Глава 1
Я аккуратно припарковался между черными приземистой " Тойотой Камри" и гигантским "Инфинити", хмыкнув про себя. Мой видавший виды зелено-серый "старичок" будет неплохо смотреться рядом с ними, так сказать создавать контраст. Подняв "ручник", скорее из-за привычки, чем для надобности, перевел рычаг селектора "автомата" в положение "Р". Ну да, конечно, сейчас диванные эксперты должны завопить, что настоящий мужчина должен ездить на классике, но я вас умоляю. Эти эксперты когда-нибудь ездили раненые на "механике"…нет…а я-да. И хочу заметить, что это не слишком прикольное занятие.
"Master of Puppets" мощным солом на электрогитаре дубасил из единственных живых динамиков в передних дверных картах кабины, когда я повернул ключ в замке зажигания, мощный дизель продолжил тарахтеть на турботаймере. Я взял телефон со специальной полки под магнитолой и посмотрел на открытое сообщение в "WhatsApp" от абонента Синий. "Сегодня вечером. Султан. Две. Брюнетка и блондинка", гласило оно.
Я перевел взгляд со светящегося экрана смартфона на двухэтажное здание с острой крышей, возвышавшееся перед моим джипом. От узкой проезжей дороги и парковки, на которой стояли машины его ограждал невысокий заборчик, наверное, высотой с пол метра в виде железной изгибающейся то ли виноградной лозы, то ли плетущегося плюща. Над входом, перед которым добросовестно почистили снег и не было проклятой наледи, висела вывеска с названием ресторана, выполненным в современном арабском стиле. "Султан" было популярным заведением в моем небольшом, но любимом городе. Это же название были написаны и на тканевых полуовальных козырьках, висящих над окнами первого этажа. Фонари на невысоких столбиках освещали проход к двери из темного стекла.
По привычке осмотрел местность рядом с рестораном. Машин было немного, как и карет такси, останавливающихся у здания и высаживающих пассажиров. Странно для пятницы, обычно люди живут всю неделю ради этого дня. Но я и не огорчился, мне от этого только легче, проще найти тех, о ком говорил мой информатор. Я на всякий случай бросил взгляд на циферблат часов, расположенных на панели машины, с удовольствием отметил, что у меня еще в запасе примерно пять часов. Потом последняя длительная Ночь Полной Силы из пяти, два спокойных выходных дня и конец отпуска. Вновь окунуться с головой в любимую работу, Пашка, наверное, не дождётся уже, когда передаст мне обратно дела и должность командира опергруппы и сам рванет в отпуск. Полюбас, будет бухать первую неделю, как истинный военный офицер. Невольно рассмеялся, вспомнив, как Молитвин терпеть не может, когда я уезжаю в командировки или ухожу на отдых.
Дизель заглох, о чем брелок сигнализации дал знать веселой трелью и вибрацией. Но я продолжил сидеть в салоне и созерцать вход ресторана. Двери периодически открывались и закрывались, люди выходили покурить и просто пообщаться на улице, толпились на крыльце, окружая себя облаком едкого дыма от сигарет и пара изо рта.
Я задумался, а может не стоит портить себе конец отпуска? Да еще и крайняя Ночь, когда я не могу контролировать превращение в Скифа. Всякое может случиться или пойти не по плану. Старый меня точно по голове не погладит, если наблюдение обернется перестрелкой и потасовкой. А так сяду на диванчик, включу какой-нибудь фильм про Бэтмена (обожаю его еще с детства), полдвенадцатого ночи спущусь в Конуру, а завтра поеду к маме, давно обещал ей картошку поднять с подвала. А то выйду на службу, хрен знает, когда появится свободное время.
Ой, да ладно, Саня! Что может случиться!? Я только проверю наводку информатора и домой. Если она подтвердится, то скину оперативку дежурному или даже Пашке, а там они уже сами разберутся. Главное, чтоб было что скидывать, а то вдруг туфта. Тогда Синему точно не понравится наша следующая встреча, и фамильяр никогда не избавится от контроля своих хозяев. Не всем им понраву участь наркоманов, для которых желание напиться человеческой крови чуть меньше, чем желание угодить хозяину или стать для него аперитивом, перед основным блюдом. Многие в ожидании вечной жизни после обращения, так и сгнивают в подземных подвалах вампирских Семей, превращаясь в отвратительных гулей.
И продолжая следить за теми, кто толпился на входе и теми, кто прибывал в ресторан, я не мог выследить их, на кого указал Синий. Другие вообще ловко умели скрываться среди обычных людей, некоторые даже занимали высокие посты, принимая участие в повседневной жизни. Были и обычные работники, торговцы, грузчики, индивидуальные предприниматели, военные даже, уборщики. Но все они связаны условиями Договора, за строгостью выполнения которого следила наша Контора. И вот, несколько ублюдков, не принадлежащих Семьям вампиров, а может и, наоборот, из их числа (всегда есть не согласные, считающие, что люди это низшая раса, пригодные лишь в качестве еды и рабов) решили, что вековой контракт, просто писанина на пергаменте. Такие бессмертные называли себя Непримиримыми, и было их куда больше пару тварей.
Ладно, хватит сидеть в тепленькой машинке. Этих не видно на крыльце, должно быть уже внутри "харчевни" (пора завязывать читать фэнтази, ее и в жизни достаточно) или еще не подъехали. Я открыл бардачок слева от себя. У нас на Дальнем Востоке в предпочтении праворульные машины, и не надо мне задвигать за отечественный автопром и патриотизм. У нас под боком Япония и лучше я отдам те же деньги за старенькую made in japan, чем за новенький УАЗ или Ладу.
В бардачке лежали красная папка на замке с документами на машину, провод AUX и кабель зарядки телефона, очки от бликов встречных фар автомобилей, маленькая подвеска из сероватого циркона ромбической формы на красном шнурке, и удостоверение в бурой обложке с тиснением в виде щита и меча с двуглавым орлом, окаймленные синей лентой. Внизу выдавленные четыре буквы, три из которых при демонстрации вызывают у человека мурашки на теле. А четвертая обозначала нашу Контору, о существовании которой знали лишь Сам Он и директор той самой организации из трех букв. Подумал несколько секунд, рассматривая тиснение, я передумал его брать с собой и захлопнул крышку обратно. Та не захотела закрываться с первого раза, и, пообещав, что завтра же разберусь с замков, хлопнул сильнее. На этот раз бардачок закрылся. Пистолет ПЛК, что был спрятан под рулевой колонкой брать тоже не стал. Я ж просто решил понаблюдать, хотя нож с вытравленными защитными рунами, искусно спрятанный в пряжку ремня оставил.
Я вышел из машины, о чем засвидетельствовала подошва ботинок, в которых одновременно удобно можно было бежать пятикилометровый марш и на свидание сходить, скрипнувшая на замершем снегу. Я с отвращением скривился. Перед входом порядок навели, а на парковке и возле нее грязный снег, покрытый черной сажей от многочисленных кочегарок убрать, не додумались, или не захотели. Мои ноздри защекотал запах гари, и я по-звериному фыркнул. Луна близилась, и Скиф (так я называл свою вторую сущность) чувствовал это, намекая мне об этом. Пальто, что лежала на заднем сиденье брать не стал. Я в отличие от обычных людей не испытывал сильный дискомфорт по поводу мороза. Мог долгое время не испытывать чувство холода, и это не меняя даже облик. Да идти-то до теплого ресторана не далеко, дорогу перейти.
Старенький, но без единой царапины "Исузу Бигхорн" подмигнул мне габаритными огнями, что встал на охрану, а я положил ключ и "пультик" в карман брюк. Быстро пересек дорогу и, минуя троих курящих у входа человек, чутка задержав дыхание, вошел в ресторан.
Длинный коридор "Султана" встретил меня большим камином и зеркалом в полный человеческий рост, расположенными прямо напротив входной двери. Хочу заметить, что в данном ресторане я впервые. Хотя наша Контора не раз отмечала корпоративы. А что? Среди наших сотрудников тоже есть люди и многим Другим человеческое не чуждо. Что, если ты отличаешься от обычных смертных, то должен жить как-то по-другому? Если ты не нарушаешь Договора, то живи, как твоей душе угодно, если она есть у тебя.
Но в "Султане" как-то не довелось мне побывать. Либо на дежурстве, либо в составе группы на задании или операции, либо…не было вообще желания. Я вообще больше люблю провести время дома с полторашечкой разливного пива за просмотром годного кинчика или сериала, ну или накатить с товарищами в отделе. А все эти похождения по ресторанам и барам не для меня. И натура у меня вспыльчивая, учитывая вид Другого, каким я являюсь. Могу в легкую ввязаться в драку, отстаивая честь какой-нибудь дамы.
Поэтому я с интересом осматривался внутри помещения. Коридор не был пустым. Каменный камин с имитацией огня располагался между двух полумягких диванчиков с подушками. На его гладкой поверхности возлежал манекен султана в темно-бардовом халате и золотистом тюрбане. Над ним висели гигантские часы с названием ресторана. Две женщины в длинных платьях и глубокими вырезами на спинах фотографировали друг друга на свои смартфоны. Я осмотрел их. У одной на шее висел амулет в виде звезды с зеленым камнем в центре и от взгляда на него у меня зашевелились волосы на затылке. Обычная реакция такого, как я на настоящий "Глаз Давида", оберегающего носителя от нечисти и колдовства. Женщина почувствовала что-то, потому что побледнела и коснулась амулета, но Другой она не была. Должно быть, кто-то из ее близких подарил магический артефакт. Стоило отвести глаза, и носительница амулета успокоилась.
Я остановился у зеркала, возле которого как раз была стойка гардероба. Перед тем, как идти в общий зал я оглядел себя в отражении. На меня смотрел среднего роста тридцатишестилетний мужчина, гладковыбритый (щетину могу позволить себе только дома) и короткостриженый, через два дня конец отпуска, не забыли? Я все таки не работаю под прикрытием, а обычный оперативник, часто шлем ношу. На мне серый в клетку костюм с черной рубашкой, штаны слегка заужены к низу, но не сильно. Я больше предпочитаю старую классику, но и от моды не убегаю. Начищенные до блеска черные ботинки со шнуровкой. Как говорил мой ротный в военном училище: "– Умом ты можешь не блистать, но сапогом блеснуть обязан". На левом запястье обычные часы "G-Shock", люблю эту марку за ее надежность.
Разгладив не существующую складку на лацкане пиджака и отдернув рукав, я толкнул дверь в общий зал и окунулся в дух волшебных сказок "Тысячи и одной ночи". Стены, отделанные натуральным камнем, восточные узоры, воздушные драпировки, мягкий свет причудливых светильников. У стены с рисунком арабского дворца, стоит сцена с музыкальной аппаратурой, должно быть здесь любят играть живую музыку. Из динамиков колонок, подвешенных под потолком, украшенным словно облака, лился приятный для ушей джаз.
Вопреки моим ожиданиям главный зал был полон гостей. Мужчины в строгих и элегантных костюмах, некоторые в рубашках и жилетках, чем-то напоминали мне чикагских мафиози. Женщины в платьях, у всех юбки не выше колен, странные жемчужные головные уборы и страусиные перья.
Вот блин, чертыхнулся я. И угораздило же меня оказаться на вечере в стиле Гэтсби, ну почему не девяностых или восьмидесятых. А еще лучше рок-н-ролла, я может и подольше бы посидел. Хорошо хоть оделся прилично, а хотел надеть джинсы.
Я остановился у входа, всматриваясь в окружающих и делая вид, что ищу свободный столик. Невольно принюхался, по носу ударили смешанные запахи женских духов, мужской туалетной воды, алкоголя, готовящейся еды и кислятина пота.
От белой деревянной стойки, возле которой была дверь, ведущая на кухню, направилась ко мне девушка в черных брюках и белой блузке. Русые волосы подстрижены под каре, на лице медицинская маска, над которой сверкают голубые глазки. Да, мои очи видят ночью еще лучше, чем днем, а уж светомузыка и полумрак им вообще не преграда. Хочу отметить, что почти весь персонал ресторана носили эти пресловутые маски.
Пока официантка, судя по меню в кожаном переплете, что она зажала под мышкой и золотистой планке бейджика, висевшей на груди, я, невольно поморщившись, вспомнил, отчего сейчас носят такие индивидуальные средства защиты. Три года назад китайское Центральное бюро общественной безопасности по сверхъестественным вопроса (наша Контора не единственная в мире) провалила свою, хочу заметить все таки тщательно спланированную операцию по поимке безумной шаманки, вознамерившейся устроить в мире очередной естественный отбор. Не буду впускаться в подробности, скажу кратко. Она решила, что жить в нашем мире должны только Другие (эх, сколько таких безумцев мы уже арестовали или ликвидировали), и с помощью одного черного ритуала хотела уничтожить человечество. Отряд спецназа поднебесной Конторы появился вовремя, сразили ее големов, созданных из людских костей и приспешников, но скрутить саму шаманку не успели. Та подстроила все так, что когда ее прошили зачарованные пули, то ее кровь завершила ритуал, замкнув Печать Короля Яня, древнекитайского бога смерти, и выпустила заклятие, которое вызывало мгновенную дезинтеграцию любого, кто не имел ген Другого. Тело человека начинало быстро гнить изнутри, поражая сначала легкие, затем пораженный начинал сочиться из всех отверстий собственными жидкими внутренностями и за считанные минуты превращался в кучу клейкой массы. В состав каждой опергруппы входит маг, а тому отряду повезло, что среди них находился сильный некромант. Но даже его силы не хватило, чтобы стереть Печать, завершенную смертью и кровью создавшего ее, и тогда вся группа, пожертвовав своими жизнями, чтобы хоть, как то ослабить действие черного заклятия. Сам же некромант смог дождаться прибытия поддержки, и рассказав, что колдовство еще имеет свое последствие, хотя и не всегда смертельно и все теперь зависит от иммунитета самого человека, испустил дух. Главы государств, понимая, чем чревато, если люди узнают, решили свалить все на придуманного ими китайца и летучую мышь, ну а дальше уже началась всеми известная история с вирусом, карантинами, масками, перчатками и вакцинацией. Со временем действие колдовства, конечно, снижается, ведь людей, не избежавших проклятия, становится меньше, и чиновники постепенно начали ослаблять ограничения.
–Доброго вечера,– мягкий голос официантки вывел меня из воспоминаний,– Мы рады видеть вас в нашем ресторане и надеемся, что вам у нас очень понравится.
–Не волнуйтесь,– я широко улыбнулся, сверкнув всеми тридцатью двумя зубами,– Мне уже у вас нравится, особенно когда меня встречают на пороге такие красивые девушки.
Официантка, судя по бейджу, ее звали Мария, застенчиво опустила глаза, и я мог поклясться, что под маской у нее запылали щеки. Да и сердце у нее застучало чаще. Хотя, думаю, что я не первый кто делает ей подобные комплементы. Все дело в том кем я являюсь на самом деле. Есть Другие, которые могут воздействовать на людей, даже не прибегая к особым способностям, как, например, Зов у вампиров или магический приворот. Мы, оборотни, а в частности верфольфы, вызываем природный повышенный интерес, хотя и обладаем заурядной внешностью. Как магнит притягиваем к себе, способны полностью подчинить их своему влиянию.
–Хочу отдохнуть в приятной обстановке,– я вновь сверкнул улыбкой, и девушка словно стала меньше. Ну не произвольно это выходит у меня.
–Тогда вы не ошиблись адресом. Ресторан «Султан» славится своим отношением к гостям и дарит каждому настоящий праздник. У нас сегодня вечер в стиле Гэтсби, и наших гостей ожидает отличная увеселительная программа и живая джазовая музыка. Позвольте, я проведу вас к свободному столику. К сожалению, два VIP-зала заняты, поэтому место только в общем.
–Ничего страшного, Мария. Не переживайте,– я протянул руку в сторону зала, где уже начинали танцевать гости,– Будьте моим проводником в сказку.
Официантка мило хохотнула, потом спохватилась, видать, поняв, что не подобает себя вести так перед гостем.
Свободный столик оказался не в том месте, в котором я хотел бы. По опыту работу я пытался быть там, где моя спина будет прикрыта, а все происходящее на виду. Но в этот раз мне пришлось довольствоваться столиком почти в центре зала. Ну и ладно, огорченно вздохнул я, не всегда все идёт по плану, да и я не на операции.
Мария оставила мне меню и, сказав, что вернется минут через пятнадцать, убежала к другому столику. Я проводил взглядом ее попку-капельку, дав себе слово, что еще раз приду сюда и познакомлюсь с ней поближе. А сейчас мне нужно найти двух Непримиримых.
Переворачивая ламинированные светлые страницы меню, со списком блюд, стилизованным в виде арабской письменности, я принялся рассматривать гостей.
Музыка играла из динамиков, саксофон сменился пианино, если честно я не разбирался в джазе, на сцене появился мужчина, настраивающий инструменты. Значит, как обещала Мария, скоро будет живое исполнение. Люди танцевали, официантки, преимущественно симпатичные девушки, скользили между гостей и столиков, принимая заказы и разнося блюда на больших подносах. Порции, я заметил, у них действительно огромные.
Часы пикнули, отсчитывая время до крайней ночи. В окнах уже стояла вечерняя темнота, обычная для февраля. Но и это не был показатель, это в сказках вампиры боятся солнечного света. Солнечный свет их раздражает, как аллергия кожи на латекс, например, разве что теряют часть своей сверхъестественной силы, ну, например, становятся не такими быстрыми, как ночью, но вполне могут вести обычный стиль жизни. Отвечу сразу на вопрос, который мучает каждого. Чеснока они не боятся, вполне спокойно пьют кровь из шеи, обвязанной чесночной косой. Кстати, многие романы, написанные про вампиров, сочинены как раз таки самими кровососами.
Что-то пустился я в размышления, а времени у меня не так уж много. Как бы не пришлось бросить все и ретироваться домой.
Мужчина в белой рубашке, серых брюках с подтяжками, а-ля главарь «Cosa Nostra», вошел в общий зал и прямиком направился к стойке. Свободно пожал руку бармену, протирающему стакан полотенцем, о чем-то они обмолвились парой слов, я не стал напрягать слух. Видать постоянный гость или хороший друг, бармен позвал официантку, и та повела его в VIP-зал.
Рядом раздался звонкий женский смех. Я мельком бросил взгляд слева от себя. За соседним столиком сидели мужчина и женщина. Она пила вино из глубокого бокала и ела салат «Цезарь» (интересно, а люди знают, что существуют другие закуски), он ест шашлык из свиной шеи. В животе у кого-то заурчало. У мужчинs на безымянном пальце правой руки белел узкий след от кольца, а значит недавно снял, чтобы не вызывать гнева своей любовницы. Почему любовницы? Да потому что он всегда нервно смотрит, на каждого кто заходит в ресторан. Ожидает кого-то нежелательного. Ну, пусть это будет на его совести.
У дальней стены сдвинуты столики. Там расположилась шумная компания, видать «корпоратив», очень часто встают и голосят тосты. Там ничего интересного нет. Обычные люди, есть там Другие, но низкого полета. Суккуб, которая обязательно не уйдет сегодня в одиночестве, и слабенькая магичка, использующая крупицу своей силы, чтобы добиться карьерного роста. Я особо не стал акцентировать на них свое внимание. Просто пометил для себя, что стоит после отпуска поинтересоваться, что за организация праздновала сегодня. Такие маги не всегда представляют опасности для общества, но иногда у них просыпается чувство неудовлетворенности собственной жизнью, а потом еще и древние книги отыщутся, вот тогда и начинается веселье…
Три офицера, два старлея и капитан, в наглаженной форме цвета морской волны. На погонах с голубыми просветами эмблемки в виде парашютов. Должно быть, сразу со службы решили отдохнуть. На столе какой-то салат и лапша с бараниной (да, мясо я угадываю ловко, даже ни разу не попробовав, а просто унюхав), графины с водкой и апельсиновым соком. Тоже не интересны.
Я смотрел на людей, отдыхающих в этот вечер, танцующих и выпивающих, беседующих друг с другом и выходящих из зала покурить. Изучал их и следил за каждым их движением, и понимал насколько они беззаботливы. Они живут обыденной жизнью, работают, строят карьеру, заводят семьи, рожают детишек, по пятницам и другим праздникам выпивают. Но даже и не подозревают, в каком мире живут, смотрят по телевизору новости, радуются хорошим и огорчаются плохим. Видят, как спецслужбы стоят на страже их жизней, обезвреживают террористические ячейки, но не знают, что за пределами обычного мира и идет борьба за гранью их воображения.
Борьба за само право их существования.
Две высокие женщины, каждой лет по тридцать, словно сошедшие со страниц модного журнала. Первая блондинка с серо-голубыми глазами, родинкой возле рта и бледной, будто не видевшей солнца кожей. Одета в ярко-красное платье с высоким вырезом, выставляющем стройную ногу почти до самого бедра. Золотистые волосы уложены в прическу с вплетенным в нее черным большим пером. На шее тонкая золотая цепочка, в ушах золотые кольца серьг. Вторая брюнетка была в коротком блестящем темно-синем платье в паетку, с ниткой жемчуга на длинной шее и серьгами с крупными камнями в маленьких и изящных ушках. Волосы покрывала жемчужная тига, ярко-голубые глаза под тонкими бровями -«ниточками», полные губы, окрашенные нюдовой помадой, почти не выделялись на таком же бледной коже, как и у первой.
