— Простите!
— …!…! и…!!!
— Простите.
— Да…. И…. тут….!!!
— Извините…
— ………………………….!!!!
— Знаете что?!……………………… и……………..!
— Так бы сразу и сказала, чего ругаться-то!…!
— А я так сразу и сказала! И вам тоже хорошего дня!
По пути к выходу из вагона я отдавила еще парочку ног и, наконец, вздохнула с облегчением. Московское метро с утра дарит непередаваемые впечатления своим пассажирам. Есть такое расхожее выражение — банка с пауками. В метро таких пауков миллионы и каждый норовит оттяпать друг от друга преизрядный кусочек. Вы знаете, какие порой я слышу фразеологизмы — аж слезу прошибает и за душу берет от отзывчивости и заботы наших сограждан. Ну, и сама, конечно, не отстаю, отстаиваю всеми способами свое право находиться именно в это время в этой точке пространства. Способов я знаю всего два: словесный и физический. Приходится активно применять оба, не хочется оказаться в самом низу пищевой цепи Московских железных кишок. Затопчут ведь!
Моя скромная особа по утрам склонна нарываться на неприятности. Мало того, что настроение отвратительное, так еще и на работу еду, радости тоже не прибавляет. В метро хоть душу отвести можно и получить заряд утренней бодрости, к которой кофе не имеет никакого отношения. Сделал пакость ближнему своему — настроение сразу на несколько пунктов поднялось, а если тебя еще и обругали в ответ, вообще красота — можно с особым садизмом наступить шпилькой на ногу. Итог: два один в мою пользу.
Не буду скрывать характер у меня вполне в духе современности: мерзкий, злобный и стервозный. Даже придумывать, что, где-то там глубоко внутри, я белая и пушистая не буду. Не было такого и никогда не будет. Хотя… Единственная положительная черта во мне есть — я умею мечтать. О чем? О других мирах, драконах, приключениях, победах добра над злом и всем остальном в том же духе.
Думаю, уже все понятно — я самый что ни на есть фэнтезийный наркоман. Ничего не могу с собой поделать. Скучно у нас тут. Серо, тоскливо и уныло. Хочется сказки или хотя бы самой попасть с эту самую сказку. Начитавшись книг, что я только не делала: по темным подворотням гуляла, на мотоцикле гоняла, с тарзанки прыгала и с парашютом тоже.
И что? Ничего! Каждый раз передо мной маячила все та же земля и все та же Москва. Видимо, в других мирах я персона нон-грата. Знакомые только снисходительно крутили пальцами у виска, глядя на мои чудачества, да изредка предлагали визитки знакомых психологов. Где это видано, чтобы молодая красивая девушка вместо свиданий книжки читала?
Нужны мне эти свидания, как собаке пятая нога. Что я там не видела? Пришли, поели, попили, ответили на стандартные анкетные вопросы, а дальше в кровать. Он в свою, я в свою. Он — зализывать оскорбленное самолюбие и залечивать синяк под глазом, а я — костяшки пальцев на правой руке лечить. Я вам не девочка пощечины раздавать, отказ должен быть весомым, основательным и надолго запоминающимся.
Вот и сейчас держу в руках раскрытую книгу, где очередной "попаданец" размазывает тонким слоем своих недругов по магическому миру. Меня бы туда, вот я бы им всем показала: и недругам и другам. Последним на всякий случай.
Надо успеть дочитать до офиса, а то кушать на что-то надо, следовательно, работать придется.
От метро идти минут пятнадцать, должна успеть, как раз развязка истории началась. Светофор. Зебра. Развитое периферическое зрение это хорошо, можно на действительность меньше отвлекаться. Дорога. Тротуар. Работяги в оранжевых касках. А чего это у них лица такие вытянутые?
Я оторвалась от книги только для того, чтобы осознать — земля под моими ногами кончилась, и начался свободный полет в никуда. Кажется, на этот раз переход в мир иной мне обеспечен. Только в тот, что на глубине два метра под землей и зеленым газончиком. Когда же в этом городе сначала будут ограждения ставить, а уже потом рыть ямыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыы?
О, сознание, привет. Рада, что ты вернулось, а то чувствуешь себя полной идиоткой, разговаривая сама с собой. Не сейчас, а тогда, когда тебя не было. Сейчас, говоришь, тоже не очень нормально? Тоже мне умница нашлась, это не по твоей части. Ты давай мозг пни, чтобы он глаза открыл. Страсть, как хочется узнать, закопали меня уже или только отпевают. Хотя, отпевай не отпевай, таких, как я еще осиновым колом протыкать надо для верности. У меня, знаете, сколько дел незавершенных? Копатели опять же. Я им из этой ямы братскую могилку устрою. А что? Место престижное, практически в центре Москвы. Им еще позавидуют!
Ура, мозг заработал, тело ощущается. Не болит. Вот это уже настораживает. Что за фигня? Почему я все вижу в розово-фиолетовом цвете? Очевидно, голова пострадала. Я не против фиолетовых тонов, но зеленый и голубой все же привычнее. Да еще все качается перед глазами. Странно, ладно бы кружилось, а тут вверх вниз.
К рукам вернулась чувствительность, они ощупали шершавую поверхность, на которой я распласталась, в дырочку и в прожилочку. Поковыряла ногтем. Из поверхности выползла капелька темной жидкости, тут же заполняя получившуюся ямку. Дела… Видимо, меня все-таки глубоко и благополучно закопали. Значит, это мой персональный ад. На рай с моим характером рассчитывать не приходиться.
Если это загробная жизнь, то что тут делают мои вещи? Вон книжка валяется неподалеку и сумка рядышком развалилась, явив миру свое содержимое. Одежда та же самая: узкие брюки, блузка и туфли на шпильке. Уууу, мозг, да ты жираф! У меня получилось! Я в самом настоящем другом мире! Есть вариант, что мне это все снится, но тогда, аревидерчи врачи, из комы я выходить не собираюсь! Сбылась мечта идиотки, о чем я оповестила мир, заорав во всю мощь своих легких и станцевав ледку-енку.
Поверхность под моими каблуками упруго прогибалась и покачивалась. Особого вреда я ей не принесла, дырочки оставленные шпильками довольно быстро заполнились темной жидкостью и стали почти незаметны. Мечта-то сбылась, вот только мир мне выдали какой-то непонятный: больше всего место походило на переплетение огромных веток еще более огромных деревьев. Неба не было видно ни клочка, везде царил розово-фиолетовый сумрак. Я приземлилась на относительно небольшое свободное от зарослей гибких тонких ростков кустарника (?) место. Ветра не было, но вся флора (?) пребывала в постоянном движении, слабо и ритмично покачиваясь. Иногда по зарослям прокатывались волны, и тогда ветви кустарника извивались, как большие уродливые червяки. Я их не боюсь, но что-то противное в этом было. Верхушки ростков кустарника венчали большие крупные цветы черного цвета в продольную розовую полосочку. Мда, сюда бы представителей эмо, вот бы порадовались.
Какофонию звуков терзающих мои бедные уши я даже не берусь описать. Чья глотка может издавать такое, я все равно узнаю рано или поздно раз тут очутилась. Главное, чтобы к этой глотке не прилагались зубы и когти, а если и прилагались, то подальше от меня.
Продираясь через заросли, я все ждала, когда появится хоть одна живая душа. На крайний случай подойдет мертвая, книжки неплохо подковали меня на счет нежити. Кто бы тут ни присутствовал — я с ними договорюсь. Наличие существ я ощущала: между размеренными движениями зарослей проскальзывало выбивающее из ритма шевеление. Кто-то или что-то азартно наматывало круги вокруг меня. Не страшно, но нервирует. Вдруг это утренняя пробежка для аппетита перед завтраком со мной в качестве основного блюда. Как бы ни пришлось удирать.
Воспользовавшись дельным советом, я избавила свои ноги шпилек и зажала их в руке. Для защиты вполне сойдет, каблуки острые, со стальными набойками. Иногда я думаю, что такие туфли изначально задумывались, как особо изощренное оружие. Только мужчина может считать, что они подчеркивают красоту наших ног. Сами бы поносили!
Заросли кончились, и я чуть было не совершила второй за это утро полет. Поверхность закончилась обрывом, плавно уходящим вниз. Насколько хватало взгляда, там было нечто похожее на то, куда я приземлилась. Разнообразной формы площадки с цветущим кустарником, соединенные длинными гибкими переходами. Похоже, это действительно громадные деревья! Кое-где ветви-переходы были связаны чем-то похожим на лианы воедино. "Цивилизация!" — екнуло сердце. Один из таких переходов как раз начинался на высоте около метра над моей головой. И как я туда заберусь? В школе брусья только на троечку сдавала, а это когда было.
Знаете…
Черт с ними с брусьями!!!
На переходе висело вниз головой и обхватив ногами ствол Нечто. Ромбовидные фиолетовые с черной щелкой зрачка глаза находились как раз напротив больших круглых и выпученных моих. Розовые с рыжиной волосы, заплетенные в множество мелких косичек заканчивались возле моих босых ступней. Бледная синеватая кожа, очень развитая мускулатура торса, узкое лицо, тонкие губы. Это что — местные эльфы?! Взаимный осмотр продолжался: клыки… три пары… Оно плотоядное… Я сглотнула и попятилась назад. Вернее он, потому как его набедренная повязка, повинуясь закону притяжения, сместилась в район талии. "Размножаются они явно не почкованием!" — вынес свой вердикт вконец обалдевший мозг. Глаза коренного аборигена этого мира выражали любопытство или гастрономический интерес, кто их этих аборигенов разберет.
Обнаженные клыки, наверное, стоило считать улыбкой или они так здороваются? Я была готова поверить, что существо не агрессивное, когда до моей руки что-то дотронулось. Холодная и склизкая дрянь обвила мое запястье и скользнуло вверх по руке. Повинуясь рефлексам, я схватила эту гадость и дернула со всей силы на себя.
Существо дико заверещало, и неловко кувыркнувшись в воздухе, приземлилось на четвереньки рядом со мной, вытаскивая из моих, разом ослабевших рук, свой хвост с рыжей кисточкой на конце.
Господи, если ты меня слышишь, верни назад, я никогда больше не буду читать фэнтези. Честно!!! Существо выпрямилось и стало выше меня на две головы. Куда мне с моими метр шестьдесят семь роста против такой жердины тягаться?! "Два двадцать примерно…" — продолжал фиксировать физические параметры аборигена мозг. Нашел чем заниматься, лучше думай, как валить отсюда. Отчего-то близкого знакомства с этими недоделанными эльфами мне не хотелось. Особенно теперь, кто знает, может у них попытка насильной конфискации хвоста смертельным оскорблением считается!
Я попыталась ломануться обратно в заросли, но путь уже преградили еще двое близнецов первого существа, вооруженные копьями с каменными грубо обработанными наконечниками. Синюшные тела вновь прибывших красавцев были расписаны простыми геометрическими узорами. Уши, вполне себе округлые, были унизаны костяными серьгами.
Аборигены что-то прогнусавили друг другу. Все трое неласково посмотрели на меня и стали сжимать кольцо, не оставляя возможности для бегства. Хвосты аборигенов раздраженно хлестами по бокам. Говорила мне мама не брать всякую пакость в руки, а я тут неизвестно за что хватаюсь, мало ли куда этот хвост запихивали?!
Набедренные повязки, копья, костяные серьги, а где магия, драконы, волшебный меч и супер способности, наконец?! Это не сказка получается, а какой-то учебник по древней истории. Ну, почему всем достается нормальный другой мир, а мне каких-то неандертальцев подсунули?! Осталось только по голове и в пеще…
В ней самой я и очнулась. Ну, или в дупле, если это все-таки деревья. Никто о моем удобстве не позаботился, тело просто кинули на кучу круглых разноцветных и ужасно твердых шаров. Недалеко валялась туша кого-то животного, в овальных емкостях плескалась жидкость. Прекрасно, меня занесли в питательный рацион, вот только почему к овощам причислили?
Овощи, потревоженные моими телодвижениями, разложились в многоножек и принялись разбегаться по помещению. От такого зрелища плотный завтрак усиленно работая локтями начал пробираться наружу, но портить продуктовый склад я не стала. С опаской понюхав жидкость в емкостях, я пришла к выводу, что пить можно. Какая разница от чего умирать — жажды или последствий употребления неизвестных веществ. От последних, может, и быстрее и приятнее будет. Выбраться из этой древней истории мне, видимо, не светит.
Помещение было круглым и не большим, дверь из переплетных веток знакомого кустарника преграждала путь, не давая разноцветным белковым продуктам с ножками выбежать наружу. На приемы тайского бокса она рассчитана не была, а потому разлетелась на составляющие от одного удара. Я была зла и планировала показать этим синим гадам все преимущества цивилизации.
Аборигены в шоке уставились на меня, не предпринимая никаких действий. Еда впервые на их памяти вела себя так нагло. Обведя кучкующихся возле моей сумки неандертальцев мрачным взглядом, я вырвала из рук девчонки одну из своих туфель. Та попыталась сопротивляться, но быстро замолкла под грозным взглядом. Все ждали развития событий.
Вторая лакированная лодочка находилась у более взрослой женщины, которая своими когтями царапала и собиралась попробовать ее зуб. Мои туфли, за которые я отдала семь штук?! Да я тебя саму на туфли для плаксивых подростков пущу.
Разворот, удар пришелся точно по руке тетки, туфля описала параболу и ткнувшись острым каблуком в лоб какого-то неандертальца очутилась на полу. Через пару секунд она воссоединилась со своей парой на моих ногах. Бедняга потирал шишку на лбу, а тетка полезла обниматься с одним из существ мужского пола, что-то шушукая ему на ухо и тыкая в меня пальцем. Ага, вежливости их не учили, сейчас начнем!
Абориген, дослушав женщину, нахмурил свои темно лиловые брови и двинулся на меня. Женщину бить собрались, ну-ну! Я оскалилась в лучших традициях чеширского кота. Абориген повторил мою ухмылку, вышло у него более впечатляюще. Остальные существа тут же образовали вокруг нас свободное пространство, с интересом наблюдая за тем, как строптивую еду, то есть меня, прибьют. Разбежались. Церемониться с ним я не стала. Если наша анатомия более менее совпадает, то… Анатомия совпала — абориген скорчился в моих ногах, зажимая свою самую бесценную часть тела. Да-да, знаю: злая, жестокая и все такое, но надо же доказать свою разумность, пусть даже такими методами. Сомневаюсь, что местные животные знают такие подлые приемы, иначе все неандертальцы ходили бы в каменных трусах, а не в набедренных повязках.
Присутствующие пораженно выдохнули и заулюлюкали, но расходиться не собирались. Без понятия, что означает такое выражение эмоций. Откуда-то протиснулись новые действующие лица. Мой здешний первый встречный и двое тех, помогал меня загонять. Или это не они? А, черт их разберет — все на одно лицо.
Первый встречный издал пару звуков и получил порцию гомона в ответ. Посмотрел на меня и вошел в круг, позаимствовав у товарищей копье. Мне, конечно, такого одолжения никто не сделал. Действие приобретало серьезный оборот, придется забыть о том, что я слабое и беззащитное существо. Дождавшись первой атаки копьем, я перехватила его, и использовав как опору живот аборигена, куда уткнулась ногой в стальной шпильке, вырвала доисторическое оружие. Мужчина пошатнулся и выпустил копье, с удивлением таращась то на свои руки, то на меня. Отшвырнув в сторону ненужную палку (все равно пользоваться не умею), я перешла к атаке, нанеся несколько быстрых ударов по корпусу. Вот это мышцы — кулаками не пробить! Придется по-другому, подпрыгнув, я нанесла сильный удар ногой туда, где у человека располагается солнечное сплетение. Не помогло…
У них что, одно уязвимое место? Туда я и направила следующий выпад, но существо успело подставить руки и схватить меня за ногу — когти чувствительно царапнули кожу. Вот гад, быстро учится! Крутанувшись в воздухе, я освободила свою пострадавшую конечность. Местный зарычал и попытался схватить меня за шею. Ага, мечтай, увернувшись, я снова подпрыгнула и ударила открытыми ладонями по ушам. Абориген ошалело затряс головой — толпа ахнула.
Не нравится? Погоди, я еще не то умею. Следующий удар в промежность все-таки достиг своей цели, но неандерталец даже не подумал упасть! Растянувшись в мощном прыжке, он нанес мне удар головой в грудь. Как же больно! Хоть одно ребро целым осталось? Ладно, орать будем потом. Воспользовавшись случайно образовавшимся преимуществом в высоте, я долбанула лбом по носу аборигена. Хлынула густая синяя кровь. Великолепно, нарвалась на местного принца, а может они тут все голубых кровей?
Увидев кровь, мужчина сузил глаза и вдруг очутился рядом со мной с занесенной для удара рукой. Если он так дальше будет двигаться, то разделает меня к вящей радости остальных, оскорбленных и униженных мной. Увернуться я не успевала, разве что смягчить удар. Его когти прошли по косой, разрывая блузку и распарывая кожу. Черт, да у него под ногтями столько бактерий, что я заражение крови подхвачу или еще что похуже.
Господи, о чем я думаю?! Меня тут убивают, между прочим. Э, убивали. Абориген стоял с опущенными руками и удивленно пялился на мою грудь. Знаю, что не Памела Андерсон, и местным полуголым манекенщицам в подметки не гожусь, но это не повод смотреть на меня так, будто я ущербная какая-то. Хорошо хоть белье не порвал, урод когтистый. Толпа заголосила и стала тыкать в меня пальцами, абориген совсем по-человечески озадаченно почесал голову. В чем дело? Я не понимаю! Одна из женщин подошла ко мне, потрогала короткий ежик волос на моей голове, попыталась полапать грудь, за что немедленно получила по рукам. Кажется, до меня дошло, они посчитали меня за неизвестный вид животного мужского пола. С моим первым размером да свободной блузкой — это было немудрено.
Оскорбленная до глубины души я длинно и витиевато выругалась, чем привела аборигенов в состояние близкое к экстазу. Надо сказать, что до этого момента я не произнесла ни слова. Местные собрались вокруг меня, кто-то попытался влезть своими пальцами мне в рот. Он хотя бы руки помыл! Я клацнула зубами в опасной близости от его пальцев, хвостатый сообразил, что его попытка более тесного знакомства может плохо закончится и отдернул руку. Меня передернуло. Придется применить освоенную тактику, чтобы выбраться из центра внимания, иначе меня стошнит от их запаха. Когда они в последний раз мылись?
Наступая на ноги и раздавая тычки локтями, я пробралась к выходу из дупла. Подобрала свою сумку и устроилась снаружи, пытаясь привести свое тело в относительный порядок. Кровь удалось оттереть влажными салфетками, но вот что делать с царапинами, ума не приложу. Остатки разорванной блузки я стянула узлом под грудью. Шпильки, как особо ценную вещь, убрала в сумку и села на нее, затягиваясь сигаретой. Одна пачка. Не густо. Придется бросить. Вернусь, запатентую новую методику отказа от вредной привычки. Знала бы, пару блоков прихватила.
Аборигены, рассевшиеся напротив меня, с интересом наблюдали за моими действиям, сопровождая их различными односложными комментариями. Ага, нашли бесплатное развлечение. Интересно, что их привело в такое мирное настроение, неужели великий и могучий русский матерный? Возможно. Слушая наши словесные экзерсисы, почти все иностранцы кипятком писают и белеют от зависти. У них-то фак на факе сидит и факом погоняет.
Дым от сигареты достиг носов неандертальцев, которые тут же зашлись в кашле, некоторые отчаянно зачихали. Понимаю, нелегко вам дается познание плодов цивилизации, у вас тут воздух чистый свежий, не испорченный незабываемыми ароматами городского смога, а мне без отравы никак: организм чистым кислородом дышать не может. От толпы отделилась одна фигура — тот самый (про себя я решила называть его Рыжиком за цвет кисточки на хвосте) и ударил меня по рукам, выбивая сигарету.
— Эй, ты чего? — возмутилась я, бросаясь в погоню за вожделенной палочкой здоровья. — Вам не нравится, вот и валите отсюда, что вы ко мне прицепились, как банный лист? Заняться больше нечем? Охота на мамонта, собирательство там, да хоть рыбу идите ловите. Достали вы меня, домой хочу!
— Охэ та ру, — произнес он, снова отбирая сигарету. Кровь с лица абориген уже успел вытереть, щеголяя припухшим носом, что его абсолютно не смущало.
— Угу, поняла, бегу исполнять, мой повелитель! — съязвила я, доставая другую никотиновую палочку из пачки и прикуривая ее.
Абориген посмотрел на меня, на пачку, снова на меня, снова на пачку и быстрым движением выхватил последнюю из моих рук. Мда, наверное, мы не до конца выяснили наши отношения. "Придется продолжить!" — подумала я и засветила ему в глаз.
Безрезультатно. Рыжик перекувыркнулся с места и побежал с пачкой в руке в сторону конца площадки. Твою мать, он же ее сейчас вниз сбросит! Я рысью помчалась за ним в надежде отстоять свое имущество. Толпа заулюлюкала и рванулась за нами вдогонку.
Добравшись до края, абориген раздумал бросать сигареты вниз и свернул налево. Гонки продолжались минут пятнадцать к радости всех присутствующих. Из-за своего роста я сильно уступала ему в скорости, да и не привычно, что земля под ногами качается.
После третьего падения, мне эта беготня надоела. Закинув руки за голову, я осталась лежать там, где упала. Толпа разочарованно вздохнула, но осталась на месте. Рыжик подошел и слегка попинал мое тело ногой. Я отметила наличие когтей и на ногах, но больше всего меня удивил противопоставленный пальцам коготь на пятке. Ясно, почему они так свободно перемещаются по переходам и площадкам.
На пинки я не отреагировала. Какой смысл гоняться за мечтой, если у мечты ноги длиннее? Сигареты рано или поздно все равно закончатся. Так что, начинаю здоровый образ жизни прямо сейчас. Организм меня поддержал, отозвавшись голодным урчанием в желудке. Гм, а трехразовое питание на этом курорте предусмотрено?
Рыжик, услышав непонятный звук, с подозрением посмотрел на меня. Я показала рукой на рот, а потом на живот, впрочем, не особо надеясь на понимание. Оказалась права, абориген свел бровки на переносице, изображая натужную работу мысли. Черт, ну, как же объяснить ему, что мой организм хочет есть?! О!
Перебравшись через толпу, все еще наблюдающую за представлением, я достала из сумки шоколадку. Люблю сладкое и всегда ношу с собой запас на черный день, который сегодня наступил. Неандерталец следовал за мной по пятам, неизвестный предмет в ярко-синей обертке его очень заинтересовал — помимо воли мужчины его непослушный хвост уже был возле заветной Баунти и явно намеревался завладеть ею. Пришлось сунуть под нос неандертальцу кулак. Понял, хвост убрал.
Достав обе половинки из упаковки, одну надкусила сама, а вторую протянула Рыжику. Тот замотал головой и потянул руки к фантику. Как ребенок, честное слово! Пришлось отдать. Мне-то мусор ни к чему. Обнюхав и попробовав на вкус фантик, он вырвал из моей руки батончик и проделал то же самое с ним.
Оказывается, шоколад действительно вреден для здоровья: абориген закашлялся, скривился в гримасе отвращения, шумно задышал и замахал себе в рот руками, после чего с огромной скоростью побежал в дупло. Очевидно запивать "лакомство" водой. Такая же реакция бывает у людей, когда они съедят пару стручков жгучего перца.
От неожиданности я даже рот открыла и недоверчиво посмотрела на Баунти. Надеюсь, за попытку отравления мне ничего не сделают, но душа все равно радовалась неожиданной приятной мести за сигареты, которые в суете благополучно канули в Лету.
Спустя пару минут Рыжик вернулся, неся в руках уже знакомый мне по продуктовому чулану многоногий белковый продукт. Я оказалась права опять — они ЭТО едят! Так, спокойно, сделай вид, что находишься в Тайланде и собираешься кушать местный деликатес, что-то вроде маринованных личинок тутового шелкопряда или жареные яйца муравьев. Желудок, не бунтовать, все обойдется, ты у меня крепкий, закаленный обедами в рабочей столовой, справишься. Я верю в тебя, и в себя тоже. Ага, надо только довести эту директиву до предательски дрожавших коленей.
Аборигены, увидев отчаянно извивающийся обед, поспешили, толкаясь и переругиваясь, в дупло, тоже решили перекусить. Я оглянулась в поисках костра или хотя бы горячего источника воды, как-то же эту гадость надо готовить. Оказалось не надо….
Откусив от живого насекомого кусок, Рыжик, радостно улыбаясь, протянул мне остатки. П…ц! Простите за выражение! Проглоченная недавно шоколадка заверещала и рванулась из моего желудка на волю, но так как в панике она не определилась через какое место ей бежать, я просто свалилась от скрутившего меня спазма на колени и начала икать.
Абориген филосовски пожал плечами и продолжил трапезу, тут из помещения вывалились остальные хвостатые, нагруженные "продуктами" по самые уши, расселись кружком и начали есть. Вид одного неандертальца, поедающего насекомое живьем, я еще могла вынести, но всех вместе — увольте! Моей выдержки хватило только на то, чтобы отползти к краю площадки, дабы не портить аборигенам аппетит, где меня и стошнило. Надеюсь, ничья голова не пострадала от высказанного мнения о местных гастрономических пристрастиях. Нет, если я отсюда вернусь, то не просто не буду читать фэнтези, а сожгу к черту всю свою библиотеку и пепел развею над Москвой.
Через сколько там человек от голода умирает? Через четырнадцать дней? Отлично! Пора начинать присматривать себе тихий укромный уголок. Испугавшись такой мысли, мозг все же выдал одну идею. Дрожащими руками, стараясь не смотреть в сторону пикника на открытом воздухе, я откопала в сумке зажигалку. Да здравствует цивилизация! В качестве дров пригодились кем-то заботливо вынесенные из дупла обломки двери. Сейчас я им явлю чудо природы!
Увы, дрова никак не хотели разгораться, плавились — да, но вот гореть отказывались напрочь! Что за мир такой дурацкий?! Я уже размечталась: добуду огонь, научу аборигенов готовить, найдем металлы, сделаем столовые приборы… Какие приборы?! Если дерево не горит, то какая температура плавления должна быть у местной железной руды, если она в принципе тут есть?!
Отсутствие открытого пламени полностью укладывалось в наспех сработанную теорию: хвостатые проживают на гигантских деревьях, а остальные растения являются организмами-симбионтами. Естественно, данный мир должен иметь защиту против пожара, в качестве которой скорее всего выступала уже знакомая мне многофункциональная черная жидкость.
Чудо временно отменяется, планы окультуривания аборигенов тоже. Буду решать более насущные проблемы моего собственного выживания.
Я поплелась на продуктовый склад, в душе радуясь тому факту, что про меня все забыли. Организм припомнил: кроме многоножек в дупле находилась полуобглоданная туша животного, на вид гораздо более съедобная, чем разноцветные многоножки.
Так и есть, правда, ее размеры уменьшились, но мне хватит. Удивительно, что она заветрилась, но не сгнила. С трудом оторвав кусок сырого мяса, я уговорила себя его прожевать. В детстве питала пристрастие к парной свинине, иногда с солью пожевать — красота, но питаться так постоянно, это уж слишком. Однако, альтернативы, похоже, у меня нет. Овощей и фруктов в кладовой не наблюдается.
В дверь сунул свой любопытный нос Рыжик, увидев, что я нашла чем перекусить, одобрительно произнес пару фраз и умчался куда-то. Моя персона осталась предоставлена сама себе. Решив, что нечего тут сидеть в одиночестве, я оторвала еще немного мяса, не стоит налегать на незнакомые продукты в первый день, и вышла на улицу, пора было провести разведку ближайшей местности. Ну, хотя бы на предмет… кустиков.
Я заняла наблюдательную позицию возле входа в дупло и стала выжидать, внимательно приглядывая за женщинами. Возле самого продуктового хранилища отходов жизнедеятельности не было, что давало слабую надежду на более менее цивилизованное отношение к столь интимному вопросу, как отправление естественных потребностей организма. Едва одна из аборигенок отделялась от основной группы в одиночестве, я тут же бежала за ней и следовала хвостиком, пока это было возможно. Некоторые дамы удалялись по переходам, на которые я ступать опасалась: на офисной работе навыки канатоходца и воздушного акробата приобрести невозможно, потому провожала их до максимально возможной точки и возвращалась назад. Повезло мне раза с шестого: девчушка привела меня на соседнюю, но ниже уровнем, небольшую площадку, где были огорожены низкорослым колючим кустарником несколько "кабинок". Некоторое время я подслушивала и принюхивалась (а как вы еще прикажете проверять догадку — вламываться посреди процесса в дверь?), внимательно осматривала взглядом местность. Здесь все растения были какими-то старыми: поверхность вместо насыщенного фиолетового местами имела бледно серую окраску, кустики выглядели пожухлыми, область крепления площадки к стволу дерева оказалась густо покрыта высохшей черной жидкостью. Ясно, эта зона общественного назначения болеет, поэтому для обитания не очень приспособлена, зато вполне подходит для текущего назначения. Хм, а я причины и следствия не перепутала? Пока размышляла, девушка выбралась из кабинки, освободив для моего организма, переполненного жидкостью, вожделенное пространство. Ну, что можно сказать: живая изгородь привела меня к тесной комнатке в стволе дерева, а дальше… деревенские удобства представляете? Примерно тоже самое — дыра. Я валяюсь! В смысле не здесь на полу, это выражение эмоций такое.
