Совет Сваторики:
— Сегодня мы с вами рассматриваем возможность переселения линдси на другую планету. Как вам известно, благодаря Чинанди и Эрчину Орион у нас есть звездолёт способный перенести большое количество людей на нужное нам расстояние, преодолеть данное в короткий срок. Так же у нас давно назрела проблема с двумя поселениями линдси, они стали отлавливать одиноких волшебников, обманом или насильно заманивать их в поселение — а потом держать их в плену — что бы они давали им разные блага, иногда волшебнику приходится очень долго быть у них, прежде чем ему удаётся выбраться.
В зале поднялись руки. Глава совета сказал:
— По старшинству задавайте вопросы.
Заседание совета длилось четыре часа, после чего было решено переселить линдси на новую планету с пригодным к жизни климатом. На Сваторике остаются только те линдси, у которых есть родственники волшебники и они желают их оставить у себя. Два поселения линдси упраздняются. Так же с ними на некоторое время отправляются пятнадцать сильных волшебников — которые помогут линдси построить жилища и наладить быт.
Как ни странно, но сами линдси спокойно отнеслись к своему изгнанию. Как они это приняли, неизвестно, но с решением совета согласились и начали готовиться к переезду. Брали с собой мало вещей, так как знали, что на месте им всё помогут сделать.
День отлёта назначался на сотый день зимы, посчитав это знаком — начать весну с чистого листа и для себя, и для изгнанников.
Эрчин сидел в кресле и смотрел в иллюминатор — впереди были звёзды. Навёл руку на экран панели управления звездолётом и закрыл глаза. Экран начал переливаться разными цветами, пока не стал бирюзовым и остался в этом цвете. Эрчин убрал руку и нажал на красную кнопку, корабль ушёл в прыжок.
В кабину вошёл второй пилот Смайл Таль улыбнулся и сказал:
— Ну вот, ты опять без меня настроил корабль и запустил в прыжок, а мне всегда так хотелось посмотреть как ты это делаешь.
— Да не могу я настраивать его в присутствии кого-либо, ты уж не обижайся, но мне надо корабль иначе мы будем ползти как черепахи, просто по инерции, — Эрчин улыбнулся напарнику, разводя руками и улыбаясь. Смайл ему нравился, он всегда был весел, не унывал, готов был помочь во всём, что мог сам, вообще был хорошим парнем, но секреты управления кораблём — они всё-таки секреты.
Звездолёт завершил прыжок. На экране показалась красивая сине-зелёная планета. Эрчин ранее уже исследовал её — поэтому знал о ней многое. Собственно он и был первым, кто предложил именно этот вариант совету.
— Слушай, Эрчин — а как твой отец отнёсся к идее переселить линдси, он ведь тоже из них? — немного смущаясь, спросил Смайл, видно было, что этот вопрос интересовал его давно, да всё как-то повода не было спросить, а тут уже вроде и в тему.
Эрчин улыбнулся и ответил:
— Мой отец был одним из тех кто предложил эту идею, после того как мы создали звездолёт способный лететь так далеко. И мы же переселяем не всех линдси, а только два посёлка в которых живут семьи без волшебников, они ведь сначала сами отселились, а потом поняли, что без нас не могут и начали нарушать законы. Собственно у них был не большой выбор — либо они остаются без членов семьи, которые будут наказаны за преступления, либо летят.
Эрчин немного помолчал и добавил:
— Я ведь когда планету искал — руководствовался, что бы на ней были люди нашего типа, то есть внешне как мы, но не волшебники. Наши линдси смогут у них научиться — жить трудом, умом и изобретательностью. По моему это очень хороший вариант, кстати линдси очень быстро согласились с этим предложением, поставив нам одно условие, мы им первично поможем построить жилища, оборудовать необходимым и помочь с некоторыми вещами на первые пару лет.
— А мои считают, что вообще надо вывезти всех линдси. При этом они почему-то даже не задумываются о том, что последние пятьдесят лет в семьях чистокровных волшебников часто рождаются линдси, а вот полукровки сплошь и рядом волшебники. Мои родители выгнали старшую сестру из дома, как только она достигла совершеннолетия. Кстати, она тут на корабле, с мужем и дочкой. Она с удовольствием общается со мной — но не хочет слышать о маме с папой, как будто и нет их вовсе, — поделился Смайл, в его голосе чувствовались горечь и грусть.
Эрчин кивнул и спросил:
— Ты будешь по ней скучать?
— Немного, мы с ней не очень были близки, я был мал, когда она ушла от нас, собственно и общаюсь то с ней толком только сейчас.
— Ну, так лови момент, потом такой возможности уже не будет, вы будете разлучены на всю жизнь. Хотя если ты составишь мне компанию, через три года мы опять полетим, посмотреть что и как у линдси, я охотно тебя возьму, — Эрчин улыбнулся напарнику.
— Поживём — увидим. Вот мне интересно, а можно ли будет перенестись на такое расстояние, — Смайл лукаво и озорно посмотрел на Эрчина.
— Насколько я понял, есть тут пара наших на корабле, которые хотят попробовать, но не знаю, на сколько хватит у них смелости.
— Ну на Красную планету мы же можем перемещаться.
Эрчин почесал затылок и сказал:
— Ну, можем, только не у всех получается, думаю тут расстояние имеет значение, ну вера в себя соответственно и чёткое представление места куда тебе надо попасть. С другой планетой в этом есть трудности.
— Ты же перемещался много раз?
— Я да, но предварительно я там побывал на межпланетном корабле, и пять первых попыток у меня были весьма неудачными.
Смайл грустно улыбнулся:
— А у меня с переносом вообще проблемы даже на Сваторике, поэтому я даже не замахиваюсь на такое расстояние. Слушай, меня всегда интересовало, как вы догадались о свойствах дерева Крак?
Эрчин улыбнулся и начал рассказ, было заметно, что он гордится своими достижениями и с удовольствием делится рассказом об этом:
— Вообще-то всё началось с того первого полёта на Красную планету, там я увидел под ногами какие-то пластиночки, сначала думал, что это какая-то чешуя, а потом вспомнил легенду дерева Крак и мне стало интересно, а вдруг это те самые семена…
Смайл удивлённо посмотрел на напарника, что тот даже остановился на полуслове, он приподнял бровь и спросил:
— Что за легенда?
— А ну да, ты наверное её не слышал, собственно она давняя, её даже в школе не преподают, хотя наверное теперь будут. Давай расскажу, — сказал Эрчин.
Смайл кивнул и собеседник начал повествование:
Легенда дерева Крак.
Жил-был в стародавние времена чародей и изобретатель по имени Бальрио. Чудной был старик, изучал звёзды и всегда хотел полететь и посмотреть как же там оно в дальних небесных далях.
Однажды к нему прилетела забавная птица, которая не водилась на этой планете, а если и водилась, то до этих пор её никто не видел. Птица была крупная — доставала чародею до колена и умела говорить, одно слово она повторяла регулярно, по этому слову её и назвали — Гроу, оперенье у неё было в основном синее, крылья зелёные с жёлтыми кончиками, а голова бардового цвета, и всё это разнообразие переливалось перламутром. Ночью птицу видно было издалека, вокруг неё всегда светилось синеватое облако.
Гроу прилетела к Бальрио, когда тот гулял недалеко от дома, на границе своего сада со старым лесом. Птица села к ногам чародея и положила три семечки размером с человеческий ноготь, семечки были красного цвета и очень странноватой формы, пластинчатой. Почему Бальрио решил, что это семена — остаётся тайной, но он их посадил, и через год у него на границе сада с лесом росло три дерева с красно-коричневой древесиной и красными листьями, а осенью листва становилась сначала коричневой — потом почти чёрной, и опадала только когда шли самые холодные зимние дожди. Бывало и до весны висели на деревьях чёрные листочки, но стоило только начать распускаться почкам — оставшиеся листья вмиг облетали. Подивились этому, да и забыли.
Название деревьям птица дала — вернее, когда на землю перед чародеем положила семена, сказала:
— Крак.
И потом когда вокруг деревьев ходила, повторяла: «Крак».
Прошло лет пять, про деревья и думать забыли, росли они себе у леса на границе с усадьбой Бальрио, только старик там и обитал, про какие-нибудь особые свойства деревьев если и знал, то молчал. Только вот стал поговаривать соседям, что скоро улетит вместе с Гроу на Красную Планету, которую было видно ночью на небе величиной с куриное яйцо, то была самая ближайшая планета этой звёздной системы.
Соседи улыбчиво кивали чудаковатому старику, смотрели на него с сочувствием, думая, что тот совсем из ума выжил. Но вскоре старик пропал, вместе с ним пропала и птица Гроу, с тех пор больше их никто не видел, даже тел не нашли, хотя в лесу искали, думали, может, попал старик к хищному зверю, но мало кто в это верил, все знали, что Бальрио был искусным волшебником в части защитных заклинаний. Но решили, что всякое бывает — стар уже был, может и случилось чего.
Лет через десять объявилась в усадьбе племянница чародея со своей семьёй, её муж попытался как-то спилить деревья Крак — но у него ничего не получилось. Махнули на них рукой да и забыли, никто не видел, что бы деревья цвели или давали плоды, новых деревьев не появлялось.
Смайл подивился и спросил:
— А откуда ты эту легенду знаешь?
Эрчин улыбнулся:
— Так мы живём в том поместье, та самая племянница чародея — моя прапрапра…. в общем дальняя бабушка. Так, что эти деревья у нас и растут на границе леса и сада. Толстенные вымахали, мы в детстве вдесятером одно обхватывали. Ну, дальше рассказывать про Красную планету?
Смайл улыбнувшись, кивнул.
— Ну так вот — на Красной планете не было ни одного дерева, а вот этих семян валялось видимо не видимо. Ну и отец мне очень помогал, он вообще очень интересно мыслит и иногда предлагает такие идеи, что я поражаюсь, как он до такого додумывается. Это как раз видимо способность человека мыслить не стандартно, именно потому, что он не обладает магической силой, и ему приходится постоянно обходиться простыми умениями, в которых нет ничего чудесного, кроме усердия и трудолюбия. Так вот — с этими деревьями мы возились очень долго, целых девять лет. Выращивали, через три года они цветут и дают плоды, сок плодов даёт возможность спилить эти деревья, но семена, высохшие на Сваторике не прорастают, а вот если их отнести обратно на Красную планету, то они потом прорастают у нас. Вот срубили мы первое дерево — топором, вымоченным в соке плодов дерева Крак. Распили его соответственно пилой вымоченной в том же соке. Как-то случайно приложил я одну досочку к другой, а они возьми и срастись. В общем, экспериментировали мы по-разному. Долго всё потому как деревья цветут и дают плоды, только на третий год жизни, а потом никогда. А пыльца, собранная с цветов даёт летучесть всему изготовленному из этого дерева. Такое вот уникальное дерево оказалось. Собственно весь наш кораблик из него и сделан.
Смайл внимательно слушал товарища:
— Вот дела-то, и сколько работы проделать пришлось.
Эрчин улыбнулся и сказал:
— Ну это того стоило, но если бы не отец я бы даже ни одного эксперимента с ним не проделал, мне бы даже в голову ничего не пришло.
Раздался стук в перегородку отделявшую рубку от коридора, доступ в который был только у нескольких волшебников.
Эрчин усмехнулся:
— Флорана прислали, если бы Патрис пришёл он бы уже с ноги открыл, без стука.
И тут же сказал громко:
— Входите, не заперто.
В рубку вошёл мужчина средних лет с лысой головой и крупными оттопыренными ушами, он явно стеснялся, несмотря на возраст — уверенным себя не чувствовал.
— Эрчин, мы уже три раза облетели планету и в принципе, определились куда думаем поселить наших линдси.
Эрчин быстро щёлкнул пальцами, и перед ними материализовалась карта новой планеты. Флоран передвигал её пальцем — пока не нашёл место которое удовлетворило новых поселенцев и показал, комментируя:
— Вот этот большой остров, очень зелёный, тут много леса, надо бы найти место, где можно незаметно организовать посёлок.
Эрчин быстро высчитал координаты корабля, поднёс кулак к панели управления и разжал его, корабль тут же сменил курс полёта и через пять минут они уже были над большим островом. Дав команду приборам показать весь остров в максимальном приближении, они просмотрели очень подходящее местечко, с западной стороны острова, недалеко от побережья огромный лес с большими долинами и вокруг на много миль нет жилых построек.
— Вот то, что надо и река течёт и леса много, — обрадовано сказал Флоран.
— Тогда мы выберем место и совершим посадку, и конечно я проведу проверку на наличие людей. Ну и думаю, пока будем находиться на планете — прикрою нас полем невидимости.
Флоран радостно кивнул и удалился сообщать новости остальным.
Эрчин посадил звездолёт на равнину, предварительно убедившись, что в округе нет никаких поселений, единственное, что попалось ему при детальном осмотре, старая ветхая избушка в трёх милях от равнины, но она по видимому была не жилая.
— Смайл, ты отвечаешь за разведку на летающих платформах, на них можно погрузить до десяти человек, ты на пульте. Я объясню управление ими нашим чудесникам, которые ими не пользовались раньше. Пусть разбирают себе людей и отправляются с ними на просмотры окрестностей.
Природа вокруг радовала глаз. Весенняя зелень просто завораживала, кругом щебетали птицы. Яркое солнце радостно светило в голубом небе изредка заслоняемое набегавшими небольшими облаками. Погода в этот день стояла изумительная. Переселенцы были воодушевлены увиденным.
Поселения на Сваторике находились в самых неплодородных краях, одно из них граничило с пустыней, именно по этой причине народ начал отлавливать волшебников, выживать становилось всё труднее и труднее. Второе поселение находилось на скалистых берегах Изумрудного залива, что, то же не радовало плодородностью земли.
Здесь у людей появилась надежда. Вокруг было много деревьев, значит могут расти и плодовые, долины радовали глаз свежей зеленью трав, а значит тут будут расти посаженные растения.
Эрчин распределил всем обязанности, а сам остался отдохнуть в своей каюте. За весь полёт ему удавалось поспать несколько часов — он чертовски устал. Поэтому имел право на отдых, тем более что тут его непосредственное присутствие пока не нужно. Все его основные заботы касались звездолёта.
Так, что он с чистым сердцем проспал до самого вечера. Разбудил его Смайл. Долго извинялся и смущался, но потом всё-таки перешёл к сути дела. Собственно все уже вернулись и обсуждали увиденное. Эрчин постоял, подумал, и вздохнув, сказал:
— Слушай, может, они без меня разберутся, куда кого селить. Я же капитан звездолёта и в их делах ничего не решаю. Вообще, по-моему, самое главное, что бы линдси было хорошо. Я, если честно жутко устал за перелёт, а мне ещё обратно лететь, тоже в таком жёстком режиме, — он умоляюще посмотрел на напарника, тот улыбнулся в ответ, согласно кивнув, сказал:
— Попробую тебя оградить от посягательств, отдыхай. Со всеми даже ужинать не будешь?
Эрчин слегка скривил губы в умоляющей усмешке и ответил:
— Думаю, сегодня я поужинаю сам, а вот завтра может, и выйду к народу.
Смайл улыбнулся и понимающе кивнул. Махнув рукой на прощанье, молча удалился.
«— Хороший он всё-таки парень, отец был прав, когда предложил взять его с собой» — с теплотой подумал Эрчин, укладываясь обратно в кровать.
Две последующие недели выдались суматошными и занятыми под завязку. К вечеру все люди, прилетевшие со Сваторики, валились с ног. Но настроение у всех было приподнятым. Работа спорилась, и везде царило воодушевление и радостное оживление. Даже волшебники поддались всеобщему радостному состоянию и безропотно выполняли все задумки линдси.
Будущие поселенцы выбрали три места, где они строили себе жилища. Один посёлок располагался недалеко от побережья, там поселилось всего пять семей, которым очень понравились скалистые берега и удачные выходы в залив. Самый большой посёлок расположился в долине, вдоль леса протекала река, что и послужило отправной точкой для поселения. И три семьи спрятались в лесу. И ведь именно спрятались, им построили жилища среди деревьев, часть которых была достаточно глубоко в земле, получились такие норы-землянки, запрятанные в холмы. Вышло довольно мило, если не знать, что тут жилища — то спокойно пройдёшь мимо и не заметишь.
Чародеи строили дома, создавали орудия быта, для обработки земли, для ловли рыбы, сделали крепкие лодки для семей живущих на побережье.
Смайл предложил Эрчину одну авантюру, которая удалась. Они на летающих платформах ночью пробрались в посёлок аборигенов, который находился в ста двадцати милях от поселенцев и украли несколько видов скотины: несколько коров, лошадей и коз, которая была в наличии у местных. Проделали всё быстро и бесшумно, так, что на утро местные жители только руками разводили и удивлялись, обнаружив пропажу.
В долине на восточной стороне построили Храм Огня, это место предназначалось как хранилище огня, тут всегда должен гореть костёр и если вдруг, у кого из жителей случится несчастье и дома не останется даже уголька в очаге, то можно будет взять в храме. Назначили хранителем Храма уважаемого линдси. Он должен был распределять службу в храме и смотреть, что бы там всегда горел огонь.
Эрчину избежать суматошных забот не удалось, так как он был достаточно сильным волшебником, ему пришлось помогать обустраивать линдси. Правда, он отвоевал себе больше времени на отдых, остальные с ним поначалу спорили, но он посмотрел на всех устало и сказал:
— Если я не отдохну к обратному перелёту, то вы будете тут сидеть до тех пор, пока я не посчитаю себя готовым к старту. Думаю, по времени мы ничего не выиграем, а даже можем потерять.
В итоге все смирились и перестали донимать его претензиями.
Третья неделя стала посвободнее, линдси потихоньку обживались. А волшебники обследовали планету. Теперь главной задачей было, что бы сделать всякие мелочи, которые сразу при глобальных строительствах можно просто проглядеть. Всякие бытовые удобства, которые заметны уже при жизни на месте.
Как то вечером волшебники сидели у костра в храме, и решали, когда будут отправляться домой. Эрчин предложил утром объявить о трёхдневной готовности. И если у кого будут какие-то просьбы и пожелания, то стоит поторопиться. Все согласились, только Патрис пытался возражать, но на него уже мало кто обращал внимание, потому как он постоянно был недоволен и всегда возражал.
Сначала многие напрягались, а потом поняли, что угодит Патрису невозможно, он возражает против любого предложения, высказанного не им. А своё будет отстаивать с пеной у рта, даже если оно будет не логичным, не рациональным и даже просто нелепым.
Приняв решение об отъезде, все разбрелись, кто куда.
Через полчаса у огня остались только Эрчин, Смайл и Флоран. Они непринуждённо болтали. Флоран очень хорошо относился к линдси, и высказывал сожаление об их переселении.
— Ты думаешь, что это не правильно? — поинтересовался Эрчин.
— У меня странное ощущение, что мы допускаем какую-то глобальную ошибку. Понять я этого не могу, это где-то на подсознании. Просто так чувствую, — он смущённо пожал плечами. Флоран был очень застенчив и чаще предпочитал промолчать, чем высказывать своё мнение. Но со Смайлом и Эрчином он чувствовал себя достаточно вольготно, поэтому мог поделиться своими соображениями.
— А почему линдси назвали линдси? — подал голос Смайл. Два собеседника удивлённо уставились на него. Флоран первый подал голос:
— Ты не знаешь легенду про Линдси Орион?
Смайл посмотрел на него и помотал головой:
— Если честно, то в школе я очень часто прогуливал именно историю Сваторики, — он смущённо улыбнулся и продолжил, — как я понимаю, это относится к твоей семье Эрчин?
Эрчин кивнул и улыбнулся:
— Видать судьба у меня такая рассказывать тебе наши семейные легенды. Ну, слушай.
Легенда о Линдси Орион.
В семье Лорис и Прайм Орион родилась дочка, её назвали Линдси. Очаровательная красавица радовала родителей, отец в ней души не чаял и любил брать её с собой в различные уголки планеты.
Прайм Орион был заядлым путешественником, обожал посещать диковинные места, благо волшебная сила перемещала его в любое место, увиденное хоть раз на картинке, стоило ему только захотеть. Он с детства обладал живым воображением и умел ярко представлять место, даже просто со слов друзей.
Ещё в школьные времена он экспериментировал с произвольным представлением места и перемещался туда, без помощи рисунков и карт, попадая иногда в очень интересные уголки планеты.
Один раз ему приснилось место, очень необычное — в небе плыло фиолетовое светило, растения вокруг были в основном фиолетового и красного цвета, и было ощущение, что всё мерцает и светится, каким-то едва заметным мерцанием. И Прайм рискнул — представил место из сна, и переместился. Он не сомневался, что попал на другую планету, природа вокруг была абсолютно другой. Перемещения туда стали регулярными и он путешествовал по новому миру, который назвал Лотос, во всех водоёмах встречались цветы очень похожие на лотосы, всевозможных расцветок и размеров.
На эту планету ему удавалось брать с собой маленькую дочь.
И вот Линдси исполнилось пять лет и ближайшая попытка отца, переместиться вместе с дочкой не удалась, один он перемещался свободно, но если держал дочь за руку, то не мог понять, какая невидимая сила мешает ему сдвинуться с места.
К семи годам родители поняли, что Линдси не обладает волшебной силой. Если ей нужна какая-то вещь, то она должна взять её сама и принести куда надо. Так было во всём, ни один мысленный посыл девочки не работал.
Сначала родители недоумевали, потом расстраивались, а потом отец создал краски и кисти, и Линдси стала рисовать. Все свои детские путешествия с отцом были в её картинах, очень живых и завораживающих. Девочка росла и рисовала, улучшая своё мастерство.
Отец изобрёл первую летающую платформу на Сваторике, теперь он мог с дочерью путешествовать по воздуху, и это было тоже интересно. Линдси рисовала свою планету с высоты платформы.
Она рисовала и рисовала… И стала знаменитой.
По её имени стали называть всех детей, обделённых волшебной силой. Так появились линдси.
Думается, она была не первой, но родители других замалчивали свои случаи, стыдились их и скрывали.
А Линдси Орион раскрыла другой свой талант и заявила о себе миру, дав название целому народу.
Эрчин закончил рассказ и замолчал.
Смайл лукаво посмотрел на него и изрёк:
— Какая легендарная у тебя семья, уже две легенды мне поведал, может ещё есть?
Эрчин засмеялся и ответил:
— Есть, у нас вообще много легенд, у меня семья не ленивая, всегда находился один любитель писать семейные хроники. И некоторые потом, со временем становятся легендами. Кстати все хронисты нашей семьи были линдси.
Флоран молча слушавший рассказ и разговор приятелей, подал голос:
— Как интересно, вот на примере твоей семьи я убеждаюсь в своей правоте. Нельзя избавляться от линдси. Не нравится мне это.
После его слов всем стало как-то неловко и грустно. Помолчав ещё какое-то время решили возвращаться на корабль, отдыхать.
Волшебники весь перелёт старались отдохнуть. Своей миссией они были довольны и чувствовали себя удовлетворёнными. Считая, что сделали всё возможное.
Только Флоран не разделял их радости и удовлетворения, его терзала тревога. Он предпочитал находиться в рубке у Эрчина и Смайла. Эти два молодых человека были ему как-то ближе, с ними он мог поговорить на волнующую его тему.
Эрчин был не против компании Флорана, хоть тот и был старше их двоих, но с ним было достаточно просто общаться, он не докучал вопросами, был вежлив и приветлив. Поэтому уже к третьему дню полёта было, как само собой разумеющееся, что Флоран присутствовал в рубке. Изначально это место было рассчитано на двоих. Но этот вопрос решился довольно просто. Смайл очень хорошо умел работать с пространством, и он просто увеличил количество места ещё на одного пилота, создание кресла и других атрибутов не составило труда ни одному из троицы.
Но полёт затягивался, уже два дня Эрчин не мог увести корабль в прыжок, для настройки корабля ему требовалось одиночество и спокойствие на некоторое время. А это никак не удавалось. Какая-то вожжа попала под подол сюртука Патриса, и он изводил их троих с самого утра своими претензиями, причём возникавших не понятно откуда и непонятно как. Сначала ему не нравилась каюта, в которой он обитал, и он потащил с собой Эрчина выбирать другую, причём ни с кем другим он идти не хотел, ему нужен был именно капитан звездолёта.
На второй день он был недоволен составом делегации и заявил, что будет теперь находиться в рубке, через полчаса троица поняла, что ещё столько же и можно их выносить вперёд ногами. Сколько у человека может копиться бреда в голове, это же просто кошмар. И весь этот кошмар он вываливал им на голову.
Когда на третий день Патрис пришёл в рубку раньше всех — Эрчин понял — ещё чуть-чуть и он выкинет его в открытый космос.
Спасение появилось следом. Пришёл Смайл.
Эрчин посмотрел на напарника и подумав пару минут, сказал:
— Смайл у меня к тебе задание, так как ты у нас мастер работы с пространством, надо схлопнуть* все комнаты в которых располагались линдси. И возьми с собой Патриса, а то ненароком пропустишь его комнату, и потом восстановить будет крайне затруднительно.
_____________________________________________
*схлопнуть — убрать все помещения или пространства, которые были произведены за счёт расширяющих заклинаний.
Смайл кивнул и вышел, следом за ним недовольный, но молчащий, Патрис. Эрчин вышел следом за ними и окликнул Смайла, тот вернулся.
— Когда будешь возвращаться постарайся сделать так, что бы ты шёл впереди, — шепнул Эрчин. Смайл кивнул и пошёл делать своё дело.
Флоран пришёл минут через пять.
— Хорошо, что ты сам пришёл, а то я подумывал уже тебя сюда переместить, было бы весело, если бы ты оказался ещё не одет, — сказал ему Эрчин.
— Что-то случилось? — с тревогой поинтересовался Флоран.
Эрчин вздохнул:
— У нас пока одна проблема — Патрис, я тебя попрошу сейчас сделать защитное поле вокруг рубки, что бы сюда пройти могли только три человека, собственно ты, я и Смайл. Причём ещё и от всяких звуков защиту, что бы не слышать, возмущений по ту сторону.
Флоран облегчённо вздохнул и сказал:
— Это я запросто.
И тут же удалился, не задавая лишних вопросов, да собственно чего их было задавать, всё и так было понятно.
Справился довольно быстро и, вернувшись в рубку, спросил:
— Проверять будем?
Эрчин улыбнулся и сказал:
— Думаю, что всё в порядке, если я правильно помню, то ты дока по части оградительных заклинаний. Вот я что ещё подумал, мне надо полчаса времени, что бы меня никто не тревожил. Будет хорошо, если ты найдёшь Смайла и через какое-то время вы придёте сюда вдвоём, оставив Патриса на расстоянии, а ещё лучше если вы его где-нибудь потеряете. Потом он сюда уже не пробъётся.
Флоран усмехнулся и, кивнув, ответил:
— Будет сделано!
Всё свершилось успешно, пока Смайл и Флоран были заняты делом, Эрчин увёл корабль в прыжок.
Флоран предположил, что если они будут отсутствовать больше намеченного времени, это даже лучше. Поэтому когда они вернулись, то корабль уже находился на краю своей звёздной системы. По пути удалось отвязаться от Патриса, он случайно зацепился за одного из молодых волшебников и Смайл с Флораном быстренько прошествовали мимо, и пару раз свернув в ненужных направлениях, ушли в рубку.
Эрчин встретил их радостно и довольно.
— Как наш друг Патрис? — поинтересовался он.
— Где-то учинил скандал, мы слиняли от него, — весело ответил Смайл.
— Кстати, а как он попал на корабль, за какие заслуги? — поинтересовался Флоран, — у меня вообще сложилось ощущение, что он вообще-то очень слабый волшебник, если не полный ноль. Он умеет только скандалить и поднимать шум.
Эрчин вздохнул и ответил:
— Ну…, знаешь, в любом деле всегда присутствуют какие-то высокопоставленные господа, а у них есть дети…. В общем — он сын Ортиса Радона. Очень не хотели мы его брать, но навязали… Кстати, он далеко от вас отстал?
Флоран удивлённо вскинул бровь, и толи спросил, толи сказала:
— У главы совета такой сын?!
Комментариев не последовало.
Подал голос Смайл:
— Думаю в районе получаса он там поприпирается, а потом сюда ломанётся.
— Может, поглядим, как он ломиться будет? — предложил Эрчин, и лукаво посмотрел на сидящих рядом.
Те согласились. Эрчин провёл рукой в воздухе и появился небольшой экран, показывающий коридор возле рубки. Сначала ничего не происходило. Потом появился Патрис, быстро и уверенно, шагающий по коридору. Дверь он собирался открыть с ноги, на лице было злобное выражение, видимо ему не понравилось, что его бросили, не подождав. Это состояние видимо придавало ещё больше желания сделать пакость, и он со всех сил пнул дверь…….. и взвыл. Хоть и без звука, но было понятно, что ему очень больно.
— Плохо смеяться над чужой бедой, — с очень серьёзным лицом, сказал Смайл и расхохотался, — извините……
— Ну, что ж ты так над человеком издеваешься, — проговорил Эрчин, тоже делая серьёзное и участливое лицо.
В общем, посмеялись, понаблюдали за потугами Патриса попасть в рубку, в конце он пнул дверь уже осознанно и зло, и удалился.
— Кстати, вы заметили, он даже не попытался попробовать снять заклятия. Чудится мне, что наш скандалист линдси, — задумчиво сказал Флоран.
Эрчин задумался и сказал:
— Тогда понятно почему он так себя ведёт, за его поведением никто не заметит, что он ни на, что не способен. Ловко… Да ладно хватит о нём. Нам остался день пути и завтра утром мы прибудем домой. Смайл ты на пульте, отправь сообщение на Сваторику, мы уже в зоне доступа. А я выйду, оповещу наших.
Сваторика встречала своих героев, как встречают героев. С цветами, подарками и огромной толпой. Глава совета планеты сказал пламенную речь, как собственно и происходит в подобных случаях. Эрчин, Смайл и Флоран стояли среди прибывших и смотрели на встречавших, и как-то вдруг им стало всем совсем не весело. Вернее Флорану изначально было не весело, так как он давно излагал свои опасения по поводу переселения линдси. У Эрчина вдруг появилось странное ощущение, как будто он подсматривает за чужой жизнью — всё вокруг отодвинулось и стало каким-то приглушённым, далёким и не реальным. Смайл смотрел на толпу, их бурную радость и у него, почему то в голове, крутился один вопрос «И чему все радуются?».
Но торжества ещё только начинались, потом был торжественный обед в колонном зале совета Сваторики. Вечером был карнавал и всю ночь гремели салюты.
В целом всё прошло шумно, весело и большинство осталось довольно.
Жизнь потекла своим чередом. Собственно в жизни волшебников и оставшихся линдси ничего не изменилось, так как переселенцы жили отдельно, на заброшенных местах. Теперь только путешествовать волшебники могли беспрепятственно везде, не боясь быть взятыми в плен и посаженными в заточение.
