Принц стукнул кулаком по столу:
– Папа, я хочу жениться!!!
– Сынок, а не рано еще? – робко спросил король.
– Мне уже шестнадцать! Ты сам женился в моем возрасте!
– Ну, вообще-то, в восемнадцать. – уточнил его отец.
Юноша отмахнулся:
– В твое время все поздно взрослели и отставали в развитии! Мое поколение – другое дело.
– Конечно – конечно… – миролюбиво согласился монарх, поправляя ему рубашку: принц пропустил пуговицу и следующую за ней вставил в предыдущую петлю, отчего всю рубашку перекосило.
Юный Филипп же грозно посмотрел на меня:
– Фея, ты должна найти мне невесту!
– Какую невесту вы предпочитаете, ваше высочество? – осведомилась я.
Принц, не задумываясь, выпалил:
– Чтобы как в соседнем королевстве! Там у короля жена – девушка из простонародья! Но однажды замаскированная фея попросила у нее кувшин воды, та подала, и фея ее вознаградила! Теперь у девушки с уст при каждом слове сыплются жемчуг и россыпи драгоценных камней!
– Неудобно, наверное. – заметила я. – Говоришь, а они об пол стучат…
Юноша добавил еще одну подробность:
– Король велел ей носить тазик, привязанный к шее, чтобы сокровища никуда не закатились. Видите, как удачно: и жена, и достаток в казну!
– Все равно неудобно. – осталась я при своем.
Король Эдуард заметил:
– Вообще-то, нашему соседу даже нравился такой расклад. И сокровища, и жену не слышно. Но она быстро поняла, что к чему, и устроила игру в молчанку. Теперь он сам бегает за супругой и уговаривает ее пообщаться: «Милая, как прошел твой день? Расскажи о своих чувствах!». А ведь раньше целыми днями сидел, уставившись на рыцарский турнир, и ни на что не реагировал…
Принц воодушевленно проговорил:
– Вот что творит любовь! Фея, найди мне такую невесту!
– Но, ваше высочество, ведь это приобретенный дар. – напомнила я.
– Ну, так найди какую-нибудь хорошенькую девицу, пусть подаст фее воды, и та ее отблагодарит!
– Ваше высочество, во-первых, у той феи был сильный сушняк… в смысле, обезвоживание! – быстро поправилась я. – Но, главное, все это произошло до финансового кризиса! Поверьте мне, в нынешней экономической ситуации феи начнут раздавать дары, только если им поднести кувшин с черным золотом!
Филипп немедленно обернулся к отцу:
– Папа, добудь мне черное золото!
– Сынок, это очень опасно. – огорчился король. – На черное золото падки поборники демократии, они сразу начнут угрожать нашей монархии…
– Папа, ну как ты можешь говорить о монархии, когда речь идет о любви всей жизни твоего единственного сына?! – возмутился юноша. – Ах, ты просто слишком стар, и уже не помнишь, что такое любовь!
– Вообще-то, не слишком. – робко заметил Эдуард, которому было около тридцати пяти лет.
Но ребенок придерживался другого мнения, он возмутился:
– Папа, я не понимаю, ты что, не хочешь внуков?!
– Нет. – быстро ответил король и украдкой перекрестился.
– Ты хочешь встретить старость в одиночестве, в этом огромном пустом дворце?!
Мужчина спросил осторожно, боясь спугнуть удачу:
– А что, ты решил, что уже готов поселиться отдельно?
– Нет уж! – воинственно проговорил подросток и поднялся с места. – Пусть ты плохой отец, но я хороший сын! И никогда не оставлю тебя доживать свои дни в одиночестве! Так и знай!
С этими словами он направился к двери, гордо вскинув голову, а у выхода в последний раз обернулся на отца и пригрозил:
– А не найдешь мне хорошую невесту – женюсь на апельсине! Вот!
И вышел.
– Что? – обалдел родитель.
Я поморщилась:
– Да была такая история неприятная… Словом, был один принц с особенностями развития. Но родители этого старались не замечать: поздний ребенок, долгожданный… А когда он вырос, то внезапно решил отправиться искать себе невесту… в лес. Ну, а там мои родственницы, феи – крошки, знатно его развели… то есть, разыграли. Он у них стал спрашивать, где найти жену, а они: «Дай мне подарок, скажу». Короче, до трусов его раздели, но юноша был богатый, у него еще и кошель с золотом имелся, поэтому его отправили в сторожку, где жили три одноглазых стража. Феи сказали: «Когда глаз открыт – сторож спит, когда закрыт – бодрствует». Короче, надо было дождаться, пока все три стража откроют глаз. И сидел он там, сидел. Сорока пролетит, он спрашивает: «Сорока, посмотри, спят ли стражники?». И монетку ей кидает. Потом сову просил, голубя… А комбинации все не те попадаются: то два из трех спят, то всего один, то все спиной отвернулись… Короче, деньги закончились, принц разозлился, напялил капюшон на голову, ворвался в сторожку, схватил сундук и скрылся. А в сундуке три апельсина.
– Это было сокровище, которое охраняли стражники? – заинтересовался король.
– Эээ, нет, это был их полдник. Три стражника – три апельсина. Ну, словом, юноша вернулся домой, по дороге два апельсина съел (он утверждал, что они сами умерли), а на третьем изъявил желание жениться.
– Родители ему позволили?!
– Ну… Не совсем. Они попросили оставить их ненадолго с апельсином наедине, а потом быстро заменили его на одну не очень молодую, но очень ответственную и порядочную женщину. А когда сын вернулся, обрадовали его, что апельсин превратился в принцессу. Юноша немного посетовал, что принцесса не очень молодая, но что делать, он же обещать жениться на апельсине! Поженились. Вообще, у них все хорошо, эта дама прекрасно о юном супруге заботится, не разрешает ему ввязываться в авантюры и хорошо разбирается в делах королевства. Родителям не страшно оставлять на нее страну.
Эдуард вздохнул:
– Хорошая история. Но что же делать с Филиппом?
Я задумалась и предложила:
– Вы не пробовали купить ему новую гоночную лошадь?
– У него целая конюшня.
– Ммм… Какую-нибудь мальчишескую игрушку? Лук там, меч?
– Есть.
– Отправить его развлечься с друзьями его возраста?
Король покачал головой:
– Он недавно ездил с друзьями на охоту и вернулся уверенный, что должен жениться на жабе, потому что она поймала его стрелу…
Я понимающе хмыкнула:
– Мухоморы курили?
– Или еще что почище… Не нравятся мне его друзья.
– Так, может, отправить принца куда-нибудь на учебу?
Эдуард рассмеялся:
– Ну что вы, Кристиночка, он жениться хочет, а вы – учеба!
– И правда. – смутилась я. – Тогда, возможно, стоит предложить ему какое-то «важное» государственное дело, чтобы принц не скучал?
Король снова вздохнул:
– Мы еще от предыдущего кризиса не отошли…
Я поняла, о чем он, и виновато опустила голову, так как в той ситуации была замешана одна моя коллега. Она подарила девочке горшочек, который сам варил кашу. Вот только это была устаревшая модель, там не было таймера и функции автоматического выключения. Короче, ребенок включил горшочек и ушел гулять, а готовая каша заполонила сначала весь дом, а потом повалила наружу. Улицу отмывали неделю, оранжевый уровень опасности, угроза экологической катастрофы. Но ничего, вроде, обошлось.
Эдуард вернул меня к действительности, проговорив:
– Мне пора идти на королевский совет. Они меня никогда не слушают, но без меня не начинают. Спасибо, что приехали, Кристина.
– Обращайтесь.
Чувствую, принц не успокоится, и королевству еще не раз понадобиться помощь опытной феи – крестной.
Уже на подходе к дому я поняла, что что-то не так. Занавески отдернуты, половик сдвинут, клумба растрепана, а по двору цепочкой выстроилась сбегающая из дома посуда. Тарелки и чашки на цыпочках крались друг за другом к калитке, возле которой стоял медный таз и жестами командовал: «Первый пошел! Следующий! Стоп! Ожидаем. Готовься! Третий поше… врезался в уперевшую руки в бока хозяйку».
– А ну назад! – строго скомандовала я. – Быстро – быстро!
Посуда понурилась и послушно поплелась обратно к открытой двери. А оттуда доносился громогласный звон не успевших сбежать тарелок, шум воды и лопанье пузырьков пены.
Вадик в моем фартуке стоял возле мойки и демонстративно мыл посуду. Заметив меня краем глаза через плечо, он задрал нос и громко фыркнул:
– Хозяюшка явилась!
Я криво улыбнулась и полезла проверять столовое серебро. Проклятье, почему оно всегда сбегает первым?!
А мой товарищ продолжал:
– А я тут, видишь ли, посуду решил перемыть. Знаешь ли, надоело в грязи жить! Самовар, вон, даже песком уже не отдерешь!
Действительно, на столе лежала куча мокрого песка, из которой виднелись испуганные глаза самовара. Одной из ножек он украдкой закапывал себя поглубже.
Мужчина начал допрос, перекрикивая шум воды:
– Ну, и где ты была?
– На работе, я же тебе говорила… – я набрала номер полиции и сказала в трубку. – Алло, у меня сбежало столовое серебро… Ну, где-то полчаса назад. Что? По городу бегает Серебряное копытце и громко ржет? Вот, черт…
– Кристина! – рявкнул Вадик, внезапно обнаружив, что я разговариваю не с ним. – Положи трубку!!!
– Я вам перезвоню. – я отсоединилась. – Не ори, когда я разговариваю с полицией.
– Ты даже две минуты не можешь посвятить семье! – топнул ногой товарищ, в одной руке держа полотенце, а второй продолжая рыскать над сушкой в поисках мокрых тарелок, которые каждый раз пригибались, чтобы не попасться.
– Выключи воду. – поморщилась я. – Я себя не слышу, не то, что тебя…
Он надулся, но кран закрутил. Потом обиженно пробурчал:
– Я тебя жду, жду…
– Меня вызвали на работу.
– Это так важно?!
– Ну, вообще-то, это был король.
– Король важнее, чем я?!
Я нахмурилась:
– Неважно, король или нищий, они – мои клиенты. Все по прайс-листу… Вадик, ну работа у меня такая, ненормированная, чего ты хочешь?
– Чтобы ты больше внимания уделяла мне, а не своим клиентам! – выпалил он.
У меня на языке вертелось, что он мог бы, наконец, найти работу, а не сидеть дома, распугивая мои тарелки, но… Я в очередной раз списала его поведение на стресс от недавней потери отца. Правда, уже год прошел, но такая трагедия…
И в этот момент в дверь постучали. И Вадик тут же набычился:
– Не открывай.
– Но мы же не знаем, кто там. – напомнила я.
– Все равно не открывай! Я хочу, чтобы мы остаток дня провели вместе. Чаю попьем…
Хрусть. Хрусть. Хрусть.
Куча песка начала смещаться в сторону, вместе со спрятавшимся в ней самоваром.
– Спасибо, чаю не надо. – сказала я.
– Вообще-то, это ты должна подавать чай! И испечь что-нибудь к нему! И…
И тут я через окно увидела Лизу, мою клиентку, она взволнованно вглядывалась через стекло. Значит, это она стучала. Мой товарищ, продолжая бурчать, стоял к окну спиной и не видел ее. Зато девушка заметила меня и помахала рукой. Я же приложила палец к губам и указала на спину мужчины. Она нахмурилась и исчезла за рамой.
– Я сто лет не ел ничего домашнего! – продолжал ворчать Вадик.
– Сходил бы к своей маме. – предложила я.
– Еще чего! От нее потом не отстанешь! Она после папиной смерти совсем заскучала…
За окном снова появилась Лиза, только она где-то откопала здоровенную дубину! И решительно направлялась с ней к окну. Я замахала руками, привлекая ее внимание, а потом несколько раз четко провела указательным пальцем вдоль горла и выразительно указала на продолжающего разглагольствовать мужчину. Девушка округлила глаза, испуганно выронила дубину и, выхватив телефон, начала быстро куда-то звонить.
О-оу.
– Я на минуту! – крикнула я Вадику и пулей вылетела наружу.
Как раз вовремя, чтобы услышать:
– Мужчина, тридцать шесть лет, безработный, держит ее в заложниках…
Я выхватила телефон и крикнула:
– Все в порядке! Ложная тревога! Извините, это мой жених! До свидания. Да, и не забудьте про мои вилки! – я сбросила звонок. – Лиза, это же Вадик! Ты что, его не узнала?
– Конечно, узнала. – нахмурилась девушка. – Потому и позвонила в полицию! Он уже год у тебя живет, это называется самовольный захват территории!
– Вообще-то, это называется гражданский брак. Ну, ладно, ты-то зачем пришла?
Она опустила глаза:
– Мама нашла мне жениха.
– Да? Ну, хорошо. Как он тебе?
– Он… очень хочет детей. Предлагает скорее пожениться.
– Хорошо. – осторожно проговорила я. – А ты его документы проверяла?
Она жалобно на меня посмотрела:
– Не могуууу… Мы же хотим пожениться! А как нам потом вместе жить, если я до свадьбы его подозревала и документы проверяла? Получается, я ему не доверяю…
– Пошли. – решительно проговорила я. – Я уж точно никому не доверяю, поэтому стребую все справки, выписки и закладные…
Первое, что мне не понравилось – у входа в дом потенциального мужа Лизы стоял автомат с бахилами. Второе, то, что первым на порог открывшийся двери выскочил здоровенный волкодав и оскалил клыки. Ну а уж затем и сам хозяин – невысокий мужчина, полноватый, лысоватый, лет под сорок. Он небрежно махнул рукой:
– Бахилы можете взять из корзины. – и указал на урну с использованными бахилами.
– Спасибо. – вежливо проговорила я и купила две пары для нас с Лизой за двадцать рублей. – Меня зовут Кристина.
Он кивнул, слегка поморщившись:
– Наслышан… Сваха, значит?
– Фея-крестная.
– Один черт… Я – Арсен. Проходите.
Я мило улыбнулась:
– А мы собачку вашу не побеспокоим?
Волкодав все еще сидел в дверях, напрочь их перекрыв, и продолжал скалиться. Хозяин успокоил:
– Он не укусит. Только резких движений не делайте. Входите же! Что стоять на сквозняке.
Мы с подопечной осторожно перешагнули через глухо рычащего пса и оказались внутри дома. Ну, с виду ничего особенного, обычное жилище холостяка.
Он проговорил:
– Сейчас организуем чай. Лиза! Поухаживай за гостьей.
Девушка послушно поднялась с места, но я остановила ее:
– Спасибо, не стоит.
– Как хотите. – равнодушно отозвался Арсен и отдал новое приказание. – Лиза, налей мне чаю, что-то в горле пересохло. И вообще… похозяйничай там пока.
Потенциальная невеста удалилась на кухню, а я спросила:
– Вы один живете?
– С Манфредом. – он кивнул на пса.
– Были женаты?
– Нет. – хозяин снова чуть поморщился.
– А дети у вас есть?
Мужчина оживился:
– Еще нет, но очень хочется! Люблю их… Спиногрызов…
– Кхм. – я заглянула в записную книжку. – А у вас есть домработница?
– Почему вы спрашиваете? – удивился он.
– Ну, кто-то же у вас тут убирает. Я смотрю, вы любите чистоту. – я красноречиво указала на бахилы.
– А, это… Чего зря грязь разводить. А домработницы нет. Не люблю чужих в доме. И Манфред тоже. Да и деньги зря тратить…
Я сказала вполголоса:
– Жена не всегда обходится дешевле домработницы…
Арсен встрепенулся:
– Мы с Лизой это обсуждали! Она – девушка простая, не какая-нибудь там кукла из журнала. А я детей собираюсь заводить, да и ей давно пора. Мы отлично друг другу подходим!
В этот момент вернулась сама Лиза, держа большой поднос с чайным сервизом. Жених снова поморщился:
– Ну, зачем такие церемонии разводить? Попили бы по-простому, по-домашнему…
«Ой, да набрал бы при мне воды из колодца пластиковым стаканчиком и подал бы!» – фыркнула про себя я. – «Только стаканчик нужно к колодцу прибить, а то украдут еще».
Вслух я спросила:
– А где ваша мама?
И тут он взбеленился:
– Что эта старая ведьма про меня наговорила?!
– Эээ… Я с ней незнакома.
– Ааа… – протянул мужчина, успокоившись. – Ну, она живет отдельно, но я ее часто навещаю.
– Где навещаете?
– В доме престарелых.
– Хмм, понятно. – я снова посмотрела в блокнот. – Значит, вы хотите завести детей?
– Да! – хозяин весь подобрался. – Это обязательное условие брака.
– Любите детей?
– Да-да, конечно…
– Жаль, у вас в доме такая большая собачка. – заметила я. – Отдать придется, наверное?
– Да, отдать… – рассеянно протянул он, но тут же спохватился. – Что?! Как вы узнали?!
Я удивилась:
– Что надо отдать собаку?
– Собаку? – еще больше удивился он. – Почему – собаку?
Тут настала моя очередь еще больше удивляться, но Арсен спохватился:
– Ах, простите, я вас неправильно понял! Собаку! Конечно, собаку…
Я полезла в сумочку за телефоном:
– Извините, мне нужно отправить сообщение…
А мужчина тем временем взялся за Лизу:
– Лиза, я с твоей мамой это уже обсудил: вы должны предоставить справки от врача, что с беременностью проблем не будет. Ну, ты понимаешь, чтобы дети обязательно…
Я резко перебила, глядя в телефон:
– Стоп! Никаких детей.
– Что? – не понял Арсен.
Я же развернула экран к Лизе:
– Он заложил своего первенца Румпельштильцхену!
– Что?! – ужаснулась девушка, а жених возмутился:
– Этот гад выложил имена должников в открытый доступ?!
– Только злостных неплательщиков. – холодно проговорила я, поднимаясь с места. – Идем, Лиза.
Она печально последовала за мной, а Арсен заволновался:
– Погодите, все не так плохо! Ведь это еще не приговор! Ребенка можно не отдавать, если угадать новое сценическое имя Румпельштильцхена! Я даже знаю способ!
Я фыркнула:
– После того случая, когда он прыгал вокруг костра и выкрикивал свое имя, карлик больше не употребляет, так что зря надеетесь. Идем!
Мы двинулись к выходу, а мужчина трагически завопил:
– Подождите! Но ведь речь только о первенце! Отдадим одного ребенка, а потом рожай хоть с десяток! Подумай, Лиза! У тебя же биологические часы…
Я захлопнула дверь за спиной, и голос неудавшегося жениха прервался. Мы медленно двинулись по двору, а девушка начала всхлипывать:
– Опять! Опять неудача! Каждый раз, когда я собираюсь замуж, выясняется какая-нибудь пакость!
– Хорошо, что она выясняется ДО, а не ПОСЛЕ. – философски заметила я и утешила ее. – Лиза, не волнуйся. Ты – моя клиентка, и я найду тебе мужа.
– Правда? – подняла на меня заплаканные глаза она.
– Конечно! Ведь я уже взялась за это дело! А я всегда довожу начатое до конца. ВСЕГДА! – с пафосом проговорила я и добавила, немного погодя. – Ну, кроме диеты, ежедневной зарядки и изучения английского. А так, ВСЕГДА!
Расставшись с бедной Лизой, я решила воспользоваться ситуацией и заглянуть к тетушке Бузине, а то у меня телефон скоро лопнет от ее смс-сок с просьбой навестить старую больную тетку. Правда, когда я заглянула в ее домик из кустов бузины, его хозяйка полулежала на софе в коротком халате, курила сигарету, а свободной рукой помахивала в воздухе, чтобы лак на ногтях быстрее просох. Увидев меня, она радостно вскочила с места:
– Кристина! Ну, наконец-то!
– Здравствуй, тетя. Хотя, ты, вроде, и так не болеешь…
Бузина отмахнулась:
– Это все нервы! Ни к черту. – она затянулась сигаретой. – Как дела? Как бизнес? Слышала, к тебе обращался сам король!
– Его сын. – уточнила я. – И не думаю, что из этого выйдет что-то путное. Мальчик слишком молод…
Тетя хмыкнула:
– Главное, что ты должна извлечь из этого дела – свой гонорар. Остальное – частности. Ну, садись. Как там Вадик?
– Ну… – протянула я, усаживаясь в кресло. – Он до сих пор дома.
Бузина понимающе закивала:
– Все еще не оправился от смерти отца?
– Наверное. – неуверенно ответила я. – Все-таки, год прошел…
– Ему нужна какая-то встряска. – заметила собеседница.
– Или работа… – робко заметила я. – Вот только он, кажется, не стремится ее искать…
– Ты не справедлива, Кристина! Всего-то год прошел! Этого еще мало, чтобы записать Вадика в бездельники.
Я нахмурилась:
– Понимаешь, у меня появились сомнения… Ведь, по сути, в свои тридцать три года Вадик всю жизнь работал у своего отца! То есть, сам никогда не искал работу, никогда…
Женщина решительно меня перебила:
– Глупости! Семейный бизнес – отличное дело! Кстати, почему бы вам не заняться совместным бизнесом?
Я захлопала ресницами:
– Но, тетя, я же фея – крестная! Какой бизнес у меня может быть с Вадиком?
– Брачное агентство, конечно!
– Так у меня и так…
– Нет. – она решительно помотала головой. – Сейчас ты работаешь одна. А нужно привлечь Вадика! Найди ему какое-нибудь занятие, дай почувствовать свою значимость!
– Но ему же это совсем неинтересно! Сомневаюсь, что он будет что-то делать… – заметила я.
– Так и пусть не делает! Главное, чтобы он чувствовал, что ты в нем нуждаешься!
– Эээ, не поняла, как это поможет Вадику найти работу? Если он не будет ничего делать, а я буду его за это хвалить?
Бузина огорчилась:
– Кристина, ты решительно не хочешь брать на себя ответственность! Ведь, в том, что Вадик год сидит дома, есть и твоя вина! Почему не простимулировала его? Почему не помогла в поисках? Почему не выпинывала активно? Почему…
– А слюнявчик на него одеть не надо? – огрызнулась я. – Мы, вроде, о взрослом дяде говорим!
– По паспорту-то оно так, но на деле мужчине нужен постоянный контроль, забота, готовка и уборка!
– Мне тоже самое говорили, когда подарили хомяка. – заметила я.
Тетя задумалась, потом согласилась:
– В принципе, способы содержания схожи…
– Но, тетя, я же не хочу содержать хомяка!
– А жениха? – быстро спросила она.
Я помедлила, потом осторожно ответила:
– Вообще-то, не то, чтобы жажду…
– А зачем ты с ним живешь?! – возмутилась женщина.
– Так он же ко мне переехал после смерти отца, ему нужна была поддержка, не могла же я бросить человека в беде!
– Вот! – обрадовалась собеседница. – Раз один раз приняла на себя ответственность, так уж и неси ее до конца! А если не хочешь, то не держи мужика, передавай следующей, тут у нас невест хватает!
– Эстафетная палочка. – фыркнула я.
Тетя расстроилась:
– Кристина, но ведь замуж надо! Ячейка общества, все такое…
– Но ведь не обязательно за Вадика?
– Кристина! – решительно проговорила Бузина. – Давай я тебе кое о чем напомню: тебе двадцать восемь лет.
– Я знаю. – язвительно ответила я. – Все-таки, это мой возраст.
– Кристина, ты работаешь с рынком невест и знаешь, какие там красавицы ищут себе принца! Ну, а ты?
Я помрачнела. Нет, ничего особо страшного во мне не было, не подумайте. Просто я была обычная. Обычная женщина под тридцать. Рядом с клиентками – красавицами меня принимали за их мачеху. Ну, или сводную сестру – завистницу, старше минимум на десять лет. И вот на таких девушках женятся принцы…
Тетя словно мысли мои прочитала и вкрадчиво заметила:
– А вот Вадик как раз для тебя. Нормальный парень… Такой как все. Не лучше и не хуже.
Я вздохнула и поднялась с кресла:
– Мне пора. Пойду к своему среднестатистическому хомяку…
А дома меня ждал рассерженный Вадик:
– Куда ты пропала?!
– Извини, мне надо было помочь подруге. – завуалировала я свою профессиональную миссию под более благородный предлог. – А потом зашла к тете, она давно просила ее навестить, ведь тетя… болеет. Она так сказала.
Товарищ немного смягчился:
– Ты слишком им потакаешь, пора научиться говорить «нет». В следующий раз так и скажи: «Не могу сейчас придти, мне нужно мужа кормить».
– Угу… – протянула я, тоскливо вспоминая, как кормила хомяка: насыплешь в кормушку корма и все…
– Ну, давай уже обедать садиться! – жизнерадостно сказал Вадик. – Что у нас на обед?
– Не знаю. – честно ответила я. – Надо посмотреть, что есть в холодильнике.
Он помрачнел:
– Странно, что сама хозяйка не знает о его содержимом…
– Ну, ты же прекрасно знаешь, что меня уже два дня почти все время не было дома! – поморщилась я.
– Ты за своей работой совсем забросила дом!
Мне очень хотелось тонко намекнуть, что просиживающий штаны дома мужчина мог бы и сам что-нибудь сделать, но я промолчала. Тем более, он уже сегодня помыл посуду. Эх, где там мои вилки? Надеюсь, они попали к хорошему человеку…
Я отправилась на кухню и принялась рыться в холодильнике. Оказалось, все не так плохо!
– Слушай, а чего ты ничего не съел? – удивилась я. – Вон тут, сколько всего стоит…
Вадик надулся:
– Ну и как я об этом должен был узнать?
– Либо открыть дверцу холодильника, либо установить себе приложение с рентгеновским зрением.
– Кристина, ты еще шутишь? – обиделся он еще больше. – Вот в моей семье мама всегда подавала обед сама!
– А она год назад никуда не уезжала? – внезапно спросила я.
– Нет, а что? – удивился он.
– Ничего.
На самом деле, у меня мелькнула мысль, что мать Вадика куда-то уехала на недельку, а его отец умер от голода, не догадавшись открыть холодильник.
Я принялась греть обед, а мужчина сел на стул и начал делиться своими планами:
– Надо бы машиной заняться…
– Займись.
– Кристин, тебе легко сказать «займись»! Это же дело не одного часа! Тут время нужно, настрой, погода чтоб была хорошая…
– А погода зачем?
Он поморщился:
– Что ж мне, под дождем под машиной ползать?
– Так ты ведь ПОД, чем тебе дождь помешает? – усмехнулась я.
– Кристина, молчи уж! – фыркнул Вадик. – Механизм чинить – это тебе не твои глупые брачные анкеты составлять! Тут мозги надо включать! И машину чувствовать. Это тебе не по магазинам бегать!