Остаток местного дня я потратила на изучение имеющихся в моем распоряжении вещей и составление великих планов. Да не захвата этой милой чудесной планетки, а на ближайшие пару недель. Для такого необремененного обязательствами индивидуума, как я, это был труд поистине колоссальных объемов. Обычно плывешь по бурному течению московской жизни и ус не дуешь, а тут река пересохла, оставив рыбку, то бишь меня, хватать жабрами воздух.
Обычная среднестатистическая женщина имеет в своем шкафу несколько предметов с ручками, куда можно складировать вещи на постоянное и временное хранение. Размер этих предметов варьируется от маленького, куда поместятся только губная помада и зеркальцо, до огромного. В последние можно влезть по пояс и самозабвенно копаться до потери сознания в поисках очень нужной прямо сейчас штучки, которая по вселенскому закону подлости находится на самом дне изделия. Вы еще не поняли о чем я? О дамских сумочках конечно же!
Как и у любой уважающей себя женщины — в моей сумке бардак. Никогда не думала, что возблагодарю Бога за ту кучу ненужных вещей, которые там находятся, но такой день настал. Сегодня. Итак, давайте посмотрим, что носит с собой женщина (мне самой жутко интересно!):
— косметичка (содержимое перечислять не буду),
— маникюрный набор (ура, ногти грызть не придется!),
— бумажные платки (куда же без них, мало ли всплакнуть придется),
— батарейки (в этом мире придумать им применение будет невероятно сложно),
— мобильный телефон (еще более бесполезная здесь вещь!),
— небольшой набор экстренных таблеток от головы, живота и т. д. (точно пригодиться, с первого взгляда видно, что с медициной здесь туго),
— фентезийная книжка (сойдет за букварь, буду нести просвещение в массы),
— резинка для волос (на какое место, у меня же стрижка под дворового бобика!),
— иголки и нитки (а рулон ткани случайно не завалялся… жалко, ну ничего, кожу я тоже люблю носить),
— чистое сменное белье и носки (о, это же с прошлой полугодовой давности командировки осталось),
— сухарики (настолько древние, что передают пламенный привет стоматологу),
— полпачки заварного кофе (жаль, кофеварки нет, ну что мне стоило взять ее на работу!),
— сигаре… пустая пачка, как же хочется курить!!!
— уже упомянутая зажигалка, записная книжка с ручкой, ключи и гвоздь, ржавый и загнутый.
Собрав изученные вещички обратно в сумку, я стала тупить. Знаете, такое состояние, когда таращишься в никуда широко раскрытыми глазами, в голове пусто, ударишь — зазвенит не хуже колокола. Вроде бы бесполезное состояние, но именно в это время рождаются гениальные (или не очень) идеи. Те самые, от которых можно выскочить из ванны с криком "Эврика", а потом обнаружить, что ты голый перед толпой людей!
Ух ты! Этот возглас у меня вызвали крупные светящиеся шарики размером с половину ладони. Розовые естественно. Мда. Все зародыши гениальных идей тут же вылетели из головы. Местных светлячков было очень много. Они непрестанно кружились в своем необычном танце, гипнотизируя завораживающими движениями. А это лучше чем на огонь смотреть!
Долго любоваться необычным зрелищем мне не дали. Со стороны одного из переходов кто-то приближался, распугивая стаи насекомых. Рыжик! Он что тут забыл? Я на всех аборигенов немного обиделась: сами ушли, а меня одну оставили. Не то чтобы я стадное животное, но первая ночь в незнакомом мире… Неуютно все же. Рыжик добрался до меня и развопился. Я тоже. Не позволю какому-то хомо-несапиенс мне рот затыкать! В итоге мы опять едва не подрались, но неандерталец банально перекинул меня через плечо и внес в кладовку. Дверь он закрыл. С обратной стороны. Можно и эту раздолбать, но вдруг чинить заставят? К тому же один предмет моих наблюдений и вожделений успел влететь в комнату. Слежка за бледно розовым порхающим огоньком хорошо способствовала засыпанию. Отсутствие одеяла, матраса и прочих постельных удобств мне не помешало — сказался стресс, и через несколько минут я крепко заснула.
Ненавижу утро! Ненавижу людей по утрам. Особенно ненавижу людей с розовыми волосами и синей кожей! Честное слово, если эта орава сейчас не заткнется — я устрою геноцид! Глаза открыть все-таки пришлось, потому что обнаглевшая малышня пыталась отодрать мне веки и запихивала палки в нос! Современные инстинкты требовали своего: сигарету, умыться, сигарету, завтрак, сигарету и кофе. Ни сигарет, ни кофе в меню пятизвездочной гостиницы, куда меня определил Рыжик, не было. Ладно, побегаем, авось адреналин за никотин сойдет.
Пятнадцать кругов, двадцать, двадцать пять… Да я в отличной форме! Не знаю, чем неандертальцам понравилось мое занятие, но круги я наматывала со свитой. С неизменным Рыжиком во главе. Все, пора заканчивать — коленки дрожат! Я резко затормозила. Опрометчивый поступок! Сначала меня снес Рыжик, а сверху навалилась еще парочка туш под центнер весом. Запах их тел моментально забил мне ноздри. Хорофо, фто я не позафтракала! Дыфать пфофто несем! Особенно, если лежать уткнувшись носом в чью-то подмышку! Какая гаааадость!
В книжках герой запросто выбирается из под такой кучи малы. Враки от первой до последней буквы! На деле все обстоит не так. Пока верхние не слезут, нижнему даже трепыхаться не стоит! Местные ребята веселые и если шутка удалась, то они любят повторять ее по несколько раз. Это заняло верхние строчки утреннего хит парада, его повторили на бис четыре или пять раз. Идиоты! Я же не татами! На шестой раз меня бы точно в блин раскатали бы, но я успела откатиться и вся радость от встречи со стокилограммовыми телами досталась непосредственно Рыжику. Несмотря на помятые ребра, я героически мерзко хихикала, изредка сдавленно охая. Где же тут геройство? А вы сами попробуйте посмеяться, когда у вас косточки или мышцы живота болят! Моя рыжая тень подошла ко мне. В его глазах читался вопрос "тебе не понравилось"? Нет, блин, в восторге!
Проблему с умыванием я решила просто: вытащила из кладовой местный аналог тазика с водой и вперед. Заодно поняла, как они чистят зубы — никак! После первого глотка воды кислотно-щелочной баланс пришел в норму! Орбит нервно курит в сторонке — с такой водичкой никакие кариозные монстры не страшны! Сбылась мечта всех детей земли от двух до десяти — долой пасту и щетки! Пока я умывалась, несносный абориген трещал без умолку и порывался отобрать у меня емкость с водой. За что был бит, но попыток своих не оставил. Наконец, до моего сонного, а потому работающего на полпроцента мозга дошло что, активная жестикуляция это попытка мне что-то объяснить.
Следующие пять минут я соображала, куда этот неандерталец меня посылает. Выходило что вверх, где есть емкость с большим количеством воды, где все моются. Джакузи что-ли? Мозг, закрой рот, не позорь меня! Какое джакузи в мире без электричества?! Ошибку понял, осознал? Отлично! Спи дальше и без тебя неплохо справляюсь!
В то время, как я переругивалась с бездействующим комком собственных нервных клеток, Рыжик исследовал использованную воду. Осмотр, обнюх и опроб его не устроил. Абориген, отплевавшись от волос (ну да, голову я успела прополоскать тоже), закатил глаза и пнул несчастный тазик. А то сразу было непонятно, что вода больше ни для чего не пригодна! И не надо на меня так укоряюще пялиться. Я все равно не знаю, что такое чувство вины!
Рыжик всучил опустевшую емкость мне в руки и вывел к переходу на соседнюю площадку. Длинному, тонкому. Что дальше? Я замерла на краю с твердым намерением — ни шагу вперед. За кого он меня принимает?! За горного козла? Разве моя голова за ночь костяным украшением обзавелась? Тем не менее, Рыжик сделал приглашающий жест "вперед мол". Не-а, я поджала губы и помотала головой. Он повторил приглашение. Я — отказ. На третий раз абориген вступил на ветви, тут же прогнувшиеся под его весом, и отошел на пару шагов вперед. Хитро посмотрел на меня и, покопавшись где-то сзади, достал…СИГАРЕТУ!!! Это нечестно и подло, я со вчерашнего дня не курила!
Мозг прыгал по черепной коробке, вопя во всю глотку: "Хочу, хочу, дай, дай, дай!". Ни за что! Пусть собачек в цирке дрессирует, а я человек. Мозг не смей! Кому сказала — не смей! Напоминаю, человек — это звучит гордо! А какая гордость может быть в ползании по переходу на четвереньках и с тазиком на голове!
Люди, бросайте свои дурные привычки, они не доводят до добра даже в другом мире. Меня вон до чего довели: больше половины пути проползла, да еще как резво! Рыжее чудовище покатывалось со смеха, всхлипывая и держась за живот. Убью, наверняка, и всех остальных тоже. У аборигенов нюх на развлечения. Собрались по обе стороны перехода и ржут. Ну, ничего я вам всем покажу! Сейчас только доберусь до того края, покурю и покажу. Что именно мозг собрался им показать, он не уточнил. Не придумал еще, наверное, занят бедняга. Попробуйте покоординируйте одновременное движение четырех конечностей, когда с детства на двух ходишь, а еще сигарету держать в поле зрения надо. Вдруг этот ирод ее выкинет, тогда все труды будут напрасны!
Это хорошо, что глаза делом заняты — вниз не смотрят. Зачем я об этом вспомнила, а?! Не надо смотреть вниз, ради всех святых, поздно. Аааааааааааааааааа! Мое тело приняло полностью горизонтальное положение и намертво приклеилось к переходу. Рыжик сообразил, что дальше меня никакими соблазнами и посулами с места не сдвинуть. Я даже глаза не открывала. Нью-йоркские небоскребы пылью рассыпятся от зависти, если узнают высоту местной флоры!
Неандерталец все-таки умудрился оторвать меня от веток и поставить на ноги. Я тут же вцепилась в него как клещ. Даже неприятный запах не волновал в тот момент. Мало кому удавалось добиться от меня таких жарких объятий, а тут на второй день знакомства и добровольно! Мужчина посопел-посопел, да и закинул меня к себе на спину. Помните сцену из "Сумерек", где Эдвард несет Беллу на спине? То же самое. За исключением того, что никакого удовольствия такой способ передвижения не доставляет. Страшно до икоты! Мои ноги обвивали талию аборигена, руки — его шею, а зубы вцепились в волосы. Для верности! Но орать я все равно умудрялась, насколько это было возможно.
Рыжик передвигался по переходам с невероятной быстротой, я едва успевала понять в какую сторону мы движемся, как направление стремительно менялось. В себя прийти мне удалось только на берегу самого настоящего озера! Огромная площадка с чашеобразным углублением посередине, заполненным темной водой в которой отражались все те же деревья и те же площадки, но несколькими уровнями выше! Конечно же и здесь преобладали преимущественно розовые оттенки. У меня на этот цвет скоро аллергия будет. Интересно, какое солнце и какие атмосферные газы могут давать этот цвет? По берегу росли разнообразные кустарники, разделенные дорожками и расчищенными полянками. То здесь, то там раздавались крики и шныряли местные. Популярное местечко.
Рыжик уже вовсю плескался на мелководье. Пора последовать его примеру. Раздевшись до нижнего белья, с разбега нырнула в воду. Несколько мощных гребков и берег с неандертальцем уже далеко. Вода была пресная и тяжелая. Изобразить из себя ленивую морскую звезду не получится. Однако, далековато я заплыла, конечно, акул тут не водится…, но почему я решила, что их аналогов тоже? Господи, если ты меня сюда заслал, то выдал бы хоть инструкцию "Другой мир для чайников" что ли!
Несмотря на то, что плавников около меня не наблюдалось, обратный путь был проделан с рекордной скоростью. Прямо хоть сейчас можно на олимпийские игры отправляться, ага. Рыжик с вытаращенными глазами смотрел на мое появление. Поверьте, его отнюдь не мое тело впечатлило. Пара жестов, копирующих кроль, и я поняла — он не умеет плавать, остальные вероятно тоже. Сделав вид, что совершенно не понимаю его движений, я нарвала свежей листвы и развалилась на земле — не загорать, так лениться.
Местный не отстал, он требовал научить его плавать. Я его пыталась игнорировать. Почему пыталась? А вы попробуйте не обращать внимания на голого двухметрового мужчину! Набедренную повязку он аккуратно постирал и развесил на кустиках. Поводом для моего нежелания обучать неандертальца плаванию стало отсутствие обещанной сигареты. Я обыскала все кусты, но пачку так и не нашла. Где этот…гм, ее прячет!
Рыжик понял, что ничего путного от меня не добьется, и развалился на берегу рядом со мной. Принялся с интересом разглядывать меня. За просмотр денег не берут, не жалко. В конце концов его тоже понять можно — мое тело хоть и похоже на их, но другое.
Сначала несмело, а потом все увереннее он принялся за самообразование. Пару раз получил по рукам, у нас все-таки не урок начального сексуального воспитания идет, сориентировался и больше не покушался на запретные места. Кстати, я была права, мыться им нужно чаще. После купания Рыжик просто благоухал, по сравнению с утром и вчерашним днем.
Минут через десять он перевернул меня на спину и вдруг заорал, чем в очередной раз перепугал меня. Что там такого страшного? Абориген быстро оседлал меня, одной рукой прижал мою голову к земле, а второй принялся ковыряться в моей спине! Больно, черт возьми! Я вертелась, брыкалась, но бесполезно. Воспользовавшись моим замешательством этот гад занял изначально выгодную позицию. Чтобы он не делал, у него, судя по сдавленному шипению и коротким отрывистым словам, ничего не получалось. Еще бы получилось при таком родео! Что за раскопки он проводит в моей лопатке, врач доисторический? А обезболивание? А когти простерилизовать? А бинт антисепческий? У меня, между прочим, у прививки от столбняка срок годности истек. Лет пять назад, но это не важно, по закону подлости укол может понадобиться именно сейчас! Терпение у Рыжика закончилось быстро. Кулак висок отключает и боль и сознание. Два в одном, почти как "Солпадеин"*.
Придя в себя, я первым делом проверила наличие и состояние всех частей тела, потом обстановку. Ни тело, ни озеро ни абориген никуда не делись и не пострадали. Он увидел, что я вернулась из вынужденного путешествия обратно на землю, и подошел ко мне, предусмотрительно выдерживая дистанцию. И правильно: какие разговоры и объяснения могут быть после такого? Я их все равно не пойму! Значит око за око… Впрочем, назидательный урок для развивающегося народа пришлось отложить — Рыжик предъявил мне нанизанное на палочку истерично сучащее ножками насекомое с раздувшимся от обжорства брюхом. Вывод напрашивается сам собой. Ничего себе у них тут комарики! Эта тварь меня поела! Осталось только выяснить насколько серьезные повреждения успела нанести. Спина чесалась немилосердно. Дотянувшись, поскребла лопатку. Что это? На том месте, где раньше была гладкая кожа, красовался грубый крошащийся нашлепок непонятного вещества. Я мутирую?! Дайте мне зеркало! Два! Я хочу знать чешуя это или крылья! Даже спросить не у кого, Рыжик не в счет.
— Рамне осо! — со значением произнес нелюдь, выбрасывая насекомое. Еще бы мне кто перевел значение этой фразы. Проблему с языковым барьером надо решать как можно быстрее. Их язык выучить или великий и могучий нести в массы? По моему, сугубо индивидуальному мнению, легче научить всех остальных русскому, чем нас иностранному. Ну, не всех. Хорошо, некоторых. Ладно-ладно, я про себя говорю!
Продолжить наше приятное, но бесполезное ничегонеделание нам не дали. Внеземная идиллия была грубо нарушена вторжением нескольких баранов из нашего с Рыжиком стада. Поговорив с ними о чем-то своем неандертальском, он бросил мне тазик и жестом велел наполнить его водой из озера. Понятно, почему он так расстроился из-за запаса жидкости, испорченного моими утренними процедурами. Если бы я воду с таким трудом добывала, то тоже бы озверела. Надо будет подумать на досуге о водопроводе. Мозг тут же отреагировал картинкой: соединенные черной древесной смолой полые трубки. Повинуясь закону сообщающихся сосудов и силе притяжения, вода должна была потечь вниз с небольшим напором. Осталось только обучить аборигенов основам физики, механики и реализовать все это. Делов — то, раз плюнуть!
Выбрав соседний заход в воду, я наполнила тазик до краев и выволокла его на сушу. Тяжелый зараза! Так, а как его нести!!! Пришлось вежливо пнуть одного из хвостатых и привлечь его драгоценное внимание к проблеме. Мужчина фыркнул, вытянул центральную ручку емкости до предела вверх и тазик сложился в пузырь, который абориген и подхватил своим хвостом. Тут кто-то что-то говорил о физике и механике?! Надо будет разобрать на досуге это изделие, глядишь, сама чему-нибудь научусь или хотя бы вспомню!
Случай подвернулся не так быстро, как я ожидала. Дело в том, что на третий день моего пребывания в эмо раю меня настигли последствия употребления незнакомых веществ в качестве пищи. Ага, те самые. Просто классика жанра. Успел добежать до двери, можешь отбивать земные поклоны в качестве благодарности, чтобы в следующий раз не опозориться. Таким образом, к страданиям моего желудка добавилась боль от перетружденных беготней мышц. Только в книжках герои-попаданцы, привычные к жареной генномодифицированной картошке с куском клонированной хрюшки, поглощают чистый натуральный продукт без всякого вреда для организма. Ерунда! Так не бывает, ответственно заявляю, прочувствовав все непосредственно на своей шкуре. Бывает, что герои в книгах мучаются несварением, но как правило, местные. Создается впечатление, что все попаданцы, как один, обладают нереально крепким желудком способным переваривать гвозди из легированной стали. Я про свой также думала. Очевидно, в московские строительные принадлежности стали не докладывают.
Три дня я провалялась в дальнем углу кладовой, громко жалуясь приходящему меня проведать Рыжику и другим аборигенам стонами и предложениями, в которых приличными были только точки и запятые. Средства современной медицины, принятые при первых признаков недомогания то ли не помогли, то ли нагло перешли на сторону врага, устроившего незапланированную революцию в моем животе. Синекожие удивили меня проявленной заботой: Рыжик таскал мне в чашечке, сделанной из чьего-то черепа водичку густо разбавленную смолой и заставлял пить. Если в первый день у меня глазки закатились только от вида местной кухонной утвари, то на второй день мои органы зрения, наоборот, на лоб вылезли, когда хвостатый мучитель (или благодетель?) собрался меня напоить силой! Когда я в очередной раз пролила всю воду, оттолкнув протянутую когтистую руку помощи с чашкой, Рыжик, недолго думая, сделал большой глоток, но проглатывать не стал и двинулся к моей корчившейся от боли тушке. Догадались, что он задумал? Вот и я тоже! И поставила мировой рекорд для больных, калечных и увечных (на всю голову) по скоростному ползанию. Ну, не хотела я целоваться с неандертальцем даже в лечебных целях под страхом смерти! У него клыков между прочим три пары и ест он черт знает что! Этот гад поймал меня, ухватив за ногу, и прижал к стене. Могу поклясться, что при этом в его лиловых глазах промелькнуло выражение превосходства. Много ли храбрости надо обижать бедную маленькую меня! Тоже мне неизвестный ученик доктора Лектора нашелся. Мозг, это ты произнес "много"? Заткнись! Мои настойчивые уверения, что я буду пить из чашки, только отвали чудовище непарнокопытное, он проигнорировал и мой первый "поцелуй" состоялся.
Когда у тебя зажат нос, а жить хочется, то поневоле рот разинешь! Мозг прекрати проигрывать похоронный марш моей девичьей чести в голове! Мы еще отомстим. Как? Вот и займись делом, придумай, не все же мне за тебя работать! Совершив экзекуцию, Рыжик с удовольствием облизнулся. Вот это лопата! И где он у него во рту помещается? Стопочкой что ли складывает?! Выражение "облизнуться до бровей" обрело смысл и доказательную базу на моих глазах. Я же всеми силами старалась удержать воду в желудке, который больше меня протестовал против такого варварского обращения. Абориген ведь и повторить может, ему, похоже, понравился такой способ лечения.
Удивительно, но через некоторое время стало гораздо легче. На следующий день я выпила все до капли без разговоров. Из чашечки, хотя Рыжик пришел с явным намерением повторить вчерашнюю процедуру. Как бы мне пару семян местной флоры на землю прихватить? На этой древесной смоле, универсальном лекарстве, озолотиться можно! Перед глазами замелькали ровные столбики разноцветных банкнот. Дом, где одна библиотека занимает целый этаж, подписанное заявление об увольнении по собственному желанию… Так, а ну прекращаем мечтать и ностальгировать!
Ты вот лучше скажи мне, мозг, тебе ничего странным не показалось? Исключая, конечно, общую бредовость всей ситуации. Нет? Для чего ты мне, спрашивается, нужен! Только место занимаешь и пару килограммов на весах прибавляешь. Смотри, ты сам понял, что размножаются они, как и люди, естественным путем. Пищащий результат этого процесса будит нас с тобой ежедневно. То, что из этого результата вырастает, мы тоже видим. Недавно близнецы (так я назвала тех двоих, что были с Рыжиком в первый день знакомства) заглядывали. Звали куда-то. Ну? Не дошло еще? Правильно, можешь, когда хочешь! Ни одного старика в обществе неандертальцев не было. Куда они их дели? Съели хотя и в рифму, но вряд ли соответствует действительности. Загнали в специальные резервации, дабы своим маразмом не мешали молодежи развлекаться и строить светлое счастливое будущее? Ой, сомневаюсь. Малая продолжительность жизни? С их-то габаритами, ловкостью и каким никаким, но оружием — не верю. Тогда что? Быть может как в фильме "Машина времени" тут есть еще одна высокоразвитая раса, которая питается моими синекожими друзьями… Худший из вариантов. Как мне все это не нравится. Мало того, что мир доисторический подсунули, так еще и с гнильцой. Это как идешь по территории пятизвездочного отеля на курорте, выходишь за ворота, а напротив бомж сидит — денежку выпрашивает. Сразу как-то тошно на душе становится. Надо будет выяснить этот вопрос.
На четвертый день я решила, что хватит бездельничать, и так не особо напрягаюсь, мозг уже процентов на пятьдесят атрофировался, и явила рано утром свою похудевшую, но вполне здоровую персону обществу. Представьте себе мое удивление, когда я обнаружила ровную цепочку аборигенов нарезающих круги за хвостом с рыжей кисточкой. Челюсть отвалилась. Вместе с головой. Да эти братья черноморцы мечта любого американского полковника. Железная дисциплина! Пока я привинчивала необходимую мне часть тела на место и собирала рассыпавшиеся слова и мысли в кучку, Рыжик подбежал ко мне, обнюхал и скривился. Я понимаю, что не Шанель N 5, но мне тогда при его приближении противогаз одевать надо, а еще лучше в костюм химзащиты запаковаться! Парфюмер, блин!
Без уговоров с моей стороны и дрессировки с его, он посадил меня на спину и отнес на озеро. Где и сгрузил. Прямо в воду в одежде. Помылись, заодно и постирались, ага. Вот черт, второй комплект белья забыла! И как я теперь? Голой? Пред ним? Ними?! И когда эта толпа успела последовать за нами. На берегу, поблескивая любопытными глазками, собрались местные в количестве двадцати штук или около того. Они уселись на корточки полукругом и выжидательно уставились на меня. Чего им всем от моей персоны надо? Стриптиз бесплатный посмотреть?! Ах так, подайте мне сюда виновника этого торжества. Сейчас я ему объясню популярно, что скрывается за фразой "хвост накрутить". После чего оторванную часть тела аборигена Сове из мультфильма экспресс почтой переправлю. Ей как раз шнурок для колокольчика на дверь требуется!
Рыжик стоял по пояс в воде, от нетерпения похлопывая по ней ладошками. Дитё великовозрастное. Я прошла чуть дальше и поманила его за собой, улыбаясь самой невинной улыбкой из своего арсенала. Это мои знакомые и коллеги знали, что когда я так зубы показываю, то ко мне приближаться опасно, даже смотреть в мою сторону нельзя, а еще лучше не думать про меня на всякий случай, но хвостатый был не в курсе и доверчиво зашел в озеро по горло. В воде у меня было преимущество, которым я и собиралась воспользоваться. Плевать, что на берегу двадцать потенциальных свидетелей преступления. Разберусь как — нибудь. Озеро большое, глубокое. Места на всех хватит!
Нырнув, я схватила парня за хвост и резко дернула, вынуждая его погрузиться в воду с головой. Вода хлынула через широко открытый в крике рот Рыжика в легкие. Он запаниковал и попытался выбраться, но я уже крепко обхватила его за шею, притапливая еще глубже. Я не собиралась его убивать, что я маньяк что ли! Так припугнуть немного. Достал он меня хуже горькой редьки, но когда я увидела его испуганные глаза и последние судорожные движения грудной клетки, стало понятно — шутка зашла слишком далеко. Выволокла я его на мелководье все за тот же многострадальный хвост. Теперь я уже сомневалась насчет полезности этой части тела. Рыжик отплевался, резко оттолкнул меня и бросился бежать прочь.
Ну, куда эта рыжая сволочь подевалась?! Его собраться недоуменно пожимали плечами и переглядывались. Сиди тут переживай за него. Чувством вины мучайся. Как ему надо мной издеваться, так ничего, нормально, а как мне над ним, так сразу о справедливости и цивилизованности вспомнили. Гадко-то как. Придется идти извиняться, и как прикажете это делать, если мы друг друга ни черта не понимаем! Растолкав уже поредевших зрителей, я направилась в ту сторону, куда сбежал объект моих мыслей. Минут через десять поисков, я услышала непонятные звуки в прибрежных кустах. Естественно, я туда сунулась. Любопытство не порок, а средство приобретения неприятностей на пятую точку тела. Не в этот раз. В зарослях, стоя на коленях и размазывая по лицу грязь, рыдал Рыжик.
Бог ты мой, плачущий мужчина! Ну какое женское сердце не дрогнет при виде такого зрелища? Мое. Правда, извиниться необходимо. Парень мне нужен: он лучше всех идет на контакт. Я дотронулась до его плеча, абориген дернулся и скинул мою руку. Я присела на корточки перед его лицом, он — отвернулся. Нет, вы только посмотрите на это — я извиняться пришла, а он еще характер свой демонстрирует!
— А ну, прощай меня быстро, кому говорят! — заорала я от избытка чувств. Всхлипывания прекратились. Абориген распрямился во весь свой не маленький рост и не щупленькие плечи. Какой у него нехороший прищур глаз. Ой-ой, кажется, я серьезно нарвалась!
— Эназа ри ту орас! — рявкнул мужчина и стремительно замахнулся. О том, какая у него тяжелая рука, я размышляла уже в воде, куда вылетела, проделав новую просеку в кустах своим телом.
Не зная броду, не суйся в воду. Умный был человек, который изрек эту мысль. В отличие от меня. Что ж я, такая красивая, предполагала, что мне все с рук сходить будет? Тут не цивилизованное общество, где мужчины на женщину не то, что руку, глаза поднять не смеют. Добро пожаловать в реальный другой мир!
Я успела и вещи постирать, и себя в порядок привести. Относительный, конечно. Волосы уже давно дыбом стояли, попытка пригладить их успехом не увенчалась. Одна надежда — отрастут через некоторое время и сами опустятся. Месяцев через шесть. Если я доживу до этого времени. Рыжик все не появлялся. Нельзя быть таким обидчивым, ничего ведь страшного не произошло! За то время, пока я занималась своими делами, мои воображаемые действия при появлении хвостатой ошибки генетики прошли эволюционный путь от "расцелую и отдамся прямо тут" до "зубы повыдергаю, уши поотрываю".
Повторяемая про себя в течение последних пяти минут вторая мантра не помогла. Чуда не произошло. Пришлось признать очевидное: не успев стать полноценным участникам местного общества, я оказалась изгнана из него. Причем за сущую мелочь с моей точки зрения. Свои мысли абориген озвучил, но дискуссии между нами не получилось. Тяжко повздыхав над своей нелегкой попаданской долей, я отправилась вдоль берега шурша зарослями кустарника. Хорошо хоть не крышей. Впрочем, там шуршать уже нечему. Один полусгнивший каркас остался. Вот читаешь книжки, учишься, как надо с эльфийскими принцами общаться, как миры спасать и пророчества исполнять. Льешь слезы над сценами воссоединения влюбленных, разделенных превратностями злодейки-судьбы, а на практике вся голова забита исключительно бытовыми проблемами.
Сгину здесь во цвете лет молодая, образованная, начитанная, и никто добрым словом не помянет. Согласна с тобой, мозг, исключительно матерными крыть будут, но их тоже можно произносить с любовью и нежностью… Ага, к себе любимым, счастливо избавленным от моего общества.
Занятая своими мыслями, я набрела на группку местных. "Не мои", — с ходу определила я и затаилась в кустах. Эти шестеро были как-то синее и выглядели более щуплыми по сравнению с другими неандертальцами. Да и волосы отливали синим, а не розовым. Интересно, а цвет волос, кроме эстетической привлекательности, еще какую-нибудь смысловую нагрузку несет? Положение в обществе определяет или ориентацию… Чувствую себя тайным агентом британской разведки МИ-6, о присутствии которого все прекрасно знают, поэтому общаются на зашифрованном языке. С другой стороны афишировать свое присутствие запрещал внезапно проснувшийся здравый смысл — не все же такими мирными и веселыми могут быть, как Рыжик. Вдруг он и вся его компания просто приятное исключение, в качестве компенсации за все остальное свалившееся на мою голову.