Их сразу не замечаешь, но стоит взглянуть на них один раз, то уже не способен отвести от них глаза. Поэтому я не обратил на них внимания, когда зашел в зал. Обычно чую Других за версту, как того здоровяка тувинской наружности, который работает контролером по безопасности. Сразу выцепил, что тот из азарларов, так называемых железных людей. Тувинец тоже заподозрил во мне не обычного человека, вон зыркает своими черными раскосыми глазами в мою сторону, а на женщин внимания не обращает. Те превосходно пользуются одним из вампирских даров, выборочно отводят глаза от себя. Лишь природная вражда наших видов позволила мне заметить их. Но даже мне они приковали глаза к ним. Хотелось следить за каждым их движением, наполненным кошачьей грацией, каждым изгибом губ, во время улыбки, каждым мановением тонких рук, подобных взмаху лебединого крыла…
–Готовы сделать заказ?– голос Марии раздался почти возле моего уха, выведя из блаженственного состояния.
Молодец, оперативник, чертыхнулся я в гневе, наверное, даже зарычал, благо джаз играл громко. Отвлекся на вампирш, и даже не заметил, как человек подошел ко мне. Узнай Старый, мигом на пенсию выйду досрочно.
Официантка проследила за моим взглядом в сторону двух вампирш, и по ее глазам понял, что она не слишком довольна тем фактом, что я был полностью поглощён гостьями напротив. Эх, женская ревность, а ведь мы даже толком не знакомы с Марией, разве что имя ее знаю.
–Или вам еще дать времени, чтобы вы поподробней смогли разглядеть…меню,– предложила она с нотками злости в голосе.
–Ну что вы, Мария. Я все прекрасно разглядел, и хочу сказать, что у некоторых блюд нет конкуренций,– и подарил ей свою самую замечательную улыбку из моего арсенала, чем вогнал ее в еще большую краску, чем при первой нашей встрече. От того, как у девушки быстро застучало сердечко, я понял, что попал в цель,– Жаль, что то блюдо, которое я хотел бы отведать в меню нет, поэтому буду довольствоваться тем, что есть,– и ткнул в первую попавшуюся строчку в ламинированной странице,– Плов.
Все еще краснеющая официантка черкнула в блокноте с отрывными страницами.
–Что-нибудь еще?
–Салат «Восточный»,– перевернул я страницу.
–Выпить?
Я мельком глянул на вампирш, которые не двусмысленно поглядывали на отдыхающих офицеров. Соблазнить вояк для Других было делом времени.
–Графинчик «Русского стандарта» и томатный сок,– завершил я свой заказ. Не переживайте, что я за рулем. Алкоголь нужен был чтобы не вызывать любопытства. Если все получится, то выпить у меня не получится, ну а с одним стопарем мой организм справится в десять минут.
–Ожидайте пятнадцать минут, – проворковала Анна, дописав в блокнотик и по шла к бару отдавать мой заказ.
Странно, она, что сильнее пятой точкой завиляла, подумал я и вновь вернулся к наблюдению.
Женщины продолжали призывно улыбаться трем офицерам, словно приглашая к себе за столик, накрытый двумя порциями салата, опять же популярного «цезаря». Что еще можно было ожидать от тех у кого специализированная диета, а с веяниями моды современного мира не особо разбирающимися. Рядом ведерко со льдом , из которого торчало горлышко бутылки из-под шампанского. В двух бокалах пузырился желтовато-прозрачный напиток.
К моменту, как принесли заказ, я уже удостоверился, что вампирши были именно теми, о которых говорил мне мой информатор. Как я определил, что они кровососущие твари? Да это легко для сотрудника Конторы, а уж для меня, вообще, два пальца обосать. Сейчас, когда их Дар на меня перестал действовать, я замечал мелкие детали, выдающие в них вампиров. Они бесцельно тыкали вилками в листья салата, но ни одна не попробовала хоть раз отведать блюдо. Каждый раз, прикасаясь губами к бокалу, оставляя на них следы от помад, отставляли их в сторону так и оставшиеся полными. Еще бы они употребляли пищу, когда их КЖТ работает не так, как у людей или меня. Но были еще несколько признаков, что мог увидеть тот, кто знал куда смотреть. Стоило им повернуть головой, в определенный момент их глаза ловили блеск светильников, отражая его, как стекло. Человеческие очи так не светятся, словно ловишь солнечный зайчик стёклышкам. Необычно-пугающее зрелище, если увидеть его непосвященному. А если они явят свой истинный облик хищника, вот тут и обделаться не стыдно.
А почему я решил, что это отступники? Да просто. Других вампирш, которые попали под описание Синего я не видел.
На сцену вышел мужчина в серой жилетке, надетой поверх белой рубахи с красным галстуком в полоску и брюках. В руках держал трубу, пододвинул микрофон поближе и через мгновение зал наполнился чудесной джазовой музыкой в живом исполнении.
Я проворачивал все возможные варианты слежки за ними. Знал, что твари убивать здесь не будут, они заманят своих жертв куда-то в свое логово, а вот мне следовало проследить за ними и выяснить место, где они будут кормиться. Себя в качестве жертвы я предложить не мог, если вампир приглядится ко мне повнимательней, то мигом почувствует во мне своего извечного врага. Тем более что они уже нашли свою добычу, делая недвусмысленные взгляды в сторону офицеров ВДВ, а те, конечно же, не могли не заметить этого. Что ж трех взрослых мужчин им вполне хватит насытиться, даже с излишком. Тут все Гнездо Непримиримых можно накормить, а если повезет, то меня к нему как раз и проведут. Но придется тогда действовать быстро, на дежурного по Конторе положиться нельзя, нужно будет напрямую звонить Пахе и задействовать мою группу. Ох, меня Старый порвет на пресловутый британский флаг.
Пока я продумывал план дальнейшего действия, поедая наивкуснейший плов (не на голодный же желудок работать), два старлея решили от перемигивания перейти к действию. Они встали из-за стола, и прямиком направились к подругам. Судя по их походке, выпили они уже предостаточно, чтобы идти на подвиги и захватывать белый дом.
Первый вэдэвэшник был высокого роста, с коротким ежиком рыжих волос, веснушками, будто мухи «делов» наделали на курносом лице. Форма отглажена, стрелки острые на брюках, значки блестят.
Второй десантник ростом с меня и лысый, выбрит наголо, что волосков даже нет. Крепкий и поджарый, часто моргал из-за отсутствия бровей. Тоже, как и первый любит форму, но шерстяные брюки все-таки коротковаты. Штанины задираются при ходьбе, что носки видно по щиколотку. Хорошо хоть черные, один раз видал офицера в белых.
Их товарищ капитан остался сидеть на своем месте, подливая себе водку в стопку. Ага, значит сначала разведка, потом основные силы.
Я напряг слух, отодвинув в сторону звуки музыки прислушиваясь к разговору.
–Привет, красотки!– рыжий старлей отодвинул стул и плюхнулся на его мягкое сиденье прямо напротив брюнетки.
Лысый присел рядом с золотинкой и закинул руку девушке через плечо, приобняв ее. Вампирша ничем не показала, что этот жест ей непонраву. Еще бы, когда добыча сама в зубы идет.
Подружки хищно улыбнулись друг другу.
–Ну, здравствуйте мальчики!– радостно ответила брюнетка.
–Мы думали вы уже и не подойдете к нам,– добавила золотинка, завлекающе улыбнувшись лысому.
Десантники перебросились удивленными взглядами, словно не ожидали, что у них получится подцепить таких цыпочек.
–Отдыхаете?– сбила их с мысли золотинка, нежно погладив лысого по ладони, лежавшей на ее плече.
Я услышал, как сердце молодого офицера учащенно застучало, будто сейчас проломает ребра и выскочит наружу. Вампирша видать тоже, потому что ухмыльнулась.
–Да вот решили оттянуться после трудовых будней. А тут такие пташки прелестные в одиночестве сидят, и мы решили составить вам компанию,– рыжий продолжал вести разговор.
–А мы и не откажемся,– золотинка завлекающе блеснула идеальными белыми зубами, отчего у меня в голове возникла ассоциация с улыбкой белой акулы.
Так и хотелось завопить голосом Гендальфа из известной трилогии: «-БЕГИТЕ, ГЛУПЦЫ!»
–Ну тогда давайте знакомиться. Меня зовут Агния,– представилась брюнетка, не сводя завораживающего взгляда с рыжего.
–А меня Василиса,– золотинка накручивала прядку на палец и распускала ее, ладонь лысого так и не убрала с плеча.
Я вновь мысленно выругался. Надеюсь им не по сто лет, такие имена не придумывают для знакомства. Слишком не современные, а вампиры очень дорожат ими. Это что-то вроде статуса в их извращенном обществе, чем старше кровосос, тем древнее имя. К тому же молодняк вряд ли отправят на подобного рода охоту. Нет, я, конечно, подозревал, что подружки не новообращенные, цыплята могут легко отвести глаза обычному человеку, особенно если у них хороший учитель, но не Другому. Однако не думал, что придется иметь дело с настолько взрослыми кровососами.
–А я Алексей,– сказал рыжий, не сводя глаз с брюнетки.
–Антон,– лысый убрал руку с плеча Василисы и махнул рукой капитану, подзывая его,-Надеюсь вы не против, если Кирюха к нам присоединится?
–Ну конечно нет,– Агния выпрямилась.
Это было самое соблазнительное зрелище, которое им и мне пришлось увидеть. Спина изогнута, грудь приподнята высоко, живот втянут. Стояк ребятам гарантирован однозначно, у меня ж сработала защита Скифа. Этот никогда любви к кровососам не испытывал.
–Мы любим большие компании,– подтвердила слова подруги золотинка, когда капитан присел возле лысого и брюнетки одновременно.
У Кирилла были короткостриженые русые волосы, как и у всех военных, гладковыбритое квадратное лицо. Голова словно не имела шеи и росла прямо из широких плеч. Этакий культурист-бодибилдер, форму, наверное, шьет на заказ. Такого им точно на долго хватит.
Дальше у них начался стандартный обмен любезностей при знакомстве. Ни очемный разговор о любимых занятий, тупые шуточки военных, на которые вампирши очень громко смеялись, словно понимали в чем смысл. Пару раз сходили потанцевать медляки, было смешно видеть, как ребятки по очереди пытались потрогать подружек за мягкие места, а Кирилл даже поцеловать Агнию в губы. Девушки вроде, как и не против были, но за рамки не выходили, чтобы не спугнуть добычу. Брюнетка ловко повернула лицо и подставила щеку.
Я посмотрел на часы. На циферблате светилось без пятнадцати двадцать один. Я сжал вилку и чуть не погнул ее, успокаивая гнев. Блять, временем я не обладал, скоро мне придется покинуть это заведение. Все таки придется звонить Пахе. Иначе Гнездо Непримиримых мы потеряем надолго.
Выждав еще пятнадцать минут, я позвал официантку, чтобы рассчитаться, выйти позвонить Молитвину или просто быть готовым действовать по ситуации. Подошла Мария, вручила мне небольшую кожаную расчётчицу с квитком чека, удивилась, увидев полный графин с водкой и пустой из-под сока. Внутри папки, кроме чека я обнаружил ручку и листок бумаги с написанным на нем номером телефона. Чей он, я мог не догадываться.
–Слушайте ребята,– услышал я голос Василисы,– Вам не кажется, что здесь несколько тесно становится?
Ну, наконец-то. Я передал Марии расчётчицу, но ручку оставил у себя. В голове начал созревать план действия.
–Можем свалить отсюда и поехать к нашему другу,– помедлив, предложила Агния,– Он устраивает закрытую вечеринку, и мы приглашены. Но нам не хотелось ехать туда одним. А с такой компанией не грех завалиться к нему.
Та наклонилась вперед, словно заговорщики рассказывала план.
–А где это?– Алексей не сводил глаз с открывшегося вида на грудь Агнии.
–Это в Раздольном. Наш друг заведует ГДО, которое давно перешло местному муниципалитету. Оно давно не работает, и он периодически устраивает в нем вечеринки.
Хм, неплохо устроили гнездо. Раздольный был поселком городского типа в сорока семи километрах от города и наших там отродясь не было, разве что только проездом.
Десантники задумались. В обычной ситуации это предложение вызвало бы не сомнение, но в их сосудах давно блуждала водка и желание весело провести с этими красавицами время.
– Будет весело, обещаем,– Василиса призывно посмотрела в глаза Кириллу,– Куча бухла, музыки и народу.
Я, слушая их, чертил на ладони маленькие фигурки. Два квадрата, которые превратились в восьмиугольник, а внутри фигуры еще четыре маленьких квадратика, у которых имелись недорисованные стороны. Все таки я знал, что найду выход из ситуации. Как никак профессионалы, а не халям-балям какой-нибудь.
–Короче я за!– не выдержал ее взгляда капитан.
–Я тоже!– поддержал товарища Антон.
–Вызываем токсис,– Алексей достал телефон из внутреннего кармана куртки,– И позовите официанта, будем расплачиваться.
Пока они ждали счет, я дорисовал фигуру и прошептал, едва шевеля губами:
–Странник Мудрый и Могущественный Лег-Хранитель. Ты мне путь к носителю просвети и от зла его сохрани. В сторону меня от него не отведи и к нему проводи,– на ладони потеплело. Да, и оборотни тоже имеют небольшую склонность к волшбе. Она у нас больше на заговоры похожа, чаще связана с Природой. Надеюсь, что сработает.
А капкан тем временем захлопнулся. Вампирши и офицеры расплатились за столики, причем военные платили и за себя и за подруг. Я выждал пять минут с момента, как они покинули зал и направился за ними. У выхода глянул на последок на Марию. Официантка что-то печатала в смартфоне, скорее всего записывала мой номер телефона, что я ей оставил в расчётнице.
У гардероба, делая вид, что засмотрелся на фигуру султана, возлежащего на камине, столкнулся с Алексеем, который помогал одеться Агнии.
–Смотри куда идешь, козлина,– рявкнул рыжий, дыхнув мне в лицо перегаром. За что Скиф возжелал оторвать ему пастью все лицо, но все же он был все еще в моей власти.
–Ой, прости, дружище,– икнув, извинился я, едва стоя на ногах, и дружественно похлопал его по плечу, где красовался шеврон с гербом страны.
Тот схватил меня за грудки. Пришлось изобразить испуганное лицо.
–Да я тебе сейчас всю харю в кровь изобью, крыса тыловая!– взъярился он, за его спиной расплылись в ухмылках довольные рожи его товарищей.
–Леша, тише. Оставь его,– на плечо десантника легла бледная ладошка Агнии,– Он всего лишь пьяный.
Алексей толкнул меня к выходу.
–Считай, что тебе повезло, урод.
–Спасибо, спасибо,– запинаясь, ответил я, но повернувшись к двери довольно улыбнулся.
Никто из них не заметил, как на белой полосе государственного флага, изображенного на шевроне Алексея, сверкнула маленькая руна. Единственно Василиса задержала на мне долгий взгляд, от чего Скиф внутри меня вздыбил загривок. Должно быть, почувствовала во мне древнего врага своего народа.
Сев в «Бигхорн», я его завел с дистанционного запуска и откинул спинку водительского сиденья назад, чтобы те не увидели меня сидящего внутри. Пусть думают, что кто-то другой прогревает двигатель. Дам им фору в несколько минут. Потерять их теперь я не боялся.
Символ защиты ближнего, что я поставил на Алексея, не позволит мне упустить их.
Глава 2
Из города мы выехали быстро. Красные габариты серой «Хонды Стэпвагон» маяковали примерно в километре от моей машины. Автострада была хорошо освещена уличными фонарями, и потерять их из виду я не боялся. Тем более что дорога от города до поселка была одна.
Естественно подопечные могли изменить свой маршрут, а Раздольное использовали в качестве легенды, чтобы сбить с пути слежку. На подобный случай у меня был Камень Поиска, заговоренный на руну Лега-Хранителя, и висевший на зеркале заднего вида, как салонная подвеска.
Свое преследование я начал чуть погодя, как они отъехали на такси. Выждав минут десять, я тронулся за ними, но на выезд двигался другой дорогой. Благо улицы в моем городе были параллельны и перпендикулярны друг другу, и даже несколько обогнал их, потому что циркон загорелся горячим красным, сигнализируя, что подопечный Камня находится далеко от меня. Пришлось съехать на обочину и остановиться подле «стопика», закрытого в такое позднее время. Все дороги, основная и объездная, соединялись в этом месте, поэтому и закусочная располагалась здесь не случайно. Только жаль, что она так поздно закрывалась, душу отдал бы за стаканчик свежего кофе. Камень Поиска сменил свет на ярко-голубой, и мимо меня пронеслась карета такси с белым оракалом «Uber».
Гравийка захрустела под джиповскими колесами, когда я тронул «Бигхорна» за ними.
Держа расстояние, аккуратно руля по ровному асфальту (федеральная трасса все-таки), я взял смартфон с полки. Часы, словно насмехаясь надо мной, показывали половину двадцать второго. Время утекало сквозь пальцы, как вода.
На третий гудок вызова, абонент взял трубку:
–Слушаю, командир,– голос мужчины звучал громко, четко и молодцевато.
–Привет, Паша,– поздоровался я, руля машиной одной рукой,– Как дела?
–Думаю, что ты звонишь мне в это время не для того чтобы поинтересоваться о моем самочувствии.
–Как всегда сразу к делу,– усмехнулся я,– Собирай группу и следуйте за маяком. А еще лучше задействуйте портал.
–У тебя до конца отпуска два дня. Старый голову оторвет, если…– попытался переубедить меня Молитвин.
–Корд, это Непримиримые. Мы выслеживали их полтора года. Если упустим сейчас, то потом еще долго не нападем на их след.
Паша сразу замолчал. Он прекрасно понимал, что если я обратился к нему по позывному, то дальнейшая полемика бесполезна.
–У тебя мало времени,– напомнил мне из без того известную вещь.
–Я знаю,– отмахнулся от его слов сквозь зубы.
–Хорошо, работаем.
–Работаем,– и отключили связь.
Перед тем, как отложить телефон, нашел приложение с маячком и активировал свою геолокацию. На всякий случай, но думаю, они воспользуются услугой нашего группового мага.
Что ж, а пока мы едем по автостраде, то думаю, что можно кое-что разъяснить. Есть у нас времени минут двадцать.
Хочу, чтобы мои слова были приняты на веру, и не думали, что я покурил очень забористую шмаль. Среди людей живут существа, о которых мы читали в сказках, легендах и мифах народов нашего мира. Не все конечно, но огромное множество и вполне вольготно себя чувствуют в современном мире. Сами себя они называют древним словом алее’эхк’мор, однако была принята более простоя аббревиатура, созвучная с их названием. Другие. Мало в нынешнее время говорящих на том языке, чьи слова летали над землей, когда человек еще не додумался палку подкинуть в огонь. Меня же учил мой отец, откуда он его знает, ответить не могу. Мы с ним не слишком долго дружны были.
Теперь позвольте мне представиться. Меня зовут Каршинов Александр Даниилович. Воинское звание капитан. Я командир оперативной группы «Воланд» отдела по обеспечению порядка и координации взаимодействия между людьми и Другими Федеральной службы безопасности по городу Уссурийск и Уссурийскому городскому округу. Между собой сотрудники ее привыкли называть просто Конторой. Организация находится в режиме строжайшей секретности, кроме сотрудников отдела, самих Других и тех двух человек, о которых я говорил ранее, о ее существовании знает очень маленькое количество посвященных обычных людей, от которых зависит жизнедеятельность Конторы. Все же Старый финансирует нас не из своего кармана.
Мы являемся органом, обеспечивающим безопасность Российской Федерации в мире Других. Как можно догадаться, российская Контора не единственная организация, поддерживающая закон между людьми и существами, подобные службы есть почти в каждой крупной стране. Свое начало они берут со времен охотников на чудовищ, которые путешествовали по миру и защищали простых людей от нечисти. Это были не те инквизиторы Церкви, которые сжигали ведьм и колдунов на всеобщем обозрении, хотя и они иногда не ошибались. Про Церковь вообще отдельная история, как-нибудь потом ее коснемся, там была полная клоака, а в РПЦ так вообще обезьянья красная пятая точка. Охотники же были настоящими профессионалами, им хватало ума сохранять настоящую тайну о Других, чтобы избежать паники среди людей. Как можно догадаться, потери были с обеих сторон. И вот однажды примерно в 16 веке, часть Других из числа наиболее преобладающих в популяции существ, объединились и выслали парламентеров к охотникам, с предложением мира. В ходе переговоров было решено привлечь глав могучих государств, правящих в то время, заключен Договор и сформированы особые канцелярии, переименованные в следствии каждая по-своему. Со временем в организации стали включать не только людей. Кто-то из Других приходили на службу по собственной воле, кого-то вербовали агенты.
Главное условие перемирия было – не убей и не будешь убитым. Но, как говорится в стаде всегда найдётся паршивая овца, всегда были те, кто не соблюдал Договор. Я не говорю о демонах, те никогда не были за перемирие, тем нужна была душа человека, чтобы существовать в нашем мире. Из многочисленного числа Других, которые считают, что они высшая раса, а люди созданы, чтобы быть пищей или рабами, хочу привести в качестве примера как раз таки Непримиримых. Для вампиров кровь крайне важна для существования, это известно всем. Естественно, сок жизни животных не так питателен, как человеческая, и еще вампиры обожают кровь людей в момент угасания жизни. Сотрудник Конторы, трехсотлетний вампир, говорит, что в мгновение, когда человек умирает, в его организме происходит настоящий ферментный взрыв. Кровь наполняется огромным количеством адреналина, серотонина и дофамина, дарящих умирающему ощущение тепла, радости и счастья, приводящие вампиров в наркотический экстаз. Однажды вкусив подобный нектар, избавиться от зависимости почти невозможно. Игнат говорил, что чуть руку себе не отгрыз, когда «слазил с иглы», а некоторые и вовсе не выживают или становятся безумными упырями.
Пока я предавался своим мыслям под песни группы «Арии», то чуть не упустил, как «Хонда» свернула с единственной главной дороги поселка прямо у черно-серого памятника, в виде сужающегося к верху высокого четырехугольного монумента. На каждой из четырех его граней был барельеф изображающий советских бойцов, а на вершинах обелиска – красная звезда. Должно быть, здесь проводятся праздничные мероприятия посвященные Дню Победы. По крайней мере, одну воинскую часть по пути в поселке я точно видел.
