Поиски первые
«О Заколдованном острове»
1 глава _ Странник
– Поверьте, милая моя госпожа, я ведь давно не молод. Мне уже не так легко даются все эти неприятности, связанные с Орденом, будь он неладен. Но Лира… эта девчонка… если на свете есть ведьма, которая меньше всего достойна владеть магией, то это она!
Сквозь прогнившие доски на чердак пробивались лучи утреннего солнца. В рыжем конусе света блестела паутина, вздрагивая с каждым новым потоком слов. Паучиха, сидевшая по центру, наверное, недоумевала. Те же чувства мог испытать любой человек или маг, решивший ненароком посмотреть на обладателя гнусавого голоса, который, скорее, подошел бы мужчине средних лет, но никак не черному коту с застрявшими травинками в пушистом хвосте. И все же это был кот.
– Работает с утра до обеда, потом ищет на ярмарке магов, которые преподнесут все слухи о Заколдованном острове в одной фляге! – кот топал лапой каждый раз, когда упоминал новый недостаток своей спутницы. Будь он человеком, он бы загибал пальцы. – Тренировки забросила! Книгу совсем не читает! Постоянно дерзит и отмахивается от меня, что от той мухи! А ведь я уже немолод, повторюсь. Но разве она станет уважать возраст? Ее добрый наставник, почивший, к моему несчастью, предупреждал столько раз! – он горько вздохнул и помолчал, переводя взгляд на собеседницу. – Милая моя госпожа, ну, скажите же вы хоть что-то!
Молодая стройная кошка с перепачканной в золе шерстью склонила голову набок и мяукнула.
– Нет, серьезно? Я тут душу изливаю, а вы мне «мяу»?! – кот фыркнул и тут же покачал головой, унимая гнев. Право, он уже начал забывать об особенностях живых существ, подобных ему. Не в силах и глаз сомкнуть которую ночь, он вздрагивал от каждого шороха. К счастью, фанатичные борцы с магией не спешили посещать окрестности Сушграда, охраняемые, по всей видимости, не только заборами, но и небесными силами.
– Что ж, дорогуша, собеседник из вас никудышный, – он сладко потянулся. – Но я точно знаю, что обрадует великолепного меня! Поворачивайтесь задом, милая. Будем подчиняться зову природы!
По завершении игрищ кот выпрыгнул из круглого окна чердака во двор и забежал в хлев. Лира, которую он отчаянно хаял минуту назад, дремала на стоге сена, укрытая походным плащом. В загонах кричали ослы, мычала корова, очевидно, требуя дойки. Кот прошелся по ограждению, что отделяло животных, и прыгнул в худосочные девичьи ноги.
– И-и-ти-и отсу-уда! – раздался из-под накидки приглушенный голос.
– Светает, девочка. Ты просила разбудить до петухов, – он потоптался по ее спине. – Петухи пропели уже трижды.
– Увэ-э иту-у, – рука, появившаяся из-под плаща, попыталась его столкнуть, но лишь неуклюже ткнула пальцем, после чего махнула и скрылась. – Ищо отно хуареку и вштаю.
– Лира, я считаю до трех и выпускаю когти. Раз… два…
На «три» кот отлетел в сторону вместе с плащом, а несносная девчонка уселась на сене.
Заканчивался третий календарный месяц. Весенняя свежесть готовилась уступить место летней духоте. Казалось, она должна пробуждать, но Лира не поддавалась. Она подняла воспаленные веки и сползла на землю. Ее волосы цвета вечерней зари едва касались плеч, а бесформенная роба, купленная у одного держателя таверны, скрывала все то, что досталось ей по праву пола и возраста. С момента покупки прошло несколько месяцев. Столько же Лира притворялась мальчишкой. Впрочем, кот считал старания излишними, ведь даже во время купаний, когда Лира поворачивалась спиной, он не мог разглядеть в ней женщину. Слишком худая – вздыхал он. Если спать на этих коленях, можно покрыться синяками за одну ночь.
Лира направилась во двор, чтобы умыться и попить воды из колодца – ритуал, повторяемый уже более десяти лун. Кот семенил рядом, рассуждая, стоит ли говорить, что родимое пятно на ее переносице снова увеличилось – теперь до размера гороха. Старый наставник по имени Ирлианд когда-то пугал, что нос отвалится. Было это связано с пятном или вредным характером девчонки, кот не помнил.
Из окна дома тянуло свежеиспеченным хлебом. Живот Лиры звучно заурчал.
– Ли-ир! Ли-ир, поди сюда, – появилась в окне хозяйка.
Кот заметил, как спутница вздрогнула. Зов этой вредной женщины не сулил ничего доброго.
– Да, госпожа?
– Бездельник! Давно пора в поле быть! К приходу господина Варгаса нужно накормить всех овец, слышишь?!
Лира кивнула.
– Все мужу расскажу! Останешься без монет, – нанимательница погрозила кулаком. – Еще и хлева убираешь из рук вон плохо! Только попадись мне до вечера!
– Не попадусь, – заверила Лира.
И верно, пропадая на пастбище до обеда, а после на городской ярмарке до темноты, тяжело оказаться еще и здесь. Глаза Лиры, по всей видимости, слишком громко о том сообщали, потому что хозяйка разразилась чередой новых ругательств, которые Лира мужественно стерпела, бочком удаляясь к овчарне. Кот ликующе провел ее взглядом.
– И проглота своего забери! – услышал он и едва успел отскочить от брошенной в его сторону ложки. Спасибо, что не ножа.
– Она даже не знает, как выглядит этот хлев! – в сердцах бормотала Лира, шагая на пастбище в компании дюжины овец и кота. – Ни разу туда не заходила!
Дороги Сушграда покрывал песок, напоминающий жителям о бескрайних пустынях, что лежали южнее, за Трелучием. Лошадям здесь предпочитали ослов, а яблокам – персики. Полезность первых Лира не признавала, а до сезона вторых оставалось больше сорока лун.
– Ты сама хотела избежать привязанностей, – поучительно напомнил кот. – Впору радоваться. Такую точно не хватит удар за обедом.
– А жаль, – вздохнула Лира. – Не хочу жить среди таких, как она. И город этот мне надоел. Думала, хоть здесь, на ярмарке, встречу магов. Но они словно вымерли!
Почти год прошел с тех пор, как Лира отправилась в странствия, покинув племя кочевников – одно из сотен, населяющих север, и ей по-прежнему досаждала сухая погода. Если бы не проклятье, из-за которого она теряла тех людей и магов, кто осмелился полюбить ее, как сестру, дочь или друга, Лира никогда не забрела бы так далеко. Не пришлось бы притворяться мальчишкой, ковылять из города в город и искать, торговаться, подслушивать. Способ избавиться от проклятья был, она точно знала. Неочевидный, не занесенный в летописи, ве́домый лишь мудрейшим. Чтобы отыскать таковых, она готовилась обойти весь Кампас, отправиться на соседние острова и даже в саму преисподнюю, если придется. Но когда в первом же городе выяснилось, что информация стоит денег, а поиски ночлега и еды в лесу отнимают драгоценное время и силы, не прибавляя при этом безопасности, стало ясно – наряду с поисками придется работать. Тогда же и поубавился Лирин пыл. Совсем немного поубавился – в преисподнюю она лезть все же передумала.
Иногда с нанимателями везло. Одна немолодая травница умоляла ее остаться до лета, помочь со сборами и Лира не смогла отказать. Через шесть лун пришлось хоронить старушку в собственном огороде. Ну хоть умерла она тихо, во сне. Но если раньше Лира и сомневалась, что проклята, то после того случая смело занесла травницу в кровавый список, где уже томились оба наставника.
– Давно стоило отправиться дальше, – продолжил кот, когда они вышли на пастбище. – Сколько лун мы уже здесь, не напомнишь? А о Заколдованном Острове с мудрейшим всезнайкой ни слова не сказано. На ярмарках только и трещат о помещике, который скупает овец по всему Трелучию!.. Фе. Сдались ему эти глупые твари.
– Рано уходить, – вздохнула Лира привычно. Каждый день одно и то же, пожалуй, назавтра она и отвечать не станет. – Что, если именно сегодня туда заявится какой-нибудь маг? Постоянно кто-то новый приходит.
– Или Орден заявится, что куда вероятнее.
– Ну и пусть. Я ведь не колдую. В чем Карателям меня подозревать?
Дойдя до склона холма, на котором начинался лес, Лира плюхнулась на траву. За овцами можно было особо не следить, все равно далеко не разбредутся – проверено временем. Оставалось только ловить взглядом желающих разбогатеть на чужом добре, но, к счастью, разбойники в Сушград захаживали нечасто.
Лира достала из сапога кинжал, а из походной сумки вчерашний хлеб.
– Будешь? – протянула она коту первый кусок, на что зверь скривился, точно его опустили мордой в чужие проблемы.
Дети со всей округи выводили коров и ослов на утренний выпас. Овец в селении осталось немного – Лирин хозяин чуть ли не единственный, кто еще не продал отару знаменитому помещику. То ли набивал цену, то ли по другой причине.
– Вот именно, Лира. Ты не колдуешь. Совсем! – продолжил кот громче. – Мне стоит напоминать, как важна в магии сноровка? А как важны практика с теорией?! Ирлианд, покойся душа его, вложил в тебя душу, но ты плюнула на его старания, и…
– Тихо! – ужаснулась Лира, едва не поперхнувшись.
Вот услышат селяне разговор и погонят плетьми до Гнездовищ Карателей. А это в Вестории, куда Лире хотелось возвращаться еще меньше, чем оставаться в Сушграде. Мрачное государство. Там магов точно нет. Уже по крайней мере. Трелучий – другое дело, здесь они, Лира верила, где-то были. Возможно, вблизи пустынь даже могли колдовать: там жители не так суровы в своих предрассудках. Но здесь граница с западом была весьма размыта.
Лира прикусила язык, подумав, что магов в Сушграде она не находит именно по этой причине, но промолчала. Себе дороже признаваться коту, что его слова все это время не были лишены логики.
Кот огляделся и выдохнул. Кажется, их не заметили и не услышали. Повезло.
– Я тебя не пойму. Ты то Ордена боишься, то беспокоишься, что я не колдую. Сам себе противоречишь, – недовольно проговорила Лира. Она посмотрела на сумку и положила на нее ладонь, как дотрагиваются до живота беременной женщины, чтобы почувствовать связь с утробным миром. – Что до теории, то я каждый день читаю его книгу. Каждый. День. Понял?
– И когда же, скажи на милость? – фыркнул кот. – Ни разу не видел.
– Меньше бы по чердакам ползал, заметил бы.
Кот не разозлился, напротив, усмехнулся.
– Ну, допустим. И что же нового ты узнала после вчерашнего чтения?
Лира вспыхнула. Прошлой ночью она не читала, да и позапрошлой, кажется, тоже. Какая там книга, когда до стога сена с трудом доползаешь после работы и беготни! Но стоило промолчать или задуматься надолго, и кот мог уличить ее во лжи, и тогда слушать ей его упреки до вечера.
– Там было что-то про черную магию, портальное заклинание демонического происхождения, – вспомнила она то, что читала в последний раз. – Называется Портальное Око. Требует участия минимум десяти магов. По времени…
– Лира, ты серьезно? – кот взглянул на нее исподлобья. – Это заклинание из первой главы. Я надеялся, ты уже хотя бы до второй добралась за все эти годы.
Лира всплеснула руками.
– Скажи, умоляю, какой из богов наделил тебя даром речи? Я перестану в него верить!
– Это был Ирлианд, твой покойный наста…
– О небо, только не снова! – Лира закрыла уши и опрокинулась на траву.
– Невежда и лгунья, – кот заговорил громче. – Пойду лучше с овцами пообщаюсь, они и то разумнее!
«Заодно и пригляди за ними», – подумала Лира, отворачиваясь от надоедливого спутника. Хорошая же у него память, причем не только на содержание книги, которую он и открывал-то раз пять за все время, но и на ее проступки. Вчера он обвинял ее в неумении сдерживаться. Подумаешь, пару раз вспылила и использовала магию. По делу же использовала – яму раскопать, чтобы старушку-травницу похоронить, и дичь поймать в лесу, чтобы поесть. Сам же лопал с больши́м удовольствием!
Жаловаться он начал уже тогда, когда Лира решила идти через Весторию. Да, это было опасно, но путь в обход занял бы не меньше полугода! Впрочем, кот редко выглядел довольным, даже когда все шло по плану. Иногда Лира очень хотела, чтобы пушистый моралист ушел от нее насовсем и прижился в одном из селений плодить разумных котят. Только память о старом Ирлианде была дороже, а кот и книга – самые ценные воспоминания о нем. Жаль, что только о нем. Первый учитель ничего не оставил.
Она отгоняла сон, собирая гневные мысли и тоскливые воспоминания в кучу, периодически вставляя между ними – «нужно сесть и караулить овец». Только ветер и солнце оказались сильнее. Веки сомкнулись и Снувиус, великий покровитель снов, впустил ее в свои объятия.
Ей снится страна с говорящим названием – Снега́. Вечером девушка из племени Ойоса зовет Лиру на священный обряд. Ее зовут Неяши, и сегодня она станет шаманом племени, если духи позволят. Возглавит Ойоса, сможет смотреть в будущее и даже проникать в сны людей и животных на расстоянии.
– Только самые близкие достойны быть там, – Неяши знает язык Кампаса не хуже родного. – И ты среди них, радейтан ручи.
Лира краснеет, когда шаман произносит лестное прозвище – «любимая лисичка».
Снаружи лето, а значит кое-где выглядывают трава и цветы. Вдали возвышаются горы, покрытые снегом. Лира накидывает плащ и выбирается из уютного чума. Сегодня она столкнется с иной магией – магией предсказаний, за которой последует обряд посвящения.
Старший брат Неяши ждет у священного логова – места, обложенного камнями под открытым небом. В окружении сложенных поленьев, скрестив ноги, сидят разодетые старухи. Неяши красивее обычного, на ней куча накидок, украшений и повязок с перьями. Она готова.
Ее брат разжигает костер по праву старшего мужчины в семье. Старуха мычит, призывая духов. Лира смотрит завороженно, и сердце трепещет в груди. А старуха уже рассматривает предначертанное и бормочет на языке Снегов:
– Ей уготовано великое будущее! Она объединит племена, и слава ее разнесется далеко за пределы Кампаса!.. Но… я вижу смерть… молодая девушка умрет от огня. Пламя пожрет ее по вине рыжеволосой колдуньи.
Как и тогда в реальности, у Лиры перехватывает дыхание. Она покрывается липким потом. Все десять пар глаз смотрят с неодобрением. Все, кроме нее. Неяши улыбается, покорно принимая судьбу.
Лира проснулась от ощущения тряски. Затылок отчаянно ныл от ударов о землю, а бедро от пинков.
– Вставай, бездельник! – открыв глаза, она увидела низкорослого и пузатого мужичка – своего нанимателя. В горле пересохло от осознания непоправимого. Теперь точно монет не видать, но ведь она так устала за последние дни! Лира вскочила на ноги.
– Я случайно. Простите, – уворачиваясь от подзатыльников, она подхватила сумку и плащ.
Солнце говорило о минувшем полудне. Покупатель явится очень скоро.
– Смотри, что ты наделал! – кричал хозяин.
Лира виновато огляделась. Детей с доверенным скотом уже не было, а ее овцы разбрелись по пастбищу. Часть стада виднелась у врат и около леса.
– Я мигом их соберу!
– Уже услужил, спасибо, – он сплюнул под ноги. – Все хоть на месте? Варгас платит серебром за паршивый скот! Если я упущу из-за тебя хоть монету, удавлю к че́рням!
Лира лихорадочно теребила пальцами ремешок от сумки. Если ей и на этот раз не заплатят, можно сказать, неделя минула даром. Бедро нещадно ныло. Хозяин пошел собирать овец, а Лира высматривала их и молилась, чтобы ни одной не украли. Только она собиралась отправиться к нему на помощь, как в траве зашуршали. Лира почувствовала, что свирепеет.
– Кот, ты что, спал?! – сквозь зубы прошипела она.
– Разумеется, спал, – пробурчал пушистый, блаженно потягиваясь. – А ты, можно подумать, занималась чем-то другим!
– Ты же говорил, что присмотришь за стадом, – ладони взмокли от жары и отчаяния. В голове пульсировали вены. Она представила, как отхлещет ее хозяйка.
– Умеешь же ты вообразить невесть что, – покачал головой кот. – Я ушел говорить с овцами, а не следить за ними. Но они не пожелали вести беседу. Глупые животные…
– Черни, – припомнила Лира низших существ преисподней. Она потопталась на месте в ожидании вердикта хозяина, к которому все же из страха решила не приближаться. В сердцах она проклинала свой сон и кошачью беспечность. Но ее хотя бы можно понять: Лира который день вставала ни свет ни заря и работала, а с обеда до ночи прислушивалась к голосам на ярмарке, чтобы отыскать хоть одного мага, хоть какой-то намек на Заколдованный остров. Старухи в Снегах о нем часто упоминали, правда, места, где находится это чудо, часто менялись в зависимости от рассказчицы – то юг, то север. Лира отправилась в Трелучий лишь потому, что он звучал чаще! Ну и потому что соскучилась по теплу.
– Черни! – услышала она хозяина и прикусила губу. – Одной не хватает!
– Я сейчас же найду ее! – Лира сорвалась в лес, подальше от неизбежных пинков и пощечин. Кот побежал следом.
Редкие деревья на опушке укрыли их от солнца.
– Ты же не собираешься ее возвращать, верно? – с надеждой уточнил кот.
– Конечно, собираюсь, – Лира натянула сумку. – Мне еще на ярмарку нужно успеть и монеты забрать у хозяев. Не зря же я их неделю терпела!
– Помолчи-ка, – кот навострил уши. – Я что-то слышу там, впереди.
Лира замерла, пытаясь уловить блеяние, но услышала только ветер, стук дятла и ругань хозяина, идущего следом. Мурашки побежали по телу.
– Я думаю, ты слышишь овцу, – пискнула она, мельком обернувшись на звуки проклятий.
– Я тоже так думаю, – удивленно согласился кот. – Только она…
Дальнейшее Лира пропустила мимо ушей. Рванув с места, она понеслась в сторону, указанную котом – туда, где, скорее всего, бродило неразумное животное.
