Файл создан в Книжной берлоге Медведя.
Смерть - это только начало. Я поняла это, когда умерла.
Поправочка - когда меня убили.
Я помню... Жалкие обрывки.
Падение с высотки, стремительно приближающийся асфальт. Смерть пришла быстро, я едва успела ощутить эту ломающую боль.
Я думала, что увижу Рай, или Ад. Что-то одно я заслужила, определенно?
открыв глаза... Я увидела раздвоенный язык.
В Нашкоре было солнечно и беспокойно. Привычная для всех духота в этот раз казалась невыносимой. И всё же, люди спешили, потому что сегодня был особенный день.
Каждые три года храмовники отбирали детей для того, чтобы служить Богине Азарре. По сложившейся традиции их интересовали только девочки. По ещё одной, менее популярной традиции - младенцев забирали из бедных сословий.
Впрочем, возможно оно и к лучшему. Нашкор небогатая страна и многие женщины были даже рады избавиться от лишнего голодного рта. Всяко лучше того, чем смотреть как твой ребёнок медленно умирает…
Испытание на "пригодность" всегда было одинаковым. Старая жрица в тёмных одеяниях проходила мимо матерей и отцов, держащих на руках младенцев. В своих же ладонях она держала ядовитую змею.
По общему правилу, служить в Храм забирали тех девочек, которые не плакали от вида кобры.
Я тогда изумилась, но не заплакала, как полагалось бы нормальному ребёнку. Откуда мне было знать, что это решит мою дальнейшую судьбу?
Женщина, державшая меня на руках, с дрожью передала малютку костлявой старухе. Та осмотрела свою ношу столь придирчиво , что желание по-детски возмутиться у меня всё же появилось.
– Кья! - вот что я сказала. А чего вы хотите от ребенка девяти месяцев от роду?
– Хм. Желтоглазое дитя... - старуха пробормотала это, словно бы с укоризной глядя на мою мать, которая густо покраснела и начала оправдываться. Понять бы ещё, за что...
Так или иначе, но после старуха торжественно объявила, что я достойна пройти испытание вместе с остальными.
Матери же разрешили со мной попрощаться. Она размазала слезы по лицу, бегло чмокнула меня в лоб и просто отдала чужим людям, даже не раздумывая.
Испытание, какое к черту испытание... Я ведь младенец! Чего они от меня хотят?
Иной раз я задумывалась о том – что было бы, если бы всё получилось иначе?
Если бы меня не выбрали, не отняли у родных.
Впрочем, каждый раз я приходила к одному выводу…
Ничего хорошего.
Я разглядывала ошеломительный купол древнего Храма, посасывая большой палец руки. Это действо странным образом успокаивало и позволяло немного расслабиться…
Жрицы молились до поздней ночи над корзинками с детьми. Помимо меня там находились ещё пять девочек. Смугленькие, преимущественно с тёмными глазами. Кто-то из них тихо плакал, тоскуя по матери. Я же предпочитала хранить молчание.
Эй, эта женщина меня бросила почти сразу же, что не прибавляет родственных чувств.
Что важнее… Мне не нравились местные жрицы. Я не знала, какой богине они поклоняются, но глаза старух смотрели на детей безжалостно и сухо, как на куски бесправного мяса.
Впрочем, Верховная была и того хуже. Высокая и худая, казалось, кожа охватывает ее тонкие кости в натяг. Совершенно слепая, но с отпечатком таинственной тьмы на лице, она внушала мне истинную дрожь. Того и гляди: эта бледная тонкая кожа порвётся, выпуская что-то, что целое столетие взращивалось в теле женщины…
Детское желание расплакаться взметнулось где-то на кромке сознания.
Но прежде… Верховная взмахнула тонкой рукой и корзины медленно опустили в неглубокий колодец. Лунный свет, лившийся из купола, едва касался его верхних ступеней.
Я вылезла из своей корзинки, ровно как и остальные дети. Этот колодец явно не нес хорошие новости.
А потом они кинули в колодец змею, равной которой я не видела на свете.
У неё был капюшон, как у кобры, но какой-то перепончатый, расходившийся агрессивными клиньями. Её морда просто огромная, как у удава, а клыки… Эти исполинские клыки, с которых капают тёмные бусины яда.
Я поняла. Суть испытания, видимо, выжить.
Подтверждая мои худшие опасения, двери в храм закрылись и все ушли.
Я поползла в самый темный и дальний угол, забилась в него, в надежде что исполинская тварь не тронет меня.
Отчаяние захватывало мой разум. Я ребенок, только ребенок… Я ничего им не могу сделать.
Тем временем острые клыки змеи пронзили ручку одной из девочек. Та пронзительно закричала и от этого крика остальные заплакали.
Самую громкую из плакальщиц тварь задушила. Остальных она методично и зло кусала, пока они, в конце концов, не затихали.
Мне хотелось закрыть глаза, но я не могла. Словно чувствуя, что от этого зависит моя жизнь… Я смотрела на то, как медленно синели тела детей, моих одногодок. Как они хрипели, задыхаясь, закатывали глазки к омерзительно яркой луне.
А я смотрела вперед, в жёлто-зелёные змеиные глаза.
Змея подобралась так близко, почти вплотную.
Я чувствовала, что отведя взор подпишу себе смертный приговор. Холод, жгучий страх отравляли меня сильнее яда. Я паниковала, билась в ужасе, но не проронила ни писка.
Я хочу жить. Боже, как я хочу жить…
Наверное, я всё же заснула, потому что, открыв глаза, ощутила тиски на теле. Змея сторожила меня, обвив тугим телом. Но не сжимала.
С первыми лучами рассвета… В колодец спустили корзинку. Едва передвигая отекшими , онемевшими ручками, я подползла к ней, беззвучно плача от ужаса.
Меня всё еще могут убить, сейчас, когда я так близка к спасению.
Покачнувшись, корзина подняла вверх ребенка и змею.
Верховная жрица торжественно возвестила:
– Желтоглазое дитя станет частью Змеиного Храма Азарры. Я нарекаю тебя Церера.
Зови меня как хочешь, слепая бабуся.
Вот только я не смотрю на тебя, только лишь в зев колодца, где лежат пять мертвых девочек.
И, знаете… Когда-нибудь я уничтожу вас так, как вы уничтожили их.
С той минуты, когда меня признали частью Храма… Покоя не было.
Но я успела оценить жестокие методы обучения здесь. Нас учили подчиняться, не ломая волю напрямую – но филигранно обрабатывая все «шероховатости» характера. За каждый проступок следовало неминуемое наказание. Эту истину я приняла быстро и с улыбкой на лице.
Впрочем, то, что нам всем вдалбливали активнее всего : «Выжить в этом мире непросто. И вам еще повезло».
Оценивать масштабы своего везения я предпочитала самостоятельно. Затаившись, я слушала и усваивала каждое слово старших, пытаясь понять условия моего пребывания здесь. Грустно, что информации было так мало. Я подвергала её тщательному анализу, делала свои выводы… И училась выживать. Благо, времени было хоть отбавляй.
Начиная с десяти лет девочек здесь нагружают тяжелейшими тренировками.
До этого времени мы вырастаем на попечении Храма, впитывая основы о Великой Богине Азарре. И то, что я успела уяснить… Не особо радовало.
Азарра – одна из Первых богинь мира. Впрочем, в других странах её почитали намного меньше, чем в Нашкоре.
И это не удивительно: страны выбирали главными богами тех, кто напрямую зависел от их благополучия. Морских, речных, воинствующих и плодородных…
Но Нашкору, увы, не повезло.
Эта страна находится в каменистой местности, изредка заносится песком, приходящим со Степи. Скудные растения, скудные урожаи, мало живности…
С одной стороны прижимают дикие кочевники, с другой – правители огромных государств, недоумевающих, как такая мелочь еще существует?
Ответ прост : все дело в Азарре. Змеиная богиня не только охраняла эти земли, но и подарила возможность взращивать особенных детей.
И один из столпов, на котором держится Нашкор… Это последующая продажа таких детей.
Да-да, вы не ослышались. Об этом мне рассказала сердобольная послушница, ухаживающая за мной.
— Пришли дурные вести… Госпожа Береника умерла. Можешь себе представить? Убита заговорщиками… Ах, какая чудесная она была жрица. Такая красивая.
— По-че-му? – я выговаривала слова медленно, стараясь не показать уровень своего развития.
— А? Прости, малышка. Но в этом суть жриц. Когда ты вырастишь, ты отправишься к какому-нибудь королю…
Да-да. А Храм получит с этого деньги. Причем немалые! Взращивая прекрасные девичьи цветы, Храм давал им красоту, умение соблазнять и гибкость тела. Правители государств относились к жрицам как к диковинкам, купить для себя такую считалось экзотичным. Наш статус равнялся статусу очень дорогих проституток…
Взамен же Нашкор получал деньги, полезные связи, иногда удобные договора и даже защиту.
Казалось бы – все просто?
Но мало кто знал, что эти чудные цветки напитаны ядом.
Самый соблазнительный нашкорский подарок был еще и смертельным оружием. С пяти лет мы начинали потреблять особый яд, напитанный магией Азарры. Через несколько лет постоянного насыщения, этот яд сливался с телом.
Страдания от его потребления, граничащие со смертными судорогами… Окупались тем, что в дальнейшем мы могли выделять его беспрепятственно.
Заговорщики обожали пользоваться услугами Жриц. Ведь один поцелуй с такой наложницей мог привести к скорой смерти правителя.
Я помню, как впервые мне дали попробовать яд. Помню раздирающую боль и как меня рвало кровавыми ошметками. После этой процедуры, я не могла есть и пить. Вода казалась обжигающей лавой, проходящей по обожженному горлу. Но каждую неделю экзекуция повторялась, не взирая на моё плачевное состояние.
Так или иначе, но к моему десятилетию, я наконец познакомилась с остальными юными жрицами. Их оказалось не меньше пятнадцати, разных возрастов.
Утром мы тренировали тело, днём учились, а вечерами погружались в медитацию в Храме…
И всё же, в те редкие моменты, когда была возможность пообщаться, я вдруг осознала : эти девчонки меня на самом деле не любят.
Почти инстинктивно.
Ох. Не уж то дедовщина? Будучи младшей, я не иду с ними на контакт.
А стоило бы? Не думаю.
Долгожданный ответ пришел позднее… Одна из девушек выпалила мне это прямо в лицо, после тренировки на деревянном шесте:
— Как же ты бесишь! Ходишь со своим высокомерным лицом, словно тебе всё позволено. Старшие постоянно твердят, что богиня выделила тебя «по-особенному». Но это бред! Ты же желтоглазая, знай своё место!
В тот момент я поняла, что цвет моих глаз имеет для этого мира особое значение.
Раз за разом приходилось молиться в неудобной позе преклонения, а потом несколько часов растирать затекшие ноги . Тренироваться, танцевать под надзором суровых преподавателей, получая удары палками за каждое неверное движение.
Многие девчонки подворачивали ноги, падали и получали травмы. Некоторые не выдерживали нагрузку и лишались сознания на тренировках, но за такое лишали еды на несколько дней и запирали на ночь в холодной, узкой каморке
Я, увы, не стала исключением.
Даже не могу вспомнить, как именно это случилось… Просто сознание вдруг укрыла тёплая пелена тьмы, а очнулась я уже в месте для наказаний. Ледяные стены дарили определённую отраду для горящей от синяков кожи. В каморке не было света, но часть черепицы покосилась, так, что был виден малый кусочек звёздного неба.
Оттуда на меня смотрели холодные и совершенно чужие боги. Могу поклясться, что чувствую их внимательные взгляды.
Смотрите, смотрите, господа… А я для вас станцую.
На следующий день меня выпустили на занятия.
Наше обучение в теоретической части больше подвержено влиянию религии. Мы изучали основы истории, математики, совсем бегло - литературу. Нас учили писать. Более подробно мы познавали языки, этносы народов, географию и то, что называлось "светскими слухами". Коллекция разобщенной информации о других странах.
Обучение было очень выборочным, а информация крайне дозированной. Куклы не должны знать слишком много, но достаточно, чтобы выжить.
Из пятнадцати юных Жриц - три были близки к совершеннолетию. Они и сказали нам, что в четырнадцать лет большинство предметов заменят уроки по соблазнению.
Чтож, это звучит логично для такого места... Не так ли?
Однажды, промывая вспухшее бедро, на котором возникла гематома... Я отчетливо ощутила на себе чей-то внимательный взгляд.
Источник горячей воды был обнесен частоколом из бамбука. Впрочем, от моих зорких глаз не укрылась небольшая брешь в нем. Оттуда, очевидно, за мной и наблюдали.
И, определенно, это мужчина.
Я улыбнулась краешком губ, стягивая с себя тонкие одеяния. Мое тело еще недостаточно сформировалось, мне ведь лишь двенадцать. Но мой ум был куда старше.
В нём крепло осознание собственной привлекательности. Юное, гибкое тело, подтянутое ежедневными выматывающими тренировками… Есть те, кто могут оценить его по достоинству. И я хотела воспользоваться незнакомцем, что так беззастенчиво меня разглядывает.
«В своей прошлой жизни... Разве я была такой же? Расчетливой – пожалуй, да. Но не настолько соблазнительной. У меня была дурная внешность, но даже тогда я умела «завораживать и привлекать». Знала, как правильно это делается»
— Зачем ты там прячешься? – спокойно плавая в источнике, я внезапно повернулась к забору, вопросительно приподняв бровь. Мой ласковый смешок намекнул на то, что я вовсе не собираюсь звать на помощь «нянек».
Из щели вылез, смущаясь, совсем юнец - лет семнадцати навскидку. Веснушчатый, простоватый… И с явным недостатком женского внимания. Какая прелесть.
— П-простите, Ваша Светлость... Я... Меня зовут Аннар.
Ах, да. Это в Храме к нам относились, как к персональным рабыням, но простой народ и впрямь считал нас "светлыми леди".
Оно и верно. Так удобнее влиять на чужие умы.
Юные жрицы были весьма красивы. А я... Стоит признать, в этом теле, даже обгоняла своих сверстниц.
Волосы цвета багряного заката, вьющиеся и блестящие. Глаза, жёлтые, дикие, внимательные и лукавые. Смугловатая кожа, свойственная жителям Нашкора. Я красива. Даже в двенадцать лет. И он, Аннар, это понимал.
— Тебе нравится смотреть на меня? Хах, ты такой странный.
— Госпожа... - он покрылся густым румянцем. Ах, да, я ведь обнажена. Что за потрясающая неловкость, которую из нас двоих чувствовал лишь этот деревенский паренёк.
— Я позволю тебе смотреть на меня и, возможно, даже, дотронуться... Но тебе придется кое-что сделать за это.
Я улыбнулась настолько очаровательно, что едва скулы не свело. Можно попытаться влюбить его в себя, но это слишком долго и «дорого».
Не хочу. Я не верю в любовь, а верю в похоть.
Если что-то у меня и есть в этом мире, так это красивое тело... Приходится распоряжаться данностью.
Я не просила драгоценностей, или чего-то подобного. Просто подговорила его приносить мне «неучтенные книги». По философии и психологии, по медицине. Во мне горела жажда знаний, узнать истинный уровень этого мира. Также я интересовалась политикой и теневой историей Нашкора. Всё перечисленное мне удалось получить из рук Аннара, но вот о желтоглазых он ничего найти так и не смог.
— Сам не знаю, в чем проблема... Возможно вся информация в засекреченных архивах, а туда допуска у меня нет. Мать просто говорила, что желтоглазые - дурной знак... Это всем известно. - он неторопливо говорит, массируя мне плечи. А я пытаюсь лихорадочно структурировать информацию.
Очевидно, что Жрицы о желтых глазах знают даже больше, чем нужно. Как и моя мать... А вот простой народ получает крупицы неполных знаний, на уровне банальных домыслов и «пугалок».
Ладно, я и не думала, что будет просто.
Куда важнее... Что в последнее время взгляд Аннара изменился.
Нет, как и раньше, юноша то и дело пожирал меня глазами. Но к этому теперь примешалось кое-что иное. На наших свиданиях в источнике он смотрел на меня пылко и нежно. Так, словно… Влюбился.
И это стало сигналом: стоит срочно порвать все отношения. Влюбленный мужчина - опасен, способен зайти за рамки договоренностей.
«Любовь... Слишком убийственное чувство. Мне ли не знать?
Ведь меня убили именно из-за неё»
— Что? Перестать видеться? Да как ты… Ты не сможешь без меня! – покрасневший от гнева Аннар кричал на меня, заставляя морщиться. Я склонила голову набок, отвечая ему издевательской, мягкой улыбкой.
— Думаешь? Ты так наивен…Правда считал, что я сбегу в итоге с тобой? Чистота Жриц стоит дорого, мой милый. Слишком дорого, чтобы ты мог уплатить цену.
Я могла позволить ему смотреть, не отрываясь. Могла даже позволить ему дотронуться до себя. Но о большем речи не шло. По его расширившимся глазам я понимала, что парень и сам об этом думал, просто отказывался признавать до последнего.
— Дура. Ты такая дура… Большинство Жриц могут лишь мечтать о любви!
— Да что ты об этом знаешь?... – я проронила это неосознанно холодно, перестав на краткий миг контролировать собственные эмоции.
На самом деле, любовь мешает, Аннар. Мешает всем сильным мира сего. Она отнимает вострый клинок и поражает в самую душу. Любовь ведет рука об руку войну, предательство и смерть.
Но тебе, конечно, не стоит об этом знать.
— Ты еще пожалеешь. – шепчет он, бессильно сжимая пальцы в кулаки.
Это неправда. Я никогда о таком не жалела.
Пожалуй, остальные воспитанницы Храма изначально изолировали меня от своего общества. Возможно, это происходило неосознанно, но девушки давно разбились на стайки. И ни в одну из них я не входила.
Не то чтобы это действительно меня волновало, в прошлой жизни я тоже не верила в женскую дружбу. К тому же, подобное одиночество имело свои плюсы, мне не нужно было тратить время и энергию на девчачьи разговоры. Устроить же физическую подлянку никто бы из девушек не осмелился: Старшие внимательно следили за каждым нашим шагом. От их цепких взглядов ничто не ускользало. И мне пришлось вскоре в этом убедиться на собственном опыте.
Тогда наши смотрительницы вызвали меня на личный разговор.
— Церера. Я вижу, что ты не нравишься остальным девушкам. Не думала это изменить?
— Святейшая, я принимаю судьбу с гордостью. Не в этом мое предназначение.
В ответ раздался скрипучий, как половица, смешок.
— Да, далеко пойдешь, девочка… Ты знаешь себе цену, не так ли? Не продешеви.
Странный озноб прошёлся по моей спине, теряясь в районе копчика. Я вдруг поняла, что наши встречи с Аннаром не остались в секрете. Она явно всё знает, чертова карга.
Меня не наказали, но стали сильнее нагружать тренировками, стараясь забить всё возможное свободное время физическими испытаниями.
А потом произошло ещё кое-что…
Эту юную Жрицу звали Кита. По моему мнению, она мало чем отличалась от остальных, впрочем, была довольно миловидной.
Как-то, во время молитв, я ощутила на себе ее внимательный, горделивый взгляд. Скорее всего, она и не пыталась скрыть своего явного превосходства. Вопрос только – в чем именно?
Ответ я узнала совсем скоро, мне буквально подали его на блюдечке с голубой каемочкой. Аннар начал ухаживать за Китой, видимо познакомившись с ней в том же источнике. Его отчаянные попытки привлечь внимание казались мне откровенно глупыми, а дел было слишком много, чтобы волноваться на их счёт.
Как оказалось – очень зря.
Спустя несколько месяцев…
Всех нас неожиданно сорвали с тренировки, в срочном порядке потребовав явиться в главный зал Храма. Старшие Жрицы стояли посреди гигантского помещения, с суровыми лицами, на которых застыла маска скорби. У их ног находилась заплаканная Кита, которая держалась за вспухшую щеку.
— Ваша очаровательная подруга – беременна. – вот о чем яростно прошипела одна из Старших.
Эти слова – бомба замедленного действия, поразившая разом всех.
Я невольно ахнула. Ките было шестнадцать, через год она достигала местного совершеннолетия… Прекрасный возраст, чтобы отправиться в услужение к правителю. Но она беременна. Это делает ее статус ничтожным, а «товар» - безнадёжно испорченным.
— За её проступок все вы будете отвечать. – жестко провозгласила женщина.
Мы получили по пять ударов розгами. Я до сих пор помню звук тонких прутьев, рассекающих воздух с звонким свистом… И вскрики, полные боли. Некоторые из них принадлежали непосредственно мне.
С тех пор наш режим стал невыносимо суровым, нам максимально урезали возможность выбираться в город, или элементарно общаться с кем-то вне Храма.
Но судьба Киты была более болезненной.
Старшие вызвали бледного Аннара и его отца, торговца рыбой. Прямо спросили, желают ли эти двое выкупить девушку у Храма. Но таких денег даже при желании они бы не набрали.
После этого, бывшую жрицу напоили львиной долей яда, и у нее случился выкидыш. Девушку выдворили вон, едва живую, зная, что она вряд ли когда-нибудь оправится. Они также постановили ей собирать пожертвования для Храма, будучи бродяжкой-побирушкой.
Так до тех пор, пока не отдаст все деньги за свой выкуп.
Одним словом… До конца жизни.
До нас попытались донести все подробности о её судьбе, в назидание. И тогда, впервые за долгое время, я сцепилась с другой жрицей.
— Это все ты виновата!
— В том, что она оказалась глупа и падка на мужчин?
— Ты первой начала это, Цейра! Ты это сделала и Кита решила, что и ей можно… Надеюсь тебе достанется самый жестокий ублюдок из всех. Я поспособствую этому.
Так, бывшая подруга Киты, Эния… Объявила меня своим врагом.
И это, увы, выходило за границы обычной неприязни.
Я долго думала над тем, как именно мне собираются мстить, поэтому была настороже, подсознательно выискивая подвох.
Однако, время шло, а ничего такого не происходило. Девушки вели себя всё также отстраненно, Эния хранила гордое молчание. Подозрительное затишье перед бурей.
Тем временем, близилась церемония Ритуала Жриц. У меня и у некоторых других девушек начались наконец уроки соблазнения. С этих пор наши тела каждую ночь покрывали ароматными маслами и специальными растворами, от которых кожа пахла цветами и чем-то волнующе-вкусным.
Так как первым мужчиной у девушек из Храма должен стать тот, кто их купит, уроки касались лишь плотского ублажения, без прямого проникновения.
Как довести до оргазма невинными движениями, как угодить даже самому взыскательному «клиенту»… Они не скупились на наше обучение и, должно быть, стоило даже поблагодарить их за подобное рвение. Нас избавляли от ненужных стеснений и учили верить в свою значимость.
«Вы – драгоценные Цветы Храма…»
... Что значит: «обязаны услаждать чужие взоры».
А вскоре после начала этих уроков нас начали готовить и к загадочному Ритуалу. Ритуал - одна из главных особенностей Храма. Местные верования говорили о том, что на нём мы впервые встретимся с богиней, которой служим. Нам оказана великая честь : отдать ей жизненную энергию, в обмен на необыкновенную силу. Жрицы утверждали, что богиня возьмёт не так уж и много энергии, но я всё равно напряглась от такой формулировки.
Ритуал подразумевал, конечно, танец. Ритмичный, дикий и безумный, о котором вряд ли слышали в моем родном мире. Тренировки по такому случаю были особенно ожесточенными – с утра и до глубокой ночи. Я возвращалась в кровать, еле живая от усталости и засыпала, едва коснувшись головой подушки. Нисколько не успокаивал и тот факт, что Ритуал отсчитывал минуты до моего взросления. Момента… Когда Храм придётся покинуть.
В день Икс мы красили наши полуобнаженные тела золотой краской, искоса оглядывая величественный Храм. По бокам главного зала стояли женщины в темных одеждах, возносившие однотонный речитатив, прославляющий богиню. Языческие письмена покрывали стены Храма, потолок имитировал звёздное небо со всеми созвездиями. Ярко горели огни, отбрасывая цветные блики.
— Церера. Тебе выпала честь открывать Ритуал. – торжественно проговорила Верховная, сухо усмехнувшись. В ее глазах плавала неприкрытая насмешка.
Я внутренне сжалась, сделав шаг в центр пустого зала босыми ногами. Холод пола заставил поежиться, прикрыть глаза на миг. Дрожащие пальцы сжались в кулачки, а кто-то из девушек за моей спиной рассмеялся.
Ногти впиваются в ладонь. Ничего, эта боль – во благо, она отрезвляет.
Их насмешки подстегивали. С первыми перебоями барабанов я начала ритмично двигаться. Четкие, выверенные движения без конкретного шаблона, переходящие на вседозволенный язык тела.
Я вспомнила, сколько раз падала на тренировках и тотчас слегка не так поставила ногу, за что и поплатилась. Неприятная боль отозвалась в лодыжке - но останавливать Ритуал было нельзя.
Меня захлестнула злость от того, что все они ждут моего провала, какого-то болезненного падения. И потому я никак не могу себе это позволить. Начало танца – выученное и известное. Но на середине начинается импровизация. Ты говоришь своим телом, беззвучно кричишь и рассказываешь только ту историю, которая достойна ушей богини.
Вскинутые кверху изящные руки тянулись, словно змеи к созвездиям на потолке. Золотая краска на теле нестерпимо горела, словно жидкий огонь на теле. Музыка становилась громче, ритмичнее, а я будто танцевала на раскаленных углях. Ни секунды передышки – только волосы рассекают пространство витыми медными кольцами.
Этот танец казался бесконечным, болезненным и слишком резким. Мой разум сосредоточился на нём, очистился от лишних убеждений. И я попустила момент, когда...
... когда сознание стало вязким мёдом, а душа словно вылетела из тела, отстраняясь от боли в ступнях, суставах и голове. Ритмы музыки стали такими далекими и неважными.
Я парила. Поднималась выше своей головы, своего взора. Ощущение лёгкости и безумного счастья заполнило сердце, потому что…
Вместо сводчатого потолка Храма, я видела космос. Живую тьму с сияющими звёздами, до которых можно было дотронуться руками. За мной наблюдали существа, родом с небес. И, увы, у меня не хватило бы слов, чтобы описать их грандиозность. Тем более… Что я просто боялась смотреть на них прямо.
Тогда что-то древнее взмыло над моей головой, рассекая звёзды пополам. Огромный змеиный глаз с вертикальным зрачком начал приближаться и я, похолодев от ужаса, лишь шептала губами знакомый речитатив молитвы.
Чтобы затем быть проглоченной.
— Кхх! - сухой воздух словно лава опалил горло, я свалилась, как подкошенная.
Из тела стремительно уходили силы, будто их просто высасывали. Я до крови прикусила губу, видя мутную пелену перед глазами.
Храм... Жрицы... Змея...
Змея.
Да, золотая змея свернулась кольцами около моих сбитых колен. Красивая, с изящным узором на чешуе. Коротко зашипев (мне казалось, я понимаю её) существо подползло ближе и стало немыслимым образом заползать мне под кожу.
Запястье мгновенно обожгло острой болью, я взвизгнула, панически желая прекратить эту муку. Но одна из Жриц схватила меня за руку, не давая прервать происходящее.
Медленно, сантиметр за сантиметров, продолговатое змеиное тело погружалось в мою плоть, принося агонизирующую боль. Наконец, тварь заползла полностью. Левая рука, до локтя, покрылась татуировкой золотой змеи.
В тот день я впервые услышала чужой голос в голове. Голос друга и преданного существа.
"Здравствуй, Церера. Теперь мы будем вместе до самой смерти"
Наконец-то у меня появилось что-то вроде читов. Я знала, что в этом мире магия в ходу, но обладают ею единицы...
К сожалению я к ним не отношусь. Впрочем, ритуал отчасти исправляет эту оплошность. Благодаря нему, у меня теперь есть крупицы сил богини. Всего одна искорка , но и это уже немалый плюс.
Ведь теперь я не была столь беззащитной.
Магическая метка на моей руке могла делать татуированную змею реальной. Наши мысли с ней постепенно слились и она стала моим фамильяром, чем-то вроде него.