Через год Эрчин, Смайл и Флоран посетили своих перевезённых линдси, решив не ждать запланированных трёх лет, любопытство распирало. Посмотрели как они устроились, те были довольны. Земли были плодородны, погода благоприятной, правда была зима, когда выпадал снег и река покрывалась льдом, но это было не очень долго и тут нашлись свои прелести. На Сваторике зимой считалось время, когда облетали листья и шли затяжные, холодные дожди.
Линдси достаточно неплохо потрудились, в исследовательском плане. Их новая родина называлась Земля, светило в небе Солнце. Правда местные жители думали, что Земля плоская и покоится на трёх китах, но это заблуждение видимо будет прибывать с ними ещё долго. Линдси правду не рассказывали, потому как, люди тут достаточно консервативно относились к своим убеждениям.
Эрчин пообещал проведать их года через два-три. Линдси согласились. Они справлялись хорошо и были благодарны за заботу и участие.
На корабле Эрчин предложил друзьям — а они теперь стали действительно друзьями — попутешествовать по нескольким звёздным системам, где он уже успел побывать.
Флоран и Смайл с удовольствием согласились. И путешествие началось. Посетили четыре разных системы. Побывали на разных планетах, правда, почти все, оказались не пригодны для жизни, но пейзажи были самые фантастические. Одна планета состояла из сплошных скал и расщелин, такой величины, что было страшно туда даже заглядывать, внизу бился поток то ли воды, то ли ещё какой-то жидкости. Как предположил Эрчин «Даже вероятнее, что там не вода, а что-то иное».
Другая планета была полностью покрыта водой, в ней была жизнь, но только водная и, по-видимому, не разумная. В океане обитали огромные рыбы, пожиравшие более мелких. Собственно в этом не было ничего удивительного, но на планете не нашлось ни кусочка суши. И капитану звездолёта это показалось интересным.
Одна из планет находилась в системе двух фиолетовых солнц и тут нашлась даже какая-то скудная растительность, правда животных никаких они не заметили. Но закат одного светила и восход другого выглядел просто завораживающе.
Ещё одна планета была обитаема с высоким техническим развитием. Здесь были люди, но не волшебники, они строили высокие дома, в которых обитало огромное количество людей, их средства передвижения летали по воздуху. В целом планета была схожа со Сваторикой и Землёй, то же оранжевая звезда и зелёная растительность, вода морей и океанов сине-голубого цвета.
Флоран, уже сидя в рубке корабля, ещё раз взглянул на планету и сказал:
— Мне почему-то кажется, что планета устала, какое-то тяжёлое и печальное исходит от неё свечение. Растительности почти нет, да и сама планета где-то за огромной горой построек.
— Она как мать, которой жалко своих гениальных, но не дальновидных детей, — грустно сказал Смайл.
— Хорошее сравнение, — согласился с ним Флоран, — только у меня такое чувство, что она так долго не выдержит.
Эрчин посмотрел на друзей и сказал:
— Предлагаю наладить наблюдение над этой планетой — будем прилетать сюда раз в два-три года и смотреть, как тут всё происходит. И, кстати, вести записи. Как назовём планету?
Все задумались.
— Катастрофа, — предложил Флоран.
Эрчин нахмурил брови:
— В целом подходит, но боюсь, что тут может получиться типа «Как корабль назовёшь, так он и поплывёт». Не накликать бы беду.
— Да, — грустно протянул Смайл, глядя на планету в иллюминатор, — печаль-ка…
— Вот так и назовём, — сказал Эрчин, грустно улыбнувшись друзьям.
Смайл оторвался от вида на планету и удивлённо спросил:
— Чего? Как?
— Печалька, — Эрчин развёл руками.
Смайл улыбнулся в ответ и согласно кивнул. Флоран был не против, но сказал:
— Всё-таки на Катастрофу она больше похожа.
— Кстати, — он посмотрел на Эрчина, — ты видел вон тут планету?
Флоран указал в иллюминатор на планету звёздной системы, которая была ближе к солнцу:
— Сдаётся мне, что она очень пригодна для жизни.
Решили проверить. Планета оказалась хороша, но не заселена людьми, правда вокруг неё летали спутники, но построек и, в особенности, городов видно не было.
— Давайте спустимся, — предложил Смайл.
Планета оказалась хороша, но люди на ней были. По-видимому, это была фермерская планета, на ней не было городов, кругом поля, леса, сады, чистые водоёмы. Нашли даже посадочную площадку для кораблей. Видимо тут жили те, кто выращивал пропитание для планеты-города.
Троица вернулась домой, решив, через два года посетить, запланированную, Землю и проведать Печальку.
На Сваторике жизнь продолжалась, ничего не предвещало никаких бед и несчастий. Даже Флоран перестал говорить о своих опасениях. Друзья регулярно встречались.
Через два года появилось три пары молодых линдси, которые попросили перевезти их на Землю, совет Сваторики не препятствовал.
Прибыв на Землю они первым делом спросили разрешения у, теперь уже, местных линдси, те были не против, на том и порешили.
Здесь всё было очень даже хорошо, правда, в этот раз пришлось немного помочь с постройками, которые линдси не успели построить самостоятельно. Но это была просто помощь по доброте душевной, чем по необходимости. Все хорошо справлялись сами, научились делать много полезных вещей и были довольны жизнью.
Правда одна из линдси пожелала вернуться, её муж погиб, детей они не нажили, а на Сваторике остались родители, которые очень горевали при её отъезде. Да, и поехала-то она, только, вслед за мужем.
Определив место жительства новичкам, помогли им обустроиться и отбыли, прихватив с собой новую пассажирку, звали её Эжени. Молодая женщина была хороша собой, добродушная и приятная. На второй день полёта Эрчин и Смайл заметили, что Флоран часто пропадает и не стремится в рубку.
— Чувствуется мне, — сказал Смайл, — что нам придётся или новое кресло в рубке ставить, или Флорана мы будем видеть редко.
Эрчин нахмурил правую бровь, потом усмехнувшись, поинтересовался:
— Флорана очаровала Эжени?
Смайл улыбнулся, закивав головой.
И вскоре в рубке появилось четвёртое кресло. Так как на корабле было всего четыре человека, решили не менять намеченного маршрута, но и не оставлять пассажирку в одиночестве.
Посещение планеты Печалька больших изменений не выявило. Только над планетой было достаточно тучно, и эти самые тучи были серо-чёрного цвета, что, по-видимому, не предвещало ничего хорошего.
Через год друзья гуляли на свадьбе Флорана и Эжени, что ещё через год ознаменовалось рождением дочки. Друг на некоторое время перестал участвовать в совместных мероприятиях.
Эрчин много путешествовал по разным звёздным системам, иногда брал с собой Смайла, иногда отца. Мама упорно отказывалась путешествовать с ним.
Как-то, путешествуя вместе со Смайлом, тот у него поинтересовался:
— А ты не пробовал найти планету с картин Линдси Орион.
Эрчин посмотрел на понимающего друга и кивнул:
— Ты очень проницателен мой друг, именно эти картины стали моей главной мечтой, но пока планеты с фиолетовым солнцем, совсем не похожи на картины.
Он вздохнул и улыбнулся:
— Но я ищу…
Шёл шестой год после переселения линдси на Землю.
Эрчин сидел в своей комнате, только вчера вернулся из полёта, обследую дальние галактики. В камине позади него уютно потрескивали угли. Услышав посторонний звук за спиной, он нахмурился и повернув голову, увидел в камине голову Флорана, тот улыбнулся и появился весь.
Эрчин выдохнул и засмеялся:
— Вот сколько тебя знаю, столько и буду удивляться, уже лет двести никто не пользуется каминами в таких целях, — друзья обнялись.
— Так в этом и интерес, мне жутко нравится перемещаться в камине, да и предварительно можно заглянуть — дома ли нужный человек, это же так весело, — ответил Флоран, и не дожидаясь приглашения, уселся на диван.
Эрчин качая головой, спросил:
— Где ты берёшь семена турнелии, её же теперь почти никто не выращивает?
— Да у меня из неё целый сад, моя мама изучала свойства этого растения и написала кучу научных трудов по ней, ну и у нас, соответственно растут все её разновидности. Так, что как раз для меня это самое простое, хотя иногда я пользуюсь простым перемещением. Но у тебя в комнате есть камин и мне всегда интересно сначала заглянуть к тебе, а потом уже и нагрянуть.
_____________________________________________
*турнелия— дерево, семена которого на Сваторике в стародавние времена использовалось для перемещения из одного камина в другой.
Эрчин усмехнулся:
— Собственно, неважно как ты ко мне попадаешь, я всегда рад тебя видеть. Учитывая, что в последнее время это бывает очень редко. Как дочурка?
— Растёт, чудесная девочка, — Флоран с большой теплотой упомянул о своей малышке, — но я ведь о ней могу часами говорить, такое это чудо. Но я к тебе по делу.
— Что-то случилось? — Эрчин серьёзно посмотрел на друга.
— Ты знаешь, что начинается паника среди родителей пятилетних детей?
— С чего?
— Начиная с первого дня весны, все дети, кому исполнилось пять лет, не показали способностей к магии, даже дети так называемые полукровки. Такого ещё не было. Если у обоих родителей волшебников, последнее время всё чаще появлялись линдси, то в союзах чародей — линдси всегда были дети, наделённые волшебным даром, и вот уже три месяца и даже тут только линдси.
— Я конечно ни о чём таком не в курсе, во-первых у меня нет детей, во-вторых я только вчера вернулся из очередного звёздного путешествия, и в третьих мне ещё ничего не успели сказать родители, так как я их не видел.
Флоран нахмурился:
— Куда они делись?
— Папа на совете Сваторики, мама зачем-то тоже с ним, хотя раньше никогда не посещала подобные мероприятия, — Эрчин вздохнул, — ну вообще-то я надеялся, что они сегодня вернутся, но папа сообщил, что они, скорее всего, задержаться до завтра.
— Сколько ты отсутствовал?
— Всю весну и двадцать дней лета.
Флоран подумал и продолжил:
— Ну, собственно всё и пропустил, в общем, народ в панике, а я посчитал, такая ерунда началась с детьми, которые родились начиная с первого дня весны пять лет назад. Помнишь, что тогда было.
Эрчин кивнул и добавил:
— На память не жалуюсь. Ты думаешь, это переселение линдси так повлияло.
— Я, конечно, пока только предполагаю, время покажет. Но меня такое совпадение насторожило. Уж очень оно чёткое по датам, — Флоран задумчиво замолчал.
Эрчин тоже задумчиво молчал, потом спросил:
— А тебя расстроит, если дочка не сможет чародействовать?
Флоран задумался:
— Ну …. пока ещё не думал, но…. наверное нет, хотя конечно волшебство облегчает и упрощает жизнь, впрочем моя жена так не считает.
— Как у вас? — с теплотой в голосе поинтересовался Эрчин.
— Ой, — Флоран заулыбался, — у нас всё замечательно. Эжени хорошая хозяйка. Три года на Земле её многому научили. Я думаю, мне очень повезло. Если магия из нашего мира совсем пропадёт, то у меня есть шанс выжить.
Флоран горестно усмехнулся.
Эрчин задумчиво сказал:
— Ты думаешь настолько всё серьёзно?
— Я думаю, что теперь, будет большая редкость, если родятся дети с магическим даром. И их надо будет обучать обходиться без магии, вообще без помощи волшебников. И в этом плане моя Эжени — просто клад. Наши линдси, жившие здесь и выросшие в семьях чародеев всё-таки мыслили, что всё можно сделать из воздуха, а не своими руками.
— Надо ехать за женой на Землю, — задумчиво проронил Эрчин.
Флоран посмотрел в окно и воскликнул:
— О, Смайл.
Эрчин повернулся и увидел в окне лицо друга. Помахал ему рукой и сделал знак, означавший «иди к нам».
— Ну вот, минут через пятнадцать будет тут. С перемещениями у него совсем беда. А вот в окна подглядывать он умеет мастерски.
Флоран улыбнулся и произнёс:
— Посидим втроём, как в старые добрые времена. Кстати, я хотел пригласить вас в гости, у Эжени через пять дней именины, будут только свои. Вас я тоже жду. Кстати, жена интересовалась — почему вы просто так в гости не заглядываете, я оправдывался, что вы вечно заняты. Но меня тоже заботит этот вопрос, — он выжидающе исподлобья посмотрел на Эрчина.
Тот виновато развёл руками и сказал:
— Ну…, мы как-то думали…, теперь у тебя семья, что бы не мешать…
— Ну-ну, — усмехнулся Флоран, — сразу видно — холостяки. Можно подумать ваши родители всюду вдвоём и друзья к ним не приходят.
Эрчин вздохнул и произнёс:
— Как-то с этой стороны я не подумал.
Смайл ворвался в дом без стука, радостно обнял друзей по очереди и улыбнувшись сказал:
— Ну, рассказывайте, как у вас дела?
Флоран с улыбкой посмотрел на Смайла и поделился своими подозрениями и опасениями. Тот задумался.
— Может ты и прав, у меня же родственники, в большинстве своём, напыщенные гордецы, касательно своего происхождения и чистокровности. Так вот у тётки сын женился на линдси, скандал был жуткий. Но всё-таки смирились, решив, ну хоть вероятность внуков линдси исключается. Но не тут-то было, старшему сыну у них семь лет, а дочке в конце весны исполнилось пять, так вот девочка магической силой не обладает. Все просто в шоке.
— Не одни они, я сначала про пару семей услыхал, что у них дети без силы. Потом стал интересоваться и выяснил, что это становится закономерным. Как понимаю, по этому поводу созван внеплановый совет Сваторики. Недаром же, родители Эрчина даже сына после поездки ещё не видели. Видимо всполошились, — прокомментировал Флоран.
— А какие у тебя предположения? Если есть, конечно?
— Я вот уже дней двадцать думаю, и вот какие мысли меня посещают. Есть у меня теория: гармоничного распределения энергии. Я немного анализировал. Кто из вас помнит, когда появились первые линдси? — он посмотрел на друзей.
Эрчин задумчиво произнёс:
— Линдси Орион родилась … двести тридцать девять лет назад.
— Так вот, — продолжал Флоран, — я просматривал историю развития магии.
Смайл удивлённо вскинул брови и посмотрел на друга.
— Да-да, есть такая тема и её исследовал довольно известный в определённых кругах историк Промин Кусади. Думаю, вы про него и не слышали.
Друзья согласно кивнули.
— Вот приблизительно лет двести пятьдесят назад магические способности начали набирать обороты. До этого ведь как-то всё больше в бытовом плане пользовались. Первое перемещение произошло двести сорок шесть лет назад. Кто его открыл, я надеюсь, вы знаете?
Эрчин кивнул и произнёс:
— Ремиус Трей.
— А ты, смотрю, хорошо учил историю, — заметил Флоран.
— Это был мой самый любимый предмет, — улыбнулся Эрчин, — хотя, наверное, это закономерно. Я же вырос на легендах семьи.
Смайл вздохнул:
— А я по истории еле-еле натянул на «зачтено», благо на экзамене попались вопросы — которые проходили в младшей школе, там я ещё посещал занятия.
— Вот так и выясняется, что в школе надо было всё-таки учиться, — не преминул поддеть друга Флоран.
— Ну ладно, мы не в школе и ты не учитель, — буркнул Смайл, тут же улыбнувшись, сказал:
— Продолжайте вашу теорию, а то вы уже впадаете в наставничество. СЭР!
Флоран улыбнулся и продолжил:
— Вот с тех времён магия стала набирать обороты, появилось много довольно сильных магов. Есть у меня думка, что пока всё было более менее ровно — магия распределялась равномерно, но когда у кого-то способности позволили развить дар до больших высот, стали рождаться люди вообще без этого дара. Я это назвал — законом гармоничного развития магии. И чем больше появлялось маститых волшебников, тем больше появлялось линдси. Кстати, в тот период стали появляться школы, где детей могли обучать, эти самые, чудо-чародеи. До этого ведь все обычно получали знания дома от родителей, что-то могли изобрести сами и всё.
Флоран замолчал, повисла тишина.
Первым подал голос Эрчин:
— И тут мы увезли наших линдси, на другую планету, и вообще в другую солнечную систему.
— Да, именно так, — кивнул Флоран, — я даже не удивлюсь, если на Земле в итоге у них или их детей проявятся магические способности.
— Может есть смысл отправить какую-то часть волшебников на Землю, — подал голос Смайл.
— Думаю для Сваторики это было бы не плохо, но во-первых — боюсь мою теорию посчитают бредом. А во-вторых, кто захочет покидать свою планету, где всё привычно и так знакомо. Ради опять же непонятных теорий.
— А я бы покинул, меня родители уже достали, — грустно сказал Смайл, — они меня всё женить хотят и у нас смотрины раз в тридцать дней. Главное — что они водят чистокровок, но таких страшных, там не то, что о женитьбе, там сразу улететь подальше, зарыться поглубже, главное куда-нибудь.
Смайл взмахнул руками и поёжился. Друзья всё поняли. Эрчин сказал:
— Тебе надо найти линдси по душе и к ней сбежать.
— Именно об этом я и подумываю, — кивая головой, промолвил Смайл, — ладно давайте закончим с грустными вестями, Эрчин расскажи про последний полёт, ты там чего-то новое затевал, интересно что? Даже меня с собой не взял.
Эрчин рассказала о своих приключениях. В этот раз он исследовал области которых можно достичь в три прыжка звездолёта. Там нашлись заселённые планеты, несколько из них очень технически развиты, совершают межгалактические перелёты и исследуют космос.
На одной планете у него возникло ощущение, что тут есть магия. Там его магические способности были раза в три выше, чем обычно. Но людей он там не обнаружил. Было ощущение, что там просто растительная жизнь без живых существ.
— Интересно, а если туда поселить линдси — может у них там силы проявятся, — закончил он рассказ, своим предположением.
Флоран задумался и проронил:
— Надо подумать над этим.
Друзья ещё немного посидели, пообщались о разных мелочах. Эрчин накормил всех вкусными пирогами и договорившись встретиться на дне рождения Эжени, они распрощались.
Полгода на Сваторике царила паника, потом в двух семьях полукровок обнаружились дети с магическим даром.
Народ выдохнул, решили, что теперь всё будет как обычно, да не тут-то было, следующий юный волшебник проявился только через полгода, а потом только через год и всего один.
Чародеи приуныли — в их семьях ни один ребёнок младше шести лет не обладал магическим даром.
Эрчин, ещё в самом начале, рассказал теорию Флорана родителям. Отец очень заинтересовался и они не раз встречались по этой теме.
Обсуждали и так, и эдак, Чинанди предложил проверить теорию, проведать переселенцев на Земле и понаблюдать за детками, которые родились уже на новой планете.
Эрчин предложил маршрут полёта, сначала отправиться на планету, которую он временно назвал Чародейка, потом уже на Землю, а на обратном пути проведать Печальку.
Команда подбиралась большая, отец Эрчина, Флоран с семьёй, Эжени захотела посетить Землю, ну и конечно Смайл.
Долго думали, стоит ли ставить совет в известность, по поводу своих размышлений и действий, и в итоге решили, что не стоит пока тревожить народ предположениями, вот будут доказательства, тогда и на совет можно идти. А пока это всего лишь домыслы.
Путешествие началось в первый день весны — решили приурочить это мероприятие к семилетнему переселению линдси.
За долгое время путешествий Эрчин научил Смайла управляться с кораблём, только прыжок подчинялся капитану, а всё остальное управление теперь безоговорочно доверялось другу.
Перелёт к Чародейке занял пять дней пути. Звездолёт был всё-таки живой, и он открывал каждый раз всё новые и новые возможности своему капитану. Хотя может Эрчин и заблуждался, просто у него каждый раз возникали новые полётные идеи и он, воплощая их, приписывал возможности кораблю.
Чародейка очаровала всех. Там действительно было ощущение, что магия витает в воздухе.
Смайл обнаружил, что он может легко перемещаться, и всю дорогу отставал от компании и появлялся рядом, радуясь как ребёнок.
У Чинанди и Эжени получились маленькие приятности: распустить цветок на ладошке, сделать фонтан с красивыми брызгами, сорвать плод на расстоянии. Отец Эрчина попробовал переместиться, это ему не удалось. Видимо усиливались изначальные способности. Он недоумённо оглядываясь, произнёс:
— Странно, кругом деревья, плоды, чистейшая вода, вообще сказочная природа, но мы не увидели ни одной птички, ни даже малого насекомого. Это меня удивляет.
И тут маленькая Розалия, дочка Флорана и Эжени, бежавшая впереди всех, радостно воскликнула:
— Человечек!
Произошёл маленький хлопок, как будто лопнул мыльный пузырь. И планета предстала перед ними во всей своей красе.
С цветка на цветок порхали большие бабочки, невозможных расцветок, щебетали птицы, сидя где-то в ветвях деревьев. Мир жужжал и копошился. А на пути стоял маленький человечек, ростом не выше трёхлетней Розалии, он был одет в синий камзол расшитый золотом, такого же цвета панталоны и в шляпе с золотым пером. Малыш растеряно смотрел на людей, и на лице у него было выражение горечи и досады.
— Здравствуй, — приветливо сказал ему Чинанди.
Тот в ответ молчал и хлопал глазами. Тут из-за куста вышел ещё один человечек, чуть выше ростом, и видимо был взрослым, так как был с длинной бородой. Он укоризненно сказал первому:
— Когда же ты научишься пузыри удерживать?!
Повернулся к нашей компании и сказал:
— Извините нас, мы не хотели тревожить вас. Власик пока плохо удерживает пузырь тишины.
Власик продолжать хлопать глазами, видимо изо всех сил стараясь не расплакаться.
— Мы очень рады, что увидели всю прелесть вашей планеты. И будем рады познакомиться с вами, — радостно ответил Чинанди. Остальные просто молчали, а Розалия подошла к маленькому гному и обняла его. Тот застеснялся, лицо его покрылось румянцем.
Эжени подошла к дочке и приветливо погладила Власика по голове, он засмущался ещё больше. Старший человечек сказал:
— Ну, раз уж так случилось — давайте знакомиться. Я Власиль, это мой внук, его тоже, так как и меня зовут, но вот пока маленький — он Власик.
Все путешественники представились и рассказали, как они попали на планету.
Власиль сказал:
— Мы видели, как вы приземлились. Но обычно стараемся, что бы пришельцы нас не заметили. В прошлый раз, когда был один из вас, — он указал рукой на Эрчина, — Власик справился с заданием, поэтому, когда увидели ваш корабль, думали, что он и сейчас справится. Но на маленьких детей нужна более сильная магия, они часто видят, то, что не видят взрослые.
Пока взрослые общались, Розалия взяла Власика за руку и ушла с ним далеко вперёд.
Эжени увидела, как дочка направляется к большому животному впереди и испугалась, хотела окликнуть дочь. Власиль не поворачивая головы, сказал:
— Не бойтесь, это единорог, они очень добрые и любят девочек. Власику за радость пообщаться с животным — к нему одному единорог не подойдёт. Да и все можете подойти — это удивительное существо.
Они тихо приблизились, но совсем близко подходить не стали, было видно, что животное насторожилось.
На Сваторике были только пони, единорог был похож на них, но выше, изящнее и бело-лунного света, именно света — потому как от его шкуры исходило свечение. На голове в середине лба торчал витой рог.
Розалия гладила это красивое животное, теребила его серебряную гриву. Единорог излучал радость, спокойствие и умиротворение.
— А как вы увидели, что к детям подошёл единорог? — спросила Эжени у Власиля.
Тот улыбнулся и ответил:
— Я не вижу, я просто чувствую — кто и где находится. Кстати, на нашей планете нет опасностей для вашей девочки и можно смело отпустить её гулять с Власиком.
Эжени согласилась.
Власиль пригласил их в гости, вёл он себя достаточно гостеприимно, но как-то немного отчуждённо. Правда, про планету он охотно рассказал, может не всё, но многое.
Эрчин почти угадал с названием, планета называлась Ведьма. Она была живая и очень своенравная, а временами просто вредная. Тут жили гномы, садовые и горные.
Садовые гномы занимались сельским хозяйством, жили на поверхности и присматривали, что бы какие-либо пришельцы, не нашкодили.
Горные жили в горных широтах, зачастую глубоко под землёй. На поверхность выходили довольно редко, добывали различные камни и металлы.
Этот уклад был на планете испокон веков. Магия соседствовала тут со всем живым, ею дышали и ею же и колдовали. Последние пару веков участились различные посетители планеты. Гномы научились созвать вокруг них поле невидимости, и пришельцы видели красивую планету, но никого живого, охали, ахали и улетали восвояси.
Пару раз были желающие построить здесь свои города, но таких сама планета не принимала, и люди обычно, убирались в неведомом страхе, стараясь сюда больше не прилетать. Но это были сплошь, люди из технического мира. Эрчин был первый из людей, кто прибыл из мира магического.
Было очень интересно слушать о жизни другой планеты. Но Власиль попросил рассказать и о своём мире.
Тут уж высказывались все по очереди, правда, отец Эрчина, больше всех знающий историю, рассказывал больше и глобальнее. Остальные делились более частными историями. Флоран поделился бедой постигшей их планету в последние несколько лет.
Власиль, выслушав все предположения по этому поводу, улыбнулся и спросил:
— А почему вы видите только одну сторону происходящего, и при этом только плохую. Почему у вас не возникает никакой другой версии?
Флоран насторожился и удивлённо спросил:
— А под каким углом на эту ситуацию ещё можно посмотреть?
— А почему вы не рассматриваете магию как живую материю, и она имеет свойство расти и развиваться, тесно ей стало на вашей планете, вот она и решила таким образом распространиться дальше. Я даже предполагаю, что те зародыши магии, которые попали на Землю, а они туда попали, это уж вы мне поверьте, прорастут здоровыми плодами. Здоровыми и, со временем, сильными! И кстати, думаю, что на Сваторике тоже наладится всё со временем, если конечно ваши главы не начнут делать большие глупости, которые доведут до беды. Начнёт набирать силу магия на Земле и у вас оставшаяся, тоже вырастет. Как всё живое. Магия растёт таким способом очень часто. И переезд магов на Землю тут не поможет.
— Думаете, на Земле магия появилась, только с появлением наших линдси? — поинтересовался Флоран.
Власиль посмотрел на него и улыбнулся:
— Всё может быть, но я предполагаю, что там есть магия, а сейчас там появились свежие силы, как переход на новый виток, уровнем выше.
Все слушали гнома очень внимательно, каждый думал о своём и в то же время об одном и том же.
Власиль после обеда пригласил гостей в свой сад. Было видно, что он очень гордится своим детищем. Он с большой любовью срывал плоды с деревьев и угощал ими гостей.
— Нам уже скоро пора возвращаться на корабль, — промолвила Эжени, — а моя дочь где-то гуляет. Да и подкрепиться ей бы не помешало.
Власиль улыбнулся:
— Не бойтесь, они с Власиком подойду к звездолёту во время, а голодной он её не оставит. Сады у нас уникальные, тут можно и пообедать и поужинать и ничего готовить не надо.
— А можно взять каких-нибудь плодов к нам, на Сваторику, — поинтересовался Чинанди, — а ещё лучше семян, что бы посадить у себя.
Гном радостно предложил не просто семена, он выдал саженцы плодовых деревьев, так же снабдил их несколькими коробочками с насекомыми необходимыми для опыления деревьев. И целый мешок пыльцы серебристо-синего цвета, что бы растения прижились на чужой земле, их необходимо было удобрять этой пыльцой целых три года.
Власиль пошёл вместе с гостями к их кораблю. С Другой стороны подходили, весело разговаривая, Власик и Розалия, девочка весело улыбалась и жевала какой-то фрукт.
Гном подошёл к звездолёту и потрогал его рукой, нахмурился и спросил:
— А из какого металла сделан корабль?
— Это не металл, это дерево, — ответил Эрчин, — есть у нас удивительное дерево, называется Крак. Вот мы с отцом очень долго с ним экспериментировали. И теперь я путешествую.
— А откуда у вас это дерево появилось? — продолжал допытываться Власиль, выражение его лица было серьёзным и озадаченным.
Эрчин рассказал легенду дерева Крак, и как он нашёл семена на Красной планете.
— Гроу……., - гном выдохнул и потом гулко свистнул.
С дерева неподалёку сорвалась птица и прилетела на зов. Сделав круг вокруг звавшего, села ему на плечо. Оперенье птицы было в основном синее, крылья зелёные с жёлтыми кончиками, а голова бардового цвета, и вся она искрилась перламутром.
— Гроу, — сказала птица, и все замерли, удивлённо уставившись на пернатую красоту.
— Это птица, которая умеет летать между звёзд. Гроу — означает судьба. Она не с нашей планеты, но эти птицы часто тут живут подолгу и отзываются на свист, которым я её позвал, — пояснил Власиль, — на планеты малой магии они обычно летают выполнять урок, задание, есть теория, что там, откуда она родом есть нечто, чью волю выполняет птица-судьба. Хотя это всего лишь догадки и может она просто предвестница перемен, но в любом случае, если она появилась на планете, то жди изменения линии судьбы всего человечества этой планеты.
Все замолчали. Гном погладил птицу, и продолжил:
— А дерево Крак произрастает у нас, причём тут оно плодоносит, даёт семена и плодоносит снова. Думаю, на вашей Красной планете в грунте есть некие вещества, которых не хватает у вас.
Подошёл Власик и немного смущаясь, спросил:
— А вы к нам прилетите ещё?
Эрчин улыбнулся и ответил:
— Думаю, прилетим, ну или я один, ты только в следующий раз признавайся, что ты рядом и не прячься.
Власик кивнул и раскрасневшись спрятался за деда, он видимо немного побаивался больших чужаков.
Распрощались с массой наилучших пожеланий, компания звездолёта отбыла на планету Земля.
Рубку пришлось увеличить до размеров кают-компании, так как всем хотелось обсудить услышанное и увиденное, но при этом, кто-то должен управлять кораблём. Поэтому решили пустить корабль в вольный полёт по звёздной системе Ведьмы и поговорить.
Обсуждение длилось долго, до самого ужина никто не вышел из каюты. Когда совсем проголодались, решили устроить трапезу прямо тут.
Эжени спохватилась, дочка была предоставлена сама себе, она находилась в детской комнате, и её не было слышно. Помещение для ребёнка было очень большим, с массой лабиринтов, лесенок, горок, батутов и всяких разных приспособлений для игр. Девочка могла часами там играть самостоятельно. Но кормить то её надо.
Эжени сказала всем:
— Я сейчас приведу Розалию сюда, а вы пока поговорите на какие-нибудь другие темы.
Все согласно закивали, понимя, что разговор интересный, и оказаться не в курсе обсуждений было очень неприятно.
Розалия весело ворвалась в каюту-рубку и пританцовывая повторяла:
— Человечки, человечки…
Все посмотрели на девочку, такую весёлую и радостную, решив, что она настолько прониклась общением с гномом, что до сих пор думает, что они играют вместе. Она быстро поела и убежала играть обратно.
А взрослые продолжали обсуждать.
— Я вот думаю, — задумчиво промолвил Чинанди, — если вправду окажется, что дети линдси на Земле проявляют способности к магии, то стоит ли вообще говорить на Сваторике, про наши теории, и про то, что мы узнали.
