомстила мне за ту невинную шутку, совершенную двумя детьми. Причем привлекая к процессу охоты за мной своих подруг. Никогда не подозревал, что ты можешь быть настолько злопамятной!
– Нечего было так шутить. Жалко, что второго дитятку поймать не получилось.
– Да-а-а, – протянул я, – Палаэль полсезона у нас не появлялся. Хорошо ему тогда было. Избежал твоей мести, элементарно не приходя к нам в гости, а я никуда деться не мог, поскольку живу с тобой под сенью листвы одного дерева.
– Так зачем вы поехали на то озеро? – переменила тему сестра. – Неужели действительно просто со скалы в него попрыгать?
– Да, – кивнул я, – хотелось, как в детстве. Скоро в Академию магии ехать, вот и решили посетить то озеро, на котором часто бывали раньше. Ты же тоже там в свое время целыми днями с подружками пропадала. Захотелось нам напоследок развеяться… Наставники вместе с родителями за четыре декады, прошедшие с момента поступления, настолько мозги проели своими наставлениями перед дорогой, что у нас возникло желание от них сбежать. Лучше бы дома сидели.
– Понимаю. Вот только, когда мы отдыхали около озера с девчонками, нам не приходило в голову прыгать в озеро со скалы, которая расположена от кромки воды шагах в двадцати! Как вы собирались до озера-то долетать? К тому же под той скалой множество острых камней.
– Ты уже ответила на свой вопрос. Именно долетать. Палаэль предложил использовать заклинание левитации. Я пытался его отговорить, но где там! Он же упертый, сама знаешь.
– Да уж. – Рокуэл с ногами забралась на мою постель, устраиваясь поудобней. – Но, как я понимаю, сорвался он со скалы не во время этих сомнительных прыжков.
– Ничего мы не успели, – пожал я плечами, – оставили коней под скалой и полезли. А когда до вершины оставалось совсем чуть-чуть, Палаэль сорвался.
– Оступился?
– Нет, с координацией у него всегда было все в порядке. Просто выступ под ногой вдруг раскрошился. Я лез следом за ним, поэтому все видел. Представляешь, обычный выступ! Я бы тоже на него ногу поставил, если бы оказался первым. Ладно бы на нем трещины были, так нет же. Хотел еще попытаться подхватить Палаэля, когда он начал падать.
– И?
– Не успел. Да и позже, после всего, подумав, пришел к выводу, что полетели бы с ним в этом случае вместе. Представляешь? Мы бы оба умерли там от полученных ранений, так как кроме нас на озере в тот момент никого не было. Так хоть я до дому Палаэля дотащил. Я смутно помню, урывками… как спускался, как снимал Палаэля с камней, крепил его к коню, возвращался домой. Потом помню дом Палаэля, выбегающих родственников, короткий разговор с целителями. В себя пришел уже в своей комнате.
– Говорят, что с Палаэлем все в порядке, – заметила Рокуэл.
– Да, – кивнул я, – заходила мать, сказала об этом. Правда, заметила, что послезавтра я еду в академию один. Значит, все-таки повреждения у Палаэля очень серьезные. Им же архимаги занимаются и при незначительных ранах поставили бы на ноги уже к сегодняшнему вечеру. Я даже представить боюсь, что с ним.
– Не волнуйся, все будет в порядке. – Сестра поднялась с кровати и, погладив меня по голове, вышла из комнаты.
Великокняжеский дом Алмазной Короны.
Комната целителей. Капитан Вихрь (Александр)
Темнота.
Открываю глаза, но сфокусировать зрение не получается. Закрываю глаза.
Я что, вчера перебрал? Голова немного побаливает, все кости ломит. Та-а-ак… Пытаюсь вспомнить, что я вчера делал. И с кем. Мать твою, как же голова разболелась! Чувствую, что становится плохо. Очень плохо. Куда-то проваливаюсь…
Иду вместе с майором Тишкиным в штаб округа. Он к нам прибыл из Чечни. Назначили начальником вещевой службы. Здоровый мужик, с явно оформившимся «амортизатором любви». Ну так он сам свой живот называл. Мне самому надо в КЭЧ, но поскольку машину до Екатеринбурга командир выделил одну, пришлось совместить и его дела, и мои. В штабе округа у дежурного подполковника выяснили, что начальник вещевой службы округа заболел. Вместо него остался прапорщик, который ни хрена никому не дает. Видимо, чтоб начальник потом не орал, что дал не то и не тем. Но Тишкина это не остановило.
– Смотри, Саня, и учись, пока я с тобой, как надо прапороидов воспитывать… Обрати внимание, КАК с ними надо разговаривать! Научишься – будешь жить хорошо, все и всегда будет поступать тебе вовремя! – С этими словами Тишкин решительно направился на третий этаж, где, как объяснил дежурный, и находилась резиденция оного прапорщика. Мне почему-то стало его заранее жалко.
К слову будет сказано, по всему штабу округа шел грандиозный ремонт. Все везде завалено, всюду строительные материалы и мусор. Прочие прелести подобных мероприятий в виде праздношатающихся рабочих, постоянно висящей в воздухе пыли, повсеместной грязюки по колено и многого другого, тоже присутствовали.
Добрались мы, значит, до цели – обычной двустворчатой деревянной двери. Ни надписей на ней, ни других обозначений. Но точно – она. Тишкин приостановился и со всего размаху впечатал в эту дверь свою правую берцу сорок последнего размера. Дверь разве что не вынесло с петель! Заходит внутрь со словами: «Ну, здравствуй…» Я за ним. Тут утыкаюсь ему в спину, чувствую – сдает назад. А позади я. Выглядываю у него из-за спины. Картина: длинный стол-взлетка, за ним сидит штук десять полковников, успеваю заметить парочку генералов, а во главе стола – медленно наливающийся кровью первый заместитель командующего Приволжско-Уральским военным округом генерал-лейтенант Мирошниченко. Совещание, видите ли, он тут проводить соизволил. Как впоследствии выяснилось, каморка с нужным прапорщиком находилась этажом ниже, а здесь был кабинет первого зама… Начинаю тоже сдавать назад, уже синхронно с Тишкиным. И тут раздается рев:
– Вы-ы… ты-ы-ы!.. А ну, стоя-а-ать!!!
Из этой обители, в которую мы имели честь так неосторожно войти, мы вышли минут через пятнадцать. Оба красные как раки. С разорванными (в моральном смысле) пятыми точками… Повезло еще, что наша часть московского подчинения, а не окружного.
– Не-э-э, Игорь, – говорю я минут через пять, когда в себя приходить начали, – не буду у тебя учиться с прапорщиками разговаривать. Неприятное это занятие.
Тишкин ничего не ответил, механически перебирая ногами в направлении нашего уазика.
Снова выныриваю из глубин своего сознания. На этот раз попыток открыть глаза не делаю. Попробовал прислушаться к самому себе. Вроде руки целы, ноги тоже чувствую. Тело на данный момент не болит. Вновь пытаюсь открыть глаза. Фокусирую взгляд. Вроде получается. Поворочал шеей – тоже нормально. А что это у нас вокруг? Какое-то сплошное покрывало со всех сторон. Ба-а-а… Да это же похоже на балдахин над кроватью! Точно, у женщины дома оказался. Ну и где я вчера так прекрасно «посидел»? Еще раз попытаемся вспомнить.
И тут воспоминания навалились на меня каменной плитой! И тревога по грозе, и патрулирование по установленному маршруту, и пожар на складе ГСМ, и взрыв цистерны, и накатывающая на меня стена огня. Понимаю, что после такого выжить вероятность слишком мала. Да если бы и вытащили меня каким-то чудом из окружающего на тот момент ада, то ожоги были бы несовместимы с жизнью. Ведь фактически искупался в горящем топливе. Никакой камуфляж не спас бы. Здесь же насколько чувствую свое тело, никаких повязок и тем более ожогов. А может, я уже на том свете? Только больно странный он какой-то, этот «тот свет». Противоречит всем церковным канонам. Там же вроде врата должны быть. И святой Петр на страже их, распределяющий поток душ на праведных при жизни, и неправедных, направляя первых в рай, а вторых – в места, предполагающие наличие печей, расплавленной лавы и других адских прелестей. Да и ощущения слишком реальные, а душа не материальна, поэтому не должен чувствовать свое тело. Так, во всяком случае, мне казалось. И что дальше делать? Хотя, если подумать, за мной кто-то ухаживает. Или нет? Ну в конце концов, кто-то же меня сюда принес? Белье опять же наверняка меняют – пахнет свежестью. Значит, остается только ждать. Может, кто придет и прояснит ситуацию.
На этом попытался абстрагироваться от окружающего мира и ни о чем не думать. Через некоторое время задремал.
Проснулся я от голосов. Мужской и женский, довольно приятные, мелодичные. Только вот говорят на каком-то иностранном языке. Точно не немецкий, его я в школе изучал, но и не английский – его опознать я бы смог. И какие иностранцы в центре России-матушки, да еще на закрытом объекте министерства обороны? Приоткрыл глаза и скосил их в сторону говоривших. Балдахин был откинут, открывая вид на помещение, где я нахожусь. Точно не госпиталь – убранство хоть и необычное, но явно дорогое. В госпиталях все попроще и победнее. Всюду, где только можно, стоят горшочки с цветами самых разнообразных форм и расцветок. Мебель выполнена под антиквариат, причем не фабричного изготовления! Комод, стулья и все прочее явно собраны вручную. Окна чуть прикрыты шторами, на которых что-то изображено. Подробнее из-за складок рассмотреть не удается. Как понимаю, кровать расположена около стены, противоположной окнам.
Тут мой взгляд падает на две фигуры, стоящие чуть правее от окна, находящегося рядом с входной дверью. По всей видимости, от их голосов я и проснулся. В этот момент они решили приблизиться, и мне удалось их рассмотреть подробнее. Та-а-ак, кто тут у нас? Женщина, очень красивая, лет двадцати пяти. М-да! Ну и одеяние у нее! Как помню, подобные платья носили в восемнадцатом-девятнадцатом веках. И то лишь на балах. Сверху с корсетом, внизу очень пышное, состоящее из множества юбок, собранных по принципу матрешки. На плечах накидка. В принципе все вместе смотрится очень красиво. Сама блондинка, глаза темно-зеленые. Контактные линзы? От природы таких глаз не бывает. Слишком большие, да и форма необычная. Миндалевидные они у нее. Ни разу таких не встречал. Наращенные ресницы только подчеркивают эту необычность. Нельзя делать ресницы такими длинными, тут явно мастер по наращиванию перестаралась. Еще какая-то неправильность в ее образе есть, но определить не могу.
Переношу взгляд на ее спутника. Молодящийся дедок с седыми, до плеч, волосами. В длинной мантии зеленого цвета, с посохом. Набалдашник у посоха очень занимательный – по виду ограненный сапфир, вот только размером с кулак. Сколько же это удовольствие стоит?
– Линоэ воаэр Палаэль, ои уариитмой?
Это что, она меня спрашивает? И тут до меня доходит, что именно мне кажется неправильным во внешнем виде этих людей. Уши! Они не как у людей! Заостренные сверху, на самых кончиках!
– Палаэль, заоит смолоон? – Уже дедуля решил обратить на себя мое внимание.
Я откинулся на подушки, закрыл глаза, снова открыл. Посмотрел на посетителей – ничего не изменилось. Либо у меня галлюцинации, либо я в психиатрической больнице. А может, то и другое одновременно? Ведь девушка-то могла сделать себе пластику, нынче на это мода – то грудь, то попа. Вот теперь до ушей добрались. Но дедуле это зачем? Так что явно у меня какие-то видения, не относящиеся к реальной действительности. Закрыл глаза и сосредоточился на себе. Если это сон, то его можно прервать. Необходимо попытаться проснуться.
– А-а-а… – В буквальном смысле слова я подскочил на кровати, после того как что-то острое вонзилось мне в предплечье. Пытаюсь понять, в чем дело. Да это же дедуля в меня какую-то иголку воткнул с шариком на конце! И сейчас этот шарик внимательнейшим образом рассматривает.
– Дед, а ты разом не?! Ты что сейчас вообще сотворил? Из ума выжил? – уже сидя на кровати и держась за поврежденное место, орал я на дедушку. И тут остановился. Молча осмотрел место укола, которое до сих пор ныло. До меня вдруг дошло, что если бы это был сон, то от таких болевых ощущений я ОБЯЗАТЕЛЬНО бы проснулся. На галлюцинацию все окружающее уже не похоже. Значит, это все со мной ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПРОИСХОДИТ?!
Молча сижу, уставившись в одну точку, и пытаюсь осмыслить ситуацию. Поднимаю руку, ощупываю свое правое ухо. Оно тоже кверху заостренное. Начинаю тайком осматривать себя, пока эти двое между собой разговаривают. Прихожу к выводу – тело не мое! Это не я!
Что я? Где я? Что со мной произошло? Делаю попытку встать, но тело плохо слушается. В итоге падаю на кровать. Ко мне сразу подскочили эти двое, что-то мелодичными голосами мне прощебетали и помогли нормально лечь. Далее дедушка прикоснулся к моему лбу, и я в очередной раз провалился в неизвестность.
Архимаг Достамионииль и королева Леса Бииниэль
– Ну что скажешь, Достамионииль?
– На этот момент физически он здоров. Слабость есть, но пройдет уже к завтрашнему утру, ваше величество. Я вместе с дежурным целителем не только устранил все переломы и внутренние кровотечения, но и восстановил кожный покров. Даже синяки убрал.
– Прошу, не надо официоза! Ты меня с младенчества нянчил. Так что наедине прошу обращаться просто по имени, ты же знаешь. – Бииниэль подошла к окну и прикрыла занавески. – А сейчас я спрашиваю про его психическое состояние. Создалось такое впечатление, что он нас не узнал. Меня! Родную мать! Заговорить попытался на незнакомом языке. Я знаю их в общей сложности восемнадцать, включая два подгорного племени, наречие горных троллей и шесть человеческих!
– Действительно, все это странно. – Достамионииль задумчиво посмотрел в сторону Палаэля и подошел к Бииниэль. – Я тебя не стал ранее беспокоить, но теперь все-таки скажу. У него есть незаметные изменения подаурных полей. Незначительные, ты их разглядеть не сможешь…
Тут Достамионииль задумался. Бииниэль молча стояла и ждала продолжения.
– Но тем не менее они оказали свое воздействие и на саму ауру. Поначалу я думал, что это результат моего магического воздействия во время лечения. Сейчас же уверен в обратном. Я здесь ни при чем. «Игла вдоха» как раз позволяет это увидеть. Если ты приглядишься внимательно, то заметишь, что при неизменных основных параметрах косвенные видоизменились таким образом, что усиливают некоторые эффективные показатели. Например, энергоемкость. Она повысилась, причем значительно. В разы! По этому показателю он равен магам второй ступени развития, и это до начала обучения в академии! – Достамионииль разволновался, что было нехарактерно для старого эльфа. – На данный момент с уверенностью могу сказать, что перед нами потенциальный архимаг, один из сильнейших известных миру! А ведь до падения его максимумом в магии была четвертая ступень развития. Хотя ты и сама об этом знала. Мне жаловалась на это, и не раз. Скорость кастования заклинания тоже должна была увеличиться, другие показатели… Это мы увидим в будущем. Буду периодически навещать его в академии, смотреть, как он развивается. Психически он тоже здоров.
– Хоть в чем-то есть плюсы. – Тяжело вздохнув, Бииниэль подошла к спящему сыну. – А с памятью что делать? И откуда эти непонятные фразы на каком-то языке?
Достамионииль пожал плечами:
– Незнакомые слова могло сформировать его подсознание в процессе лечения. Черепную коробку-то тоже пришлось сращивать. Может, мы случайно задели те области мозга, которые отвечают за формирование речи. Успокойся, ничего страшного в этом нет. Пригласим мага-менталиста, и он все быстро приведет в норму. Так что не волнуйся.
– Не могу не волноваться. А еще ему в академию ехать уже пора. Я не хочу его сейчас отпускать!
– Никто не заставляет тебя отправлять его сегодня или завтра, – Достамионииль, улыбаясь, направился к выходу, – отправишь послезавтра. Думаю, на один-два дня опоздания в академии ничего не скажут. Тем более что я обязательно предупрежу об этом ректора. Ну пойдем уже, надо менталиста сюда пригласить.
Тихо прикрыв за собой дверь, они покинули помещение.
Где-то в иных планах бытия.
Архидемон Непот
И что теперь делать? Сознание я перенес, тело и его энергетическую составляющую усилил, а синхронизировать память человека с памятью эльфа не удосужился. В итоге человечек не может воспользоваться воспоминаниями эльфа. Может, так и оставить? Да нет, нельзя. Сейчас приведут мага-менталиста, пусть и слабого. Хотя все относительно. Для меня он слабенький, а для этой планеты – архимаг ментальной магии. Так вот, он быстро разберется, что в данном теле другое сознание. Убьют сразу человечка, и, следовательно, я не выполню обязательств. Надо помогать, вытаскивать человечка со дна отхожей ямы. Так… Память синхронизировал, двигательные воспоминания эльфа тоже на сознание человечка наложил… вроде все. Нет, не все. А вдруг его убьют в каком-нибудь поединке на мечах? Они же дуэли практикуют не только магические. Дерутся палками, которые гордо именуют мечами. Это они моего клинка Звездной Смерти не видели. Сделанный из сплава палладия с небольшим количеством серебра и смесью других металлоидов, с наложенными на него в процессе изготовления заклинаниями, многократно увеличивающими исходные характеристики металла – вот это клинок! А человечку (вернее, уже эльфу, но как назвал, так назвал) еще дополнительно физические характеристики усилю… А вот теперь все.
Капитан Вихрь
Проснулся. Лежу, обдумываю сложившуюся ситуацию. Вдруг обнаруживаю, что к моим воспоминаниям примешиваются посторонние образы, видения. Попробовал на них сосредоточиться…
Ешкин кот! Такое впечатление, что жил какой-то параллельной второй жизнью, о которой до этого ничего не знал! В образе некоего Палаэля.
Удивляться уже нет сил. Воспринимается все как-то спокойно, будто произошло с кем-нибудь другим, а я смотрю на это со стороны. От третьего лица. Понимаю, что это защитная реакция организма, дабы с ума не сойти. Вот они, последствия сильнейшего стресса.
Все, стоп! Попытаемся обдумать!
Цистерна с топливом взорвалась. Шансов выжить у меня не было. Я погиб.
Но в то же время сейчас я все чувствую и осознаю. Как сказал Декарт: «Я мыслю – значит существую».
С другой стороны, тело мне не принадлежит. То есть сейчас, конечно, оно мое, но до моего осознания себя в нем моим не являлось. В нем жил кто-то другой. Бред. Как о шубе рассуждаю… И тем не менее это так. Получается, после смерти мое сознание, или душа – ну не разбираюсь я в таких тонких материях, – вместо того чтобы проследовать в наш родной земной потусторонний мир в виде рая или ада, попало в другое тело, проживающее явно в ином мире. К тому же принадлежащее явно не человеку. Насколько помню мифологию, заостренные уши имеют только эльфы. Точно. Я же смотрел «Властелина Колец»! Там только у эльфов такие уши, какие я имел честь лицезреть у той парочки. Да что там говорить, я сам являюсь счастливым обладателем точно такого же девайса!
В чем еще есть различия между людьми и эльфами?
Вроде как у последних более долгий срок жизни. Или нет? Как бы это выяснить…
А что я, собственно говоря, торможу?! Судя по всему, эти обрывки образов и видений не что иное, как память того эльфа, сознание которого жило в данном теле! До моего пришествия…
Ничего не стоит обратиться за информацией к его памяти и после этого уже делать какие-либо выводы.
Решено, сейчас попытаемся разобраться с головой. Точнее, с ее содержимым. Вот, это мое детство, вот я пошел в школу, здесь учусь скрываться в чаще леса… Тьфу! Это явно не мое.
Далее, первая любовь в шестом классе к Ленке Сидорук. Вот Истамирэль предлагает добавить немного краски в маленькое озеро, где любят купаться все девушки. А я в лаборатории у наставника Галантилиэля, обучавшего нас основам алхимии, по ошибке взял мощнейший несмывающийся краситель…
Нет, так не пойдет. О себе-то я и так все знаю. Нужно сосредоточиться как раз на воспоминаниях этого Палаэля.
Родился он (получается, уже я) сто с лишним лет назад в семье великого князя Исиля.
Мать – королева Леса Бииниэль. Да это та самая женщина, которая меня навещала!
Интересно, почему отец – великий князь, а мать – королева? По логике, должна быть великой княгиней. Пытаюсь найти нужное воспоминание. Это не то. Это тоже.
Ага, вот. Нашел. Все мужчины, стоящие во главе правящего дома, а значит и всего Леса, назывались великими князьями. Так было всегда, сколько существует история эльфов.
А вот как раз с королевой все не так однозначно. Примерно девять тысяч лет назад великий князь нашего Леса (имени Палаэль не запомнил) вынужден был пойти на союз с дроу (темными эльфами) в войне против Нитской империи людей (существующей и по сей день).
Нитская империя на тот момент только образовалась путем объединения четырех королевств под властью одного короля-завоевателя, провозгласившего себя после этого императором. Новоявленный император останавливаться на достигнутом не собирался и продолжил свои завоевательные походы, подминая и включая в состав своей империи все новые территории. Это продолжалось более двадцати лет, пока южная граница империи, раскинувшейся к тому моменту на пятую часть материка, не соприкоснулась с границей Леса. Первый год прошел в относительно мирных добрососедских отношениях, если не принимать во внимание мелкие пограничные стычки, а в начале второго года гигантская армия людей подошла к границам. Разведчики Леса доложили в Верховный Совет о приблизительном количестве живой силы противника и числе привлеченных магов. После трех дней дебатов Верховный Совет, возглавляемый великим князем Леса, пришел к неутешительным выводам: с имеющимися силами военную экспансию не остановить. Еще два дня непрерывающихся заседаний у Совета ушли на поиски выхода из этой ситуации. И выход был найден. Но какой!
Совет принял резолюцию об отправке миссии в подземелья к дроу с просьбой об оказании помощи и создании полноценного военного союза против империи. Также было предложено правительнице дроу выдать замуж одну из своих дочерей за великого князя Леса, на тот момент еще холостого.
Это был поистине беспрецедентный шаг!
Миссия порталами была отправлена к дроу. И через две недели к Лесу подошла армия дроу, ведомая одной из принцесс… Союз был заключен!
После трех кровопролитных битв армия людей перестала существовать.
Между прибывшим императором и великим князем был заключен вечный договор о мире.
В итоге империя людишек (меня удивило столь ярко выраженное презрение Палаэля к расе людей) обратила взоры на другие свои границы, точнее на других соседей, а великий князь и принцесса дроу прошли через великое таинство, став мужем и женой. Только вот становиться княгиней она не захотела, потребовав введения титула королевы Леса (у них в подземельях, видите ли, была королева) для супруги великого князя. Вот с тех пор у нас в Лесу есть королевы.
С Нитской же империей, несмотря на вечный договор о мире и добрососедстве, состоялось еще около десятка войн и до сих пор идут частые пограничные стычки.
В последние двести лет оба государства стараются развивать торговлю друг с другом. В связи с этим образовался даже пограничный город под названием Альбион, через который идет основной товарооборот между двумя государствами. Город очень крупный, несмотря на то что был образован совсем недавно, около ста семидесяти лет назад. Населения в нем насчитывается приблизительно семьдесят тысяч разумных существ, являющихся представителями различных рас. Эльфы в нем стараются не селиться, все-таки им уютнее среди деревьев, но несколько эльфийских кварталов все же есть. Архитектура их максимально приближена к архитектуре обычных эльфийских городов – все утопает в зелени, и дома представляют, по сути своей, деревья, видоизмененные магией до неузнаваемости. Такие деревья внутри полые, с перегородками, конфигурацию которых задает маг-растильщик во время роста такого дерева.
В империи есть магический университет, пожалуй, самое сильное учебное заведение в известном мире. По уровню превосходит даже Академию магии Леса. Не сказать, что по мастерству выпускников, но по количеству учащихся и изучаемых предметов точно. Здесь изучаются такие предметы, как некромантия, темная магия, демонология. В нем можно встретить представителей всех рас, существующих на Эрионе. Так местные называют свою планету.
В последнее время там обучается довольно много эльфов. Присутствуют эльфы и среди преподавательского состава. Но представителей высшей аристократии там нет, поскольку последних, в целях безопасности, не выпускают из Леса. Логично, что в университете большинство студиозов составляют представители расы людей. Гораздо меньше гномов, орков, эльфов, ситахов. И в единичных вариантах попадаются тролли.
С этим пока все ясно. Теперь по самой планете. Называется Эрион. Кто и почему так назвал – неясно, но так ее называют все живущие на ней расы. Состоит из двух континентов – Лапира и Сотэка, со всех сторон омываемых океаном. Здесь его считают одним, не проводя условных границ на несколько океанов и морей, как на Земле. Крупнейшим из двух континентов является Лапир, на нем и находится мой Лес. Сотэк в три раза меньше. На Лапире, помимо Леса и империи, есть еще одиннадцать человеческих королевств, два гномьих, расположенных под Каменным Хребтом, который начинается от южной стороны Лапира и проходит через две трети материка, практически деля его на две равные части. Далее государство ситахов, Плиних. Второе по размерам на континенте, после империи, примерно в три раза ее меньше. Находится на южной стороне континента, отделено от империи Каменным Хребтом.
Кстати, Лес идет на почетном третьем месте, деля вместе с империей восточную часть Лапира. Причем таким образом, что проход на западную часть континента есть и у нас, и у империи.
Подземелья северной части Каменного Хребта занимали дроу, постоянно беспокоя своими набегами всех соседей, включая империю. Но лезть, разбираться с ними в подземельях ни у кого особого желания не возникало. Разве что империя лет пятьсот назад попробовала отправить одну из своих армий, которая благополучно в подземельях дроу и сгинула. Больше попыток не было. В итоге все соседи дроу и справа и слева от Хребта перед выходами из подземелий понаставили мощных крепостей и фортов, защищающих торговые пути и города.
На западе от Хребта располагались в большом количестве человеческие королевства, степи орков, живущих родами, не образовывая единого государства, ситахи, тролли, на болотах проживали племена гоблинов.
Вроде по географии все. По второму материку просматривать воспоминания пока не буду. Особой нужды нет.
Лучше информацию по Лесу «вспомню».
В Лесу довольно много городов. Столицей значится Иль-Эроа. Здесь находится дворец правящего дома Алмазной Короны, князем и прямым наследником которого я и имею честь быть. Отношения с родителями очень хорошие, хотя, с моей точки зрения, несколько прохладные. Есть друг – конт Истамирэль. Вот с кем Палаэль действительно часто общался. А что, если кто-нибудь из них поймет, что Палаэль и не Палаэль вовсе? Что будет?
С другой стороны, обратимся к опыту моей исторической Родины – как там поступали с самозванцами в Средние века? Ведь эти аборигены от нашего Средневековья недалеко ушли. В костер кинут или на дыбе… того… Нет, пусть лучше все думают, что перед ними Палаэль. Будем пытаться его копировать, опираясь на полученную от того в наследство память.
Тут мои размышления прервал стук в дверь.
– Князь Палаэль из дома Алмазной Короны, позволите к вам войти архимагу Ситилю из дома Грибной Поросли?
Ва-а-ау! Грибной Поросли? Я не ослышался? Да с ними не соскучишься! Ну и название. Главное, не смеяться, услышав подобное.
А вопрос-то мне задали не на русском языке! Я понимаю эльфийский? Интересно, а почему ту парочку не понимал? Может, с памятью осваиваться начал, потому и понял?