Под ногами хрустели ветки. Лира то и дело замирала, прислушиваясь, ускоряла шаг и замирала снова. Если не найдет овцу, пожалуй, возвращаться не станет. Или все же станет? Идти на поводу кота не хотелось, но еще меньше хотелось упустить недельный доход из-за клятой усталости и глупой скотины, так не вовремя решившей удрать.
Вдали раздалось приглушенное «бее» вперемешку с мужскими голосами. Лира остановилась и заинтересованно хмыкнула. Странники? Маги?.. Разбойники?! Судя по крикам, у них намечалась нехилая заварушка. Может, они шли в город и набрели на овцу? Тогда стоит лишь попросить, и они отдадут животное. Но когда Лира вышла на дорогу, ее брови невольно поползли вверх. На обочине кучковались трое: одетые и вооруженные не по-рыцарски – по-деревенски; у одного – топор, второй с ножами за поясом, а самый крупный – сжимал мешок, из которого вырывалось живое и непреклонное «бее». Лира замерла, приоткрыв рот. Значит все-таки воры! Нет, этот мир точно свихнулся, раз всем резко понадобились овцы! Но почему они не зарезали животное? Неужели несут на продажу тому скупщику овец, о котором все говорят? Размышляя, она даже забыла спрятаться. Впрочем, ее не замечали, ибо внимание шайки приковал черноволосый худощавый парнишка с палкой в руках. Тот, кого Лира приняла за вожака своры – мужик среднего роста, с сияющей лысиной – прижимал несчастного к дереву так сильно, что Лира поначалу его и не заметила.
– Где серебро, я тебя спрашиваю?! Выкладывай все, что есть! И не думай шутить с нами, вошь поганая!
Остальные поддакивали. Мимолетным взглядом Лира оценила, что «вошь поганая» одет приличнее мужланов. Сумка через плечо и длинная палка в руках выдавали в нем странника – случайного странника, волей судьбы угодившего в лапы ворью. Мужик держал его за грудки, а парень шевелил губами, словно тихо оправдываясь. «До смерти напуган! – определила Лира – Демоны бы пожрали этих алчных недоумков!»
– Отпустите его! – крикнула она.
Двое обернулись, дернули главного, и спустя мгновение уже три пары глаз смотрели с недоумением и злостью. Лира отлично понимала, как выглядит со стороны: хилый пацаненок, вреда от которого не больше, чем от полуживой мухи. Взгляд не новый, она привыкла. На долгом пути от Снегов до Трелучия ей постоянно встречались разбойники, воры и наемники. Чаще хотели одного – грабить и убивать. Все они были отморозками, переполненными ненавистью ко всему живому, жаждущими насладиться собственной силой и чужой слабостью, опьяненными безнаказанностью и ромом. Пьянчуг Лира не выносила втройне. Винный смрад могла выделить среди тысяч запахов, и сейчас чувствовала даже при отсутствии ветра.
– Вали отсюда, огрызок, пока и тебе не въехало! – фыркнул главный, пихнув паренька кулаком в ребра. Тот вжался в дерево, издав приглушенный хрип.
– Огрызок? – сквозь зубы проговорила Лира.
Напряжение, собранное за тяжелое утро недовольств кота и хозяев, перелилось через край ее сосуда терпения. В мыслях нарисовалась мусорная яма, переполненная сгнившими яблоками. Лира подняла руки с раскинутыми ладонями вверх, затем громко и четко проговорила:
– Во имя справедливости я призываю силу, крушащую и созидающую! – Над лесом сгустились тучи. Воры замерли, глядя вверх. – Не дайте силам всеобъемлющим, покоряющим иные миры, пасть ниже человеческой сущности! Накажите врага моего нечистого, свершившего грех, уподобившись демонам Тару и Брадору! Снизойдите ко мне!
Загремел гром.
– Покоритесь мне!
Сверкнула молния.
– И да свершится наказание двенадцатью именами вашими!
На последних словах молния с треском ударила в ствол, возле которого стояли разбойники. Мужчины в страхе отпрыгнули, а дерево повалилось между ними и пареньком. Второй удар пришелся в центр воровской тройки, отбросив их друг от друга. Они упали, крича невпопад:
– Колдовство!
– Промыслы темных сил!
– Орден узнает об этом!
– Удивительно, никогда не знаешь, как оно сработает, – Лира взглянула на ладони, на небо и опять на ладони, сжимая пальцы в кулаках. – Значит, не забыла еще, как пользоваться магией. Что скажешь, кот? Не тренировки мне нужны, а вовремя подвернувшиеся ублюдки. Сейчас как добавлю этим…
Но добавлять оказалось некому. От противников остался один запах пота. Лира устало вздохнула и поклонилась, чем прекратила небесные стенания, придав небосводу прежний солнечный вид – заклинания божественного происхождения требовали именно такого завершения. В груди потеплело, и она улыбнулась.
Паренек смотрел вслед ворью взором воскресшего из мертвых, но сам убегать не торопился. Из обгоревшего дерева струился дым. Обернувшись к Лире, странник неловко кашлянул в кулак.
– Похоже, теперь я ваш должник, – произнес он с благодарностью и миролюбием. – Невероятное везение встретить того, кто владеет магией столь искусно, да еще и не боится противостоять разбойникам. Вы мой герой! Чем я могу отплатить вам? Может…
– Ну что ты, – Лиру смущали почести. Люди обычно гнали ее взашей, узнав о колдовской натуре. – Не стоит благодарности, я шла за овцой и случайно… – вдруг она вскрикнула. – О, боги! Она цела?
Парень не двинулся с места, будто любое действие или слово обещало лишить его жизни. И тут сквозь лесной покой раздалось протяжное «бее». Незнакомец вздрогнул и оглянулся на серый мешок, который мирно покоился в кроне упавшего дерева.
– Хвала Форису Великому! – Лира подошла к мешку и с трудом вытянула его из-под веток.
– Надо же, – улыбнулся парень. – Не только у меня удачный день.
Овца заблеяла, закувыркалась. Выпустить, так удерет, попробуй потом догони. На помощь пришел спасенный. Он обхватил животное и прижал к земле. Овца не прекращала лягаться, вот-вот зацепит.
– Вы можете наколдовать сон?
Ну конечно! Сон! «Глупая», – почудился голос кота, словно он сидел рядом, – «не додуматься до столь очевидного решения нужно еще постараться». Лира принялась читать заклинание, просунув руку в мешок и схватив овцу за первое попавшееся. Часть тела оказалась ухом, а овечка, извернувшись, чуть не откусила ей палец. К счастью, колдовство подействовало раньше, и животное обмякло. Лира и паренек сидели рядом, дыша быстро и в унисон. Как только дыхание выровнялось, они переглянулись.
– Я Аливер, – почтил он ее обворожительной улыбкой.
Его идеально ровные черные волосы ложились на плечи. Лицо не имело изъянов: ни шрамов, ни прыщей. Одежды были небогатые, но аккуратные и чистые. Кровь прилила к лицу Лиры.
– Аливер, вы… принц?
Парень приподнял брови. Недолго он глядел на нее с удивлением, а после загадочно рассмеялся.
– Что? Я – принц? Уж чего-чего, а подобного мне слышать не доводилось!
Лира почувствовала, что багровеет. Сохраняя остатки достоинства, она гордо встала и принялась отряхиваться, точно не от пыли, а от глупости. Подумать только, как нелепо! Принц! Неужели она всерьез так решила? Хотя, если вспомнить мужчин, что бродят по тавернам, любой, принимающий ванну хоть раз в неделю сошел бы за принца!
– Ох, нет, я вас обидел? Простите! – Аливер притих, взглянув на Лиру. – Верно же, я слишком долго скитался в одиночестве и почти забыл о манерах. Могу ли узнать имя госпожи?
Лира обернулась на него. Дыхание замерло на выдохе, щеки горели. Она не помнила, чтобы с ней говорили таким тоном хоть раз. Ситуация выходила из-под контроля – она таяла, что карамель в печи.
– Лира… – ответила она и тут же прикусила язык от досады. – Точнее… Лир.
Но спустя мгновение вспомнила его слова про госпожу. Как он догадался?! Или Лира сама себя выдала от удивления и вспышки ярости? Клятые чувства! Надо было покидая Снега, одолжить у Неяши немного хладнокровия.
– Я понимаю, – важно кивнул Аливер. – Притворяться мальчиком куда уместнее. Но скажу по правде, только дурак поверит, что вы мальчишка. Могу я загладить вину и помочь вам?
Лира мысленно согласилась с тем, что прежде ее окружали в основном дураки. Она и сама считала, что женского в ней не так уж и мало (считала или хотела надеяться). Только гуще краснеть было уже некуда. От этого взгляда и голоса нужно было спасаться бегством.
– Спасибо, но я лучше как-нибудь… сама, – Лира ухватилась за край мешка и покрепче затянула веревки. Попыталась закинуть поклажу на плечо, но та, проделав в воздухе петлю, рухнула на землю. Лира вздохнула и попыталась снова, но безуспешно. Аливер наблюдал с любопытством котенка.
– У меня почти получилось, – Лира вновь подкинула животное, кряхтя от усталости. И снова мешок оказался на земле, едва долетев ей до пояса. Овца умоляюще заблеяла.
– Не сочтите за грубость, но я беспокоюсь не о вас, а о ней, – произнес Аливер.
– Что ж, раз так, – Лира отошла, потирая ладони.
Когда незнакомец передал ей трость и не без труда забросил мешок на плечо, Лира сообразила, что можно было тащить овцу магией. Поскольку казаться еще глупее, чем уже успела показаться, она не хотела, то налегке направилась в сторону пастбища, тайком изучая спутника. По виду Аливер был всего на несколько лет ее старше, а выше на целую голову. Выраженной мускулатурой не обладал и оставалось только догадываться, насколько ему тяжело тащить мешок.
– Так кто ты, – решив, что смотрит на него слишком пристально, Лира потупила взгляд, – если не принц?
– У меня много имен, – усмехнулся Аливер. – Много названий. Чаще всего приходится слышать «странник» или «сказитель».
– Так ты собиратель легенд! – Лира взглянула на нового знакомого, восхищенно прижав руки к груди. Воспоминания налетели ураганом, и она почти чувствовала тепло очага, запах жареного мяса и низкий голос старца-рассказчика в таверне из детства. – Наверняка собирался в Сушград? Я проведу!
– Нет, я иду в другое место, – живо отреагировал Аливер.
Лира увереннее осмотрела его с головы до ног. Ни ножен, ни лука, ни стрел. Взглянула на палку в своих руках, оценивающе взвесила. Теплое дерево, но не более.
– Такой опасной дорогой? – она недоверчиво сощурилась. – Совсем один, без лошади и оружия?
– Почему это кажется странным? Кроме жизни у меня и взять-то нечего, – усмехнулся он. – Кроме жизни и моих историй. К счастью, истории ворам ни к чему. Подумать только, насколько опаснее стал бы мир, если б они добывали не деньги, а знания.
Лира довольно хмыкнула и огляделась в поисках лишних ушей. Но ни случайных прохожих, ни детей, ни даже зверья не было видно.
– А ты так много знаешь? Не верится что-то. Слишком молодо выглядишь. Сколько тебе лет?
– Научиться слушать можно в любом возрасте, – усмехнулся Аливер, замедляя шаг. Лира тоже остановилась, а он опустил мешок и потер плечо. – Откуда, по-вашему, берутся истории? Из наблюдений и слухов. Вот, например, вы знали, что принцесса Бенгерская Тиш сейчас путешествует по Трелучию в компании небольшого отряда?
Лира округлила глаза и медленно покачала головой. Она слышала о Бенгрии, независимом городке на границе с Трелучием, о неприступных скалах, которые его окружают и правителе Лучиане Бенгерском по прозвищу Славный. О том, что у короля есть дочь, она не знала. Да и сдалось это знание? А вот путешествие королевских кровей – событие, достойное внимания. Особенно внимания разбойников. Для тех так вообще золотая жила.
– А ведь это ее первая поездка. И о ней не распространялись ни в Бенгрии, ни в Трелучии, – заверил странник. – Бенгерцы вообще закрытый народ. Боготворят своего короля, с радостью уходят служить, но о своем благополучии мало рассказывают и чужаков не терпят. Вот узнали бы в Вестории, что где-то правители раздают на площади конфеты ребятишкам, такой бы бунт подняли! Или убежали бы в Бенгрий со своими проблемами.
– Не думаю, что убежали бы, – вздохнула Лира. – Не смогли бы подняться от голода. Да и Орден караулит, старается никого не выпускать за границу. Бежишь, значит ведьма. А если нет, то чего бежишь?
Аливер пожал плечами, с усилием поднял мешок и двинулся дальше. В тени леса было прохладно, и Лира не хотела возвращаться в поле. Впервые за долгое время она встретила достойного собеседника. А уж сколько всего он может ей рассказать! Тут у нее перехватило дыхание. Если ему известны даже такие тайны, как путешествие принцессы, то, быть может…
– Слушай, Аливер, – вскрикнула Лира. – Ты знаешь что-нибудь о Заколдованном острове?!
Улыбка исчезла с его лица.
– Каком острове? – он взглянул на Лиру так, словно она призналась, что родом из преисподней. – Этот тот самый, где живет… Мудрейший?
Он подкинул сползающий мешок. Пальцы от напряжения сделались белее.
– Именно! – она гордо выпрямилась. – Я слышала, он находится где-то здесь в Трелучии! Мудрецу, который живет там, больше тысячи лет и он может ответить на любые вопросы того, кто доберется к нему, преодолев все преграды!
– Да я не ошибся, вы и верно герой, – он горько улыбнулся. – Но знаете ли вы, что на том острове живет не только Мудрейший, но и существа, от одного вида которых кровь стынет в жилах?
– Это все неважно, – отмахнулась Лира. – Я ведь колдунья, и обучали меня лучшие из лучших! Я справлюсь. Мне бы только туда попасть…
– Ну, – вздохнул он. – С этим помочь я вряд ли смогу.
Лира опустила плечи, раздумывая, сколько еще может пройти времени, прежде чем она найдет ответы. Но Аливер продолжил:
– Но я знаю того, кто наверняка сможет. Вольтер из Трелучийского Магдада. Маг, который не только доплыл до острова, но и вернулся. Живым.
– Впервые слышу, – Лира почесала макушку. – И что за Магдад такой?
На лице странника она прочитала сдержанное: «Серьезно?! Вы и этого не знаете?». Но он лишь кашлянул, прочищая горло.
– Магдады. Города для магов, убежища, которые строятся ими же по всему свету, – пожал свободным плечом Аливер. На его лбу выступила испарина. – Колдуны приходят туда, чтобы отдохнуть, спрятаться от человеческих нападок и «Ордена Ворона». Там даже колдовать можно.
Лира едва не запрыгала от счастья. Она всегда верила, что подобные места существуют. Иначе как объяснить, что до сих пор она не встретила на пути ни одного мага?
– Но как найти этот город?
Аливер остановился, опустил мешок, не поднимаясь подобрал палочку с дороги и принялся вырисовывать некое подобие карты. Идти требовалось к селению Южные Тропы, а от него на восток к Пригорью. Увидев старое дерево, нависшее над дорогой, свернуть в лес и двигаться прямо, пока не послышится зов. Найти Магдад были способны волшебники и другие существа, обладающие магическими артефактами. Иных же он пугал страшными звуками, заставляя удирать прочь. Лира прочертила карту в уме, повторила с открытыми и закрытыми глазами, чтобы наверняка ничего не забыть.
– На месте спросите Вольтера. Он добрый и щедрый. Он вам поможет, – завершил Аливер, поднимаясь и стирая пот со лба.
Лира оторвала взгляд от земли, чтобы поблагодарить нового друга. Но лишь открыла рот, как привычное и обеспокоенное «мяуканье» донеслось со стороны пастбища, привлекая внимание Аливера и ее собственное.
– Что ты натворила, девчонка?! – кричал кот на бегу. Заметив Аливера, он вставил вежливое «Здравствуйте», и продолжил как ни в чем не бывало. – Устроила представление над лесом! Глупая твоя голова, возрадуйся же теперь! Орден в городе! Нас обнаружили!
2 глава _ Орден Ворона
Кот явно пытался обдурить ее, запугать, воззвать к совести. Лира представила, как красноречиво возводит взгляд к небу и напоминает паникеру, что Всплеск от заклинаний, созданных богами, Каратели могут обнаружить, лишь находясь в двух шагах от мага. О том, что Лира даже не задумывалась об этом во время прочтения, она, конечно, планировала умолчать. Только взъерошенная шерсть и безумный взгляд приятеля намекали, что они в опасности и времени мало, а потому вместо упреков Лира бросилась к краю холма. Она увидит и убедится сама, или выскажет напарнику все, что думает о его умении раздувать трагедию на пустом месте.
Солнечный свет ударил в глаза и Лира, вытирая подступившие слезы, выглянула из-за дерева, за которым начиналось пастбище. Алые на черном пятна расположились у ворот Сушграда, точно открытая рана с загнивающими краями. Лира сжала зубы, чувствуя, как тошнота подкатывает к горлу, а сердце ускоряет бег. На висках выступил пот. Неужели опять, неужели снова? Она прижалась спиной к стволу, обдумывая, как быть: бежать что есть силы или укрыться? А неподалеку ждал Аливер, застигнутый врасплох говорящим котом и упоминанием о слугах Вестории.
– Весь город видел представление из молний и грома на чистом небе! Весь город, понимаете?! Это ведь даже серьезнее, чем Всплеск! Еще и в разгар ярмарки! Неудивительно, что они объявились, – жаловался кот.
Аливер смущенно улыбался и пожимал плечами. Он словно хотел оправдаться, но от удивления забыл все слова разом. Однако Лира сочла, что он просто не успевает за зверем. Она вернулась, опираясь на палку.
– Глупая! Глупая девочка! – кот распушил хвост, отчего стал похож на разъяренную белку.
– Не пойму, что поражает больше, то что он говорит или то, что говорит правду, – вставил Аливер. – Знаете что, Лира. Бегите через лес, не останавливайтесь. А я… спущусь к Ордену и попробую их отвлечь. Все-таки я в долгу перед вами.
Глаза Лиры наполнились слезами.
– Спасибо тебе, – только и прошептала она.
Странник кивнул и протянул руку.
– Это мне ещё пригодится. Если вы не против.
Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Лира поняла, о чем он. Надо же, этот самодельный посох прирос к ней, как родной. Вернув его страннику, она подумала, что неплохо бы тоже обзавестись таким. Удобная штука. А Аливер попрощался и быстрым шагом направился к Сушграду. Лира проводила его недолгим взглядом, думая, доведется ли увидеться снова, но кот осек ее, напомнив, что времени нет.
Из всеми забытого мешка донеслось одинокое блеяние, на что оба измученно застонали.
Наступал вечер. Лира обливалась потом, несмотря на прохладу леса. Мошек она не замечала, как и кота, бегущего по пятам. В ожидании бессонной ночи они берегли силы и не разговаривали. Только пушистый раз в полверсты вставлял проклятия, отчего сердце Лиры сжималось, а желудок сводило судорогой. Чувство вины пробиралось под кожу. Воспоминания месячной давности не давали покоя. Тогда она вырыла могилу, использовав магию и небольшой Всплеск привлек Карателей. Благо привлек с обратной стороны реки и Лира с котом сумели удрать. Но ведь тогда они находились почти в центре Вестории, а сейчас в Трелучии, и неважно, что близко к границам, Каратели здесь все равно гости нечастые. Представителей Ордена в принципе не так много, а просторы западной державы огромны! В Трелучий Каратели приходят по особым случаям: когда их позвали, или когда взяли след.
Лира перепрыгнула поваленное дерево и обернулась на шорох. Всего лишь ночная птица. Неужели маги уже никогда не смогут чувствовать себя в безопасности? А много ли осталось тех магов? Выдохнув, она прокрутила в голове события, давно ушедшие, но знакомые ей по рассказам из далекого детства.
Два или три столетия назад прародитель Джори Жестокого, нынешнего правителя, унаследовал трон Вестории, не имея ни малейшего представления о том, как править. Один его приказ, и налоги превысили доходы, а мальчишек стали призывать на службу с восьми лет от роду. Конечно, народ взбунтовался, а количество разбойничьих шаек сравнялось с числом военных отрядов! Назревала война. И не только гражданская. Обветшалое государство готовился захватить восточный Горискал, в ту пору еще поделенный на несколько княжеств.
Тогда и пришел Орден Ворона, до тех пор мирно проповедующий бессовестность магов в отдельных Гнездовищах. Его глава вошел в королевский замок поговорить с правителем. В чем заключался разговор – загадка тысячелетия, только с тех пор короля объявили святым и единственным, чьи наследники могут претендовать на трон. А прошлые его умыслы свалили на колдовство посягателей. Налоги снизили, возраст призыва подняли, а магию признали вне закона. Тогда Каратели еще не умели реагировать на Всплеск, чувствовать колдунов за версту. Теперь же магам стало еще сложнее…
Лира отгоняла настойчивые мысли, уводя кота в самую глушь леса. Тиан… первый наставник, научивший ее скрываться и колдовать. Пора бы вспомнить его урок: Каратели ходят только по дорогам, они не позволят себе измараться в грязи.
Они выбрались из леса с рассветом, когда до Южных Троп оставалось пару верст. Лира ощущала невероятную легкость, несмотря на долгую ночь среди колючих кустов и ночных хищников. Кот выглядел угрюмее прежнего.
– Мы снова их провели, – блаженно вздыхала Лира, глядя на солнце сквозь пальцы рук. – Аливер наверняка отправил Карателей в пустыню! Теперь стоит дойти до Магдада, и все проблемы решены!
Кот молчал. Лира старалась не думать, что ей не заплатили, но его вид возвращал самые суровые воспоминания. Так же выглядела овца, когда ее выпустили на волю. Интересно, она нашла свою отару, хозяина или хотя бы помещика, собиравшегося ее купить?
– Уж не боги ли вняли моим молитвам? – усмехнулась Лира, когда молчание стало невыносимым.
– Ты это о чем, скажи на милость? – монотонно пробубнил зверь, глядя вперед.
– С тех пор как мы вышли из леса, я от тебя ни одного грубого слова не услышала. Даже не по себе как-то, – пожала плечами Лира. – И вообще, не вижу причин для плохого настроения. Мы покинули Сушград, как ты и хотел. Радуйся!
– Эгоистка, – прошипел кот. – Чему радоваться? Что ты вырыла нам яму еще глубже? Знай, не научишься сдерживаться, эта яма станет твоей могилой!
– Сдерживаться, значит? – Лира глубоко вздохнула. – А не ты ли говорил, что мне надо чаще тренироваться, что я за работой совсем забыла про магию?!
– Я имел в виду совсем другое! – на это Лира лишь цокнула. Кот всегда имел в виду что угодно, но только не то, что слышалось ей. – Ты могла уйти в Горискал, где Каратели не имеют власти и там продолжать обучение, найти нового наставника, начать новую…
– Мне не нужны наставники, – отрезала она и добавила тише. – Никто не сравнится с ними…
Кот хотел что-то добавить, но, услышав последние слова, притих, словно разделяя ее печаль по ушедшим. Что Лире нравилось в нем, так это искреннее уважение к ее прошлому. Кот никогда не смеялся над методами обучения Тиана и Ирлианда, хотя первого даже не знал, а второго недолюбливал за эксперименты, которые маг ставил на нем, чтобы продемонстрировать юной ученице то или иное заклятие.
– И потом, мне самой впору становиться наставницей, – добавила Лира гордо. – Иногда мне кажется, я умею и знаю так много, что найдись доброволец, с радостью выплеснула бы на него все это!
Кот захихикал. Лира решила не реагировать, только зубами скрипнула. В один день она докажет этому шерстяному чучелу, что ее колдовских умений достаточно, что ее есть за что ценить!
– Лучше расскажи, куда мы идем, наставница? – завершил кот посмеиваясь.
– Расскажу, если не будешь перебивать.
Кот промолчал. Тогда Лира вкратце рассказала про спасение Аливера, Магдад и Вольтера, который может помочь с Заколдованным островом. Кот не стал ее хвалить, лишь причмокнул. Лира решила не выяснять, что значит столь многозначительный звук и мысленно похвалила себя сама.
Некоторое время они прислушивались к пению зарянок, шлепанью ног и урчанию в животе Лиры. Навстречу проехал мужик на телеге, запряженной кобылой, оставляя шлейф рыбной вони. Теперь заурчало и в брюхе кота. Будто бы вечность минула с того времени, когда они выдвинулись из Сушграда.
Дорога извивалась пыльной змеей сквозь поля, пролегала на границе с озером и исчезала на холме. Путь оканчивался крутым поворотом и прямой дорогой на Южные тропы. Именно так именовалась деревня, что легко просматривалась с холма. Но главной особенностью здешних мест была развилка, включающая ни больше ни меньше, а целых десять дорог разом. Из центра перекрестка торчал столб, увешанный табличками. «Сушград», «Пригорье», «Соцветник». Но привлекала внимание лишь та, что указывала на север с кривой подписью «Твоя погибель». Лира и кот переглянулись.
– Чья-то шутка? – пожала она плечами.
– Не у тебя одной они ужасные, – поддержал кот.
Лира пригрозила ему голодом, на что он замолчал и поник. Не знал бедолага, что сумка и так пустая. На привале у озера они доели последний хлеб, но Лира надеялась, что как-нибудь сама собой еда вновь появится. Когда она отбросила попытки найти затерявшийся сухарь, вдали появились всадники, застилая дорогу столбом пыли. От досады она сжала зубы. Судя по реакции кота, он услышал топот раньше, но промолчал. Глупое животное. Теперь скрываться поздно – их заметили. Бежать – значит, накликать беду, ненужные подозрения. Но собственно, в чем они провинились? Кот спрятался за ней, поджав уши. И только заметив алые накидки, наброшенные на плечи, Лира пожалела, что не нырнула в ближайший лес. Ей сделалось дурно.
Лошади заржали, тормозя у развилки. Всадников было трое. На шеях у них красовались амулеты – те самые, что поглощали любую боевую магию, даже самую сложную. Тот, что восседал по центру, взглянул на табличку с кривой надписью. Его брови удивленно изогнулись.
– Поразительно, – коротко оценил он написанное, после чего почтил Лиру долгим внимательным взором. – Кто ты, мальчик?
Он говорил настолько монотонно, что усыпил бы самого беспокойного ребенка.
– Добрый день, господин, – Лира поклонилась, как того требовала вежливость. Сердце колотилось, но она старалась говорить спокойно. – Я держу путь к Пригорью. Там мои родители. Прислали весточку о бабушкиной…
– Ты взволнован, – прервал он. – Почему?
– Что? Я? – Лира замерла с открытым ртом. – Я просто… просто впервые вижу Ка-а-а… Орден Ворона…
Первое, что пришло на ум не лучшим образом отразилось на реакции мужчин. Тот что по центру глядел с насмешкой, остальные устало и недоверчиво.
– Да, я понимаю, – кивнул Каратель и приказал остальным. – Окружите его.
Те мгновенно спешились, заключая Лиру в подобие круга. Развилка показалась дорогой в преисподнюю. Сильнее расстраивало только то, что кот оказался прав. Их вычислили, нашли, поймали! Маскировка коту под хвост!
– Могу я узнать, в чем нас обвиняют? – вскрикнула она, гордо задирая подбородок. Возможно, ее уверенность их отпугнет.
– Ответом тебе будет зеркало, мальчик, – пробормотал главный. – Твои волосы, родимое пятно и зверюшка. Все совпадает. Быть может, именно тебя мы упустили примерно месяц назад в Вестории?
Она почувствовала, как капелька пота оставляет влажную борозду на щеке. Выходит, они ее разглядели еще тогда и передали описание всем Карателям? Черни бы подрали заметную внешность! И тех, от кого она Лире досталась! Или дело не в ней? Или по Всплеску теперь можно выяснить личность мага? Как далеко они зашли в своих исследованиях? Лира прижалась к столбу спиной, обхватив его руками. В воздухе витал запах травы и пыли.
– Глупости какие, – усмехнулась Лира. – Мало ли рыжих людей на Кампасе? Что ж теперь, каждого под арест?
Занять больше времени разговором, чтобы придумать план. Кто же ее этому учил? Имена и лица слились в одном человеке, неком подобии ее отражения. Кто же? И почему она думает о такой ерунде? Кот зарычал за спиной.
– Мы в Трелучии бываем нечасто, – задумчиво продолжил главный, коснувшись серебряной глади амулета. – Многие чернокнижники пользуются этим и скрываются именно здесь. Нам лишь остается реагировать на Всплеск и подозревать каждого, кто хоть немного подходит под описание преступника. Если ты не колдун, уйдешь с миром после проверки. Никто не смеет удерживать невиновного. Но чем больше ты заговариваешь мне зубы, тем сильнее укрепляется вера, что наши поиски, наконец, увенчались успехом…
– А-а-а… – запищала Лира, выкидывая руки, – а-а-арэнам Шот Накро Сом!
К счастью, кот распознал в заклинании сигнал и ринулся в сторону. По зову заклятия песок хлынул вверх фонтаном, забивая противникам носы и веки. Кони заржали и встали на дыбы. Лира скользнула в образовавшуюся брешь, устремляясь за другом. Кот бежал быстро, это хорошо. Плохо, что не в ту сторону. Ну, хоть дорога знакомая. Задыхаясь, он кричал ей – «используй щит». Только Лира знала, заклинание не спасет от преследования, да и на бегу удержать его сложно.
– В лес! – вопил кот.
Лира стиснула зубы. Лес их замедлит. А Орден, убедившийся в том что она ведьма, плюнет на грязь и побежит следом. Еще бы! Такая добыча! Он может окружить, застать врасплох, применить амулеты. До Лиры доходили слухи – один страшнее другого. Лучше скрыться за поляной, там озеро, которое можно переплыть.
– К воде, – ответила она. – Скорее!
Но за поворотом их встретили трое. Тоже на лошадях, тоже в алых накидках. Лира затормозила и от удивления забыла о самых простых заклинаниях, которые помогли бы ей скрыться. И даже кот не мог бы обвинить ее в этом. А все потому что перед ними стояли те же Каратели, которых они оставили на перекрестке. Дышали они свободно и спокойно, а еще уверенно, глаза оставались ясными, без намека на красноту и слезы.
– Но как… – позади раздался топот и Лира обернулась. От ужаса сбилось дыхание и волосы на голове зашевелились. За ними гнались Каратели – те же самые, что стояли напротив.
– Попытаешься сбежать еще раз и нам придется тебя связать, – проговорил глава Ордена, прижимая ладонь к амулету.
Сбежать? Но куда? Лира бросила взгляд к лесу. Тут же двое прихвостней, что стояли по бокам от лидера синхронно повели лошадей вперед, образовав собой острый угол. Их братья-близнецы подступали со спины, Лира слышала цоканье подков по камням. Она заставила себя обернуться и вновь ощутила нереальность происходящего. Разом все вокруг будто потемнело, заволоклось туманом – ни солнца, ни неба не видно. Кот жался к ее ногам. А ведь он мог сбежать. Остался ради нее. Достойно, но глупо.
Каратели, что подошли со спины расположились, как и их живые копии. Теперь вшестером они заключали Лиру и кота в ромб. Мысли крутились в голове взбесившимся водоворотом. От самых несвоевременных «Почему ромб, а не круг?» и «Почему так тихо?» до более существенных «Что же делать?» и «Поможет ли щит теперь?». Под свободной рубашкой по спине стекали капельки пота. Во рту пересохло. Должно было свершиться что-то ужасное, Лира не знала что именно, но понимала – ей это совсем не понравится. Она открыла рот, чтобы все-таки наколдовать щит, но язык не подчинился. Хотела шагнуть к лесу, но ноги не слушались. Тогда Лира выдохнула и закрыла глаза.
– Эй, что это там?! – услышала она далеко-далеко, наверное, в самом Сушграде. Быть может, детишки перекрикиваются, играют. Хотя откуда здесь взяться детишкам?
К голосу присоединился топот копыт, стук колес, скрежет металла.
– Что здесь происходит? – вернулись и прочие звуки, которые, Лира готова была поклясться, еще несколько секунд назад пропали навеки. Снова затарабанил дятел в лесу, запели птицы и зашептал ветер: «Бенгерская принцесса! Здесь? А ну, спешились и поклонились, быстро!». Хотя последнее, пожалуй, все-таки произнес не ветер.
Лира открыла глаза, а затем и рот. На миг она забыла о Карателях, а те, похоже, забыли о ней, поскольку перед ними раскинулась целая королевская процессия. Четверо стражников восседали верхо́м, по сторонам от крытой повозки с резными узорами на ставнях и тонкими колесами. Еще по двое сопровождающих расположились спереди и сзади. Их доспехи сияли серебром, отражая солнечный свет, в ножнах таились мечи. Все кони были как на подбор чистые и стриженные. Лире даже показалось, что пахнут они раз в десять лучше нее. Из открытой двери повозки выглядывала черноволосая девушка в голубом платье, видимо, походном, хотя для Лиры оно показалось самой нарядной одеждой, которую она когда-либо видела.
– Ваша светлость, не стоит вмешиваться, – взволнованно прошептали из кареты. – Это Орден Ворона и они…
– Я знаю кто это, – перебила принцесса и спрыгнула на землю, минуя единственную ступеньку. Она смотрела уверенно и строго. Лире нравился этот взгляд. – Что вы с ним делаете? – обратилась она к Ордену.
– Ваша милость, поверьте, это вовсе не заслуживает вашего внимания, – заговорил главный Каратель и Лира снова почувствовала, как мурашки бегут по спине. Горло сжалось и она чуть не закашляла. Кот тронул ее лапой и она, опомнившись, взглянула вниз, а затем по указке напарника обернулась. Карателей теперь было трое, не шестеро. Видимо, из уважения к принцессе, они спешились. И ополовинились, похоже, из тех же соображений.
– Это я решу, что его заслуживает, а что нет, – твердо заявила девушка. – Этот мальчик… он колдун?
– Именно, Ваша Светлость, – кивнул главарь. – Он преступник и будет наказан в соответствии с законами Вестории.
Лира сглотнула, опустив взгляд. Необходимо было быстро найти решение. Она перевернула назад страницу памяти. Каратели гнались за ней от самой Вестории, а поймав решили применить амулеты, которые, похоже, не только блокируют боевую магию, но и каким-то образом вводят пойманного мага в транс. Для чего? Чтобы не сбежал? Чтобы легче было его контролировать по дороге в Гнездовище? Что бы это ни было еще раз испытывать на себе эту гадость Лира не хотела.
Она взглянула на принцессу, которая теперь увиделась ей спасительным плотом в бушующем океане. Вспомнился недавний разговор с Аливером. Первая поездка, закрытый город, добрый король.
– За какие грехи его судят? – продолжала Бенгерская Тиш.
– Колдовство, Ваша Милость, – Каратель говорил мягко и спокойно, и все равно от его голоса все немело внутри.
– Само по себе колдовство не преступление. Кого он убил? Что разрушил? Или может…
– Ваша…
– Попрошу не перебивать, – отрезала девушка. – Вы не в Вестории. И ваша власть ограничивается двумя пактами с Трелучием и Бенгрием о предоставлении опасных магов Ордену. А насколько опасен этот колдун, мне неясно.
Каратель смолчал. Лира посмотрела на него, но встретив горящий взгляд темных глаз, резко отвернулась, словно ошпаренная кипящим маслом.
– Как тебя зовут, мальчик? – голос принцессы смягчился. Лира облизала сухие губы.
– Я Лир, Ваша Светлость, – она чувствовала, что дрожит. Вот ее шанс спастись и она его не упустит. – Господа ошибаются. Я не колдун, а лишь фокусник. Благородные мужи перепутали один из моих фокусов с магией. Мне это даже льстит, – она заговорила быстрее. – Если позволите, я кое-что покажу. Прямо здесь.
Лира легонько пнула кота. Тот явного довольства не выказал, равно как и протеста. По знаку принцессы Лира поклонилась и начала представление. Кот по ее хлопкам прыгал на задних лапах, бегал змейкой между ног и даже повторял некоторые несложные слова. Ее Светлость хлопала в ладоши, наблюдая за трюками с восхищением ребенка. Даже слуги выползли из кареты, чтобы увидеть диво.
Как только Лира и кот окончили шоу синхронными поклонами, Бенгерская Тиш грозно обратилась к святым мужам:
– Значит, колдун? Какие еще грехи вы припишите простому ребенку! Чтобы через секунду духу вашего тут не было!
– Вы слишком юны, чтобы замечать очевидное, – проговорил Каратель за спиной Лиры. – Только знайте, пока Бенгрий перенимает восточные традиции, колдуны по частям захватывают Кампас. И однажды, когда шесть демонов во главе с Мором покинут преисподнюю, вы вспомните мои слова.