Аборигены расходиться не спешили, наоборот, разговор набирал обороты: громкий смех, активная жестикуляция и пересказ событий в лицах. У них тут встреча выпускников или фанатов футбольного клуба что ли?! Долго мне еще в кустах сидеть, а вдруг меня Рыжик на прежнем месте заждался? Надежды на благополучное разрешение ситуации с ним я еще не потеряла. Эта сволочная дама бальзаковского возраста отравляет жизнь до последнего. Но поздороваться с неандертальцами меня все-таки вынудили: холодные руки, обнявшие меня за талию и хвост, нагло обвивший мою лодыжку.
Из кустов я вылетела, как ошпаренная, оглашая окрестности диким визгом, прямо в объятия синеволосого мужчины, увешанного костяными цацками. Обалдели все. В том числе моргавшие из зарослей знакомые лиловые глаза. Явился, твою мать, не запылился! Нельзя же так пугать — инфаркт будет! У окружающих! А до этого, судя по глазам аборигенов, приобретающих знакомую круглую форму, было не далеко. С трудом оторвав от себя когти любителя украшений, я невинно похлопала глазками, махнула на прощание и потопала в сторону глазастых кустов. Только бы обошлось…
Черт, ну и на что я надеялась?! Синеволосые отошли от ступора и бросились мне наперерез. И почему моя скромная персона вызывает у всех в этом мире такой нездоровый интерес?! Рыжик, почуяв, что меня собираются конфисковать, как контрабандный товар на таможне, вылез из своего укрытия, что-то повелительно рявкнув. Мужчина с украшениями (назову его Медь, для тех, кто не понял — поясняю: раствор медного купороса лазурного цвета, как волосы аборигена) заржал. Остальные его напарники поддержали главаря банды сдержанными смешками. Лица у них были не такие уверенные и довольные. Старые знакомые никак встретились, а чем такие встречи заканчиваются, мы знаем — разбитые носы и фонари под глазом. Надо срочно спрятаться за подходящую мужскую спину. Я даже знаю за чью!
Сей маневр и был незамедлительно проделан. Рыжик сначала его полностью одобрил, но потом, почесав голову, выставил меня вперед. Кто его только хорошим манерам обучал! Ах, да, я сама же и обучала. Вот теперь ясно, насколько неблагодарен труд учителей. Что аборигены, что дети — все копируют как мартышки! Ну ладно, драться, так драться! Я выбрала из своего арсенала самое страшное лицо, нацепила его и встала в боевую стойку. Медь с товарищами осмотрели наш дует, высказались по этому поводу и… снова заржали. Посмотрю я, как они без зубов скалиться будут! Мы с Рыжиком понимающе переглянулись. Он глазами указал мне на Медь и покачал головой. Ясно, к этому красавчику соваться не буду.
В следующий момент до меня дошел весь расклад. Пятеро на одного?! Это что, шутка? Злобное лицо на мне слегка окосело от такой перспективы, а ножки подогнулись. Я, безусловно, благодарна за оказанную мне честь и веру в мои силы, но не чересчур ли это? Додумать мне не дали.
Медь прыгнул на Рыжика, предоставив мне разбираться с остальными. Правильно… первый удар в пах… говорил… сальто назад, чтобы вырваться из кольца… наш тренер… рывок за хвост пальцами другой руки в глаза… что тут думать… подпрыгнуть и с разворота в нос… надо… подпрыгнуть, удар открытыми ладонями по ушам… бить… и снова в пах! Та-дам, зрители аплодируют, аплодируют великолепной мне!
"А ну не шевелиться", — рыкнула я на попытавшегося отползти синеволосого. Что там Рыжик возится? Я обернулась на шевеление. Парни успели основательно потрепать друг друга. Медь, хоть и выглядел щупленьким, но ни в чем не уступал Рыжику. Ладно, пусть мальчики развеятся, а я пока рукоделием займусь. Помнится, в школе нас макраме учили плести. Чтобы мои учебные пособия не разбежались, пришлось их вырубить. Минут через десять я осталась полностью удовлетворена результатом: пятеро моих противников уселись кружком спиной друг к другу, не самостоятельно, с моей безвозмездной помощью. Сложно было — они так и норовили упасть, но я справилась. Гораздо больше сил ушло на плетение сложной объединенной косы их хвостов и волос неандертальцев. Я не мстительная, что вы! Просто здоровый смех тоже люблю, особенно не над собой! Жаль, что я пропущу момент их прихода в себя.
Шум за спиной стих, я обернулась посмотреть, кто из двоих соперников выиграл право обладать прекрасной дамой, т. е. мной. Я ни капельки не сомневалась в Рыжике, но мало ли что — всякие неожиданности случаются. Удовлетворено улыбаясь, мой герой, без пары передних зубов, с разбитыми губами, прихрамывая, подошел ко мне. Медь валялся без движения. Мда, битва титанов. Парень полюбовался на дело рук моих, долго и со скрипом соображал, что и как, пока ему не помогли пришедшие в себя синекожие, во взгляде которых возник панический ужас, едва они меня заметили. Поддавшись панике, ребятки рванулись в разные стороны. Впрочем, бегали они не далеко и не долго — ровно на тот кусочек хвоста, который остался свободен. Их болезненные и жалостливые вопли целительным бальзамом пролились на мои уши. Я говорила, что не мстительная? Напоминаю на всякий случай, а то, может быть, кто-то ранним склерозом страдает.
С места битвы мы с Рыжиком уползали, корчась от смеха, а я еще и с трофеем — увела у Меди его браслетик. С детства питаю слабость ко всяким плетеным фенечкам с бусинками. Рыжику я об этом ничего не сказала. Кто знает, чем у них тут мародерство карается. Остановившись перед переходом, мой абориген посмотрел вниз, потом на меня и сделал такое умилительное лицо, что кот из мультфильма Шрек два мгновенно потерял первое место в моем списке кумиров. Но… победить эгоизм, тщательно взращиваемый на протяжении двадцати трех лет не так-то просто. Совершенно не проняло. У меня сразу же "заболела" рука, нога, отбитая о тела синеволосых парней, голова, которой сегодня тоже досталось. Для достоверности я покаталась по земле и выдавила слезинку.
По Рыжику было видно, что представлением он впечатлен, но не убежден, тем не менее, позволил залезть на спину. Руки и ноги заняли привычную позицию на плечах и талии аборигена соответственно, а нос зарылся в красно-розовые косички.
В ранении аборигена была своя прелесть — я успела немного рассмотреть головокружительную дорогу до нашего пристанища. Площадки, где крупные, где только чтобы ногу поставить, помимо широких переходов по горизонтальной плоскости соединялись также прочными лианами для передвижения вверх и вниз. Особо длинные естественные канаты оснащались перекладинами. Места, с недостроенными или вовсе отсутствующими переходами, приходилось перелетать на лианах, подчас закладывая неимоверные виражи.
Рыжик проделывал все необходимые движения с поистине неземной ловкостью и проворством, орудуя всеми пятью конечностями. Боюсь представить, какой была бы его скорость без дополнительных пятидесяти пяти килограмм в моем лице, за спиной. Обезьяны тихо вешаются на своих баобабах, не выдержав позора, а удавы и прочие ползающие гады стройными рядками отправляются на сапожную фабрику. Им до местных аборигенов еще эволюционировать и эволюционировать.
Нагло выпрошенный мной у Рыжика, способ доставки до дома, воскресил в памяти фразу из русской народной сказки — "битый не битого везет". Ага, еще бы удила придумать, чтобы направление задавать, и стремена. О, и седло тоже, и можно с комфортом отправляться на верховые прогулки. Нет, кнут, не надо. Я же не живодер, в конце концов. Так, мозг, прекрати рисовать картины стоящих в конюшнях разноцветных неандертальцев, нетерпеливо рыхлящих когтями землю в ожидании, когда хозяйка соизволит выгулять их. Ты им еще бубенца пририсуй и в сани запряги! Тьфу, блин, ну и наградил же меня Бог извилистым подарочком: не то, что другие, я сама иногда логику своего мозга понять не могу!
Стоило нам прибыть на площадку с продуктовым хранилищем, где я обитала последние несколько дней, как нас обступили встревоженные мужчины и женщины, разглядывая помятое лицо моего транспортного средства. Рыжик, одним жестом угомонив разбушевавшуюся толпу, настроенную немедленно отомстить за приобретенную боевую раскраску, принялся в лицах рассказывать нашу триумфальную историю. Последнюю часть пришлось воспроизвести буквально со всеми душераздирающими подробностями, выбрав из слушателей пятерых добровольцев. Моя идея нашла живейший отклик в сердцах хвостатых — следующие два часа я обучала большинство членов племени плетению макраме и морским узлам. Я была так рада вернуться к своим, хоть и недалеким, но ставшим такими родными, весельчакам, что и вязанию на крючках бы научила, но их под рукой не было.
Под мои руководством хвостатые освоили несколько новых видов косичек и пару заковыристых узелков, которые я выудила из своей памяти. Дед у меня моряком был, вот и научил, как правильно пленников связать, и как самой из пут освободиться. За этим занятием время пролетело до ужина, после которого аборигены скрылись в разных направлениях, предоставив меня моим невеселым мыслям. Сколько раз я в спорах про патриотизм заявляла, что в чужих странах меня ностальгия мучить не будет, а тут смотри-ка — через неделю обратно захотелось. Да вот беда, табло с расписанием авиарейсов Лиловый мир — Москва Домодедово не вижу. Чуть было не расплакалась, но вовремя заметила приближающуюся фигуру.
Рыжик уселся рядом и протянул мне какой-то орех. Второй он раздавил и принялся усердно натираться кашицей. Я…сейчас…скончаюсь!!! Так вот откуда у местных такой непередаваемый аромат городской помойки! Рыжик, не обращая никакого внимания на вонь, от которой мои глаза тонули в слезах, спокойно продолжал свое занятие. Еще и на меня прикрикивал, не давая выбросить злополучный орех. Я скромно попыталась отползти, но была поймана за ногу и водворена на место. Менторским тоном, Рыжик, приобняв меня за плечи (все, читайте отходную моему обонянию!), принялся объяснять мне назначение этой штуки, пальцем показывая на редких светляков. Ага, поняла, я поняла — инсектицид это местный. Под стать комарикам. Только я от него быстрее ласты двину, чем они!
Рыжее чудовище, сокрушенно покачал головой и поставил мое тело на ноги. В голове успели пронестись две фразы: "свобода" и "даешь свежий воздух", как я осознала всю глубину его коварства: парень, схватив меня в охапку, начал натирать себя мной!!! От такого поворота событий у меня пропал дар речи, отнялись руки и ноги. Хорошо не забыла, как дышать, но лучше бы забыла! Когда Рыжик уверился, что запах основательно въелся в мои кожные покровы, он плюхнулся рядом и похлопал рукой рядом с собой. Я обреченно села. Мозг снова начал изводить мое сознание картинками глубокого озера с трупиками на дне, основательно обглоданными пираньями. Мой, и без того не ангельский характер, определенно приобретает садистские наклонности. Может он уйдет а? Я с надеждой посмотрела на хвостатое чудо, но оно не спешило исчезать.
Дикая птица "обломинго" и тут водится. Раз так, займемся чем-нибудь полезным для развития междупланетных отношений. Сказано — сделано!
— Мария, — сказала я, показывая на себя пальцем. Абориген на меня посмотрел и быстро сообразил. Вроде бы даже обрадовался.
— Мия, — утвердительно произнес он.
— Ма-ри-я, — произнесла я по слогам. Будет он тут еще мое имя коверкать!
— Мия! — Мия, так Мия. Черт с тобой. Я выжидательно уставилась на него.
— Ксан! — он ударил себя рукой в грудь.
Стоило сделать первый шаг, как обмен любезностями перерос в составление словаря до самой поздней ночи. Если пересказать кратко, то я узнала, что планета называется Коралу, ее жители — отори. Население немногочисленно и делится на несколько групп по цвету волос: розовые — кора-отори, синие — лу-отори, красные — ора-отори, желтые — тиса-отори. С последними двумя я еще не встречалась, а вот с лу успела познакомиться сегодня. Основное население сосредоточенно вокруг известного мне озера, которое не одно, а целая группа. Плавать они действительно не умеют, но хотели бы научиться.
Помимо всего этого я узнала массу названий, обозначающих предметы в пределах видимости, глаголов, определяющих простейшие действия и еще кучу всего. Голова, спустя продолжительное время отпуска, нагруженная под завязку, раскалывалась, и я уснула под размеренную речь Ксана, продолжающего что-то рассказывать.
"Ксан осекся, он осознал, что ему уже несколько раз подряд отвечает ровное сопение под боком. Мужчина улыбнулся, поднял маленькое тело на руки и понес в свое логово. Сегодня он окончательно решил оставить маленькую отори неизвестного цвета себе, несмотря на всю ее дикость. Хорошо, что он не поддался первому порыву разорвать ей горло, когда на охоте почувствовал дурманящий запах, и смог остановить Хана и Хаси. Другие отори не пахнут едой, тем более так соблазнительно, поэтому он в первый момент растерялся. Ксан с наслаждением вдохнул ее запах, пробивающийся даже через сок окару*, и, не удержавшись, лизнул мордочку. Отори, во сне недовольно заворчала и перевернулась на другой бок. Забавная она все-таки. С ней так интересно возится. Да и повадки изучить не мешает, она столько всего смешного знает, и на лу ее натравливать одно удовольствие. Мужчина засмеялся, вспомнив, сцену на озере. Маленькая, а защитник не хуже кора, но ходит с трудом, высоты боится, разговаривает непонятно. Надо будет спросить, где находится ее цвет.
В логове, он положил Мию на недавно срезанные листья, а сам улегся у входа. Мало ли кто ночью захочет украсть его добычу, но повозившись, устроился рядом с отори, крепко прижав девушку к себе"
Утро выдалось ужасно тяжелым. Не в моральном плане, а в физическом. Создалось такое впечатление, что нерадивые дорожные строители припарковали на мне вечером асфальтоукладчик, а утром так и оставили. Изверги! До маразма я еще не дожила, возраст не тот, а потому не поверила первым впечатлениям и открыла глаза, с целью выяснить все подробности моего положения. Чудесненько! Рыжее чудовище под центнер весом использовало мое несчастное тельце как матрас. Я ему что, плюшевый мишка, чтобы меня так тискать?! Я между прочим живая, и мне дышать надо, чтобы таковой и впредь оставаться! Развалился, как у себя дома, ни рукой, ни ногой пошевелить. А где, кстати, мои конечности? Я их уже ощущать перестала!
Правую руку я обнаружила на плече нелюдя, из-за которого выглядывала моя голова, вернее ее часть, а если быть точной — глаза и нос. Левая рука нашлась за головой вытянутая и сжатая когтистой лапой Рыжика. Ноги…хм, ноги мне коварно изменили, обвившись вокруг бедер отори, где-то возле его колен. А что такое шуршит у меня на животе? Длинное такое, скользкое и теплое!!! За те две секунды, что я определяла вид наглой конечности с кисточкой, мозг успел представить себе такую картинку, что сознание я поймала уже на выходе на улицу, куда оно собиралось пойти проветрится в гордом одиночестве оскорбленное до глубины души. Не знала, что у меня такое богатое воображение! Тем не менее вылезать как-то надо, придется тренировать коммуникационные навыки:
— Ксан! — рявкнула я прямо в ухо розовому отори. "Мда, потренировала…" — пришла в голову следующая мысль, когда абориген резко скрутился в клубочек, внутри которого оказалась моя тушка. Как он мне позвоночник не переломал, ума не приложу. Надо запомнить: никогда не орать в ухо спящим неандертальцам! Ксан пару минут таращился на меня, как сова, без объявления войны выброшенная в полдень из дупла, потом зрачки расширились, и в них, еле передвигая ноги, черепашьим шагом пронеслась первая осознанная мысль.
— Что? — произнес нелюдь, обратно падая на тоненькую прослойку из листьев и потягиваясь. Пришлось мне ставить плотину на пути Ниагарского водопада слов, приличных и не очень, готовых вылиться из меня и отвечать односложно. Словарный запас маловат пока еще у меня.
— Вместе? — надеюсь, он правильно поймет этот вопрос. Сделает скидку на мой уровень владения языком, так сказать.
— Уснула, — это все, что я поняла из его сложноподчиненного предложения. Ладно, может у него в детстве игрушки были деревянные, а не плюшевые, вот и захотелось кого-то потискать.
Так, проснуться проснулись, что у нас дальше по расписанию? Купание и завтрак! При упоминании второго организм заметно оживился и стал активно подталкивать меня к выходу. Поздоровавшись с уже привычным розовым небом, я сделала шаг вперед, самым краем устремленного вверх глаза подмечая ошибочность такого поступка. Площадка обрывалась в метре от двери! Тело, пытаясь сохранить остатки равновесия и себя в целости, приняло позу ласточки, потом буквы W, после чего сложилось винтовой лесенкой все равно неумолимо кренившейся вниз, как Пизанская башня. Я даже не успевала проорать малоспасительное "Господи!", но, видимо, он все и так понял: когтистые лапки цапнули меня за шкирку и втащили в дупло, беспощадно ругаясь! На русском….
Глаза аж прослезились, услышав родные высказывания. Уф, а хорошо адреналинчик с утра заряжает! "Сигарету бы еще…", — жалостливо протянул мозг, похныкивая. Нашел о чем вспомнить. Я уже об этом забыла, а он все канючит! Отставить истерику, и айда купаться! Мое хвостатое транспортное средство уже было взнуздано, пускало из ноздрей дым и косило лиловым глазом. Образно говоря, конечно, кроме глаза, но взгляды он и впрямь бросал недобрые.
Утро пронеслось на одном дыхании: индивидуальные уроки плавания под наблюдением пары десятков "замаскированных" хвостов, пробежка, завтрак на отдельной площадке — романтика, почти как кофе в постель. Мне определенно начинал нравиться этот мир!
Днем я оказалась предоставлена сама себе под охраной Хани и Хаси — близнецов отори. Мы успешно продолжили пополнение моего словарного запаса, параллельно сооружая турник для меня. Как зачем он мне нужен? Ну, ходить-то мне учиться надо! Не на своих двоих и не на четвереньках, а по переходам между площадками. Вставать без подготовки на узкую дорожку над пропастью нет никакого желания. Я попросила близнецов найти мне два чурбана и связать несколько тонких веток, сымитировав тем самым местную одноколейную дорогу. Только я уже начала сомневаться в успехе затеи. Попробуйте порубить столетний дуб топором, сделанным из лопаточной кости какого-то животного. Скорость впечатляет? Вот и меня тоже! А ведь еще одна загадка нарисовалась — почему на копьях наконечники каменные, а топоры и большинство другой утвари костяная или из кожи? Слово предоставляется мозгу! А в ответ тишина…. Жаль, что тут нет дороги из желтого кирпича прямиком в замок волшебника: дополнительные извилины из отрубей и булавок пришлись бы кстати! О! А Элли, судя по всему, первой попаданкой была, улыбнулась я своей мысли, но ей Великий Гудвин достался, а мне исключительно обезьяны и те без крыльев.
Близнецы закончили изображать из себя железных дровосеков ближе к вечеру. Я, вдоволь отдохнув, осталась довольна проведенным на свежем воздухе времени. Отори же были усталые, злые, голодные и нагруженные чурбачками, ветками и мной. Правильно говорят — наглость второе счастье и я была вполне счастлива, восседая на спине одного из близнецов, цокая языком и дергая за косички для управления. На общественной хозяйственно-кухонной площадке царило шумное оживление. На ней всегда толпы неандертальцев снуют, но сегодня собралась почти половина племени. Смутное подозрение закралось мне в душу — так и есть! У нас гости: те самые вчерашней свежести и помятости лу!
Синеволосый забияка брызгал слюной и потрясал кулаками, доказывая что-то Рыжику. Рыжик флегматично пожимал плечам, изредка отбивая ритм хвостом. Вся его фигура однозначно указывала направление, по которому необходимо отправится раздраженному отори-лу со своими претензиями. Зрители, принимающие активное истерическое участие в обсуждении, старались незаметно подобраться к членам свиты Короля Лира и подергать их за хвосты, напоминая о макраме и втаптывая тем самым и ранее слегка подпорченное достоинство в грязь. Бедные, бедные лу — у одного хвост не шевелился и безвольно висел не руке. Второй щеголял выкошенной от волос затылочной частью головы, у остальных местами тоже не хватало волос на голове и хвосте. А что, креативно получилось, их бы парикмахера да нам в Москву — все панки его на руках носили бы.
Близнецы сгрузили меня, чурбачки и двинулись к эпицентру бушующего скандала. Держись Ксан — подмога прибыла! Не близнецы — я, а это куда страшнее! Для лу. Мозг предвкушающие потирал ручонки и кидал мне одну каверзу за другой. Я пока размышляла — хорошая пакость требует основательного подхода и тщательного планирования. Помню, как я учительнице в школе на стул иголки от кактуса подкладывала, за этим меня и поймали. Отругали естественно. За облысевший цветочек! Меня учительница биологии за недостойным занятием поймала.
Мои размышления прервала гробовая тишина. Кто умер-то? А почему все на меня смотрят? Эх, в такой ситуации героини обычно "прикидываются ветошью и не отцвечивают", но этот вариант не подходил к текущему моменту: ветошь уже заметили и идентифицировали. Иголка в стоге сена тоже не вариант, ну, тогда буду потолок рассматривать с лепниной. Отсутствующий. Глаза автоматически приняли ангельский вид и захлопали ресничками аки крылышками. Рыжик был уже рядом и подозрительно меня разглядывал. С другой стороны меня обступила свита лу.
— Привет! А вы в гости пришли? — радостно поздоровалась я, судорожно вспоминая чего такого я могла натворить, если мои аборигены объединились с синеволосыми. А может у них жертвоприношение ритуальное запланировано?! Со мной в роли девственницы?!
От этой мысли мне резко стало плохо, и я схватилась за первого попавшегося аборигена, которым по несчастливой случайности оказался мерзкий Медяшка, тут же торжествующе предъявивший мою руку Ксану с одетым на нее браслетиком. И из-за этого весь сыр бор разгорелся?! По-моему, синеволосым просто предлог для разборок был нужен, и ничего умнее они придумать не смогли. Неандертальцам только дай повод отношения выяснить. За первую попавшуюся соломинку хватаются, аки утопающий за спасательный круг. Совершенно дикие нравы. Воспитывать их еще и воспитывать. А что если браслет — знак вождя племени? Мысль показалась мне забавной: трон из больших розовых цветов, склоненные в земном поклоне лу, и вставший на одно колено Рыжик, протягивающей мне руку. Я величественно спускаюсь по спинам отори прямо к моему рыцарю… Тьфу, ты! Пора в список своих недостатков манию величия записывать. Или она уже там числится, просто раньше себя никак не проявляла?
— Чужое! Взяла чужое! — радостно воскликнули отори и захлопали в ладоши, выдернув меня из сладкой пелены фантазий. А с чего бы столько веселья?! Я обвела хмурым взглядом напряженно застывших и ожидающих моей реакции аборигенов.
— Это мое! — авторитетно заявила я, отбирая свою конечность у лу. Будут меня еще всякие поганки синие немытыми руками лапать. Браслетик, впрочем, он успел содрать, а мне там так блестящий камешек понравился! Толпа после моего утверждения взорвалась дикими криками, некоторые пустились в пляс.
— Что ты сказала?! — Ксан чуть не плакал. В его больших лиловых глазах здоровенными буквами было написано осуждение пополам со страданием. Хвост безвольно висел поясом от халатика.
— Да что такого-то? — искренне возмутилась я.
— Круг, Круг, Круг! — начала скандировать толпа, оцепляя меня и предводителя лу! Не знаю, что такое Круг, но я туда заранее не хочу! О, Боже мой! Я с ужасом уставилась на злополучную цацку, неужели это брачный браслетик… Замуж?! За этого?! Ни за что!!! Мне синий цвет не к лицу! Да он же на мертвеца не первой свежести похож! И, вообще, я еще слишком молода для такого серьезного шага! Вот лет так через сто обращайтесь! Мои трупные пятна будут хорошо гармонировать с цветом его волос!
Я попыталась прорваться через окружение к ближайшему переходу, но была схвачена и водворена на место. Синеволосый тем временем потягивался, похрустывая суставами и разминая мышцы. Что-то мне это напоминает, и отнюдь не венчание в церкви. Я прислушалась к Рыжику и поняла, что предстоит не свадьба, а драка за право обладания браслетом. Первоначально мне даже полегчало, но потом вспомнилось противостояние на озере и… Я передумала — согласна на марш Мендельсона и белое платье! Черт с ними, даже без них тоже согласна! Он сам через неделю будет умолять забрать меня назад! Увы, мои стенания и заламывание рук положительного результата не дали. Уроки актерского мастерства, взятые в школьном театральном кружке, пропали даром: то ли ученица была нерадивая, то ли учитель некачественный попался.
Откуда же я знала их правила. Срок моей ссылки в этом мире — без году неделя и со сводом законов меня никто ознакомить не удосужился. Хотя бы краткое содержание основных статей, видов и методов наказания изложили. Ну, Рыжик, ну, погоди! Я к нему со всей душой, а он ко мне своей хвостатой задницей! Было бы на что смотреть еще, а то и поинтересней видали!
"Да подавись ты этой несчастной висюлькой!" — вскричала я и ринулась на штурм крепостной стены из аборигенов, преграждающих мой путь к свободе. На этот раз сбежать у меня получилось. Правда, недалеко — к краю площадки, где даже без дорожного знака было понятно — движение только вниз без ограничения скорости! Толпа сменила кричалку "Круг" на "За черту" и еще более плотно обступила меня.
Мозг, прекрати мне чистенькие американские кладбища показывать! Юмор у тебя какой-то черный. А край все приближался и приближался…
— Ксан… — жалостливо протянула я. Дайте мне кто-нибудь лука: мне надо срочно слезу выдавить.
— Круг или Черта — таковы правила! — Рыжик царапнул по моей щеке коготками в прощальном жесте. Я взвыла: что первое, что второе для меня равнозначны. Арифметика проста: я плюс данный лу-отори равно минус один, и в минусе явно не абориген! А где же рыцарь на белом коне, готовый вступиться за честь прекрасной дамы?!
Мозг, чего затих, давай вспоминай что-нибудь жутко плохое, а то одной слезинкой тут не обойдешься — Ниагарский водопад нужен! Как ничего не помнишь?! А похороны?! Что значит какие?! Нет, не те, где я во весь голос ржала над покойником, которому на лбу некий аноним написал очень точную прижизненную характеристику "сволочь", увидеть которую можно было лишь нагнувшись для прощального поцелуя или плевка в лицо. Смотря кому и сколько гадостей он сделал, работая налоговым инспектором. Взяточник жуткий был — меры совершенно не знал.
До края осталась пара метров… Синеволосый злодей в первых рядах скалится во все свои шесть клыков. Один метр. Почему люди не летают? Донельзя актуальный вопрос сейчас! Знаю, что не ангел, но это не повод поступать со мной столь зверским образом! А может это шутка такая? Ха-ха, посмеялись и хватит! Аутотренинг на спокойствие не подействовал, остался последний вариант — впадаем в истерику!
— Ксан!!! — взревела я коровой, которую под хвост пчела ужалила. — Стоять! — под пальцами ног остались считанные сантиметры площадки. Остановились все отори, заботливый Рыжик даже придержал меня за руку. Хвостом. Лица розовых отори выразили разочарование, а синенькие скривились, как будто лимончика пополам с красным перцем откушали. Теперь надо придумать умное объяснение.
— Это не чужое, это мое, компенсация за моральный ущерб! — нелюди заинтересовались.
— Что такое "компенсация" и "моральный ущерб"? — неимоверно коверкая русские слова, спросили Хани и Хаси.
Мда, а ничего лучше мне придти в голову не могло?!
Следующий час я предприняла десять попыток объяснить отори значение этих слов по отдельности и вместе. На одиннадцатой попытке, вдоволь наигравшись в "крокодила", я сломалась и была готова спрыгнуть добровольно, тем более, что желающих подтолкнуть достаточно. Я покосилась на лу, что-то оживленно обсуждающих между собой.
Тут, наконец, до Ксана дошло! Он уточнил у меня пару моментов и торжественным тоном суммировал народу приобретенные знания. За точность передачи смысла понятий ручаться не берусь, но после окончания выступления лица аборигенов стали напоминать кассовые аппараты, алчно щелкающие денежными ящиками и выбивающие километровые чеки в гипермаркетах за импульсные покупки. Идея пришлась неандертальцам явно по душе и меня это удручало.
Браслетик я все же отстояла — предводитель лу-отори, назвавшийся Рином, на радостях подарил мне злополучную висюльку. Вернее, просто швырнул под ноги, но мы не гордые, мне наклониться и поднять не сложно.
Вечером я осваивала импровизированный турник, тренируя ходьбу по переходам, со свитой из малышни, которые всячески мне мешали глупыми вопросами наподобие "а куда я прячу свой хвост" и "почему у меня когти на ногах съемные", заодно пополняла словарный запас. Чуть позже систематизировала знания о языке, записывая в книжку слова и примерный их перевод, одновременно наблюдая за отори, которые ходили взбудораженные, шушукаясь парами, тройками и группками. Такое ощущение, что они строили грандиозные планы или подсчитывали количество отори, взявших в долг денег и до сих пор их не вернувших.