– Кстати, о магазине. Ты бы, пока настроения на машину нет, купил молока, хлеба…
– А почему ты сама этого не сделаешь? – насупился он.
– А ты будешь весь день сидеть и ждать, пока я вернусь?
– Если бы ты пораньше приходила домой…
Нашу перепалку прервало то, что в кухне вдруг появился третий. Причем, появился небанальным образом – одним махом перепрыгнул через подоконник. Впрочем, коньки-горбунки еще и не на такое способны.
Вадик опешил:
– Это еще что?!
– Лошадь. Маленькая. – ответила я.
– Но что она делает на нашей кухне?!
– Кажется, он принес записку… – я протянула руку и вытащила привязанную к луке седла бумажку. – Это от короля. Просит приехать.
И тут мой товарищ громко стукнул кулаком по столу:
– НЕТ! Никуда ты не пойдешь! Мы обедаем! Все остальные должны подождать!
– Но это же король…
– И он тоже подождет!
Я взяла со стола морковку и сунула коньку:
– Подкрепись пока.
– Хватит его кормить! Просто отправь обратно!
– Хорошо. – твердо сказала я. – Я никуда не пойду.
– Я запрещаю! – радостно добавил Вадик.
– И вообще, я уволюсь с работы!
– Эээ… – на это мой товарищ не рассчитывал и замялся.
А я продолжала:
– Буду ухаживать только за тобой! Правда, из дома придется съехать, мы не можем его себе позволить без моей работы. Но, ничего! Вещи распродадим, машину твою тоже, снимем землянку на земляничной поляне и заживем! С милым рай в шалаше!
Конек-горбунок похлопал ресницами и начал быстро-быстро жевать морковку, пока ее тоже не выставили на продажу.
– Ага… – протянул Вадик без особого энтузиазма. – Да. Заживем… Мы живем в прекрасной стране, правда?
– Конечно. – согласилась я.
– И вообще, мы – патриоты!
– Пожалуй.
– А тут король просит о помощи! – воодушевился мужчина. – Я думаю, наш долг оказать ему поддержку.
Я скромно потупила глаза:
– Только если ты отпустишь меня…
Он великодушно махнул рукой:
– Ради отечества я потерплю! Только в тарелку из сковородки обед переложи, а то не умею я с этими новомодными лопатками…
Я быстро плюхнула подогретый обед ему в тарелку и послала воздушный поцелуй:
– Пока, милый!
– Не задерживайся!
– Как скажешь.
Мой транспорт поднял одну бровь: «Это чё щас было?».
Я лишь хмуро поинтересовалась:
– Дожевал? Поехали.
Король ждал меня возле входа во дворец, видно, дело срочное:
– Кристина! Как хорошо, что вы приехали…
Одна из многочисленных дверей внутри здания распахнулась, и оттуда выглянул один из пажей, он печально проговорил, обращаясь к королю:
– Еще не нашли, ваше величество.
– Продолжайте поиски, будем надеяться, что он не вылетел наружу.
– Кого-то потеряли? – поинтересовалась я.
– Попугайчика. – с грустью ответил мужчина.
– Сбежал?
– Скорее, ему помогли… – он указал на большую птичью клетку, стоящую на столике в прихожей замка.
Мощные прутья клетки в одном месте были широко раздвинуты, там не то, что попугай, орел бы вылетел.
Я удивилась:
– А зачем так делать? Достаточно дверцу открыть…
– Наверное, это глупая шутка. – вздохнул Эдуард. – Но я позвал вас по другому поводу. Филипп нашел себе невесту.
– Уже?! – поразилась я. – Ничего себе! Молодежь, на ходу подметки режет! Надеюсь, его высочество не собирается заняться брачным бизнесом, иначе я прогорю… Извините.
Король только грустно улыбнулся:
– Вам не о чем беспокоиться, Кристина. Филипп нашел себе невесту… под мостом.
– Бездомная, что ли? – не поняла я.
– Судя по виду – да. По крайней мере, она промокла до нитки.
– Да, вроде, дождя нет. – нахмурила лоб я.
– Но Филипп утверждает, что она – истинная принцесса, и он ее проверил.
– Да? – заинтересовалась я. – И как нужно проверять принцесс? Если об этом прилично говорить вслух, конечно…
– Пойдемте, я покажу.
Король провел меня в помещение, подозрительно напоминающее спальню. Я смутилась. Может, не стоило настаивать на подробностях?
– Вот. – мужчина взял с ночного столика крупный булыжник. – Филипп предложил гостье прилечь с дороги, а под матрас подложил камень, и она его почувствовала.
Я посмотрела на булыжник:
– Было бы странно, если бы она его НЕ заметила.
Эдуард уточнил:
– Дело в том, что матрас был не один…
И он кивнул на странное сооружение, стоящее в глубине комнаты. Это была кровать, на которой кто-то сложил гору матрасов практически до потолка.
Пауза.
Потом до меня дошло:
– Он предложил гостье прилечь на эту гору?!
– Да.
– Но… Да как на нее залезть?
– Вон там приставная лестница.
Я обалдела:
– И она согласилась?!
– Да. Залезла, полежала и почувствовала, что под всеми этими матрасами лежит камень.
– Да черт с ним, с камнем, какая нормальная женщина добровольно согласится лезть на эту гору?!
Король наморщил лоб:
– Мне показалось, что она просто не поняла, как это предложение обойти.
– Пальцем у виска покрутить, например… – покачала головой я. – Ну, хорошо. Вы хотите, чтобы я собрала на нее информацию?
– Да. – печально ответил мужчина. – Хотелось бы знать, кого принимаем в семью… Девушка весьма лаконична. Пойдемте, я вас представлю.
Принц и его новоиспеченная невеста находились в столовой. Причем, перед обоими стояла полная тарелка, но ни та, ни другой к еде не притронулись. Принцесса лениво поигрывала вилкой, принц же сидел, глядя на нареченную влюбленными глазами.
Ну, что можно сказать о девушке? Высокая, крупная, в два раза мощнее субтильного Филиппа. Лицо довольно приятное, вот только нос несколько крупноват. Ну и выражение этого лица подкачало: она о чем-то все время размышляла, нахмурив лоб, но впечатление создавалось такое, словно этот процесс длится долго-долго, и вовсе не из-за сложности обдумываемой проблемы.
Король проговорил:
– Позвольте представить вам Кристину, фею!
Девушка, не отрываясь от своих размышлений, повернула ко мне голову и коротко сказала:
– Меня звать Ясса. – и снова замкнулась в своих размышлениях.
– Очень приятно. – дружелюбно проговорила я, усаживаясь за стол. – Откуда вы, Ясса?
– Мост. – так же коротко ответила она.
– Эээ… Вы живете под мостом?
– Так. – кивнула она.
– Кхм… Его величество говорит, вы почувствовали камень через огромное количество матрасов. Какая удивительная чувствительность!
– Все там будем. – понимающе кивнула Ясса.
«Чего?» – опешила я.
В этот момент нас прервал паж, который ворвался в столовую залу, радостно крича:
– Нашли, ваше величество! Он на люстре сидел!
И мальчик продемонстрировал нам маленького волнистого попугайчика.
– Ну, слава… – начал король, но девушка его перебила, внезапно прошипев:
– Птица!!! – она вся изогнулась, попытавшись удалиться от попугайчика как можно дальше.
Впрочем, отодвинуть стул при этом не догадалась. Странная она…
Филипп возмутился:
– Паж, вынеси его отсюда! Не видишь, Яссе он не нравится?!
Тот послушно покинул столовую, и невеста медленно вернулась в исходное положение.
А я спросила:
– Не любите животных?
Она задумалась.
Пауза.
Девушка все еще думает.
Еще пауза.
Наконец. Ясса выдала:
– Кошек. Люблю.
И она медленно облизала губы.
И тут я похолодела. Потом вскочила с места и быстро проговорила:
– Прошу прощения, но мне нужно кое о чем переговорить с королем и принцем! Не волнуйтесь, это не займет много времени! Ваше величество, ваше высочество, давайте выйдем в коридор. Пожалуйста.
Отец и сын послушно последовали за мной.
Оказавшись достаточно далеко, чтобы этот разговор остался только между нами, я спросила:
– Какая комната находится на наиболее отдаленном отсюда расстоянии?
Король наморщил лоб:
– Пожалуй, западная прихожая…
– Отлично. – я обернулась к Филиппу и мило улыбнулась. – Ваше высочество, окажите мне любезность, я оставила в западной прихожей свою сумочку. Она так хрупка, что слуги непременно ее сломают. Умоляю, принесите ее сюда, в ваших аристократических пальцах она будет в полной безопасности.
Он удивленно похлопал ресницами, но согласился:
– Хорошо… Сейчас принесу.
И удалился.
Король вздохнул:
– Он добрый мальчик… Жаль только, не сообразил, зачем вам вторая сумочка, кроме той, что у вас на плече, ну и как она оказалась в западной прихожей, если тот вход давно заколочен… Что случилось, Кристина?
Я быстро проговорила:
– Позовите стражу! И еще… В пределах дворца ведь есть церковь?
– Конечно.
– Пусть громко звонят в колокола, чтобы даже здесь был слышно!
Эдуард всполошился:
– Но что случилось?!
– Маленькая проблема: ваш сын выбрал в невесты тролля!!!
Говорят, тролли боятся звона церковного колокола. И дневного света. Ну и десяток полностью вооруженных стражников наверняка должен произвести определенный эффект. Но это все в старых – добрых сказках. Реальная жизнь куда прозаичнее. И меркантильнее. Потому что, как только девица поняла, что от нее требуется, то немедленно встала в позу, намертво закрепившись на своем стуле:
– Никуда не пойду. Филипп обещал на мне жениться!
– Но он не знал, что ты – тролль! – заметила я.
– Видели глазки, кого выбирали! – развела руками она.
Черт, и ведь не поспоришь! Ну и куда делось ее прежнее тугодумие, когда речь зашла о расстройстве свадьбы?
Я проговорила, как можно спокойнее:
– Вы должны понять: эта свадьба не может состояться!
– И вы поймите: я уже сообщила всем родственникам, что выхожу замуж за принца. Я не могу вернуться домой ни с чем. – парировала Ясса.
Я поняла, к чему она клонит и уточнила:
– Так чего вы хотите?
– Отступные. – тут же отреагировала троллиха. – Такие, чтоб не стыдно было. За принца ведь!
Мы с королем переглянулись. Вот тебе и тролль!
– Ну, хорошо. – нехотя ответил Эдуард. – Так, мы договорились?
Ха, если бы все было так просто! Потому что невеста продолжала:
– Компенсацию морального вреда! Очень неприятная ситуация, знаете ли… Я девушка с хрупкой душевной организацией…
– Хорошо. – с нажимом ответил мужчина. – Так вы покинете мой дворе…
– И компенсацию физического вреда! – перебила его девица.
– Какого еще физического вреда?! – возмутилась я.
– Меня заставили спать на здоровенном булыжнике!
– Никто вас не заставлял! Вы могли отказаться! – ответила я.
– Ах, как же я могла отказать любимому в его просьбе? – захлопала ресницами Ясса. – У меня не было выбора!
Я саркастически заметила:
– Это тот любимый, за которого вы сейчас отступные считаете? Разве любовь не должна быть бескорыстной?
– Это не я выгоняю его из дворца и отказываюсь жениться. – пожала плечами невеста. – Девушке надо и о себе подумать, раз ее так кидают. Так вот, еще я требую особых государственных квот для троллей, как для малой народности.
– Что?! – возмутился король. – И не подумаю!
– Дать нам монополию для ведения собственного малого бизнеса!
– Какого еще бизнеса?!
– Кошачьи питомники! – радостно ответила она.
– Вы же кошек едите!
Но девица как ни в чем не бывало продолжала:
– Пониженные налоги.
– Вы воруете людей!
– Собственную резервацию…
– Вы нападаете на деревни!
– Вот на месте одной разоренной деревеньки получится прекрасная деревня троллей… – мечтательно проговорила Ясса.
Я стукнула кулаком по столу и сурово проговорила:
– Довольно! А теперь, дорогая моя, слушай меня! Вот, что ты получишь, если не согласишься на наши условия: модернизацию всех мостов в городе под разводные; заповедник, только не троллей, а так горячо вами ненавистных канареек; лампы дневного света во всех городских фонарях; еженедельных турнир звонарей…
– Вы не посмеете!!! – в панике закричала девица.
– Еще как посмеем! А если не веришь мне, то я сейчас позову кое-кого, кто с тобой по-другому поговорит…
– Ха! – насмешливо проговорила Ясса. – И кто же это?!
Я обернулась к пажам:
– Мальчики, верните сюда попугайчика. Пусть повторит все мои слова, раз уж до нашей гостьи так туго доходит…
– Нет!!! – испугалась она, отпрянув назад. – Только не птица!!! Хорошо! Будь, по-вашему. Какие еще условия?
Я снова переглянулась с королем, потом ответила:
– Памятуя о нанесенном вам моральном вреде, мы согласны на отступные в РАЗУМНЫХ пределах. Но чтобы духу вашего и ваших родственников здесь не было!
– Дискриминация… – пробурчала Ясса.
– А нападение на человеческую деревню – разбой, который преследуется по закону.
– Да мы всего-то пару столов перевернули!
– Вы выпили годовой запас яблочного сидра! – напомнил король.
– Они нам разрешили! Сказали: «Берите, что хотите, только уходите».
Я постучала карандашом по столу, призывая всех к порядку:
– Давайте вернемся к вопросу об отступных…
Когда мы, наконец, выпроводили тролля, остался еще один неприятный вопрос: как объяснить Филиппу, куда делась его невеста? Кстати, принц до сих пор не появился, видимо, все еще разыскивал мою несуществующую сумочку. Король велел слугам:
– Позовите сюда его высочество. Скажите, что нам нужно поговорить. – когда слуги ушли, мужчина перевел взгляд на чековую книжку и вздохнул. – Да, женитьба сына дорого обходится королевству, даже ДО свадьбы… Что же будет потом? Кристина, как вы думаете, а не стоит ли действительно его женить? От греха, так сказать?
Я наморщила лоб, пытаясь придумать как можно более мягкую формулировку:
– Ну, какой из него муж… Извините. – ну, не сильна я в мягких формулировках, ну не сильна!
Впрочем, Эдуард был со мной солидарен:
– Это точно… Я женился на два года позже, но толку-то! Намучилась со мной моя бедная Елизавета, царствие ей небесное…
В этот момент в комнату вбежал запыхавшийся принц:
– Папа! Что случилось? Где Ясса?!
– Сынок… Понимаешь… Она – тролль.
Филипп немедленно надулся:
– О вкусах не спорят!
– Нет, ты не понял, она – тролль!
– А давай ты не будешь навязывать мне свои устаревшие стандарты красоты! – огрызнулся юноша. – По-твоему, она должна ходить в парике и чулках до шеи?
– Филипп, я сейчас не о внешности говорю! – перебил его король. – Она – тролль, по национальности, понимаешь?
Но и это сообщение не произвело на принца никакого впечатления. Наоборот, он начал что-то подозревать:
– В чем дело, отец? Уж не страдаешь ли ты расовой нетерпимостью? Стыдись! Ты же король! Ты должен подавать пример своему королевству!
Эдуард счастливо заулыбался:
– Сынок, как же я рад слышать от тебя такие взрослые слова! Жаль только, что в такой неподходящей ситуации…
Филипп топнул ногой:
– Где Ясса?!
– Она ушла. – коротко ответил его отец.
– Как?! Ты ее выгнал?!
– Нет, мы вполне мирно договорились.
– Отлично! – решительно проговорил юноша. – А сейчас я вполне мирно верну ее обратно! Пойду, поищу под мостом…
– Эээ, этот мост уже снесли! – торопливо проговорил Эдуард.
– Ты и об этом позаботился! – чуть не плакал принц.
Я решила, что пора вмешаться:
– Ваше высочество, подождите! Ясса сама ушла, потому что больше не могла вам врать. Во-первых, она – тролль.
– Я люблю ее и такой! – с надрывом проговорил Филипп.
– А если узнаете, что она разведенная женщина? – полюбопытствовала я.
– Как?! – опешил юноша. – Она же принцесса! Она не могла…
– А еще у нее трое детей. И куча родственников. И по тролличьим обычаем, вы должны жить все вместе. А вы, ваше высочество, должны будете каждый вечер чесать пятки главе семьи – самому старому троллю…
Принц топнул ногой:
– Помолвка расторгнута! Я не собираюсь жениться на обманщице! Тролль! И когда она собиралась мне об этом сказать?! На третью годовщину свадьбы?! Произвол!
И он в негодовании выбежал из комнаты.
А король удивленно спросил:
– А когда вы успели все это выяснить, Кристина?
Я честно ответила:
– Все, что после «тролля» – импровизация. Но нам повезло. Бывает, что человек влюбляется настолько сильно, что его не останавливают ни трое детей, ни куча родственников… К счастью, Филипп влюбился не в реальную Яссу, а в придуманный светлый образ.
Эдуард вздохнул:
– Что же будет дальше?
– Поживем – увидим.
Когда я вернулась домой, уже вечерело. Вадик сидел на веранде и потягивал пиво из бутылки. На мое появление на горизонте он не отреагировал, но когда я подошла, грустно проговорил:
– Устал я, Кристина.
– От чего? – полюбопытствовала я.
– От того, что я у тебя на двадцатом месте, после всех твоих клиентов.
Я миролюбиво проговорила:
– По-моему, у меня вполне гармоничное распределение сил между тобой и работой.
Он вздохнул:
– Устал я, Кристина, все время подстраиваться под твое расписание!
Я удивилась:
– А как ты хотел? Разве, если бы ты работал, я бы могла выдергивать тебя посреди рабочего дня? У всех работающих людей так.
Вадик поморщился:
– Ну, ты же понимаешь, что проблема в тебе, Кристина? Ты же женщина, хранительница очага. Ты должна выстраивать наши отношения так, чтобы никто не почувствовал себя ущемленным.
Я возмутилась:
– Эй, а давай без навязывания лишних гендерных обязанностей, ладно? Мне и своих хватает! Я только что выставила из королевского дворца очень дорогостоящего тролля!
Мужчина печально проговорил:
– Ну вот, ты снова о своей работе… Как будто кроме нее в мире ничего не происходит. А ты все о ней, да о ней… Кристин, здорово, что ты такая рабочая лошадка, но если с тобой что-то случится, кто рядом будет? Клиенты твои? Или близкие? Если ты не оттолкнешь их, пока будешь своим клиенткам мужа искать! А на работе тебя моментально другой такой же теткой заменят, и с чем ты останешься? Подумай хорошенько, Кристина, подумай…
Я посмотрела в свой блокнот. Потом задумчиво постучала ручкой о столешницу. Затем снова посмотрела в блокнот и уточнила:
– Значит, вы хотите, чтобы я нашла вашей дочери жениха… через пять лет?
– Вы правильно меня поняли. – с важным видом кивнула заказчица, холеная дама по имени Эвелина.
– Необычная просьба. – заметила я.
Женщина слегка приподняла тонкие брови:
– Почему же? Дарье сейчас девятнадцать. Она учится на втором курсе экономического института, подрабатывает по специальности. Через пять лет Дарья как раз закончит учебу и успеет приобрести трудовой стаж. Тогда и замуж можно.
– Это понятно. – согласилась я. – Но зачем мужа-то начинать искать за пять лет?
Эвелина чуть надула полные губы, щедро накрашенные помадой:
– Ну что вы, Кристина, мы обе взрослые женщины и прекрасно понимаем, что хороших мужиков разбирают «щенками». Совершенно невозможно тянуть с этим пять лет!
– Кхм… – я снова посмотрела в блокнот. – Так ваша дочь будет с ним встречаться в эти годы или…?
– Нет. – поморщилась женщина. – Ей некогда ходить на свидания, у Дарьи крайне напряженный график. Вот, взгляните.
И она протянула мне листок с распечатанным графиком. Мда. Заказчица оказалась права, девушке не то, что на свидания некогда было ходить, она и спала-то от силы пять часов в сутки! Учеба, семинары, стажировка, отдельно подработка в банке и еще волонтерская работа!
– Ваша дочь – волонтер?
Дама снова поморщилась, на этот раз сильнее:
– Да… Шефствует над одной старушкой… Это съедает много времени, но повышает категорию…
– Категорию? – удивилась я, подумав о карьере экономиста и странной взаимосвязи.
Но оказалось, что Эвелина имеет в виду другое:
– Девушка должна быть сердобольной и заботливой. Стаж волонтерской службы повышает ее категорию в глазах женихов.
– Аааа… – протянула я. – Ну что ж. Так значит, мы ищем жениха сейчас, ваша дочь с ним не видится еще лет пять… Но вы же понимаете, что молодой человек не будет дожидаться ее пять лет?
– Отчего же? – удивилась клиентка. – Мальчики из хороших семей в студенческие годы не женятся, это моветон.
– Ну, хорошо. – осторожно согласилась я. – Но ведь возможна не только свадьба, потенциальный жених может встречаться с другими девушками…
Она отмахнулась:
– И пускай. Это даже к лучшему. Мужчине, знаете ли, нужно нагуляться. Пускай повстречается со всякими… доступными, а когда пресытится и остепенится, можно будет организовывать знакомство с невестой.
– Кхм. – в очередной раз кашлянула я (надо завязывать, а то заказчица подумает, что я простужена). – Хорошо. Вы сказали, мальчики из хороших семей. Я правильно понимаю, что речь идет об определенном уровне достатка?
– Конечно! – поторопилась согласиться Эвелина. – Нужно оправдать расходы!
– Расходы?
В ответ дама вытащила новую распечатку, еще хуже предыдущей. Потому что на этой были отображены ВСЕ расходы на девушку, начиная со школы: оплата за лицей, оплата репетиторов, оплата языковых лагерей, оплата деловой одежды, расходы на окулиста и стоматолога…
– Мда… – только и оставалось протянуть мне.
– Я много в нее вложила. – согласилась клиентка. – Теперь хочу отдачи.
Я осторожно уточнила:
– Хотите, чтобы она вернула вам эти деньги?
Женщина добродушно улыбнулась:
– Ну что вы, Кристина, я же не кредит дочери дала! Я не требую от нее возвращать эти деньги с процентами. Мне нужны дивиденды.
– Ааа… А зачем тогда муж? – вдруг спросила я. – Ваша дочка так много учится, уже работает…
И снова Эвелина поморщилась:
– В том-то и проблема. У меня дочь. А дочери имеют свойство рожать детей, садиться дома и превращаться в клуш, спуская в унитаз все, что им дали родители. Поэтому, приходится искать подстраховку в лице правильного зятя. Ах, везет вашему поколению! – печально вздохнула она. – Вы можете выбирать!
– Профессию, дорогу, религию?
Клиентка оторвалась от своих невеселых размышлений и удивленно на меня посмотрела:
– Что? Нет. Пол ребенка! Ведь можно оплодотворить яйцеклетки в пробирке, отобрать правильные эмбрионы и подсаживать именно их. А в мое время: кем забеременела, того и рожай! Ах, если бы у меня был сын! Скольких бы проблем можно было избежать…
На этом чаша моего терпения лопнула. Я закрыла блокнот и поднялась:
– К сожалению, я вряд ли могу вам помочь.
– Да? – удивилась она. – Странно, мне вас рекомендовали…
– Увы, долгосрочные мужья – не мой профиль. Извините, что отняла ваше время.
Несостоявшаяся заказчица недовольно поджала губы, но ответила:
– Ничего страшного. Выход найдете сами?
Выход я нашла и двинулась в обратный путь. И тут меня окликнул запыхавшийся голос:
– Подождите!
Я обернулась.
Девушка в строгом брючном костюме подбежала ближе, но остановилась на некотором отдалении:
– Вы фея – крестная? – спросила она.
– Да. – ответила я, оглядывая ее хрупкую фигурку и полупрозрачную кожу, которую не скрывал даже аккуратный макияж. – А вы, видимо, Дарья?
– Да. – она помрачнела и сжала кулаки. – А теперь, послушайте меня! С этого момента вы навсегда забываете о моей семье! Если вы посмеете взять с моей мамы деньги на эту бессмысленную авантюру, я вас…
– Я уже отказалась от заказа. – спокойно ответила я.
Девушка, вроде бы, чуть успокоилась, но добавила, изо всех сил пытаясь сохранить угрожающую позу и голос:
– Мой парень – оборотень! И если вы еще раз покажетесь на нашем горизонте, то пожалеете!
– Вы не с той стороной воюете. – ответила я ровным голосом. – Эту, как вы говорите, авантюру затеяла ваша матушка. А она не похожа на человека, который пасует перед трудностями. Едва ли мой отказ ее остановит. Она найдет другую фею.
– Это уже моя забота! – проговорила незнакомка и, быстро развернувшись, двинулась к подъезду.
Я проводила ее взглядом.
Мда…
Несмотря на все попытки казаться грозной, у бедной девушки был вид человека, находящегося на последнем издыхании…
Надеюсь, про оборотня она добавила ради красного словца.
Ладно, поплетусь домой.
Вадика я нашла на кухне. Он сидел на подоконнике и курил. Я поморщилась и перевела взгляд на мойку.
Какого черта?!
– К нам что, кто-то заходил? – холодно проговорила я.
Товарищ тут же взвился:
– А что?
– А то, что этой горы грязных тарелок с утра не было!
Мужчина обиделся:
– Я даже не могу пригласить к себе друзей?!
– Плевать мне на твоих друзей, почему нельзя было помыть за собой посуду? Ох, елки…
Это я в холодильник заглянула. Теперь понятно, чем эти тарелки испачканы. Друзья Вадика съели ВСЕ. Даже горчицу из тюбика выдавили до конца. Правда, тюбик оставили. Прямо в холодильнике.
А мой благоверный продолжал возмущаться:
– Вот тебе обязательно раздувать из мухи слона? Чем тебе эта посуда мешает? Что, вот прям никак нельзя подождать до вечера, пока я ее помою? Тебе обязательно прям сейчас, да?
– Ты вчера мыл. – напомнила я.
– Вот именно! – обрадовался он, приняв мою реплику за поддержку.
А я-то вспомнила про сбежавшее столовое серебро. Эх, бабушкино наследство…
Во избежание новых жертв, я взялась за мытье. Тем более, что обед все равно откладывался. Есть-то нечего.
Вадик, вроде, утихомирился. По крайней мере, вполне миролюбиво спросил:
– Как прошел день?
– Неважно. Заказчица оказалась с придурью, к дочери относится как к депозитному счету. Ужасно. Пришлось отказать.