Змея могла быть отдельным от меня существом, выполняя функции защиты и нападения. Но также она могла стать моими глазами. Для этого нужно было впасть в транс и покинуть человеческое тело самовольно, беря под контроль гибкое вместилище фамильяра.
Правда, за пользование этими способностями приходилось платить. Змею нужно было кормить тушками животных, а если их нет - своей кровью.
И, стоило признать: она была моим козырем лишь для одного решающего удара по врагу. Удара, который может быть смертельным только при близком расстоянии.
В общем, не так уж и много. Остальные жрицы также были одарены змеями, но, как оказалось, те исполняли только функции защиты/атаки.
Старшие твердили, что мой ритуал прошёл успешнее.
Как только первое слияние завершилось, я решила воспользоваться ее глазами, для чего долго медитировала, раз за разом просыпаясь в узком и длинном теле, покрытом чешуёй.
Однажды я все-таки решилась на вылазку. Недалёко от нашего храма находилась городская библиотека. Я изучила ее очень подробно, чтобы понять: в ней есть архивы, не доступные простым смертным.
Через чёрный ход, мое змеиное тело ползло под потолком библиотеки, пробираясь в узкие ходы. Я несколько раз заблудилась, прежде чем нашла внутренний архив. Как хорошо, что здесь документы и книги не запирают. Не столь благосклонны к ним.
В алфавитном порядке, я внимательно изучила документы на букву "Ж", но не нашла ни одного названия , упоминающего желтые глаза.
Тогда я полезла в отдел местной медицины и начала шарить уже там. На сей раз удача улыбнулась - мне удалось найти книгу, где разъяснялись генетические аномалии глаз и вот там наконец упомянули желтый цвет.
"... такой цвет глаз характерен для потомков племени рыжехвостов...".
Отлично, это уже зацепка! Я должна знать, за что эти люди презрительно и пренебрежительно относятся ко мне. Разгадка близко.
Найденная о рыжехвостах книга, была скорее потрепанным сборником легенд. Прилично устав шататься в подобном теле с непривычки, я просто выдрала большую часть страниц и сжала ее челюстями, заталкиваясь в дыру в стене.
Обратный путь был очень сложным, потому что я сильно хотела свернуться клубком и отдохнуть. Не знаю, как добралась до своей комнаты… Всё было как в тумане.
Это был мой первый опыт такого долгого путешествия в змеином теле. Когда я вернулась в своё, просто отрубилась до утра.
…И все же то, что я украла, утолило любопытство.
Племя рыжехвостов - особая раса, поклоняющаяся диким лесным богам. Они имеют человеческое обличье, но одарены также лисьими ушами и хвостом. Рыжехвосты мастера перевоплощений и научились маскировать свои хвосты и уши.
Их, как не сложно понять... Крайне не любят люди.
Вероломные, жестокие и капризные, эти оборотни никого не жалеют и не щадят. Они хитры и коварны, обожают использовать всех для своего блага. Их жадность разрушительна - рыжехвост с лёгкостью оберет тебя до нитки. Хуже всего то, что они по-настоящему соблазнительны для людей. Выделяют особые феромоны, заставляющие человеческих наивных существ млеть и плавиться.
Полюбить рыжехвоста - означает потерять все. Они также известны случаями людоедства, дикие представители племени любят сжирать чужие сердца. Не от того, что им не хватает еды - просто так, для потехи.
Благо, рыжехвосты не привязаны к собственному потомству. Бросают детей сразу после рождения. Полукровки от совокупления с ними рождаются с прекрасными золотыми глазами, зачастую обладают подобной соблазнительностью.
Я хмыкнула . Это так забавно... О жестокости этой расы знают, их ненавидят, но все равно попадаются в эту ловушку. Спят с ними, рожают детей, прекрасных как заря...
Говорят, что у этих детей нет сердца. Как племя рыжехвостых не способно любить , так и они.
Мне это подходит. Потому что.... Любовь слишком пагубное чувство.
Под конец чтения я нашла вкладыш. Там, кривыми буквами, кто-то написал о том, что на данный момент все племя истреблено Королем с Севера.
Остались лишь единичные его представители , да полукровки как я. Столько информации за короткий промежуток времени... Мне нужно время, чтобы осознать.
Жаль, что вскоре мне стало не до этого. Ибо месть Энии готовилась свершиться.
. . . На самом деле, я ожидала проблем.
Чем взрослее становились девочки из Храма, чем больше набирали юных, совсем неопытных Жриц... Тем ближе злополучное время, когда нам придется, наконец, покинуть Храм. Будущее было смутным и совсем безрадостным. Единственная доступная путевка прочь отсюда, вела в гарем к какому-нибудь вельможе. Я не собиралась излишне драматизировать. Да, моя жизнь в этом мире постоянно зависит от кого-то. И гарем – не свобода, лишь передача игрушки (меня) в другие руки. Как бы не хотелось вырваться из оков, бунт ничего не решит. Приходится действовать хитрее и… По обстоятельствам.
Между делом, мне исполнилось шестнадцать несколько месяцев назад. Совершеннолетие здесь наступает в семнадцать лет, однако же... Мой возраст уже опасный. Тот самый, когда начинается «продажа».
Но проблемы начались раньше того срока, который я планировала.
В тот день нас собрали в большом зале Храма. Это неумолимо напоминало другой момент, когда мы также стояли и тут выносили приговор Ките... Та же атмосфера странной неизбежности пропитывала воздух, делала его тяжелым и горьким.
Среди всех присутствовала и Верховная Жрица. Мы почтительно склонились перед ней, ожидая вердикта. Она разлепила сухие губы и проронила:
— ... Король Тадеуш, правитель Морровинга, недавно лишился одной из жен. Он просит отправить к нему еще одну девушку.
Я напряглась. О Тадеуше мы все были наслышаны - и не только потому что изучали благородные дома. Этот жирный, старый боров, выкупил по очередности трёх молоденьких жриц. Все они, со временем, погибли у него.
Говорят, Тадеуш садист, любитель извращенных практик. Его тело давно гниет от болезни, но он продолжает держаться на запретной магии южных колдунов. Этот старый пердун обожает молоденьких девушек... Дольше двух лет жрицы у него не продержались.
Одни умирали от полученных ран при сексуальных пытках (по слухам, он любил делать надрезы в телах своих любовниц... чтобы пихать своё туда достоинство), другие заражались и неминуемо гибли от болезни. И все же, Морровинг было очень выгодно контролировать.
Богатая страна являлась крепким щитом для Нашкора и одновременно его дойной коровой. Глядя в суженые глаза Верховной, у меня сердце ушло в пятки. До того, как она это сказала... Я поняла, кого отдадут гниющему свину Морровинга.
Фальшивые улыбки жриц скрывали чужое, злобное торжество. Мне же было трудно сдерживать рвущееся негодование. Мой приговор оглашен и не подлежит обжалованию. Как… Как это произошло?
Танцующей походкой ко мне приблизилась Эния. Боже, она так счастлива, аж мерзко.
— Ну что, ты довольна, Церера? - пропела девушка нежным голосом.
Я выдавила оскал, сжимая пальцы в кулаки.
— С чего бы мне быть недовольной?
— Ты всегда была слишком самоуверенной.. Если бы ты чуть больше слушала Жриц, то знала бы, что Тадеуш требует кого-то нового в свой "цветник"... И ты бы не рвалась так сильно на первые места.
Я замерла, осознавая удивительное: месть Энии была очень проста. Она, видимо, узнала о том, что одна из женщин борова при смерти... И осознавая, что далее выберут одну из них, подговорила остальных показывать худшие результаты, в угоду мне.
Потому что для Морровинга постараются отдать самый лучший (и самый живучий) цветок.
Мои губы исказила кривая усмешка.
— Неплохо. Я действительно недооценила тебя... Но поверь - так просто я не сдамся.
Чистая правда. Я найду способ сбежать, перехитрить чёртову судьбу. Как-нибудь, но найду.
Для начала... Возможно, придется покалечить себя перед отъездом. Сломать ногу, в идеале. Это отстрочит время моего приговора.
Эрмонд с опаской поглядывал на своего господина.
Нашкор в очередной раз прислал льстивое предложение подарить королю одну из жриц в гарем. Они словно чувствовали его неприязнь и стремились как можно скорее обезопасить себя.
Но правитель Севера был непоколебим.
Он называл нашкорцев "грязными червями", не иначе.
И ему, Эрмонду, приходится отдуваться, вновь передавая неудобное предложение.
— Снова? - зычный голос эхом прошелся по залу.
Король без интереса глянул на стопку портретов и швырнул их в огонь. Несколько отскочили от камина, опав на землю, а Эрмонд бросился их подбирать. Совершенно очевидно, что придется вновь послать отказ.
— Что это? - усмотрев нечто краем глаза, Король властным движением вырвал один из уцелевших портретов. Его глаза, налитые сталью, яростно полыхнули.
Фальшивая улыбка плотно прилипла к моему лицу.
В честь моего скорого отъезда устроили славный пир. Честно говоря, я даже не могу придраться к этому.
В Храме кормили хорошо, но достаточно просто и пресно. Разнообразия практически не было.
И на таком пиру, конечно, можно было наесться вдоволь. ...
Если бы не многочисленные "поздравления". От их радости кусок в горло не лез.
Я яростно желала им всем подавиться, но это было бы слишком мягкой местью.
Особенно неприятно смотреть на довольную рожу Энии. Может опуститься и всё-таки раскроить ей лицо перед отъездом?
Я цокнула языком, инстинктивно поглаживая татуировку на руке. Моя змея отзывалась тёплым покалыванием. Это лишь немного успокаивало нестабильные эмоции.
Мне не оставалось ничего иного, кроме как разглядывать жриц - молодых и старых. Молоденькие были в основном смуглыми и темноволосыми, но встречались и светловолосые полукровки.
Некоторые, перешедшие рубеж совершеннолетия, сидели крайне напряженно. Они явно не были "умелыми", раз их до сих пор оставляли в Храме... Говорят, такие могли остаться тут навсегда, заняв место старух – воспитательниц.
Но сейчас я променяла бы многое даже за такое положение.
Старые же наставницы сидели чуть поодаль, болтая о чем-то своем. Верховной среди них я не различала.
Злоба внутри меня обретала контуры. Хотела бы я уничтожить этот чертов Храм, спалить его дотла...
Я знаю, нужно мыслить "здраво", но на самом деле я в панике. Меня просто загнали в ловушку.
Хотелось уйти, черт побери, побыстрее. Иначе маска на моем лице треснет, оголяя нервы.
Но когда я собралась встать, Верховная вдруг соизволила явиться. Она выглядела взвинченной.
Одна из наставниц постучала ложечкой по бокалу, призывая всех к тишине. Старуха оглядела нас цепким взглядом, пошамкала губами и проговорила:
— Случилось нечто непредвиденное... Ледяной Король согласился взять в свой гарем наложницу из Храма.
Все вокруг зашептались, как по команде. Мне же нечего было сказать, потому что я ничего не слышала об этом человеке.
—... Он передал послание, в котором говорится, что Его Величество возьмет только желтоглазую.
Я замерла.
Что за черт?
Что происходит?
Видимо, отметив крайнее удивление на моем лице, женщина усмехнулась.
— Церера, твоя поездка к Тадеушу отменяется. Вместо тебя... Поедет та, кто по результатам стала второй. Эния, это ты.
Вся краска спала с лица девушки. Она тоненько вскрикнула и закрыла лицо руками.
А потом, глядя на меня...
Рванулась вперед.
Я едва успела избежать того, чтобы ее коготки впились в мои длинные волосы. Нырнув рыбкой под стол успела заметить, как Энию аккуратно скрутили и повели прочь.
Но мне сложно забыть ее отчаявшиеся глаза.
— Зря радуешься, Церера. Если Энию отправят к свину, совсем не значит, что твоя судьба будет проще. - одна из девушек заговорила со мной после окончания пира.
Я сузила жёлтые глаза, окидывая ее едким взглядом.
Но она, тем временем, продолжала:
— Все знают, что Ледяной Король ненавидит желтоглазых. Именно он истребил то племя ублюдков... От которого твоя грязная кровь.
Ах, вот оно что... Эта новость становится всё более... интригующей?
— Совершенно очевидно, что ты не проживешь у него и недели.
Звучит как интересное пари, не правда ли?
Клеон напряженно вздохнул. Он ждал у древних врат Нашкора, когда ему наконец передадут госпожу Жрицу.
Вскоре, из арки вышла Верховная. Рядом с ней находилась девушка, задрапированная в черные одежды. Тонкая вуаль скрывала её лицо, не позволяя различить даже смутные очертания.
— Мы передаем дочь нашего Храма Его Величеству. – чинно объявила Верховная.
Клеон бегло осмотрелся, в поисках пожиток.
— Но, ее вещи?
Сухой смешок стал ответом.
— Жрицы Азарры приходят в Храм ни с чем и уходят без всего. Все, что дарует ей господин, станет её вещами.
Клеон взъерошил темные волосы. Он слышал о варварстве храмовников, но не мог не отметить: рядом с ними была какая-то особенная, пугающая и значительная атмосфера.
Не говоря ни слова, девушка села в приготовленную для неё карету. Клеон с досадой прикрыл дверь, командуя остальным войнам двигаться.
Когда они разогнались – вокруг вспыхнули камни перемещений, отправившие их на земли, покоренные Севером.
Впрочем, до замка ещё три дня пути.
Клеону было досадно, что он так и не увидел эту девушку. Жрицу скрывали от зорких глаз.
Но сослуживцы ведь засмеют его! Так интересно, хоть один глазком заглянуть под эти чёрные одежды… Говорят, Жрицы – цветы Нашкора. Соблазнительные, прекрасные, гибкие…
Идеальные любовницы.
Жаль, но купить одну такую ему не под силу. Разве что какому правителю захочется… Вроде их Короля.
Несколько дней Клеон практически не контактировал с девушкой. Она, в свою очередь, была молчалива и холодна.
На третий день они выехали на склон высокой горы, откуда уже были видны укрепления величественного замка Варош.
Солдаты сделали привал именно там, чтобы с утра въехать внутрь.
— Это… То место, куда меня везут?
Ее нежный голосок зазвучал совсем рядом. Жрица вышла из кареты, вглядываясь в пугающую неизвестность.
А ведь и правда, ей… Страшно, должно быть?
— Да, это замок Варош. Вы боитесь? – невольно задал он последний вопрос.
Она не ответила. Но попросила проводить ее туда, где вид более чарующий. Пока они шли, Клеон уловил, что девушка откинула часть ткани. Ее медные, вьющиеся волосы, причудливо блестели….
Ровно как и жёлтые, пронзительные глаза. Красивая… Даже слишком.
В ее глазах Клеон тонул, как в мёде.
А она улыбнулась в ответ и промурлыкала:
— Не могли бы вы оставить меня наедине с мыслями? Мне хватит пяти минут.
… Моя шея ужасно ныла. Все эти сборы к Ледяному Королю… Я практически не спала во время них.
После всего… Меня привели в маленькую комнатку. Там Верховная заставила меня низко склониться и начала шептать заклятие. В её цепких пальцах собрался странный шарик энергии, кроваво-красного цвета.
Этот шарик затем внедрили мне под кожу, в районе шеи, грубым надрезом.
Я знала, что это.
Метка… Подчинения. То, что сломает твою волю, если ты станешь слишком самонадеянным.
«— Ты можешь спать с ним. Можешь играть с ним. Но…»
Слова Верховной Жрицы бередили мне память.
Моя прошлая жизнь… Всплывала неровными клочьями.
… Я не была красавицей. Просто актриса. Актриса талантливая и популярная.
Зачем красота – когда есть харизма? Я привлекала мужчин… Они летели, словно мотыльки на огонь.
За моей спиной была влиятельная и любящая семья. Отец, мать, братья… Они поддерживали меня.
Тогда, когда все могли отвернуться… Они всегда верили в мою невиновность.
Глотая сердца случайных поклонников… Однажды я наткнулась на равного себе. Он тоже был актером, на вершине горы славы.
Хитрый и нахальный, яркий и запоминающийся…
Вспоминая это… Любила ли я его?
Тогда мне казалось – нет.
Мы играли друг с другом в любовь. И этой игре не было конца.
А потом… Хм, думаю, меня вытолкнули из окна.
В порыве ревности.
Влюбленная в него женщина.
Заглядывая назад… Думаю, я тоже была влюбленной, но отчаянно отказывающейся признать это.
Сейчас, у меня нет права на ошибку. Я актриса, а значит буду играть с Ледяным Королем до последнего вздоха.
Выживают…
. . . В этих черных одеждах всё же было невыносимо душно. Будь прокляты традиции Храма, гласящие о том, что « . . . Жрица откроет лицо и тело лишь перед своим господином. После он сам волен выбирать её судьбу».
Отчасти, я уже нарушила эту традицию, когда показалась Клеону, но… Этому мальчишке было так любопытно. Он с нетерпением ждал момента, когда сможет увидеть моё лицо. Назовите меня тщеславной, но я не смогла отказать себе в удовольствии немного поиграть с ним.
Поездка давалась мне тяжеловато, так как за шестнадцать лет моей жизни в этом теле, я от такого порядком отвыкла.
Но… Если честно, давно я не чувствовала себя настолько свободной. Всё моё существование до этого – крутилось вокруг жизни в Храме.
Всего пару раз я видела сам Нашкор и он мне (если честно) совсем не понравился. Пыльная, грязная, душная страна… Коварные жители, зачатки откровенного рабства - не добавляли шарма.
Нашкор был потрясающе уродлив. Думаю, он выживал лишь за счет поклонения жестокой богине.
. . . А теперь я была в чуждой стране, которую называли Объединенным Севером. Я ничего толком не знала о местных, но могла получать информацию от окружающего мира.
Прохладный, свежий воздух… Обширные просторы, которым нет конца и края. Мы проезжали реки, поля, леса… Своеобразные блокпосты встречались каждые несколько часов.
Эта страна казалась (в каком-то смысле) военным укреплением. «Я хочу освободиться» - эта мысль возникла так внезапно, что на миг испугала меня.
Что это?
Разве раньше я серьезно помышляла об обособленной жизни?... Не знаю. Может так влияет свежий воздух и пьянящий вкус другой жизни, но…
«Хочу жить среди людей. Свободной, самостоятельной… Без надзора, без охраны. Я очень, очень этого хочу»
Замок Ледяного Короля казался типичной обителью злодея. Я хмыкнула от того, насколько карикатурным это выглядело.
Огромная крепость, высеченная из серого камня, вызывала ощущение тоски и полного уныния. Однако, вокруг на удивление бурно кипела жизнь.
Люди сновали туда-сюда, выполняли поручения, отдавали поручения… И всё же, как странно разочаровывающее выглядит обитель этого Короля. Я надеялась на нечто более помпезное и шикарное, но видимо минимализм здесь в моде.
Хотя, в данный момент меня куда сильнее волновала личность правителя мрачного места. Как и то, что он, вероятно, не слишком любит представителей племени рыжехвостов.
Боже, маменька, сколько проблем ты принесла мне, просто залетев от соблазнительного чужака?
Я, рожденная с золотыми, невыносимо прекрасными глазами… Всю жизнь вынуждена терпеть косые взгляды в свою сторону. Впрочем, глупо надеяться на то, что судьба будет подкидывать мне козырные карты.
Но, куда важнее… Человек, которому я буду принадлежать… Это тот самый человек, который впоследствии умрет от моей руки. Таково решение Храма. Рано, или поздно, так и будет.
Искренне надеюсь, что он мерзкий урод, не заслуживающий сострадания. Потому что мое сердце, к сожалению, окаменело не полностью. И будет невыносимой утратой то, что я привяжусь к своей жертве…
Поэтому… Будь таким, Ледяной Король. Будь злодеем из сказок, карикатурным и смешным. Чтобы я смогла, в итоге, убить тебя.
Пока я размышляла, Клеон продолжал путь по бесчисленным коридорам замка. Мы подошли к огромному проходу, который вёл в тронный зал. С тяжелым скрежетом... Двери медленно распахнулись, впуская меня в неизведанное.
Ледяной Король сидел на серебряном троне. Да, это определенно серебро... Король был закован в сияющие латы, словно недавно вернулся из похода. Его лицо скрывал странный шлем, выполненный в виде оскаленной морды волка.
Когда я приблизилась, Король сделал ленивый жест пальцами. Очевидно, что таким образом он призывал показать лицо... На миг в моей душе вспыхнуло раздражение. Как смеет он мне приказывать, когда сам не собирается снимать свой дурацкий шлем?
Помедлив, я всё же убрала ткань с лица и волос, а после опустилась на колени.
— Приветствую вас, господин. - прошептала я. Но голос прокатился эхом по залу, доходя до ушей каждого. Малочисленные придворные не смели подходить близко к Королю, предпочитали держаться далеко поодаль.
Глаза литого шлема вспыхнули серебряным светом. Он встал с трона и пошел ко мне. Каждый шаг звучал сухо и неотступно. Я с тревогой глядела на его фигуру.
— Жрица Азарр-ры? - рокочущий голос заставил мурашки прокатиться вверх по моей спине.
Этот мужчина, несший славу завоевателя... Вызывал немалые опасения.
Прежде чем я успела кивнуть, его железная перчатка сомкнулась мертвой хваткой на моем горле.
Я захрипела и заметалась, беспомощно болтая ногами в воздухе. Он сдавливал мою шею все сильнее, а серебристое свечение из глазниц волка... Ловило каждый мой взгляд. Теперь я поняла.
Желтоглазая Жрица приехала, чтобы умереть.
— Кх-х! - мне катастрофически не хватало воздуха, перед глазами все предательски плыло. Я отчаянно пыталась разжать его пальцы, но сил совершенно не было. И тогда...
Я опустила руки. Сдалась, закусив до крови нижнюю губу. Видимо, смерть от рук этого человека... Неизбежна.
Сладкая пелена тьмы почти накрыла сознание, когда вдруг я ощутила резкую боль.
Открыв глаза...
Я поняла, что этот урод швырнул меня на пол, как тряпичную куклу. Проехавшись лопатками по каменному полу, я начала сильно кашлять, дрожа всем телом.
— Уведите ее. - с едва скрываемой досадой пророкотал голос жестокого правителя.
"Этот ублюдок!"
Я возненавидела своего "господина" с первого взгляда. В этом мире ко мне и раньше относились не особо хорошо, но не до такой степени, чтобы попытаться убить в первые же минуты знакомства.
Самое неприятное, так это то, что в итоге меня преследует ощущение, будто этот козел не пощадил меня из-за жалости, а скорее не захотел "замарать руки". Мол, я настолько презренная, что не достойна даже быть убитой им лично.
Я у-ни-что-жу его. Я очень хочу убить его, правда. Его и всех тех людей, которые трусливо жались по углам зала, старательно отводя взгляды.
После этого незабываемого знакомства, меня молча увели неприветливые слуги. Прежде чем я успела опомниться, оказалось, что мы вышли прочь из Замка.
Это заставило едва уловимо напрячься. Что если ублюдок приказал им зарезать меня на скотном дворе? Я бы даже не удивилась такому положению дел (но уж точно не обрадовалась бы, мда).
Впрочем, мои опасения скоро развеялись. Мы просто подходили к менее внушительному, но более помпезному дворцу рядом. В отличие от серого и угрюмого Замка, внутреннее убранство дворца было выполнено в кокетливых, теплых тонах.
Неожиданно, со мной заговорила толстая немолодая женщина, которую я вначале приняла за служанку.
— Госпожа Церера, сейчас вы находитесь во Дворце Цветов. Этот дворец является обителью королевских наложниц. Вы стали тринадцатой наложницей Ледяного Короля.
Ему дают как минимум двенадцать женщин? Странно тогда, что этот ублюдок такой злобный.
— Неужели стала? И это после всего произошедшего? - язвительные слова сорвались с губ почти инстинктивно.
Женщина окинула меня холодным взглядом, напоминающим выпученные рыбьи глаза.
—... Но в итоге вы живы, а значит достойны. Мое имя Алея. Я экономка Дворца Цветов и распорядительница денежных средств. Сейчас я проведу вас в новое жилище.
Мы шли довольно долго по цветным коридорам, потом поднимались вверх по винтовой лестнице... Чтобы выйти в тесную, скудно обставленную комнатку. Единственное ее достоинство - она находилась в типичной башне, которую по всем канонам должен охранять дракон. Из мебели: небольшой столик, один стул, одноместная кровать, маленький шкаф. На этом всё.
Серые, холодные стены нагоняли депрессию, на окне виднелись резные решетки (боже, я даже суициднуться отсюда не могу).
Открыв рот, я повернулась к Алее, сверля ее разъяренным взглядом. Нет, не подумайте, я не гордая. ... Ну, может немного. В Храме наши комнаты тоже были скромными, но мы почти не проводили там время. Да и потом, одним из немногих "плюсов" быть наложницей, это иметь шикарные покои, нэ?
Это выглядит как тюремная камера, серьезно.
Видимо, экономка прочитала бурю вопросов в моем взгляде, потому что раздраженно закатила глаза.
— ... Леди, такая комната обусловлена вашим, не самым высоким, положением. С точки зрения наложниц вы сейчас на низшей ступеньке. После того, как проведете хотя бы одну ночь с Его Величеством, вас переселят в более гостеприимные покои.
В ее словах я заподозрила подвох. Да и сам факт того, что мне придется сексом выбивать нормальные жилищные условия - не утешал.
Моя искренняя НЕлюбовь к ублюдку возрастала с каждой минутой.
. . . Одно утешало: мне, по крайней мере, не нужно было всё время находиться в этой депрессивной комнате. Не смотря на то, что во время гуляний по дворцу за мной зорко следила стража, было как минимум два места, в которые я могла заглядывать беспрепятственно.
Это библиотека и местная "комната отдыха". В ней наложницы могли приятно проводить время, заниматься рукоделием, танцами и просто общаться.
Расставив приоритеты, я первым делом заглянула в библиотеку. Та оказалась до обидного маленькой (это раз), кроме того наполнение оставляло желать лучшего (это два).
Я буквально взбесилась, когда осознала, что большую часть библиотеки составляют женские любовные романы разного качества. Еще было немного книг общих (школьных) предметов. Вроде азы математики, географии, истории...
Словом, они полагали, что нам стоит знать основы, а остальное время наложницы должны читать тупые истории про любовь.
Единственное любопытное, что я нашла, это местный аналог Камасутры. Прихватила с собой, надо в конце концов ознакомиться с культурными особенностями.
После исследования бесполезной библиотеки, я решила посетить и комнату отдыха. Она порадовала чуть больше, так как оказалась просторной залой. С одной ее стороны были гигантские зеркала и паркет, а с другой мягкие ковры, пуфики, столы с чаем и сладким. Можно было поиграть на музыкальных инструментах, заняться вышивкой, или гимнастикой...
Одним словом - хоть какое-то разнообразие.
В комнате на данный момент находились три девушки. Я сразу оценила, что они были очень разными. Различались по всем параметрам: по возрасту (младшей около шестнадцати, старшей вероятно под тридцать), по цвету кожи, по фигуре.
Когда я звучно поздоровалась с ними, девушки окинули меня ленивыми взглядами. И только одна из них - красивая темнокожая леди, кивком пригласила присесть рядом.
Из всех она казалась самой старшей. Оттенок её кожи был сравним с нубийскими земными корнями. Но при этом у неё были зеленые, выразительные глаза и каштановые волнистые кудри.
— Моё имя Кайра. Я принцесса племени Найбур.
— Церера. Жрица из Нашкора.
Так и произошло наше знакомство. Кайра была интересной девушкой. Она удивила меня тем, что оказалась принцессой. Но на закономерный вопрос: "зачем ты присоединилась к гарему?", женщина расхохоталась.
— Ты, Церера, разве по своей воле находишься здесь? Я слышала, жриц продают как племенных кобыл. Наше положение в этом месте... Схоже. Наложницы Ледяного Короля - девы из плененных им государств.
Она сказала, некоторые племена были уничтожены королем во время продолжительных войн. Такая же участь постигла и южное племя Найбур. Но тут было и много северных принцесс, которые знавали время до объединения Севера.