Я остановился чуть спереди, погасив огни габаритов, чтобы не вызывать подозрения и наблюдая за ними в боковое зеркало. Камень поиска вновь засиял красным, я прикоснулся рукой и потушил его свет окончательно. Где подопечный я знал, но если понадобится, то еще раз разбужу камень. Циркон будет привязан к Алексею, пока я не сниму заговор защиты.
Тем временем машина такси остановилась возле бетонной стены с проходом, за которым виднелись два двухэтажных здания, которые, скорее всего в прошлое время выполняли функции воинских казарм. Кроме такси, там было еще припарковано шесть автомобилей, но людей возле них я не увидел. Похоже, сегодня у Непримиримых будет большой ужин, или решили НЗ создать. Нижние окна одного из зданий мигали разноцветным светом, и до меня, даже сквозь закрытые окна доходил звук ритмичной танцевальной музыки. Должно быть, это и было то самое ГДО. Хм, как местные жители еще не вызвали полицию, чтобы утихомирить дискотеку?
Сначала машину покинули вампирши, затем высадились десантники, ели держащиеся на ногах. В руках у каждого было по бутылке пива, видать, чтобы скрасить недолгую дорогу. Они, смеясь, расплатились с таксистом, и нетвердой походкой пошли к единственной двери, возле которой их встретили двое мужчин. Агния что-то сказала одному из них, и компанию пропустили внутрь.
Я вышел из машины, скинув пиджак и бросив его на водительское сиденье. Из-под руля достал пистолет в тактической кобуре, и, закрепив его за металлическую скобу к ремню сзади, проверил, как достается оружие. С щелчком высвободил магазин, проверил боекомплект. Прекрасно знал, что магазин полный, но проверить обязан был. У самых тусклых пуль светились голубоватые ободки, будто нанесённые фосфорной краской. Так давала знать о себе магия нашего оружейника. Патроны были заговорены для уничтожения Других. Удостоверившись, что все отлично, вогнал обратно в рукоять, взвел курок и поставил на предохранитель. Знаю, что нельзя так носить оружие, но в условия прямого контакта с противником, времени на привидения оружия к бою у меня не будет. Рядом с пистолетом повесил двойной подсумок с запасными магазинами.
Итого сорок два патрона и нож в пряжке против Гнезда вампиров в полной силе. Я б еще и от бронника не отказался с защитой горла… Ну, у меня конечно есть еще Скиф, но его в эту Ночь я могу использовать только после ноля часов, а не по собственному желанию. Да, не густо…может, стоит подождать мою группу, так наши шансы на победу близки к победе. Я ж все-таки не Рэмбо и не настолько крут, как могут подумать некоторые. Времени все же нет. На сбор «Воланда» по нормативу сорок минут, затем пятнадцать на вооружение и экипировку, еще десять на доведения приказа и плана действия, ну и плюс дорога. То есть минимальное время, за которое они прибудут это почти час, плюс/минус. Я успею разведать обстановку, и при возможности отсрочить кормежку. Не забывать надо и что в моем распоряжении осталось меньше двух часов. Надеюсь, все же «Воланд» воспользуется порталом.
Сквозь стекла салона посмотрел на ГДО и от удивления открыл рот. Я обошел мерно рычащий джип и осторожно выглянул из-за кузова. Казарма выглядела пустая, никаких машин у здания, ни светомузыки, ни самой музыки. Только пустующие здание, тишина спящего поселка, скрип, нависающих над домами веток деревьев, качающихся на поднявшемся ветре, и рычание дизеля.
Так, снимаю перед Непримиримыми шапку. Отлично придумали, соглашаясь сам с собой, кивнул головой. Если только моя догадка подтвердится.
Вернулся обратно за руль, перед этим накинув пиджак и спрятав пистолет под ним, включил фары, развернул машину прямо через всю дорогу, и направил ее к ГДО, быстро разгоняясь.
Прости старичок, извинился я перед «Бигхорном», проскочив мимо памятника. Казарма быстро приближалась, темными окнами безразлично смотря на мою машину. В какой-то момент передо мной словно убрали ширму с искусной картиной пустого здания. И сделали это очень быстро, потому что чья-то машина материализовалась перед моим капотом мгновенно, я еле успел крутануть рулем в сторону. «Бигхорн» вильнул вправо, но избежать столкновения полностью не получилось. Я задел серую «Тойоту Витц» углом своей железной «губы», разбив той фару и оторвав его пластмассовый бампер. От удара у малолитражки сработала сигнализация, огласившая просторы.
Иллюзия исчезла полностью, как только я пересек его границу, словно передо мной подняли занавес. Теперь ясно, почему местные жители не слышат творящуюся в поселке дискотеку. Вампиры сняли морок на короткое время, чтобы не отпугнуть гостей, а затем снова подняли. Похоже им помогает сильный колдун, что не есть хорошо. С каждым мгновением идея дождаться Корда и ребят мне начинала нравиться все больше и больше.
Сигналка отключилась почти сразу же, как начала работать. К машинам подбежали те самые двое, что стояли на входе.
–Эй, олень, ты че не видишь куда едешь?– первый с короткой стрижкой дряблым лицом, щеками, как у бульдога и красным носом-картошкой, полноватый в синих джинсах, зеленой куртке-бомбере, и коричневых зимних ботинках, подскочил к моей машине, рывком распахнул дверь и вытащил меня из салона. Замечу, что я не особо сопротивлялся.
–Где это я?– я ошарашено вертел головой, силясь понять, откуда появились все эти машины и люди.
Второй долговязый в серой водолазке с горлом, торчащей из-под черного короткого пальто с двумя рядом пуговиц, вязаной шапочке, осматривал повреждения «Витца», сокрушенно мотая головой и жуя жвачку. На указательном пальце крутил кольцо с брелоком от сигнализации.
Пухлый швырнул меня на колени перед оторванным бампером, я вскрикнул от боли, когда больно ударился об корку льда. Черт, штаны б не порвать и зря подштанники не одел. Смягчили бы падение.
–Мужики, я не понимаю,– жалобно заскулил я, пряча Скифа глубоко под корку сознания. В эту Ночь моя вторая сущность могла быть вызвана любой провокацией, если я хоть чуть-чуть отпущу вожжи.
Полный схватил меня за шиворот и толкнул ближе к «Тойоте», ударив плечом об крышку багажника.
–Сейчас я тебе все популярно объясню, олень!– он опустился перед мной на корточки, заглянув в лицо,– Ты реально попал! Тебе сейчас полный кабздец будет!– Бульдог не говорил, а орал, брызжа слюной.
–Успокойся, Толян,– резко прервал его долговязый.
–Че это, Игорек?!– полный с тупой миной уставился на товарища.
Долговязый осмотрелся вокруг, убеждаясь, что поселок продолжает мирно спать, и маскировка не снята.
–А ты как будто не понимаешь, почему он не увидел машины,– Игорек покачал головой, словно разговаривал с маленьким ребенком,– Вопрос один сейчас. Что он делал в это время здесь?
Толик вздернул меня вверх, так что я оторвал ноги от земли.
–А это мы сейчас узнаем.
От удара в живот у меня потемнело в глазах и чуть не подкосились ноги. Благо у Толяна хватило сил меня удержать за шиворот пиджака, он вновь дернул меня, чтобы я встал на трясущиеся ноги. Я закашлялся и застонал одновременно. В глазах было темно, и я на мгновение потерялся в пространстве.
Долговязый подошел ко мне вплотную, чуть нагнулся, чтобы заглянуть мне в лицо. Я ошалело глядел на того расширенными глазами.
–Чего тебе не спится, дружок?– говорил он спокойно и мерно. Мятная жвачка не могла перебить чудовищную вонь из его рта.
–Да, я просто ехал из Влада домой, и решил отлить за домами,– еле сдерживая дрожь, ответил я,– Они ж были пустые,– я попытался повернуться к мигающим окнам, но Толян рывком вернул меня в исходное положение, Мужики, а как это… я ж видел, что в окнах свет не горел…
–Из Влада значит ехал…– Игорек задумался.
И этого удара я не увидел, но моя скула почувствовала всю его прелесть. Слезы брызнули, но кость выдержала. Да почему ж они меня бьют то.
–Мужики, не надо больше,– смог я выдавить из себя, когда в мозгах прояснилось,– Я ж не видел…
Полный дернул меня к себе, заорал на ухо, так что в перепонках зазвенело. Говорить спокойно он точно не умел.
–Че ты мне, олень, брешешь!? – он замолчал, пристально рассматривая меня, потирающего скулу,– Слышь, Игорек, а он может из Конторы?
–Да че б она тут делала,– отмахнулся рукой долговязый,– Они ж только в городе работают, что деревни им на фиг сдались.
–Мужики вы о чем? Я ничего не понимаю,– испуганно я затряс головой.
Толян отпустил меня, я уперся рукой об кузов малолитражки, чтобы не упасть.
За эти несколько минут нашего не слишком приятного общения, я выяснил, что Игорек и Толян были обычными слугами, допущенными вампирами к своей тайне. В обмен на вечную жизнь они добровольно согласились выполнять любые их приказания. Таких они не привязывали к себе кровью, а значит не чувствовали их. Поэтому можно работать.
–А тебе и не надо ничего понимать, лошара- холодно ответил Игорек,– Толян, отведи его к Хозяину. Отличный подгон будет ему. Или этому колдуну,– при упоминании последнего долговязый поежился.
Бля, ну что ж мне так везет. Теперь точно будет кирдык от Старого.
–Ага. У меня он тоже мурашки вызывает. Мерзкий такой тип, взгляд у него такой неживой, что ли. А меч его видел стеклянный? На хрена ему меч-то?– Толян на секунду поменялся, перестав быть крутым мужиком, но, увидев, что я смотрю на него, спохватился,– Че вылупился, олень? Пошли внутрь.
–Парни…Мужики…Ну вы че, а?– в моем голосе царил животный страх, вытянутые руки тряслись, я отступил назад,– Я ж ничего не понял, а значит ничего не видел,– попытался уговорить их,– У меня деньги есть. Я заплачу за ремонт.
–Толян, забери у него бабки,– скомандовал Игорек,– А я в машине пошукаю. Полюбас, че есть ценного. Да, аккуратней. А то Хозяин нас потом грохнет.
–Ясен пень. Че, я бессмертный что ли.
Игорек достал пачку сигарет, выбил одну и подкурил дешевой пластмассовой зажигалкой. На нас он внимания уже не обращал, выключил зажигание и заглушил турботаймер нажатием педали «тормоза». Блин, салон теперь провоняется никотином.
Я выпрямился, расправив плечи и свободно опустив руки вдоль тела. Бульдог заметил, что я переменился внешне. Тот трясущийся испуганный мужичок исчез, теперь перед ним стоял, хоть и побитый мужчина, но без страха в глазах.
–Давай сюда бабло!– он попытался вернуть себе уверенность, вновь разразившись криком.
–Ну так возьми,– пригласил я и тут же добавил,– Олень.
–Че ты сказал?– Толян выхватил из кармана «бомбера» складной нож.
Холодно блеснуло отточенное лезвие. Мои слова взбесили его, еще и перемена со мной сбила с толку. О предостережении долговязого он уже не помнил.
–Сейчас я тебе, сука, покажу, кто тут олень!– рыхлое лицо Толяна побагровело от гнева и ненависти,– Убью, мразь!
Он бросился ко мне, вереща, как резаный боров, и выставив вперед нож. Как будто держал перед собой рапиру и хотел пронзить меня ею насквозь. В мгновение, как острие коснулось меня, я быстро ушел в сторону, и, перехватив руку с оружием, дернул полного мимо себя. Мой кулак смачно впечатался Толяну в скулу. Хочу заметить, что крутой Бульдог держать удар не умел. Щеки слуги вампиров смешно встряхнулись, грузное тело шмякнулось к моим ногам, нож выпал и исчез в снегу, а я время не терял.
–Слышь, Толян,– услышал я голос Игорька,– У него ксива есть.
Долговязый вылез из салона, и обернулся к товарищу, но вместо друга увидел меня, застывшего вплотную к нему. Я быстро заткнул ему рот, силой прижав к кузову, и вдавил ребро ладони ему в горло. Глаза Игорька раскрылись от ужаса. Он в панике попытался освободиться, схватившись руками в мои и стараясь их скинуть, но куда ему было до меня.
–Успокойся, иначе я продавлю тебе гортань,– голос мой звучал тихо, но сквозь музыку прекрасно было слышно голодное рычание.
Он опустил руки, перестав трепыхаться.
– Думаю, ты догадался, кто я. Будешь отвечать на мои вопросы и останешься жить, если не хочешь, то сдохнешь. И прекрасно знаешь, что за нарушение Договора положена казнь.
Мои блестящие желтым глаза, лишенный эмоций голос отлично подействовали на него, потому что тот быстро закивал головой. Я чуть убрал ладонь с его рта, тот часто задышал ртом и я поморщился от его зловонного дыхания.
–Сколько слуг, вампиров и людей?– вопрос был краток, чтобы не терять время.
–Кроме нас с Толей, еще пятнадцать слуг,– Игорек отвечал быстро, задыхаясь от давящей на его горло ребра ладони,– Вампиров не знаю, здесь часть Гнезда. Они собираются потихоньку и провозят людей. В мою смену привезли четверых, сколько до меня не знаю.
–Что-то от тебя нет полезной информации,– я надавил на горло, вырвав из его глотки хрип,– Когда следующая смена?
–В одиннадцать. Каждый нечетный час.
–Кто еще есть кроме рядовых вампиров.
–Хозяин Непримиримых здесь…гх…Ему помогает колдун…гх…именно он организовал укрытие в поселке и нанял нас для охраны- затараторил Игорек
–Ясно,– хмыкнул я. Получается колдун то наш не из обычных жителей Раздольного, и не из залетных. Давно здесь хоронится, может даже в администрации обитает.
Резко рубанул ребром ладони по горлу Игорьку, переломав ему хрящи. Тот с удивленным взором схватился за шею, словно пытался вернуть на место гортань, одновременно хрипя. Он упал на колени, скрюченные пальцы скребли по горлу, изо рта потекли слюни. Но мучения его были не долгими.
Угрызений совести за убийство человека я не испытывал, давно подобные чувства загнал глубоко в себя и повесил там амбарный замок. Подобные мрази тюрьмы и жизнь за счет государства не заслуживали.
Я спрятал тело мертвого долговязого между припаркованных машин, туда же оттащил бессознательного Толяна. Его руки и ноги связал пластмассовыми стяжками, а рот заткнул шапочкой Игорька. Если не задохнется до прибытия «Воланда», значит повезло.
Так времени до смены еще предостаточно, их обнаружат не скоро. Обшарив их карманы, я нашел только смартфон у долговязого на кодовой блокировке, других средств связи не обнаружил. Ни рации, ни зачарованных амулетов. Похоже, вампиры в конец обнаглели и потеряли чувство страха, но телефон Игорька растоптал каблуком ботинка.
Не теряя больше времени, я, скинув пиджак в машину, чтобы не мешал, двинулся к ГДО, проскочив в широкий проход в стене. Возле самого здания росли неухоженные кустарники, лежал не убранный снег. Судя по всему, здание действительно принадлежало когда-то Министерству Обороны, но в результате больших оргштатных мероприятий, которые происходили в ведомстве, приглядывать за территорией было некому, а местному муниципалитету здание перешло сравнительно недавно. Везде виднелись следы пребывания человека, особенно в виде справления естественных надобностей, но точно не ответственных за наведение порядка.
Я прижался к стене казармы и заглянул в ближайшее окно. Они были еще старыми, не пластиковыми, а стеклянными в деревянной раме. Белая краска давно потрескалась и почти истерлась. Даже мои изменённые глаза не смогли рассмотреть ничего внутри, кроме мельтешения тел, мигания лучей световой аппаратуры и клубов дыма, обволакивающих зал. Одно могу сказать с уверенностью и облегчением. Кормёжка еще не началась. На втором этаже свет горел всего в четырех окнах.
С этой стороны пробраться внутрь, кроме как через главный ход возможности не было. Пришлось обходить здание, взглядом обшаривая местность рядом. Здание-близнец напротив было необжитым, грустно глядело на мои телодвижения своими заколоченными фанерой глазницами.
Старался не провалиться в снег, здесь он был еще рыхлый и глубокий, хотя ноги в моих ботиночках промокли насквозь. Я хоть и верфольф, а вследствие чего иммунитет у меня отменный, но мерзкого простудного состояния избежать не смогу.
С обратной стороны здания я обнаружил много ступеней, ведущих куда-то вверх в сопку и расположенных между кустистых елей.
Стены ГДО были выполнены с узорчатой кладкой из красного кирпича и имели множество выступов. Я не стал обходить казарму вокруг в поисках черного входа, рассудив, что тот точно охраняется, и мои действия могут поднять тревогу. Да и пока бродить я буду, шансы нарваться на слуг или вампира увеличиваются в разы. Поэтому я остановил свой выбор на том боковом фасаде, возле которого я выглядывал из-за угла. Там как раз располагалось одно окно по центру стены.
Я подпрыгнул, ухватился за портик, и, помогая ногами, быстро вскарабкался на него, используя в помощь жестяной водоотлив под окном. Утвердившись на выступе, распластавшись подобно человеку-пауку вдоль стены, осторожно заглянул внутрь. Коридор тускло освещался одной лампочкой, с расположенными с двух сторон дверьми.
Первый этаж предназначался для общих собраний Военного Совета и был там сплошной зал, а на втором располагались комнатные и кабинетные помещения.
Спиной ко мне стоял человек, прижавшись боком к стене, держа одну руку в кармане и почесывая что-то в нем. В другой у него светился телефон. Охранник был полностью поглощён созерцанием того, что творилось на просторах интернета, чем контролем за тем, то творится снаружи.
Я прощупал оконные створки, они были двойные и конечно заперты. Внешние точно. Рама на двух шпингалетах, сверху и снизу. Так, а на что я рассчитывал? На «рояль в кустах», как любят говорить литературные критики, когда главгерою сопутствует удача? Типа зимой будут держать окно открытым. Но мы-то далеко не в сказке.
Что ж делать? Может, стоит слезть и попробовать через черный ход пройти все-таки? Или заговор на открытие замка. Нет, это отменяется сразу, колдун мигом почувствует ворожбу, особенно оборотничью.
Тогда остается старый дедовский способ. Я, держась левой рукой за отвод, правой потянул пряжку в сторону и освободил клинок длиной около восьми сантиметров. На темном лезвии с одной стороны было выдавлено «Ful’ur erit flah Lumen, scor et cae’sa Tenebris», с другой – «Sol cаstodit mi, Luna erit da mahi virutem». Заклинание на языке известном только нашему групповому магу, предназначенное для схваток с Другими. Серебро в наше время дороговато и на всех конторских не закупишься.
Эх, не дело поступать так с волшебным оружием, но… контролируя в окно горе-охранника, я принялся отковыривать узкие штапики, удерживающие стекло в раме. Деревяшки я кидал вниз в снег, что сглаживал их падение и не создавал много шума. Благо они от времени рассохлись и были прибиты к раме маленькими гвоздиками, которые проржавели от многих дождей и снегов. И времени ушло не много и абсолютно никакого шума, учитывая, что музыка внизу долбила так, что стекло вибрировало. Мне, кажется, что я мог разбить его и страж бы и ухом не повел.
В последний момент стекло чуть не вывалилось наружу, я поймал его рукой с ножом, чуть звякнув лезвием по нему и замер, почти закусив губу. Слуга отвлекся от экрана, потом пожал плечами и дальше принялся с кем то переписываться.
Внутренняя рама была без стекла. Я просунулся в открывшийся проем, прислонил стекло к стене, спрятал нож обратно в ремень, сейчас нельзя было пускать кровь. Кровососы мгновенно ее почувствуют, даже если просто нос кому-нибудь расквасить.
В коридоре быстро становилось прохладно, охранник стал ежиться.
Сейчас бы струну или «пилу Джинги»…Такие вещи у Корда всегда с собой…
Охранник обернулся ко мне в тот момент, когда я начал красться к нему.
–Что за…– представьте его удивление, когда он увидел незнакомца, влезающего в окно.
Пока он соображал, я молнией оказался возле него и, не давая ему возможности осознать происходящие, схватил слугу за руку с телефоном и рывком потянул вниз, одновременно ударив основанием кулака в переносицу. Тот выронил смартфон, что-то мякнув от боли. Пока он не пришел в себя, я заскочил ему за спину, одновременно ухватившись левой рукой за затылок, а правой за подбородок и поразив его в подколенный сгиб. Как только он провалился вниз, одновременно обеими руками скрутил ему голову, рванув руками в разные стороны. Сломать шею взрослому человеку не так-то уж и легко, но и я не из людей. Хруст сломанной связки веток и хлопок упавшего мешка с землей об пол прозвучал с разницей в пару секунд.
–Мася, что там у тебя?– из одного из помещений прямо за моей спиной вышел здоровенный тип, в такой же куртке-бомбере, что была у Толяна. Только этот был широкоплечий и подтянутый, в зубах мял сигарету.
Бля, все-таки не сработал чисто.
Вновь появившийся оценил все быстро, не так как его товарищ Максим, и действовал быстро. Возможно, даже заметил пистолет в кобуре, когда я стоял к нему спиной. Здоровяк, не выпуская сигарету изо рта, подскочил ко мне, сбив меня плечом. Я, не ожидавший такой прыти, перелетел через мертвого Масю, со всей дури врезавшись в чугунную батарею, установленную под коридорным окном. Спину прострелило болью, но охранник отдохнуть мне не дал, схватил меня за плечи, вскинул на ноги и, дернув на себя, угодил ребром слева под ребра. Стон я сдержать не смог, острая боль пронзила бок.