– Ох, плохо. – покачал головой собеседник. – Знаешь, все-таки, кризис на дворе! Может, не стоит так разбрасываться клиентами, а? Присмири ненадолго свою совесть, ты же должна уметь абстрагироваться от…
Я быстро и мстительно перевела стрелки:
– А как твой день?
– Да ничего… – осторожно ответил он.
– Ты хотел просмотреть сегодня вакансии?
– Да… – Вадик зашарил взглядом по кухне в поисках газеты с объявлениями. – Да ничего интересного… О!
Газету он нашел под пепельницей, ей тоже порядком перепало.
– Почитай мне, что там есть. – попросила я и добавила для вяленькой маскировки. – Может, профессию сменить?
Мужчина послушно, хоть и с тяжелым вздохом начал зачитывать объявления:
– Ведьме требуется пастух для лошади с манией преследования… Срок службы – три года. Ха! Да какой дурак на это подпишется?
– В прежние времена это было очень почетно – выполнить задание ведьмы! – холодно ответила я, намыливая тарелку.
– Да в былые времена три года трем дням равнялись! – фыркнул товарищ. – Конечно, три дня можно и погоняться за этой кобылой. Она же, то в зайца обернется, то в бабу… Только зубы лошадиные останутся. А три года ее пасти, да никакого здоровья не хватит!
Вадик пошуршал газетой, внимательно проглядывая столбик объявлений. Было хорошо заметно, что он впервые их видит. Да уж, искал он вакансии!
– О, вот это может быть интересно! – вдруг оживился неудавшийся соискатель. – Ведьма ищет работника, с целью добывания огнива! Солдатам просьба не беспокоиться!
– И что тут интересного? – удивилась я.
Он хитренько прищурился:
– Открываются новые перспективы…
Я хмыкнула:
– Только учти, что, перед тем как лезть в дупло или куда там еще, ты подпишешь отказ от всех своих будущих находок, и нотариус его прямо на месте заверит. А дупло это охрана оцепит, передача огнива будет при свидетелях и юристах.
Вадик досадливо крякнул:
– Подготовилась, ведьма!
– А что ты хотел? Сколько солдат их переубивало?
– Так за дело! Они ж хотели это огниво сами использовать!
– Его все хотят использовать. И я не понимаю, Вадик, ты что, намеривался убить старушку?
– Конечно, нет! – возмутился товарищ. – Ты что? Просто убежать с огнивом. Бабка-то, небось, плохо бегает…
– Это ненастоящая профессия. – нахмурилась я. – Разве ты не хочешь поискать для себя работу, которой бы хотел заниматься постоянно?
Благоверный задумчиво отложил газету:
– Знаешь… Я думаю, что слишком загоняюсь.
– С чем? – удивилась я.
– С этими самыми поисками работы.
– Да? – еще больше удивилась я.
– Угу. Думаю целыми днями об этом… Я решил, а почему бы не взять паузу?
– Да? И надолго?
– Как пойдет. – он затянулся и выпустил струю дыма. – Тварь я дрожащая или имею право на отдых?
«А вообще идея со старушкой была не так уж и плоха» – тоскливо подумала я. – «По крайней мере, натренировался бы быстро бегать и уворачиваться от клюки. Все лучше, чем на диване лежать и пиво пить литрами».
Я уже почти забыла о своей незадавшейся клиентке и ее замученной дочери, но судьба свела нас снова. Но на этот раз – в лесу. Я здесь находилась по делу: сидела на трухлявом пне и терпеливо выслушивала очередного «жениха» – старичка – лесовичка. Дед, ростом доходящий мне до колен, с бородой, волочащейся по земле, кокетливо сдвинул шляпку – мухомор на бок и вещал:
– Мне, девка, подбери невесту из ваших, из фей, значит.
– Фею – крошку? – уточнила я.
Он поморщился:
– Да на что мне эти козявки? Ты подбери настоящую, статную, и чтоб, с формами! Здесь. – он стукнул себя в грудь.
Я хмыкнула про себя: и на что фее с формами понадобится дед, доходящий ей до колена?
– А как у вас с финансами? – задала я наводящий вопрос.
Лесовик задрал нос:
– Весь лес в моем распоряжении!
– А документально это подтвердить можно? – вежливо уточнила я, так как понимала, что нормальная невеста на слово не поверит.
Дед поморщился:
– Я, девка, человек старых привычек, мне ваши современные штрих коды и логотипы не по нраву. Мой лес и все тут! Хожу, где хочу.
Я сделала пометку в блокноте и спросила:
– А что с жильем?
– Три квартиры. – с важным видом ответил жених. – Землянка на болоте, нора в ельнике и дупло в глухой чаще.
– И что, везде живете? – с сомнением спросила я.
– Нет. – честно ответил он. – Я больше на природе люблю. А на болоте лягушки больно шумные, в нору иголки еловые вечно попадают, а дупло я пока белкам сдал, в аренду… Но жену молодую есть куда привести! Я – мужчина хозяйственный. Шишек набрал, тьма! И желудей тоже.
Я подперла щеку рукой, прикидывая, кому может понадобиться такой хозяйственный дедушка. Потом спросила:
– А возрастные ограничения?
Он подумал и ответил:
– До тридцати.
– Чего?! – поперхнулась я.
– Хочу помоложе, чтоб деловитая была. А на что мне клюшка старая? Я ж мужчина еще о-го-го! Вот ты, девка, старовата будешь.
– Мне двадцать восемь!!!
– Да? – искренне удивился он. – Потрепало тебя, мать, потрепало… А сало есть?
– Что? – опешила я.
– Сало. Соленое.
– Нет. Причем тут сало?
– Ну… – задумчиво протянул дед. – Если б с салом, да еще мешок картошки в придачу… Ну, взял бы я тебя, в принципе… На безрыбье-то… Да, не красавица, но ты ж хозяйственная, да?
– Спасибо, у меня уже есть жених. – холодно ответила я, поднимаясь с трухлявого пня.
– Жених? – удивился лесовик. – А чего не женится?
Я вежливо проигнорировала этот вопрос и вернула его к действительности:
– Я записала ваши пожелания, но, честно говоря, вряд ли смогу вам помочь. Рынок в застое, понимаете ли. Кризис.
– Ясно-ясно… – закивал он и добавил. – Ну, ты подумай насчет женитьбы! А то, постареешь еще года на три, уже не возьму!
– Спасибо за предложение. – саркастически улыбнулась я и двинулась в обратный путь.
И заблудилась. Вот черт! Проклятый дед, мог бы и проводить до кромки леса! Эх… Куда идти-то? Тут же где-то болото есть…
Я поплутала между трех сосен, завернула за какую-то елку и лицом к лицу столкнулась с девушкой. Та испуганно отшатнулась.
Я бросилась извиняться:
– Ой, простите, не хотела вас пугать! Я тут заблудилась… Здравствуйте, Дарья.
Я не сразу ее узнала, так как на этот раз девушка была одета по-простому: джинсы, ветровка, в руках она держала большую плетеную корзину.
Дочь Эвелины тоже меня узнала и не обрадовалась, кажется, даже чуть-чуть испугалась:
– Это вы! А я… Я… Волонтер.
– Да, мне ваша мама говорила. – вспомнила я. – Эээ… В лесу волонтерете? Птенцов, выпавших из гнезд, подбираете и все такое?
Она помедлила, потом помотала головой:
– Нет. Я ношу продукты одной пожилой женщине. Она живет совсем одна, магазинов рядом нет…
– В лесу живет? – удивилась я.
– Да, там… – она неопределенно мотнула головой в сторону чащи и тут же предложила. – Давайте, я покажу вам дорогу.
– Спасибо! – обрадовалась я.
Мы вместе двинулись вдоль сосен, и девушка спросила:
– А вы тут почему?
– К клиенту ходила. – поморщилась я. – Старик – лесовик. Жениться надумал. Да чтоб на молодой. Бесперспективняк.
– Надо найти такую, которой будет выгодно. – ответила Дарья.
Я задумалась:
– Может, ему свинью завести? Сам же говорил, что желудей много, да и сало он любит…
– А если какое-нибудь магическое существо поглупее? – предложила собеседница.
Я хмыкнула:
– Они все глупые, пока до женитьбы дело не доходит. А там и тролль меньше чем за принца не пойдет…
И тут мы вышли к тропинке. Точнее, даже двум тропинкам: широкой и узкой. Расходились они под большим углом: широкая вела в березовую рощу, а узкая куда-то в темный ельник.
Девушка показала на широкую:
– Ступайте по этой тропинке и быстро выйдете из леса.
– Спасибо. А вторая куда идет?
Дарья помрачнела:
– В чащу. Но туда опасно ходить…
Я забеспокоилась:
– А вы туда и идете?
– Да. Нужно отнести корзинку. Не волнуйтесь, я хорошо знаю дорогу.
– Ну, хорошо… – растерянно ответила я. – Спасибо, что проводили.
– До свидания.
И мы мирно разошлись по разным тропинкам в разные стороны.
Я шла через светлую березовую рощу и думала, что не так уж и плохо иметь дом в лесу. Воздух тут какой! Может, и соблазню кого? Правда, в нагрузку к лесу идет дед…
У-У-У-У-У-У-У-У-У-У!!!
Я застыла в ужасе. Этот пронзительный, полный тоски, звук пробирал до мурашек.
Еще бы.
Это же волчий вой!
И доносился он с той стороны, куда направилась моя недавняя спутница!
– Дарья!!!
Я бросилась назад, быстро добежала до перекрестка, на котором мы расстались, и свернула на злосчастную тропу. Ну и мрачная она! Удивительное различие с березовой рощей. Полумрак, рыхлая земля изрыта корнями деревьев, как будто они упорно что-то искали, но так и не нашли, и застыли, наполовину вытащив на поверхность свои кряжистые тела.
Впрочем, меня сейчас волновали не корни.
– Дарья! Где вы?! Вы в порядке?!
Молчанье было мне ответом. Ну, ладно, вру, эхо немного меня передразнило. Но это явно не та реакция, которой я дожидалась!
Не теряя надежды, я отчаянно двинулась вперед по тропе. Какой-то дурак протоптал ее прямо под тяжелыми лохматыми лапами елей, так что света тут было не особенно много. Впрочем, похоже, дурак уже поплатился за свою неосмотрительность. Потому что под одной из елок тропа внезапно обрывалась. Возможно, именно в этом месте его сожрал волк.
Ну а мне-то что дальше делать?
Я огляделась по сторонам, но, естественно, никого не увидела. Правда, пару раз приняла покачивающийся на ветру орешник за затаившегося человека, а сидящего на пне суслика за притаившегося волка. И после этого решила больше не приглядываться. Нервы ни к черту…
– Дарья! – крикнула я и даже эха своего не услышала!
Такое ощущение, что звук моего голоса запутался в тяжелых еловых иголках, смирился со своим пленом и решил так там и остаться.
Я переступила с ноги на ногу, стоя на покрытой хвоей земле. Бежать обратно и сообщить в полицию? Пока сама в очередной раз не заблудилась…
Или еще поискать Дарью?
Стоп.
Она же пришла к какой-то пожилой женщине, которая живет здесь совсем одна! Черт, а тут волк рядом бродит. А женщина вообще про него знает? Может, она глуховата. Или он до нее уже добрался. Или…
Короче, я ломанулась дальше в колючие объятия ельника. Темно, повсюду темно-зеленые с синевой елки, терпкий запах смолы и…
И тут раздался женский голос:
– Девушка!
Я подскочила на месте и лихорадочно завертела головой. Кто меня окликнул?
– Сзади. Повернитесь на восемьдесят градусов. Вправо! Ох, да что ж за дуреха такая!
Короче, я заметила эту женщину, только когда она подошла ко мне вплотную и коснулась локтя:
– Хватит вертеться, егоза! Заблудилась, поди? Ох, что вам, девкам, неймется, все в лес лезут, как мотыльки на свет!
Моя новая знакомая оказалась дамой лет пятидесяти, очень крепкой и статной:
– Ну что, заблудилась? К тропинке тебя вывести или хочешь отдышаться, кваску попить? Вон моя избушка.
Избушка, как и все остальное, пряталась за елкой. Заколдованные какие-то деревья!
Но сейчас меня интересовало другое, я выпалила:
– Волк! Он где-то рядом!
– А… – понимающе закивала женщина. – Так ты волка услышала и испугалась. Ну что ж, волков боишься, в лес не ходи!
– Нет, вы не поняли, он где-то близко!
Она покачала головой:
– Далеко. Просто вой волчий далеко разносится, за много верст. А волки троп человеческих избегают. На что им? Сейчас в лесу дичи полно.
– Ну, если так… – с большим сомнением протянула я.
– Пойдем-ка. – позвала меня лесная жительница. – Угощу тебя квасом. Меня тетей Марфой звать.
– Здрасьте. Я – Кристина. – и тут я вспомнила, зачем, собственно, пришла. – Ой, а вы мою знакомую не видели? Ее зовут Дарья, худенькая такая…
Но мгновение женщина застыла на месте, а потом медленно покачала головой:
– Не видала. А что твоя знакомая здесь делает?
На этот раз настал мой черед удивляться:
– Эээ… Она разве не вам корзинку несла?
Тетя Марфа захлопала ресницами:
– Ах, Даша! Прости, деточка, не расслышала, мне показалось, ты ее Машей назвала. Ах, старость – не радость, туга стала на ухо…
Могу поклясться, пару минут назад она на слух не жаловалась.
Я спросила:
– Так Даша приходила?
– Нет. – покачала головой хозяйка избушки. – Она, видно, решила мне грибов набрать, по дороге. Добрая девочка, часто так делает.
Мне показалось странно, что суперзанятая Дарья внезапно решила отправиться собирать грибы, поэтому я снова заметила:
– Я услышала волчий вой в той стороне, куда ушла Дарья и…
Марфа усмехнулась:
– Поверь мне, деточка, я тут тридцать лет живу – ни разу в наших местах волки на людей не нападали.
– Ну, ладно. – вынуждена была уступить я. – Спасибо за приглашение, но мне пора. Подскажите, в какую сторону идти?
– Видишь сосну, что над елями возвышается? Вон в ту сторону иди, прямо к тропе и выйдешь.
– Спасибо. До свидания.
– Прощай пока.
Я двинулась в обратную сторону (странно, я, вроде бы, другой дорогой шла), на ходу раздумывая, куда же девалась Дарья, и действительно ли волк был где-то далеко? Ну, вообще, логично. По поводу волка. Вой раздался всего один раз и не сопровождался отчаянным воплем: «Спасите, на меня напал волк!!!». Так что…
И тут я нашла.
Комаров.
И где эти паршивцы раньше прятались?
– А! Пошли вон! Что вам, медведей мало?
– Взззз. Взззз. – пищали комары, что переводилось примерно так: «Свежая кровь! Мы с тобой одной крови, ты и я! Будем. Как только присобачусь…».
Хрусть.
Я замерла.
Хрусть. Хрусть.
Где-то совсем близко хрустели ветки под ногами у невидимого прохожего. Дарья? Или волк? А разве волки не передвигаются бесшумно?
Но долго гадать мне не пришлось, ибо невидимка немедленно себя раскрыл.
Ой-ой-ой.
Это был не волк, и тем более не Дарья.
Хуже.
Мужик с огромным топором!!!
– Ой. – я попятилась.
Мужчина усмехнулся:
– Заблудились?
– Ммм… – промычала я.
– Тропинка как раз за вашей спиной. Но осторожнее в этих местах. Здесь бродят волки – людоеды. Странно, что вы забрели сюда…
Я встрепенулась:
– Вы его видели? Волка? Что выл с час назад?
Он неопределенно дернул плечом и прокрутил в руке рукоять топора. Я украдкой пригляделась: нет ли на нем следов крови? Вроде, нет. И по штанам незнакомца не было заметно, что о них вытирали окровавленный топор. Поэтому я спросила:
– Моя знакомая шла по этой тропе за четверть часа до меня и пропала!
Он поднял бровь:
– Знакомая? Как она сюда попала?
– Она несла корзинку пожилой женщине, живущей в лесу…
– А! – кивнул он. – Да, я ее видел. Вы разминулись.
– Да? – оживилась я.
– Да. Она отнесла корзинку еще полчаса назад и двинулась обратно. Видно, в тот момент, вы сошли с тропы и пропустили ее…
Я криво улыбнулась и продолжила свое отступление назад:
– Ну и славно! Как хорошо, что все выяснилось! А то я волновалась. Ну, побегу! Дел много…
И я бросилась бежать.
В полицию!!!
Потому что Марфа ясно сказала, что никто к ней не приходил! И этот мужик с топором явно врет!!!
Полицейский скучающе повертел в руках ручку:
– Значит, вы шли по лесу и услышали звук, похожий на волчий вой?
– Это и был волчий вой!
Сотруднику правоохранительных органов моя поправка воодушевления не прибавила, он так же скучающе проговорил:
– Вы бросились на звук, но никакого волка там не оказалось. Зато вы нашли женщину. Так?
– Да. Ну, точнее, она сама меня окликнула.
– Потом вы пошли обратно и встретили мужчину с топором. В лесу. И теперь вы утверждаете, что он убил вашу подругу.
– Вот именно! Посылайте туда наряд полиции!
Он почесал подбородок и спросил:
– А вы ей звонили?
– У меня нет ее телефона.
– Нет телефона подруги?
– Это не подруга, а дочь моей клиентки. – нетерпеливо объяснила я. – Да чего вы медлите? В лесу одновременно и волк, и маньяк с топором! Есть первая жертва! Высылайте туда полицейских!
Мой собеседник задумчиво поскреб ногтем какое-то пятно на столе:
– Так вы подозреваете волка или того мужчину, вооруженного топором?
– Всех! Хотя… – тут я кое-что вспомнила. – Стойте! Дарья говорила мне, что ее парень – оборотень! Точно! Она мне еще сказала, что он со мной разберется! Значит, он опасен…
И тут полицейский оживился:
– Она вам угрожала?
– Да… Да нет. Так, маленькое рабочее недоразумение. Так что насчет наряда полиции?
Удивительно, но сотрудник органов правопорядка внезапно буквально засветился от оживления:
– Ага! Значит, у нас есть версия! Вы и ваша знакомая поссорились, она вам угрожала. Потом, вы «случайно» встретились в глухом лесу и снова поссорились…
– Мы не ссорились!
– Свидетелей нет. – согласился он. – В пылу ссоры Дарья разворачивается и бросается в глухой лес. Вы словно невзначай идете следом, допустим, вы, якобы, услышали какой-то подозрительный звук и решили проверить… Потом начинается «белое пятно», ибо после этого момента Дарью больше никто не видел. Но вот незадача! Видели вас! Какая-то женщина увидела вас и окликнула. Что делать? Дарья – хрупкая девушка, а эта незнакомка очень крепкая, с ней так легко не справиться! Пришлось рассказать ей про «волка» и объяснить ваше беспокойство за подругу. Женщина не верит в версию с волком и решает, что Дарья просто отправилась за грибами. А вы возвращаетесь обратно, мучаемая сомнениями: что же делать? Версия с волком оказалась такой неправдоподобной! Но есть свидетельница, которая видела вас в лесу именно в момент исчезновения Дарьи! И тут к вам приходит спасительный вариант в лице неизвестного мужчины с топором, который волшебным образом появляется в лесу как раз тогда, когда вам срочно нужен потенциальный убийца…
Я добродушно улыбнулась:
– Сочиняете детективы на досуге?
Мужчина смущенно заулыбался:
– Балуюсь помаленьку. Понравилось?
– Ну, кроме той части, где я – убийца, пытающаяся спихнуть свою вину на воображаемого маньяка.
Он как бы невзначай пододвинул мне чистый лист бумаги:
– За добровольное признание скостят срок…
Я плюхнула поверх этого листа свой лист, с заявлением:
– Ищите Дарью! И мои вилки тоже!
Полицейский снова оживился:
– Так это вы нам звонили пару дней назад по поводу сбежавших вилок?
– Именно.
– Ага. А потом позвонила женщина и сказала, что вас взяли в заложники?
Я закатила глаза:
– Это была моя подруга, она просто неправильно поняла…
Он прищурился:
– А подруга случайно не Дарья?
– Случайно, нет! – огрызнулась я. – Так что придется вам искать настоящего преступника!
Тут дверь в кабинет открылась, и в помещение заглянул дежурный:
– Извините, но там в окна заглядывают чьи-то тарелки…
– О, это ко мне! – всполошилась я и строго добавила, обернувшись к полицейскому. – Ищите Дарью!
Затем я вылетела из кабинета и подбежала к окну. За ним виднелась «пирамида» из взгромоздившихся друг на друга тарелок, верхняя из которых вглядывалась в недра полицейского участка через стекло. Увидев меня, она призывно замахала руками.
– Сейчас выйду! – изобразила я знаками и побежала к двери.
Посуда уже ждала меня у порога, я спросила:
– Что случилось? Вадик опять что-то натворил?
Тарелки печально покачали всем телом и провели пальцем вдоль горла (где-то в районе верхнего ободка).
– Что, так плохо? – ужаснулась я.
Но оказалось, что все еще хуже…
Дом разгромлен. Одной стены нет. Рамы снесены. Пол усыпан штукатуркой. Обои ободраны. Воняет краской. Двор завален банками и коробками.
И на фоне этого разгрома стоит счастливый Вадик с валиком в руках. Увидев меня, он улыбнулся:
– Вот. Решил ремонт затеять!
Я открыла рот, закрыла рот. Снова открыла. Снова закрыла.
Потом, наконец, выдавила:
– Откуда… это? – и кивнула на многочисленные банки и другие емкости.
– Стройматериалы? Купил. – пожал плечами товарищ.
Я ужаснулась еще больше:
– Только не говори, что ты взял кредит!
Мужчина фыркнул:
– Я что, дурак? Зачем мне их зверские проценты? В тумбочке взял.
– ЧТО?! – в «тумбочке» лежали ВСЕ мои накопления. – Сколько?!
Вадик немедленно обиделся:
– Я собирался тебе все вернуть, если ты об этом! Хотя я и делаю ремонт в твоем доме своими руками!
– Сколько?! – в ужасе повторила я.
Он неопределенно дернул плечом:
– Я не знаю, сколько у тебя там лежало…
Я шумно сглотнула и быстро проговорила:
– Так. Что из этого можно сейчас же вернуть в магазин?
Товарищ удивился:
– Как – вернуть? Я ж уже все открыл!
– Закроем! – решительно сказала я.
– Но я размешал, валики опробовал, шпаклевку развел…
– Аааааа! – в досаде топнула я ногой. – Ну, зачем тебе понадобилось все это делать в первый же день?!
Мужчина гордо задрал нос:
– Я не из тех, у кого стройматериалы лежат по полгода не распакованные! А вон, кстати, твоя тетя.
Я резко обернулась и устало вздохнула. Этого мне только не хватало…
А тетушка решительно направлялась к нам, на ходу оценив масштаб разрушений:
– Ремонт затеяли? Вадик – умница. Как приятно смотреть на мужчину с руками! Кристя, отойдем на минуту.
Я послушно отошла в сторону от зардевшегося от похвалы Вадика, прекрасно понимая, что уж я-то похвалы не дождусь.
И не зря:
– Кристина, в чем дело?!
– Тебе виднее. – развела руками я. – Ты же ко мне приехала…
Бузина, без предисловий, начала рассказывать причину своего возмущения:
– Сегодня ко мне в офис вваливается некая Эвелина и…
Я встрепенулась:
– Насчет Дарьи что-то стало известно?
– … и говорит, что какая-то сумасшедшая объявила в полиции, что ее дочь зарубил топором маньяк! В то время как та жива и здорова!
– Ну, слава Богу!
– Кристина! Ты подрываешь деятельность профсоюза фей!
– Чем это? – удивилась я. – С каких это пор тебя стали волновать рассерженные клиенты?
Она отмахнулась:
– Плевать на клиентов! Но как ты могла упустить такой заказ?
Вадик подал голос:
– А я ей тоже самое говорил! Кризис, а она перебирает!
Тетя сурово покачала головой:
– Ах, Кристина, ну когда ты научишься вести дела? Слушай хоть мужа, раз сама не можешь…
– Тетя, но она такая неприятная! – воскликнула я.
Бузина сурово сложила руки на груди:
– Тебе ее есть?
– Нет. – угрюмо ответила я.
– Тебе с ней жить?
– Нет.
– Тебе с ней детей крестить?
– Я поняла твою мысль. Но должна же быть этика…
– Вот именно! В стране кризис, а ты клиентами разбрасываешься!
Я устало закатила глаза:
– Тетя, к чему это? Ты ведь уже наверняка предложила ей свои услуги.
– Конечно! Но я считаю твое поведение недопустимым! Ну, не хочешь сама обслуживать, так передай мне! Кристина, я тобой очень недовольна! Я выношу тебе официальный выговор! Ты же фея – крестная, в конце концов! Надо уметь вести бизнес!
Да будет РОК!
В смысле, злой рок.
Короче, дом мой превратился в огромную разгромленную помойку.
Я сижу во дворе, на шезлонге, а рядом стоит походная палатка, где временно обосновалась моя несчастная посуда. Правда, судя по тому, что они вырыли рядом маленькое кладбище, тарелки не верят, что когда-нибудь вернутся обратно в дом.
Звяк!
Судя по звуку, это разбилась моя люстра с венецианским стеклом. И тут же раздался возмущенный крик Вадика:
– И какой дебил делал этот крюк?! На нем же ни черта не держится! Люстра могла свалиться нам на голову в любую минуту!
«Но почему-то свалилась именно тогда, тогда ты взялся белить потолок в гостиной» – угрюмо подумала я.
А вслух крикнула:
– Слушай, а, может, ты сначала кухню доделаешь? Ну, прежде чем разворотить все остальные комнаты?
– Я намечаю план работ! – крикнул в ответ товарищ.
Значит, уже разворотил…
– Так, может, сначала закончишь кухню? – продолжала наседать я.
Мужчина высунулся в окно:
– Кристина, ну как ты не понимаешь? Мне нужно вдохновение! Сейчас у меня нет вдохновения заниматься кухней, и я перешел в гостиную! Нужно ловить момент!
– То есть, разворотить кухню так, что туда зайти нельзя, вдохновение было, а когда надо привести все в божеский вид, так оно сразу исчезло? – уточнила я.
– Это две разные операции. – развел руками Вадик. – На них нужно два разных вдохновения… Кстати, где перфоратор?
– Откуда он у меня возьмется?
– Тьфу ты, бабское хозяйство! – сплюнул он. – Ты не могла элементарные инструменты купить?
– А ты?
– Это же твой дом!
– Ты тут год жил.
Мужчина принял вид оскорбленной добродетели:
– Ты делала все, чтобы я помнил, что я тут всего лишь в гостях!