Лире показалось, что принцесса дрогнула от напряженного голоса. А Каратели запрыгнули на лошадей и направили их обратно, к перекрестку. Глядя им вслед, Лира думала, бывают ли моменты прекраснее.
– Ты голодный? – спросила Тиш и не дожидаясь ответа прибавила своим подданным. – Самое время сделать привал. Я видела поляну с озером неподалеку. Очень живописное место!
«Бывают» – ответила Лира на свой вопрос.
Она с улыбкой наблюдала, как слуги достают покрывала и сундуки с едой. Кот довольно мурчал и терся о ноги Ее Светлости. Лира рассыпалась благодарностями, выуживая из памяти все, что однажды доводилось услышать или прочесть. Принцесса слушала и хитро улыбалась. Наконец, она прервала восхваления и на одном дыхании произнесла:
– Где набрался этих милых словечек? Может, ты и правда колдун?
Лира подавилась последним словом. Горло сжалось капканом, не позволяя сорваться оправданиям.
– Все хорошо, – принцесса одарила ее взглядом голубых глаз. Лира отметила, что ее длинные ресницы не уступают по черноте волосам. – Не бойся. Я ничего не имею против магов. Понял?
Как только приготовления завершились, Ее Светлость пригласила Лиру и кота к дорожному столу на полотне, сшитом, как заметила принцесса, лучшими восточными мастерами. Лира похвалила работу, хотя куда больше ее восхищали хлеб, сыры, вяленое мясо и блюда с фруктами, расставленные на нем. Лишней показалась только бутыль вина и пара бокалов. С другой стороны, насильно вливать напиток в нее ведь не будут?
Пока Лира и кот уплетали дорожные яства, Ее Светлость великодушно молчала, опустошая бокал. Похоже, сама она была не сильно голодной и привал приказала сделать лишь ради случайных путников. Лиру не покидала мысль, что после обеда ее все-таки скрутят и отправят в темницу Бенгрия. Не может быть, чтоб дама высоких кровей потчевала обычного грязного мальчишку, случайно встреченного на дороге. Она даже с Орденом поругалась ради нее! «Что-то тут нечисто, – думала Лира, – но зато вкусно. А потому будь что будет».
Когда она набила живот и протерла губы салфеткой, то взглянула на Бенгерскую Тиш с благодарным вниманием. К тому времени солнце уже готовилось уплыть за озеро.
– Ох, Ваша Светлость, так вкусно я не ел с тех пор, как… – Лира задумалась. – Да пожалуй никогда.
Принцесса весело рассмеялась, прикрыв рот рукой. Слуга подлил ей алый напиток, и она отпила мелкими глотками.
– Это мое первое путешествие, – призналась принцесса. – Отец позволил подготовить все самой, но я немного просчиталась с припасами, – Она смешно прикусила губу. – Хорошо, что оно не светское. А ты откуда родом?
– Откуда?.. – замялась Лира. Она была уверена, что вопрос будет об их следующей остановке, а не о прошлой. – Я из Снегов, Ваша Светлость. Хотя – она задумалась на мгновение, – родился я в рыбацком городке Хмурый, который в Вестории. Но вы вряд ли слыхали…
– И верно, не слышала. Почему ты не пьешь?
Лира покосилась на бокал с красным и ее начало тошнить. К счастью, не пришлось говорить принцессе о своей нелюбви к вину, та, судя по реакции, сама увидела гримасу отвращения, которую Лира не успела скрыть.
– Нужно было сразу сказать, что тебе такое не по душе, – хохотнула она. – Хотя о чем это я, ты ведь сама скромность. Прогуляешься со мной?
Предложение показалось внезапным, и все же Лира кивнула. Возможно, юная леди хочет узнать о жизни бедняков, или о том, как она натренировала кота? Может даже предложит купить дрессированную зверушку? Пожалуй, Лира не будет отказываться. Невежливо это.
Ее Светлость приказала слугам собирать еду, а страже не подходить ближе, чем на десяток шагов. Кот прислонился к Лире и шепнул, что пора прощаться, но она сделала вид, что не слышит. В конце концов в Магдаде бывали многие, а многие ли могут похвастать прогулкой с принцессой?
Бенгерская Тиш поманила Лиру за собой. Та из вежливости решила все же хлебнуть из бокала, но тут же закашлялась, привлекая внимание охраны.
– Ты в порядке? – поинтересовалась принцесса. Лира кивнула. – Я просто не хочу, чтобы они слышали. И еще, давай без титулов, не будем зря тратить время.
– Хорошо, – Лира направилась за ней по полю. Кот следовал рядом. Неугомонное животное!
– Только не ври, я очень прошу, – попросила принцесса. – Ведь ты колдун, верно?
Лира прокашлялась, скрещивая руки на груди и потирая плечи. Вечерняя прохлада казалась приятной заменой дневной жаре, но в обществе принцессы будто и вовсе наступила зима.
– А мой ответ повлияет на… на что-нибудь? – вопросила Лира, отчего кот выронил из полуоткрытой пасти прихваченный кусок мяса. Тиш замотала головой. – Я не колдун… Я ведьма. Я… я Лира, Ваша…
– Я знала! – Она схватила Лиру за плечи. Глаза ее сделались еще больше. – Я знала. Колдун, колдунья. Не имеет значения, я не выдам тебя Ордену.
– Спасибо, – руки принцессы оказались на удивление сильными. Лира перестала дрожать. Ангельская внешность, девичьи возгласы, взгляд, полный вожделения перед чудотворными силами. Ощущение собственного величия захлестнуло Лиру. Щеки зарделись, а грудь невольно выпятилась вперед. Но следующие слова Бенгерской принцессы ее отрезвили.
– Лир… Лира, у меня серьезный вопрос. Что ты знаешь о договоре с демоном на крови?
– Чего? – поперхнулась она. Зачем королевской дочери знать такие вещи?! – Ваша… вы… вы же не для себя…
– Конечно, нет, – Тиш нервно рассмеялась. – Это просто интерес. В книжке вычитала.
Интересные же книги водятся в королевской библиотеке.
Лира набрала воздуха в грудь. Ее мысли долгое время блуждали во мраке. Она просто не позволяла им увидеть свет. Ведь когда слова обретут форму, когда их услышат, придется поверить в страшное, придется признать. Но теперь сама судьба благоволила ей (или пыталась уничтожить).
– Это сродни проклятию, – призналась Лира. – Очень сильная магия. Магия слова. Магия крови. Подписывая такой договор, человек обязуется служить демонам после смерти и до скончания мироздания. Взамен ему обычно предлагают золото, власть, красоту, здоровье, любовь. Все что угодно. Только наславший проклятие может снять его. И только демон, предлагающий договор, может его разорвать, – Лира сглотнула и добавила. – Сильнее такого договора только материнское проклятие. Выкрикнув раз, его нельзя отозвать, даже при всем желании.
– Но разве мать может… – начала Тиш, но Лира посмотрела на нее влажными глазами и слова оказались ненужными. Принцесса скромно потупила взгляд. – Прости. Кажется, это личное. А разрушить такой договор нельзя… как-нибудь иначе?
Лира виновато пожала плечами:
– Боюсь, если и можно, то неизвестным мне способом.
Тиш кивнула, взяла руки Лиры в свои, рассматривая мозоли печальным, задумчивым взглядом. Ее пальцы оказались теплыми, с нежной и гладкой кожей. Лира хотела уточнить, нуждается ли принцесса или кто-то из ее близких в помощи. С трудом верилось, что такие серьезные вещи можно спрашивать из праздного интереса. Но только она открыла рот, Ее Светлость произнесла тихо в пустоту:
– Этими руками ты творишь заклинания и даже не представляешь насколько это чудесный дар.
Мысли Лиры переметнулись в иное русло – она не представляет, разве? В Снегах позволялось колдовать день и ночь напролет, а здесь у нее порой сводило пальцы. Каждое новое прочитанное заклинание вливалось в нее и давило, не найдя выхода. Ужасное чувство. Впрочем, как люди вообще обходятся без волшебного лука с неиссякаемым запасом стрел и шарика света?
– Проклятый Орден распугал всех магов, – с печалью в голосе продолжила принцесса. – Даже на востоке, в Горискале их тяжело встретить. Думаю, мне повезло, – она мельком глянула на стражников, которые смотрели на них не отрываясь. – Жаль только не получится увидеть чудо.
Лира сглотнула. От принцессы пахло сладкими духами. Пышные волосы сияли здоровьем. Ее можно было представить младшей сестрой или подругой из детства. Выглядела бы она также привлекательно, если бы родилась не в королевской семье? Ведь любую деревенщину, если хорошенько умыть и надушить, родной отец не узнает. Лира прикусила губу. Неяши тоже была своего рода принцессой. И она тоже была добра с Лирой. Впрочем, почему была? А Тиш казалась властной, но при этом по-детски непосредственной. Настолько, что хотелось ее обнять. Лира осмотрелась. Стражи не сводили с них глаз, слуги заканчивали сборы, а кот сидел рядом, моля взглядом – «Уходим! Нам пора!». Лира улыбнулась.
– Я покажу вам кое-что, – она развязала плащ и натянула на голову, скрываясь от ненужных свидетелей. Глядя в глаза непонимающей принцессе, прошептала – Луминор.
В руках мелькнула искра, превращаясь в шарик света. Он горел, слабо мерцая. Тиш открыла рот в немом восторге, прижимая руки к груди. В следующий момент она схватила Лирину накидку и натянула себе на голову. Под полотном стало жарко. Заклинание отбрасывало желтые блики на лицо. У принцессы слезились глаза от восторга. Лира протянула магический шар, и девушка дотронулась мягко отметив – «Теплый».
Подбежали стражники, стянули полотно резким движением. Луминор растворился. Мысли охраны легко можно было предугадать. Они уверились, что Лир, нахальный мальчишка, пытался совратить королевскую дочь. На их лицах читалась смесь гнева и отвращения. Вопреки всему, Лира хохотнула. Осознание абсурда ситуации взяло верх над страхом. А принцесса пресекла желание защитников отрубить все выступающие части тела грубияну и со смехом призналась в том, что Лира девушка.
– Мы просто сплетничали! А вы что подумали?!
Лира рассмеялась, хватаясь за живот. И только кот у ее ног прерывисто вздыхал, схватившись лапкой за сердце.
3 глава _ Чародей
Лира и кот пробирались по лесу практически в полной темноте – спасительный свет от луны и звезд скрывали ветвистые кроны. Шарик света размером с яблоко согревал ладонь. С лица Лиры не сходила улыбка. Она все вспоминала, как мило Бенгерская Тиш попрощалась с ними перед тем, как продолжить путь в Пригорье. Приятное знакомство. И полезное, кстати. Только кот явно так не считал, стараясь подавить ее радость монотонным бубнением.
– От твоего Луминора одни беды. То мух навлечет, то стражников!
И это несмотря на то что принцесса не только спасла их от гибели и накормила, но и доставила к старому дереву. Лира боялась упустить его, не заметить, но лошади, приблизившись к нему, забеспокоились и сами затормозили. Будто что-то почувствовали. Спросив кота, ощущает ли и он что-то необычное, Лира получила в ответ лишь новую тираду о собственной безответственности.
Темнота давила, подобно стенам склепа, холодила внутренности. Кусты шевелились, выпуская то птиц, то мотыльков. Кот что-то бормотал, словно дорвавшись до разговоров после пары часов молчания в присутствии принцессы, а Лира думала, что вот-вот увидит магов равных себе. От предвкушения встречи перехватывало дыхание. Хотелось не идти, а бежать, словно энергичный кукловод внутри нее то и дело тянул за веревочки.
Лира перепрыгнула поваленное дерево и через мгновение окунулась в чудодейственную мелодию, летевшую подобно стае белых лебедей со стороны чащи.
– Магдад, – завороженно произнесла она. Кот тут же замолк.
С каждым шагом мелодия становилась все громче. Звуки арфы и свирели ворожили сильнее любого зелья, заставляя не идти – плыть. Словно глоток теплого молока морозным утром, как прикосновение родных губ после долгой разлуки. Сладостное тепло разливалось по всему телу. Кот бежал на звук, принюхиваясь, и шептал: «кошки, они зовут меня».
Наконец впереди показалась стена из высоких стволов, переплетенных лиан и веток. Посреди красовалась арка, размером в два Лириных роста. Прямо напротив входа, в десяти шагах, на пеньке восседал бородатый карлик в высокой остроконечной шляпе. Он явно скучал, но увидев путников, выпрямился и торжественно произнес:
– Добро пожаловать в Трелучийский Магдад! Здесь вы можете…
– Откуда эта музыка? Это вы ее создали? – Лира поспешно вошла в город и звуки тут же стихли. Может, мелодия играла у нее в голове? Лира ступила обратно за арку и снова услышала «зов», шагнула к карлику – стало тихо. Тогда она остановилась под аркой, полагая, что так одним ухом будет слышать звуки, а другим нет.
– Лира! – прикрикнул кот. Взглянув в его сторону, Лира поняла, что карлик смотрит на нее, как на сумасшедшую.
– Простите, я вас перебила, – она подошла к встречающему, смущенно улыбаясь. Потом разузнает про музыку. И про город. И про эту шляпу, размером больше, чем ее обладатель.
– Добро пожаловать в Трелучийский Магдад, – без прежнего воодушевления повторил карлик. – Здесь вы можете использовать любую магию, город поглотит ее Всплеск и Орден вас не обнаружит. Под запретом только разрушающие заклинания третьего порядка. Также помните, что наносить увечья другим магам разрешено только с их согласия. Вам все ясно?
– Да, – Лира кивнула. – А где я могу найти Вольтера?
– Таверна «Бескрылый дракон». В конце дороги, – он махнул рукой в сторону.
– Спасибо, – Лира неуверенно поклонилась. – А все-таки… музыка…
– Ты не поверишь, – безэмоционально ответил старичок. – Она волшебная. Ты, кстати, в магическом городе. Здесь все такое.
Кот прыснул, а Лира, не желая слышать новых насмешек от стражника вдвое ниже нее, поспешила убраться с его глаз.
Город выглядел скромно. Домики, словно рассчитанные на одного человека, не отгораживались заборами. Хлевов Лира не видела и не чувствовала по запаху. Вместо них временные жители Магдада выращивали яблони и груши, которые судя по размерам плодов, удобряли отборной магией. Улиц было немного – пять или шесть. И за что только Магдад назвали городом? Деревня от силы. Впрочем, Лиру устраивало любое название – хоть континентом пусть нарекают, лишь бы найти здесь ответы.
Она шла по дороге, выстланной гладкими валунами, рассматривая в свете магических фонарей живой потолок из крон, которые склонялись, скрывая небо. Тропа оканчивалась деревянной постройкой – единственным двухэтажным зданием Магдада. Надпись на табличке соответствовала ожиданиям. Лира переглянулась с котом, набрала воздуха в грудь и вошла.
Таверна магического городка встретила новых гостей веселой музыкой и запахом жареного мяса вперемешку с алкогольным смрадом. Заколдованные инструменты играли у входа. Звучали волынка, флейта и барабаны. Единственное окно закрывала черная штора. Сияющие луминором светильники висели на стенах по кругу рядом с полотнами, где изображались корабли и пустыни. Деревянные лестницы перед кухонной дверью вели вниз и наверх.
Народу набилось, точно намечался праздник, и абсолютно все – мужчины в балахонах и плащах, с жезлами и без. Они кричали и спорили, стучались кружками и тут же заливались хмельным содержимым.
– Они все… пьяны! – с отвращением отметила Лира.
– А ты думала, они в таверну набились поговорить о высоком?
Лира решительно оправила робу, гордо выпрямилась и подошла к одному из последних свободных столов. Мужи, озадаченные разговорами и выпивкой, не замечали ни ее, ни кота. «Вино ударяет в голову не хуже клинка, только менее болезненно», – вспомнила она слова первого наставника. И все же заведение выглядело мирно. Никто не дрался, некоторые колдуны пытались мериться силой, создавая несложные заклинания, но поединки не выходили за рамки одного стола. Лира подумала, что на большее эти маги просто не способны. И Тиан, и Ирлианд в свое время умудрялись сносить дома по щелчку пальцев. И даже запреты Магдада их бы не остановили!
– Закажем поесть для начала, а уж потом выясним кто из них Вольтер, – предложил кот, а Лира в который раз удивилась ненасытности друга.
Не прошло и минуты, как к ним подлетела стройная дама и, приняв заказ: мясную похлебку, рыбный пирог и мед, ускакала на кухню.
– Лира, ты чувствуешь это? – заговорщицки вопросил кот. – Чувствуешь эту чудотворную завесу?
– Ты про перегар? – уточнила она, пытаясь прислушаться к разговору за соседним столом.
– Я про магические потоки! Это место наполнено энергией колдовства! – с радостью волшебника, которому ответили боги, лепетал кот. – Абсолютно каждый здесь владеет той же силой, что и ты, Лира!
– Не сравнивай меня с ними, – недовольно ответила она. – Они маги, а ведут себя… как жалкие пьяницы. Не знают что ли, как эль влияет на колдовские способности?
– Наконец-то ты заговорила его словами, – одобрил кот. Лира попыталась понять, что чувствует при виде такой редкости, как довольный сообщник, но не нащупала в себе и частичку восторга.
Когда принесли еду, кот приступил к ее уничтожению, словно это не его совсем недавно кормили королевским обедом. Лира отпила медовый напиток и зажмурилась, впитывая голоса, вырывая из разговоров необходимую суть.
– Ты видел эту овцу?! Видел?! – закричали чуть громче за соседним столиком впереди. Лира от удивления открыла глаза, на мгновение подумав, что некий грубиян решил отозваться столь нелестным образом о ней или кухарке. Но паренек пялился на соседа, нависнув над ним и говорил явно не о человеке. – Вот посмотри сначала, а потом говори, что не веришь! Подойди завтра к Вольту и спроси! А то не верит он…
Лира хмыкнула и глотнула меду. Вольтер точно здесь, это упрощает задачу. Кот отчаянно чавкал, уйдя в себя. Разговоры его мало заботили.