Вот ж, гребаный каратист попался, успел подумать я, когда здоровяк, все еще держа меня в своей хватке, резко повернулся, поставил ногу снаружи моей, и, наклоняясь вперед, бросил на пол.
Ударился головой об пол, в затылке зазвенело.
–Не такой крутой уже, да?!– прошипел охранник, усевшись сверху мне на живот. Бля, он так и держал сигарету во рту.
Его крепкие пальцы сдавили меня за шею, перекрывая доступ кислорода, от натуги лицо каратиста покраснело. Я захрипел, вцепившись в его руки, все сильнее давившие на горло. Незажжённая сигарета все так же торчала в его зубах. Где-то в подсознании родилась мысль, что опростоволосился я, словно «курсант шестого курса» военучилища на первом задании. Представляю, что в сводках на информировании пройду, как первый верфольф, которого задушил голыми руками человек. А ведь, отец говорил о чем-то подобном. Что сдохну примерно так, если выберу не ту сторону.
При вспоминании о Хладе, внутри вспыхнуло пламя злости, и чертовски больно заныли зубы. Скиф почти приоткрыл клетку тюрьмы разума, вот он точно не собирался так подыхать. Да и я тоже.
Левой рукой, перекинув ее через напряжённое правое предплечье противника, ухватился за левое запястье каратиста. Сквозь пелену почти потерянного сознания прояснилось удивленное лицо охранника, он не ожидал, что у меня появятся силы сопротивляться. Или увидел мои заострившиеся зубы, когда я стиснул их от напряжения.
–Другой,– успел брякнуть он, осознав, что я далеко не человек.
Резко, приподняв таз вверх и сталкивая его локоть в сторону, завалил противник вбок. Одна из его рук оказалась в захвате, а моя давила ему на шею.
Понимая, что он сейчас закричит от боли, я сильно надавил ему на горло. Тот сопротивлялся, сражаясь с болью в локте и пытаясь освободиться от захвата. Несколько раз дернулся всем телом, чтобы вырваться из моих рук. Испуганные серые глаза смотрели в мои, и я видел, как из них уходила жизнь, постепенно тускнея. Его ноги дернулись пару раз, и он затих.
Я расцепил хватку, вскочил в полу присед, быстро развернулся лицом к коридору, выхватив из кобуры пистолет и направив его ствол к проходу. Наша короткая стычка со слугой вампиров не могла пройти бесследно, кто-то должен был услышать. Я ждал, что сейчас из кабинетов появятся вооруженные охранники и откроют пальбу, попутно прислушиваясь к ощущениям своего тела. Каратист меня неплохо потрепал, хотя глупо ожидать, что Непримиримые в слуги и фамильяры выбирают дилетантов. В спине постреливало, там, где приложился к батарее. Болело еще сбоку, но дышал я без проблем, а значит, ребра не сломаны. Гул в голове постепенно стихал. Регенерация у оборотней отменная, но не мгновенная, как у Росомахи или Дедпула из комиксов про Людей Икс.
В коридоре так никто и не появился, значит все-таки музыка, что продолжала играть на первом этаже, сгладила нашу драку. Пора идти дальше, зачистить этот этаж. Неприятно будет, если я спущусь вниз, начну отвлекать, а меня сзади кто-нибудь тюкнет по голове, потому что я не проверил комнаты. Чуткий слух подсказал, что минимум еще двое на этаже где-то прятались.
Часы показывали половину двадцать третьего
Время тратить на обыск тел павших слуг не стал, а просто затащил в комнату, из которой вышел каратист. Ничего интересного в ней я не обнаружил. Две солдатские кровати, шкаф, стол с чайником, какая-то снедь. Из оружия-пара телескопических дубинок.
Так на этом этаже горел свет в четырех окнах. Одну комнату я уже осмотрел. Хочу заметить, что вампиры все таки в ГДО обосновались давно, судя по новым замкам, врезанных в двери.
По памяти нашел вторую комнату, дверь в нее была закрыта. Я не стал ковыряться в замке или выбивать ее, чтобы не привлекать внимания других слуг. Полминуты постоял, прислушиваясь, чтобы понять есть там кто или нет. Моего волчьего слуха хватит, даже дискотека снизу не мешает. Мои ожидания подтвердились, там никого не было. По крайней мере, живых. Ладно, потом зачистим, когда «Воланд» прибудет.
Дверь в третью комнату была приоткрыта. Рядом с ней почувствовал себя неладно, волосы зашевелились на затылке, а кожа покрылась мурашками. Рукой, свободной от пистолета, взялся за дверную ручку и открыл ее наружу.
Изнутри помещения подуло мертвецким холодом и затхлостью, мне хватило одного взгляда понять, чьи это хоромы. Старый диван, укрытый черным пледом, над ним горел светильник, огня которого едва хватало, чтобы осветить все помещение. Непонятного цвета обои были почти оборваны, обнажив обшарпанные стены, разукрашенные не понятными символами. В углах и с потолка свисала паутина, с налипшей на нее пылью. Ветхий стол, накрытый красной тканью, возле окна. На нем стояли чучело черной кошки, стеклянными буркалами глазевшая на меня, набор толстых и тонких свечей из красного и черного воска, лежали какие-то книги. Все убранство завершали перевернутые церковные иконы. Похоже, силу он черпает из ненависти к Богу. Рядом со столом высился шкаф, с забитыми полками толстыми фолиантами. Против желания войти воспротивилось все мое волчье нутро. Да и не стоит входить в помещение, которое облюбовал для своего кабинета колдун, тем более без спроса. Конечно, если порыться, то в этой комнате можно найти очень интересные вещи. Но предоставим это удовольствие конторским магам.
Последний раз, глянув на чучело кошки (клянусь своим пистолетом, с ней что-то точно не так), я направился к последней комнате, из которой и услышал смех людей. Она как раз располагалась за лестницей, ведущей в общий зал. Заглянув за перила вниз, приметил тень еще одного охранника. Все-таки был прав, она охранялась. Снизу пахнуло сигаретным дымом, алкашкой и потом, но не той вонью, от которой тошнит. Так пахнет сексуальное возбуждение. Вечеринка была в полном разгаре.
В последней комнате было двое. Один сидел за столом, что стоял в центре помещения, на нем была разложена игра «мандавошка», рядом у входа суетился второй возле тумбочки с микроволновкой и электрическим чайником. Судя по еще двум шконкам, это тоже была комната для отдыха личного состава. Но в отличие от той первой, здесь, прислоненные к стене стояли два дробовика «Бекаса» и три «Сайги», похожие на АКС-74У. Короче, вооружены ребята основательно. Ну, а что я думал? Что колдун наймет проходимцев с улицы?
–Замерли, ребятки, и не шевелимся!– скомандовал я, показавшись в проеме и направив в них ПЛК.
Первый ошеломленно уставились на меня. Оба крепко сбитые, все те же бомберы, стрижки ежиком, но один рыжий со шрамом на щеке от ножа, второй русоволосый и курносый. Шрамированый, смотря на меня, успел выкинуть из железной кружки два кубика. Те закрутились на деревянной поверхности и выкинули две шестерки.
–Контора!– представился я.
Все-таки эти ребята были подготовленней, чем Толик и Игорек. Курносый бросился ко мне, пытаясь прикрыть своего товарища, чтобы тот успел выхватить оружие. Не, товарищи, в этот раз не получится. Я встретил русоволосого ударом в пах и левой кистью-вилкой в горло. Последний удар отшвырнул его к товарищу, не дав тому что-то вытащить из-под куртки. Рыжий оттолкнув поверженного товарища, витиевато матерясь, но тут же получил в колено подъемом стопы и по лбу рукояткой пистолета.
–Все, успокоились!– рыкнул я,– Кто еще раз дернится, замочу сразу!
Пистолетом я очень не хотел пользоваться, в очередной раз пожалев, что не ношу с собой сменный ствол для пистолета Лебедева с глушителем.
–Быстро встали! Руки перед собой! Выше!– командовал я, радуясь, что им хватило ума не испытывать на прочность мои нервы. А с учетом близящихся нулей, они были очень даже на пределе.
–Оружие есть?– спросил я, головой утвердительно кивнул только шрамированный, у которого на лбу быстро увеличивалась красная метка,– Левой рукой достал, положил на пол, ногой толкнул мне,– пистолет ПМ, шаркнув металлом по половицам, дулом ткнулся в носок моего ботинка,– Больше нет? Отлично. Теперь повернулись друг к другу жопами! На колени, ноги переплести. Вот молодцы. Если и так дальше пойдет, возможно, отделаетесь арестом.
Слуги выполняли мои распоряжения в точности. Действительно, вдруг повезет не только Толяну. Я сел на тумбочку, рядом с микроволновкой, предварительно подняв ПМ.
–Прежде всего, уясните главное. Времени у меня мало, поэтому рассусоливать не советую. Я задаю вопросы, вы отвечаете. Чем лучше будете сотрудничать, тем больше вероятности, что казнь не состоится. Вы работаете на Непримиримых, а значит, нарушаете Договор,– то, как на меня бросил взгляд рыжий, понял, что они все прекрасно понимают,– А с такими у нас разговор короткий. Кто захочет ответить, сначала машет левой ладошкой.
Я разрядил пистолет рыжего и несколько не удивился, увидев на патронах в магазине вырезанные руны. Колдун зачаровал их оружие, интересно его силы хватило на все вооружение?
–Первый вопрос. Когда начнется кормежка?
Охранники промолчали, уставившись в стены напротив себя. На лицах застыло выражение детской обиды. Ну конечно, что ж еще можно было ожидать.
–Ну, если хотите играть в молчанку, пожалуйста,– с сожалением я констатировал их решение,– Сейчас вашу вечеринку окружают опергруппы Конторы,– решил взять их на понт,– Через несколько минут тут начнется такое веселье, и вы, как информаторы может и не понадобитесь. Поэтому, пожалуй, грохну вас сейчас.
Я встал с тумбочки, водя стволом пистолета от одного к другому:
–Осталось лишь решить, кто будет первым.
Рыжий не выдержал и отчаянно затряс ладошкой.
–Говори.
–Мы не знаем, во сколько они начнут. До нас это не доводили. Все загонщики вернулись с добычей. Сергей сказал, чтобы в полпервого ночи закрыли все входы и выходы ГДО на замки, а сами заперлись в комнатах здесь.
Верно, когда вампиры вкусят крови, они становятся неуправляемыми. Даже собственные слуги могут пострадать. От безумия крови не застраховано ни одно дитя Луны.
–Понятно. Где Хозяин Гнезда и колдун? Кто из них Сергей?
–Это имя колдуна, который нанял вас. Внизу вместе со всеми. Контролируют, чтобы все было по плану,– в этот раз ответил курносый, отошедший от удара в промежность. Тоже решил заработать балы.
Какая выгода колдуну от союза с вампирами смысла у них не было спрашивать. Симбиоз колдунов и вампиров вещь часто встречающаяся. Там где ночные, там кровь и смерть, а значит источник могучей жизненной силы, которой непременно воспользуются колдуны. Магия крови самое сильное ритуальное волшебство и запрещено Договором, даже некроманты брезгуют ее пользоваться. Но между магом и колдуном огромная пропасть, как между вороном и сорокой.
–Окей, а вы тогда кто такие?– этот вопрос меня начал волновать с момента стычки с каратистом.
–Мы работаем на «Монолит»,– нехотя ответил рыжий, и я присвистнул от удивления.
ЧОП «Монолит» известная в определенном кругу организация, принадлежащая одному волоту и предоставляющая охранные услуги Другим. Представляю, какая круговерть начнется, когда Конторе станет известно, что «Монолит» предоставляет охранников существам, не соблюдающих Договор.
–Сколько кровососов внизу?– может хотя бы эти знают.
–Около двадцати пяти особей,– шрамированый бросил краткий взгляд на дуло пистолета, маячившего перед его покрытым испариной лицом.
Ох, ни хрена себе, присвистнул я. Таких больших Гнезд Непримиримых мы еще в Приморье не встречали. Как правило, они состоят из одного древнего кровососа какой-нибудь Семьи, который изначально был против Договора с людьми и мирился с ним до поры до времени. А когда ему надоедали донорская или добровольная кровь слуг или фамильяров, уходил, обращал птенцов и приступал к убийству людей. С предсмертной крови, как я говорил слезть очень тяжело. Но в этих случаях их было максимум четверо вместе с Хозяином, до того, как Гнездо накрывала Контора. А тут аж половина полтинника, скорее всего, точно залетные. Надо будет после проверить сводки эфэсбэшные и полицейские по внезапно опустевшим деревням и селам.
Блять, ну где же «Воланд»?!
–Спасибо за сотрудничество, товарищи,– я посмотрел по сторонам в поисках, чем можно их связать,– Теперь я вынужден откланяться, а вам придется пока отдохнуть здесь.
К моему огорчению ничего, что можно было использовать в качестве веревки, я не нашел. Придется их вырубить.
Я хотел поднять руку с пистолетом, чтобы обрушить рукоять на затылок курносого, но внезапно понял, что конечность меня не слушается. И не только рука. Мое тело мне не подчинялось! Я застыл, как каменный истукан рядом с ними, от отчаяния вращая глазами. Попытался нажать на курок, но и это было бесполезно. Тело налилось какой-то ватой, знаете, как будто отсидел ногу, а потом она не слушается. Вот и так я не чувствовал себя. Одни мысли только и мечущийся волк в подсознании.
Похоже, что-то все таки я упустил, когда зачищал этаж…
Глава 3
-Что, идиоты, застыли?– раздался за моей спиной неприятный сиплый голос,– Или мне еще и самому его вязать надо?!
Я инстинктивно попытался обернуться на голос, но тело продолжало быть скованным банальным заклинанием «Связывания врага». Его действие я узнаю легко. Бляха муха, и как я мог так попасться?!
Охранники быстро опомнились, отобрали у меня мой пистолет, оперативно обыскали, сняв с пояса подсумок с магазинами, ударом в спину опустили на колени. Откуда-то взявшийся шнур стянул руки в запястьях, как сильно я не мог понять, не чувствовал ведь ни фига, но вязали точно со знанием дела.
Рыжий подобрал с тумбочки свой ПМ, зарядил его и взял меня на прицел, его товарищ быстро разрядил мой пистолет и бросил на ближайшую кровать. Сука, обученные, знают ведь, гады, что оружие сотрудника Конторы принадлежит только его законному владельцу. Раньше были заговоренные мечи и топоры, а сейчас пистолеты и автоматы.
–Все? Вы закончили с нашим новым другом сюсюкаться?– все тот же голос звучал за мной, но его обладатель так и не появлялся в моем поле зрения.
–Да, мастер, – обиженно буркнул курносый.
–Почти,– перебил его шрамированный и саданул мне рукояткой пистолета по скуле,– Все? Не такой крутой без ствола, падла,– злорадно процедил сквозь зубы охранник.
На мою радость, тело все еще находилось под властью колдуна, поэтому боли я не почувствовал.
–Вадим, ну аккуратней,– вновь бесящий голос прозвучал почти возле моего уха,– И так подпортил шкуру нашему другу. Сейчас наши друзья учуют кровь и начнут мероприятие раньше времени.
–Да я б прямо сейчас его кончил. Меньше тварей конторских будет,– не унимался рыжий, буравя меня ненавидящим взглядом.
–Мастер male’s, этот говорил, что ГДО окружил спецназ!– спохватился курносый, схватил «Сайгу» и подскочил к окну. Заняв оборону справа, выглянул так, чтобы не быть снятым из снайперской винтовки.
Ты смотри как, пронеслось в моей голове. Иерархию в мире Других не искоренить, да еще и древний язык знаком. На обычном, человеческом, это означает что-то вроде малефика.
–Не говори глупостей, Антон,– колдун отчитывал охранника, как нерадивого ученика,– Контора так не работает. Если б наш дружочек работал не один, то опергруппы уже брали нас тепленькими.
Бляха муха, ну до чего мерзкий голос. А еще я начинал по немного чувствовать боль там, где мне связали руки, а по щеке текло что-то тёплое и мерзкое. Чары потихоньку ослабевали.
–Сдается мне, что наш милый агент, не случайно забрел к нам на огонек, верно?
Наконец колдун соизволил появиться предо мной. Как там его зовут? Сергей, вроде. Нет, он не был старым человеком с длинными седыми волосами, нечёсаной бородой и не стрижеными ногтями, и одет он был не в длиннополый балахон и не в шляпу аля-Гендальф. Высокий мужчина средних лет с худощавым лицом и крючковатым носом. Конечно от пафоса, типичного для Других, избавлен колдун не был. Одет во все черное, не лишённое какой-то изящности. На узких плечах висел длинный кардиган с капюшоном, скрывающим его волосы (все-таки есть у них подобный фетиш), под ним облегающая водолазка без горла и джоггеры с большими карманами, заправленные в ботинки с высоким берцем. Обычный человек, увидишь такого и не скажешь, что он Другой. Вот только одноручный меч в матово-черных ножнах ну никак не вписывался в образ современного колдуна. Ритуальный нож или кинжал, вот их излюбленное оружие.
–Давай знакомиться, конторский,– по лицу Сергея, присевшему передо мной на корточки, тек пот, волшба связывания для него была тяжелая, от чего я сделал вывод, что тот не был Другим от рождения. Передал ему кто-то силу, или забрал он ее. А может и книжки запрещенные нашел. Но все же колдуном он был сильным, если смог связаться с вампирами и те его еще не выпили.
–Ну и как ты здесь оказался?– поинтересовался он, правая рука нежно гладила плоское навершие эфеса.
Я попытался ответить ему, но смог выдавить из себя коровье мычание.
–А, вот я ж дуралей,– мерзко захохотал Другой, затем обратился к охране,– Надеюсь надежно связали? Сдается мне, что наш новый друг не простой человек.
Получив утвердительный ответ, колдун просто махнул рукой передо мной, словно стирал что-то с моего лица. Боль вспыхнула в скуле. К ней еще и резь в запястьях добавилась. Отличный признак того, что «Связывание врага» снято.
–Ну, так,– колдун выжидающе улыбнулся мне,– Вернемся к нашим баранам. Как Контора вышла на Непримиримых?
–Какие Непримиримые?– я уставился на колдуна, будто передо мной идиот,– Да я просто поссать остановился,– но тут же пожалел о своих словах.
Курносый нанес удар прикладом мне по спине, чуть не толкнув на колдуна. Я зарычал волком, больше от обиды, чем от боли, силясь порвать веревку. Зубы заныли так, что челюсть онемела.
–Надо же,– радостно хихикнул малефик, чуть ли не хлопая в ладошки,– Нам попался самый настоящий d’lack на службе Его Величества. А судя по твоим желтым глазам, еще и волк,– он радостно захлопал в ладошки,– Что ж нам интересного может рассказать агент отдела, я даже и представить себе не могу?! Но сейчас самое главное,– Сергей схватил меня за затылок и приблизил мое лицо вплотную ко мне,– Кто тебе слил Кормежку?
Все это время он пытался заглянуть мне в глаза, но я старательно отводил их. Никогда не смейте хоть на мгновение смотреть в дьявольские буркалки малефика, тому хватит полсекунды, чтобы подавить человеческую волю. Конечно, с Другими обстоят дела посложнее, но кто знает насколько силен наш колдун-самоучка, ведь не спроста он так делает.
–Я еще раз поясняю вам, что остановился поссать, а тут и Занавес спал, когда я пересек черту,– говоря, попробовал на прочность путы, связывающие мне запястья,– Ну мне и стало интересно. А прокрасться сюда не составило труда.
–Не пытайся, длак,– он заметил мои потуги освободиться,– Она сплетена из волос пяти некрещённых девочек, зарезанных мною в ночь Чернобога и окропленных кровью их матерей,– он еще злорадней ухмыльнулся,– Догадался, конторский, кто и мамашек убил?
Я скрипнул от злости зубами, дернув веревку в последний раз. Даже близящееся Время Крайней Ночи и то не могло разбить заговор, наложенный на путы.
–Знаешь, длак,– колдун отпустил мою голову и поднялся,– Я может и поверил бы, что конторский случайно проезжал мимо, но сомневаюсь, что оборотень в крайнюю ночь своего неконтролируемого превращения будет шарахаться в людных местах.
Он свободно стоял передо мной, абсолютно не боясь меня, и я мог со всеми подробностями рассмотреть странный меч, которым владел колдун. Плоское навершие с вытравленной руной Тейваз, похожей на направленную стрелку вверх. Крестовина эфеса была украшена многочисленными батальными сценами, какие-то нечеловеческие существа сражались с фигурками очень похожими на людские силуэты. Причем это не было похоже на битву, скорее на тотальное уничтожение последних.
– Будь ты свободным длаком, не связанный Договором, то вопроса нет. Искал место для обращения, чтобы славно поохотиться. Но ведь ты сотрудник Конторы, и должен быть сейчас где-нибудь сидеть на поводке, чтобы не дай Бог,– при этом он словно выплюнул имя Всевышнего,– куснуть какого смертного.
Меч не был современной репликой, вышедший из-под руки кузнеца по заказу. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что оружие это выковано на несовременном оборудовании. Я не видел клинка, он прятался в ножнах, но эфес был сработан из почерневшего от времени некогда блестящего железа, но точно не серебра. У Других аллергия на этот драгоценный металл, она появляется и у не рожденных существ, как только те меняются. Но и в то же время мое волчье нутро не ощущало, что в оружие есть хоть какая-то магия. Даже в патронах моего пистолета ее было больше. Вот же о чем я думаю, меня сейчас, грубо говоря, грохнут, а я о безделушках думаю колдовских.
–Тем более волкодлак вряд ли будет ошиваться возле Гнезда своих извечных врагов, да тем более еще и в одинокого. Здесь же нет твоей стаи, не так ли? Будешь и дальше рассказывать нам сказки, конторский?– колдун нежно погладил навершие, словно меч был живым,– Или, наконец, мы узнаем правду?