— Вы ненавидите его? - догадка осенила меня совершенно внезапно.
Но в ответ Кайра пожала плечами.
— И да и нет. Некоторые желают его смерти, другие - его милости. И те и другие до невозможности глупы.
— Разве он не спит с наложницами?
— Мы просто вещи. Завоеванные трофеи. Забытые и ненужные. Лишь одна из нас бывает в его спальне, за то ей дали лучшие покои Дворца. Она серьезно метит в жёны Его Величества, но... - Кайра загадочно улыбнулась.
И хотя разговор на этом оборвался, я примерно понимала, отчего.
Ледяной Король не заинтересован в плененных принцессах. И едва ли хоть одна из них станет его женой.
В то же время... Я начала подозревать, что мое положение еще хуже, чем у остальных. Ведь они все же благородные дамы, а я по факту оборванка, хоть и жрица. В отличие от остальных, меня можно пустить в расход.
И что более неприятно... Мои ядовитые губы пока не в силах дотянуться до Его Величества. А пробиться в местном гареме непростая задача.
Я с упоительным раздражением разглядывала шикарную блондинку, гордо вплывшую в комнату отдыха. По залу полетели шепотки, что-то вроде "первая наложница вышла!".
Она встала напротив меня, скрестив руки на высокой груди. Ох как. Мне знаком этот взгляд. Альфа-самка решила бросить вызов? Ну-ну. В своей прошлой жизни и не таких стерв обламывала.
Я внимательно рассматривала кандидатку в супруги №1, оценивая ее внешние и по возможности внутренние качества.
Итак, Велеата безусловно была красоткой. Пышные золотые локоны вились крупными кольцами, спускаясь ниже лопаток. Выразительный, высокомерный взгляд фиалковых глаз пронзал тебя навылет, подчеркивая факт, что именно она здесь королева. Аккуратный носик, вздернутый подбородок, точеная фигура с пышной грудью...
По некоторым параметрам она превосходила меня, если честно. Хотя я была выше и также недурна собой, моя красота... Иная. Хищная, если вам будет угодно. Я отлично знала своё тело и грацию, подобную дикой кошке... Но Велеата, в противовес, казалась изящным лебедем, специально выведенным в королевском саду для любования.
И она определенно мнила себя хозяйкой всего этого. Иначе бы не пришла ревностно осматривать новый "товар" для гарема. По-видимому, должного впечатления на неё я не произвела. Красотка не ощущала во мне достойную соперницу.
Я прикрыла глаза, а потом улыбнулась ей, ласково и ядовито. Мои невыносимые золотые очи странно сверкнули, заставив девушку отшатнуться.
— Ах, слухи не врут! Не могу поверить в то, что Его Величество принял дикарку в моем дворце, - прошипела девица не хуже змеи.
Я продолжала улыбаться, не собираясь вступать в прямое столкновение.
В этот момент в комнату зашла экономка, сухо проговорив:
— Леди Велиата, Его Величество ожидает вас сегодня вечером в замке Варош.
Блондинка вся засветилась и вскоре упорхнула прочь. Я задумчиво огляделась и, наконец, задала вопрос:
— ... Король не посещает наложниц лично?
Кто-то из девушек рассмеялся. Одна угрюмая брюнетка соизволила пояснить:
— ... Дворец Цветов обагрян кровью. Говорят, он жил здесь, будучи принцем. И здесь умерла его мать.
Более мне ничего пояснять не стали, но я и без того поняла: место нежелательное для коронованной особы. Оно пробуждает некоторые... Воспоминания.
Очевидно, мне ничего не оставалось, кроме как залечь на дно. А вернее, переместить сознание в гибкое змеиное тело.
Человеческое, тем временем, безжизненно развалилось на кушетке, дожидаясь меня в убогой комнате.
Я аккуратно ползла по полу, вздрагивая от шагов людей. Мне удалось незаметно проникнуть в помещение для слуг, где я и укопалась в постиранном чистом белье. Эта корзина оказалась очень удобной для змей.
Служанки приходили и уходили, перебрасываясь ничего не значащими фразами. От скуки я даже задремала, пока две из них не остались на импровизированный перерыв.
— Ох, мои бедные косточки... Велиата приказала подготовить ее лучшие платья. Какая морока.
— Пф-ф, напыщенная леди напугана решением короля. Как женщину, понять ее можно.
— Да в чем проблема? Она всё еще первая наложница. Он даже сегодня ее пригласил.
— Много ты понимаешь... Наложницы короля - они ведь принцессы завоеванных земель. Леди Велиата среди них отличается, так как по своему желанию пошла к Его Величеству.
— Ну и? Она из захваченной северной страны, всё равно...
— И всё же! Она была особенной. А теперь - нет.
— Подумаешь! Нашкорская Жрица ей не конкурентка.
— Будь умней... Он пять лет отказывался от предложений того языческого Храма. А сейчас вдруг - согласился! И никто не знает почему...
— Я слышала, он пытался убить Жрицу.
— Тогда странно, что не убил... Полукровка рыжехвостов, такой ужас! Но, в любом случае, Велиата боится. Теперь среди наложниц затесалась одна, которую Король выбрал, так еще и из "этих"... Сама знаешь, они соблазнительницы. Вдруг Его Величество пойдет по стопам отца...
Они обе понимающе замолкли.
— Но с другой стороны, даже весело - у Велиаты так лицо вытянулось, когда она узнала! Ха-ха! - обе девушки прыснули со смеху. А потом... Одна из них подхватила корзину с бельем, где была я!
Ох, черт, сбежать сейчас не выйдет... Я затихла, молясь всем богам этого мира о заступничестве. К сожалению, мне неведомо, что будет, если прибить змею с моим сознанием внутри... Возможно, смерть. Не хочу проверять.
О, боже, в итоге меня притащили в замок Варош... Что за невезение. Я ползком выбралась из корзины и припустила по коридору, пока не услышала приближающиеся голоса мужчин. Испуганно нырнула за рыцарский доспех, слившись с окружающей обстановкой.
Хоть бы не заметили, хоть бы не убили, хоть бы не раздавили...
Двое стражников остановились прямо надо мной, расслабленно переговариваясь. Вскоре мне пришлось признать, что разговор их будто продиктован мне строптивой судьбой...
— Как повезло, что ночью дежурим не мы! - радостно воскликнул более молодой стражник.
Второй поддержал его довольным хмыканьем:
— Да уж... Ночные дежурства здесь пользуются дурной славой.
— Ты суеверный? - в голосе молодого чувствовалось немалое любопытство и любовь к байкам.
— Хе-хе. Ты тоже суеверным станешь, когда с моё здесь отслужишь.
— Ну, я слышал некоторые слухи... Про завывания в ночи мёртвого короля. Бр-р, ужас!
— И только? Мёртвый король - это пустяки! Вот легенда о призраке женщины... Покойной матушки Его Величества, - старый стражник выдержал значительную паузу, привлекая интерес как своего собеседника, так и мой.
— Призрак наложницы? - в голосе парня сквозило недоверие.
— Э, неуч! Она не наложница была, а фаворитка! При том - любимая. Говорят, королева её люто ненавидела, аж отравить три раза пыталась.
— Женщины - страшные...
— Ну, то время суровое было. Междоусобицы тут и там... И всё же, из наложницы она стала фавориткой. В золоте купалась, да в милости прошлого короля. Только, как-то раз... Случилось "то самое".
— Что, что?
— Возвращаясь с охоты, король притащил раненную женщину, из племени поганых рыжехвостов. И сделал ее своей наложницей. Ну, ничего нового, время шло, и вот... Король прочно увяз в сетях рыжехвостки.
— Неужели они правда такие соблазнители?
— Вряд ли мы узнаем. Их же почти всех перебили. Только полукровками и довольствуемся.
— Ну, а потом?
— Он перестал навещать фаворитку. Говорят, бедняжка умом тронулась, да наложила на себя руки. И призрак ее до сих пор витает где-то здесь...
— Во жути нагнал!
— Может это и не слухи. Я точно знаю, на третьем этаже есть тайник. Там портрет то ее, матери нашего короля, точно висит!
— Недаром редко там патрулируем... Жуткое место.
Двух сплетников прервал раздраженных голос главы стражи. Я осторожно поползла дальше, нервно высовывая раздвоенный язык.
Ах, как интересно... Очень интересно. Я узнала много нового, хотя и недостаточно. Пролезть бы на этот загадочный этаж, на самом деле...
— А-а-а, змея! - женский визг заставил меня сгруппироваться и опрометью броситься прочь, пока тапком не зашибли.
Мои руки дрожали. Очевидно, я чудом избежала краха. Несколько служанок, заприметивших змею, начали истерично топтаться по полу. Повезло ещё, что я смогла забиться в щель, а оттуда с трудом доползти до собственного тела...
От усталости ноги подкашивались и следующие сутки я просто проспала, восстанавливая силы.
Уф, это тяжело... Сложно привыкнуть к таким маневрам. После рисковой шпионской вылазки, дни вновь потекли спокойно и чинно. Кроме скуки, я ничего не чувствовала, в этом Дворце совершенно нечем себя занять.
Конечно, я прочитала тот самый аналог Камасутры. Но он заставил меня разочарованно фыркнуть. По всему выходит, что в Северных землях не привыкли к доминации женщин. Любовное писание в основном содержало информацию о том, как вести себя осторожно, чтобы не прогневить мужчину и чтобы его стояк не упал...
Какая-либо инициатива с женской стороны очевидно не приветствовалась. В то же время, я вспоминала обучение в Нашкоре... М-м-м, оно было "намного" более откровенным.
Мы с девушками целовались, ласкали друг друга... Не то чтобы мне это нравилось. Но после теории следовала череда практики, то, что нужно было выполнять для закрепления знаний.
Сейчас я думаю, что именно из-за такого "смелого" обучения Жрицы были столь популярны. В этом мире жен учат "отдаваться", наc же учили "брать и отдавать".
Равноценный обмен. Ну, или... Почти равноценный.
В общем, книгу я в итоге просто вернула. Она была бесполезной и не информативной, чем разочаровывала ещё сильнее. Куда важнее то, что...
У меня из головы не выходила та беседа стражников. Любопытство, воспалившееся из-за крайней степени скуки, требовало найти тот тайник. Но для этого, мне самой придётся проникнуть в замок Варош.
Это рискованно. Мне надо сделать всё, чтобы вновь не наткнуться на "господина". Так как этот мужчина, едва не убивший меня в первую встречу... Способен завершить начатое во вторую.
Нужный случай был предоставлен мне судьбой через несколько дней.
Я слышала, как Велеата вновь хвасталась, гордо вышагивая перед оставшимися наложницами. Она говорила что-то вроде "Ох, он не может прожить без меня и несколько дней!".
Но практически никто не слушал её. Как видимо, они привыкли к таким представлениям. К тому же, далеко не все действительно хотели спать с Ледяным Королем, так что большая часть стараний Велеаты была бессмысленна.
Так или иначе, но она подытожила самолюбование емким : "... сегодня я вновь иду к нему".
К тому времени я уже знала, что это самый удобный момент. За прошедшие дни я отметила, что прислуга уходит после двенадцати часов ночи. Стражники же охраняют четкими патрулями коридоры, но, как водится - многие из них недобросовестны.
У меня был подготовлен путь "вторжения" в замок Варош. Окно на первом этаже дворца, которое всегда было приоткрыто, выгодно выходило на западную сторону. От него и до массивного замка было пару минут бега.
В свою очередь, выходя на прогулку... Я просматривала окна замка и нашла одно, которое вело в пустую брошенную комнату. Мне пришлось расшатать задвижку, чтобы оно без проблем пустило меня затем внутрь. На самом деле... Я боялась. Эта затея могла аукнуться мне огромными проблемами. Но, ко всему прочему, мой разум распалял бурный азарт. Это желание показать, чего я стою на самом деле. И нежелание смиряться с судьбой.
Именно с такими мыслями я, Церера... Вторглась в замок Варош под покровом ночи. Тут было ужасно тихо. Только поскрипывали петли расшатанного мною окна. Дверь комнаты была не заперта, выходя в боковой коридор.
Любопытно, но казалось, что большая часть мрачного замка была безлюдной. Даже прислуга не оставалась здесь ночевать. У них так не принято? Заселять замки владыки?
Или... Проблема несколько шире, чем кажется.
Я не знала. Да и не до этого было. Хоть бы не попасться стражникам, этим обалдуям... Мне нужен третий этаж. Замирая от единого шороха, я кралась короткими перебежками. Насколько помню, сейчас у стражников должен быть пятиминутный перерыв, но а потом...
Эх, моя вылазка была чистым экспромтом, я действовала наугад. Благослави меня, богиня!
Не смотря на то, что пару раз я едва не поседела от страха, слыша шаги в тёмных коридорах, судьба благоволила мне. По крайней мере, до третьего этажа я добралась без последствий. Он казался... Пустым. Грустным, пугающим, с огромными окнами в пол, которые выходили на бескрайние лесные просторы
И луна... Невозможная, серебристая луна сияла на небе. Я смотрела на неё, зачарованная и слабая. Лунное притяжение всегда было таким манящим?...
В этот момент сзади послышались разговоры стражников. Я испуганно заметалась, в поисках места, чтобы спрятаться. Как назло, тут было мало дверей и они оказались закрытыми.
В отчаянии, я нырнула за штору, которая отгораживала от людских взглядов какой-то старинный монумент. Тот находился в небольшой арке, в конце которой ждал тупик. Чувствуя странный азарт, я зашла в тёмную глубину арки, нащупывая стену... Потом присела, желая стать как можно меньше. Но внизу стена обрывалась.
Что, это лаз в арке?
Я встала на четвереньки, пролезая в небольшую, скудно освещенную комнатку.
Там были... Некоторые вещи. Платья. Немного украшений. И портрет женщины.
Чья красота, признаться, даже меня заставила судорожно вздохнуть. Эти иссиня-черные, волнистые кудри... Соблазнительная фигура (какая большая грудь!), вкупе с бледной кожей... Но самое нереальное - глаза. Сине-зелёные, подернутые дымкой грусти... Художник каким-то образом воссоздал эффект присутствия. Ее глаза были живыми, наполненными влагой, будто она сейчас горько зарыдает.
Даже без имени, я знала, что это мать Ледяного Короля. Женщина с такой необыкновенной внешностью - и покончила с собой? Это казалось вопиющей несправедливостью.
«Мне стоило бы узнать побольше о событиях тех лет. Быть может, когда-нибудь это поможет мне выжить»
Ещё меня заботил серьезный вопрос, не требующий отлагательств.
А именно: как отсюда выбираться?
Как оказалось, проскочить мимо этих охранников – не настолько простая задача. Не смотря на все опасения, они честно патрулировали даже этот коридор. Я слышала их встревоженные голоса в коридоре, похоже, это место сильно пугает людей.
Фаворитка прошлого короля… Я сомневалась, что призрак существует на самом деле. Это место действительно походило на алтарь скорби, но в то же время было таким «тяжелым».
Дворец Цветов называют несчастливым, но я бы с этим поспорила. Замок Варош намного сильнее пропитан болезненными, разрушительными чувствами. Чувствами утраты, гнева и злобы.
Тут пахло кровью и холодом.
И эти запахи совсем мне не нравились. Улучшив момент, когда охрана, наконец, прошла мимо, я решила действовать. Осторожно выползла из укрытия и короткими перебежками рванула к лестнице трусцой. Если передвигаться быстро, мне до неё не так уж и далеко… Только бы успеть.
Но в момент, когда я пробегала мимо окна, один из мужчин в патруле воскликнул:
— Призрак здесь! Я чувствую дуновение прохладного ветра! – они загалдели и начали испуганно вертеть фонари в разные стороны. Блики света жадно скользили по коридору, отрезая мне путь. Я прилипла к стене, осознавая, что не могу метнуться к лестнице.
Всё что мне оставалось, это ползти вдоль стены дальше, проверяя ручки дверей. Внезапно, одна из дверей поддалась и открылась.
Стражники как раз начали идти ко мне, когда я нырнула внутрь, притаившись.
Это место… Оказалось просторной залой, которая явно связывалась с рядом других комнат. Пожалуй, это похоже на жилое помещение какого-нибудь вельможи. Но тут тоже было чертовски тихо и темно.
Я неспешно прошлась, приоткрывая дверь в соседнюю залу. Так, это явно спальня… А то место, где нахожусь я, скорее похоже на переговорную комнату. Роскошные диваны, небольшие столики с яствами, книжный шкаф, стол с бумагами и картины на стенах выдавали своего владельца, который явно был влиятельным человеком.
Интересно побыть здесь дольше, но, увы, мне бы просто дождаться, когда стражники уйдут подальше. Но в этом плане наши желания, похоже, не совпадали…
Когда я почти приоткрыла дверь в коридор, послышались тяжелые, гулкие шаги. Чертыхнувшись, я метнулась вглубь переговорной комнаты, успешно притаившись за диваном, частично прикрываясь тяжелой тканью шторы.
Со скрипом, дверь распахнулась. И человека, почти зашедшего внутрь, окликнул начальник стражи:
— В-ваше Величество…
— По-вашему, это и есть патруль?
— Ох, но стражники напуганы…
— Призрак? Они ещё верят в эти глупые сказки? Замени их на более стойких, иначе я заменю тебя.
Внутренне я похолодела. Уверена, сейчас цвет моего лица стал на несколько тонов светлее. Меня пронзило осознание того, в ЧЬИХ покоях я сейчас нахожусь.
Потому что это определенно был голос Ледяного Короля. Высокомерный, жесткий как сталь, опаленный вечной мерзлотой…
Его едва ли можно было с кем-то перепутать. Я внутренне сжалась, слушая его твёрдые шаги. Но всё же во мне горело любопытство. Должно быть, я сошла с ума, но как же хотелось выглянуть и посмотреть на лицо этого пугающего человека.
Король окинул свои покои ленивым взглядом. Должно быть, лёгкая рассеянность трогала даже его рассудок, так как он не заметил каких-либо изменений в окружающем пространстве.
Мужчина неторопливо подошёл к дивану и опустился на него, откинув голову назад. Серебристые пряди Ледяного Короля разметались по спинке дивана. Кажется, он немного задремал, потому что глаза его были закрыты, а грудь неспешно вздымалась.
Однако, долго пробыть в покое ему не дали. Послышался резкий хлопок двери и в покои влетела златокудрая красавица Велеата.
— Мой господин, вы так быстро вернулись! Я ждала вас, - ее губы изогнулись в соблазнительной улыбке. Глаза же горели той страстью, которая часто исходила от Его женщин.
Страсть обладания. Ледяной Король знал, что все его женщины желают быть единственными, любимыми и, в конце концов, королевами. Он знал и насмехался над этими желаниями.
— Я не в настроении, Велеата. Уходи, - его равнодушный голос заставил бы обидеться даже самую стойкую красавицу. Девушка поджала губки, но позиции не сдала. В конце концов, она именно поэтому была «первой наложницей», благодаря своему упорству и тому, как рьяно добивалась Короля.
Велеата правда хотела стать его единственной Королевой. Править, одеваться в шелка, разогнать всех обитательниц Дворца Цветов… Но она не могла не нервничать.
После того, как Её король привёл в гарем желтоглазую драную кошку… Она знала, что он пытался убить дикарку. Но не убил. Разжал пальцы.
И это после всего того, что совершили её предшественники!
Недаром говорят, что сила этих варварских золотых глаз поразительна. Но она, Велеата, не позволит отобрать у неё счастье и власть.
— Мой господин, я ведь могу улучшить вам настроение… - девушка медленно распускала завязки на платье, чтобы оно упало к её ногам. Король с лёгким любопытством проследил за её движениями и не стал возражать, когда тоненькие ручки уперлись в его плечи.
Какой стыд. Я чувствую себя сталкером, словно подглядываю за чьей-то личной жизнью. Почему они начали ласкаться именно на диване?
Я боюсь хоть немного пошевелиться… Уверена, у этого ублюдка отличный слух. И он с легкостью найдет меня (и убьёт), стоит мне совершить хоть одно неловкое движение.
Я слышала мелодичные стоны Велеаты и учащенное дыхание самого правителя. Звук расстегиваемого ремня, причмокивания …Уф, становится жарко.
Не знаю, о чем думали составители местной Камасутры, но эта девушка однозначно знает толк в ублажении. Я уже десять минут скрючилась в неудобной позе… Как же затекли мышцы, словами не передать. Спасало лишь то, что во время тренировок в Храме я терпела куда большие неудобства.
Но, словно откликаясь на мои молитвы, неожиданно раздался странный хлопок и девушка вскрикнула.
А? Мне показалось, или её чем-то ударили?
— Я ведь сказал: я не в настроении. Убирайся, - он не повышал голос, но эти глухие нотки звучали чрезвычайно опасно. Послышался звон и я увидела, как на пол упал ремень с тяжелой бляшкой.
Боги, он хлестнул её ремнём?... И это после минета?
Этот мужик ещё более ублюдочный, чем я думала. Всхлипнув, Велеата оделась и поспешно выбежала из переговорной.
Вскоре удалился и ублюдок, в свою королевскую спальню. Я не знала, что и думать. Не мужик – глыба льда. Велеата правда надеется его окольцевать? Довольно глупые амбиции, но это только моё мнение.
В любом случае, нужно было срочно убираться из этой обители разврата. Я грустно хмыкнула, неторопливо выползая на четвереньках и припустившись к двери. Надеюсь, на этот раз ничто не станет мне мешать…
«Звеньк» - этот звук издала бляшка ремня, которую я задела.
— Кто здесь? – мгновенно послышался голос из спальни Короля. Я сжала зубы, осознавая, что лимит моей удачи на сегодня закончился.
«Играй, малышка, играй… Они зрители – ты актриса. Играй так, словно тебе ничто и никто не угрожает»
Улыбка на моих губах слишком нервная, мне нужны драгоценные минуты, чтобы сделать её легкомысленной и отстранённой.
Я иду вперёд, немного пританцовывая, ощущая холод и страх, сковывающие разум. Но я ведь знала, что «риск есть». Знала, что выживать здесь придётся. Как и то, что рано или поздно мне придётся столкнуться с Ним лицом к лицу. А потому – гордо расправила плечи, толкнув ладонью приоткрытую дверь спальни.
Просторный зал, большую часть которого занимала кровать поистине гигантских размеров. На ней, должно быть, даже оргии можно устраивать… Хотя, судя по сексуальному темпераменту Короля, он о подобном и не помышлял.
Я посмотрела на него как можно более безмятежно, уже чувствуя этот вымораживающий, колючий взгляд.
В тот день я впервые посмотрела в глаза Ледяного Владыки.
И это заставило меня растеряться. Потому что я представляла его таким… Ну, знаете, заросшим брутальным мужчиной?
Но, на самом деле, этому парню было не больше двадцати пяти лет. Он имел крепкое, тренированное телосложение (уж это я могла отметить, Владыка был сейчас в тонкой рубашке). Статный, с красивыми чертами лица (их хотя бы нельзя назвать смазливыми), выразительными скулами. Россыпь серебристых волос вальяжно растрепалась по плечам.
Его глаза отчасти напоминали взгляд той женщины, с портрета. Глубокие, зелёные, едкие как пары кислоты…
Почему в нашу первую встречу их цвет был другим?
Я не знаю. Ощущения, захлестнувшие меня, были противоречивыми. Но прежде всего я чувствовала кое-что. Это нашептывал голос богини в голове… Или, скорее, интуиция?
Ледяной Король очень красив. Но его красота – не красота человека. Он словно существо иного порядка.
И это… Несёт столько проблем.
— Ты посмела заявиться в мои покои без разрешения. Осознаешь ли ты степень своего проступка? – звенящий гнев в голосе. Спрятать бы от него собственные, жёлтые глаза.
Спрятать бы себя подальше. Но не сейчас.
«Играй, играй, моя свирель…»
— Мой господин, я решила высказать Вам своё почтение… При встрече мне не удалось этого сделать, - я улыбаюсь ему чуть игриво, но совсем не упускаю намёк, таящийся в словах.
«Ты пытался убить меня, ублюдок»
Он вскидывает бровь. От меня не укрылся его жест – даже будучи в домашней обстановке, мужчина держал ладонь на рукояти меча.
Опасно.
— Почтение, значит. Не думал, что в Нашкоре принято высказывать уважение явным нарушением правил.
— Разве я их нарушила, мессир? Я всего лишь наложница, которая пришла к Вам, повинуясь избранной судьбе.
Ты купил меня, ублюдок. Купил с какой-то целью. И я выясню эту цель.
— В таком случае, ты пришла не ради «почтения». Ты пришла ради секса, - он поморщился.
Признаться честно, мне хотелось избить его, но я сдерживалась. Он в любом случае будет сильнее.
— Вполне возможно, господин. Всё зависит от вашего желания. Если вы хотите, чтобы я пришла за этим… Так оно и будет.
Я дразню его, отчасти. Танцую на острие ножа, чувствую уколы боли. Просто жду, чтобы он прогнал меня, наконец.
Мужчина хмурится и температура в комнате падает на несколько градусов.
— В такой одежде, - иронично проговаривает он, заставляя меня невольно закусить губу. Да, в этом чёртовом шкафу, в моей комнате… Из одежды только блёклые серые платья.
Мне приходится их носить, выбора особо нет!
Но тем временем, он продолжил:
— Такие как ты. Вас учат соблазнять? – мужчина откинулся на кровати в расслабленной позе.
Не обманывай меня, я знаю, что ты напряжен, как тигр перед броском. Я тоже напряжена.
Ограничиваюсь кивком.
— Тогда соблазни меня.
Он смотрел на меня без тени желания. Только тусклый интерес тлел на дне ясных глаз. От него слишком много враждебности…
Я прекрасно знала ту «атмосферу», которая возбуждает сексуальный интерес. Её тут и в помине не было. Он словно пытается меня испытать… Или заставить отступить.
Конечно, у меня нет шанса проиграть. Как и всегда… Его не было.
Поэтому я улыбаюсь вновь. Неровной, задумчивой улыбкой. Воскрешаю в памяти Храм, перебои барабанов… Слышу внутренний ритм.
Мягкая поступь, плавные движения бедер. Пальцы расшнуровывают платье, но очень неспешно. Если ты лишаешься одежды – делай это, зная себе цену.
А я знала. Эту цену не смогли бы окупить все сокровища его королевства.
«Танцуй, играй, Жрица… Тебе это пригодится»
Сизая ткань медленно спускается вниз по ноге, оголяя смуглую кожу. Грудь прикрывает полупрозрачная алая ткань, на бедрах повязка из такой же ткани. Кажется, это вся одежда, что досталась мне из Нашкора.
Обнаженная кожа мгновенно покрывается россыпью мурашек, но я не останавливаюсь. Смотрю только в глаза зверя.
[как когда-то в жёлто-зелёные змеи]
Принцип тот же. Отведёшь взгляд – умрёшь.
Провожу кончиком языка по пересохшим губам, стремительно сокращаю меж нами расстояние. Он выглядит непоколебимым, но я то знаю… С каким вниманием ловит Король каждое движение.
Я не нравлюсь ему, это правда. Но ещё… Ему точно не всё равно.
Ловкой пантерой, я перетекаю к нему на колени в одном тягучем движении. Обхватываю ножками торс мужчины, проникаю горячими пальцами под рубашку.
[холодный. мрамора кусок]
Губы пламенно приникают к шее Владыки, впиваются до тёмных следов. Это лёгкая боль, которая заставляет его выдохнуть даже сквозь плотно сжатые зубы.
Когда он это делает – уже проиграл.
Я осознаю это и мне хочется рассмеяться. Но вместо этого, я лишь довожу игру до конца…
Склоняюсь над его ухом и шепчу:
— Как я могу соблазнить Короля, который не хочет быть соблазненным? Сделать это, значит пойти против Вашей воли… Конечно, я не могу решиться на такое.
Я легко спрыгнула с его коленей и подхватила своё серенькое платье. Должно быть, мои жёлтые глаза были слишком смеющимися, потому как он коротко выругался, зажимая ладонью пятно на шее.