Все вопросительно посмотрели на отца Эрчина.
— Почему? — спросил Флоран.
— Это была наша идея, мы построили корабль, да нас с сыном объявят самыми главными виноватыми в этой ситуации. А те, кто гордится своей чистокровностью — вообще спустят на нас всех собак. Нам самим житья не дадут.
Эрчин посмотрел на отца:
— И что делать, так же тоже оставлять нельзя.
— Думаю надо для начала уговорить маму на перелёт, неважно куда, на Землю или найти планету вроде Ведьмы. За это время подготовить большой документ со всеми известными нам фактами и домыслами, описать это всё грамотно и по возможности помягче. И сделать так, что совет получил наше послание только после нашего отлёта.
— Вы думаете всё так серьёзно? — поинтересовался Смайл.
Чинанди кивнул:
— Даже не сомневаюсь, я слишком хорошо знаю наш совет, и в первую очередь его главу, его самое главное качество, если уж чего ему в голову взбредёт, отступать он не станет, даже под страхом смерти. Кстати, по его заказу мы сейчас новый корабль строим, вернее мы его себе строим, а этот вроде думаем подарить планете. Думаю, что лучше будет, если этот корабль попадёт к тебе Смайл. В свете новых событий надо будет сделать его твоей собственностью. В общем, всё надо продумать. Если мы не улетим, грозы нам не избежать. Причём такой грозы — живыми бы выбраться.
Земля встретила их хрустящим белым снегом и замёрзшей рекой. Пришлось срочно всем утепляться. Такой зимы они даже не представляли себе. На Сваторике снега не бывает, да и мороза тоже.
Переселенцы не очень радушно встретили гостей, но колдовским искусством не преминули воспользоваться. Чувствовалось отчуждённое настроение и очень неохотное желание общаться.
Сидя вечером в кают-компании Эрчин сказал о своих наблюдениях, все согласились, тоже заметили настороженное к себе отношение.
Только Смайл высказал удивление, он прогостил всё это время у сестры и не заметил никакого негатива в свою сторону.
Смайл же и новости принёс, которые их интересовали.
— Наши опасения подтверждаются, в прибрежном и долинном посёлках есть девочки, которые могут лечить, просто приложив руки к больному месту. Они пока обе небольшие, поэтому могут не много. Замечались и другие магические проявления, но линдси стараются их пресекать.
— Что значит пресекать? — удивлённо спросил Флоран.
— Да, по-разному, — вздохнул Смайл, — есть такие, что и поколачивают детей. Сестра думает, что те очень быстро понимают, что лучше помалкивать и поэтому стараются не показывать странных способностей.
— Быстро они перестроились, — грустно промолвил Чинанди, — думаю если бы это случилось на Сваторике, они бы были счастливы.
— Ну, что вы от них хотите, — воскликнула Эжени, — они приспосабливаются к новому миру. Тут явной магии нет, кстати, сдаётся мне, только явной. Мне отчего-то кажется, что в воздухе тут витает дух волшебства. После Ведьмы у меня обострились чувства.
— Ты не думаешь, что это именно магия детей витает в воздухе, а учитывая, что им приходится её скрывать, то она копится вокруг, — задумчиво толи спросил, толи сказал Флоран.
— Может быть, — согласилась с ним жена, — В общем, получается, что магию они принимают только в виде врачебной помощи.
— Грустно, — пробормотал Эрчин, — да, папа, натворили мы с тобой дел. И тут нам не рады и на Сваторике ещё обвинять начнут, когда узнают.
— Да ладно вам, — отмахнулся Смайл, — можно подумать, кто-то побежит им рассказывать. Я вот знаете, о чём подумываю. Когда вы новый кораблик запустите и обкатаете. А мне этот отдадите, я к вам потом прилечу. Может ещё кого прихвачу с собой.
— Флоран, — Эжени обратилась к мужу, — а мы, что в итоге останемся одни на Сваторике, без друзей?
Тот в ответ улыбнулся и сказал:
— Вот я и думаю с кем напроситься в полёт. Предполагаю, что могут захотеть ещё пара-тройка волшебников удалиться с родной планеты, те, кто активно поддерживал проект переселения линдси, при этом был против наказания оных, за их проступки.
— Думаю, ты прав, — задумчиво произнёс Чинанди, — знаю я несколько думающих в совете. Я предполагаю, когда мы улетим, они к тебе, Смайл, сами придут.
— Можно мне предложить? — немного смущаясь, спросила Эжени.
Все обернулись к ней. Чинанди кивнул и она сказала:
— Давайте повнимательнее присмотримся к Земле, посмотрим другие места? Как вариант.
— Логично, — поддержал жену Флоран.
На следующий день решили назначить отлёт, в принципе — это было всего лишь покидание переселенцев. На орбите Земли ещё планировали задержаться.
Вечером сидели в Храме Огня, из линдси собрались только те, кто благосклонно относился к своим соотечественникам и более, менее спокойно, к тому, что их дети наделены магическим даром.
Разыгралась гроза, лил проливной дождь, а у костра было тепло и уютно. Эрчин создал приглушающее поле и громовые раскаты были еле слышны, было ощущение, что по крыше барабанит небольшой дождь.
В дверь раздался стук. Все замолчали и посмотрели по сторонам. Смайл, так как был ближе всех к входу, открыл дверь. На пороге стоял человек в мокром дорожном плаще, голову покрывал капюшон, закрывавший лицо, и было не понятно, кто перед ними. В руках у человека был красивый витой посох.
Странник поднял голову и скинул капюшон. Оказалось это старик уже седой, борода была убрана под плащ.
— Люди добрые, пустите погреться и обсохнуть? — подал голос вошедший.
Тут же его усадили поближе к костру, плащ повесили на верёвку, которую быстро и не заметно, как казалось некоторым, соорудил Смайл.
Эжени шепнула мужу:
— Он волшебник.
— Почему ты так думаешь? — удивился Флоран.
— Вокруг него витает магия, я её вижу, — так же шёпотом ответила Эжени, — а от посоха вообще веет сила, это видимо средство усиления его личных способностей.
Флоран уставился на старика. Тот вёл себя абсолютно спокойно и ничем не выделялся, и казался обыкновенным человеком.
Разговоры потекли в простом бытовом русле. Старик добро улыбался и прихлёбывал, поданный ему, горячий настой на травах. Отогревшись, он начал засыпать. Стали говорить потише.
Через некоторое время раздалось бормотание странника, все прислушались:
— Войны завоевателей.
— Прятаться в лесах.
— Духи леса помогут.
— Гибель планет.
— Упадок прежнего дома.
— Гордыня погубит.
— Будущее далеко.
— Солнце в зените.
— Множество миров.
— Птица судьбы.
— Земля — дом.
— Дети-линдси — надежда.
Старик замолчал и мирно всхрапнул, в храме повисла звенящая тишина, даже шум дождя прекратился.
Через пару минут Эжени пробормотала:
— Гроза прошла.
Все встрепенулись и начали перешёптываться, с разных сторон слышалось: «Кто это?», «Откуда знает про линдси?» «Пророчество».
— Что значит пророчество? — спросил в полголоса Чинанди.
Люмея, сестра Смайла, еле слышно произнесла:
— Когда Лорис и Вик ходили на разведку к местным жителям, они часто слышали, про пророчества, которые якобы предсказывают то или иное событие.
Старик зашевелился, все притихли. Эрчин потихоньку выглянул на улицу, гроза действительно закончилась, даже тучи разошлись и на небе сияли звёзды.
Чинанди подозвал Смайла, пошептался с ним и подошел к сыну:
— Думаю нам пора прощаться. Смайл сейчас договорится с сестрой о тайной встрече, остальным мы скажем, что прощаемся навсегда.
Эрчин кивнул и подал знак Флорану и Эжени.
Флоран сходил в соседнюю комнату, где стояла кровать для смотрителя храма, там спала Розалия, он взял дочку на руки и вышел к остальным.
Смайл обнял сестру и встал. Чинанди в полголоса обратился ко всем линдси:
— Нам пора, мы завтра рано на рассвете стартуем. Желаем вам всего самого наилучшего.
Один из линдси подал голос:
— Вы ещё прилетите?
— Думаю нет, нас в этот раз приняли очень натянуто, думаю дальше будет хуже. Берегите детей, они обладают силой, и думаю большей, чем маги Сваторики.
— Вы так думаете? — спросил один из линдси.
— Я конечно, только предполагаю, но мучают меня такие подозрения, и боюсь если вы их будете зажимать и не давать развиваться, они в один прекрасный момент вас возненавидят и уйдут. И вы останетесь одни. Научитесь принимать их дары. Вы сбежали от одних волшебников, а у вас родились свои, видимо судьба у вас такая — жить среди волшебства, не обладая силой. Но это ваши дети.
Наступила тишина, задумчивая и тягучая.
— Ну, нам пора, — выдохнул Эрчин.
Некоторые линдси вышли их проводить, некоторые остались в храме, осмысливая всё услышанное.
На звездолёте по каютам расходиться не стали, собрались в огромной, теперь уже, рубке. Эрчин смастерил тихий закуток для Розалии. И все расселись по креслам.
— И зачем нам свои комнаты, — улыбаясь и разводя руки, сказал Чинанди.
Эрчин усмехнувшись, поддержал отца:
— Пора делать перепланировку, отсеки в рубке для каждого члена экипажа, а личные комнаты долой.
— Я не согласна, может вам холостякам это и подойдёт, а людям семейным всё-таки хочется побыть своей семьёй, отдельно от общества, — шутя, возмутилась Эжени.
— Тогда вам отдельную комнату, напротив рубки, с отсеками здесь, на всякий случай, — поддержал тему Смайл,
Немного поёрничав ещё по этой теме, перешли к основному, всех волновавшему вопросу, вернее вопросам.
Сначала прошлись по пророчеству, пришли к выводу, что стоит записать всё сказанное стариком и проверить по пунктам.
— Эжени, ты сказала, что видишь магию, это как? — задал вопрос Чинанди.
Та улыбнулась и ответила:
— После посещения Чародейки, извините Ведьмы, я стала видеть серебристо-синее сияние вокруг магов и предметов, созданных магией. Вернее предметы наделённые магией, то есть звездолёт наделён собственной магией, он сияет, а вот тарелка для еды нет, хоть и создана магом. Ну, вот, как-то так.
— Интересно, — пробормотал Флоран, — и давно ты поняла, что есть такая способность?
— Если честно, только когда увидела старика и посох. Вернее уже вроде догадывалась, но пока кроме вас никого вокруг не было. Думала, что после Ведьмы такое поле осталось вокруг всех. Кстати, Чинанди вокруг тебя тоже есть свечение, правда очень бледное. А вокруг детей-линдси, родившихся после переселения, тоже есть свечение, но цвет чаще зеленоватый.
— Давайте попробуем облететь Землю, и Эжени посмотрит на неё сверху. Может, тоже увидишь, светится или нет, — предложил Эрчин.
— Я в принципе не против, — кивнула Эжени, — но хотелось бы выспаться.
— Ну, так, можешь идти ложиться спать, — предложил Флоран.
— А остальные? — Эжени оглядела мужчин.
— А мы пока ещё пообщаемся, — бодро ответил муж.
— Ну, так не честно, — Эжени скорчила обиженную гримаску и добавила, — я побуду с вами, лучше сделай так, что бы я могла лежать в кресле, и укрыться бы чем, — обратилась она к мужу.
Эрчин засмеялся:
— Ну, я же говорил, про отсеки и спальные места прямо здесь.
Все посмеялись, но просьбу Эжени выполнили и продолжили общаться.
Сначала решили записать все пункты, так называемого, пророчества. Эрчин взмахнул рукой, и перед ним появилась небольшая доска и рядом карандаш, который был готов писать.
Все по очереди говорили, кто, что запомнил. Карандаш писал. Уточняли — карандаш перечёркивал написанное и писал заново. В общем-то, вспомнили всё, и задумались.
— Думаю, первые три относятся к Земле и к тем, кто на ней живёт, — изрёк Чинанди, — и это не удивительно, тут куча племён, которые воюют между собой. Когда линдси отправляли Лориса и Вика на разведку, они в первую очередь хотели узнать про быт, но в итоге узнали и про постоянные набеги со стороны соседей и войны с ними.
— А вот «гибель планет», — предположил Эрчин, — это, наверное мы увидим, ну больше никто не сможет, вот только интересно — их много, что ли, будет? Я могу предположить, что прибыв на Печальку, мы можем увидеть печаль.
Чинанди подал голос:
— Мне кажется, что два следующих пункта — «упадок прежнего дома» и «гордыня погубит», это про Сваторику.
— «Будущее далеко», — задумчиво проговорил Флоран, — очень туманная фраза, чьё будущее и как далеко и как это вообще понимать?…
— Так же как и «солнце в зените», — подал голос Смайл, — что это значит?
— «Множество миров», это, скорее всего нам, мы видимо ещё много их увидим, пока искать будем дом, предложил Эрчин.
— Ага, и «птицу судьбы» мы ещё, видимо, встретим, — предположил Смайл.
— А вот фраза земля-дом, может относиться и к нам, и к линдси — для них она уже стала домом, а вот для нас может встать в будущем, — сказал Флоран.
— Ну, а с детьми-линдси всё понятно, — спокойно подытожил Чинанди.
— Да… Интересный старичок к нам пришёл, — протянул Смайл, — Эжени — а ты точно уверена, что он не из наших?
Все повернулись к женщине и увидели, что она спит, укутавшись в тёплое одеяло.
— Слушайте, может, и мы будем укладываться, — предложил Эрчин, — день был долгий, как всегда насыщен событиями. Пора и отдохнуть.
Согласно кивая, решили расположиться прямо тут, что далеко ходить, раз уже двое спят. Быстро соорудив спальные места и постели, разлеглись по местам.
— Ты кстати, подумай, на счёт отсеков для нас прям тут? — обратился тихонько Смайл к Эрчину.
Тот улыбнулся и ответил:
— Я думаю.
Некоторое время ещё переговаривались вполголоса, обсуждая оставшиеся вопросы, но усталость брала своё и потихоньку начали засыпать.
Вылет немного подзадержался, так как все просто устали накануне. И проспали. Да, в общем-то, никто и не гнал.
Облетая Землю, обнаружили много очагов магии. Со слов Эжени, тут были разные цвета, на большом материке, рядом с которым располагался остров, где жили линдси, сплошь было зелёное свечение. Встречались очаги синих и фиолетовых оттенков.
Самое странное оказалось, когда пролетали над северным полюсом.
— Интересно, — пробормотала Эжени, — тут вроде снег кругом и никого нет, а переливается местность золотом и серебром, фиолетовый цвет встречается. Почему так?
Чинанди обратился к сыну:
— Попробуй снять поле невидимости.
— Может не сработать, магия разная, — ответил Эрчин, но попробовал. И ведь сработало.
Перед ними предстал большой материк, на котором располагалось множество городов. Уровень развития которых, явно превышал уровень жизни остальных жителей Земли.
— Что это? — удивилась Эжени.
— Это спрятанный мир, который мы увидели благодаря тебе, — Флоран обнял жену и прижал её к себе.
Все остальные рассматривали, открывшуюся перед их взором, картину.
— Интересно, мы сможем туда попасть? — поинтересовался Смайл.
— Попробуем, — ответил Эрчин, — но не сейчас. Я думаю, ты встретишься с сестрой ещё раз, нам надо составить для неё весь план действий. А потом мы летим к Печальке. Сюда мы ещё вернёмся, но пока есть другие дела.
В принципе против никто не был. Решили действовать по намеченному равнее плану.
Эжени ушла к дочери. Та спокойно играла на площадке, правда выглядела немного погрустневшей.
— Доченька, что случилось? — поинтересовалась она у малышки.
Розалия подошла к матери и ответила:
— Человечки пропали, было много человечков, нам было весело, а теперь я одна.
Эжени насторожилась и предложила дочери пойти к папе, та охотно согласилась и пошла с мамой, весело подпрыгивая и напевая какую-то мелодию.
Поделившись в рубке своими подозрениями Эжени, попросила дочь рассказать ещё раз про человечков. Девочка была мала, поэтому не могла сказать, сколько их было. Но назвала двух мальчиков по имени и одну девочку.
— Эрчин, на корабле должна быть функция отслеживания незваных гостей, — сказал Чинанди сыну.
— Сейчас испробую, — ответил тот.
Выяснилось, что с Ведьмы они прихватили с собой пятерых гномов, двое женского пола, трое мужского, которые высадились на Земле.
— Ну вот, — весело сказал Смайл, — есть повод посетить Ведьму.
— Это говорит о том, — наставительно сказал Чинанди, — что кто-то слишком беспечно относится к своему кораблю и не закрывает его на чужих планетах.
Эрчин согласился:
— Да, папа, ты абсолютно прав, впредь буду закрывать.
— Что это ты такой покладистый? — удивился отец, — обычно споришь.
— Просто подумалось, что можно так и какую-нибудь заразу прихватить.
Смайл рядом вздохнул, но ничего не сказал.
Флоран задумался.
Розалия немного погрустила, с человечками ей было весело. Но она была ещё слишком мала, что бы долго оставаться в печали, и вскоре стала обходиться тем обществом, которое имелось.
В бытовых заботах проходили дни. Смайл встретился с сестрой, передал ей маленькое колечко, когда надо будет увидеться, кольцо будет нагреваться, а внутренней стороне его появится надпись, с обозначением места.
Попрощавшись с сестрой, Смайл подумал: «Как хорошо, что у меня тут есть родной человек». В этот момент он понял, что она ему стала роднее отца с матерью.
Облетев ещё несколько раз Землю, решили в следующий раз попасть в страну на северном полюсе, но предварительно стоит подготовиться и вообще более основательно исследовать планету. Скрытая страна — это ещё не все загадки.
Планета Печалька встречала печалью. Вернее большими странностями, вокруг планеты летали какие-то существа — огромные, серые, от них веяло холодом за тысячу миль. Подлететь близко к планете не смогли, существа начинали на них реагировать. Только через сутки троим волшебникам, удалось соорудить поле невидимости такой силы, что эти твари их не замечали.
— Почему простое поле не помогало? — поинтересовался Чинанди.
Эрчин сначала пожал плечами, а потом проговорил:
— Видимо эти сущности не столько видят, сколько чувствуют живых. Вот мы и старались закрыть от них себя полностью. Создать пустоту. Вроде получилось. Мы уже близко.
— Они наделены силой, — проговорила Эжени. — Только тёмной, вокруг них черно-серое сияние. Жутко смотрится. Брр.
Она поёжилась.
На планете творилось, что-то странное. Межзвёздные корабли не могли далеко улететь, стоило им выйти за атмосферу планеты, её тут же облепляли эти серые существа и буквально через пару минут корабль летел прочь как пустая коробка. Флоран проверял, там действительно не было ни одного живого человека. Но были мёртвые.
— Они забирают у них жизнь, — пробормотал Чинанди. — Я думаю, мы ничем не сможем им помочь.
— Мы могли бы спрятать планету, — предложил Смайл. — Как корабль.
— Предполагаю, наших сил не хватит, — задумчиво произнёс Эрчин. — Мы втроём корабль смогли спрятать, но планета большая.
— Но так же тоже их нельзя бросать, — грустно произнёс Флоран.
— Предлагаю, спуститься ниже и посмотреть, что там и как, — Эрчин оглядел друзей.
Все согласились. Когда входили в атмосферу планеты, им навстречу пролетело ещё два корабля с Печальки. Флоран смог просканировать их, на борту каждого звездолёта находилось по сто пятьдесят — двести человек.
И уже из атмосферы они наблюдали страшную гибель этих кораблей, которые по какой-то причине бежали с родной планеты.
Причина стала понятна — как только перед ними раскинулась Печалька во всей своей красе. От высотных домов остались одни руины, кругом бурями летал серый песок.
— Почему они разрушились? — задал вопрос в никуда Флоран, ответ на него тут не знал никто.
— Что-то стало происходить с планетой, — задумчиво произнёс Эрчин.
Тут они увидели, что-то вроде взлётной площадки, там стоял звездолёт, вокруг него суетились люди, одетые в странные комбинезоны, видимо не пропускавшие воздух, на спине красовались баллоны, Смайл высказал предположение:
— Это защитный костюм, а в баллонах воздух. Видимо с воздушной средой на планете совсем беда.
Облетев планету несколько раз, поняли, что это последний корабль готовится подняться в небо.
— Мы можем им помочь? — задал вопрос Чинанди.
— Понять бы, сколько они будут возиться, — протянул Эрчин, — но можно попробовать создать вокруг них поле, как мы себе сделали. Я попробую сейчас зависнуть рядом.
Зависание удалось, и трое магов начали своё дело. Закончив, они стали ждать.
— Надеюсь, получилось, — прошептал Эрчин, — но нам надо быть рядом, мы расширили наше поле, прихватив этот корабль.
С планеты поднялся корабль и Эрчин старался держаться рядом, насколько это было возможно, они благополучно миновали границу с серыми сущностями, их не заметили.
— Уф, — выдохнул капитан корабля, от Смайла и Флорана тоже послышался вздох облегчения.
— Теперь поле с них надо снять, — сказал Чинанди.
— Зачем? — удивился Смайл.
— Ну, представь, приземлятся они — выйдут из корабля, а вот вернуться не смогут. Они ведь его сами не увидят.
— Было бы весело посмотреть, — весело улыбнулся Смайл, — но им это не грозит, как только они отдалятся от нас на большее расстояние, поле перестанет их держать, и они станут видимыми.
— И поэтому надо пока держаться рядом, — поддержал друга Эрчин.
Последний звездолёт с Печальки, отправился на соседнюю планету своей звёздной системы.
— В принципе логично, — сказал Эрчин, — тут есть еда, а это самое главное.
Флоран усмехнулся и предложил:
— Давайте за ними, приземлимся и понаблюдаем.
— Нет, приземляться не будем, — твёрдо заявил Эрчин, — а вот зависнуть и понаблюдать — это запросто. Тем более, что наш кораблик может нам многое показать, на небольшом расстоянии.
Ферма, на которую прибыли беженцы Печальки, приняла их немного отчуждённо. Но помощь оказали, на корабле было двенадцать человек в очень измождённом состоянии и семнадцать раненых. Пришлось организовывать для них временный лазарет.
Остальным предложили распределиться по фермам и приступать к работе.
Глава фермы, рыжебородый мужчина, с большой копной, такого же цвета волос, был большого роста и рядом с ним, прибывшие казались малышами. Сначала он немного хмурился, но потом подобрел и сказал:
— Но учитывая, что теперь нам надо кормить только самих себя, то думаю, пока работы будет не много. Даже видимо придётся часть урожая раздать животным и птицам.
Наблюдатели остались довольны событиями.
— Ну, что, — сказал Смайл, — пора лететь восвояси.
Все переглянулись. И, согласились.
Ещё раз посмотрели на Печальку, наблюдая, как сущности слились в кольцо вокруг планеты, и было ощущение, что они танцуют какой-то ритуальный танец. Танец гибели планеты.
Мысленно попрощавшись, они покинули эту звёздную систему.
Прибытие домой было спокойным. Эрмирия Орион встретила всех участников полёта праздничным ужином. Рассказали новости, огорчили необходимостью поменять место обитания.
Мать Эрчина, всё-таки ещё надеялась, что все прибывшие ошибаются, и думала, что, наверное, стоит обратиться к совету. Она искренне верила в здравомыслие сильных мира сего.
Чинанди решил не давить на жену, а убедить её аргументами и примерами, ей надо время, что бы пережить все новости.
Так как прибыли вечером, то решили заночевать в поместье Орионов, благо дом был просторным, да и хозяева сами предложили так поступить.
Эрмирия очень заинтересовалась даром Эжени видеть магию в цвете. Женщины долго общались и им, по-видимому, было приятно в обществе друг друга.
— Хорошо бы, если бы они подружились, — тихо сказал Чинанди Флорану, — тогда если вы решите отчалить с нами, то моя жена будет себя чувствовать гораздо комфортнее, если у неё будет рядом женщина подруга.
— Тоже надеюсь на это, — поддержал его Флоран, — Эжени тоже напрягается, что ей придётся распрощаться со всеми своими родными и подругами. Она сначала поговаривала, про поселение на Земле, но среди своих, это её утешало. А теперь понимает, что и к ним мы не вернёмся. Это её тяготит.
— О чём шепчетесь? — к мужчинам подошёл Эрчин.
— Да вот, — отец кивком показал в сторону весело воркующих женщин, — очень надеемся на их дружбу, думаю тогда, твоя мама охотнее рассмотрит предложение переселения.
Эрчин глянул в указанную сторону и согласно произнёс:
— Да, было бы здорово.
Спать разошлись заполночь.
На следующий день все вернулись по домам и занялись своими делами, за время отсутствия, коих накопилось не мало.
Эрчин с отцом, вплотную, занялись постройкой нового корабля, вернее доделкой всяких разных частей, которые планировали давно, но не успели до отлёта, а так же новые задумки и конструктивные идеи, ждавшие своего воплощения.
Чинанди пару раз был в совете Сваторики, новости были не утешительные. За время их отсутствия не выявилось ни одного ребёнка с магическими способностями. Вечерами они за семейным столом обсуждали эти новости. Эрмирия, понемногу, свыкалась с мыслью, что муж и сын правы и придётся стать изгнанниками, покинуть привычный мир и скитаться в поисках нового дома.
Флоран с семьёй часто навещал их. Его любимый способ каминного перемещения всегда веселил семью Орионов. Флоран переправлял таким способом и жену и дочку. Кстати, для Эжени это был единственный способ быстрого перемещения.
Женщины очень быстро сдружились, что не могло не радовать мужчин. Маленькая Розалия была окружена женской заботой и радовала всех своим детским обаянием и жизнерадостностью.
Планирование отлёта принимало, всё более явные очертания, не только в умах, но и в душах будущих беглецов.
Но планы свои все держали в строгом секрете, Эрчин готовил свой первый звездолёт к передаче Смайлу. Он вместе с мамой заложил в него столько защитных заклинаний, что даже при желании завладеть кораблём постороннему, будет сложно, для этого надо быть из рода Орион и знать их родовые заклятия, которые передавались из поколения в поколение, под большим секретом. Собственно в каждом древнем роду был целый букет таких заклинаний, индивидуальных, отточенных прадедушками и прабабушками за несколько веков назад, и усовершенствованными их потомками.
Эрчин сидел в своей комнате, вертя перед глазами проекцию нового звездолёта, просматривал функциональность и думал. Периодически придумывал, что-то новое — примерял и тут же убирал. У него было ощущение незаконченности. Чего-то не хватало.
Тут в окно заглянул Смайл. Эрчин был поглощён своей проекцией и не сразу его заметил. Вернее он вообще его не заметил, так как не смотрел в окно, и друг не выдержав ожидания, переместился прямо в комнату.
Эрчин от неожиданности аж привстал, проекция исчезла.
Удивлённо посмотрел на друга, даже не зная, что спросить.
Смайл виновато посмотрел и также виновато произнёс:
— Прости друг, но я долго смотрел в окно и всё думал, что ты меня заметишь. Но ты очень был занят. А стучать в окно я не умею.
Эрчин усмехнулся и, мотнув головой, сказал:
— Пора научиться, — он похлопал друга по плечу и добавил, — но я всё равно рад тебя видеть. Ты смотрю, теперь, перемещаешься свободно.
Смайл заулыбался и сказал:
— Ну, в очень знакомые места свободно. У меня проблема с визуализацией места.
— Давненько ты к нам не заглядывал, — Эрчин укоризненно посмотрел на друга, — а если быть точным, то после прилётного ужина, ты у нас и не появлялся.
Смайл потупил взор и смущённо произнёс:
— Я с девушкой познакомился, вот …, - он замялся, — ну… как-то так, в общем…
Друг понимающе улыбнулся и сказал:
— Когда знакомить будешь?
— Да вот думаю, у меня сомнения появились, — Смайл стал серьёзен, — я немного поостыл, вернее роман в самом разгаре, но стал проявляться здравый смысл.
— Почему появились подозрения? — Эрчин тоже стал серьёзен.
— Она просит меня познакомить с друзьями, и последнее время настаивает, — Смайл замолчал, как споткнулся и добавил, — и как-то стали закрадываться подозрения.
— Здравый смысл — это хорошо, — задумчиво проговорил друг, — а что успел рассказать до появления его? Кстати, она маг или нет?
— Да вот в том то и дело, была бы линдси — я бы вас уже давно познакомил, а она маг, и очень сильный, из древнего рода, — Смайл огорчённо вздохнул.
Повисло молчание. Оба друга задумались, каждый о своём, но в тоже время об одном.
Первым выпал из задумчивости Эрчин:
— Пойдём к моим, папа у меня вообще на идеи умён, ты же знаешь, там всё в подробностях и расскажешь.
Смайл согласно кивнул и вышел из комнаты вслед за другом.
Дело было к ужину, и Эрмирия колдовала на кухне. Вернее, можно сказать руководила кухонным оркестром — от взмаха руки тарелки быстро сервировались на столе, щелчок пальцами и столовые приборы лежали около тарелок.
— Мам, — ещё не дойдя до столовой, крикнул сын, — у нас ещё один едок.
Эрмирия улыбнулась и всё теми же движениями добавила приборы ещё на одну персону.
Друзья вошли в столовую.
— А где папа? — спросил Эрчин.
— Гуляет по саду, он последнее время очень озадачен посланием. Там ему лучше думается.
Эрчин понимающе покачал головой, и, поманив друга за собой — вышел через дверь столовой, ведущей в сад.
Идти пришлось до конца сада, отец стоял у старого дерева Крак, посаженного легендарным чародеем Бальрио, и, закрыв глаза, о чём-то думал.
— Отец, — тихо позвал Эрчин.
Чинанди повернулся на зов, и спросил:
— Ужинать?
Сын в ответ утвердительно кивнул отцу и добавил:
— А ещё у нас гость.
Отец взглянул в сторону и поприветствовал Смайла.
Компания направилась к дому. По пути разговаривали о пустяках. Смайл решил о своих бедах поговорить, когда все соберутся, мама Эрчина тоже могла, что-то дельное подсказать.
Сначала просто ужинали, а вот когда на столе появились напитки и все сыто расслабились, Смайл поделился своими проблемами.
Чинанди хмыкнул, поинтересовавшись:
— Что успел рассказать?
Эрчин улыбнулся, папа зрит в корень.
— Да успел, — вздохнул Смайл, — про Ведьму немного, про встречу с Власилем частично. Вот тогда и увидел нездоровый блеск в её глазах, когда про гнома рассказывал. Тормознул, но не знаю, насколько поздно, тогда и разум проявляться начал.
— Из какой она семьи?
— Орлан, — грустно ответил Смайл.
— Ого, — изрёк Чинанди и замолчал.
В разговор включилась Эрмирия:
— Как я понимаю Олирия?
Смайл кивнул:
— Вы её знаете?
— Встречалась, — она вздохнула, — сложный случай, сомневаюсь, что девушка искренна.