–Хорошо,– кивнул головой я,– Вы все арестованы. Советую добровольно сдаться и сложить оружие, в противном случае мне придется вас казнить,– постарался, чтобы мой голос звучал уверенно.
Колдун пискляво рассмеялся, но смех его вдруг оборвался. Он злобно посмотрел на меня, и неуловимым движением схватил меня одной рукой за лицо. Его пальцы были ледяными, как у мертвяка, и крепкими, словно камень. Поднял меня в воздух будто пушинку, причем я едва касался носками ботинок пола. А во мне, извините, восемьдесят шесть килограмм, и жира там маловато. Охранники отскочили в стороны, опасливо стискивая оружие в руках.
–Ты шутить со мной собрался, предатель Длачьего Рода?!– вместо слов у него получилось шипение, сильнее сжимая подбородок, за который держал меня,– Да из тебя правду по жилам вытащу.
Я попытался ответить, но вместо слов выдавил какое-то мычание. Сука, силен, ублюдок. Много жизней успел испить. Ну, ничего, я еще вгрызусь тебе в горло, и уже ты напоишь меня кровью. Если останусь жив, а то все как-то валится в черную дыру. Внутренний гнев продолжал нарастать, и я все держал в натяжении заговоренную веревку. Эх, дотянуться бы до ножа, который они не нашли. Его клинок любое колдовство разобьет.
–Антон, будь так любезен,– Сергей обратился к «монолитовцу», а потом ко мне обратно с такой скоростью, что черты лица смазались,– Сходи ко мне в комнату и принеси, пожалуйста, мои инструменты. Хочу поиграть с ним, до того, как его тело достанется Хозяину.
–Слушаюсь, мастер,– громила, грохая ботинками, выбежал из «отдыхайки».
–Говорят, кровь длака содержит в себе силу десяти смертных, – физиономия колдуна приобрела мечтательное выражение,– Никогда не пробовал. Что ты там скулишь, щеночек?– малефик приблизил мое лицо, покрытое испариной ближе к своему.
Вот тут-то у меня и появился шанс. Пусть колдун и обладал силой, дарованной смертями людей и накопил он ее изрядно, но ума ему это не прибавило. Пусть моя шея и болела от натяжения, я изловчился и пнул ему ногой между ног. Туда где, даже у Других бывают «бубенцы». Серые глазки округлись сначала от удивления, а затем от адской боли, мгновенно отключающим у их владельца всякое желание творить зло.
Я приземлился на корточки, в то время, как малефик упал на колени, схватившись руками за промежность. Капюшон его кардигана упал, обнажив жиденькие светлые волосы, лицо Другого корчилось в болезненных гримасах, сопровождаясь скулением.
–Я говорю, что шерстью подавишься, ублюдок,– фыркнул я
У колдуна не было желания со мной говорить, он корчился возле тумбочки, зажав промежность руками.
Вадим стоял у окна, ошарашенный произошедшим. Еще бы, на его глазах вывели из строя Другого, который, наверное, ни один раз демонстрировал им свое могущество таким простым способом. И я не стал терять времени, все еще оставался связанным зачарованной веревкой. Упал на спину и изловчился перекинуть скованные руки через ноги, не обращая внимания на неприятный хруст в левом плечевом суставе. Нас учат на тактических занятиях выпутываться из подобных ситуаций. Конечно, не всегда можно все предугадать, но импровизацию никто ж не отменял.
Вскочил я, выкинув вперед ноги, подобно крутым героем боевиков. Блин, вот на тренировках никогда так не получалось. Вадим уже начинал соображать, что надо что-то предпринимать, потому что тип, несущийся на него с горящими желтыми глазами, не есть хорошо. Я впечатал его плечом в угол оконного проема. «Монолитовец» вскрикнул, выронив «Сайгу», но при этом его руки освободились, и он, сцепив пальцы в замок, обрушил их мне на спину. Ощутимо, но не смертельно. Я, все еще прижимая его к стене, боднул головой, попав в челюсть. Та хрустнула, сопроводив очередной стон боли. Поняв, что являюсь хозяином положения, отскочил назад и со всей силой врезал по голени Вадиму. Охранник, зажимая челюсть руками, чуть присел и тут же получил моим коленом туда-же. «Монолитовец» откинулся на подоконник и бесчувственным телом сполз к отопительной батареи.
Я вернулся к корчившемуся на полу колдуну. Тот приходил в себя, переставая завывать, и уже не сучил ногами. Не, дружище, тебе еще рано. «Пыром» засандалил еще раз между ног, отправив того в очередной раз в путь блаженства и успокоения. Вдобавок впихнул ему в рот, брызжущий слюной, тряпку, которой должно быть столы протирали от грязи.
–Полежи чуть-чуть, мразь,– приказал я ему и быстро переместился к входу в «отдыхайку», обеими руками пытаясь достать нож из ремня.
Все же музыка, долбящая в пол, была отличным прикрытием, а поскольку покои колдуна находились в четырех комнатах от той, в которой сейчас был я, то Антон не слышал, что в данный момент никто не ждет его с инструментами.
Наконец сверкнули голубые руны, и, развернув нож лезвием к себе, я полоснул им по веревке, действительно сплетенной из тонких разноцветных волос. Клинок не почувствовал сопротивления и путы невесомой паутинкой опали на пол. Там где прошлось лезвие, концы прядей обгорели и неприятно пахли жженой шерстью.
В коридоре послышались шаги. Антон возвращался обратно.
–Мастер, я…
Что он хотел сказать, я не узнаю. Электрический чайник, наполненный доверху теплой водой, мощным ударом по голове отправил «монолитовца» в ту же страну, в которой пребывал его товарищ Вадим. Руки его были пусты, видать не нашел ни каких инструментов колдуна.
Рифлёная рукоять моего ПЛК привычно легла в ладонь, приятно щелкнул затвор, но валить колдуна я пока не собирался.
–Не дергайся,– больно ткнул стволом пистолета ему в щеку, пресекая его попытку встать.
Я отстегнул ножны с мечом от его ремня, подивившись, что оружие с виду такое тяжелое, на самом деле не весит и пяти килограммов, перевернул его на живот, и связал его руки его же ремнем. Не слишком с ним церемонился, затянул так, что малефик застонал, и, наверное, перекрыл ему кровообращение в кистях. Ничего, потерпит. Оба «монолитовца» были живы, их я сгруппировал рядом у окна. Если все пройдет нормально, может еще и выживут.
Колдун лежал, задрав голову, и смотрел на меня злобным взглядом. Его челюсть шевелилась, жуя тряпку, пытаясь ее выплюнуть. Ага, руки связаны, рот заткнут, в змеиные глазки не смотрят. Тут даже самого простенького заклятия не сотворишь. Меч из ножен доставать не стал, не известно, что может произойти с оружием колдуна, даже если я и не чую волшбы. Хотел закинуть его за спину, как делает один из моих ребят, но длины ремней не хватало, поэтому просто взял и пристегнул его к себе на пояс. Неудобно, но удовольствие от ревнивого и ненавистного взгляда колдуна получил сполна. Но и бросить этот артефакт, а то, что это он я не сомневался, не мог. Судя по моей испарине на лбу, и часам, до Крайней Ночи оставалось сорок минут, «Воланд» задерживается, и не известно, как все обернется в дальнейшем. Пусть лучше меч будет рядом со мной.
Сергей пытался что-то сказать, промычав в тряпку.
–Заткнись,– буркнул я и, схватив его за капюшон кардигана, заставил встать,– Пойдем знакомиться с твоим Хозяином.
Тот еще попытался рыпнуться, но толчок стволом пистолета мигом прекратил все его попытки. И все же смешно было смотреть на Другого, из могучего и дерзкого малефика, который мог убить одним щелчком пальцев, превратившегося в понурого и беспомощного человечка с округлившимися от страха глазами. Как все переменчиво в этом мире…
Проходя к лестнице, я еще раз бросил взгляд на коридор. Живой охранник так и лежал неподвижно в проходе. А еще я заметил черного кота, сидевшего у порога комнаты колдуна. Здоровенный такой котяра с типичными зелеными глазами. Даже сидя, он достал бы до моей коленки. Мой Тайсон ему в подметки не годился, хотя тоже не был маленьким котенком. Вот значит как, Сергей узнал о том, что я зачищаю второй этаж. Личный фамильяр-слуга, он находился в покое в виде чучела, пока я не появился в его поле действия. Кошара презренно осмотрел нас, лениво зевнул и достоинством, словно не он был слугой, а колдун, поднялся и ушел в покои малефика. Что, ж кот он и есть кот, даже зачарованный.
Сергей что-то пытался сказать своему фамильяру в след, но я вновь толкнул его пистолетом.
–Шевелись, давай!– подгонял малефика.
Весь мой план по-тихому проникнуть в танцзал рухнул в тартарары. Теперь придется действовать напролом.
На первом этаже можно было оглохнуть от музыки, раздающейся из огромных, почти в человеческий рост колонок. Да, на аппаратуру вампиры не поскупились, не первый раз устраивают в Раздольном кормежку. После сегодняшней ночи куратор Надеждинского района от Конторы, в чью юрисдикцию входят местные поселки и деревеньки, получит неполное служебное соответствие, и это будет благом для него. Могут и уволить по статье, без пенсии.
Чоповцы, которые дежурили на черном ходе в темноте меня не увидели. Естественно, зачем освещать лестничные марши, если колдун и вампиры видят в темноте, а кроме них и «монолитовцев» в ГДО быть не кому. Добычу, то есть других людей, выпускать из здания никто не будет. Поэтому они не придали значения, когда на лестнице появился колдун, шаркающей походкой спускающийся к ним.
–Мастер male’s,– одновременно и с почтением выпрямились они.
Увидели они меня за его спиной, в тот момент, когда я припечатал колдуна мордой в стену. Правый охранник, державший руки в карманах «бомбера», на проходной все-таки было прохладно, получил носком стопы в колено и с одновременным подскоком к нему стволом в нос, превратив шнобель в алый цветок. Вампиров оповестить я уже не боялся. Развернулся к левому, застывшему с открытым ртом, нанес короткий боковой удар правой ногой в живот. Тот не успел зайтись в хриплом кашле и выблевать свой ужин, как получил кулаком наотмашь в лицо, отлетел к побеленной свежей известкой стене и сполз по ней. Наша схватка была короткой, заняла буквально несколько секунд, что даже колдун не успел обернуться.
Наш инструктор по рукопашному бою подполковник Быков всегда говорил, что это легионер Леон Готье в фильме «Самоволка» или зэк Юрий Бойка из «Неоспоримого» могут позволить себе крутые размашистые удары руками и ногами, а в реальной схватке, если нет возможности применить огнестрельное оружие и нож, движения оперативника должны быть короткими, быстрыми и эффективными. Если на одного противника ты начинаешь тратить больше трех ударов, то пора менять тактику или, скорее всего ты скоро станешь покойником.
–Что у вас там происходит?– послышался недовольный голос кого-то из двери, отделяющий дэнсхолл от проходной.
Пружина, заменяющая доводчик заскрипела, и в образовавшейся щели появилось губастое лицо, щурящееся и пытающееся разглядеть что-то в темноте. Он сперва заметил стонущего охранника, осевшего в углу и зажимающего окровавленный нос, затем у самой двери зашевелился второй чоповец, а потом его встревоженные глаза распахнулись от удивления и не понимания.
В него летел с ошалелым лицом сам колдун, рот которого был чем-то заткнут. Причем летел с такой силой, что снес того с пути и они вместе выпали в зал. Дверь под натяжением пружины рванулась обратно, чтобы закрыться, но я ее остановил и выскочил в танцзал.
Не давая опомнится чоповцу, пытавшемуся сбросить с себя кривляющегося на нем колдуна, я схватил Сергея за его жиденькие волосы и ударил его лбом в лоб охраннику. Ну, или лицом в лицо, я особо не разбирался. И не отпуская из хватки шевелюру стонущего Другого заставил его подняться.
Вокруг меня двигались тела, из-за мигающих белых огней прожекторов их движения казались какими-то прерывистыми, и в тоже время завораживающими. Громкая трансмузыка шибанула по ушам и чутка дезориентировала меня, поскольку все мои чувства были напряжены до предела. Но это не остановило меня, надо что-то посерьезней, чем все эти дым-машины, музыкальные колонки, вращающиеся головы и лазеры, чтобы остановить вервольфа, который был на грани, чтобы сорваться.
Мне нужно было место, чтобы видеть весь зал. Лучше всего для этого подходила не высокая сцена, на которой, могу поклясться, раньше стояла трибуна и с нее звучали патриотические лозунги. А теперь тусовался диджей в наушниках, размерами больше чем его голова и прикрепленными к головным радиотелефонам фонариками. Он ловко управлял контролерами на своем пульте, устраивая настоящее шоу.
На меня никто не обратил внимания, когда я тащил за собой Сергея. Люди продолжали танцевать, если их извивания, кривляния и пасы руками можно назвать танцами. В обычной жизни люди терпеть не могут, когда их социальную дистанцию нарушают, вторгаясь в личное пространство, но когда дело касается алкоголя и танца, то все меняется. Нормы приличия исчезают, больше никакой этики, они прижимаются друг к другу, их касания руками и телами имитируют то, что обычно люди делают в постели и без одежды. Их внимание занято тем, кто перед ними, и не видят, то, что творится вокруг них. Именно в таких местах ночные хищники чаще всего охотились, оставаясь не заметными, как для людей, так и для агентов Конторы.
Но хочу заметить, что эта вечеринка, предшествующая Кормёжке, значительно отличалась от тех оргий, которые любят устраивать Семьи, раскрепощенные и лишённые человеческой морали. Хотя то ли еще будет, когда наступит половина первого ночи.
И все же я слукавил, когда говорил, что нас не замечали. Людям было все равно кто проталкивается сквозь них, но были те, кто обязан был на нас обратить внимания. Охрана, распределенная по периметру дэнсхолла, быстро сообразила, что что-то происходит не то и рванули к нам, проталкиваясь сквозь танцующих. И причем у некоторых в руках было оружие.
Однако до трибуны я добрался быстрее их.
–Вырубай!– скомандовал я, забравшись к диджею.
Тот не сразу понял, что я имею виду, а мне пришлось отвлечься на подскочившего ко мне чоповца. Он одним прыжком запрыгнул на сцену и попытался обхватить меня сзади за талию. Я ударил локтем по дуге назад в висок охраннику так, что сцепка сразу спала, и оттолкнул его ногой в толпу. Раздались недовольные возгласы танцующих.
–Я говорю, вырубай музыку!– теперь в довесок к своим словам я упер дуло пистолета в лицо диджею.
Тому достаточно было мгновения посмотреть в бездушный глаз моего ствола, чтобы все понять. И правду говорят, что доброе слово убеждает, а доброе слово и пистолет убеждают еще лучше. Диджей, оскалившись клыками, понажимал какие-то тумблеры на пульте и музыка, долбящая из гигантских динамиков, внезапно оборвалась. Включился свет в зале, осветив присутствующую публику, два крепких стола со стаканчиками из-под напитков, оборудованную разливочными кранами барную стойку и железные полки-стеллажи за ней с бутылками алкоголя.
–Проваливай к своим!
Вампир, подняв и выставив руки перед собой, спустился со сцены.
Толпа перестала бесноваться, раздались гневные возгласы. Головы людей непонимающе вертелись по сторонам, пока не заметили виновников, прервавших их веселье. То есть меня, и моего нового друга Сергея, которого я как раз и толкнул вперед, приставив дуло пистолета к его затылку.
–Федеральная служба безопасности. Всем оставаться на своих местах,– я пытался говорить громко, и поморщился от того, как прозвучал мой голос. Хрипло и почти срываясь на рычание. В горле пересохло и сдавливало, тяжело было глотать слюну,– Здание окружено, входы и выходы заблокированы.
Люди обеспокоено зашевелились, смотрели друг на друга с растерянностью. Я успел насчитать человек двенадцать, неплохой улов у Непримиримых.
–Что происходит?– подали одновременно голос несколько людей из толпы.
–Какое еще ФСБ?– возмутился горбоносый мужчина, стоявший почти возле сцены.
–То есть не двигаться?– вскрикнула женщина с растрепанными от танцев медного цвета волосами, с надеждой посмотрев на один из выходов,– Как заблокированы?
–Мне нельзя в полицию!– истерично заверещала девушка лет, наверное, восемнадцати,– У меня папа первый зам мэра Артема, если он узнает!
Конечно, а о чем ты раньше думала? Что вечеринка в заброшенном ГДО организована законно?
Она, было, рванула к выходу, но наткнулась на застывшего рядом с ней худого высокого мужчину с мертвецки бледным лицом, который даже и не подумал обратить на нее внимания, продолжал смотреть на меня.
Люди волновались, словно воды моря, на которое находит ураган. Однако среди людей были, те, кто замерли темными фигурами. Подобно кладбищенским надгробным статуям, глазели на незваного гостя в своих владениях. Их немигающие глаза горели, как у кошек, бледные лица заострились, плечи сутулились, пальцы с удлинившимися и заострившимися ногтями скрючились. Они готовы были броситься на меня, а мой запах длака подстегал их еще сильнее.
И я вглядывался в их мерзкие безжизненные лица, пытаясь предугадать их действия. Что ж не скрою, хоть я был верфольфом, но в человеческом обличии значительно уступал вампирам в силе и скорости. Да и тем более в том состоянии, в котором прибывал я сейчас. Например, вон тому с пшеничными курчавыми волосами мужчине в зеленых джоггерах и толстовке с капюшоном, стоявшему в десяти метрах ничего не стоило одним прыжком оказаться на сцене. Или той миловидной девушке в мини-юбке и сексуально расстёгнутой до середины груди блузке одним движением свернуть голову кавалеру, с которым она мгновение назад зажигательно танцевала.
Но они не имели права действовать без воли Хозяина Гнезда, тем более что я держал на «мушке» их сообщника, без которого вся их конспирация мигом рухнет.
–Эй, да я ж знаю его!– из толпы пошатываясь, протиснулся рыжий вэдэвэшник Алексей, в руке у него плескалось пиво в пластмассовом стаканчике,– Это ж тот алкаш из «Султана», пацаны,– он смачно отрыгнул и заржал.
За его спиной в гуще испуганных лиц неуверенно закивали головами бодибилдер Кирилл и лысый Антон. Последний даже пытался заручиться поддержкой у рядом замершей Василисы, глянув на женщину, но у той было такое злое выражение лица, что старлей передумал.
–Какой он на хрен фээсбэшник?– продолжая ржать, изумился десантник,– Это полюбас шутка какая-то.
Ряд лиц вопросительно уставились на меня. Блять, главное чтобы они сейчас не сорвались и не побежали к выходу. Кровососы вряд ли позволят им это. Началось волнение и бубнеж.
–Как же это не вежливо, мой друг,– гробовой голос, возникший прямо из толпы, подавил все всплески непокорности,– Приходить в гости без приглашения. Ведь незваный гость хуже татарина, думаю это вам известно.
Потому, как Скиф внутри меня взбесился, пытаясь сорваться с цепи моей воли, я понял кому он принадлежал. Черт, как бы глянуть на часы? Рубашка промокла насквозь, ладонь вспотела так, что рукоять ПЛК выскальзывала, и я постоянно перехватывал ее, но с прицела колдуна не спускал.
Вампиры расступились, отталкивая возмущающихся людей. В центре освободившегося места в двух метрах от сцены, там, где пересекались тени присутствующих на полу, возникло пятно черноты. Оно будто густело, как жидкий гудрон, быстро завертевшись волчком, стало вытягиваться ввысь и расти, попутно утолщаясь и принимая очертания человеческой фигуры.
–Что за на хрен?– от увиденного Алексей выронил стакан, расплескав себе на лакированные ботинки хмельной напиток.
Хозяин Гнезда, столь эффектно появившийся, был высок. Кожа цветом белее свежего молока, на фоне которой губы и синяки под впалыми глазами были синее синего, аспидно-черные спускающиеся до плеч волосы, бирюзовые глаза на заостренном по лисьему лицу. Вампир принял свой истинный облик, и его кожа стала гладкой, как у фарфоровой вазы, поэтому даже примерно о его возрасте я не мог и предположить. Тело было закутано в черный шелковый то ли халат, то ли балахон, напоминая сложенные крылья летучей мыши.
Хренов Бэтмен, блять.
Колдун, увидев главного вампира Непримиримых, зашевелился. Я дернул его за капюшон, принуждая к порядку.
–Не надейся,– прошептал ему на ухо.
Мерцающие глаза Хозяина брезгливо смерили связанного колдуна, не посулив ему ничего хорошего, а потом с интересом оценили меня.
–Здравствуйте, дорогой мой волкодлак,– его губы изогнулись, будто смаковали нечто сладкое,– Интересное вы время нашли, чтобы заглянуть к нам на пир.
А блять, почему каждый норовит напомнить мне об этом?! Ну да, я идиот, но кто ж знал, что «Воланд» так задержится. А хотя, это меня не оправдывает.
–Или Коваль настолько не дорожит своими сотрудниками, что стал отправлять на операцию без прикрытия?– он заговорщицки подмигнул мне,– Ведь нет никакой блокировки здания, я прав?
–А ты попробуй, упырь, выйти и узнаешь,– дерзнул я ответить, получше ухватившись за рукоять пистолета.
Вот же гад, подумал я, заметив блеск в его глазах. А ведь, сука, может и проверить. Тогда придется стрелять, а в моем состоянии вряд ли попаду. Подсознательно отметил, что Хозяин знает, что я из Уссурийского ведомства, что толкало на некие размышления. Уже был в Конторе и там видел меня? Или наугад назвал фамилию Старого? Нет, не думаю. Эти твари просто так слова на ветер не бросают.