– Да ладно! – искренне удивилась я.
– Да! Знаешь, как тяжело жить, когда тебя считают этим… приживалом?
– А, главное, ничего исправить нельзя. – хмыкнула я.
Вадик развел руками:
– Это твоя задача – исправить свое поведение.
– Я о приживале.
– И я о том же. Ты же не видишь себя со стороны, тебе вот кажется, что ты ничего такого не сказала… – товарищ начал рассуждать о моем вредном характере, но к счастью в этот момент на горизонте появилась Лиза. – Опять твоя подруга! Не видит, что у нас ремонт?
– А это надолго, кстати? – поинтересовалась я.
– Как вдохновение пойдет. – пожал плечами мужчина.
– Ладно, не будем тебе мешать. – объявила я и отправилась на перехват девушки. – Привет. Извини, у нас ремонт. Пойдем, посидим где-нибудь. Что тут рядом?
Лиза задумалась:
– Новое кафе с замороженным обезжиренным йогуртом.
– Эээ… Очень полезно для фигуры… А еще что-нибудь есть?
– Кондитерская.
– О, тоже полезно! Пошли туда.
– Полезно? – удивилась девушка.
– Конечно! Глюкоза стимулирует работу мозга. А ты же хотела о чем-то со мной посоветоваться? Видишь, прямо как по заказу! Пошли.
К сожалению, до производных из полезной сахарной свеклы и какао бобов мы не дошли, так как уже в начале пути Лиза вдруг начала замедлять шаг:
– Послушай… А давай сразу пойдем к нему? Он звал на чай…
Я обалдела:
– Что, еще один кандидат?! Лиза, да твоя мама работает быстрее, чем весь наш профсоюз фей – крестных.
– Это не мама его нашла. – пояснила девушка. – Он сам пришел.
– Да? – удивилась я. – Интересно…
– Ну, точнее, мама пустила клич, что я засиделась в девках и рассматриваю кандидатов… ммм… разных.
Я подозрительно прищурилась:
– Надеюсь, она не объявляла, что планка поиска сильно снижена?
Подруга неопределенно дернула плечом:
– Готфрид ничего такого не говорил… Он очень внимательный, заботливый, у него большой дом… Но, понимаешь, меня беспокоит одна вещь: в его доме есть одна комната, куда он запрещает мне заходить. По-твоему, это подозрительно?
– Да нет, не особенно. – честно ответила я. – А в остальном все в порядке?
– Вроде да. Но меня так смущает эта таинственная комната…
– Ну, так спроси его прямо!
Лиза смутилась:
– Неудобно…
– Ты ж за него замуж собралась! Что значит «неудобно»? А жить ты с ним как собираешься?
– Кристина, а, может, ты у него спросишь? – придумала другой выход девушка. – Ты – фея – крестная, тебе можно…
– Быть бестактной. – хмыкнула я. – Ладно, идем. Надеюсь, этот Готфрид не такой жмот, как твой предыдущий кандидат.
К счастью, мои надежды оправдались. Потенциальный жених Лизы нашему приходу обрадовался, немедленно начал хлопотать насчет чая, самолично накрыл стол и не скупился на угощение.
Но, несмотря на все это, Лиза глазами показала на одну из закрытых дверей:
– Вон та комната! Спроси его…
Меня дверь совершенно не смущала, поэтому я заговорила о другом, по своему личному списку, так сказать:
– А вы, Готфрид, раньше были женаты?
– Был.
– А почему расстались?
Он поморщился:
– Она ушла к другому.
– Сочувствую. А дети были?
– Да. Двое от нее, и третий от второго брака.
– Так вы два раза были женаты? – уточнила я.
– Три.
– О! И которая из них ушла к другому?
Он помрачнел:
– Первые две. Путаны. Прыгают из койки в койку, от одного кошелька к другому… Им нужны были от меня только деньги!
Лиза одними губами проговорила:
– Комната!
Я жестом показала, что еще не время:
– Ну а последняя?
– Эта просто обобрала меня до нитки и сбежала. А я заботился о ней! Провожал, встречал, звонил по пять раз в день…
– Комната! – шепотом повторила Лиза.
Но я продолжила свои расспросы:
– Обобрала? Значит, вы хорошо зарабатываете! Какой у вас большой дом остался…
Он приосанился:
– Это я подсуетился, наученный горьким опытом. Я все имущество на маму переписал. Она, конечно, хотела все пополам, а делить-то и нечего!
– Комната! – настойчиво шептала Лиза, для пущего эффекта наступая мне на ногу под столом.
– Значит, у вас трое детей? – продолжала я.
– Да.
– Сколько лет?
Он задумался:
– Двое школьников и один… поменьше.
– Часто видитесь?
Готфрид поморщился:
– Их мамашки настраивают детей против меня! Только соберусь позвонить, а они трубку снимают и говорят, что ребенок не хочет со мной разговаривать!
– А часто звоните?
– Каждый месяц. – пожал плечами мужчина.
– Спроси про комнату! – девушка, кажется, решила повторить то же самое азбукой Морзе, поэтому настойчиво пинала меня ногой.
Но я упорствовала:
– Но вы, наверное, финансово хорошо им помогаете?
Жених погрустнел:
– Хотел бы! Но бывшие же все на себя тратят! Только алименты переведешь, а она уже норковую шубу купила! Мать моя как увидела, так ее чуть удар не хватил. А ребенок-то в старой куртке ходит. Приходится их воспитывать: смогла себе норковую шубу купить? Сможешь и на ребенка заработать! А то привыкли на чужом горбу…
– КОМ-НА-ТА. – уже чуть ли не скандировала Лиза.
– Мама? – повторила я. – Вы в хороших отношениях?
– Конечно. – расплылся в улыбке он. – Эх, зря я ее не слушал. Она сразу сказала, что с этими профурсетками ловить нечего…
– Спроси про… – уже чуть ли не в полный голос требовала подруга, но я ее перебила:
– Вы рассказывали о последней супруге, что встречали/провожали/звонили: она что, часто была в разъездах?
– Нет. – покачал головой он. – Это я научен горьким опытом. Первые-то две мне рога наставили. Ну, я и проявлял бдительность.
– Сильно проявляли?
– Да ничего особенного. – пожал плечами он. – Зато она возмущалась! Достал, дескать, своими подозрениями. А я так считаю: если тебе скрывать нечего, то тебя проверки и беспокоить не должны. Я ж ничего такого уж ужасного не просил: хочешь поехать к подруге? Вызвал такси – записал номер, слежу за ним через специальное приложение, приехала – отзвонилась. Адрес подруги заранее оставила, телефон тоже. Я перезваниваю – проверяю. И через сотовый время от времени пеленгую. Если ты находишься там, куда собиралась ехать, то чего психовать-то?
– И правда. – широко улыбнулась я. – Готфрид, а у вас нет чая с чабрецом?
– Сейчас заварю! – тут же вскочил он.
– Спасибо… – я дождалась, пока он выйдет, и шепотом скомандовали. – Быстро, валим отсюда!
Лиза беспрекословно выполнила мою команду, и мы бросились на улицу. На бегу, девушка спросила:
– Ты что-то поняла про комнату?!
– Лиза! – закатила глаза я. – Ты хоть слышала, что он рассказал?!
– Да, но он про комнату ничего не говорил! Ты поняла, почему туда нельзя заходить?
– Лиза, он был женат трижды! Ревнивец! Алименты не платит! У него мать, которая настаивает его против жен!
Подруга округлила глаза:
– Ты думаешь, он их убил?! А трупы прячет в той комнате?!
Я же глаза закатила:
– Думаю, там он прячет трупы их молодости, самоуважения и мечтаний о нормальной семье!
– Я так и подумала! – в ужасе проговорила Лиза. – Комната с трупами… Кристина, как же хорошо, что ты спросила его!
– Ой, не говори…
Распрощавшись с бедной Лизой (и что же ей так не везет-то?), я неторопливо направилась в сторону своего разрушенного дома. Торопиться в этот разгром совершенно не хотелось. Да если к нему еще прибавить запах свежей и самой вонючей краски, да еще несмолкающую дрель…
Дарья.
Я заметила девушку на противоположной стороне улицы. Выглядела она точно так же, как и в нашу знаменательную встречу, закончившуюся для меня в отделении полиции. Даже громоздкая плетеная корзинка была на месте.
Дарья меня не заметила и свернула в продуктовый магазин. Ну а я стремительно перебежала магистраль, крикнув ближайшему Сивке-бурке: «Встань передо мной, как лист перед травой!», на что получила: «Куда прешь на красный, дура?!». Но улицу все-таки пересекла и забежала в тот же магазин.
И вынуждена была замереть в сторонке. Так как стоящая у прилавка Дарья разговаривала с какой-то дамой, одетой в строгий брючный костюм, возможно, коллегой. Так как я хотела расспросить девушку о мужике с топором и счастливом избавлении, то решила повременить с вопросами. Поэтому аккуратно зашла за стеллаж, чтобы пока не попадаться дочери Эвелины на глаза и не смущать ее. К сожалению, с этой позиции мне был прекрасно слышен их разговор, но что поделаешь? Женщина, стоящая за стеллажом с заткнутыми ушами – это очень странно.
– К бабушке? – уточнила, предположительно, коллега Дарьи.
– Да. – кивнула собеседница. – Она совсем старая и живет одна.
Хмм, про кого это, интересно? Ведь не про Марфу же! Или девушка стесняется своего волонтерства?
Дама уточнила:
– Она загородом живет? Одета ты так… по-дачному.
Та улыбнулась:
– Еще бы! Она в лесу живет, в самой чаще!
А, все-таки про Марфу.
Коллега удивилась:
– А что ж старая больная женщина там делает?
Дарья вздохнула:
– Привыкла уже, давно там живет! Говорит, воздух, природа…
– Может, к себе ее заберете?
Девушка помрачнела:
– Они не ладят с мамой…
Тут к их дуэту присоединилась продавщица, и Дарья попросила:
– Мне как всегда.
Та кивнула и начала выкладывать на прилавок какие-то банки. Собеседница девушки снова удивилась:
– Твоя бабушка любит детское питание?
– Да, ей нравится. Оно же протертое, а у нее уже зубы не очень. Да и хранится хорошо. И сбалансированное: тут и овощи, и мясо… А творожки детские ей полезны, там же витамин Д, а у нее косточки уже хрупкие, а в лесу одни корни, да коряги отовсюду торчат…
– Да… – посочувствовала женщина. – Тяжело ей.
Дарья расплатилась, сложила свои покупки в корзину (лучше бы рюкзак взяла! Банкам-то все равно, а спина неказенная!) и направилась к выходу. А знакомая за ней. Ох…
Я подождала немного, потом тоже вышла. Обе женщины шли рядом, продолжая разговаривать. Я нехотя пристроилась в отдалении. Мне, все-таки, хотелось расспросить Дарью, но преследованием заниматься уже как-то слишком…
К счастью, коллеги, наконец, начали прощаться. Женщина направилась к деловому району, а девушка с корзинкой к лесу. Я подождала еще немного, чтобы бывшая спутница Дарьи успела отойти на приличное расстояние, а потом прибавила шаг, собираясь догнать девушку.
И замерла на месте.
Потому что выяснилось, что не только я слежу за ней.
Из-за ближайших мусорных баков осторожно вышел… огромный серый волк!!!
Выйдя из своего укрытия, волк постоял мгновение, глядя вслед Дарье, а потом серой тенью метнулся в ближайшие кусты. Благо, до леса было недалеко, и растительности в этих местах хоть отбавляй. Словом, волк легко скрылся из виду.
Как и Дарья.
Черт!!!
Я бросилась вслед за девушкой, но теперь уже с другой целью: ее надо предупредить!
Цок-цок-цок.
Счастливые собакообладатели знают этот звук: цокот когтей об асфальт, когда радостный пес несется к тебе, прижав от умиления уши и виляя хвостом. Вот только следующий теперь уже за мной волк вряд ли находился в таком мимимишном виде. Резко обернувшись, я успела заметить брошенный на меня внимательный взгляд золотисто-карих глаз, но их обладатель тут же скрылся в густой траве. Блин, чем заняты садовые гномы? Да в этом бурьяне можно спрятать столько же зверей, сколько и в лодке из «Жизни Пи»! Причем, они и не будут подозревать о существовании друг друга. Хотя, это странно. Как тигр мог не заметить зебру? Или постоянно ржущую гиену?
В моем случае, за тигра была Дарья. Она скрылась в лесу, не заметив ни меня, ни волка. Мне оставалось только броситься следом, хотя я и понимала, что здесь серый хищник будет играть на своем поле…
Впрочем, вскоре выяснилось, что по способностям к внезапному исчезновению из вида девушка ничуть не уступает волку. Потому что я моментально ее потеряла!
Первое время я просто шла по тропе, а потом… тропа закончилась. Но совершенно в другом месте, не так, как в прошлый раз, там-то были елки. А здесь просто лес: дубы там, осины, липа… Получается, это какая-то другая тропа.
– Дарья! – негромко крикнула я.
Дежа вю какое-то…
Как и положено в таких ситуациях, девушка не отозвалась.
Зато где-то недалеко хрустнула ветка, и что-то темное метнулось в кусты. А волчара-то тут как тут!
– Дарья!!! – заорала я во всю силу легких. – Осторожно, здесь волк!
Ответа от девушки не последовало. Зато волк решил отозваться:
– Уууууууу!
Наверное, это к лучшему: теперь обладательница корзинки сама услышит, что зверь близко и…
Хрррр. Тцццц. Хххххр. Тцццц.
Иными словами: кто-то ломится ко мне прямо через кусты!
Эээ, возможно, этот вой означал: «Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать! Кто не спрятался, я не виноват».
Проверять теорию я не стала, а вместо этого торопливо драпанула с потенциального места преступления. Ну, или места для будущей трапезы. Смотря с чьей стороны смотреть…
Единственная проблема заключалась в том, что волк оставался за моей спиной. Как и выход из леса! То есть, если я поверну обратно в сторону цивилизации, то непременно столкнусь со своим серым преследователем лицом к лицу. Ну, или к морде лица. Как бы мне его так обойти? Забрать вправо? Или влево? Причиной моего колебания в выборе стороны было то, что преследующий меня хруст и треск тоже появлялся то справа, то слева. Временами мне вообще казалось, что волк не один, но нет, я краем глаза увидела, как он перебегает туда-сюда, петляя как заяц. Следы путает?
Короче, бежим мы, бежим. Я выдыхаюсь потихоньку, волк тоже не торопится. И тут начались елки. Кажется, я уже близка к цели!
А треск неожиданно стих. Вообще никаких звуков. Хмм, подозрительно. Затаился? Или он и вправду обходит эти места стороной?
Так или иначе, я осторожно двинулась вперед. Почва тут была влажной, нога оставляла в земле глубокие следы. Что-то я не припомню, чтобы так было вчера… Это точно то место?
Стук! Стук! Стук!
Звук был очень характерный: я сразу поняла, что кто-то рубит дрова. И довольно близко. Я сделала всего несколько шагов и оказалась в нужном месте: на крохотной лесной прогалине стоял уже знакомый мне мужик с топором. И рубил дрова, соответственно.
Уж не знаю, увидел он меня, услышал или шестым чувством уловил ауру, но мужчина сразу обернулся:
– А! Знакомая Дарьи. Что-то мы часто стали встречаться.
Я промолчала. Потому что, округлив глаза, пялилась на сырую землю у него под ногами. На земле этой отпечатались тяжелые волчьи следы. И вели они прямо к мужику с топором. А вот человеческий следов поблизости как раз не наблюдалось…
Незнакомец заметил мое замешательство, быстро понял его причину и поморщился:
– Вот ведь засада! Нет, ну что за день сегодня такой…
Он еще что-то там говорил, но я слушать не стала. Потому что оставаться наедине с оборотнем как-то не хотелось. Поэтому я срочно метнулась обратно в гущу леса и бросилась бежать.
А за спиной тут же раздался его вопль:
– КУДА?! А НУ, СТОЙ!!! – и вопли сменились воем. – Уууууууу!
А вслед за ними вновь раздался треск ломаемых веток, но куда более целенаправленный, чем в прошлый раз: вот теперь волк действительно преследовал меня. Я слышала его тяжелую поступь, нагоняющую меня. Каким-то чудом мне удалось вырвать вперед и…
Чванк!
Я по пояс провалилась в болото.
И тут я солидарна с волком.
ДА ЧТО Ж ЗА ДЕНЬ СЕГОДНЯ ТАКОЙ?!
Положение неприятное, но небезвыходное. Вокруг болота росло несколько ив, склонивших свои ветви довольно низко. Надо только дотянуться…
Из ближайших кустов раздался шорох. Ну, вот и он. Что ж, если у волка хватит ума полезть вслед за мной в болото, то я, по крайней мере, избавлю мир от оборотня, притворяющегося мужиком с топором.
Но я ошиблась, потому что вместо волка из кустов неторопливо вышел старичок – лесовичок. Вышел, с удивлением на меня посмотрел и всплеснул руками:
– Девка! Да ты ж в болоте тонешь!
– Дед, да ты гений! – огрызнулась я. – А я-то уж решила, что по дороге стопталась на полметра… И вообще, шел бы ты отсюда, тут оборотень ходит!
– Да что мне оборотень? – фыркнул дед. – Я ж мухомор на голове ношу…
Вместо ответа я таки дотянулась до ближайшей ветки и начала медленно подтягиваться. Ива отчаянно скрипела и стонала, а я ворчала в ответ:
– Терпи! Ты думаешь, тебе тяжело? Я вон вообще, сама себя из болота вытаскиваю!
Наконец, мне удалось закончить операцию спасения, и я отпустила несчастное дерево. А лесовик поинтересовался:
– Девка, а ты вообще когда-нибудь о помощи просишь?
– Тех, кто стоит и смотрит? Нет. А вдруг они как раз хотели меня на телефон снять, а тут я со своими просьбами. Неловко получится!
Дед покачал головой:
– Плохо это. Гордыня.
– Отлично. – согласилась я. – Ты дом в ельнике знаешь?
– Видал издалека. – кивнул он. – У меня там дупло недалече.
– Отведи меня туда.
– Э? Да я вроде как занят… – тут же стушевался он. – Листья, вон, опавшие по цветам сортирую…
– А кто про помощь мне вещал?
– Так ты ж уже выбралась!
– Дед, давай, не отлынивай! А то заблужусь, опять в болото попаду! – я обернулась на дерево. – Эй, Ива, ты хочешь, чтобы я опять попала в болото?
Та испуганно замотала кроной и на всякий случай поджала ветки.
Я с удовлетворением кивнула:
– Во-от. Дед, ты что, оставишь бедное дерево в опасности? Смотри, это на твоей совести!
– Ну, ладно-ладно. – нехотя согласился лесовик. – Отведу я тебя в ельник. Но ты бы, девка, лучше жену мне искала, чем по болотам бегать!
– Всему свое время. – сурово проговорила я. – Идем. Туда?
Все окружающие нас деревья протестующее замахали ветками и разом вытянулись, указывая нужное направление.
Я умилилась:
– Какой лес чуткий!
Дед хмыкнул:
– Инстинкт самосохранения… Туды нам. Пошли уж.
Лесовик довольно быстро вывел меня к домику Марфы. Я спросила:
– А ты хозяйку раньше видел?
Дед пожал плечами:
– Не приглядывался, я ж сюда только за арендной платой захожу, за дупло.
– И чем белки тебе платят?
– Шишками. А что, хозяюшка-то молодая?
– Лет пятьдесят.
– Аааа… – разочарованно протянул тот.
Мы подошли к двери, и я постучала. Дверь открыли быстро, сама Марфа:
– А, снова ты!
– Здравствуйте. – вежливо проговорила я. – Я зашла справиться о здоровье Дарьи. А это мой спутник… Эээ, дед, ты чего?
Лесовик стоял с открытым ртом и во все глаза разглядывал хозяйку дома. Потом равномерно порозовел, стянул с головы шляпу – мухомор и смущенно пролепетал:
– Здрасьте… Меня Василь Иванычем звать…
Женщина приосанилась и поправила прическу:
– Марфа Никитишна. Да вы заходите.
Мы переступили порог, и я спросила:
– А Дарья здесь?
Хозяйка словно очнулась от наваждения и встрепенулась:
– Даша! Выйди сюда, тут… девушка пришла! Та, что… Приходила!
В предбанник немедленно влетела перепуганная Дарья. Увидев меня, она округлила глаза:
– Это вы…
Я примирительно подняла руки:
– Я понимаю, вам может показаться, что я вас преследую…
Девушка перебила меня, обращаясь к Марфе:
– Давайте скорее чай накрывать!
– Да-да! – засуетилась та. – Пойдемте на кухоньку. Уж не обессудьте, в комнатах только полы помыли, еще не высохли. Влажно сегодня…
Мы прошли на довольно просторную кухню, и обе женщины засуетились:
– Ой, мы тут в пароварке готовили! Сейчас уберу! – Дарья быстро затолкала прибор под стол.
– А у меня посуда немытая! – Марфа метнулась к мойке.
А девушка отодвинула к стене высокий стул, накрытый полотенцем:
– Это барный стул, высокий очень. Вот сюда садитесь. Удобно?
– Вполне, спасибо.
– Сейчас самовар поставлю! – сказала хозяйка и отправилась во двор, где стоял большой самовар, такой, с дровами который.
Я негромко проговорила:
– Дедушка, а ты не поможешь хозяйке?
– А? Да! Сейчас – сейчас. – лесовик вылетел вслед за женщиной, по дороге смущенно оправляя кафтан и приглаживая бороду.
Ну а я сказала:
– Извините за вторжение, но я всего лишь хотела вас предупредить: возле магазина за вами следил волк.
– Что?! – воскликнула девушка.
– Да. Он шел за вами до самого леса, ну а дальше я потеряла вас из виду. Опять.
Дарья помрачнела и сдержанно проговорила:
– Спасибо, что сказали. Я не заметила… Надо же…
Пауза.
Я снова обвела взглядом кухню, вздохнула и проговорила:
– Знаете, вежливый человек сделал бы вид, что ничего не заметил. Но я – фея-крестная, и мне не привыкать быть бестактной. Дарья, я настоятельно рекомендую вам всю рассказать матери.
– Что? – насторожилась она. – О чем это вы?
– О вашем ребенке.
Девушка округлила глаза и забормотала:
– Я… Я не понимаю…
– Все просто. В магазине вы покупали детское питание, ваша пароварка называется «стерилизатор для бутылочек», в мойке стоят эти самые бутылочки, а прикрытый полотенцем барный стул на самом деле детский стульчик. Марфа бабушка не вам, а вашему ребенку. Почему она тридцать лет живет в лесу? Потому что ее сын – оборотень. И, соответственно, отец вашего ребенка. Впрочем, вы сами мне об этом сказали в нашу первую встречу.
Дарья глухо проговорила:
– Я сказала это специально, чтобы вас напугать.
– Да? Забавно, учитывая, что сами вы его совершенно не боитесь. Ведь когда я сказала вам о волке, вы не испугались и даже не удивились. А рассердились. Видимо, он обещал, что не будет вас сопровождать в подобном виде…
– Чего вы хотите? – перебила меня девушка.
– Ничего. – честно ответила я. – Я просто даю вам совет: расскажите все матери. Так не может больше продолжаться. У вас больной вид, сколько еще вы сможете жить двойной жизнью?
И тут за окном раздалось пронзительное:
– Ууууууу!
Я от неожиданности подскочила на месте, а на подоконник передними лапами вскочил тот самый волк. Впрочем, он тут же обратился в человека и смущенно пояснил:
– Извините, забыл, что я в волчьем обличии. Дашка, она права! Так больше не может продолжаться!
– Ты бы уж молчал! – огрызнулась та.
– Знаю-знаю, виноват. – покаянно проговорил мужчина. – Но ты послушай…
– Что? Что мне надо рассказать матери о том, что все ее мечты и надежды уже давно рухнули? И человек, в которого она вложила так много сил и…
– Дарья. – перебила ее я. – Вы – не депозитный счет. И все, что мать в вас вложила, она сделала по собственной воле. Ее никто не принуждал, и вы не обязаны гробить свое здоровье ради ее экономических фантазий.
– То есть, по-вашему, я должна просто принять все, что она мне дала и сделать вид, что так и должно быть?!
– Вообще-то, так и есть. Но вы вернете этот долг. Только не матери, а уже своему ребенку, а он своему…
– У нас девочка. – сообщил оборотень. – Машенька.
– Вот. Вы будете вкладывать свои силы и финансы в Машеньку. – согласилась я.
– А как же мама? – глухо проговорила Дарья.
– А разве ваша мама бедствует?
– Нет, у нее есть накопления и проценты, но… Ведь мама мечтала о большем!
– Но ведь не за счет вашего здоровья, вашего семейного благополучия и ваших отношений с собственной дочкой. Вы должны разорвать эту пуповину, она вас губит. И скоро начнет отражаться на вашем собственном ребенке.
– Дашка, послушай ее! – взмолился отец Машеньки. – Давно пора уже закрывать эту лавочку!
– Но что скажет мама? Она же… выгонит меня из дома! Хотя… Буду здесь жить.
– Вот! – обрадовался ее супруг.
– Но все-таки… – продолжала сомневаться Дарья. – Взять и бросить мать…
– А что с ней? – уточнила я. – Она больна?
– Нет! – испугалась девушка.
– А если заболеет, вы ее бросите на произвол судьбы?
– Конечно, нет!
– Ну, так в чем проблема? А то, что взрослые дети переезжают, так это нормальный порядок вещей. Ненормально дочку на коротком поводке держать и во всем контролировать…
– Да… – вздохнула девушка, явно погрузившись в неприятные воспоминания.
Я перевела разговор:
– А можно полюбопытствовать, что тут произошло в тот раз, когда мы в лесу встретились?
Супруги смутились:
– Я как раз шла навестить Машеньку и случайно с вами столкнулась. Испугалась, я не знала, рассказали ли вам мама о моем «волонтерстве».
– А я Дашку в волчьем обличии ждал в засаде. Увидев, обрадовался, голос подал, я ж не знал, что вы где-то рядом!
– А потом мы с тропы сошли. – продолжила рассказ девушка. – А вы к тете вышли. Она не знала, что вы меня знаете и даже хотела в дом позвать, а как поняла, кто вы, так испугалась, про грибы придумала.
– А на обратном пути мы с вами столкнулись. – пояснил оборотень. – Только я ж не знал, что вы у тети были! «Успокоил», что Дашка, якобы, уже тут проходила, вы разминулись.
– Мы и правда разминулись. – заметила его супруга. – Я к тете пошла, но короткой дорогой…
Я уточнила:
– Ну а сегодня что было?