А потом просто раздражённо махнул рукой, призывая убираться.
Судьбу я решила не испытывать, но вот полноценно одеваться не стала. Оставила растрепанными волосы, шнуровку платья распущенной… Всё для того, чтобы по дворцу пошли «соответствующие» слухи.
Чего только не сделаешь, чтобы тебя из той отвратительной каморки переселили в надлежащее жильё, м-да…
. . .Он раздраженно тряхнул головой, словно прогоняя непрошенные мысли. Едва ли Король согласился бы с тем, что её колдовские чары подействовали на него.
Это равносильно тому, чтобы признаться в слабости к тварям, которых он сам же истребил.
Его всегда забавляла эта «особенность» людей. Они повторяли из раза в раз : «Совокупляться с рыжехвостами – всё равно что с животными». Да, они это говорили, но в итоге преступно быстро меняли своё мнение, стоило кому-то из чужеродного племени оказаться рядом.
Но Ледяной Король знал – рыжехвосты не равны животным. Они развиты, коварны и хитры. Этой дьявольской хитрости в них намного больше, чем в любом человеке.
Рыжехвосты наслаждаются чужими страданиями, теми страданиями, которые превозносят их неверные боги. Говорят, вера этих существ очень древняя, восходящая к неукротимым природным гигантам. К тем временам, когда человечество было жалким, жалось в пещерах и боялось пошевелиться лишний раз.
Гиганты давно свергнуты. Они давно слились с мирозданием. Но говорят, что их буйные умы до сих пор находятся где-то в разломах земли. Они шепчут, злобно и тихо… Они, без сомнений, жаждут мести.
И слышать их могут только рыжехвосты. Впрочем… Скорее всего, то лишь легенды. Ведь, в итоге, это не спасло их самих от уничтожения.
Король с усмешкой гладит отрезанный рыжий хвост, прибитый к стене в его спальне. Прикрывая глаза, он видит искаженные лица дикарей, обагренные кровью. А потом, в чертогах памяти неизменно всплывает другое лицо. Нахальное, жестокое… Которое показалось ему в детстве таким красивым. До того как он узнал истинный облик этих существ.
Кто-то чуть слышно прошёлся в его покои, постукивая по стене костяшками пальцев. Зелёные глаза Короля вспыхнули светящимся серебром, но сразу же потухли, не углядев угрозы.
— Ты только взял наложницу, а она уже докучает тебе? – чей-то голос послышался совсем рядом.
Король хмыкнул, помассировав виски.
— Прощупывает почву. Дьявольское отродье.
Глаза его собеседника насмешливо засветились расплавленным золотом.
— Ты говоришь так, потому что она Жрица, или потому что полукровка?
— Ты знаешь, что меня раздражают оба этих факта.
Король откинулся на кровати, закатывая глаза к резному потолку.
— Я бы мог «поиграть» с ней подобным образом. Эта женщина чертовски красива.
— Только в том случае, если бы тебе не донесли об «особенностях» Нашкорских цветков.
— О да. Реальные мотивы… Так интересны. Когда она попытается выполнить свою миссию, я сломаю каждую кость в её теле.
Последний смешок его собеседника окончательно растворился в темноте.
Я торжествовала. Признаться честно, едва ли могла предположить, что моя затея обернется удачей. Однако, к утру в мою комнату прибыла Алея, которая чуть суетливо объявила о переселении.
Несколько слуг спешно перетащили мои нехитрые пожитки на этаж ниже. В этот раз мне достались просторные покои с прекрасной ванной. Там располагался обеденный стол со стульями, диванчики, просторная кровать и широкий шкаф. В тот же час ко мне заглянули портнихи, которые сняли мерки и принесли парочку платьев, заверив, что вскоре сошьют новые, в соответствии с моими вкусами.
Опускаясь спиной на мягкую перину, я застонала от довольства. Что же, ради этого нужно было симулировать всего одну ночь с Королем? Я не против, знаете, я совсем не против. На семнадцатом году моей жизни в этом теле, наконец-то обзавелась подходящими условиями.
Должна сказать: во Дворце Цветов не так уж плохо. Меня и кормить стали лучше, подарив измученному скудной пищей желудку второе дыхание.
Впервые за семнадцать лет я попробовала местные аналоги вина. Неплохо, хотя могло быть и лучше. Должно быть в погребе Короля экземпляры повкуснее… К слову, есть ли у этого мужика имя?
А то всё «Ледяной Король», да «Ледяной Король»…
Я ощутила минутное покалывание сзади, в шее. Оно заставило меня подскочить, вспоминая о том, что я сюда не расслабляться приехала.
Потому что…
«— Ты можешь спать с ним. Можешь играть с ним. Но в итоге ты обязана его убить. Есть люди, которые хотят видеть отрезанную голову этого короля у себя на блюдечке. Просто отрави его, Церера, когда придёт время. Это твоя миссия»
Время… Это время может наступить довольно быстро. Нет, не подумайте, я вовсе не против отравить его. Проблема в том, что за этим последует.
Я слишком хорошо знаю то, что после этого заговорщики избавляются от орудия убийства. А значит, нужны методы отступления. И, что более важно, я не желаю быть марионеткой Храма.
Нужно выискать любую информацию о метках подчинения. В библиотеке Дворца Цветов ничего подобного я бы и не смогла найти. Но есть ведь Замок Варош, верно?
— Леди, мы не можем пропустить вас в Главную Библиотеку... На этот счёт не было распоряжений
— Но и запретов не было, верно? – я надула губы, сверля их внимательным взглядом. Пролезть в Замок тем же путем не составило труда (почему-то все думали, что меня пускают через основной вход Варош).
Однако, в библиотеку стражники меня не пускали.
— Запретов не было, но до этого наложницы не посещали замковую библиотеку.
Вот упёрся. Сам бы почитал, что находится у нас во Дворце из книг.
— Хорошо… Значит мне требуется разрешение? – промурлыкала я елейным голоском.
Дождавшись их кивка, я задумчиво продолжила:
— Это ведь мне придётся отвлечь Его Величество от дел и подписания указов, а всё ради пропуска в библиотеку… Конечно, это ведь требует его непосредственного вмешательства, - притворно вздохнув, я развернулась, словно бы не замечая напряжения стражников.
— Л-леди, постойте! Наверное, это не настолько важно… Чтобы тревожить Его Величество. Пожалуйста, проходите.
Я едва слышно фыркнула, гордо выпрямившись и чинно пройдя внутрь… И едва удержала восторженный возглас.
Да, эта библиотека отвечала всем моим требованиям, что и говорить. Поиск книг был не столь простым, но они чётко разделялись на секции, так что нужно было лишь немного постараться для результата. Однако, в секции магии я не нашла никакого упоминания таких меток. По крайней мере не было книг, целиком посвященных этому.
Раздражённо вздохнув, я приблизилась к секции исторических книг и вытащила «Историю Объединения Северных земель». Вначале главы на меня смотрел портрет «того мужчины».
Теперь я знала, его зовут – Даррен Аскерос.
Даррен Аскерос - шестой сын короля Триалона Жестокого.
У Триалона было огромное количество наложниц и фавориток. В общей сложности, от них насчитывалось около четырнадцати детей.
Королева однажды родила ему дочь, но ребенок долго не прожил, а сама царственная супруга занемогла и больше не могла рожать.
Соответственно, следующим наследником должен был стать ребёнок одной из наложниц…
Эрианна, мать Даррена, продержалась на месте фаворитки пять лет. Говорят, она была из водяного племени нежных и страстных нимф, умела ворожить и чудесно пела. Впрочем, это не отменяло того, что и без магии Эрианна была чудо как хороша.
Триалон был столь сильно увлечен ей, что поговаривали, будто он собирается сослать супругу в монастырь, а на её место посадить Эрианну.
И всё было бы безоблачно, если бы в один день король не привел с охоты женщину. Прекрасную дикарку с алыми кудрями и таким же рыжим хвостом. Она попала в его капкан, а Триалон не пожелал расставаться с добычей.
День ото дня он всё больше пленялся магией её жёлтых глаз, напрочь позабыв об остальных любовницах.
Мать Даррена вскоре повредилась рассудком и покончила жизнь самоубийством. Сам Даррен пропал в ночи.
А Триалон на старости лет вознамерился сделать своей королевой желтоглазую, а её сына прямым наследником. И всё это в обход остальных сыновей.
Тогда вспыхнула междоусобица, равной которой мир не знал. Два лагеря сосредоточились вокруг первого и третьего принцев, кровь лилась рекой.
Король был убит. Страна погрузилась в Смуту, длившуюся несколько лет. И вот, во время всеобщего отчаяния… Оказалось, что Даррен Аскерос все это время жил в бегах, тренировался в воинской части и вскоре собрал банду наёмников. Он отправлялся на передовую, представляясь иным именем и запомнился солдатам как харизматичный военачальник.
Заручившись поддержкой армии, Даррен отправился на штурм столицы. По очереди он убил всех своих братьев, а коварных сестер насильно сослал в монахини.
Став Королем, он не остановил военные походы и занялся объединением Севера, поражая не только силой воли, но и сильнейшей магией, что струилась в его венах.
… В один из походов, он истребил племя рыжехвостов. И это лишь начало истории того, кого прозвали Ледяным Королём.
Вот о чём я вычитала , если коротко. Голова шла кругом от количества информации, потому как книга не скупилась на детальные описания всех междоусобиц братьев. Даже мне порой становилось не по себе. Эта местность и в частности Замок Варош – буквально обагрены кровью.
Даррен Аскерос подарил им спокойствие, ценой кровопролитных войн и завоеваний. Всего за год он приструнил своих братьев. За два – погасил мятежи и прошелся с армией по обширным землям Севера, усмирив непокорных.
Конечно, это не только заслуга авторитета. В книге написано, что у Ледяного Короля поразительная наследственность древних колдунов Севера, усиленная матерью-нимфой. Он сочетал в себе несколько веток магии: тёмную и ледяную, став таким образом крайне могущественным магом.
Признаться честно, в этом мире магия не такое уж частое явление, потому я неприятно удивлена…
По всему выходило, что люди сами по себе редко рождались магами, но если речь заходила о крови королей, то они чаще всего брали своё начало от родства с богами (по официальной версии), а потому рождались с крупицами магии. А уж от рода представителей тех же водяных народов – магия буквально струится по их венам.
Он мой потенциальный противник. Противник, о котором, как оказалось, я ничего толком не знаю.
Ах, да, ещё ему ничего не стоит уничтожить целый вид. Я уже слышала упоминания о том, что именно он напал на рыжехвостов. Однако, здесь это описывается так, словно Король чуть ли не голыми руками в одиночку порешил всех.
И, к сожалению, такой вариант вполне возможен. У него есть причины ненавидеть моих предков, вполне объективные причины… И это не только смерть матери. Из-за желтоглазой, по факту, началась масштабная внутренняя война. Не удивительно, что северяне должны еще сильнее не любить таких, как я. Но это вовсе не радостная новость.
— Что ты делаешь?
Услышав этот голос, я на миг окаменела, но почти сразу же круто развернулась, одаривая широким жизнерадостным оскалом светловолосого Короля. На этот раз за ним следовала свита, разглядывающая меня с явным любопытством.
— Кто разрешил тебе здесь находиться, женщина?
Разъяренные нотки его голоса ни с чем нельзя перепутать. Ну вот, нормально поговорить не получится.
— А разве мне кто-то запрещал? Ваше Величество, я ни разу не слышала от вас запрета…
— Во Дворце Цветов есть библиотека. Ты должна знать своё место.
— Вы сами-то видели местные книги? – раздраженно пробормотала я, закатив глаза. Почти уверена, что кто-то из свиты проронил смешок.
Вздохнув, я положила книгу обратно и поклонилась Даррену:
— Если желание Его Величества заключается в том, чтобы наложницы оставались безграмотными, я, конечно, повинуюсь.
Лишь один человек из толпы напряженных придворных улыбался.
Юноша с каштановыми кудрями (и выбеленными кончиками), одетый не броско, но дорого. Я могу поклясться, что его пронзительные золотые глаза на миг сверкнули, заставив меня оторопеть.
Желтоглазый – в свите Короля?
Это не могло быть правдой. Спустя время я даже почти решила, что мне показалось.
Парень с жёлтыми глазами… Он был явно младше Даррена, верно? Кто он такой?
Слишком много загадок и так мало ответов.
Я чувствовала потребность в информации, но никто вокруг не спешил ею делиться. Дворец и Замок – жили по собственным правилам, которые я пока что не могла верно интерпретировать.
Впрочем, был, наверное, один человек, который может ответить на часть вопросов. Речь шла о Кайре. Как и в первую нашу встречу, мы с ней встретились в комнате отдыха. Принцесса выглядела рассеянной , словно ничто вокруг не интересовало её. Впрочем, она не отказалась от общения.
— Ты встретилась с королём, Церера?
— Да… К сожалению, - я даже не сдержала кривой улыбки, слушая мягкий смешок со стороны собеседницы.
— Чувствую, он тебя впечатлил . Как и всех нас.
Она вновь посмотрела в сторону с отстранённым видом. А я вспомнила её слова в первую нашу встречу:
«Некоторые желают его смерти, другие - его милости. И те и другие до невозможности глупы»
Так чего же желаешь ты, Кайра? Твои мотивы, в самом деле, не ясны.
— Я видела потомка рыжехвоста в его свите.
Принцесса перевела на меня взгляд, а потом степенно кивнула:
— Да.
— Кто он такой? – я не желала останавливаться, стараясь дожать информацию.
— Не знаю. Его зовут Картас. Советую держаться от него подальше – тёмная личность. К тому же, он весьма близок с Ледяным, многие считают желтоглазого доносчиком.
Я начинаю звереть от отсутствия информации. Вылазки в Замок тоже сейчас под запретом, в противном случае Его Величество может прикрыть лавочку и из уютной комнаты я опять переселюсь в крохотную коморку.
… Но и находиться во Дворце Цветов – нет никаких сил. Поэтому, я начала гулять по территории, исследовать местные сады, прятаться и наблюдать.
Так называемый «Сад» связывал территорию Замка и Дворца. Тут росли как милые маленькие кустарники, так и вековые деревья. Сад был чётко огорожен и преодолеть эту ограду не представлялось возможным (но я всё равно искала пути возможного отступления).
Я старалась примечать те деревья, чьи ветки выходили за приделы того ограждения и по которым можно было перелезть. Однако, видимо их регулярно подрезали.
Тогда я начала думать в другую степь. Ограда была из серого, крупного камня. Взобраться по ней невозможно, камень совершенно стесанный, но… Камни довольно старые. Возможно, я смогу раскопать под ними лаз, там, где более неустойчивая конструкция. С тех самых пор Сад стал главным моим местом активной деятельности.
Чтобы не вызывать подозрений, я не всегда ходила самостоятельно. Иной раз переселялась в змеиное тело и продолжала искать тайные места в нём.
А Сад был… Странным. Очевидно, что кое-какие его области предназначались для тайных свиданий. Через него протекала неглубокая речка Осока, прозрачная и весело журчащая. Притоки реки порой приводили в крайне необычные места…
От других наложниц я услышала, что они предпочитают не углубляться в Сад, так как слышали много историй о похороненных в его недрах людях.
Я отвечала на эти слова вежливой, но натянутой улыбкой. На мой взгляд, то место было куда «чище» того же Замка Варош.
… Впрочем, к некоторым предосторежениям стоило бы прислушаться. Но я поняла это слишком поздно.
Река Осока огибала мосты и плакучие ивы, текла под камнями, посещала резные гроты и потихонечку выходила к унылой, заброшенной части Сада.
Тут когда-то красовались статуи и величественные фонтаны, но теперь это место было полуразрушено и запущено, словно кто-то хотел отомстить ему за былую славу.
Плечистый, тучный мужичок со злостью пнул камень, вызвав характерный всплеск воды.
— Ты обещал мне больше. Здесь даже половины от твоих обещаний нет! – прошипел мужичок, разглядывая кого-то, видимого лишь ему.
Второго собеседника невозможно было разглядеть, он походил на расплывчатое пятно влаги, меняющее свои очертания. Слышался лишь его голос:
— Если бы я всем платил полную цену до выполнения задания, я бы разорился.
— Но ты заказал мне убийство! Убийство этого… - мужик сплюнул.
Некто рассмеялся:
— Убийство, да. Я озолочу тебя, если ты успешно закончишь дело.
— Король не слабый противник. Каковы гарантии, что ты займёшь потом его место?
— Этот глупец думает, что бессмертен. Как минимум – он не оставил наследников. Дальше – дело техники. У меня куда больше сторонников, чем тебе кажется.
— Нелегко подобраться.
— Способ есть и ты его знаешь.
Я отдыхала в густой зелёной листве, когда услышала этот разговор. Признаться честно, он едва не заставил меня присвистнуть.
Ба-а, заговорщики… Давно не было?
И что мне теперь делать с этой любопытной информацией?
Можно рассказать Королю и добавить парочку баллов в список симпатии. Вот только, он настолько недоверчив, что мне скорее своим телом нужно прикрыть его задницу от нескольких стрел. Не самое приятное времяпровождение.
Или… Я могу ничего не делать, верно? В конце концов, моя цель также заключается в убийстве (какое совпадение). Мне всё равно, кто именно прикончит ублюдка. Интересно лишь то, что за этим может последовать (междоусобица, убийства? Придётся спасать свою шкуру?).
Впрочем, велика вероятность, что попытка убийства просто не сработает. Этот бородач со свинячьими глазками не кажется великим воином. Разве что, его собеседник…
Голос хитрого, умудренного опытом существа. Тот-кто-хочет-власти.
И явно готов переступить через любого на своём пути. Заказчик и исполнитель весьма необычны, их бы поменять местами, для баланса.
Я бы и дальше раздумывала, но меня прервали.
От фигуры заказчика отделилось странное, мутное сияние, а потом раздалось оглушительное шипение:
— Мы з-з-здес-сь не одни!
Один силуэт тут же растворился в воздухе, второй же гневно зарычал, выхватывая из-за пазухи тесак.
Ну вот. А я надеялась, удастся договориться по-человечески.
Я сгруппировалась на ветке дерева. Теперь, когда меня заметили, можно не продолжать держаться инкогнито. Потому я и прыгнула вниз, едва отклонившись от летящего мне в голову тесака.
Ладно, этот жирный хрен не настолько безнадежен. Бывший воин? Ах, какое мне до этого есть дело…
Я не планировала вмешиваться, если уж на то пошло. Но пора бы привыкнуть, что жизнь в этом мире редко состыкуется с моими планами.
— Королевская шлюха?! – бородач рванулся ко мне, а я, по инерции, от него. Кем бы он меня не считал, не стоит подставлять свою красивую голову под удар, путём недооценивания противника.
— У вас ко мне есть дело? – мой голос звучал весело, потому что, как ни крути, я быстрее и ловчее толстячка. Но проблема в том, что если побегу без оглядки, получу тесак в спину. Вот и приходится вилять, пока можно.
— Ничего личного, ты должна сдохнуть.
Ну-ну. Так уж и должна? Знаешь, это невежливо и неприятно.
Пока что мы кружили на открытой местности, без возможности разойтись. С одной стороны путь отрезали руины, с другой парочка высоких деревьев, и , наконец, речка.
Мне постоянно казалось, что за мною кто-то следит, даже прямо сейчас.
«Какого чёрта?»
Тот, со змеиным голосом? Разве он не маг, или вроде того? Может ли он добавить проблем?
Птицы захлопали крыльями совсем рядом, вылетая из руин, что невольно отвлекло внимание. Я даже пропустила момент, когда бородач кинулся на меня с крейсерской скоростью и повалил в речку Осоку.
Мужчина сжал мою шею в крепкой хватке и я окунулась на миг в холодную, промозглую воду, видя размытое, искаженное лицо убийцы.
Он явно вознамерился меня задушить насмерть.
Это… Страшно. И так азартно, если честно.
Я протягиваю руку и чувствую приятную вибрацию под кожей. Татуировка становится реальным, осязаемым существом, опаснейшей змеей, которую я кидаю в бородача.
Он издал сдавленный вопль и отпустил меня, дав глотнуть свежего воздуха и прокашляться. С рыжих волос ручьём стекала ледяная вода.
Ну-ну, козлище. Сейчас поиграем на равных.
Даррен Аскерос без особого интереса разглядывал сложившуюся ситуацию. Это очередной заговорщик, который был не столь умён, потому отследить его оказалось проще простого. Конечно, Ледяной Король выделил для него немного своего времени, просто чтобы полюбоваться на «экспонат».
Он не первый и даже не двадцатый человек, который желал убить Даррена. В какой-то момент ты неизбежно привыкаешь к сложившемуся порядку. Короля ждала та же участь.
Впрочем, вскоре стало чуть интереснее, чем обычно.
Эта женщина с нечистой кровью, чьего имени он не знал… Наглая наложница. Что она делала здесь? Следила? Подслушивала? Или имела прямое отношение к заговорщикам?
Это стоило проверить. Неучтенный фактор, однако.
Даррен безразлично смотрел на то, как рыжеволосую наложницу душат, наполовину окунув в реку. Чары скрывали его местонахождение, можно было не волноваться на сей счёт.
Он не собирался помогать. Она сама в это влезла и если столь глупа и слаба, что не может справиться с мелкой сошкой – ей прямая дорога в объятия Вечной Бездны.
«Красивая. Как и все хвостатые твари, впрочем. Немного жаль»
… И всё же, чаша весов вдруг перевесила в другую сторону. Что-то неуловимое сорвалось с рук женщины, что заставило Даррена зорко прищуриться. Жрицы научились новым фокусам?...
Мужик заорал , пытаясь отцепить от лица змею. Тоненькая, гибкая наложница, засадила ему коленом в пах и пришла очередь бородача окунуться головой в реку. Рыжая села на него сверху, вцепилась руками в шею мужчины и явно старалась утопить.
Не отводя взгляда от происходящего, Ледяной Король вышел из укрытия. В нём, в конце концов, на этот раз не было надобности.
Держать бородача не так просто. Он боролся за свою жизнь, что можно сказать и обо мне в данной ситуации. Правда, пришлось пойти на попятную, когда, буквально из воздуха, ко мне вышла грозная тень Короля.
— О, Ваше Величество… Тоже вышли прогуляться? – мой голос напряжен и сбивается от частого дыхания. Так-так, значит за поединком и правда наблюдали… Мужчина хмурится и жестом приказывает отпустить без пяти минут утопленника.
Не особо хочу это делать, но приходится подчиниться… Я послушно отскакиваю в сторону и с вызовом смотрю в зелёные, глубокие глаза Даррена. Это же надо – сияют, как драгоценные камни. Величественное существо, получеловек…
И такой жестокий ублюдок, ко всему прочему.
—… мя?
Что? У меня что-то спросили?
Видимо осознав, что я прослушала, мужчина цыкнул и повторил:
— Твоё имя?
А? Он не знает? Я твоя наложница, мог бы и поинтересоваться заранее!
— Церера.
Даррен кивнул, теряя ко мне интерес. Из ножен с негромким лязгом вытаскивается сверкающий белым клинок, начищенный до блеска. Кровь отливает у меня от лица, потому как я вновь чувствую невыносимое желание убивать, что окутывает этого человека.
Аскерос подходит к лежащему бородачу, чьё лицо искажено ужасом. И мне остаётся лишь смотреть на то, как легко входит лезвие в крепкую шею заговорщика, как кровь окрашивает прозрачную воду, брызнув во все стороны. Отвратительный, чавкающий звук… Предсмертные конвульсии тела. И спокойное, даже безмятежное лицо Даррена.
Меч больше не белый. Красное обагрило его оттенком смерти.
Я смотрела на это и к горлу подкатывался неприятный, липкий комок страха. Мужчина оглянулся, смерив меня ещё одним взглядом и проговорил:
— Сегодня ночью я жду тебя в своей спальне, Церера.
Ледяной Король даже не пытался стряхнуть кровь с меча. Словно по щелчку пальцев, вокруг засуетились его люди, прибирающие последствия произошедшего.
«Это такой тип извращенцев?» - я пребывала в сосредоточенной задумчивости. Если разложить по полочкам все события – картина вырисовывается неутешительная.
Очевидно, что ублюдок наблюдал за тем, как меня едва не придушили. Да, рыжее племя ему немало проблем принесло. С этим не поспоришь, но всё равно неприятно, когда твоей жизнью так откровенно пренебрегают.
«Он мог убить тебя сразу. Мог, но не убил ведь – звучит как надежда?» - шепчет змеиный голосок в подсознании. Я грустно хмыкаю, покачивая головой.
Он явно знал про заговор и такая осведомлённость… Пугает. И восхищает. Ледяной Король крепко держался за трон и это единственная верная позиция.
… А ещё, он не гнушается образа тирана. Я до сих пор помню, с каким хладнокровием совершилось убийство. Мольбы, прощение – ничего из этого Даррен и слушать не стал бы.
Ты предал и должен быть убит – единственная аксиома, доступная для понимания этого мужчины. Как столпы мироздания.
… В тот момент, его глаза стали на миг серебряными, как сияющий диск лунного шара. Должно быть, это и есть древняя магия, пронизывающая ток вен Короля. Красиво. И жестоко.
И всё же, совсем не поддается объяснению то факт, что после всего произошедшего меня пригласили в опочивальню. Что за насмешка судьбы?
Я должна убить его и это особенно напрягает после увиденного. Даже при условии успешности сего мероприятия… Что станет потом? Смена власти, дворцовый переворот. У меня нет времени, чтобы найти пути отступления. Как сохранить собственную шкуру, учитывая крайнюю прозорливость мужчины?
Подействует ли на него яд? Что-то подсказывает, травить его пытались чаще одного раза. Небось, вся посуда из серебра. Да, яд Жриц скапливается на губах при желании и это можно использовать как козырь, но…
… он видел змею. И, что хуже всего – он совсем не глупый. Даррен из тех, кто сможет сложить два плюс два и сделать правильные выводы. Все те малые козыри, что были у меня на руках, терялись под гнётом обстоятельств. И перед глазами Ледяного Короля, в его спальне, я предстаю всё также беззащитно – обнажённой. Почти без оружия, увы.
Моё единственное оружие – тело, игра на мужской похоти. Сработает ли это с тем, чей разум покрыт вечными льдами? Очень сомнительно.
От мыслей отвлекла Алея. Распорядительница суетливо появилась в моих покоях, приказывая заносить многочисленные одежды и ткани, любые из которых я могла выбрать для похода к Аскеросу.
По губам пробежалась кривоватая усмешка. Вы все так забегали, когда дело касается «этого» человека. Настолько боитесь?
Одежды в основном красного цвета. И это правильно. На алом не столь хорошо видна кровь.
Выбор, наконец, был совершён. В знакомые покои я шла в развивающихся одеждах золотого цвета, струящихся тонкими вуалями, за которыми угадывались очертания тела.
Длинные рыжие волосы распущены, скользя по спине и тихо шурша... Как не увещевали меня служанки, я отказалась от каких-либо причесок. Не хотелось бы чувствовать неприятное стягивающее ощущение на волосах.
Свобода, свобода… Её не хватает даже в таких мелочах.
Покои Ледяного Короля как всегда были мрачными и пустынными. Я невольно вздохнула, собираясь с мыслями. Внешний вид – безупречен, как и всегда.
Я не боялась секса. Это что-то обыденное, к чему меня давно готовили в Храме. Я боялась, что он придушит меня во время предварительных ласк. Шею переломит, а потом скажет, что так и было.
… У Короля глаза, что камень малахит – яркие, но бездушные.
Двери в спальню приоткрыты. Он словно и не особо ждёт. В этом чудится какая-то издёвка, что подстёгивает расправить плечи и смело войти внутрь.
Даррен Аскерос сидел в кресле, а его серебристые волосы свободно струились по плечам, создавая какой-то особенный ореол холодности. Красивый, правда. Наверное, самый красивый мужчина, которого я только видела в этом мире.
— Всё же пришла, - не вопрос, утверждение. И тон на грани оскорбления.
— Разве я в силах отказать Его Величеству? – улыбаюсь так широко, аж скулы сводит.