– Князь Палаэль из дома Алмазной Короны, позвольте…
Черт, отвечать же надо, срочно. Как там? Ах вот…
– Я, князь Палаэль из дома Алмазной Короны, позволяю войти архимагу Ситилю из дома Грибной Поросли.
По-моему, все правильно сказал, по этикету.
Дверь открылась, и в комнату зашел статный эльф с посохом в руке. Только набалдашник у посоха красный. Рубин? За ним зашла моя мать, королева Леса Бииниэль.
– Князь Палаэль, я, архимаг Ситиль из дома Грибной Поросли, прибыл по приглашению вашей матери, королевы Леса Бииниэль. Архимаг ментальной магии. Позвольте мне осмотреть вас?
Он что, у меня в мозгах ковыряться собрался? Ведь поймет же, кто я! Этого допускать нельзя. Не испытываю никакого желания узнать, как местные разбираются с самозванцами.
– Уважаемый архимаг Ситиль из дома Грибной Поросли, полагаю, что сие приглашение было преждевременным, поскольку состояние мое, смею вас заверить, опасений сейчас вызывать не может. И физически, и психически, что требовало бы вмешательства вашей многоуважаемой персоны!
– Уважаемый князь Палаэль из дома Алмазной Короны! – Ситиль чуть поклонился. – Вы уверены?
– Уважаемый архимаг Ситиль из дома Грибной Поросли, я уверен в своих словах и не отказываюсь от них.
Архимаг замешкался, посмотрел на мою мать, но та только покачала головой. Не решилась подвергнуть меня процедуре ментального обследования насильно. Ситиль пожал плечами. Выражение лица – каменное, никаких эмоций. Хотя я, будь на его месте, был бы раздражен тем, что меня зря оторвали от дел.
– Хорошо, уважаемый князь Палаэль из дома Алмазной Короны. Очень рад, что вы себя прекрасно чувствуете. Позвольте покинуть вас?
– Да, уважаемый архимаг Ситиль из дома Грибной Поросли. Был счастлив видеть вас под сенью листвы моего дома.
Ситиль, слегка поклонившись, вышел из комнаты. Уф… С первым разобрался.
Теперь экзамен посложнее.
– Приветствую тебя, мама…
Капитан Вихрь (князь Палаэль)
И вот я направляюсь в Академию магии. В крытой карете, под охраной десятка гвардейцев нашего дома и одного мага третьей ступени развития.
Разговор с матерью вышел тяжелым. Она устроила мне форменную промывку мозгов а-ля замполит на тему моего легкомысленного поведения и поступков, недостойных наследника великого князя Леса. Дескать, пора браться за ум, зарабатывать репутацию серьезного эльфа. В легкомысленности моего предшественника я был полностью согласен. Все поступки, которые он совершал, были свойственны десятилетнему ребенку. Я понимаю, конечно, что совершеннолетие у эльфов достигается по истечении порога в сто лет жизни, но все же…
Я совершенно искренне раскаялся в «своих» поступках и попросил прощения у матери за «свое» недалекое поведение, попутно пообещав отныне более серьезно относиться к жизни.
Услышав это, мать, до этого хмурясь и нарезая круги по комнате, остановилась и аж рот приоткрыла от удивления. Что не так?
Блин… Подобная фраза, которую я только что выдал, была крайне нехарактерной для Палаэля! Обычно он начинал спорить, оправдываться, приводить какие-то нелепые (с моей точки зрения) аргументы, показывающие необходимость свершения тех или иных глупых поступков (иначе я назвать их не могу).
– Видимо, полученная травма головы действительно оказала благотворное влияние… – тихо, себе под нос, пробормотала Бииниэль.
Слава богу, все несоответствия в поведении она списывала на травмы, полученные при падении со скалы.
А ведь это идея! Все несоответствия в моем поведении можно списывать на перенесенные травмы и последующее их лечение! А если кто усомнится и начнет проверять, выясняя некоторые моменты в моей (Палаэля) жизни, – так память-то его при мне!
Уже легче.
– Хорошо. Рада, что ты начал это понимать, – Бииниэль внимательно посмотрела на меня, – завтра тебе будет необходимо покинуть тень листвы родного дома и направиться в академию. Ты готов?
– Да, мама, готов. Просто словами не могу передать нетерпение продолжить совершенствоваться в стенах такого прославленного заведения, коим является наша академия. Сейчас понимаю всю глубину моих заблуждений, которые выражались в легкомысленном отношении к учебе.
У Бииниэль от природы огромные глаза. Так вот, сейчас они стали поистине гигантскими!
Она подошла и присела на соседний стул.
– Даже так? Я была убита горем, когда мне принесли весть о твоем падении с той скалы и упомянули, что твои шансы выжить минимальны, даже при вмешательстве архимагов. Но сейчас вижу, что без воли богов здесь не обошлось. Они сопутствуют нашему дому.
– Мама, я многое осознал, пока лежал и восстанавливался после полученных травм…
Я, изображая волнение, вскочил со стула и начал расхаживать по комнате – так удобнее было сосредоточиться на том, что говорить, а о чем лучше умолчать.
– …многое переосмыслил. Как я жил? Да никак! Постоянно в поиске развлечений, по большей части глупых, не имеющих никакого смысла. Думал лишь о себе, абсолютно не учитывая мнений близких мне эльфов. – Я остановился, картинно заломив руки. – Но так нельзя! Пришло время меняться! Отбросить все старые привычки, научиться отвечать за свои поступки, нести ответственность за любые действия, за любую произнесенную фразу!
Мать, наклонив голову к плечу, внимательно слушала мой монолог.
– Мне исполнилось сто лет, – продолжил я, – именно тот возраст, который, как я считаю, должен стать переломным в жизни. Мама, клянусь, что с этого момента все увидят другого Палаэля – целеустремленного, который точно знает, чего хочет от жизни, и добивается своих целей, не останавливаясь на полпути. Палаэля, которым дом будет гордиться! Конечно, я понимаю, что никто не застрахован от неправильных поступков, но я буду стараться.
Мать подошла ко мне, остановилась напротив и заглянула в глаза. Я смотрел прямо, с огнем истинной веры в то, что говорю. По крайней мере постарался, чтобы все так выглядело.
– Я не знаю, что на это сказать, Палаэль. Просто знай, что твой дом с тобой. Здесь ты всегда найдешь поддержку. – Она первая отвела взгляд, обратив его к окну. – То, что я сейчас услышала, так необычно звучит из твоих уст… Но знаешь, я тебе верю. Жаль, что отец находится с посольством у дроу и не имеет возможности тебя слышать. Он бы остался доволен. Ну а сейчас, Палаэль, собирайся в дорогу…
В общем, тяжелый был разговор. Но все сложилось как нельзя лучше. Сейчас я еду в карете. До академии два дня пути, один мы уже проехали, остановившись на ночь в заведении, очень напоминающем земную мини-гостиницу. Только с огромным обеденным залом на первом этаже. Местный трактир, видимо. И уже к сегодняшнему вечеру должны достичь стен академии.
Ехали мы спокойно, разбойников в эльфийском Лесу отродясь не бывало. Дорога, которую местные гордо именуют трактом, по своему качеству мало чем отличалась от российских образцов. Здесь, что ли, тоже деньги, выделенные на ремонт, разворовывают? Нет, судя по воспоминаниям, подобное воровство эльфам несвойственно. Они даже понятие «отката» не изобрели! Дикари!
Из тех же воспоминаний узнаю, что почти все дороги в Лесу делали гномы и по всем параметрам они не уступают немецким автобанам. Только мастерам-гномам после сдачи работ маги-менталисты слегка подчистили память, естественно, с согласия самих мастеров. Даже не представляю, во что это обошлось казне Леса.
И только дорога в академию ремонтируется силами ее студиозов. Нет, не вручную. Магию используют. В среде преподавателей, видите ли, считается модным наказание, применяемое в отношении нерадивых слушателей, – отправка на ремонт этой самой злосчастной дороги. Причем не учитывается, маг земли ты или обычный целитель.
А что у нас с магией? Вспоминаю, как просматривать основные показатели ауры – ее энергоемкость, плотность насыщения, вариативность и прочее. Для этого надо перейти на иной уровень зрения, когда видишь не глазами, а какими-то ощущениями. Как-то так. При этом картинка окружающего тебя мира формируется у тебя в мозгах. Объяснить вряд ли смогу – сам не понимаю, как так получается.
Так-с, приступим.
Что-то я не понял… Картина, отложившаяся в памяти Палаэля, резко отличалась от той, которую лицезрю сейчас.
Во-первых, аура по своему объему гораздо больше. Если раньше внешние ее границы отстояли от тела сантиметров на двадцать, то сейчас я их видел в четырех метрах от себя!
Во-вторых, плотность ауры стала раза в три выше.
Что это значит? А значит, что энергоемкость у меня соответствует уровню между первой и второй ступенями развития! Это уже близко к наивысшему. Такого немногие эльфы достигают. А если достигают, то лишь лет через пятьсот – шестьсот занятий магией. Всего уровней восемнадцать (возрастание силы идет в сторону единицы) плюс высший – уровень архимага. Самые лучшие показатели среди поступающих в академию приближаются к четырнадцатому уровню развития. Прежний мой уровень был семнадцатый. Да, наверное, все окружающие в шоке были, когда увидели перед собой такое чудо – бессознательное тело, аура которого буквально на глазах «раскачивается» до таких параметров! Вот где начинаешь поминать богов. Даже не буду задумываться над тем, как это получилось. Может, при внедрении сознания человека в тело эльфа всегда так бывает? Ха… Примеров-то у меня перед глазами великое множество – я один.
Что нам дает подобная энергоемкость? Еще раз обращаемся к воспоминаниям.
Да все просто отлично!
Дело в том, что все заклинания обладают определенным уровнем энергопотребления для приведения их в действие. То есть чем выше энергоемкость заклинания, тем больше энергии надо отдать, чтобы его активизировать. И чем сложнее заклинание, тем больше энергии оно «кушает». По простейшим магическим конструкциям ситуация проще – здесь вложенное количество энергии обозначает мощность заклинания на выходе. Если раньше я мог сформировать с десяток огненных шаров диаметром сантиметров двадцать, то сейчас…
Подсчитываем (система расчетов услужливо всплывает в памяти)… И получаем около трехсот шаров, диаметром три метра каждый! Ничего себе!
По сложным заклинаниям, ни одного из которых не знаю – видимо, в академии дают, все не так просто. Сила и на активацию нужна, и на обеспечение определенного уровня мощности.
Энергия берется из ауры мага. Вот и получается, что чем выше у мага «заряд», тем на большее количество кастуемых заклятий его хватит, плюс возможность использования заклинаний с высоким энергетическим порогом активации.
Смотрим далее. Быстродействие. Определяет количество заклинаний, которое маг может составить и активизировать в единицу времени. С этим все еще интереснее.
Каждое заклинание имеет свою конструкцию. Заклинание «воздушное копье», относящееся к простейшим, имеет форму декаэдра. Для активации достаточно мысленно его представить, затем конструкцию опять же мысленно перенести в область магического зрения, напитать энергией из ауры и задать вектор движения. После этого активация.
Для меня все просто, но вот у многих местных обитателей с пространственной геометрией просто беда. Точнее, с представлением последней, что называется, «в уме». Дошли до того, что некоторые маги наносят нужные конструкции заклинаний на клочки бумаги или деревяшки, обрабатывают эти каракули своей энергетикой и таскают с собой, чтобы в случае чего использовать. После одного использования эти клочки бумаги сгорают, поскольку через них проходит большой объем энергии, насыщая изображенную конструкцию. По-моему, с таким методом работы ни о каком быстродействии речи идти не может. Подобное актуально только с самыми сложными конструкциями. Конечно, это не касается сильных магов, начиная где-то с четвертой ступени развития. Те никакими бумажками не пользуются. Как правило, не достигнуть такого уровня, если не развито пространственное мышление. Хотя бывают и исключения из правил, когда природные способности к магии впечатляющие, а совершенствоваться и развиваться индивид не может, поскольку не в состоянии запомнить заклинание.
В своей общей массе местные маги весь тест по быстродействию выполняют в уме, используя только простейшие заклятия, и то разучивают их до автоматизма. Остальные конструкции рисуют на бумаге, хотя и делают это по памяти. Рисунки, надо признать, получаются очень красивые, пространственные. Хорошо, что у меня с пространственной геометрией никогда проблем не было.
Далее. Вариативность. Это способность мага оперировать заклинаниями различных стихий. У Палаэля была предрасположенность к стихиям воздуха и огня, а также к магии растильщиков, изучающей воздействие на местную флору и фауну.
Как с этим обстоят дела сейчас – определимся уже в академии, поскольку выяснять эти предрасположенности Палаэля не учили.
На этом мои размышления были прерваны начальником охраны.
– Ваше высочество, мы приехали.
Выглянул из кареты и увидел, что мы остановились у ворот. За стеной, в которой и находились эти ворота, возвышалась огромная цитадель. Каменная! Я думал, что эльфы к подобным постройкам относятся с неодобрением. Видимо, у них имелись какие-то особые причины на размещение академии в таком месте.
Надо признать, внешний вид крепости внушал трепет. Она была окружена высокой, почитай шестиметровой стеной, сложенной из разных по величине камней, идеально подогнанных друг к другу. По верху стены вилось растение, внешне похожее на земной плющ. С большой долей вероятности оно выполняет какие-то охранные функции.
Главное здание цитадели возвышалось метров на сто. По углам стены стояли монументальные башни. Все сооружение по архитектуре очень напоминало смесь готического и романского стилей, но как красиво смотрелось!
– Ну и? – Не понимаю, почему дальше-то не двигаемся.
– Нам дальше нельзя. Вход разрешен только для преподавателей и студиозов академии, а также великому князю Леса и королеве Леса, а также, по определенным дням, родителям студиозов и лицам, приглашенным ректором академии.
– То есть, хотите сказать, что дальше я должен идти на своих двоих, неся на себе весь свой багаж?
– Именно так, ваше высочество.
– Хорошо. Аккуратно выгружайте мои вещи и ставьте перед воротами.
Сам вылез из кареты, подошел к воротам и постучался. Реакции никакой. А солнце между тем уже на закате. Хорошо бы и расположиться успеть в выделенной комнате, а здесь пока достучишься…
Решил постучаться еще раз. Ногой. Снова реакции ноль.
Что теперь? Ночевать перед воротами? Это что, местный курс молодого бойца?
Мы люди (теперь уже эльфы) не гордые, еще раз постучимся. Начинаю злиться. Я два дня в дороге провел, а по прибытии на место меня пускать не хотят.
И тут свершилось! Открылось маленькое окошко в воротах, и в нем показалась заспанная физиономия молодого эльфа, судя по цвету мантии – студиоза водного факультета.
– Тебе чего? – спрашивает.
Не понял, а где наш прославленный эльфийский этикет?
– Так, мимо проходил, решил зайти, посмотреть на быт, установившийся в академии со времен последней войны с империей, – со злой иронией в голосе ответил я.
– Посторонним вход запрещен. Если идете мимо – вот и идите своей дорогой, – и закрыл окно.
А вот это уже хамство. Такого нельзя прощать. Спустишь один раз, потом получишь в десятикратном размере.
И, покачав головой, отошел от ворот подальше. Ну что ж, проведем урок вежливости для данного студиоза. Тем более за этот урок мне ничего не будет. Не думаю, что маги решатся наказать наследника великого князя. По крайней мере в первый же день прибытия.
Начальник группы охраны дома Алмазной Короны
мастер клинка Ирантиль
С выгрузкой вещей князя Палаэля закончили. Да и немного тех вещей было – пять тюков. Гораздо меньше, чем от князя можно было ожидать. Знаю не понаслышке. Пять лет назад сопровождал его на бал, проводимый в доме Пурпурной Розы. Вещей было раз в пять больше, и всего на четыре дня! А здесь – на все обучение в академии…
Да и князь сам на себя не похож сейчас. Весь путь в карете просидел не высовываясь. В прошлый раз, по дороге на бал, чего только не натерпелись. И нелепые проверки рейнджеров на тему – спят или не спят в карауле, и попытки вместе с Истамирэлем из дома Изумрудного Клинка убежать от охраны в лес с целью поохотиться…
Говорят, что такие изменения в характере князя произошли после недавнего его падения со скалы. Тогда знакомый целитель, который принимал тело князя, по секрету сказал мне, что тот уже не жилец. Ан нет, выкарабкался.
Обуреваемый этими мыслями, Ирантиль уже собирался скомандовать выдвижение группы домой, но что-то привлекло его внимание. На интуитивном уровне. Обернувшись, успел заметить, как окошко перед самым носом князя Палаэля захлопнулось. Увидел, как последний осуждающе покачал головой, отошел от ворот и активировал над собой огненный шар.
«Боги! Ну и сила!» – успел подумать Ирантиль, глядя на исполинский огненный шар диаметром около двух (!) эвелей, а в следующее мгновение шар сорвался в сторону ворот. Через какой-то миг произошел взрыв, потрясший весь холм, на котором располагалась академия.
Ирантиля и его рейнджеров от вызывной волны спасли защитные амулеты, образовавшие на пути последней защитное поле.
– Ага, изменился! Как же! – пробормотал Ирантиль и скомандовал своим эльфам выдвижение домой.
Перед главными воротами Академии магии Леса
Буйство огня продолжалось недолго, буквально несколько тим. Когда зарево от пламени спало, стал виден молодой эльф, с невозмутимым видом созерцающий неповрежденные ворота академии. По всей стене и воротам, если кто-нибудь посторонний взглянул на них «иным» зрением, пробегали сине-зеленые всполохи, с каждым мгновением теряя свою яркость. И уже через десяток тим все вернулось в исходное состояние, в каковом и пребывало до проведения магической атаки со стороны юного князя.
Вокруг стояла неестественная тишина, даже вездесущие птички не решались потревожить ее своим щебетанием. И в лучах заходящего солнца вся картина выглядела несколько сюрреалистично – создавалось впечатление, что одинокий путник решил бросить вызов чему-то величественному, огромному, представленному в виде возвышающейся над ним громады цитадели.
И тишина.
Так прошла одна терция, другая…
По истечении пятой терции ворота начали медленно отворяться. Приоткрывшись где-то наполовину, створки остановились, и из образовавшегося прохода вышел древний старик в белоснежной мантии ректора академии. Следом за ним появились эльфийка в красной мантии факультета огненной стихии и эльф, облаченный в голубую мантию факультета воздушной стихии.
Подойдя к Палаэлю, троица остановилась.
– Кто ты, осмелившийся бросить вызов академии? – спросил ректор, внимательнейшим образом рассматривая молодого эльфа.
– Я тот, кто пришел почерпнуть знаний и мудрости, коих в Академии магии Леса больше, чем где-либо в другом месте, но нашедший здесь пока лишь грубость и неуважение к своей персоне. – Палаэль почтительно поклонился.
До этого хмурившийся ректор нахмурился еще больше.
– Извольте объяснить, в чем выразились те грубость и неуважение, толкнувшие вас на столь необдуманный поступок?
Палаэль твердым взглядом посмотрел ректору прямо в глаза.
– Извольте, расскажу. Не поинтересовавшись, кто я и с какой целью пришел в обитель знаний, ответственное лицо, исполняющее обязанности привратника, посоветовало мне продолжить свой путь далее, минуя стены академии по широкой дуге.
Лица всей троицы удивленно вытянулись, а затем ректор повернулся к воротам, где стоял студиоз, не пожелавший беспокоить никого из преподавателей и столь необдуманно отправивший пришедшего куда подальше. Студиоз, мигом сообразивший, что речь идет о нем, быстро юркнул внутрь, за ворота, справедливо рассудив, что в этот момент лучше не показываться на глаза.
Ректор вновь повернулся к Палаэлю:
– М-да… С этим мы разберемся позже. Насколько я понимаю, мы имеем честь наблюдать перед собой князя Палаэля?
– Истинно так. – Палаэль почтительно поклонился. – Приношу свои извинения за причиненные неудобства. Мне действительно неловко, что в результате моих действий вам пришлось лично выходить разбираться с нарушителем, то есть со мной. Но, насколько помню, я не имел чести быть вам представленным.
Ректор и сопровождающие его лица едва заметно улыбнулись, эльф с эльфийкой даже переглянулись за спиной ректора.
– Да? Действительно. Я ректор Академии магии Леса архимаг Ласиль, – ректор, представившись, слегка наклонил голову, – меня сопровождают мой заместитель и по совместительству декан факультета огненной стихии архимагесса Синтиль, – эльфийка тоже с легкой улыбкой на губах преклонила голову, – и начальник службы безопасности академии, маг первой ступени развития Коронтоэль. – Представленный маг повторил жест эльфийки.
Тут ректор на мгновение прервался и, вздохнув, продолжил:
– Ну а то, что вышел лично… Это из простого любопытства. Интересно, знаете ли, посмотреть на индивидуума, решившегося атаковать академию в одиночку. Даже группе архимагов такое в голову бы не пришло, ведь академия стоит на основной линии Силы, и в ее стенах много сильных магов, не беря в расчет студиозов, из числа которых тоже есть довольно сильные маги – четвертой-пятой ступени развития. Это с выпускных курсов, естественно… Выйдя же, узнал в нарушителе спокойствия вас, князь. Ваш внешний образ вместе с параметрами ауры передал архимаг Достамионииль во время нашей встречи в астральном слое. Кстати, еще он мне поведал о ваших увеличившихся возможностях. Но то, что в данный момент я перед собой вижу, просто невероятно! Ну да ладно… Пройдемте внутрь. Уважаемый Коронтоэль поможет вам с обустройством.
Маг первой ступени Коронтоэль согласно кивнул, после чего все вместе направились к воротам.
– Впредь, конечно, попрошу решать подобные проблемы другими способами, – обратился к Палаэлю Коронтоэль, – сейчас же студиоз… – В этот момент они проходили через ворота, мимо того самого привратника, и Коронтоэль пристально посмотрел на него.
– Студиоз шестого курса факультета водных стихий Саниэль, – вытянувшись по струнке, представился тот.
– …перенесет вещи студиоза первого курса Палаэля в указанную мной комнату. После этого зайдет для разговора ко мне, – продолжил Коронтоэль.
– Понял, – указанный эльф самым невероятным образом буквально уменьшился в размерах, понурился.
Капитан Вихрь (князь Палаэль)
Ну вот я и в академии. Честно говоря, ожидал более негативной реакции со стороны ее руководства на мою выходку. То, что наказания не последует, и так было понятно. Чаял словесного нагоняя. Обошлось и без этого.
Больше всего их интересовала моя скромная персона. Если точнее, тот факт, что всего несколько дней назад я был самым заурядным абитуриентом, а сейчас по всем признакам сильный маг. Не по знаниям, конечно, но по возможностям. Открыто вопросов, касающихся произошедшего со мной, мне не задавали, но вот осматривать «иным» зрением никто не стеснялся.
Коронтоэль вообще использовал сканирующее заклинание, предполагая, наверное, что не замечу. Только не учел, что умение видеть подобного плана заклинания, ощущать их зависит скорее не от мастерства, а в первую очередь от плотности ауры. Естественно, почувствовав, что кто-то пытается вклиниться в мою ауру, я перешел на магозрение (так я его обозвал), увидел работающую конструкцию заклятия и разрушил его, уплотнив ауру на этом участке до предела.
Коронтоэль даже вздрогнул от неожиданности, удивленно посмотрел на меня, при этом умудрившись сделать вид, что это не он. Ага, я управляющих нитей заклятия как будто не видел! А работать без них, при применении ментальной магии, затруднительно – через оные идет поток информации к заклинателю, да и оперативное управление облегчается.
В итоге мне выделили довольно просторную комнату со всей необходимой мебелью – письменным столом, кроватью, полкой для книг, шкафом. Обстановка спартанская, ничего лишнего и все предельно функционально.
Располагалась сия комната на двенадцатом этаже здания, изнутри казавшегося даже больше, чем снаружи.
В нем было тридцать два этажа. Первый представлял собой огромный холл, по периметру которого стояли довольно удобные диванчики, а в центре располагался фонтан далеко не маленьких размеров. И все это буквально утопало в зелени, представленной здесь небольшими деревьями в полтора моих роста. Причем эти деревья росли не на клумбах, а выбивались прямо из мраморного пола!
А с остальным что? Тут память преподносит мне еще один подарок. Я вспоминаю старое фамильное сканирующее заклинание, дальность действия которого зависит лишь от силы мага. Что ж, надо же мне понять, где я нахожусь, или не надо? Надо! Во-первых, любопытно, а во-вторых – проведу рекогносцировку местности.
Ложусь на кровать и разворачиваю конструкцию плетения. Ну-с, с чего начнем?
Пожалуй, с первого этажа. Изображение, транслирующееся заклинанием в мозг, напоминает картинки с прибора инфракрасного видения. Так, это холл. Здесь я был. За холлом находится столовая и кухня. Ничего интересного.
Поднимаемся этажом выше. Что это у нас? Целый ряд комнат. В них имеются рядами расставленные столы, причем таким образом, что каждый последующий находится выше предыдущего. В самом низу, по центру, пустое пространство с одним столом. Да это ж учебные аудитории. Поехали далее. То же самое. Далее. Далее. Ясно. По десятый этаж – одни аудитории.
А вот на одиннадцатом обнаруживаю библиотеку и за ней несколько спортзалов. Далее.
На двенадцатом, моем этаже, обнаруживаются эльфы. Судя по конфигурации всех имеющихся помещений и по наличию населения, здесь расположены только жилые комнаты и самая необходимая инфраструктура. И эта самая инфраструктура – одна на целый ряд комнат! Не могли санузлы в комнатах сделать? Здесь же по утрам картина из разряда «Штурм Зимнего»! Жилые комнаты размещены по двадцать четвертый этаж включительно.
Пока это выяснял, сделал для себя открытие – эльфы со всей ответственностью подходят к процессу продолжения рода! Я думал, что такое есть только в общежитиях у людей. Далее.
Двадцать пятый этаж – никого нет. По обстановке очень напоминает административный. Здесь же обнаружил еще и складские помещения. Теперь будем знать, где хозяйственная часть расположена.
Долго разбирался с двадцать шестым этажом, но так и не понял, что там. Какая-то стеклотара, шкафы, столы… Лаборатории, что ли? Ладно, потом выясним. На двадцать седьмом то же самое. Тьфу. По тридцатый этаж эти самые помещения непонятного назначения.
Тридцать первый этаж. Предпоследний. А здесь не комнаты, а целые апартаменты! А почему меня туда не заселили? Недостоин?!
Но кто-то же здесь живет! Вон кто-то ходит. Поднимаюсь на последний этаж – такая же картина! Шикарные апартаменты. И кто же эти достойные? Попробуем разглядеть по контурам лица. С этой целью приближаюсь к одному из тел на последнем этаже, приглядываюсь… Вдруг голова поднимается, поворачивается в моем направлении и взмахивает рукой…
Заклятие рассыпается, а в голове раздался рев:
– ВОН ОТСЮДА! И НЕ ВЗДУМАЙ БОЛЬШЕ ПОДСМАТРИВАТЬ!
Мля-а-ать… Ректор!!!
В этих апартаментах располагается преподавательский состав!
Ну я и дурень. Как сразу-то не дошло?
Голова-то как раскалывается от ментального послания… Ректор… Мог бы и пожалеть, на первый-то раз…
И в довершение всего, так как я прибыл довольно поздно и ужин в столовой уже закончился, пришлось довольствоваться тем, что осталось у меня из запасов, взятых в дорогу. А осталось немного… Совсем немного.
Ладно, ничего страшного. Переживу как-нибудь. Говорят, голодание полезно.
К слову сказать, во всех комнатах для учащихся проживало по два эльфа, и только для высшей аристократии было сделано исключение – комната на одного.