В том, что он знал Старого, ничего удивительного все ж не было. И тем, кто за соблюдение закона и тем, кто против Договора, прекрасно известны руководители приморских Контор. Меня еще озадачило, то, как Хозяин произнес его фамилию. Как-то дружески, что ли. Будто давно они знакомы, может даже заочно. Скорее всего, принадлежит к какой-нибудь Семье Ночи.
–Не переживай, длак,– вампир ничего проверять не стал,– Мне это не надо. Я знаю, что ты один, а группа захвата на подходе. Мы успеем полакомиться нашими гостями, убить тебя, волчье отродье, и исчезнуть.
Да-да, надейся. Ты ж не знаешь, насколько они близко. К сожалению, как и я.
–Кого ты тут собрался жрать, придурок?– внезапно возмутился пришедший в себя десантник,– Вы тут че все ёбу дались, что ли? Ужастиков пересмотрели? Или какую дурь сыпанули в бухло?
Не знаю, какие мыслительные процессы происходили в этой рыжей голове, но десантник в итоге решил закончить всю эту на его пьяный взгляд клоунаду.
Хозяин скосил на него свои сверкающие глаза и, повинуясь его беззвучной команде, Василиса переместилась к старлею вплотную, ухватившись за лацканы его форменной куртки.
–Эй, ты чего?– Алексей попытался скинуть ее хватку, но потом его руки повисли безвольно вдоль тела.
Кто-то из людей закричал, Кирилл оттолкнул от себя Агнию, и бросился к товарищу с криками: « – Ты че сделала с ним, сука?». Его широкоплечая фигура культуриста сносила всех на своем пути, но удар прикладом «Бекаса» чоповца, прилетевший сбоку в челюсть, мигом успокоил десантника.
В танцзале началась паника, люди рванули в стороны, устремляясь к выходам. У них на пути встали охранники, кого-то отгоняя стволами, кого-то прикладами, но ни один не добрался до выхода. Да и зря все это, я думаю. Они наверняка уже заперли двери. Лысый Антон тоже об этом догадался, рванув к окну, но его опередила Агния, мгновенно оказавшись у него на пути. Вэдэвэшник не стал церемониться и порубил ей с кулака в челюсть, и тут же схватился за руку с криком боли. Ох, наверное, все кости в кисти переломал. По крайней мере, по звуку, словно в дерево попал. Вампирша облизнула губы и, взмахнув рукой наотмашь, хлестко отшвырнула мужчину. В полете поймала его за одежду на спине и припечатала десантника в пол. Антон всхрапнул от боли, ударившись всем телом об дощатый пол, Агния потащила уже несопротивляющееся тело за воротник куртки к оставшимся людям, которых угрожая оружием «монолитовцы» согнали у стены без окон. Слышались стоны, плач и мольбы, чтобы отпустили.
Остальные вампиры не сделали ни движения. Даже Хозяин не повернул голову, чтобы посмотреть, как обстоят дела. Он все так же пристально следил за мной, вернее за моим дрожащим пистолетом.
–Херовато?– почти сочувственно поинтересовался Хозяин.
–Прикажи им, чтобы не трогали людей, иначе вынесу мозги твоему колдуну,– вместо ответа потребовал я, но чувствовал я себя действительно хреново. В горле было сухо, как в пустыне Гоби, кости крутило, а одежда раздражала кожу. В это время я уже был в Конуре. А еще этот странный запах мокрой пыли вызывал желание чихнуть, но я себя сдерживал.
– Так их никто и не трогает,– развел руками Хозяин,– Мы просто их немного приструнили, чтобы они нас не отвлекали от беседы. Я предлагаю договориться, конторский. Я ведь не назвал тебе свое имя, а значит, ты еще можешь уйти отсюда живым.
–А с чего ты решил, что сможешь убить меня?
–Не говори глупостей, волчье отродье. Тебе не справиться со мной или со всеми моими детьми, даже в эту Ночь. Силенок не хватит твоему волку, пусть он и не будет контролироваться тобой.
Запах неизвестно откуда взявшейся мокрой пыли становился все раздражительней.
–А о нем ты не забыл?– я подтолкнул вперед колдуна, до этого неподвижно замершего возле диджейского пульта.
Хозяин Гнезда как будто задумался, решая для себя важен ли Занавес, укрывающий их логово.
–Все равно нас накроют, ведь так? К этому времени мы здесь такое устроим кровавое побоище, что и шага не возможно будет ступить, чтобы не наступить на чьи либо останки. А если ты убьешь Сергея, то их крики услышит весь поселок. Думаешь, конторским магам хватит силенок, чтобы стереть память всем свидетелям? Вы же чистоплюи, магией крови вам зашкварно пользоваться,– он выждал паузу, изучая мое бледное и покрывшееся испариной лицо,– Поэтому попробуй. Вали его.
Колдун опешил от слов вампира. Он надеялся, что кровососы спасут его, а не пустят в расход. А что он хотел от этого вероломного племени, вампиры верны только своему Гнезду и Хозяину, остальные для них, как разменная монета. Как, впрочем, и у всех. Пусть это Другие или простые люди.
Он хотел вырваться, но я подбил его ноги, опустив на колени, и упер пистолет в темечко.
–Я не шучу, вурдалак,– заорал я.
Хозяин поморщился. Они не любили когда их называли живыми мертвецами, ведь, по сути, они и не были мертвыми.
Запах пыли сменился другим. Чем-то резким и специфическим, озоном что ли. И тут я догадался, что это означает.
–Ну, так докажи, волкодлак,– вампир повернулся к Василисе и кивнул ей головой.
Вампирша счастливо улыбнулась, развернулась к людям, ее примеру последовали остальные собратья. Они медленно, скользящей походкой, пошли к ним, в предвкушении ощерив острые клыки. Увидев, что все те ужасы, которые они видели в фильмах про вампиров, существуют на самом деле, кто-то закричал, а кто-то просто заплакал. Но ни один не попробовал убежать, причем охрана стала отходить от них, прекрасно зная, чем это может кончиться. Словно смерились со всей участью идущих на закланье агнцев.
–Так доказывать уже ничего не надо,– облегчено сказал я, направив пистолет на Хозяина,– Сейчас все закончится.
Хозяин посмотрел на меня, и я заметил тревогу в его глазах:
–Что?
Одновременно с моим выстрелом прямо в воздухе вспыхнул овал мигающих фиолетовых и черных всполохов, размером с человеческий рост.
Светящаяся пуля за доли секунды преодолела расстояние разделяющие меня и Хозяина и со смачным чавканьем вошла прямо между грудей Агнии, которая успела прикрыть своим телом главного вампира. Края пулевого отверстия вспыхнули и охватили ее стройную фигуру искрящимся пламенем, как бенгальский огонек, оставив после себя лишь кучку пепла.
–Блять!– ругнулся я, поняв, что не попал.
Хозяин было шагнул в мою сторону, но в это время из портала выскочили четыре бойца оперативной группы «Воланд».
Первый был Корд, как всегда в штатной экипировке бойца спецназа Конторы. Камуфляж пепельного цвета из особо прочной ткани со встроенными налокотниками и наколенниками. Лицо скрывал под цвет формы кевларовый шлем, внешне напоминающий реквизит к «Звездным войнам», оснащённый дополнительными щечными баллистическими панелями. Это была особая разработка наших инженеров, с учетом специфики работы Конторы. Грудь защищал бронежилет с высоким воротником, способный остановить не только пулю из автомата, но и благодаря специальным рунам, нанесенным на пластины, отразить брошенный огненный шар или молнию, с креплениями под автоматные и пистолетные магазины, гранаты, аптечку и нагрудную кобуру с пистолетом ПЛ-15. В руках он держал автомат АК-12, выкрашенный в цвет формы, с дополнительной рукояткой на цевье и коллиматорным прицелом. Что там еще навешал на оружие этот любитель gun porno, я боюсь даже предположить. И это не говоря о двух боевых ножах в наплечных ножнах, одном – на поясе, и по три метательных с под пальцевыми кольцами на рукоятках на каждом бедре. Все-таки Корд был экспертом по ножевому бою.
За ним выскочил Сургут, облачённый в такую же экипировку, словно брат-близнец. За исключением того, что из ножей у него был только один, тот, что положен по штату. Вместо них, оперативник носил специальную складную малую пехотную лопатку-топор на поясном чехле. Вооружен своим любимым ПП-19-01 еще со времен службы в отряде ЦСН «Витязь», в набедренной кобуре СПС «Гюрза». Гранаты Сургут никогда не брал с собой, они ему не нужны были, его особые способности заменяли их. Будучи превосходным пиромантом, чувствую инстинктивно все, что связано с огнем и взрывоопасным, оперативник в группе отвечал за инженерное обеспечение.
Третьим появился высокий Джафар, отвечающий за все, что связано с магией. В отличие от моего заместителя и сапера, Джафар носил длинное прямого покроя кожаное пальто с воротником-стойкой, застегнутое на молнию и серебряные пряжки. Кожаная пелерина визуально расширяла плечи, а набивной рисунок на центральной части и манжетах в виде рун, спиралей и других геометрических фигур, создавали образ, будто Джафар сошел со страниц какого-то стимпанковского романа. Его черноволосая голова не была спрятана под шлемом, только нижнюю часть лица прикрывала черная маска-шарф. Татарин вообще редко пользовался средствами не магической защиты, но я был уверен, что под плащом у него все же есть легкий бронежилет. А из оружия маг имел лишь посох из черного дерева, вся поверхность которого была покрыта символами, Джафар вообще на дух не переносил огнестрельное оружие. Одним концом он заканчивался сверкающим четырехгранным посеребрённым острием, а другим – железным полумесяцем с красно-фиолетовый грубо обтёсанный камнем.
Четвертым выпрыгнул самый загадочный член моей группы. Гость из другого параллельному нашему мира. Ну, об этом, как-нибудь потом. Скажу только одно, этот оперативник в своем мире принадлежал к особой касте генетически изменённых магией охотников на чудовищ, называющих себя ведьмаками, и оказался очень ценным приобретением для «Воланда». Высокий, с короткими молочно-белыми волосами вместо ранее длинных, черными глазами (опять под своими эликсирами) на покрытом шрамами худощавом лице с неприятной и жуткой ухмылкой, Белый Волк был одет проще, чем все остальные. Все это обмундирование, что носили Корд и Сургут ограничивали маневренность его тела, которое он улучшал теми самыми особыми зельями, что варил сам. Из защиты ведьмак использовал только легкий бронник, из огнестрела – два ПЛ-15х, закрепленных на груди и бедре, и пистолет-пулемет СР-2 «Вереск», от которых он раньше рьяно отказывался, убеждая нас, что стрелковым оружием пользуются только ублюдки-коты. Какие такие коты, он в подробности не вдавался. И конечно, любимый меч, рукоять которого торчала из-за правого плеча.
Но, не смотря на такую разношерстную команду, объединял их единый шеврон, у кого на плече, у кого на груди. Голова адского черного пуделя в языках пламени, своеобразная шутка Старого при формировании группы «Воланд».
–Всем лечь на пол! Работает спецназ ФСБ!– раздался усиленный громкоговорителями шлема голос Корда.
Хозяин при появлении «Воланда» зашипел в гневе, ощерив внушительные клыки, бледное лицо исказилось звериной маской, смесью морды летучей мыши и человека. Остальные вампиры, поддавшись эмоции повелителя, вторили его шипению. Но люди послушались совету Корда, нестройно упали на пол. Молодцы, не хотелось бы лишних жертв.
–Меньше говорить надо было, клыкастый,– с ехидцей произнес я, ухватившись обеими руками за рукоять пистолета, стараясь чтобы ствол не дрожал, и нажал вновь на курок.
В этот момент колдун почувствовал, что его перестали держать за капюшон и рискнул, толкнув меня в бок, сбивая линию огня. Я едва удержался, не выронив ПЛК, ухватившись за пульт. Едва подумав, что сейчас прибью эту мразь, как мне нас спину набросился диджей.
–Убить всех!– отдал приказ Хозяин, и вампиры рванули в атаку.
Дэнсхолл наполнил звук выстрелов, визг и рычание вампиров, испуганные крики людей.
Кто-то выстрелил в люстру и свет в зале погас.
Теплая слюна упала мне на шею и затекла за воротник, от отвращения меня передернуло. Диджей обхватил меня сзади, прижимаясь к моей спине вплотную, и пытался впиться клыками в горло. Я держал его за руки, чтобы не дать ему возможности душить меня, но это было еще то занятие, учитывая, что я все же держал пистолет. Рычание, которое не могла издавать глотка человека, глушило уши. Я попытался направить ствол ему в лицо, но тварь быстро переместила морду мне за затылок. И это сыграло мне на руку, шея теперь была в безопасности. Я подсел под вампира, умудрившись подвести плечи тому подмышки, потянул его руки вниз, выпрямляя ноги, и завершил движение поворотом плечевого пояса налево. Диджей перелетел через меня, упав на свой собственный пульт. Сверкнуло электричество из оборванных проводов, тварь взвизгнула, но пуля оборвала его стоны.
Колдуна уже и след остыл, малефик успел слинять, воспользовавшись моей заминкой с вампиром. Я окинул взглядом танцзал, в котором творилась полная анархия. Вампиры темными силуэтами, которых и так в кромешной тьме не видно было, перемещались по помещению, скользили тенями по стенам и потолку, иногда вспыхивая искрящимися «бенгальскими огоньками». Кое-где огрызались чоповцы из своих дробовиков, эти прекрасно понимали, что живыми им уйти отсюда. Однозначно «Монолитом» займется Контора, а нарушивших Договор, пусть и вступивших в сотрудничество с ведомством, все равно ждет тюрьма. Но их сопротивление было не долгим. «Воланд» как всегда работал слажено, огонь Корда и Сургута, занявших оборону за барной стойкой, мигом подавило брыкание «монолитовцев». Мертвые тела чоповцев лежали у выходов, там, где они изначально пытались найти спасение, и где их настигла смерть. Теперь основной силой противника были сами вампиры. Единственно, я не видел Хозяина, но что тварь все еще здесь я затылком чувствовал.
Людей, забившихся в углу, оберегал Джафар. Огромный, бьющий во все стороны электрическими разрядами пурпурный купол силового Щита защищал их и не позволял не только кровопийцам проникнуть к ним, но и смертным выйти из него. А поскольку они были главной целью кровососов, то основной удар приходился на мага. Он работал в связке с ведьмаком, опрокинувшим стол с напитками, и короткими очередями отстреливал тварей, мельтешивших вокруг них сплошной массой. Маг непрерывно перемещался, атаковал посохом, никаких захватов-бросков, никаких тяжелых ударов. Магию он тоже старался не использовать, чтобы не задеть своих. Только стремительные тычки острием или хлещущие удары навершием посоха. Удалась атака или не удалась, отскочил в сторону и новая атака, по другому противнику, а тем уже занимался ведьмак. Если все же острие касалось твари, то тот вспыхивал факелом. Вампир в одних штанах прыжком оказался возле Щита, Джафар бросился ему наперерез, остановив его остриём посоха, но тварь, чтобы избежать удара успела схватить древко. Маг не останавливаясь, прижимая посох к себе, развернулся, заходя за спину ночной твари, вращая захваченный жезл и выводя того из равновесия. Вампир полетел вбок и нарвался на очередь из трех патронов, выпущенную из «Вереска» Волка. Джафар весело подмигнул ведьмаку. Тот ответил большим пальцем к верху и принялся дальше палить из пистолета-пулемета.
Я принял решение пробираться к Корду и, прижимаясь к стене, побрел к ним. Именно побрел, так как тело отказывалось слушаться меня, как еще пистолет не выронил, и удавалось даже стрелять в слишком настырных кровососов, правда не всегда попадая. А еще этот гребанный меч мешал нормально идти, ножнами путался в ногах.
–Красный!– голос Корда звучал одновременно близко и далеко.
–Принял!– ответил ему Сургут.
Сквозь пелену, застилающую взор, увидел, как мой зам, спрятался за стойкой, перезаряжая автомат.
Вновь на спину кто-то прыгнул, я нашел в себе силы, а может и Скиф помог, сразу же упасть на одно колено с резким наклоном. Тот самый вампир в зеленых джоггерах и толстовке перелетел чрез меня по инерции, он не успел ухватиться за меня. Перекатом перескочил через него, шмальнув по пути Другому в грудину, вскочил на ноги, выстрелил в еще одного, развернулся и бросился к товарищам.
Успел заметить, что тварь увернулась от пули, перед тем, как оступился об брошенный «Бекас» и головой впечатался об стенку стойки. Чья-то рука схватила меня за ворот рубашки и рывком перетащила внутрь бара. Хорошо, хватило ума не открыть огонь туда, где предположительно должно было быть лицо хозяина руки. Звериное чутье подсказало, что это свой.
–Чего так долго?– слету спросил я у Корда, облокотившись на стеллаж с напитками. На полу было мокро, но это меня мало волновало.
–Ну, извини, Скиф,– между отстрелом очередей ответил Паша,– Ты ж не сказал про Занавес ничего. А Джафар пока догадался, что закрывает тебя от его Глаза и как нам найти тебя.
–Так, а я…откуда…знал…– с трудом выговорил я, ощущая дьявольскую боль в челюсти. Ныл каждый зуб, глаза слезились. Я вытер лоб рукавом, но это не слишком помогло.
Корд перестал стрелять, вновь крикнув «Красный!», и присел возле меня.
–Ты как?– я в темных окулярах шлема видел свою физиономию и видон у меня был такой, с каким даже в гроб не кладут.
А как ты думаешь, как я, огрызнулся я, но слова сдержать успел.
–Сколько времени?– циферблат моих часов оказался разбит, противоударные они были не для подобных стычек.
–Без семи минут двадцать четыре,– сверился со своими часами Корд,– Кстати, еще плохая новость. Старый хочет видеть тебя завтра. Он был у себя в кабинете, когда «Воланд» собирался.
–Не думаю, что это…для меня главная…проблема. Хозяина или колдуна видел?…Куда они исчезли?
–Главгада не вижу, он туманом растворился, как только ты открыл огонь,– отрицательно мотнул головой Паша.
–А колдун прячется за сценой,– добавил Сургут,– Вон он, сучонок,– и добавил очередью в ту сторону,– Странно, что не пальнул в нас ничем.
–Значит, еще…не развязался.
Я уловил одобрительный хмык Сургута.
–Его бандура?– Корд указал стволом на меч,– Волшебный?
–Не…чувствую,– я отстегнул его и положил клинок на пол,– Но уверен, что артефакт…нашим стоит…его осмотреть. Самое главное, Корд,…передай другим. Хозяин знает…меня, знает Старого…он из Семей. И…знаешь, дружище, думаю…мне пора…уходить.
–Время?
Я не ответил, потому что спазм перехватил горло. Он не давал мне закричать, когда тело скрутило от боли. Хруст раздался такой, словно внутри меня сломали все кости одновременно. Это в фильмах оборотни кричат от боли, когда превращаются. На самом деле обращение происходит в полной тишине, нельзя чтобы потенциальная добыча узнала о хищнике рядом. Боже, как я ненавижу эти пять ночей, ведь трансформация по желанию происходит абсолютно не так и быстрее.
Кожу на лице и теле стянуло, мне стало в ней тесно, как будто надел не по размеру одежду, хотелось сорвать ее. Нет, даже разорвать ее, порвать в клочья. Пальцы левой кисти изогнуло в обратную сторону, от боли я выпучил глаза и открыл рот, чтобы заорать, но наружу вылетел лишь хрип. Пистолет выпал из неподчиняющихся мне рук, но теперь это была не моя проблема. В это мгновение правый плечевой сустав разорвало, тупо сместив кость от ключицы, чтобы потом пересобраться заново, так как удобно Скифу. Меня скрутило на полу, изваляв в дурно пахнущей алкашкой жиже. Пальцы встали на место, заметно удлинившись, что-то черное, покрытое сукровицей вытолкнуло ногти, те прозрачными чешуйками упали на пол. Именно этими появившимися крючьями я полоснул себя по лицу, оставляя рваные борозды, высвобождая личину, покрытую серой шерстью и скалившуюся острыми клыками. Одежда рвалась по швам, ботинки слетели, словно не были завязаны на шнурки, явив на свет конечности, которые уже не были человеческими.
Корд глянул на товарища, тот кивнул ему. Но что потом произошло, я даже понять не успел. Паша отчаянно заматерился, направив дуло автомата мне за спину, Сургут начал оборачиваться, в ответ раздался безумный женский визг. Меня беспомощного схватили за волосы и, как не нужную вещь вышвырнули из-за стойки прямо в гущу вампиров, в их не голодные и жаждущие объятия. Я даже не почувствовал, как шмякнулся об доски. Четыре мерзкие морды нависли надо мной, закрывая мне обзор, а я даже обороняться не мог. Невероятно, где-то на задворках разума успел подумать, мы завалили столько упырей, а они все не кончаются.
Далеко кто-то выкрикнул мой позывной, по-моему, это был Белый Волк. Один из вампиров внезапно сгорел, обдав меня жаром.
За мгновение, как их цепкие пальцы схватили меня, чтобы порвать на куски, моя личность отошла на задний план, страх ушел, вместо него наступило чувство презрения над моей человеческой слабостью, а еще невыносимой ненависти к роду вампирскому, которое передалось от верфольфа к верфольфу на генном уровне. На лицах кровососов появился ужас, и я теперь понял почему.
Если кто смотрел фильмы в стиле мокьюментари, типа «Монстро» или «Ведьма из Блэр», ну это типа псевдоисторические фильмы, снятые на любительскую камеру, то сейчас поймет, как я стал видеть мир вокруг себя.
Скиф вцепился когтистой лапой в морду самой ближайшей вампирше и одним движением сорвал ей личину. Тварь отпустила верфольфа, закрыв ладонями то, что ранее было лицом, а теперь являло окровавленное месиво. Ее добила пистолетная пуля подскочившего ведьмака.