— Те, кто мне отказывали, по обыкновению жили недолго, - мужчина безразлично пожимает плечами.
Я чувствовала, как его хищный изучающий взгляд пронизывает меня насквозь. Сквозь одежду, под кожу, в нутро самое.
— Делай то, зачем пришла. Раздевайся.
Бешенство вспыхнуло где-то в душе. Он просто издевается, специально дразнит, словно пытается спровоцировать…
Ах, черт. А это может быть правдой.
Елейная улыбка всё также растянута на губах. Мне и правда хочется его отравить прямо сейчас. Хочется-хочется-хочется.
… серебро волос потухнет, взгляд остекленеет. Наследие настолько красивых родителей умрёт бесславно, но разве моя в том вина?
Тело начинает двигаться под неслышный ритм. Мои движения сравнимы со змеиными, гибкие, плавные, стремящиеся запутать, «загипнотизировать». Всё почти так, как и в предыдущий раз.
Даррен выглядел скучающим, но следил за мной внимательно, даже цепко.
Пальцы послушно расшнуровывают верхний слой платья, давая ему спускаться вниз по коже, оголяя природный смуглый оттенок. Я склоняюсь над Дарреном, щекоча дыханием его губы и на миг теряюсь.
Яд, надо скопить яд.
Надо…
… А потом оказываюсь на кровати. Сильное мужское тело вжимает меня в простыни до боли. Его ладонь сдавливает горло так сильно, что я едва не теряю сознание.
Перед глазами мутные тени, в которых едва можно различить светящиеся яростью очи Ледяного Короля.
— Я знаю о твоих ядовитых губах, можешь не стараться. На меня эта отрава не дейс-тву-ет.
Больно.
На моём горле остаются отметины, как и на запястьях, которые чудом не сломал своей хваткой Аскерос. Я прокручивала в голове последние события, желая, на самом деле, забыть о них навечно.
… Я не могла пошевелиться. Наверное, слишком самонадеянно было думать, что я способна справиться с взрослым мужчиной. Он правда силён и это, увы, не самая радостная новость в списке. Кажется, всё что оставалось, это бессильно ждать конца.
— Я могу убить тебя прямо сейчас, но пока что… Рано. Твоя жалкая жизнь в моих руках. Захочу – сгниешь в казематах. Захочу – раздроблю тебе череп, - его голос звучит так равнодушно, что не остаётся сомнений – он может сделать всё перечисленное. Это лишь варианты развития событий, давно разложенные по полочкам Его Величеством. Я не сомневалась, что он действительно хочет меня убить.
— Не попадайся мне на глаза, иначе я не сдержусь, - зелёные глаза короля напоминали осколки битого стекла. Но, в какой-то момент, в них вспыхнула серебристая вспышка. В комнате стало стремительно холодать.
Боги, он решил меня заморозить прямо сейчас? Избавиться, так сказать, попроще? Я не могла оторвать взгляд от этого сияния, оно заворожило. Не было смысла сопротивляться и что-то лепетать. Морозная вспышка в этих тёмных глазах – смертельная красота.
А потом… Ну, кажется, меня просто вывели прочь, дав накинуть на себя одежду. Кожу холодило. Я словно всё ещё в центре этой вечной зимы. И только неприятная, ноющая боль возвращала меня к пугающей реальности.
Надо бежать. Надо вскрыть метку подчинения – и бежать. Найти отходные пути из дворца, украсть денег… Изучить местность. Да, медлить больше нельзя.
Но что я могу? И, главное – как?
Дел много, а времени так мало.
Я хочу жить, но, кажется, путей отступления становится всё меньше.
Пробираться в Замок Варош стало проще. Официально я вроде как была в спальне короля, а значит, охранники не в силах меня остановить. Интересно, стоит ли благодарить ублюдка за такую «услугу»?
На испуганные взгляды служанок, которые заметили мои синяки, пришлось страстно ответить: «Он просто зверь». Девушки покраснели, а я вот даже не соврала. Реально зверь. В смысле – тварь редкостная.
На протяжении трёх дней я брожу по Дворцу Цветов, подтаскивая дорогие вещи. Возможно, придётся забраться и в комнату местной фаворитки. Извините, леди, вопрос жизни и смерти кроется в ваших драгоценных побрякушках.
Впрочем, дальше я вновь атаковала библиотеку Замка. Изучение местных карт привело к неутешительному выводу: вокруг владения короля, до границы несколько дней пути, через населённые пункты. С моей приметной внешностью, могут быть проблемы. Придётся и на этот счёт поразмыслить (как будто других дел нету).
Насчёт меток я так ничего и не нашла. Однако, хроники королевской семьи, внезапно, содержали любопытные легенды о короле Триалоне Жестоком…
По молодости он получил в дар какой-то любопытный перстень, который позже сделал гордостью своей сокровищницы. Мол, камень в этом перстне - способен разрывать путы магии. То есть, способен даже с сильным проклятием справиться. Метка подчинения же, насколько я помню из путаных объяснений в Храме – отчасти по структуре напоминает проклятие. И действие её начинается после прямого неподчинения приказу, или же по желанию того, кто наградил меткой.
Я пока в порядке. Но это «пока» имеет конкретный срок действия.
— Интересные у вас увлечения, леди, - воркующий голос послышался совсем рядом. Я напряглась всем телом, резко обернувшись. А потом просто затаила дыхание.
Тот самый юноша, из свиты короля, стоял передо мною и преступно широко улыбался. Он один, казалось, не испытывал никакого страха перед Дарреном. Эти каштановые , короткие волосы и жёлтые, чуть раскосые глаза… Вызывали столько вопросов.
— Стараюсь изучить своего мужчину. Это плохо? – мягко уточняю я, пытливо разглядывая его.
Раздумывая над тем, что связывает их с Королём, самая очевидная мысль: любовники. Не думаю, что в этом мире отсутствуют нетрадиционные отношения. Это бы объяснило спокойствие юноши, а также то, почему Аскерос не особо интересуется собственным гаремом.
— Нет, это крайне похвально. Тебе нравится Замок Варош? – его тон дружелюбный, но складывается чёткое ощущение : эта светская беседа рентгеном прощупывает меня насквозь.
— Да. Мне тут комфортно.
С другой стороны – завёл бы Даррен такого любовника? Жёлтые глаза – приговор и привязка к прошлому. Едва ли он стал бы наступать на те же грабли, что и его отец. Так кто же ты, парень? Почему ты ещё жив и свободно находишься подле короля?
— Вы прожжёте взглядом во мне дырку, леди, - юноша легко рассмеялся, взъерошив собственные волосы.
— Мы не были представлены.
— Моё имя – Картас. А ваше я итак знаю, - нагло заявил парень, усмехаясь. Он точно знал, о чём я хочу спросить, но явно не спешил пояснять ничего.
Поэтому я просто отступила, собираясь уйти из библиотеки. Могу поклясться, что он промурчал себе под нос что-то вроде:
— … Осторожнее, Церера.
На чьей стороне он играет? Чего он хочет? Я не понимала. Единственное, что казалось важным: освобождение от сковывающих пут.
Рядом с королём слишком опасно находиться. Рядом с ним зреют заговоры, плетется магия и цветут розы острых интриг.
Я стремилась исполнить обещание не попадаться ему на глаза, однако… Сообщили, что на завтра у Даррена Аскероса плановое посещение Дворца Цветов.
Спасибо, матушка судьба, за подставу.
Плановое посещение – как оказалось, праздник. Жаль, что мне об этом не сказали. Своеобразная традиция наложниц – дарить своему Королю подарки в этот день. Песни, танцы, стихи и море лести…
Я ничего не подготовила, так как предупредить меня о том попусту не захотели. Вероятно, была зачинщица данного «бойкота» и, судя по самоуверенному виду леди Велеаты, именно она заняла в указанном действе главенствующую позицию. Остальные просто не стали с ней спорить.
Кайра, к слову, на мой вопросительный взгляд ответила безразличным пожатием плеч.
Мы не были подругами. На войне, как на войне, как любят говорить в моём мире. Конечно, от подобного подчеркнутого отношения не слишком приятно, но за годы существования в Храме – я привыкла. Даже на Земле мне с трудом верилось в существование женской дружбы.
Всё довольно просто. Не доверяй – не будешь преданной.
С подобным у меня нет проблем.
Даррен появляется в главном зале Дворца Цветов и его тут же окружают девушки. Радостные, ласковые, услужливые и приятные. Я заняла выжидательную позицию в тени, чувствуя прохладный взгляд Аскероса, скользнувший под кожу змеей. Неприятно, что и говорить.
Я наблюдала за происходящим с утихающим любопытством. Ледяной Король редко отвечал своим наложницам и относился к ним подчеркнуто равнодушно. Их подарки и таланты – не трогали его душу.
Впрочем, удивлёнными те не казались. Оскорблёнными – тоже. Вероятно, подобное давно стало традицией, которую успешно соблюдали все участники процесса.
— Что приготовила 13-ая наложница?
Я уверена, что этот голос не принадлежал Королю. Да, точно, за его спиной появился Картас. С той же обезоруживающей улыбкой, как и прежде.
Его вопрос заставил всех посмотреть на меня. Я разгладила подол лёгкого, кремового платья, самого простого покроя и неторопливо потянула:
— Увы, мой господин, я не могу вручить вам подарок.
Они ждут моего позора. Опять. Не дождутся.
— Вот как? И что же помешало подготовиться? – от его стального голоса разит холодом и неприязнью. Как и всегда, впрочем.
— В моём Храме практикуют танец с кинжалами. Однако, по причине поддержания безопасности рядом с царственной особой… Я не могу его исполнить.
Улыбка, искреннее раскаяние в голосе. Я видела, как он поджимает губы. А потом, Ледяной Король вынул из ножен свой меч – Адегард и бросил на пол.
— Умеешь танцевать с кинжалами – танцуй с моим мечом, дерзкая жрица.
Вздох из моих плотно сжатых губ получается с негромким свистом. Адегард – легендарный меч. Впитавший в себя столько крови, что говорят – его лезвие отливает красным. Врут, наверное…
Я подхожу и касаюсь пальцами рукояти. Ледяной, просто ледяной. Если уроню его сейчас – не сносить головы. Я лично видела, как Даррен убивал этим оружием. Так красиво и так кошмарно…Смесь из двух противоположных чувств.
Музыканты начинают наигрывать незнакомую, агрессивную мелодию, а я вновь выдыхаю, ощущаю баланс меча. Плавный выпад, чувствую лезвие, свободно рассекающее воздух. Тяжеловат, но не настолько, насколько представлялось изначально.
Адегард – пропитан магией и, скорее всего, имеет свойство подстраиваться под носителя. Впрочем, этому танцу всё равно не стать изящным. Мне придётся импровизировать бой с тенью.
Этот танец был резким. Наверное, я выплескивала в нём эмоции, потому как босые ноги плясали по полу, как по горячим углям, а кудри взбивались порывами огня.
Каждое движение мечом вызывало желание закричать. Он отмораживал кожу, причинял реальную боль и боль эта, кажется, проникала вплоть до костей.
Остановиться – нельзя. Продолжать – невыносимо. С моей кожи градом катились капли холодного пота. И то продолжалось вечность, по ощущениям, пока Даррен Аскерос не встал и не шагнул мне навстречу.
Музыка оборвалась (вместе со струной). Я дышала так тяжело, что можно было ожидать пар изо рта. По его глазам было ясно, чего он ждёт. Я грузно опустилась на колени, протягивая ему меч, в лезвии которого отразилось моё собственное напряжённое лицо. Аскерос принял оружие. На миг сталь коснулась моей щеки.
Я подняла взгляд, исподлобья всматриваясь в непроницаемые глаза Ледяного Короля. Он стиснул зубы. И, нехотя, убрал в ножны меч.
После вручения подарков, к нам пригласили труппу артистов. Я не особо всматривалась в представление, пытаясь перевести дух, однако, моё внимание привлекли кое-какие интересные детали…
Потому, после одного из антрактов, я не вернулась к просмотру, а осторожно прокралась в оборудованную гримёрку, с жадностью разглядывая местные атрибуты.
— Ещё раз – ваши интересы очень специфичны, - ласковый голос Картаса прозвучал от двери. Я ощерилась в злобном желании отомстить ему за подставу.
— У меня не может быть своих хобби? У вас же оно есть.
— И какое, леди?
— Садизм, - я выплюнула эти слова ему в лицо, но юношу не проняло, он лишь коротко рассмеялся.
— Возможно, самую малость.
— Вы похожи на Него, - говорю я, хмыкнув. Жёлтые глаза Картаса сузились, в этот раз взгляд казался змеиным.
— Конечно. Мы ведь братья, - спокойно произнёс он, заставив меня невольно ахнуть.
Брат?
Картас… Аскерос? Что за бред, он лично убил всех своих братьев, согласно истории…
«Всех ли? У желтоглазой был сын, об этом говорилось»
Сохранить жизнь отпрыску ненавистной женщины? Чем он руководствовался, чёрт побери?
— … Минус одно покушение, неплохо, да?
Иногда Даррену казалось, что его брат всякий раз специально выбивает себе похвалу. Конечно, он никогда не отрицал, что Картас ему полезен. Кажется, с той поры, когда желтоглазый принёс новому королю клятву на крови, скрепив её древней магией – он стал другом и соратником.
Жестокий, как и все потомки рыжехвостов. Хитроумный, лукавый и вечно скучающий – вот чистый портрет Картаса Аскероса. Люди при дворе часто становились его игрушками, пленниками точеных манипуляций. Даррен и не думал мешать этому.
Сплетения интриг не давались ему столь же успешно, он всегда предпочитал роль карающей длани. Страх и Ужас – извечные союзники Ледяного Короля. Иных он не воспринимал.
— Ты становишься популярным, Картас. Все так и норовят заказать у тебя моё убийство, - Даррен усмехнулся. Впрочем, иногда бывало и по-другому. В тот раз, например, именно Картас предпочел обратиться к мятежной личности, предлагая сладкое свержение власти.
Мужик повёлся. Всё было сработано чисто, да наложница подвернулась под руку. Эта наложница…
Даррен качнул головой, раздражённо поджимая губы. Словно разгадав причину его неудовольствия, Картас свернул золотыми очами:
— … Эта женщина и не пытается, что даже странно. Я думал, она сорвётся намного раньше, попробует изничтожить тебя всеми доступными методами. Признаться честно, немного разочарован.
Да, по всему выходило, что попытки Картаса сблизиться с ней рухнули в бездну. Жрица его опасалась, как не опасались все остальные наложницы. Даррен считал, что схожая кровь полукровок будет добавлять баллы доверия, но ошибся.
Они оба ошиблись.
— Можешь расслабиться. Я могу и сам с ней разобраться.
На самом деле, Даррен был неприятно удивлен тем, что продолжает ждать от неё… Чего-то. Знака. Срыва. Попытки убийства. Масштабного заговора.
Она слишком своевольна. Он наказывал женщин и за меньшие проступки, но не воспользовался возможностью убить её. Дважды.
— Грязная кровь застилает взор Короля, - смеётся Картас и в его словах слишком много неприятной правды. Рыжехвосты вызывали у Даррена инстинктивное отвращение. Он не жалел их, когда убивал, кромсал, рубил и обрывал чужие жизни в мгновение ока.
И всё же, её золотые глаза, тягучие, как мёд, заставляли его … Не отступать. Но притормаживать. Даже этого достаточно, чтобы напрячься.
Светловолосый король отвлекается, углядев что-то за окном. Приближается, резко распахивает створки и интересуется:
— Леди, объясните, какого чёрта вы решили заняться исследованием крыш моего замка?
Сзади послышался сдавленный смешок от Картаса. Вот уж кого эта ситуация искренне веселила.
У меня складывалось ощущение, что Король Севера как минимум вездесущ. Или же поставил на меня маячок с отслеживанием. В конце концов, как у него получается так часто палить меня в самые неудобные моменты?
В каждую встречу мы, откровенно говоря, ругались. С моей стороны оное было сдобрено лестью и ядом (пока в переносном смысле), а вот Даррен не особо стеснялся в выражениях.
И в этот раз, на крыше, я приняла как можно более расслабленный вид:
— Загораю, Ваше Величество. Преступно мало солнца в последнее время.
Любуюсь минутным удивлением на его красивом лице и чувствую отчетливый смех Картаса на заднем фоне.
Брат… Я так и не осмыслила до конца полученную информацию. Однако, судя по моим наблюдениям, Картас был доверенным лицом короля, не только постоянно крутился рядом, так ещё и вёл себя намного смелее, чем следовало бы. Казалось, он один из всей свиты не боится за своё положение во дворце. Столь уверен? Видимо, причины на то имелись.
Среди наложниц ходили разные слухи. Например, были те, кто пытались охмурить этого юношу. Он даже отвечал им взаимностью. Но потом «избранные» девушки бесследно исчезали и под большим вопросом, что с ними происходило на самом деле.
Он не похож на цепного пса короля. Скорее… Цепной Лис?
Но у меня нет времени с этим разбираться. Нет времени ни на что. Я лишь подгадываю случай, идеальный случай для побега, молюсь для этого грозной богине. Пусть даст мне немного удачи. Не такие уж и серьезные у меня запросы, в самом деле.
К слову, о крыше, я просто искала удобную лазейку, чтобы быстро покинуть дворец… Но увы, теперь явно не получится. Даррен вытащил меня из окна, как нашкодившего котёнка и пару раз основательно встряхнул, заставив зашипеть от болевых ощущений.
— Вам стоит напомнить о достойном поведении?
— Ваше Величество, не существует запрета на подобное, ведь так?
— С вами, Церера, мне ежедневно приходится пополнять список запретов.
О, слава богам, позубоскалил и опустил, наконец, на землю. Воспользовавшись ситуацией, степенно удалилась, слыша отчетливое хмыканье царственной особы с довольно неприятным определением:
— Пигалица.
Губы сами растягиваются в хищный оскал. Как был ублюдком, так и остался… Но даже эти слова не способны испортить моё отличное настроение. Я прекрасно знала, что меньше чем через неделю будет праздник. Момент, когда я, возможно, смогу сбежать.
Вознесение Правителя – праздник, аналогичный стандартному «дню рождения». Королю исполнялось двадцать шесть лет, насколько я смогла понять. Церемониальная часть заключалась в посещении Храма, где должна пройти долгая, хвалебная служба. После этого Владыка проезжает по всей столице, где народ славит его и чествует. А потом – пир на весь мир, затрагивающий не только Замок Варош, но и Дворец Цветов.
Обычно, королевских наложниц прячут, так как они являются «бесценным сокровищем». Но только в этот праздник девушки имеют право беспрепятственно посетить пышный приём, нарядившись в яркие платья. Я видела, как много алкоголя завозят для торжеств, пьянка там намечается знатная.
И это, пожалуй, прекрасный момент для того, чтобы сбежать. Мало, мало… Мало времени. Я должна всё подготовить и тогда, наконец, обрету долгожданную свободу. От правил, от обязательств Храма, от метки и от зелёных глаз жестокого правителя.
У меня складывалось странное впечатление, что слуги заняты укреплением Дворца Цветов, словно мы на военном положении. Служанки сновали туда и обратно, настолько быстро, что я не поспевала за ними.
Странные дела творятся…
Я всё же изловчилась и притянула к себе за локоть одну служанку, хищно нависнув над ней:
— Так странно видеть подобное оживление… Что-то случилось?
— Ой! Госпожа, неужели вы не знаете?
Да, дорогая, если я спрашиваю, значит, очевидно, не знаю.
— У Короля Вознесение! – сообщила она мне счастливую и, увы, не новую информацию.
— При чём тут ваше странное укрепление Дворца?
— А, это… - девушка смутилась, отводя взгляд в сторону. Ну-ну, интересно.
— П-понимаете… Пьяные господа ночью будут к наложницам ломиться. Так каждый год бывает. Но мы стараемся минимизировать потери! Ох, вам тоже стоит быть осторожнее, госпожа.
Вот те на. Они что, вооруженные налёты устраивают? Я уже ничему не удивляюсь.
Час от часу не легче…
Так или иначе, но день Х наступил. Впервые за долгое время наложницам предложили королевские услуги массажа, кремов и даже целый банный комплекс. В обычное время довольствовались мы малым, но раз у Короля «вознесение», то можно и на его дам раскошелиться. К этому дню нам пошили прекрасные платья, которые многие даже не собирались использовать по назначению.
Половина наложниц идти на пирушку отказались, видимо, памятуя предыдущие разы. Мне было любопытно, но в этом плане я была солидарна с девушками. Меньше всего хотелось, чтобы меня изнасиловал по пьяни какой-нибудь говнюк.
Для побега было всё готово. Вещи припрятаны в укромном месте, дожидаясь своего часа. Кажется, я даже слышала, как громко возмущалась Велеата, визгливо обвиняющая служанок в том, что они потеряли её драгоценности.
Я примерила чёрное, длинное платье, которое для этого мира было чересчур откровенным, оголяя плечи и игриво приоткрывая стройные ноги. Но мне нравился тугой корсет, поддерживающий мою талию, а также чёрный шлейф, вкупе с кокетливо приспущенными полупрозрачными рукавами.
Вдвойне жаль, что вся эта красота вынуждена слоняться по Дворцу Цветов, в нервном ожидании конца пира. Я знала, что не убегу далеко без одной важной вещи. Её придётся украсть. А сделать это возможно лишь тогда, когда Даррен вырубится от выпитого.
Отчаянно скучая, вышла на балкон, ежась от резких порывов ледяного ветра. Яркий салют сиял всеми красками радуги. Теплая ночь для севера… Лето почти на исходе.
«А ведь мне уже семнадцать» - эта мысль проскочила сама собой. В вотчине Короля я почти семь месяцев. Это… Странно. Время течёт до обидного быстро.
И я всё ещё жива. Разве что метка, горящая на шее клеймом, не даёт расслабиться.
Ничего. Я сбегу. Для этого всё готово. До свободы всего один шаг в пугающую бездну.
… На подступах к обители наложниц послышались шум и ругань. Я с любопытством перегнулась через перила, отмечая то, что Король и его верноподданные, очевидно, дошли до той степени кондиции, что решились таки на штурм.
Второй час ночи, господа… Засовы трещали от нападок крепких, злых и чрезвычайно пьяных мужчин. Впрочем, если с ними Аскерос – они определенно прорвутся. Стоит начать обратный отсчёт.
Я слышала, как ломаются рубежи, заботливо укрепленные персоналом Дворца. Хм, по логике, мне бы укрыться, как и остальным наложницам, но… Разве этих захватчиков что-то сдержит? Да и моё пребывание на балконе, хотя бы, является неразгаданной тайной.
Впрочем, оказалось, что не для Короля. Я расслабленно облокотилась на перила, когда он вырос передо мною, в распахнутом парадном мундире. Пахнет пряной брагой. Немного вином.
И, совсем чуть-чуть… Кровью. Кровь всегда преследовала хладнокровного Короля.
— Прячешься? – его серебристые волосы растрепаны. Эта непривычная небрежность придавала мужчине разбойничий вид.
— Как я могу, Ваше Величество? – улыбаюсь, в этот раз даже искренне. На его лице спектр эмоций, вызванных опьянением. Он шумно вздыхает и неожиданно отчитывает меня:
— Ты ничего не подарила на Вознесение, наложница. Не уважаешь своего Короля?
Я словно ото сна очнулась. Вспомнила, насколько он опасен.
— Я подарила вам всю себя, неужели этого мало? – стараюсь заигрывать с ним, но Аскерос, бес его подери, хмурится.
— Нет. Ещё нет.
Он подаётся вперед и я едва не вскрикиваю. Потому что… Король перекинул меня через плечо, легко, как тростиночку.
— П-пустите! – я ощерилась, пытаясь вырваться из крепкой хватки. Но куда там… Захватчик с трофеем чинно покинул Дворец Цветов.
Знакомые покои, в которых мне уже доводилось унижаться перед ним. Даррен скидывает меня на кровать, словно тряпичную куклу. Я подбираю под себя ноги, следя за тем, как неспешно он стаскивает мундир с плеч, глядя мне в глаза.
Сын нимфы был сказочно прекрасен и не менее сказочно пьян. Его зелёные глаза лихорадочно мерцали, приковывая к себе внимание. Я не успела запротестовать, когда Аскерос одним ёмким движением подмял меня под себя, спуская рубашку со спины.
Кажется, я ему в этом помогла. Это желание звенело в голове колоколами. Я хотела его, глупо отрицать.
Ледяной Король – что-то неподвластное. Редкое оружие, которое даётся в руки добровольно лишь раз.
Должно быть, в итоге я уподобилась в низменных желаниях остальным наложницам, но… Не жалею о подобном.
Его руки властно задирают юбку платья, оглаживают мои бедра. Даррен покрывал изгиб шеи жгучими поцелуями и каждое это касание отзывалось в моей голове бешеным тамтамом.
Невозможный. Я не любила его, верно. Он вызывал уважение и низменную страсть, приправленную толикой страха. Но этот страх сейчас вовсе не останавливал, только распалял сильнее.
Метка на шее сжалась голодным пауком. Приносила боль, такую отрезвляющую… Возвращающую с небес на грешную землю.
— Даррен, - я впервые назвала его по имени, начиная выворачиваться из рук мужчины. Но он пресек мои попытки на корню, сжимая запястья в стальной хватке.
— Если твои губы яд – сейчас я согласен отравиться.
Этот шёпот заставляет меня шокировано уставиться на него. Аскерос воспользовался моим замешательством, мгновенно впиваясь в губы жадным поцелуем.
А я снова забылась.
Находиться в его руках, чувствовать горячие уста и рваные укусы… Кажется, ничего подобного я не испытывала ни с кем раннее.
Или позабыла? В любом случае, все меркло. Он – единственный, на кого стоило обращать внимание.
На губах выделяется горечь, которую Король слизывает с игривостью. Яд.
Меня прошибло холодным потом. Неужели на него он правда не действует? Я ведь даже не хотела этого, оно…
Само.
В панике пытаюсь вырваться из хватки Ледяного Короля, но он, кажется, не желает выпускать. Упрямый зверь. Мои освободившиеся руки потянулись к пафосной вазе, что стояла у изголовья кровати.
На этот раз я поцеловала Даррена первой, чувствуя пьянящий вкус его губ… А потом резко опустила вазу на затылок Короля.
Он вырубился беззвучно.
На миг я испугалась, что убила его. Но нет, пульс прощупывался… Таким его не сломишь. Я же была… В панике, если честно.
Яд. Метка. Король.
Я могу убить его. Но…
Зелёные глаза Севера не могут закрыться из-за одной упрямой южанки. Только не из-за меня.
Я смотрю на его руку и вижу тот самый перстень Триалона. Острая грань магического камня тускло манит. Обхватываю его, ловлю в зеркале своё бледное, изумленное отражение.
То, что нужно сделать, приходит само собой. И острая часть перстня безжалостно вспарывает кожу на шее сзади… Я безжалостно выкорчевываю метку, вскрикивая от невыносимой боли, едва не теряя сознание от этих ощущений.
Той ночью из Замка Варош исчезло сокровище Ледяного Короля.
… В неизвестном направлении…
Бежала 13-ая наложница.
Рубиновое вино причудливым образом плескалось в бокале, повинуясь моему ленивому жесту. Забавно, многие твердили, что этот особый сорт вина – слишком похож на вязкую кровь мертвеца.
Могу с уверенностью сказать – это не так. Рядом с моим братом на мертвецов я успел наглядеться вдоволь.
… Замок Варош гудел, как растревоженный палкой улей. Советники, стражники, рядовые слуги – все предавались одинаковой панике, как раннее пьянству. Этаж, на котором обитал Король, опасались посещать и раньше, но теперь, в этот раз…
В особенности.
Такое уже было. Это навевает некоторые воспоминания. Длинная курительная трубка выдувает сиреневые клубы, которые я жадно глотаю, заходясь в сухом кашле. Витиеватый дым рисует образы прошлого, которое я почти позабыл.
Там был Триалон – сумасбродный королёк, которому суждено создать огромнейшую смуту.