Это радовало. А то эльфийский стиль общения меня напрягал, хотя по тому же случаю с привратником можно сделать вывод, что некая высокопарность слога принята скорее при общении аристократов. Простые смертные, видимо, общаются попроще. Но это увидим в дальнейшем, по ходу пьесы, так сказать.
На следующее утро я поднялся примерно за полчаса до завтрака. Единой системы побудки здесь не было как таковой. Так и проспать можно. Предложить руководству дневального поставить? Хоть что-то родное в окружающем мире будет.
Пошел умываться, благо с вечера установил расположение умывальной комнаты. Когда же, наконец, добрел до нее, то уткнулся в некое подобие очереди.
– Кто крайний? – спрашиваю. Все посмотрели как на идиота! И вернулись к своим занятиям. Придется разбираться самому. По логике получается, что я четвертый в очереди к крайнему правому умывальнику.
Стою, жду. Тут подходит какое-то тело и пытается встать передо мной! Не пускаю.
– Первогодки моются последними, – презрительно процедило мне данное тело и продолжило попытки втиснуться между мной и впереди стоящим. Очередь на это действо косилась с одобрением. Ага, в «духи», значит, зачислили! А накося выкуси! И, сделав «кирпичное» выражение лица, благо в родимой армии отменно этому обучили, еще плотнее становлюсь к следующему в очереди.
В итоге эльф бросил свои бесплотные попытки, сделал шаг назад и угрожающе на меня уставился.
– Ты-ы-ы, ты-ы-ы…
Как замечательно шипит. Не видел бы его перед собой, подумал бы, что змея где-то здесь ползает, да еще с напарницей в придачу. Решаю ему помочь в построении фразы.
– Уважаемый, если вы таким образом пытаетесь распеться, то для этого в здании наверняка существуют специальные помещения.
Молчание. Всеобщее. Все смотрят на меня. Не привыкли здесь к наглым первогодкам.
Откуда-то проталкиваются еще два эльфа. Подходят.
– Послушай, первогодок, – обратился ко мне один из них с чрезвычайно высокомерным видом, – у нас так принято. Чем младше курс, тем позже он приступает к водным процедурам. Или ты у нас самый наглый? Проблем хочется?
Наглый тон и высокомерная морда говорившего начали меня злить. Что ему ответить? Может, сразу в морду дать? Так будет проще, но политически неправильно с моей стороны, ведь потом, при разборе полетов, все честно укажут на меня как на зачинщика потасовки. В том, что разбор полетов состоится, я был практически уверен. Наверняка ведь здесь присутствуют штатные стукачи администрации. И получится, что на академию напал, не успев въехать на ее территорию, потом драку начал, толком не познакомившись с местным коллективом. Ладно, ответим ему, но таким образом, чтобы он вынужден был начать рукоприкладство. Ведь разобравшись с лидером, а передо мной явно стоял лидер местной группировки, купирую дальнейшие попытки наездов и возможных проблем.
– А ты кто такой здесь? Пуп земли? Не нравится что-то – катись к зергу в …!
Далее события понеслись вскачь. Эльф попытался меня ударить. Ну с рукопашным боем у них проблема, привыкли к бою на мечах. Подныриваю ему под руку и наношу справа восходящий удар основанием ладони в подбородок. Слава богу, что сдержался, по идее удар идет в область носа, после чего носовые хрящи входят в мозг. Мгновенная смерть. А так эльфа только подкинуло над полом, и упал он уже без сознания. Такой силы удара я от себя не ожидал, но думать будем после, а пока…
Успеваю увернуться от удара ногой, нанесенного его товарищем, хватаю эту ногу, поднимаю ее чуть выше и провожу подсечку. Упавшего, выпустив его конечность, добиваю прямым ударом руки. Хорошо удар получился, сверху вниз, с подворотом корпуса! Только вот нос ему собирать долго будут. Хотя здесь целители есть, целый факультет. Они быстро все исправят.
Выпрямился, осмотрел поле битвы и среди всех изумленных лиц увидел того самого задиру, из-за которого все началось. Стоит, глазками испуганно хлопает. Иди-ка ко мне, мой голубок! Не-э, не идет. Стесняется, видимо. Подойдем сами.
Подхожу вплотную, вижу перед собой затравленный взгляд и от души бью лбом ему в переносицу. Все. Теперь препятствий на пути к умывальнику не вижу. Иду в сторону последнего, все передо мной расступаются. Вот с самого начала бы так!
Вернувшись в комнату, оделся – пока в свою одежду, так как мантию мне еще не успели выдать, и направился на завтрак. Подхожу к лестнице. Не понял! А почему никого нет? Все же должны направляться на завтрак.
Пройду-ка я дальше по коридору, может, увижу разгадку, как все попадают на первый этаж, минуя лестницу. Или лестницы две и вторая более удобная? С Коронтоэлем вчера точно по этой поднимались. Вдруг прямо передо мной открывается дверь и из нее выскакивает девушка. Вот то, что требовалось! Пойду за ней.
В довольно бодром темпе мы – впереди девушка и я следом за ней – миновали еще два поворота коридора и выскочили в довольно просторный зал. А вот, собственно, и ответ на мой вопрос. По стенам зала располагались арки, напоминающие обычные дверные проемы, только вместо дверей в них клубился серый туман. Над каждой аркой находилась цифра. «Номер этажа», – догадался я.
Девушка подошла к арке с цифрой один, чуть постояла, пока та не замерцала синим оттенком, и спокойно шагнула внутрь.
Я подскочил сразу же, но в арке уже снова клубился серый туман. Ну что за утро-то такое! Сперва помыться нормально не дают, в драку сразу же лезут. Потом на завтрак попасть не могу! Можно, конечно, по лестнице, но тут уже дело принципа. Надо разобраться. В темпе вальса роюсь в памяти, но, к сожалению, теорию по порталам Палаэлю либо не дали, либо он благополучно ее проспал. Что теперь делать? Подхожу к арке, протягиваю руку в сторону тумана. Рука через него проходит и упирается в стену.
Пробую перейти на магозрение, вижу арку, по которой проскакивают красные искры, и все ту же стену. Стою дальше, изображаю барана перед новыми воротами.
– Ты что, не знаешь, как активизировать местный портал? – оборачиваюсь и вижу перед собой симпатичную эльфийку, немного меня постарше. Судя по мантии, воздушница. На предплечье в наличии шесть звездочек, говорящих о том, что их обладательница учится на шестом курсе.
– Никто не удосужился мне объяснить этот момент. Поможешь?
В ответ та звонко рассмеялась и, кивнув, сказала:
– Хорошо. Перейди на «истинное» зрение. Перешел? Теперь попытайся сделать отросток из ауры в виде жгута. Молодец. И этим жгутом коснись указателя этажа. Вот и все, портал готов к действию.
Действительно, все просто. Только меня не оставляет вопрос, почему вчера Коронтоэль тащил меня на двенадцатый этаж по лестнице. Ему заняться нечем было?
С этой мыслью и шагнул в портал, и, только очутившись на первом этаже, вспомнил, что даже не поблагодарил девушку.
А надо бы познакомиться с ней. Может, раскроет еще какие-то нюансы в жизни академии, о которых я еще не в курсе. Ага, вот и она.
– Спасибо за помощь. Без тебя, чувствую, пришлось бы мне прогуляться по лестнице.
– Да не за что. Я просто была уверена, что на вводной лекции всем это рассказывают. Как выяснилось, была не права. А почему ты без мантии?
– Только вчера прибыл, не успел еще получить. Но после завтрака обязательно исправлю это упущение. Слушай, с тобой очень легко общаться! Можно нескромный вопрос? – делая загадочное лицо, спросил я.
Девушка внимательно на меня посмотрела, сначала нахмурилась, но затем улыбнулась. Вот уж не ожидал встретить такой улыбки у эльфов – добродушной, благожелательной.
– Попробуй, – разрешила она.
– Как зовут прекрасную леди? – с придыханием произнес я.
Девушка снова рассмеялась.
– Виоэль, младшая дочь четвертой ветви дома Изумрудного Клинка. Ну а вас, уважаемый господин, как величать?
Да она же из вассалов моего местного друга Истамирэля, причем четвертого по значимости вассального дома.
– Палаэль, из дома…
И тут меня грубо прервали. Тот самый эльф, который на меня наехал в умывальной комнате, вместе со своими четырьмя дружками встал на нашем пути. Он оказался студиозом четвертого курса факультета целителей. Это я определил по светло-зеленой мантии с четырьмя звездами.
– Слушай, недоумок! – весьма неуважительно обратился он ко мне. – Если ты думаешь, что все так просто сойдет тебе с рук, то глубоко заблуждаешься. На дуэль с использованием магии первокурсников запрещено вызывать, но знай, с этого момента твоя жизнь в стенах академии превратится в ад. Уж я постараюсь. И это еще не все. Я первый наследник дома Зеленого Папоротника конт Тилиэль, слышал о таком? Страшно стало? Ты оскорбил наследника третьего по значимости дома Леса! Даю слово, что все сделаю для того, чтобы тебя вышвырнули из академии. Понял?!
Я стою молча, поражаюсь. Ну как можно угрожать кому-либо, не выяснив, кто это такой и что из себя представляет?
Тем временем Тилиэль, гордо подняв голову, прошествовал в столовую.
– Что между вами произошло? – прервала молчание Виоэль.
Я вкратце описал недавний конфликт. Виоэль только головой покачала.
– Нельзя тебе было так себя вести. Понимаю, традиция глупая, и сдержаться тяжело было, но конт Тилиэль отличается злопамятностью, и его дом действительно один из самых могущественных в Лесу…
Мы направились в столовую. Виоэль, прервавшись на секунду, продолжила:
– Ты знаешь, у меня на первый курс в академию поступил первый наследник дома-сюзерена моей ветви конт Истамирэль. Дом Зеленого Папоротника и дом Изумрудного Клинка равны по значимости. Помимо того, Истамирэль дружит с первым наследником великокняжеского дома. Я попытаюсь поговорить с ним; может, он тебе поможет. Поговорит с Тилиэлем. Уж к его-то словам Тилиэль прислушается и оставит тебя в покое.
Ай да молодец! Едва познакомились, а она решилась мне помочь в сложной ситуации. Конечно, сложной с ее точки зрения, но факт остается фактом.
– Спасибо, Виоэль. Но не надо, не вмешивайся. Я постараюсь сам разобраться с этой ситуацией.
После завтрака, проведенного преимущественно в молчании, я направился на административный этаж, где выяснилось, что меня зачислили на факультет огненной стихии (довольно редкой для эльфов специализации) и факультативно на факультет воздушной стихии. Затем получил расписание занятий, по пути заскочил в хозяйственную часть, где мне выдали два комплекта мантий – парадный и повседневный.
Занятия вот-вот начнутся, а мне надо еще и в библиотеку. Уже бегом понесся туда, получил книги, но на первое занятие все-таки опоздал. Тихонько приоткрыв дверь в аудиторию, я зашел.
– Опаздываем? – обратился ко мне преподаватель, низенький эльф с ужасного вида шрамом через всю правую половину лица. Зачем он ему? Целители могут помочь избавиться от него за один сеанс. Видимо, на память о каком-то событии оставил.
– Виноват, наставник… э-э-э…
– Наставник Лагриэль, маг первой ступени, – подсказал он мне. – У вас в расписании напротив названия предмета указано имя наставника, который будет проводить данное занятие.
Заглядываю в расписание. Действительно указано.
– Виноват, наставник Лагриэль. Исправлюсь. Опоздал по причине того, что решил за лучшее явиться на занятия, имея учебную литературу, чем без нее.
– Ну что ж, на первый раз прощу вас, студиоз…
– Студиоз первого курса Палаэль, наставник Лагриэль.
– Присаживайтесь, Палаэль. Итак, продолжим занятие. Напомню, предмет у нас называется основы магии огня…
Капитан Вихрь (князь Палаэль)
Вот и начались учебные будни. Первое занятие по основам магии огня прошло в выяснении наставником уровня подготовки учащихся. В группе было двенадцать эльфов – пять юношей и семь девушек. Что самое интересное, предрасположенность к магии огня у некоторых, как выяснилось, была довольно слабой.
Вообще эльфы редко рождаются со способностями к оперированию стихией огня, а иметь таких магов просто необходимо, чтобы в случае какого-либо конфликта хоть как-то противодействовать магам противника подобной направленности в их же стихии. Такие маги могут распознать на начальном этапе подготовки заклинаний противником, какое именно воздействие тот планирует совершить и предупредить об этом своих магов других стихий, чтобы они подобрали оптимальный вариант защиты и контратаки. Вообще распознать то или иное заклинание маги разных стихий могут только ближе к этапу завершения подготовки этого самого заклинания – незадолго до активации, когда конструктив уже начинает накачиваться силой. И только заклинатели одноименных стихий могут «подсмотреть» начальный этап, когда конструкция заклинания всплывает в верхних слоях ауры. Хотя здесь опять же очень важен уровень силы данного конкретного мага.
Из-за низкого от природы уровня силы эльфийских магов огня подготовка их имеет серьезный крен в сторону формирования различных защитных конструкций. А те редкие эльфы с сильным даром к этой стихии после академии вынуждены доучиваться в других учебных заведениях. В последние триста лет они направляются в Университет магии Нитской империи, до этого же доучивались в Палате магии дроу. На данный момент в университете по этой специальности обучался лишь один эльф.
Пятерых эльфов из нашей группы, имей они другую стихийную направленность, вообще бы в академию не приняли из-за слишком слабых способностей. А так им повезло. Будут востребованы. Ведь маги огня требуются не только на войне. Те же светильники подпитывать у мага другой стихии получится в разы дороже, поскольку энергии он на это тратит гораздо больше.
Меня тестировали последним. Видимо как опоздавшего, наставник оставил меня на десерт. Когда очередь, наконец, дошла до проверки моего уровня, я подошел к амулету – измерителю силы и слил в него всю накопленную энергию с ауры. Данный амулет указывает точный уровень энергоемкости ауры и ее плотность, поскольку на глаз, с помощью магозрения, даже опытный маг может только приблизительно указать данные параметры и сделать вывод о ступени развития. Единственное условие заключается в том, чтобы у испытуемого был полный запас сил, иначе амулет покажет недостоверные данные.
Амулет засветился, и указатели на обеих шкалах поползли вверх. Решил тоже понаблюдать. Вот указатель энергоемкости прошел деление пятнадцатого уровня… десятый… пятый… третий… и остановился, немного не дотянув до первого уровня. Указатель плотности миновал второй уровень, медленно-медленно подполз к первому… Есть! Первый уровень! И над амулетом загорается цифра два, обозначающая общую ступень развития.
Взглянул на наставника, тот стоит и с кривой улыбкой меня рассматривает. Что-то не выглядит он удивленным. Ах да, он же наверняка определил мой приблизительный уровень, когда я входил в аудиторию, взглянув на меня магозрением.
А вот в аудитории стоит гробовая тишина. У всех сидящих глаза огромные. Все смотрят то на меня, то на амулет. До моего тестирования лучшим результатом была шестнадцатая ступень.
– В кои-то веки в Лесу скоро появится второй архимаг огненной стихии, – заметил наставник Лагриэль. – Но на вашем месте, студиоз Палаэль, я бы не особо радовался. Ведь огромные возможности накладывают дополнительную ответственность. Теперь присаживайся. Господа студиозы, приступим к оценке ваших знаний, с коими вы все пришли в академию.
По знаниям я оказался далеко не на ведущих ролях. Несмотря на то что у Палаэля из всех здесь присутствующих были самые хорошие учителя, его отношение к учебе оставляло желать лучшего. Придется наверстывать. Но ничего, хорошо хоть не самый последний. Я представлял золотую середину.
И все равно мои одногруппники начали завидовать. Тут, видимо, все одинаковы, что эльфы, что люди. Если выбился из общей группы – быть тебе одному. Если честно, то не очень-то и старался с кем-нибудь сойтись поближе. Не до того нынче. Планов на будущее пока не строил, сейчас главное обучиться магии и освоиться с местными реалиями, а потом можно будет что-то планировать.
Занятие между тем продолжилось.
– Сейчас мы изучим основную классификацию магических конструкций, используемых стихией огня, – вещал с кафедры наставник Лагриэль, – и начнем с конструкций первого круга…
После занятий, закончившихся незадолго до обеда, я спустился в холл с целью найти Виоэль. Может, что интересное расскажет из жизни академии, коли в прошлый раз не получилось. Встал неподалеку от входного портала первого этажа и настроился на ожидание.
В этот момент краем глаза заметил конта Тилиэля. Тот вместе со своими дружками стоял и ехидненько улыбался. Судя по всему, какую-то гадость запланировал. Так и есть. Вижу группу таких же, как я, первокурсников, но только с целительского факультета, решительно направляющуюся в мою сторону. Идут с таким видом, словно решили прибить на месте, как только увидят. Ага, увидели. Я весь внутренне подобрался.
Виоэль, младшая дочь четвертой ветви
дома Изумрудного Клинка
Все время перед обедом я потратила на поиски конта Истамирэля из дома Изумрудного Клинка. Это дом-сюзерен нашей семьи.
И что-то ведь меня зацепило в этом Палаэле. Сама не пойму, что именно. Есть в нем нечто особенное, не встречавшееся мне ранее в других эльфах. Какой-то свой внутренний шарм. Он не такой, как все, не стремящийся к изображению напыщенности и высокомерия, которое так любят выказывать многие другие эльфы, стараясь перед окружающими быть похожими на высшую аристократию. Но если для высших аристократов это так же естественно, как дышать, то все попытки подражать им выглядят так же, как крот, стремящийся научиться летать.
Он сложный и простой одновременно. И настолько сумел овладеть моим вниманием и заинтересовать меня, что я, узнав о его конфликте с одним из высокородных – контом Тилиэлем, решилась ему помочь. Ведь дом конта Тилиэля могуществен, ничего хорошего такая вражда простому эльфу не принесет.
Жаль, конечно, что он из простых эльфов. Это у других рас принято, что если ты маг, то стоишь над всеми сословиями. Несмотря на то, кто ты по рождению – дворянин или из простого народа. Хотя при обучении деление на сословную принадлежность все равно наблюдается. Только после обучения все это со временем теряется. У нас же подобное касается только архимагов. А Палаэль как маг – слабенький, насколько я в курсе. Его ведь направили на факультет стихии огня, а сильных магов огня у нас почти нет. Сильный маг огня – огромнейшая редкость, сродни зеленому алмазу.
Интересно, к населению какого из домов он принадлежит? Может, нашего? Это облегчило бы положение, так как в этом случае конт Истамирэль точно вмешается. Хотя нет, исключено. Палаэль наверняка сказал бы мне об этом, ведь я ему представилась полностью. Но все равно надо узнать. На всякий случай.
У одного из наставников факультета водных стихий я выяснила, где проживает конт Истамирэль, и, добравшись до его комнаты, остановилась перед дверью. Даже почувствовала, как сердце стучит от волнения. До этого я никогда не общалась с представителями высшей аристократии. А вдруг он откажет в моей просьбе или вообще даже слушать не захочет? Презрительно посмотрит и пройдет мимо.
Так я и колебалась в нерешительности перед дверью, как она вдруг открылась, и вышел молодой эльф. Это и есть конт Истамирэль, поняла я. И застыла, не в силах от волнения вымолвить ни слова. Он смотрел на меня, я на него. Забыла все, что собиралась сказать.
– Вы что-то хотели, леди? – спрашивает он меня.
– Да, хотела… Э-э-э, я пришла, чтобы… – позор, какой позор! Двух слов связать не могу. Пришла просить, называется. Возникает пауза.
– Ну для начала, может, представитесь? Меня, к примеру, зовут конт Истамирэль из дома Изумрудного Клинка. А вас?
– Я Виоэль, из четвертой ветви дома Изумрудного Клинка. Я пришла… мне так неловко…
– О-о-о… Мне необычайно приятно познакомиться с такой прелестной представительницей дружественной ветви. Ну для начала предлагаю успокоиться, леди Виоэль. И сделать это по пути на обед. Вы не против? Заодно и расскажете мне о вашей проблеме. Хорошо?
– Да, я согласна. – И мы с Истамирэлем направились к межэтажному порталу.
Я молчала, обдумывая, как же лучше преподнести мою просьбу.
– Ну успокоились? – прервал молчание Истамирэль.
– Да, конт Истамирэль, – наконец определилась я с линией поведения. – Видите ли, у меня к вам есть просьба, которая может показаться несколько необычной. Я вас пойму, если откажете, но поверьте, вопрос для меня довольно важный. У меня есть друг, который попал в очень неприятную ситуацию. Он поссорился с наследником дома Зеленого Папоротника. И этот наследник пообещал сделать жизнь моего друга крайне сложной.
Я пришла в надежде, что вы согласитесь поговорить с ним. Ну чтобы он не преследовал моего друга. Уверена, уж вас-то он послушает!
Истамирэль задумался.
– А к какому дому принадлежит ваш друг?
– Он не относится к дворянскому сословию, – отвечаю я.
Истамирэль удивленно на меня посмотрел:
– Да? Тогда ответьте, на территории какого дома он проживает?
– Не знаю… – уже поняв, что ответ на просьбу будет скорее всего отрицательным, прошептала я.
– Очень интересно. А хоть как зовут-то вашего друга, вы знаете? – уже с усмешкой спрашивает Истамирэль. Начинает по-своему, чисто по-аристократически надо мной издеваться. Уж лучше бы к нему и не ходила.
– Конечно, знаю. Палаэль.
– Как??? Палаэль? Не самое распространенное имя. И давно вы с ним дружите? – Это странно, но такое впечатление, что Истамирэль очень заинтересовался. Может, все-таки поможет? Что ему отвечать? Что мы с сегодняшнего дня дружим? Глупо получится.
Все равно, лучше говорить правду.
– Дело в том, что он только вчера прибыл в академию. Но он такой… такой…
– Вчера? – с еще большей заинтересованностью спросил Истамирэль и о чем-то на мгновение задумался. – Скажите, с чего вы сделали вывод, что он из простых эльфов?
– Как это с чего? У него нет медальона дома!
– А у меня этот медальон сейчас есть? Вы не заметили?
Я пригляделась и впала в ступор. Медальона на конте Истамирэле не было! Может, это и не Истамирэль вовсе? Видимо, все эти мысли промелькнули у меня на лице, поскольку конт улыбнулся и спросил:
– Вы уже сомневаетесь, что я и есть тот самый эльф, которого вы искали? Не сомневайтесь. Я и есть тот самый Истамирэль. Просто вы не знаете одной детали. Видите ли, ношение данного медальона обязательно только при официальных появлениях в свете и на различного рода мероприятиях. В других же ситуациях вы пройдете мимо высокородного и не отличите его от простых эльфов. Напротив, низшее дворянство излишне внимательно относится к подобного рода деталям. А представился он вам как? Без указания дома, к которому относится?
Да, Палаэль представился без указания дома. Еще раз подробнее вспоминаю ту ситуацию. Стоп! Он же явно хотел продолжить фразу, после того как озвучил имя. В этот момент его прервали. Значит, он из высокородных?
Своими мыслями поделилась с Истамирэлем.
– Получается, вчера прибыл некто, назвавшийся Палаэлем, – подвел итог Истамирэль, – без медальона. Полностью представиться не успел. Ха! Я уже догадываюсь, кто это мог быть. – Тут лицо конта озарила широкая улыбка. – Конечно, я замолвлю за него словечко, если вообще это потребуется.
Так, получается, они знакомы? И Палаэль не просто так просил не вмешиваться. Поскольку был уверен в себе. А я, как дура, побежала спасать того, кому это не очень-то и требуется? А если бы он действительно был из простых? Я все правильно сделала.
– Ну пойдемте, посмотрим на этого Палаэля! – предложил Истамирэль и активизировал портал на первый этаж, к которому за разговором мы уже подошли.
Конт Истамирэль
Третий день в академии ознаменовался «долгожданным» началом занятий. Вчера была одна большая вводная лекция, во время которой нас водили по академии и все показывали. Затем состоялось общее собрание, на котором ректор поздравил всех поступивших с благополучной сдачей вступительных экзаменов, а остальных, уже учившихся, – с началом нового учебного сезона и пожелал всем удачи.
Сегодняшняя лекция по основам водных стихий восторга у меня не вызвала. Скучно. Чувствую, так и будет до самого окончания учебы. Нет, не будет!
Надо дождаться Палаэля. Уж с ним-то мы внесем в это застоявшееся болото, кое официально называется «размеренная, спокойная учеба студиозов в стенах Академии магии Леса», свежую струю! Вчера Рокуэл выходила на связь по амулету, данному мне родителями, интересовалась, как дела, да рассказала, что с Палаэлем все в порядке и он выехал в направлении академии.
У меня как дерево с души свалилось! А то я места себе не находил, все занимался самобичеванием.
После лекции пошел помыться да переодеться. И, уже выходя из комнаты, наткнулся на очень симпатичную эльфийку. Она явно искала меня. Ну поскольку стояла перед моей комнатой, загораживая мне выход. Встал перед ней, жду продолжения. Она молчит. По чересчур сжатым губам понимаю, что девушка явно волнуется.
– Вы что-то хотели, леди? – решил я наконец-то начать диалог.
– Да, хотела… Э-э-э, я пришла, чтобы…
Ясно. Девушка перенервничала. Что же у нее стряслось?
Надо брать нить беседы в свои руки.
Как оказалось, она была из вассальной ветви моего дома. Пришла просить за своего дружка, которого угораздило поссориться с наследником дома Зеленого Папоротника. Уважаемый, влиятельный дом. Видимо, у ее дружка совсем мозг отсутствует. И она решила, что я помчусь его спасать? Чисто для вежливости продолжил разговор.
И тут она выдает! Оказывается, ее дружка, вернее знакомого, зовут Палаэль, и прибыл он в академию вчера! Палаэлей в Лесу раз-два и обчелся – редкое имя. А тут еще и приехал как раз в тот момент, когда мой друг Палаэль должен прибыть. Вывод? Скорее всего, ее знакомый и мой друг – одно и то же лицо!
Позабавил тот факт, что она его за простого эльфа приняла. Помощи ради него просить пришла. Да тут скорее наследнику дома Зеленого Папоротника помощь скоро потребуется. Причем со стороны всех его родных, дабы загладить конфликт.
А Палаэль-то молодец! Не успел приехать, как пошли развлечения. Это я сижу бездействую, а он сразу же приступил к забавам!
Надо пойти его найти. Виоэль поможет.
– Ну пойдемте, посмотрим на этого Палаэля! – говорю ей и шагаю в портал.
Виоэль, младшая дочь четвертой ветви
дома Изумрудного Клинка
Перебравшись телепортом на первый этаж, мы увидели прямо перед собой Палаэля, который стоял во главе небольшой, в пять-шесть эльфов, группки первокурсников с целительского факультета. Увидев его, Истамирэль едва ли не вприпрыжку к нему направился.
– Это действительно он! – донеслось до меня. Значит, они все-таки знакомы.
Приблизившись, Истамирэль весьма грубо растолкал стоящих рядом с Палаэлем первогодков, несмотря на недовольные возгласы последних, и без всяких приветствий заключил Палаэля в объятия. Тот вначале, как мне показалось, опешил, но потом, разглядев, кто перед ним, в свою очередь обнял конта Истамирэля!
Посмотрев на столь бурное проявление чувств, я поняла, что они не то что знакомы, они – друзья.
– О, смотрите. Да у нашего выскочки еще и друзья есть! – очень громко сказал один из эльфов.
– Что происходит? – Истамирэль окинул взглядом всю группу.