Второму кровососу, Скиф впился пастью в глотку и вырвал кусок мяса. Черная тягучая кровь хлынула, обдав человеко-волка вязким потоком. С каждой волной, тело вампира словно усыхало, превращаясь в высохшую мумию. Слюна оборотней была насыщена жестким коагулянтом, от которого кровь вообще не свертывалась, пока рану не прижмешь серебром. Скиф небрежно отбросил трухлятину и медленно поднялся, не сводя голодного взгляда с оставшегося вампира. Могу поклясться, что оборотень улыбнулся своей пастью в предвкушении. Тот напрягся, приготовившись к прыжку, однако серебряный росчерк идеально отделил кровососу его голову.
Крайнему вампиру в этом помещении.
Волк, крутанув серебряным мечом в кисти, выжидательно замер напротив верфольфа. Глаза его были страшными, как черная бездна, в обрамлении темных выступающих вен. Скиф слизал языком кровь и одобрительно кивнул ушастой головой. Да, моих товарищей он знал, и давно принял, как членов своей стаи. Ведь у каждого оборотня есть стая или прайд, даже у ракшас. В ответ, ведьмак подмигнул ему и рванул к барной стойке.
Там сейчас было жарко. Причем в прямом смысле. На стеллаже, распластавшись подобно какой-то каракатице, висела Василиса, чей прекрасный облик, виденный мною в ресторане, исчез напрочь. Копны золотистых волос не было, только гладкая бледная кожа, заостренные уши, с большими раковинами, красные глаза и увеличенный рот с четырьмя длинными клыками. Пальцы по обезьяньему удлинились на руках и ногах, крепко хватаясь за железные полки, из локтей торчали кости с натянутой на них кожей. Корд отползал от стойки, АК-12 висел на его тактическом ремне с боку, на правом рукаве была порвана ткань и сочилась кровь. Вампирша достала его и сейчас готовилась наброситься на сотрудника. Сургута я нигде не видел, и в мыслях закралось не хорошее предчувствие. Корд пытался левой рукой вытащить ПЛ-15, и в этот момент возле оперативника оказался ведьмак. Он присел возле него, заслоняя телом и выставив перед собой меч, затем пальцами сложил какой-то символ, и их охватило неяркое свечение.
Василиса уже почти прыгнула, а Скиф едва рванул ей наперерез, как из внутреннего пространства поднялся Сургут, на пластинах его шлема виднелись борозды от когтей, удар был хорош, левая рука безвольно висела вдоль тела, наверняка сломана.
–Эй, мразь!– голос опера дрожал от гнева,– Попробуй-ка это!
На страховидном лице Василисы появилось изумление, явно не ожидала, что тот очухается так быстро. За спиной Сургута вспыхнул огненный смерч, быстро завертевшийся, обдав нас всех таким жаром, что вервольф, стоявший на приличном расстоянии от них, недовольно заворчал и отступил на пару шагов назад. Не любил он огонь, что поделать.
Столб красного пламени ударил в потолок, побелка вспузырилась и почернела, запахло горящим деревом, в языках пламени стали проявляться очертания широкоплечей фигуры. Особо выделялись загнутые рога, как у горного козла. Волна охватила Сургута, поглотив его в свое адское нутро, и мощная струя, будто из огромного огнемета ударила в вампиршу. Тварь душераздирающе завизжала, охваченная огнем и грохнулась со стеллажей. Из-за стойки какое-то время раздавались вопли, но и они стихли.
Скиф воспользовался общим замешательством. Быстро осмотрелся вокруг себя, прислушиваясь и принюхиваясь. Вампиров больше не было, их останками в виде тлеющих скелетов был устлан пол дэнсхолла. Неизвестно был ли среди них Хозяин Гнезда, поди, разбери это среди дымящегося праха, но я очень на это надеялся. Изрешечённые пулями тела «монолитовцев» тоже лежали не тронутые у выходов, кровососы не пьют мертвую кровь, она для них подобна яду. Верфольфу они тоже были отвратительны, он ведь не падальщик какой-то. Ведьмак помогал Корду подняться, в то время как огненная фигура постепенно исчезала, и на Сургуте даже следов не было, будто он не был охвачен пламенем. Щит продолжал сиять электрическими всполохами, люди, защищенные в куполе, так и лежали, не поднимая голов. Конторским придется потратить много сил, чтобы стереть им память. Джафара верфольф заметил, крутившего колдуна у сцены.
Что хотел предпринять Скиф? Да очень просто. Он хотел сбежать отсюда, верфольф всегда хотел сбросить с себя надзор Конторы. Каждый оборотень, неизвестно почему, может еще с Начала Времен, имеет страсть питаться человечиной, поэтому в Ночи, когда я не могу его контролировать, запираюсь в Конуре. Так многие делают, соблюдая Договор.
–Скиф, нет,– Джафар прекрасно распознал его намерения.
Маг усадил колдуна на пол, рядом со Щитом. Остальные обернулись ко мне. Верфольф угрожающе зарычал, оскалив клыки, все еще блестящие в вампирской крови, и не дожидаясь, прыгнул в окно. В ливне стеклянных брызг и обломков рамы приземлился в снег и рванул к проему в стене. За спиной послышалась ругань бойцов «Воланда». У самой щели Скиф услышал свист и низко пригнулся, над его макушкой, всполохнувши шерсть на загривке, просвистела сияющая петля, будто сплетённая из звезд.
Человеко-волк украдкой глянул назад. В оконном проеме стоял Джафар, одной рукой держал конец светящейся веревки, а через подоконник перескакивал ведьмак.
Скиф сделал то, что я от него не ожидал. Он быстро им показал жест со средним пальцем и исчез в проеме, но тут же замер ослепленный светом ярких фар. К забору подъезжали пять больших темно-синих «Фиатов Дукато» без автомобильных номеров. Боковая дверь первого остановившегося фургона открылась, отъехав в сторону, и из него выскочили пятеро бойцов Конторы. По шеврону узнал группу «Фантом», только они используют в качестве знака череп одноименного персонажа комиксов. Оперативники быстро рассредоточились, направив на оборотня оружие.
–Не двигайся, Скиф! Без глупостей!– приказал командир группы, узнав какой именно оборотень выскочил к ним.
Верфольф оглушительно рыкнул, послав того в далекую даль, и бросился к гражданским машинам, желая использовать их в качестве укрытия. Один из бойцов открыл по волку огонь, в плечо вонзился дротик с транквилизатором. Оборотень гневно вырвал шприц, чувствуя, как успокоительное разливается по венам, сжал его в кулаке, раздавив. Он понимал, что доза в нем рассчитана на слона и собьет его с ног в ближайшие минуты. Обиженно скуля и надеясь, что успокоительное не полностью вошло в его кровь, Скиф ухватился за порог знакомого мне зелено-серого джипа, напряг свои нечеловеческие мышцы и, приподняв внедорожник, швырнул его в сторону бойцов «Фантома». Я успел возмутиться, ну почему именно мой старичок, как «Бигхорн» влетел в открытый кузов «Дукато», раскурочив и смяв железо, как консервную банку.
Ну, спасибо, дружище. Теперь точно не видать премий, ни ежемесячной, ни годовой. И ездить на автобусе придется.
Оперативники «Фантома» бросились в рассыпную с завидной скоростью, из остальных фургонов выпрыгнули другие группы. В живот и грудь вонзились еще две иглы дротиков. Слабость в мощном теле Другого распространялась быстро
Скиф задрал волчью морду к луне, огласив окрестности поселка протяжным грустным воем. Ноги подкосились, и верфольф упал навзничь. Перед тем, как я вместе с ним отключился, то успел увидеть подбежавших ко мне ведьмака и Джафара.
Вместо эпилога
Территория ГДО была вновь взята под Занавес, отводящий взгляд, но на этот раз сотрудниками отдела по обеспечению порядка и координации взаимодействия между людьми и Другими ФСБ России, но местность все равно оцепил спецназ. Велось расследование, следаки опрашивали людей и после беседы садили их в специальный автобус, где с ними уже работали маги и телепаты, очищая память и создавая новые воспоминания. Парочка колдунов сканировали местность, проверяя территорию на посторонних, ведь Занавес колдуна, который работал на Непримиримых слетел, как только « Воланд» начал операцию по захвату. Криминалисты осматривали территорию, фотографировали что-то, санитары с их разрешения уносили тела чоповцев.
На лестницу, спрятанную в снегу, что вела на вершину холма, расположенного за двумя зданиями ГДО, еще никто не обращал внимания. Наверное, потому что следов, ведущих наверх, не было, а может на потом оставили. Сейчас главное было разобраться со свидетелями. Красивые высокие ели, словно молчаливые стражники, своими острыми верхушками подпирали ночное небо, усеянное звездами. Как будто некий волшебник рассыпал свои драгоценные камушки, и теперь с помощью лампы-луны пытался собрать их.
За ними наблюдали. Наблюдали с самого начала. Еще только вампиры начали свозить сюда свою добычу. Сначала это был человек, а потом Луна открыла его истинную сущность.
И он видел, что оперативники не всех презренных тварей убили, одна мразь все же смогла вылететь через окно на втором этаже.
Белая шерсть существа отлично сливалась со снегом, а темнота ночи дополняла маскировку. Даже горящие красные глаза не выдавали его наблюдательный пункт. Здоровенный человеко-волк сидел на корточках под косматыми ветками ели. Даже в сидящем положении было заметно, что волкодлак ростом превышал двух метров.
Другой не производил ни звука, хотя один раз он все-таки расстроенно зарычал, когда его собрата по волчьему роду усмирили конторские. А в его недовольном мотании головой виделось что-то человеческое.
За спиной вервольфа послышался скрип снега, но оборотень даже ухом не повел.
В приближающемся худом мужчине было что-то не так.
И дело было не в одежде. Качественная дубленка с меховым воротником, синие джинсы и зимние ботинки.
Дело было во внешности. Не покрытая лысая голова с слегка заострёнными ушами, впалые голубые глаза с маленькими черными точками зрачков, мелкозубый рот.
И в том, как двигался. Плавно, как змея. Люди так не ходят.
–Все сделано, как вы планировали, мастер,– заговорил мужчина тусклым голосом, без какого-либо приветствия, однако в его интонации чувствовалось почтение.
Верфольф тихо зарычал.
–Да, мастер. Меч у конторских, теперь нам проще будет его забрать оттуда.
Верфольф поднялся, задев ветки, с которых осыпался снег, на последок глянул на помощника, и легким бегом скрылся среди деревьев.
–Слушаюсь, мастер Хлад. Я все устрою
Глава 1
Я аккуратно припарковался между черными приземистой " Тойотой Камри" и гигантским "Инфинити", хмыкнув про себя. Мой видавший виды зелено-серый "старичок" будет неплохо смотреться рядом с ними, так сказать создавать контраст. Подняв "ручник", скорее из-за привычки, чем для надобности, перевел рычаг селектора "автомата" в положение "Р". Ну да, конечно, сейчас диванные эксперты должны завопить, что настоящий мужчина должен ездить на классике, но я вас умоляю. Эти эксперты когда-нибудь ездили раненые на "механике"…нет…а я-да. И хочу заметить, что это не слишком прикольное занятие.
"Master of Puppets" мощным солом на электрогитаре дубасил из единственных живых динамиков в передних дверных картах кабины, когда я повернул ключ в замке зажигания, мощный дизель продолжил тарахтеть на турботаймере. Я взял телефон со специальной полки под магнитолой и посмотрел на открытое сообщение в "WhatsApp" от абонента Синий. "Сегодня вечером. Султан. Две. Брюнетка и блондинка", гласило оно.
Я перевел взгляд со светящегося экрана смартфона на двухэтажное здание с острой крышей, возвышавшееся перед моим джипом. От узкой проезжей дороги и парковки, на которой стояли машины его ограждал невысокий заборчик, наверное, высотой с пол метра в виде железной изгибающейся то ли виноградной лозы, то ли плетущегося плюща. Над входом, перед которым добросовестно почистили снег и не было проклятой наледи, висела вывеска с названием ресторана, выполненным в современном арабском стиле. "Султан" было популярным заведением в моем небольшом, но любимом городе. Это же название были написаны и на тканевых полуовальных козырьках, висящих над окнами первого этажа. Фонари на невысоких столбиках освещали проход к двери из темного стекла.
По привычке осмотрел местность рядом с рестораном. Машин было немного, как и карет такси, останавливающихся у здания и высаживающих пассажиров. Странно для пятницы, обычно люди живут всю неделю ради этого дня. Но я и не огорчился, мне от этого только легче, проще найти тех, о ком говорил мой информатор. Я на всякий случай бросил взгляд на циферблат часов, расположенных на панели машины, с удовольствием отметил, что у меня еще в запасе примерно пять часов. Потом последняя длительная Ночь Полной Силы из пяти, два спокойных выходных дня и конец отпуска. Вновь окунуться с головой в любимую работу, Пашка, наверное, не дождётся уже, когда передаст мне обратно дела и должность командира опергруппы и сам рванет в отпуск. Полюбас, будет бухать первую неделю, как истинный военный офицер. Невольно рассмеялся, вспомнив, как Молитвин терпеть не может, когда я уезжаю в командировки или ухожу на отдых.
Дизель заглох, о чем брелок сигнализации дал знать веселой трелью и вибрацией. Но я продолжил сидеть в салоне и созерцать вход ресторана. Двери периодически открывались и закрывались, люди выходили покурить и просто пообщаться на улице, толпились на крыльце, окружая себя облаком едкого дыма от сигарет и пара изо рта.
Я задумался, а может не стоит портить себе конец отпуска? Да еще и крайняя Ночь, когда я не могу контролировать превращение в Скифа. Всякое может случиться или пойти не по плану. Старый меня точно по голове не погладит, если наблюдение обернется перестрелкой и потасовкой. А так сяду на диванчик, включу какой-нибудь фильм про Бэтмена (обожаю его еще с детства), полдвенадцатого ночи спущусь в Конуру, а завтра поеду к маме, давно обещал ей картошку поднять с подвала. А то выйду на службу, хрен знает, когда появится свободное время.
Ой, да ладно, Саня! Что может случиться!? Я только проверю наводку информатора и домой. Если она подтвердится, то скину оперативку дежурному или даже Пашке, а там они уже сами разберутся. Главное, чтоб было что скидывать, а то вдруг туфта. Тогда Синему точно не понравится наша следующая встреча, и фамильяр никогда не избавится от контроля своих хозяев. Не всем им понраву участь наркоманов, для которых желание напиться человеческой крови чуть меньше, чем желание угодить хозяину или стать для него аперитивом, перед основным блюдом. Многие в ожидании вечной жизни после обращения, так и сгнивают в подземных подвалах вампирских Семей, превращаясь в отвратительных гулей.
И продолжая следить за теми, кто толпился на входе и теми, кто прибывал в ресторан, я не мог выследить их, на кого указал Синий. Другие вообще ловко умели скрываться среди обычных людей, некоторые даже занимали высокие посты, принимая участие в повседневной жизни. Были и обычные работники, торговцы, грузчики, индивидуальные предприниматели, военные даже, уборщики. Но все они связаны условиями Договора, за строгостью выполнения которого следила наша Контора. И вот, несколько ублюдков, не принадлежащих Семьям вампиров, а может и, наоборот, из их числа (всегда есть не согласные, считающие, что люди это низшая раса, пригодные лишь в качестве еды и рабов) решили, что вековой контракт, просто писанина на пергаменте. Такие бессмертные называли себя Непримиримыми, и было их куда больше пару тварей.
Ладно, хватит сидеть в тепленькой машинке. Этих не видно на крыльце, должно быть уже внутри "харчевни" (пора завязывать читать фэнтази, ее и в жизни достаточно) или еще не подъехали. Я открыл бардачок слева от себя. У нас на Дальнем Востоке в предпочтении праворульные машины, и не надо мне задвигать за отечественный автопром и патриотизм. У нас под боком Япония и лучше я отдам те же деньги за старенькую made in japan, чем за новенький УАЗ или Ладу.
В бардачке лежали красная папка на замке с документами на машину, провод AUX и кабель зарядки телефона, очки от бликов встречных фар автомобилей, маленькая подвеска из сероватого циркона ромбической формы на красном шнурке, и удостоверение в бурой обложке с тиснением в виде щита и меча с двуглавым орлом, окаймленные синей лентой. Внизу выдавленные четыре буквы, три из которых при демонстрации вызывают у человека мурашки на теле. А четвертая обозначала нашу Контору, о существовании которой знали лишь Сам Он и директор той самой организации из трех букв. Подумал несколько секунд, рассматривая тиснение, я передумал его брать с собой и захлопнул крышку обратно. Та не захотела закрываться с первого раза, и, пообещав, что завтра же разберусь с замков, хлопнул сильнее. На этот раз бардачок закрылся. Пистолет ПЛК, что был спрятан под рулевой колонкой брать тоже не стал. Я ж просто решил понаблюдать, хотя нож с вытравленными защитными рунами, искусно спрятанный в пряжку ремня оставил.
Я вышел из машины, о чем засвидетельствовала подошва ботинок, в которых одновременно удобно можно было бежать пятикилометровый марш и на свидание сходить, скрипнувшая на замершем снегу. Я с отвращением скривился. Перед входом порядок навели, а на парковке и возле нее грязный снег, покрытый черной сажей от многочисленных кочегарок убрать, не додумались, или не захотели. Мои ноздри защекотал запах гари, и я по-звериному фыркнул. Луна близилась, и Скиф (так я называл свою вторую сущность) чувствовал это, намекая мне об этом. Пальто, что лежала на заднем сиденье брать не стал. Я в отличие от обычных людей не испытывал сильный дискомфорт по поводу мороза. Мог долгое время не испытывать чувство холода, и это не меняя даже облик. Да идти-то до теплого ресторана не далеко, дорогу перейти.
Старенький, но без единой царапины "Исузу Бигхорн" подмигнул мне габаритными огнями, что встал на охрану, а я положил ключ и "пультик" в карман брюк. Быстро пересек дорогу и, минуя троих курящих у входа человек, чутка задержав дыхание, вошел в ресторан.
Длинный коридор "Султана" встретил меня большим камином и зеркалом в полный человеческий рост, расположенными прямо напротив входной двери. Хочу заметить, что в данном ресторане я впервые. Хотя наша Контора не раз отмечала корпоративы. А что? Среди наших сотрудников тоже есть люди и многим Другим человеческое не чуждо. Что, если ты отличаешься от обычных смертных, то должен жить как-то по-другому? Если ты не нарушаешь Договора, то живи, как твоей душе угодно, если она есть у тебя.
Но в "Султане" как-то не довелось мне побывать. Либо на дежурстве, либо в составе группы на задании или операции, либо…не было вообще желания. Я вообще больше люблю провести время дома с полторашечкой разливного пива за просмотром годного кинчика или сериала, ну или накатить с товарищами в отделе. А все эти похождения по ресторанам и барам не для меня. И натура у меня вспыльчивая, учитывая вид Другого, каким я являюсь. Могу в легкую ввязаться в драку, отстаивая честь какой-нибудь дамы.
Поэтому я с интересом осматривался внутри помещения. Коридор не был пустым. Каменный камин с имитацией огня располагался между двух полумягких диванчиков с подушками. На его гладкой поверхности возлежал манекен султана в темно-бардовом халате и золотистом тюрбане. Над ним висели гигантские часы с названием ресторана. Две женщины в длинных платьях и глубокими вырезами на спинах фотографировали друг друга на свои смартфоны. Я осмотрел их. У одной на шее висел амулет в виде звезды с зеленым камнем в центре и от взгляда на него у меня зашевелились волосы на затылке. Обычная реакция такого, как я на настоящий "Глаз Давида", оберегающего носителя от нечисти и колдовства. Женщина почувствовала что-то, потому что побледнела и коснулась амулета, но Другой она не была. Должно быть, кто-то из ее близких подарил магический артефакт. Стоило отвести глаза, и носительница амулета успокоилась.
Я остановился у зеркала, возле которого как раз была стойка гардероба. Перед тем, как идти в общий зал я оглядел себя в отражении. На меня смотрел среднего роста тридцатишестилетний мужчина, гладковыбритый (щетину могу позволить себе только дома) и короткостриженый, через два дня конец отпуска, не забыли? Я все таки не работаю под прикрытием, а обычный оперативник, часто шлем ношу. На мне серый в клетку костюм с черной рубашкой, штаны слегка заужены к низу, но не сильно. Я больше предпочитаю старую классику, но и от моды не убегаю. Начищенные до блеска черные ботинки со шнуровкой. Как говорил мой ротный в военном училище: "– Умом ты можешь не блистать, но сапогом блеснуть обязан". На левом запястье обычные часы "G-Shock", люблю эту марку за ее надежность.
Разгладив не существующую складку на лацкане пиджака и отдернув рукав, я толкнул дверь в общий зал и окунулся в дух волшебных сказок "Тысячи и одной ночи". Стены, отделанные натуральным камнем, восточные узоры, воздушные драпировки, мягкий свет причудливых светильников. У стены с рисунком арабского дворца, стоит сцена с музыкальной аппаратурой, должно быть здесь любят играть живую музыку. Из динамиков колонок, подвешенных под потолком, украшенным словно облака, лился приятный для ушей джаз.
Вопреки моим ожиданиям главный зал был полон гостей. Мужчины в строгих и элегантных костюмах, некоторые в рубашках и жилетках, чем-то напоминали мне чикагских мафиози. Женщины в платьях, у всех юбки не выше колен, странные жемчужные головные уборы и страусиные перья.
Вот блин, чертыхнулся я. И угораздило же меня оказаться на вечере в стиле Гэтсби, ну почему не девяностых или восьмидесятых. А еще лучше рок-н-ролла, я может и подольше бы посидел. Хорошо хоть оделся прилично, а хотел надеть джинсы.
Я остановился у входа, всматриваясь в окружающих и делая вид, что ищу свободный столик. Невольно принюхался, по носу ударили смешанные запахи женских духов, мужской туалетной воды, алкоголя, готовящейся еды и кислятина пота.