– В последний раз видел ее на Тридесе, – прислушалась она к столу слева, где сидели мужчины постарше. – Все так же красива, все так же полна сожалений. Ох уж эта Мериса…
Кот приподнял морду, обернулся на них без особого интереса. Лира улыбнулась краем рта. Взрослые люди, а в сказки верят – не существует никакого Тридеса, это даже дети знают! Кот, видимо, подумал о том же. Лира не успела уточнить. Сзади она услышала разговор, от которого перехватило дыхание.
– Ай да Вольт, ай да бравый маг! Отправиться на Заколдованный остров в одиночку! Можете себе представить?! – восхищенные возгласы пяти молодых мужчин накладывались один на другой.
– Любому смельчаку это под силу, – махнул рукой Вольт и горячо продолжил. – Ведь только смелый может проникнуть на остров среди нечистого озера. Только смелый пройдет испытания. Выберется из тесного леса и грибной рощи, – выдержав паузу, он продолжил серьезно и тихо. – Но скажу сразу, без карты там делать нечего. Так что любой из вас, кто захочет повторить подвиг, должен сначала прикупить вот это!
Лира едва сдержалась чтобы не обернуться. Тело покрылось мурашками. Она боялась даже вдохнуть.
– Ничего себе, карта! И сколько же их у вас?! – хором воскликнули слушатели.
– Только одна. И она мне дорого обошлась! – он шумно отпил из кружки, помолчал и продолжил. – Хотя без нее там и вовсе нечего делать. Заколдованный остров находится посреди озера, напичканного тварями, которые только и ждут легкой добычи. Среди них уродливые русалки, головоногие монстры, гигантские пиявки и рыбы с клыками во всю пасть. Каждый из них попытается утащить тебя на дно. Но есть лишь одна линия, которую заколдовали сотни лет назад. Если плыть строго по ней, до самого острова тебя никто не посмеет тронуть.
– Ай да, Вольт! Ай да, смельчак! – посыпались любезности.
– А в пещере меня ждал Мудрейший! – мужчина, похоже, не желал спускаться с незримого пьедестала. – Как водится, он ответил на мои вопросы. На все три ответил! Рассказал, как выделить золотую овечку среди сотен серых подруг! Ведь богатенькие помещики до сих пор ее ищут. Все еще верят, что одна из купленных позолотеет в срок. И даже не знают, что овца уже обрела хозяина, сокрытая в магическом городке. Ха! Не верите? Тогда идем в комнату, и я докажу… – Вольт сделал большой глоток из кружки. Остальные мужчины неуверенно переглянулись и разом уперлись взглядами ему за спину. А Вольтер вернул кружку на стол и мотнул головой в сторону.
– Мы здесь уже не одни, да?
– Господин Вольтер, я покупаю эту карту! – твердо сказала Лира.
– Это девочка или мальчик? – вполголоса спросил маг у мужчин. Полились догадки. Мнения разошлись, и волшебники начали спорить между собой, доказывая каждый свою правоту. Лира скрипнула зубами, ощущая подступающую тошноту.
– Я собираюсь купить карту, а вас волнует мой пол? – воскликнула она. – Что ж, я ведьма, в одиночку преодолевшая пол-Кампаса и дважды сбежавшая от Ордена невредимой.
Лира вдохнула, выдохнула, сжала потные ладошки в кулаки и расслабила их. Нет, как бы ни были ей противны эти пьянчуги, нельзя срываться. Спокойный тон всегда подкупает. Этому она научилась у Неяши.
– И зачем тебе карта? – не оборачиваясь, спросил Вольтер под шорохи переговаривающихся почитателей. Кажется, признание Лиры их не убедило.
– Попасть к Мудрейшему, конечно.
– Зачем?
Лира сжала зубы. Кому какое дело до ее поисков? Сказать, что ищет одну из астральных реликвий? В конце концов все их ищут! Но подумав, она решила не врать.
– Я хочу снять родовое проклятие, – компания Вольта замерла.
– Родовое? – удивился Вольтер. – И как давно прокляли твой род, девочка?
– Ну, – Лира почувствовала, что краснеет. Она уже жалела, что решилась сказать правду. – Начиная с меня.
Кто-то присвистнул, кто-то зааплодировал. Некоторые просто усмехнулись, переговариваясь о девичьей наивности и глупости.
– У меня есть деньги. Я могу заплатить больше, чем вы думаете, – Лира достала мешок из-за пазухи, пока Вольтер не завалил ее новыми вопросами. Хотелось покончить с ним поскорее.
Мужчины при виде денег оглушили округу новым мычанием и улюлюканьем, которые могли означать как признание, так и насмешку. При этом почитатели своего господина не переставали переглядываться в ожидании его реакции, отчего Лиру мутило все больше и больше. А Вольтер, не теряя ни грамма мирового безразличия, живо развернулся на стуле и уставился на нее. Нижняя часть его лица скрывалась под бородой, волосы свисали сосульками. Лира хотела отойти, но сдержалась, сосредотачиваясь на черных, как угли, глазах.
– Попытка выдать себя за мальчика говорит о разумности, но ты все равно умрешь, если отправишься на остров одна, – Вольтер оглядел ее с головы до ног. – Сколько тебе лет?
– Мне почти семнадцать, – ответила Лира, хотя и до шестнадцати ей оставалось чуть меньше года. – Этого хватит?
Она протянула монеты. Вольтер устало приподнял брови и принял мешок двумя пальцами, точно внутри его ожидали навозные жуки. Лира догадывалась, что он рассчитывает встретить медяки. Вот удивится, когда откроет.
– Ммм, серебро? – промычал он под нос, вываливая монеты на стол. Лира усмехнулась. Остальные колдуны повставали со стульев, желая рассмотреть поближе. – Даже золото!
Мужчины переглянулись, искоса взглянули в ее сторону. Лира почти торжествующе выпятила грудь, чувствуя, как розовеют щеки от одобряющего взора толпы. А Вольтер захлопнул мешок, и выдал:
– И давно ты торгуешь собой, девочка?
Лира быстро заморгала, оторопев от бестактности. О том, чтобы сохранять спокойствие дальше не могло быть и речи.
– Да как вы смеете?!
Голос сорвался на писк, и маги наполнили таверну новым хохотом. Лира чувствовала себя попавшей под дождь из помоев. А перед ней не чародеи, нет, – скот из немытого хлева. Она видела их багровые лица, чуяла смрад изо ртов, от потных тел. Вольтер улыбался, насмешливо и печально. Лира закатала рукава, не слыша уговоров кота позади. Древние тексты полились из уст привычно, словно произносимые каждый день. Так четко Лира давно не заклинала:
– Стор Аракх Мхоро Нос Хаги…
Вольтер, решивший было промочить горло, выплеснул содержимое изо рта на пол. А тем временем Лирины руки уже горели лиловым сиянием. Магия преисподней готовилась обрушиться на эту кучку невоспитанных прохиндеев. Едва прозвучали последние слова заклинания, как Вольтер вскрикнул:
– Нейтралиум!
Лучи белого света заполнили таверну в мгновение ока, ослепляя волшебников. Вспыхнуло нейтрализующее заклятие и воцарилась тьма.
Наверное, такой тишины в таверне не ощущали со времен постройки: ни музыки, ни звуков, ни света, словно разом рухнул весь мир. Но понемногу посетители приходили в себя, раздавались отдельные голоса: «И кто выиграл?», «А кто дрался?», «Это знак свыше, пора отчаливать!», «Я один слышал заклинание поглощения?», «Что вообще происходит?». Шепотки наполняли комнату с быстротой пчелиного роя, догоняющего разрушителя ульев.
– Луминор, – прорычал Вольтер и фонари забрезжили новыми огоньками. Лира снова увидела его лицо, теперь наполненное яростью и презрением.
– Ты решила прикончить нас всех, ненормальная?! – в бешенстве он навис над ней, готовый разорвать на куски.
– Теперь убедился, что я не какая-то уличная девка, что я в состоянии зарабатывать магией?! – Лира с удовольствием выделила последнее слово, как будто предложенные монеты она получила не за ручной труд, а и в правду за колдовство. – Если придется, я любого из местных пьяниц одолею в поединке, чтобы доказать это!
Вольтер захлебнулся воздухом, очевидно, собираясь ответить набором малоприятных слов, но замер и огляделся. Гости – все до единого – взирали на них. Многие заметно протрезвели. Во взглядах читалось: «Какие черни их укусили?».
– Господа, продолжайте веселье, – небрежно произнес маг. – Эртур, будь добр, наколдуй музыку.
Молодой тощий паренек радостно вскрикнул, и инструменты заиграли вновь. Этого оказалось достаточно, чтобы посетители забыли о встряске и вернулись к делам. А Вольт указал на гостей и продолжил на несколько тонов тише:
– Любой из этой таверны пальцем тебя прихлопнет. Здесь колдуны в поколениях, потратившие годы на изучение магии, мудрецы. А ты высокомерная девчонка и только вступила на путь колдовства, чтоб тебя!
Вольтер взгромоздился на стул и глотнул вина. Лира для него как будто исчезла. К горлу подкатил предательский ком. Уверенность убывала со скоростью горного ветра. Приспешники сидели молча, опасаясь вызвать новую волну негодования. Осмотрев их по кругу, Вольтер ударил кулаком по столу что было сил. Все, включая Лиру, подпрыгнули.
– Что пялитесь, лодыри? Кто еще из вас способен повторить Эосфор по памяти? – Вольтер брызгал слюной. – Никто? Так я и думал. Кто твой учитель, девочка?
– Мой? – неуверенно подала голос Лира. – Первым учителем был Тиан. Тиан из Вестории, – и еле слышно добавила: – По прозвищу Бабник.
– Бабник Тиан… Бедолага… Быть убитым собственной шайкой, – проговорил колдун. – Хорошо. Я продам тебе карту. Но только при одном условии.
– Каком? – выдохнула Лира, заключив, что артефакт обходится ей в слишком уж много условий.
– Ты оставишь мне взамен что-то важное. Своеобразный залог. А по возвращении отчитаешься, что жива. По рукам? Или у тебя ничего ценного с собой нет?
– Есть! – вскрикнула Лира поспешно, но тут же одернула себя и добавила спокойнее: – Я найду что оставить.
Щеки горели, а в голове постукивали крохотные молоточки. Вольтер задержал на ней взгляд, а после передал карту. Но тут на столе перед сдельщиками одним прыжком возник кот, заявив возмущенным тоном:
– Я не отпущу тебя одну, Лира!
– Так, друзья, – Вольт откинулся на спинку стула и отодвинул кружку. – Кажется, на сегодня достаточно.
– А я и не о тебе говорила. Тоже мне ценность, – отрезала Лира.
Она развернула свиток, пожелтевший, потрескавшийся, прожженный огнем, но не утративший ценности. Лира осмотрела покупку, прочла названия местностей. Красная стрела волнами пересекала пергамент, но, дойдя до левого края, обрывалась и появлялась гораздо выше из ниоткуда. По мере изучения карты, Лиру все больше и больше одолевали сомнения. Она перевернула свиток, но задняя ее часть была чиста, как слеза единорога. В висках застучало от обиды и гнева. Ну зачем? Почему снова? Готовая прикончить продавца заклинанием пострашнее Эосфора, Лира продолжила, забыв о любезностях:
– Это уже не смешно, Вольт! Вы дали только половину карты. Вот здесь видно, что пусть обрывается и конец у нее неровный!
– Не угадала, – спокойно ответил Вольтер, рассматривая кота. – Карт изначально было две. Для пущей сохранности. Только второй у меня нет. Продал два дня назад одному странствующему наемнику.
– То есть… как это?! – Лира невольно опустилась на ближайший стул. – Как продал? И он ничего не заподозрил? – и новая мысль окатила волной. – Целых два дня! О боги!
– Лирочка, милая, только без паники, – кот запрыгнул к ней на колени, видимо, всерьез испугавшись, что она либо в обморок грохнется, либо сравняет хижину с землей.
– Ну допустим, – на одном дыхании проговорил Вольтер, – найти Эвиса не трудно, учитывая, что он уже вторые сутки обмывает покупку в темном углу, через три стола налево… Боги небесные, этот кот, действительно, говорит! Он же говорит?! Вы это тоже слышите?
Лира смахнула с глаз подступившие слезы и взглянула в указанную сторону. В углу под лестницей, посреди гнездящейся тьмы, опустив голову на стол, дремала гора. Лира одарила Вольтера красноречивым взглядом.
– Устроила бы вам, только сил моих нет, – проворчала она. – Поможете его разбудить?
– Да до него сейчас сам Мор не добудится, – произнес один из почитателей Вольта, ибо сам Вольт уже вовсю общался с котом, предлагая тому не то бражку, не то кумыс. – Второй день беспробудного пьянства кого угодно свалит с ног.
Лира обреченно вздохнула. До сих пор ей многое давалось легко – дважды сбежать от Карателей, познакомиться с принцессой, найти Магдад. Она уже чувствовала себя избранницей небес. А теперь, словно эти самые небеса решили обрушить на нее злость, безысходность и отчаяние, накопившиеся за последние полгода – давно забытые ощущения. Ее одолевала усталость. Медленно она поднялась и направилась в темный угол, откуда теперь явно услышала храп.
Наемник внушал ужас одним размером. Лира прикинула, что ростом едва дотянет ему до груди. Из доспеха на нем она разглядела кожаный жилет с наплечниками, да нарукавники, в остальном наемник был одет, как и прочие странники: рубаха, штаны, сапоги до колен и походный плащ. Лицо прикрывали длинные каштановые волосы с явной проседью, собранные в растрепавшийся хвост. От воина разило вином сильнее, чем от всей таверны разом. Лира поборола зарождающееся в глубинах души чувство омерзения и пальцами откинула грязные волосы с его лба. Под глазами залегали морщины. Нижнюю часть лица покрывала густая щетина, которая за следующие пару лун обещала превратиться в бороду. Да ему лет сорок, не меньше.
– Как смердит, – заметил кот, запрыгивая на стол. – Он точно живой?
– Вроде дышит, – пожала плечами Лира. Она было подумала обыскать вояку на предмет карты и смыться, но представив, что придется рыскать у чужака под одеждой, передумала. – Как тебя там? Эвис? Эй, мужик Эвис, ты спишь?
– Какая проницательность, Лира! – воскликнул кот.
– Умный такой? Буди его сам!
– Да не хнычь ты. Я узнал у Вольтера, что наемник остановился на втором этаже. Вольт и нам позволил остаться. Только свободных мест нет и ночевать придется у него в комнате, – кот осторожно добавил. – Если мы затащим его наверх и уложим в постель, конечно.
Лира тяжело вздохнула и смиренно произнесла в пустоту:
– Аливер обманул меня, сказав, что Вольтер добрый и щедрый. Он злой и жадный. Что б ему в ущелье Мора провалиться…
Эвис проснулся от яркого света, что слепил даже сквозь веки. Он долго крутился в уютной постели, а после нехотя сполз на пол. Глаза застилал туман. В голове звонили колокола, и он взмолился двенадцати богам, на мгновение решив, что уснул в храме. Осмысленность вернулась не сразу. Все еще размышляя, каким чудом оказался в кровати, он направился к ушату с водой, ощущая дикое желание избавиться от пелены в глазах и прочистить горло. Несмотря на отвращение к Магдаду, он признавал, что гостиница в колдовском городке устроена приличнее, чем в любом другом месте. В каждой комнате помимо добротной деревянной кровати, кресла и столика, имелась кадка с водой и ночной горшок. Главное не перепутать и не стошнить в воду – подумал Эвис, а после решил, что чувствует себя вполне достойно и тошнить не собирается. Справив малую нужду, Эвис умылся прохладной водой и подумал, что жизнь существует как раз для таких мгновений. Он прочищал горло, когда услышал за спиной голос:
– Тебе уже наверняка говорили, что ты ужасно храпишь, поэтому я буду оригинальной, и добавлю, что так напиваться могут только свиньи!
Он вздрогнул и обернулся. Опытный глаз определил, что малолетнее создание с бородавкой на носу не заслуживает такой чести, как приветствие. Что важнее, оно не представляет угрозы, лишь смешно таращится, сидя в кресле. А потому, бросив краткое «не будешь», он отвернулся обратно и продолжил полоскать горло.
– Даже не спросишь, кто я и зачем здесь? – продолжило дитя.
– И кто же ты? – Эвис плеснул воду в лицо, довольно ахнув. – Прислужник? Оруженосец? Конюх? Ни в том, ни в другом, ни в третьем, я не нуждаюсь.
– Я девушка! – нечто поднялось из кресла, и Эвис пораженно взглянул на него.
– Правда? – он приподнял брови краснея. Нужно что-то сказать, но что говорят в таких случаях, он не знал. – Что бы ни случилось, я ничего не помню. И денег у меня нет. И вообще сама виновата!
– Да кем ты себя возомнил, вонючий старый червь?! Я здесь ради карты! Если б ни она, не подошла бы к тебе и на расстояние залива, соединяющего два конца света!
– Какая карта? – не понял Эвис.
– Можно подумать, у тебя их там целый сундук хранится.
Эвис недоверчиво на нее покосился, а после захлопал по карманам.
– Хвала десятому богу, – спокойно вздохнув, он изъял-таки знакомый сверток из-за пазухи и соблазнительно помахал им перед носом неугомонной девчонки. – Ты про это? Забудь. Я отдал за нее целых десять серебряников.
– Всего десять?!
– Ну да, больше у меня и не было, – пожал плечами Эвис, и направился к столу, где грудой лежали доспехи, ножны с мечом и веревка. Вроде все на месте, ничего не украли. Дрожащими руками он принялся застегивать нагрудник. Провозившись с ним добрых три минуты, он взглянул на незнакомку. – Что-то еще?
– Значит, так. У меня еще остались деньги. Я просто куплю ее, – уверенно продолжила она, извлекая из-за пояса мешок с монетами. – Здесь немного, но…
– Мне не нужны деньги, мне нужна карта, – раздраженно ответил Эвис. Голова от ее голоса развалилась на части. Хорошее настроение, как в омут кануло. – Так что вали отсюда, как бы не вышло чего.
Но девушка только сильнее сжала кулаки. По лицу пошли алые пятна, а глаза увлажнились. От нее исходил запах пыли. Рыжие волосы топорщились в разные стороны, и Эвис подумал, что она, наверное, все-таки мальчик.
– Я тащила тебя наверх и укладывала в кровать, истратила на это столько сил, терпела вонь и храп…
– Так и делала ты все это, чтобы заполучить карту, – пожал плечами Эвис, закрепляя нарукавник. – Благочестием тут и не пахнет.