– Да ничего, собственно, не происходит. – Палаэль пожал плечами и повысил голос, чтобы издалека слышно было. – Просто вот эти, – он кивнул головой в сторону целителей, – находятся на побегушках у одного придурка, по совместительству являющегося наследником главы дома Зеленого Папоротника. И знаешь, я пришел к выводу, что он явно не сын главы! Мать его наверняка с одним из орков нагуляла. Что те тугодумы, что этот…
– Да как ты смеешь своим гнилым языком оскорблять мой дом?! – буквально прорычал Тилиэль, внезапно оказавшийся рядом.
– А вот и он сам, собственной персоной! – развел руками Палаэль. – Может, закончим этот балаган и отойдем в сторонку, поговорим?
– Мне не о чем с тобой разговаривать! Твоя жизнь…
– Да слышал, слышал, – прервал его Палаэль, – ад и все такое. Ты дальше продолжай.
– Не-э-эт. Я дождусь, когда ты перейдешь на второй курс, тогда и вызову тебя на дуэль… А ты, – обратился он к Истамирэлю, – беги отсюда, если проблем не хочешь.
Истамирэль заинтересованно на него посмотрел:
– Проблем, говоришь? И как же ты их мне создашь? Хотя нет, лучше перефразирую так: я, конт Истамирэль, наследник главы дома Изумрудного Клинка, требую от вас пояснения, каким образом вы мне планируете создать проблемы?
Тилиэль, до этого весь пышущий яростью, даже в ссоре старавшийся сохранить вид, что вынужден срывать гнев на дождевых червей, ну, или что-то близкое к этому, сейчас напоминал выброшенную на берег рыбу. Открыл рот, собираясь что-то сказать, потом закрыл. Ага, не хочет кидаться словами при разговоре с равным. Ведь потом за них могут и спросить, причем свои же, недовольные расстроившимися отношениями с другим домом.
Вся его группа поддержки вместе с целителями-первогодками вдруг сделалась незаметной и постаралась отойти чуть подальше – при ссоре высокородных легко можно было оказаться виноватым, если те не захотят портить взаимоотношений и начнут искать виновника на стороне.
– Я, конт Тилиэль из дома Зеленого Папоротника, приношу уважаемому конту Истамирэлю из дома Изумрудного Клинка извинения за мои слова. Гнев на этого, – даже не глядя на Палаэля, Тилиэль ткнул пальцем в его сторону, – застил мой разум.
– Принимаю ваши извинения, уважаемый конт Тилиэль из дома Зеленого Папоротника. А теперь не соблаговолите ли объяснить, что за проблемы у вас с моим другом?
– С этим низшим, который непонятно по какой причине стал вашим другом, я думаю, мы сами разберемся. Или вы хотите нести ответственность за его слова и поступки?
– Нет, что вы, – отрицательно покачал головой Истамирэль, – он вполне способен сам ответить за свои слова и поступки, – при этой фразе Тилиэль удовлетворенно улыбнулся, – только позвольте вас спросить, почему вы не обращаетесь по имени?
– Имя спрашивать у низшего? Зачем? – недоуменно вскинул брови Тилиэль. – Хотя ладно, будем придерживаться традиций, – и с подчеркнутой вежливостью обратился к Палаэлю: – Ваше имя, уважаемый.
Палаэль, весь разговор стоявший с безразличным выражением лица, с некоторой ленцой в голосе ответил:
– Князь Палаэль из великокняжеского дома Алмазной Короны.
Я замерла, только ошарашенно хлопала ресницами. Ни-че-го себе!
Так вот с кем мне повезло познакомиться, с наследником великого князя Леса!
В холле стояла гробовая тишина, поскольку к перипетиям ссоры прислушивались абсолютно все. На Тилиэля было больно смотреть. Он только что называл низшим, угрожал будущему великому князю Леса. Чем это может для него и его дома обернуться, представляли только трое высокородных, стоящих передо мной, включая, Тилиэля.
Конт Тилиэль из дома Зеленого Папоротника
Все. Это конец.
Моего поведения эта парочка не простит.
А ведь несколько сезонов назад, когда только поступил в академию, я собирал информацию о том, кто из высшей аристократии обучается и будет обучаться здесь в ближайшие несколько сезонов. По собранным данным получалось, что я на тот момент был один. Тогда еще огорчился – не с кем будет общаться. Не дружить же с простым людом! На крайний случай, можно познакомиться с представителями наиболее знатных родов дворянства, с ними и поддерживать взаимоотношения.
Тогда же мне сообщили о поступлении в академию, сезонов через пять-шесть после меня, известных в высшем свете балагуров и забияк князя Палаэля из великокняжеского дома и его закадычного дружка конта Истамирэля из могущественного дома Изумрудного Клинка. Вот кто будет в моей компании, решил тогда я. Действительно, установить добрые отношения с этими ребятами в период учебы в академии, стать их другом – политически очень правильный ход. Я даже поделился этими мыслями с отцом, и он всецело меня поддержал, сказав, что когда придет время и он покинет этот мир, то будет спокоен за судьбу дома. Но только поступать они, по моим данным, должны были в следующем сезоне! Информация оказалась неверной. Что мне стоило спросить перед ссорой в умывальной комнате имя наглеца?! Или подумать своей головой? Я же тоже на первом цикле, когда мне попытались объяснить место первогодков, повел себя так, как и Палаэль. Ну сравнить можно же было! И что с того, что медальона не было. Сам его не носил. Только здесь начал.
Что же делать-то? Извинения приносить? Да они об меня ноги вытрут. Эта парочка успела прославиться в нашем кругу своими жестокими шуточками.
Да-а-а… Поучился. Нажил себе могущественных врагов. Сейчас это на уровне взаимоотношений домов, скорее всего, не скажется, но когда они придут к власти… и я тоже, только в своем доме… вот тогда все и припомнят. А это чревато закатом дома Зеленого Папоротника. Да и старые наши враги, узнав об этой ситуации, сразу же активизируются…
Стою, лихорадочно соображаю, пытаюсь что-нибудь придумать.
И тут Палаэль, спокойно стоявший и рассматривавший пейзаж холла, сказал:
– Ладно. Что стоять-то? Пойдем, конт Тилиэль, с нами, поговорить надо. Заодно и пообедаем.
– С удовольствием, князь Палаэль, – откликаюсь я. Замечаю злорадную улыбочку конта Истамирэля. Тот что-то придумал. От такой мысли я поежился.
– Ты что стоишь? Идем с нами, – обратился Палаэль к той девчонке, с которой я уже видел его ранее. А она-то зачем? Явно из низшего дворянства. Хотя правила не я диктую.
Посмотрим, что дальше будет.
Виоэль, младшая дочь четвертой ветви
дома Изумрудного Клинка
Палаэль меня позвал идти с ними! Вот это да! Вон, Тилиэль даже брезгливо поморщился. По его мнению, я недостойна сидеть с ними за одним столом. Идем в столовую, все очень быстро уступают этой троице дорогу. Еще бы не уступали! Я же чувствую себя очень неуютно. О чем я с ними разговаривать буду? Между нами большая социальная разница. Это когда я не знала, кто такой Палаэль, общаться с ним было интересно. А сейчас как будет? Или вести себя так же? Нет, не получится. Истамирэль с Тилиэлем быстро на свое место укажут. Между тем подошли к одному из столов, Палаэль небрежно махнул рукой, и сидевшие за этим столом третьекурсники быстро его освободили. Угу, вот и замашки аристократические.
– Присаживайтесь, – скорее приказал, чем предложил Палаэль.
Князь Палаэль (капитан Вихрь)
– Конт Тилиэль, предлагаю разобраться с взаимными претензиями, успевшими возникнуть между нами в процессе наших непродолжительных встреч, – решил я сразу взять быка за рога.
Тот сидел напряженно, периодически бросая взгляды то на меня, то на Истамирэля.
– Я, – наконец разродился он, – признаю, что был не прав, вмешавшись в ту ситуацию в умывальной комнате. И дальнейшие мои действия, а также то пренебрежение вами в процессе диалогов были продиктованы моей необоснованной злостью по отношению к вам, возникшей вследствие конфликта в умывальной. Приношу свои искренние извинения. Позвольте поинтересоваться, что я должен сделать, чтобы хоть как-то загладить свою вину?
– О-о-о… Что ты должен сделать? – вмешался Истамирэль. – Давай это я тебе поясню, уважаемый конт Тилиэль!
Тилиэль весь сжался, лицо окаменело. Взгляд обреченный. Нет, так не пойдет, Истамирэль его сейчас по стенке размажет, в моральном плане.
– Принимаю ваши извинения, конт. – Истамирэль даже поперхнулся после моих слов. – В свою очередь приношу свои извинения за те действия, которые и толкнули вас на эти некрасивые поступки и слова. – Уже оба смотрели на меня круглыми глазами. Виоэль же сидела, уткнувшись носом в тарелку и старательно делая вид, что ее здесь нет.
Я откинулся на стуле и продолжил:
– Предлагаю перейти на «ты», конт. Не против?
– Конечно нет. Не против. – Тилиэль, ожидавший чего угодно, но только не такой развязки, выглядел крайне удивленным.
– Вот и хорошо. Произошедшую ситуацию предлагаю забыть и более о ней не вспоминать. Кто против? – Никто не против, это хорошо. – Сейчас предлагаю все-таки пообедать. И заодно продолжим общение.
Все углубились в процесс поглощения пищи. Надо признать, что в академии кормят очень даже неплохо.
– Мне пора идти, – Виоэль, чуть-чуть поклевав, протерла ротик салфеткой и поднялась из-за стола, – надо еще забежать в комнату, взять учебники для факультативных занятий.
Сделала книксен и направилась к выходу. Вся компания проводила ее взглядами.
– Она твоя фаворитка? – указал на нее глазами Истамирэль.
– Нет, что ты. Просто очень хорошая девушка, – пожал я плечами. – Насколько я понимаю, это она тебя попросила вмешаться в конфликт? Поэтому ты и спустился вниз?
– Ну вниз я спустился бы в любом случае, обед все-таки, а кушать хочется. Но вступиться за тебя просила, скрывать не буду. – Истамирэль улыбнулся.
– Только зачем тогда ты пригласил ее за стол вместе с нами? – спросил Тилиэль, параллельно поглощая аппетитную котлету.
– Она моя знакомая, помогла разобраться с системой межэтажных порталов. Хорошая девушка.
– И что? – уже оба выражают свое недоумение.
– Что, что… Я, по-вашему, не должен был звать ее за стол?
– Дело, конечно, твое, но… – Тилиэль пожал плечами. Вот снобы-то! Хорошо, попробую обыграть это по-другому.
– Как вам знакомо понятие команды? – издалека начинаю я.
– Знакомо очень хорошо. Спортивные команды, музыкальные группы тоже можно отнести к командам… – начинает перечислять Тилиэль.
– А в управлении с командами приходилось сталкиваться? – пробуем прозондировать почву в нужном мне направлении.
– В управлении? Нет, не приходилось. Какие команды могут там быть? Там же строго определена вертикаль власти. Хотя… Нет. Совет сложно назвать командой, – это Истамирэль «блеснул».
– Хорошо. Попробую объяснить. На своем пути вы сталкиваетесь с совершенно разными эльфами – плохими, хорошими, исполнительными, необязательными… Перечислять можно долго. И на всем пути вы отбираете тех, в которых можете быть уверенными. От которых можно не ждать предательства, поскольку они уже проверены подобными ситуациями.
– То есть формируешь группу эльфов, преданных исключительно тебе? – въехал в объяснения Тилиэль.
– Да. И это уже не группа эльфов, а предварительная заготовка той самой команды, каждый член которой питает к тебе дружеские чувства. Именно дружеские, а не верноподданнические. Поскольку последние будут преданы твоему статусу, а не тебе. Чувствуете разницу?
Оба кивнули. И я продолжил:
– Всех членов из этой группы рассортировываете по способностям, предрасположенностям к определенным поступкам в тех или иных ситуациях, характерам, в конце-то концов. И, заняв в пирамиде власти определенное положение, на все ключевые должности вы рассаживаете членов своей команды, подбирая каждого, исходя из его характеристик, которые составляете заранее, в период вашего знакомства. Только тогда вы можете быть уверенными, что не ведется диверсионной деятельности за спиной или кто-то не подставит тебя, пользуясь твоим доверием. Конечно, это будет очень даже возможно, но только не от членов твоей команды. Наоборот, они предупредят в случае чего. Теперь посмотрим на Виоэль. Мы с ней познакомились буквально с утра. И совесть не позволила ей бросить нового знакомого в беде, несмотря на то что она сама могла подставиться. Другой бы плюнул и пошел дальше своей дорогой. Согласны? – Оба утвердительно кивнули. – А как поступила она? Побежала к сюзерену просить за меня. Вот как-то так.
Истамирэль и Тилиэль сидели молча, обдумывая сказанное мною.
– Это признак импульсивности, – задумчиво пробормотал Тилиэль, – но не ума.
– Пусть так. Но представь, что она сделает ради своего друга! Горы свернет!
– Ты очень изменился, – заметил Истамирэль.
– Я многое понял и переосмыслил, лежа в постели и находясь на грани между жизнью и смертью. Прежнего Палаэля теперь никто не увидит. Пришло время меняться, Истамирэль. Мы уже взрослые. Но… – Я сделал паузу.
– Что «но»? – вопросительно кивнул Истамирэль.
– Я не против шуток. Только шутки тоже должны измениться, стать более тонкими, умными. Другими, в общем.
Истамирэль радостно кивнул, а Тилиэль до сих пор обдумывал мои рассуждения о команде.
Конт Тилиэль из дома Зеленого Папоротника
Вроде все обошлось. Если честно, даже и не надеялся на подобный исход. Когда спросил, что должен сделать, дабы искупить свою вину, и в этот момент вмешался Истамирэль, у меня волосы на голове чуть дыбом не встали. Уж он-то выдумал бы…
Князь Палаэль оказался довольно разумным эльфом. Не злопамятным, хотя для нашей расы такая черта не характерна. Я бы на его месте поступил совершенно иначе – постарался бы смешать оппонента с грязью. А он нет. Этим сильно меня удивил.
Может быть, он что-то изощренное придумал? Я сижу, радуюсь, что все обошлось, а он какую-нибудь гадость в отношении меня сделает, используя произошедший конфликт в качестве предлога. Надо быть осторожным.
Мысли по поводу команд для управления тоже интересные. Явно не он выдумал, говорил-то со знанием дела. Значит, все это где-то уже используется. А где? Тут и до ближайшей рощи ходить не надо, ясно, что в великокняжеском доме. А князю это уже преподавали наставники как основы управления. У нас в доме о таких методах даже не подозревают! Отстаем…
Надо к Палаэлю внимательно прислушиваться, может, еще чего выдаст интересного. Из того, чему его учили. Наталкивать на подобные рассуждения буду за обедом, как раз договорились ходить вместе.
А к Виоэль надо внимательнее присмотреться.
Князь Палаэль (капитан Вихрь)
Далее начались учебные будни. Предметов оказалось чуть более десятка. Помимо связанных с огненной стихией (шесть наименований), были еще и основы целительства, растительства, конструирования, а также физическая подготовка (куда уж без нее) и введение в темную стихию. Причем в последнем все собрали в кучу – и некромантию, и темную магию, и демонологию. Стоящая факультативом воздушная стихия включала дополнительно три предмета.
Дни побежали незаметно, я целиком посвятил себя учебе. Общаться с новыми знакомыми, к которым я отнес и Истамирэля (лично я его знаю недавно), удавалось только во время приемов пищи. Болтали, что называется, ни о чем. Каждый рассказал о своей жизни до академии, потом о жизни в ее стенах. Выяснилось, что они втроем встречаются еще и по вечерам, собираясь то в холле, то у кого-то в комнате для игры в сирн. Как я понял, это что-то вроде нашей «Монополии». Тилиэль быстро избавился от всех своих прихлебателей. Вернее, он проводит все свободное время в нашем обществе.
Про себя удивился тому, что эта парочка приняла Виоэль. Общаются с ней на равных, по крайней мере, при мне. Скорее всего, и не при мне тоже, поскольку она чувствует себя совершенно свободно, раскованно. Ей очень интересно слушать про высший свет, про всякие события, происходящие в нем, разговоры о которых регулярно циркулируют среди дворянства. Но толком никто ничего не знает – все остается на уровне слухов, сплетен и домыслов. А тут аж трое представителей из того круга, путь в который для рядового дворянина заказан.
Для себя открыл, что тяга к знаниям в области магии во мне гораздо сильнее, чем я выказывал, обучаясь на Земле на инженера. Здесь гораздо интереснее, хотя учеба даже интенсивнее и сложнее. Многое для меня непривычно, антинаучно, так скажем.
По поводу выходных. Их здесь нет! Есть только каникулы раз в полсезона (сезоны здесь подразделяются по временам года, то есть зимний, осенний и т. д.) продолжительностью в одну декаду. И большие каникулы между учебными сезонами, длящиеся четыре декады.
Декады через четыре после начала учебного сезона, во время обеда, мы, как повелось, болтали, обсуждая последнюю новость в академии. Водники с третьего цикла, пытаясь опробовать новое заклинание, составленное ими же втайне от преподавателя, что-то сделали не так. В итоге четверо студиозов оказались в лазарете, лаборатории причинен значительный материальный ущерб. Пока это на уровне слухов, но уже объявлено о сборе всего состава академии во дворе после обеда. Выступать будет сам ректор. Об этом с моей учебной группой поделился преподаватель на последнем занятии по основам целительства.
Во время обсуждения я заметил, что Виоэль сидит мрачная, без настроения, медленно ковыряясь у себя в тарелке. При разговоре произнесла от силы три-четыре общие фразы.
– Что-то случилось? – как бы между делом поинтересовался я.
Молчит, продолжая поиски неизвестно чего у себя в тарелке. Наклонился к ней и слегка коснулся плечика.
– А? Что? – встрепенулась Виоэль.
– Не спи, зима приснится. Замерзнешь.
– Какая зима? Почему замерзну? – хлопает глазами.
Истамирэль и Тилиэль замолчали и обратили на нас внимание.
– Что случилось, спрашиваю.
– Да так, ничего, – не хочет рассказывать.
– Да уж я вижу, что ничего. Вся потерянная сидишь, – посмотрел ей в глаза, вернее постарался, свои-то она от тарелки не поднимает.
– Со мной никто не общается. Все перестали, – наконец подняла глаза и грустным таким взглядом печального теленка обвела нашу троицу.
– Как это никто не общается? – не понял Истамирэль. – А мы?
– Вы не в счет. Со мной перестали общаться в группе. Даже те девчонки, которых я считала своими подругами, только здороваются со мной, – у Виоэль в глазах заблестели слезы, – а на самом деле избегают моего общества. Я же вижу. Все такие предельно вежливые, аж противно.
– И почему это произошло? – недоуменно спросил Тилиэль.
Виоэль молчит. Для меня все ясно. Постараюсь ответить за нее.
– С ней боятся общаться. – Оба смотрят на меня удивленно. – А все потому, что она общается с нами. Во-первых, окружающие считают, что вдруг сболтнут что-то не то, посмеются над чем-нибудь или кем-нибудь из власть предержащих, а она нам расскажет. Могут возникнуть проблемы, причем весьма большие. Во-вторых, элементарная зависть, но показать ее тоже боятся – а вдруг нам пожалуется. Опять же могут возникнуть проблемы. Я прав? – это уже обращаясь к Виоэль.
– Да, – тихо пробормотала она, – и в дальнейшем тоже будет сложно. Все маги после выпуска общаются друг с другом, если они в академии друзьями были. Помогают друг другу. А я? Осталась одна, без подруг.
– А мы? – подняв брови, спросил Тилиэль. – Нас ты за друзей не считаешь?
Ого, да это прогресс для Тилиэля, признать другом не равного себе!
– Действительно, – говорю я, – мы все считаем тебя своим другом, поэтому, собственно, и общаемся с тобой. Так? – Мужское население стола дружно кивнуло. – И всегда придем тебе на помощь, даже после академии. Уж я точно!
У Виоэль, не ожидавшей такого, глаза сделались больше чайного блюдца, стоявшего перед ней. Видимо, она воспринимала наше с ней общение как блажь аристократов, которая вскоре пройдет.
– По поводу работы… – тут же сориентировался Тилиэль. – У тебя же через три сезона выпуск? – Виоэль кивнула. – Я свяжусь со своим отцом, чтобы он присмотрел место для тебя. А пока вот, возьми знак моего дома, – он достал из кармана мантии цепочку с медальоном, – с ним от любого представителя дома Зеленого Папоротника можешь смело требовать помощи.
Да он на ходу подметки рвет! Видать, близко к сердцу воспринял мою речь про команду.
У Истамирэля вон челюсть сейчас стол проломит.
– А-а-э… – наконец он пришел в себя, – она же вроде как из ветви моего дома.
– Во-во, из ветви. А у нас получит должность в самом доме. Если захочет воспользоваться предложением, конечно. Я же не неволю, – развел руками Тилиэль.
– Я думаю, что и в моем доме… – начал Истамирэль.
– Все, хватит делить шкуру еще живой Виоэли! – рявкнул я. – Ну вот видишь, – это уже к Виоэли, – уже делят тебя. А ты боялась, что все бросили.
Что-то с ней не то. Смотрит на меня полными ужаса глазами. Что не так?
– А вы собираетесь меня убить и шкуру… – пролепетала она.
Эх… И все втроем взорвались смехом, только ничего не понимающая Виоэль переводила взгляд с одного на другого.
Где-то в иных планах бытия.
Архидемон Непот
Вот этого я не планировал!..
Мои расчеты показали, что при дальнейшем развитии событий я не выполню заданных условий. Необходима коррекция.
Убираем из памяти человечка некоторые дополнительные знания. Оставляем только некоторые разделы из темной стихии. Теперь посмотрим.
Князь Палаэль (капитан Вихрь)
Утро, что называется, не задалось.
Во-первых, проснулся с дикой головной болью.
Во-вторых, на занятиях по основам магии темных стихий, которые проводил наставник И’Лаэль, он же маг третьей ступени, произошел интересный случай. К сожалению, со мной.
– На сегодняшнем занятии, – начал наставник И’Лаэль, – я расскажу вам о принципах построения магических конструкций для призыва демонов. Классификацию известных разновидностей последних я давал на последнем занятии. Все помнят?
В аудитории раздались недружные возгласы, обозначающие, что да, все помнят. И’Лаэль дружелюбно улыбнулся.
– Вижу, что все. Но на всякий случай Галионэль нам ее напомнит.
Озвученная девушка поднялась и по памяти начала перечислять:
– Стихийные, куда относятся огненные, земли, воздушные и водные. Самые распространенные – огненные. Также стихийные многопрофильные, которые могут воздействовать на две и более стихии. Далее астральные демоны, живущие в астральном слое реальности, в отличие от всех других демонов, существующих только в инферно или его проявлениях, и воздействующие на живые существа только посредством ментальной магии. Потом выделяют в отдельную разновидность демонов – суккубов и инкубов, которые отличаются тем, что живут за счет потребления жизненных сил живых существ. По силам демоны разделяются на низших, обычных, которых иногда называют средними, высших и архидемонов.
– Что ж, молодец. Присаживайся. – Наставник и сам присел за свой стол и продолжил: – Демоны вызываются магами для определенных целей. Как правило, чтобы сделать то или иное дело, которое маг сам выполнить не в состоянии, либо которое займет у него слишком много времени и сил. Рассчитываются с демонами различными способами. Кто-то приносит в жертву живое существо, желательно обладающее разумом. Кто-то предоставляет ему какие-либо предметы или артефакты, по договоренности. Находятся и те, кто рассчитывается своей жизненной силой. Но запомните, самое лакомое для любого демона – это душа призвавшего его мага. Так что при вызове, если у вас когда-нибудь появится такая необходимость, будьте крайне осторожны. Соблюдайте все меры безопасности, о которых я также расскажу на этом занятии.
И’Лаэль встал, подошел к доске и начал на ней рисовать.
– Вот конструкция пентаграммы, которую вы рисуете на горизонтальной поверхности. Только имейте в виду, размеры пентаграммы должны быть пропорциональны количеству силы, вложенной для призыва, то есть для ее активации. Сила, вложенная в призыв, определяет, насколько сильный демон явится на него. Ты что-то хотела, Галионэль?
– Да, наставник И’Лаэль. А что будет, если пентаграмма маленькая, а сил вложено много? Или наоборот?
– В обоих случаях призыв сорвется. В первом случае может не найтись демона, подходящего под заданные характеристики, во втором – этой силы не хватит для активации призыва.
– А как нам узнать, сколько силы надо вкладывать в конструкции разных размеров?
– Мы до этого еще не дошли. Систему расчетов я покажу позже. Еще вопросы есть? Нет. Тогда продолжу. В вершинах нарисованной пентаграммы нужно расположить камни Силы. Это необходимо для того, чтобы она поддерживала свою работу, когда демон призван и находится внутри пентаграммы. Иначе вам это придется делать, используя свои силы, а их может не хватить на весь разговор. В этом случае придется демона отправлять назад. Если же сил вдруг не хватит и на это, то демон все равно отправится назад, но уже с вашей душой…
Далее наставник объяснял все тонкости и нюансы, показывал расчеты. В этот момент меня как ударило по голове. Наступило секундное помутнение, и я ВСПОМНИЛ все, что касается призыва! Как?!
Помню все особенности, всю последовательность действий, но вспомнить, кто и когда меня этому учил, не могу. Бред! Как так?
Сижу, прихожу в себя.
– Студиоз Палаэль, вы меня не слушаете? – вижу перед собой раздраженного наставника И’Лаэля. – Я три раза вас окликнул! Может, о чем-то интересном думаете? Так поделитесь с нами, не стесняйтесь!
Молчу. А что, собственно, говорить-то?
– Ну же… Тогда занятие, может, продолжите за меня? – не прекращает бушевать наставник.
Есть у него отличительная черта – по жизни хороший эльф, спокойный, уравновешенный, но если только заподозрит пренебрежение к нему или к проводимому им занятию, то все, тушите свет. Поэтому лучше что-нибудь ответить.
– Простите, наставник, я так сейчас растерялся… Вы не могли бы повторить фразу, которой закончили свое последнее предложение?
И’Лаэль скривился.
– «При наполнении линий конструкции силой, важно последнюю передавать постепенно, равномерно». А теперь продолжайте.
И я, отрешившись от действительности, понес то, что пришло на ум и казалось чем-то правильным, незыблемым и чего до этого точно не знал. Вернее, даже не подозревал о том, что знаю.
– Уровень слияния с конструкцией будет несоизмеримо выше, если воспользоваться не графическим ее построением на поверхности, а энергетическим ее конструированием во внешних слоях ауры с последующим переносом в необходимую точку пространства, с постоянным контролем узловых точек. Контроль вести нужно с помощью аурных жгутов и передачи через них минимального количества энергии, которой должно хватить только на поддержание конструкции. После переноса конструкцию наполняете равномерно по времени силой. Активацию лучше проводить рывком, вливая в этот момент повышенное количество энергии. За счет этого заклинание пробьет инферно до более глубоких слоев. При появлении в конструкции пентаграммы объекта необходимо через узловые точки провести ментальный зонд. Если объект не имеет защиты от данного воздействия, то его можно подчинить, вскрыв… – Тут я остановился, увидев выпученные глаза наставника.
В группе тоже была тишина. Никто ничего не понял, но по реакции И’Лаэля осознали, что я говорю что-то необычное.
– Ты это все откуда взял? – опомнился И’Лаэль. – Никто раньше так не делал.
И что теперь ответить? Что вдруг осознал, что знаю, и все? Ведь посыплются вопросы – кто это мне рассказал, зачем, когда? Наконец решил:
– Это старые фамильные знания.
– Не сам выдумал? – Наставник задумался. – А показать сможешь?
Задумался уже я. Поскольку не знаю, работает ли все то, что я так неожиданно припомнил. С другой стороны, была абсолютная уверенность, что если попытаюсь, то все получится. Понять не могу, откуда что берется в моей голове! Особенный, что ли?