Аборигены даже ужин пропустили. Представляете, какое эмоциональное потрясение нужно испытать, чтобы забыть про ЕДУ! Ох, не к добру все это. С другой стороны, они все мои идеи на ура принимали… Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Кто же знал, что они наступят так скоро и в таком количестве!
И какая… зараза… с утра пораньше ломится в дверь?! Я побудку не заказывала! Дома никого нет! Не было и не будет еще пару часов! Рыжик сонно всхрапнул, что означало полное и безоговорочное согласие с моим мнением, и попытался зарыть свою голову под мой живот. Сегодня он умудрился скрутиться вокруг моего тела калачиком. Потрясающая гибкость! Какие непризнанные олимпийские гимнастические дарования пропадают!
В дверь заколотили сильнее. Ну что непонятного! Никого нет дома!!! Русским языком сказано. Черт, они же русский со второго слова на третье через одного понимают! Пришлось повторить по-оториански. Вышло не так вежливо, как на русском, зато образовалась благословенная тишина. За прошедшие три дня по моему, весьма скромному, мнению я освоила половину начального уровня языка. Знал бы мой учитель английского про такие темпы освоения иностранного языка — пересмотрел бы свои традиционные методы обучения. Комфортно жить захочешь не только, как белка в колесе закрутишься, но и хвост отрастишь, чтобы за ним погоняться!
Да закончится это когда нибудь?! И пяти минут не прошло, а неизвестные барабашки уже прошлись по означенному мной маршруту и вернуться успели. Дверь-то не железная. Вынесут к чертовой матери! Пришлось пнуть Ксана. Он приоткрыл один глаз и зевнул во все свои сорок шесть зубов (да-да, я их пересчитала!). Нечего на меня так пялиться, я вчера дверь открывала, так та троица отори теперь до конца жизни заикаться будет и смотреть на мир широко открытыми глазами новорожденных! Есть женщины, которые с утра великолепно выглядят, и я как раз… хотела бы быть такой, но что поделаешь, если мое, не блещущее красотой лицо, с утра подозрительно напоминает рыльце молочного поросенка: щеки опухшие, глаза осоловевшие, волосы дыбом. Мечта любого охотника за нежитью! В каком-нибудь мире меча и магии я бы и первое свое утро не пережила — быстро бы витаминов с повышенным содержанием серебра выдали!
Дверь держалась уже на соплях. Сладко потянувшись, хвостатый соизволил подать голос и поплелся открывать, оставив меня притворятся единственным в комнате предметом меблировки. Авось за чучело экзотического животного примут. Ксан ни от кого не скрывал, что держит меня в своем доме, наоборот, отори категорически отказывались отходить ко сну пока Рыжик, предварительно натерев меня инсектицидом и торжественно водрузив себе под мышку, не забирал в "квартиру". Никак я не могла смириться с достижениями местной парфюмерной промышленности, поэтому: а) умоляла, б) отбивалась, с) пряталась за спинами зевак. Последнее, кстати, ввело в моду Коралунского бомонда игру "бросалки". Некая помесь догонялок и собачки. Жалко не запомнила особых примет первого отори, который додумался схватить меня в охапку и побежать от негодующего Ксана, а когда Рыжик почти догнал паршивца, перебросить меня другому отори. Убила бы за такие идеи! Им-то что — бегают и ржут, как лошади, а мне болтайся в воздухе, гадая, поймают на этот раз или нет. Иногда глазомер подводил аборигенов, и ваша покорная слуга пробовала на прочность площадку и свои кости заодно. Садисты недоразвитые, блин!
Тем временем Ксан пытался сдержать захватнические порывы незваных гостей. Пришельцы проявляли просто возмутительную невежливость для отори. Дело в том, что местные законы гостеприимства категорически запрещали вторжение на территорию чужого дупла без разрешения хозяина. Можно сколь угодно долго околачиваться поблизости, изображать подставку для стены или считать ворон (попробуйте найти тут хоть одну), но шагнуть за порог гостеприимно распахнутой двери ни-ни! Повезет, если трехмесячным больничным в гипсе отделаешься за нарушение! Странно, что на общие зоны, такие, как продуктовое хранилище, это правило не распространялось. Ходи, где хочешь, бери, что хочешь. Щедрейшей души аборигены! Косо на уничтожителя запасов, безусловно, посмотрят, а то и совместный набег на чужие запасы в отместку совершат, но ничего не скажут и вырывать кусок из горла не побегут. Подумаешь, шел мимо, проголодался, перекусить зашел. С кем не бывает! Я сама в бытность свою на Земле по всему офису побиралась, а на вкусные нычки, вообще, потрясающий нюх развился! Нет, ну правда, зачем тратить деньги на шоколад, когда достаточно порыться в ящиках коллег. И буду я еще на всякие угрозы крысиного яда подложить реагировать! Что я, шуток что ли не понимаю!
А что там у нас происходит? Уй, дайте мне чипсов и пива — такой чемпионат по реслингу пропадает! Интересно, что им все-таки надо? Вопрос был задан вслух и услышан. Всеми. Ответ мне проорали тоже сразу в четыре луженые глотки, но поняла я только Рыжика, упирающегося в дверь обеими руками с моей стороны.
— Три их самки у нас. Ушли сегодня темнотой* с кора-отори. Свободного предложения не было. Отори так не поступают, — ответил пыхтящий Рыжик, так, чтобы слышали все, не сдавая оборонительных рубежей.
— Свободное предложение? Что это? — массовая помолвка или сразу свадьба? Нет, мозг, шведский вариант развития событий мы не рассматриваем. С добрым утром тебя, дорогой.
— Незанятые самки разных цветов выбирают себе пару на срок от первой небесной влаги* до второй, — пояснил абориген.
Дверь выносить перестали и попытались воззвать к… Далее неразборчиво, но содержательно и веско! Я уловила знакомое слово — компенсация! И не только я уловила. Ой-ей! Это по мою душу явились демоны!
"Бить будут. Опять." — страдальчески отозвался мозг. "Думать надо было чему учишь аборигенов!" — вякнуло сознание, на всякий случай собирая чемоданы и направляясь поближе к выходу. Знаешь что, дорогая, раз решила по совести пройтись, то хоть по наглости не топчись! Совсем распоясались! Не вы ли, на пару, должны меня от неприятностей уберегать, а? То-то же! А аборигены, красавцы, просто на пять баллов выступили: первый приз на соревновании "чей IQ ниже всех" взяли! Это надо было додуматься живого отори конфисковать! Да по ним экспозиция "гениальные" умы современности обрыдалась. Что-что? По мне тоже? Это в качестве кого же я там буду присутствовать? Памятника здравому смыслу?! Уважаемое сознание, меня сейчас бить никому не придется — я сама, добровольно, об стенку головой постучусь.
Я затравленно оглянулась на Ксана. Абориген подозрительно меня рассматривал, явно прикидывая, как будет дешевле избавится от источника неприятностей: меня за дверь выставить, или незнакомцев впустить. Делать нечего, придется брать все в свои руки и решать ситуацию, а то скоро у нас не протолкнуться будет от нашествия истцов. Еще и судебное производство придется вводить.
— Да иду, я, иду, — демонстрируя свое недовольство, сказала я Рыжику и направилась к услужливо распахнутой двери.
Моему восторгу не было предела. Я прыгала на половине квадратного метра площадки перед дуплом Ксана и, закатывая глазки, лопотала восхищенную чушь. Норовила все время прикоснуться к пришельцам во всех доступных, а также тщательно оберегаемых от посягательства местах. Зрелище, которым я тешила свое чувство прекрасного вот уже десять минут (а может полчаса?), того стоило: к нам пожаловали с визитом невежливости тиса-отори. Они были прекрасны, божественны, достойны кисти Пикассо и руки Церетели! Их насыщенный канареечный цвет волос доводил меня до экстаза, до зеленых чертиков в глазах! Короткие, всего до колен, гордо поднятые вверх вместе с набедренной повязкой хвосты — умиляли! Стройное, загорелое до фиолетовизны, тело манило, звало и обещало так много! А эти удивительные розовые, как у настоящих альбиносов глаза были подернуты такой сладкой поволокой, что напоминали собой клубничный чупа-чупс!
Все свои восторги я не преминула озвучить на ломаном оторианском, от души приправляя великим и могучим русским. В общем, психологическая атака на противника с целью деморализации была проведена по всем правилам воинского искусства! Один ноль в мою пользу, поздравления принимаю в натуральном или денежном выражении. Четверо отори, своим ошарашенным видом олицетворяющие плоды моих усилий скучковались на самом краю площадки, трепетно прижимаясь друг к другу. Отступить из зоны военных действий им не позволила… Без понятия что. Я в их психологии еще плохо разбираюсь.
Мозг, хватит зависать в прострации. Ты правда поверил, что мне этот ночной кошмар дизайнера понравился? Рыжик и тот почти сразу раскусил мою уловку. Абориген стоял с высеченным из гранита лицом, в смысле таким же неподвижным, как памятник на кладбище, вперив одухотворенный взор в невидимые дали. Это его и выдало. Первым дрогнул хвост. Затем Рыжик буквально рухнул, содрогаясь в конвульсиях, стуча ладонью по площадке и дрыгая ногами, как заправская истеричка. Тиса — отори были окончательно и бесповоротно раздавлены.
Мои неандертальцы любят посмеяться, в том числе и над собой, а эти канареечки дефектные какие-то. Губы сковородкой сделали и дуются. Хотя не слишком ли я жестока? Они, бедные и так больше всех местной шутницей-природой обижены, а тут я со своими деланными восторгами. Ладно, переживут как-нибудь, буду еще голову морально-этическими терзаниями забивать.
Ксан, слава Богу, успокоился. Теперь можно приступать к переговорам, пока у желтеньких мозги на место не встали. Ну, и приступили, в смысле благодетель мой, а я так — ушки грела. Вроде как и ни при делах вовсе. Несчастные тиса, припертые внушительной фигурой коралунского Геракла к самому краю площадки, выложили все быстро, с излишними подробностями, да и извиниться за раннее вторжение поспешили, когда я попыталась дотянуться до их хвостов из-за спины Ксана. Это недоразумение коралунской природы не давало мне покоя. Если бы не кисточка, право слово, решила бы что им их в детстве купировали.
Претензии тиса не изменились: они требовали вернуть трех компенсированных девушек. Осталось только найти доказательства похищения и определить степень его добровольности.
Искомое обнаружилось на общей площадке. Хани и Хаси сверкая, как бриллианты на солнце, хлопотали на задних лапках вокруг двух блондинистых женских особей. Ну-ну, вечная память жертвам нечеловеческого обаяния. Мы не забудем ваши имена. Будет время — слеплю памятник из мусора и накапавших слюней! Эти двое на некоторое время стали вне зоны действия сети, спутников и, похоже, мысленно эмигрировали в другую вселенную.
С другой стороны их тоже можно понять. Физические отношения у отори редки и возможны только с согласия женщины. По-другому мужчина просто ничего не сможет сделать. Хоть подъемный кран используй, а все бестолку будет. Как они еще при таком социализме не вымерли — вселенская загадка. Я всегда говорила, что при создании человека Бог, мягко говоря, схалтурил. Что ему стоило избавить людей от проблемы жира, кривых конечностей, перхоти и так далее? Так нет, напортачил, а сам разнообразием видов прикрылся!
Коралунский же любитель пошутить на досуге не заморачивался вообще. Проект Земля хоть дипломной работой был, а тут не иначе как зачет за третий курс. И, перефразируя Галилея "и все-таки они размножаются"! Такой расклад был мне на руку — не приходилось беспокоиться о гипотетических последствиях совместного проживания с Ксаном ни мне, ни ему.
Конвоируемые (тиса) и охранники (мы) удостоверились, что глаза нас не обманывают, и новообразовавшиеся ячейки доисторического общества счастливы. Желтенькие скуксились.
— Да, ребят сегодня не ваш день. Как я вас понимаю, — попытка сочувственно обнять одного из тиса-отори успехом не увенчалась. Проворный! Зачем я это делаю? Да потому что…
— Мы не видим Анкс! — вскрикнул сбежавший. Поздно я спохватилась. Третьей компенсированной нигде не было видно. До этой секунды…
Ноги, которым позавидует любая супермодель, высокая грудь, светлоголубая кожа, кокетливый пушистый хвостик и светло пшеничные с синими прядками волосы. Беру свои слова назад по поводу творца отори. Мне, девушке, и то дышать сразу стало трудно. Она окинула всех поистине королевским взглядом, увидела Ксана и, могу поклясться, глаза ее полыхнули. Тиса кокетливо повела плечами и плавной кошачьей походкой направилась к нам. Точнее к Рыжику. Точнее к моему Рыжику!!! Ксан втянул воздух расширившимися ноздрями и, околдованный этой селекционной королевой красоты из питомника, подался вперед! К ней! Вон оно как аукнулось…
Тиса стояли униженные и оскорбленные в лучших чувствах, понурив хвосты. Их последняя надежда только что скоростной электричкой промчалась мимо станции. Парни подвиньтесь на скамеечке — в вашем полку прибыло. Стоп! Я сдаюсь?! Так просто? Как мужчина меня Рыжик ни капельки не интересует, но с потерей его расположения у меня не будет отдельного жилья люксового класса с телохранителем! Не будет личного шофера и лимузина в одном лице! Температура эмоционального нагрева плюс тридцать.
— Ксан, — позвала я. Ноль эмоций — отори продолжал обнюхивать свою новую подругу.
— Ксан! — он сам вынудил меня дернуть его за хвост!
— Мия… — да он спит на ходу! — Ксан, я есть хочу, мне на озеро надо! — температура плюс пятьдесят. Не советую разогревать меня дальше! Иначе я вам устрою реконструкцию извержения Помпеи.
— Мия… — Рыжик пытался сообразить, кто я и почему к нему пристала, — Мия что? — я знаю, когда мужчины влюбляются, то слегка тупеют, а здесь явный регресс на уровень беспозвоночных наблюдается! Температура плюс семьдесят. Хвостатый остановил пробегающего мимо малознакомого отори из нашего стада.
— Что? — уставился на нашу разношерстную группу попаданец, еще не осознающий своей горькой участи. В моей голове крутился тот же вопрос.
— Забирай — твое! — с этими словами Ксан впихнул мою тушку в руки выпавшего мелким дождичком, отори.
Температура сто градусов. Ненавижу две вещи в своей жизни: ожидание и предательство. Второе не прощаю никому и никогда. Я бросила последний многообещающий взгляд на розового отори и поплелась за своим новым "хозяином". Клянусь, я отомщу тебе Ксан. Любишь повеселиться — скоро вдоволь посмеешься! До слез, перемешанных с кровью.
"Хозяин" оказался на удивление покладистым — выполнял все мои желания беспрекословно, но его тяжкие вздохи и бормотание себе под нос говорили о том, что радости от "подарка" он не испытывает. При ближайшем рассмотрении хвостатого память подбросила логичные объяснения нелюбви к моей персоне: отори стал первой жертвой моей попытки самоутвердиться посредством применения искусства тай-бо. К обеду я чувствовала себя последней недобитой нацистской сволочью и решила расставить жирные точки над "и".
— Хвостатый, давай расстанемся? — сделала я предложение о разводе. Еще и имущество бы поделила, да взять с него нечего. Процедура размена однокомнатного дупла меня также не привлекала. На что менять-то?!
— Что? — тряхнул головой отори. О, боже! Послал ты как-то вороне кусочек сыра… Мне ты тоже послал, жаль не сыр…
— Ксан дал тебе меня, так? — начнем с локотка, там, глядишь, и до остального дело дойдет.
— Согласен, — неуверенно промямлил абориген. Начало положено, продолжим аккуратно подводить его к вопросу на повестке дня нашего импровизированного собрания.
— Ты не знаешь, как со мной обращаться, так? — наводящий вопрос номер два.
— Согласен, — тот же ответ с такой же интонацией. Чего он такой запуганный? Ума не приложу. Мозг, твои грязные предположения меня мало интересуют!
— Давай я не буду твоей? — затаив дыхание, жду ответа. Решайся, все равно ты со мной, как мартышка с очками. Вроде и красиво, а куда прицепить непонятно.
— Ты согласна? Действительно? — у отори полная набедренная повязка радости. Сколько и как долго волка не корми, он все равно в лес смотрит. Дня не прошло с нашей совместной жизни, а этот неандерталец готов ноги сделать. На Земле парни посмелее были: их на недельку хватало, прежде чем звучала сакраментальная фраза "не сошлись характерами".
— Согласна! — другого приемлемого для меня выхода не было или я его в упор под лупой не замечала. — Стоять! — рявкнула я.
— Что? — удивился мой очередной бывший отори, успев отбежать на расстояние десяти метров.
— За это ты будешь носить меня на озеро. Каждый день! — думал, так легко отделается! Привыкай, хвостатый, за все в жизни надо платить. Тем более за свободу, тем более от меня!
— Плавать научишь? — после некоторой заминки спросил отори. Смотри-ка торгуется! Из него еще выйдет толк!
— Согласна! — еще один косорукий кривоножек на мою голову.
Не знаю в чем причина, но коралунцы плавать учились быстро, правда, исключительно в одном направлении — ко дну. Сколько Ксан не старался, освоил только один стиль — топорный. Неужели они такие добрые, что не всплывают в отличие от всем известного вещества?
Остаток дня был потрачен на усиленную тренировку в ходьбе по переходам. Хвастаться пока было нечем, в цирк канатоходцем или акробатом работать не возьмут. Пока голова перестала кружиться, и полет в пропасть после первого шага не грозил, но этого было мало. На время темноты (тьфу, уже мыслю как отори) у меня была запланирована маленькая разведывательная операция вкупе с возможной диверсией.
После того, как я морально растерзала пару ни в чем не повинных хвостатых, аборигены обходили меня по широкой дуге и на цыпочках. Даже с предложениями поиграть в бросалки не приставали, используя в качестве снаряда подвернувшегося под руку подростка. Мое время было занято усердными тренировками в лазании по вертикальным и горизонтальным переходам, построению и ломанию великих планов мести, а также сверканию глазами на знакомые довольные парочки, едва они появлялись в поле зрения.
Ничего, не все скоту масленица, и на моей улице перевернется грузовик с конфетами! Очередное явление "королевской супружеской четы" подданным было грубо нарушено вторжением лу. Этих-то как сюда нелегкая занесла?! Угу, понятно, и Медь туда же. Лицо Рина забавно вытянулось, а потом расцвело ярко-васильковыми пятнами. Глазки сузились, а хвост свернулся в совершенно невообразимую фигуру. Перекинув в руке короткое копье с костяным наконечником, он галопом покрыл, разделяющее его и сладкую парочку, расстояние, без разговоров впечатав кулак в лицо Ксана. Класс!
— Так его, Медяшка, мочи рыжих! — ой, а чего на меня все уставились? Я это вслух сказала? На оторианском?! Рин от удивления отцепился от Рыжика и даже признательно оскалился. Первые две секунды. Далее он сообразил, кому улыбается, и подскочил уже ко мне с намерением, если не открутить мою, изредка думающую, часть тела, то хорошенько поелозить ею по ближайшему дереву.
Ему не дали осуществить столь гнусное намерение в отношении единственного представителя человечества в этом забытом богами и демонами райском уголке вселенной. Внезапно появившиеся близнецы быстренько загородили мою тушку собой. Пронесло? Меня — да, Рыжика не очень. Разъяренный лу снова метнулся к нему. Увы, мой экс отори был уже во всеоружии. Медь затормозил на подлете и предпочел развернуть боевые действия на словесном поле.
— Ты забрал мою киннари*! Ты нарушил право*! — заорал Рин. Вот даже как: она обещалась выбрать его в Ночь Свободного Выбора.
— Анкс сделала выбор без принуждения, — при этом обсуждаемая девица еще сильнее прижалась к Рыжику и склонила голову ему на плечо. Я дернулась было к этой парочке, но была остановлена предостерегающим движением одного из близнецов — он просто схватил меня в охапку и рот рукой зажал.
— Анкс?! — такого поворота событий Рин не ожидал. Ай блонди, ай молодец — всех кинула одним махом. Я так не умею!
— Ксан больше, сильнее и лучше пахнет, — если первое было бесспорно, второе подлежало сомнению, то насчет третьего мой нос был категорически против! Не знаю почему, но Рин вонял гораздо меньше. Примерно, как один городской мусорный бачок, против трех. Возразить на это нечего, и отори заозирался в поисках потенциальной жертвы своего качественно испорченного тисой настроения. Добро пожаловать на скамейку запасных! Несмотря на слабый отголосок сочувствия к Меди, пакостную рожу состроить я не преминула, когда он проходил мимо меня.
— Ты, маленькая ползучая шинка*, будь осторожна! — прошипел мне в ответ Рин и удалился настолько гордо, насколько это было возможно. Тоже мне оскорбленная невинность! Только время отняли, а мне еще пару вещей приготовить надо. Время темноты* обещает быть интересным и не только для меня!
Ну и темень! Хоть глаз выколи! Стоп, оставим глаза в покое, а то еще и правда выколю. С Этого, который все слышит и видит, станется мне жизнь усложнить. Хотя, куда уж больше. Заслал черт знает куда, черт знает зачем! Аааааааааа! Молчу, все поняла, претензий не имею! Руки затормозили метров на десять ниже того места, где я висела на лиане до момента неконтролируемого скольжения вниз. Хорошо додумалась отрезанными брючинами замотать ладони, а то осваивала бы сейчас свободное планирование! Уф, повезло, кажется.
И снова вверх. Человек-паук коралунского производства просто. Ведь похудела на несколько килограммов, а попа все равно вниз тянет. Мозг! Тебя реплики о причинах выше озвученного факта подавать никто не просил. Ты давай лапками шустрее перебирай. Неужели, когда меня на сборочной линии клепали, мозги с соседнего конвейера, где макак делали, прицепили? Только и думаешь, что о жрачке и спячке! Назад мы не повернем ни при каких условиях! О нас прилюдно вытерли ноги и выкинули на помойку! Не собираюсь я входить в его положение! Плевать я хотела на то, что с их физиологией бедный Ксан плотскую любовь раз в год по великим праздникам получает. Я-то почему должна от этого страдать?! И да, мозг, я — законченная эгоистка, а то ты этого не знал! Не первый год со мной живешь. Не понимаю, с чего ты жалеть хвостатого принялся? Мужская солидарность?! Да, что на это можно сказать, кроме того, что я — женщина!
Мда, кто-то с волейбольным мячом разговаривал на необитаемом острове, а я вот со своими частями тела. Неизвестно, что хуже. Думаете, мне пора в больничку с решеточками на окнах и уютной, оббитой матрасиками, комнаткой? Да я с радостью! С дядей доктором хотя бы поговорить по душам можно. Господи, отправь сюда еще кого-нибудь. Я же такими темпами до раздвоения личности договорюсь!
Можно отдохнуть. До площадки доползли кое-как, дальше широкий горизонтальный переход и финишная прямая: подъемная лиана к месту жительства Ксана. Спокойно посидеть на одном месте не давали. Плотоядные светлячки организовали очередь на посадку на мое тело и периодически предпринимали попытки приземления на стратегически важные объекты: руки, лицо и все остальное, не прикрытое одеждой. Лучше бы светили ярче. Долетаетесь у меня: проведу селекцию — будете лампочкой Ильича трудный путь в светлое оторианское будущее освещать или гирляндами на новый год на елках подрабатывать. Осталось елку изобрести и календарь, чтобы праздник ввести. Без понедельников — он, как известно, день тяжелый, но с двумя субботами.
Ура! Переход пройден без последствий, два подбитых светлячка не считаются. А вот теперь соблюдаем максимальную осторожность. Несколько метров вверх, и я окажусь прямо перед дверью Рыжика. Зачем мне туда надо? Может правда вернуться и спать пойти? Пакость дельную я так и не придумала, а все равно лезу. Вот же упрямая бараниха! Чихательные огурцы прихвачены, но насчет их использования надо еще поразмыслить. Посмотреть надо будет на месте по обстоятельствам. Подглядывать неприлично?! Так я приличиями не отличаюсь. Кого воспитательница в детском саду из кровати друга за ногу вытаскивала? Ага, меня. Не хотела тетка понимать, что вдвоем спать при настежь открытых окнах, теплее. Кто в отрочестве подговорил девчонок спрятать одежду парней, пока мальчишки в озере купались? А кто бедному эксгибиционисту в парке в солярий посоветовал сходить, на диету сесть, а то жир по бокам свисает неэстетично, и интимную стрижку сделать? Правильно, я. А если мужскую баню вспомнить. Хм, баню вспоминать, пожалуй, не будем. Точно не будем. До сих пор стыдно… Так что вуайеризм в списках моих подвигов достойных пера Гомера, не Симпсона, давно и прочно обосновался.
На середине оставшегося пути я снова засомневалась. Дурная голова — рукам покоя не дает. Поэтому тело и предпочло повиснуть, пока извилины промеж себя не договорятся, кому конечностями рулить. Классический пример действия совершаемого без определенной цели, а только потому, что "хочется". Причем абсолютно неизвестно чего. В очередной раз зубами поскрипеть? Так уже до десен сточила! Одни пломбы целыми остались. Хороший у меня в Москве стоматолог был, качественно зубы лечил. А какой красивый… Эх, долго я к нему ходила. Год почти. Помниться, пломбы специально свежепоставленые расковыривала, чтобы еще раз увидеть парня. Предложить встретиться вне рабочей обстановке не решилась. Как-то неправильно это — встречаться с человеком, который у тебя во рту археологические раскопки проводил.
Клиника на моей гарантии едва не разорилась, а сам врач при виде меня обзаводился дрожащими руками, нервным тиком, а его туалетная вода приобретала стойкий аромат валерианы. В последнее мое посещение он грозился сменить профессию, но я так и не узнала, сделал он это или нет, так как зубы внезапно болеть перестали. Зато уставать стала сильно, и мне не менее десяти раз в день требовался кофе. В нашем офисном кафе бармена сменили: прыщавого подростка на брутального мужчину в татуировках и кожаных штанах. Вот такая я ветреная натура.
Здравствуй площадка. Здравствуй бывший милый дом. Сейчас полежу немного, отдохну и поползу к наблюдательному посту. Тихо и осторожно. Желательно не касаясь площадки, не дыша, даже ресницами не моргая! У отори очень хороший слух. Если Ксан меня тут застукает, я много чего узнаю: и где у раков зимовье и почем фунт лиха. Никакого желания расширять кругозор по этим темам не испытываю. Жаль путь отступления только один и в обратном порядке, противоположном тому, как я сюда забралась. Придется уходить по-английски, то есть тихо, как мышка. Вот и окошко. Одним глазком. Раз и все, а потом уйду. Даже подлянку устраивать не буду. Честно-честно, но пальцы за спиной все-таки сложить надо. Ну, с Богом. Вот только с каким? Я под чьей юрисдикцией сейчас нахожусь? Ай, неважно, без меня разберутся.
О… А… У… Э… Да у меня сейчас гласные закончатся! Я думала — они спят, как все нормальные отори в это время, а они!!! Обалдеть! Мозг, прекрати по тридцатому разу одно и то же крутить! Я понимаю, что такого ты никогда не видел, даже в немецком кино восемнадцать плюс. У них позвоночника совсем нет? Или он размягчился от такого жара? Я аж за окном вспотела. О… Это же надо… Так… И так можно?! Не знала, не знала… Я удрученно сползла по стеночке. Дайте мне сюда автора Камасутры. Пусть он публично сознается в своей профнепригодности и бедноте фантазии! Зато теперь точно понятно — люди и отори в этом плане абсолютно несовместимы. Специально для тебя мозг повторяю — несовместимы. И не надо пытаться на место блондиночки меня подставить! Да ты издеваешься что ли — я в такую загогулину ни при каких условиях не закручусь!
Ой, а что это такое липкое на руках и по левой ноге стекает? Твою ж ты мать!!! Я огурцы раздавила, а их сок не только отори последние умные мысли вычихивать заставляет, но и меня тоже! Не чихать, не чихать… А для верности зажмем нос руками, испачканными в огуречном соке, ага. Аа… аааа… аааа…. АПЧХИ!!! Точно такой же, но сдвоенный звук раздался с другой стороны стены. У отори не только слух хороший, нюх тоже. Кукушка, кукушка, сколько мне жить осталось? Что же ты молчишь, зараза такая?!
Всем кожным покровом я ощутила приближение милого хвостатого монстра. А дальше… Медленно и осторожно, стараясь не делать резких движений, подняв руки вверх, показывая свои мирные намерения… с дикими криком "банзай", перебудившем половину цвета*, я сиганула с разбега с площадки…. НУ, НЕ ДУРА ЛИ?!
Примечания:
Киннари — отори, давшая обещание в Ночь свободного Выбора выбрать определенного мужчину.
Ночь Свободного Выбора — два раза в коралунский год наступает ночь, когда любая отори может выбрать любого мужчину.
Цвет — общество отори одного цвета волос. Община, стая.
Право — закон, правило.
Шинка — многоножка, которую едят отори.
Чихательный огурец — несъедобный плод, который вызывает неудержимое чихание.
Время темноты — ночь плюс сумерки, причем понятие ночь существует отдельно.
Время дня — день, светлое время суток. Сутки обозначаются отдельным словом.