– Ты отдашь ее или я отберу силой! – она смешно подпрыгнула и Эвис расхохотался, не желая принимать угрозы от столь худосочного существа. Смеялся он долго и громко, и сам удивлялся, почему уставшие соседи до сих пор не стучат в стену. Под веселье он затянул ремешки на втором нарукавнике и, все еще хихикая, подхватил плащ. Краснея от ярости, девчонка отшатнулась и взмахнула руками, забормотав под нос слова на неведомом языке. Смеяться вмиг расхотелось, когда в ее ладонях возникло рыжее пламя, готовое в любой момент разрастись до размеров костра. Она тяжело дышала, почти рычала, словно волчица, готовая броситься на обидчика потомства и рвать, рвать, рвать.
– Ведьма, – Эвис прищурился, глядя неприветливо и строго. – Признайся ты раньше, разговор вышел бы куда короче, – не оглядываясь, он ловко изъял из ножен широкий меч, – Ничего от меня не получишь!
– А вот и получу! – пламя увеличилось до размеров медвежьей головы.
– А вот и нет! – процедил Эвис, принимая оборонительную стойку.
– Как вы думаете, многоуважаемый, долго ли протянут в четырех стенах ведьма, которая ненавидит пьянь, и пьянь, которая ненавидит ведьм? – голос всемирной мудрости проурчал на первом этаже таверны, где за большим деревянным столом сидели только два посетителя.
– Ну что вы, мой четвероногий друг, – улыбнулся Вольтер. – Они же не малые дети и должны понимать, как себя вести в месте, где полно народу. Беды не случится, уверяю вас.
Его слова звучали неубедительно. А взрыв, раздавшийся наверху в следующую секунду, и вовсе уверил кота в их наивности. Но он даже не вздрогнул, как и невозмутимый продавец карт. Слегка приподняв брови, Вольтер смущенно отхлебнул из кружки отвар, и печально добавил:
– Глупые… глупые дети…
4 глава _ Враг
– Вольте-е-е-р! – донесся со второго этажа вопль, лишь гул от взрыва и пыль рассеялись. – Что все это значит, Вольт?!
По лестнице затопали. Яростное дыхание Эвиса не прерывалось ни на секунду.
– Перестань визжать как падшая свиноматка. Ты мне всех посетителей распугаешь, – на удивление спокойно отреагировал Вольтер, попивая целебную жижу. Он по традиции не соизволил обернуться. Хотя ради такой картины стоило: на доспехах лохматого мужика неровными пятнами рисовалась сажа, а оголенные части тела выпачкались в пыли и грязи. Кот невольно прыснул.
– И как это понимать? – чуть тише, но от того не менее злостно, продолжал воин. – Ты продал мне только половину карты, а вторую часть отдал этой гнусной магичке?
– Ну знаешь, ты тоже не мед с молоком, – ровным голосом отвечал маг. – И потом, у тебя все равно не было на нее денег. Владея одним мечом, далеко не уйдешь. Но вдвоем с «этой гнусной магичкой», у тебя даже появится шанс выжить. Ровным счетом, как и у нее.
– Так вот что ты задумал! – Эвис заскрипел зубами. – Выходит, специально двое суток меня спаивал, чтобы задержать в этом дрянном городке, пока кто-то второй не купит карту?!
– Не помню, чтобы ты сопротивлялся.
– Вольтер, вы несчастный прохиндей и обманщик! – в полумрак таверны торопливо спускалась Лира. Судя по всему, она слышала о намерениях Вольтера.
– Лира, повежливей. Этот человек просто золото! Он обещал нас всех бесплатно покормить, – попытался утихомирить ее кот.
– А тебе лишь бы пожрать! – вскрикнула Лира. – Он продал мне карту втридорога! Этому болвану, значит, за десять серебряников, а с меня целый мешок золота с серебром! Хорош продавец, ничего не скажешь!
– Кто тут болван?! – зарычал Эвис, но его проигнорировали.
– Я не говорил цену за карту, ты сама дала столько, – пожал плечами Вольтер. – Впрочем, теперь они пойдут на починку той комнаты, которую вы оба разрушили.
– Мы оба?! – возмутился Эвис.
– Тратьте на что хотите, – Лира взмахнула рукой в порыве гнева. – Только вы зря распинаетесь. Никуда я с ним не пойду!
– Так, я все понял, – Вольтер отставил пустую кружку. – Вам просто плевать на свои жизни. Хотите умереть? Пожалуйста! Если один из вас подарит часть карты другому, дерзайте в одиночку.
Соперники притихли, нервно притопывая. Маг обернулся к столу, усиленно изображая человека, которого мало заботит решение ведьмы и наемника. Раздался щелчок пальцами. На зов явилась вчерашняя девушка в фартуке.
– Четыре порции жаркого, два бокала вина, овощей побольше, закусок. Сама понимаешь, у кого-то впереди долгая дорога.
– Значит так, – Эвис обернулся к Лире. Казалось, он вот-вот сорвется на крик. – Ты отдаешь карту, я нахожу Мудрейшего, задаю ему эти наши вопросы, возвращаюсь и говорю тебе ответы.
– Ишь чего захотел! – фыркнула Лира. – Может, ты мне свою часть отдашь, и я пойду на Заколдованный остров с расспросами?
– Да ты там и дня не протянешь!
– Я полконтинента прошла в одиночку! Думаешь, если втрое старше меня, то имеешь право…
– Втрое?! – Эвис отстранился, мельком взглянул на свои руки, громко ругнулся. – А иди-ка ты к черням! Еще время на тебя тратить. Вот пойдем и посмотрим, кто из нас лучше справится!
– Ну и отлично! Когда тебя убьют, карта все равно мне достанется! – завершила Лира.
В это время, прислужница с настороженным видом подошла к столу и расставила блюда. Запах горячего пряного мяса ударил в нос. Кот замурлыкал от удовольствия, про себя отметив, что на дальнейшие споры у Лиры и Эвиса не осталось ни сил, ни желания.
– Пойду есть. Со вчерашнего дня ничего не ела, – завершила Лира.
– Прекрасно! Пойду, напьюсь. Со вчерашней ночи не напивался! – раздраженно парировал Эвис, направляясь к столу.
– Ну и ладушки, – потер руки Вольтер.
Обед проходил в молчании. Может, от голода, а может от того, что врагов за столом собралось больше чем друзей. Лира косилась на Эвиса так, словно вместо него возвышался чан с нечистотами. Даже еда показалась омерзительно пресной. Когда трапеза окончилась, Лира вышла на улицу размяться и подышать свежим воздухом, от которого за ночь, казалось, отвыкла.
День был безветренным. Лира сладко зевнула, но затем поморщилась от нарастающего отвращения. Недруг-то выспался, а она – нет. Стоило Лире присесть на пороге, как пушистый наставник проник в приоткрытую дверь, принимаясь царапать совесть нравоучениями. Лира не слушала. Из таверны доносились указания Вольта. Он снабжал в дорогу Эвиса и, кажется, что-то твердил о такте.
– Кот, ты видел овцу? – вспомнила Лира, глядя вдаль с безразличием. – Она правда золотая?
– Конечно. С чего бы Вольту врать?
– И нашел он ее благодаря Мудрейшему?
– Ну разумеется! А как иначе?
Лира потерла шею ладонями.
– Я все же оставлю тебя Вольтеру, как залог, – медленно проговорила она. – Я хотела оставить книгу, но она может пригодиться на острове.
– Ты точно справишься без меня? – голос кота впервые не звучал строго. Видимо, ему понравилось в обществе Вольтера настолько, что он готов был отправить Лиру на одинокую погибель. Впрочем, помощи от него все равно не дождешься, а зная любовь кота к проповедям, они скорее с Эвисом объединятся и будут чернить ее разом.
– Уж поверь, – кивнула Лира. – Только так и справлюсь.
Лошади, которых Вольтер бескорыстно выделил странникам, двигались медленно, размеренно, то и дело попадая в такт. Повозка покачивалась, как люлька, маня в царство Снувиуса.
С тех пор как Лира и Эвис покинули Магдад, луна дважды сменила солнце. Путь пролегал через леса по заросшей, едва заметной тропе, куда редко ступала нога человека. Сам остров располагался на северо-западе Трелучия, на границе с Весторией, а точнее, на нейтральных землях. Люди здесь, по словам Вольтера, появлялись крайне редко. Впрочем, неудивительно, ведь озеро, окружающее остров, давно поросло не только тиной, но и дурной славой.
Вольтер к отправке преемников отнесся со всей серьезностью: выделил коней, повозку, снабдил припасами и благословил напоследок. Намерения мага были ясны, как день: двое направляются в одну сторону, объединенные общей целью. Дорога до острова неблизкая – три дня и две ночи. Слово за слово, и враги станут лучшими друзьями, того и гляди, породнятся на берегу озера. Только Лира и Эвис с начала поездки не обронили ни слова. На ночь они останавливались в лесу, съезжая с тропы. Молча ужинали, молча ложились спать и молча верили, что второй не спит. Лира не сомневалась, что на этот счет их мысли схожи. Она видела, как воин усаживается под деревом, с обнаженным мечом в одной руке и флягой в другой. О содержимом той фляги она предпочитала не думать. Сворачивалась клубком в телеге и то и дело вздрагивала от шорохов, ожидая в любой момент ощутить прикосновение холодного лезвия к своему горлу. По истечении второй ночи в пути и третьей без сна, Лира увидела в отражении реки бледную смертницу с синевой под глазами.
В дороге она крутила карту, старалась представить ожидающие ловушки. Эвис угрюмо взирал на горизонт. Отодвинувшись на противоположный край телеги, он почти не шевелился и не оборачивался. Казалось, взглянув на нее хоть раз, он перестанет быть мужчиной. Лира кривилась, представляя на месте зрелого воина малолетнего мальчишку, которому отказали в покупке пряника. А телега покачивалась, и Эвис покачивался вместе с ней. Лошади, леса, поляны сливались воедино, превращались в изрыгающего пламя дракона. Тот молвил кошачьим голосом: «Берегись розовых мышей!».
Новый толчок выдернул Лиру из полудремы.
Лошади остановились на песочном берегу голубого озера. Солнце высоко взирало с небес, отражаясь в воде. Эвис спрыгнул на землю. Лира потерла глаза. В голове жужжал целый рой ос, вырываясь на свет и жаля. Нахваливая себя за терпение, она спрыгнула следом и осмотрелась. Озеро еле заметно покрывало волнами песок. Вдали маячил остров, коронованный единой горой, верхушка которой скрывалась за густым туманом. Витал запах тины и неприятностей. Эвис долго всматривался в карту, пока Лира в ожидании смотрела вдаль. Слова Вольтера об ужасных созданиях, населяющих водоем маячили среди осиного царства.
– Если отплывать нужно отсюда, то так и скажи, а не пялься в карту, будто там голая баба нарисована! – не выдержала Лира.
Эвис нахмурился и взглянул поверх свитка с таким пренебрежением, будто на ее месте сидела навозная муха.
– Можешь нырнуть и проверить, а я подожду.
Лира угрюмо хмыкнула. Значит, ему известно о существах, затаившихся в водных глубинах. Она приблизилась к озеру и осторожно опробовала воду. Ледяная.
– Вплавь не получится, – заключила она. – Нужна лодка.
– Нужна тишина, чтобы понять, откуда плыть, – процедил Эвис. – Так что замолчи во имя… кого-нибудь.
Лира демонстративно фыркнула и отвернулась к телеге. Дожить до его лет и не знать имен богов, какая низость. Отгоняя унылые мысли, она всмотрелась в повозку. Совсем новая, доски ровные и гладкие. Конечно, все дело в магии. Если направить энергию в нужное русло и приправить несложным заклятием, может получиться неплохая…
– Ты на такое никогда в жизни не будешь способен! – заявила она, наслаждаясь его недоуменным взглядом. – Я взываю к силе разрушения и созидания! – Лира направила руки к телеге, та покачнулась, – Именем твоим, я велю перевоплотиться данному предмету в иной, чтобы плыть по воде, чтобы покорить течение. – Задумалась, окидывая многозначительным взглядом остолбеневшего недруга и добавила, – чтобы и быку не потонуть в нем. Разделись на части! – Повозка зашаталась и невесомо разлетелась на детали. С лошадей невидимой силой снесло оглобли, разорвав хомут. Заржав от страха, они отбежали в сторону, – Соберись вновь! – и доски воссоединились в ином порядке, – Благодарю за силу, данную мне.
Лира плавно поклонилась новенькой двухместной лодке. Эвис смотрел, как завороженный.
– Я… я не поплыву на этом, – недоверчиво вскрикнул он. Но от прежнего презрения, отметила Лира, не осталось и следа. – Что если она потонет посреди озера?
– А ты что, не умеешь плавать? – Впервые за долгое время она ощущала легкость и удовольствие, сравнимое с победой в магическом поединке. Эвис помолчал, а после протянул руку.
– Дай мне свою часть карты.
– С чего это?
– Чтобы не было искушения утопить меня, ясно? У меня нет причин доверять тебе. Никаких. А потому… не все будет по-твоему, ясно? – его голос звучал недовольно, но рассудительно. Конечно, он боялся утонуть. Умел он плавать или нет, с такими весом и мечом, однозначно, добра не жди.
– Отдам, как отплывем на мель.
Эвис кивнул. Вместе они столкнули лодку в озеро и забрались в нее. По воде пошла тонкая рябь. Теперь водоем казался черным, и только дорожка к острову, шириной в пару шагов, отражала голубое небо. Стоило наемнику вопросительно взглянуть на Лиру и развести руками, мол «что дальше?», как байда сама двинулась к противоположному берегу. Тогда Эвис требовательно протянул руку:
– Карту!
Лира без слов отдала пергамент и оставила наемника разбираться в многочисленных рисунках и наименованиях. Озеро расширялось на пару верст, а лодка плыла медленно. Лиру весьма забавлял вид дрожащих рук, сжимающих оба листа и побелевших от натуги пальцев, словно Эвис пытался запомнить все значимые места на чужой карте, перед расставанием с ней. Или это страх? Лира невольно хохотнула. Сама она плавать умела с детства – жизнь в рыбацком городке обязывала. Тем нелепее казался здоровый мужик в летах, не обладающий столь важным навыком.
Лира услышала неподалеку бурчание и обернулась на звук. Темные воды взбунтовались, оправдывая слова Вольтера и опасения Эвиса. Чем больше он пытался скрыть дрожь, тем заметнее она становилась. В мутной воде что-то шевелилось, рвалось вверх, рычало, вызывая новые волнения на глади. Но ни одно из существ не могло приблизиться к магической голубизне вод.
– Курс задан верно? – донеслось из-за карты. – Мы должны двигаться строго по одной линии!
– Я слежу за э-э-этим, – спокойно ответила Лира, сладко зевнув на последнем слове. – Чтоб ты знал, я тоже имею право взглянуть на обе половины. И по прибытии этим займусь, хочешь ты того или нет.
Лодка плавно покачивалась на волнах. Уснуть бы Лире безопасным сном до прибытия. Только маршрут нуждался в постоянном контроле, и сон приходилось гнать с двойной силой. Она все больше убеждалась в том, насколько проще путешествовать в одиночку. Лира снова зевнула и опустила голову на ладони. Лодка плыла, солнце припекало макушку. Лира широко открыла глаза, думая об ожидающих приключениях. Полететь бы навстречу солнцу, купить лодку в ближайшей деревне. И плыть… на коте… к лодке…
Лира очнулась от вопля наемника. Лодка накренилась, едва не зачерпнув воду, сошла с курса. Блаженное рычание донеслось из глубин. Сердце забилось диким зверем. Лира напряглась, силой мысли возвращая лодку на линию. Рык превратился в унылый скулеж.
– Ты спала! – резко заметил Эвис, выглядывая между двух половинок карт.
– Конечно, нет, – нервно усмехнулась Лира. – Это чтоб ты не расслаблялся.
– Расслабишься тут… – пробурчал он, возвращаясь к изучению острова.
Лодка причалила к берегу, когда солнце краешком заходило за гору. Лес начинался в двадцати шагах редкими деревьями посреди пляжа. В отдалении от озера он становился гуще и сильнее, но в остальном ничто не предвещало опасности. Пахло хвоей и застойной водой.
Лира потянулась, разминая спину, и обернулась к воину, наставительно заметив:
– Карты все еще у тебя.
– И что с того? – Эвис выглядел увереннее, имея твердую опору под ногами. Он втянул лодку на берег, чтоб не пришлось по возвращении строить новую, и отряхнул руки.
– Ты забыл? – Лира прищурилась. – Я же сказала, что по прибытии посмотрю обе!
– А я, помнится, ничего не ответил, – Эвис направился в сторону леса.
– Ах вот как! И это после того, как я переправила нас на остров? Неблагодарная ты свинья! – выдала Лира, отчего наемник насупился. – Как ты вообще собирался идти в одиночку, тупорыло-трусливый мешок с костями!
Эвис замер. Во взгляде читалось отвращение и ненависть. Он сжал карты с такой силой, что Лира испугалась, как бы они не раскрошились. Напряжение разлилось по телу. Сейчас он обнажит меч и решит все боем. Так даже проще. Да, она измотана и хочет спать, но сил хватит на одно заклинание, а больше и не нужно. Но вопреки ожиданиям, Эвис лишь развернулся и направился дальше. Лира удивленно захлопала ресницами.
– Эй, ты забыл вернуть карту, – заметила она оскорбленно. – У тебя все еще и моя половина!
Наемник шел ровным размашистым шагом, не ускоряясь, не планируя убегать. Лира нагнала его, заглянув в глаза. Что она хотела увидеть? Страх? Слезы? Как глупо. Мужчины не плачут. И Эвис не плакал, лишь с прежним безразличием смотрел в карту.
– Куда мы идем? Что там нарисовано? Далеко до пещеры? – Лира заваливала наемника вопросами, но ни один мускул так и не дрогнул на его лице. Какое-то липкое чувство застало ее врасплох. Она вдруг поняла, что Эвис просто обиделся и ждет извинений. Рослый мужлан, старше ее почти втрое! Лира не знала смеяться ей или злиться.
– Эй, перестань не замечать меня! – она потянула Эвиса за плащ, но воин лишь отмахнулся. Как вести себя дальше, Лира не представляла. Нелепее ситуации не помнила. Дальнейшие слова дались с большим трудом:
– Вольтер послал нас двоих, а значит, мы оба чего-то стоим. Да и вообще ты первый начал…
Ноль внимания.