Смайл грустно посмотрел на мать друга. В его голове происходила борьба, верить не хотелось, сердце ныло, и было страшно.
Эрмирия спросила:
— А её сестру знаешь?
— Аэтель?
Эрмирия кивнула.
Смайл сказал:
— Хорошая девушка, она линдси и думаю, ей скоро придётся покинуть семью.
— Она скоро станет совершеннолетней? — спросил Эрчин.
— Она совершеннолетняя, но у меня ощущение возникло вчера, они её терпят из последних сил, — Смайл грустно посмотрел на друзей, — и… я ей, кажется, нравлюсь, она меня предупреждала про сестру, но я тогда ещё был безумен.
— Предлагаю завтра собраться с утра — пригласить и Флорана, чтобы обдумать ситуацию, — предложил Чинанди.
Все согласились, и больше в этот вечер к этой теме не возвращались.
На следующий день Флоран выслушал всю историю и посочувствовал другу. Чинанди предложил немного пошпионить за девушкой, он придумал маленькую штучку, благо дерево Крак чудесное, с его помощью это возможно. Он, после вчерашнего вечера немного поработал и сделал.
На ладони изобретателя лежало маленькое деревянное насекомое, очень похожее на осеннего жука-древоточца, таких можно было встретить даже внутри домов.
— Эта штучка может передавать на корабль картинку и звук происходящего. Его надо только сделать летающим.
Эрчин взял у отца жука, повертел в руке, потом положил на раскрытую ладонь — дунул и жук полетел, с каждым взмахом крыльев всё увереннее и увереннее.
— Думаю, тебе стоит сегодня навестить девушку, — произнёс Эрчин, — и жука ей подселить.
Решив с этим вопросом, переключились на вопрос отлёта.
— Как новый звездолёт? — поинтересовался Флоран.
— Да, что-то мне не даёт покоя, — сокрушённо сказал Эрчин, — не хватает какой-то детали, нет завершённости.
Он взмахнул рукой и перед всеми повис образ корабля в уменьшенном размере. Красавчик звездолёт, медленно поворачивался, плавно покачиваясь.
— Я знаю, чего ему не хватает? — подал голос Смайл.
Все посмотрели на него, в глазах Эрчина читался вопрос.
— Имени, — Смайл улыбнулся, — раньше на планете был один звездолёт, и его не требовалось называть — а теперь есть второй — ему нужно имя.
Чинанди улыбнулся:
— Думаю Смайл прав.
— Ну и как его назвать? — озадаченно спросил Эрчин.
Эрмирия подошла к сыну и ласково сказала:
— А вот это уже твоя задача, подумай сынок. Походи вокруг корабля, поговори с ним, глядишь и придёт название.
На этом и расстались, каждый со своим вопросами и задачами.
Вечером Смайл посетил свою возлюбленную и оставил жука, незаметно повесив его на штору в библиотеке.
Эрчин с Флораном пол вечера провозились на первом корабле — создавая возможность, просматривать события, увиденные жуком, в записи, а не в реальном времени.
И правильно сделали, так как именно ночью дом семьи Орлан посетил глава совета Сваторики — Ортис Радон.
На следующее утро Эрчин начал просматривать записи и поняв какой посетитель появился в гостях у Орланов, позвал отца и мать. Разговор смотрели все вместе.
Ортис сначала немного поговорил с главой семейства Орвином, потом они вызвали Олирию.
Девушка чувствовала себя немного не уверенно, это было очень заметно со стороны.
Ортис сразу спросил её о том как продвигается дело. Девушка рассказала, всё, что успел ей поведать Смайл.
— И это всё? — возмущённо произнёс глава совета, — ты до сих пор не узнала, каковы результаты поездки на Землю, что там с детьми-линдси? Смайл простой парень — не должно быть трудностей что бы обвести его вокруг пальца, мы же тебя к Эрчину не посылаем, ты бы не смогла его охмурить, но тут-то. Или Смайл Таль что-то заподозрил?
Олирия напряглась и выдохнув, сказала:
— Нет, он влюблён и ничего не замечает, но я не могу упорствовать, тогда он действительно заподозрит.
Ортис пристально посмотрел на девушку, она взгляд выдержала.
— Нам надо знать, что они задумали, — глава совета сжал кулаки, — тебе надо попасть в гости к Орионам.
— Я стараюсь, но пока он отказывается, мотивируя тем, что не хочет делить меня ни с кем, и ещё моя сестра что-то подозревает, и ей видимо нравится Смайл.
Отец пристально посмотрел на дочь. Он не вмешивался в разговор, понимая, что судьба планеты не в его компетенции.
— Это которая линдси? — надменно спросил Ортис.
Орвин хмуро кивнул.
— Мы создаём резервацию для линдси, думаю вам стоит вашу девочку направить туда.
Отец взглянул на Олирию, потом ответил:
— Пока не стоит этого делать, если вы хотите выведать дальше что-то у Таля. Он очень благосклонно относится к линдси, и если мы её сейчас удалим, думаю парень просто быстро поменяет отношение к дочке.
Ортис недовольно сжал губы и процедил:
— Ладно, пусть пока так. Я удаляюсь, буду завтра в это же время, очень надеюсь, что новости будут.
Он превратился в дым и был таков.
Отец посмотрел на дочь:
— С чего это ты решила про Аэтель рассказать? Уж не влюбилась ли сама в жениха?
Олирия фыркнула:
— Ещё чего, мне уже опостылела эта его вечно улыбающаяся рожа.
Отец улыбнулся.
— Но его же зовут Смайл, говорят, он родился с улыбкой на губах. Так чем тебе сестра помешала? — серьёзно спросил он.
— Да, что-то она подозревает, и будет пытаться предупредить его, ты же знаешь, помимо того, что она линдси, так она ещё и жутко упрямая.
Отец задумался. Потом отпустил дочь и сел в кресло.
Собственно никаких событий больше не происходило. Убрав запись Эрчин посмотрел на мать.
Эрмирия поняла взгляд сына:
— Да сынок, я больше не сомневаюсь. Назначайте день отлёта. Я буду собирать вещи.
— Нам много не надо, — сказал Чинанди.
— Для того, что бы производить много полезных вещей, как одежда и еда, нужно сырьё, из чего это делать. Тут я знаю, где я беру всё это — на Земле, это пока будет затруднительно, — деловито произнесла Эрмирия, добавив:
— Ещё я возьму то, что хранит память — летописи семьи и дорогие сердцу подарки, может что-то, что будет напоминать о родине.
Мужчины согласились. Чинанди немного задумался, он как-то привык, что всё берётся откуда-то и даже не задумывался откуда.
— У меня есть ещё одна новость — хорошая, — сказал Эрчин.
Родители посмотрели на него.
— Но для этого надо выйти из корабля.
Он вывел их из первого корабля, и подвёл к новому звездолёту, который стоял рядом, где золотыми буквами красовалась надпись: ОРИОН.
Эрчин смущённо потупил глаза и пробормотал:
— Ну он же фактически член нашей семьи, ему понравилось, — и он погладил корабль. И как будто в ответ на его слова, буквы сверкнули серебром.
Вечером прибыли друзья. Сначала Эрчин с отцом сомневались в том, что бы показывать запись Смайлу, потом вызвали пораньше Флорана и посоветовались. Договорились, что сначала начнут издалека, что бы не бить его сразу правдой по голове.
Но издалека не получилось. Как только начали говорить, стараясь подбирать слова, Смайл всё понял.
— Показывайте запись, — командным тоном сказал он и никто не посмел ему перечить.
Надо отдать должное правду он выдержал стойко. Долго молчал и никто не проронил ни слова. Потом заговорил, немного охрипшим голосом:
— Значит Аэтель в резервацию, кстати, что это такое, кто знает?
Флоран ответил:
— Я слышал, делают зону в пустынных землях, она будет огорожена защитным полем, линдси оттуда выйти не смогут. Собираются издать закон, что все линдси достигшие совершеннолетия будут жить там, минимум благ и какие-то орудия труда. Пусть выживают как хотят. Думаю это прямая дорога к смерти, что бы ускорить.
Эрмирия вскрикнула:
— За что так? Это же вообще уму не постижимо.
Смайл решительно встал и сказал:
— Аэтель я спасу, а пока поиграю с Олирией в кошки-мышки, и тем временем, спрячу её сестру. А вам надо срочно улетать. Флоран ты как, вернее с кем?
— Я всё-таки с Орионами, а ещё у меня некоторые знакомые, которые рассказали про резервацию, просили, помочь переправить на Землю несколько линдси, родных.
Чинанди сказал:
— Надо подумать, как их забрать. Нам теперь нельзя собираться с другими линдси, а то и взлететь не успеем.
— Когда последний наш сбор? — спросил Смайл.
— Ты мне нужен на днях, — ответил за всех Эрчин, — для передачи корабля и некоторые новшества тебе показать. Сможешь выделить целый день?
Смайл кивнул и ответил, что будет через день. Завтра начинает играть свою роль с Олирией, а сейчас ему надо всё обдумать.
На этом и расстались.
Смайл прибыл к другу как и обещал, через день после последней встречи.
Они зашли в свой старый корабль, устроились в рубке.
— Первым делом, — сказал Эрчин, — присаживайся в кресло и держи слова.
Перед глазами Смайла поплыли слова.
— Мог бы и на листок их на нести, — усмехнулся он.
— По-моему и так всё читаемо, ты устраивайся поудобнее, я сейчас настроюсь, а ты секунд через пять, начинай читать.
И Эрчин сев в кресло, закрыл глаза и глубоко вдохнул. Смайл зачитал слова.
— Ну вот, — Эрчин открыл глаза и посмотрел на друга. — Теперь корабль твой, он будет полностью тебе подчиняться. Положи на экран свою руку, вот сюда посмотри глазами.
Смайл выполнил все команды.
— И тебе надо зайти ещё вот в этот отсек, там корабль тебя полностью просканирует. Правда это можно и позже.
— Давай уж сразу, что бы с этими делами покончить.
Завершив все процедуры идентификации нового капитана корабля, занялись изучением нужных, но неизвестных, Смайлу функций. Многое он уже и так умел, но большая часть всё-таки была доступна только капитану.
Фактически весь день ушёл на обучение Смайла тонкостям.
— В целом, — сказал Эрчин, — ты можешь вызвать подсказки, я их так и назвал, тебе достаточно произнести вслух проблему и подсказки всплывут. Я почти месяц их составлял.
— Ты настоящий друг, — Смайл улыбнулся.
— Это ещё не всё! — торжественно произнёс бывший капитан первого корабля, — У нас с тобой будет связь. Не прямая конечно, что-то наподобие писем, отец придумал, как всегда. Вот на этом экране будет высвечиваться что пришло сообщение, нажимаешь красную кнопку и оно прочитается, если тебе надо отправить сообщение мне, нажимаешь зелёную кнопку и говоришь, когда отпустишь кнопку сообщение улетит ко мне.
— Здорово, — Смайл был очень рад этому новшеству. — Это вообще замечательная вещь, твой отец вообще гений.
Эрчин грустно кивнул:
— Только у нас не принято гениями считать линдси.
— Прорвёмся, — Смайл похлопал друга по плечу.
Они ещё некоторое время провели в звездолёте. Потом попрощались. Смайл решил, что лучше ему не знать о дне отлёта, пусть у него на лице увидят неподдельное удивление, заодно решат, что его кинули. А корабль он спрячет.
На том и расстались. Эрчин вышел из звездолёта, а Смайл сделав корабль невидимым, поднялся в небо.
Собственно этим вечером и планировался отлёт, вернее операция побега. А это была именно операция, так как забрать надо было достаточно большое количество человек и при этом, что бы они ни светились все, одновременно, в одном месте.
Для этих целей на новом звездолёте установили большой камин. Флоран в этот вечер посетил несколько семей своих знакомых, — которые просили забрать их детей-линдси. Он перемещал их с помощью семян турнелии, потом перемещался в другую семью, где его ждали, и проделывал то же самое. Две семьи волшебников изъявили желание отправиться в добровольное изгнание вместе с детьми. Так же родители Эжени решились отправиться в путешествие, оставив на Сваторике своего сына, работавшего в совете планеты и с некоторых пор всецело поддерживавшего проект резервации для линдси.
Семья Орион и Эжени с Розалией встречали гостей на корабле. Зрелище было завораживающее — из желтоватого пламени выходили люди один за другим. Розалия весело хлопала в ладоши и подпрыгивала, когда видела выходящих из камина детей. В этот раз ей не когда будет скучать, детей на корабле предостаточно для компании юной путешественницы.
Последним на корабль шагнул Флоран.
— Здравствуйте, — улыбаясь, обратился к собравшимся Чинанди. — Мы с вами собрались на большой перелёт, в поисках нового дома. Нам предстоит путешествие по звёздным мирам, пока каждый или все вместе мы не захотим поселиться в каком-нибудь понравившемся уголке. Большая часть из нас линдси, но есть и волшебники, я думаю, что все мы со временем станем хорошими друзьями.
Тут корабль качнуло и… никто ничего не почувствовал.
— Мы взлетели, можно посмотреть в окно, — Чинанди пригласил всех к большому иллюминатору. — Вообще-то корабль обычно поднимается ввысь незаметно, но мы решили, что бы все почувствовали, что мы покинули родной дом. Каким бы он ни был.
Все столпились и смотрели, как медленно их родная планета отдаляется и уже не видно домов, поля и леса смотрелись с высоты как квадраты лоскутного одеяла.
— А нас видно с планеты? — спросил кто-то.
— Вокруг корабля создано поле невидимости, поэтому про наш отлёт никто не знает, — ответила за мужа Эрмирия.
Корабль медленно облетал планету, задержавшись на некоторое время над зданием совета Сваторики. Сделав ещё один виток, звездолёт стал подниматься всё выше, и выше и вот уже планета стала маленьким шариком. Пассажиры стали расходиться по своим каютам, потихоньку и молча.
Эрчин сидел один в рубке, они сразу договорились с отцом, что облетят планету два раза, что бы все могли мысленно проститься со своей родиной. Небольшая задержка над зданием совета Сваторики была нужна, для переправки отчёта по последней экспедиции.
Дверь открылась — вошёл Флоран.
— Ну вот, — вздохнув, сказал он. — Путешествие началось.
Эрчин улыбнувшись, спросил:
— Тебя что-то тяготит?
Флоран подумал немного и ответил:
— Да нет. Просто как-то волнительно осознавать, что мы покинули свой родной дом навсегда и нам надо искать новый. Ну и думаю, те, кто в полёте впервые им вообще страшновато. А вообще я устал.
— Столько переходов за два часа, — Эрчин понимающе покачал головой. — Ну, зато до конца жизни воспоминаний хватит.
Флоран лукаво посмотрел на друга:
— Я саженцы турнелии с собой взял и семена. Кстати, те саженцы с Ведьмы вы на Сваторике посадили?
Эрчин отрицательно помотал головой:
— Нет, отец решил их взять с собой, у нас теперь есть некое подобие оранжереи, там можно посадить и твою турнелию. Мы ещё некоторые растения со Сваторики с собой взяли.
— Это здорово, — Флоран обрадовался. — Обязательно посажу, а то, сколько нам придётся путешествовать…
В рубку вошёл Чинанди.
— Ну, вроде первые дела сделаны. Всех разместили, накормили, где время проводить можно, показали. Теперь и отдохнуть пора, — он опустился в кресло и выдохнул.
Эрчин задумчиво произнёс:
— А я вот поужинать забыл. И ведь голоден.
— Я тоже, — поддержал друга Флоран.
И недолго думая, они материализовали ужин прямо в рубку.
Первым дело планировали посетить Ведьму, но не опускать весь корабль на планету. В этой модели звездолёта предусмотрели малую лодку, на которой можно было переправить на планету до пяти человек, для исследования. Правда, увеличить пространство не трудно, но пока решили оставить такую вместимость. Поэтому на планету собирались высадить только некоторых, а остальные останутся на орбите в большом корабле. В дальнейшем, если будет дано добро, можно будет и корабль опустить на землю, что бы пассажиры могли прогуляться по новому миру и почувствовать, что надежда на новый дом реальна.
В полёте были три дня, помаленьку разбирались с обязанностями. Каждый из пассажиров находил себе занятие по душе и возможностям. Как-то сразу получилось, что Чинанди Орион стал лидером сообщества и все были согласны, что его знания и изобретательность очень помогут в решении различных проблем. Правда, он сам предложил всё-таки избрать некое подобие совета. Все в принципе были не против, но решили, что этим займутся, когда уже будут на месте будущего поселения.
— Ну как у нас дела? — в рубку зашёл Флоран.
— Да что-то я с координатами ошибся, — сказал Эрчин, потирая глаза. — Мы вынырнули в другой звёздной системе, не Ведьмы. Честно, я устал, последнее время со Смайлом летал, и он меня менял, а тут я уже трое суток, почти без сна.
Флоран вздохнул, у него мелькала мысль, что надо бы дать отдохнуть капитану звездолёта — но столько людей, с которыми так интересно и столько же мыслей и задумок, что за делами он совсем забыл о своих благих побуждениях.
— Прости, друг, — виновато сказал он. — Я ведь думал, что надо тебя менять на посту и со всеми хлопотами забыл.
— Да у вас же забот полон рот, я же понимаю, — устало проговорил Эрчин.
— Заботы заботами, но мы все благополучно спим положенное время, а ты то — нет. Давай-ка ты поспишь хотя бы часа четыре, а я тут подежурю, потом нормально настроишься на Ведьму, и прыжок получится. А мы тут пока полетаем, поглядим новую систему. Ты же тут не был?
Эрчин отрицательно помотал головой и, согласившись с Флораном, ушёл в свой отсек спать.
Корабль тем временем потихоньку плыл по звёздной системе, в которой светило оранжевое солнце. Самая дальняя планета была покрыта льдом, или чем-то похожим, как панцирем.
В рубку вошёл Чинанди, он с порога хотел, что-то сказать, но осёкся, увидев в одном из кресел Флорана, второе кресло пустовало.
— А где мой сын? — спросил он.
— Я отправил его поспать, мы с вами вообще-то молодцы, за всей суматохой совсем позабыли, что капитану корабля иногда надо высыпаться, а лучше делать это регулярно. Он настолько устал, что в итоге мы в другой звёздной системе, не у Ведьмы, — ответил Флоран.
Чинанди задумчиво опустился в кресло сына.
— Н-да, что-то я как-то счёт времени потерял, — огорчённо произнёс он. — Но у меня есть идея.
Он подскочил и почти выбежал из рубки.
Первым делом он нашёл жену, отвёл её в сторонку.
— У меня есть идея, я хочу с тобой посоветоваться, — сразу серьёзным тоном сказал он.
Эрмирия посмотрела на мужа и ответила:
— Что-то серьёзное и срочное?
— И то и другое, это касается нашего сына.
— Что с ним? — на лице Эрмирии появилось взволнованное выражение, она, как и все матери могла по любому поводу волноваться за своего мальчика.
— Ну, если не считать, что он чертовски устал почти не спать несколько дней подряд, и ему не удалось настроить корабль на систему Ведьмы, то в целом с ним всё хорошо. Он сейчас спит, его подменил Флоран, — спокойным голосом проговорил Чинанди.
Эрмирия округлила глаза и прикрыв рукой рот, чуть не вскрикнула:
— Как же мы забыли, что он в этом полёте только один может управлять кораблём, и никто его не подменил.
— Ну… забыли, — виновато сказал Чинанди, — но у меня идея.
Эрмирия вздохнула и, посмотрев на мужа исподлобья, сказала:
— Говори, свою идею.
— Тут на корабле есть чудесная девушка, она просто влюбилась в корабль с первого взгляда, и вообще очень смышлёная, я с ней разговаривал, у неё такая светлая голова и фантазий море, думаю надо её предложить Эрчину вторым пилотом.
— Боюсь, сын будет против, подпустить к своему детищу женщину, ты думаешь получится? — она посмотрела на мужа уже участливо и явно заинтересованно.
— Ну, — протянул Чинанди, — он, конечно, будет брыкаться, но думаю в итоге, всё получится, я буду его уговаривать, а девочка действительно сообразительная — она ему сможет помогать в полёте, и наш сын сможет спокойно отдыхать.
— Не знаю, не знаю, что-то мне эта затея кажется сомнительной, — скептически проговорила Эрмирия.
— Попробовать стоит, — решительно ответил ей муж. — Боюсь, что если мы не примем участия в судьбе нашего сына — то не видать нам внуков как своих ушей. Я надеюсь на то, что девушка его очарует именно своей влюблённостью в звездолёт.
— Как девушку зовут? — вздохнув, спросила Эрмирия.
— Лавини Пиро, — ответил Чинанди.
— Дочка Джотти Пиро? Одного из членов совета Сваторики? — она удивлённо уставилась на мужа.
— Да, — спокойно ответил ей Чинанди. — У него сын с семьёй на Земле, а дочку вот через Флорана пристроил, он один из немногих, кто был против резервации линдси. Я даже предполагаю, что мы его ещё увидим в наших рядах.
Эрмирия недоверчиво посмотрела на мужа.
Он, улыбаясь глазами, безмолвно говорил ей, что именно так и будет.
— Ладно, давай попробуем эту авантюру с Лавини, но только не торопись, надо всё взвесить и как-то это удачно обставить, что бы наш сын сразу не встал в штыки. Он в этой ситуации самая большая загвоздка, — сказала Эрмирия, опять вздохнув, и посмотрев на мужа, улыбнулась. Она понимала, что Чинанди абсолютно прав, и что девушка их сыну нужна именно влюблённая в звездолёт, другая навряд ли его заинтересует.
Флоран тем временем сидел в рубке и наблюдал планеты этой звезды, уже мимо проплыла третья от края системы, все были не пригодны для жизни, дальние сплошь покрыты толи льдами толи чем-то кристаллическим, но очень похожим на лёд.
Впереди виднелась планета красноватого цвета, чем-то напоминающая их Красную планету, в изобилии усыпанную семенами дерева Крак.
Наблюдать за звёздами было интересно, но это занятие Флорану быстро надоело, и он стал рассматривать приборную доску, правда, он там ничего не понял, так как никогда не интересовался управлением корабля. Даже в былые времена, когда они втроём сидели в рубке, Флорана больше интересовала компания Эрчина и Смайла чем то, что тут надо что-то делать.
Красная планета увеличилась в размерах, и Флоран опять переключился на экран. Проплывая слева от корабля, она выглядела величаво и пустынно. Глянув на часы, он удивился, прошло всего два часа, а ему казалось, что уже пора просыпаться Эрчину. Он вздохнул, планета уже была позади, и Флоран собирался было отвернуться от экрана, когда впереди увидел следующую планету, пока ещё далеко, но вокруг неё было едва заметно какое-то шевеление. Корабль приближался, и стало видно более ясное кольцо вокруг планеты, что-то смутно напоминавшее. Он пристально всматривался вдаль и уже через несколько минут узнал картину. Так было около Печальки, когда сущности, причастные к гибели планеты, кружили в танце вокруг уже мёртвого мира. Мимо пролетел маленький звездолёт, Флоран просканировал его — все мертвы. Та же картина, но планета другая.
Он ещё немного поразмыслил, очень не хотелось будить уставшего друга, но близость существ, помогла решиться.
Эрчин не возмущался, он сонно выслушал друга и тут же выскочил из своего спального закутка. Быстро сменил курс, стараясь обойти место стороной, и молча, уставился на «танец смерти». Сомнений не было, это были те же самые существа и вокруг планеты ещё летали пустые звёздные корабли.
Следующая планета была не жилая, на ней не было суши, одна вода.
Эрчин вздохнул и сказал:
— Правильно, что разбудил меня, а то зацепили бы ребят. Хотелось бы знать, что за существа.
— Я думал ещё будить, не будить, но смотрю прямо по курсу… а я же не пилот, даже чего делать не знаю.
— Да ладно, не переживай, я же не знал, что может что-то такое нам ещё встретиться. Хоть немного поспал. Надо, наверное, отца попросить посидеть ночку, хотя может, удастся сейчас прыгнуть к Ведьме, а там и отосплюсь, — Эрчин задумчиво посмотрел на друга.
— Мне как я понимаю, надо выйти? — поинтересовался Флоран, уже поднимаясь из кресла. Он хорошо знал, что на время прыжка капитану надо тишина и одиночество.
Эрчин кивнул, всё так же задумчиво глядя куда-то перед собой.
Флоран молча, вышел.
Он не успел дойти до общего зала, когда почувствовал подрагивание, характерное для прыжка.
В зале посмотрел в иллюминатор и понял, что прыжок удался. Перед ними плыла красавица Ведьма.
Через некоторое время Эрчин спустился следом за Флораном, на орбите корабль можно было поставить на автоматическое управление, чем он и воспользовался.
Найдя родителей, он сказал им, что отправляется спать, и просил не беспокоить, по пустякам, отцу поручил приглядывать за рубкой… и отправился к себе.
А на Сваторике тем временем происходили события.
На следующий день, после отлёта звездолёта Ортис Радон пришёл в свой кабинет и увидел на столе отчёт о последнем посещении Земли, о том, что дети переселенцев обладают магической силой. Так же в отчёте было всё сказанное гномом на планете Ведьма. В заключении Чинанди написал:
«Этот отчёт вы получили именно тогда — когда вы не сможете достать мою семью, мы улетели навсегда, в поисках другого дома. Виновных вы будете искать извне, и я не хочу быть им. Моя семья выполняла волю совета, переселяя линдси. Но на данный момент могу сказать — вы делаете огромную ошибку, создавая резервацию для них. Обрекая их на вымирание — вы потеряете магию. Появление линдси — это естественное течение жизни, где некоторые маги становятся очень сильными.
На этом прощаюсь и желаю вам удачи и хоть немного мудрости»
Ортис перечитал послание Чинанди Ориона несколько раз. Потом скомкал его и выкинул в угол.
«— Не успел, не успел,» — он со злостью сжимал кулаки и ходил по кабинету.
Глава совета последнее время был одержим мыслью, обвинить во всех бедах это семейство, хотел устроить громкий скандал и большое слушание, после которого объявить, что единственная возможность избежать происков линдси — это поселить их в резервацию — всех без исключения. И в первую очередь самого Чинанди.
Но его опередили, теперь надо было искать другой предлог для изоляции всего этого народа.
У Ортиса в душе бушевала буря, такого масштаба, что над зданием совета стали сгущаться тёмные грозовые тучи. К вечеру разразилась гроза. Джотти Пиро, старший помощник главы совета сказал своему коллеге:
— Начальство разбушевалось, лучше под руку не попадаться.
С ним согласились, и у всех быстро нашлась куча дел подальше от здания совета.
Смайл тем временем проводил время в обществе Олирии Орлан, теперь, зная всё, он ясно видел неприязнь девушки и как она старается эту неприязнь скрывать. Он прекрасно понимал, что только его влюблённость мешала ему увидеть правду. Но теперь он был во всеоружии и сам играл такую же роль. Продолжая, теперь уже, делать вид, что очень влюблён в девушку.
— Когда ты познакомишь меня с друзьями? — капризно спросила Олирия. — Такое ощущение, что ты меня стыдишься.
— Что ты, любимая, как можно стыдиться такой красоты, — ласково пропел Смайл. — Просто последнее время у меня не было возможности самому встретиться с друзьями, но вот на днях я виделся с Эрчином, думаю, послезавтра мы сможем побывать у него в гостях.
И ведь он почти не врал, только про встречу, надеясь, что к этому времени друзья уже отчалят и всё разрешится само собой.
Дверь в комнату, где ворковали молодые, с грохотом раскрылась, на пороге стоял отец девушки, было видно, что он очень разгневан. Увидев Смайла, он кашлянул и постарался сделать своё выражение лица более приветливым.
— Здравствуй Смайл, мне срочно надо поговорить с Олирией.
Смайл поздоровался и согласился подождать девушку в одиночестве.
— Ну, зачем же в одиночестве, — уже миролюбиво сказал Орвин, — спустись в холл, там тебе составит компанию Аэтель.
Смайл последовал совету и был несказанно рад, что именно так складывается, может даже удастся поговорить с девушкой наедине.
Олирия удалилась к отцу в кабинет. И Смайл найдя её сестру, подошёл к девушке, та немного смутилась, ей действительно нравился этот молодой человек, но не убежала, а поддержала общение. Сначала в комнате находилась какая-то престарелая тётка, их у семейства Орлан было несколько, Смайл их до сих пор всех не запомнил и постоянно путал. Потом тётка удалилась, и они с Аэтель остались одни. Смайл раздумывал, можно ли доверять девушке или не стоит. Пока он думал, Аэтель, очень смущаясь, сама начала разговор:
— Смайл, ты разве не видишь, что моя сестра тебя дурачит?
Он в ответ приложил палец к губам, в знак молчания и кивнул. Аэтель взволнованно посмотрела в серьёзные глаза собеседника и поняла, что ему всё известно или понятно. И уже в полголоса спросила:
— И что ты собираешься делать?
— Видно будет по ситуации, — так же тихо ответил Смайл. — А вот тебе известно, что тебя собираются отправить в резервацию?
Аэтель вскинула на него глаза, и грустно опустив их, утвердительно покачала головой.
— Я дома только пока ты ухаживаешь за сестрой, — грустно и совсем тихо, пробормотала она, чувствовалось, что её голос наполняется слезами. — Что бы тебя не спугнуть, когда ты станешь не важен, они избавятся от меня.
— Ты хотела бы остаться дома? — сочувственно спросил Смайл.
— Если бы мне предложили хорошую альтернативу, я бы сама ушла из семьи, где меня стыдятся, только потому, что у меня нет магических способностей. Но среди линдси ходят слухи, что выживаемость в резервации будет очень низкая и дороги обратно не будет, ни под каким предлогом.
Смайл горестно вздохнул. Он уже был наслышан про резервацию, и поэтому понимал, что надо как-то помочь девушке. Тем более, что её глаза говорили о чистоте и искренности.
Их разговор прервал окрик откуда-то сверху:
— Аэтель, поди, сюда, — брюзжащим голосом проговорила одна из тёток.
Девушка быстро убежала. Прошло немного времени, и вернулась Олирия. Она узнала от отца, что друзья Смайла покинули планету. В то, что Смайл разгадал её игру, она не верила, настолько она была уверенна в своей привлекательности, поэтому она решила, что Орионы просто кинули друга тут. Такое заблуждение бывает часто, человек судит об окружающих по себе. Но говорить об отлёте она не стала, решив, что его насторожит её осведомлённость и такое пристальное внимание к этому событию.
Подойдя к Смайлу, она опять заворковала милым голоском. И Смайл продолжал свою игру, как ни в чём не бывало.
На следующий день поутру, находясь у себя дома, он занимался рутинными делами. В комнату постучали, вошёл отец.
— Смайл, ты в курсе, что Орионы отбыли позавчера насовсем? — спросил он.
Тот удивлённо посмотрел на отца, в голове пронеслось «быстро и действительно неожиданно»
— Как?