Я летела, и делать это, по моим скромным подсчетам, мне оставалось еще секунд десять. Уйма времени! За одну шестую минуты столько всего сделать можно! Вспомнить свою жизнь, например. Вспомнила. Коротенькая она оказалась и ничем не выдающаяся, такая же, как у миллионов счастливо проживающих на Земле девушек. Интересно, а с чего тогда я всю жизнь считала себя особенной, уникальной? Должно же быть хоть что-то? Совсем ничего? Досадно.
Еще девять секунд осталось. Чем бы заняться? О, можно инвентаризацию своей головы провести, там целый склад полезных вещей, авось ценную идейку по спасению себя любимой найду. Что там у нас: глупость, хлам, ерунда, снова глупость. Бочки с ядом. Пусто. А кто все ценности украл? Что значит их там изначально не было! Помню, я лично их туда складывала! Взять хотя бы набор ледяных убийственных взглядов, комплект саркастичных улыбок на все случаи жизни или энциклопедия начинающего пакостника, раритетное издание двадцать томов! Хотя, ничто из вышеперечисленного меня сейчас не спасет.
Лететь еще восемь секунд. Мда, нелепая какая-то смерть получается. На Земле в какой-нибудь желтой газетенке точно написали бы, как о самом идиотском поступке в мире! Прославилась бы. Посмертно, но это уже мелочи. Можно попробовать разобраться в причинах, толкнувших мои ноги на безумный прыжок, поискать виноватых, но зачем?! На последствиях несанкционированного старта с аэродрома беспилотного воздушного судна имени меня это никоим образом не скажется.
Три секунды прошло — все еще лечу! Скоро начнет просыпаться надежда на чудесное спасение, вдвоем все веселее умирать будет, чем в одиночестве. Семь секунд, и на безымянной площадке распластается некрасивый трупик. Меня никто не найдет, не похоронит по-человечески. А к утру и вовсе одни белеющие косточки останутся, дочиста обгрызенные светлячками-утилизаторами. Хоть кому-то моя смерть принесет радость. Чтоб они от обжорства лопнули, шредеры летающие!
Четыре секунды — полет нормальный. Я подозревала, что в опасной ситуации организм начинает использовать скрытые до поры до времени резервы, но первая космическая скорость, с которой голова обработала терабайты информации за такое малое количество времени, впечатляла. Просто таки заставляла проникнуться уважением ко всему человечеству и к себе в частности. Жаль поздно организм спохватился. Размышлять надо было до прыжка, а никак не во время!
Неожиданно мой уютный полет и гранжевые мысли о смерти были прерваны самым наглым образом мягкой поверхностью под моим животом. От удара дыхание выбило куда — то вверх, оставив мое тельце корчиться в судорогах от недостатка кислорода. Первая мысль, посетившая меня после перезагрузки системы, была невероятной — я осталась жива! Быть такого не может! Ну, не бывает так! Однако ушибленные части тела настойчиво сигнализировали об обратном.
Все, этот день надо запомнить и праздновать его как второе рождение! Сделать красным днем календаря и всекоралунским праздником! Еще бы, они чуть свою единственную достопримечательность не потеряли. Если кто не понял — я о себе говорю. Однако, кое-какой факт настораживает. И не один: поверхность подо мной была мягкой и произрастала коротким ворсом в отличие от пористых площадок. С этим еще можно было бы смириться, но… Она была очень теплой. Теплее, чем мое тело. Данное открытие наводило на очень неприятные мысли, а именно — оно живое!!! Более того — оно двигалось, об этом недвусмысленно говорили неспешно проплывающие мимо силуэты деревьев… По счастью, чем бы оно ни было, на мое появление существо отреагировало положительно, то есть никак! Удивительное везение!
Едва я расслабилась, пригрелась и позволила себе немного помечтать о таком меховом коврике перед горящим камином, как неопознанная летающая шкура, без предупреждения пристегнуть ремни, резко взмыла вертикально вверх! Слава Богу, рефлексы управляются не верхним, в моем случае практически бесполезным придатком, к шее, а прямым, как палка, спинным мозгом. Пока я пугалась, кувыркалась в воздухе и второй раз прощалась с жизнью, мои руки крепко вцепились во что-то длинное, толстое и гибкое. Очевидно, хвост. Поставить себе напоминание сказать при случае "фи" неизвестному конструктору этого летательного аппарата — система безопасности полета ни к черту. Никакой заботы о пассажирах. Даже стюардессы напитки и конфетки от укачивания не разносят. А они бы мне сейчас ой как не помешаааааалиииии!
Шкура, спустя какое-то время, обнаружив на своем хвосте не обилеченного "зайца", начала мотылять хвостом из стороны в сторону! Никакие американские горки в сравнение с этим животрепещущим аттракционом не идуууут! Где у него кнопка выключения или штепсель, чтоб из розетки вырубить?! Я же… У меня же… Морская болезнь… Уже… Непонятное создание, увеличив скорость, стало выделывать фигуры высшего пилотажа, вообразив себя стелсом последней модели на авиашоу. Предпочитаю быть зрителем, а не болтаться у него хвосте. Билет в партер и спасательную команду пришлите! За любые дденньгииии!
Трясти перестало. Умное животное. Неужели приручаться начало, а то у меня уже руки устали. Не тут-то было — шкура напряглась, по хвосту прошла волна мышечного спазма, и я начала сползать… Вместе с хвостом! "Вот же зараза летающая", — огорченно думала я, отправляясь в свободный полет в обнимку с трофейной конечностью. Недолгий. Под воду я ушла метра на четыре. Вылезу, напишу претензии авиакомпании по качеству сборки их самолетов! Достало! Все! Даже обвинить некого во всех моих несчастьях кроме себя самой.
Я погрозила кулаком неясной летающей над озером тени отца Гамлета. Зря. То ли животному романтики захотелось, то ли мести, но оно штопором ввинтилось в воду, подняв тучу брызг. Кто-нибудь подкиньте до берега, а?! И побыстрее!!! На берег я выползла на трясущихся руках минут пять спустя. Скорее всего изобрела новый вид плавания, но точно не могу сказать — не помню. В одной руке все еще был зажат трофейный хвост. Надеюсь, он хоть съедобен, а как еще объяснить мое упорное нежелание расставаться с ним.
Тишина, земля, покой и блаженство. Можно порелаксировать минут пять — нечасто такие насыщенные вечера выдаются, а потом за решение проблем взяться. Они уже номерки разобрали, в очередь выстроились, того и гляди дверь выломают. Спать хочется, но нельзя. Вдруг эта крылатая водоплавающая ящерица решит визит вежливости нанести и про должок напомнить! Посчитав отдых достаточным и ухватив за кончик свежеприобретенную конечность, я направилась в противоположную от озера сторону, стараясь не запутаться в собственных ногах. Эти две предательницы так и норовили уложить меня на землю, активно протестуя против сверхурочной эксплуатации. А то, что в наличии мы имеем возможность эти самые ноги окончательно двинуть, в расчет не принималось!
Возле перехода я оторвала с четвертого раза тонкую, но прочную лиану, обмотала ею добычу и подвесила за спину, словно рюкзак на одной лямке. Впереди находился переход, и мне нужны были обе руки. Для ползания. Совершить подвиг, и преодолеть его на своих двоих было выше моих сил. Передняя рука, задняя нога, вторая нога, вторая передняя рука. На ум пришла старая детская считалочка: идет бычок качается, вздыхает на ходу, и вот доска кончается сейчас я упаду… В отличие от несчастного невинно убиенного животного, я не упала, а уперлась головой в стену. Испытав дикое желание лечь возле нее, свернуться калачиком и заснуть, с трудом смогла пересилить себя и поползти снова. Теперь уже вверх, цепляясь за все, что под руку попалось. Где-то на середине пути, когда я уже встала на колени, меня осенило — стену успешно изображает живой отори. Руки с его тела я тут же убрала — еще чего подумает, и подняла голову посмотреть, кому повезло на меня наткнуться.
Здорово! Почему у всех нормальных людей черную полосу сменяет белая, а у меня наступает нежелательный, но закономерный итог — повезло Рину. Что ему не спалось?! Голова обессилено приложилась к его бедру. Пусть радуется: его мечта сбылась — одинокая, измученная человечка у его ног на коленях. Даже сопротивляться не буду.
— Мия?! — удивленно спросил лу. Надо же, помнит, как меня зовут!
— Ага, — отозвалась я снизу, смысла вставать с колен, чтобы посмотреть в глаза смерти не было.
— Что ты тут делаешь? — дурацкий вопрос. Действительно, что я могу делать ночью, одна, непонятно где?! Достопримечательности, блин, осматриваю!
— Да вот, на охоту ходила, — я показала прицепленный к моей спине хвост, — специально для тебя добывала. Это же съедобно? — неуверенно закончила я. Вдруг выяснится, что это хвост местной священной коровы, на которую без разрешения чихнуть нельзя, а я на ней верхом каталась.
— Мне? — еще больше удивился Медяшка. Хм, а настроен он вполне миролюбиво. Надо брать быка за рога, пока отори не пришел в себя и не припомнил нашу с ним взаимную "любовь".
— Тебе, тебе. Взамен ничего не прошу*, - я сунула мясо ему в руки, откуда оно тут же выпало. Ну, чистота продукта уже не моя забота.
— Ничего не просишь взамен?! — если Медь продолжит такими темпами, то челюсть у него скоро отвалится. Вместе с глазками. Можно еще поторговаться. Понаглее.
— Нет. И спасибо, что разрешил мне спать у тебя и донес до хатхи* — при этих словах я сложилась в компактный коврик и закрыла глаза. Будь, что будет.
Уже сквозь сон я почувствовала, как меня аккуратно подняли на руки и понесли. Не таким уж плохим этот Рин оказался на проверку. "Повторишь это завтра утром, если проснешься целой и невредимой", — напоследок отозвался мозг и затих.
"Рин вышел из хатхи* и направился к озеру. Сегодня ночью будут летать паоты и он должен найти способ охоты на них. Приближается время Небесной Воды*, а одна такая туша способна обеспечить цвет мясом надолго. Его глаза различили неясное движение на переходе. Маленький уставший отори из последних сил пытался добраться до дома. Кто не досмотрел?! Детеныш мог погибнуть! Во время дня надо будет разобраться и определить наказание!
Отори сделал несколько шагов, но странный запах заставил его остановиться и насторожиться, а потом удивиться, когда он узнал маленькую самку, прибившуюся к цвету Ксана. Чувство многократно возросло, когда она сунула ему свежий хвост паоты. Поколения пытались научиться добывать этих животных, а она смогла! Невероятно! Что?! Она сделала это для него и ничего не просит взамен?! Хочет стать равной*, хоть и не достигла соответствующего возраста? Отори был заранее согласен. Он поднял Мию на руки, повесил за спину добычу и зашагал обратно в хатхи. Когда Ксан отойдет от тиса, будет весело и поздно! Теперь Рин никому не отдаст эту замечательную непонятную самочку, с нетерпением он будет ждать прихода кора-отори! Горловой рык самца победителя прозвучал в ночи."
Примечания:
Паоты — летающая и водоплавающая ящерица.
Хатхи — дупло, дом.
Стать равной — совершеннолетие.
Небесная вода — сезон дождей.
Ну и сон мне приснился! Сказывается уже довольно долгое проживание в обществе совершенно непригодных для личной жизни мужчин. Ай, больно же! Вот это самое больно меня и разбудило. Кто-то страстно… жевал мое ухо! Похоже, уже дожевывает! Не глядя ткнув за спину кулаком, я взвилась на дыбы и приняла боевую стойку из арсенала тай-бо. Ненадолго. Очень уж смешным было лицо Медяшки со стремительно наливающимся фингалом под глазом. Меня снова использовали в качестве плюшевого мишки, заодно решив перекусить.
— Ты едой пахнешь, — обиженно сказал Рин, усиленно нюхая воздух. В животе у него радостно заурчало. Чтож, теперь ясно, почему меня изначально бросили на продуктовый склад. Вовремя я решила вступиться за попранные было права национальных меньшинств на Коралу.
— Пойдем кушать? — предложила я отори. Мой собственный желудок проголосовал обеими руками "за". Ранний подъем этого наиважнейшего органа существенно затрудняет жизнь, особенно, если учесть, что мозг встает гораздо позже.
Мы вышли из хатхи вдвоем. Рина тепло поприветствовали собратья по цвету, на меня косились с подозрением. Понимаю, разделяю, ничего хорошего я вам не сделала, зато поглумилась предостаточно, но извиняться не буду!
— Цвет! Прислушайтесь! — заорал во всю свою широкую грудь Рин. Что он еще задумал? Собирается назначить меня любимой женой? Вот так сразу я не согласна! Где конфетно-букетный период и предложение хвоста и сердца?
— Эта отори, — он показал на меня, — с этого времени дня — наша! — счастливо закончил он. Быть любимой женой у одного еще куда ни шло, но у всего стада разом — увольте! Лу прислушались, но их физиономии выражались такой же скептицизм, какой пышным цветом цвел на моем лице.
— Вы видели хвост паоты? — спросил Рин у цвета.
— Ты нашел способ охоты на них? — с надеждой выкрикнул кто-то из толпы. Интуиция осторожно поскреблась остренькими коготочками о позвоночник. Дался Меди этот хвост, за своим бы лучше следил. Вон как мою лодыжку обвивает, цепь живая.
— Не я, она! — торжествующе взревел он, вздергивая мою руку и меня заодно вверх. — Ведь так, Мия? — глядя в эти сияющие надеждой глаза, мне оставалось только неуверенно промямлить:
— Согласна…
Гробовое молчание, а после могучий победный рык из более чем сотни глоток.
Увлеченно поедая незаконную вечернюю добычу и запивая ее местной водичкой, я напряженно размышляла о пользе и вреде лжи. С одной стороны, без хвоста ящерицы у меня вчера не было шансов остаться в живых. Свою "полезность" любому оторианскому цвету я оценивала трезво, и равнялась она единице. Вроде занятная вещица, но практической пользы от нее никакой. Вроде как бантик сбоку и прилепленное к нему черте что. С другой стороны, моя невинная шутка втянула меня в очередные неприятности, из которых, попав на Коралу, я носа не могу высунуть. Рин тоже отличился — не придумал ничего более умного, как представить меня всему цвету в качестве охотника-аса. Теперь все синенькие ждут от меня минимум по паоте в день!
В очередной раз подавившись от дружеского похлопывания по плечу, и вежливо буркнув витиеватое послание отправиться проведать ежиков в тумане еще одному представителю хвостатого племени, я додумалась до чертовски гениальной идеи! Поговорить со своим мозгом! Мозг выслушал мою просьбу, дочавкал солидным куском мяса и ответил, что хозяйка у него дура, причем набитая. К вечеру он никакого отношения не имеет, ибо уже спал к тому времени (наглая ложь), и пожелал мне распутать ситуацию с наименьшими потерями. Для отори. На мне он поставил крест. Хорошо не закопал под могильную плиту!
Утопление тонущих, дело рук самих тонущих. Раз так, займемся водными процедурами. По пути на озеро мне пришлось несколько раз дать словесное описание ежиков и пару раз нарисовать путь к местности, где они водятся. Может, от меня отстанут и дадут спокойно привести себя в порядок?! Мир большой, а уединиться негде. Эта открытая ранним утром истина получила доказательство через пять минут. Пока я плавала и ныряла, стараясь отыскать малейшие намеки на присутствие под водой ящериц, на берегу собралась небольшая толпа, на разные лады выкрикивающая мое имя. Пришлось прекращать занятия дайвингом, все равно вода сегодня мутная (кто-то до меня недавно активно плескался) и ничего не видно уже в тридцати сантиметрах от носа.
Увидев меня, точнее мою голову над поверхностью воды, отори облегченно выдохнули, захлопали в ладоши и заулюлюкали.
— Что ты делала? — полюбопытствовал Рин, протягивая мне руку. Я отплыла подальше, туда, где вода доходила до подбородка. Необязательно им знать, что на мне, кроме естественного кожного и волосяного покрова ничего нет!
— Паот искала! — буркнула я. Раздражение, концентрирующееся вокруг меня, кипятило воду, да и сама я была похожа на чайник, у которого давно сорвало свисток, а хозяин, как сидел в наушниках, так и сидит.
— Нашла? — мечтательно улыбаясь, продолжил измываться Медяшка. Пришлось на секунду уйти под воду, чтобы остудить голову и спрятать озверевшее лицо. Мое. Туговато у синеволосых с чувством юмора.
— Да! — водичка теплая — остыла я ненамного. Окунулась снова. Когда вынырнула, то обнаружила перед своим носом лес копий и костяных ножей. Кое-кто держал над головой камень. Я ошиблась. У них не туго с чувством юмора. У них его нет совсем! Как у льва, который третий день сидит под единственным в пустыне деревом с вашим тельцем на самой верхней ветке. Вы уже голос сорвали, объясняя ему, что к попытке надеть на него намордник и ошейник не следует так серьезно относиться, а он все равно сидит, догрызая тушку вашего сообщника. Полная противоположность красненьким.
— Рин, их здесь нет! Время смеха, ха-ха? — смех вышел кудахтающий. Не очень приятно быть живой мишенью. Вдруг рука дрогнет?!
— Обман! — выдохнул хвостатый, который уже по грудь залез в воду. Увернуться я не успела. Он схватил меня за руку и выволок на берег. А я голая! Моя одежда на соседних кустиках висит и машет на ветру остатками моего достоинства и чести. Визг стоял над озером минут пять. Прокричалась. Полегчало. Гордо выпрямив сутулую спину, виляя отощавшими бедрами не хуже модели на подиуме (зачем, непонятно), переступая через пригнувшихся отори, я вошла обратно в воду.
— Кыш отсюда! — сказала я ледяным тоном Снежной Королевы и таким же простуженным сорванным голосом. Отори медленно поползли. В ближайшие кусты. Но те были заняты, не менее впечатленными моими вокальными данными аборигенами всех мастей. Откуда они взяли дурную привычку подглядывать? Мама их в детстве не учила, что от этого занятия зрение садится, а то и вовсе глазки случайно веточками выколоть можно. Особенно, если немного помочь глазкам на веточки напороться.
— Мия, ты что? — Медяшка потряс ушами. Нечего было за руки хватать, ближе всех был в момент звукового удара, вот и получил по полной.
— Рин, я без одежды! — обреченно ответила я, заранее понимая бесполезность попытки объяснить ему, что такое смущение, стыд и иже с ними.
— И что? Я тоже! — радостно оскалился Рин, стаскивая набедренную повязку. Мозг залихватски присвистнул, сознание упало в обморок, задев по пути женственность, тут же залившуюся горючими слезами, глядя на такое богатство, которым она воспользоваться в личных интимных целях не сможет. Ну, а я, ушла под воду в полной нирване, вслед за окончательно съехавшей крышей…
— Мия, а Мия. Мия! — меня трясли. Долго и усердно. Кто посмел нарушить мое спокойствие? Захотели пары лишних зубов лишиться?!
— Мия! Хватит спать! — какой настойчивый будильник!
— Изыди, Сатана, не мешай блаженствовать, — для надежности подкрепила высказывание пинком ноги. Демон оказался проворный — отскочил.
— Я не Сатан`а, я — Рин! — возмутился отори. Я открыла один глаз, осмотрела когтистую лапу перед ним, землю, закрыла снова. По мне, так братья близнецы с пресловутым Искусителем. Рогов не хватает для полноты образа.
Вставать все равно пришлось и снова лезть в озеро, потом надевать на мокрое тело сухую одежду. Все это сопровождалось конвоем из Рина и непрестанно шевелящихся и ругающихся кустов. С видимостью приличий все же легче. Одного не могу понять: они же охотники, так почему маскировка хромает на обе сломанные ноги и позвоночник вдобавок?
Медяшку крайне заинтересовало мое нижнее белье. Точнее его кружевная нижняя часть. Долго осматривал, хмурил брови, размышлял, после вернул мне в целости и сохранности. Слава Богу, а то у меня только два комплекта имеется, а носить местные кожаные модели, которым место в секс шопе для извращенцев, не сильно улыбается. По дороге на площадку за обедом абориген донимал меня вопросами для чего на мне столько всего одето и классическим — где мой хвост! Заодно сообщил неприятное известие о смене цвета кожи. Частично. На лопатке, куда меня покусал светлячок, красовалось синее пятно размером с мою ладонь, похожее на спрута: от центра разбегалось несколько дорожек. Перепугалась я сильно, но убедившись, что оно не болит, не чешется, а ведет себя как стандартная татуировка, несколько успокоилась. Осторожнее надо быть в следующий раз с оторианскими народными методами лечения, то есть никаких следующих разов!
До вечера я тренировалась и думала. Выходило из рук вон плохо, так как первому усиленно мешало второе. Кроме того, в процесс наращивания мышечной массы вмешивались желающие поучаствовать в первой официальной охоте на паот. Уже не только лу. Сломанный телефон разнес новость по всем цветам, превратив один хвост в несколько туш, а меня сделал национальным героем. Новенькие были посланы по старому адресу в неизвестные дали, ибо, насколько я знала, ни ежиков, ни тумана на Коралу не было. После тридцатого отори, осчастливленного порядковым номером в очереди алчущих развлечения неандертальцев, чувство затягивающейся на горле петли стало вполне ощутимым.
Через несколько часов на открытом пространстве стало невыносимо. Я обливалась потом от жары, и пахло от меня прескверно. На озеро идти не хотелось. Тем более, что несколько хвостатых все время околачивались рядом, имитируя бурную деятельность: плетение кос, ковыряние в носу и ленивое почесывание в других частях тела. Угу, артисты Большого театра нашлись. Прислонив свою разморенную жарой тушку к первому попавшемуся дереву, я стала наблюдать за играми малышни. Синенькие подростки согнули молодое растение-симбионт и качались на нем парами.
Архимед, когда его осенило орал "Эврика". Я орала нечто нецензурное. Не берусь сказать на каком языке. Дети упали, взрослые — подскочили, а я, пробежав пару кругов по площадке от радости, понеслась искать Рина, оседлав случайно проходившего мимо хвостатого.
Медяшка обнаружился недалеко от озера, во все клыки распекая парочку аборигенов. Пришлось оторвать его от этой увлекательной руководящей работы. Мне нужен был транспорт понадежнее для доставки вип-персоны к местонахождению кора. Сменив Шестерку отечественного производства на Порш Каен, я почувствовала себя в полной безопасности.
Добрались мы быстро, благо, азы управления двуногим конем были освоены еще при владении Рыжиком. Кора были удивлены, но остановить нас не подумали. Забежать в продуктовое хранилище и схватить находившиеся там мои вещи было делом трех секунд.
Как только мы финишировали на территории синеньких, я удалилась к озеру, чтобы почитать в спокойной обстановке. Моя фентезийная книга, которая также являлась гостем этого мира, содержала на одной из своих страниц подробное описание процесса изготовления лука и стрел. Надеюсь, автор проявил должное рвение в изучении этого вопроса: в Википедию заглянул, а не вылил на бумагу плод своей буйной фантазии. Помню, когда читала, злилась, ругалась, что писатель уделяет такое количество различным мелочам, пролистывала страницы. Как найду отделение почты, так сразу и отправлю ему благодарственное письмо с извинениями за обугленные уши.
Итак, мне были нужны две деревяшки одинаковой длины для плеч лука, гибкие, но прочные; брусок для середины лука, где он не должен гнуться; клей; тетива и кожа для изготовления перчатки. Дерева в округе завались, клеем будет вездесущая черная жидкость, на перчатку кожу найдем, если нет, то пару отори раздену, все равно они не знают, что такое стеснение. Сложнее с тетивой… Хм… Мозг ощерился и хитро подмигнул мне. Кое-кому скоро придется постричься. Налысо! Нагло вломившись в подглядывающие кусты, я схватила ближайшего лу за хвост и потребовала достать мне приглянувшееся растение, произраставшее сверху на больших ветвях над озером.
После тридцатого "не согласна" неандерталец озверел, спрыгнул с ветки, снеся половину растений и протянул свои пять конечностей, чтобы слегка придушить меня. На его спасение, он при прыжке сбил именно то, что я искала. Я покровительственно похлопала аборигена по спине, конфисковала каменный ножик и принялась за работу.
Продолжение от 19/01/01
Через несколько часов возле меня сушились склеенные заготовки для трех луков и лежала вязанка собственноручно выточенных стрел с оперением из узких листьев. Дети помогали мне приматывать костяные наконечники. Маленькие отори быстро сообразили по описанию, что мне необходимо, и принесли очень тонкие лианы вместе с обломками костей. Из всего этого богатства меня особенно впечатлил набор нижних челюстей с острыми клыками почти в палец длиной, а я уже практически уверилась в отсутствии хищников в этой странной лесной эко системе. Видимо, они, как и любые другие звери, не настолько глупы, чтобы ошиваться рядом с жилищем всеядных аборигенов. Эти не посмотрят на размеры, мигом в пасти окажешься с отговоркой "нечего тут едой вонять". Неторопясь, насвистывая приятную нежную мелодию из классического репертуара Раммштайна, под визгливые восклицания хвостатой мелочи, я завершила работу. Какой приятный сегодня вечер — тишь да благодать! Была.
Только я собралась поужинать, как на площадку вывалилась толпа злобно переговаривающихся неандертальцев, увешанных различной мелкой живностью. Увидев меня с ломтем мяса в руке, эта орава двинулась прямо на меня! Я подавилась тем куском, который успела откусить и сделала попытку совершить побег.
Мысль о том, что им всем от меня понадобилось, занимала мою подвешенную вниз голову. Слава Богу, вместе с телом, а не по отдельности. Ноги были зажаты в руке спринтера, который и поймал меня. Второй рукой с чем-то мелким, колючим, и очень недовольным таким положением вещей, он тыкал мне под нос.
— Йожег? — спросил он. Все. Я в ауте.
Смех одолел меня на долгие полчаса. За это время ретивые аборигены продемонстрировали мне кучу самых разных монстриков и монстров. По-моему, некоторых они сами в первый раз видели.
— Что происходит? — через толпу протиснулся Рин. Отори заметно стушевались и попытались незаметно рассредоточиться. Ну-ну, попробуй, спрячь больше двух метров мускулов и костей под фиговым листочком. И как объяснять существу без чувства юмора, что я пошутила?! А?! Такая задачка математическим уравнением не решается.
— Охота, — я пожала плечами. Сами принесли сюда зоопарк, пусть сами и выкручиваются.
— Мия обещала взять за паотами, если мы принесем йожегов. Мы принесли! — некоторым охотничкам пришлось вылезать из укрытия и заново ловить энергично разбегающуюся добычу. Теперь уже Медяшка был уши в ползающих и частично летающих гадах. С одним-то крылом особо не полетаешь. Куда делось второе оставалось только гадать. Не сильно напрягая мозги. Вон один активно двигает челюстями. Синеволосый собрался высказаться по поводу устроенного бедлама, но вздрогнул всем телом. Взвизгнул и стал крутиться вокруг себя. Что это с ним?!
— Снимите это с меня! — орал отори. Дурак. Ровно через две секунды его вопль изменился на "слезайте с меня". Кучка из тридцати коралунцев с Рином на нижнем уровне слабо шевелилась. Я снова смеялась. Нет, я уже минут десять изображала из себя помесь кобылы со свиньей, стуча передним копытом по площадке и похрюкивая. Живот немилосердно болел. На этой веселой ноте мой первый вечер в высшем обществе лу был закончен. Я заняла место в хатхи Медяшки, а все пойманные ежики — в продуктовом хранилище. Закрывать его пришлось втроем. Повезет же кому-то утром. Во сне я, кажется, снова хихикала.
Все. Ухожу в монастырь. Не мужской, они и так тут как монахи бенедектинцы живут. Стану матерью-настоятельницей женской обители. Аж жарко стало, странно, что только со спины и на животе, где скрестились руки отори. Мой хребет щекотал хвост. А почему в количестве ДВУХ ШТУК?! В этот момент Рин прижался ко мне еще крепче и сонно пробормотал на ухо "моя". Из хатхи я вылетела, превысив скорость звука, опрокинув по пути тазик с водой: сначала бежали мои ноги, потом я, а дальше мой вопль. Немного позже из двери выглянул заспанный синенький и был сметен толпой подданных, спешивших проверить все ли у их обожаемого короля в порядке, но поскользнувшихся на луже. Если до этого Медяшка функционировал в нормальном режиме, то после их внезапного визита, его самочувствие резко ухудшилось.
Зашедшие на огонек тиса застали следующую картину: снесенную дверь Риновской хатхи, торчащие изнутри ноги с хвостами и меня, уже изредка всхлипывающую. Почесали голову, покосились, развернулись и ушли, нервно подергивая хвостами. Чего заходили — непонятно!
Очередной сюрприз мне преподнесла местная природа. Как человек образованный, я понимала, что близкие физические отношения между местными мужчинами и женщинами регулируются гормонами. Как и у людей, но схожесть женских вырабатываемых организмом ферментов меня поразила. Эй, ты, там наверху. Да, тот самый всемогущий и всепрощающий, отправь сюда кого-нибудь мужского пола. Джонни Деппа можно, или Бреда Пита, дабы, следуя твоим же заветам, между прочим, мы могли счастливо плодиться и размножаться. Ыыыы! Да я и на Квазимодо согласна! А что?! Не надо мне тут нотации про нравственность читать, у меня молодой растущий организм, не обремененный никакими обязательствами! Осторожнее надо быть со снами. Ага, не спать совсем. Еще одно такое подсознательное шведское кино, и я рискую завязать неуставные отношения с фельдмаршалом Рином и на собственной практике проверить совместимость отори и людей. При этой мысли проглоченный завтрак вежливо постучал по желудку и попросился на выход. Пришлось внять предупреждению и ограничиться планами на переселение в отдельное трехкомнатное хатхи со всеми удобствами в пентхаусе.