Отец Машеньки смутился:
– Простите, попугал вас чутка. Я ж не знал, что вы с благими намерениями! Мне показалось, что вы за Дашкой следите, я подумал, может, мать ее чего удумала? Решил кустами потрещать, пошуметь, а потом в человека обратиться и сказать, дескать, это тот самый волк – людоед. А тут вы мои следы увидели! А потом как в болото ломанулись, я кричу: «Стой!», ну а вы, понятное дело, уже не слушали. Я вас догнал, а там дедушка этот, да вы и сами быстро выбрались. Я за вами потихоньку шел…
– И под окном подслушивали.
Дарья нахмурилась:
– И за мной следил!
– Дашка, ну я же должен тебя охранять! Нельзя одной по лесу ходить!
Я вспомнила:
– Скажите, а зачем вам эта громоздкая корзинка? Тяжело ведь.
– Это для конспирации. Если кого в лесу встречу, то скажу, что ягоды или грибы собираю. Люди же удивляться будут, отчего старушка посреди леса живет? С вами вот только растерялась что-то… Не ожидала вас в лесу встретить. Тут, вроде, женить некого…
Я бросила взгляд на окно, за которым оживленно разговаривали Марфа и дед:
– Кого поженить всегда можно найти. Тут и фея – крестная не нужна…
Ну а дома меня ждал сюрприз: нового разгрома Вадик не учинил! Потому что громить больше нечего: у здания фактически были пробиты все четыре стены, и снесена половина крыши. Ну а сам прораб развалился в шезлонге с пивом в руках.
– Как дела с ремонтом? – спросила я с безнадежным видом.
Мужчина вздохнул:
– О вдохновенье, Божий дар… Нет настроения.
Я шумно сглотнула, глядя на то, что осталось от дома:
– А когда оно планирует вернуться?
– Кристин, ну ты скажешь тоже! – усмехнулся товарищ. – Это процесс неконтролируемый! Но я все-таки решил простимулировать…
– Правда? – обрадовалась я.
– Да! Побродить по городу, посмотреть архитектуру, сделать зарисовки…
– А… – разочарованно протянула я, но Вадик тут же доказал мне, что не это самое страшное:
– Знаешь, я подумал, что надо взять кредит.
– Что?!
– Да. – с невозмутимым видом кивнул мужчина. – Хочется реализовать все свои задумки…
– А, может, сначала просто заделаешь все дыры в стенах? Вряд ли на это нужно много денег.
Товарищ надулся:
– Кристина, ну как ты не понимаешь! Надо же делать сразу хорошо! Чтобы наверняка! Тебе же в этом жить!
– Да. – я снова посмотрела на разгромленный дом. – В этом жить…
– Так ты возьмешь кредит? – вернулся к интересующей его теме Вадик.
– Нет. – сразу ответила я. – Никаких кредитов.
– А поручителем? – закинул другую удочку он.
– Нет. Да и зачем тебе? Устроишься на работу и хоть десять кредитов бери! – подбодрила его я.
Мужчина энтузиазма не проявил, вместо этого он ответил:
– Ты бы стребовала с короля побольше денег…
– С короля? – удивилась я. – А он тут причем?
– А вон. – он кивнул куда-то в глубину двора. – Прислал…
Нахмурившись, я двинулась в глубину двора и увидела… объеденную клумбу и объевшегося конька-горбунка!
– Ах ты, паршивец!!! Это же была клумба с цветиками-семицветиками! Нашел, что сожрать! Что тебе, сорняков мало?! Вон, одуванчиков тьма!
Конек презрительно фыркнул. Ну а мне не оставалось ничего другого, как отвязать от луки седла послание короля. Он снова приглашал меня во дворец, чтобы разобраться с Филиппом и его женитьбой.
– Ладно. – согласилась я. – Поехали.
Объевшийся конек лениво поднял бровь, но других попыток пошевелиться не сделал.
– Эй! Тебя же прислали, чтобы ты меня отвез! – напомнила я.
Горбунок чуть приподнял голову, понюхал клумбу, нашел последние облетевшие лепестки несчастных цветиков и дунул на один из них. Лепесток взлетел и помчался исполнять желание.
– Эй! Хорош распоряжаться моими…
Вжжжж!
Рядом с моим домом затормозила желтая машина с шашечками:
– Такси заказывали?
Я посмотрела на такси с открытом ртом, потом рассержено обернулась к коньку:
– Эй, а ты не обнаглел? А ты тогда на что?
Странно, но мои слова возымели эффект: горбунок стукнул себя копытом по лбу, потом срочно отыскал в траве другой лепесток и подул на него. Наколдованное такси сорвалось с места и исчезло.
– Ну чего, пошли? – позвала я.
Однако лошадь не сдвинулась с места.
Зато вдалеке снова послышался гул приближающейся машины.
– Ну что там еще…
Вжжж!
– Перевозку животных заказывали? – осведомился таксист.
– Да. Нужно перевезти одну обленившуюся лошадь. – ответила я.
Таксист кивнул, потом посмотрел на двор: сначала на пьющего пиво Вадика, потом на объевшегося конька, и уточнил:
– Которого брать?
– Коня.
– А…
Мужчина, пыхтя, перетащил горбунка на специально оборудованное заднее сидение, а мне открыл переднюю дверь:
– Куда едем?
– Во дворец.
Таксист тут же перепугался:
– Что?! Ой, мне туда нельзя! У меня техпаспорт просрочен! И регистрация! А лицензии на перевозку животных вообще нет…
– А права-то есть? – поинтересовалась я.
– Есть! Но королю их лучше не видеть. А инспекторам ГИБДД тем более…
Я дала отмашку:
– Поехали. Поверьте, королю сейчас не до ваших прав. У него там проблема поважнее…
Таксист довез нас до самого дворца, но увидев во дворе короля и его сына собственными персонами, несчастный так перепугался, что затормозил, выскочил из машины и сбежал. А мне пришлось выгружать переевшего конька самостоятельно:
– Ну, давай! Ах ты, ленивая животина! Нет, я не возьму тебя на ручки! И не надо мне тут давить на жалость! Да какой ты инвалид? Ах, горбун! Значит, как в кипяток прыгать, так ты первый, а как из машины выйти…
Тут на помощь подоспели слуги и выгрузили конька. Ну а ко мне подошли король и принц:
– Кристина, как хорошо, что вы приехали!
– Да, фея, мне нужна твоя помощь! – вторил отцу принц. – Я нашел себе шикарную невесту, а отец опять недоволен!
– А в чем подвох? – уточнила я.
– Да нет никакого подвоха! – отмахнулся Филипп. – Она потрясающая и с шикарным приданым!
– Нет, серьезно, что не так? – заволновалась я.
Эдуард предложил:
– Мы как раз собирались к ней в гости. Давайте сядем в карету, мы все расскажем вам по дороге.
– Хорошо. – согласилась я.
Мы загрузились, и принц немедленно выпалил:
– Она – настоящая маркиза, у нее огромный замок! И я ее спас!
– ??? – выразила я всем своим видом. – А как вы познакомились?
Юноша взволнованно заерзал на сидении кареты из натуральной кожи:
– Сначала, она присылала нам в замок подарки! Меха…
– Меха? – удивилась я.
– Ну, точнее, животное, которое можно пустить на меха. – уточнил Филипп. – Сначала – выдру.
– Это была водяная крыса. – поправил его отец.
– В записке было сказано, что выдра! – возразил сын. – Просто маркиза перепутала! Ну, неважно. Потом нам стали присылать дичь.
– Голубей. – внес новое уточнение Эдуард. – Сизых.
– А вы вычислили этого неизвестного дарителя? – спросила я.
– Нет. – с сожалением отозвался мужчина. – А иначе я бы попросил его перестать слать мне в замок крыс и голубей…
Принц немедленно возразил:
– Ко всем подаркам была приложена записка! Что это от маркизы!
Король покачал головой:
– Я пробивал по базе, такого человека не существует.
Юноша немедленно надулся:
– Я просил тебя этого не делать! Папа, ты убиваешь всякую романтику! Неизвестная девушка присылает мне подарки, а ты пробиваешь ее по базе полиции!
– Ну, вообще-то, водяные крысы – вредители и разносят заразу. Охрана дворца даже заподозрила эту маркизу в терроризме…
Филипп поспешил перебить отца:
– А потом я ее спас!
– Вот как? И как это случилось? – заинтересовалась я.
– Мы с отцом проезжали в карете вдоль реки, и тут я услышал крики о помощи! Бедняжка тонула!
Эдуард коротко заметил:
– Стояла по колено в воде.
А принц продолжал возмущаться:
– Какие-то негодяи украли ее одежду!
– Которую она сняла с себя целиком. – добавил его отец.
– В смысле…?
– Да. Совсем.
– Оооо…
Юноша обиделся:
– Да что с вами такое?! Ну, отец-то понятно, он старый ретроград, ему подавай купальные костюмы до пяток! Но ты, фея? Тебе ж лет… сорок?
Я сделала вид, что не услышала последнее предположение, и ответила:
– Вообще-то, плавать голышом вдоль королевского тракта чревато и без воровства одежды. Да и противозаконно.
Теперь Филипп сделал вид, что не расслышал:
– А я ее спас, укутал в свой плащ, а потом мы купили ей подходящую одежду…
– А одежда ей подходила только из дорогих бутиков. – добавил король.
– Папа! Где твое королевское великодушие?!
– Сынок, у королевского великодушия есть государственный бюджет, а вот он…
Ребенок короля отмахнулся:
– И мы поехали в ее огромный замок! И прилегающие к нему владения тоже огромны! Вот, посмотрите!
Он высунулся в окно и указал на канаву, мимо которой мы проезжали. Там находилась пятерка гастарбайтеров в характерных оранжевых робах, они что-то копали.
Юноша крикнул им:
– Кому вы служите, господа, и на чьей земле находитесь?
Те хором ответили:
– Мы служим прекрасной маркизе и копаем на ее землях!
– Вот! – с гордостью посмотрел на меня Филипп.
А я нахмурилась:
– Эй, минуточку, а вы разве не дворниками работаете? Вы же госслужащие! И деньги получаете из казны! Как вы можете служить какой-то там маркизе? Или она начальник ЖЭКа?
Гастарбайтеры быстро переглянулись, хором ответили:
– Моя не понимать! – и дружно заговорили между собой на своем родном языке, изо всех сил делая вид, что нас тут нет.
Поразительно, но и это не произвело на принца никакого впечатления. Он просто скомандовал:
– Кучер! Вперед, к замку маркизы!
Тот подогнал карету к довольно приятному по дизайну замку и припарковался рядом с входом.
– Вот мы и прибыли! – радостно заметил юноша и вприпрыжку выбежал из кареты, крича. – Дорогая, ты дома?
Я обратилась к королю:
– Мутная история.
Он печально вздохнул:
– Да разве у Филиппа может быть по-другому?
– Он сильно ей увлечен?
– Еще бы! Когда он ее… спасал, то очень… впечатлился.
– О. Понимаю.
Тут к нам снова подбежал принц:
– Кажется, ее нет дома! Что же делать?
Я решительно выбралась из кареты:
– Пользоваться моментом, конечно!
Вот так, без приглашения, мы и проникли в чужой дом. Филипп заметно нервничал, король был насторожен, ну а я совала нос буквально всюду.
– Для протокола: кровать двуспальная, простыни в цветочек… Грязный носок на полу, без пары… Штор нет, карниз лежит в коробке несобранный… Грязные тарелки у компьютера и три чашки с недопитыми напитками… Чудо-швабра, еще влажная… Огромная стопка свежевыстиранного белья на гладильной доске… Три упаковки с отрубями для похудения, все не распечатаны, срок годности истек…
Тут у юноши сдали нервы, он выпалил:
– Фея, что все это значит?! На что ты намекаешь?!
Вместо ответа я спросила:
– Кто-нибудь видит аптечку?
Эдуард немедленно отозвался:
– У нас в карете есть. Вам плохо?
– А валерьянка там есть? – уточнила я.
Принц жалобно спросил:
– Что все ТАК плохо?
Я отмахнулась:
– Да нет, дело в другом. Так что насчет валерьянки?
– Вроде, было. – нахмурил лоб его величество. – Я всегда с собой брал валерьянку, когда отправлялся на карете на родительское собрание. И что покрепче тоже…
Юноша обиделся:
– Ты мог бы сам всех моих учителей построить! Они же жаловались на сына короля! Где субординация?
Мужчина строго проговорил:
– Сынок, у нас в стране всегда есть обратная связь от органов власти! Нужно уметь налаживать коммуникацию с собственным народом! Извините, Кристина, сейчас принесу аптечку.
– Спасибо. – вежливо ответила я.
Он вышел, а Филипп продолжил нервничать:
– Фея, да что случилось?! Ты узнала что-то страшное?!
Я покосилась на близлежащий диван и приложила палец к губам:
– Тсссс! – а потом громко проговорила. – Хорошая сегодня погода!
Принц начал сердиться:
– Фея, надеюсь, ты не собираешься таким нелепым образом выгнать меня на улицу погулять? Отец всегда так говорил, когда ему надоедало смотреть, как я играю в гольф в замке…
Я украдкой кивнула в сторону того самого дивана:
– Здесь очень миленько! Хороший дом такой, обустроенный…
Юноша обиделся еще сильнее:
– Я полюбил маркизу не за ее большой дом, а за… за… – он покраснел и быстро выпалил. – Бескорыстно!
– Уверенна, она очень красивая девушка! – громко проговорила я, тыча пальцем в диван.
Филипп в досаде топнул ногой:
– Фея, я не понимаю твоих намеков! Что ты все время…
– А вот и король! – громогласно проговорила я, перебивая его.
К счастью, в этот момент его величество действительно вернулся в дом:
– Вот, Кристина. Как вы и просили.
– Отлично!
Я выхватила пузырек с валерьянкой, быстро открутила крышку и перевернула емкость.
Кап!
Упала первая капля.
Все молча смотрят на меня.
Кап!
Вторая капля.
– Эээ… Пары валерьянки очень благотворно влияют на нервную систему. – вежливо заметил король.
Кап!
Третья.
– А по-моему, это китайская пытка. – прохныкал юноша.
Кап!
Уже маленькая лужица.
– Но она же не тебе на лоб падает. – ответил Эдуард.
Кап!
– Этот звук действует мне на нервы! – пожаловался Филипп.
Кап!
– Вдыхай глубже. – посоветовал его отец.
Кап!
И тут диван шевельнулся. Король с сыном удивленно уставились на него.
Кап!
Диван дернулся сильнее.
Ка…
– МЯУ!!!
Диван отлетел в сторону, а к лужице из валерьянки бросился здоровенный рыжий кот.
Я с удовлетворением проговорила:
– Господа! Представляю вашему вниманию Кота в сапогах! Известного брачного афериста!
– Но на нем же нет сапог! – удивился король.
Я усмехнулась:
– Это кличка появилась так: котяра утверждал, что любого жениха или невесту посадит в калошу. Да, котик?
– Ммммрррр… – ответил тот, маниакально облизывая пол и одновременно с этим обтираясь об него щекой.
– Словом, простите, ваше высочество, но вы пали жертвой афериста. – развела руками я. – Ваше встреча с «маркизой» была подстроена. И никакая она не маркиза, а охочая до наживы дама, которая наверняка мечтала обогатиться после развода и раздела имущества. Да и дом этот не ее.
– А чей? – поинтересовался Эдуард.
Я нахмурилась:
– Судя по вещам, здесь проживает семейная пара, скорее, лет за тридцать… А вот где они, я и думать боюсь. Ибо наш котик раньше промышлял еще и черным риэлторством и продавал имущество, оставшееся после убийства владельца…
Тут кот ненадолго оторвался от пола и промурчал:
– Непрррравда, мяу, никого не убиварррр…
– А где хозяева?
– Уехали. Я тут по легенде кррррыс тррррравлю… – ответил он, катаясь по полу с блаженным видом.
– Все ясно. – кивнула я и крикнула в дверной проем. – Охрана! Вяжите его, пока он под кайфом!
Король заволновался:
– У них специального оружия нет…
– А, вон тапок лежит! Возьмем как вещдок…
Покончив с брачным аферистом (тот все-таки пришел в себя в машине, и его пришлось вязать клубком. Ну, в смысле, клубок дать, чтобы поигрался), я вернулась домой. Вадик уже удалился, на шезлонге остались пустые банки из-под пива и записка: «В доме аура ремонта, пришлось уйти к маме, чтобы восстановить чакры. Вернусь, когда вернется вдохновение».
Ну, может, это и к лучшему. Я по-быстрому сверну весь этот апокалипсис, товарищ смертельно обидится и, возможно, так и останется у мамы. Чем плохо?
Увы, судьба быстро нашла ответ на этот вопрос…
Во дворе меня встретили тарелки. Торжественные. Намытые до блеска. Гордые. С плакатом в руках: «Поздравляем!».
– Рады, что Вадик ушел?
Те замерли на мгновение, явно не веря своим ушам, а потом радостно запрыгали, стали обниматься и открывать шампанское. Реакция посуды была предсказуемой, вот только меня заинтересовало другое:
– А с чем же вы меня поздравляли, если еще не знали про Вадика?
Тарелки хитро переглянулись.
– Вы что, уже прослышали про удачную поимку афериста?
Они только отмахнулись и торжественно указали в глубину двора.
Я недоуменно нахмурилась и сделала шаг в указанном направлении.
Второй. Третий. Да в чем тут…
Цветок.
Огромная алая пульсирующая закрытая чашечка цветка. И воздушные корни – лозы вокруг.
– Мама… – жалобно проговорила я, попятившись.
Нет. Этого не может быть. Мы же не планировали…
ААААААААА!!!
У НАС БУДЕТ РЕБЕНОК!!!
– Как это возможно?!
Вадик метался по двору, переворачивая банки с краской и раз за разом врезаясь в стремянку.
– Тихо ты! – поморщилась я. – И вообще, это все придется отсюда убрать. Ребенок не может расти рядом с краской.
Но мужчина не унимался:
– Как это могло случиться?!
– А родители тебе не рассказывали? – удивилась я. – Ну интернетом-то ты пользоваться умеешь!
– Я знаю, откуда берутся дети! – огрызнулся он. – Я не понимаю, как это могло случиться!
Я вздохнула:
– Беременность всегда не вовремя…
Товарищ продолжил метаться по двору, как тигр в клетке:
– Я не понимаю! Мы… Мы же… Он вообще от меня?!
Я уточнила:
– Я на моей шее год сидит еще какой-то мужик кроме тебя?
– Я не сижу на твоей шее!
– Значит, от тебя. – резюмировала я.
– Но… Но… – Вадик в панике заламывал руки. – Мы не можем позволить себе ребенка!
– Это точно. – согласилась я, оглядывая мою заначку в виде использованных стройматериалов и то, что осталось от моего дома.
Мужчина же, после моей реплики, посмотрел на меня с надеждой:
– Так, может, можно как-нибудь… прекратить?
– Можно. – согласилась я. – Но куда ты денешь труп?
Он испуганно округлил глаза:
– Как – труп?!
– Ну, ты убьешь ребенка, и после этого останется труп. Куда ты его денешь? Найдут, так посадят!
Товарищ тут же пошел на попятную:
– Я не собираюсь никого убивать! Я думал, может, можно как-нибудь, чтоб… рассосалось?
– Это тебе не пастилка от кашля. – сухо сказала я.
– А… ЧТО ЖЕ ДЕЛАТЬ?!
Я приняла деловой вид и начала загибать пальцы:
– Для начала, нужно быстро закончить ремонт. Без всяких дизайнов, лишь бы дыр в стенах не было. Потом тебе нужно срочно устроиться на работу. На поздних сроках мне придется круглосуточно находиться с цветочком, чтобы защищать его, и я не смогу работать, а заначку ты потратил… Так что, обеспечивать семью будешь ты! А пока будем экономить, чтобы накопить на приданое для новорожденных… Ты куда?
– К маме. – бросил Вадик через плечо, направляясь к калитке.
– У нее есть что-то для новорожденных? – удивилась я.
– Нет. Не знаю. Мне надо подумать!
– О том, есть ли у нее вещи?
– Обо всем!!! – взвыл мужчина, хватаясь за голову. – Кристина, ты вываливаешь на меня всю эту информацию, и даже минуту подумать не даешь! Уже и план приготовила!
– Ну, ты ж спросил, что делать…
– Я спросил, что МНЕ делать со всей этой информацией!
– Доделать ремонт, устроиться на работу… – снова начала перечислять я, но товарищ меня не слушал:
– Кристина, да помолчи ты минуту! Я пытаюсь решить, нужен ли мне ребенок!
Я только руками развела:
– Нужен, не нужен, а будет! Чего тут решать-то?
Вадик только рукой махнул и скрылся в темноте улицы.
Плохие новости распространяются быстро: несмотря на поздний час, тетушка Бузина вломилась во двор как бульдозер:
– Это правда?!
– Привет, тетя. – устало проговорила я, так как только-только расположилась на шезлонге, чтобы немного поспать.
– Кристина, как ты могла это допустить?! Как ты могла так подставить Вадика!
– Что?! – тут же возмутилась я. – Скажи еще, что он не участвовал!
– За детовоспроизведение отвечает женщина. – строго проговорила она. – Так что вся ответственность за случившееся на тебе!
– Ну, хорошо. Тогда о чем печалиться Вадику, если он тут не причем?
– Как же! – всплеснула руками старшая фея. – Теперь, как честный человек, он обязан на тебе жениться! А что может быть хуже, чем брак по принуждению?
– Я никого ни к чему не принуждаю. – холодно ответила я. – И мне не нужна свадьба. Пусть лучше на работу устроится…
– Как это «не нужна»?! – возмутилась Бузина. – В своем ли ты уме? Это же позор!
– Тетя, ну что за ретроградство! В наше время…
Женщина перебила меня, стукнув кулаком по спинке шезлонга:
– И думать не смей! Что ты за фея – крестная такая, если сама замуж выйти не смогла?!
– А ты? – удивилась я. – Ты же не замужем!
– Так у меня и внебрачных детей нет! – парировала тетушка. – А ты, вон, допрыгалась. Ну, ладно, что теперь кулаками махать… Значит так, запоминай! Вадику в три раза больше внимания!
– Что? – опешила я.
– То! Глупые женщины зацикливаются на своей беременности и совершенно перестают обращать внимание на мужей. А ты будь умнее! Поверь, Вадику сейчас в три раза тяжелее, чем тебе! Ведь на него легла такая ответственность!
– Ты же говорила, что вся ответственность на мне? – напоминала я.
– Была, но после твоего безответственного отношения стала ответственностью Вадика! Так вот, уделяй ему много внимания! Будь ласковой, расспрашивай, как прошел его день, как самочувствие… Не вздумай жаловаться на свои болячки! Это самое ужасное для мужчины, выслушивать о женских проблемах! Для таких вещей есть врач, подруги и форумы.
– Понятно. – отмахнулась я. – Так что с его работой?
Бузина погрозила мне пальцем:
– Не вздумай упрекать его или пилить! Он и так в шоковом состоянии!
– Так как сделать, чтобы он побыстрее на работу вышел? – вкрадчиво спросила я.
Женщина сделала каменное лицо:
– Никак, Кристина. Вадик бы обязательно нашел работу своевременно, но тут ты со своей безответственностью загоняешь его в капкан! И бедняга должен бегать по городу в срочных поисках и хвататься буквально за любую службу! Понимаешь, на что ты его обрекла? А ведь для мужчины работа – способ самореализации!
– Эээ, он правда будет бегать? – не поверила я своим ушам. – Или есть какое-то специальное заклинание?
– Кристина, ты не о том думаешь! – топнула ногой тетя. – Ты должна не деньги Вадика считать, а свои! У тебя есть накопления?
– Вадик потратил их на стройматериалы.
– Оооо! – простонала Бузина. – Да как же ты за ним не усмотрела? Господи, и эта женщина будет воспитывать ребенка! Ты за мужем-то усмотреть не можешь!
– Ну, ребенку-то можно будет отвесить ремня за такое… – мечтательно проговорила я.
Старшая фея продолжила разговор о финансах:
– Что у тебя с работой?
– Только что завершила заказ от короля…
– Ха! Заказ! Отвадить от бестолкового принца невесту – это не заказ! Разовая консультация, да и то почти задаром!
– Ты так говоришь, как будто за это дело можно было выручить больше! – обиделась я.
– Конечно! Вместо того чтобы вязать кота в сапогах, ты должна была войти с ним в долю, грозя ему и его протеже разоблачением. А потом помочь королю и его глупому отпрыску организовать развод так, чтобы они думали, что без тебя никогда бы не избавились от этой аферистки…
– Да тебе пособия по криминалистике писать надо. – скучным голосом проговорила я.
Женщина это замечание проигнорировала, она о чем-то напряженно размышляла. Потом решительно произнесла:
– Ладно! Учитывая твое положение и природную глупость, я подкину тебе один выгодный заказ. Только с условием: работать будешь до самых родов! И никаких бесконечных больничных!
– Спасибо. – искренне поблагодарила я.
Бузина собралась уходить, но, дойдя до калитки, обернулась:
– И приведи дом в порядок! Почему он выглядит как после бомбежки?
– Твой любимый Вадик делал ремонт.
– Кристина! Приучайся, наконец, к ответственности! Что за манера все проблемы спихивать на Вадика? «Он потратил», «он не заработал», «он сломал…». Сколько можно? Пора тебе уже повзрослеть! Когда ребенок родится, тоже будешь Вадика каждую минуту дергать?
– Вообще-то, я подумывала отправить его в декрет. – задумчиво проговорила я. – Все равно же не работает, так пусть хоть с ребенком сидит.
В первое мгновение у тети даже дар речи пропал. Потом нашелся, и она жалобно проговорила:
– Господи, куда катится мир? Вон они, плоды сексуальной революции! Уже мужиков в декрет отправляют! Позор! Что дальше? На родительские собрания его отправлять будешь вместо себя?
– А что? – пожала плечами я. – Вон, сам король ездил в школу своего сына!
Бузина покачала головой:
– Как долго он сможет продержаться на троне с такими взглядами? Монархии грозит опасность!
– Еще бы! – согласилась я. – С таким наследником престола…
Несмотря на ночные потрясения, на следующее утро жизнь, вроде бы, начала налаживаться. Вадик вернулся и даже принялся убирать бардак во дворе. Я попросила:
– Старайся держать краску и химикаты подальше от цветка, ладно?
– Сам знаю. – буркнул он.
– Ну, хорошо. Мне пора на работу, увидимся позже. – я помахала рукой товарищу и своим тарелкам, а затем направилась на дело.