… У короля было семь сыновей и столько же дочерей, жил он в тёмном-тёмном замке, за чёрным морем…
Я был седьмым и мне же выпало «несчастье» стать любимым сыном. В том, если честно, мало моей заслуги.
… Была у того короля жена, что чахла день ото дня в неразделенной любви. И были у него наложницы, любовницы, фаворитки… Да только лишь одна из них ему по сердцу пришлась. Та-что-с-жёлтыми-глазами.
Перед взором мелькали смутные силуэты. Я поморщился, ловя своё отражение в тусклом, старом зеркале. Взгляд, как и прежде, сиял червонным златом. Когда-то я так это ненавидел, что порывался выколоть себе глаза.
Но, думаю, стоит признать… На самом деле я ненавидел свою мать.
Рыжий хвост , алые кудри. Бесстыжая, наглая женщина. Многие говорят, что цвет глаз рыжехвостам дан за редкую алчность. Мол, взгляд их давно впитал любовь к деньгам. Я же склонен полагать, что кроме денег она ничего и не любила.
В моей памяти застыл её образ. Эта невозможная красота, хитрая улыбка и умение вить нити из всех мужчин, что приближались к ней. Король – лишь один из многих. Её аппетиты росли, крепли… Как и жестокость. Она быстро разбаловалась чужим вниманием. Однажды попросила привести к себе молодых рабынь, чтобы сечь их нещадно, резать лица острым кинжалом… Она более всего на свете любила портить человеческие лица.
Дикарка, одним словом. Она говорила, что кровь молодых девушек полезна для её кожи, а Триалон принял это за чистую монету. Все их безумства происходили у меня на глазах. Эта женщина оберегала меня… Как ценный трофей.
Я был выгодным вложением. Тем, кто должен обеспечить ей прекрасное будущее. Следующим королём. Я был уверен, что она опустилась бы и до инцеста, чтобы укрепить своё положение.
Видят боги – дворец стал для меня самым ненавистным местом, клоакой вечного безумия. Я купался в ненависти пяти своих братьей и интригах многочисленных сестёр. И завидовал шестому брату, пропавшему без вести. Даже если он уже мертв – разве это не лучший выход?
Когда между первым и третьим принцем развязалась война, я отчасти выступил её причиной. Потому что этот ублюдок, мой отец, решил сделать седьмого принца наследником. Я помню, что потом потекли дни бессмысленного ожидания. Мои дни, очевидно, были сочтены. Каждый из братьев желал мне смерти и, в конечном итоге, не так важно, как именно я умру. Оставалось лишь вести пассивное существование, считая дни, которые казались бесконечными.
Ничто не имело значения. Я просто оставался разменной монетой в руках матери. Золотой, как её ясный взгляд.
Но всё изменилось, когда пришли вести о том, что шестой принц вернулся. Словно призрак возмездия, белокурый, яростный, несущий в своих руках магию тёмной метели и свирепый буран… Даррен уничтожал всех на своём пути.
Триалон, увы, умер своей смертью, не дождавшись мести отпрыска. Но моя мать занервничала, заперлась во Дворце Цветов, словно это и вправду могло её спасти. А я был восхищен снежной лавиной. Настолько, что вышел ему навстречу.
Холодное оружие, известный на весь мир Адегард коснулся моей шеи, чертя линию крови. Глаза Даррена полыхали яростью, а я, склонившийся перед ним, произнёс вдруг клятву, скрепляя её собственной кровью. Древняя магия обуяла меня, сковав вечной верностью шестому принцу.
« — Почему я должен сохранить тебе жизнь?
— Я никогда не предам тебя. И, потом… Я заплачу сполна»
В тот день я предал собственную мать и открыл Дворец Цветов войскам Даррена. Я отдал её ему в руки и смотрел, не в силах отвести взгляд, на то, как пожирает её ненависть Ледяного Короля.
Она так громко кричала. Так проклинала меня, мерзкого предателя. Сладкая музыка для ушей… Когда её кровь расплылась по полу, я понял: не монета.
Я больше не разменное золото.
Трубка потушилась в вине и я мотнул головой, зевая. Ко мне ворвался советник, всё твердя про то, что Король опять бушует.
Ах, да, он ведь потерял «сокровище». Упрямую рыжую женщину с хитрыми глазами.
«Даррен, ты и впрямь должен был убить её сразу… Но, с другой стороны, так интереснее»
Меня часто одолевала скука. Но с появлением тринадцатой, это чувство развеялось на ветру.
Чёртова дюжина, господа.
Я лениво поднимаюсь в покои Даррена, чувствуя, как щеки обдает морозом. Ох, ну надо же, он покрыл инеем весь этаж… А ты и правда зол, братец.
— Кар-ртас! – рык срывается с его губ, а мне остаётся лишь улыбнуться, разводя руками.
Вот он я, родимый.
Пришёл решить твои проблемы. Ведь ты, Король, всё ещё похож на ребёнка, у которого отняли драгоценную игрушку.
К чему нас приведёт эта женщина? К новой войне? Или же миру?
Я, к сожалению, не провидец.
Всё, что остаётся сказать…
— Я помогу найти её.
Мой долг не будет выплачен до самой смерти.
На въезде в приграничный город Радон творилось адское столпотворение. Пыль, ржание лошадей, людская ругань... Все смешалось в тот момент. Охранники гнусавыми голосами требовали сохранять спокойствие и увещевали торговцев, что это лишь плановая проверка , которую учредил Его Величество (а потому избежать ее никак нельзя). Причины подобного досмотра , тем временем, не уточнялись.
Одни говорили - дело в террористах, вторые рассказывали о шпионских схемах против нынешней верхушки власти. Были те, кто строили теории о дворцовом перевороте и незаконнорождённых королевских бастардах, а особо отчаянные так и вовсе твердили, что от Ледяного сбежала любовница. Или ее похитили? Тоже вариант.
Так или иначе, ясно было одно: торговые повозки досматривались, как и личные вещи приезжих . Личная гвардия Его Величества лютовала на территории всего Объединённого Севера, что заставило многочисленные преступные группировки схорониться в подполье, проклиная то, что заставило правителя так внезапно мобилизоваться.
Охранник вздохнул, лениво скользнув взглядом по очереди из горожан, которые выбирались за приделы Радона, а теперь возвращались обратно. Их досматривали не особо внимательно, потому как большее внимание уделяли чужакам. Очередь перешла к горбатой старухе , замотанной в чёрные тряпки, так ещё и слепой. Она опиралась на трость, больше часа находясь в этой очереди, но не жаловалась и не просила пропустить вперёд в силу возраста.
— Воршула, и ты вернулась? - миролюбиво спросил охранник, разглядывая ее. Эта дамочка появилась тут неделю назад, отколовшись от каравана степняков. Осела старуха временно, это все знали. Она и не скрывала, что ждёт корабля , который бы из Радона шёл в далёкие земли. Чтож, такие крупные корабли бывали у них не часто, стоило признать.
Воршула была гадалкой, но по пустякам не дурила. Раскладывала карты в цветном шатре, иногда по руке гадала. Охранник слышал, что она чем-то угодила местному преступному миру. То ли лекарство достала, то ли сильный яд сварила, о подробностях он не слыхал (да и не стремился, меньше знаешь - крепче спишь).
— Куда я денусь... - в ее скрипучем голосе сквозила усмешка. Не смотря на визгливые нотки, порой в тоне старухи звучала поистине молодецкая удаль. Волосы ее были чёрные, грязные и растрёпанные, но для степняков подобное в порядке нормы. Они седели поздно, а Воршуле, по прикидкам, было около пятидесяти лет, никак не больше.
Хотя, вполне возможно, что это горбатость ее портила, да крайняя степень запущенности. Были в городе те, кто считали, что Воршула намного моложе того возраста, который ей приписывали.
Но охраннику, конечно, было все равно. Он имел договорённости о том, чтобы пропускать старуху без тщательного досмотра.
— Твой корабль, говорят, через три дня придёт. Ну, куда тебе плыть? Оставайся в Радоне, здесь все тебе рады.
Серая повязка, скрывающая взгляд Воршулы, чуть дёрнулась (а может ему и показалось, все возможно ).
— Хе-ех... Мне предначертано жить в ином месте. Такова судьба, - ее голос прервался хриплым кашлем, после чего старая женщина исчезла в черте города, прижимая к боку тканевую сумку. На миг из - под повязки сверкнуло золотом, но она тотчас воровато поправила эту важную деталь.
Когда я нырнула в свой шатёр, успокоение нахлынуло волной тепла. Три дня... Три дня и моя цель свершится.
Я до сих пор не верю, что у меня получилось. Кажется - чуть прикрою глаза и очнусь ото сна, все в том же мрачном и гнетущем месте. Но на самом деле я сбежала.
Боги, я действительно сбежала!
Воспоминания как в тумане. Помню, как сняла кольцо с его руки и выкорчевала метку. Помню , как пробиралась по тёмным коридорам, разглядывая пьяных стражников. Хорошо, что мне хватило ума спрятать вещи в укромном месте заранее. Потом, укутавшись в выкраденный из прачечной плащ, я прокралась в сад, где был подготовлен подкоп.
Карта позволяла мне продумать свой путь заранее. Я знала, что первым делом меня будут искать у ближайших границ, а значит, туда идти нельзя. Пересечь не успею, только облегчу задачу преследователям.
Тугие рыжие волосы пришлось связать в аккуратную гульку, а сверху накинуть растрёпанный чёрный парик, украденный у артистов, показывающих то самое представление в день планового посещения. На глаза я нацепила повязку, сделанную весьма хитрым образом. Цвет моих глаз за ней не виден, я же могу видеть очертания окружающей действительности. Пришлось пустить на тряпки одно из платьев ради этого...
Так и родилась легенда о гадалке Воршуле. Я шла по лесу, пока не вышла к тракту. По счастью, недалёко находился караван степняков. Они были давними союзниками нашкорцев и часто останавливались в южных городах, потому я попросила их о небольшой помощи. Мол, приехала навестить сына, да оказалось он тут умер и идти мне теперь некуда . Хочу вернуться в Нашкор, но с пути совсем сбилась. Мы договорились, что они подвезут меня до ближайшего приграничного города, конечно, не бесплатно. Украденные драгоценности способствовали их согласию сотрудничать.
Я ждала подставы с обреченностью висельника. Мы уезжали все дальше от замка, а я чувствовала лишь мандраж загнанного животного. В голове билось лишь сумасшедшее:
"Хоть бы не поймали... Хоть бы...."
И в этот раз судьба решила мне подыграть, не иначе. Мы доехали до Радона, небольшого портового городка , граничащего с западными королевствами. Переходить границу было опасно, там меня могли раскрыть. Я приняла решение сбегать из страны морем, а потому с нетерпением ждала, когда причалит крупное судно, способное спасти меня из опасной ловушки.
Хотя, стоит признать, я недооценила Даррена. То, какие проверки начались следом за моим побегом... Это сильно. Он настолько уязвлён? В моей душе поднималась волна злорадства, сдобренная страхом. Если он меня найдёт, наша игра кончится печально. Аскерос насадит бережно отрубленную голову на пику.
... Но пока что мне сказочно везёт. В Радоне я сразу представилась гадалкой и едва не попала в переплёт. Оказывается, здесь много преступных группировок, которые без особой радости относятся к чужакам. Однако, на момент моего приезда, подельник крупнейшей группы контрабандистов страдал от сильнейшего отравления. Они решили, что пришедшая со степняками горбатая старуха сможет помочь им с этим. Но я мало что могла сказать. Определила, что страдает мужик не от сильного яда, но от запущенной стадии сальмонеллеза . К сожалению, в прошлой жизни сталкивалась с этой болезнью... Спасти его было уже невозможно.
По просьбе "Отца" контрабандистов, я дала ему быстрый яд, от которого мужчина сразу же умер. И после этого они посчитали своим долгом временно взять меня под крыло, даже предлагали остаться. Байка про сына им не сдалась, они сразу поняли, что я имею проблемы с законом. И что моложе того возраста, который так старательно наигрываю.
В общих чертах... Все сложилось неплохо. И лишь ночами я кричала от кошмаров, в которых звенела сталь, умирали от яда, а хищные глаза Ледяного Короля преследовали меня по пятам.
Если вы спросите «легко ли выживать, будучи в бегах?», я отвечу: не сложнее, чем во дворце, или храме. Моя жизнь в этом теле была посвящена выживанию с первых минут пробуждения. Я уже очень давно привыкла вздрагивать от любого шороха и искать подвох даже там, где его нету на самом деле.
Я засыпаю и просыпаюсь с мыслью, что этот день может оказаться последним. И мне это… Нравится.
Наверное, это адреналиновая игла. Едва ли я когда-то смогла бы жить иной, спокойной жизнью. А может, просто не задумывалась об этом.
… Если представишь, как дома ждёт заботливый муж, дети, тёплый дом…
Слишком легко в это поверишь. Ослабишь хватку. Нарушишь правила установленной игры. И неминуемо проиграешь
А цена проигрыша – смерть.
Нет, конечно, у меня нет времени об этом задумываться.
На торговой площади Радона стояло много разноцветных шатров. Там продавали благовония и редкие фрукты, лекарства и цветные бусы. Говорят, кое-где можно было найти редкое оружие, или даже торговцев людьми. Официально в Северных землях это было запрещено, но Радон словно стоял на перепутье всех направлений и правил. Слишком тёплый для Севера. Слишком грязный и скользкий.
Признаться честно, все это отчасти напоминало мне почти забытый Нашкор. Я находилась в одном из шатров, с покосившейся вывеской. Работала, если хотите конкретики.
К гадалке тут в основном заходили девушки и юноши в поисках любви. Те, кому и по ромашке достаточно погадать для веры. Я пела им лестью о красоте, любви, заморских странах и героях. И хотя это ложь, но ложь такая приятная, что за неё не грех отдать медяк. Бывало, что заходили рассорившиеся семейные пары, у которых не было детей. С такими разговор был совсем в иную степь, ибо им не обещания нужны, а психологическая помощь. Но в этом мире подобные услуги оказывали именно такие шарлатаны, как я, отлично знакомые с поведенческими основами. Сеанс гадания, в итоге, превращался в душевные разговоры о высоком и не очень. Я давала им советы о том, как улучшить сексуальную жизнь и взаимопонимание в семье, невольно хмыкая про себя. Из Дворца да в психологи (сексологи?)…
В общих чертах, услуги подобного характера оказывали также священники. Но мзду за подобную помощь они брали приличную, да и советы их на практики сводились к «обрати взор на Великих и всё будет прекрасно». Согласитесь, такое себе решение.
В общем, по итогам, работы у меня было достаточно. Я брала за услуги сущие копейки, но умные люди частенько приносили в дополнение натуральные продукты, за что им сердечное спасибо. Сегодня, правда, работать не особо хотелось. Я думала лишь о том, что еще немного и покину чёртов Север.
Пока я здесь – не чувствую себя свободной. Ощущение преследование не отпускает. Так недалеко и до паранойи… Мне приходится уговаривать себя, что всё в порядке и за мною не послали полчища диких псов. Но видя стражников в Радоне, мне всякий раз хочется запрыгнуть на ближайший корабль и уплыть далеко-далеко. Скоро так и случится.
Я старалась не строить многочисленных планов на будущее. Но, как минимум, мне придется найти хороших лекарей. Потому что я продолжала выделять яд. Тёмные сгустки, похожие на кровь, приходилось сцеживать со слюной. Яда становилось меньше, когда я отпускала на волю змеиное тело, шпионя за горожанами и вылавливая полезные слухи.
Люди говорили о повышении торговых пошлин и о бесчинстве работорговцев… А также о том, что внезапные проверки короля, быть может, к лучшему.
Я так не счит
Глава 1. Яд Змеи
Смерть – это только начало. Я поняла это, когда умерла.
Поправочка – когда меня убили.
Я помню… Жалкие обрывки.
Падение с высотки, стремительно приближающийся асфальт. Смерть пришла быстро, я едва успела ощутить эту ломающую боль.
Я думала, что увижу Рай, или Ад. Что-то одно я заслужила, определенно?
Открыв глаза… Я увидела раздвоенный язык.
***
В Нашкоре было солнечно и беспокойно. Привычная для всех духота в этот раз казалась невыносимой. И всё же, люди спешили, потому что сегодня был особенный день.
Каждые три года храмовники отбирали детей для того, чтобы служить Богине Азарре. По сложившейся традиции их интересовали только девочки. По ещё одной, менее популярной традиции – младенцев забирали из бедных сословий.
Впрочем, возможно оно и к лучшему. Нашкор небогатая страна и многие женщины были даже рады избавиться от лишнего голодного рта. Всяко лучше того, чем смотреть как твой ребёнок медленно умирает…
Испытание на "пригодность" всегда было одинаковым. Старая жрица в тёмных одеяниях проходила мимо матерей и отцов, держащих на руках младенцев. В своих же ладонях она держала ядовитую змею.
По общему правилу, служить в Храм забирали тех девочек, которые не плакали от вида кобры.
***
Я тогда изумилась, но не заплакала, как полагалось бы нормальному ребёнку. Откуда мне было знать, что это решит мою дальнейшую судьбу?
Женщина, державшая меня на руках, с дрожью передала малютку костлявой старухе. Та осмотрела свою ношу столь придирчиво , что желание по-детски возмутиться у меня всё же появилось.
– Кья! – вот, что я сказала. А чего вы хотите от ребенка девяти месяцев от роду?
– Хм. Желтоглазое дитя… – старуха пробормотала это, словно бы с укоризной глядя на мою мать, которая густо покраснела и начала оправдываться. Понять бы ещё, за что…
Так или иначе, но после старуха торжественно объявила, что я достойна пройти испытание вместе с остальными.
Матери же разрешили со мной попрощаться. Она размазала слезы по лицу, бегло чмокнула меня в лоб и просто отдала чужим людям, даже не раздумывая.
Испытание, какое к черту испытание… Я ведь младенец! Чего они от меня хотят?
***
Иной раз я задумывалась о том – что было бы, если бы всё получилось иначе?
Если бы меня не выбрали, не отняли у родных.
Впрочем, каждый раз я приходила к одному выводу…
Ничего хорошего.
Я разглядывала ошеломительный купол древнего Храма, посасывая большой палец руки. Это действо странным образом успокаивало и позволяло немного расслабиться…
Жрицы молились до поздней ночи над корзинками с детьми. Помимо меня там находились ещё пять девочек. Смугленькие, преимущественно с тёмными глазами. Кто-то из них тихо плакал, тоскуя по матери. Я же предпочитала хранить молчание.
Эй, эта женщина меня бросила почти сразу же, что не прибавляет родственных чувств.
Что важнее… Мне не нравились местные жрицы. Я не знала, какой богине они поклоняются, но глаза старух смотрели на детей безжалостно и сухо, как на куски бесправного мяса.
Впрочем, Верховная была и того хуже. Высокая и худая, казалось, кожа охватывает ее тонкие кости в натяг. Совершенно слепая, но с отпечатком таинственной тьмы на лице, она внушала мне истинную дрожь. Того и гляди: эта бледная тонкая кожа порвётся, выпуская что-то, что целое столетие взращивалось в теле женщины…
Детское желание расплакаться взметнулось где-то на кромке сознания.
Но прежде… Верховная взмахнула тонкой рукой и корзины медленно опустили в неглубокий колодец. Лунный свет, лившийся из купола, едва касался его верхних ступеней.
Я вылезла из своей корзинки, ровно как и остальные дети. Этот колодец явно не нес хорошие новости.
А потом они кинули в колодец змею, равной которой я не видела на свете.
У неё был капюшон, как у кобры, но какой-то перепончатый, расходившийся агрессивными клиньями. Её морда просто огромная, как у удава, а клыки… Эти исполинские клыки, с которых капают тёмные бусины яда.
Я поняла. Суть испытания, видимо, выжить.
Подтверждая мои худшие опасения, двери в храм закрылись и все ушли.
Я поползла в самый темный и дальний угол, забилась в него, в надежде что исполинская тварь не тронет меня.
Отчаяние захватывало мой разум. Я ребенок, только ребенок… Я ничего им не могу сделать.
Тем временем острые клыки змеи пронзили ручку одной из девочек. Та пронзительно закричала и от этого крика остальные заплакали.
Самую громкую из плакальщиц тварь задушила. Остальных она методично и зло кусала, пока они, в конце концов, не затихали.
Мне хотелось закрыть глаза, но я не могла. Словно чувствуя, что от этого зависит моя жизнь… Я смотрела на то, как медленно синели тела детей, моих одногодок. Как они хрипели, задыхаясь, закатывали глазки к омерзительно яркой луне.
А я смотрела вперед, в жёлто-зелёные змеиные глаза.
Змея подобралась так близко, почти вплотную.
Я чувствовала, что, отведя взор, подпишу себе смертный приговор. Холод, жгучий страх отравляли меня сильнее яда. Я паниковала, билась в ужасе, но не проронила ни писка.
Я хочу жить. Боже, как я хочу жить…
Наверное, я всё же заснула, потому что, открыв глаза, ощутила тиски на теле. Змея сторожила меня, обвив тугим телом. Но не сжимала.
С первыми лучами рассвета… В колодец спустили корзинку. Едва передвигая отекшими, онемевшими ручками, я подползла к ней, беззвучно плача от ужаса.
Меня всё еще могут убить, сейчас, когда я так близка к спасению.
Покачнувшись, корзина подняла вверх ребенка и змею.
Верховная жрица торжественно возвестила:
– Желтоглазое дитя станет частью Змеиного Храма Азарры. Я нарекаю тебя Церера.
Зови меня как хочешь, слепая бабуся.
Вот только я не смотрю на тебя, только лишь в зев колодца, где лежат пять мертвых девочек.
И, знаете… Когда-нибудь я уничтожу вас так, как вы уничтожили их.
Глава 2. Адаптация
С той минуты, когда меня признали частью Храма… Покоя не было.
Но я успела оценить жестокие методы обучения здесь. Нас учили подчиняться, не ломая волю напрямую – но филигранно обрабатывая все «шероховатости» характера. За каждый проступок следовало неминуемое наказание. Эту истину я приняла быстро и с улыбкой на лице.
Впрочем, то, что нам всем вдалбливали активнее всего: «Выжить в этом мире непросто. И вам еще повезло».
Оценивать масштабы своего везения я предпочитала самостоятельно. Затаившись, я слушала и усваивала каждое слово старших, пытаясь понять условия моего пребывания здесь. Грустно, что информации было так мало. Я подвергала её тщательному анализу, делала свои выводы… И училась выживать. Благо, времени было хоть отбавляй.
Начиная с десяти лет девочек здесь нагружают тяжелейшими тренировками.
До этого времени мы вырастаем на попечении Храма, впитывая основы о Великой Богине Азарре. И то, что я успела уяснить… Не особо радовало.
Азарра – одна из Первых богинь мира. Впрочем, в других странах её почитали намного меньше, чем в Нашкоре.
И это не удивительно: страны выбирали главными богами тех, кто напрямую зависел от их благополучия. Морских, речных, воинствующих и плодородных…
Но Нашкору, увы, не повезло.
Эта страна находится в каменистой местности, изредка заносится песком, приходящим со Степи. Скудные растения, скудные урожаи, мало живности…
С одной стороны прижимают дикие кочевники, с другой – правители огромных государств, недоумевающих, как такая мелочь еще существует?
Ответ прост : все дело в Азарре. Змеиная богиня не только охраняла эти земли, но и подарила возможность взращивать особенных детей.
И один из столпов, на котором держится Нашкор… Это последующая продажа таких детей.
Да-да, вы не ослышались. Об этом мне рассказала сердобольная послушница, ухаживающая за мной.
– Пришли дурные вести… Госпожа Береника умерла. Можешь себе представить? Убита заговорщиками… Ах, какая чудесная она была жрица. Такая красивая.
– По-че-му? – я выговаривала слова медленно, стараясь не показать уровень своего развития.
– А? Прости, малышка. Но в этом суть жриц. Когда ты вырастишь, ты отправишься к какому-нибудь королю…
Да-да. А Храм получит с этого деньги. Причем немалые! Взращивая прекрасные девичьи цветы, Храм давал им красоту, умение соблазнять и гибкость тела. Правители государств относились к жрицам как к диковинкам, купить для себя такую считалось экзотичным. Наш статус равнялся статусу очень дорогих проституток…
Взамен же Нашкор получал деньги, полезные связи, иногда удобные договора и даже защиту.
Казалось бы – все просто?
Но мало кто знал, что эти чудные цветки напитаны ядом.
Самый соблазнительный нашкорский подарок был еще и смертельным оружием. С пяти лет мы начинали потреблять особый яд, напитанный магией Азарры. Через несколько лет постоянного насыщения, этот яд сливался с телом.
Страдания от его потребления, граничащие со смертными судорогами… Окупались тем, что в дальнейшем мы могли выделять его беспрепятственно.
Заговорщики обожали пользоваться услугами Жриц. Ведь один поцелуй с такой наложницей мог привести к скорой смерти правителя.
Я помню, как впервые мне дали попробовать яд. Помню раздирающую боль и как меня рвало кровавыми ошметками. После этой процедуры, я не могла есть и пить. Вода казалась обжигающей лавой, проходящей по обожженному горлу. Но каждую неделю экзекуция повторялась, не взирая на моё плачевное состояние.
Так или иначе, но к моему десятилетию, я наконец познакомилась с остальными юными жрицами. Их оказалось не меньше пятнадцати, разных возрастов.
Утром мы тренировали тело, днём учились, а вечерами погружались в медитацию в Храме…
И всё же, в те редкие моменты, когда была возможность пообщаться, я вдруг осознала : эти девчонки меня на самом деле не любят. Почти инстинктивно.
Ох. Не уж то дедовщина? Будучи младшей, я не иду с ними на контакт.
А стоило бы? Не думаю.
Долгожданный ответ пришел позднее… Одна из девушек выпалила мне это прямо в лицо, после тренировки на деревянном шесте:
– Как же ты бесишь! Ходишь со своим высокомерным лицом, словно тебе всё позволено. Старшие постоянно твердят, что богиня выделила тебя «по-особенному». Но это бред! Ты же желтоглазая, знай своё место!
В тот момент я поняла, что цвет моих глаз имеет для этого мира особое значение.
***
И всё же, жизнь в Храме была несладкой.
Раз за разом приходилось молиться в неудобной позе преклонения, а потом несколько часов растирать затекшие ноги . Тренироваться, танцевать под надзором суровых преподавателей, получая удары палками за каждое неверное движение.
Многие девчонки подворачивали ноги, падали и получали травмы. Некоторые не выдерживали нагрузку и лишались сознания на тренировках, но за такое лишали еды на несколько дней и запирали на ночь в холодной, узкой каморке
Я, увы, не стала исключением.
Даже не могу вспомнить, как именно это случилось… Просто сознание вдруг укрыла тёплая пелена тьмы, а очнулась я уже в месте для наказаний. Ледяные стены дарили определённую отраду для горящей от синяков кожи. В каморке не было света, но часть черепицы покосилась, так, что был виден малый кусочек звёздного неба.
Оттуда на меня смотрели холодные и совершенно чужие боги. Могу поклясться, что чувствую их внимательные взгляды.
Смотрите, смотрите, господа… А я для вас станцую.
На следующий день меня выпустили на занятия.
Наше обучение в теоретической части больше подвержено влиянию религии. Мы изучали основы истории, математики, совсем бегло – литературу. Нас учили писать. Более подробно мы познавали языки, этносы народов, географию и то, что называлось "светскими слухами". Коллекция разобщенной информации о других странах.
Обучение было очень выборочным, а информация крайне дозированной. Куклы не должны знать слишком много, но достаточно, чтобы выжить.
Из пятнадцати юных Жриц – три были близки к совершеннолетию. Они и сказали нам, что в четырнадцать лет большинство предметов заменят уроки по соблазнению.
Чтож, это звучит логично для такого места… Не так ли?
Глава 3. Аннар
Однажды, промывая вспухшее бедро, на котором возникла гематома… Я отчетливо ощутила на себе чей-то внимательный взгляд.
Источник горячей воды был обнесен частоколом из бамбука. Впрочем, от моих зорких глаз не укрылась небольшая брешь в нем. Оттуда, очевидно, за мной и наблюдали.