Ах, ты, черт! Совсем забыла с этой историей про тетиву. Не опоздать бы! Еще от караульных отделываться. О, на ловца и зверь бежит. Возле меня затормозил немного потрепанный Рин.
— Ты выбрала меня! — выпалил он.
— Не согласна! — ушла я в глухую оборону. Утро закончилось, гормоны присмирели и молчат в тряпочку.
— Я почувствовал в начале времени дня! — недоверчиво сверкнув глазами, он обнюхал меня с ног до головы.
— А сейчас? — на всякий случай отступаю от него подальше.
— Не чувствую… — бедолага совсем запутался. Я фыркнула. С вступлением закончили, пора переходить к делу.
— Рин, сделай так, чтобы за мной никто не ходил, — сладким голоском пропела я, делая большие умилительные кошачьи глаза.
— Почему? — мгновенно насторожился хвостатый. Между умом и сообразительностью знак равенства не ставим. Подвох Медяшка чувствует, уж не знаю каким местом.
— Паоту хочешь? — переходим к шантажу, раз по-хорошему не понимает.
— Хочу! — немедля отозвался отори.
— Мне нужна одна вещь, чтобы ее поймать, но я никому не хочу показывать вещь. Так, охотниками на паот будем ты и я, а если другие отори увидят, то каждый сможет поймать паоту! — заговорщицким шепотом объясняю свою просьбу. — А ну вон отсюда! — это уже в сторону троицы хвостатых. А то я не вижу, в какую сторону у них уши развернуты!
— И что? — он меня не понял! Терпение, терпение и еще раз терпение!
— Паот мало! На всех не хватит! — я их, конечно, не считала, но вдруг?!
— Согласен… Лу не будут за тобой присматривать, но другие цвета…
— Разберусь сама! — крикнула я, уже убегая в сторону озера. Бросившихся за мной в погоню охотников Рин удержал, следуя своему слову.
Избавиться от аборигенов другого цвета было элементарно — уплыла на пару сотен метров. Обратно возвращалась осторожно, все больше под водой, и к другому заходу в воду. Там, где обычно принимали водные процедуры кора, которым предстояло стать объектами моей охоты. Не совсем им, но кое-кому приближенному к цвету. Аккуратно срезав полое водное растение, наподобие нашего тростника, я сделала примитивную дыхательную трубку и залегла на дно в зарослях возле берега.
В книжке ясно написано, что для тетивы подойдет конский волос. Лошадей на Коралу нет, зато есть кое-кто еще с уймой косичек! Любой лу отдал бы их по распоряжению Рина, тем более, что нужно всего три, но не люблю я простые задачки. И синий цвет мне не нравится, желтый, он как-то глазу приятнее, успокаивает, знаете ли! Что успокаивает? Мою вредность и мстительность. Не собираюсь прощать всяким блондинистым посягательства на мою собственность! Даже бывшую, благодаря ее стараниям!
Сколько мне еще тут лежать?! Жабры скоро отрастут и плавники. Послышались невнятные звуки: речь, топот шагов, звук смеха. Осторожно высунувшись из воды, я разглядела нескольких кора-отори, хохотавших под активную жестикуляцию тисы. Мало ей одного Ксана, так она еще и на мое почетное место главного клоуна посягает?! Где там моя наживка?! Аборигены разделись, вошли в воду и принялись брызгаться. Тису удалось заманить поглубже с помощью браслета, подарка Рина, прицепленного к дыхательной трубке. Когда моя очаровательная аквариумная рыбка зашла по грудь — настало время действовать: я нырнула еще глубже и резко дернула ее на себя за ногу. Анкс, падая, зацепилась за хвост другого аборигена, тот третьего… Мама, что тут началось! Визги, крики, мелькающие конечности, поднявшаяся муть со дна, и среди всего этого хаоса я, как уж на сковородке. Вдохнуть нельзя, выплыть нельзя, ничего не видно! То и дело когти проскальзывают в опасной близости от тела! Да к чертовой бабушке такую месть! Подмяв под себя непонятно кого и полоснув ножом наугад, авось попаду, я ретировалась подальше от этого клубка водяных змей по дну. Уже в кустах отдышалась через трубку и медленно направилась в сторону лагеря лу.
Довольная и слегка усталая, я выползла на берег, чувствуя себя чистой и телом и душой. После ванны такой длительности ко мне ни одна грязь еще недели две не пристанет, а душа… Частично мучившая меня жажда мести удовлетворена, никто особо не пострадал. Отсутствия нескольких… косичек… даже… не заметят… Ага. Отсутствия половины волос разве что безнадежно слепой и безрукий не заметит! Как же это я так промахнулась?! И цвет подозрительный: красный с рыжими вкраплениями. Кому же из мужчин так не повезло?
Немного повалялась на берегу, изучая для общего развития членистоногую фауну розово-лилового мира, поразмышляла на тему возможного визита к отори с целью поиска жертвы подводной рыбалки, пришла к выводу, что не стоит напрасно рисковать своей шкурой. Мой интерес вполне могут неверно истолковать. Особенно, Ксан, который прекрасно знает о моих плавательных навыках. Пора возвращаться. Еще тетиву натягивать на заготовки, да потренироваться в стрельбе не мешает.
В лагере, возле хатхи Рина, царило нездоровое возбуждение. Уши уловили отголоски разговоров об утреннем происшествии на озере. Хорошо, что я была вне подозрений, неандертальцы серьезно уверовали в неизвестного хищника. Можно перевести дух и поздравить себя с успешно завершенной разведывательной операцией. Рин, увидев меня, бросился ко мне и хорошенько потряс. Еле успела спрятать за спину руки с рыжими патлами!
— Живая! — пояснил он свои действия. Беспокоиться, переживает — приятно!
— Что случилось? — интересуюсь невинно.
— Вода стала опасной. Появился зверь! Кора сказали, — выпалил на одной дыхании мой синеволосый принц. Тоже мне, сороки-сплетники нашлись!
— Да?! Кто пострадал? — максимально удивленный тон, а сама пытаюсь компактнее собрать в кулаках волосы.
— Я! — возле стены хатхи появился Ксан. Еееееееее… Пальцы разжались — косички упали на площадку в заросли за моей спиной.
— Аааааа… — слова попрятались за мысли, мысли за извилины, а извилины мигрировали вглубь серого вещества и залегли на дно. Слегка подергивался уголок губ, немного левый глаз и правую руку чуть-чуть свело судорогой.
— Мия? — ласково спросил Ксан, поглаживая коротко стриженую поросль на передней части головы.
— Ыыыыыыы? — моя нога судорожно дергалась, заталкивая улики еще дальше в кусты.
— Мия! — прыгнув ко мне, Рыжик вытянул мои руки из-за спины. Глаз задергался сильнее, плюс захотелось срочно посетить одно уединенное место. Ксан злобно рыкнул, обнаружив, что мои конечности пустые.
— Что?! — вызверилась я, — иди, ты, Ксан! Ежиков ловить! — дверь с грохотом захлопнулась за мной, а на вид такая хлипкая! Примерно час просидела в доме. Дулась. Но зрители так и не появились. Обидно! Сделала вид, что плачу. Не помогло! Они там совсем зачерствели и обветрились на свежем воздухе? Кто будет меня успокаивать?! Зря я тут оскорбленную невинность репетировала? Заревела в голос, подержав минут пять глаза открытыми. Выдавила две жалкие слезинки. Мда, негусто.
— Мия, — тихо проскользнул в комнату Рин.
— Что? — оборачиваюсь, надевая маску обиженного пятилетнего ребенка. Роль надо отыграть до конца!
— Что это? — скалясь улыбкой падшего (раз сто) ангела, спросил Медяшка, протягивая щепоть, с зажатыми в ней рыжими косичками… Брови уползли за границу волосяного покрова и затормозили в районе затылка. Глаза с искренней любовью уставились на окно, а мозг просчитывал вероятность успешно добраться до пожарного выхода быстрее Рина…
Зависаю. Уже часа три. На ветке дерева. Опутана лианами и дополнительно завернута в огромный липкий лист. Витки импровизированной веревки начинаются от ступней и заканчиваются аккурат под носом. Нет никакой возможности пошевелиться или вякнуть что-нибудь злобное. Сама себе напоминаю куколку тутового шелкопряда. Только из них бабочки вылупляются, а из меня… тоже что-нибудь да вылупится… Потом.
На дерево я попала не из-за Ксана. Наоборот, Медяшка был так доволен моей выходкой, что чуть не затискал меня до полусмерти после того, как вынул мою верхнюю половину тела из окна, куда я успела неудачно сигануть. Рин пообещал ничего никому не рассказывать в обмен на пару подобных подлянок для некоторых личностей, которые успели ему крепко насолить. Эксплуататор! Шантажист! Ишь, чего удумал — меня под когти и чужое раздражение подставлять! Я до сих пор удивляюсь, как мне вчера удалось легким испугом отделаться. Да и отношения с незнакомыми отори портить не хочется. Мне тут еще очереди желающих притопить меня в ближайшей отхожей яме для полного набора счастливого попаданца не хватает. Итак отношения с одним рыжим представителем хвостатой нации испорчены окончательно и восстановлению не подлежат. На этом сером фоне даже тот факт, что мы с Рином оказались "два сапога — пара" не вызывал ожидаемого потока бурной радости.
Да, не в том смысле пара! Мозг, прекрати чушь прекрасную нести! Мы здесь, между прочим, из-за тебя висим и вялимся на жаре. А они там жрут! Желудок ненавязчиво напомнил о себе крайне неприличным высказыванием и обещал в скором времени перейти к самоканнибализму. Надо выбираться отсюда! Как, если я и пальцем пошевелить не могу! Когда меня связывали, не иначе мое макраме припомнили, упыри злопамятные, и решили взять лиану понадежнее и скрутить потуже!
Началось все с безобидной тренировки по стрельбе из лука. Вчера вечером, со всем этим рыжим переполохом, довести заготовки до ума не получилось. Пришлось заниматься сегодня с утра после завтрака. Рин был привлечен в качестве грубой сгибательной силы, а я натягивала просмоленную черной жидкостью косичку на плечи лука. Сразу после этого Медяшка куда-то исчез, оставив меня руководить парадом древнейшей военной техники в трех экземплярах.
Сгорая от нетерпения, ножичком вырезала кривоватую мишень на ближайшем древесном исполине и отошла шагов на двадцать. Если не в мишень, то в дерево попаду точно. Любопытствующие аборигены расселись кружком и стали внимательно прожигать мне спину взглядом, вызывая потоки холодного пота и легионы мурашек по позвоночнику. Опозориться перед цветом очень не хотелось. К великому сожалению на попытки разгона несанкционированного митинга с моей стороны, отори отреагировали абсолютно индифферентно и мило хлопали ресничками. Я — не Рин, меня слушаться не обязательно!
На Земле говорят — первый блин комом, а стрела? Правильно, колом! По счастью, не в чьем-то глазу, а возле моих ног воткнулась. Сзади послышались смешки и первые критические замечания. Кажется, что-то пошло не так. Ах, да — забыла поднять лук и прицелиться. И перчатку сделать! Ладно, мелочи. Снова повторим порядок действий в голове, наяву, теперь уже правильно. Ура! Попала! До десяточки мне еще далеко, как до Крыжопля от Москвы пешком, но это дело практики.
После пятидесяти выстрелов разболелись плечи, пальцы были изрезаны тетивой, внимание рассеялось и порхало вокруг меня розовыми кругами, мешая сосредоточиться. Глазки же твердо решили, что самое удобное для них место возле переносицы и категорически отказывались возвращаться в нормальное состояние. Несмотря на все прилагаемые мною усилия, ни одна чертова палка не попала в цель, доведя меня до бешенства! Как наши предки умудрялись попадать в движущуюся цель со ста шагов, на галлопирующей лошади, удерживая равновесие, стоя на стременах?! Их обучали использовать лук и стрелы с яслей что ли?! А, может, они рождались с ними в руках?
Сделав себе мысленное внушение, я собрала в кулак мышцы, волю и снова прицелилась, но мне опять помешали! За спиной развернулось какое-то оживленное обсуждение. Обернулась всего на мгновение, посмотреть на источник шума, не выпустив из рук приведенное в боевую готовность оружие, да так и осталась стоять…
В середине живого кольца, довольный, как блондинка с пятидесятикратным бриллиантом на пальце, стоял Рин. С первого взгляда ничего не обычного не заметно, но когда глаза опустили ниже… Мама дорогая! Во что он был одет! У меня не просто челюсть отстегнулась, а все лицо сползло, и глазик повис на сокращающемся нерве. Так вот почему он так интересовался моим нижним бельем! Нет, абориген его не одел (убила бы!), он его скопировал! На копчике мужчины красовался кожаный темно-фиолетовый треугольничек с дырочкой для хвоста, бедра опоясывали три тонких ремешка с бусинками на них. Спереди треугольник был гораздо внушительнее, пряча под собой все самое интересное…
Рин счастливо прищуривая глаза, походкой от бедра приблизился ко мне на пару метров, плавно обернулся, высоко задрав хвост, и поиграл мускулами пониже спины… Где он такому научился?! Здесь есть школа подготовки юных дарований для женских стрип-клубов? Покажите мне ее немедленно! Последний кусочек черепицы съехал с моей крыши и оглушительно разбился на множество осколков. Мужчины с ТАКОЙ задницей в стрингах — это НЕЧТО, тем более для моей тяжело больной неокрепшей психики!
Тут-то рука и дрогнула… Выстрел был идеален. В яблочко! Прямо в правую половинку задницы Рина.
Вот за это меня и подвесили. Жду, когда снимут. Не век же они меня коптить собрались. От нечего делать принялась повторять и упорядочивать выученные слова оторианского языка. Так, так, что тут у нас такое? Существительные и глаголы. Прилагательные и наречия. Союзы, служебные слова… Чего? Стоп! Начиная учить английский язык, я прочла несколько статей на тему языковедения и развития устной речи. Со всей ответственностью заявляю: у неандертальцев не может быть развитой устной речи! Максимум, чем они могут располагать — названиями предметов и кратким описанием повседневных действий. Отори же строят такие развернутые предложения, что Лев Николаевич Толстой уже сгрыз бы свои произведения до последней корочки без соли и перца. Если бы жив был. Становится все интереснее и интереснее: вторая загадка заняла свое место на полочке сокровищ в моей голове. Пора открывать детективное агентство, но оно будет убыточным, так как кроме меня никого эти странности не интересуют, а других гостей Кораллу в пределах видимости не наблюдается.
Да снимет меня кто-нибудь?! После пяти часов пребывания в состоянии гусеницы, злость разрывала мой мозг на части. В скором времени к ней присоединились и некоторые органы: одни требовали положить в них хоть маковую росинку, вторые отчаянно просили добежать до кустиков. Я начала дергаться и извиваться, стараясь освободить рот, чтобы подать голос в защиту прав человека, но отори постарались на совесть!
Вторая волна злости снесла преграды разума, робко просившего быть поосторожнее, и закоротила все логически цепочки. В дело вступили инстинкты. Мысли о последствиях пронеслись на штормовой волне мимо рассудка, а сухой треск сверху — мимо ушей. Только, когда лиана начала неумолимо сползать вниз по обломанному сучку, весь ужас происходящего пробился через красную пелену ярости перед глазами.
Повесьте меня обратно!!! Еще на пять часов и крепче, крепче прикрутите на этот раз!!! Готова еще немного изображать из себя свиную тушу в витрине продовольственного магазина. Е-мое, как высоко падать, а я не кошка, ни девятью жизнями, ни способностью падать на четыре ноги не располагаю! Аборигены внизу подозрительно осматривали ветку. Глаза вверх поднимите олухи царя небесного! О! один из хвостатых ее понюхал и догадался после этого воздеть очи к небу. А что лицо такое удивленное? Память девичья? Уже забыли, что на ветке главное ваше сокровище до кондиции доходит?! Спасайте меня быстрее, иначе получите в свое безраздельное владение особо злобного призрака — рецидивиста!
Отори быстро забрались на дерево, сняли меня оттуда и размотали. Черт, проснесло! Еще немного и получился бы из меня наборчик "сделай сам", но работать он бы уже стал. Тело всеми суставами возражало против эксплуатации и требовало признать его родственником Буратино. Угу. Мне одного деревянного в голове хватает! На негнущихся ногах, пальцах и руках, я кое-как добралась до хатки.
Рин рукодельничал возле окна, лежа на животе. На мое появление лу никак не отреагировал, продолжая сортировать бусины и кристаллики. Рядом с ним лежали лук и стрелы. Очевидно, он рассудил, что лучше сидеть голодными, чем щеголять ажурными дырками в теле на самом интересном месте. Ну и пусть себе дуется! Не больно-то и хотелось с ним разговаривать. Нечего было передо мной стриптизера на подиуме изображать. Пойду на озеро проветрюсь. Спортивные упражнения, знаете ли, здоровье укрепляют. На сон хорошо влияют. Без сновидений! Нервы в порядок приводят, а то, как покусаю кого-нибудь за что-нибудь! За нос, например, а у меня бешенство, промолчу чего! И не надо мне другие части синего хвостатого тела предлагать, это не гигиенично!
Пикник на озере удался. Еда, прих�
– Простите!
– …!..! и…!!!
– Простите.
– Да… И… тут…!!!
– Извините…
– …!!!!
– Знаете что?!.. и…!
– Так бы сразу и сказала, чего ругаться-то!..! Хорошего дня…
– А я так сразу и сказала! И вам тоже хорошего дня!
По пути к выходу из вагона я отдавила еще парочку ног и, наконец, вздохнула с облегчением. Московское метро с утра дарит непередаваемые впечатления своим пассажирам. Есть такое расхожее выражение – банка с пауками. В метро таких пауков миллионы и каждый норовит оттяпать друг от друга преизрядный кусочек. Вы знаете, какие порой я слышу фразеологизмы – аж слезу прошибает и за душу берет от отзывчивости и заботы наших сограждан. Ну, и сама, конечно, не отстаю, отстаивая всеми способами свое право находиться именно в это время в этой точке пространства. Способов я знаю всего два: словесный и физический. Приходится активно применять оба, не хочется оказаться в самом низу пищевой цепи Московских железных кишок. Затопчут ведь!
Моя скромная особа по утрам склонна нарываться на неприятности. Мало того, что настроение отвратительное, так еще и на работу еду, что радости тоже не прибавляет. В метро хоть душу отвести можно и получить заряд утренней бодрости, который к кофе не имеет никакого отношения. Сделал пакость ближнему своему – настроение сразу на несколько пунктов поднялось, а если тебя еще и обругали в ответ, вообще красота – можно с особым садизмом наступить шпилькой на ногу. Итог: два один в мою пользу.
Не буду скрывать характер у меня вполне в духе современности: мерзкий, злобный и стервозный. Даже придумывать, что где-то там глубоко внутри я белая и пушистая, не буду. Не было такого и никогда не будет. Хотя… Единственная положительная черта во мне есть – я умею мечтать. О чем? О других мирах, драконах, приключениях, победах добра над злом и всем остальном в том же духе.
Думаю, уже все понятно – я самый что ни на есть фэнтезийный наркоман. Ничего не могу с собой поделать. Скучно у нас тут. Серо, тоскливо и уныло. Хочется сказки или хотя бы самой попасть с эту самую сказку. Начитавшись книг, что я только не делала: по темным подворотням гуляла, на мотоцикле гоняла, с тарзанки прыгала и с парашютом тоже.
И что? Ничего! Каждый раз передо мной маячила все та же Земля и все та же Москва. Видимо, в других мирах я персона нон-грата. Знакомые только снисходительно крутили пальцами у виска, глядя на мои чудачества, да изредка предлагали визитки знакомых психологов. Где это видано, чтобы молодая красивая девушка вместо свиданий книжки читала?
Нужны мне эти свидания, как собаке пятая нога. Что я там не видела? Пришли, поели, попили, ответили на стандартные анкетные вопросы, а дальше в кровать. Он в свою, я в свою. Он зализывать оскорбленное самолюбие и залечивать синяк под глазом, а я костяшки пальцев на правой руке лечить. Я вам не девочка пощечины раздавать, отказ должен быть весомым, основательным и надолго запоминающимся.
Вот и сейчас держу в руках раскрытую книгу, где очередной «попаданец» размазывает тонким слоем своих недругов по магическому миру. Меня бы туда, вот я бы им всем показала: и недругам и другам. Последним на всякий случай.
Надо успеть дочитать до офиса, а то кушать на что-то надо, следовательно, работать придется.
От метро идти минут пятнадцать, должна успеть, как раз развязка истории началась. Светофор. Зебра. Развитое периферическое зрение это хорошо, можно на действительность меньше отвлекаться. Дорога. Тротуар. Работяги в оранжевых касках. А чего это у них лица такие вытянутые?
Я оторвалась от книги только для того, чтобы осознать – земля под моими ногами кончилась, и начался свободный полет в никуда. Кажется, на этот раз переход в мир иной мне обеспечен. Только в тот, что на глубине два метра под землей и зеленым газончиком. Когда же в этом городе сначала будут ограждения ставить, а уже потом рыть ямыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыыы?
О, сознание, привет. Рада, что ты вернулось, а то чувствуешь себя полной идиоткой, разговаривая сама с собой. Не сейчас, а тогда, когда тебя не было. Сейчас, говоришь, тоже не очень нормально? Тоже мне умница нашлась, это не по твоей части. Ты давай мозг пни, чтобы он глаза открыл. Страсть, как хочется узнать, закопали меня уже или только отпевают. Хотя отпевай – не отпевай, таких, как я еще осиновым колом протыкать надо для верности. У меня знаете, сколько дел незавершенных? Копатели опять же. Я им из этой ямы братскую могилку устрою. А что? Место престижное, практически в центре Москвы. Им еще позавидуют!
Ура, мозг заработал, тело ощущается. Не болит. Вот это уже настораживает. Что за фигня? Почему я все вижу в розово-фиолетовом цвете? Очевидно, голова пострадала. Я не против фиолетовых тонов, но зеленый и голубой все же привычнее. Да еще все качается перед глазами. Странно, ладно бы кружилось, а тут вверх вниз.
К рукам вернулась чувствительность, они ощупали шершавую в дырочку и в прожилочку поверхность, на которой я распласталась. Поковыряла ногтем. Из поверхности выползла капелька темной жидкости, тут же заполняя получившуюся ямку. Дела… Видимо, меня все-таки глубоко и благополучно закопали. Значит, это мой персональный ад. На рай с моим характером рассчитывать не приходиться.
Если это загробная жизнь, то что тут делают мои вещи? Вон книжка валяется неподалеку, и сумка рядышком развалилась, явив миру свое содержимое. Одежда та же самая: узкие брюки, блузка и туфли на шпильке. Уууу, мозг, да ты жираф! У меня получилось! Я в самом настоящем другом мире! Есть вариант, что мне это все снится, но тогда аревидерчи врачи, из комы я выходить не собираюсь! Сбылась мечта идиотки, о чем я оповестила мир, заорав во всю мощь своих легких и станцевав ледку-енку.
Поверхность под моими каблуками упруго прогибалась и покачивалась. Особого вреда я ей не принесла, дырочки оставленные шпильками довольно быстро заполнились темной жидкостью и стали почти незаметны. Мечта-то сбылась, вот только мир мне выдали какой-то непонятный: больше всего место походило на переплетение огромных веток еще более огромных деревьев. Неба не было видно ни клочка, везде царил розово-фиолетовый сумрак. Я приземлилась на относительно небольшое свободное от зарослей гибких тонких ростков кустарника (?) место. Ветра не было, но вся флора (?) пребывала в постоянном движении, слабо и ритмично покачиваясь. Иногда по зарослям прокатывались волны, и тогда ветви кустарника извивались, как большие уродливые червяки. Я их не боюсь, но что-то противное в этом было. Верхушки ростков кустарника венчали большие крупные цветы черного цвета в продольную розовую полосочку. М-да, сюда бы представителей эмо, вот бы порадовались.
Какофонию звуков терзающих мои бедные уши я даже не берусь описать. Чья глотка может издавать такое, я все равно узнаю рано или поздно, раз тут очутилась. Главное, чтобы к этой глотке не прилагались зубы и когти, а если и прилагались, то подальше от меня.
Продираясь через заросли, я все ждала, когда появится хоть одна живая душа. На крайний случай подойдет мертвая, книжки неплохо подковали меня на счет нежити. Кто бы тут ни присутствовал – я с ними договорюсь. Наличие существ я ощущала: между размеренными движениями зарослей проскальзывало выбивающее из ритма шевеление. Кто-то или что-то азартно наматывало круги вокруг меня. Не страшно, но нервирует. Вдруг это утренняя пробежка для аппетита перед завтраком со мной в качестве основного блюда. Как бы ни пришлось удирать.
Воспользовавшись дельным советом, я избавила свои ноги от шпилек и зажала их в руке. Для защиты вполне сойдет, каблуки острые со стальными набойками. Иногда я думаю, что такие туфли изначально задумывались, как особо изощренное оружие. Только мужчина может считать, что они подчеркивают красоту наших ног. Сами бы поносили!
Заросли кончились, и я чуть было не совершила второй за это утро полет. Поверхность обрывалась плавно уходя вниз. Насколько хватало взгляда, там было нечто похожее на то, куда я приземлилась. Разнообразной формы площадки с цветущим кустарником, соединенные длинными гибкими переходами. Похоже, это действительно громадные деревья! Кое-где ветви-переходы были связаны чем-то похожим на лианы воедино. «Цивилизация!» – екнуло сердце. Один из таких переходов как раз начинался на высоте около метра над моей головой. И как я туда заберусь? В школе брусья только на троечку сдавала, а это когда было.
Знаете…
Черт с ними с брусьями!!!
На переходе висело вниз головой, обхватив ногами ствол, Нечто. Ромбовидные фиолетовые с черной щелкой зрачка глаза находились как раз напротив больших круглых и выпученных моих. Розовые с рыжиной волосы, заплетенные в множество мелких косичек, заканчивались возле моих босых ступней. Бледная синеватая кожа, очень развитая мускулатура торса, узкое лицо, тонкие губы. Это что – местные эльфы?! Взаимный осмотр продолжался: клыки… три пары… Оно плотоядное… Я сглотнула и попятилась назад. Вернее он, потому как его набедренная повязка, повинуясь закону притяжения, сместилась в район талии. «Размножаются они явно не почкованием!» – вынес свой вердикт вконец обалдевший мозг. Глаза коренного аборигена этого мира выражали то ли любопытство, то ли гастрономический интерес, кто их этих аборигенов разберет.
Обнаженные клыки, наверное, стоило считать улыбкой или они так здороваются? Я была готова поверить, что существо не агрессивное, когда до моей руки что-то дотронулось. Холодная и склизкая дрянь обвила мое запястье и скользнула вверх по руке. Повинуясь рефлексам, я схватила эту гадость и дернула со всей силы на себя.
Существо дико заверещало и, неловко кувыркнувшись в воздухе, приземлилось на четвереньки рядом со мной, вытаскивая из моих разом ослабевших рук, свой хвост с рыжей кисточкой на конце.
Господи, если ты меня слышишь, верни назад, я никогда больше не буду читать фэнтези. Честно!!! Существо выпрямилось и стало выше меня на две головы. Куда мне с моими метр шестьдесят семь роста против такой жердины тягаться?! «Два двадцать примерно…» – продолжал фиксировать физические параметры аборигена мозг. Нашел чем заниматься, лучше думай, как валить отсюда. Отчего-то близкого знакомства с этими недоделанными эльфами мне не хотелось. Особенно теперь, кто знает, может у них попытка насильной конфискации хвоста смертельным оскорблением считается!
Я попыталась ломануться обратно в заросли, но путь уже преградили еще двое близнецов первого существа, вооруженные копьями с каменными грубо обработанными наконечниками. Синюшные тела вновь прибывших красавцев были расписаны простыми геометрическими узорами. Уши, вполне себе округлые, были унизаны костяными серьгами.
Аборигены что-то прогнусавили друг другу. Все трое неласково посмотрели на меня и стали сжимать кольцо, не оставляя возможности для бегства. Хвосты аборигенов раздраженно хлестами по бокам. Говорила мне мама не брать всякую пакость в руки, а я тут неизвестно за что хватаюсь, мало ли куда этот хвост запихивали?!
Набедренные повязки, копья, костяные серьги, а где магия, драконы, волшебный меч и супер способности, наконец?! Это не сказка получается, а какой-то учебник по древней истории. Ну, почему всем достается нормальный другой мир, а мне каких-то неандертальцев подсунули?! Осталось только по голове и в пеще…
В ней самой я и очнулась. Ну, или в дупле, если это все-таки деревья. Никто о моем удобстве не позаботился, тело просто кинули на кучу круглых разноцветных и ужасно твердых шаров. Недалеко валялась туша кого-то животного, в овальных емкостях плескалась жидкость. Прекрасно, меня занесли в питательный рацион, вот только почему к овощам причислили?
Овощи, потревоженные моими телодвижениями, разложились в многоножек и принялись разбегаться по помещению. От такого зрелища плотный завтрак усиленно работая локтями начал пробираться наружу, но портить продуктовый склад я не стала. С опаской понюхав жидкость в емкостях, я пришла к выводу, что пить можно. Какая разница от чего умирать – жажды или последствий употребления неизвестных веществ. От последних, может, и быстрее и приятнее будет. Выбраться из этой древней истории мне, видимо, не светит.