Проще было сказать, что все выдумал с целью пошутить. Никто и не удивится, все в курсе моей прошлой репутации ярого шутника. Но, сославшись на фамильные знания, отступать нельзя. К тому же самого распирает любопытство, хоть и страшновато.
– А где проводить эксперимент будем?
– Сейчас, подожди секундочку, я попрошу пару наших коллег прийти сюда, подстраховать, если что-то пойдет не так. – И’Лаэль застыл, закрыв глаза и погрузившись в себя.
По ментальной связи разговаривает, догадался я.
Наконец через минуту наставник открыл глаза.
– Подождем терций пять. Сейчас пообещали подойти.
Ровно через пять терций в аудиторию зашла декан огненного факультета архимагесса Синтиль, за ней – один из преподавателей с факультета целителей. Я его не знаю, видел мельком в процессе посещения занятий на целительском факультете. Они прошли к столу наставника и остановились.
– Прошу, студиоз Палаэль, – сделал пригласительный жест рукой И’Лаэль, – выходите к нам.
Я поднялся из-за стола и с тяжелой душой прошел в центр аудитории, к преподавательскому столу. В надежде глянул на наставника, может, передумает? Не знаю, как ему, а мне откровенно не по себе. На лицах всех трех магов вижу живой интерес к происходящему. Ладно, в первый раз всегда все страшно! Ну-с, приступим…
– Сосредоточься, постарайся ни о чем постороннем не думать, – подсказывает архимагесса Синтиль.
Да знаю я.
Встал ровно по центру, попросил магов отойти к краю аудитории, к двери, закрыл глаза и начал.
В мыслях представил пентаграмму, постарался сформировать точно такую же на границах своей ауры. Посмотрел на получившийся результат магозрением… Отлично! Получилось даже лучше, чем я рассчитывал. Как будто всю жизнь этим занимался. Она уже напитана энергетикой моей ауры. Теперь следующий этап. Создаю на внешней оболочке ауры жгуты и привязываю их в контрольных точках пентаграммы. Все, привязал. Тут начинаю чувствовать конструкцию! Описать это невозможно. Чувствую не как руку или ногу, как-то иначе. Могу с легкостью сжать или, наоборот, растянуть конструктив, да хоть разорвать его! Ладно, хватит восторгов, идем дальше. Наполняю заклинание силой, еще чуть-чуть, хватит. А теперь рывком активация…
Чувствую, что с энергией на активацию перестарался, ушло чуть не треть моего резерва!
Раздался жуткий треск. Открываю глаза и вижу сверкающую ярким светом пентаграмму, размером с весь пятачок в центре аудитории. Я самым непостижимым образом оказался на внешней границе пентаграммы. С противоположной стороны стояли маги-наставники.
Пентаграмма мигнула, и, когда вновь ярко засверкала, в ее центре стояло нечто!
Жидкое пламя, принявшее монстрообразную форму. Причем эта форма, с периодичностью раз в тим, плавно перетекала в другую, не менее жуткую. В полтора эвеля высотой – благо что потолки в аудиториях высокие, – чудовище во время перетекания форм одновременно выглядело и громоздко, и грациозно. Подобную текучесть я видел еще по телевизору у расплавленной магмы во время извержения вулкана. Только сейчас эта магма была постоянного ярко-желтого мерцающего цвета. Лицом, если каплевидной формы выступ принять за голову, монстр оказался обращен к наставникам.
– Смертные, как вы умудрились меня призвать? – Демон придвинулся вплотную к границе пентаграммы с их стороны. – У вас же явно недостаточно для этого необходимых знаний. Уверены, что сможете удержать меня? Готовы ваши души уйти со мной?
Демон навалился на пентаграмму. На меня будто стокилограммовую штангу с размаху кинули. Перед глазами все потемнело, я только сжал зубы, подал больше энергии на пентаграмму и начал ее сжимать. Демон взревел и резко рванул вперед, но я уже был готов к подобным фокусам, одним махом перекачав в конструкцию заклинания еще треть своего резерва. От приступа дурноты упал на колени. Держу! И чувствую, что все, не вырвется! ДА-А! Еще сужаю конструкцию, успев заметить, как архимагесса Синтиль, бледная как полотно, разворачивает заклинание огненной стрелы. Ты что делаешь? Демона простейшим заклинанием не убить! Несмотря на количество силы, влитое в это заклинание. А вот атаки с внешней стороны пентаграмма не выдержит. Не рассчитана она на это! Не знаю, откуда, но я знаю это. Нельзя допустить, чтобы она атаковала демона.
– НЕ НАДО-О-О!!! – надрывая голосовые связки, кричу я. Вижу, как И’Лаэль, услышав меня, рванул к магессе…
Поздно…
Заклинание ярко полыхнуло, активируясь, и огненная стрела устремилась к демону. Слышу визг сразу нескольких девчонок из группы.
Стрела, не долетев до демона совсем чуть-чуть, ударила в конструкцию моего заклинания, находящуюся между нею и демоном…
Я почувствовал, как меня подбросило в воздух, а потом последовал удар фантастической силы по моей аурной оболочке.
«Хорошо хоть полог защиты догадался поставить заранее», – успел подумать я, на краткий миг теряя сознание. В себя пришел, лежа на полу. Вроде цел – полог спас. И это не удар был, а откат после развала моего же заклинания!
Поворачиваюсь на бок и вижу картину: ничем более не сдерживаемый демон протягивает конечности к магам-наставникам. Они бьют по нему различными заклинаниями, но все тщетно. С этого расстояния умудрился рассмотреть глаза архимагессы Синтиль – в них застыла обреченность.
– СТОЯТЬ!!! – как сквозь подушку, слышу свой крик.
И тут демон встал! Обернулся ко мне, не обращая внимания на летящие в него заклинания магов.
– ХВАТИТ! – кричу я уже магам. – Хватит, – добавляю уже тише.
Из последних сил поднялся и, прихрамывая на ушибленную при падении ногу, сделал несколько шагов навстречу демону.
– Это я тебя вызвал, со мной и разбирайся, – и из остатков энергии начал собирать конструкцию «огненного смерча», заклинания, относящегося к разряду высших, которое выучил буквально на днях. Его в академии не дают, но наставник, учитывая мой уровень, решил, что мне его уже можно знать. Как в воду глядел.
Спасибо, наставник Лагриэль. Но, к сожалению, меня оно не спасет. Сил уже почти нет. Да и что я могу, если уж Синтиль не справилась. Выглядела перед демоном, как кролик перед удавом. Но, как говорится, помирать, так с музыкой…
Конт Истамирэль из дома Изумрудного Клинка
Учеба мне всегда давалась тяжело, и академия не стала исключением. Прошло всего несколько декад, как я начал грызть засохшее древо науки на факультете водных стихий, а мне они показались если не вечностью, то очень близко к этому. На занятиях клонило в сон. Чувствую, на экзаменах придется тяжко.
Раньше я, помню, осуждал Палаэля за излишнюю склонность к различного рода шуткам и развлечениям. Но стоило ему поменять свое отношение к жизни… Да какое там отношение! Он изменился, причем кардинально. Я его вообще узнавать перестал.
Я так ждал его, думал продолжать наши похождения уже в стенах академии. Он же это глупостью назвал, намекнул, что пора взрослеть. Последнее время его практически не видно – увлекся учебой, видите ли. И что только он в ней находит? Попробовал Тилиэля склонить к мысли над кем-нибудь подшутить. У него мои предложения тоже особого энтузиазма не вызвали. Мне он сказал, что некогда, но я-то вижу – ему это просто неинтересно. Виоэль даже предлагать ничего не стал. Она слишком серьезная, да и вообще с чувством юмора у нее туговато. Единственное развлечение у нас составляют совместные посиделки за игрой в сирн. Да и то втроем. Палаэль-то у нас утопился в учебе.
Сижу на занятиях по целительству. Скучно.
А что это я, собственно, хандрю? Один так один! Начнем прямо сейчас.
Оглядываю окружающую обстановку. Занятие проходит в лаборатории. Наставник что-то объясняет, вырисовывая всякие закорючки на доске, даже к студиозам не поворачивается. Все старательно конспектируют. На столах перед нами – пробирки с реагентами. Сильные составы нам пока не доверяют, ограничиваясь настойками на травах да вытяжками из этих же трав.
Рядом со мной, справа, сидит эльф с туповатым лицом. Из простых. Вроде знакомился с ним, но сейчас не вспомню, как зовут. Вот он, объект.
Беру пустую пробирку, наливаю в нее чуть-чуть из пробирки с ярко-желтой настойкой. Та-а-ак, добавляем несколько капель красной, щедро льем из зеленой. Перемешиваем. Ого, почему-то получился раствор абсолютно черного цвета.
– Слушай, – толкаю я примеченного эльфа, он поворачивает голову и вопросительно на меня смотрит, – тебе не надоело все это конспектировать?
– А как еще можно потом все вспомнить? Да и к экзаменам готовиться легче по конспекту, чем по учебнику, – отвечает тот, – в конце концов, все конспектируют.
– С дерева все пойдут прыгать, ты тоже пойдешь?
– Не-а, – отрицательно мотнул головой.
– Вот смотрю, как вы все пишете, и жалко вас становится. Нельзя так над собой издеваться!
Эльф с туповатым лицом покачал головой.
– Писать надо. Если ты не сдашь экзамены, то тебе ничего не будет, а если я не сдам, то меня отчислят за неуспеваемость.
Что-то не припомню, чтобы разрешал ему ко мне на «ты» обращаться. Ну да ладно, отпустим. Пока.
– А ведь существуют иные способы запоминания информации, чем штудирование конспекта, – закидываю удочку.
– Че? Какие? – заинтересовался тот.
Ну и чащоба в глуби Леса!
– С помощью одной настойки, рецепт которой является секретом моего дома! Ты думаешь, я просто так сижу, ничего не пишу? Мне не надо вести конспект, вся информация откладывается сразу вот здесь, – указательным пальцем постучал себя по лбу.
– Да ну! – недоверчиво косится на меня.
– Ты знаешь, посмотрел я на тебя и понял: парень ты неплохой. И подумал, а почему бы тебе не помочь?
Собеседник смотрит на меня большими глазами, в них плещется надежда. Щас я тебе помогу!
– У меня даже эта настойка с собой есть, – покачиваю пробиркой с черным раствором в руке, – на, бери. Помни мою доброту, – протягиваю ему пробирку. Он ее быстро хватает, подносит к глазам и изучающе на нее смотрит.
– А что за это я тебе должен?
– Ай, пустяки. Это совершенно безвозмездно, но помни, здесь одна порция. Пить нужно залпом! Так, чтобы вкуса не почувствовать.
– Спасибо большое, – поблагодарил он меня и опрокинул содержимое пробирки себе в рот. Потом распрямился на стуле и прислушался к своим ощущениям.
– Когда начнет действовать?
– На всех по-разному. На меня начинает через пару терций после приема.
Дальше сидим, ничего не пишем, уже вдвоем. Парень сидит, периодически морщит лоб. Впитывать информацию готовится! Ха-ха-ха…
Тут замечаю, у него на лице начинают проступать мелкие пятнышки. Вот только цвет у них необычный – зеленый. С интересом начал смотреть уже прямо на него. Тут он начинает ерзать на стуле.
– Что-то у меня расстройство живота начинается, – пожаловался он мне, – видимо, средство только на высокородных должным образом действует.
– Видимо, да, – поддакиваю ему.
У парня тем временем лицо становится красным как помидор, а пятна, наоборот, принимают синий оттенок. А вдруг ему плохо станет? Я же не знаю, что именно намешал! М-да, не подумал. Тяну руку, но наставник продолжает что-то писать на доске и на студиозов не смотрит.
– Наставник Эгиль! – окликаю его. – Тут моему соседу плохо.
А у того даже глаза покраснели.
Наставник отвлекся от лекции и посмотрел в нашу сторону.
– Что?
– Тут моему соседу плохо, – еще раз повторил я.
– Да не плохо мне, только выйти можно? – отозвался сосед, согнувшись и держась за живот. Тут он начал крениться и чуть было не упал со стула, если бы я, вскочив, не поймал его. Наставник, который тем временем успел подойти, наклонился к пострадавшему и активировал сканирующее заклинание.
– Хм… Сильное отравление. Откуда? Ты что, реактивы пил? – обратился он к соседу, взяв за подбородок и посмотрев тому в глаза.
– Не-э-эт. Только выпил настойку, которую мне Истамирэль дал.
– Какую настойку? – Наставник кинул быстрый взгляд в мою сторону.
– Для улучшения памяти, – прохныкал тот.
Я тут ни при чем! Сам пил, никто в глотку насильно не заливал. Тут соседа стошнило. С учетом того, что в это время наставник всматривался в его глаза… Шутка удалась, вот только не смешно… Ни мне, ни окружающим.
Через некоторое время в кабинете ректора
– Студиоз Истамирэль, как вам такое в голову могло прийти? – глядя на стоящего посреди кабинета юношу, задал вопрос декан факультета водных стихий архимаг Саркиль.
– Действительно, – согласился с ним ректор Ласиль, – ведь не зная предназначения смешиваемых препаратов, мог получиться сильный яд. Да такой, что и наши целители бы не помогли. Тут я сгущаю краски, конечно, ингредиентов для составления подобных ядов вам никто не даст, но все же…
Истамирэль как стоял с опущенной головой, так и остался стоять. Ответить ему было нечего.
– Истамирэль, ответьте, наконец! – Саркиль параллельно начал что-то писать в своем блокноте.
– Я не думал, что все так получится, – наконец ответил обвиняемый.
– А что же вы думали, позвольте поинтересоваться?
– Что будет расстройство живота, и все.
– Ну это уже идиотизм, – буквально взорвался наставник Эгиль, тоже здесь присутствующий, – надо мозгов абсолютно не иметь, чтобы до такого додуматься! Смешать абсолютно НЕ-ЗНА-КО-МЫЕ ингредиенты и дать их выпить своему товарищу!
Истамирэль поднял голову и в упор посмотрел на наставника Эгиля. Тот смутился, отвел взгляд, но тем не менее продолжил:
– Кого другого за подобную выходку отчислили бы.
Ректор с деканом только хмыкнули. Но вдруг все, кроме Истамирэля, застыли, потом вскочили, и декан, направляясь вместе с ректором и Эгилем к выходу, спросил:
– Это в аудитории первого курса огненного факультета?
– Да, – коротко бросил ректор, – там Палаэль что-то устроил. Видать, что-то необычное, вон как Синтиль в эфире орет, прося помощи…
Все трое выскочили из кабинета. Истамирэль, услышав имя Палаэля, встрепенулся, потом осознал слова Саркиля и тоже следом за руководством бросился вон из кабинета.
Архимагесса Синтиль
Да-а-а…
Давно я не ощущала себя такой беспомощной. Сейчас, когда все кончилось, я сидела в кабинете ректора, и меня отпаивали горячим отваром ликовицы. Хотя до сих пор нет-нет да и проходила дрожь по всему телу. Последствия сильнейшего стресса.
– Что же сегодня за день-то такой? – рассуждал ректор, нарезая круги по кабинету. – То криворукий студиоз, которому лень включить мозги хоть на десятую долю тима, чуть было не отправил на тот свет своего одногруппника, то вы… Со студиоза-то и спрос другой, ума он еще не нажил, но вы-то!
Он остановился перед И’Лаэлем, который сидел, закрыв глаза и откинувшись в кресле около небольшого окна.
– Ну какого тебе зерга понадобилось проверять, получится вызвать у Палаэля демона или нет? Вы же все взрослые разумные эльфы! За что мне все это? – схватился за голову ректор.
– Я не ожидал, что ему удастся вызвать одного из высших демонов, – наконец ожил И’Лаэль. – Такого могут вызывать трое архимагов, объединившихся в круг, но никак не маг второй ступени. У нас же это удалось студиозу, пусть по силам и равному второй ступени… Еще повезло, что я решил подстраховаться и попросил присутствовать коллег, которые на тот момент были свободны. – Он кивнул головой в нашу с целителем Ариолем, магом первой ступени, сторону.
– Только толку с этого никакого не было, – заметила я, – все равно сделать ничего не смогла. Только все испортила. Если бы я не запаниковала и не ударила, то Палаэль демона удержал бы. Получается, это я виновата в создавшейся ситуации.
– Я вообще-то не сомневался, что у Палаэля ничего не получится. Уж слишком необычен был способ призыва, о котором он рассказал, – вздохнул И’Лаэль, – вот и решил посмотреть. А когда появился высший демон, я растерялся. И поздно заметил, что Синтиль собирается его атаковать. Помешать ей уже не смог… Но, коллеги, я поражен тем, как себя повел демон!!!
– Да уж, – отозвалась я, окунаясь в воспоминания, – это было нечто…
Последовало продолжительное молчание.
– Что делать будем? – прервал затянувшееся молчание И’Лаэль.
– А что делать? – откликнулся ректор. – Я накажу тех, кто заставил студиоза вызывать демона, а также присутствовавших там преподавателей за то, что не воспрепятствовали, – и окинул взглядом всех присутствующих. Затем продолжил: – Представляете, что было бы, если бы Палаэль, по совместительству единственный наследник великого князя, погиб? Нас с вами вместе с потрохами бы тогда съели! Хвала богам, что ничего с ним не случилось. Не сегодня завтра отлежится в лазарете, потом снова приступит к занятиям. Будем делать вид, что ничего экстраординарного не произошло. Никаких слухов не должно просочиться за стены академии. Надеюсь, все понимают почему?
– Конечно, понимаем, – кивнула я. – Если об этом инциденте узнает великий князь, то целый ворох проблем нам обеспечен.
– Правильно! – поморщился ректор. – Если бы вы, госпожа Синтиль, так же правильно подумали, когда заклинанием по пентаграмме ударили – цены бы вам не было!
Поморщилась уже я. Уважаемый ректор мой прокол теперь долго вспоминать будет; но ничего, главное, что все обошлось.
– И все-таки я вынесу на всеобщее обсуждение мое предложение. – Глаза И’Лаэля блестели решимостью. Он даже вскочил со своего места и в волнении подошел к столу.
– Какое? – устало взглянул на него Ласиль.
– Применить к Палаэлю полный комплекс определяющих заклинаний!
– Зачем? – удивилась я. Посмотрела на окружающих и поняла, что мое удивление разделили все здесь присутствующие.
– А затем, что у студиоза Палаэля во время стандартного артефактного определения приоритетных направлений сил при поступлении в академию предрасположенности к темным стихиям не было выявлено вообще! Вернее, она была минимальной. Поясняю: способностей к оперированию заклинаниями темной стихии, по мнению нашего артефакта, едва хватало на выполнение самых простейших. И заклинание призыва, кое хоть и относится к простейшим, но требует определенной расположенности к данной стихии, у него не должно было получиться в принципе. Ну или получиться, но очень-очень слабеньким. В этом случае должен был явиться самый паршивенький демон с верхних слоев инферно! Я же говорил, что очень повезло с моей подозрительностью ко всему новому, заставившей меня вызвать на подстраховку коллег! Или, наоборот, не повезло. – Последнюю фразу И’Лаэль произнес очень тихо, искоса бросив взгляд на меня. И уже громче: – А в ответ на призыв вылез один из высших! О чем это говорит? Это говорит о том, что каких-то способностей артефакт в Палаэле не определил. И где гарантия, что сильнейший дар к демонологии – единственный не определившийся. Вдруг еще с чем-то столкнемся? Последствия могут оказаться очень печальными.
Закончив, И’Лаэль тяжело опустился на ближайшее кресло.
Снова, уже в который раз, в кабинете ректора воцарилась тишина. А если действительно у Палаэля есть еще какие-нибудь скрытые таланты? Лучше их выявить. Для всеобщей безопасности.
– Еще мнения? – спросил ректор.
– Я согласна с И’Лаэлем, – высказалась я.
Все остальные также поддержали идею И’Лаэля.
– Я тоже согласен с данным предложением, – подвел итоги ректор. – Значит, решено. Завтра вечером Палаэль проходит комплекс определяющих заклинаний. Для более точного проведения теста нужны сильнейшие представители от каждой из стихий и всех других направлений магии. Поэтому назначаю от огненной стихии – архимагессу Синтиль, от водной стихии…
Князь Палаэль (капитан Вихрь)
Пришел в себя я в лазарете. Что-то часто я в последнее время прихожу в сознание под присмотром целителей. Про себя даже улыбнулся от этой мысли. Действительно, какая-то нехорошая тенденция вырисовывается – один раз умер в молодом возрасте (это я о Земле), второй раз чуть не умер, и тоже, можно сказать, в начале жизненного пути. Как другие-то до старости доживают? Некоторые умудряются делать это, не имея рисков для жизни на всем протяжении своего жизненного пути. Может, дело во мне? Если да, то означает ли это, что надо срочно меняться? Понимаю, измениться в моем возрасте тяжело, но линию поведения, чтобы не попадать более в такие ситуации, надо менять точно.
Следовало бы с самого начала сказать наставнику И’Лаэлю о том, что описанная мною методика непроверенная. Хотя тут же встал бы вопрос: откуда ее взял? Среди фамильных заклинаний непроверенных быть не может. Ладно, что сейчас уже об этом думать. Поздно пить боржоми…
В палату тихонечко постучали.
– Открыто.
Дверь приоткрылась, и в комнату просочились Виоэль, Тилиэль и Истамирэль.
– А, это вы, – приподнялся я на кровати, принимая полусидящее положение. – Привет.
– Привет, Палаэль, – за всех меня поприветствовала Виоэль, – ну что, ты как?
– Вроде жив-здоров. Целители говорят, что завтра меня выпустят. Вы как?
Все трое нашли в палате стулья и расселись вокруг кровати.
– Что с нами случится? – пожал плечами Истамирэль. – Все, как всегда, ничего нового.
– Ага, абсолютно ничего нового, – с ехидной улыбкой посмотрел на него Тилиэль.
По этой улыбочке и сарказму в голосе Тилиэля я понял, что не у одного меня сегодня весело прошли занятия. Решил расспросить.
– Мне кажется, что-то произошло?
– Да так, ничего особенного… – промямлил Истамирэль.
– Ну-ка, с этого момента поподробнее! – стало жутко интересно. Истамирэль решил скромно отмолчаться.
– Страшного с ним и правда ничего не произошло, – наконец не выдержал Тилиэль, – просто он у нас в отравители решил записаться. Намешал какой-то раствор в лаборатории у целителей, нашел болвана, который поверил, что это зелье для обретения абсолютной памяти, и дал ему свой раствор испить! Видимо, это у него какой-то вступительный экзамен в гильдию убийц. Вот только он его провалил, отравленного целители быстро откачали.
Я удивленно воззрился на Истамирэля. Виоэль осуждающе покачала головой.
– Как тебе такое в голову пришло? – спрашиваю его. – Или подсказал кто?
– Не-э-эт. Он сам до всего дошел! – хохотнул Тилиэль. – Талант!
Истамирэль насупился и смотрел на нас исподлобья.
– Ну а с тобой что произошло? – вступила в разговор Виоэль. – По академии ходят самые разнообразные слухи один невероятнее другого! Одни утверждают, что ты открыл портал в другой мир и оттуда к нам поползли страшные чудовища. Да такие, что архимагесса Синтиль на пару с наставником И’Лаэлем едва справились! Другие болтают о каком-то архидемоне, откликнувшемся на твой призыв, третьи – о новом заклинании с принципиально новой техникой конструирования, которое чуть всех не убило. Твои одногруппники ничего никому не говорят. По всей видимости, им запретили что-либо рассказывать. Может, ты внесешь ясность?
– Что только не выдумают досужие умы, – через силу улыбнулся я, – на самом деле все было совсем иначе. Я действительно решил опробовать новую технику конструирования заклинания, если говорить конкретнее, призыва. Не рассчитал своих сил, и дело вышло из-под контроля. Никто на призыв не явился, но так как я имел неосторожность передать слишком много энергии в конструкцию заклинания, то в итоге на укрощение буйства высвобождающейся энергии у присутствовавших на занятии магов-наставников ушло много сил и времени. Почему по академии это разошлось такой волной слухов и домыслов, я лично понять никак не могу.
Выдав эту шитую белыми нитками официальную версию событий, которую мне обрисовал лично ректор и которую еще не успели довести до всего личного состава академии, я взглянул в недоверчивые глаза своих друзей, сделав свой взгляд предельно честным и открытым.
– Ладно, просто мы-то думали, что произошло нечто экстраординарное с твоим участием. – Истамирэль выглядел разочарованным. Ничего, меньше знает, крепче спать будет.
– Ребята, сейчас я все-таки с вами попрощаюсь, – решил я их спровадить, а то усталость и головная боль навалились на меня с новой силой, – спать хочется. Тот опыт выжал из меня все силы, и организм требует отдыха. Давайте лучше завтра вечерком соберемся, поболтаем и поиграем во что-нибудь. Идет?
– Ой, – спохватилась Виоэль, – точно! Тебе же сейчас необходим отдых и максимальный покой. Нас целители об этом еще на входе предупредили. А мы тебя заболтали. Ну ладно, тогда до завтра. Выздоравливай, а мы пошли, не то ужин пропустим.
Попрощавшись с ребятами и дождавшись, пока они уйдут, я лег на кровати поудобнее и постарался заснуть. Головная боль начала отступать, и уже в полудреме у меня промелькнули воспоминания того злополучного утреннего занятия по основам темных стихий…
… – Это я тебя вызвал, со мной и разбирайся, – уже негромко говорю демону, и из остатков энергии начинаю собирать конструкцию огненного смерча. Как говорится, помирать так с музыкой… Демон делает шаг в моем направлении, другой. Все, конструкция готова. Теперь активация, на которую уходят остатки моего резерва. Чувствую легкий толчок, заклинание начало действовать. Вокруг демона образовывается огненная геенна. Смерч, состоящий из огня, с жутким воем вращается вокруг него, постепенно расширяясь по радиусу. Контролировать заклинание я уже не могу – сил в ауре на создание жгутов контроля не осталось. Сейчас конструкция полностью работает в автономном режиме. Единственное, что успел заложить в «память» заклинания, когда его лихорадочно создавал, его ограничение в диаметре полутора эрдами. Не хочу, чтобы по моей вине погибли однокашники.
Демон оказался в самом эпицентре воздействия заклинания, которое способно разрушить все – скалы, города, испарить довольно большое озеро…
– Идиоты, – сквозь рев огня пробивается, подобно раскатам грома, голос демона, – убить дитя огня его же стихией! Давно я таких кретинов не встречал!
Чувствую, как внутри все оборвалось. Демон прав, мое имя в этом мире не Палаэль, а Кретин. Магозрением вижу, как демон встал. Никаких последствий от моего заклинания, наоборот, его энергия постепенно начинает демоном всасываться. Все быстрее и быстрее. Перехожу на обычное зрение. Пламя все более тускнеет, пока не исчезает полностью.
Демон делает в моем направлении еще шаг и снова останавливается. Сам. Не в результате моих действий. Наставники тоже ничего не делают, только стоят, вжавшись в дверь. Трусы.
– Давай же, добивай, – севшим голосом обращаюсь к демону.
Тот только стоит, и хотя глаз у него не видно, я буквально кожей чувствую его изучающий взгляд. И он делает шаг назад! Что случилось?
– Не торопись умирать, смертный. Это никогда не поздно успеть…
– А не спеши ты нам в спину стрелять… – продолжил за него я.
– Ты когда-нибудь дошутишься, смертный. Давай, отправляй меня назад.
Он же должен был меня убить! В принципе это и собирался сделать. Что же его остановило?
– У меня нет энергии, – сказал я не то, что думал в этот момент. Или он издевается надо мной? В последний миг убьет?