И, определенно, это мужчина.
Я улыбнулась краешком губ, стягивая с себя тонкие одеяния. Мое тело еще недостаточно сформировалось, мне ведь лишь двенадцать. Но мой ум был куда старше.
В нём крепло осознание собственной привлекательности. Юное, гибкое тело, подтянутое ежедневными выматывающими тренировками… Есть те, кто могут оценить его по достоинству. И я хотела воспользоваться незнакомцем, что так беззастенчиво меня разглядывает.
«В своей прошлой жизни… Разве я была такой же? Расчетливой – пожалуй, да. Но не настолько соблазнительной. У меня была дурная внешность, но даже тогда я умела «завораживать и привлекать». Знала, как правильно это делается»
– Зачем ты там прячешься? – спокойно плавая в источнике, я внезапно повернулась к забору, вопросительно приподняв бровь. Мой ласковый смешок намекнул на то, что я вовсе не собираюсь звать на помощь «нянек».
Из щели вылез, смущаясь, совсем юнец – лет семнадцати навскидку. Веснушчатый, простоватый… И с явным недостатком женского внимания. Какая прелесть.
– П-простите, Ваша Светлость… Я… Меня зовут Аннар.
Ах, да. Это в Храме к нам относились, как к персональным рабыням, но простой народ и впрямь считал нас "светлыми леди".
Оно и верно. Так удобнее влиять на чужие умы.
Юные жрицы были весьма красивы. А я… Стоит признать, в этом теле, даже обгоняла своих сверстниц.
Волосы цвета багряного заката, вьющиеся и блестящие. Глаза, жёлтые, дикие, внимательные и лукавые. Смугловатая кожа, свойственная жителям Нашкора. Я красива. Даже в двенадцать лет. И он, Аннар, это понимал.
– Тебе нравится смотреть на меня? Хах, ты такой странный.
– Госпожа… – он покрылся густым румянцем. Ах, да, я ведь обнажена. Что за потрясающая неловкость, которую из нас двоих чувствовал лишь этот деревенский паренёк.
– Я позволю тебе смотреть на меня и, возможно, даже, дотронуться… Но тебе придется кое-что сделать за это.
Я улыбнулась настолько очаровательно, что едва скулы не свело. Можно попытаться влюбить его в себя, но это слишком долго и «дорого».
Не хочу. Я не верю в любовь, а верю в похоть.
Если что-то у меня и есть в этом мире, так это красивое тело… Приходится распоряжаться данностью.
* * *
Я не просила драгоценностей, или чего-то подобного. Просто подговорила его приносить мне «неучтенные книги». По философии и психологии, по медицине. Во мне горела жажда знаний, узнать истинный уровень этого мира. Также я интересовалась политикой и теневой историей Нашкора. Всё перечисленное мне удалось получить из рук Аннара, но вот о желтоглазых он ничего найти так и не смог.
– Сам не знаю, в чем проблема… Возможно вся информация в засекреченных архивах, а туда допуска у меня нет. Мать просто говорила, что желтоглазые – дурной знак… Это всем известно. – он неторопливо говорит, массируя мне плечи. А я пытаюсь лихорадочно структурировать информацию.
Очевидно, что Жрицы о желтых глазах знают даже больше, чем нужно. Как и моя мать… А вот простой народ получает крупицы неполных знаний, на уровне банальных домыслов и «пугалок».
Ладно, я и не думала, что будет просто.
Куда важнее… Что в последнее время взгляд Аннара изменился.
Нет, как и раньше, юноша то и дело пожирал меня глазами. Но к этому теперь примешалось кое-что иное. На наших свиданиях в источнике он смотрел на меня пылко и нежно. Так, словно… Влюбился.
И это стало сигналом: стоит срочно порвать все отношения. Влюбленный мужчина – опасен, способен зайти за рамки договоренностей.
«Любовь… Слишком убийственное чувство. Мне ли не знать?
Ведь меня убили именно из-за неё»
– Что? Перестать видеться? Да как ты… Ты не сможешь без меня! – покрасневший от гнева Аннар кричал на меня, заставляя морщиться. Я склонила голову набок, отвечая ему издевательской, мягкой улыбкой.
– Думаешь? Ты так наивен…Правда считал, что я сбегу в итоге с тобой? Чистота Жриц стоит дорого, мой милый. Слишком дорого, чтобы ты мог уплатить цену.
Я могла позволить ему смотреть, не отрываясь. Могла даже позволить ему дотронуться до себя. Но о большем речи не шло. По его расширившимся глазам я понимала, что парень и сам об этом думал, просто отказывался признавать до последнего.
– Дура. Ты такая дура… Большинство Жриц могут лишь мечтать о любви!
– Да что ты об этом знаешь?… – я проронила это неосознанно холодно, перестав на краткий миг контролировать собственные эмоции.
На самом деле, любовь мешает, Аннар. Мешает всем сильным мира сего. Она отнимает вострый клинок и поражает в самую душу. Любовь ведет рука об руку войну, предательство и смерть.
Но тебе, конечно, не стоит об этом знать.
– Ты еще пожалеешь. – шепчет он, бессильно сжимая пальцы в кулаки.
Это неправда. Я никогда о таком не жалела.
* * *
Пожалуй, остальные воспитанницы Храма изначально изолировали меня от своего общества. Возможно, это происходило неосознанно, но девушки давно разбились на стайки. И ни в одну из них я не входила.
Не то чтобы это действительно меня волновало, в прошлой жизни я тоже не верила в женскую дружбу. К тому же, подобное одиночество имело свои плюсы, мне не нужно было тратить время и энергию на девчачьи разговоры. Устроить же физическую подлянку никто бы из девушек не осмелился: Старшие внимательно следили за каждым нашим шагом. От их цепких взглядов ничто не ускользало. И мне пришлось вскоре в этом убедиться на собственном опыте.
Тогда наши смотрительницы вызвали меня на личный разговор.
– Церера. Я вижу, что ты не нравишься остальным девушкам. Не думала это изменить?
– Святейшая, я принимаю судьбу с гордостью. Не в этом мое предназначение.
В ответ раздался скрипучий, как половица, смешок.
– Да, далеко пойдешь, девочка… Ты знаешь себе цену, не так ли? Не продешеви.
Странный озноб прошёлся по моей спине, теряясь в районе копчика. Я вдруг поняла, что наши встречи с Аннаром не остались в секрете. Она явно всё знает, чертова карга.
Меня не наказали, но стали сильнее нагружать тренировками, стараясь забить всё возможное свободное время физическими испытаниями.
А потом произошло ещё кое-что…
Эту юную Жрицу звали Кита. По моему мнению, она мало чем отличалась от остальных, впрочем, была довольно миловидной.
Как-то, во время молитв, я ощутила на себе ее внимательный, горделивый взгляд. Скорее всего, она и не пыталась скрыть своего явного превосходства. Вопрос только – в чем именно?
Ответ я узнала совсем скоро, мне буквально подали его на блюдечке с голубой каемочкой. Аннар начал ухаживать за Китой, видимо познакомившись с ней в том же источнике. Его отчаянные попытки привлечь внимание казались мне откровенно глупыми, а дел было слишком много, чтобы волноваться на их счёт. Как оказалось – очень зря.
Спустя несколько месяцев…
Всех нас неожиданно сорвали с тренировки, в срочном порядке потребовав явиться в главный зал Храма. Старшие Жрицы стояли посреди гигантского помещения, с суровыми лицами, на которых застыла маска скорби. У их ног находилась заплаканная Кита, которая держалась за вспухшую щеку.
– Ваша очаровательная подруга – беременна. – вот о чем яростно прошипела одна из Старших.
Эти слова – бомба замедленного действия, поразившая разом всех.
Я невольно ахнула. Ките было шестнадцать, через год она достигала местного совершеннолетия… Прекрасный возраст, чтобы отправиться в услужение к правителю. Но она беременна. Это делает ее статус ничтожным, а «товар» – безнадёжно испорченным.
– За её проступок все вы будете отвечать, – жестко провозгласила женщина.
Мы получили по пять ударов розгами. Я до сих пор помню звук тонких прутьев, рассекающих воздух с звонким свистом… И вскрики, полные боли. Некоторые из них принадлежали непосредственно мне.
С тех пор наш режим стал невыносимо суровым, нам максимально урезали возможность выбираться в город, или элементарно общаться с кем-то вне Храма.
Но судьба Киты была более болезненной.
Старшие вызвали бледного Аннара и его отца, торговца рыбой. Прямо спросили, желают ли эти двое выкупить девушку у Храма. Но таких денег даже при желании они бы не набрали.
После этого, бывшую жрицу напоили львиной долей яда, и у нее случился выкидыш. Девушку выдворили вон, едва живую, зная, что она вряд ли когда-нибудь оправится. Они также постановили ей собирать пожертвования для Храма, будучи бродяжкой-побирушкой. Так до тех пор, пока не отдаст все деньги за свой выкуп.
Одним словом… До конца жизни.
До нас попытались донести все подробности о её судьбе, в назидание. И тогда, впервые за долгое время, я сцепилась с другой жрицей.
– Это все ты виновата!
– В том, что она оказалась глупа и падка на мужчин?
– Ты первой начала это, Цейра! Ты это сделала и Кита решила, что и ей можно… Надеюсь тебе достанется самый жестокий ублюдок из всех. Я поспособствую этому.
Так, бывшая подруга Киты, Эния… Объявила меня своим врагом.
И это, увы, выходило за границы обычной неприязни.
Глава 4. Жёлтые глаза
Я долго думала над тем, как именно мне собираются мстить, поэтому была настороже, подсознательно выискивая подвох.
Однако, время шло, а ничего такого не происходило. Девушки вели себя всё также отстраненно, Эния хранила гордое молчание. Подозрительное затишье перед бурей.
Тем временем, близилась церемония Ритуала Жриц. У меня и у некоторых других девушек начались наконец уроки соблазнения. С этих пор наши тела каждую ночь покрывали ароматными маслами и специальными растворами, от которых кожа пахла цветами и чем-то волнующе-вкусным.
Так как первым мужчиной у девушек из Храма должен стать тот, кто их купит, уроки касались лишь плотского ублажения, без прямого проникновения.
Как довести до оргазма невинными движениями, как угодить даже самому взыскательному «клиенту»… Они не скупились на наше обучение и, должно быть, стоило даже поблагодарить их за подобное рвение. Нас избавляли от ненужных стеснений и учили верить в свою значимость.
«Вы – драгоценные Цветы Храма…»
… Что значит: «обязаны услаждать чужие взоры».
А вскоре после начала этих уроков нас начали готовить и к загадочному Ритуалу. Ритуал – одна из главных особенностей Храма. Местные верования говорили о том, что на нём мы впервые встретимся с богиней, которой служим. Нам оказана великая честь : отдать ей жизненную энергию, в обмен на необыкновенную силу. Жрицы утверждали, что богиня возьмёт не так уж и много энергии, но я всё равно напряглась от такой формулировки.
Ритуал подразумевал, конечно, танец. Ритмичный, дикий и безумный, о котором вряд ли слышали в моем родном мире. Тренировки по такому случаю были особенно ожесточенными – с утра и до глубокой ночи. Я возвращалась в кровать, еле живая от усталости и засыпала, едва коснувшись головой подушки. Нисколько не успокаивал и тот факт, что Ритуал отсчитывал минуты до моего взросления. Момента… Когда Храм придётся покинуть.
***
В день Икс мы красили наши полуобнаженные тела золотой краской, искоса оглядывая величественный Храм. По бокам главного зала стояли женщины в темных одеждах, возносившие однотонный речитатив, прославляющий богиню. Языческие письмена покрывали стены Храма, потолок имитировал звёздное небо со всеми созвездиями. Ярко горели огни, отбрасывая цветные блики.
– Церера. Тебе выпала честь открывать Ритуал. – торжественно проговорила Верховная, сухо усмехнувшись. В ее глазах плавала неприкрытая насмешка.
Я внутренне сжалась, сделав шаг в центр пустого зала босыми ногами. Холод пола заставил поежиться, прикрыть глаза на миг. Дрожащие пальцы сжались в кулачки, а кто-то из девушек за моей спиной рассмеялся.
Ногти впиваются в ладонь. Ничего, эта боль – во благо, она отрезвляет.
Их насмешки подстегивали. С первыми перебоями барабанов я начала ритмично двигаться. Четкие, выверенные движения без конкретного шаблона, переходящие на вседозволенный язык тела.
Я вспомнила, сколько раз падала на тренировках и тотчас слегка не так поставила ногу, за что и поплатилась. Неприятная боль отозвалась в лодыжке – но останавливать Ритуал было нельзя.
Меня захлестнула злость от того, что все они ждут моего провала, какого-то болезненного падения. И потому я никак не могу себе это позволить. Начало танца – выученное и известное. Но на середине начинается импровизация. Ты говоришь своим телом, беззвучно кричишь и рассказываешь только ту историю, которая достойна ушей богини.
Вскинутые кверху изящные руки тянулись, словно змеи к созвездиям на потолке. Золотая краска на теле нестерпимо горела, словно жидкий огонь на теле. Музыка становилась громче, ритмичнее, а я будто танцевала на раскаленных углях. Ни секунды передышки – только волосы рассекают пространство витыми медными кольцами.
Этот танец казался бесконечным, болезненным и слишком резким. Мой разум сосредоточился на нём, очистился от лишних убеждений. И я попустила момент, когда…
… когда сознание стало вязким мёдом, а душа словно вылетела из тела, отстраняясь от боли в ступнях, суставах и голове. Ритмы музыки стали такими далекими и неважными.
Я парила. Поднималась выше своей головы, своего взора. Ощущение лёгкости и безумного счастья заполнило сердце, потому что…
Вместо сводчатого потолка Храма, я видела космос. Живую тьму с сияющими звёздами, до которых можно было дотронуться руками. За мной наблюдали существа, родом с небес. И, увы, у меня не хватило бы слов, чтобы описать их грандиозность. Тем более… Что я просто боялась смотреть на них прямо.
Тогда что-то древнее взмыло над моей головой, рассекая звёзды пополам. Огромный змеиный глаз с вертикальным зрачком начал приближаться и я, похолодев от ужаса, лишь шептала губами знакомый речитатив молитвы.
Чтобы затем быть проглоченной.
– Кхх! – сухой воздух словно лава опалил горло, я свалилась, как подкошенная.
Из тела стремительно уходили силы, будто их просто высасывали. Я до крови прикусила губу, видя мутную пелену перед глазами.
Храм… Жрицы… Змея…
Змея.
Да, золотая змея свернулась кольцами около моих сбитых колен. Красивая, с изящным узором на чешуе. Коротко зашипев (мне казалось, я понимаю её) существо подползло ближе и стало немыслимым образом заползать мне под кожу.
Запястье мгновенно обожгло острой болью, я взвизгнула, панически желая прекратить эту муку. Но одна из Жриц схватила меня за руку, не давая прервать происходящее.
Медленно, сантиметр за сантиметров, продолговатое змеиное тело погружалось в мою плоть, принося агонизирующую боль. Наконец, тварь заползла полностью. Левая рука, до локтя, покрылась татуировкой золотой змеи.
В тот день я впервые услышала чужой голос в голове. Голос друга и преданного существа.
"Здравствуй, Церера. Теперь мы будем вместе до самой смерти"
***
Наконец-то у меня появилось что-то вроде читов. Я знала, что в этом мире магия в ходу, но обладают ею единицы…
К сожалению я к ним не отношусь. Впрочем, ритуал отчасти исправляет эту оплошность. Благодаря нему, у меня теперь есть крупицы сил богини. Всего одна искорка , но и это уже немалый плюс. Ведь теперь я не была столь беззащитной.
Магическая метка на моей руке могла делать татуированную змею реальной. Наши мысли с ней постепенно слились и она стала моим фамильяром, чем-то вроде него.
Змея могла быть отдельным от меня существом, выполняя функции защиты и нападения. Но также она могла стать моими глазами. Для этого нужно было впасть в транс и покинуть человеческое тело самовольно, беря под контроль гибкое вместилище фамильяра.
Правда, за пользование этими способностями приходилось платить. Змею нужно было кормить тушками животных, а если их нет – своей кровью.
И, стоило признать: она была моим козырем лишь для одного решающего удара по врагу. Удара, который может быть смертельным только при близком расстоянии.
В общем, не так уж и много. Остальные жрицы также были одарены змеями, но, как оказалось, те исполняли только функции защиты/атаки. Старшие твердили, что мой ритуал прошёл успешнее.
Как только первое слияние завершилось, я решила воспользоваться ее глазами, для чего долго медитировала, раз за разом просыпаясь в узком и длинном теле, покрытом чешуёй.
Однажды я все-таки решилась на вылазку. Недалёко от нашего храма находилась городская библиотека. Я изучила ее очень подробно, чтобы понять: в ней есть архивы, не доступные простым смертным.
Через чёрный ход, мое змеиное тело ползло под потолком библиотеки, пробираясь в узкие ходы. Я несколько раз заблудилась, прежде чем нашла внутренний архив. Как хорошо, что здесь документы и книги не запирают. Не столь благосклонны к ним.
В алфавитном порядке, я внимательно изучила документы на букву "Ж", но не нашла ни одного названия , упоминающего желтые глаза.
Тогда я полезла в отдел местной медицины и начала шарить уже там. На сей раз удача улыбнулась – мне удалось найти книгу, где разъяснялись генетические аномалии глаз и вот там наконец упомянули желтый цвет.
"… такой цвет глаз характерен для потомков племени рыжехвостов…".
Отлично, это уже зацепка! Я должна знать, за что эти люди презрительно и пренебрежительно относятся ко мне. Разгадка близка.
Найденная о рыжехвостах книга, была скорее потрепанным сборником легенд. Прилично устав шататься в подобном теле с непривычки, я просто выдрала большую часть страниц и сжала ее челюстями, заталкиваясь в дыру в стене.
Обратный путь был очень сложным, потому что я сильно хотела свернуться клубком и отдохнуть. Не знаю, как добралась до своей комнаты… Всё было как в тумане. Это был мой первый опыт такого долгого путешествия в змеином теле. Когда я вернулась в своё, просто отрубилась до утра.
…И все же то, что я украла, утолило любопытство.
Племя рыжехвостов – особая раса, поклоняющаяся диким лесным богам. Они имеют человеческое обличье, но одарены также лисьими ушами и хвостом. Рыжехвосты мастера перевоплощений и научились маскировать свои хвосты и уши. Их, как не сложно понять… Крайне не любят люди.
Вероломные, жестокие и капризные, эти оборотни никого не жалеют и не щадят. Они хитры и коварны, обожают использовать всех для своего блага. Их жадность разрушительна – рыжехвост с лёгкостью оберет тебя до нитки. Хуже всего то, что они по-настоящему соблазнительны для людей. Выделяют особые феромоны, заставляющие человеческих наивных существ млеть и плавиться.
Полюбить рыжехвоста – означает потерять все. Они также известны случаями людоедства, дикие представители племени любят сжирать чужие сердца. Не от того, что им не хватает еды – просто так, для потехи.
Благо, рыжехвосты не привязаны к собственному потомству. Бросают детей сразу после рождения. Полукровки от совокупления с ними рождаются с прекрасными золотыми глазами, зачастую обладают подобной соблазнительностью.
Я хмыкнула . Это так забавно… О жестокости этой расы знают, их ненавидят, но все равно попадаются в эту ловушку. Спят с ними, рожают детей, прекрасных как заря… Говорят, что у этих детей нет сердца. Как племя рыжехвостых не способно любить , так и они.
Мне это подходит. Потому что.... Любовь слишком пагубное чувство.
Под конец чтения я нашла вкладыш. Там, кривыми буквами, кто-то написал о том, что на данный момент все племя истреблено Королем с Севера. Остались лишь единичные его представители , да полукровки как я. Столько информации за короткий промежуток времени… Мне нужно время, чтобы осознать.
Жаль, что вскоре мне стало не до этого. Ибо месть Энии готовилась свершиться.
Глава 5. Пари на жизнь
. . . На самом деле, я ожидала проблем.
Чем взрослее становились девочки из Храма, чем больше набирали юных, совсем неопытных Жриц… Тем ближе злополучное время, когда нам придется, наконец, покинуть Храм. Будущее было смутным и совсем безрадостным. Единственная доступная путевка прочь отсюда, вела в гарем к какому-нибудь вельможе. Я не собиралась излишне драматизировать. Да, моя жизнь в этом мире постоянно зависит от кого-то. И гарем – не свобода, лишь передача игрушки (меня) в другие руки. Как бы не хотелось вырваться из оков, бунт ничего не решит. Приходится действовать хитрее и… По обстоятельствам.
Между делом, мне исполнилось шестнадцать несколько месяцев назад. Совершеннолетие здесь наступает в семнадцать лет, однако же… Мой возраст уже опасный. Тот самый, когда начинается «продажа». Но проблемы начались раньше того срока, который я планировала.
В тот день нас собрали в большом зале Храма. Это неумолимо напоминало другой момент, когда мы также стояли и тут выносили приговор Ките… Та же атмосфера странной неизбежности пропитывала воздух, делала его тяжелым и горьким.
Среди всех присутствовала и Верховная Жрица. Мы почтительно склонились перед ней, ожидая вердикта. Она разлепила сухие губы и проронила:
– … Король Тадеуш, правитель Морровинга, недавно лишился одной из жен. Он просит отправить к нему еще одну девушку.
Я напряглась. О Тадеуше мы все были наслышаны – и не только потому что изучали благородные дома. Этот жирный, старый боров, выкупил по очередности трёх молоденьких жриц. Все они, со временем, погибли у него.
Говорят, Тадеуш садист, любитель извращенных практик. Его тело давно гниет от болезни, но он продолжает держаться на запретной магии южных колдунов. Этот старый пердун обожает молоденьких девушек… Дольше двух лет жрицы у него не продержались.
Одни умирали от полученных ран при сексуальных пытках (по слухам, он любил делать надрезы в телах своих любовниц… чтобы пихать своё туда достоинство), другие заражались и неминуемо гибли от болезни. И все же, Морровинг было очень выгодно контролировать.
Богатая страна являлась крепким щитом для Нашкора и одновременно его дойной коровой. Глядя в суженые глаза Верховной, у меня сердце ушло в пятки. До того, как она это сказала… Я поняла, кого отдадут гниющему свину Морровинга.
***
Фальшивые улыбки жриц скрывали чужое, злобное торжество. Мне же было трудно сдерживать рвущееся негодование. Мой приговор оглашен и не подлежит обжалованию. Как… Как это произошло?
Танцующей походкой ко мне приблизилась Эния. Боже, она так счастлива, аж мерзко.
– Ну что, ты довольна, Церера? – пропела девушка нежным голосом.
Я выдавила оскал, сжимая пальцы в кулаки.
– С чего бы мне быть недовольной?
– Ты всегда была слишком самоуверенной.. Если бы ты чуть больше слушала Жриц, то знала бы, что Тадеуш требует кого-то нового в свой "цветник"… И ты бы не рвалась так сильно на первые места.
Я замерла, осознавая удивительное: месть Энии была очень проста. Она, видимо, узнала о том, что одна из женщин борова при смерти… И осознавая, что далее выберут одну из них, подговорила остальных показывать худшие результаты, в угоду мне. Потому что для Морровинга постараются отдать самый лучший (и самый живучий) цветок.
Мои губы исказила кривая усмешка.
– Неплохо. Я действительно недооценила тебя… Но поверь – так просто я не сдамся.
Чистая правда. Я найду способ сбежать, перехитрить чёртову судьбу. Как-нибудь, но найду. Для начала… Возможно, придется покалечить себя перед отъездом. Сломать ногу, в идеале. Это отстрочит время моего приговора.
***
{ Тем временем в Ледяных чертогах}
Эрмонд с опаской поглядывал на своего господина. Нашкор в очередной раз прислал льстивое предложение подарить королю одну из жриц в гарем. Они словно чувствовали его неприязнь и стремились как можно скорее обезопасить себя.
Но правитель Севера был непоколебим. Он называл нашкорцев "грязными червями", не иначе.
И ему, Эрмонду, приходится отдуваться, вновь передавая неудобное предложение.
– Снова? – зычный голос эхом прошелся по залу.
Король без интереса глянул на стопку портретов и швырнул их в огонь. Несколько отскочили от камина, опав на землю, а Эрмонд бросился их подбирать. Совершенно очевидно, что придется вновь послать отказ.
– Что это? – усмотрев нечто краем глаза, Король властным движением вырвал один из уцелевших портретов. Его глаза, налитые сталью, яростно полыхнули.
Эрмонд зажмурился, слыша невыносимый треск.
***
Фальшивая улыбка плотно прилипла к моему лицу. В честь моего скорого отъезда устроили славный пир. Честно говоря, я даже не могу придраться к этому.
В Храме кормили хорошо, но достаточно просто и пресно. Разнообразия практически не было. И на таком пиру, конечно, можно было наесться вдоволь. … Если бы не многочисленные "поздравления". От их радости кусок в горло не лез.
Я яростно желала им всем подавиться, но это было бы слишком мягкой местью.
Особенно неприятно смотреть на довольную рожу Энии. Может опуститься и всё-таки раскроить ей лицо перед отъездом?
Я цокнула языком, инстинктивно поглаживая татуировку на руке. Моя змея отзывалась тёплым покалыванием. Это лишь немного успокаивало нестабильные эмоции. Мне не оставалось ничего иного, кроме как разглядывать жриц – молодых и старых. Молоденькие были в основном смуглыми и темноволосыми, но встречались и светловолосые полукровки.
Некоторые, перешедшие рубеж совершеннолетия, сидели крайне напряженно. Они явно не были "умелыми", раз их до сих пор оставляли в Храме… Говорят, такие могли остаться тут навсегда, заняв место старух – воспитательниц. Но сейчас я променяла бы многое даже за такое положение.
Старые же наставницы сидели чуть поодаль, болтая о чем-то своем. Верховной среди них я не различала. Злоба внутри меня обретала контуры. Хотела бы я уничтожить этот чертов Храм, спалить его дотла…
Я знаю, нужно мыслить "здраво", но на самом деле я в панике. Меня просто загнали в ловушку. Хотелось уйти, черт побери, побыстрее. Иначе маска на моем лице треснет, оголяя нервы.
Но когда я собралась встать, Верховная вдруг соизволила явиться. Она выглядела взвинченной. Одна из наставниц постучала ложечкой по бокалу, призывая всех к тишине. Старуха оглядела нас цепким взглядом, пошамкала губами и проговорила:
– Случилось нечто непредвиденное… Ледяной Король согласился взять в свой гарем наложницу из Храма.
Все вокруг зашептались, как по команде. Мне же нечего было сказать, потому что я ничего не слышала об этом человеке.
–… Он передал послание, в котором говорится, что Его Величество возьмет только желтоглазую.
Я замерла. Что за черт? Что происходит?
Видимо, отметив крайнее удивление на моем лице, женщина усмехнулась.
– Церера, твоя поездка к Тадеушу отменяется. Вместо тебя… Поедет та, кто по результатам стала второй. Эния, это ты.
Вся краска спала с лица девушки. Она тоненько вскрикнула и закрыла лицо руками. А потом, глядя на меня… Рванулась вперед.
Я едва успела избежать того, чтобы ее коготки впились в мои длинные волосы. Нырнув рыбкой под стол успела заметить, как Энию аккуратно скрутили и повели прочь. Но мне сложно забыть ее отчаявшиеся глаза.
– Зря радуешься, Церера. Если Энию отправят к свину, совсем не значит, что твоя судьба будет проще. – одна из девушек заговорила со мной после окончания пира.
Я сузила жёлтые глаза, окидывая ее едким взглядом. Но она, тем временем, продолжала:
– Все знают, что Ледяной Король ненавидит желтоглазых. Именно он истребил то племя ублюдков… От которого твоя грязная кровь.
Ах, вот оно что… Эта новость становится всё более… интригующей?
– Совершенно очевидно, что ты не проживешь у него и недели.
Звучит как интересное пари, не правда ли?
Глава 6. Долгий путь
Клеон напряженно вздохнул. Он ждал у древних врат Нашкора, когда ему наконец передадут госпожу Жрицу.