Помещение было круглым и не большим, дверь из переплетных веток знакомого кустарника преграждала путь, не давая разноцветным белковым продуктам с ножками выбежать наружу. На приемы тайского бокса она рассчитана не была, а потому разлетелась на составляющие от одного удара. Я была зла и планировала показать этим синим гадам все преимущества цивилизации.
Аборигены в шоке уставились на меня, не предпринимая никаких действий. Еда впервые на их памяти вела себя так нагло. Обведя кучкующихся возле моей сумки неандертальцев мрачным взглядом, я вырвала из рук девчонки одну из своих туфель. Та попыталась сопротивляться, но быстро замолкла под грозным взглядом. Все ждали развития событий.
Вторая лакированная лодочка находилась у более взрослой женщины, которая своими когтями царапала и собиралась попробовать ее на зуб. Мои туфли, за которые я отдала семь штук?! Да я тебя саму на туфли для плаксивых подростков пущу.
Разворот, удар пришелся точно по руке тетки, туфля описала параболу и, ткнувшись острым каблуком в лоб какого-то неандертальца, очутилась на полу. Через пару секунд она воссоединилась со своей парой на моих ногах. Бедняга потирал шишку на лбу, а тетка полезла обниматься с одним из существ мужского пола, что-то шушукая ему на ухо и тыкая в меня пальцем. Ага, вежливости их не учили, сейчас начнем!
Абориген, дослушав женщину, нахмурил свои темно лиловые брови и двинулся на меня. Женщину бить собрались, ну-ну! Я оскалилась в лучших традициях чеширского кота. Абориген повторил мою ухмылку, вышло у него более впечатляюще. Остальные существа тут же образовали вокруг нас свободное пространство, с интересом наблюдая за тем, как строптивую еду, то есть меня, прибьют. Разбежались. Церемониться с ним я не стала. Если наша анатомия более-менее совпадает, то… Анатомия совпала – абориген скорчился в моих ногах, зажимая свою самую бесценную часть тела. Да-да, знаю: злая, жестокая и все такое, но надо же доказать свою разумность, пусть даже такими методами. Сомневаюсь, что местные животные знают такие подлые приемы, иначе все неандертальцы ходили бы в каменных трусах, а не в набедренных повязках.
Присутствующие пораженно выдохнули и заулюлюкали, но расходиться не собирались. Без понятия, что означает такое выражение эмоций. Откуда-то протиснулись новые действующие лица. Мой здешний первый встречный и двое тех, кто помогал меня загонять. Или это не они? А, черт их разберет – все на одно лицо.
Первый встречный издал пару звуков и получил порцию гомона в ответ. Посмотрел на меня и вошел в круг, позаимствовав у товарищей копье. Мне, конечно, такого одолжения никто не сделал. Действие приобретало серьезный оборот, придется забыть о том, что я слабое и беззащитное существо. Дождавшись первой атаки копьем, я перехватила его и, использовав как опору живот аборигена, куда уткнулась ногой в стальной шпильке, вырвала доисторическое оружие. Мужчина пошатнулся и выпустил копье, с удивлением таращась то на свои руки, то на меня. Отшвырнув в сторону ненужную палку (все равно пользоваться не умею), я перешла к атаке, нанеся несколько быстрых ударов по корпусу. Вот это мышцы – кулаками не пробить! Придется по-другому, подпрыгнув, я нанесла сильный удар ногой туда, где у человека располагается солнечное сплетение. Не помогло…
У них что, одно уязвимое место? Туда я и направила следующий выпад, но существо успело подставить руки и схватить меня за ногу – когти чувствительно царапнули кожу. Вот гад, быстро учится! Крутанувшись в воздухе, я освободила свою пострадавшую конечность. Местный зарычал и попытался схватить меня за шею. Ага, мечтай, увернувшись, я снова подпрыгнула и ударила открытыми ладонями по ушам. Абориген ошалело затряс головой – толпа ахнула.
Не нравится? Погоди, я еще не то умею. Следующий удар в промежность все-таки достиг своей цели, но неандерталец даже не подумал упасть! Растянувшись в мощном прыжке, он нанес мне удар головой в грудь. Как же больно! Хоть одно ребро целым осталось? Ладно, орать будем потом. Воспользовавшись случайно образовавшимся преимуществом в высоте, я долбанула лбом по носу аборигена. Хлынула густая синяя кровь. Великолепно, нарвалась на местного принца, а может они тут все голубых кровей?
Увидев кровь, мужчина сузил глаза и вдруг очутился рядом со мной с занесенной для удара рукой. Если он так дальше будет двигаться, то разделает меня к вящей радости остальных, оскорбленных и униженных мной. Увернуться я не успевала, разве что смягчить удар. Его когти прошли по косой, разрывая блузку и распарывая кожу. Черт, да у него под ногтями столько бактерий, что я заражение крови подхвачу или еще что похуже.
Господи, о чем я думаю?! Меня тут убивают, между прочим. Э, убивали. Абориген стоял с опущенными руками и удивленно пялился на мою грудь. Знаю, что не Памела Андерсон, и местным полуголым манекенщицам в подметки не гожусь, но это не повод смотреть на меня так, будто я ущербная какая-то. Хорошо хоть белье не порвал, урод когтистый. Толпа заголосила и стала тыкать в меня пальцами, абориген совсем по-человечески озадаченно почесал голову. В чем дело? Я не понимаю! Одна из женщин подошла ко мне, потрогала короткий ежик волос на моей голове, попыталась полапать грудь, за что немедленно получила по рукам. Кажется, до меня дошло, они посчитали меня за неизвестный вид животного мужского пола. С моим первым размером да свободной блузкой – это было немудрено.
Оскорбленная до глубины души я длинно и витиевато выругалась, чем привела аборигенов в состояние близкое к экстазу. Надо сказать, что до этого момента я не произнесла ни слова. Местные собрались вокруг меня, кто-то попытался влезть своими пальцами мне в рот. Он хотя бы руки помыл! Я клацнула зубами в опасной близости от его пальцев, хвостатый сообразил, что его попытка более тесного знакомства может плохо закончится и отдернул руку. Меня передернуло. Придется применить освоенную тактику, чтобы выбраться из центра внимания, иначе меня стошнит от их запаха. Когда они в последний раз мылись?
Наступая на ноги и раздавая тычки локтями, я пробралась к выходу из дупла. Подобрала свою сумку и устроилась снаружи, пытаясь привести свое тело в относительный порядок. Кровь удалось оттереть влажными салфетками, но вот что делать с царапинами, ума не приложу. Остатки разорванной блузки я стянула узлом под грудью. Шпильки, как особо ценную вещь, убрала в сумку и села на нее, затягиваясь сигаретой. Одна пачка. Не густо. Придется бросить. Вернусь, запатентую новую методику отказа от вредной привычки. Знала бы, пару блоков прихватила.
Аборигены, рассевшиеся напротив меня, с интересом наблюдали за моими действиям, сопровождая их различными односложными комментариями. Ага, нашли бесплатное развлечение. Интересно, что их привело в такое мирное настроение, неужели великий и могучий русский матерный? Возможно. Слушая наши словесные экзерсисы, почти все иностранцы кипятком писают и белеют от зависти. У них-то фак на факе сидит и факом погоняет.
Дым от сигареты достиг носов неандертальцев, которые тут же зашлись в кашле, некоторые отчаянно зачихали. Понимаю, нелегко вам дается познание плодов цивилизации, у вас тут воздух чистый свежий, не испорченный незабываемыми ароматами городского смога, а мне без отравы никак: организм чистым кислородом дышать не может. От толпы отделилась одна фигура – тот самый (про себя я решила называть его Рыжиком за цвет кисточки на хвосте) и ударил меня по рукам, выбивая сигарету.
– Эй, ты чего? – возмутилась я, бросаясь в погоню за вожделенной палочкой здоровья. – Вам не нравится, вот и валите отсюда, что вы ко мне прицепились, как банный лист? Заняться больше нечем? Охота на мамонта, собирательство там, да хоть рыбу идите ловить. Достали вы меня, домой хочу!
– Охэ та ру, – произнес он, снова отбирая сигарету. Кровь с лица абориген уже успел вытереть, щеголяя припухшим носом, что его абсолютно не смущало.
– Угу, поняла, бегу исполнять, мой повелитель! – съязвила я, доставая другую никотиновую палочку из пачки и прикуривая ее.
Абориген посмотрел на меня, на пачку, снова на меня, снова на пачку и быстрым движением выхватил последнюю из моих рук. М-да, наверное, мы не до конца выяснили наши отношения. «Придется продолжить!» – подумала я и засветила ему в глаз.
Безрезультатно. Рыжик перекувыркнулся с места и побежал с пачкой в руке в сторону конца площадки. Твою мать, он же ее сейчас вниз сбросит! Я рысью помчалась за ним в надежде отстоять свое имущество. Толпа заулюлюкала и рванула за нами вдогонку.
Добравшись до края, абориген раздумал бросать сигареты вниз и свернул налево. Гонки продолжались минут пятнадцать к радости всех присутствующих. Из-за своего роста я сильно уступала ему в скорости, да и не привычно, что земля под ногами качается.
После третьего падения, мне эта беготня надоела. Закинув руки за голову, я осталась лежать там, где упала. Толпа разочарованно вздохнула, но осталась на месте. Рыжик подошел и слегка попинал мое тело ногой. Я отметила наличие когтей и на ногах, но больше всего меня удивил противопоставленный пальцам коготь на пятке. Ясно, почему они так свободно перемещаются по переходам и площадкам.
На пинки я не отреагировала. Какой смысл гоняться за мечтой, если у мечты ноги длиннее? Сигареты рано или поздно все равно закончатся. Так что начинаю здоровый образ жизни прямо сейчас. Организм меня поддержал, отозвавшись голодным урчанием в желудке. Гм, а трехразовое питание на этом курорте предусмотрено?
Рыжик, услышав непонятный звук, с подозрением посмотрел на меня. Я показала рукой на рот, а потом на живот, впрочем, не особо надеясь на понимание. Оказалась права, абориген свел бровки к переносице, изображая натужную работу мысли. Черт, ну, как же объяснить ему, что мой организм хочет есть?! О!
Перебравшись через толпу, все еще наблюдающую за представлением, я достала из сумки шоколадку. Люблю сладкое и всегда ношу с собой запас на черный день, который сегодня наступил. Неандерталец следовал за мной по пятам, неизвестный предмет в ярко-синей обертке его очень заинтересовал – помимо воли мужчины его непослушный хвост уже был возле заветной Баунти и явно намеревался завладеть ею. Пришлось сунуть под нос неандертальцу кулак. Понял, хвост убрал.
Достав обе половинки из упаковки, одну надкусила сама, а вторую протянула Рыжику. Тот замотал головой и потянул руки к фантику. Как ребенок, честное слово! Пришлось отдать. Мне-то мусор ни к чему. Обнюхав и попробовав на вкус фантик, он вырвал из моей руки батончик и проделал то же самое с ним.
Оказывается, шоколад действительно вреден для здоровья: абориген закашлялся, скривился в гримасе отвращения, шумно задышал и замахал себе в рот руками, после чего с огромной скоростью побежал в дупло. Очевидно запивать «лакомство» водой. Такая же реакция бывает у людей, когда они съедят пару стручков жгучего перца.
От неожиданности я даже рот открыла и недоверчиво посмотрела на Баунти. Надеюсь, за попытку отравления мне ничего не сделают, но душа все равно радовалась неожиданной приятной мести за сигареты, которые в суете благополучно канули в Лету.
Спустя пару минут Рыжик вернулся, неся в руках уже знакомый мне по продуктовому чулану многоногий белковый продукт. Я оказалась права опять – они ЭТО едят! Так, спокойно, сделай вид, что находишься в Тайланде и собираешься кушать местный деликатес, что-то вроде маринованных личинок тутового шелкопряда или жареные яйца муравьев. Желудок, не бунтовать, все обойдется, ты у меня крепкий, закаленный обедами в рабочей столовой, справишься. Я верю в тебя и в себя тоже. Ага, надо только довести эту директиву до предательски дрожавших коленей.
Аборигены, увидев отчаянно извивающийся обед, поспешили, толкаясь и переругиваясь, в дупло, тоже решили перекусить. Я оглянулась в поисках костра или хотя бы горячего источника воды, как-то же эту гадость надо готовить. Оказалось не надо…
Откусив от живого насекомого кусок, Рыжик, радостно улыбаясь, протянул мне остатки. П…ц! Простите за выражение! Проглоченная недавно шоколадка заверещала и рванулась из моего желудка на волю, но так как в панике она не определилась через какое место ей бежать, я просто свалилась от скрутившего меня спазма на колени и начала икать.
Абориген философски пожал плечами и продолжил трапезу, тут из помещения вывалились остальные хвостатые, нагруженные «продуктами» по самые уши, расселись кружком и начали есть. Вид одного неандертальца, поедающего насекомое живьем, я еще могла вынести, но всех вместе – увольте! Моей выдержки хватило только на то, чтобы отползти к краю площадки, дабы не портить аборигенам аппетит, где меня и стошнило. Надеюсь, ничья голова не пострадала от высказанного мнения о местных гастрономических пристрастиях. Нет, если я отсюда вернусь, то не просто не буду читать фэнтези, а сожгу к черту всю свою библиотеку и пепел развею над Москвой.
Через сколько там человек от голода умирает? Через четырнадцать дней? Отлично! Пора начинать присматривать себе тихий укромный уголок. Испугавшись такой мысли, мозг все же выдал одну идею. Дрожащими руками, стараясь не смотреть в сторону пикника на открытом воздухе, я откопала в сумке зажигалку. Да здравствует цивилизация! В качестве дров пригодились кем-то заботливо вынесенные из дупла обломки двери. Сейчас я им явлю чудо природы!
Увы, дрова никак не хотели разгораться, плавились – да, но вот гореть отказывались напрочь! Что за мир такой дурацкий?! Я уже размечталась: добуду огонь, научу аборигенов готовить, найдем металлы, сделаем столовые приборы… Какие приборы?! Если дерево не горит, то какая температура плавления должна быть у местной железной руды, если она в принципе тут есть?!
Отсутствие открытого пламени полностью укладывалось в наспех сработанную теорию: хвостатые проживают на гигантских деревьях, а остальные растения являются организмами-симбионтами. Естественно, данный мир должен иметь защиту против пожара, в качестве которой скорее всего выступала уже знакомая мне многофункциональная черная жидкость.
Чудо временно отменяется, планы окультуривания аборигенов тоже. Буду решать более насущные проблемы моего собственного выживания.
Я поплелась на продуктовый склад, в душе радуясь тому факту, что про меня все забыли. Организм припомнил: кроме многоножек в дупле находилась полуобглоданная туша животного, на вид гораздо более съедобная, чем разноцветные многоножки.
Так и есть, правда, ее размеры уменьшились, но мне хватит. Удивительно, что она заветрилась, но не сгнила. С трудом оторвав кусок сырого мяса, я уговорила себя его прожевать. В детстве питала пристрастие к парной свинине, иногда с солью пожевать – красота, но питаться так постоянно, это уж слишком. Однако альтернативы, похоже, у меня нет. Овощей и фруктов в кладовой не наблюдается.
В дверь сунул свой любопытный нос Рыжик, увидев, что я нашла чем перекусить, одобрительно произнес пару фраз и умчался куда-то. Моя персона осталась предоставлена сама себе. Решив, что нечего тут сидеть в одиночестве, я оторвала еще немного мяса, не стоит налегать на незнакомые продукты в первый день, и вышла на улицу, пора было провести разведку ближайшей местности. Ну, хотя бы на предмет… кустиков.
Я заняла наблюдательную позицию возле входа в дупло и стала выжидать, внимательно приглядывая за женщинами. Возле самого продуктового хранилища отходов жизнедеятельности не было, что давало слабую надежду на более-менее цивилизованное отношение к столь интимному вопросу, как оправление естественных потребностей организма. Едва одна из аборигенок отделялась от основной группы в одиночестве, я тут же бежала за ней и следовала хвостиком, пока это было возможно. Некоторые дамы удалялись по переходам, на которые я ступать опасалась: на офисной работе навыки канатоходца и воздушного акробата приобрести невозможно, потому провожала их до максимально доступной точки и возвращалась назад. Повезло мне раза с шестого: девчушка привела меня на соседнюю, но ниже уровнем, небольшую площадку, где были огорожены низкорослым колючим кустарником несколько «кабинок». Некоторое время я подслушивала и принюхивалась (а как вы еще прикажете проверять догадку – вламываться посреди процесса в дверь?), внимательно осматривала взглядом местность. Здесь все растения были какими-то старыми: поверхность вместо насыщенного фиолетового местами имела бледно серую окраску, кустики выглядели пожухлыми, область крепления площадки к стволу дерева оказалась густо покрыта высохшей черной жидкостью. Ясно, эта зона общественного назначения болеет, поэтому для обитания не очень приспособлена, зато вполне подходит для текущего назначения. Хм, а я причины и следствия не перепутала? Пока размышляла, девушка выбралась из кабинки, освободив для моего организма, переполненного жидкостью, вожделенное пространство. Ну, что можно сказать: живая изгородь привела меня к тесной комнатке в стволе дерева, а дальше… деревенские удобства представляете? Примерно тоже самое – дыра. Я валяюсь! В смысле не здесь на полу, это выражение эмоций такое.
Остаток местного дня я потратила на изучение имеющихся в моем распоряжении вещей и составление великих планов. Да не захвата этой милой чудесной планетки, а на ближайшие пару недель. Для такого необремененного обязательствами индивидуума, как я, это был труд поистине колоссальных объемов. Обычно плывешь по бурному течению московской жизни и в ус не дуешь, а тут река пересохла, оставив рыбку, то бишь меня, хватать жабрами воздух.
Обычная среднестатистическая женщина имеет в своем шкафу несколько предметов с ручками, куда можно складировать вещи на постоянное и временное хранение. Размер этих предметов варьируется от маленького, куда поместятся только губная помада и зеркальце, до огромного. В последние можно влезть по пояс и самозабвенно копаться до потери сознания в поисках очень нужной прямо сейчас штучки, которая по вселенскому закону подлости находится на самом дне изделия. Вы еще не поняли о чем я? О дамских сумочках, конечно же!
Как и у любой уважающей себя женщины – в моей сумке бардак. Никогда не думала, что возблагодарю Бога за ту кучу ненужных вещей, которые там находятся, но такой день настал. Сегодня. Итак, давайте посмотрим, что носит с собой женщина (мне самой жутко интересно!):
– косметичка (содержимое перечислять не буду),
– маникюрный набор (ура, ногти грызть не придется!),
– бумажные платки (куда же без них, мало ли всплакнуть придется),
– батарейки (в этом мире придумать им применение будет невероятно сложно),
– мобильный телефон (еще более бесполезная здесь вещь!),
– небольшой набор экстренных таблеток от головы, живота и т. д. (точно пригодиться, с первого взгляда видно, что с медициной здесь туго),
– фэнтезийная книжка (сойдет за букварь, буду нести просвещение в массы),
– резинка для волос (на какое место, у меня же стрижка под дворового бобика!),
– иголки и нитки (а рулон ткани случайно не завалялся… жалко, ну ничего, кожу я тоже люблю носить),
– чистое сменное белье и носки (о, это же с прошлой полугодовой давности командировки осталось),
– сухарики (настолько древние, что передают пламенный привет стоматологу),
– полпачки заварного кофе (жаль, кофеварки нет, ну что мне стоило взять ее на работу!),
– сигаре… пустая пачка, как же хочется курить!!!
– Уже упомянутая зажигалка, записная книжка с ручкой, ключи и гвоздь, ржавый и загнутый.
Собрав изученные вещички обратно в сумку, я стала тупить. Знаете, такое состояние, когда таращишься в никуда широко раскрытыми глазами, в голове пусто, ударишь – зазвенит не хуже колокола. Вроде бы бесполезное состояние, но именно в это время рождаются гениальные (или не очень) идеи. Те самые, от которых можно выскочить из ванны с криком «Эврика», а потом обнаружить, что ты голый перед толпой людей!
Ух ты! Этот возглас у меня вызвали крупные светящиеся шарики размером с половину ладони. Розовые естественно. М-да. Все зародыши гениальных идей тут же вылетели из головы. Местных светлячков было очень много. Они непрестанно кружились в своем необычном танце, гипнотизируя завораживающими движениями. А это лучше чем на огонь смотреть!
Долго любоваться необычным зрелищем мне не дали. Со стороны одного из переходов кто-то приближался, распугивая стаи насекомых. Рыжик! Он что тут забыл? Я на всех аборигенов немного обиделась: сами ушли, а меня одну оставили. Не то чтобы я стадное животное, но первая ночь в незнакомом мире… Неуютно все же. Рыжик добрался до меня и развопился. Я тоже. Не позволю какому-то хомо-несапиенс мне рот затыкать! В итоге мы опять едва не подрались, но неандерталец банально перекинул меня через плечо и внес в кладовку. Дверь он закрыл. С обратной стороны. Можно и эту раздолбать, но вдруг чинить заставят? К тому же один предмет моих наблюдений и вожделений успел влететь в комнату. Слежка за бледно розовым порхающим огоньком хорошо способствовала засыпанию. Отсутствие одеяла, матраса и прочих постельных удобств мне не помешало – сказался стресс, и через несколько минут я крепко заснула.
Ненавижу утро! Ненавижу людей по утрам. Особенно ненавижу людей с розовыми волосами и синей кожей! Честное слово, если эта орава сейчас не заткнется – я устрою геноцид! Глаза открыть все-таки пришлось, потому что обнаглевшая малышня пыталась отодрать мне веки и запихивала палки в нос! Современные инстинкты требовали своего: сигарету, умыться, сигарету, завтрак, сигарету и кофе. Ни сигарет, ни кофе в меню пятизвездочной гостиницы, куда меня определил Рыжик, не было. Ладно, побегаем, авось адреналин за никотин сойдет.
Пятнадцать кругов, двадцать, двадцать пять… Да я в отличной форме! Не знаю, чем неандертальцам понравилось мое занятие, но круги я наматывала со свитой. С неизменным Рыжиком во главе. Все, пора заканчивать – коленки дрожат! Я резко затормозила. Опрометчивый поступок! Сначала меня снес Рыжик, а сверху навалилась еще парочка туш под центнер весом. Запах их тел моментально забил мне ноздри. Хорофо, фто я не позафтракала! Дыфать пфофто несем! Особенно, если лежать, уткнувшись носом в чью-то подмышку! Какая гаааадость!
В книжках герой запросто выбирается из под такой кучи малы. Враки от первой до последней буквы! На деле все обстоит не так. Пока верхние не слезут, нижнему даже трепыхаться не стоит! Местные ребята веселые и если шутка удалась, то они любят повторять ее по несколько раз. Это заняло верхние строчки утреннего хит парада, его повторили на бис четыре или пять раз. Идиоты! Я же не татами! На шестой раз меня бы точно в блин раскатали бы, но я успела откатиться и вся радость от встречи со стокилограммовыми телами досталась непосредственно Рыжику. Несмотря на помятые ребра, я героически мерзко хихикала, изредка сдавленно охая. Где же тут геройство? А вы сами попробуйте посмеяться, когда у вас косточки или мышцы живота болят! Моя рыжая тень подошла ко мне. В его глазах читался вопрос «тебе не понравилось»? Нет, блин, в восторге!
Проблему с умыванием я решила просто: вытащила из кладовой местный аналог тазика с водой и вперед. Заодно поняла, как они чистят зубы – никак! После первого глотка воды кислотно-щелочной баланс пришел в норму! Орбит нервно курит в сторонке – с такой водичкой никакие кариозные монстры не страшны! Сбылась мечта всех детей земли от двух до десяти – долой пасту и щетки! Пока я умывалась, несносный абориген трещал без умолку и порывался отобрать у меня емкость с водой. За что был бит, но попыток своих не оставил. Наконец, до моего сонного, а потому работающего на полпроцента мозга дошло, что активная жестикуляция – это попытка мне что-то объяснить.
Следующие пять минут я соображала, куда этот неандерталец меня посылает. Выходило что вверх, где есть емкость с большим количеством воды, где все моются. Джакузи что ли? Мозг, закрой рот, не позорь меня! Какое джакузи в мире без электричества?! Ошибку понял, осознал? Отлично! Спи дальше и без тебя неплохо справляюсь!
В то время как я переругивалась с бездействующим комком собственных нервных клеток, Рыжик исследовал использованную воду. Осмотр, обнюх и опроб его не устроил. Абориген, отплевавшись от волос (ну да, голову я успела прополоскать тоже), закатил глаза и пнул несчастный тазик. А то сразу было непонятно, что вода больше ни для чего не пригодна! И не надо на меня так укоряюще пялиться. Я все равно не знаю, что такое чувство вины!
Рыжик всучил опустевшую емкость мне в руки и вывел к переходу на соседнюю площадку. Длинному, тонкому. Что дальше? Я замерла на краю с твердым намерением – ни шагу вперед. За кого он меня принимает?! За горного козла? Разве моя голова за ночь костяным украшением обзавелась? Тем не менее, Рыжик сделал приглашающий жест «вперед мол». Не-а, я поджала губы и помотала головой. Он повторил приглашение. Я – отказ. На третий раз абориген вступил на ветви, тут же прогнувшиеся под его весом, и отошел на пару шагов вперед. Хитро посмотрел на меня и, покопавшись где-то сзади, достал…СИГАРЕТУ!!! Это нечестно и подло, я со вчерашнего дня не курила!
Мозг прыгал по черепной коробке, вопя во всю глотку: «Хочу, хочу, дай, дай, дай!». Ни за что! Пусть собачек в цирке дрессирует, а я человек. Мозг не смей! Кому сказала – не смей! Напоминаю, человек – это звучит гордо! А какая гордость может быть в ползании по переходу на четвереньках и с тазиком на голове!
Люди, бросайте свои дурные привычки, они не доводят до добра даже в другом мире. Меня вон до чего довели: больше половины пути проползла, да еще как резво! Рыжее чудовище покатывалось со смеха, всхлипывая и держась за живот. Убью, наверняка, и всех остальных тоже. У аборигенов нюх на развлечения. Собрались по обе стороны перехода и ржут. Ну, ничего я вам всем покажу! Сейчас только доберусь до того края, покурю и покажу. Что именно мозг собрался им показать, он не уточнил. Не придумал еще, наверное, занят бедняга. Попробуйте покоординируйте одновременное движение четырех конечностей, когда с детства на двух ходишь, а еще сигарету держать в поле зрения надо. Вдруг этот ирод ее выкинет, тогда все труды будут напрасны!
Это хорошо, что глаза делом заняты – вниз не смотрят. Зачем я об этом вспомнила, а?! Не надо смотреть вниз, ради всех святых, поздно. Аааааааааааааааааа! Мое тело приняло полностью горизонтальное положение и намертво приклеилось к переходу. Рыжик сообразил, что дальше меня никакими соблазнами и посулами с места не сдвинуть. Я даже глаза не открывала. Нью-йоркские небоскребы пылью рассыпятся от зависти, если узнают высоту местной флоры!
Неандерталец все-таки умудрился оторвать меня от веток и поставить на ноги. Я тут же вцепилась в него как клещ. Даже неприятный запах не волновал в тот момент. Мало кому удавалось добиться от меня таких жарких объятий, а тут на второй день знакомства и добровольно! Мужчина посопел-посопел, да и закинул меня к себе на спину. Помните сцену из «Сумерек», где Эдвард несет Беллу на спине? То же самое. За исключением того, что никакого удовольствия такой способ передвижения не доставляет. Страшно до икоты! Мои ноги обвивали талию аборигена, руки – его шею, а зубы вцепились в волосы. Для верности! Но орать я все равно умудрялась, насколько это было возможно.
Рыжик передвигался по переходам с невероятной быстротой, я едва успевала понять, в какую сторону мы движемся, как направление стремительно менялось. В себя прийти мне удалось только на берегу самого настоящего озера! Огромная площадка с чашеобразным углублением посередине, заполненным темной водой в которой отражались все те же деревья и те же площадки, но несколькими уровнями выше! Конечно же и здесь преобладали преимущественно розовые оттенки. У меня на этот цвет скоро аллергия будет. Интересно, какое солнце и какие атмосферные газы могут давать этот цвет? По берегу росли разнообразные кустарники, разделенные дорожками и расчищенными полянками. То здесь, то там раздавались крики и шныряли местные. Популярное местечко.
Рыжик уже вовсю плескался на мелководье. Пора последовать его примеру. Раздевшись до нижнего белья, с разбега нырнула в воду. Несколько мощных гребков и берег с неандертальцем уже далеко. Вода была пресная и тяжелая. Изобразить из себя ленивую морскую звезду не получится. Однако далековато я заплыла, конечно, акул тут не водится…, но почему я решила, что их аналогов тоже? Господи, если ты меня сюда заслал, то выдал бы хоть инструкцию «Другой мир для чайников» что ли!
Несмотря на то, что плавников около меня не наблюдалось, обратный путь был проделан с рекордной скоростью. Прямо хоть сейчас можно на олимпийские игры отправляться, ага. Рыжик с вытаращенными глазами смотрел на мое появление. Поверьте, его отнюдь не мое тело впечатлило. Пара жестов, копирующих кроль, и я поняла – он не умеет плавать, остальные вероятно тоже. Сделав вид, что совершенно не понимаю его движений, я нарвала свежей листвы и развалилась на земле – не загорать, так лениться.