От белой деревянной стойки, возле которой была дверь, ведущая на кухню, направилась ко мне девушка в черных брюках и белой блузке. Русые волосы подстрижены под каре, на лице медицинская маска, над которой сверкают голубые глазки. Да, мои очи видят ночью еще лучше, чем днем, а уж светомузыка и полумрак им вообще не преграда. Хочу отметить, что почти весь персонал ресторана носили эти пресловутые маски.
Пока официантка, судя по меню в кожаном переплете, что она зажала под мышкой и золотистой планке бейджика, висевшей на груди, я, невольно поморщившись, вспомнил, отчего сейчас носят такие индивидуальные средства защиты. Три года назад китайское Центральное бюро общественной безопасности по сверхъестественным вопроса (наша Контора не единственная в мире) провалила свою, хочу заметить все таки тщательно спланированную операцию по поимке безумной шаманки, вознамерившейся устроить в мире очередной естественный отбор. Не буду впускаться в подробности, скажу кратко. Она решила, что жить в нашем мире должны только Другие (эх, сколько таких безумцев мы уже арестовали или ликвидировали), и с помощью одного черного ритуала хотела уничтожить человечество. Отряд спецназа поднебесной Конторы появился вовремя, сразили ее големов, созданных из людских костей и приспешников, но скрутить саму шаманку не успели. Та подстроила все так, что когда ее прошили зачарованные пули, то ее кровь завершила ритуал, замкнув Печать Короля Яня, древнекитайского бога смерти, и выпустила заклятие, которое вызывало мгновенную дезинтеграцию любого, кто не имел ген Другого. Тело человека начинало быстро гнить изнутри, поражая сначала легкие, затем пораженный начинал сочиться из всех отверстий собственными жидкими внутренностями и за считанные минуты превращался в кучу клейкой массы. В состав каждой опергруппы входит маг, а тому отряду повезло, что среди них находился сильный некромант. Но даже его силы не хватило, чтобы стереть Печать, завершенную смертью и кровью создавшего ее, и тогда вся группа, пожертвовав своими жизнями, чтобы хоть, как то ослабить действие черного заклятия. Сам же некромант смог дождаться прибытия поддержки, и рассказав, что колдовство еще имеет свое последствие, хотя и не всегда смертельно и все теперь зависит от иммунитета самого человека, испустил дух. Главы государств, понимая, чем чревато, если люди узнают, решили свалить все на придуманного ими китайца и летучую мышь, ну а дальше уже началась всеми известная история с вирусом, карантинами, масками, перчатками и вакцинацией. Со временем действие колдовства, конечно, снижается, ведь людей, не избежавших проклятия, становится меньше, и чиновники постепенно начали ослаблять ограничения.
–Доброго вечера,– мягкий голос официантки вывел меня из воспоминаний,– Мы рады видеть вас в нашем ресторане и надеемся, что вам у нас очень понравится.
–Не волнуйтесь,– я широко улыбнулся, сверкнув всеми тридцатью двумя зубами,– Мне уже у вас нравится, особенно когда меня встречают на пороге такие красивые девушки.
Официантка, судя по бейджу, ее звали Мария, застенчиво опустила глаза, и я мог поклясться, что под маской у нее запылали щеки. Да и сердце у нее застучало чаще. Хотя, думаю, что я не первый кто делает ей подобные комплементы. Все дело в том кем я являюсь на самом деле. Есть Другие, которые могут воздействовать на людей, даже не прибегая к особым способностям, как, например, Зов у вампиров или магический приворот. Мы, оборотни, а в частности верфольфы, вызываем природный повышенный интерес, хотя и обладаем заурядной внешностью. Как магнит притягиваем к себе, способны полностью подчинить их своему влиянию.
–Хочу отдохнуть в приятной обстановке,– я вновь сверкнул улыбкой, и девушка словно стала меньше. Ну не произвольно это выходит у меня.
–Тогда вы не ошиблись адресом. Ресторан «Султан» славится своим отношением к гостям и дарит каждому настоящий праздник. У нас сегодня вечер в стиле Гэтсби, и наших гостей ожидает отличная увеселительная программа и живая джазовая музыка. Позвольте, я проведу вас к свободному столику. К сожалению, два VIP-зала заняты, поэтому место только в общем.
–Ничего страшного, Мария. Не переживайте,– я протянул руку в сторону зала, где уже начинали танцевать гости,– Будьте моим проводником в сказку.
Официантка мило хохотнула, потом спохватилась, видать, поняв, что не подобает себя вести так перед гостем.
Свободный столик оказался не в том месте, в котором я хотел бы. По опыту работу я пытался быть там, где моя спина будет прикрыта, а все происходящее на виду. Но в этот раз мне пришлось довольствоваться столиком почти в центре зала. Ну и ладно, огорченно вздохнул я, не всегда все идёт по плану, да и я не на операции.
Мария оставила мне меню и, сказав, что вернется минут через пятнадцать, убежала к другому столику. Я проводил взглядом ее попку-капельку, дав себе слово, что еще раз приду сюда и познакомлюсь с ней поближе. А сейчас мне нужно найти двух Непримиримых.
Переворачивая ламинированные светлые страницы меню, со списком блюд, стилизованным в виде арабской письменности, я принялся рассматривать гостей.
Музыка играла из динамиков, саксофон сменился пианино, если честно я не разбирался в джазе, на сцене появился мужчина, настраивающий инструменты. Значит, как обещала Мария, скоро будет живое исполнение. Люди танцевали, официантки, преимущественно симпатичные девушки, скользили между гостей и столиков, принимая заказы и разнося блюда на больших подносах. Порции, я заметил, у них действительно огромные.
Часы пикнули, отсчитывая время до крайней ночи. В окнах уже стояла вечерняя темнота, обычная для февраля. Но и это не был показатель, это в сказках вампиры боятся солнечного света. Солнечный свет их раздражает, как аллергия кожи на латекс, например, разве что теряют часть своей сверхъестественной силы, ну, например, становятся не такими быстрыми, как ночью, но вполне могут вести обычный стиль жизни. Отвечу сразу на вопрос, который мучает каждого. Чеснока они не боятся, вполне спокойно пьют кровь из шеи, обвязанной чесночной косой. Кстати, многие романы, написанные про вампиров, сочинены как раз таки самими кровососами.
Что-то пустился я в размышления, а времени у меня не так уж много. Как бы не пришлось бросить все и ретироваться домой.
Мужчина в белой рубашке, серых брюках с подтяжками, а-ля главарь «Cosa Nostra», вошел в общий зал и прямиком направился к стойке. Свободно пожал руку бармену, протирающему стакан полотенцем, о чем-то они обмолвились парой слов, я не стал напрягать слух. Видать постоянный гость или хороший друг, бармен позвал официантку, и та повела его в VIP-зал.
Рядом раздался звонкий женский смех. Я мельком бросил взгляд слева от себя. За соседним столиком сидели мужчина и женщина. Она пила вино из глубокого бокала и ела салат «Цезарь» (интересно, а люди знают, что существуют другие закуски), он ест шашлык из свиной шеи. В животе у кого-то заурчало. У мужчинs на безымянном пальце правой руки белел узкий след от кольца, а значит недавно снял, чтобы не вызывать гнева своей любовницы. Почему любовницы? Да потому что он всегда нервно смотрит, на каждого кто заходит в ресторан. Ожидает кого-то нежелательного. Ну, пусть это будет на его совести.
У дальней стены сдвинуты столики. Там расположилась шумная компания, видать «корпоратив», очень часто встают и голосят тосты. Там ничего интересного нет. Обычные люди, есть там Другие, но низкого полета. Суккуб, которая обязательно не уйдет сегодня в одиночестве, и слабенькая магичка, использующая крупицу своей силы, чтобы добиться карьерного роста. Я особо не стал акцентировать на них свое внимание. Просто пометил для себя, что стоит после отпуска поинтересоваться, что за организация праздновала сегодня. Такие маги не всегда представляют опасности для общества, но иногда у них просыпается чувство неудовлетворенности собственной жизнью, а потом еще и древние книги отыщутся, вот тогда и начинается веселье…
Три офицера, два старлея и капитан, в наглаженной форме цвета морской волны. На погонах с голубыми просветами эмблемки в виде парашютов. Должно быть, сразу со службы решили отдохнуть. На столе какой-то салат и лапша с бараниной (да, мясо я угадываю ловко, даже ни разу не попробовав, а просто унюхав), графины с водкой и апельсиновым соком. Тоже не интересны.
Я смотрел на людей, отдыхающих в этот вечер, танцующих и выпивающих, беседующих друг с другом и выходящих из зала покурить. Изучал их и следил за каждым их движением, и понимал насколько они беззаботливы. Они живут обыденной жизнью, работают, строят карьеру, заводят семьи, рожают детишек, по пятницам и другим праздникам выпивают. Но даже и не подозревают, в каком мире живут, смотрят по телевизору новости, радуются хорошим и огорчаются плохим. Видят, как спецслужбы стоят на страже их жизней, обезвреживают террористические ячейки, но не знают, что за пределами обычного мира и идет борьба за гранью их воображения.
Борьба за само право их существования.
Две высокие женщины, каждой лет по тридцать, словно сошедшие со страниц модного журнала. Первая блондинка с серо-голубыми глазами, родинкой возле рта и бледной, будто не видевшей солнца кожей. Одета в ярко-красное платье с высоким вырезом, выставляющем стройную ногу почти до самого бедра. Золотистые волосы уложены в прическу с вплетенным в нее черным большим пером. На шее тонкая золотая цепочка, в ушах золотые кольца серьг. Вторая брюнетка была в коротком блестящем темно-синем платье в паетку, с ниткой жемчуга на длинной шее и серьгами с крупными камнями в маленьких и изящных ушках. Волосы покрывала жемчужная тига, ярко-голубые глаза под тонкими бровями -«ниточками», полные губы, окрашенные нюдовой помадой, почти не выделялись на таком же бледной коже, как и у первой.
Их сразу не замечаешь, но стоит взглянуть на них один раз, то уже не способен отвести от них глаза. Поэтому я не обратил на них внимания, когда зашел в зал. Обычно чую Других за версту, как того здоровяка тувинской наружности, который работает контролером по безопасности. Сразу выцепил, что тот из азарларов, так называемых железных людей. Тувинец тоже заподозрил во мне не обычного человека, вон зыркает своими черными раскосыми глазами в мою сторону, а на женщин внимания не обращает. Те превосходно пользуются одним из вампирских даров, выборочно отводят глаза от себя. Лишь природная вражда наших видов позволила мне заметить их. Но даже мне они приковали глаза к ним. Хотелось следить за каждым их движением, наполненным кошачьей грацией, каждым изгибом губ, во время улыбки, каждым мановением тонких рук, подобных взмаху лебединого крыла…
–Готовы сделать заказ?– голос Марии раздался почти возле моего уха, выведя из блаженственного состояния.
Молодец, оперативник, чертыхнулся я в гневе, наверное, даже зарычал, благо джаз играл громко. Отвлекся на вампирш, и даже не заметил, как человек подошел ко мне. Узнай Старый, мигом на пенсию выйду досрочно.
Официантка проследила за моим взглядом в сторону двух вампирш, и по ее глазам понял, что она не слишком довольна тем фактом, что я был полностью поглощён гостьями напротив. Эх, женская ревность, а ведь мы даже толком не знакомы с Марией, разве что имя ее знаю.
–Или вам еще дать времени, чтобы вы поподробней смогли разглядеть…меню,– предложила она с нотками злости в голосе.
–Ну что вы, Мария. Я все прекрасно разглядел, и хочу сказать, что у некоторых блюд нет конкуренций,– и подарил ей свою самую замечательную улыбку из моего арсенала, чем вогнал ее в еще большую краску, чем при первой нашей встрече. От того, как у девушки быстро застучало сердечко, я понял, что попал в цель,– Жаль, что то блюдо, которое я хотел бы отведать в меню нет, поэтому буду довольствоваться тем, что есть,– и ткнул в первую попавшуюся строчку в ламинированной странице,– Плов.
Все еще краснеющая официантка черкнула в блокноте с отрывными страницами.
–Что-нибудь еще?
–Салат «Восточный»,– перевернул я страницу.
–Выпить?
Я мельком глянул на вампирш, которые не двусмысленно поглядывали на отдыхающих офицеров. Соблазнить вояк для Других было делом времени.
–Графинчик «Русского стандарта» и томатный сок,– завершил я свой заказ. Не переживайте, что я за рулем. Алкоголь нужен был чтобы не вызывать любопытства. Если все получится, то выпить у меня не получится, ну а с одним стопарем мой организм справится в десять минут.
–Ожидайте пятнадцать минут, – проворковала Анна, дописав в блокнотик и по шла к бару отдавать мой заказ.
Странно, она, что сильнее пятой точкой завиляла, подумал я и вновь вернулся к наблюдению.
Женщины продолжали призывно улыбаться трем офицерам, словно приглашая к себе за столик, накрытый двумя порциями салата, опять же популярного «цезаря». Что еще можно было ожидать от тех у кого специализированная диета, а с веяниями моды современного мира не особо разбирающимися. Рядом ведерко со льдом , из которого торчало горлышко бутылки из-под шампанского. В двух бокалах пузырился желтовато-прозрачный напиток.
К моменту, как принесли заказ, я уже удостоверился, что вампирши были именно теми, о которых говорил мне мой информатор. Как я определил, что они кровососущие твари? Да это легко для сотрудника Конторы, а уж для меня, вообще, два пальца обосать. Сейчас, когда их Дар на меня перестал действовать, я замечал мелкие детали, выдающие в них вампиров. Они бесцельно тыкали вилками в листья салата, но ни одна не попробовала хоть раз отведать блюдо. Каждый раз, прикасаясь губами к бокалу, оставляя на них следы от помад, отставляли их в сторону так и оставшиеся полными. Еще бы они употребляли пищу, когда их КЖТ работает не так, как у людей или меня. Но были еще несколько признаков, что мог увидеть тот, кто знал куда смотреть. Стоило им повернуть головой, в определенный момент их глаза ловили блеск светильников, отражая его, как стекло. Человеческие очи так не светятся, словно ловишь солнечный зайчик стёклышкам. Необычно-пугающее зрелище, если увидеть его непосвященному. А если они явят свой истинный облик хищника, вот тут и обделаться не стыдно.
А почему я решил, что это отступники? Да просто. Других вампирш, которые попали под описание Синего я не видел.
На сцену вышел мужчина в серой жилетке, надетой поверх белой рубахи с красным галстуком в полоску и брюках. В руках держал трубу, пододвинул микрофон поближе и через мгновение зал наполнился чудесной джазовой музыкой в живом исполнении.
Я проворачивал все возможные варианты слежки за ними. Знал, что твари убивать здесь не будут, они заманят своих жертв куда-то в свое логово, а вот мне следовало проследить за ними и выяснить место, где они будут кормиться. Себя в качестве жертвы я предложить не мог, если вампир приглядится ко мне повнимательней, то мигом почувствует во мне своего извечного врага. Тем более что они уже нашли свою добычу, делая недвусмысленные взгляды в сторону офицеров ВДВ, а те, конечно же, не могли не заметить этого. Что ж трех взрослых мужчин им вполне хватит насытиться, даже с излишком. Тут все Гнездо Непримиримых можно накормить, а если повезет, то меня к нему как раз и проведут. Но придется тогда действовать быстро, на дежурного по Конторе положиться нельзя, нужно будет напрямую звонить Пахе и задействовать мою группу. Ох, меня Старый порвет на пресловутый британский флаг.
Пока я продумывал план дальнейшего действия, поедая наивкуснейший плов (не на голодный же желудок работать), два старлея решили от перемигивания перейти к действию. Они встали из-за стола, и прямиком направились к подругам. Судя по их походке, выпили они уже предостаточно, чтобы идти на подвиги и захватывать белый дом.
Первый вэдэвэшник был высокого роста, с коротким ежиком рыжих волос, веснушками, будто мухи «делов» наделали на курносом лице. Форма отглажена, стрелки острые на брюках, значки блестят.
Второй десантник ростом с меня и лысый, выбрит наголо, что волосков даже нет. Крепкий и поджарый, часто моргал из-за отсутствия бровей. Тоже, как и первый любит форму, но шерстяные брюки все-таки коротковаты. Штанины задираются при ходьбе, что носки видно по щиколотку. Хорошо хоть черные, один раз видал офицера в белых.
Их товарищ капитан остался сидеть на своем месте, подливая себе водку в стопку. Ага, значит сначала разведка, потом основные силы.
Я напряг слух, отодвинув в сторону звуки музыки прислушиваясь к разговору.
–Привет, красотки!– рыжий старлей отодвинул стул и плюхнулся на его мягкое сиденье прямо напротив брюнетки.
Лысый присел рядом с золотинкой и закинул руку девушке через плечо, приобняв ее. Вампирша ничем не показала, что этот жест ей непонраву. Еще бы, когда добыча сама в зубы идет.
Подружки хищно улыбнулись друг другу.
–Ну, здравствуйте мальчики!– радостно ответила брюнетка.
–Мы думали вы уже и не подойдете к нам,– добавила золотинка, завлекающе улыбнувшись лысому.
Десантники перебросились удивленными взглядами, словно не ожидали, что у них получится подцепить таких цыпочек.
–Отдыхаете?– сбила их с мысли золотинка, нежно погладив лысого по ладони, лежавшей на ее плече.
Я услышал, как сердце молодого офицера учащенно застучало, будто сейчас проломает ребра и выскочит наружу. Вампирша видать тоже, потому что ухмыльнулась.
–Да вот решили оттянуться после трудовых будней. А тут такие пташки прелестные в одиночестве сидят, и мы решили составить вам компанию,– рыжий продолжал вести разговор.
–А мы и не откажемся,– золотинка завлекающе блеснула идеальными белыми зубами, отчего у меня в голове возникла ассоциация с улыбкой белой акулы.
Так и хотелось завопить голосом Гендальфа из известной трилогии: «-БЕГИТЕ, ГЛУПЦЫ!»
–Ну тогда давайте знакомиться. Меня зовут Агния,– представилась брюнетка, не сводя завораживающего взгляда с рыжего.
–А меня Василиса,– золотинка накручивала прядку на палец и распускала ее, ладонь лысого так и не убрала с плеча.
Я вновь мысленно выругался. Надеюсь им не по сто лет, такие имена не придумывают для знакомства. Слишком не современные, а вампиры очень дорожат ими. Это что-то вроде статуса в их извращенном обществе, чем старше кровосос, тем древнее имя. К тому же молодняк вряд ли отправят на подобного рода охоту. Нет, я, конечно, подозревал, что подружки не новообращенные, цыплята могут легко отвести глаза обычному человеку, особенно если у них хороший учитель, но не Другому. Однако не думал, что придется иметь дело с настолько взрослыми кровососами.
–А я Алексей,– сказал рыжий, не сводя глаз с брюнетки.
–Антон,– лысый убрал руку с плеча Василисы и махнул рукой капитану, подзывая его,-Надеюсь вы не против, если Кирюха к нам присоединится?
–Ну конечно нет,– Агния выпрямилась.
Это было самое соблазнительное зрелище, которое им и мне пришлось увидеть. Спина изогнута, грудь приподнята высоко, живот втянут. Стояк ребятам гарантирован однозначно, у меня ж сработала защита Скифа. Этот никогда любви к кровососам не испытывал.
–Мы любим большие компании,– подтвердила слова подруги золотинка, когда капитан присел возле лысого и брюнетки одновременно.
У Кирилла были короткостриженые русые волосы, как и у всех военных, гладковыбритое квадратное лицо. Голова словно не имела шеи и росла прямо из широких плеч. Этакий культурист-бодибилдер, форму, наверное, шьет на заказ. Такого им точно на долго хватит.
Дальше у них начался стандартный обмен любезностей при знакомстве. Ни очемный разговор о любимых занятий, тупые шуточки военных, на которые вампирши очень громко смеялись, словно понимали в чем смысл. Пару раз сходили потанцевать медляки, было смешно видеть, как ребятки по очереди пытались потрогать подружек за мягкие места, а Кирилл даже поцеловать Агнию в губы. Девушки вроде, как и не против были, но за рамки не выходили, чтобы не спугнуть добычу. Брюнетка ловко повернула лицо и подставила щеку.
Я посмотрел на часы. На циферблате светилось без пятнадцати двадцать один. Я сжал вилку и чуть не погнул ее, успокаивая гнев. Блять, временем я не обладал, скоро мне придется покинуть это заведение. Все таки придется звонить Пахе. Иначе Гнездо Непримиримых мы потеряем надолго.
Выждав еще пятнадцать минут, я позвал официантку, чтобы рассчитаться, выйти позвонить Молитвину или просто быть готовым действовать по ситуации. Подошла Мария, вручила мне небольшую кожаную расчётчицу с квитком чека, удивилась, увидев полный графин с водкой и пустой из-под сока. Внутри папки, кроме чека я обнаружил ручку и листок бумаги с написанным на нем номером телефона. Чей он, я мог не догадываться.
–Слушайте ребята,– услышал я голос Василисы,– Вам не кажется, что здесь несколько тесно становится?
Ну, наконец-то. Я передал Марии расчётчицу, но ручку оставил у себя. В голове начал созревать план действия.
–Можем свалить отсюда и поехать к нашему другу,– помедлив, предложила Агния,– Он устраивает закрытую вечеринку, и мы приглашены. Но нам не хотелось ехать туда одним. А с такой компанией не грех завалиться к нему.
Та наклонилась вперед, словно заговорщики рассказывала план.
–А где это?– Алексей не сводил глаз с открывшегося вида на грудь Агнии.
–Это в Раздольном. Наш друг заведует ГДО, которое давно перешло местному муниципалитету. Оно давно не работает, и он периодически устраивает в нем вечеринки.