Новые клиенты ждали меня в своем довольно богатом особняке, что мне понравилось. А вот что не понравилось, так это достаточно молодой возраст семейной пары, которые желали воспользоваться услугами феи – крестной для своей дочери. Если им еще сорока нет, так, сколько же ей?
– Скоро будет шестнадцать. – ответила заказчица, уютная полная женщина по имени Людмила.
Ее муж Валентин, невысокий мужчина с выпуклым животом и залысиной, поправил очки и вздохнул:
– Так быстро выросла! Даже не верится.
Я криво улыбнулась: шестнадцать явно не тот возраст, когда…
И тут на меня накатила волна тошноты. Ноздри защипало, во рту появился какой-то непонятный химический вкус.
– Извините, мне надо позвонить! – сдавленно проговорила я и, отвернувшись, быстро набрала Вадика. – Ты что там делаешь?!
– Подоконники крашу! – отрапортовал он.
– Ты же должен был просто заделать все дыры и убрать хлам!
– Кристина, а давай ты не будешь меня учить?! – обиделся мужчина.
– Вадик, меня тошнит от твоей краски! И цветку тоже плохо! Ты на него не попал случайно?
– Никуда я не попал! Валик хороший.
– Причем тут твой валик? – не поняла я.
– Хорошо краску впитывает! Я его на цветок сверху положил, а с него даже ни капельки не упало!
– ЧТО?! Куда ты его положил?!
– Ой, да не ори! Ничего твоему цветку не сделается! А у меня, между прочим, спина больная! Я не могу каждый раз к земле нагибаться. Вот если бы ты взяла кредит, я бы купил специальную подставку…
– Дай трубку тарелке!!! – потребовала я.
– Тарелке? – удивился товарищ. – Которой?
– Любой!
– Да у нее же рта нет! Как она будет с тобой разговаривать?
– Главное, что она будет меня слушать!
Вадик хмыкнул, и в трубке повисла тишина. Потом кто-то трижды постучал по микрофону. Я оживилась:
– Тарелки, вы на связи?
Стук.
– Задание: защищать цветок! Скидывайте с него любой хлам, оттирайте краску и не давайте Вадику подходить близко! Вернусь, куплю вам самое дорогое моющее средство. Идет?
Согласный стук и позвякивание на заднем плане.
– Хорошо. До связи! – я отсоединилась и повернулась к хозяевам. – Извините, маленькое ЧП дома.
Валентин понимающе кивнул:
– Ремонт делаете? Мы вот тоже дом для дочери готовим. – он вздохнул. – Скоро наша Лерочка от нас переедет…
Я вернулась к обязанностям:
– Значит, у вас есть шестнадцатилетняя дочь?
– Валерия. – кивнул мужчина.
Людмила поторопилась добавить:
– Ей будет шестнадцать только через три месяца!
– Кхм, вот как. – вежливо улыбнулась я, гадая, понимают ли они, что просят меня нарушить законодательство. – И вы хотите найти ей жениха?
Женщина смущенно улыбнулась:
– Да, но, как бы это сказать? С запасом. Впрок, то есть… Ну, вы понимаете, да?
– Да. – печально проговорила я.
Елки-палки, ну что это за поветрие? Еще одни родители, которые…
Я не могу дышать.
Глотаю ртом воздух, а его-то и нет!
– Извините… – прохрипела я и снова кинулась звонить своему товарищу. – Да что ты там…
– Блин, Кристина!!! – рассвирепел он. – Ты даже на расстоянии умудряешься мне мозг выносить!!!
– Что ты там делаешь? – просипела я.
– Да не трогал я твой цветок! И отзови свои тарелки психованные, они в меня огрызками кидаются!
– Что ты там делаешь?! Я дышать не могу!
– Я не брызгал краской на твой цветок!!! – с остервенением проорал мужчина. – Я вообще его пищевой пленкой замотал, чтобы не испачкать! И где твоя благодарность?!
– ТЫ СДУРЕЛ?! – заорала я. – А ну, живо, сними! Он же задыхается!!!
– Да ты совсем сдурела со своими гормонами! Семь пятниц на неделе! – обиженно пробурчал Вадик, но дышать мне стало легче. – Ну, что теперь? Опять недовольна?
Я устало попросила:
– Вадик, я умоляю, ПРОСТО ЗАЛАТАЙ ДЫРЫ! И все. Можешь даже не убираться!
– Блин, ну ты достала! Шагу мне ступить не даешь! Я что, все теперь должен делать по твоей указке? Я мужик, а не подкаблучник!
– Главное, никого не покалечь, а остальное неважно.
– Я устал от твоих придирок! – и он бросил трубку.
А я опять извинилась перед клиентами:
– Извините.
Людмила понимающе кивнула:
– Муж цветок повредил? Мой Валька тоже не умеет с комнатными растениями обращаться. Даже кактус засох.
Ее супруг притворно рассердился:
– Я перестал его поливать только после того, как утопил предыдущий! А вообще, да, совершенно не умею. Как я только дочку вырастил, сам не понимаю.
Жена с любовью похлопала его по руке:
– Хорошо вырастил, тут уж не поспоришь. Дочка у нас умница, отличница, скромная и послушная.
– Вот как. – снова сказала я, вспоминая недавний случай.
Вот только, эти родители совсем не были похожи на надменную Эвелину. Интересно, как они дошли до такой жизни?
Я спросила:
– А почему вы решили искать дочке жениха в столь раннем возрасте?
Супруги помрачнели, женщина даже всхлипнула:
– Ох, милая, нужда заставила! Да будь наша воля, мы б доченьку свою разве выпустили из-под крылышка в шестнадцать лет? Она же совсем ребенок! Но делать нечего…
Валентин сурово кивнул:
– Мы должны ее спасти и ради спасения пойдем на все!
Я насторожилась:
– Спасти от чего?
– От проклятия… – почти шепотом ответила заказчица.
– Что за проклятье?
Муж и жена переглянулись, потом Людмила вполголоса проговорила:
– Когда родилась Лерочка, мы очень обрадовались и решили на крестины устроить небольшой прием, ну, родственников позвать, друзей… А наши соседи… – она всхлипнула. – Наши соседи… Простите!
И женщина залилась слезами.
Я заволновалась:
– Что? Они вам что-то сделали? Что-то плохое?
Валентин мрачно ответил:
– Они устроили крестины своего ребенка раньше нас, да еще и переманили наших особых гостей: астролога, гадающего на кофейной гуще, и бабушку, говорящую надвое.
Людмила снова всхлипнула:
– Мы хотели, чтобы они нагадали Лерочке хорошую судьбу! А эти противные Ивановы их переманили и пригласили первыми! И мы уже не могли их позвать!
– Почему? – удивилась я.
– Как? – удивилась в свою очередь женщина. – Все бы подумали, что мы украли идею у Ивановых! А это они украли нашу идею!
– Ну, хорошо. – отмахнулась я. – Так кто кого проклял: вы их или они вас?
– Это не они. – неожиданно ответил Валентин. – А старая колдунья.
– А она у вас кого украла?
– Никого. – пояснил мужчина. – Просто, нам срочно надо было придумать, кем заменить астролога с бабушкой. И мы решили позвать в дом несколько колдуний, чтобы они произнесли благословение…
– А она прокляла нашу малютку! – рыдая, проговорила Людмила.
Я поразилась:
– Вот так просто взяла и прокляла?!
Супруги чуть смутились:
– Ну, не совсем… У нее возникли проблемы при входе в арендованное нами кафе, секьюрити ее не пускали, сказали, что ее нет в списке гостей…
– А ее там не было?
– Нет. – синхронно ответили муж и жена и смутились еще больше.
– И вы ее не ждали? – уточнила я.
– Ну… Мы, как бы, оставили ей сообщение на автоответчике, что приглашение отменяется, но, как бы, наверное, за час до начала – это слишком поздно… Словом, недоразумение.
– Так ее не пустили?
– Пустили! Но не сразу. А потом… мест в гардеробе не оказалось. Но это уже косяк администрации! Короче, ей пришлось сидеть в зале прямо в калошах и с мокрым зонтиком.
– И из-за этого она прокляла вашу дочь? – усомнилась я.
– Да! – горячо подтвердила рассказ супруга Людмила. – Ну, еще официант долго не подходил… А когда принял заказ, то сто лет его нес… И приборы забыл принести… И блюдо было уже холодное… И мясо не жевалось… И когда она потребовала вызвать ей такси, то оно ехало два часа… Но разве это повод проклинать ребенка?!
– Не повод. – согласилась я. – Но вы уверены, что она действительно ее прокляла? Может, она просто громко ругалась?
Муж и жена с грустью покачали головами:
– Мы на это надеялись… Но в последнее время с Лерочкой стали происходить ужасные вещи. Прямо к ее шестнадцатилетию. Как и было сказано в проклятии…
– Какие вещи?
Женщина снова всхлипнула:
– Она начала ходить во сне! И пытаться забраться на крышу! Последний раз Валя успел поймать ее практически возле люка! Она бродила как лунатик! И так раз за разом!
Супруг закивал:
– А когда мы будим ее, то Лерка говорит, что видела во сне какой-то изумрудный свет, который звал ее за собой и вел по коридорам…
– Так. – решительно проговорила я. – Нужно поговорить с этой колдуньей! У вас есть ее адрес?
Реакция родителей потерпевшей была странная: они недоуменно переглянулись:
– Есть… Но зачем он вам?
Тут пришла моя очередь удивляться:
– Хочу поговорить с ней, конечно! Ведь это противозаконно – накладывать на детей проклятья!
– Да мы уже смирились. – неожиданно для меня ответил Валентин. – За шестнадцать-то лет. Мы придумали план спасения!
– Да? – заинтересовалась я.
Супруги синхронно кивнули:
– Криокамера.
– Что?
– Ну, заморозка. – пояснил мужчина. – Видели, наверное, в фантастических фильмах? В «Чужих», например.
– Я поняла, но причем тут…
– Мы заморозим Лерочку! – ответила Людмила. – На сто лет.
– Эээ…
Отец несчастной Лерочки поторопился меня успокоить:
– Мы все продумали! Вот, смотрите! – он вытащил из стопки бумаг лист с какими-то чертежами. – Мы приготовим для Лерочки специальный дом, который будет охраняться. Заморозим вместе с ней прислугу, домашний персонал…
– И собачку! – добавила женщина. – Мы уже заказали лучшего карликового пуделя! Его зовут Пуфф.
Валентин закивал:
– А я разработал дизайн дома: это будет целый замок, со спальнями, гостиными, каминами…
Я перебила, застенчиво улыбаясь:
– Это такая шутка, да? Тетя меня разыграла?
Супруги огорчились:
– Вы нам не верите… Что ж, мы понимаем, вы еще слишком молодая. А вас ведь нет детей, да?
– Нет. – ответила я, помрачнев.
– Когда будут, то вы поймете, что родители готовы пойти на что угодно, ради спасения своего ребенка!
«И даже на любой идиотизм, никак не связанный с этим спасением» – добавила я про себя.
А вслух спросила:
– Скажите, а зачем вы обратились к феям – крестным? Ведь мы не имеем никакого отношения к криозаморозке.
– Чтобы вы нашли жениха для Лерочки! – просто ответила заказчица.
– Вы и его заморозите? Впрок… – вспомнила я формулировку Людмилы.
– Нет. – покачала головой та. – Просто мы беспокоимся за дочку. Ведь мы-то сто лет не проживем! Мы, конечно, сделали все, чтобы у Лерочки было подходящее образование, которое пригодится ей и через сто лет: она активно изучает литературу, всех ныне живущих поэтов. Ходит на литературные встречи, делает записи, берет интервью для школьной газеты. Мы думаем, что когда она очнется, то будет ведущим специалистом по их творчеству.
– Эээ, замечательно. – криво улыбнулась я. – Но я не поняла, причем тут жених? Вы хотите женить ее на поэте?
– Нет. – снова покачала головой женщина. – Просто мы понимаем, что, даже, несмотря на знакомую прислугу, Лерочке будет очень одиноко проснуться через сто лет. И мы решили немного подстраховаться… Найти ей жениха.
– Через сто лет? – тупо уточнила я.
– Да. – смущенно порозовели муж и жена. – Можно даже представить все, как счастливое спасение: вроде как, это он ее разбудит… Ну, чтобы Лерочке проще было в него влюбиться.
Я недоумевала:
– А, если вы так переживаете, что дочке будет одиноко, то почему не хотите заморозиться вместе с ней?
Супруги захлопали ресницами:
– Но… Но это же неправильно! Мы люди немолодые, жизнь прожили… Уж как-нибудь доживем. Да и проклятья на нас нет…
– А у прислуги, которую вы хотите заморозить?
Они пожали плечами:
– Они согласились за солидное вознаграждение, это их выбор.
– Кхм. – кашлянула я, поднимаясь с места. – Боюсь, что мне придется посоветоваться с нашей старшей феей. Ну, сами понимаете, такой нетипичный заказ…
– Да-да, конечно!
– И еще, я бы все-таки хотела поговорить с той колдуньей. Дайте, пожалуйста, ее адрес.
– Ну, если хотите…
Валентин подал мне визитку колдуньи, и мы стали прощаться:
– Я позвоню вам, когда будут какие-нибудь… Ой. – я почувствовала, как во рту у меня стремительно пересыхает, а в желудке словно начинается пожар. – Ой, извините! Надо позвонить…
Я в очередной раз набрала Вадика и простонала:
– Ты что там делаешь?!
– Раковину меняю!
– Какую еще раковину?! Ты должен был заделать дыры в стенах!
– Мама дала мне раковину! – спокойно ответил мужчина. – Она не новая, конечно, но еще хорошая! И всяко лучше твоей, которую ты уже сто лет не мыла!
У меня сил не осталось ему что-то доказывать, я просто спросила:
– Ты воду, что ли, перекрыл? Так нельзя, цветку сейчас очень нужна вода…
– Блин, Кристина, а как я из трубы свои наручные часы достану, если воду не перекрыть?! – недоумевал моей глупости Вадик. – И вообще, я о нем позаботился! Дал твоим тарелкам дурацким пакет с томатным соком, чтобы они его поливали, так эти бестолковки отказались!
– Цветок нельзя поливать соком!
– Это еще почему? Там витамины!
– Там сахар и крахмал! – придерживалась я другого мнения.
– Значит, теперь твое мнение – единственно верное? – снова обиделся мужчина. – Между прочим, это наш общий ребенок! Так что я тоже имею право решать, что ему давать, а что нет!
После этой фразы я немного остыла. Ну, ладно. Главное, что у ребенка будет полная семья и оба родителя. С остальным как-нибудь справимся.
А пока, пойду, схожу к колдунье.
Старая колдунья жила в мрачном замке, опутанном терновником, шиповником и вездесущими одуванчиками. Мрачные готические ворота были заперты на древний амбарный замок. Надпись на заборе гласила: «Осторожно, злой дракон», а рядом примостилась кнопка домофона. Я надавила на нее, и буквально через мгновение динамик отозвался недовольным женским голосом:
– Что надо?
– Здравствуйте, мне нужно с вами поговорить.
– Я не принимаю клиентов!
– Я не клиент. Я фея – крестная и…
– А! – перебил меня голос. – Тогда, заходи.
– Эээ… Тут замок.
– Там, справа, доска в заборе ходуном ходит. В сторону отодвинь, да проходи.
– А, хорошо.
Таким макаром я проникла на охраняемую территорию мрачного замка. Возле входа в сторожевой будке сидел крупный ворон и играл на кларнете. Увидев меня, он подозрительно прищурился и принялся свой кларнет закапывать, как собака кость.
Ну, а хозяйка дома стояла на веранде и вырезала из теста кружочки для пельменей. Она махнула рукой:
– Проходи! Извини, что дверь не открыла, руки в муке, а рукомойник сломался. Так, значит, ты на должность помощницы колдуньи? Опыт работы есть?
– Э, нет, я…
– Ладно, подходишь! – отмахнулась колдунья.
– Нет же, я…
– Не подходишь? – уточнила она. – Все равно беру. Годы не те, а помощница нужна.
– Да нет, вы не поняли, я не по поводу работы.
Женщина закатила глаза:
– О, проклятые свидетели Иеговы! Я же колдунья! Ну, куда вы претесь!
– Да нет, я не из этих…
– И пылесос мне тоже не нужен! – поторопилась добавить хозяйка замка.
– Я пришла к вам от Людмилы, матери…
Колдунья в досаде топнула ногой:
– Опять какая-то «подруга» дала мой адрес для записи на «бесплатную» косметическую процедуру?! Не нужны мне ваши чистки лица, чемоданы косметики и втюханные кредиты!
– Я по поводу проклятья! – попыталась перекричать ее я.
– ДА НЕ НУЖНА МНЕ ВАША ЧЕРТОВА КОСМЕТИКА! – заорала в свою очередь она.
– ДА Я ПРО ДРУГОЕ ПРОКЛЯТЬЕ! НА ДЕВОЧКУ! – закричала я еще громче.
И воцарилась тишина.
Колдунья недоуменно нахмурила брови:
– Какая еще проклятая девочка? Из «Звонка»?
– Нет. – устало ответила я. – Валерия, дочь Людмилы и Валентина.
Хозяйка замка похлопала ресницами, а потом резко обернулась к ворону:
– Карл! Превращайся в дракона! Кажется, это какая-то аферистка!
– Стоп! – я примирительно подняла обе руки вверх. – Вспомните, это случилось шестнадцать лет назад!
– Девочка, ты сдурела? – искренне заинтересовалась колдунья. – Кто, по-твоему, вот так запросто может вспомнить, что случилось шестнадцать лет назад?
Но я продолжила гнуть свою линию:
– Шестнадцать лет назад вас пригласили на крестины! Сначала вас не пускали секьюрити, потом не дали сдать вещи в гардероб, потом официант долго не подходил…
– А-а-а! – понимающе протянула женщина. – Помню, помню…
– Так вот, в тот день вы наложили проклятье!
Она кивнула:
– Да я их, чем только не обложила в тот день…
– И оно сбывается! – закончила свою мысль я.
И снова полное недоумение:
– Да какое ж там «сбывается»! Это была жалкая хинкальная без всяких санитарных норм, ее инспекция прикрыла, так хозяин ларек с шаурмой открыл. Шаурму запретили, так он мясо в лаваше стал продавать! Палатки у метро позакрывали, так он мусор в углу разгреб, помещение на метр увеличил и открыл бистро «Донер-кебаб», а потом…
– Да погодите! – перебила ее я. – Я не про кафе, а про ребенка! Крестины, помните? Вы же пришли на крестины!
– Я пришла поесть на халяву. Уксус сладкий, как говорится… – уточнила колдунья. – Но да, был там какой-то ребенок. И что?
Я устало проговорила:
– Вот ее вы и прокляли. Шестнадцать лет назад.
– Бред. – пожала плечами женщина. – Ни одно проклятье не ляжет на невинного младенца, а тут же отрекошетит обратно в проклинающего. Правило каучукового бумеранга.
– Так. – я уперла руки в бока. – Но родители девочки утверждают, что с ней стали происходить странные вещи…
– Подростковый кризис. – отмахнулась хозяйка замка. – Обычное дело, а родителям вечно кажется, что их деточек кто-то проклял…
– Но она ходит по ночам и видит какой-то зеленый свет, который зовет ее!
– Оооо… – покачала головой колдунья. – Пора покупать тест на наркотики. Дело дрянь.
Я вздохнула:
– И это не считая того, что они хотят ее заморозить в криокамере на сто лет…
– Еще и наследственность плохая. – посочувствовала собеседница. – Да, тяжелый случай. Но начинать надо с девочки и ее галлюцинаций.
Я решительно кивнула:
– Вы правы. Пойду, поговорю с ней! Спасибо за помощь!
– Не за что. А если надумаешь устраиваться помощницей колдуньи, то приходи. И среди знакомых поспрашивай. Возьму без опыта работы! Оформление по ТК и соцпакет! И полиэтиленовый тоже!
– А он зачем? – опешила я.
– Как же! Дефицит! – удивилась моей непонятливости женщина.
– Кхм. – я огляделась по сторонам. – Вообще-то, нет. И кстати, зачем вам рукомойник? Может, пора водопровод провести?
Она помрачнела:
– Так это ж плотину надо строить… Не, мы лучше по старинке!
– Я поспрашиваю по поводу помощницы. – пообещала я.
По идее, в первой половине дня Валерия должна находиться в школе. Вот только, где она учится? Конечно, об этом знают ее родители, но мне бы не хотелось пока им звонить. Что-то мне подсказывало, что те не в восторге будут от перспективы нашего знакомства. Поэтому я набрала тетю, уж у нее-то наверняка есть полное досье на клиентов.
– Алло?
– Тетя, это я…
– АГА! Явилась, не запылилась!
– Тетя, я тебе по телефону звоню. – на всякий случай напомнила я.
Но Бузина уже не слушала:
– Как ты могла оставить Вадика одного с младенцем?!
– Младенец еще не родился!
– А это уже частности! Кристина, тебе не стыдно?
– Тетя, но ты же сама нашла мне клиентов!
– И что? Я же не предполагала, что ты оставишь цветок на бедного Вадика! Он уже весь измучался с ним! Бедняга совершенно не знает, что нужно делать!
– Нужно было просто его НЕ ТРОГАТЬ. Что твой Вадик успешно игнорировал! – огрызнулась я. – Лучше бы стены заделывал, вместо того, чтобы тебе жаловаться!
– Кристина, чтобы завтра уже наняла няньку! – скомандовала женщина.
– Ага, а деньги на нее ты мне дашь? – парировала я. – Всю мою заначку твой любимый Вадик истратил! И вообще, раз он не работает, так пусть и сидит с цветком! Желательно, подальше от него. И вообще, у меня есть очень ответственные тарелки!
Тетя скорбно проговорила:
– Поколение инфантилов. Тарелки у нее ребенка воспитывают!
– А что делать, если посуда оказалась умнее гражданского мужа? – философски заметила я, потом перевела разговор на другое. – Но я по другому поводу тебе звоню: ты знаешь, в какой школе учится Валерия?
Бузина хмыкнула:
– В ПТУ невест, конечно! Отвратительное заведение. Одни сплошные понты и никакого проку.
Я хмыкнула:
– Если бы они имели успех, то перестал бы существовать институт фей-крестных.
– К сожалению, после таких недоучек под угрозой институт семьи. – вздохнула собеседница. – Ох уж эти нововведения в системе образования! Последствия пострашнее мирового финансового кризиса будут…
Проникнуть в ПТУ невест оказалось несложно. Достаточно было сказать, что я – фея – крестная и исследую рынок, на предмет… Дальше дослушивать они не стали, а молча расстелили передо мной красную ковровую дорожку. Ну, неважно. На всякий случай, я вручила директрисе визитку тетушки Бузины, та никогда не откажется от клиентуры. Руководительница ПТУ приняла дар с благоговеньем и пообещала выучить контакты тети наизусть. Господи, ну откуда эта вера в кумовство? Контакты и реквизиты давно уже свободно можно найти в сети!
Так или иначе, но я довольно быстро выяснила, где можно найти Валерию. Собственно, благодарная директриса готова была вручить мне ее личное дело и медицинскую карту без всяких вопросов, но мне всего лишь надо было поговорить с девочкой.
При личной встрече ходить вокруг да около не пришлось: увидев меня, Лера закатила глаза:
– О, нет… Они все-таки выполнили свою угрозу…
Я успокоила ее:
– Не переживай, это была всего лишь предварительная беседа.
– Вы не знаете моих родителей. – покачала головой девочка. – Их девиз: «Вижу цель, не вижу препятствий, я в состоянии аффекта, разбегайся, кто может».
– Ну, от «проклятья» они тебя спасти не сумели. – осторожно заметила я.
– Ха! Они и не хотели! – фыркнула Валерия.
– Ну что ты… – огорчилась я. – Наверное, со стороны тебе кажется, что родители совсем о тебе не переживают, но на самом деле…
– Папа строит мне замок с самих крестин. Своими руками. С собственным дизайном. А мама с тех самых пор разводит собак. Кучу пород уже перепробовала, пока не остановилась на карликовом пуделе.
– А… – растерянно протянула я. – Но они очень взволнованны из-за твоих ночных прогулок…
– Еще бы! Они не укладываются в сроки! Ведь до моего шестнадцатилетия осталось еще три месяца, предки на них очень рассчитывали, а теперь выясняется, что сроки поджимают!
Я все еще не могла поверить в услышанное:
– То есть, ты хочешь сказать, что все давно уже решено? Но, наверное, твои родители ужасно боятся проклятья…
– Чушь! Им просто так понравилось продумывать МОЮ жизнь, что они никак не могут остановиться!
– Кхм. – тревожно кашлянула я, так как это очень было похоже на правду. – А что с тобой на самом деле случилось?
– А, ничего. – отмахнулась Лера. – Я придумала про этот зеленый свет, чтобы усыпить их бдительность. На самом деле, я изучала пути отхода. Дверь-то папа запирает.
– В дом?
– В мою комнату! Я вылезла через окно и прошла по карнизу до чердака. К счастью, папа реально поверил в злую магию. А то бы меня наручниками к кровати приковали!
– А как же ПТУ?
– Отводят/встречают. – пожала плечами девочка. – Тут охрана у входа, в телефоне у меня программа слежения через спутник. Теперь вы понимаете, почему мне надо свалить?
– А куда ты собираешься отправиться? – заволновалась я.
– Хочу прибиться к темным колдуньям!
– Не бывает именно темных колдуний. Мы такие же люди, как и все, совершаем разные поступки, плохие и хорошие, и бываем в разном настроении.
– Ну, ладно. – снова отмахнулась Валерия. – Тогда в магическую академию придется поступать. Правда, там обычно ректоры маньяки какие-то, на малолеток западают. Лучше б к женщине в ученики…
– Пожалуй, я смогу тебе помочь. – задумчиво проговорила я.
Родители Валерии меня не ждали. Судя по тому, что по двору носилась стая разнокалиберных собачек, а Валентин с серьезным видом конструировал унитаз ручной работы. Увидев меня, супруги смутились:
– Ой, вы вернулись! А мы тут… Последние штрихи наносим. Для защиты Лерочки.
Я проговорила со скорбным видом:
– Вы опоздали.
Те всполошились:
– Что?! Всех женихов уже разобрали на сто лет вперед?!
А Людмила напустилась на мужа:
– Я же тебе говорила! Надо было еще шестнадцать лет назад резервировать! А ты: «Да кто этих младенцев разберет, что из него вырастет». Вот и все! Оставили Лерочку без мужа! Молодец! Кому теперь нужен твой унитаз с подогревом?!
Я поторопилась вмешаться:
– Унитаз вам придется оставить в личное пользование! Потому что Леру похитила злая колдунья.