Вскоре, из арки вышла Верховная. Рядом с ней находилась девушка, задрапированная в черные одежды. Тонкая вуаль скрывала её лицо, не позволяя различить даже смутные очертания.
– Мы передаем дочь нашего Храма Его Величеству. – чинно объявила Верховная.
Клеон бегло осмотрелся, в поисках пожиток.
– Но, ее вещи?
Сухой смешок стал ответом.
– Жрицы Азарры приходят в Храм ни с чем и уходят без всего. Все, что дарует ей господин, станет её вещами.
Клеон взъерошил темные волосы. Он слышал о варварстве храмовников, но не мог не отметить: рядом с ними была какая-то особенная, пугающая и значительная атмосфера.
Не говоря ни слова, девушка села в приготовленную для неё карету. Клеон с досадой прикрыл дверь, командуя остальным войнам двигаться.
Когда они разогнались – вокруг вспыхнули камни перемещений, отправившие их на земли, покоренные Севером. Впрочем, до замка ещё три дня пути.
Клеону было досадно, что он так и не увидел эту девушку. Жрицу скрывали от зорких глаз. Но сослуживцы ведь засмеют его! Так интересно, хоть один глазком заглянуть под эти чёрные одежды… Говорят, Жрицы – цветы Нашкора. Соблазнительные, прекрасные, гибкие… Идеальные любовницы.
Жаль, но купить одну такую ему не под силу. Разве что какому правителю захочется… Вроде их Короля.
Несколько дней Клеон практически не контактировал с девушкой. Она, в свою очередь, была молчалива и холодна. На третий день они выехали на склон высокой горы, откуда уже были видны укрепления величественного замка Варош. Солдаты сделали привал именно там, чтобы с утра въехать внутрь.
– Это… То место, куда меня везут?
Ее нежный голосок зазвучал совсем рядом. Жрица вышла из кареты, вглядываясь в пугающую неизвестность.
А ведь и правда, ей… Страшно, должно быть?
– Да, это замок Варош. Вы боитесь? – невольно задал он последний вопрос.
Она не ответила. Но попросила проводить ее туда, где вид более чарующий. Пока они шли, Клеон уловил, что девушка откинула часть ткани. Ее медные, вьющиеся волосы, причудливо блестели…. Ровно как и жёлтые, пронзительные глаза. Красивая… Даже слишком.
В ее глазах Клеон тонул, как в мёде. А она улыбнулась в ответ и промурлыкала:
– Не могли бы вы оставить меня наедине с мыслями? Мне хватит пяти минут.
***
… Моя шея ужасно ныла. Все эти сборы к Ледяному Королю… Я практически не спала во время них.
После всего… Меня привели в маленькую комнатку. Там Верховная заставила меня низко склониться и начала шептать заклятие. В её цепких пальцах собрался странный шарик энергии, кроваво-красного цвета. Этот шарик затем внедрили мне под кожу, в районе шеи, грубым надрезом.
Я знала, что это.
Метка… Подчинения. То, что сломает твою волю, если ты станешь слишком самонадеянным.
«– Ты можешь спать с ним. Можешь играть с ним. Но…»
Слова Верховной Жрицы бередили мне память. Моя прошлая жизнь… Всплывала неровными клочьями.
… Я не была красавицей. Просто актриса. Актриса талантливая и популярная.
Зачем красота – когда есть харизма? Я привлекала мужчин… Они летели, словно мотыльки на огонь.
За моей спиной была влиятельная и любящая семья. Отец, мать, братья… Они поддерживали меня.
Тогда, когда все могли отвернуться… Они всегда верили в мою невиновность.
Глотая сердца случайных поклонников… Однажды я наткнулась на равного себе. Он тоже был актером, на вершине горы славы.
Хитрый и нахальный, яркий и запоминающийся…
Вспоминая это… Любила ли я его?
Тогда мне казалось – нет.
Мы играли друг с другом в любовь. И этой игре не было конца.
А потом… Хм, думаю, меня вытолкнули из окна.
В порыве ревности.
Влюбленная в него женщина.
Заглядывая назад… Думаю, я тоже была влюбленной, но отчаянно отказывающейся признать это.
Сейчас, у меня нет права на ошибку. Я актриса, а значит буду играть с Ледяным Королем до последнего вздоха.
Выживают…
Сильнейшие.
***
. . . В этих черных одеждах всё же было невыносимо душно. Будь прокляты традиции Храма, гласящие о том, что « . . . Жрица откроет лицо и тело лишь перед своим господином. После он сам волен выбирать её судьбу».
Отчасти, я уже нарушила эту традицию, когда показалась Клеону, но… Этому мальчишке было так любопытно. Он с нетерпением ждал момента, когда сможет увидеть моё лицо. Назовите меня тщеславной, но я не смогла отказать себе в удовольствии немного поиграть с ним.
Поездка давалась мне тяжеловато, так как за шестнадцать лет моей жизни в этом теле, я от такого порядком отвыкла. Но… Если честно, давно я не чувствовала себя настолько свободной. Всё моё существование до этого – крутилось вокруг жизни в Храме.
Всего пару раз я видела сам Нашкор и он мне (если честно) совсем не понравился. Пыльная, грязная, душная страна… Коварные жители, зачатки откровенного рабства – не добавляли шарма.
Нашкор был потрясающе уродлив. Думаю, он выживал лишь за счет поклонения жестокой богине.
. . . А теперь я была в чуждой стране, которую называли Объединенным Севером. Я ничего толком не знала о местных, но могла получать информацию от окружающего мира.
Прохладный, свежий воздух… Обширные просторы, которым нет конца и края. Мы проезжали реки, поля, леса… Своеобразные блокпосты встречались каждые несколько часов. Эта страна казалась (в каком-то смысле) военным укреплением. «Я хочу освободиться» – эта мысль возникла так внезапно, что на миг испугала меня.
Что это?
Разве раньше я серьезно помышляла об обособленной жизни?… Не знаю. Может так влияет свежий воздух и пьянящий вкус другой жизни, но…
«Хочу жить среди людей. Свободной, самостоятельной… Без надзора, без охраны. Я очень, очень этого хочу»
Замок Ледяного Короля казался типичной обителью злодея. Я хмыкнула от того, насколько карикатурным это выглядело.
Огромная крепость, высеченная из серого камня, вызывала ощущение тоски и полного уныния. Однако, вокруг на удивление бурно кипела жизнь.
Люди сновали туда-сюда, выполняли поручения, отдавали поручения… И всё же, как странно разочаровывающее выглядит обитель этого Короля. Я надеялась на нечто более помпезное и шикарное, но видимо минимализм здесь в моде.
Хотя, в данный момент меня куда сильнее волновала личность правителя мрачного места. Как и то, что он, вероятно, не слишком любит представителей племени рыжехвостов.
Боже, маменька, сколько проблем ты принесла мне, просто залетев от соблазнительного чужака?
Я, рожденная с золотыми, невыносимо прекрасными глазами… Всю жизнь вынуждена терпеть косые взгляды в свою сторону. Впрочем, глупо надеяться на то, что судьба будет подкидывать мне козырные карты.
Но, куда важнее… Человек, которому я буду принадлежать… Это тот самый человек, который впоследствии умрет от моей руки. Таково решение Храма. Рано, или поздно, так и будет.
Искренне надеюсь, что он мерзкий урод, не заслуживающий сострадания. Потому что мое сердце, к сожалению, окаменело не полностью. И будет невыносимой утратой то, что я привяжусь к своей жертве…
Поэтому… Будь таким, Ледяной Король. Будь злодеем из сказок, карикатурным и смешным. Чтобы я смогла, в итоге, убить тебя.
Пока я размышляла, Клеон продолжал путь по бесчисленным коридорам замка. Мы подошли к огромному проходу, который вёл в тронный зал. С тяжелым скрежетом… Двери медленно распахнулись, впуская меня в неизведанное.
Ледяной Король сидел на серебряном троне. Да, это определенно серебро… Король был закован в сияющие латы, словно недавно вернулся из похода. Его лицо скрывал странный шлем, выполненный в виде оскаленной морды волка.
Когда я приблизилась, Король сделал ленивый жест пальцами. Очевидно, что таким образом он призывал показать лицо… На миг в моей душе вспыхнуло раздражение. Как смеет он мне приказывать, когда сам не собирается снимать свой дурацкий шлем?
Помедлив, я всё же убрала ткань с лица и волос, а после опустилась на колени.
– Приветствую вас, господин. – прошептала я. Но голос прокатился эхом по залу, доходя до ушей каждого. Малочисленные придворные не смели подходить близко к Королю, предпочитали держаться далеко поодаль.
Глаза литого шлема вспыхнули серебряным светом. Он встал с трона и пошел ко мне. Каждый шаг звучал сухо и неотступно. Я с тревогой глядела на его фигуру.
– Жрица Азарр-ры? – рокочущий голос заставил мурашки прокатиться вверх по моей спине.
Этот мужчина, несший славу завоевателя… Вызывал немалые опасения.
Прежде чем я успела кивнуть, его железная перчатка сомкнулась мертвой хваткой на моем горле. Я захрипела и заметалась, беспомощно болтая ногами в воздухе. Он сдавливал мою шею все сильнее, а серебристое свечение из глазниц волка… Ловило каждый мой взгляд. Теперь я поняла.
Желтоглазая Жрица приехала, чтобы умереть.
– Кх-х! – мне катастрофически не хватало воздуха, перед глазами все предательски плыло. Я отчаянно пыталась разжать его пальцы, но сил совершенно не было. И тогда…
Я опустила руки. Сдалась, закусив до крови нижнюю губу. Видимо, смерть от рук этого человека… Неизбежна. Сладкая пелена тьмы почти накрыла сознание, когда вдруг я ощутила резкую боль.
Открыв глаза… Я поняла, что этот урод швырнул меня на пол, как тряпичную куклу. Проехавшись лопатками по каменному полу, я начала сильно кашлять, дрожа всем телом.
– Уведите ее. – с едва скрываемой досадой пророкотал голос жестокого правителя.
Глава 7. Слухи
"Этот ублюдок!"
Я возненавидела своего "господина" с первого взгляда. В этом мире ко мне и раньше относились не особо хорошо, но не до такой степени, чтобы попытаться убить в первые же минуты знакомства.
Самое неприятное, так это то, что в итоге меня преследует ощущение, будто этот козел не пощадил меня из-за жалости, а скорее не захотел "замарать руки". Мол, я настолько презренная, что не достойна даже быть убитой им лично.
Я у-ни-что-жу его. Я очень хочу убить его, правда. Его и всех тех людей, которые трусливо жались по углам зала, старательно отводя взгляды.
После этого незабываемого знакомства, меня молча увели неприветливые слуги. Прежде чем я успела опомниться, оказалось, что мы вышли прочь из Замка. Это заставило едва уловимо напрячься. Что если ублюдок приказал им зарезать меня на скотном дворе? Я бы даже не удивилась такому положению дел (но уж точно не обрадовалась бы, мда).
Впрочем, мои опасения скоро развеялись. Мы просто подходили к менее внушительному, но более помпезному дворцу рядом. В отличие от серого и угрюмого Замка, внутреннее убранство дворца было выполнено в кокетливых, теплых тонах.
Неожиданно, со мной заговорила толстая немолодая женщина, которую я вначале приняла за служанку.
– Госпожа Церера, сейчас вы находитесь во Дворце Цветов. Этот дворец является обителью королевских наложниц. Вы стали тринадцатой наложницей Ледяного Короля.
Ему дают как минимум двенадцать женщин? Странно тогда, что этот ублюдок такой злобный.
– Неужели стала? И это после всего произошедшего? – язвительные слова сорвались с губ почти инстинктивно.
Женщина окинула меня холодным взглядом, напоминающим выпученные рыбьи глаза.
–… Но в итоге вы живы, а значит достойны. Мое имя Алея. Я экономка Дворца Цветов и распорядительница денежных средств. Сейчас я проведу вас в новое жилище.
Мы шли довольно долго по цветным коридорам, потом поднимались вверх по винтовой лестнице… Чтобы выйти в тесную, скудно обставленную комнатку. Единственное ее достоинство – она находилась в типичной башне, которую по всем канонам должен охранять дракон. Из мебели: небольшой столик, один стул, одноместная кровать, маленький шкаф. На этом всё.
Серые, холодные стены нагоняли депрессию, на окне виднелись резные решетки (боже, я даже суициднуться отсюда не могу).
Открыв рот, я повернулась к Алее, сверля ее разъяренным взглядом. Нет, не подумайте, я не гордая. … Ну, может немного. В Храме наши комнаты тоже были скромными, но мы почти не проводили там время. Да и потом, одним из немногих "плюсов" быть наложницей, это иметь шикарные покои, нэ?
Это выглядит как тюремная камера, серьезно. Видимо, экономка прочитала бурю вопросов в моем взгляде, потому что раздраженно закатила глаза.
– … Леди, такая комната обусловлена вашим, не самым высоким, положением. С точки зрения наложниц вы сейчас на низшей ступеньке. После того, как проведете хотя бы одну ночь с Его Величеством, вас переселят в более гостеприимные покои.
В ее словах я заподозрила подвох. Да и сам факт того, что мне придется сексом выбивать нормальные жилищные условия – не утешал. Моя искренняя НЕлюбовь к ублюдку возрастала с каждой минутой.
. . . Одно утешало: мне, по крайней мере, не нужно было всё время находиться в этой депрессивной комнате. Не смотря на то, что во время гуляний по дворцу за мной зорко следила стража, было как минимум два места, в которые я могла заглядывать беспрепятственно.
Это библиотека и местная "комната отдыха". В ней наложницы могли приятно проводить время, заниматься рукоделием, танцами и просто общаться.
Расставив приоритеты, я первым делом заглянула в библиотеку. Та оказалась до обидного маленькой (это раз), кроме того наполнение оставляло желать лучшего (это два).
Я буквально взбесилась, когда осознала, что большую часть библиотеки составляют женские любовные романы разного качества. Еще было немного книг общих (школьных) предметов. Вроде азы математики, географии, истории…
Словом, они полагали, что нам стоит знать основы, а остальное время наложницы должны читать тупые истории про любовь. Единственное любопытное, что я нашла, это местный аналог Камасутры. Прихватила с собой, надо в конце концов ознакомиться с культурными особенностями.
После исследования бесполезной библиотеки, я решила посетить и комнату отдыха. Она порадовала чуть больше, так как оказалась просторной залой. С одной ее стороны были гигантские зеркала и паркет, а с другой мягкие ковры, пуфики, столы с чаем и сладким. Можно было поиграть на музыкальных инструментах, заняться вышивкой, или гимнастикой…
Одним словом – хоть какое-то разнообразие.
В комнате на данный момент находились три девушки. Я сразу оценила, что они были очень разными. Различались по всем параметрам: по возрасту (младшей около шестнадцати, старшей, вероятно, под тридцать), по цвету кожи, по фигуре.
Когда я звучно поздоровалась с ними, девушки окинули меня ленивыми взглядами. И только одна из них – красивая темнокожая леди, кивком пригласила присесть рядом.
Из всех она казалась самой старшей. Оттенок её кожи был сравним с нубийскими земными корнями. Но при этом у неё были зеленые, выразительные глаза и каштановые волнистые кудри.
– Моё имя Кайра. Я принцесса племени Найбур.
– Церера. Жрица из Нашкора.
Так и произошло наше знакомство. Кайра была интересной девушкой. Она удивила меня тем, что оказалась принцессой. Но на закономерный вопрос: "зачем ты присоединилась к гарему?", женщина расхохоталась.
– Ты, Церера, разве по своей воле находишься здесь? Я слышала, жриц продают как племенных кобыл. Наше положение в этом месте… Схоже. Наложницы Ледяного Короля – девы из плененных им государств.
Она сказала, некоторые племена были уничтожены королем во время продолжительных войн. Такая же участь постигла и южное племя Найбур. Но тут было и много северных принцесс, которые знавали время до объединения Севера.
– Вы ненавидите его? – догадка осенила меня совершенно внезапно.
Но в ответ Кайра пожала плечами.
– И да и нет. Некоторые желают его смерти, другие – его милости. И те и другие до невозможности глупы.
– Разве он не спит с наложницами?
– Мы просто вещи. Завоеванные трофеи. Забытые и ненужные. Лишь одна из нас бывает в его спальне, за то ей дали лучшие покои Дворца. Она серьезно метит в жёны Его Величества, но… – Кайра загадочно улыбнулась.
И хотя разговор на этом оборвался, я примерно понимала, отчего. Ледяной Король не заинтересован в плененных принцессах. И едва ли хоть одна из них станет его женой.
В то же время… Я начала подозревать, что мое положение еще хуже, чем у остальных. Ведь они все же благородные дамы, а я по факту оборванка, хоть и жрица. В отличие от остальных, меня можно пустить в расход.
И что более неприятно… Мои ядовитые губы пока не в силах дотянуться до Его Величества. А пробиться в местном гареме непростая задача.
* * *
Я с упоительным раздражением разглядывала шикарную блондинку, гордо вплывшую в комнату отдыха. По залу полетели шепотки, что-то вроде "первая наложница вышла!".
Она встала напротив меня, скрестив руки на высокой груди. Ох как. Мне знаком этот взгляд. Альфа-самка решила бросить вызов? Ну-ну. В своей прошлой жизни и не таких стерв обламывала.
Я внимательно рассматривала кандидатку в супруги №1, оценивая ее внешние и по возможности внутренние качества.
Итак, Велеата безусловно была красоткой. Пышные золотые локоны вились крупными кольцами, спускаясь ниже лопаток. Выразительный, высокомерный взгляд фиалковых глаз пронзал тебя навылет, подчеркивая факт, что именно она здесь королева. Аккуратный носик, вздернутый подбородок, точеная фигура с пышной грудью…
По некоторым параметрам она превосходила меня, если честно. Хотя я была выше и также недурна собой, моя красота… Иная. Хищная, если вам будет угодно. Я отлично знала своё тело и грацию, подобную дикой кошке… Но Велеата, в противовес, казалась изящным лебедем, специально выведенным в королевском саду для любования.
И она определенно мнила себя хозяйкой всего этого. Иначе бы не пришла ревностно осматривать новый "товар" для гарема. По-видимому, должного впечатления на неё я не произвела. Красотка не ощущала во мне достойную соперницу.
Я прикрыла глаза, а потом улыбнулась ей, ласково и ядовито. Мои невыносимые золотые очи странно сверкнули, заставив девушку отшатнуться.
– Ах, слухи не врут! Не могу поверить в то, что Его Величество принял дикарку в моем дворце, – прошипела девица не хуже змеи.
Я продолжала улыбаться, не собираясь вступать в прямое столкновение.
В этот момент в комнату зашла экономка, сухо проговорив:
– Леди Велиата, Его Величество ожидает вас сегодня вечером в замке Варош.
Блондинка вся засветилась и вскоре упорхнула прочь. Я задумчиво огляделась и, наконец, задала вопрос:
– … Король не посещает наложниц лично?
Кто-то из девушек рассмеялся. Одна угрюмая брюнетка соизволила пояснить:
– … Дворец Цветов обагрян кровью. Говорят, он жил здесь, будучи принцем. И здесь умерла его мать.
Более мне ничего пояснять не стали, но я и без того поняла: место нежелательное для коронованной особы. Оно пробуждает некоторые… Воспоминания.
Очевидно, мне ничего не оставалось, кроме как залечь на дно. А вернее, переместить сознание в гибкое змеиное тело.
Человеческое, тем временем, безжизненно развалилось на кушетке, дожидаясь меня в убогой комнате.
Я аккуратно ползла по полу, вздрагивая от шагов людей. Мне удалось незаметно проникнуть в помещение для слуг, где я и укопалась в постиранном чистом белье. Эта корзина оказалась очень удобной для змей.
Служанки приходили и уходили, перебрасываясь ничего не значащими фразами. От скуки я даже задремала, пока две из них не остались на импровизированный перерыв.
– Ох, мои бедные косточки… Велиата приказала подготовить ее лучшие платья. Какая морока.
– Пф-ф, напыщенная леди напугана решением короля. Как женщину, понять ее можно.
– Да в чем проблема? Она всё еще первая наложница. Он даже сегодня ее пригласил.
– Много ты понимаешь… Наложницы короля – они ведь принцессы завоеванных земель. Леди Велиата среди них отличается, так как по своему желанию пошла к Его Величеству.
– Ну и? Она из захваченной северной страны, всё равно…
– И всё же! Она была особенной. А теперь – нет.
– Подумаешь! Нашкорская Жрица ей не конкурентка.
– Будь умней… Он пять лет отказывался от предложений того языческого Храма. А сейчас вдруг – согласился! И никто не знает почему…
– Я слышала, он пытался убить Жрицу.
– Тогда странно, что не убил… Полукровка рыжехвостов, такой ужас! Но, в любом случае, Велиата боится. Теперь среди наложниц затесалась одна, которую Король выбрал, так еще и из "этих"… Сама знаешь, они соблазнительницы. Вдруг Его Величество пойдет по стопам отца…
Они обе понимающе замолкли.
– Но с другой стороны, даже весело – у Велиаты так лицо вытянулось, когда она узнала! Ха-ха! – обе девушки прыснули со смеху. А потом… Одна из них подхватила корзину с бельем, где была я!
Ох, черт, сбежать сейчас не выйдет… Я затихла, молясь всем богам этого мира о заступничестве. К сожалению, мне неведомо, что будет, если прибить змею с моим сознанием внутри… Возможно, смерть. Не хочу проверять.
О, боже, в итоге меня притащили в замок Варош… Что за невезение. Я ползком выбралась из корзины и припустила по коридору, пока не услышала приближающиеся голоса мужчин. Испуганно нырнула за рыцарский доспех, слившись с окружающей обстановкой.
Хоть бы не заметили, хоть бы не убили, хоть бы не раздавили…
Двое стражников остановились прямо надо мной, расслабленно переговариваясь. Вскоре мне пришлось признать, что разговор их будто продиктован мне строптивой судьбой…
– Как повезло, что ночью дежурим не мы! – радостно воскликнул более молодой стражник.
Второй поддержал его довольным хмыканьем:
– Да уж… Ночные дежурства здесь пользуются дурной славой.
– Ты суеверный? – в голосе молодого чувствовалось немалое любопытство и любовь к байкам.
– Хе-хе. Ты тоже суеверным станешь, когда с моё здесь отслужишь.
– Ну, я слышал некоторые слухи… Про завывания в ночи мёртвого короля. Бр-р, ужас!
– И только? Мёртвый король – это пустяки! Вот легенда о призраке женщины… Покойной матушки Его Величества, – старый стражник выдержал значительную паузу, привлекая интерес как своего собеседника, так и мой.
– Призрак наложницы? – в голосе парня сквозило недоверие.
– Э, неуч! Она не наложница была, а фаворитка! При том – любимая. Говорят, королева её люто ненавидела, аж отравить три раза пыталась.
– Женщины – страшные…
– Ну, то время суровое было. Междоусобицы тут и там… И всё же, из наложницы она стала фавориткой. В золоте купалась, да в милости прошлого короля. Только, как-то раз… Случилось "то самое".
– Что, что?
– Возвращаясь с охоты, король притащил раненную женщину, из племени поганых рыжехвостов. И сделал ее своей наложницей. Ну, ничего нового, время шло, и вот… Король прочно увяз в сетях рыжехвостки.
– Неужели они правда такие соблазнители?
– Вряд ли мы узнаем. Их же почти всех перебили. Только полукровками и довольствуемся.
– Ну, а потом?
– Он перестал навещать фаворитку. Говорят, бедняжка умом тронулась, да наложила на себя руки. И призрак ее до сих пор витает где-то здесь…
– Во жути нагнал!
– Может это и не слухи. Я точно знаю, на третьем этаже есть тайник. Там портрет то ее, матери нашего короля, точно висит!
– Недаром редко там патрулируем… Жуткое место.
Двух сплетников прервал раздраженных голос главы стражи. Я осторожно поползла дальше, нервно высовывая раздвоенный язык.
Ах, как интересно… Очень интересно. Я узнала много нового, хотя и недостаточно. Пролезть бы на этот загадочный этаж, на самом деле…
– А-а-а, змея! – женский визг заставил меня сгруппироваться и опрометью броситься прочь, пока тапком не зашибли.
Глава 8. Ледяные чертоги
Мои руки дрожали. Очевидно, я чудом избежала краха. Несколько служанок, заприметивших змею, начали истерично топтаться по полу. Повезло ещё, что я смогла забиться в щель, а оттуда с трудом доползти до собственного тела… От усталости ноги подкашивались и следующие сутки я просто проспала, восстанавливая силы.
Уф, это тяжело… Сложно привыкнуть к таким маневрам. После рисковой шпионской вылазки, дни вновь потекли спокойно и чинно. Кроме скуки, я ничего не чувствовала, в этом Дворце совершенно нечем себя занять.
Конечно, я прочитала тот самый аналог Камасутры. Но он заставил меня разочарованно фыркнуть. По всему выходит, что в Северных землях не привыкли к доминации женщин. Любовное писание в основном содержало информацию о том, как вести себя осторожно, чтобы не прогневить мужчину и чтобы его стояк не упал…
Какая-либо инициатива с женской стороны очевидно не приветствовалась. В то же время, я вспоминала обучение в Нашкоре… М-м-м, оно было "намного" более откровенным.
Мы с девушками целовались, ласкали друг друга… Не то чтобы мне это нравилось. Но после теории следовала череда практики, то, что нужно было выполнять для закрепления знаний.
Сейчас я думаю, что именно из-за такого "смелого" обучения Жрицы были столь популярны. В этом мире жен учат "отдаваться", наc же учили "брать и отдавать". Равноценный обмен. Ну, или… Почти равноценный.
В общем, книгу я в итоге просто вернула. Она была бесполезной и не информативной, чем разочаровывала ещё сильнее. Куда важнее то, что…
У меня из головы не выходила та беседа стражников. Любопытство, воспалившееся из-за крайней степени скуки, требовало найти тот тайник. Но для этого, мне самой придётся проникнуть в замок Варош.
Это рискованно. Мне надо сделать всё, чтобы вновь не наткнуться на "господина". Так как этот мужчина, едва не убивший меня в первую встречу… Способен завершить начатое во вторую.
Нужный случай был предоставлен мне судьбой через несколько дней.
Я слышала, как Велеата вновь хвасталась, гордо вышагивая перед оставшимися наложницами. Она говорила что-то вроде "Ох, он не может прожить без меня и несколько дней!".
Но практически никто не слушал её. Как видимо, они привыкли к таким представлениям. К тому же, далеко не все действительно хотели спать с Ледяным Королем, так что большая часть стараний Велеаты была бессмысленна. Так или иначе, но она подытожила самолюбование емким : "… сегодня я вновь иду к нему".
К тому времени я уже знала, что это самый удобный момент. За прошедшие дни я отметила, что прислуга уходит после двенадцати часов ночи. Стражники же охраняют четкими патрулями коридоры, но, как водится – многие из них недобросовестны.
У меня был подготовлен путь "вторжения" в замок Варош. Окно на первом этаже дворца, которое всегда было приоткрыто, выгодно выходило на западную сторону. От него и до массивного замка было пару минут бега.
В свою очередь, выходя на прогулку… Я просматривала окна замка и нашла одно, которое вело в пустую брошенную комнату. Мне пришлось расшатать задвижку, чтобы оно без проблем пустило меня затем внутрь. На самом деле… Я боялась. Эта затея могла аукнуться мне огромными проблемами. Но, ко всему прочему, мой разум распалял бурный азарт. Это желание показать, чего я стою на самом деле. И нежелание смиряться с судьбой.
Именно с такими мыслями я, Церера… Вторглась в замок Варош под покровом ночи. Тут было ужасно тихо. Только поскрипывали петли расшатанного мною окна. Дверь комнаты была не заперта, выходя в боковой коридор.
Любопытно, но казалось, что большая часть мрачного замка была безлюдной. Даже прислуга не оставалась здесь ночевать. У них так не принято? Заселять замки владыки? Или… Проблема несколько шире, чем кажется?