– Эй, парочка около двери, – не поворачивая головы, обратился демон к магам-наставникам, – поделитесь энергией со своим ученичком.
Архимагесса Синтиль, двигаясь как во тьме, спотыкаясь и чуть ли не падая, по широкой дуге обошла демона, не сводя с него испуганных глаз, и положила мне руку на плечо.
«Тоже мне, архимагесса! Как, дожив до такой ступени, она оказалась подверженной страхам? Я не боюсь этого демона, понимаю, что от судьбы не уйти, а она…» – подумал я, почувствовав прилив сил.
Накопив достаточно для построения завершающей конструкции заклинания призыва, которое и отправляет призванных обратно, я махнул архимагессе рукой – хватит.
Приступил к построению заклинания. Когда был готов к активации, все-таки спросил демона:
– Почему?
– Хочешь узнать? – Я утвердительно кивнул.
Демон склонился ко мне, чтобы только я его слышал.
– Ну тогда знай…
После отправки демона я обессиленно опустился на пол. Если честно, то ничего не понял из того, что он мне сказал. Хотя он и объяснил, что я пойму только потом, нескоро.
– Ты как? – Это архимагесса Синтиль незаметно подошла ко мне и присела на корточки рядом.
– Нормально, – ответил я, проваливаясь в бездну.
На этом я и заснул.
Вечер следующего дня. Где-то на тридцать
втором этаже академии
По периметру большого полутемного круглого зала, который не могли осветить и десятки, если не сотни мерцающих свечей, закрепленных на стенах, стояли маги. Потолка помещения не было видно, и создавалось иррациональное ощущение, что он скрывается где-то там, во тьме.
Семеро из собравшихся здесь имели мантии архимагов и еще трое – мантии магов первой ступени. Капюшоны мантий, незаметные в повседневной жизни, у всех были накинуты на головы, прикрывая лица. В центре помещения стоял ректор Ласиль, которого сейчас можно было узнать только по белоснежной мантии руководителя академии.
– Заводите, – практически шепотом произнес ректор, но этот шепот в абсолютной тишине, царившей в помещении, прозвучал подобно раскатам грома. Вдруг в одном месте стена разошлась, обнаружив широкую двустворчатую дверь. В нее прошел молодой эльф в мантии студиоза факультета огненной стихии, проследовал в центр зала и встал напротив ректора. Почтительно кивнул головой, поприветствовав последнего.
– Студиоз Палаэль, сообщили ли вам, с какой целью вы приглашены сюда?
– Нет, – отрицательно покачал головой студиоз, обводя взглядом помещение, на долю тима задерживаясь на каждой обнаруженной им фигуре, – мне всего лишь сказали о необходимости пройти какое-то стандартное тестирование и…
– Достаточно, – оборвал его ректор, – мы тебя услышали.
После чего отошел чуть в сторону, и князь Палаэль, он же студиоз первого курса факультета огненной стихии, остался в центре один. Еще раз обведя напряженным взглядом мрачное помещение, он застыл, смотря прямо перед собой. Весь его вид говорил, что ему здесь неуютно.
– Студиоз Палаэль! – начал говорить ректор торжественным голосом. – Вы действительно приглашены сюда для прохождения тестирования. Но назвать его стандартным нельзя, так как оно трудоемко и требует относительно большого количества времени. По этим причинам проводится крайне редко, последний раз оно устраивалось более пятисот лет назад!
– Позвольте уточнить? – обратился к нему Палаэль и, дождавшись утвердительного кивка головой со стороны Ласиля, продолжил: – В чем заключается данное тестирование?
– На вас будет наложен комплекс определяющих заклинаний, – таков был ответ.
– Чем это мне грозит?
– Абсолютно ничем, – бесстрастным голосом ответил ректор, – его целью является выявление скрытых способностей испытуемого. Как правило, для выявления направленности будущего мага мы используем артефакт стихий. Через эту процедуру вы проходили при поступлении в академию. Но иногда у эльфа вскрываются способности к тем направлениям магии, на которые артефакт по каким-то причинам не указал. Это происходит крайне редко. Для таких случаев несколько тысячелетий назад был разработан специальный комплекс заклинаний, позволяющий точно определить способности мага. Он очень трудоемкий, требует присутствия магов всех стихий и направлений. Каждый из них накладывает на испытуемого свою часть из комплекса заклинаний. Если маг одного из направлений по каким-то причинам отсутствует, то способности испытуемого в этом направлении останутся непроверенными. Для более точного определения перспективы развития испытуемого по различным направлениям требуются как можно более сильные маги. Как ты, наверное, успел заметить, здесь присутствуют в основном архимаги.
– Почему вы решили провести эти испытания сейчас, а не при поступлении в академию? – заинтересовался испытуемый.
– Я думаю, ты знаешь ответ на свой вопрос.
Палаэль, немного подумав, согласно кивнул.
– Ты готов к началу тестирования? – спросил ректор, подойдя ближе.
– Да.
– Тогда начнем. – И Ласиль положил обе руки Палаэлю на плечи.
Обе фигуры скрыла сверкающая сфера, являющаяся не чем иным, как невероятно сложным переплетением всевозможных магических конструкций разных направлений. Свечение сферы усиливалось по мере того, как маги напитывали силой свои заклинания, каждое из которых было составной частью этого грандиозного комплекса. И к каждой такой конструкции из ауры ректора Ласиля выстрелило по аурному жгуту, от чего он стал напоминать ежа. Вот только иглы все светились, и было их необычно много. Ректор отвечал за общий контроль над прохождением теста.
Князь Палаэль (капитан Вихрь)
– Тогда начнем, – сказал ректор, и тут на меня навалилась тяжесть.
Я терпел.
Ощущение тяжести усиливалось с каждым мгновением.
Я терпел.
Давление усилилось непомерно, на мгновение даже показалось, что меня сейчас расплющит по полу. Упал на колени. Через мгновение словно раскаленные спицы вонзились мне прямо в мозг. От нестерпимой боли я закричал.
Боль все продолжалась и продолжалась… Океан боли… в котором сейчас утону…
Проваливаюсь в забытье, чтобы через мгновение очнуться все в тех же всепоглощающих страданиях… Кричу… Потерял счет времени, уже не знаю, сколько это все продолжается… Может, мгновение, а может, и целую вечность… Боль! Будь ты проклята!!!
Начинаю крыть матом по-русски, уже наплевать… Снова забытье.
Захожу в котельную. Вижу, как кочегары стоят около одного из котлов и с интересом что-то обсуждают. Подхожу.
– Что, не работается? – спрашиваю.
– Евгенич, – отвечает один из кочегаров, старший в смене, весь в наколках, не один десяток лет на зоне отсидел, – тут такая ситуевина! Принесла бабка кота в мешке, сжечь попросила. Гадить стал он у нее в�
Пролог
На скалистом берегу, озаряемый первыми лучами восходящего солнца, на коленях стоял эльф. Его абсолютно седые волосы трепетали при каждом порыве ветра. Голова была опущена, и невидящий взгляд упирался в землю. Он тихонько, как будто про себя, проговаривал одну и ту же фразу: «…Я должен умереть… я должен умереть… я должен…»
Глава 1
Где-то во множестве миров. Инферно
Шла игра.
В самом центре огромной пустыни располагалась гигантская конструкция, своим внешним видом весьма напоминающая амфитеатр. Возведена она была в незапамятные времена неизвестной расой, сгинувшей в вихре лет. Сейчас ее облюбовали для своих встреч могущественные архидемоны, собирающиеся здесь ради проведения игр один раз в тысячелетие.
Каждый из архидемонов был властителем инферно в целой плеяде миров. Возраст каждого исчислялся миллионами лет. Просто существовать им было уже скучно, поэтому они когда-то давно решили проводить игры. На желания. Выигравший загадывает желание, проигравший соответственно его выполняет. А желания бывали разные. Порой, по результатам игры, уничтожались целые звездные системы, невзирая на имеющееся там население. Пару раз проигравшие архидемоны «сбрасывали» населенные планеты в слой инферно на радость местным демонам…
Игра каждый раз была разная. Ее по очереди подбирал кто-то из архидемонов, ответственный за проведение встречи. Правила всем остальным сообщал заранее.
На этот раз ответственным был архидемон Лекрос. Он предложил устроить гонки. Забег душ. Души отбирались по определенным параметрам в одном из миров на выбор ответственного. По условиям, души должны были пролететь шесть кругов вокруг поля амфитеатра. Чья душа придет первой, тот и победитель. Проигравший соответственно тот, чья душа пересекла финишную черту последней. Все просто. Напрямую воздействовать на души было запрещено. Разрешалось их стимулировать, что-то обещая. Также было разрешено мешать душам соперников, ставя вблизи беговой дорожки различные соблазны.
– Итак, уважаемые, у всех подобраны души? – обратился Лекрос к остальным архидемонам и, дождавшись утвердительных жестов, продолжил: – Тогда начнем. Выставляем своих представителей на старт.
На беговой дороге вдоль линии старта появилось девять душ, по числу присутствующих архидемонов. К ним от архидемонов протянулись ментальные щупы, обеспечивающие связь в процессе состязания. На линии встал обычный демон, в обязанности которого входило объявить старт, зафиксировать финиш каждого участника и проследить за тем, чтобы никто из участников не нарушал установленных правил. В последнем случае он сообщал о допущенном нарушении всем архидемонам. На груди каждой души появились таблички, на которых будет автоматически отображаться, сколько кругов преодолела душа.
– СТАРТ!!! – взревел он.
И души дружно сорвались с места.
– Давай, Буш, давай, поднажми! – подбадривал свою душу один из архидемонов. – Если придешь первым, то перерождение в прежнем мире гарантирую. И удачные военные походы.
Но душа Буша вырваться вперед не могла, поскольку была очень старой, с ослабленной энергетикой. Еще одно перерождение, и она развеется…
– Зачем ты этого старикана выбрал? – спросил того архидемона его сосед. – Вот, посмотри. Я выбрал молодого. Дуров, если придешь первым, то перемещу тебя на вечное существование в виртуальную реальность одного из технологических миров!
И Дуров рванул, в доли секунды оторвавшись от преследователей, постоянно этот отрыв увеличивая.
– Молодец, – отозвался первый архидемон, – но зато душа Буша мудрая. И не отреагирует на уловки. Смотри.
Неожиданно перед Дуровым появилась иллюзия сигареты. Дуров остановился как вкопанный. В руке у него тоже появилась сигарета, и он с видимым наслаждением сделал затяжку. Потом еще одну.
– Это как же? – изумился второй архидемон. – Они же не могут создавать видимость предметов! Тем более испытывать чувства!
– О-о-о… Этот товарищ способен из ничего сигареты штамповать, – расплылся в улыбке первый архидемон, – плевать он хотел на установленные законы в данном мире!
Души других участников между тем обогнали Дурова.
– Как же так?.. Ну как же… – причитал его хозяин.
А вокруг, в ментале, раздавалось:
– Клинтон! Не подведи! Награду ты знаешь…
– Аршавин! Тебя «мазерати» на финише ждет… И перерождение…
– Ну что ты так медленно, Бетховен! Быстрее… Быстрее…
У Аршавина появились крылья, и он одним взмахом опередил всех.
– Нечестно! – взревели все архидемоны. – Уговора такого не было!
– В правилах ничего по этому поводу не сказано, – злорадно ухмыльнулся архидемон Увар и азартно заорал: – ЖМИ! Чаще крылышками работай!
– Что ты сидишь?! – орал Сэт на свою душу. – Гейтс, если подведешь…
А тот завис над стартовой линией и причитал:
– Если прописать правильно скрипты… и кэш будет свободна…
– Ну я тебе… – в бессильной злобе прошипел Сэт, – остановите кто-нибудь Аршавина! Видите же, вперед прет!
– Пусть прет!
Перед Аршавиным по бокам беговой дороги материализовалась толпа троллей, дружно взревевших:
– Не будь бабой! Бросай крылья и принимай мужской облик!
– Да ну вас, – прошипел тот, пролетая мимо, – зато у меня практически на халяву «мазерати» будет, а вы идите куда подальше…
К троллям приблизился участник, идущий вторым. Неожиданно остановился и подлетел к ним поближе.
– Товарищи, – обратился он к ним, – вы читали мою нетленку? И как вам? Почита-а-айте…
– Ты с ума сошел, Кинг! – закричал архидемон Непот. – Это же тролли! Кому ты предлагаешь?! Лети!
– Вдруг им понравится, – возразил Кинг и вновь пристал к троллям: – А вы знаете, в следующей книге… если еще и Интернет оплатите, то…
Непот, застонав, схватился за голову.
– Бетхове-е-ен!!! Брось клавесин на хрен! Он тебе мешает! Где ты его только взял? Брось, я сказал…
– КЛИНТО-О-ОН!!! Бабы ненастоящие! Это фантомы! Что ты к ним прилип? Смотри…
– КАКИЕ СКРИПТЫ? ЛЕТИ… ГЕЙТС!!!
– Сейчас, сейчас, полечу… Досчитаю… Будет лучше…
– РАЗОРВУ!!! НЕГОДЯЙ!!!
– Бро-ось клавесин…
– Хватит курить… брось сигареты…
– Маши крыльями! Молодец…
– БУШ… Что ты так медленно, старая кляча… Обгоняй Аршавина…
– Старый конь борозды не портит, – в ответ проворчал тот, – да и как я его обгоню, ежели за его ноги уцепился? Лечу вот…
– АРШАВИН!!! У тебя пассажир!!! Скидывай его на…
В этот момент около ложи, где размещались архидемоны, раздалось:
– А вы еще не читали мою книгу? Вот-вот Интернет отрубят… Денег дадите?
Но на него обратил внимание только Непот:
– Сука ты…
До финиша участникам оставалось пройти еще четыре круга, как вдруг табличка на груди Гейтса засветилась ровным зеленым светом.
– Участник финишировал первым! – объявил демон, контролировавший ход состязаний, в недоумении смотря на данного участника, не сделавшего ни шагу по арене.
Среди архидемонов воцарилось гробовое молчание.
– Это что сейчас было? – наконец спросил один из них.
Сэт, придя в себя, радостно потер руки:
– Вот что значит толковый программист… Что?!! Съели?!!
– Итак, уважаемые гости, подведем итоги. – Лекрос взял таблицу записей скорее для видимости, так как результаты все присутствующие прекрасно знали. – Победителем у нас сегодня стал уважаемый архидемон Сэт…
Названный демон встал и слегка поклонился присутствующим.
– …а проигравшим – архидемон Непот. Ну что ж, уважаемый Сэт, прошу озвучить ваше желание…
Земля. Урал. Войсковая часть 63183 (вертикаль ГРАУ).
23 ч. 10 мин.
– Первый, Первый. – Позывные командира части полковника Мезина. – Я Второй. – Позывные дежурного по части. – Наблюдаются грозовые разряды над технической территорией в районе 76-го хранилища.
– Второй, я Первый. Отправить «третий ход»[1] в первый отдел[2].
– Первый, я «Ход-3», вас понял. Выдвигаюсь на патрулирование в район первого отдела.
23 ч. 11 мин.
– Второй, Второй. Я «Ход-1». Продолжаю патрулирование технической территории в районе третьего отдела. Грозовой фронт находится над нами. Пока все спокойно. Все заведующие на местах[3].
– «Ход-1», я Второй. Вас понял.
23 ч. 12 мин.
– Второй, Второй. Я Пятый. – Заместитель командира части по МТО подполковник Бурковский. – Над АХТ[4] все чисто. Где солдаты технического взвода, которые прибывают по тревоге к пожарной команде на усиление? Почему я их не вижу? Они что, в казарме макияж наводят?!
– Пятый, я Третий. – Первый заместитель командира части подполковник Голубев. – Не забивайте эфир! Эти вопросы можно выяснить и по телефону! Пятый, я Третий, как понял?
– Третий, я Пятый, понял вас.
– Пятый, Пятый. Я Второй. Сейчас уточню, доложу.
– ВТОРОЙ, Я ТРЕТИЙ! ВЫ МЕНЯ НЕ ПОНЯЛИ?!! ПО ТЕ-ЛЕ-ФО-НУ!!!
– Третий, я Второй. Телефонная связь не работает. АТС отключилась.
– Второй, меня это не интересует!
– Третий, я Второй. Понял вас.
23 ч. 13 мин.
– Девятый, Девятый. – Начальник энергомеханического отдела капитан Вихрь. – Я Второй. Девятый, Девятый. Я Второй.
– Второй, я «Ход-3». Прибыл в район первого отдела, приступил к патрулированию.
– «Ход-3», я Второй. Понял вас.
– «Ход-3», я Восьмой. – Начальник первого отдела хранения боеприпасов майор Епифанцев. – По докладам заведующих прошел грозовой разряд в районе 123-го хранилища. Необходимо проверить. Как понял? Прием.
– Восьмой, я «Ход-3». Понял вас. Выдвигаюсь к 123-му хранилищу.
– Девятый, Девятый. Я Второй. ПРИЕМ.
23 ч. 14 мин.
– Девятый, Девятый. Я Второй. ПРИЕМ.
– Третий, Третий. Я Первый. Ты видел Девятого?
– Первый, я Третий. Нет, не видел.
– Третий, разобраться, где он, доложить.
– Первый, Первый. Я Четвертый. – Заместитель командира части по воспитательной работе подполковник Кайгородов. – Докладываю: когда выдвигался по тревоге, видел Девятого у него дома, на балконе, пьющего кофе!
– Второй, Второй. Я Девятый. Что хотел?
– Девятый, я Первый. Ты где был?
– В своем районе патрулирования около ЭМО[5] и складов ГСМ.
– Я Пятый! Девятый, тебя на месте не было! Ты дома кофе пил.
– Я Девятый! Докладываю – не кофе, а чай, и…
– Девятый, Пятый, Третий. Я Первый. После отбоя тревоги – ко мне. Как поняли?
– Первый, я Третий. Понял вас.
– Я Девятый. Понял.
– Я Пятый. Понял.
23 ч. 15 мин.
– Второй, Второй. Я Девятый. Прошел грозовой разряд над складами ГСМ. Прошу разрешение на вскрытие объекта в присутствии сторожевого поста.
– Девятый, Второй. Я Пятый. Вскрытие разрешаю.
23 ч. 17 мин.
– Второй, Второй, я Девятый. Вскрыли объект, наблюдаю воспламенение одной из цистерн с дизельным топливом!
– Второй, Второй, я Третий. Срочно «четвертый ход» к складам ГСМ.
– Третий, я Второй. Понял вас.
– «Ход-4», «Ход-4», я Второй. Прием.
– Я «Ход-4». Все слышал. Уже выдвигаемся.
– Я Девятый. Очаг возгорания по всей цистерне. Видимо, ее облили дизельным топливом. Дыхательный клапан отсутствует! Из отверстия на месте его установки бьет пламя!
– Девятый, я Первый! В смысле – как отсутствует?
– Первый, Первый, я Пятый. Эта цистерна выведена из эксплуатации на промывку и техобслуживание. Из нее должны были сегодня слить остатки дизельного топлива.
– Девятый, я Первый. Отойди на безопасное расстояние!
– Первый, я Третий! Слышал взрыв в стороне ГСМ!
– Терентьев, я не глухой! Девятый, Девятый! Прием!
– Девятый, я Второй, прием!
– ДЕВЯТЫЙ, ДЕВЯТЫЙ, Я ПЕРВЫЙ, ПРИЕМ!!!
…
23 ч. 17 мин.
– Я Первый! Циркулярно! Всем охраняющим АХТ, «Ход-1», «Ход-2» – на склады ГСМ! Всем ясно?!
– Пятый принял!
– «Ход-1» принял!
– Третий принял!
…
На территории складов ГСМ бушевало пламя. Да и не было больше этих складов…
Пламя не могли сбить еще на протяжении восьми часов…
Момент взрыва
– Ну что, Сэт. Этот смертный тебя устраивает?
– Да. Можешь начинать.
И никто не видел, как за тысячные доли секунды до того, как капитана Вихря накрыла волна горящего топлива, от него отделилось белесое облачко, очертаниями похожее на человека, превратилось в точку и исчезло, ярко сверкнув на прощанье…
Конт Истамирэль, из дома Изумрудного Клинка
– Истамирэль, хватит обвинять себя в случившемся. Ты ни в чем не виноват.
Это моя сестра Рокуэл, сидя рядом на кровати, пытается успокоить меня. Хотя необходимости в том не вижу, поскольку спокоен. Главное, что жизни Палаэля ничто не угрожает…
– Конечно, Рокуэл, в случившемся прямой моей вины нет. Но я мог отговорить Палаэля!
– Знаешь, Истамирэль, – сестра положила свою ручку мне на плечо, – вместе с Палаэлем вы совершили за свою жизнь столько необдуманных поступков, которых совершать не следовало… И все они, как правило, были связаны с риском для жизни либо вашей, либо окружающих вас эльфов. И никто из вас друг друга не отговаривал! Так что рано или поздно подобное должно было произойти.
– Под этими поступками ты подразумеваешь те невинные шутки, которые мы иногда устраивали?
– Ничего себе невинные шутки! Это вы так считали, но не окружающие. Одна ваша шуточка с пауком чего стоила. А если бы он меня укусил? Об этом вы не подумали?
– Ну… Дежурные целители недалеко были, так что все держалось под контролем. – Я невольно улыбнулся, вспомнив тот случай. – Тебе, понятно, не понравилось, но все смеялись, когда ты с криками носилась по всему дому в чем мать родила. Поначалу-то все думали, что тебя убивают, даже гвардейцы сбежались. Но когда ты указала на раздавленного паучка на своей пятой точке… Было весьма забавно!
Сестра поморщилась. Ясно. Не слишком приятные для нее воспоминания.
– Ты все еще на меня обижаешься? – улыбнулся я.
– Нет, сколько времени прошло-то с тех пор. – Рокуэл изобразила неестественную улыбку, получившуюся у нее какой-то натянутой.
– Понятно, все еще обижаемся, – резюмировал я. – Только вспомни, сколько раз ты отомстила мне за ту невинную шутку, совершенную двумя детьми. Причем привлекая к процессу охоты за мной своих подруг. Никогда не подозревал, что ты можешь быть настолько злопамятной!
– Нечего было так шутить. Жалко, что второго дитятку поймать не получилось.
– Да-а-а, – протянул я, – Палаэль полсезона у нас не появлялся. Хорошо ему тогда было. Избежал твоей мести, элементарно не приходя к нам в гости, а я никуда деться не мог, поскольку живу с тобой под сенью листвы одного дерева.
– Так зачем вы поехали на то озеро? – переменила тему сестра. – Неужели действительно просто со скалы в него попрыгать?
– Да, – кивнул я, – хотелось, как в детстве. Скоро в Академию магии ехать, вот и решили посетить то озеро, на котором часто бывали раньше. Ты же тоже там в свое время целыми днями с подружками пропадала. Захотелось нам напоследок развеяться… Наставники вместе с родителями за четыре декады, прошедшие с момента поступления, настолько мозги проели своими наставлениями перед дорогой, что у нас возникло желание от них сбежать. Лучше бы дома сидели.
– Понимаю. Вот только, когда мы отдыхали около озера с девчонками, нам не приходило в голову прыгать в озеро со скалы, которая расположена от кромки воды шагах в двадцати! Как вы собирались до озера-то долетать? К тому же под той скалой множество острых камней.
– Ты уже ответила на свой вопрос. Именно долетать. Палаэль предложил использовать заклинание левитации. Я пытался его отговорить, но где там! Он же упертый, сама знаешь.
– Да уж. – Рокуэл с ногами забралась на мою постель, устраиваясь поудобней. – Но, как я понимаю, сорвался он со скалы не во время этих сомнительных прыжков.
– Ничего мы не успели, – пожал я плечами, – оставили коней под скалой и полезли. А когда до вершины оставалось совсем чуть-чуть, Палаэль сорвался.
– Оступился?
– Нет, с координацией у него всегда было все в порядке. Просто выступ под ногой вдруг раскрошился. Я лез следом за ним, поэтому все видел. Представляешь, обычный выступ! Я бы тоже на него ногу поставил, если бы оказался первым. Ладно бы на нем трещины были, так нет же. Хотел еще попытаться подхватить Палаэля, когда он начал падать.
– И?
– Не успел. Да и позже, после всего, подумав, пришел к выводу, что полетели бы с ним в этом случае вместе. Представляешь? Мы бы оба умерли там от полученных ранений, так как кроме нас на озере в тот момент никого не было. Так хоть я до дому Палаэля дотащил. Я смутно помню, урывками… как спускался, как снимал Палаэля с камней, крепил его к коню, возвращался домой. Потом помню дом Палаэля, выбегающих родственников, короткий разговор с целителями. В себя пришел уже в своей комнате.
– Говорят, что с Палаэлем все в порядке, – заметила Рокуэл.
– Да, – кивнул я, – заходила мать, сказала об этом. Правда, заметила, что послезавтра я еду в академию один. Значит, все-таки повреждения у Палаэля очень серьезные. Им же архимаги занимаются и при незначительных ранах поставили бы на ноги уже к сегодняшнему вечеру. Я даже представить боюсь, что с ним.
– Не волнуйся, все будет в порядке. – Сестра поднялась с кровати и, погладив меня по голове, вышла из комнаты.
Великокняжеский дом Алмазной Короны.
Комната целителей. Капитан Вихрь (Александр)
Темнота.
Открываю глаза, но сфокусировать зрение не получается. Закрываю глаза.
Я что, вчера перебрал? Голова немного побаливает, все кости ломит. Та-а-ак… Пытаюсь вспомнить, что я вчера делал. И с кем. Мать твою, как же голова разболелась! Чувствую, что становится плохо. Очень плохо. Куда-то проваливаюсь…
Иду вместе с майором Тишкиным в штаб округа. Он к нам прибыл из Чечни. Назначили начальником вещевой службы. Здоровый мужик, с явно оформившимся «амортизатором любви». Ну так он сам свой живот называл. Мне самому надо в КЭЧ, но поскольку машину до Екатеринбурга командир выделил одну, пришлось совместить и его дела, и мои. В штабе округа у дежурного подполковника выяснили, что начальник вещевой службы округа заболел. Вместо него остался прапорщик, который ни хрена никому не дает. Видимо, чтоб начальник потом не орал, что дал не то и не тем. Но Тишкина это не остановило.
– Смотри, Саня, и учись, пока я с тобой, как надо прапороидов воспитывать… Обрати внимание, КАК с ними надо разговаривать! Научишься – будешь жить хорошо, все и всегда будет поступать тебе вовремя! – С этими словами Тишкин решительно направился на третий этаж, где, как объяснил дежурный, и находилась резиденция оного прапорщика. Мне почему-то стало его заранее жалко.
К слову будет сказано, по всему штабу округа шел грандиозный ремонт. Все везде завалено, всюду строительные материалы и мусор. Прочие прелести подобных мероприятий в виде праздношатающихся рабочих, постоянно висящей в воздухе пыли, повсеместной грязюки по колено и многого другого, тоже присутствовали.
Добрались мы, значит, до цели – обычной двустворчатой деревянной двери. Ни надписей на ней, ни других обозначений. Но точно – она. Тишкин приостановился и со всего размаху впечатал в эту дверь свою правую берцу сорок последнего размера. Дверь разве что не вынесло с петель! Заходит внутрь со словами: «Ну, здравствуй…» Я за ним. Тут утыкаюсь ему в спину, чувствую – сдает назад. А позади я. Выглядываю у него из-за спины. Картина: длинный стол-взлетка, за ним сидит штук десять полковников, успеваю заметить парочку генералов, а во главе стола – медленно наливающийся кровью первый заместитель командующего Приволжско-Уральским военным округом генерал-лейтенант Мирошниченко. Совещание, видите ли, он тут проводить соизволил. Как впоследствии выяснилось, каморка с нужным прапорщиком находилась этажом ниже, а здесь был кабинет первого зама… Начинаю тоже сдавать назад, уже синхронно с Тишкиным. И тут раздается рев:
– Вы-ы… ты-ы-ы!.. А ну, стоя-а-ать!!!