– ЧТО?!
Я развела руками:
– А что вы хотели? Или вы думали, что она не заметит всех ваших приготовлений на протяжении шестнадцати лет?
Несчастные родители запричитали:
– Но мы же хотели как лучше! Продумали для Лерочки дом, домашних животных, слуг, карьеру, диетическое меню! И имена для внуков накидали… – они утерли слезы. – Ведь через сто лет мы не смогли бы ей ничего посоветовать…
– Вы и сейчас не сможете. – сухо проговорила я. – Потому что отныне Валерия находится в услужении у колдуньи. Лет на сто.
– Что же нам теперь делать?! – с ужасом проговорила мать, глядя на своих собачек.
– У колдуньи есть несколько условий. – объявила я. – Если вы их выполните, то она даст Лере некоторые послабления: например, разрешит навещать вас.
Супруги тут же обратились в слух:
– Да? Что надо делать?
– Вы, Валентин, должны профессионально заняться дизайном интерьеров. Но не в этом несчастном замке замороженной красавицы, а в чужих домах и за деньги.
Мужчина моргнул:
– Ну, пожалуй, я бы смог…
– А вы, Людмила, должны открыть собачий питомник.
Женщина даже обрадовалась:
– Правда?! А у меня как раз двадцать собачек есть! Надо же, как удачно!
Я строго погрозила им пальцем:
– И только когда вы научитесь жить своей собственной жизнью, а не жизнью дочери, только тогда вам будет позволено с ней увидеться.
Родители вздохнули:
– Но это так тяжело! Мы ведь почти шестнадцать лет жили только интересами Лерочки!
– Привыкайте. – сурово ответила я. – Жизнь, она такая, сложная. Надо научиться отпускать детей.
– Ах. Как же вам повезло, что вы еще бездетная! – горько воскликнула несчастная мать. – Иногда, материнство приносит столько страданий.
Ох, до чего же пророческими оказались ее слова…
Домой я возвращалась в хорошем настроении: Лера пристроена к колдунье в помощницы, ее родители тоже без дела не сидят, искать жениха через сто лет больше не надо…
О-оу.
У калитки стоит спортивная метла тети Бузины. А когда фея – крестная пересаживается на метлу…
О-�
Глава 1
Принц стукнул кулаком по столу:
– Папа, я хочу жениться!!!
– Сынок, а не рано еще? – робко спросил король.
– Мне уже шестнадцать! Ты сам женился в моем возрасте!
– Ну, вообще-то, в восемнадцать. – уточнил его отец.
Юноша отмахнулся:
– В твое время все поздно взрослели и отставали в развитии! Мое поколение – другое дело.
– Конечно – конечно… – миролюбиво согласился монарх, поправляя ему рубашку: принц пропустил пуговицу и следующую за ней вставил в предыдущую петлю, отчего всю рубашку перекосило.
Юный Филипп же грозно посмотрел на меня:
– Фея, ты должна найти мне невесту!
– Какую невесту вы предпочитаете, ваше высочество? – осведомилась я.
Принц, не задумываясь, выпалил:
– Чтобы как в соседнем королевстве! Там у короля жена – девушка из простонародья! Но однажды замаскированная фея попросила у нее кувшин воды, та подала, и фея ее вознаградила! Теперь у девушки с уст при каждом слове сыплются жемчуг и россыпи драгоценных камней!
– Неудобно, наверное. – заметила я. – Говоришь, а они об пол стучат…
Юноша добавил еще одну подробность:
– Король велел ей носить тазик, привязанный к шее, чтобы сокровища никуда не закатились. Видите, как удачно: и жена, и достаток в казну!
– Все равно неудобно. – осталась я при своем.
Король Эдуард заметил:
– Вообще-то, нашему соседу даже нравился такой расклад. И сокровища, и жену не слышно. Но она быстро поняла, что к чему, и устроила игру в молчанку. Теперь он сам бегает за супругой и уговаривает ее пообщаться: «Милая, как прошел твой день? Расскажи о своих чувствах!». А ведь раньше целыми днями сидел, уставившись на рыцарский турнир, и ни на что не реагировал…
Принц воодушевленно проговорил:
– Вот что творит любовь! Фея, найди мне такую невесту!
– Но, ваше высочество, ведь это приобретенный дар. – напомнила я.
– Ну, так найди какую-нибудь хорошенькую девицу, пусть подаст фее воды, и та ее отблагодарит!
– Ваше высочество, во-первых, у той феи был сильный сушняк… в смысле, обезвоживание! – быстро поправилась я. – Но, главное, все это произошло до финансового кризиса! Поверьте мне, в нынешней экономической ситуации феи начнут раздавать дары, только если им поднести кувшин с черным золотом!
Филипп немедленно обернулся к отцу:
– Папа, добудь мне черное золото!
– Сынок, это очень опасно. – огорчился король. – На черное золото падки поборники демократии, они сразу начнут угрожать нашей монархии…
– Папа, ну как ты можешь говорить о монархии, когда речь идет о любви всей жизни твоего единственного сына?! – возмутился юноша. – Ах, ты просто слишком стар, и уже не помнишь, что такое любовь!
– Вообще-то, не слишком. – робко заметил Эдуард, которому было около тридцати пяти лет.
Но ребенок придерживался другого мнения, он возмутился:
– Папа, я не понимаю, ты что, не хочешь внуков?!
– Нет. – быстро ответил король и украдкой перекрестился.
– Ты хочешь встретить старость в одиночестве, в этом огромном пустом дворце?!
Мужчина спросил осторожно, боясь спугнуть удачу:
– А что, ты решил, что уже готов поселиться отдельно?
– Нет уж! – воинственно проговорил подросток и поднялся с места. – Пусть ты плохой отец, но я хороший сын! И никогда не оставлю тебя доживать свои дни в одиночестве! Так и знай!
С этими словами он направился к двери, гордо вскинув голову, а у выхода в последний раз обернулся на отца и пригрозил:
– А не найдешь мне хорошую невесту – женюсь на апельсине! Вот!
И вышел.
– Что? – обалдел родитель.
Я поморщилась:
– Да была такая история неприятная… Словом, был один принц с особенностями развития. Но родители этого старались не замечать: поздний ребенок, долгожданный… А когда он вырос, то внезапно решил отправиться искать себе невесту… в лес. Ну, а там мои родственницы, феи – крошки, знатно его развели… то есть, разыграли. Он у них стал спрашивать, где найти жену, а они: «Дай мне подарок, скажу». Короче, до трусов его раздели, но юноша был богатый, у него еще и кошель с золотом имелся, поэтому его отправили в сторожку, где жили три одноглазых стража. Феи сказали: «Когда глаз открыт – сторож спит, когда закрыт – бодрствует». Короче, надо было дождаться, пока все три стража откроют глаз. И сидел он там, сидел. Сорока пролетит, он спрашивает: «Сорока, посмотри, спят ли стражники?». И монетку ей кидает. Потом сову просил, голубя… А комбинации все не те попадаются: то два из трех спят, то всего один, то все спиной отвернулись… Короче, деньги закончились, принц разозлился, напялил капюшон на голову, ворвался в сторожку, схватил сундук и скрылся. А в сундуке три апельсина.
– Это было сокровище, которое охраняли стражники? – заинтересовался король.
– Эээ, нет, это был их полдник. Три стражника – три апельсина. Ну, словом, юноша вернулся домой, по дороге два апельсина съел (он утверждал, что они сами умерли), а на третьем изъявил желание жениться.
– Родители ему позволили?!
– Ну… Не совсем. Они попросили оставить их ненадолго с апельсином наедине, а потом быстро заменили его на одну не очень молодую, но очень ответственную и порядочную женщину. А когда сын вернулся, обрадовали его, что апельсин превратился в принцессу. Юноша немного посетовал, что принцесса не очень молодая, но что делать, он же обещать жениться на апельсине! Поженились. Вообще, у них все хорошо, эта дама прекрасно о юном супруге заботится, не разрешает ему ввязываться в авантюры и хорошо разбирается в делах королевства. Родителям не страшно оставлять на нее страну.
Эдуард вздохнул:
– Хорошая история. Но что же делать с Филиппом?
Я задумалась и предложила:
– Вы не пробовали купить ему новую гоночную лошадь?
– У него целая конюшня.
– Ммм… Какую-нибудь мальчишескую игрушку? Лук там, меч?
– Есть.
– Отправить его развлечься с друзьями его возраста?
Король покачал головой:
– Он недавно ездил с друзьями на охоту и вернулся уверенный, что должен жениться на жабе, потому что она поймала его стрелу…
Я понимающе хмыкнула:
– Мухоморы курили?
– Или еще что почище… Не нравятся мне его друзья.
– Так, может, отправить принца куда-нибудь на учебу?
Эдуард рассмеялся:
– Ну что вы, Кристиночка, он жениться хочет, а вы – учеба!
– И правда. – смутилась я. – Тогда, возможно, стоит предложить ему какое-то «важное» государственное дело, чтобы принц не скучал?
Король снова вздохнул:
– Мы еще от предыдущего кризиса не отошли…
Я поняла, о чем он, и виновато опустила голову, так как в той ситуации была замешана одна моя коллега. Она подарила девочке горшочек, который сам варил кашу. Вот только это была устаревшая модель, там не было таймера и функции автоматического выключения. Короче, ребенок включил горшочек и ушел гулять, а готовая каша заполонила сначала весь дом, а потом повалила наружу. Улицу отмывали неделю, оранжевый уровень опасности, угроза экологической катастрофы. Но ничего, вроде, обошлось.
Эдуард вернул меня к действительности, проговорив:
– Мне пора идти на королевский совет. Они меня никогда не слушают, но без меня не начинают. Спасибо, что приехали, Кристина.
– Обращайтесь.
Чувствую, принц не успокоится, и королевству еще не раз понадобиться помощь опытной феи – крестной.
Уже на подходе к дому я поняла, что что-то не так. Занавески отдернуты, половик сдвинут, клумба растрепана, а по двору цепочкой выстроилась сбегающая из дома посуда. Тарелки и чашки на цыпочках крались друг за другом к калитке, возле которой стоял медный таз и жестами командовал: «Первый пошел! Следующий! Стоп! Ожидаем. Готовься! Третий поше… врезался в уперевшую руки в бока хозяйку».
– А ну назад! – строго скомандовала я. – Быстро – быстро!
Посуда понурилась и послушно поплелась обратно к открытой двери. А оттуда доносился громогласный звон не успевших сбежать тарелок, шум воды и лопанье пузырьков пены.
Вадик в моем фартуке стоял возле мойки и демонстративно мыл посуду. Заметив меня краем глаза через плечо, он задрал нос и громко фыркнул:
– Хозяюшка явилась!
Я криво улыбнулась и полезла проверять столовое серебро. Проклятье, почему оно всегда сбегает первым?!
А мой товарищ продолжал:
– А я тут, видишь ли, посуду решил перемыть. Знаешь ли, надоело в грязи жить! Самовар, вон, даже песком уже не отдерешь!
Действительно, на столе лежала куча мокрого песка, из которой виднелись испуганные глаза самовара. Одной из ножек он украдкой закапывал себя поглубже.
Мужчина начал допрос, перекрикивая шум воды:
– Ну, и где ты была?
– На работе, я же тебе говорила… – я набрала номер полиции и сказала в трубку. – Алло, у меня сбежало столовое серебро… Ну, где-то полчаса назад. Что? По городу бегает Серебряное копытце и громко ржет? Вот, черт…
– Кристина! – рявкнул Вадик, внезапно обнаружив, что я разговариваю не с ним. – Положи трубку!!!
– Я вам перезвоню. – я отсоединилась. – Не ори, когда я разговариваю с полицией.
– Ты даже две минуты не можешь посвятить семье! – топнул ногой товарищ, в одной руке держа полотенце, а второй продолжая рыскать над сушкой в поисках мокрых тарелок, которые каждый раз пригибались, чтобы не попасться.
– Выключи воду. – поморщилась я. – Я себя не слышу, не то, что тебя…
Он надулся, но кран закрутил. Потом обиженно пробурчал:
– Я тебя жду, жду…
– Меня вызвали на работу.
– Это так важно?!
– Ну, вообще-то, это был король.
– Король важнее, чем я?!
Я нахмурилась:
– Неважно, король или нищий, они – мои клиенты. Все по прайс-листу… Вадик, ну работа у меня такая, ненормированная, чего ты хочешь?
– Чтобы ты больше внимания уделяла мне, а не своим клиентам! – выпалил он.
У меня на языке вертелось, что он мог бы, наконец, найти работу, а не сидеть дома, распугивая мои тарелки, но… Я в очередной раз списала его поведение на стресс от недавней потери отца. Правда, уже год прошел, но такая трагедия…
И в этот момент в дверь постучали. И Вадик тут же набычился:
– Не открывай.
– Но мы же не знаем, кто там. – напомнила я.
– Все равно не открывай! Я хочу, чтобы мы остаток дня провели вместе. Чаю попьем…
Хрусть. Хрусть. Хрусть.
Куча песка начала смещаться в сторону, вместе со спрятавшимся в ней самоваром.
– Спасибо, чаю не надо. – сказала я.
– Вообще-то, это ты должна подавать чай! И испечь что-нибудь к нему! И…
И тут я через окно увидела Лизу, мою клиентку, она взволнованно вглядывалась через стекло. Значит, это она стучала. Мой товарищ, продолжая бурчать, стоял к окну спиной и не видел ее. Зато девушка заметила меня и помахала рукой. Я же приложила палец к губам и указала на спину мужчины. Она нахмурилась и исчезла за рамой.
– Я сто лет не ел ничего домашнего! – продолжал ворчать Вадик.
– Сходил бы к своей маме. – предложила я.
– Еще чего! От нее потом не отстанешь! Она после папиной смерти совсем заскучала…
За окном снова появилась Лиза, только она где-то откопала здоровенную дубину! И решительно направлялась с ней к окну. Я замахала руками, привлекая ее внимание, а потом несколько раз четко провела указательным пальцем вдоль горла и выразительно указала на продолжающего разглагольствовать мужчину. Девушка округлила глаза, испуганно выронила дубину и, выхватив телефон, начала быстро куда-то звонить.
О-оу.
– Я на минуту! – крикнула я Вадику и пулей вылетела наружу.
Как раз вовремя, чтобы услышать:
– Мужчина, тридцать шесть лет, безработный, держит ее в заложниках…
Я выхватила телефон и крикнула:
– Все в порядке! Ложная тревога! Извините, это мой жених! До свидания. Да, и не забудьте про мои вилки! – я сбросила звонок. – Лиза, это же Вадик! Ты что, его не узнала?
– Конечно, узнала. – нахмурилась девушка. – Потому и позвонила в полицию! Он уже год у тебя живет, это называется самовольный захват территории!
– Вообще-то, это называется гражданский брак. Ну, ладно, ты-то зачем пришла?
Она опустила глаза:
– Мама нашла мне жениха.
– Да? Ну, хорошо. Как он тебе?
– Он… очень хочет детей. Предлагает скорее пожениться.
– Хорошо. – осторожно проговорила я. – А ты его документы проверяла?
Она жалобно на меня посмотрела:
– Не могуууу… Мы же хотим пожениться! А как нам потом вместе жить, если я до свадьбы его подозревала и документы проверяла? Получается, я ему не доверяю…
– Пошли. – решительно проговорила я. – Я уж точно никому не доверяю, поэтому стребую все справки, выписки и закладные…
Первое, что мне не понравилось – у входа в дом потенциального мужа Лизы стоял автомат с бахилами. Второе, то, что первым на порог открывшийся двери выскочил здоровенный волкодав и оскалил клыки. Ну а уж затем и сам хозяин – невысокий мужчина, полноватый, лысоватый, лет под сорок. Он небрежно махнул рукой:
– Бахилы можете взять из корзины. – и указал на урну с использованными бахилами.
– Спасибо. – вежливо проговорила я и купила две пары для нас с Лизой за двадцать рублей. – Меня зовут Кристина.
Он кивнул, слегка поморщившись:
– Наслышан… Сваха, значит?
– Фея-крестная.
– Один черт… Я – Арсен. Проходите.
Я мило улыбнулась:
– А мы собачку вашу не побеспокоим?
Волкодав все еще сидел в дверях, напрочь их перекрыв, и продолжал скалиться. Хозяин успокоил:
– Он не укусит. Только резких движений не делайте. Входите же! Что стоять на сквозняке.
Мы с подопечной осторожно перешагнули через глухо рычащего пса и оказались внутри дома. Ну, с виду ничего особенного, обычное жилище холостяка.
Он проговорил:
– Сейчас организуем чай. Лиза! Поухаживай за гостьей.
Девушка послушно поднялась с места, но я остановила ее:
– Спасибо, не стоит.
– Как хотите. – равнодушно отозвался Арсен и отдал новое приказание. – Лиза, налей мне чаю, что-то в горле пересохло. И вообще… похозяйничай там пока.
Потенциальная невеста удалилась на кухню, а я спросила:
– Вы один живете?
– С Манфредом. – он кивнул на пса.
– Были женаты?
– Нет. – хозяин снова чуть поморщился.
– А дети у вас есть?
Мужчина оживился:
– Еще нет, но очень хочется! Люблю их… Спиногрызов…
– Кхм. – я заглянула в записную книжку. – А у вас есть домработница?
– Почему вы спрашиваете? – удивился он.
– Ну, кто-то же у вас тут убирает. Я смотрю, вы любите чистоту. – я красноречиво указала на бахилы.
– А, это… Чего зря грязь разводить. А домработницы нет. Не люблю чужих в доме. И Манфред тоже. Да и деньги зря тратить…
Я сказала вполголоса:
– Жена не всегда обходится дешевле домработницы…
Арсен встрепенулся:
– Мы с Лизой это обсуждали! Она – девушка простая, не какая-нибудь там кукла из журнала. А я детей собираюсь заводить, да и ей давно пора. Мы отлично друг другу подходим!
В этот момент вернулась сама Лиза, держа большой поднос с чайным сервизом. Жених снова поморщился:
– Ну, зачем такие церемонии разводить? Попили бы по-простому, по-домашнему…
«Ой, да набрал бы при мне воды из колодца пластиковым стаканчиком и подал бы!» – фыркнула про себя я. – «Только стаканчик нужно к колодцу прибить, а то украдут еще».
Вслух я спросила:
– А где ваша мама?
И тут он взбеленился:
– Что эта старая ведьма про меня наговорила?!
– Эээ… Я с ней незнакома.
– Ааа… – протянул мужчина, успокоившись. – Ну, она живет отдельно, но я ее часто навещаю.
– Где навещаете?
– В доме престарелых.
– Хмм, понятно. – я снова посмотрела в блокнот. – Значит, вы хотите завести детей?
– Да! – хозяин весь подобрался. – Это обязательное условие брака.
– Любите детей?
– Да-да, конечно…
– Жаль, у вас в доме такая большая собачка. – заметила я. – Отдать придется, наверное?
– Да, отдать… – рассеянно протянул он, но тут же спохватился. – Что?! Как вы узнали?!
Я удивилась:
– Что надо отдать собаку?
– Собаку? – еще больше удивился он. – Почему – собаку?
Тут настала моя очередь еще больше удивляться, но Арсен спохватился:
– Ах, простите, я вас неправильно понял! Собаку! Конечно, собаку…
Я полезла в сумочку за телефоном:
– Извините, мне нужно отправить сообщение…
А мужчина тем временем взялся за Лизу:
– Лиза, я с твоей мамой это уже обсудил: вы должны предоставить справки от врача, что с беременностью проблем не будет. Ну, ты понимаешь, чтобы дети обязательно…
Я резко перебила, глядя в телефон:
– Стоп! Никаких детей.
– Что? – не понял Арсен.
Я же развернула экран к Лизе:
– Он заложил своего первенца Румпельштильцхену!
– Что?! – ужаснулась девушка, а жених возмутился:
– Этот гад выложил имена должников в открытый доступ?!
– Только злостных неплательщиков. – холодно проговорила я, поднимаясь с места. – Идем, Лиза.
Она печально последовала за мной, а Арсен заволновался:
– Погодите, все не так плохо! Ведь это еще не приговор! Ребенка можно не отдавать, если угадать новое сценическое имя Румпельштильцхена! Я даже знаю способ!
Я фыркнула:
– После того случая, когда он прыгал вокруг костра и выкрикивал свое имя, карлик больше не употребляет, так что зря надеетесь. Идем!
Мы двинулись к выходу, а мужчина трагически завопил:
– Подождите! Но ведь речь только о первенце! Отдадим одного ребенка, а потом рожай хоть с десяток! Подумай, Лиза! У тебя же биологические часы…
Я захлопнула дверь за спиной, и голос неудавшегося жениха прервался. Мы медленно двинулись по двору, а девушка начала всхлипывать:
– Опять! Опять неудача! Каждый раз, когда я собираюсь замуж, выясняется какая-нибудь пакость!
– Хорошо, что она выясняется ДО, а не ПОСЛЕ. – философски заметила я и утешила ее. – Лиза, не волнуйся. Ты – моя клиентка, и я найду тебе мужа.
– Правда? – подняла на меня заплаканные глаза она.
– Конечно! Ведь я уже взялась за это дело! А я всегда довожу начатое до конца. ВСЕГДА! – с пафосом проговорила я и добавила, немного погодя. – Ну, кроме диеты, ежедневной зарядки и изучения английского. А так, ВСЕГДА!
Расставшись с бедной Лизой, я решила воспользоваться ситуацией и заглянуть к тетушке Бузине, а то у меня телефон скоро лопнет от ее смс-сок с просьбой навестить старую больную тетку. Правда, когда я заглянула в ее домик из кустов бузины, его хозяйка полулежала на софе в коротком халате, курила сигарету, а свободной рукой помахивала в воздухе, чтобы лак на ногтях быстрее просох. Увидев меня, она радостно вскочила с места:
– Кристина! Ну, наконец-то!
– Здравствуй, тетя. Хотя, ты, вроде, и так не болеешь…
Бузина отмахнулась:
– Это все нервы! Ни к черту. – она затянулась сигаретой. – Как дела? Как бизнес? Слышала, к тебе обращался сам король!
– Его сын. – уточнила я. – И не думаю, что из этого выйдет что-то путное. Мальчик слишком молод…
Тетя хмыкнула:
– Главное, что ты должна извлечь из этого дела – свой гонорар. Остальное – частности. Ну, садись. Как там Вадик?
– Ну… – протянула я, усаживаясь в кресло. – Он до сих пор дома.
Бузина понимающе закивала:
– Все еще не оправился от смерти отца?
– Наверное. – неуверенно ответила я. – Все-таки, год прошел…
– Ему нужна какая-то встряска. – заметила собеседница.
– Или работа… – робко заметила я. – Вот только он, кажется, не стремится ее искать…
– Ты не справедлива, Кристина! Всего-то год прошел! Этого еще мало, чтобы записать Вадика в бездельники.
Я нахмурилась:
– Понимаешь, у меня появились сомнения… Ведь, по сути, в свои тридцать три года Вадик всю жизнь работал у своего отца! То есть, сам никогда не искал работу, никогда…
Женщина решительно меня перебила:
– Глупости! Семейный бизнес – отличное дело! Кстати, почему бы вам не заняться совместным бизнесом?
Я захлопала ресницами:
– Но, тетя, я же фея – крестная! Какой бизнес у меня может быть с Вадиком?
– Брачное агентство, конечно!
– Так у меня и так…
– Нет. – она решительно помотала головой. – Сейчас ты работаешь одна. А нужно привлечь Вадика! Найди ему какое-нибудь занятие, дай почувствовать свою значимость!
– Но ему же это совсем неинтересно! Сомневаюсь, что он будет что-то делать… – заметила я.
– Так и пусть не делает! Главное, чтобы он чувствовал, что ты в нем нуждаешься!
– Эээ, не поняла, как это поможет Вадику найти работу? Если он не будет ничего делать, а я буду его за это хвалить?
Бузина огорчилась:
– Кристина, ты решительно не хочешь брать на себя ответственность! Ведь, в том, что Вадик год сидит дома, есть и твоя вина! Почему не простимулировала его? Почему не помогла в поисках? Почему не выпинывала активно? Почему…
– А слюнявчик на него одеть не надо? – огрызнулась я. – Мы, вроде, о взрослом дяде говорим!
– По паспорту-то оно так, но на деле мужчине нужен постоянный контроль, забота, готовка и уборка!
– Мне тоже самое говорили, когда подарили хомяка. – заметила я.
Тетя задумалась, потом согласилась:
– В принципе, способы содержания схожи…
– Но, тетя, я же не хочу содержать хомяка!
– А жениха? – быстро спросила она.
Я помедлила, потом осторожно ответила:
– Вообще-то, не то, чтобы жажду…
– А зачем ты с ним живешь?! – возмутилась женщина.
– Так он же ко мне переехал после смерти отца, ему нужна была поддержка, не могла же я бросить человека в беде!
– Вот! – обрадовалась собеседница. – Раз один раз приняла на себя ответственность, так уж и неси ее до конца! А если не хочешь, то не держи мужика, передавай следующей, тут у нас невест хватает!
– Эстафетная палочка. – фыркнула я.
Тетя расстроилась:
– Кристина, но ведь замуж надо! Ячейка общества, все такое…
– Но ведь не обязательно за Вадика?
– Кристина! – решительно проговорила Бузина. – Давай я тебе кое о чем напомню: тебе двадцать восемь лет.
– Я знаю. – язвительно ответила я. – Все-таки, это мой возраст.
– Кристина, ты работаешь с рынком невест и знаешь, какие там красавицы ищут себе принца! Ну, а ты?
Я помрачнела. Нет, ничего особо страшного во мне не было, не подумайте. Просто я была обычная. Обычная женщина под тридцать. Рядом с клиентками – красавицами меня принимали за их мачеху. Ну, или сводную сестру – завистницу, старше минимум на десять лет. И вот на таких девушках женятся принцы…
Тетя словно мысли мои прочитала и вкрадчиво заметила:
– А вот Вадик как раз для тебя. Нормальный парень… Такой как все. Не лучше и не хуже.
Я вздохнула и поднялась с кресла:
– Мне пора. Пойду к своему среднестатистическому хомяку…
Глава 2
А дома меня ждал рассерженный Вадик:
– Куда ты пропала?!
– Извини, мне надо было помочь подруге. – завуалировала я свою профессиональную миссию под более благородный предлог. – А потом зашла к тете, она давно просила ее навестить, ведь тетя… болеет. Она так сказала.
Товарищ немного смягчился:
– Ты слишком им потакаешь, пора научиться говорить «нет». В следующий раз так и скажи: «Не могу сейчас придти, мне нужно мужа кормить».