Местный не отстал, он требовал научить его плавать. Я его пыталась игнорировать. Почему пыталась? А вы попробуйте не обращать внимания на голого двухметрового мужчину! Набедренную повязку он аккуратно постирал и развесил на кустиках. Поводом для моего нежелания обучать неандертальца плаванию стало отсутствие обещанной сигареты. Я обыскала все кусты, но пачку так и не нашла. Где этот…гм, ее прячет!
Рыжик понял, что ничего путного от меня не добьется, и развалился на берегу рядом со мной. Принялся с интересом разглядывать меня. За просмотр денег не берут, не жалко. В конце концов его тоже понять можно – мое тело хоть и похоже на их, но другое.
Сначала несмело, а потом все увереннее он принялся за самообразование. Пару раз получил по рукам, у нас все-таки не урок начального сексуального воспитания идет, сориентировался и больше не покушался на запретные места. Кстати, я была права, мыться им нужно чаще. После купания Рыжик просто благоухал, по сравнению с утром и вчерашним днем.
Минут через десять он перевернул меня на спину и вдруг заорал, чем в очередной раз перепугал меня. Что там такого страшного? Абориген быстро оседлал меня, одной рукой прижал мою голову к земле, а второй принялся ковыряться в моей спине! Больно, черт возьми! Я вертелась, брыкалась, но бесполезно. Воспользовавшись моим замешательством, этот гад занял изначально выгодную позицию. Чтобы он не делал, у него, судя по сдавленному шипению и коротким отрывистым словам, ничего не получалось. Еще бы получилось при таком родео! Что за раскопки он проводит в моей лопатке, врач доисторический? А обезболивание? А когти простерилизовать? А бинт антисептический? Между прочим, у моей прививки от столбняка срок годности истек. Лет пять назад, но это не важно, по закону подлости укол может понадобиться именно сейчас! Терпение у Рыжика закончилось быстро. Кулак висок отключает и боль и сознание. Два в одном, почти как «Солпадеин»*.
Придя в себя, я первым делом проверила наличие и состояние всех частей тела, потом обстановку. Ни тело, ни озеро, ни абориген никуда не делись и не пострадали. Он увидел, что я вернулась из вынужденного путешествия обратно на землю, и подошел ко мне, предусмотрительно выдерживая дистанцию. И правильно: какие разговоры и объяснения могут быть после такого? Я их все равно не пойму! Значит око за око… Впрочем, назидательный урок для развивающегося народа пришлось отложить – Рыжик предъявил мне нанизанное на палочку истерично сучащее ножками насекомое с раздувшимся от обжорства брюхом. Вывод напрашивается сам собой. Ничего себе у них тут комарики! Эта тварь меня поела! Осталось только выяснить, насколько серьезные повреждения успела нанести. Спина чесалась немилосердно. Дотянувшись, поскребла лопатку. Что это? На том месте, где раньше была гладкая кожа, красовался грубый крошащийся нашлепок непонятного вещества. Я мутирую?! Дайте мне зеркало! Два! Я хочу знать чешуя это или крылья! Даже спросить не у кого, Рыжик не в счет.
– Рамне осо! – со значением произнес нелюдь, выбрасывая насекомое. Еще бы мне кто перевел значение этой фразы. Проблему с языковым барьером надо решать как можно быстрее. Их язык выучить или великий и могучий нести в массы? По моему, сугубо индивидуальному мнению, легче научить всех остальных русскому, чем нас иностранному. Ну, не всех. Хорошо, некоторых. Ладно-ладно, я про себя говорю!
Продолжить наше приятное, но бесполезное ничегонеделание нам не дали. Внеземная идиллия была грубо нарушена вторжением нескольких баранов из нашего с Рыжиком стада. Поговорив с ними о чем-то своем неандертальском, он бросил мне тазик и жестом велел наполнить его водой из озера. Понятно, почему он так расстроился из-за запаса жидкости, испорченного моими утренними процедурами. Если бы я воду с таким трудом добывала, то тоже бы озверела. Надо будет подумать на досуге о водопроводе. Мозг тут же отреагировал картинкой: соединенные черной древесной смолой полые трубки. Повинуясь закону сообщающихся сосудов и силе притяжения, вода должна была потечь вниз с небольшим напором. Осталось только обучить аборигенов основам физики, механики и реализовать все это. Делов то, раз плюнуть!
Выбрав соседний заход в воду, я наполнила тазик до краев и выволокла его на сушу. Тяжелый зараза! Так, а как его нести!!! Пришлось вежливо пнуть одного из хвостатых и привлечь его драгоценное внимание к проблеме. Мужчина фыркнул, вытянул центральную ручку емкости до предела вверх, и тазик сложился в пузырь, который абориген и подхватил своим хвостом. Тут кто-то что-то говорил о физике и механике?! Надо будет разобрать на досуге это изделие, глядишь, сама чему-нибудь научусь или хотя бы вспомню!
Случай подвернулся не так быстро, как я ожидала. Дело в том, что на третий день моего пребывания в эмо раю меня настигли последствия употребления незнакомых веществ в качестве пищи. Ага, те самые. Просто классика жанра. Успел добежать до двери, можешь отбивать земные поклоны в качестве благодарности, чтобы в следующий раз не опозориться. Таким образом, к страданиям моего желудка добавилась боль от перетружденных беготней мышц. Только в книжках герои-попаданцы, привычные к жареной генномодифицированной картошке с куском клонированной хрюшки, поглощают чистый натуральный продукт без всякого вреда для организма. Ерунда! Так не бывает, ответственно заявляю, прочувствовав все непосредственно на своей шкуре. Бывает, что герои в книгах мучаются несварением, но, как правило, местные. Создается впечатление, что все попаданцы, как один, обладают нереально крепким желудком способным переваривать гвозди из легированной стали. Я про свой также думала. Очевидно, в московские строительные принадлежности стали не докладывают.
Три дня я провалялась в дальнем углу кладовой, громко жалуясь приходящему меня проведать Рыжику и другим аборигенам стонами и предложениями, в которых приличными были только точки и запятые. Средства современной медицины, принятые при первых признаков недомогания то ли не помогли, то ли нагло перешли на сторону врага, устроившего незапланированную революцию в моем животе. Синекожие удивили меня проявленной заботой: Рыжик таскал мне в чашечке, сделанной из чьего-то черепа, водичку, густо разбавленную смолой, и заставлял пить. Если в первый день у меня глазки закатились только от вида местной кухонной утвари, то на второй день мои органы зрения, наоборот, на лоб вылезли, когда хвостатый мучитель (или благодетель?) собрался меня напоить силой! Когда я в очередной раз пролила всю воду, оттолкнув протянутую когтистую руку помощи с чашкой, Рыжик, недолго думая, сделал большой глоток, но проглатывать не стал и двинулся к моей корчившейся от боли тушке. Догадались, что он задумал? Вот и я тоже! И поставила мировой рекорд для больных, калечных и увечных (на всю голову) по скоростному ползанию. Ну, не хотела я целоваться с неандертальцем даже в лечебных целях под страхом смерти! У него клыков между прочим три пары и ест он черт знает что! Этот гад поймал меня, ухватив за ногу, и прижал к стене. Могу поклясться, что при этом в его лиловых глазах промелькнуло выражение превосходства. Много ли храбрости надо обижать бедную маленькую меня! Тоже мне неизвестный ученик доктора Лектора нашелся. Мозг, это ты произнес «много»? Заткнись! Мои настойчивые уверения, что я буду пить из чашки, только отвали чудовище непарнокопытное, он проигнорировал и мой первый «поцелуй» состоялся.
Когда у тебя зажат нос, а жить хочется, то поневоле рот разинешь! Мозг прекрати проигрывать похоронный марш моей девичьей чести в голове! Мы еще отомстим. Как? Вот и займись делом, придумай, не все же мне за тебя работать! Совершив экзекуцию, Рыжик с удовольствием облизнулся. Вот это лопата! И где он у него во рту помещается? Стопочкой что ли складывает?! Выражение «облизнуться до бровей» обрело смысл и доказательную базу на моих глазах. Я же всеми силами старалась удержать воду в желудке, который больше меня протестовал против такого варварского обращения. Абориген ведь и повторить может, ему, похоже, понравился такой способ лечения.
Удивительно, но через некоторое время стало гораздо легче. На следующий день я выпила все до капли без разговоров. Из чашечки, хотя Рыжик пришел с явным намерением повторить вчерашнюю процедуру. Как бы мне пару семян местной флоры на землю прихватить? На этой древесной смоле, универсальном лекарстве, озолотиться можно! Перед глазами замелькали ровные столбики разноцветных банкнот. Дом, где одна библиотека занимает целый этаж, подписанное заявление об увольнении по собственному желанию… Так, а ну прекращаем мечтать и ностальгировать!
Ты вот лучше скажи мне, мозг, тебе ничего странным не показалось? Исключая, конечно, общую бредовость всей ситуации. Нет? Для чего ты мне, спрашивается, нужен! Только место занимаешь и пару килограммов на весах прибавляешь. Смотри, ты сам понял, что размножаются они, как и люди, естественным путем. Пищащий результат этого процесса будит нас с тобой ежедневно. То, что из этого результата вырастает, мы тоже видим. Недавно близнецы (так я назвала тех двоих, что были с Рыжиком в первый день знакомства) заглядывали. Звали куда-то. Ну? Не дошло еще? Правильно, можешь, когда хочешь! Ни одного старика в обществе неандертальцев не было. Куда они их дели? Съели хотя и в рифму, но вряд ли соответствует действительности. Загнали в специальные резервации, дабы своим маразмом не мешали молодежи развлекаться и строить светлое счастливое будущее? Ой, сомневаюсь. Малая продолжительность жизни? С их-то габаритами, ловкостью и каким никаким, но оружием – не верю. Тогда что? Быть может как в фильме «Машина времени» тут есть еще одна высокоразвитая раса, которая питается моими синекожими друзьями… Худший из вариантов. Как мне все это не нравится. Мало того, что мир доисторический подсунули, так еще и с гнильцой. Это как идешь по территории пятизвездочного отеля на курорте, выходишь за ворота, а напротив бомж сидит – денежку выпрашивает. Сразу как-то тошно на душе становится. Надо будет выяснить этот вопрос.
На четвертый день я решила, что хватит бездельничать, и так не особо напрягаюсь, мозг уже процентов на пятьдесят атрофировался, и явила рано утром свою похудевшую, но вполне здоровую персону обществу. Представьте себе мое удивление, когда я обнаружила ровную цепочку аборигенов нарезающих круги за хвостом с рыжей кисточкой. Челюсть отвалилась. Вместе с головой. Да эти братья черноморцы мечта любого американского полковника. Железная дисциплина! Пока я привинчивала необходимую мне часть тела на место и собирала рассыпавшиеся слова и мысли в кучку, Рыжик подбежал ко мне, обнюхал и скривился. Я понимаю, что не Шанель № 5, но мне тогда при его приближении противогаз одевать надо, а еще лучше в костюм химзащиты запаковаться! Парфюмер, блин!
Без уговоров с моей стороны и дрессировки с его, он посадил меня на спину и отнес на озеро. Где и сгрузил. Прямо в воду в одежде. Помылись, заодно и постирались, ага. Вот черт, второй комплект белья забыла! И как я теперь? Голой? Пред ним? Ними?! И когда эта толпа успела последовать за нами. На берегу, поблескивая любопытными глазками, собрались местные в количестве двадцати штук или около того. Они уселись на корточки полукругом и выжидательно уставились на меня. Чего им всем от моей персоны надо? Стриптиз бесплатный посмотреть?! Ах так, подайте мне сюда виновника этого торжества. Сейчас я ему объясню популярно, что скрывается за фразой «хвост накрутить». После чего оторванную часть тела аборигена Сове из мультфильма экспресс-почтой переправлю. Ей как раз шнурок для колокольчика на дверь требуется!
Рыжик стоял по пояс в воде, от нетерпения похлопывая по ней ладошками. Дитё великовозрастное. Я прошла чуть дальше и поманила его за собой, улыбаясь самой невинной улыбкой из своего арсенала. Это мои знакомые и коллеги знали, что когда я так зубы показываю, то ко мне приближаться опасно, даже смотреть в мою сторону нельзя, а еще лучше не думать про меня на всякий случай, но хвостатый был не в курсе и доверчиво зашел в озеро по горло. В воде у меня было преимущество, которым я и собиралась воспользоваться. Плевать, что на берегу двадцать потенциальных свидетелей преступления. Разберусь как-нибудь. Озеро большое, глубокое. Места на всех хватит!
Нырнув, я схватила парня за хвост и резко дернула, вынуждая его погрузиться в воду с головой. Вода хлынула через широко открытый в крике рот Рыжика в легкие. Он запаниковал и попытался выбраться, но я уже крепко обхватила его за шею, притапливая еще глубже. Я не собиралась его убивать, что я маньяк что ли! Так припугнуть немного. Достал он меня хуже горькой редьки, но когда я увидела его испуганные глаза и последние судорожные движения грудной клетки, стало понятно – шутка зашла слишком далеко. Выволокла я его на мелководье все за тот же многострадальный хвост. Теперь я уже сомневалась насчет полезности этой части тела. Рыжик отплевался, резко оттолкнул меня и бросился бежать прочь.
Ну, куда эта рыжая сволочь подевалась?! Его собраться недоуменно пожимали плечами и переглядывались. Сиди тут переживай за него. Чувством вины мучайся. Как ему надо мной издеваться, так ничего, нормально, а как мне над ним, так сразу о справедливости и цивилизованности вспомнили. Гадко-то как. Придется идти извиняться, и как прикажете это делать, если мы друг друга ни черта не понимаем! Растолкав уже поредевших зрителей, я направилась в ту сторону, куда сбежал объект моих мыслей. Минут через десять поисков, я услышала непонятные звуки в прибрежных кустах. Естественно, я туда сунулась. Любопытство не порок, а средство приобретения неприятностей на пятую точку тела. Не в этот раз. В зарослях, стоя на коленях и размазывая по лицу грязь, рыдал Рыжик.
Бог ты мой, плачущий мужчина! Ну, какое женское сердце не дрогнет при виде такого зрелища? Мое. Правда, извиниться необходимо. Парень мне нужен: он лучше всех идет на контакт. Я дотронулась до его плеча, абориген дернулся и скинул мою руку. Я присела на корточки перед его лицом, он отвернулся. Нет, вы только посмотрите на это – я извиняться пришла, а он еще характер свой демонстрирует!
– А ну, прощай меня быстро, кому говорят! – заорала я от избытка чувств. Всхлипывания прекратились. Абориген распрямился во весь свой не маленький рост и не щупленькие плечи. Какой у него нехороший прищур глаз. Ой-ой, кажется, я серьезно нарвалась!
– Эназа ри ту орас! – рявкнул мужчина и стремительно замахнулся. О том, какая у него тяжелая рука, я размышляла уже в воде, куда вылетела, проделав новую просеку в кустах своим телом.
Не зная броду, не суйся в воду. Умный был человек, который изрек эту мысль. В отличие от меня. Что ж я, такая красивая, предполагала, что мне все с рук сходить будет? Тут не цивилизованное общество, где мужчины на женщину не то, что руку, глаза поднять не смеют. Добро пожаловать в реальный другой мир!
Я успела и вещи постирать, и себя в порядок привести. Относительный, конечно. Волосы уже давно дыбом стояли, попытка пригладить их успехом не увенчалась. Одна надежда – отрастут через некоторое время и сами опустятся. Месяцев через шесть. Если я доживу до этого времени. Рыжик все не появлялся. Нельзя быть таким обидчивым, ничего ведь страшного не произошло! За то время, пока я занималась своими делами, мои воображаемые действия при появлении хвостатой ошибки генетики прошли эволюционный путь от «расцелую и отдамся прямо тут» до «зубы повыдергаю, уши поотрываю».
Повторяемая про себя в течение последних пяти минут вторая мантра не помогла. Чуда не произошло. Пришлось признать очевидное: не успев стать полноценным участником местного общества, я оказалась изгнанной из него. Причем за сущую мелочь с моей точки зрения. Свои мысли абориген озвучил, но дискуссии между нами не получилось. Тяжко повздыхав над своей нелегкой попаданской долей, я отправилась вдоль берега, шурша зарослями кустарника. Хорошо хоть не крышей. Впрочем, там шуршать уже нечему. Один полусгнивший каркас остался. Вот читаешь книжки, учишься, как надо с эльфийскими принцами общаться, как миры спасать и пророчества исполнять. Льешь слезы над сценами воссоединения влюбленных, разделенных превратностями злодейки-судьбы, а на практике вся голова забита исключительно бытовыми проблемами.
Сгину здесь во цвете лет молодая, образованная, начитанная, и никто добрым словом не помянет. Согласна с тобой, мозг, исключительно матерными крыть будут, но их тоже можно произносить с любовью и нежностью… Ага, к себе любимым, счастливо избавленным от моего общества.
Занятая своими мыслями, я набрела на группку местных. «Не мои», – с ходу определила я и затаилась в кустах. Эти шестеро были как-то синее и выглядели более щуплыми по сравнению с другими неандертальцами. Да и волосы отливали синим, а не розовым. Интересно, а цвет волос, кроме эстетической привлекательности, еще какую-нибудь смысловую нагрузку несет? Положение в обществе определяет или ориентацию… Чувствую себя тайным агентом британской разведки МИ-6, о присутствии которого все прекрасно знают, поэтому общаются на зашифрованном языке. С другой стороны афишировать свое присутствие запрещал внезапно проснувшийся здравый смысл – не все же такими мирными и веселыми могут быть, как Рыжик. Вдруг он и вся его компания просто приятное исключение, в качестве компенсации за все остальное свалившееся на мою голову.
Аборигены расходиться не спешили, наоборот, разговор набирал обороты: громкий смех, активная жестикуляция и пересказ событий в лицах. У них тут встреча выпускников или фанатов футбольного клуба что ли?! Долго мне еще в кустах сидеть, а вдруг меня Рыжик на прежнем месте заждался? Надежды на благополучное разрешение ситуации с ним я еще не потеряла. Эта сволочная дама бальзаковского возраста отравляет жизнь до последнего. Но поздороваться с неандертальцами меня все-таки вынудили: холодные руки, обнявшие меня за талию и хвост, нагло обвивший мою лодыжку.
Из кустов я вылетела, как ошпаренная, оглашая окрестности диким визгом, прямо в объятия синеволосого мужчины, увешанного костяными цацками. Обалдели все. В том числе моргавшие из зарослей знакомые лиловые глаза. Явился, твою мать, не запылился! Нельзя же так пугать – инфаркт будет! У окружающих! А до этого, судя по глазам аборигенов, приобретающих знакомую круглую форму, было не далеко. С трудом оторвав от себя когти любителя украшений, я невинно похлопала глазками, махнула на прощание и потопала в сторону глазастых кустов. Только бы обошлось…
Черт, ну и на что я надеялась?! Синеволосые отошли от ступора и бросились мне наперерез. И почему моя скромная персона вызывает у всех в этом мире такой нездоровый интерес?! Рыжик, почуяв, что меня собираются конфисковать, как контрабандный товар на таможне, вылез из своего укрытия, что-то повелительно рявкнув. Мужчина с украшениями (назову его Медь, для тех, кто не понял – поясняю: раствор медного купороса лазурного цвета, как волосы аборигена) заржал. Остальные его напарники поддержали главаря банды сдержанными смешками. Лица у них были не такие уверенные и довольные. Старые знакомые никак встретились, а чем такие встречи заканчиваются, мы знаем – разбитые носы и фонари под глазом. Надо срочно спрятаться за подходящую мужскую спину. Я даже знаю за чью!
Сей маневр и был незамедлительно проделан. Рыжик сначала его полностью одобрил, но потом, почесав голову, выставил меня вперед. Кто его только хорошим манерам обучал! Ах, да, я сама же и обучала. Вот теперь ясно, насколько неблагодарен труд учителей. Аборигены что дети – все копируют как мартышки! Ну ладно, драться, так драться! Я выбрала из своего арсенала самое страшное лицо, нацепила его и встала в боевую стойку. Медь с товарищами осмотрели наш дуэт, высказались по этому поводу и… снова заржали. Посмотрю я, как они без зубов скалиться будут! Мы с Рыжиком понимающе переглянулись. Он глазами указал мне на Медь и покачал головой. Ясно, к этому красавчику соваться не буду.
В следующий момент до меня дошел весь расклад. Пятеро на одного?! Это что, шутка? Злобное лицо на мне слегка окосело от такой перспективы, а ножки подогнулись. Я, безусловно, благодарна за оказанную мне честь и веру в мои силы, но не чересчур ли это? Додумать мне не дали.
Медь прыгнул на Рыжика, предоставив мне разбираться с остальными. Правильно… первый удар в пах… говорил… сальто назад, чтобы вырваться из кольца… наш тренер… рывок за хвост пальцами другой руки в глаза… что тут думать… подпрыгнуть и с разворота в нос… надо… подпрыгнуть, удар открытыми ладонями по ушам… бить… и снова в пах! Та-дам, зрители аплодируют, аплодируют великолепной мне!
«А ну не шевелиться», – рыкнула я на попытавшегося отползти синеволосого. Что там Рыжик возится? Я обернулась на шевеление. Парни успели основательно потрепать друг друга. Медь, хоть и выглядел щупленьким, но ни в чем не уступал Рыжику. Ладно, пусть мальчики развеются, а я пока рукоделием займусь. Помнится, в школе нас макраме учили плести. Чтобы мои учебные пособия не разбежались, пришлось их вырубить. Минут через десять я осталась полностью удовлетворенной результатом: пятеро моих противников уселись кружком спиной друг к другу, не самостоятельно, с моей безвозмездной помощью. Сложно было – они так и норовили упасть, но я справилась. Гораздо больше сил ушло на плетение сложной объединенной косы их хвостов и волос неандертальцев. Я не мстительная, что вы! Просто здоровый смех тоже люблю, особенно не над собой! Жаль, что я пропущу момент их прихода в себя.
Шум за спиной стих, я обернулась посмотреть, кто из двоих соперников выиграл право обладать прекрасной дамой, т. е. мной. Я ни капельки не сомневалась в Рыжике, но мало ли что – всякие неожиданности случаются. Удовлетворено улыбаясь, мой герой, без пары передних зубов, с разбитыми губами, прихрамывая, подошел ко мне. Медь валялся без движения. М-да, битва титанов. Парень полюбовался на дело рук моих, долго и со скрипом соображал, что и как, пока ему не помогли пришедшие в себя синекожие, во взгляде которых возник панический ужас, едва они меня заметили. Поддавшись панике, ребятки рванулись в разные стороны. Впрочем, бегали они не далеко и не долго – ровно на тот кусочек хвоста, который остался свободен. Их болезненные и жалостливые вопли целительным бальзамом пролились на мои уши. Я говорила, что не мстительная? Напоминаю на всякий случай, а то, может быть, кто-то ранним склерозом страдает.
С места битвы мы с Рыжиком уползали, корчась от смеха, а я еще и с трофеем – увела у Меди его браслетик. С детства питаю слабость ко всяким плетеным фенечкам с бусинками. Рыжику я об этом ничего не сказала. Кто знает, чем у них тут мародерство карается. Остановившись перед переходом, мой абориген посмотрел вниз, потом на меня и сделал такое умилительное лицо, что кот из мультфильма Шрек два мгновенно потерял первое место в моем списке кумиров. Но… победить эгоизм, тщательно взращиваемый на протяжении двадцати трех лет не так-то просто. Совершенно не проняло. У меня сразу же «заболела» рука, нога, отбитая о тела синеволосых парней, голова, которой сегодня тоже досталось. Для достоверности я покаталась по земле и выдавила слезинку.
По Рыжику было видно, что представлением он впечатлен, но не убежден, тем не менее, позволил залезть на спину. Руки и ноги заняли привычную позицию на плечах и талии аборигена соответственно, а нос зарылся в красно-розовые косички.
В ранении аборигена была своя прелесть – я успела немного рассмотреть головокружительную дорогу до нашего пристанища. Площадки, где крупные, где только чтобы ногу поставить, помимо широких переходов по горизонтальной плоскости соединялись также прочными лианами для передвижения вверх и вниз. Особо длинные естественные канаты оснащались перекладинами. Места, с недостроенными или вовсе отсутствующими переходами, приходилось перелетать на лианах, подчас закладывая неимоверные виражи.
Рыжик проделывал все необходимые движения с поистине неземной ловкостью и проворством, орудуя всеми пятью конечностями. Боюсь представить, какой была бы его скорость без дополнительных пятидесяти пяти килограмм в моем лице за спиной. Обезьяны тихо вешаются на своих баобабах, не выдержав позора, а удавы и прочие ползающие гады стройными рядками отправляются на сапожную фабрику. Им до местных аборигенов еще эволюционировать и эволюционировать.
Нагло выпрошенный мной у Рыжика способ доставки до дома воскресил в памяти фразу из русской народной сказки – «битый не битого везет». Ага, еще бы удила придумать, чтобы направление задавать, и стремена. О, и седло тоже, и можно с комфортом отправляться на верховые прогулки. Нет, кнут, не надо. Я же не живодер, в конце концов. Так, мозг, прекрати рисовать картины стоящих в конюшнях разноцветных неандертальцев, нетерпеливо рыхлящих когтями землю в ожидании, когда хозяйка соизволит выгулять их. Ты им еще бубенца пририсуй и в сани запряги! Тьфу, блин, ну и наградил же меня Бог извилистым подарочком: не то, что другие, я сама иногда логику своего мозга понять не могу!
Стоило нам прибыть на площадку с продуктовым хранилищем, где я обитала последние несколько дней, как нас обступили встревоженные мужчины и женщины, разглядывая помятое лицо моего транспортного средства. Рыжик, одним жестом угомонив разбушевавшуюся толпу, настроенную немедленно отомстить за приобретенную боевую раскраску, принялся в лицах рассказывать нашу триумфальную историю. Последнюю часть пришлось воспроизвести буквально со всеми душераздирающими подробностями, выбрав из слушателей пятерых добровольцев. Моя идея нашла живейший отклик в сердцах хвостатых – следующие два часа я обучала большинство членов племени плетению макраме и морским узлам. Я была так рада вернуться к своим, хоть и недалеким, но ставшим такими родными, весельчакам, что и вязанию на крючках бы научила, но их под рукой не было.
Под мои руководством хвостатые освоили несколько новых видов косичек и пару заковыристых узелков, которые я выудила из своей памяти. Дед у меня моряком был, вот и научил, как правильно пленников связать, и как самой из пут освободиться. За этим занятием время пролетело до ужина, после которого аборигены скрылись в разных направлениях, предоставив меня моим невеселым мыслям. Сколько раз я в спорах про патриотизм заявляла, что в чужих странах меня ностальгия мучить не будет, а тут смотри-ка – через неделю обратно захотелось. Да вот беда, табло с расписанием авиарейсов Лиловый мир – Москва Домодедово не вижу. Чуть было не расплакалась, но вовремя заметила приближающуюся фигуру.
Рыжик уселся рядом и протянул мне какой-то орех. Второй он раздавил и принялся усердно натираться кашицей. Я…сейчас…скончаюсь!!! Так вот откуда у местных такой непередаваемый аромат городской помойки! Рыжик, не обращая никакого внимания на вонь, от которой мои глаза тонули в слезах, спокойно продолжал свое занятие. Еще и на меня прикрикивал, не давая выбросить злополучный орех. Я скромно попыталась отползти, но была поймана за ногу и водворена на место. Менторским тоном, Рыжик, приобняв меня за плечи (все, читайте отходную моему обонянию!), принялся объяснять мне назначение этой штуки, пальцем показывая на редких светляков. Ага, поняла, я поняла – инсектицид это местный. Под стать комарикам. Только я от него быстрее ласты двину, чем они!
Рыжее чудовище, сокрушенно покачал головой и поставил мое тело на ноги. В голове успели пронестись две фразы: «свобода» и «даешь свежий воздух», как я осознала всю глубину его коварства: парень, схватив меня в охапку, начал натирать себя мной!!! От такого поворота событий у меня пропал дар речи, отнялись руки и ноги. Хорошо не забыла, как дышать, но лучше бы забыла! Когда Рыжик уверился, что запах основательно въелся в мои кожные покровы, он плюхнулся рядом и похлопал рукой рядом с собой. Я обреченно села. Мозг снова начал изводить мое сознание картинками глубокого озера с трупиками на дне, основательно обглоданными пираньями. Мой и без того не ангельский характер определенно приобретает садистские наклонности. Может он уйдет а? Я с надеждой посмотрела на хвостатое чудо, но оно не спешило исчезать.
Дикая птица «обломинго» и тут водится. Раз так, займемся чем-нибудь полезным для развития междупланетных отношений. Сказано – сделано!
– Мария, – сказала я, показывая на себя пальцем. Абориген на меня посмотрел и быстро сообразил. Вроде бы даже обрадовался.
– Мия, – утвердительно произнес он.
– Ма-ри-я, – произнесла я по слогам. Будет он тут еще мое имя коверкать!
– Мия! – Мия, так Мия. Черт с тобой. Я выжидательно уставилась на него.
– Ксан! – он ударил себя рукой в грудь.
Стоило сделать первый шаг, как обмен любезностями перерос в составление словаря до самой поздней ночи. Если пересказать кратко, то я узнала, что планета называется Коралу, ее жители – отори. Население немногочисленно и делится на несколько групп по цвету волос: розовые – кора-отори, синие – лу-отори, красные – ора-отори, желтые – тиса-отори. С последними двумя я еще не встречалась, а вот с лу успела познакомиться сегодня. Основное население сосредоточенно вокруг известного мне озера, которое не одно, а целая группа. Плавать они действительно не умеют, но хотели бы научиться.