— Ну, вот так, я тебе говорил, что не надо связываться с этими Орионами, очень уж они себе на уме. Видишь, вроде бы и другом тебя считали, а даже не предупредили, — проговорил отец немного надменно. Он очень часто укорял сына за дружбу с этим семейством, считая, что линдси люди не их круга. Хотя линдси там был только отец.
Смайл неопределённо покачал головой и промолчал.
Отец, так и не дождавшись от сына комментариев, удалился.
«— Вот и чудненько, теперь и я могу готовить корабль к отлёту» — подумал про себя Смайл. Больше он не успел ничего подумать, на стол упало письмо, на нём было написано — «прочитать срочно». Быстро развернув бумагу, он пробежал глазами текст, и тот час бумага стала пылью и испарилась.
Письмо было от Джотти Пиро, он сообщил, что посодействует отлёту Смайла, предполагая, что старый корабль Орионов достался ему, но просит забрать с собой всю его семью и несколько других. Ответа не требовалось, вечером он предлагает встретиться в парке совета, в одном укромном месте. Собственно ответом Смайла будет прибытие в это место.
Вечерняя встреча состоялась вовремя, Джотти очень обрадовался, он очень надеялся на этого молодого человека. Поговорили они буквально пять минут, и, договорившись о следующей встрече, расстались. Старший помощник правильно опасался долго общаться со Смайлом, так как подозревал, что за тем будут приглядывать. Но кратковременную встречу можно было списать на старое знакомство или просто случайность.
Вечером Смайл по обыкновению пришёл к Олирии, но его задачей было договориться с сестрой девушки, что бы спрятать её на корабле. Или просто договориться, как действовать, ему всё больше хотелось вызволить Аэтель из этого мира, и его мысли часто стали возвращаться к тому, каким взглядом девушка смотрела на него.
Отец девушек приветливо поздоровался и тут же посетовал, что семья Орионов покинула планету, даже не попрощавшись со своим другом. Откуда он знал подробности, Смайлу было не ведомо, но он, продолжая играть свою роль, сделал грустное и страдальческое выражение лица и, сказав, что друзья познаются в беде, глубоко вздохнул. Орвин ещё немного поговорив на эту тему, отправился восвояси.
Всё время приходилось отслеживать взгляд Олирии, чтобы она не заметила интереса кавалера к её сестре. Но тут видимо можно было не беспокоиться, она настолько была уверена во влюблённости Смайла, что даже не думала пристально к нему приглядываться. Поэтому изображать влюблённого было легко, самовлюблённость девушки делала её слепой к окружающим. За то теперь Смайл разглядел её во всей красе, и если не считать красивого лица и фигуры, тут конечно не поспоришь, в остальном она была пустой хищницей, надменная и очень горделивая, хотя пытающаяся скрывать это от Смайла. Она настолько неестественно прикидывалась добренькой, что тот удивлялся, как он вообще смог влюбиться в неё.
Поговорить с Аэтель не удалось, но девушка сумела дать знак, вернее, когда Смайл находился неподалёку, она сообщила одной из тётушек, что по утрам она гуляет в саду. А так как тётушка была видимо, глуховата, то повторить ей пришлось это дважды и погромче.
Смайл ещё поворковал с Олирией, и, распрощавшись, отправился восвояси.
Утром следующего дня он прятался в кустах сада семьи Орлан. И когда заметил Аэтель, очень обрадовался, что она гуляет одна. Когда девушка поравнялась с кустом, он её окликнул. Аэтель была сообразительна и понимала всё правильно, потому она остановилась у куста и стала нюхать цветы и трогать листочки, очень тихо отвечая Смайлу.
На предложение Смайла покинуть Сваторику, девушка радостно согласилась и пообещала, что она подготовит вещи первой необходимости и спрячет их тут же в кустах — что бы Смайл мог их незаметно забрать. Так же каждое утро она будет гулять в саду и в любой день готова бежать.
На том и сговорились.
В принципе игры с Олирией на этом можно было заканчивать, ведь не отправят же младшую дочь в тоже день в резервацию, хотя на всякий случай лучше довести игру до конца. И Смайлу было любопытно, зачем девушка продолжает с ним встречаться, ведь изначально задание было в том, что бы ввести её в дом Орионов. Теперь, когда, затея провалилась, она могла перестать делать влюблённый вид, но она не прекращала.
Поэтому вечером Смайл настроил запись жука, который так и остался в доме Орланов, надеясь утром узнать, что-нибудь интересное.
И интересное не заставило себя ждать. Как и прошлой раз, глава совета прибыл ночью, и немного побеседовав с Орвином, попросил вызвать Олирию.
Как оказалось, Ортис Радон хотел знать, куда дели старый звездолёт Орионы. И надежда была на то, что Смайл это знает. После отлёта усадьбу Орионов обыскали всеми известными заклинаниями, попасть на территорию не удалось, но просмотреть получилось, корабль отсутствовал. Усадьбу Талей обыскал сам глава семейства, при этом известии Смайл чертыхнулся, хотя не сильно удивился. Конечно вариант того, что оба корабля отбыли одновременно, со счетов никто не сбрасывает, но проверить надо.
Обдумав информацию, Смайл решился назначить день отлёта. С теми, кто хотел покинуть планету, была налажена стабильная связь и, отправив сообщение с датой, нужному человеку, через полчаса получил моментальное подтверждение. Он поднял корабль в небо и переставил его на другое место, создав вокруг максимальное искажение пространства. Так же привязав к этому пространству невидимые нити, если тут появятся посторонние, то он должен будет услышать тихое звучание струн. Конечно, все эти защитные поля можно снять заранее, но для этого как минимум надо знать, что тут что-то стоит.
Смайл спокойно переместился к себе в комнату, быстро собрал кое-какие вещи, таким же способом вернулся на корабль. Его очень радовало, что у него больше нет проблемы с перемещениями, иначе ему бы самому было сложно попадать на корабль.
Далее Смайл забрал вещи Аэтель, которые уже стояли в нужном месте. Девушку ему увидеть не удалось, но завтра он её заберёт насовсем. Сегодняшний вечер будет последним днём игры в кошки-мышки, правда предупреждать Смайл никого не собирался.
Собственно день прошёл по плану. Олирия вечером так и вилась вокруг него ужом, выспрашивая про корабль на котором раньше летал Смайл с Эрчином. На вопрос умеет ли он управлять кораблём, Смайл нагло соврал, что его этот вариант техники никогда не интересовал, что в их компании Флоран всегда был вторым пилотом. И самое смешное, что Олирия поверила, даже как-то перестала дальше спрашивать то, что ей требовалось, потому, как не понимала о чём теперь спрашивать. Ведь раз он не умеет управлять кораблём, то и смысла ему его оставлять нет, а раз уж Флоран был вторым пилотом, значит оба корабля, покинули Сваторику одновременно.
Вечером Смайл опять настроил жука, ему стало любопытно, как на все её россказни отреагирует Ортис Радон, то, что он не поверит в эту ложь, было несомненным. Уж он-то знал, что Смайл сразу поступал на корабль в помощь к Эрчину именно по причине своих пристрастий к подобным средствам передвижения.
Смайл не боялся, что Ортис его поймает, искать корабль невидимку на планете очень сложно, учитывая, что отследить хотя бы сам состав корабля фактически нереально, так как сделан он из древесины, а не из металла. Металлическую конструкцию давно бы обнаружили. А на данный момент у главы совета просто не хватит времени.
Утром Смайл позавтракав с родителями, как ни в чём не бывало, пообщался с ними и ушёл по своим делам. Родители в тот момент даже не подозревали, что своего сына они больше никогда не увидят.
Подняв корабль в небо, он долетел до усадьбы Орвинов, завис, выбрав удобное место для посадки. Аэтель гуляла в саду, и когда она приблизилась к тому самому кусту, Смайл её позвал, она, сделав ещё несколько шагов, зашла за куст и тут же они уже вместе поспешили к кораблю.
Дальнейших действий выжидали на орбите. Смайл показал Аэтель её комнату, которую он приготовил для девушки заранее, стараясь сделать её как можно удобнее. Потом они сидели в рубке и прослушивали последние записи жука. Смайл объяснил девушке, как эта штука работает и как он всё узнал про её сестру. Интересного, правда, в этот раз ничего не узнали, так как видимо глава совета не каждый день слушал отчёты Олирии. Может ещё по какой-то причине, но в доме Орланов в эту ночь стояла тишина и посапывание во всех населённых спальнях. Это было только на руку тем, кто собирался покинуть планету.
В полдень пообедали, и началась операция «Собери друзей», как назвал её Смайл.
Надо было посетить семь мест, в каждом из которых было некоторое количество человек от пяти до, самое большее, девяти. Временной график был составлен заранее, Операция прошла безукоризненно, чётко и слаженно. Аэтель помогала встречать прибывающих на корабль и размещать их по комнатам. К вечеру покинули орбиту родной планеты, совершив прощальный виток.
Эрчин спал почти сутки, некоторые на корабле постоянно задавали его родителям вопрос «почему они летают вокруг планеты и ничего не происходит». Чинанди после третьего подошедшего собрал в холле всех и объявил:
— Друзья мои, я хочу объяснить ситуацию сразу всем, что бы, не было больше вопросов. Эрчин на данный момент единственный пилот нашего звездолёта, и он почти не спал все эти дни полёта к этой прекрасной планете. Мы все с вами жили в обычном режиме — сон у всех был полноценный и регулярный. Так как у капитана такая возможность появилась только сейчас, он просто отсыпается. И будить мы его не позволим никому. Человек должен восстановить силы. Несогласные есть?
Несогласных не нашлось. Даже если кто и остался недоволен, благоразумно помалкивал.
В целом народ не скучал, хотя ожидание нового немного растягивало время.
Эрчин выспался, спокойно плотно поел, и только тогда вышел из каюты, нашёл родителей и сообщил им, что готов посетить Ведьму, взяв с собой четверых желающих.
— Отец, кого ты выберешь, того и возьму с собой, — настроение у Эрчина было превосходное.
Чинанди предложил жене повидать красоты другой планеты, она согласилась, Флоран и Эжени очень хотел пообщаться с Власилем, у них были к нему вопросы. Поэтому Чинанди решил остаться за старшего на звездолёте, а четвёртым отправить на планету Лавини Пиро, как раз и познакомится с Эрчином.
Капитан приготовил малый корабль-лодку к полёту и через час пять человек покинули большой звездолёт.
Ведьма встретила их обычным пейзажем красивой природы, но живности не было видно, Флоран применил несколько заклинаний, на третьем поле распалось, и вокруг всё зашевелилось, зажурчало и зачирикало. Из-за дерева вышел мальчик-гном и обиженно сказал:
— Так не честно, я старался, — он чуть не заплакал.
— Власик привет, — Эрчин радостно поприветствовал мальчишку.
Тот посмотрел на прибывших и облегчённо выдохнул:
— А, это вы, — он уже улыбался. — Думаю, за вас дедушка меня ругать не будет.
— А мы с дедушкой твоим и хотим пообщаться.
— Я скоро, — сказал он и убежал.
Все двинулись в том же направлении, но спокойно, наслаждаясь почвой под ногами и красотами вокруг.
Большая часть команды была уже здесь, но все оглядывались по сторонам, очарованные окружающим великолепием.
— Какая чудесная планета, — восхищённо произнесла Лавини.
Эрчин с усмешкой посмотрел на неё. Когда отец предложил девушку в состав команды первой высадки, ему это не понравилось. В пути девушка то и дело, старалась подсесть поближе к пульту управления, и всё выспрашивала, как тут всё работает. Эрчин уже начал напрягаться, любопытная щебетунья была, внешне, очень красивой девушкой, не кокетничала и не строила капитану глазки, но она пыталась лезть в святая святых — управление кораблём, пусть даже малым.
Эрмирия старалась сгладить реакции сына, будучи всё время на чеку. Тот молчал и хмурился, но матери не перечил.
Тут откуда-то прилетело неизвестное существо, сначала думали, что это большое насекомое, потом пригляделись — почти прозрачная золотистая девочка с крыльями в пол ладони величиной, она вся искрилась и…смеялась, весело летая вокруг Лавини, потом присела ей на плечо. Все окружили девушку и разглядывали это чудо, как его назвать никто не знал. А чудо сидело на плече и скрестив ноги, болтало ими. Потом взлетела и описав круг, села на другое плечо.
— Ну, здравствуйте, гости — раздалось за их спинами.
Все обернулись, перед ними стоял старый знакомец гном.
Он уже заметил, что так привлекло внимание гостей, улыбнулся и прокомментировал:
— Это наши феи, маленькие волшебницы, они помогают своим избранникам выполнять маленькие желания. Вот эта золотая фея, они бывают разных цветов.
— А как они выбирают избранников? — тут же спросила Лавини.
— Это нам неведомо, выбирают раз и навсегда одного человека и умирают вместе с ним, — пояснил Власиль.
Золотая фея облетела опять вокруг девушки, та подставила ладошку и фея приземлилась на неё, станцевала и взлетев к уху Лавини, пропищала тоненьким голоском:
— Я теперь с тобой.
Лавини недоумённо посмотрела на гнома, тот развёл руками и сказал:
— Видимо у тебя теперь есть личная фея.
— И она отправится со мной куда и я?
— Думаю да, — ответил Власиль.
Девушка отошла в сторонку обдумывая случившееся. А гнома окружили остальные, у всех накопилось масса вопросов к нему.
— Давайте поступим так, — прервал гостей Власиль. — Я приглашаю вас в гости и мы с вами в спокойной обстановке обсудим все накопившиеся вопросы. Что смогу объясню. А по пути можно начать с ваших событий на родной планете, как я понимаю вы её покинули?
Эрчин согласно кивнул и стал рассказывать обо всём произошедшем. Когда дошли до усадьбы гнома основные новости были изложены достаточно обширно.
Гном пригласил всех на большую веранду, где можно было расположиться за большим круглым столом. Правда стол и стулья были маловаты для гостей. Власиль улыбнувшись хлопнул в ладоши и вся мебель быстро подросла.
— Забавно, — радостно сказала Эжени.
— Ну мы же тоже немного волшебники, — в ответ ей улыбнулся Власиль.
Все расселись вокруг стола и тут же в беседку вплыли чашки, блюдца с ложками, большой пузатый чайник и корзинки с пирожками и сладостями. Следом за всем этим, почти марширующим великолепием, шла гномиха, она прихлопывала в ладоши и сосредоточенно направляла посуду в нужное место.
— Позвольте вас познакомить, — сказал Власиль. — Это моя жена Вертинь.
Жена гнома поздоровалась со всеми и сказала, что рада дорогим гостям прибывшим с другой планеты.
— У вас все имена заканчиваются на мягкий знак? — заметил Флоран.
Власиль усмехнулся и ответил:
— Только у гномов, которые живут на поверхности.
— Ой, мы же совсем забыли вам сказать, — сплеснула руками Эжени. — С нами в прошлый раз улетело пять маленьких гномов, мы их даже не заметили, они высадились на Земле.
Власиль и Вертинь переглянулись.
Оказалось, что эти пятеро всё время искали приключений, один раз они полгода пропадали в пещерах горных гномов, причём те их тоже обнаружили далеко не сразу. Родители их постоянно разыскивают, то они пропадают в горах, то уплыли в море. В общем, путешественники. То, что они опять пропали, гномы знали, но вот то, что они могли пробраться на звездолёт — никому даже в голову не приходило.
— И что теперь делать? — спросил Эрчин. — Боюсь, даже при всём своём желании мы их вряд ли найдём на малознакомой планете.
— Боюсь даже мы их там не найдём, — горестно вздохнул Власиль. — Но в любом случае я сообщу родителям.
Некоторое время молчали, пили чай с пирожками и каждый обдумывал свои вопросы. Хотелось спросить всем и многое, но все чувствовали себя немного неловко, после таких новостей. Вроде бы и не виноваты, а осадок-то есть.
Молчание нарушил Власиль, поинтересовавшись, как поживает маленькая Розалия. Эжени с нежностью рассказывала о дочке, которая в этот раз осталась на корабле, вместе с другими детьми. Эрчин тут же спросил разрешения опустить на планету звездолёт и погостить им всей большой компанией. Власиль задумался, а потом, сказав, что скоро будет, исчез. Все повернулись к Вертинь.
— Такие вопросы он один не решает, — ответила женщина. — Но это действительно не долго.
Прошло ещё минут пять и Власиль появился, улыбающийся и довольный.
— Можете посадить корабль, к западу от моей усадьбы — на берегу большого озера, там вы не будете мешать нам, а мы вам. А ещё я заодно сообщил о наших горе-путешественниках.
Все немного повздыхали и снова замолчали, не зная как бы переключиться на волнующие всех вопросы. Первой решилась Эжени:
— Власиль, у меня есть вопрос, после последнего посещения Ведьмы я стала видеть магию в цвете. На нашей планете это был синий цвет. На Земле цвета были разные, встречались золотые и серебристые, но больше всего зелёного цвета.
— Можете считать это даром нашей планеты, просто тут многие раскрывают свои таланты. Вы теперь видите магию.
— Да, но, что означают цвета? — задала вопрос Эжени.
— Зелёный это очевидно природная магия самой планеты. Каким цветом ты видишь магию у нас? — задал он вопрос Эжени.
— Фиолетовая.
— Правильно, наша планета фиолетового спектра, тут преобладают сиреневые, фиолетовые и красные цвета. Хотя думаю у горных гномов могут преобладать красные и оранжевые оттенки магии, они расположены ближе к ядру планеты. А Земля какого спектра?
— Оранжевое солнце, зелёная растительность.
— Ну так вот и понятно почему природная магия зелёная. Кстати золотая скорее всего солнечная. А вот серебро… — гном задумался, потом посмотрев на Эрчина, спросил:
— А нет ли у планеты каких-нибудь малых планет на орбите?
Эрчин утвердительно кивнул:
— Называют Луной, она светит ночью белым светом. Правда её не всегда видно целиком.
Власиль улыбнувшись добавил:
— Ну вот вам и ответ, лунная магия даёт серебристый цвет.
— А почему у нас синяя? — задала вопрос Эжени. — Сваторика ведь тоже с оранжевым солнцем.
— А вот синяя — это так сказать свободная магия, она не является частью вашей планеты, эта энергия поселилась у вас, вот теперь видимо покинет. Так как люди не оправдали её надежд. Но думаю тем, кто покинул Сваторику ещё не скоро придётся распрощаться с магией. Если будете достойны — она будет жить с вами долгие века.
Опять повисло молчание. Все обдумывали сказанное.
Тут уже молчание прервал Эрчин, он рассказал про планету Печальку и про то, что там произошло, про существ.
— Мы их называем чистильщики, — серьёзно ответил Власиль. — Они фактически спасают планеты, стоящие на грани катастрофы, обычно людей они не выпускают, так как считают их виновными в том, что они убили собственный дом. Это конечно жестоко, но они правы. Ведь все планеты куда прилетают эти существа — обычно без живой растительности, застроены, воздух загрязнён, вода ядовита, планета не способна дышать — она задыхается, а виноваты в этом те, кто это всё устроил.
— После того как на планете не остаётся ни одного живого человека, они окружают её и как будто танцуют какой-то ритуальный танец, — произнёс задумчиво Эрчин, вспоминая события у Печальки.
Власиль посмотрел на Эрчина и уже с улыбкой сказал:
— Я предлагая вам, на обратном пути заглянуть к вашей Печальке, думаю она уже совсем не Печалька.
Флоран вскинул удивлённые глаза на гнома и радостно спросил:
— Они восстанавливают природу планеты?
— Какой вы догадливый молодой человек, — похвалил его Власиль.
И снова молчание. В этот раз тишину нарушила Лавини, которая появилась откуда-то из-за деревьев весело перешёптываясь со своей новой подружкой. Девушка как-то потерялась, ещё по пути в гости, но никто не всполошился, так как знали, что потеряться здесь очень сложно, ну если только очень этого захотеть.
— Ой вы тут трапезничаете, а я ела такие вкусные плоды, — восхищённо проговорила она, окидывая всех счастливым и беззаботным взглядом.
Своим приходом девушка разрядила обстановку. Её напоили чаем и решили, что все остальные вопросы зададут в другой раз, когда посадят на планету большой корабль.
Попрощавшись с семьёй гнома, отправились к своей лодке. Оказавшись на звездолёте, обрадовали всех вестью о возможности несколько дней погостить на этой прекрасной планете. Лавини стала центром внимания на всё оставшееся время до приземления. Маленькая золотистая фея так и сидела у неё на плече, потом взлетала и покружив вокруг подружки присаживалась на другое. Все малыши шлейфом следовали за девушкой попискивая своими голосками «покажи», «дай подержать». Эрчин наблюдал за девушкой, она не отгоняла детей, а добродушно показывала им фею, но трогать не разрешала, терпеливо объясняя ребятне, что это живое существо, а не игрушка.
— Мне тоже пришла в голову эта мысль, — вздохнув, нехотя произнёс Эрчин. — Иначе её не оставят в покое.
Сказано — сделано. Эрмирия позвала мужа и он отвлёк внимание на себя, а Эрчин тихонько увёл Лавини с собой.
— Только прошу тебя, ради всего святого, не трогай тут ничего, — строгим голосом проговорил капитан звездолёта, усаживая девушку в кресло второго пилота.
Лавини согласно кивала и во все глаза разглядывала святая святых корабля. Самое главное место. Она так мечтала сюда попасть и вот она сидит в кресле рядом с капитаном. Трогать нельзя, но смотреть-то никто не запрещает. Она крутилась в кресле и разглядывала всё вокруг.
— Как тут здорово, — мечтательно почти пропела девушка.
Эрчин оторвался от экрана и посмотрел на неё. Выражение лица Лавини было просто блаженным, она таким влюблённым взглядом смотрела вокруг себя, что это было просто поразительно. Он сам обожал свой корабль, но никто из его друзей так больше не относился к этому творению. Даже Смайл управляя кораблём, смотрел вокруг себя как-то обыденно, для него это была обязанность, и только.
— А ты слышал как у корабля бьётся сердце, — задала она совершенно неожиданный вопрос.
— Что бьётся? — удивлённо спросил Эрчин.
— Сердце, он же живой, и дышит, — серьёзно и уверенно сказала Лавини, глядя капитану прямо в глаза. Было видно, что она не шутит.
— Кто тебе это сказал?
— Ну сначала твой отец рассказывал, как вы создавали корабль и он же рассказал, что корабль наделён собственной магией и он живой, — поделилась своими знаниями девушка.
— Ну ты и нафантазировала в итоге, — усмехнулся Эрчин.
— Нет, — девушка горячо запротестовала, — он дышит и иногда вздыхает, я ходила и слушала его, и отдалённо слышала биение его сердца, только так и не нашла где оно ближе бьётся.
— Как это — слушала? — озадаченно поинтересовался Эрчин, девушка его уже не забавляла, росло удивление.
— Да, очень просто, подходила и слушала, — она вскочила и подошла к стене, приложила ухо и замерла, потом поманила капитана пальцем. — Иди сам послушай.
Эрчин натянуто улыбнулся, но встал, чувствую себя полным идиотом, подошёл к стене и приложил ухо… и услышал мерное дыхание и тихое биение сердца. Так работал мотор, но если слушать таким способом, то действительно можно подумать, что корабль дышит и его сердце бьётся.
Он улыбнулся и ласково посмотрел на Лавини:
— Здорово, ты молодец.
Девушка покраснела от похвалы и скромно присела обратно в кресло.
Как-то незаметно для самого себя Эрчин начал рассказывать ей, что и как тут работает, она с интересом слушала и переспрашивала, если чего было не понятно. На удивление оказалась очень толковой, и быстро поняла, что к чему.
— Эрчин, — робко обратилась она. — А можно я буду иногда помогать тут тебе в рубке?
Эрчин задумался. Вообще-то впускать её сюда на таких условиях он не собирался, но как-то вот так сразу отказать было уже и неловко. Думая как бы выкрутиться, он ответил:
— При управлении необходимо владеть некоторыми магическими способностями, — очень мягко, стараясь не обидеть девушку проговорил он.
Тут фея, всё время тихо сидевшая на плече девушки, взвилась в сторону Эрчина и что-то запищала. Тот аж опешил, уставился на неё, потом на Лавини и развёл руками.
Фея подлетела к девушке и что-то пропищала ей на ухо.
Лавини просияла:
— Она сказала, что сможет мне помогать, где понадобится магия.
Эрчин вздохнул, выходило, что и отказать-то не получается. Он решил отложить решение, сказав, что подумает. Завтра они приземлятся на Ведьму и там он, пока будет отдыхать, обдумает все варианты отказа.
— Разреши мне завтра придти в рубку, я мечтаю увидеть как будет садиться звездолёт на планету, — она так посмотрела Эрчину в глаза, что у того не хватило духа отказать.
Лавини ушла к себе и капитан надолго задумался. Он себе честно признался — девушка ему понравилась. Но это же не повод делать её вторым пилотом. Была бы она мужчиной, он бы не колебался и научил, и рассказал, но она же девушка, как её можно посадить рядом. Да ещё и доверять управление кораблём в его отсутствие. Нет — это не возможно. Такие мысли одолевали Эрчина весь вечер, до самого сна.
Приземление прошло как обычно, ровно и спокойно. Место, которое означил Власиль, оказалось очень живописным и красивым. Утреннее сиреневое солнце отражалось в воде с тем же оттенком, на поверхности поблёскивала серебристая рябь. Вдоль берега росли всевозможных оттенков цветы, часто попадались лотосы с фиолетовыми листьями и зелёными цветами, различных оттенков, от ярко-салатового до тёмно-зелёного.
Все искатели новой земли разбрелись гулять и смотреть на такую красоту. Солнце только взошло, и пока было светлым и нежно-сиреневым.
В рассветных лучах щебетали птицы и летали различные насекомые, одно очень большое похожее на стрекозу, но с крыльями бабочки так и норовило сесть на голову, то одному человеку, то другому. Его отгоняли, как-то удивлённо поглядывая по сторонам, кто знает, что это существо собирается делать у него на голове.
Золотистая фея Лавини сообщила, что это местная надоедливая стрекозяка, она садится на всё новое и старается попробовать на зуб, вдруг это съедобно, при этом питается она исключительно нектаром лотосов. Самый лучший способ отогнать её это хлопнуть рядом с ней очень громко в ладоши или завизжать, но очень тонким голосом, такие звуки её пугают очень надолго.
Кое-как отогнав, надоедливую стрекозяку, народ спокойно продолжил исследование планеты.
Дети резвились, бегая среди деревьев. Стрекозяка нечаянно залетела в их сторону и первая попытка сесть одному из детей на голову, окончилась для неё плачевно, дети с весёлым улюлюканьем начали её догонять и ловить, от такого нашествия внимания в свою сторону она растерялась и её чуть не раздавили, кое-как высвободив помятое крыло она еле-еле взлетела. Больше их данные насекомые не беспокоили до самого отлёта.
Эрчин с отцом отправились навестить гнома. В этот раз оставив Флорана и Эжени за старших.
По пути сын жаловался отцу на Лавини, а вернее на то, что она очень настойчиво просится быть пилотом. Чинанди постарался скрыть улыбку, обдумывая, как бы поделикатнее подвести сына к нужному решению. Самое главное, что бы Эрчин не догадался о роли родителей в этой ситуации.
— Ну, ты же разрешил ей поприсутствовать при посадке корабля, — резонно произнёс отец.
— Так пообещал же, я же не умею не выполнять обещания, — сокрушённо произнёс Эрчин.
— А она тебе не нравится? — зашёл отец с другой стороны.
Тот вздохнул в ответ:
— Не, ну, это-то тут причём. Нравится — не нравится, но за управление кораблём-то пускать зачем?
Чинанди улыбнулся и похлопав сына по плечу сказал:
— Сын, я думаю тебе стоит поостыть и просто пообщаться с девушкой, вне рубки. Ты когда последний раз за кем-нибудь ухаживал?
Эрчин задумался и поморщив лоб, посмотрел исподлобья на отца.
— Да давно как-то, — нехотя проговорил он.
— Ну вот, тебе просто не хватает общения с прекрасным полом, кстати, а маму ты бы допустил к управлению кораблём?
Эрчин аж взвился:
— Ну ты сравнил — это же мама.
Чинанди лукаво поводил глазами и ответил:
— Ну когда-то для меня она была просто девушкой, которая мне очень понравилась, по секрету скажу — она тогда не была твоей мамой.
Эрчин замолчал, хмурясь и обдумывая сказанное отцом. Так в молчании они дошли до усадьбы Власиля.
Гном радостно принял гостей.
Первым делом обсудили маленьких гномов, которые переправились на Землю. Власиль сказал, что родители решили отправить на их поиски несколько взрослых, которых они просят взять с собой на Землю.
Эрчин не возражал, сказав, что подготовят каюты, пусть только заранее сообщат, сколько будет пассажиров.
— Ну, это конечно, — согласно кивнув, ответил Власиль. — Сколько дней вы планируете пробыть тут?
— Пока ещё не решили, — задумчиво ответил Эрчин. — Но, вообще я жду вестей от Смайла, он должен будет покинуть Сваторику и дать знать. Только как долго он сможет там оставаться пока не понятно.
— А у вас есть ограничение на наше пребывание? — вмешался в диалог Чинанди, до этого молчавший и думавший о чём-то своём.
— Нет, мы пока ничего такого не оговариваем, хотя конечно наши не очень любят большое скопище гостей, — проговорил Власиль.
— Мы постараемся не беспокоить ваш народ, а если сами заметим, что-то негативное — просто отправим всех на орбиту, — уверил гнома Чинанди.
— Я в вас и не сомневаюсь, и не переживаю, — добродушно поддержал тот. — Если буду какие-то проблемы, я не постесняюсь сказать об этом прямо.
— Ну, вот и славно, — довольно произнёс Чинанди.
— У меня к вам просьба, — начал гном. — У меня есть небольшая обсерватория, покажите, где находится солнечная система Земли.
— Давайте попробуем, — согласился Эрчин.
Обсерватория была очень интересная. Снаружи это был круглый купол, когда вошли внутрь — как будто попали в открытый космос. Вокруг находились всевозможные созвездия, Они медленно проплывали. Власиль рукой двигал этот космос и перемещал целые созвездия и солнечные системы.
— В какую сторону ты летишь от нас? — спросил гном Эрчина.
Тот узнал расположение звёзд при отправлении с Ведьмы. Покрутившись немного, он выбрал направление и стал легонько двигать рукой звёзды, и они проплывали мимо. Вот прошло несколько созвездий, и впереди показались очертания солнечной системы Земли. При ближайшем приближении Земля засияла золотым светом. Эрчин указал на эту планету.
— Всё понятно, — серьёзно проговорил Власиль. — Она у меня давно отмечена. Очень интересная планета. Там периодически появляются пришлые маги, но и сама планета наделена недюжинной волшебной силой. Может быть по этой причине тут погибла не одна цивилизация, так и не разрушив планеты. Когда люди начинают причинять ей большой вред — она сама способна восстановиться, но ценой гибели большей части живущего человечества.
— Вы хотите сказать, что планета сама уничтожает всё живое? — уточнил Чинанди.