– Знаешь, извини. Это было грубо с моей стороны, все же я дама, – процедила Лира сквозь зубы, сообразив, что неизвестность хуже любого исхода. – Прощаешь?
Эвис покосился в ее сторону и остановился. Глаза торжествующе блестели в обрамлении тонких морщин. Терпение Лиры иссякало. Скоро стемнеет, а блуждать по неизученной местности, преисполненной чудищами, да еще и без сил, удовольствия мало.
– Ладно, – бросил Эвис менее холодно, чем, очевидно, планировал. Кашлянув, он растянул свитки, обращая рисунком к Лире. Она собиралась взять их, но наемник лукаво добавил. – Я не обещал, что дам их в руки. Смотри так.
Лира стиснула челюсти от негодования, но перечить не стала. Займется этим попозже.
Карты рядом смотрелись куда гармоничнее, но разобраться с ходу в точках и пересечениях все равно было трудно. Художник, верно, рисовал ее в спешке. Лира смотрела долго, пока схематичные изображения и фигуры не обрели смысл. По расчетам до пещеры не дольше одного дня пути. Если, конечно, сворачивать строго по красным линиям. Проблема в том, что на острове этих линий нет, их нужно искать, сопоставлять, строить. И да упасут тебя боги от ошибок! Художник не поленился нарисовать те ужасы, что ожидали неудачников. Здесь и клыкастые обезьяны, и змеи, и вурдалаки, восставшие из преисподней, словом, вся существующая нечисть скопищем легла на Заколдованный остров. На карте были и надписи, небольшие и не сказать, что ровные. Лира не сразу заметила буквы, сложенные в предупреждение: «Не задерживаться! Уходить в лес!». До леса они дойти так и не успели, и это смущало куда больше.
– Мы сейчас стоим здесь? – с опасением уточнила Лира, тыча пальцем в пергамент. В оправдание страхам сбоку раздался треск. Эвис напрягся.
– Да, здесь, – он свернул карты и изъял меч из ножен. – А что здесь не так?
– В карте написано, что здесь нельзя останавливаться, нужно бежать в лес! – раздраженно ответила Лира. К треску прибавились прочие звуки – шипение, скрип, бурление. По песку прошла рябь, создавая легкую тряску. – Почему ты не сказал об этом сразу? Ты полдня смотрел в карту и не мог увидеть эту надпись?
Эвис насупился, принимая оборонительную стойку.
– Я не увидел никакой надписи. А если бы и увидел, не смог бы прочесть! Не умею я читать.
Он не умеет читать, – с досадой вторила про себя Лира. Не умеет читать… Шипение эхом нарастало со всех сторон. Бежать бесполезно. Есть шанс не угадать безопасный путь. Звуки переросли в шепот на неизвестном наречии. Лира и Эвис прильнули спина к спине. Еще несколько секунд, и слова можно будет различить. Но, увы, не понять – язык оставался неведом. Тряска усилилась, и земля разверзлась перед ними, выпустив из расщелин огромное существо. Уши заложило, когда оно воскликнуло прямо над головой: «Шшшраааа!». Лира через спину слышала, как бьется сердце наемника. Или то отголоски ее собственного? Уродливая, морщинистая клешня угрожающе нависла над лесом. Из мелких трещин в земле поползли змеи. Змеи?! Эвис вскрикнул, отскакивая, и ударил мечом по быстрому созданию, что готовилось обвить его ногу. Оно напоминало червя. Лишь наемник разрубил его, клешня взвыла гаммой звуков, переплетающихся между собой, точно песня нерадивого барда. Казалось, боль существ откликом проникает в громадное чудище. Только мстить оно не планировало. Грязную работу выполняли отростки.
Они – часть монстра, – догадалась Лира и лишь обернулась сообщить о том Эвису, как тут ее взгляд скользнул вниз. Прямо между ними на земле лежали свернутые карты – Эвис выронил их во время землетрясения. Выронил и не заметил. Губы Лиры исказила ухмылка. Объединиться? Дружить? Что еще там наплел Вольтер? Поучиться бы ему убедительности! А ее бой сыгран. Время оставить позади чужие капризы.
Лира подалась вниз, схватила сокровище и прыжками кинулась к лесу. Дальше от монстров, дальше от надоевшего воина, дальше, быстрее, дальше! С ловкостью кошки она перепрыгивала червей, что струились из расщелин, словно ручьи. Там, в чаще их нет. Надо лишь только…
– Эй, стой! – голос Эвиса, осознавшего безвыходность положения, звучал зло и жалобно. – А ну вернись! Вернись сейчас же!
И Лира поняла, что до смерти хочет увидеть его глупую физиономию, которую вскоре пожрут черви. Он проиграл. Он заслужил снисходительный взгляд напоследок. И гордо развернувшись, Лира с победной улыбкой уставилась на Эвиса. Ноги того уже обвивали тела существ. Сам он сжимал меч и тяжело дышал, истекая потом. Лира откинула волосы с глаз и…
Ощутила теплое прикосновение к ноге. Подкравшись сзади, кожистая сущность обнимала лодыжку. Довольство в груди сменилось ужасом. Будь проклято дурацкое самолюбие! Поздно. Она замешкалась. Проиграла.
Лира взвизгнула и затрясла ногой, желая избавиться от этого кошмара наяву. Но его собрат уже поднимался по второй ноге. Еще армия родственников подбиралась ближе и ближе. Лира покрылась холодным потом. Зрела мысль, что колдовства не избежать. Но многих ли оно убьет, истощив ее саму до предела? Взгляд метнулся в сторону Эвиса. Прикованный к земле, он резал приближающиеся копии с двойной силой. Куски, рубленные под разными углами, разлетались в стороны. Откуда у него столько сил? Лира не сомневалась, что от большой радости за ее глупость. Чудовище шипело все громче, насылая из расщелин новых приспешников. Снова всплыла мысль: черви, как пальцы – всего лишь орудие. Необходимо атаковать их мать, эту громадину, что чувствует боль детей. А может, и собственную…
– Эвис, это бесполезно! – крикнула Лира, молотя червя кулаками. От мысли, что приходится трогать эту упругую, извивающуюся тварь, ее чуть не вырвало. Ноги немели. – Эвис! Руби главную… главное существо! Руби его, слышишь?!
Но Эвис не слышал, или не хотел внимать зову предателя. А черви, вопреки всему, подползали к бедрам. Лира не могла кричать. Чувствуя, как волосы понемногу встают дыбом, она сглотнула и… расслабилась, роняя карты на землю. Будет глупо завалиться на первом же испытании. Очень глупо. Собрав последние силы, она заговорила громко и четко, невзирая на сжимающих тело монстров:
– Пульсорум нектум сот кас хадми тос бхинта кер дилек, – и, раскинув руки в стороны, завершила. – Пирорум!
Раздался взрыв и треск. Голова пошла кругом. Пламя и пыль окинули клешню. Черви, начавшие было сжимать талию, обмякли, падая наземь. Эвис обернулся на взрыв и последнее, что Лира увидела – бегущая в сторону монстра фигура. Он понял. Ура. Он… понял.
5 глава _ Коллекционер
В висках пульсировала боль, голова раскалывалась на части, а тело будто завалили камнями: местами щипало от ссадин, местами жгло. Дышать удавалось с трудом из-за тяжести на груди. Лира открыла глаза. Увидев туман с пятном по центру, она заморгала, пока силуэт напротив не приобрел очертания Эвиса, расположившегося посреди леса. Лира попыталась встать, но поняла, что и так стоит, туго привязанная к дереву веревкой толщиной с запястье.
– Ох, – вздохнула она, нащупывая под ногами землю. – Ну и свинья же ты, Эвис.
Из-за слабости она не могла даже злиться, лишь разочарованно и устало смотрела на наемника. После мощного удара в неведомое чудище силы ленились возвращаться и она ленилась вместе с ними.
– Это я-то? Я?! – Эвис подпрыгнул от возмущения. – Я пытался выкрасть карты и свалить в одиночку?
Лира осуждающе покачала головой, игнорируя вражеский выпад. Во рту пересохло. Неудобство мешало сосредоточиться.
– А ведь я поверил тебе, собирался карту отдать, начать спать спокойно.
– Это. И есть. Моя. Карта! – прорычала Лира. – Ты! Ты все это начал!
Эвис зарычал и ударил кулаком о ближайшее дерево. Лире показалось, что оно покачнулось. Она пообещала себе стать сдержаннее, когда выпутается, не то старик, чего доброго, одним ударом размозжит ей голову. Эвис кинул еще парочку нелестных слов о ее колдовской натуре. Лира не слушала. Она вспоминала заклинание, которое могло разорвать веревки. Огонь не подойдет – чего доброго, сгорит вместе с ними на потеху недалекому мужлану. А Эвис, кажется, успокоился. Он с интересом понаблюдал за попытками Лиры вырваться, а после изрек:
– Думаешь, это обычные веревки? Глупая ведьма, – в голосе чувствовалось удовлетворение и довольство собой. – Я же наемник. А наниматели обычно требуют избавиться от таких, как ты, – он расхаживал из стороны в сторону подобно актеру, которому доверили самую важную реплику в сцене. – Эти веревки не прожигаемы магией. Они всасывают любое заклинание, так что, попытавшись высвободиться, ты только усилишь хватку!
И снова Лира, к собственному удивлению, не ощутила ни досады, ни злости.
– Какой умный вояка, – иронично заметила она, тут же забыв данное себе обещание. – Использует в искусстве магические вещи, силу которых ненавидит и презирает.
– Их создали люди, – осторожно произнес Эвис.
– Серьезно? – веревки сковывали тело от плеч до бедер, говорить становилось все тяжелее. – Люди создали магическое орудие? О боги, как ты вообще дожил до своих лет?
– Иди ты к черням! – бросил Эвис краснея. Лира не поняла – от стыда или ярости. Продемонстрировав кулак с зажатыми свитками, он добавил. – Сколько хочешь смейся, но карты у меня. И я один направляюсь к Мудрейшему, чтобы узнать ответы. А ты оставайся ни с чем и сдохни от жажды!
Едва наемник окончил фразу, как сверху раздался хруст.
Лира и Эвис одновременно вскинули головы и проводили взглядом серый ком, рухнувший с веток прямиком между ними. Эвис отскочил назад. Помедлив, сунул карты за пазуху. Лира не сразу углядела в тряпичном комке получеловека, подозревая зверя или птицу. А создание неспешно выпрямилось и обернулось к воину.
– Это еще что за гном? – прошептал Эвис.
– Очередное глупейшее создание, фоморианина от гнома не отличающее, – прошипел чужак.
Его голос не походил на таковой в прямом смысле. Звуки шелеста листьев, подпольное шуршание мыши, шум морского прибоя переплелись в чарующий акцент с неведомых берегов. Он словно проникал в голову, звучал в мыслях.
– Человек. Я бы удивился, окажись он иной расы… – существо словно обращалось к себе, а затем себе же и отвечало.
Лира приоткрыла рот. Положение становилось все неуютней. Она никогда прежде не слышала ни подобной манеры речи, ни о созданиях, ее использующих, а потому и понятия не имела, что от них ждать. Тут взгляд монстра упал на нее.
– Ведьма. Ужасно неумелая, раз глупцу удалось скрутить ее.
Ростом пришелец был чуть ниже Лиры. Он походил на нищего в поношенных одеждах, с изорванным по краю плащом цвета стали. Лицо и оголенная грудь были настолько белы, что Лира успела посчитать его живым мертвецом. Под глазами, словно нарисованные сажей, пролегали вертикальные метки. Густые черные волосы торчали ежиными колючками, по бокам выглядывали острые кончики ушей.
– Как ты смеешь меня оскорблять, животное! – взбудоражился Эвис. – Или ты… да что ты вообще такое?
Глаза монстра горели огнем и усталой злобой на весь живой мир, завораживали и вызывали дрожь во всем теле. Тварь обернулась к Эвису, и Лира заметила ящерный хвост, выглядывающий из-под плаща.
– Человек не достоин знать мое имя, – шелестел голос. – Но с Ужасом я его познакомлю, – монстр небрежно ударил по ножнам и, судя по перемене тона, улыбнулся. – Мой меч не любит ждать. А я не люблю заставлять ждать того, кто ждать не любит.
Лира помнила, что на западе бравые воины именовали оружие, но не знала о существовании традиции в других местах. Впрочем, заботило ее лишь то, что Эвис и неизвестный тянут время. Она пыталась поднять ногу с кинжалом в сапоге, достать его и разрезать веревку. Упоминание о мечах привело ее к разумному выводу: что неподвластно магии доступно лезвию стали.
– Да кем ты себя возомнил? – Эвис напрягся. – Чего тебе вообще надо?!
Монстр усмехнулся, извлекая Ужас из ножен. Красивый, с тонким расписным лезвием цвета льда, и широкой извивающейся, словно полоз, серебряной гардой. Таких клинков Лира раньше не видела. Оружие Эвиса было массивнее и темнее, лезвие шириной в две ладони – тяжелее и проще.
– Разве неясно? – прошипел зверочеловек, указывая на воина. – Мне нужно то, что спрятано у него под рубашкой.
– Карта?! – вскрикнули Лира и Эвис.
Конечно, он ждал! Ждал все это время, когда кто-то, вооруженный сокровищем, придет на остров. У него тоже были вопросы, но искать карту дольше, чем ждать, пока она сама приплывет в руки.
– Да на что мне их карта? – разочаровался монстр. – Мне нужно сердце. Человеческое, теплое, живое…
– А-а-а всего-то, – Лира выдохнула.
– Ты… ты что, людоед? – голос Эвиса дрогнул.
– Нет, коллекционер, – ответил хозяин Ужаса. – Собираю сердца, иногда мозги. Но в данном случае придется ограничиться сердцем, – слова заставили Лиру усмехнуться. – Я уже долгое время ожидаю глупцов, которые сунутся на Заколдованный остров, имея все, кроме ума и отваги. И сегодня мне повезло. – Существо вновь обернулось к ней. – А ведьма чего ухмыляется? Думает, мои слова только к человеку имеют отношение? Или забыла, как стучит собственное сердечко?
Нет, Лира не забыла. Оно просто не позволило ей забыть. Отзывалось чувствительным стуком, с каждой секундой ускоряя бег. Страх натиском проник в сознание, напрочь лишив способности думать. Взгляд золотых глаз приближался. Голос становился громче:
– Привязанная. Даже сопротивляться не будет. Да. Начну с нее.
Лира сглотнула. Горло сковал сухой спазм. Бледная рука тянулась к ее лицу. Длинные когти выглядели острее любого меча. Лира затаила дыхание, боясь шевельнуться.
– Стой! – раздался голос Эвиса где-то так далеко. Или шум в ушах затмил прочие звуки? Лира не понимала, почему воин говорил именно эти слова, но их смысл был слаще любого меда. – Честь позволит тебе напасть на безоружную девчонку?! Ведь это я серьезный противник, я! Со мной и сражайся! А у этой неумехи даже оружия нет.
– Что ж, – существо улыбнулось, и Лира почувствовала, как холодеют внутренности. Оно отвернулось. – Я ждал этих слов. Слов человека чести. Быть может, отвага у него все же на месте. Пора проверить.
Эвис ступил вперед. Казалось, время ускорилось. Рука существа метнулась перед лицом Лиры, сжимая Ужас. Зверь сорвался с места, и воин едва успел отпрянуть, вскидывая меч.
Лязг стали оживил вечерний берег. Удар за ударом, движения рук и ног, частое прерывистое дыхание. Эвис оборонялся. Существо не позволяло ударить, лишь атаковало с разных сторон, двигаясь с грацией кошки и скоростью сокола. Лира завороженно следила за боем. Вздохнув, насколько позволяли веревки, она продолжила подтягивать ногу к пальцам. А твердость воина уже сходила на нет. Отступая, он с трудом успевал отражать атаки. Почему он помог ей? Что заставило наемника, ненавидящего ведьм, вступиться за Лиру, принять бой? Мог ведь сбежать, позволив монстру потрошить ее внутренности. Тошнота подступила к горлу. В голове рогатым зверьком бились тысячи мыслей. Спасется ли он? Лира не смыслила в поединках. Магия была ее единственным спутником, преданным, безотказным, живым. Мечи же холодные и бесчувственные, как и большинство их владельцев. Ногу свело судорогой. Пальцы теряли чувствительность.
Удары стали о сталь ускорялись, сливаясь в единый звон. Дыхание Эвиса учащалось в такт. Существо выглядело довольным, словно об усталости знало только из книжек. Лира выгибалась, пока лязг не удалился в лесу. Она боялась, что Эвис не выдержит натиска, и тогда она останется наедине с этой тварью. Лира укусила губу до крови. Закрыла глаза, нащупала рукой сапог и заветный кинжал. Достав оружие, она выпрямилась и попыталась разрезать веревку. Кинжал выскальзывал из взмокших ладоней, и оставалось только гадать мокрые они от пота или крови. Ответом защипало предплечье. Глубоко вздохнув, Лира одну за другой перепилила веревки. Запястья, наконец, обдуло вечерней прохладой.
Она принялась разминать мышцы и потирать руки. Раны неглубокие – бывало и хуже. Звуки борьбы не утихали, что значило одно – Эвис еще жив. Лира обнаружила сумку на опушке леса и вздохнула спокойно – книга на месте. Но что прекраснее, походная фляга, наполненная родниковой водой была там же.
Уже с началом боя Эвис понял, что силы неравны. Кем бы ни было существо, оно гораздо быстрее. Эвис убеждал себя, что просто устал от бессонных ночей, а монстр пришел отдохнувшим на все готовое, но мысли не приносили облегчения. Пот лил градом. Рубашка прилипла к груди. Мышцы не успевали отдохнуть от напряжения. Новый взмах меча, удар, искра, звон. Эвис тяжело дышал. Существо замерло, глядя прямо в глаза.
– Он жалеет, что приплыл сюда? – смеясь, вопросило оно. – Я могу продолжать до бесконечности, и просто дождаться, когда человек рухнет без сил.
Эвис ответить не успел. Существо отскочило назад и исчезло, а он отшатнулся, ощутив спиной кору дерева. Не решаясь вытереть пот со лба, Эвис лишь беспомощно оглядывался, пытаясь отдышаться. Несколько листьев плавно опустились на землю.
– Ну прекрасно, – сквозь зубы проговорил он. – И здесь магия!