Из этой обители, в которую мы имели честь так неосторожно войти, мы вышли минут через пятнадцать. Оба красные как раки. С разорванными (в моральном смысле) пятыми точками… Повезло еще, что наша часть московского подчинения, а не окружного.
– Не-э-э, Игорь, – говорю я минут через пять, когда в себя приходить начали, – не буду у тебя учиться с прапорщиками разговаривать. Неприятное это занятие.
Тишкин ничего не ответил, механически перебирая ногами в направлении нашего уазика.
Снова выныриваю из глубин своего сознания. На этот раз попыток открыть глаза не делаю. Попробовал прислушаться к самому себе. Вроде руки целы, ноги тоже чувствую. Тело на данный момент не болит. Вновь пытаюсь открыть глаза. Фокусирую взгляд. Вроде получается. Поворочал шеей – тоже нормально. А что это у нас вокруг? Какое-то сплошное покрывало со всех сторон. Ба-а-а… Да это же похоже на балдахин над кроватью! Точно, у женщины дома оказался. Ну и где я вчера так прекрасно «посидел»? Еще раз попытаемся вспомнить.
И тут воспоминания навалились на меня каменной плитой! И тревога по грозе, и патрулирование по установленному маршруту, и пожар на складе ГСМ, и взрыв цистерны, и накатывающая на меня стена огня. Понимаю, что после такого выжить вероятность слишком мала. Да если бы и вытащили меня каким-то чудом из окружающего на тот момент ада, то ожоги были бы несовместимы с жизнью. Ведь фактически искупался в горящем топливе. Никакой камуфляж не спас бы. Здесь же насколько чувствую свое тело, никаких повязок и тем более ожогов. А может, я уже на том свете? Только больно странный он какой-то, этот «тот свет». Противоречит всем церковным канонам. Там же вроде врата должны быть. И святой Петр на страже их, распределяющий поток душ на праведных при жизни, и неправедных, направляя первых в рай, а вторых – в места, предполагающие наличие печей, расплавленной лавы и других адских прелестей. Да и ощущения слишком реальные, а душа не материальна, поэтому не должен чувствовать свое тело. Так, во всяком случае, мне казалось. И что дальше делать? Хотя, если подумать, за мной кто-то ухаживает. Или нет? Ну в конце концов, кто-то же меня сюда принес? Белье опять же наверняка меняют – пахнет свежестью. Значит, остается только ждать. Может, кто придет и прояснит ситуацию.
На этом попытался абстрагироваться от окружающего мира и ни о чем не думать. Через некоторое время задремал.
Проснулся я от голосов. Мужской и женский, довольно приятные, мелодичные. Только вот говорят на каком-то иностранном языке. Точно не немецкий, его я в школе изучал, но и не английский – его опознать я бы смог. И какие иностранцы в центре России-матушки, да еще на закрытом объекте министерства обороны? Приоткрыл глаза и скосил их в сторону говоривших. Балдахин был откинут, открывая вид на помещение, где я нахожусь. Точно не госпиталь – убранство хоть и необычное, но явно дорогое. В госпиталях все попроще и победнее. Всюду, где только можно, стоят горшочки с цветами самых разнообразных форм и расцветок. Мебель выполнена под антиквариат, причем не фабричного изготовления! Комод, стулья и все прочее явно собраны вручную. Окна чуть прикрыты шторами, на которых что-то изображено. Подробнее из-за складок рассмотреть не удается. Как понимаю, кровать расположена около стены, противоположной окнам.
Тут мой взгляд падает на две фигуры, стоящие чуть правее от окна, находящегося рядом с входной дверью. По всей видимости, от их голосов я и проснулся. В этот момент они решили приблизиться, и мне удалось их рассмотреть подробнее. Та-а-ак, кто тут у нас? Женщина, очень красивая, лет двадцати пяти. М-да! Ну и одеяние у нее! Как помню, подобные платья носили в восемнадцатом-девятнадцатом веках. И то лишь на балах. Сверху с корсетом, внизу очень пышное, состоящее из множества юбок, собранных по принципу матрешки. На плечах накидка. В принципе все вместе смотрится очень красиво. Сама блондинка, глаза темно-зеленые. Контактные линзы? От природы таких глаз не бывает. Слишком большие, да и форма необычная. Миндалевидные они у нее. Ни разу таких не встречал. Наращенные ресницы только подчеркивают эту необычность. Нельзя делать ресницы такими длинными, тут явно мастер по наращиванию перестаралась. Еще какая-то неправильность в ее образе есть, но определить не могу.
Переношу взгляд на ее спутника. Молодящийся дедок с седыми, до плеч, волосами. В длинной мантии зеленого цвета, с посохом. Набалдашник у посоха очень занимательный – по виду ограненный сапфир, вот только размером с кулак. Сколько же это удовольствие стоит?
– Линоэ воаэр Палаэль, ои уариитмой?
Это что, она меня спрашивает? И тут до меня доходит, что именно мне кажется неправильным во внешнем виде этих людей. Уши! Они не как у людей! Заостренные сверху, на самых кончиках!
– Палаэль, заоит смолоон? – Уже дедуля решил обратить на себя мое внимание.
Я откинулся на подушки, закрыл глаза, снова открыл. Посмотрел на посетителей – ничего не изменилось. Либо у меня галлюцинации, либо я в психиатрической больнице. А может, то и другое одновременно? Ведь девушка-то могла сделать себе пластику, нынче на это мода – то грудь, то попа. Вот теперь до ушей добрались. Но дедуле это зачем? Так что явно у меня какие-то видения, не относящиеся к реальной действительности. Закрыл глаза и сосредоточился на себе. Если это сон, то его можно прервать. Необходимо попытаться проснуться.
– А-а-а… – В буквальном смысле слова я подскочил на кровати, после того как что-то острое вонзилось мне в предплечье. Пытаюсь понять, в чем дело. Да это же дедуля в меня какую-то иголку воткнул с шариком на конце! И сейчас этот шарик внимательнейшим образом рассматривает.
– Дед, а ты разом не?! Ты что сейчас вообще сотворил? Из ума выжил? – уже сидя на кровати и держась за поврежденное место, орал я на дедушку. И тут остановился. Молча осмотрел место укола, которое до сих пор ныло. До меня вдруг дошло, что если бы это был сон, то от таких болевых ощущений я ОБЯЗАТЕЛЬНО бы проснулся. На галлюцинацию все окружающее уже не похоже. Значит, это все со мной ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПРОИСХОДИТ?!
Молча сижу, уставившись в одну точку, и пытаюсь осмыслить ситуацию. Поднимаю руку, ощупываю свое правое ухо. Оно тоже кверху заостренное. Начинаю тайком осматривать себя, пока эти двое между собой разговаривают. Прихожу к выводу – тело не мое! Это не я!
Что я? Где я? Что со мной произошло? Делаю попытку встать, но тело плохо слушается. В итоге падаю на кровать. Ко мне сразу подскочили эти двое, что-то мелодичными голосами мне прощебетали и помогли нормально лечь. Далее дедушка прикоснулся к моему лбу, и я в очередной раз провалился в неизвестность.
Архимаг Достамионииль и королева Леса Бииниэль
– Ну что скажешь, Достамионииль?
– На этот момент физически он здоров. Слабость есть, но пройдет уже к завтрашнему утру, ваше величество. Я вместе с дежурным целителем не только устранил все переломы и внутренние кровотечения, но и восстановил кожный покров. Даже синяки убрал.
– Прошу, не надо официоза! Ты меня с младенчества нянчил. Так что наедине прошу обращаться просто по имени, ты же знаешь. – Бииниэль подошла к окну и прикрыла занавески. – А сейчас я спрашиваю про его психическое состояние. Создалось такое впечатление, что он нас не узнал. Меня! Родную мать! Заговорить попытался на незнакомом языке. Я знаю их в общей сложности восемнадцать, включая два подгорного племени, наречие горных троллей и шесть человеческих!
– Действительно, все это странно. – Достамионииль задумчиво посмотрел в сторону Палаэля и подошел к Бииниэль. – Я тебя не стал ранее беспокоить, но теперь все-таки скажу. У него есть незаметные изменения подаурных полей. Незначительные, ты их разглядеть не сможешь…
Тут Достамионииль задумался. Бииниэль молча стояла и ждала продолжения.
– Но тем не менее они оказали свое воздействие и на саму ауру. Поначалу я думал, что это результат моего магического воздействия во время лечения. Сейчас же уверен в обратном. Я здесь ни при чем. «Игла вдоха» как раз позволяет это увидеть. Если ты приглядишься внимательно, то заметишь, что при неизменных основных параметрах косвенные видоизменились таким образом, что усиливают некоторые эффективные показатели. Например, энергоемкость. Она повысилась, причем значительно. В разы! По этому показателю он равен магам второй ступени развития, и это до начала обучения в академии! – Достамионииль разволновался, что было нехарактерно для старого эльфа. – На данный момент с уверенностью могу сказать, что перед нами потенциальный архимаг, один из сильнейших известных миру! А ведь до падения его максимумом в магии была четвертая ступень развития. Хотя ты и сама об этом знала. Мне жаловалась на это, и не раз. Скорость кастования заклинания тоже должна была увеличиться, другие показатели… Это мы увидим в будущем. Буду периодически навещать его в академии, смотреть, как он развивается. Психически он тоже здоров.
– Хоть в чем-то есть плюсы. – Тяжело вздохнув, Бииниэль подошла к спящему сыну. – А с памятью что делать? И откуда эти непонятные фразы на каком-то языке?
Достамионииль пожал плечами:
– Незнакомые слова могло сформировать его подсознание в процессе лечения. Черепную коробку-то тоже пришлось сращивать. Может, мы случайно задели те области мозга, которые отвечают за формирование речи. Успокойся, ничего страшного в этом нет. Пригласим мага-менталиста, и он все быстро приведет в норму. Так что не волнуйся.
– Не могу не волноваться. А еще ему в академию ехать уже пора. Я не хочу его сейчас отпускать!
– Никто не заставляет тебя отправлять его сегодня или завтра, – Достамионииль, улыбаясь, направился к выходу, – отправишь послезавтра. Думаю, на один-два дня опоздания в академии ничего не скажут. Тем более что я обязательно предупрежу об этом ректора. Ну пойдем уже, надо менталиста сюда пригласить.
Тихо прикрыв за собой дверь, они покинули помещение.
Где-то в иных планах бытия.
Архидемон Непот
И что теперь делать? Сознание я перенес, тело и его энергетическую составляющую усилил, а синхронизировать память человека с памятью эльфа не удосужился. В итоге человечек не может воспользоваться воспоминаниями эльфа. Может, так и оставить? Да нет, нельзя. Сейчас приведут мага-менталиста, пусть и слабого. Хотя все относительно. Для меня он слабенький, а для этой планеты – архимаг ментальной магии. Так вот, он быстро разберется, что в данном теле другое сознание. Убьют сразу человечка, и, следовательно, я не выполню обязательств. Надо помогать, вытаскивать человечка со дна отхожей ямы. Так… Память синхронизировал, двигательные воспоминания эльфа тоже на сознание человечка наложил… вроде все. Нет, не все. А вдруг его убьют в каком-нибудь поединке на мечах? Они же дуэли практикуют не только магические. Дерутся палками, которые гордо именуют мечами. Это они моего клинка Звездной Смерти не видели. Сделанный из сплава палладия с небольшим количеством серебра и смесью других металлоидов, с наложенными на него в процессе изготовления заклинаниями, многократно увеличивающими исходные характеристики металла – вот это клинок! А человечку (вернее, уже эльфу, но как назвал, так назвал) еще дополнительно физические характеристики усилю… А вот теперь все.
Капитан Вихрь
Проснулся. Лежу, обдумываю сложившуюся ситуацию. Вдруг обнаруживаю, что к моим воспоминаниям примешиваются посторонние образы, видения. Попробовал на них сосредоточиться…
Ешкин кот! Такое впечатление, что жил какой-то параллельной второй жизнью, о которой до этого ничего не знал! В образе некоего Палаэля.
Удивляться уже нет сил. Воспринимается все как-то спокойно, будто произошло с кем-нибудь другим, а я смотрю на это со стороны. От третьего лица. Понимаю, что это защитная реакция организма, дабы с ума не сойти. Вот они, последствия сильнейшего стресса.
Все, стоп! Попытаемся обдумать!
Цистерна с топливом взорвалась. Шансов выжить у меня не было. Я погиб.
Но в то же время сейчас я все чувствую и осознаю. Как сказал Декарт: «Я мыслю – значит существую».
С другой стороны, тело мне не принадлежит. То есть сейчас, конечно, оно мое, но до моего осознания себя в нем моим не являлось. В нем жил кто-то другой. Бред. Как о шубе рассуждаю… И тем не менее это так. Получается, после смерти мое сознание, или душа – ну не разбираюсь я в таких тонких материях, – вместо того чтобы проследовать в наш родной земной потусторонний мир в виде рая или ада, попало в другое тело, проживающее явно в ином мире. К тому же принадлежащее явно не человеку. Насколько помню мифологию, заостренные уши имеют только эльфы. Точно. Я же смотрел «Властелина Колец»! Там только у эльфов такие уши, какие я имел честь лицезреть у той парочки. Да что там говорить, я сам являюсь счастливым обладателем точно такого же девайса!
В чем еще есть различия между людьми и эльфами?
Вроде как у последних более долгий срок жизни. Или нет? Как бы это выяснить…
А что я, собственно говоря, торможу?! Судя по всему, эти обрывки образов и видений не что иное, как память того эльфа, сознание которого жило в данном теле! До моего пришествия…
Ничего не стоит обратиться за информацией к его памяти и после этого уже делать какие-либо выводы.
Решено, сейчас попытаемся разобраться с головой. Точнее, с ее содержимым. Вот, это мое детство, вот я пошел в школу, здесь учусь скрываться в чаще леса… Тьфу! Это явно не мое.
Далее, первая любовь в шестом классе к Ленке Сидорук. Вот Истамирэль предлагает добавить немного краски в маленькое озеро, где любят купаться все девушки. А я в лаборатории у наставника Галантилиэля, обучавшего нас основам алхимии, по ошибке взял мощнейший несмывающийся краситель…
Нет, так не пойдет. О себе-то я и так все знаю. Нужно сосредоточиться как раз на воспоминаниях этого Палаэля.
Родился он (получается, уже я) сто с лишним лет назад в семье великого князя Исиля.
Мать – королева Леса Бииниэль. Да это та самая женщина, которая меня навещала!
Интересно, почему отец – великий князь, а мать – королева? По логике, должна быть великой княгиней. Пытаюсь найти нужное воспоминание. Это не то. Это тоже.
Ага, вот. Нашел. Все мужчины, стоящие во главе правящего дома, а значит и всего Леса, назывались великими князьями. Так было всегда, сколько существует история эльфов.
А вот как раз с королевой все не так однозначно. Примерно девять тысяч лет назад великий князь нашего Леса (имени Палаэль не запомнил) вынужден был пойти на союз с дроу (темными эльфами) в войне против Нитской империи людей (существующей и по сей день).
Нитская империя на тот момент только образовалась путем объединения четырех королевств под властью одного короля-завоевателя, провозгласившего себя после этого императором. Новоявленный император останавливаться на достигнутом не собирался и продолжил свои завоевательные походы, подминая и включая в состав своей империи все новые территории. Это продолжалось более двадцати лет, пока южная граница империи, раскинувшейся к тому моменту на пятую часть материка, не соприкоснулась с границей Леса. Первый год прошел в относительно мирных добрососедских отношениях, если не принимать во внимание мелкие пограничные стычки, а в начале второго года гигантская армия людей подошла к границам. Разведчики Леса доложили в Верховный Совет о приблизительном количестве живой силы противника и числе привлеченных магов. После трех дней дебатов Верховный Совет, возглавляемый великим князем Леса, пришел к неутешительным выводам: с имеющимися силами военную экспансию не остановить. Еще два дня непрерывающихся заседаний у Совета ушли на поиски выхода из этой ситуации. И выход был найден. Но какой!
Совет принял резолюцию об отправке миссии в подземелья к дроу с просьбой об оказании помощи и создании полноценного военного союза против империи. Также было предложено правительнице дроу выдать замуж одну из своих дочерей за великого князя Леса, на тот момент еще холостого.
Это был поистине беспрецедентный шаг!
Миссия порталами была отправлена к дроу. И через две недели к Лесу подошла армия дроу, ведомая одной из принцесс… Союз был заключен!
После трех кровопролитных битв армия людей перестала существовать.
Между прибывшим императором и великим князем был заключен вечный договор о мире.
В итоге империя людишек (меня удивило столь ярко выраженное презрение Палаэля к расе людей) обратила взоры на другие свои границы, точнее на других соседей, а великий князь и принцесса дроу прошли через великое таинство, став мужем и женой. Только вот становиться княгиней она не захотела, потребовав введения титула королевы Леса (у них в подземельях, видите ли, была королева) для супруги великого князя. Вот с тех пор у нас в Лесу есть королевы.
С Нитской же империей, несмотря на вечный договор о мире и добрососедстве, состоялось еще около десятка войн и до сих пор идут частые пограничные стычки.
В последние двести лет оба государства стараются развивать торговлю друг с другом. В связи с этим образовался даже пограничный город под названием Альбион, через который идет основной товарооборот между двумя государствами. Город очень крупный, несмотря на то что был образован совсем недавно, около ста семидесяти лет назад. Населения в нем насчитывается приблизительно семьдесят тысяч разумных существ, являющихся представителями различных рас. Эльфы в нем стараются не селиться, все-таки им уютнее среди деревьев, но несколько эльфийских кварталов все же есть. Архитектура их максимально приближена к архитектуре обычных эльфийских городов – все утопает в зелени, и дома представляют, по сути своей, деревья, видоизмененные магией до неузнаваемости. Такие деревья внутри полые, с перегородками, конфигурацию которых задает маг-растильщик во время роста такого дерева.
В империи есть магический университет, пожалуй, самое сильное учебное заведение в известном мире. По уровню превосходит даже Академию магии Леса. Не сказать, что по мастерству выпускников, но по количеству учащихся и изучаемых предметов точно. Здесь изучаются такие предметы, как некромантия, темная магия, демонология. В нем можно встретить представителей всех рас, существующих на Эрионе. Так местные называют свою планету.
В последнее время там обучается довольно много эльфов. Присутствуют эльфы и среди преподавательского состава. Но представителей высшей аристократии там нет, поскольку последних, в целях безопасности, не выпускают из Леса. Логично, что в университете большинство студиозов составляют представители расы людей. Гораздо меньше гномов, орков, эльфов, ситахов. И в единичных вариантах попадаются тролли.
С этим пока все ясно. Теперь по самой планете. Называется Эрион. Кто и почему так назвал – неясно, но так ее называют все живущие на ней расы. Состоит из двух континентов – Лапира и Сотэка, со всех сторон омываемых океаном. Здесь его считают одним, не проводя условных границ на несколько океанов и морей, как на Земле. Крупнейшим из двух континентов является Лапир, на нем и находится мой Лес. Сотэк в три раза меньше. На Лапире, помимо Леса и империи, есть еще одиннадцать человеческих королевств, два гномьих, расположенных под Каменным Хребтом, который начинается от южной стороны Лапира и проходит через две трети материка, практически деля его на две равные части. Далее государство ситахов, Плиних. Второе по размерам на континенте, после империи, примерно в три раза ее меньше. Находится на южной стороне континента, отделено от империи Каменным Хребтом.
Кстати, Лес идет на почетном третьем месте, деля вместе с империей восточную часть Лапира. Причем таким образом, что проход на западную часть континента есть и у нас, и у империи.
Подземелья северной части Каменного Хребта занимали дроу, постоянно беспокоя своими набегами всех соседей, включая империю. Но лезть, разбираться с ними в подземельях ни у кого особого желания не возникало. Разве что империя лет пятьсот назад попробовала отправить одну из своих армий, которая благополучно в подземельях дроу и сгинула. Больше попыток не было. В итоге все соседи дроу и справа и слева от Хребта перед выходами из подземелий понаставили мощных крепостей и фортов, защищающих торговые пути и города.
На западе от Хребта располагались в большом количестве человеческие королевства, степи орков, живущих родами, не образовывая единого государства, ситахи, тролли, на болотах проживали племена гоблинов.
Вроде по географии все. По второму материку просматривать воспоминания пока не буду. Особой нужды нет.
Лучше информацию по Лесу «вспомню».
В Лесу довольно много городов. Столицей значится Иль-Эроа. Здесь находится дворец правящего дома Алмазной Короны, князем и прямым наследником которого я и имею честь быть. Отношения с родителями очень хорошие, хотя, с моей точки зрения, несколько прохладные. Есть друг – конт Истамирэль. Вот с кем Палаэль действительно часто общался. А что, если кто-нибудь из них поймет, что Палаэль и не Палаэль вовсе? Что будет?
С другой стороны, обратимся к опыту моей исторической Родины – как там поступали с самозванцами в Средние века? Ведь эти аборигены от нашего Средневековья недалеко ушли. В костер кинут или на дыбе… того… Нет, пусть лучше все думают, что перед ними Палаэль. Будем пытаться его копировать, опираясь на полученную от того в наследство память.
Тут мои размышления прервал стук в дверь.
– Князь Палаэль из дома Алмазной Короны, позволите к вам войти архимагу Ситилю из дома Грибной Поросли?
Ва-а-ау! Грибной Поросли? Я не ослышался? Да с ними не соскучишься! Ну и название. Главное, не смеяться, услышав подобное.
А вопрос-то мне задали не на русском языке! Я понимаю эльфийский? Интересно, а почему ту парочку не понимал? Может, с памятью осваиваться начал, потому и понял?
– Князь Палаэль из дома Алмазной Короны, позвольте…
Черт, отвечать же надо, срочно. Как там? Ах вот…
– Я, князь Палаэль из дома Алмазной Короны, позволяю войти архимагу Ситилю из дома Грибной Поросли.
По-моему, все правильно сказал, по этикету.
Дверь открылась, и в комнату зашел статный эльф с посохом в руке. Только набалдашник у посоха красный. Рубин? За ним зашла моя мать, королева Леса Бииниэль.
– Князь Палаэль, я, архимаг Ситиль из дома Грибной Поросли, прибыл по приглашению вашей матери, королевы Леса Бииниэль. Архимаг ментальной магии. Позвольте мне осмотреть вас?
Он что, у меня в мозгах ковыряться собрался? Ведь поймет же, кто я! Этого допускать нельзя. Не испытываю никакого желания узнать, как местные разбираются с самозванцами.
– Уважаемый архимаг Ситиль из дома Грибной Поросли, полагаю, что сие приглашение было преждевременным, поскольку состояние мое, смею вас заверить, опасений сейчас вызывать не может. И физически, и психически, что требовало бы вмешательства вашей многоуважаемой персоны!
– Уважаемый князь Палаэль из дома Алмазной Короны! – Ситиль чуть поклонился. – Вы уверены?
– Уважаемый архимаг Ситиль из дома Грибной Поросли, я уверен в своих словах и не отказываюсь от них.
Архимаг замешкался, посмотрел на мою мать, но та только покачала головой. Не решилась подвергнуть меня процедуре ментального обследования насильно. Ситиль пожал плечами. Выражение лица – каменное, никаких эмоций. Хотя я, будь на его месте, был бы раздражен тем, что меня зря оторвали от дел.
– Хорошо, уважаемый князь Палаэль из дома Алмазной Короны. Очень рад, что вы себя прекрасно чувствуете. Позвольте покинуть вас?
– Да, уважаемый архимаг Ситиль из дома Грибной Поросли. Был счастлив видеть вас под сенью листвы моего дома.
Ситиль, слегка поклонившись, вышел из комнаты. Уф… С первым разобрался.
Теперь экзамен посложнее.
– Приветствую тебя, мама…
Глава 2
Капитан Вихрь (князь Палаэль)
И вот я направляюсь в Академию магии. В крытой карете, под охраной десятка гвардейцев нашего дома и одного мага третьей ступени развития.
Разговор с матерью вышел тяжелым. Она устроила мне форменную промывку мозгов а-ля замполит на тему моего легкомысленного поведения и поступков, недостойных наследника великого князя Леса. Дескать, пора браться за ум, зарабатывать репутацию серьезного эльфа. В легкомысленности моего предшественника я был полностью согласен. Все поступки, которые он совершал, были свойственны десятилетнему ребенку. Я понимаю, конечно, что совершеннолетие у эльфов достигается по истечении порога в сто лет жизни, но все же…
Я совершенно искренне раскаялся в «своих» поступках и попросил прощения у матери за «свое» недалекое поведение, попутно пообещав отныне более серьезно относиться к жизни.
Услышав это, мать, до этого хмурясь и нарезая круги по комнате, остановилась и аж рот приоткрыла от удивления. Что не так?
Блин… Подобная фраза, которую я только что выдал, была крайне нехарактерной для Палаэля! Обычно он начинал спорить, оправдываться, приводить какие-то нелепые (с моей точки зрения) аргументы, показывающие необходимость свершения тех или иных глупых поступков (иначе я назвать их не могу).
– Видимо, полученная травма головы действительно оказала благотворное влияние… – тихо, себе под нос, пробормотала Бииниэль.
Слава богу, все несоответствия в поведении она списывала на травмы, полученные при падении со скалы.
А ведь это идея! Все несоответствия в моем поведении можно списывать на перенесенные травмы и последующее их лечение! А если кто усомнится и начнет проверять, выясняя некоторые моменты в моей (Палаэля) жизни, – так память-то его при мне!
Уже легче.
– Хорошо. Рада, что ты начал это понимать, – Бииниэль внимательно посмотрела на меня, – завтра тебе будет необходимо покинуть тень листвы родного дома и направиться в академию. Ты готов?
– Да, мама, готов. Просто словами не могу передать нетерпение продолжить совершенствоваться в стенах такого прославленного заведения, коим является наша академия. Сейчас понимаю всю глубину моих заблуждений, которые выражались в легкомысленном отношении к учебе.
У Бииниэль от природы огромные глаза. Так вот, сейчас они стали поистине гигантскими!
Она подошла и присела на соседний стул.
– Даже так? Я была убита горем, когда мне принесли весть о твоем падении с той скалы и упомянули, что твои шансы выжить минимальны, даже при вмешательстве архимагов. Но сейчас вижу, что без воли богов здесь не обошлось. Они сопутствуют нашему дому.
– Мама, я многое осознал, пока лежал и восстанавливался после полученных травм…
Я, изображая волнение, вскочил со стула и начал расхаживать по комнате – так удобнее было сосредоточиться на том, что говорить, а о чем лучше умолчать.
– …многое переосмыслил. Как я жил? Да никак! Постоянно в поиске развлечений, по большей части глупых, не имеющих никакого смысла. Думал лишь о себе, абсолютно не учитывая мнений близких мне эльфов. – Я остановился, картинно заломив руки. – Но так нельзя! Пришло время меняться! Отбросить все старые привычки, научиться отвечать за свои поступки, нести ответственность за любые действия, за любую произнесенную фразу!
Мать, наклонив голову к плечу, внимательно слушала мой монолог.
– Мне исполнилось сто лет, – продолжил я, – именно тот возраст, который, как я считаю, должен стать переломным в жизни. Мама, клянусь, что с этого момента все увидят другого Палаэля – целеустремленного, который точно знает, чего хочет от жизни, и добивается своих целей, не останавливаясь на полпути. Палаэля, которым дом будет гордиться! Конечно, я понимаю, что никто не застрахован от неправильных поступков, но я буду стараться.