— Скажем так, планета начинает изнывать от тяжести и это выливается всевозможными бедами природного характера. На этой планете долго и счастливо можно жить, только в гармонии с природой и в глубоком уважении к планете. Вплоть до поклонения, но самое главное это бережное отношение ко всему живому миру. Всё что произрастает из земли и питается силами планеты — напрямую связано с её внутренним миром, и любое не вовремя вырубленное дерево и отравленная речка — могут вылиться обидчикам большой бедой.
— Мы вообще-то думали там поселиться, — прокомментировал, услышанное Эрчин.
— Вам никто в этом не помешает, — совершенно спокойно сказал гном. — Там совсем недавно, по вселенским меркам, закончилось оледенение планеты, сейчас очень благодатное время для жизни и становления человечества, того, что выжило. Хотя предполагаю, вам всё-таки будет лучше оставаться в тени с вашими магическими умениями.
— Почему? — удивился Эрчин.
— Как водится — на таких планетах — после больших катаклизмов, цивилизация гибнет и те, кто остался давно растеряли все былые знание. То есть человечество начинает жить с нуля. Кстати, какой там сейчас быт? Добывают ли какие-нибудь металлы? — поинтересовался гном.
— Насколько я понял, совсем недавно начали обрабатывать железо, попадаются изделия из меди и бронзы, дома, на том континенте, где мы были, в основном каменные небольшие круглые. Видели мы один недостроенный замок — его строили из больших камней. Народ держит животных, мы украли для своих линдси несколько коров, лошадей и коз, — признался Эрчин.
Власиль укоризненно на него посмотрел:
© Радаслава Андреева, 2017
ISBN 978-5-4474-6388-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Пролог
Совет Сваторики:
– Сегодня мы с вами рассматриваем возможность переселения линдси на другую планету. Как вам известно, благодаря Чинанди и Эрчину Орион у нас есть звездолёт способный перенести большое количество людей на нужное нам расстояние, преодолеть данное в короткий срок. Так же у нас давно назрела проблема с двумя поселениями линдси, они стали отлавливать одиноких волшебников, обманом или насильно заманивать их в поселение – а потом держать их в плену – что бы они давали им разные блага, иногда волшебнику приходится очень долго быть у них, прежде чем ему удаётся выбраться.
В зале поднялись руки. Глава совета сказал:
– По старшинству задавайте вопросы.
Заседание совета длилось четыре часа, после чего было решено переселить линдси на новую планету с пригодным к жизни климатом. На Сваторике остаются только те линдси, у которых есть родственники волшебники и они желают их оставить у себя. Два поселения линдси упраздняются. Так же с ними на некоторое время отправляются пятнадцать сильных волшебников – которые помогут линдси построить жилища и наладить быт.
Как ни странно, но сами линдси спокойно отнеслись к своему изгнанию. Как они это приняли, неизвестно, но с решением совета согласились и начали готовиться к переезду. Брали с собой мало вещей, так как знали, что на месте им всё помогут сделать.
День отлёта назначался на сотый день зимы, посчитав это знаком – начать весну с чистого листа и для себя, и для изгнанников.
Глава 1. Перелёт
Эрчин сидел в кресле и смотрел в иллюминатор – впереди были звёзды. Навёл руку на экран панели управления звездолётом и закрыл глаза. Экран начал переливаться разными цветами, пока не стал бирюзовым и остался в этом цвете. Эрчин убрал руку и нажал на красную кнопку, корабль ушёл в прыжок.
В кабину вошёл второй пилот Смайл Таль улыбнулся и сказал:
– Ну вот, ты опять без меня настроил корабль и запустил в прыжок, а мне всегда так хотелось посмотреть как ты это делаешь.
– Да не могу я настраивать его в присутствии кого-либо, ты уж не обижайся, но мне надо корабль иначе мы будем ползти как черепахи, просто по инерции, – Эрчин улыбнулся напарнику, разводя руками и улыбаясь. Смайл ему нравился, он всегда был весел, не унывал, готов был помочь во всём, что мог сам, вообще был хорошим парнем, но секреты управления кораблём – они всё-таки секреты.
Звездолёт завершил прыжок. На экране показалась красивая сине-зелёная планета. Эрчин ранее уже исследовал её – поэтому знал о ней многое. Собственно он и был первым, кто предложил именно этот вариант совету.
– Слушай, Эрчин – а как твой отец отнёсся к идее переселить линдси, он ведь тоже из них? – немного смущаясь, спросил Смайл, видно было, что этот вопрос интересовал его давно, да всё как-то повода не было спросить, а тут уже вроде и в тему.
Эрчин улыбнулся и ответил:
– Мой отец был одним из тех кто предложил эту идею, после того как мы создали звездолёт способный лететь так далеко. И мы же переселяем не всех линдси, а только два посёлка в которых живут семьи без волшебников, они ведь сначала сами отселились, а потом поняли, что без нас не могут и начали нарушать законы. Собственно у них был не большой выбор – либо они остаются без членов семьи, которые будут наказаны за преступления, либо летят.
Эрчин немного помолчал и добавил:
– Я ведь когда планету искал – руководствовался, что бы на ней были люди нашего типа, то есть внешне как мы, но не волшебники. Наши линдси смогут у них научиться – жить трудом, умом и изобретательностью. По моему это очень хороший вариант, кстати линдси очень быстро согласились с этим предложением, поставив нам одно условие, мы им первично поможем построить жилища, оборудовать необходимым и помочь с некоторыми вещами на первые пару лет.
– А мои считают, что вообще надо вывезти всех линдси. При этом они почему-то даже не задумываются о том, что последние пятьдесят лет в семьях чистокровных волшебников часто рождаются линдси, а вот полукровки сплошь и рядом волшебники. Мои родители выгнали старшую сестру из дома, как только она достигла совершеннолетия. Кстати, она тут на корабле, с мужем и дочкой. Она с удовольствием общается со мной – но не хочет слышать о маме с папой, как будто и нет их вовсе, – поделился Смайл, в его голосе чувствовались горечь и грусть.
Эрчин кивнул и спросил:
– Ты будешь по ней скучать?
– Немного, мы с ней не очень были близки, я был мал, когда она ушла от нас, собственно и общаюсь то с ней толком только сейчас.
– Ну, так лови момент, потом такой возможности уже не будет, вы будете разлучены на всю жизнь. Хотя если ты составишь мне компанию, через три года мы опять полетим, посмотреть что и как у линдси, я охотно тебя возьму, – Эрчин улыбнулся напарнику.
– Поживём – увидим. Вот мне интересно, а можно ли будет перенестись на такое расстояние, – Смайл лукаво и озорно посмотрел на Эрчина.
– Насколько я понял, есть тут пара наших на корабле, которые хотят попробовать, но не знаю, на сколько хватит у них смелости.
– Ну на Красную планету мы же можем перемещаться.
Эрчин почесал затылок и сказал:
– Ну, можем, только не у всех получается, думаю тут расстояние имеет значение, ну вера в себя соответственно и чёткое представление места куда тебе надо попасть. С другой планетой в этом есть трудности.
– Ты же перемещался много раз?
– Я да, но предварительно я там побывал на межпланетном корабле, и пять первых попыток у меня были весьма неудачными.
Смайл грустно улыбнулся:
– А у меня с переносом вообще проблемы даже на Сваторике, поэтому я даже не замахиваюсь на такое расстояние. Слушай, меня всегда интересовало, как вы догадались о свойствах дерева Крак?
Эрчин улыбнулся и начал рассказ, было заметно, что он гордится своими достижениями и с удовольствием делится рассказом об этом:
– Вообще-то всё началось с того первого полёта на Красную планету, там я увидел под ногами какие-то пластиночки, сначала думал, что это какая-то чешуя, а потом вспомнил легенду дерева Крак и мне стало интересно, а вдруг это те самые семена…
Смайл удивлённо посмотрел на напарника, что тот даже остановился на полуслове, он приподнял бровь и спросил:
– Что за легенда?
– А ну да, ты наверное её не слышал, собственно она давняя, её даже в школе не преподают, хотя наверное теперь будут. Давай расскажу, – сказал Эрчин.
Смайл кивнул и собеседник начал повествование:
Легенда дерева Крак
Жил-был в стародавние времена чародей и изобретатель по имени Бальрио. Чудной был старик, изучал звёзды и всегда хотел полететь и посмотреть как же там оно в дальних небесных далях.
Однажды к нему прилетела забавная птица, которая не водилась на этой планете, а если и водилась, то до этих пор её никто не видел. Птица была крупная – доставала чародею до колена и умела говорить, одно слово она повторяла регулярно, по этому слову её и назвали – Гроу, оперенье у неё было в основном синее, крылья зелёные с жёлтыми кончиками, а голова бардового цвета, и всё это разнообразие переливалось перламутром. Ночью птицу видно было издалека, вокруг неё всегда светилось синеватое облако.
Гроу прилетела к Бальрио, когда тот гулял недалеко от дома, на границе своего сада со старым лесом. Птица села к ногам чародея и положила три семечки размером с человеческий ноготь, семечки были красного цвета и очень странноватой формы, пластинчатой. Почему Бальрио решил, что это семена – остаётся тайной, но он их посадил, и через год у него на границе сада с лесом росло три дерева с красно-коричневой древесиной и красными листьями, а осенью листва становилась сначала коричневой – потом почти чёрной, и опадала только когда шли самые холодные зимние дожди. Бывало и до весны висели на деревьях чёрные листочки, но стоило только начать распускаться почкам – оставшиеся листья вмиг облетали. Подивились этому, да и забыли.
Название деревьям птица дала – вернее, когда на землю перед чародеем положила семена, сказала:
– Крак.
И потом когда вокруг деревьев ходила, повторяла: «Крак».
Прошло лет пять, про деревья и думать забыли, росли они себе у леса на границе с усадьбой Бальрио, только старик там и обитал, про какие-нибудь особые свойства деревьев если и знал, то молчал. Только вот стал поговаривать соседям, что скоро улетит вместе с Гроу на Красную Планету, которую было видно ночью на небе величиной с куриное яйцо, то была самая ближайшая планета этой звёздной системы.
Соседи улыбчиво кивали чудаковатому старику, смотрели на него с сочувствием, думая, что тот совсем из ума выжил. Но вскоре старик пропал, вместе с ним пропала и птица Гроу, с тех пор больше их никто не видел, даже тел не нашли, хотя в лесу искали, думали, может, попал старик к хищному зверю, но мало кто в это верил, все знали, что Бальрио был искусным волшебником в части защитных заклинаний. Но решили, что всякое бывает – стар уже был, может и случилось чего.
Лет через десять объявилась в усадьбе племянница чародея со своей семьёй, её муж попытался как-то спилить деревья Крак – но у него ничего не получилось. Махнули на них рукой да и забыли, никто не видел, что бы деревья цвели или давали плоды, новых деревьев не появлялось.
***
Смайл подивился и спросил:
– А откуда ты эту легенду знаешь?
Эрчин улыбнулся:
– Так мы живём в том поместье, та самая племянница чародея – моя прапрапра…. в общем дальняя бабушка. Так, что эти деревья у нас и растут на границе леса и сада. Толстенные вымахали, мы в детстве вдесятером одно обхватывали. Ну, дальше рассказывать про Красную планету?
Смайл улыбнувшись, кивнул.
– Ну так вот – на Красной планете не было ни одного дерева, а вот этих семян валялось видимо не видимо. Ну и отец мне очень помогал, он вообще очень интересно мыслит и иногда предлагает такие идеи, что я поражаюсь, как он до такого додумывается. Это как раз видимо способность человека мыслить не стандартно, именно потому, что он не обладает магической силой, и ему приходится постоянно обходиться простыми умениями, в которых нет ничего чудесного, кроме усердия и трудолюбия. Так вот – с этими деревьями мы возились очень долго, целых девять лет. Выращивали, через три года они цветут и дают плоды, сок плодов даёт возможность спилить эти деревья, но семена, высохшие на Сваторике не прорастают, а вот если их отнести обратно на Красную планету, то они потом прорастают у нас. Вот срубили мы первое дерево – топором, вымоченным в соке плодов дерева Крак. Распили его соответственно пилой вымоченной в том же соке. Как-то случайно приложил я одну досочку к другой, а они возьми и срастись. В общем, экспериментировали мы по-разному. Долго всё потому как деревья цветут и дают плоды, только на третий год жизни, а потом никогда. А пыльца, собранная с цветов даёт летучесть всему изготовленному из этого дерева. Такое вот уникальное дерево оказалось. Собственно весь наш кораблик из него и сделан.
Смайл внимательно слушал товарища:
– Вот дела-то, и сколько работы проделать пришлось.
Эрчин улыбнулся и сказал:
– Ну это того стоило, но если бы не отец я бы даже ни одного эксперимента с ним не проделал, мне бы даже в голову ничего не пришло.
Раздался стук в перегородку отделявшую рубку от коридора, доступ в который был только у нескольких волшебников.
Эрчин усмехнулся:
– Флорана прислали, если бы Патрис пришёл он бы уже с ноги открыл, без стука.
И тут же сказал громко:
– Входите, не заперто.
В рубку вошёл мужчина средних лет с лысой головой и крупными оттопыренными ушами, он явно стеснялся, несмотря на возраст – уверенным себя не чувствовал.
– Эрчин, мы уже три раза облетели планету и в принципе, определились куда думаем поселить наших линдси.
Эрчин быстро щёлкнул пальцами, и перед ними материализовалась карта новой планеты. Флоран передвигал её пальцем – пока не нашёл место которое удовлетворило новых поселенцев и показал, комментируя:
– Вот этот большой остров, очень зелёный, тут много леса, надо бы найти место, где можно незаметно организовать посёлок.
Эрчин быстро высчитал координаты корабля, поднёс кулак к панели управления и разжал его, корабль тут же сменил курс полёта и через пять минут они уже были над большим островом. Дав команду приборам показать весь остров в максимальном приближении, они просмотрели очень подходящее местечко, с западной стороны острова, недалеко от побережья огромный лес с большими долинами и вокруг на много миль нет жилых построек.
– Вот то, что надо и река течёт и леса много, – обрадовано сказал Флоран.
– Тогда мы выберем место и совершим посадку, и конечно я проведу проверку на наличие людей. Ну и думаю, пока будем находиться на планете – прикрою нас полем невидимости.
Флоран радостно кивнул и удалился сообщать новости остальным.
Глава 2. Расселение
Эрчин посадил звездолёт на равнину, предварительно убедившись, что в округе нет никаких поселений, единственное, что попалось ему при детальном осмотре, старая ветхая избушка в трёх милях от равнины, но она по видимому была не жилая.
– Смайл, ты отвечаешь за разведку на летающих платформах, на них можно погрузить до десяти человек, ты на пульте. Я объясню управление ими нашим чудесникам, которые ими не пользовались раньше. Пусть разбирают себе людей и отправляются с ними на просмотры окрестностей.
Природа вокруг радовала глаз. Весенняя зелень просто завораживала, кругом щебетали птицы. Яркое солнце радостно светило в голубом небе изредка заслоняемое набегавшими небольшими облаками. Погода в этот день стояла изумительная. Переселенцы были воодушевлены увиденным.
Поселения на Сваторике находились в самых неплодородных краях, одно из них граничило с пустыней, именно по этой причине народ начал отлавливать волшебников, выживать становилось всё труднее и труднее. Второе поселение находилось на скалистых берегах Изумрудного залива, что, то же не радовало плодородностью земли.
Здесь у людей появилась надежда. Вокруг было много деревьев, значит могут расти и плодовые, долины радовали глаз свежей зеленью трав, а значит тут будут расти посаженные растения.
Эрчин распределил всем обязанности, а сам остался отдохнуть в своей каюте. За весь полёт ему удавалось поспать несколько часов – он чертовски устал. Поэтому имел право на отдых, тем более что тут его непосредственное присутствие пока не нужно. Все его основные заботы касались звездолёта.
Так, что он с чистым сердцем проспал до самого вечера. Разбудил его Смайл. Долго извинялся и смущался, но потом всё-таки перешёл к сути дела. Собственно все уже вернулись и обсуждали увиденное. Эрчин постоял, подумал, и вздохнув, сказал:
– Слушай, может, они без меня разберутся, куда кого селить. Я же капитан звездолёта и в их делах ничего не решаю. Вообще, по-моему, самое главное, что бы линдси было хорошо. Я, если честно жутко устал за перелёт, а мне ещё обратно лететь, тоже в таком жёстком режиме, – он умоляюще посмотрел на напарника, тот улыбнулся в ответ, согласно кивнув, сказал:
– Попробую тебя оградить от посягательств, отдыхай. Со всеми даже ужинать не будешь?
Эрчин слегка скривил губы в умоляющей усмешке и ответил:
– Думаю, сегодня я поужинаю сам, а вот завтра может, и выйду к народу.
Смайл улыбнулся и понимающе кивнул. Махнув рукой на прощанье, молча удалился.
«– Хороший он всё-таки парень, отец был прав, когда предложил взять его с собой» – с теплотой подумал Эрчин, укладываясь обратно в кровать.
Две последующие недели выдались суматошными и занятыми под завязку. К вечеру все люди, прилетевшие со Сваторики, валились с ног. Но настроение у всех было приподнятым. Работа спорилась, и везде царило воодушевление и радостное оживление. Даже волшебники поддались всеобщему радостному состоянию и безропотно выполняли все задумки линдси.
Будущие поселенцы выбрали три места, где они строили себе жилища. Один посёлок располагался недалеко от побережья, там поселилось всего пять семей, которым очень понравились скалистые берега и удачные выходы в залив. Самый большой посёлок расположился в долине, вдоль леса протекала река, что и послужило отправной точкой для поселения. И три семьи спрятались в лесу. И ведь именно спрятались, им построили жилища среди деревьев, часть которых была достаточно глубоко в земле, получились такие норы-землянки, запрятанные в холмы. Вышло довольно мило, если не знать, что тут жилища – то спокойно пройдёшь мимо и не заметишь.
Чародеи строили дома, создавали орудия быта, для обработки земли, для ловли рыбы, сделали крепкие лодки для семей живущих на побережье.
Смайл предложил Эрчину одну авантюру, которая удалась. Они на летающих платформах ночью пробрались в посёлок аборигенов, который находился в ста двадцати милях от поселенцев и украли несколько видов скотины: несколько коров, лошадей и коз, которая была в наличии у местных. Проделали всё быстро и бесшумно, так, что на утро местные жители только руками разводили и удивлялись, обнаружив пропажу.
В долине на восточной стороне построили Храм Огня, это место предназначалось как хранилище огня, тут всегда должен гореть костёр и если вдруг, у кого из жителей случится несчастье и дома не останется даже уголька в очаге, то можно будет взять в храме. Назначили хранителем Храма уважаемого линдси. Он должен был распределять службу в храме и смотреть, что бы там всегда горел огонь.
Эрчину избежать суматошных забот не удалось, так как он был достаточно сильным волшебником, ему пришлось помогать обустраивать линдси. Правда, он отвоевал себе больше времени на отдых, остальные с ним поначалу спорили, но он посмотрел на всех устало и сказал:
– Если я не отдохну к обратному перелёту, то вы будете тут сидеть до тех пор, пока я не посчитаю себя готовым к старту. Думаю, по времени мы ничего не выиграем, а даже можем потерять.
В итоге все смирились и перестали донимать его претензиями.
Третья неделя стала посвободнее, линдси потихоньку обживались. А волшебники обследовали планету. Теперь главной задачей было, что бы сделать всякие мелочи, которые сразу при глобальных строительствах можно просто проглядеть. Всякие бытовые удобства, которые заметны уже при жизни на месте.
Как то вечером волшебники сидели у костра в храме, и решали, когда будут отправляться домой. Эрчин предложил утром объявить о трёхдневной готовности. И если у кого будут какие-то просьбы и пожелания, то стоит поторопиться. Все согласились, только Патрис пытался возражать, но на него уже мало кто обращал внимание, потому как он постоянно был недоволен и всегда возражал.
Сначала многие напрягались, а потом поняли, что угодит Патрису невозможно, он возражает против любого предложения, высказанного не им. А своё будет отстаивать с пеной у рта, даже если оно будет не логичным, не рациональным и даже просто нелепым.
Приняв решение об отъезде, все разбрелись, кто куда.
Через полчаса у огня остались только Эрчин, Смайл и Флоран. Они непринуждённо болтали. Флоран очень хорошо относился к линдси, и высказывал сожаление об их переселении.
– Ты думаешь, что это не правильно? – поинтересовался Эрчин.
– У меня странное ощущение, что мы допускаем какую-то глобальную ошибку. Понять я этого не могу, это где-то на подсознании. Просто так чувствую, – он смущённо пожал плечами. Флоран был очень застенчив и чаще предпочитал промолчать, чем высказывать своё мнение. Но со Смайлом и Эрчином он чувствовал себя достаточно вольготно, поэтому мог поделиться своими соображениями.
– А почему линдси назвали линдси? – подал голос Смайл. Два собеседника удивлённо уставились на него. Флоран первый подал голос:
– Ты не знаешь легенду про Линдси Орион?
Смайл посмотрел на него и помотал головой:
– Если честно, то в школе я очень часто прогуливал именно историю Сваторики, – он смущённо улыбнулся и продолжил, – как я понимаю, это относится к твоей семье Эрчин?
Эрчин кивнул и улыбнулся:
– Видать судьба у меня такая рассказывать тебе наши семейные легенды. Ну, слушай.
Легенда о Линдси Орион
В семье Лорис и Прайм Орион родилась дочка, её назвали Линдси. Очаровательная красавица радовала родителей, отец в ней души не чаял и любил брать её с собой в различные уголки планеты.
Прайм Орион был заядлым путешественником, обожал посещать диковинные места, благо волшебная сила перемещала его в любое место, увиденное хоть раз на картинке, стоило ему только захотеть. Он с детства обладал живым воображением и умел ярко представлять место, даже просто со слов друзей.
Ещё в школьные времена он экспериментировал с произвольным представлением места и перемещался туда, без помощи рисунков и карт, попадая иногда в очень интересные уголки планеты.
Один раз ему приснилось место, очень необычное – в небе плыло фиолетовое светило, растения вокруг были в основном фиолетового и красного цвета, и было ощущение, что всё мерцает и светится, каким-то едва заметным мерцанием. И Прайм рискнул – представил место из сна, и переместился. Он не сомневался, что попал на другую планету, природа вокруг была абсолютно другой. Перемещения туда стали регулярными и он путешествовал по новому миру, который назвал Лотос, во всех водоёмах встречались цветы очень похожие на лотосы, всевозможных расцветок и размеров.
На эту планету ему удавалось брать с собой маленькую дочь.
И вот Линдси исполнилось пять лет и ближайшая попытка отца, переместиться вместе с дочкой не удалась, один он перемещался свободно, но если держал дочь за руку, то не мог понять, какая невидимая сила мешает ему сдвинуться с места.
К семи годам родители поняли, что Линдси не обладает волшебной силой. Если ей нужна какая-то вещь, то она должна взять её сама и принести куда надо. Так было во всём, ни один мысленный посыл девочки не работал.
Сначала родители недоумевали, потом расстраивались, а потом отец создал краски и кисти, и Линдси стала рисовать. Все свои детские путешествия с отцом были в её картинах, очень живых и завораживающих. Девочка росла и рисовала, улучшая своё мастерство.
Отец изобрёл первую летающую платформу на Сваторике, теперь он мог с дочерью путешествовать по воздуху, и это было тоже интересно. Линдси рисовала свою планету с высоты платформы.
Она рисовала и рисовала… И стала знаменитой.
По её имени стали называть всех детей, обделённых волшебной силой. Так появились линдси.
Думается, она была не первой, но родители других замалчивали свои случаи, стыдились их и скрывали.
А Линдси Орион раскрыла другой свой талант и заявила о себе миру, дав название целому народу.
***
Эрчин закончил рассказ и замолчал.
Смайл лукаво посмотрел на него и изрёк:
– Какая легендарная у тебя семья, уже две легенды мне поведал, может ещё есть?
Эрчин засмеялся и ответил:
– Есть, у нас вообще много легенд, у меня семья не ленивая, всегда находился один любитель писать семейные хроники. И некоторые потом, со временем становятся легендами. Кстати все хронисты нашей семьи были линдси.
Флоран молча слушавший рассказ и разговор приятелей, подал голос:
– Как интересно, вот на примере твоей семьи я убеждаюсь в своей правоте. Нельзя избавляться от линдси. Не нравится мне это.
После его слов всем стало как-то неловко и грустно. Помолчав ещё какое-то время решили возвращаться на корабль, отдыхать.
Глава 3. Возвращение домой
Волшебники весь перелёт старались отдохнуть. Своей миссией они были довольны и чувствовали себя удовлетворёнными. Считая, что сделали всё возможное.
Только Флоран не разделял их радости и удовлетворения, его терзала тревога. Он предпочитал находиться в рубке у Эрчина и Смайла. Эти два молодых человека были ему как-то ближе, с ними он мог поговорить на волнующую его тему.
Эрчин был не против компании Флорана, хоть тот и был старше их двоих, но с ним было достаточно просто общаться, он не докучал вопросами, был вежлив и приветлив. Поэтому уже к третьему дню полёта было, как само собой разумеющееся, что Флоран присутствовал в рубке. Изначально это место было рассчитано на двоих. Но этот вопрос решился довольно просто. Смайл очень хорошо умел работать с пространством, и он просто увеличил количество места ещё на одного пилота, создание кресла и других атрибутов не составило труда ни одному из троицы.
Но полёт затягивался, уже два дня Эрчин не мог увести корабль в прыжок, для настройки корабля ему требовалось одиночество и спокойствие на некоторое время. А это никак не удавалось. Какая-то вожжа попала под подол сюртука Патриса, и он изводил их троих с самого утра своими претензиями, причём возникавших не понятно откуда и непонятно как. Сначала ему не нравилась каюта, в которой он обитал, и он потащил с собой Эрчина выбирать другую, причём ни с кем другим он идти не хотел, ему нужен был именно капитан звездолёта.
На второй день он был недоволен составом делегации и заявил, что будет теперь находиться в рубке, через полчаса троица поняла, что ещё столько же и можно их выносить вперёд ногами. Сколько у человека может копиться бреда в голове, это же просто кошмар. И весь этот кошмар он вываливал им на голову.
Когда на третий день Патрис пришёл в рубку раньше всех – Эрчин понял – ещё чуть-чуть и он выкинет его в открытый космос.
Спасение появилось следом. Пришёл Смайл.
Эрчин посмотрел на напарника и подумав пару минут, сказал:
– Смайл у меня к тебе задание, так как ты у нас мастер работы с пространством, надо схлопнуть1 все комнаты в которых располагались линдси. И возьми с собой Патриса, а то ненароком пропустишь его комнату, и потом восстановить будет крайне затруднительно.
Смайл кивнул и вышел, следом за ним недовольный, но молчащий, Патрис. Эрчин вышел следом за ними и окликнул Смайла, тот вернулся.
– Когда будешь возвращаться постарайся сделать так, что бы ты шёл впереди, – шепнул Эрчин. Смайл кивнул и пошёл делать своё дело.
Флоран пришёл минут через пять.
– Хорошо, что ты сам пришёл, а то я подумывал уже тебя сюда переместить, было бы весело, если бы ты оказался ещё не одет, – сказал ему Эрчин.
– Что-то случилось? – с тревогой поинтересовался Флоран.
Эрчин вздохнул:
– У нас пока одна проблема – Патрис, я тебя попрошу сейчас сделать защитное поле вокруг рубки, что бы сюда пройти могли только три человека, собственно ты, я и Смайл. Причём ещё и от всяких звуков защиту, что бы не слышать, возмущений по ту сторону.
Флоран облегчённо вздохнул и сказал:
– Это я запросто.
И тут же удалился, не задавая лишних вопросов, да собственно чего их было задавать, всё и так было понятно.
Справился довольно быстро и, вернувшись в рубку, спросил:
– Проверять будем?
Эрчин улыбнулся и сказал:
– Думаю, что всё в порядке, если я правильно помню, то ты дока по части оградительных заклинаний. Вот я что ещё подумал, мне надо полчаса времени, что бы меня никто не тревожил. Будет хорошо, если ты найдёшь Смайла и через какое-то время вы придёте сюда вдвоём, оставив Патриса на расстоянии, а ещё лучше если вы его где-нибудь потеряете. Потом он сюда уже не пробъётся.
Флоран усмехнулся и, кивнув, ответил:
– Будет сделано!
Всё свершилось успешно, пока Смайл и Флоран были заняты делом, Эрчин увёл корабль в прыжок.
Флоран предположил, что если они будут отсутствовать больше намеченного времени, это даже лучше. Поэтому когда они вернулись, то корабль уже находился на краю своей звёздной системы. По пути удалось отвязаться от Патриса, он случайно зацепился за одного из молодых волшебников и Смайл с Флораном быстренько прошествовали мимо, и пару раз свернув в ненужных направлениях, ушли в рубку.
Эрчин встретил их радостно и довольно.
– Как наш друг Патрис? – поинтересовался он.
– Где-то учинил скандал, мы слиняли от него, – весело ответил Смайл.
– Кстати, а как он попал на корабль, за какие заслуги? – поинтересовался Флоран, – у меня вообще сложилось ощущение, что он вообще-то очень слабый волшебник, если не полный ноль. Он умеет только скандалить и поднимать шум.
Эрчин вздохнул и ответил:
– Ну…, знаешь, в любом деле всегда присутствуют какие-то высокопоставленные господа, а у них есть дети…. В общем – он сын Ортиса Радона. Очень не хотели мы его брать, но навязали… Кстати, он далеко от вас отстал?
Флоран удивлённо вскинул бровь, и толи спросил, толи сказала:
– У главы совета такой сын?!
Комментариев не последовало.
Подал голос Смайл:
– Думаю в районе получаса он там поприпирается, а потом сюда ломанётся.
– Может, поглядим, как он ломиться будет? – предложил Эрчин, и лукаво посмотрел на сидящих рядом.
Те согласились. Эрчин провёл рукой в воздухе и появился небольшой экран, показывающий коридор возле рубки. Сначала ничего не происходило. Потом появился Патрис, быстро и уверенно, шагающий по коридору. Дверь он собирался открыть с ноги, на лице было злобное выражение, видимо ему не понравилось, что его бросили, не подождав. Это состояние видимо придавало ещё больше желания сделать пакость, и он со всех сил пнул дверь…….. и взвыл. Хоть и без звука, но было понятно, что ему очень больно.
– Плохо смеяться над чужой бедой, – с очень серьёзным лицом, сказал Смайл и расхохотался, – извините……
– Ну, что ж ты так над человеком издеваешься, – проговорил Эрчин, тоже делая серьёзное и участливое лицо.
В общем, посмеялись, понаблюдали за потугами Патриса попасть в рубку, в конце он пнул дверь уже осознанно и зло, и удалился.
– Кстати, вы заметили, он даже не попытался попробовать снять заклятия. Чудится мне, что наш скандалист линдси, – задумчиво сказал Флоран.