– Угу… – протянула я, тоскливо вспоминая, как кормила хомяка: насыплешь в кормушку корма и все…
– Ну, давай уже обедать садиться! – жизнерадостно сказал Вадик. – Что у нас на обед?
– Не знаю. – честно ответила я. – Надо посмотреть, что есть в холодильнике.
Он помрачнел:
– Странно, что сама хозяйка не знает о его содержимом…
– Ну, ты же прекрасно знаешь, что меня уже два дня почти все время не было дома! – поморщилась я.
– Ты за своей работой совсем забросила дом!
Мне очень хотелось тонко намекнуть, что просиживающий штаны дома мужчина мог бы и сам что-нибудь сделать, но я промолчала. Тем более, он уже сегодня помыл посуду. Эх, где там мои вилки? Надеюсь, они попали к хорошему человеку…
Я отправилась на кухню и принялась рыться в холодильнике. Оказалось, все не так плохо!
– Слушай, а чего ты ничего не съел? – удивилась я. – Вон тут, сколько всего стоит…
Вадик надулся:
– Ну и как я об этом должен был узнать?
– Либо открыть дверцу холодильника, либо установить себе приложение с рентгеновским зрением.
– Кристина, ты еще шутишь? – обиделся он еще больше. – Вот в моей семье мама всегда подавала обед сама!
– А она год назад никуда не уезжала? – внезапно спросила я.
– Нет, а что? – удивился он.
– Ничего.
На самом деле, у меня мелькнула мысль, что мать Вадика куда-то уехала на недельку, а его отец умер от голода, не догадавшись открыть холодильник.
Я принялась греть обед, а мужчина сел на стул и начал делиться своими планами:
– Надо бы машиной заняться…
– Займись.
– Кристин, тебе легко сказать «займись»! Это же дело не одного часа! Тут время нужно, настрой, погода чтоб была хорошая…
– А погода зачем?
Он поморщился:
– Что ж мне, под дождем под машиной ползать?
– Так ты ведь ПОД, чем тебе дождь помешает? – усмехнулась я.
– Кристина, молчи уж! – фыркнул Вадик. – Механизм чинить – это тебе не твои глупые брачные анкеты составлять! Тут мозги надо включать! И машину чувствовать. Это тебе не по магазинам бегать!
– Кстати, о магазине. Ты бы, пока настроения на машину нет, купил молока, хлеба…
– А почему ты сама этого не сделаешь? – насупился он.
– А ты будешь весь день сидеть и ждать, пока я вернусь?
– Если бы ты пораньше приходила домой…
Нашу перепалку прервало то, что в кухне вдруг появился третий. Причем, появился небанальным образом – одним махом перепрыгнул через подоконник. Впрочем, коньки-горбунки еще и не на такое способны.
Вадик опешил:
– Это еще что?!
– Лошадь. Маленькая. – ответила я.
– Но что она делает на нашей кухне?!
– Кажется, он принес записку… – я протянула руку и вытащила привязанную к луке седла бумажку. – Это от короля. Просит приехать.
И тут мой товарищ громко стукнул кулаком по столу:
– НЕТ! Никуда ты не пойдешь! Мы обедаем! Все остальные должны подождать!
– Но это же король…
– И он тоже подождет!
Я взяла со стола морковку и сунула коньку:
– Подкрепись пока.
– Хватит его кормить! Просто отправь обратно!
– Хорошо. – твердо сказала я. – Я никуда не пойду.
– Я запрещаю! – радостно добавил Вадик.
– И вообще, я уволюсь с работы!
– Эээ… – на это мой товарищ не рассчитывал и замялся.
А я продолжала:
– Буду ухаживать только за тобой! Правда, из дома придется съехать, мы не можем его себе позволить без моей работы. Но, ничего! Вещи распродадим, машину твою тоже, снимем землянку на земляничной поляне и заживем! С милым рай в шалаше!
Конек-горбунок похлопал ресницами и начал быстро-быстро жевать морковку, пока ее тоже не выставили на продажу.
– Ага… – протянул Вадик без особого энтузиазма. – Да. Заживем… Мы живем в прекрасной стране, правда?
– Конечно. – согласилась я.
– И вообще, мы – патриоты!
– Пожалуй.
– А тут король просит о помощи! – воодушевился мужчина. – Я думаю, наш долг оказать ему поддержку.
Я скромно потупила глаза:
– Только если ты отпустишь меня…
Он великодушно махнул рукой:
– Ради отечества я потерплю! Только в тарелку из сковородки обед переложи, а то не умею я с этими новомодными лопатками…
Я быстро плюхнула подогретый обед ему в тарелку и послала воздушный поцелуй:
– Пока, милый!
– Не задерживайся!
– Как скажешь.
Мой транспорт поднял одну бровь: «Это чё щас было?».
Я лишь хмуро поинтересовалась:
– Дожевал? Поехали.
Король ждал меня возле входа во дворец, видно, дело срочное:
– Кристина! Как хорошо, что вы приехали…
Одна из многочисленных дверей внутри здания распахнулась, и оттуда выглянул один из пажей, он печально проговорил, обращаясь к королю:
– Еще не нашли, ваше величество.
– Продолжайте поиски, будем надеяться, что он не вылетел наружу.
– Кого-то потеряли? – поинтересовалась я.
– Попугайчика. – с грустью ответил мужчина.
– Сбежал?
– Скорее, ему помогли… – он указал на большую птичью клетку, стоящую на столике в прихожей замка.
Мощные прутья клетки в одном месте были широко раздвинуты, там не то, что попугай, орел бы вылетел.
Я удивилась:
– А зачем так делать? Достаточно дверцу открыть…
– Наверное, это глупая шутка. – вздохнул Эдуард. – Но я позвал вас по другому поводу. Филипп нашел себе невесту.
– Уже?! – поразилась я. – Ничего себе! Молодежь, на ходу подметки режет! Надеюсь, его высочество не собирается заняться брачным бизнесом, иначе я прогорю… Извините.
Король только грустно улыбнулся:
– Вам не о чем беспокоиться, Кристина. Филипп нашел себе невесту… под мостом.
– Бездомная, что ли? – не поняла я.
– Судя по виду – да. По крайней мере, она промокла до нитки.
– Да, вроде, дождя нет. – нахмурила лоб я.
– Но Филипп утверждает, что она – истинная принцесса, и он ее проверил.
– Да? – заинтересовалась я. – И как нужно проверять принцесс? Если об этом прилично говорить вслух, конечно…
– Пойдемте, я покажу.
Король провел меня в помещение, подозрительно напоминающее спальню. Я смутилась. Может, не стоило настаивать на подробностях?
– Вот. – мужчина взял с ночного столика крупный булыжник. – Филипп предложил гостье прилечь с дороги, а под матрас подложил камень, и она его почувствовала.
Я посмотрела на булыжник:
– Было бы странно, если бы она его НЕ заметила.
Эдуард уточнил:
– Дело в том, что матрас был не один…
И он кивнул на странное сооружение, стоящее в глубине комнаты. Это была кровать, на которой кто-то сложил гору матрасов практически до потолка.
Пауза.
Потом до меня дошло:
– Он предложил гостье прилечь на эту гору?!
– Да.
– Но… Да как на нее залезть?
– Вон там приставная лестница.
Я обалдела:
– И она согласилась?!
– Да. Залезла, полежала и почувствовала, что под всеми этими матрасами лежит камень.
– Да черт с ним, с камнем, какая нормальная женщина добровольно согласится лезть на эту гору?!
Король наморщил лоб:
– Мне показалось, что она просто не поняла, как это предложение обойти.
– Пальцем у виска покрутить, например… – покачала головой я. – Ну, хорошо. Вы хотите, чтобы я собрала на нее информацию?
– Да. – печально ответил мужчина. – Хотелось бы знать, кого принимаем в семью… Девушка весьма лаконична. Пойдемте, я вас представлю.
Принц и его новоиспеченная невеста находились в столовой. Причем, перед обоими стояла полная тарелка, но ни та, ни другой к еде не притронулись. Принцесса лениво поигрывала вилкой, принц же сидел, глядя на нареченную влюбленными глазами.
Ну, что можно сказать о девушке? Высокая, крупная, в два раза мощнее субтильного Филиппа. Лицо довольно приятное, вот только нос несколько крупноват. Ну и выражение этого лица подкачало: она о чем-то все время размышляла, нахмурив лоб, но впечатление создавалось такое, словно этот процесс длится долго-долго, и вовсе не из-за сложности обдумываемой проблемы.
Король проговорил:
– Позвольте представить вам Кристину, фею!
Девушка, не отрываясь от своих размышлений, повернула ко мне голову и коротко сказала:
– Меня звать Ясса. – и снова замкнулась в своих размышлениях.
– Очень приятно. – дружелюбно проговорила я, усаживаясь за стол. – Откуда вы, Ясса?
– Мост. – так же коротко ответила она.
– Эээ… Вы живете под мостом?
– Так. – кивнула она.
– Кхм… Его величество говорит, вы почувствовали камень через огромное количество матрасов. Какая удивительная чувствительность!
– Все там будем. – понимающе кивнула Ясса.
«Чего?» – опешила я.
В этот момент нас прервал паж, который ворвался в столовую залу, радостно крича:
– Нашли, ваше величество! Он на люстре сидел!
И мальчик продемонстрировал нам маленького волнистого попугайчика.
– Ну, слава… – начал король, но девушка его перебила, внезапно прошипев:
– Птица!!! – она вся изогнулась, попытавшись удалиться от попугайчика как можно дальше.
Впрочем, отодвинуть стул при этом не догадалась. Странная она…
Филипп возмутился:
– Паж, вынеси его отсюда! Не видишь, Яссе он не нравится?!
Тот послушно покинул столовую, и невеста медленно вернулась в исходное положение.
А я спросила:
– Не любите животных?
Она задумалась.
Пауза.
Девушка все еще думает.
Еще пауза.
Наконец. Ясса выдала:
– Кошек. Люблю.
И она медленно облизала губы.
И тут я похолодела. Потом вскочила с места и быстро проговорила:
– Прошу прощения, но мне нужно кое о чем переговорить с королем и принцем! Не волнуйтесь, это не займет много времени! Ваше величество, ваше высочество, давайте выйдем в коридор. Пожалуйста.
Отец и сын послушно последовали за мной.
Оказавшись достаточно далеко, чтобы этот разговор остался только между нами, я спросила:
– Какая комната находится на наиболее отдаленном отсюда расстоянии?
Король наморщил лоб:
– Пожалуй, западная прихожая…
– Отлично. – я обернулась к Филиппу и мило улыбнулась. – Ваше высочество, окажите мне любезность, я оставила в западной прихожей свою сумочку. Она так хрупка, что слуги непременно ее сломают. Умоляю, принесите ее сюда, в ваших аристократических пальцах она будет в полной безопасности.
Он удивленно похлопал ресницами, но согласился:
– Хорошо… Сейчас принесу.
И удалился.
Король вздохнул:
– Он добрый мальчик… Жаль только, не сообразил, зачем вам вторая сумочка, кроме той, что у вас на плече, ну и как она оказалась в западной прихожей, если тот вход давно заколочен… Что случилось, Кристина?
Я быстро проговорила:
– Позовите стражу! И еще… В пределах дворца ведь есть церковь?
– Конечно.
– Пусть громко звонят в колокола, чтобы даже здесь был слышно!
Эдуард всполошился:
– Но что случилось?!
– Маленькая проблема: ваш сын выбрал в невесты тролля!!!
Говорят, тролли боятся звона церковного колокола. И дневного света. Ну и десяток полностью вооруженных стражников наверняка должен произвести определенный эффект. Но это все в старых – добрых сказках. Реальная жизнь куда прозаичнее. И меркантильнее. Потому что, как только девица поняла, что от нее требуется, то немедленно встала в позу, намертво закрепившись на своем стуле:
– Никуда не пойду. Филипп обещал на мне жениться!
– Но он не знал, что ты – тролль! – заметила я.
– Видели глазки, кого выбирали! – развела руками она.
Черт, и ведь не поспоришь! Ну и куда делось ее прежнее тугодумие, когда речь зашла о расстройстве свадьбы?
Я проговорила, как можно спокойнее:
– Вы должны понять: эта свадьба не может состояться!
– И вы поймите: я уже сообщила всем родственникам, что выхожу замуж за принца. Я не могу вернуться домой ни с чем. – парировала Ясса.
Я поняла, к чему она клонит и уточнила:
– Так чего вы хотите?
– Отступные. – тут же отреагировала троллиха. – Такие, чтоб не стыдно было. За принца ведь!
Мы с королем переглянулись. Вот тебе и тролль!
– Ну, хорошо. – нехотя ответил Эдуард. – Так, мы договорились?
Ха, если бы все было так просто! Потому что невеста продолжала:
– Компенсацию морального вреда! Очень неприятная ситуация, знаете ли… Я девушка с хрупкой душевной организацией…
– Хорошо. – с нажимом ответил мужчина. – Так вы покинете мой дворе…
– И компенсацию физического вреда! – перебила его девица.
– Какого еще физического вреда?! – возмутилась я.
– Меня заставили спать на здоровенном булыжнике!
– Никто вас не заставлял! Вы могли отказаться! – ответила я.
– Ах, как же я могла отказать любимому в его просьбе? – захлопала ресницами Ясса. – У меня не было выбора!
Я саркастически заметила:
– Это тот любимый, за которого вы сейчас отступные считаете? Разве любовь не должна быть бескорыстной?
– Это не я выгоняю его из дворца и отказываюсь жениться. – пожала плечами невеста. – Девушке надо и о себе подумать, раз ее так кидают. Так вот, еще я требую особых государственных квот для троллей, как для малой народности.
– Что?! – возмутился король. – И не подумаю!
– Дать нам монополию для ведения собственного малого бизнеса!
– Какого еще бизнеса?!
– Кошачьи питомники! – радостно ответила она.
– Вы же кошек едите!
Но девица как ни в чем не бывало продолжала:
– Пониженные налоги.
– Вы воруете людей!
– Собственную резервацию…
– Вы нападаете на деревни!
– Вот на месте одной разоренной деревеньки получится прекрасная деревня троллей… – мечтательно проговорила Ясса.
Я стукнула кулаком по столу и сурово проговорила:
– Довольно! А теперь, дорогая моя, слушай меня! Вот, что ты получишь, если не согласишься на наши условия: модернизацию всех мостов в городе под разводные; заповедник, только не троллей, а так горячо вами ненавистных канареек; лампы дневного света во всех городских фонарях; еженедельных турнир звонарей…
– Вы не посмеете!!! – в панике закричала девица.
– Еще как посмеем! А если не веришь мне, то я сейчас позову кое-кого, кто с тобой по-другому поговорит…
– Ха! – насмешливо проговорила Ясса. – И кто же это?!
Я обернулась к пажам:
– Мальчики, верните сюда попугайчика. Пусть повторит все мои слова, раз уж до нашей гостьи так туго доходит…
– Нет!!! – испугалась она, отпрянув назад. – Только не птица!!! Хорошо! Будь, по-вашему. Какие еще условия?
Я снова переглянулась с королем, потом ответила:
– Памятуя о нанесенном вам моральном вреде, мы согласны на отступные в РАЗУМНЫХ пределах. Но чтобы духу вашего и ваших родственников здесь не было!
– Дискриминация… – пробурчала Ясса.
– А нападение на человеческую деревню – разбой, который преследуется по закону.
– Да мы всего-то пару столов перевернули!
– Вы выпили годовой запас яблочного сидра! – напомнил король.
– Они нам разрешили! Сказали: «Берите, что хотите, только уходите».
Я постучала карандашом по столу, призывая всех к порядку:
– Давайте вернемся к вопросу об отступных…
Когда мы, наконец, выпроводили тролля, остался еще один неприятный вопрос: как объяснить Филиппу, куда делась его невеста? Кстати, принц до сих пор не появился, видимо, все еще разыскивал мою несуществующую сумочку. Король велел слугам:
– Позовите сюда его высочество. Скажите, что нам нужно поговорить. – когда слуги ушли, мужчина перевел взгляд на чековую книжку и вздохнул. – Да, женитьба сына дорого обходится королевству, даже ДО свадьбы… Что же будет потом? Кристина, как вы думаете, а не стоит ли действительно его женить? От греха, так сказать?
Я наморщила лоб, пытаясь придумать как можно более мягкую формулировку:
– Ну, какой из него муж… Извините. – ну, не сильна я в мягких формулировках, ну не сильна!
Впрочем, Эдуард был со мной солидарен:
– Это точно… Я женился на два года позже, но толку-то! Намучилась со мной моя бедная Елизавета, царствие ей небесное…
В этот момент в комнату вбежал запыхавшийся принц:
– Папа! Что случилось? Где Ясса?!
– Сынок… Понимаешь… Она – тролль.
Филипп немедленно надулся:
– О вкусах не спорят!
– Нет, ты не понял, она – тролль!
– А давай ты не будешь навязывать мне свои устаревшие стандарты красоты! – огрызнулся юноша. – По-твоему, она должна ходить в парике и чулках до шеи?
– Филипп, я сейчас не о внешности говорю! – перебил его король. – Она – тролль, по национальности, понимаешь?
Но и это сообщение не произвело на принца никакого впечатления. Наоборот, он начал что-то подозревать:
– В чем дело, отец? Уж не страдаешь ли ты расовой нетерпимостью? Стыдись! Ты же король! Ты должен подавать пример своему королевству!
Эдуард счастливо заулыбался:
– Сынок, как же я рад слышать от тебя такие взрослые слова! Жаль только, что в такой неподходящей ситуации…
Филипп топнул ногой:
– Где Ясса?!
– Она ушла. – коротко ответил его отец.
– Как?! Ты ее выгнал?!
– Нет, мы вполне мирно договорились.
– Отлично! – решительно проговорил юноша. – А сейчас я вполне мирно верну ее обратно! Пойду, поищу под мостом…
– Эээ, этот мост уже снесли! – торопливо проговорил Эдуард.
– Ты и об этом позаботился! – чуть не плакал принц.
Я решила, что пора вмешаться:
– Ваше высочество, подождите! Ясса сама ушла, потому что больше не могла вам врать. Во-первых, она – тролль.
– Я люблю ее и такой! – с надрывом проговорил Филипп.
– А если узнаете, что она разведенная женщина? – полюбопытствовала я.
– Как?! – опешил юноша. – Она же принцесса! Она не могла…
– А еще у нее трое детей. И куча родственников. И по тролличьим обычаем, вы должны жить все вместе. А вы, ваше высочество, должны будете каждый вечер чесать пятки главе семьи – самому старому троллю…
Принц топнул ногой:
– Помолвка расторгнута! Я не собираюсь жениться на обманщице! Тролль! И когда она собиралась мне об этом сказать?! На третью годовщину свадьбы?! Произвол!
И он в негодовании выбежал из комнаты.
А король удивленно спросил:
– А когда вы успели все это выяснить, Кристина?
Я честно ответила:
– Все, что после «тролля» – импровизация. Но нам повезло. Бывает, что человек влюбляется настолько сильно, что его не останавливают ни трое детей, ни куча родственников… К счастью, Филипп влюбился не в реальную Яссу, а в придуманный светлый образ.
Эдуард вздохнул:
– Что же будет дальше?
– Поживем – увидим.
Когда я вернулась домой, уже вечерело. Вадик сидел на веранде и потягивал пиво из бутылки. На мое появление на горизонте он не отреагировал, но когда я подошла, грустно проговорил:
– Устал я, Кристина.
– От чего? – полюбопытствовала я.
– От того, что я у тебя на двадцатом месте, после всех твоих клиентов.
Я миролюбиво проговорила:
– По-моему, у меня вполне гармоничное распределение сил между тобой и работой.
Он вздохнул:
– Устал я, Кристина, все время подстраиваться под твое расписание!
Я удивилась:
– А как ты хотел? Разве, если бы ты работал, я бы могла выдергивать тебя посреди рабочего дня? У всех работающих людей так.
Вадик поморщился:
– Ну, ты же понимаешь, что проблема в тебе, Кристина? Ты же женщина, хранительница очага. Ты должна выстраивать наши отношения так, чтобы никто не почувствовал себя ущемленным.
Я возмутилась:
– Эй, а давай без навязывания лишних гендерных обязанностей, ладно? Мне и своих хватает! Я только что выставила из королевского дворца очень дорогостоящего тролля!
Мужчина печально проговорил:
– Ну вот, ты снова о своей работе… Как будто кроме нее в мире ничего не происходит. А ты все о ней, да о ней… Кристин, здорово, что ты такая рабочая лошадка, но если с тобой что-то случится, кто рядом будет? Клиенты твои? Или близкие? Если ты не оттолкнешь их, пока будешь своим клиенткам мужа искать! А на работе тебя моментально другой такой же теткой заменят, и с чем ты останешься? Подумай хорошенько, Кристина, подумай…
Глава 3
Я посмотрела в свой блокнот. Потом задумчиво постучала ручкой о столешницу. Затем снова посмотрела в блокнот и уточнила:
– Значит, вы хотите, чтобы я нашла вашей дочери жениха… через пять лет?
– Вы правильно меня поняли. – с важным видом кивнула заказчица, холеная дама по имени Эвелина.
– Необычная просьба. – заметила я.
Женщина слегка приподняла тонкие брови:
– Почему же? Дарье сейчас девятнадцать. Она учится на втором курсе экономического института, подрабатывает по специальности. Через пять лет Дарья как раз закончит учебу и успеет приобрести трудовой стаж. Тогда и замуж можно.
– Это понятно. – согласилась я. – Но зачем мужа-то начинать искать за пять лет?
Эвелина чуть надула полные губы, щедро накрашенные помадой:
– Ну что вы, Кристина, мы обе взрослые женщины и прекрасно понимаем, что хороших мужиков разбирают «щенками». Совершенно невозможно тянуть с этим пять лет!
– Кхм… – я снова посмотрела в блокнот. – Так ваша дочь будет с ним встречаться в эти годы или…?
– Нет. – поморщилась женщина. – Ей некогда ходить на свидания, у Дарьи крайне напряженный график. Вот, взгляните.
И она протянула мне листок с распечатанным графиком. Мда. Заказчица оказалась права, девушке не то, что на свидания некогда было ходить, она и спала-то от силы пять часов в сутки! Учеба, семинары, стажировка, отдельно подработка в банке и еще волонтерская работа!
– Ваша дочь – волонтер?
Дама снова поморщилась, на этот раз сильнее:
– Да… Шефствует над одной старушкой… Это съедает много времени, но повышает категорию…
– Категорию? – удивилась я, подумав о карьере экономиста и странной взаимосвязи.
Но оказалось, что Эвелина имеет в виду другое:
– Девушка должна быть сердобольной и заботливой. Стаж волонтерской службы повышает ее категорию в глазах женихов.
– Аааа… – протянула я. – Ну что ж. Так значит, мы ищем жениха сейчас, ваша дочь с ним не видится еще лет пять… Но вы же понимаете, что молодой человек не будет дожидаться ее пять лет?
– Отчего же? – удивилась клиентка. – Мальчики из хороших семей в студенческие годы не женятся, это моветон.
– Ну, хорошо. – осторожно согласилась я. – Но ведь возможна не только свадьба, потенциальный жених может встречаться с другими девушками…
Она отмахнулась:
– И пускай. Это даже к лучшему. Мужчине, знаете ли, нужно нагуляться. Пускай повстречается со всякими… доступными, а когда пресытится и остепенится, можно будет организовывать знакомство с невестой.
– Кхм. – в очередной раз кашлянула я (надо завязывать, а то заказчица подумает, что я простужена). – Хорошо. Вы сказали, мальчики из хороших семей. Я правильно понимаю, что речь идет об определенном уровне достатка?
– Конечно! – поторопилась согласиться Эвелина. – Нужно оправдать расходы!
– Расходы?
В ответ дама вытащила новую распечатку, еще хуже предыдущей. Потому что на этой были отображены ВСЕ расходы на девушку, начиная со школы: оплата за лицей, оплата репетиторов, оплата языковых лагерей, оплата деловой одежды, расходы на окулиста и стоматолога…
– Мда… – только и оставалось протянуть мне.
– Я много в нее вложила. – согласилась клиентка. – Теперь хочу отдачи.
Я осторожно уточнила:
– Хотите, чтобы она вернула вам эти деньги?
Женщина добродушно улыбнулась:
– Ну что вы, Кристина, я же не кредит дочери дала! Я не требую от нее возвращать эти деньги с процентами. Мне нужны дивиденды.
– Ааа… А зачем тогда муж? – вдруг спросила я. – Ваша дочка так много учится, уже работает…
И снова Эвелина поморщилась:
– В том-то и проблема. У меня дочь. А дочери имеют свойство рожать детей, садиться дома и превращаться в клуш, спуская в унитаз все, что им дали родители. Поэтому, приходится искать подстраховку в лице правильного зятя. Ах, везет вашему поколению! – печально вздохнула она. – Вы можете выбирать!
– Профессию, дорогу, религию?
Клиентка оторвалась от своих невеселых размышлений и удивленно на меня посмотрела:
– Что? Нет. Пол ребенка! Ведь можно оплодотворить яйцеклетки в пробирке, отобрать правильные эмбрионы и подсаживать именно их. А в мое время: кем забеременела, того и рожай! Ах, если бы у меня был сын! Скольких бы проблем можно было избежать…
На этом чаша моего терпения лопнула. Я закрыла блокнот и поднялась:
– К сожалению, я вряд ли могу вам помочь.
– Да? – удивилась она. – Странно, мне вас рекомендовали…
– Увы, долгосрочные мужья – не мой профиль. Извините, что отняла ваше время.
Несостоявшаяся заказчица недовольно поджала губы, но ответила:
– Ничего страшного. Выход найдете сами?
Выход я нашла и двинулась в обратный путь. И тут меня окликнул запыхавшийся голос:
– Подождите!
Я обернулась.
Девушка в строгом брючном костюме подбежала ближе, но остановилась на некотором отдалении:
– Вы фея – крестная? – спросила она.
– Да. – ответила я, оглядывая ее хрупкую фигурку и полупрозрачную кожу, которую не скрывал даже аккуратный макияж. – А вы, видимо, Дарья?
– Да. – она помрачнела и сжала кулаки. – А теперь, послушайте меня! С этого момента вы навсегда забываете о моей семье! Если вы посмеете взять с моей мамы деньги на эту бессмысленную авантюру, я вас…
– Я уже отказалась от заказа. – спокойно ответила я.
Девушка, вроде бы, чуть успокоилась, но добавила, изо всех сил пытаясь сохранить угрожающую позу и голос:
– Мой парень – оборотень! И если вы еще раз покажетесь на нашем горизонте, то пожалеете!