Мать подошла ко мне, остановилась напротив и заглянула в глаза. Я смотрел прямо, с огнем истинной веры в то, что говорю. По крайней мере постарался, чтобы все так выглядело.
– Я не знаю, что на это сказать, Палаэль. Просто знай, что твой дом с тобой. Здесь ты всегда найдешь поддержку. – Она первая отвела взгляд, обратив его к окну. – То, что я сейчас услышала, так необычно звучит из твоих уст… Но знаешь, я тебе верю. Жаль, что отец находится с посольством у дроу и не имеет возможности тебя слышать. Он бы остался доволен. Ну а сейчас, Палаэль, собирайся в дорогу…
В общем, тяжелый был разговор. Но все сложилось как нельзя лучше. Сейчас я еду в карете. До академии два дня пути, один мы уже проехали, остановившись на ночь в заведении, очень напоминающем земную мини-гостиницу. Только с огромным обеденным залом на первом этаже. Местный трактир, видимо. И уже к сегодняшнему вечеру должны достичь стен академии.
Ехали мы спокойно, разбойников в эльфийском Лесу отродясь не бывало. Дорога, которую местные гордо именуют трактом, по своему качеству мало чем отличалась от российских образцов. Здесь, что ли, тоже деньги, выделенные на ремонт, разворовывают? Нет, судя по воспоминаниям, подобное воровство эльфам несвойственно. Они даже понятие «отката» не изобрели! Дикари!
Из тех же воспоминаний узнаю, что почти все дороги в Лесу делали гномы и по всем параметрам они не уступают немецким автобанам. Только мастерам-гномам после сдачи работ маги-менталисты слегка подчистили память, естественно, с согласия самих мастеров. Даже не представляю, во что это обошлось казне Леса.
И только дорога в академию ремонтируется силами ее студиозов. Нет, не вручную. Магию используют. В среде преподавателей, видите ли, считается модным наказание, применяемое в отношении нерадивых слушателей, – отправка на ремонт этой самой злосчастной дороги. Причем не учитывается, маг земли ты или обычный целитель.
А что у нас с магией? Вспоминаю, как просматривать основные показатели ауры – ее энергоемкость, плотность насыщения, вариативность и прочее. Для этого надо перейти на иной уровень зрения, когда видишь не глазами, а какими-то ощущениями. Как-то так. При этом картинка окружающего тебя мира формируется у тебя в мозгах. Объяснить вряд ли смогу – сам не понимаю, как так получается.
Так-с, приступим.
Что-то я не понял… Картина, отложившаяся в памяти Палаэля, резко отличалась от той, которую лицезрю сейчас.
Во-первых, аура по своему объему гораздо больше. Если раньше внешние ее границы отстояли от тела сантиметров на двадцать, то сейчас я их видел в четырех метрах от себя!
Во-вторых, плотность ауры стала раза в три выше.
Что это значит? А значит, что энергоемкость у меня соответствует уровню между первой и второй ступенями развития! Это уже близко к наивысшему. Такого немногие эльфы достигают. А если достигают, то лишь лет через пятьсот – шестьсот занятий магией. Всего уровней восемнадцать (возрастание силы идет в сторону единицы) плюс высший – уровень архимага. Самые лучшие показатели среди поступающих в академию приближаются к четырнадцатому уровню развития. Прежний мой уровень был семнадцатый. Да, наверное, все окружающие в шоке были, когда увидели перед собой такое чудо – бессознательное тело, аура которого буквально на глазах «раскачивается» до таких параметров! Вот где начинаешь поминать богов. Даже не буду задумываться над тем, как это получилось. Может, при внедрении сознания человека в тело эльфа всегда так бывает? Ха… Примеров-то у меня перед глазами великое множество – я один.
Что нам дает подобная энергоемкость? Еще раз обращаемся к воспоминаниям.
Да все просто отлично!
Дело в том, что все заклинания обладают определенным уровнем энергопотребления для приведения их в действие. То есть чем выше энергоемкость заклинания, тем больше энергии надо отдать, чтобы его активизировать. И чем сложнее заклинание, тем больше энергии оно «кушает». По простейшим магическим конструкциям ситуация проще – здесь вложенное количество энергии обозначает мощность заклинания на выходе. Если раньше я мог сформировать с десяток огненных шаров диаметром сантиметров двадцать, то сейчас…
Подсчитываем (система расчетов услужливо всплывает в памяти)… И получаем около трехсот шаров, диаметром три метра каждый! Ничего себе!
По сложным заклинаниям, ни одного из которых не знаю – видимо, в академии дают, все не так просто. Сила и на активацию нужна, и на обеспечение определенного уровня мощности.
Энергия берется из ауры мага. Вот и получается, что чем выше у мага «заряд», тем на большее количество кастуемых заклятий его хватит, плюс возможность использования заклинаний с высоким энергетическим порогом активации.
Смотрим далее. Быстродействие. Определяет количество заклинаний, которое маг может составить и активизировать в единицу времени. С этим все еще интереснее.
Каждое заклинание имеет свою конструкцию. Заклинание «воздушное копье», относящееся к простейшим, имеет форму декаэдра. Для активации достаточно мысленно его представить, затем конструкцию опять же мысленно перенести в область магического зрения, напитать энергией из ауры и задать вектор движения. После этого активация.
Для меня все просто, но вот у многих местных обитателей с пространственной геометрией просто беда. Точнее, с представлением последней, что называется, «в уме». Дошли до того, что некоторые маги наносят нужные конструкции заклинаний на клочки бумаги или деревяшки, обрабатывают эти каракули своей энергетикой и таскают с собой, чтобы в случае чего использовать. После одного использования эти клочки бумаги сгорают, поскольку через них проходит большой объем энергии, насыщая изображенную конструкцию. По-моему, с таким методом работы ни о каком быстродействии речи идти не может. Подобное актуально только с самыми сложными конструкциями. Конечно, это не касается сильных магов, начиная где-то с четвертой ступени развития. Те никакими бумажками не пользуются. Как правило, не достигнуть такого уровня, если не развито пространственное мышление. Хотя бывают и исключения из правил, когда природные способности к магии впечатляющие, а совершенствоваться и развиваться индивид не может, поскольку не в состоянии запомнить заклинание.
В своей общей массе местные маги весь тест по быстродействию выполняют в уме, используя только простейшие заклятия, и то разучивают их до автоматизма. Остальные конструкции рисуют на бумаге, хотя и делают это по памяти. Рисунки, надо признать, получаются очень красивые, пространственные. Хорошо, что у меня с пространственной геометрией никогда проблем не было.
Далее. Вариативность. Это способность мага оперировать заклинаниями различных стихий. У Палаэля была предрасположенность к стихиям воздуха и огня, а также к магии растильщиков, изучающей воздействие на местную флору и фауну.
Как с этим обстоят дела сейчас – определимся уже в академии, поскольку выяснять эти предрасположенности Палаэля не учили.
На этом мои размышления были прерваны начальником охраны.
– Ваше высочество, мы приехали.
Выглянул из кареты и увидел, что мы остановились у ворот. За стеной, в которой и находились эти ворота, возвышалась огромная цитадель. Каменная! Я думал, что эльфы к подобным постройкам относятся с неодобрением. Видимо, у них имелись какие-то особые причины на размещение академии в таком месте.
Надо признать, внешний вид крепости внушал трепет. Она была окружена высокой, почитай шестиметровой стеной, сложенной из разных по величине камней, идеально подогнанных друг к другу. По верху стены вилось растение, внешне похожее на земной плющ. С большой долей вероятности оно выполняет какие-то охранные функции.
Главное здание цитадели возвышалось метров на сто. По углам стены стояли монументальные башни. Все сооружение по архитектуре очень напоминало смесь готического и романского стилей, но как красиво смотрелось!
– Ну и? – Не понимаю, почему дальше-то не двигаемся.
– Нам дальше нельзя. Вход разрешен только для преподавателей и студиозов академии, а также великому князю Леса и королеве Леса, а также, по определенным дням, родителям студиозов и лицам, приглашенным ректором академии.
– То есть, хотите сказать, что дальше я должен идти на своих двоих, неся на себе весь свой багаж?
– Именно так, ваше высочество.
– Хорошо. Аккуратно выгружайте мои вещи и ставьте перед воротами.
Сам вылез из кареты, подошел к воротам и постучался. Реакции никакой. А солнце между тем уже на закате. Хорошо бы и расположиться успеть в выделенной комнате, а здесь пока достучишься…
Решил постучаться еще раз. Ногой. Снова реакции ноль.
Что теперь? Ночевать перед воротами? Это что, местный курс молодого бойца?
Мы люди (теперь уже эльфы) не гордые, еще раз постучимся. Начинаю злиться. Я два дня в дороге провел, а по прибытии на место меня пускать не хотят.
И тут свершилось! Открылось маленькое окошко в воротах, и в нем показалась заспанная физиономия молодого эльфа, судя по цвету мантии – студиоза водного факультета.
– Тебе чего? – спрашивает.
Не понял, а где наш прославленный эльфийский этикет?
– Так, мимо проходил, решил зайти, посмотреть на быт, установившийся в академии со времен последней войны с империей, – со злой иронией в голосе ответил я.
– Посторонним вход запрещен. Если идете мимо – вот и идите своей дорогой, – и закрыл окно.
А вот это уже хамство. Такого нельзя прощать. Спустишь один раз, потом получишь в десятикратном размере.
И, покачав головой, отошел от ворот подальше. Ну что ж, проведем урок вежливости для данного студиоза. Тем более за этот урок мне ничего не будет. Не думаю, что маги решатся наказать наследника великого князя. По крайней мере в первый же день прибытия.
Начальник группы охраны дома Алмазной Короны
мастер клинка Ирантиль
С выгрузкой вещей князя Палаэля закончили. Да и немного тех вещей было – пять тюков. Гораздо меньше, чем от князя можно было ожидать. Знаю не понаслышке. Пять лет назад сопровождал его на бал, проводимый в доме Пурпурной Розы. Вещей было раз в пять больше, и всего на четыре дня! А здесь – на все обучение в академии…
Да и князь сам на себя не похож сейчас. Весь путь в карете просидел не высовываясь. В прошлый раз, по дороге на бал, чего только не натерпелись. И нелепые проверки рейнджеров на тему – спят или не спят в карауле, и попытки вместе с Истамирэлем из дома Изумрудного Клинка убежать от охраны в лес с целью поохотиться…
Говорят, что такие изменения в характере князя произошли после недавнего его падения со скалы. Тогда знакомый целитель, который принимал тело князя, по секрету сказал мне, что тот уже не жилец. Ан нет, выкарабкался.
Обуреваемый этими мыслями, Ирантиль уже собирался скомандовать выдвижение группы домой, но что-то привлекло его внимание. На интуитивном уровне. Обернувшись, успел заметить, как окошко перед самым носом князя Палаэля захлопнулось. Увидел, как последний осуждающе покачал головой, отошел от ворот и активировал над собой огненный шар.
«Боги! Ну и сила!» – успел подумать Ирантиль, глядя на исполинский огненный шар диаметром около двух (!) эвелей, а в следующее мгновение шар сорвался в сторону ворот. Через какой-то миг произошел взрыв, потрясший весь холм, на котором располагалась академия.
Ирантиля и его рейнджеров от вызывной волны спасли защитные амулеты, образовавшие на пути последней защитное поле.
– Ага, изменился! Как же! – пробормотал Ирантиль и скомандовал своим эльфам выдвижение домой.
Перед главными воротами Академии магии Леса
Буйство огня продолжалось недолго, буквально несколько тим. Когда зарево от пламени спало, стал виден молодой эльф, с невозмутимым видом созерцающий неповрежденные ворота академии. По всей стене и воротам, если кто-нибудь посторонний взглянул на них «иным» зрением, пробегали сине-зеленые всполохи, с каждым мгновением теряя свою яркость. И уже через десяток тим все вернулось в исходное состояние, в каковом и пребывало до проведения магической атаки со стороны юного князя.
Вокруг стояла неестественная тишина, даже вездесущие птички не решались потревожить ее своим щебетанием. И в лучах заходящего солнца вся картина выглядела несколько сюрреалистично – создавалось впечатление, что одинокий путник решил бросить вызов чему-то величественному, огромному, представленному в виде возвышающейся над ним громады цитадели.
И тишина.
Так прошла одна терция, другая…
По истечении пятой терции ворота начали медленно отворяться. Приоткрывшись где-то наполовину, створки остановились, и из образовавшегося прохода вышел древний старик в белоснежной мантии ректора академии. Следом за ним появились эльфийка в красной мантии факультета огненной стихии и эльф, облаченный в голубую мантию факультета воздушной стихии.
Подойдя к Палаэлю, троица остановилась.
– Кто ты, осмелившийся бросить вызов академии? – спросил ректор, внимательнейшим образом рассматривая молодого эльфа.
– Я тот, кто пришел почерпнуть знаний и мудрости, коих в Академии магии Леса больше, чем где-либо в другом месте, но нашедший здесь пока лишь грубость и неуважение к своей персоне. – Палаэль почтительно поклонился.
До этого хмурившийся ректор нахмурился еще больше.
– Извольте объяснить, в чем выразились те грубость и неуважение, толкнувшие вас на столь необдуманный поступок?
Палаэль твердым взглядом посмотрел ректору прямо в глаза.
– Извольте, расскажу. Не поинтересовавшись, кто я и с какой целью пришел в обитель знаний, ответственное лицо, исполняющее обязанности привратника, посоветовало мне продолжить свой путь далее, минуя стены академии по широкой дуге.
Лица всей троицы удивленно вытянулись, а затем ректор повернулся к воротам, где стоял студиоз, не пожелавший беспокоить никого из преподавателей и столь необдуманно отправивший пришедшего куда подальше. Студиоз, мигом сообразивший, что речь идет о нем, быстро юркнул внутрь, за ворота, справедливо рассудив, что в этот момент лучше не показываться на глаза.
Ректор вновь повернулся к Палаэлю:
– М-да… С этим мы разберемся позже. Насколько я понимаю, мы имеем честь наблюдать перед собой князя Палаэля?
– Истинно так. – Палаэль почтительно поклонился. – Приношу свои извинения за причиненные неудобства. Мне действительно неловко, что в результате моих действий вам пришлось лично выходить разбираться с нарушителем, то есть со мной. Но, насколько помню, я не имел чести быть вам представленным.
Ректор и сопровождающие его лица едва заметно улыбнулись, эльф с эльфийкой даже переглянулись за спиной ректора.
– Да? Действительно. Я ректор Академии магии Леса архимаг Ласиль, – ректор, представившись, слегка наклонил голову, – меня сопровождают мой заместитель и по совместительству декан факультета огненной стихии архимагесса Синтиль, – эльфийка тоже с легкой улыбкой на губах преклонила голову, – и начальник службы безопасности академии, маг первой ступени развития Коронтоэль. – Представленный маг повторил жест эльфийки.
Тут ректор на мгновение прервался и, вздохнув, продолжил:
– Ну а то, что вышел лично… Это из простого любопытства. Интересно, знаете ли, посмотреть на индивидуума, решившегося атаковать академию в одиночку. Даже группе архимагов такое в голову бы не пришло, ведь академия стоит на основной линии Силы, и в ее стенах много сильных магов, не беря в расчет студиозов, из числа которых тоже есть довольно сильные маги – четвертой-пятой ступени развития. Это с выпускных курсов, естественно… Выйдя же, узнал в нарушителе спокойствия вас, князь. Ваш внешний образ вместе с параметрами ауры передал архимаг Достамионииль во время нашей встречи в астральном слое. Кстати, еще он мне поведал о ваших увеличившихся возможностях. Но то, что в данный момент я перед собой вижу, просто невероятно! Ну да ладно… Пройдемте внутрь. Уважаемый Коронтоэль поможет вам с обустройством.
Маг первой ступени Коронтоэль согласно кивнул, после чего все вместе направились к воротам.
– Впредь, конечно, попрошу решать подобные проблемы другими способами, – обратился к Палаэлю Коронтоэль, – сейчас же студиоз… – В этот момент они проходили через ворота, мимо того самого привратника, и Коронтоэль пристально посмотрел на него.
– Студиоз шестого курса факультета водных стихий Саниэль, – вытянувшись по струнке, представился тот.
– …перенесет вещи студиоза первого курса Палаэля в указанную мной комнату. После этого зайдет для разговора ко мне, – продолжил Коронтоэль.
– Понял, – указанный эльф самым невероятным образом буквально уменьшился в размерах, понурился.
Капитан Вихрь (князь Палаэль)
Ну вот я и в академии. Честно говоря, ожидал более негативной реакции со стороны ее руководства на мою выходку. То, что наказания не последует, и так было понятно. Чаял словесного нагоняя. Обошлось и без этого.
Больше всего их интересовала моя скромная персона. Если точнее, тот факт, что всего несколько дней назад я был самым заурядным абитуриентом, а сейчас по всем признакам сильный маг. Не по знаниям, конечно, но по возможностям. Открыто вопросов, касающихся произошедшего со мной, мне не задавали, но вот осматривать «иным» зрением никто не стеснялся.
Коронтоэль вообще использовал сканирующее заклинание, предполагая, наверное, что не замечу. Только не учел, что умение видеть подобного плана заклинания, ощущать их зависит скорее не от мастерства, а в первую очередь от плотности ауры. Естественно, почувствовав, что кто-то пытается вклиниться в мою ауру, я перешел на магозрение (так я его обозвал), увидел работающую конструкцию заклятия и разрушил его, уплотнив ауру на этом участке до предела.
Коронтоэль даже вздрогнул от неожиданности, удивленно посмотрел на меня, при этом умудрившись сделать вид, что это не он. Ага, я управляющих нитей заклятия как будто не видел! А работать без них, при применении ментальной магии, затруднительно – через оные идет поток информации к заклинателю, да и оперативное управление облегчается.
В итоге мне выделили довольно просторную комнату со всей необходимой мебелью – письменным столом, кроватью, полкой для книг, шкафом. Обстановка спартанская, ничего лишнего и все предельно функционально.
Располагалась сия комната на двенадцатом этаже здания, изнутри казавшегося даже больше, чем снаружи.
В нем было тридцать два этажа. Первый представлял собой огромный холл, по периметру которого стояли довольно удобные диванчики, а в центре располагался фонтан далеко не маленьких размеров. И все это буквально утопало в зелени, представленной здесь небольшими деревьями в полтора моих роста. Причем эти деревья росли не на клумбах, а выбивались прямо из мраморного пола!
А с остальным что? Тут память преподносит мне еще один подарок. Я вспоминаю старое фамильное сканирующее заклинание, дальность действия которого зависит лишь от силы мага. Что ж, надо же мне понять, где я нахожусь, или не надо? Надо! Во-первых, любопытно, а во-вторых – проведу рекогносцировку местности.
Ложусь на кровать и разворачиваю конструкцию плетения. Ну-с, с чего начнем?
Пожалуй, с первого этажа. Изображение, транслирующееся заклинанием в мозг, напоминает картинки с прибора инфракрасного видения. Так, это холл. Здесь я был. За холлом находится столовая и кухня. Ничего интересного.
Поднимаемся этажом выше. Что это у нас? Целый ряд комнат. В них имеются рядами расставленные столы, причем таким образом, что каждый последующий находится выше предыдущего. В самом низу, по центру, пустое пространство с одним столом. Да это ж учебные аудитории. Поехали далее. То же самое. Далее. Далее. Ясно. По десятый этаж – одни аудитории.
А вот на одиннадцатом обнаруживаю библиотеку и за ней несколько спортзалов. Далее.
На двенадцатом, моем этаже, обнаруживаются эльфы. Судя по конфигурации всех имеющихся помещений и по наличию населения, здесь расположены только жилые комнаты и самая необходимая инфраструктура. И эта самая инфраструктура – одна на целый ряд комнат! Не могли санузлы в комнатах сделать? Здесь же по утрам картина из разряда «Штурм Зимнего»! Жилые комнаты размещены по двадцать четвертый этаж включительно.
Пока это выяснял, сделал для себя открытие – эльфы со всей ответственностью подходят к процессу продолжения рода! Я думал, что такое есть только в общежитиях у людей. Далее.
Двадцать пятый этаж – никого нет. По обстановке очень напоминает административный. Здесь же обнаружил еще и складские помещения. Теперь будем знать, где хозяйственная часть расположена.
Долго разбирался с двадцать шестым этажом, но так и не понял, что там. Какая-то стеклотара, шкафы, столы… Лаборатории, что ли? Ладно, потом выясним. На двадцать седьмом то же самое. Тьфу. По тридцатый этаж эти самые помещения непонятного назначения.
Тридцать первый этаж. Предпоследний. А здесь не комнаты, а целые апартаменты! А почему меня туда не заселили? Недостоин?!
Но кто-то же здесь живет! Вон кто-то ходит. Поднимаюсь на последний этаж – такая же картина! Шикарные апартаменты. И кто же эти достойные? Попробуем разглядеть по контурам лица. С этой целью приближаюсь к одному из тел на последнем этаже, приглядываюсь… Вдруг голова поднимается, поворачивается в моем направлении и взмахивает рукой…
Заклятие рассыпается, а в голове раздался рев:
– ВОН ОТСЮДА! И НЕ ВЗДУМАЙ БОЛЬШЕ ПОДСМАТРИВАТЬ!
Мля-а-ать… Ректор!!!
В этих апартаментах располагается преподавательский состав!
Ну я и дурень. Как сразу-то не дошло?
Голова-то как раскалывается от ментального послания… Ректор… Мог бы и пожалеть, на первый-то раз…
И в довершение всего, так как я прибыл довольно поздно и ужин в столовой уже закончился, пришлось довольствоваться тем, что осталось у меня из запасов, взятых в дорогу. А осталось немного… Совсем немного.
Ладно, ничего страшного. Переживу как-нибудь. Говорят, голодание полезно.
К слову сказать, во всех комнатах для учащихся проживало по два эльфа, и только для высшей аристократии было сделано исключение – комната на одного.
Это радовало. А то эльфийский стиль общения меня напрягал, хотя по тому же случаю с привратником можно сделать вывод, что некая высокопарность слога принята скорее при общении аристократов. Простые смертные, видимо, общаются попроще. Но это увидим в дальнейшем, по ходу пьесы, так сказать.
На следующее утро я поднялся примерно за полчаса до завтрака. Единой системы побудки здесь не было как таковой. Так и проспать можно. Предложить руководству дневального поставить? Хоть что-то родное в окружающем мире будет.
Пошел умываться, благо с вечера установил расположение умывальной комнаты. Когда же, наконец, добрел до нее, то уткнулся в некое подобие очереди.
– Кто крайний? – спрашиваю. Все посмотрели как на идиота! И вернулись к своим занятиям. Придется разбираться самому. По логике получается, что я четвертый в очереди к крайнему правому умывальнику.
Стою, жду. Тут подходит какое-то тело и пытается встать передо мной! Не пускаю.
– Первогодки моются последними, – презрительно процедило мне данное тело и продолжило попытки втиснуться между мной и впереди стоящим. Очередь на это действо косилась с одобрением. Ага, в «духи», значит, зачислили! А накося выкуси! И, сделав «кирпичное» выражение лица, благо в родимой армии отменно этому обучили, еще плотнее становлюсь к следующему в очереди.
В итоге эльф бросил свои бесплотные попытки, сделал шаг назад и угрожающе на меня уставился.
– Ты-ы-ы, ты-ы-ы…
Как замечательно шипит. Не видел бы его перед собой, подумал бы, что змея где-то здесь ползает, да еще с напарницей в придачу. Решаю ему помочь в построении фразы.
– Уважаемый, если вы таким образом пытаетесь распеться, то для этого в здании наверняка существуют специальные помещения.
Молчание. Всеобщее. Все смотрят на меня. Не привыкли здесь к наглым первогодкам.
Откуда-то проталкиваются еще два эльфа. Подходят.
– Послушай, первогодок, – обратился ко мне один из них с чрезвычайно высокомерным видом, – у нас так принято. Чем младше курс, тем позже он приступает к водным процедурам. Или ты у нас самый наглый? Проблем хочется?
Наглый тон и высокомерная морда говорившего начали меня злить. Что ему ответить? Может, сразу в морду дать? Так будет проще, но политически неправильно с моей стороны, ведь потом, при разборе полетов, все честно укажут на меня как на зачинщика потасовки. В том, что разбор полетов состоится, я был практически уверен. Наверняка ведь здесь присутствуют штатные стукачи администрации. И получится, что на академию напал, не успев въехать на ее территорию, потом драку начал, толком не познакомившись с местным коллективом. Ладно, ответим ему, но таким образом, чтобы он вынужден был начать рукоприкладство. Ведь разобравшись с лидером, а передо мной явно стоял лидер местной группировки, купирую дальнейшие попытки наездов и возможных проблем.
– А ты кто такой здесь? Пуп земли? Не нравится что-то – катись к зергу в …!
Далее события понеслись вскачь. Эльф попытался меня ударить. Ну с рукопашным боем у них проблема, привыкли к бою на мечах. Подныриваю ему под руку и наношу справа восходящий удар основанием ладони в подбородок. Слава богу, что сдержался, по идее удар идет в область носа, после чего носовые хрящи входят в мозг. Мгновенная смерть. А так эльфа только подкинуло над полом, и упал он уже без сознания. Такой силы удара я от себя не ожидал, но думать будем после, а пока…
Успеваю увернуться от удара ногой, нанесенного его товарищем, хватаю эту ногу, поднимаю ее чуть выше и провожу подсечку. Упавшего, выпустив его конечность, добиваю прямым ударом руки. Хорошо удар получился, сверху вниз, с подворотом корпуса! Только вот нос ему собирать долго будут. Хотя здесь целители есть, целый факультет. Они быстро все исправят.
Выпрямился, осмотрел поле битвы и среди всех изумленных лиц увидел того самого задиру, из-за которого все началось. Стоит, глазками испуганно хлопает. Иди-ка ко мне, мой голубок! Не-э, не идет. Стесняется, видимо. Подойдем сами.
Подхожу вплотную, вижу перед собой затравленный взгляд и от души бью лбом ему в переносицу. Все. Теперь препятствий на пути к умывальнику не вижу. Иду в сторону последнего, все передо мной расступаются. Вот с самого начала бы так!
Вернувшись в комнату, оделся – пока в свою одежду, так как мантию мне еще не успели выдать, и направился на завтрак. Подхожу к лестнице. Не понял! А почему никого нет? Все же должны направляться на завтрак.
Пройду-ка я дальше по коридору, может, увижу разгадку, как все попадают на первый этаж, минуя лестницу. Или лестницы две и вторая более удобная? С Коронтоэлем вчера точно по этой поднимались. Вдруг прямо передо мной открывается дверь и из нее выскакивает девушка. Вот то, что требовалось! Пойду за ней.
В довольно бодром темпе мы – впереди девушка и я следом за ней – миновали еще два поворота коридора и выскочили в довольно просторный зал. А вот, собственно, и ответ на мой вопрос. По стенам зала располагались арки, напоминающие обычные дверные проемы, только вместо дверей в них клубился серый туман. Над каждой аркой находилась цифра. «Номер этажа», – догадался я.
Девушка подошла к арке с цифрой один, чуть постояла, пока та не замерцала синим оттенком, и спокойно шагнула внутрь.
Я подскочил сразу же, но в арке уже снова клубился серый туман. Ну что за утро-то такое! Сперва помыться нормально не дают, в драку сразу же лезут. Потом на завтрак попасть не могу! Можно, конечно, по лестнице, но тут уже дело принципа. Надо разобраться. В темпе вальса роюсь в памяти, но, к сожалению, теорию по порталам Палаэлю либо не дали, либо он благополучно ее проспал. Что теперь делать? Подхожу к арке, протягиваю руку в сторону тумана. Рука через него проходит и упирается в стену.