Эрчин задумался и сказал:
– Тогда понятно почему он так себя ведёт, за его поведением никто не заметит, что он ни на, что не способен. Ловко… Да ладно хватит о нём. Нам остался день пути и завтра утром мы прибудем домой. Смайл ты на пульте, отправь сообщение на Сваторику, мы уже в зоне доступа. А я выйду, оповещу наших.
Глава 4. Ни что не предвещало беды
Сваторика встречала своих героев, как встречают героев. С цветами, подарками и огромной толпой. Глава совета планеты сказал пламенную речь, как собственно и происходит в подобных случаях. Эрчин, Смайл и Флоран стояли среди прибывших и смотрели на встречавших, и как-то вдруг им стало всем совсем не весело. Вернее Флорану изначально было не весело, так как он давно излагал свои опасения по поводу переселения линдси. У Эрчина вдруг появилось странное ощущение, как будто он подсматривает за чужой жизнью – всё вокруг отодвинулось и стало каким-то приглушённым, далёким и не реальным. Смайл смотрел на толпу, их бурную радость и у него, почему то в голове, крутился один вопрос « И чему все радуются?».
Но торжества ещё только начинались, потом был торжественный обед в колонном зале совета Сваторики. Вечером был карнавал и всю ночь гремели салюты.
В целом всё прошло шумно, весело и большинство осталось довольно.
Жизнь потекла своим чередом. Собственно в жизни волшебников и оставшихся линдси ничего не изменилось, так как переселенцы жили отдельно, на заброшенных местах. Теперь только путешествовать волшебники могли беспрепятственно везде, не боясь быть взятыми в плен и посаженными в заточение.
Через год Эрчин, Смайл и Флоран посетили своих перевезённых линдси, решив не ждать запланированных трёх лет, любопытство распирало. Посмотрели как они устроились, те были довольны. Земли были плодородны, погода благоприятной, правда была зима, когда выпадал снег и река покрывалась льдом, но это было не очень долго и тут нашлись свои прелести. На Сваторике зимой считалось время, когда облетали листья и шли затяжные, холодные дожди.
Линдси достаточно неплохо потрудились, в исследовательском плане. Их новая родина называлась Земля, светило в небе Солнце. Правда местные жители думали, что Земля плоская и покоится на трёх китах, но это заблуждение видимо будет прибывать с ними ещё долго. Линдси правду не рассказывали, потому как, люди тут достаточно консервативно относились к своим убеждениям.
Эрчин пообещал проведать их года через два-три. Линдси согласились. Они справлялись хорошо и были благодарны за заботу и участие.
На корабле Эрчин предложил друзьям – а они теперь стали действительно друзьями – попутешествовать по нескольким звёздным системам, где он уже успел побывать.
Флоран и Смайл с удовольствием согласились. И путешествие началось. Посетили четыре разных системы. Побывали на разных планетах, правда, почти все, оказались не пригодны для жизни, но пейзажи были самые фантастические. Одна планета состояла из сплошных скал и расщелин, такой величины, что было страшно туда даже заглядывать, внизу бился поток то ли воды, то ли ещё какой-то жидкости. Как предположил Эрчин «Даже вероятнее, что там не вода, а что-то иное».
Другая планета была полностью покрыта водой, в ней была жизнь, но только водная и, по-видимому, не разумная. В океане обитали огромные рыбы, пожиравшие более мелких. Собственно в этом не было ничего удивительного, но на планете не нашлось ни кусочка суши. И капитану звездолёта это показалось интересным.
Одна из планет находилась в системе двух фиолетовых солнц и тут нашлась даже какая-то скудная растительность, правда животных никаких они не заметили. Но закат одного светила и восход другого выглядел просто завораживающе.
Ещё одна планета была обитаема с высоким техническим развитием. Здесь были люди, но не волшебники, они строили высокие дома, в которых обитало огромное количество людей, их средства передвижения летали по воздуху. В целом планета была схожа со Сваторикой и Землёй, то же оранжевая звезда и зелёная растительность, вода морей и океанов сине-голубого цвета.
Флоран, уже сидя в рубке корабля, ещё раз взглянул на планету и сказал:
– Мне почему-то кажется, что планета устала, какое-то тяжёлое и печальное исходит от неё свечение. Растительности почти нет, да и сама планета где-то за огромной горой построек.
– Она как мать, которой жалко своих гениальных, но не дальновидных детей, – грустно сказал Смайл.
– Хорошее сравнение, – согласился с ним Флоран, – только у меня такое чувство, что она так долго не выдержит.
Эрчин посмотрел на друзей и сказал:
– Предлагаю наладить наблюдение над этой планетой – будем прилетать сюда раз в два-три года и смотреть, как тут всё происходит. И, кстати, вести записи. Как назовём планету?
Все задумались.
– Катастрофа, – предложил Флоран.
Эрчин нахмурил брови:
– В целом подходит, но боюсь, что тут может получиться типа « Как корабль назовёшь, так он и поплывёт». Не накликать бы беду.
– Да, – грустно протянул Смайл, глядя на планету в иллюминатор, – печаль-ка…
– Вот так и назовём, – сказал Эрчин, грустно улыбнувшись друзьям.
Смайл оторвался от вида на планету и удивлённо спросил:
– Чего? Как?
– Печалька, – Эрчин развёл руками.
Смайл улыбнулся в ответ и согласно кивнул. Флоран был не против, но сказал:
– Всё-таки на Катастрофу она больше похожа.
– Кстати, – он посмотрел на Эрчина, – ты видел вон тут планету?
Флоран указал в иллюминатор на планету звёздной системы, которая была ближе к солнцу:
– Сдаётся мне, что она очень пригодна для жизни.
Решили проверить. Планета оказалась хороша, но не заселена людьми, правда вокруг неё летали спутники, но построек и, в особенности, городов видно не было.
– Давайте спустимся, – предложил Смайл.
Планета оказалась хороша, но люди на ней были. По-видимому, это была фермерская планета, на ней не было городов, кругом поля, леса, сады, чистые водоёмы. Нашли даже посадочную площадку для кораблей. Видимо тут жили те, кто выращивал пропитание для планеты-города.
Троица вернулась домой, решив, через два года посетить, запланированную, Землю и проведать Печальку.
На Сваторике жизнь продолжалась, ничего не предвещало никаких бед и несчастий. Даже Флоран перестал говорить о своих опасениях. Друзья регулярно встречались.
Через два года появилось три пары молодых линдси, которые попросили перевезти их на Землю, совет Сваторики не препятствовал.
Прибыв на Землю они первым делом спросили разрешения у, теперь уже, местных линдси, те были не против, на том и порешили.
Здесь всё было очень даже хорошо, правда, в этот раз пришлось немного помочь с постройками, которые линдси не успели построить самостоятельно. Но это была просто помощь по доброте душевной, чем по необходимости. Все хорошо справлялись сами, научились делать много полезных вещей и были довольны жизнью.
Правда одна из линдси пожелала вернуться, её муж погиб, детей они не нажили, а на Сваторике остались родители, которые очень горевали при её отъезде. Да, и поехала-то она, только, вслед за мужем.
Определив место жительства новичкам, помогли им обустроиться и отбыли, прихватив с собой новую пассажирку, звали её Эжени. Молодая женщина была хороша собой, добродушная и приятная. На второй день полёта Эрчин и Смайл заметили, что Флоран часто пропадает и не стремится в рубку.
– Чувствуется мне, – сказал Смайл, – что нам придётся или новое кресло в рубке ставить, или Флорана мы будем видеть редко.
Эрчин нахмурил правую бровь, потом усмехнувшись, поинтересовался:
– Флорана очаровала Эжени?
Смайл улыбнулся, закивав головой.
И вскоре в рубке появилось четвёртое кресло. Так как на корабле было всего четыре человека, решили не менять намеченного маршрута, но и не оставлять пассажирку в одиночестве.
Посещение планеты Печалька больших изменений не выявило. Только над планетой было достаточно тучно, и эти самые тучи были серо-чёрного цвета, что, по-видимому, не предвещало ничего хорошего.
Через год друзья гуляли на свадьбе Флорана и Эжени, что ещё через год ознаменовалось рождением дочки. Друг на некоторое время перестал участвовать в совместных мероприятиях.
Эрчин много путешествовал по разным звёздным системам, иногда брал с собой Смайла, иногда отца. Мама упорно отказывалась путешествовать с ним.
Как-то, путешествуя вместе со Смайлом, тот у него поинтересовался:
– А ты не пробовал найти планету с картин Линдси Орион.
Эрчин посмотрел на понимающего друга и кивнул:
– Ты очень проницателен мой друг, именно эти картины стали моей главной мечтой, но пока планеты с фиолетовым солнцем, совсем не похожи на картины.
Он вздохнул и улыбнулся:
– Но я ищу…
Глава 5. Первые отблески грозы
Шёл шестой год после переселения линдси на Землю.
Эрчин сидел в своей комнате, только вчера вернулся из полёта, обследую дальние галактики. В камине позади него уютно потрескивали угли. Услышав посторонний звук за спиной, он нахмурился и повернув голову, увидел в камине голову Флорана, тот улыбнулся и появился весь.
Эрчин выдохнул и засмеялся:
– Вот сколько тебя знаю, столько и буду удивляться, уже лет двести никто не пользуется каминами в таких целях, – друзья обнялись.
– Так в этом и интерес, мне жутко нравится перемещаться в камине, да и предварительно можно заглянуть – дома ли нужный человек, это же так весело, – ответил Флоран, и не дожидаясь приглашения, уселся на диван.
Эрчин качая головой, спросил:
– Где ты берёшь семена турнелии2, её же теперь почти никто не выращивает?
– Да у меня из неё целый сад, моя мама изучала свойства этого растения и написала кучу научных трудов по ней, ну и у нас, соответственно растут все её разновидности. Так, что как раз для меня это самое простое, хотя иногда я пользуюсь простым перемещением. Но у тебя в комнате есть камин и мне всегда интересно сначала заглянуть к тебе, а потом уже и нагрянуть.
Эрчин усмехнулся:
– Собственно, неважно как ты ко мне попадаешь, я всегда рад тебя видеть. Учитывая, что в последнее время это бывает очень редко. Как дочурка?
– Растёт, чудесная девочка, – Флоран с большой теплотой упомянул о своей малышке, – но я ведь о ней могу часами говорить, такое это чудо. Но я к тебе по делу.
– Что-то случилось? – Эрчин серьёзно посмотрел на друга.
– Ты знаешь, что начинается паника среди родителей пятилетних детей?
– С чего?
– Начиная с первого дня весны, все дети, кому исполнилось пять лет, не показали способностей к магии, даже дети так называемые полукровки. Такого ещё не было. Если у обоих родителей волшебников, последнее время всё чаще появлялись линдси, то в союзах чародей – линдси всегда были дети, наделённые волшебным даром, и вот уже три месяца и даже тут только линдси.
– Я конечно ни о чём таком не в курсе, во-первых у меня нет детей, во-вторых я только вчера вернулся из очередного звёздного путешествия, и в третьих мне ещё ничего не успели сказать родители, так как я их не видел.
Флоран нахмурился:
– Куда они делись?
– Папа на совете Сваторики, мама зачем-то тоже с ним, хотя раньше никогда не посещала подобные мероприятия, – Эрчин вздохнул, – ну вообще-то я надеялся, что они сегодня вернутся, но папа сообщил, что они, скорее всего, задержаться до завтра.
– Сколько ты отсутствовал?
– Всю весну и двадцать дней лета.
Флоран подумал и продолжил:
– Ну, собственно всё и пропустил, в общем, народ в панике, а я посчитал, такая ерунда началась с детьми, которые родились начиная с первого дня весны пять лет назад. Помнишь, что тогда было.
Эрчин кивнул и добавил:
– На память не жалуюсь. Ты думаешь, это переселение линдси так повлияло.
– Я, конечно, пока только предполагаю, время покажет. Но меня такое совпадение насторожило. Уж очень оно чёткое по датам, – Флоран задумчиво замолчал.
Эрчин тоже задумчиво молчал, потом спросил:
– А тебя расстроит, если дочка не сможет чародействовать?
Флоран задумался:
– Ну …. пока ещё не думал, но…. наверное нет, хотя конечно волшебство облегчает и упрощает жизнь, впрочем моя жена так не считает.
– Как у вас? – с теплотой в голосе поинтересовался Эрчин.
– Ой, – Флоран заулыбался, – у нас всё замечательно. Эжени хорошая хозяйка. Три года на Земле её многому научили. Я думаю, мне очень повезло. Если магия из нашего мира совсем пропадёт, то у меня есть шанс выжить.
Флоран горестно усмехнулся.
Эрчин задумчиво сказал:
– Ты думаешь настолько всё серьёзно?
– Я думаю, что теперь, будет большая редкость, если родятся дети с магическим даром. И их надо будет обучать обходиться без магии, вообще без помощи волшебников. И в этом плане моя Эжени – просто клад. Наши линдси, жившие здесь и выросшие в семьях чародеев всё-таки мыслили, что всё можно сделать из воздуха, а не своими руками.
– Надо ехать за женой на Землю, – задумчиво проронил Эрчин.
Флоран посмотрел в окно и воскликнул:
– О, Смайл.
Эрчин повернулся и увидел в окне лицо друга. Помахал ему рукой и сделал знак, означавший «иди к нам».
– Ну вот, минут через пятнадцать будет тут. С перемещениями у него совсем беда. А вот в окна подглядывать он умеет мастерски.
Флоран улыбнулся и произнёс:
– Посидим втроём, как в старые добрые времена. Кстати, я хотел пригласить вас в гости, у Эжени через пять дней именины, будут только свои. Вас я тоже жду. Кстати, жена интересовалась – почему вы просто так в гости не заглядываете, я оправдывался, что вы вечно заняты. Но меня тоже заботит этот вопрос, – он выжидающе исподлобья посмотрел на Эрчина.
Тот виновато развёл руками и сказал:
– Ну…, мы как-то думали…, теперь у тебя семья, что бы не мешать…
– Ну-ну, – усмехнулся Флоран, – сразу видно – холостяки. Можно подумать ваши родители всюду вдвоём и друзья к ним не приходят.
Эрчин вздохнул и произнёс:
– Как-то с этой стороны я не подумал.
Смайл ворвался в дом без стука, радостно обнял друзей по очереди и улыбнувшись сказал:
– Ну, рассказывайте, как у вас дела?
Флоран с улыбкой посмотрел на Смайла и поделился своими подозрениями и опасениями. Тот задумался.
– Может ты и прав, у меня же родственники, в большинстве своём, напыщенные гордецы, касательно своего происхождения и чистокровности. Так вот у тётки сын женился на линдси, скандал был жуткий. Но всё-таки смирились, решив, ну хоть вероятность внуков линдси исключается. Но не тут-то было, старшему сыну у них семь лет, а дочке в конце весны исполнилось пять, так вот девочка магической силой не обладает. Все просто в шоке.
– Не одни они, я сначала про пару семей услыхал, что у них дети без силы. Потом стал интересоваться и выяснил, что это становится закономерным. Как понимаю, по этому поводу созван внеплановый совет Сваторики. Недаром же, родители Эрчина даже сына после поездки ещё не видели. Видимо всполошились, – прокомментировал Флоран.
– А какие у тебя предположения? Если есть, конечно?
– Я вот уже дней двадцать думаю, и вот какие мысли меня посещают. Есть у меня теория: гармоничного распределения энергии. Я немного анализировал. Кто из вас помнит, когда появились первые линдси? – он посмотрел на друзей.
Эрчин задумчиво произнёс:
– Линдси Орион родилась… двести тридцать девять лет назад.
– Так вот, – продолжал Флоран, – я просматривал историю развития магии.
Смайл удивлённо вскинул брови и посмотрел на друга.
– Да-да, есть такая тема и её исследовал довольно известный в определённых кругах историк Промин Кусади. Думаю, вы про него и не слышали.
Друзья согласно кивнули.
– Вот приблизительно лет двести пятьдесят назад магические способности начали набирать обороты. До этого ведь как-то всё больше в бытовом плане пользовались. Первое перемещение произошло двести сорок шесть лет назад. Кто его открыл, я надеюсь, вы знаете?
Эрчин кивнул и произнёс:
– Ремиус Трей.
– А ты, смотрю, хорошо учил историю, – заметил Флоран.
– Это был мой самый любимый предмет, – улыбнулся Эрчин, – хотя, наверное, это закономерно. Я же вырос на легендах семьи.
Смайл вздохнул:
– А я по истории еле-еле натянул на «зачтено», благо на экзамене попались вопросы – которые проходили в младшей школе, там я ещё посещал занятия.
– Вот так и выясняется, что в школе надо было всё-таки учиться, – не преминул поддеть друга Флоран.
– Ну ладно, мы не в школе и ты не учитель, – буркнул Смайл, тут же улыбнувшись, сказал:
– Продолжайте вашу теорию, а то вы уже впадаете в наставничество. СЭР!
Флоран улыбнулся и продолжил:
– Вот с тех времён магия стала набирать обороты, появилось много довольно сильных магов. Есть у меня думка, что пока всё было более менее ровно – магия распределялась равномерно, но когда у кого-то способности позволили развить дар до больших высот, стали рождаться люди вообще без этого дара. Я это назвал – законом гармоничного развития магии. И чем больше появлялось маститых волшебников, тем больше появлялось линдси. Кстати, в тот период стали появляться школы, где детей могли обучать, эти самые, чудо-чародеи. До этого ведь все обычно получали знания дома от родителей, что-то могли изобрести сами и всё.
Флоран замолчал, повисла тишина.
Первым подал голос Эрчин:
– И тут мы увезли наших линдси, на другую планету, и вообще в другую солнечную систему.
– Да, именно так, – кивнул Флоран, – я даже не удивлюсь, если на Земле в итоге у них или их детей проявятся магические способности.
– Может есть смысл отправить какую-то часть волшебников на Землю, – подал голос Смайл.
– Думаю для Сваторики это было бы не плохо, но во-первых – боюсь мою теорию посчитают бредом. А во-вторых, кто захочет покидать свою планету, где всё привычно и так знакомо. Ради опять же непонятных теорий.
– А я бы покинул, меня родители уже достали, – грустно сказал Смайл, – они меня всё женить хотят и у нас смотрины раз в тридцать дней. Главное – что они водят чистокровок, но таких страшных, там не то, что о женитьбе, там сразу улететь подальше, зарыться поглубже, главное куда-нибудь.
Смайл взмахнул руками и поёжился. Друзья всё поняли. Эрчин сказал:
– Тебе надо найти линдси по душе и к ней сбежать.
– Именно об этом я и подумываю, – кивая головой, промолвил Смайл, – ладно давайте закончим с грустными вестями, Эрчин расскажи про последний полёт, ты там чего-то новое затевал, интересно что? Даже меня с собой не взял.
Эрчин рассказала о своих приключениях. В этот раз он исследовал области которых можно достичь в три прыжка звездолёта. Там нашлись заселённые планеты, несколько из них очень технически развиты, совершают межгалактические перелёты и исследуют космос.
На одной планете у него возникло ощущение, что тут есть магия. Там его магические способности были раза в три выше, чем обычно. Но людей он там не обнаружил. Было ощущение, что там просто растительная жизнь без живых существ.
– Интересно, а если туда поселить линдси – может у них там силы проявятся, – закончил он рассказ, своим предположением.
Флоран задумался и проронил:
– Надо подумать над этим.
Друзья ещё немного посидели, пообщались о разных мелочах. Эрчин накормил всех вкусными пирогами и договорившись встретиться на дне рождения Эжени, они распрощались.
Глава 6. Грозовые раскаты
Полгода на Сваторике царила паника, потом в двух семьях полукровок обнаружились дети с магическим даром.
Народ выдохнул, решили, что теперь всё будет как обычно, да не тут-то было, следующий юный волшебник проявился только через полгода, а потом только через год и всего один.
Чародеи приуныли – в их семьях ни один ребёнок младше шести лет не обладал магическим даром.
Эрчин, ещё в самом начале, рассказал теорию Флорана родителям. Отец очень заинтересовался и они не раз встречались по этой теме.
Обсуждали и так, и эдак, Чинанди предложил проверить теорию, проведать переселенцев на Земле и понаблюдать за детками, которые родились уже на новой планете.
Эрчин предложил маршрут полёта, сначала отправиться на планету, которую он временно назвал Чародейка, потом уже на Землю, а на обратном пути проведать Печальку.
Команда подбиралась большая, отец Эрчина, Флоран с семьёй, Эжени захотела посетить Землю, ну и конечно Смайл.
Долго думали, стоит ли ставить совет в известность, по поводу своих размышлений и действий, и в итоге решили, что не стоит пока тревожить народ предположениями, вот будут доказательства, тогда и на совет можно идти. А пока это всего лишь домыслы.
Путешествие началось в первый день весны – решили приурочить это мероприятие к семилетнему переселению линдси.
За долгое время путешествий Эрчин научил Смайла управляться с кораблём, только прыжок подчинялся капитану, а всё остальное управление теперь безоговорочно доверялось другу.
Перелёт к Чародейке занял пять дней пути. Звездолёт был всё-таки живой, и он открывал каждый раз всё новые и новые возможности своему капитану. Хотя может Эрчин и заблуждался, просто у него каждый раз возникали новые полётные идеи и он, воплощая их, приписывал возможности кораблю.
Чародейка очаровала всех. Там действительно было ощущение, что магия витает в воздухе.
Смайл обнаружил, что он может легко перемещаться, и всю дорогу отставал от компании и появлялся рядом, радуясь как ребёнок.
У Чинанди и Эжени получились маленькие приятности: распустить цветок на ладошке, сделать фонтан с красивыми брызгами, сорвать плод на расстоянии. Отец Эрчина попробовал переместиться, это ему не удалось. Видимо усиливались изначальные способности. Он недоумённо оглядываясь, произнёс:
– Странно, кругом деревья, плоды, чистейшая вода, вообще сказочная природа, но мы не увидели ни одной птички, ни даже малого насекомого. Это меня удивляет.
И тут маленькая Розалия, дочка Флорана и Эжени, бежавшая впереди всех, радостно воскликнула:
– Человечек!
Произошёл маленький хлопок, как будто лопнул мыльный пузырь. И планета предстала перед ними во всей своей красе.
С цветка на цветок порхали большие бабочки, невозможных расцветок, щебетали птицы, сидя где-то в ветвях деревьев. Мир жужжал и копошился. А на пути стоял маленький человечек, ростом не выше трёхлетней Розалии, он был одет в синий камзол расшитый золотом, такого же цвета панталоны и в шляпе с золотым пером. Малыш растеряно смотрел на людей, и на лице у него было выражение горечи и досады.
– Здравствуй, – приветливо сказал ему Чинанди.
Тот в ответ молчал и хлопал глазами. Тут из-за куста вышел ещё один человечек, чуть выше ростом, и видимо был взрослым, так как был с длинной бородой. Он укоризненно сказал первому:
– Когда же ты научишься пузыри удерживать?!
Повернулся к нашей компании и сказал:
– Извините нас, мы не хотели тревожить вас. Власик пока плохо удерживает пузырь тишины.
Власик продолжать хлопать глазами, видимо изо всех сил стараясь не расплакаться.
– Мы очень рады, что увидели всю прелесть вашей планеты. И будем рады познакомиться с вами, – радостно ответил Чинанди. Остальные просто молчали, а Розалия подошла к маленькому гному и обняла его. Тот застеснялся, лицо его покрылось румянцем.
Эжени подошла к дочке и приветливо погладила Власика по голове, он засмущался ещё больше. Старший человечек сказал:
– Ну, раз уж так случилось – давайте знакомиться. Я Власиль, это мой внук, его тоже, так как и меня зовут, но вот пока маленький – он Власик.
Все путешественники представились и рассказали, как они попали на планету.
Власиль сказал:
– Мы видели, как вы приземлились. Но обычно стараемся, что бы пришельцы нас не заметили. В прошлый раз, когда был один из вас, – он указал рукой на Эрчина, – Власик справился с заданием, поэтому, когда увидели ваш корабль, думали, что он и сейчас справится. Но на маленьких детей нужна более сильная магия, они часто видят, то, что не видят взрослые.
Пока взрослые общались, Розалия взяла Власика за руку и ушла с ним далеко вперёд.
Эжени увидела, как дочка направляется к большому животному впереди и испугалась, хотела окликнуть дочь. Власиль не поворачивая головы, сказал:
– Не бойтесь, это единорог, они очень добрые и любят девочек. Власику за радость пообщаться с животным – к нему одному единорог не подойдёт. Да и все можете подойти – это удивительное существо.
Они тихо приблизились, но совсем близко подходить не стали, было видно, что животное насторожилось.
На Сваторике были только пони, единорог был похож на них, но выше, изящнее и бело-лунного света, именно света – потому как от его шкуры исходило свечение. На голове в середине лба торчал витой рог.
Розалия гладила это красивое животное, теребила его серебряную гриву. Единорог излучал радость, спокойствие и умиротворение.
– А как вы увидели, что к детям подошёл единорог? – спросила Эжени у Власиля.
Тот улыбнулся и ответил:
– Я не вижу, я просто чувствую – кто и где находится. Кстати, на нашей планете нет опасностей для вашей девочки и можно смело отпустить её гулять с Власиком.
Эжени согласилась.
Власиль пригласил их в гости, вёл он себя достаточно гостеприимно, но как-то немного отчуждённо. Правда, про планету он охотно рассказал, может не всё, но многое.
Эрчин почти угадал с названием, планета называлась Ведьма. Она была живая и очень своенравная, а временами просто вредная. Тут жили гномы, садовые и горные.
Садовые гномы занимались сельским хозяйством, жили на поверхности и присматривали, что бы какие-либо пришельцы, не нашкодили.
Горные жили в горных широтах, зачастую глубоко под землёй. На поверхность выходили довольно редко, добывали различные камни и металлы.
Этот уклад был на планете испокон веков. Магия соседствовала тут со всем живым, ею дышали и ею же и колдовали. Последние пару веков участились различные посетители планеты. Гномы научились созвать вокруг них поле невидимости, и пришельцы видели красивую планету, но никого живого, охали, ахали и улетали восвояси.
Пару раз были желающие построить здесь свои города, но таких сама планета не принимала, и люди обычно, убирались в неведомом страхе, стараясь сюда больше не прилетать. Но это были сплошь, люди из технического мира. Эрчин был первый из людей, кто прибыл из мира магического.
Было очень интересно слушать о жизни другой планеты. Но Власиль попросил рассказать и о своём мире.
Тут уж высказывались все по очереди, правда, отец Эрчина, больше всех знающий историю, рассказывал больше и глобальнее. Остальные делились более частными историями. Флоран поделился бедой постигшей их планету в последние несколько лет.
Власиль, выслушав все предположения по этому поводу, улыбнулся и спросил:
– А почему вы видите только одну сторону происходящего, и при этом только плохую. Почему у вас не возникает никакой другой версии?
Флоран насторожился и удивлённо спросил:
– А под каким углом на эту ситуацию ещё можно посмотреть?
– А почему вы не рассматриваете магию как живую материю, и она имеет свойство расти и развиваться, тесно ей стало на вашей планете, вот она и решила таким образом распространиться дальше. Я даже предполагаю, что те зародыши магии, которые попали на Землю, а они туда попали, это уж вы мне поверьте, прорастут здоровыми плодами. Здоровыми и, со временем, сильными! И кстати, думаю, что на Сваторике тоже наладится всё со временем, если конечно ваши главы не начнут делать большие глупости, которые доведут до беды. Начнёт набирать силу магия на Земле и у вас оставшаяся, тоже вырастет. Как всё живое. Магия растёт таким способом очень часто. И переезд магов на Землю тут не поможет.
– Думаете, на Земле магия появилась, только с появлением наших линдси? – поинтересовался Флоран.
Власиль посмотрел на него и улыбнулся:
– Всё может быть, но я предполагаю, что там есть магия, а сейчас там появились свежие силы, как переход на новый виток, уровнем выше.
Все слушали гнома очень внимательно, каждый думал о своём и в то же время об одном и том же.
Власиль после обеда пригласил гостей в свой сад. Было видно, что он очень гордится своим детищем. Он с большой любовью срывал плоды с деревьев и угощал ими гостей.
– Нам уже скоро пора возвращаться на корабль, – промолвила Эжени, – а моя дочь где-то гуляет. Да и подкрепиться ей бы не помешало.
Власиль улыбнулся:
– Не бойтесь, они с Власиком подойду к звездолёту во время, а голодной он её не оставит. Сады у нас уникальные, тут можно и пообедать и поужинать и ничего готовить не надо.
– А можно взять каких-нибудь плодов к нам, на Сваторику, – поинтересовался Чинанди, – а ещё лучше семян, что бы посадить у себя.
Гном радостно предложил не просто семена, он выдал саженцы плодовых деревьев, так же снабдил их несколькими коробочками с насекомыми необходимыми для опыления деревьев. И целый мешок пыльцы серебристо-синего цвета, что бы растения прижились на чужой земле, их необходимо было удобрять этой пыльцой целых три года.
Власиль пошёл вместе с гостями к их кораблю. С Другой стороны подходили, весело разговаривая, Власик и Розалия, девочка весело улыбалась и жевала какой-то фрукт.
Гном подошёл к звездолёту и потрогал его рукой, нахмурился и спросил:
– А из какого металла сделан корабль?
– Это не металл, это дерево, – ответил Эрчин, – есть у нас удивительное дерево, называется Крак. Вот мы с отцом очень долго с ним экспериментировали. И теперь я путешествую.
– А откуда у вас это дерево появилось? – продолжал допытываться Власиль, выражение его лица было серьёзным и озадаченным.
Эрчин рассказал легенду дерева Крак, и как он нашёл семена на Красной планете.
– Гроу……., – гном выдохнул и потом гулко свистнул.
С дерева неподалёку сорвалась птица и прилетела на зов. Сделав круг вокруг звавшего, села ему на плечо. Оперенье птицы было в основном синее, крылья зелёные с жёлтыми кончиками, а голова бардового цвета, и вся она искрилась перламутром.
– Гроу, – сказала птица, и все замерли, удивлённо уставившись на пернатую красоту.
– Это птица, которая умеет летать между звёзд. Гроу – означает судьба. Она не с нашей планеты, но эти птицы часто тут живут подолгу и отзываются на свист, которым я её позвал, – пояснил Власиль, – на планеты малой магии они обычно летают выполнять урок, задание, есть теория, что там, откуда она родом есть нечто, чью волю выполняет птица-судьба. Хотя это всего лишь догадки и может она просто предвестница перемен, но в любом случае, если она появилась на планете, то жди изменения линии судьбы всего человечества этой планеты.
Все замолчали. Гном погладил птицу, и продолжил:
– А дерево Крак произрастает у нас, причём тут оно плодоносит, даёт семена и плодоносит снова. Думаю, на вашей Красной планете в грунте есть некие вещества, которых не хватает у вас.
Подошёл Власик и немного смущаясь, спросил:
– А вы к нам прилетите ещё?
Эрчин улыбнулся и ответил:
– Думаю, прилетим, ну или я один, ты только в следующий раз признавайся, что ты рядом и не прячься.
Власик кивнул и раскрасневшись спрятался за деда, он видимо немного побаивался больших чужаков.
Распрощались с массой наилучших пожеланий, компания звездолёта отбыла на планету Земля.
Рубку пришлось увеличить до размеров кают-компании, так как всем хотелось обсудить услышанное и увиденное, но при этом, кто-то должен управлять кораблём. Поэтому решили пустить корабль в вольный полёт по звёздной системе Ведьмы и поговорить.
Обсуждение длилось долго, до самого ужина никто не вышел из каюты. Когда совсем проголодались, решили устроить трапезу прямо тут.
Эжени спохватилась, дочка была предоставлена сама себе, она находилась в детской комнате, и её не было слышно. Помещение для ребёнка было очень большим, с массой лабиринтов, лесенок, горок, батутов и всяких разных приспособлений для игр. Девочка могла часами там играть самостоятельно. Но кормить то её надо.
Эжени сказала всем:
– Я сейчас приведу Розалию сюда, а вы пока поговорите на какие-нибудь другие темы.
Все согласно закивали, понимя, что разговор интересный, и оказаться не в курсе обсуждений было очень неприятно.
Розалия весело ворвалась в каюту-рубку и пританцовывая повторяла:
– Человечки, человечки…
Все посмотрели на девочку, такую весёлую и радостную, решив, что она настолько прониклась общением с гномом, что до сих пор думает, что они играют вместе. Она быстро поела и убежала играть обратно.
А взрослые продолжали обсуждать.
– Я вот думаю, – задумчиво промолвил Чинанди, – если вправду окажется, что дети линдси на Земле проявляют способности к магии, то стоит ли вообще говорить на Сваторике, про наши теории, и про то, что мы узнали.
Все вопросительно посмотрели на отца Эрчина.
– Почему? – спросил Флоран.
– Это была наша идея, мы построили корабль, да нас с сыном объявят самыми главными виноватыми в этой ситуации. А те, кто гордится своей чистокровностью – вообще спустят на нас всех собак. Нам самим житья не дадут.
Эрчин посмотрел на отца:
– И что делать, так же тоже оставлять нельзя.
– Думаю надо для начала уговорить маму на перелёт, неважно куда, на Землю или найти планету вроде Ведьмы. За это время подготовить большой документ со всеми известными нам фактами и домыслами, описать это всё грамотно и по возможности помягче. И сделать так, что совет получил наше послание только после нашего отлёта.
– Вы думаете всё так серьёзно? – поинтересовался Смайл.
Чинанди кивнул:
– Даже не сомневаюсь, я слишком хорошо знаю наш совет, и в первую очередь его главу, его самое главное качество, если уж чего ему в голову взбредёт, отступать он не станет, даже под страхом смерти. Кстати, по его заказу мы сейчас новый корабль строим, вернее мы его себе строим, а этот вроде думаем подарить планете. Думаю, что лучше будет, если этот корабль попадёт к тебе Смайл. В свете новых событий надо будет сделать его твоей собственностью. В общем, всё надо продумать. Если мы не улетим, грозы нам не избежать. Причём такой грозы – живыми бы выбраться.
Глава 7. Пророчество
Земля встретила их хрустящим белым снегом и замёрзшей рекой. Пришлось срочно всем утепляться. Такой зимы они даже не представляли себе. На Сваторике снега не бывает, да и мороза тоже.
Переселенцы не очень радушно встретили гостей, но колдовским искусством не преминули воспользоваться. Чувствовалось отчуждённое настроение и очень неохотное желание общаться.
Сидя вечером в кают-компании Эрчин сказал о своих наблюдениях, все согласились, тоже заметили настороженное к себе отношение.
Только Смайл высказал удивление, он прогостил всё это время у сестры и не заметил никакого негатива в свою сторону.
Смайл же и новости принёс, которые их интересовали.
– Наши опасения подтверждаются, в прибрежном и долинном посёлках есть девочки, которые могут лечить, просто приложив руки к больному месту. Они пока обе небольшие, поэтому могут не много. Замечались и другие магические проявления, но линдси стараются их пресекать.
– Что значит пресекать? – удивлённо спросил Флоран.
– Да, по-разному, – вздохнул Смайл, – есть такие, что и поколачивают детей. Сестра думает, что те очень быстро понимают, что лучше помалкивать и поэтому стараются не показывать странных способностей.
– Быстро они перестроились, – грустно промолвил Чинанди, – думаю если бы это случилось на Сваторике, они бы были счастливы.
– Ну, что вы от них хотите, – воскликнула Эжени, – они приспосабливаются к новому миру. Тут явной магии нет, кстати, сдаётся мне, только явной. Мне отчего-то кажется, что в воздухе тут витает дух волшебства. После Ведьмы у меня обострились чувства.
– Ты не думаешь, что это именно магия детей витает в воздухе, а учитывая, что им приходится её скрывать, то она копится вокруг, – задумчиво толи спросил, толи сказал Флоран.
– Может быть, – согласилась с ним жена, – В общем, получается, что магию они принимают только в виде врачебной помощи.
– Грустно, – пробормотал Эрчин, – да, папа, натворили мы с тобой дел. И тут нам не рады и на Сваторике ещё обвинять начнут, когда узнают.
– Да ладно вам, – отмахнулся Смайл, – можно подумать, кто-то побежит им рассказывать. Я вот знаете, о чём подумываю. Когда вы новый кораблик запустите и обкатаете. А мне этот отдадите, я к вам потом прилечу. Может ещё кого прихвачу с собой.
– Флоран, – Эжени обратилась к мужу, – а мы, что в итоге останемся одни на Сваторике, без друзей?
Тот в ответ улыбнулся и сказал:
– Вот я и думаю с кем напроситься в полёт. Предполагаю, что могут захотеть ещё пара-тройка волшебников удалиться с родной планеты, те, кто активно поддерживал проект переселения линдси, при этом был против наказания оных, за их проступки.
– Думаю, ты прав, – задумчиво произнёс Чинанди, – знаю я несколько думающих в совете. Я предполагаю, когда мы улетим, они к тебе, Смайл, сами придут.
– Можно мне предложить? – немного смущаясь, спросила Эжени.
Все обернулись к ней. Чинанди кивнул и она сказала:
– Давайте повнимательнее присмотримся к Земле, посмотрим другие места? Как вариант.
– Логично, – поддержал жену Флоран.
На следующий день решили назначить отлёт, в принципе – это было всего лишь покидание переселенцев. На орбите Земли ещё планировали задержаться.
Вечером сидели в Храме Огня, из линдси собрались только те, кто благосклонно относился к своим соотечественникам и более, менее спокойно, к тому, что их дети наделены магическим даром.
Разыгралась гроза, лил проливной дождь, а у костра было тепло и уютно. Эрчин создал приглушающее поле и громовые раскаты были еле слышны, было ощущение, что по крыше барабанит небольшой дождь.
В дверь раздался стук. Все замолчали и посмотрели по сторонам. Смайл, так как был ближе всех к входу, открыл дверь. На пороге стоял человек в мокром дорожном плаще, голову покрывал капюшон, закрывавший лицо, и было не понятно, кто перед ними. В руках у человека был красивый витой посох.
Странник поднял голову и скинул капюшон. Оказалось это старик уже седой, борода была убрана под плащ.
– Люди добрые, пустите погреться и обсохнуть? – подал голос вошедший.
Тут же его усадили поближе к костру, плащ повесили на верёвку, которую быстро и не заметно, как казалось некоторым, соорудил Смайл.
Эжени шепнула мужу:
– Он волшебник.
– Почему ты так думаешь? – удивился Флоран.
– Вокруг него витает магия, я её вижу, – так же шёпотом ответила Эжени, – а от посоха вообще веет сила, это видимо средство усиления его личных способностей.
Флоран уставился на старика. Тот вёл себя абсолютно спокойно и ничем не выделялся, и казался обыкновенным человеком.
Разговоры потекли в простом бытовом русле. Старик добро улыбался и прихлёбывал, поданный ему, горячий настой на травах. Отогревшись, он начал засыпать. Стали говорить потише.
Через некоторое время раздалось бормотание странника, все прислушались:
– Войны завоевателей.
– Прятаться в лесах.
– Духи леса помогут.
– Гибель планет.
– Упадок прежнего дома.
– Гордыня погубит.
– Будущее далеко.
– Солнце в зените.
– Множество миров.
– Птица судьбы.
– Земля – дом.
– Дети-линдси – надежда.
Старик замолчал и мирно всхрапнул, в храме повисла звенящая тишина, даже шум дождя прекратился.
Через пару минут Эжени пробормотала:
– Гроза прошла.
Все встрепенулись и начали перешёптываться, с разных сторон слышалось: «Кто это?», «Откуда знает про линдси?» «Пророчество».
– Что значит пророчество? – спросил в полголоса Чинанди.
Люмея, сестра Смайла, еле слышно произнесла:
– Когда Лорис и Вик ходили на разведку к местным жителям, они часто слышали, про пророчества, которые якобы предсказывают то или иное событие.
Старик зашевелился, все притихли. Эрчин потихоньку выглянул на улицу, гроза действительно закончилась, даже тучи разошлись и на небе сияли звёзды.
Чинанди подозвал Смайла, пошептался с ним и подошел к сыну:
– Думаю нам пора прощаться. Смайл сейчас договорится с сестрой о тайной встрече, остальным мы скажем, что прощаемся навсегда.
Эрчин кивнул и подал знак Флорану и Эжени.
Флоран сходил в соседнюю комнату, где стояла кровать для смотрителя храма, там спала Розалия, он взял дочку на руки и вышел к остальным.
Смайл обнял сестру и встал. Чинанди в полголоса обратился ко всем линдси:
– Нам пора, мы завтра рано на рассвете стартуем. Желаем вам всего самого наилучшего.
Один из линдси подал голос:
– Вы ещё прилетите?
– Думаю нет, нас в этот раз приняли очень натянуто, думаю дальше будет хуже. Берегите детей, они обладают силой, и думаю большей, чем маги Сваторики.
– Вы так думаете? – спросил один из линдси.
– Я конечно, только предполагаю, но мучают меня такие подозрения, и боюсь если вы их будете зажимать и не давать развиваться, они в один прекрасный момент вас возненавидят и уйдут. И вы останетесь одни. Научитесь принимать их дары. Вы сбежали от одних волшебников, а у вас родились свои, видимо судьба у вас такая – жить среди волшебства, не обладая силой. Но это ваши дети.
Наступила тишина, задумчивая и тягучая.
– Ну, нам пора, – выдохнул Эрчин.
Некоторые линдси вышли их проводить, некоторые остались в храме, осмысливая всё услышанное.
На звездолёте по каютам расходиться не стали, собрались в огромной, теперь уже, рубке. Эрчин смастерил тихий закуток для Розалии. И все расселись по креслам.
– И зачем нам свои комнаты, – улыбаясь и разводя руки, сказал Чинанди.
Эрчин усмехнувшись, поддержал отца:
– Пора делать перепланировку, отсеки в рубке для каждого члена экипажа, а личные комнаты долой.
– Я не согласна, может вам холостякам это и подойдёт, а людям семейным всё-таки хочется побыть своей семьёй, отдельно от общества, – шутя, возмутилась Эжени.
– Тогда вам отдельную комнату, напротив рубки, с отсеками здесь, на всякий случай, – поддержал тему Смайл,
Немного поёрничав ещё по этой теме, перешли к основному, всех волновавшему вопросу, вернее вопросам.
Сначала прошлись по пророчеству, пришли к выводу, что стоит записать всё сказанное стариком и проверить по пунктам.
– Эжени, ты сказала, что видишь магию, это как? – задал вопрос Чинанди.
Та улыбнулась и ответила:
– После посещения Чародейки, извините Ведьмы, я стала видеть серебристо-синее сияние вокруг магов и предметов, созданных магией. Вернее предметы наделённые магией, то есть звездолёт наделён собственной магией, он сияет, а вот тарелка для еды нет, хоть и создана магом. Ну, вот, как-то так.
– Интересно, – пробормотал Флоран, – и давно ты поняла, что есть такая способность?
– Если честно, только когда увидела старика и посох. Вернее уже вроде догадывалась, но пока кроме вас никого вокруг не было. Думала, что после Ведьмы такое поле осталось вокруг всех. Кстати, Чинанди вокруг тебя тоже есть свечение, правда очень бледное. А вокруг детей-линдси, родившихся после переселения, тоже есть свечение, но цвет чаще зеленоватый.
– Давайте попробуем облететь Землю, и Эжени посмотрит на неё сверху. Может, тоже увидишь, светится или нет, – предложил Эрчин.
– Я в принципе не против, – кивнула Эжени, – но хотелось бы выспаться.
– Ну, так, можешь идти ложиться спать, – предложил Флоран.
– А остальные? – Эжени оглядела мужчин.
– А мы пока ещё пообщаемся, – бодро ответил муж.
– Ну, так не честно, – Эжени скорчила обиженную гримаску и добавила, – я побуду с вами, лучше сделай так, что бы я могла лежать в кресле, и укрыться бы чем, – обратилась она к мужу.
Эрчин засмеялся:
– Ну, я же говорил, про отсеки и спальные места прямо здесь.
Все посмеялись, но просьбу Эжени выполнили и продолжили общаться.
Сначала решили записать все пункты, так называемого, пророчества. Эрчин взмахнул рукой, и перед ним появилась небольшая доска и рядом карандаш, который был готов писать.
Все по очереди говорили, кто, что запомнил. Карандаш писал. Уточняли – карандаш перечёркивал написанное и писал заново. В общем-то, вспомнили всё, и задумались.
– Думаю, первые три относятся к Земле и к тем, кто на ней живёт, – изрёк Чинанди, – и это не удивительно, тут куча племён, которые воюют между собой. Когда линдси отправляли Лориса и Вика на разведку, они в первую очередь хотели узнать про быт, но в итоге узнали и про постоянные набеги со стороны соседей и войны с ними.
– А вот «гибель планет», – предположил Эрчин, – это, наверное мы увидим, ну больше никто не сможет, вот только интересно – их много, что ли, будет? Я могу предположить, что прибыв на Печальку, мы можем увидеть печаль.
Чинанди подал голос:
– Мне кажется, что два следующих пункта – «упадок прежнего дома» и «гордыня погубит», это про Сваторику.
– «Будущее далеко», – задумчиво проговорил Флоран, – очень туманная фраза, чьё будущее и как далеко и как это вообще понимать?…
– Так же как и «солнце в зените», – подал голос Смайл, – что это значит?
– «Множество миров», это, скорее всего нам, мы видимо ещё много их увидим, пока искать будем дом, предложил Эрчин.
– Ага, и «птицу судьбы» мы ещё, видимо, встретим, – предположил Смайл.
– А вот фраза земля-дом, может относиться и к нам, и к линдси – для них она уже стала домом, а вот для нас может встать в будущем, – сказал Флоран.
– Ну, а с детьми-линдси всё понятно, – спокойно подытожил Чинанди.
– Да… Интересный старичок к нам пришёл, – протянул Смайл, – Эжени – а ты точно уверена, что он не из наших?
Все повернулись к женщине и увидели, что она спит, укутавшись в тёплое одеяло.
– Слушайте, может, и мы будем укладываться, – предложил Эрчин, – день был долгий, как всегда насыщен событиями. Пора и отдохнуть.
Согласно кивая, решили расположиться прямо тут, что далеко ходить, раз уже двое спят. Быстро соорудив спальные места и постели, разлеглись по местам.
– Ты кстати, подумай, на счёт отсеков для нас прям тут? – обратился тихонько Смайл к Эрчину.
Тот улыбнулся и ответил:
– Я думаю.
Некоторое время ещё переговаривались вполголоса, обсуждая оставшиеся вопросы, но усталость брала своё и потихоньку начали засыпать.
Глава 8
Гибель планеты.
Вылет немного подзадержался, так как все просто устали накануне. И проспали. Да, в общем-то, никто и не гнал.
Облетая Землю, обнаружили много очагов магии. Со слов Эжени, тут были разные цвета, на большом материке, рядом с которым располагался остров, где жили линдси, сплошь было зелёное свечение. Встречались очаги синих и фиолетовых оттенков.
Самое странное оказалось, когда пролетали над северным полюсом.
– Интересно, – пробормотала Эжени, – тут вроде снег кругом и никого нет, а переливается местность золотом и серебром, фиолетовый цвет встречается. Почему так?
Чинанди обратился к сыну:
– Попробуй снять поле невидимости.
– Может не сработать, магия разная, – ответил Эрчин, но попробовал. И ведь сработало.
Перед ними предстал большой материк, на котором располагалось множество городов. Уровень развития которых, явно превышал уровень жизни остальных жителей Земли.
– Что это? – удивилась Эжени.
– Это спрятанный мир, который мы увидели благодаря тебе, – Флоран обнял жену и прижал её к себе.
Все остальные рассматривали, открывшуюся перед их взором, картину.
– Интересно, мы сможем туда попасть? – поинтересовался Смайл.
– Попробуем, – ответил Эрчин, – но не сейчас. Я думаю, ты встретишься с сестрой ещё раз, нам надо составить для неё весь план действий. А потом мы летим к Печальке. Сюда мы ещё вернёмся, но пока есть другие дела.
В принципе против никто не был. Решили действовать по намеченному равнее плану.
Эжени ушла к дочери. Та спокойно играла на площадке, правда выглядела немного погрустневшей.
– Доченька, что случилось? – поинтересовалась она у малышки.
Розалия подошла к матери и ответила:
– Человечки пропали, было много человечков, нам было весело, а теперь я одна.
Эжени насторожилась и предложила дочери пойти к папе, та охотно согласилась и пошла с мамой, весело подпрыгивая и напевая какую-то мелодию.
Поделившись в рубке своими подозрениями Эжени, попросила дочь рассказать ещё раз про человечков. Девочка была мала, поэтому не могла сказать, сколько их было. Но назвала двух мальчиков по имени и одну девочку.
– Эрчин, на корабле должна быть функция отслеживания незваных гостей, – сказал Чинанди сыну.
– Сейчас испробую, – ответил тот.
Выяснилось, что с Ведьмы они прихватили с собой пятерых гномов, двое женского пола, трое мужского, которые высадились на Земле.
– Ну вот, – весело сказал Смайл, – есть повод посетить Ведьму.
– Это говорит о том, – наставительно сказал Чинанди, – что кто-то слишком беспечно относится к своему кораблю и не закрывает его на чужих планетах.
Эрчин согласился:
– Да, папа, ты абсолютно прав, впредь буду закрывать.
– Что это ты такой покладистый? – удивился отец, – обычно споришь.
– Просто подумалось, что можно так и какую-нибудь заразу прихватить.
Смайл рядом вздохнул, но ничего не сказал.
Флоран задумался.
Розалия немного погрустила, с человечками ей было весело. Но она была ещё слишком мала, что бы долго оставаться в печали, и вскоре стала обходиться тем обществом, которое имелось.
В бытовых заботах проходили дни. Смайл встретился с сестрой, передал ей маленькое колечко, когда надо будет увидеться, кольцо будет нагреваться, а внутренней стороне его появится надпись, с обозначением места.
Попрощавшись с сестрой, Смайл подумал: «Как хорошо, что у меня тут есть родной человек». В этот момент он понял, что она ему стала роднее отца с матерью.
Облетев ещё несколько раз Землю, решили в следующий раз попасть в страну на северном полюсе, но предварительно стоит подготовиться и вообще более основательно исследовать планету. Скрытая страна – это ещё не все загадки.
Планета Печалька встречала печалью. Вернее большими странностями, вокруг планеты летали какие-то существа – огромные, серые, от них веяло холодом за тысячу миль. Подлететь близко к планете не смогли, существа начинали на них реагировать. Только через сутки троим волшебникам, удалось соорудить поле невидимости такой силы, что эти твари их не замечали.
– Почему простое поле не помогало? – поинтересовался Чинанди.
Эрчин сначала пожал плечами, а потом проговорил:
– Видимо эти сущности не столько видят, сколько чувствуют живых. Вот мы и старались закрыть от них себя полностью. Создать пустоту. Вроде получилось. Мы уже близко.
– Они наделены силой, – проговорила Эжени. – Только тёмной, вокруг них черно-серое сияние. Жутко смотрится. Брр.
Она поёжилась.
На планете творилось, что-то странное. Межзвёздные корабли не могли далеко улететь, стоило им выйти за атмосферу планеты, её тут же облепляли эти серые существа и буквально через пару минут корабль летел прочь как пустая коробка. Флоран проверял, там действительно не было ни одного живого человека. Но были мёртвые.
– Они забирают у них жизнь, – пробормотал Чинанди. – Я думаю, мы ничем не сможем им помочь.
– Мы могли бы спрятать планету, – предложил Смайл. – Как корабль.
– Предполагаю, наших сил не хватит, – задумчиво произнёс Эрчин. – Мы втроём корабль смогли спрятать, но планета большая.
– Но так же тоже их нельзя бросать, – грустно произнёс Флоран.
– Предлагаю, спуститься ниже и посмотреть, что там и как, – Эрчин оглядел друзей.
Все согласились. Когда входили в атмосферу планеты, им навстречу пролетело ещё два корабля с Печальки. Флоран смог просканировать их, на борту каждого звездолёта находилось по сто пятьдесят – двести человек.
И уже из атмосферы они наблюдали страшную гибель этих кораблей, которые по какой-то причине бежали с родной планеты.
Причина стала понятна – как только перед ними раскинулась Печалька во всей своей красе. От высотных домов остались одни руины, кругом бурями летал серый песок.
– Почему они разрушились? – задал вопрос в никуда Флоран, ответ на него тут не знал никто.
– Что-то стало происходить с планетой, – задумчиво произнёс Эрчин.
Тут они увидели, что-то вроде взлётной площадки, там стоял звездолёт, вокруг него суетились люди, одетые в странные комбинезоны, видимо не пропускавшие воздух, на спине красовались баллоны, Смайл высказал предположение:
– Это защитный костюм, а в баллонах воздух. Видимо с воздушной средой на планете совсем беда.
Облетев планету несколько раз, поняли, что это последний корабль готовится подняться в небо.
– Мы можем им помочь? – задал вопрос Чинанди.
– Понять бы, сколько они будут возиться, – протянул Эрчин, – но можно попробовать создать вокруг них поле, как мы себе сделали. Я попробую сейчас зависнуть рядом.
Зависание удалось, и трое магов начали своё дело. Закончив, они стали ждать.
– Надеюсь, получилось, – прошептал Эрчин, – но нам надо быть рядом, мы расширили наше поле, прихватив этот корабль.
С планеты поднялся корабль и Эрчин старался держаться рядом, насколько это было возможно, они благополучно миновали границу с серыми сущностями, их не заметили.
– Уф, – выдохнул капитан корабля, от Смайла и Флорана тоже послышался вздох облегчения.
– Теперь поле с них надо снять, – сказал Чинанди.
– Зачем? – удивился Смайл.
– Ну, представь, приземлятся они – выйдут из корабля, а вот вернуться не смогут. Они ведь его сами не увидят.
– Было бы весело посмотреть, – весело улыбнулся Смайл, – но им это не грозит, как только они отдалятся от нас на большее расстояние, поле перестанет их держать, и они станут видимыми.
– И поэтому надо пока держаться рядом, – поддержал друга Эрчин.
Последний звездолёт с Печальки, отправился на соседнюю планету своей звёздной системы.
– В принципе логично, – сказал Эрчин, – тут есть еда, а это самое главное.
Флоран усмехнулся и предложил:
– Давайте за ними, приземлимся и понаблюдаем.
– Нет, приземляться не будем, – твёрдо заявил Эрчин, – а вот зависнуть и понаблюдать – это запросто. Тем более, что наш кораблик может нам многое показать, на небольшом расстоянии.
Ферма, на которую прибыли беженцы Печальки, приняла их немного отчуждённо. Но помощь оказали, на корабле было двенадцать человек в очень измождённом состоянии и семнадцать раненых. Пришлось организовывать для них временный лазарет.
Остальным предложили распределиться по фермам и приступать к работе.
Глава фермы, рыжебородый мужчина, с большой копной, такого же цвета волос, был большого роста и рядом с ним, прибывшие казались малышами. Сначала он немного хмурился, но потом подобрел и сказал:
– Но учитывая, что теперь нам надо кормить только самих себя, то думаю, пока работы будет не много. Даже видимо придётся часть урожая раздать животным и птицам.
Наблюдатели остались довольны событиями.
– Ну, что, – сказал Смайл, – пора лететь восвояси.
Все переглянулись. И, согласились.
Ещё раз посмотрели на Печальку, наблюдая, как сущности слились в кольцо вокруг планеты, и было ощущение, что они танцуют какой-то ритуальный танец. Танец гибели планеты.
Мысленно попрощавшись, они покинули эту звёздную систему.
Глава 9. Последний аргумент
Прибытие домой было спокойным. Эрмирия Орион встретила всех участников полёта праздничным ужином. Рассказали новости, огорчили необходимостью поменять место обитания.
Мать Эрчина, всё-таки ещё надеялась, что все прибывшие ошибаются, и думала, что, наверное, стоит обратиться к совету. Она искренне верила в здравомыслие сильных мира сего.
Чинанди решил не давить на жену, а убедить её аргументами и примерами, ей надо время, что бы пережить все новости.
Так как прибыли вечером, то решили заночевать в поместье Орионов, благо дом был просторным, да и хозяева сами предложили так поступить.
Эрмирия очень заинтересовалась даром Эжени видеть магию в цвете. Женщины долго общались и им, по-видимому, было приятно в обществе друг друга.
– Хорошо бы, если бы они подружились, – тихо сказал Чинанди Флорану, – тогда если вы решите отчалить с нами, то моя жена будет себя чувствовать гораздо комфортнее, если у неё будет рядом женщина подруга.
– Тоже надеюсь на это, – поддержал его Флоран, – Эжени тоже напрягается, что ей придётся распрощаться со всеми своими родными и подругами. Она сначала поговаривала, про поселение на Земле, но среди своих, это её утешало. А теперь понимает, что и к ним мы не вернёмся. Это её тяготит.
– О чём шепчетесь? – к мужчинам подошёл Эрчин.
– Да вот, – отец кивком показал в сторону весело воркующих женщин, – очень надеемся на их дружбу, думаю тогда, твоя мама охотнее рассмотрит предложение переселения.
Эрчин глянул в указанную сторону и согласно произнёс:
– Да, было бы здорово.
Спать разошлись заполночь.
На следующий день все вернулись по домам и занялись своими делами, за время отсутствия, коих накопилось не мало.
Эрчин с отцом, вплотную, занялись постройкой нового корабля, вернее доделкой всяких разных частей, которые планировали давно, но не успели до отлёта, а так же новые задумки и конструктивные идеи, ждавшие своего воплощения.
Чинанди пару раз был в совете Сваторики, новости были не утешительные. За время их отсутствия не выявилось ни одного ребёнка с магическими способностями. Вечерами они за семейным столом обсуждали эти новости. Эрмирия, понемногу, свыкалась с мыслью, что муж и сын правы и придётся стать изгнанниками, покинуть привычный мир и скитаться в поисках нового дома.
Флоран с семьёй часто навещал их. Его любимый способ каминного перемещения всегда веселил семью Орионов. Флоран переправлял таким способом и жену и дочку. Кстати, для Эжени это был единственный способ быстрого перемещения.
Женщины очень быстро сдружились, что не могло не радовать мужчин. Маленькая Розалия была окружена женской заботой и радовала всех своим детским обаянием и жизнерадостностью.
Планирование отлёта принимало, всё более явные очертания, не только в умах, но и в душах будущих беглецов.
Но планы свои все держали в строгом секрете, Эрчин готовил свой первый звездолёт к передаче Смайлу. Он вместе с мамой заложил в него столько защитных заклинаний, что даже при желании завладеть кораблём постороннему, будет сложно, для этого надо быть из рода Орион и знать их родовые заклятия, которые передавались из поколения в поколение, под большим секретом. Собственно в каждом древнем роду был целый букет таких заклинаний, индивидуальных, отточенных прадедушками и прабабушками за несколько веков назад, и усовершенствованными их потомками.
Эрчин сидел в своей комнате, вертя перед глазами проекцию нового звездолёта, просматривал функциональность и думал. Периодически придумывал, что-то новое – примерял и тут же убирал. У него было ощущение незаконченности. Чего-то не хватало.
Тут в окно заглянул Смайл. Эрчин был поглощён своей проекцией и не сразу его заметил. Вернее он вообще его не заметил, так как не смотрел в окно, и друг не выдержав ожидания, переместился прямо в комнату.
Эрчин от неожиданности аж привстал, проекция исчезла.
Удивлённо посмотрел на друга, даже не зная, что спросить.
Смайл виновато посмотрел и также виновато произнёс:
– Прости друг, но я долго смотрел в окно и всё думал, что ты меня заметишь. Но ты очень был занят. А стучать в окно я не умею.
Эрчин усмехнулся и, мотнув головой, сказал:
– Пора научиться, – он похлопал друга по плечу и добавил, – но я всё равно рад тебя видеть. Ты смотрю, теперь, перемещаешься свободно.
Смайл заулыбался и сказал:
– Ну, в очень знакомые места свободно. У меня проблема с визуализацией места.
– Давненько ты к нам не заглядывал, – Эрчин укоризненно посмотрел на друга, – а если быть точным, то после прилётного ужина, ты у нас и не появлялся.
Смайл потупил взор и смущённо произнёс:
– Я с девушкой познакомился, вот …, – он замялся, – ну… как-то так, в общем…
Друг понимающе улыбнулся и сказал:
– Когда знакомить будешь?
– Да вот думаю, у меня сомнения появились, – Смайл стал серьёзен, – я немного поостыл, вернее роман в самом разгаре, но стал проявляться здравый смысл.
– Почему появились подозрения? – Эрчин тоже стал серьёзен.
– Она просит меня познакомить с друзьями, и последнее время настаивает, – Смайл замолчал, как споткнулся и добавил, – и как-то стали закрадываться подозрения.
– Здравый смысл – это хорошо, – задумчиво проговорил друг, – а что успел рассказать до появления его? Кстати, она маг или нет?
– Да вот в том то и дело, была бы линдси – я бы вас уже давно познакомил, а она маг, и очень сильный, из древнего рода, – Смайл огорчённо вздохнул.
Повисло молчание. Оба друга задумались, каждый о своём, но в тоже время об одном.
Первым выпал из задумчивости Эрчин:
– Пойдём к моим, папа у меня вообще на идеи умён, ты же знаешь, там всё в подробностях и расскажешь.
Смайл согласно кивнул и вышел из комнаты вслед за другом.
Дело было к ужину, и Эрмирия колдовала на кухне. Вернее, можно сказать руководила кухонным оркестром – от взмаха руки тарелки быстро сервировались на столе, щелчок пальцами и столовые приборы лежали около тарелок.
– Мам, – ещё не дойдя до столовой, крикнул сын, – у нас ещё один едок.
Эрмирия улыбнулась и всё теми же движениями добавила приборы ещё на одну персону.