Он вспомнил слова отца, который твердил про большой потенциал сына, и крепче сжал рукоять. Глава семьи не зря тратился на лучших мастеров по оружию, а Эвис не зря тренировался до обмороков, чтобы пасть в первом же серьезном поединке. В ушах зашумело. Словно по зову богов, Эвис поднял голову и вжался в дерево, едва не застигнутый металлическим дождем, что просвистел в паре дюймов от подбородка. Дыхание в который раз сбилось, в висках пульсировали вены. Комок смятения встал поперек горла. Когда Эвис осторожно опустил взгляд, то увидел длинные иглы, воткнутые в землю до упора. Не уклонись он вовремя, пришлось бы вытаскивать металл из мозгов. Вопреки заверениям монстра, Эвис не сомневался, что у него таковые имеются.
– Что же он притворяется? – раздалось сверху, и лишь Эвис всмотрелся в раскинутые кроны, обладатель голоса очутился позади. – Я чувствую силу. Я вижу нечто сокрытое, что человек не решается показать, – Эвис попробовал выглянуть из-за ствола, но новое шелестение раздалось уже напротив. – Я заставлю его раскрыться!
Существо занесло меч, опрокидывая на место, где секунду назад была голова Эвиса. Тот успел обогнуть ствол, перекатился, оказавшись с обратной стороны. Позади раздался треск. Путаясь в ногах, Эвис потерял равновесие и рухнул на сырую твердь. Трава окрасилась кровью, капающей с подбородка. Меч не успел задеть! Неужели иглы? Боли не было. Взамен ужас охватил нутро, сворачивая кишки узлом. Тошнотворный, тяжелый страх растворялся в каждой клеточке тела. В груди ощутимо колотилось то, что могло пополнить коллекцию монстра. Это чувство… Так бывает, когда смотришь в беспросветную тьму, зная, что в любой момент выскочит оно – необъяснимое, ужасное и смертоносное нечто. Эвис перевернулся на спину, сжимая рукоять меча окаменевшей ладонью. Существо возвышалось над ним.
– Что ж, очень жаль, – прошипело оно. Эвис узрел нацеленный на него меч и закрыл глаза.
– …И да свершится наказание, именем твоим! – напротив ударил мощный искрящийся столб. Монстр закричал, и от этого крика Эвису стало дурно. Он отвернулся к земле и тут же окрасил ее остатками былого обеда. А Лира спрыгнула рядом и влепила ему такой мощный подзатыльник, что чудодейственные бабушкины травы и рядом не стояли. Эвис вытер рот обратной стороной ладони, взглянув на колдунью.
– Бежим! – трезво рассудил он и, схватив девушку за протянутую руку, кинулся в лес, подальше от монстра. Хоть волосы существа и растрепались от удара, а одежда потемнела, оно выжило, Эвис не сомневался.
Они бежали вглубь леса. Наемник мчался быстрее, не удосужившись даже меч вернуть в ножны. Лира гналась за ним, ощущая неловкость. Она знала, монстру понадобится время, чтобы прийти в себя, и надеялась его прикончить. Но Эвис рванул, увлекая за собой, словно позади надвигались все шестеро демонов преисподней. Если бы не карты, которых она могла лишиться навсегда…
Эвис остановился, когда лес стал чересчур густым и непролазным. Но даже тогда принялся рубить ветки и колючки, перегородившие путь, с такой яростью, что Лира усомнилась в его адекватности.
– Хватит! – Лира прильнула к неведомому дереву, пытаясь отдышаться. Они пробежали без малого пять верст. – Что ты… Зачем? – она вытерла взмокший лоб. – Остановись сейчас же!
Слова подействовали. Эвис выронил меч. Упал на колени, обливаясь потом и тяжело дыша. Понадобились минуты, чтобы он перестал оборачиваться на каждый шорох. И тогда он взглянул Лиру, словно видел ее впервые. Лира смотрела в ответ, ожидая благодарности или хотя бы объяснения такому жуткому поведению. Он молчал.
– Может, поведаешь, что случилось? Бежал, как петух от топора!
– Я?! – Эвис поперхнулся негодованием.
– Ну а кто же еще? Можно подумать, я только что неслась по лесу, с воплями «караул»?
– Я не кричал «караул»! – Эвис опустил взгляд, скрипя зубами.
– И на том спасибо, – Лира недовольно сощурилась. – Ненадолго же тебя хватило, великий истребитель ведьм. Мне-то казалось, воины вроде тебя куда способнее.
Эвис поднялся, не глядя ей в глаза. Лира ждала нападения, ждала обиды. Но даже слезы удивили бы ее меньше, чем спокойный ответ.
– Я не могу объяснить, что чувствовал. Этот монстр… – он начал отряхиваться, скорее для того, чтоб не стоять столбом, или скрыть дрожь в коленях. – Он… Не знаю, что он сделал, но в один момент я будто перестал быть собой. Мне раньше не приходилось встречаться с такими.
Лира потупила взгляд. Гнев, желание насмехаться и ранить ушли, испарились.
– Мне тоже, – призналась она. Наверное, за нее говорила усталость.
– Я почти оказался на том свете, – продолжил воин. – Ты спасла меня. Спасибо, что ли.
Лира вздрогнула, услышав слова. Она подумала, не расплакаться ли ей от умиления, но лишь ответила:
– И тебе.
«Теперь мы в расчете» – хотела добавить, но не смогла. В воцарившемся молчании свистели вечерние птицы, стрекотали насекомые. А вот ветру путь в столь густые чащобы заказан не был.
– Темнеет, – заметил Эвис. – Нам бы отдохнуть и поесть. А как пить охота!
– От воды мы теперь далеко, – Лира и сама ощущала жажду после долгого бега. А поскольку враг был позади, желания перебивали любые мысли. – Но еда у меня осталась. Последняя. – Она достала из сумки сверток с хлебом и вяленым мясом. Здесь же лежали два яблока. Эвис взглянул на нее, на яства, и снова на Лиру. Встретив этот недоверчивый взгляд, она возвела глаза к темному небу. – О, Велес Великий, ну если бы я хотела тебя отравить, то стала бы жизнь спасать?!
Эвис пожал плечами. Впервые со встречи в таверне, на его лице мелькнула улыбка. Уголки губ Лиры невольно поползли вверх. А затем они рассмеялись. От внезапных и громких звуков птицы, сидевшие на деревьях, вспорхнули ввысь. Лира и Эвис схватились за животы, сползая наземь. Успокоиться не получалось. Глядя на глупые лица друг друга, то один, то другой снова начинал смеяться. Смех казался новым заклинанием, от которого нет спасения. Но кто бы ни наколдовал его, Лира была ему благодарна.
Наконец, вытерев слезы, Эвис произнес:
– Ты же не думаешь, что это меняет мое отношение к тебе?
– Ни в коем случае! – Лира примерила серьезную маску и тут же снова, не выдержав, хохотнула. – Прежде чем есть, проверим, насколько здесь безопасно.
Эвис достал из-за пазухи обе карты и протянул ей. Лира с осторожностью приняла реликвии, но наемник на немой вопрос лишь махнул рукой.
Ужинали в тишине. Лира переваривала произошедшее за день, постепенно изгнав из памяти коллекционера. Он просто ушел, забылся, как забываются младенческие годы.
Перед сном она штудировала надписи и обозначения, освещая пергамент магическим светом. Бесполезно. Она не знала куда идти. Решила, что здесь безопасно лишь потому, что до сих пор на них никто не напал.
А веки смыкались. Яблоко спасло от жажды, остатки еды притупили голод. Лира уснула, стоило голове соприкоснуться с травой, и даже королевская постель не могла стать удобней в этот момент.
Ветки и листья хрустели под ногами. От рубящих звуков трещали деревья. Эвис часто дышал, размахивая мечом.
– Это очень дорогая вещь, древняя. Его зовут – Клад! – похвастал он поутру, прежде чем приступить к демонстрации остроты и силы оружия.
– Клад? – Лира находила название пресным, безобидным, совершенно не подходящим такому мощному и большому клинку. Ее наставник Тиан некогда именовал оружие Псовый Оскал, и Лира помнила, каким грозным ей казался тот меч.
– Не я его называл, – оправдался наемник, пресекая возможные нападки.
Время двигалось к обеду. А вот они застряли на месте. Судя по картам, лес занимал большую часть острова и таил самые разные «преподношения». Знать бы, как далеко они от одного или другого. С каждым пройденным часом жажда усиливалась. Эвис взмок от работы. Лира вдыхала душный воздух с примесью кислого пота. Она жалела воина и ненавидела за то, что притащил ее в самые дебри, поддавшись порыву страха. Она мысленно листала книгу под названием вчерашний день, но ничего особенного, кроме озера и червей, не помнила. Да, было неприятно, но разве стоили они такого испуга?
– Ну что там, долго еще до пещеры? – Эвис убрал влажные волосы со лба. Лира нахмурилась.
– Знаешь, тут два варианта, – процедила она, не поднимая глаз. – Либо мы далеко от пещеры, либо нет.
– Так разберись что ли, – всплеснул руками наемник. – Я может, вообще по кругу этот черниев лес вырубаю.
– Не пришлось бы рубить, окажись ты вчера хоть чуточку хладнокровнее, – на это Эвис судя по рыку готовился издать яростную тираду, но Лира продолжила спокойнее: – Ладно, поняла, это лишнее. Я правда не знаю! Давай, ты отдохнешь здесь, а я пойду, осмотрюсь. Одна через эти заросли я легко пролезу.
Эвис недовольно сощурился и с силой воткнул меч в землю. Его широкие плечи блестели от пота. Засаленные волосы слиплись в один плотный шнур. Лире казалось, что к запаху она привыкла, но в отсутствии ветра, находиться бок о бок с наемником становилось все невыносимее. Она двинулась к зарослям.
– Куда пошла с картами? – рявкнул Эвис. – Я все еще не доверяю тебе.
– Да-да-да, – Лира развела руками. – Я заберу только свою часть. И еще, – она порылась в сумке, отыскав небольшой льняной мешочек. – Вот это. Я даже сумку оставлю. Но это нужно, чтоб не потеряться.
– Что это? – поинтересовался наемник и почесал затылок, чем потревожил на нем древнюю муху.
– Порошок магический, – ответила Лира, извлекая щепотку белесой, сверкающей и без солнца, пыли. – Буду дорогу отмечать.
Эвис кивнул и сплюнул в сторону. А Лира нырнула в паутину древ. Подобно норному зверю она ступала через покореженные деревья, пролезала под корягами замысловатых сосен. Если это вообще были сосны. На древесной коре Лира оставляла порошок, щепотки которого хватало для безупречного сияния.
В здешних местах не водилось птиц. Если взглянуть вверх, не было видно даже крон, не то что неба. Лишь переплетенные лозы, стволы да ветки. Лира пробовала забраться на самый верх, чтобы увидеть гору, но тонкие веточки не выдерживали ее веса. Разнести бы все парой заклинаний, но Лира не рискнула тратить силы и привлекать внимание. Кто знает, какая тварь настигнет ее в пути? Она уже начала раздумывать, что будет делать, если лес решит не кончаться, но вопреки мыслям рука соскользнула и Лира едва устояла на ногах. Спасло то, что другой рукой она все еще держалась за крепкое шершавое дерево.
Лира недоуменно подняла брови и провела рукой по склизкой коре. Лишь теперь она отметила, как сильно отличается оболочка неведомого растения: более светлая, более гладкая. Взглянув вверх, она не увидела веток. Зато среди прочих кущ возвышалось круглое образование, словно огромная шляпа, насаженная на ствол. И вдали их становилось все больше. Лира старалась соблюдать осторожность, чтоб не поскользнуться, опиралась на стволы. Когда обычные деревья исчезли, стало куда свободней. Под ногами вновь появилась земля взамен вспученных корней. Лишь зверье отсутствовало. Лира взглянула на карту, пытаясь найти похожее место.
– Луминор, – сказала она, создавая магическое свечение. – Итак, посмотрим.
Среди многочисленных препятствий на карте случались повторяющиеся, что дико усложняло задачу. Но лес, среди которого красовались рисунки грибов, был один.
– Так вот оно что, – поняла Лира. – Грибы, размером с сосну. Прекрасно. И чего мне от них ждать?
На карте мелькала надпись «не есть!». Лира усмехнулась. Да только полнейший болван станет тащить в рот неизвестно что! Но ниже расположилась другая – «не трогать!». В оправдание слов пальцы окинуло теплом, обещающим перерасти в болезненное жжение.
– Чудесно! – закатила глаза Лира. – И ты не додумалась прочитать это сразу, тупица!
Она взглянула на ладонь. Та покраснела – вот-вот покроется волдырями. А что потом? Руки отвалятся? Других предупреждений на карте не было. Лира сунула карту за пазуху, чтобы в случае чего не потерять насовсем. Руки немели, переставали слушаться. Боль становилась невыносимой. Ладони окутывал жар и Лире показалось, что они плавятся.
– Нет, нет, не надо, – взмолилась она, прыгая на месте и оглядываясь. Кругом ни водоема, ни песка, ни ветра. Лира взглянула на ноги, шипя от боли, сапогом взрыла землю и опустила руки в блаженный холод.
Боль притупилась немного, но почва теплела, принимая ее воспаление, как приданое. Ладони пылали, будто сам «Орден Ворона» казнил их в огне. Мысли путались. Лира из последних сил сохраняла спокойствие. Она все еще может колдовать. Ведь может? Решив проверить, Лира прикрыла глаза.
– Кол Кос Нук Тарак Ами Ди Аквис, – к счастью, слова она не спутала и вырытая ямка наполнилась водой. Лира и представить не могла, что на свете бывают минуты прекраснее. Она даже застонала от удовольствия, но осознав, что вода теплеет, принялась судорожно рыться в закромах памяти. Она обожглась, отравилась. Что за яд, который действует так сильно, но не сразу? И книги нет, чтобы поискать противоядие. Лира даже не помнила, есть ли у нее такое, но уже всем сердцем злилась на себя, а заодно и на Эвиса. Не нужно было оставлять ему сумку!
– Кол Кос Нук Тарак Ами Ди Аквис… – новая порция прохладной воды забурлила в яме. На мир опускалась тьма. Лира подумала – рановато для ночи, но нарастающий гул в ушах уверил, что для нее ночь уже наступила. Тошнота замерла в горле, и Лира провалилась в забытье.
Она на берегу. Вокруг чистое, прозрачное озеро. Согретая лучами яркого солнца, сидит, опустив ноги к воде. Водоем небольшой – можно обойти вокруг три раза, потратив не больше минуты. На много верст пролегают цветочные поля. От дуновения ветра цветы качаются, создавая видимость разноцветного моря.
Лира смотрит на водную гладь, но в то же время наблюдает со стороны свое тело, побитое и грязное, так не вписывающееся в окружающую идиллию. Вдруг в отражении напротив мелькает тень. Лира поднимает взгляд. На другом берегу стоит девушка, одетая в тяжелые меха, совсем не по погоде. Ее пышные кудри спадают до пояса. В одной руке жезл с расширенной кверху резной булавой.
– Неяши, – выдавливает Лира, будто расстояние и впрямь не помеха.
– Здравствуй, – улыбается девушка. – Ты опять меня не послушала. От тебя столько хлопот.
Ее голос нежный, вопреки смыслу слов.
– Неяши, я… – хочет оправдаться Лира, но тут же замолкает, наполняясь усталыми подозрениями. – Тебя не может здесь быть.
– Теперь я могу гораздо больше, чем раньше.
– Значит, на этот раз получилось, – Лира закрывает глаза, подставляя лицо встречному ветру. – Ты теперь шаман. Поздравляю! Но почему ты здесь? Отговорить меня? Не выйдет…
– Я проделала долгий путь, чтобы увидеть тебя, – отвечает Неяши. – Духи твердят, что все неслучайно. Значит, и твой уход тоже. А значит, и моя смерть случится точно в срок, не раньше, не позже. Такова их воля.
– Это мое проклятие, а не их воля! – отрезает Лира, открывая глаза. Лик подруги печальный, но такой же прекрасный и естественный, каким она его помнит. – Но я излечусь и ты не умрешь! Обещаю!
– Моя упрямая лисичка, – вздыхает Неяши, опираясь на посох. – Время уходит. А ты почти не дышишь. Засыпай, моя радейтан ручи. Я здесь для того, чтобы спасти тебя. Первый и единственный раз без спроса.
Лира открывает рот для вопроса, но Неяши уже растворяется. Озеро, небо и цветы меркнут.
Она обнаруживает себя под солнцем на краю Вестории. Ей всего одиннадцать с половиной лет и длинные рыжие волосы, заплетенные в косу, еще выдают в ней девчонку.
Вокруг лес. В душе борется ощущение самостоятельности и бесконечный страх остаться одной.
У ног, склонив голову, грустит кот. Он только что сообщил, что не чувствует Ирлианда, что маг ушел в никуда, насовсем. Лира не верит.
– Он и раньше уходил. Он вернется, – утешает она.
– Ты так и не научилась чувствовать магические потоки, – сокрушается кот. – Глупая девочка. Ведь я связан с ним. Это он оживил меня, он. Понимаешь?
Она не понимает, но все же кивает через силу. И кот не скрывает, что знает о лжи. Он щурится и вздыхает нервно, почти что зло.
– Теперь только мы остались, – срываются слова. – Ирлианд знал, что уйдет. Пришло его время. Мы больше не можем оставаться в Вестории. Он отпугивал Орден, но теперь мы совсем беззащитны. Нужно уйти подальше и скрыться.
Лира слушает, вспоминает и снова прислушивается. Прохладный осенний ветер дует в лицо, и она улыбается, смотрит в небо на бегущие облака.
– На север, – говорит она. – Мы отправимся на север и останемся там навсегда!
Она до сих пор не знала, почему кот тогда согласился. Решил, что в Снегах безопасно и Каратели туда не сунутся или испугался ее улыбки? А Лира просто не верила, что Ирлианда нет. Осознание пришло многим позже, когда маг не откликнулся на зов о помощи. Когда отозвалась она – двенадцатилетняя девочка из племени Ойоса.
– Лира! – незнакомый голос вырвал ее из глубин сна. Распахнув глаза, она подскочила, словно ужаленная, судорожно схватила ртом воздух. Мужчина сидел рядом и с каждым вдохом Лира все больше узнавала в нем Эвиса.
6 глава _ Голод
– Что случилось? – спросил наемник.
Из памяти ускользнули детали снов, схоронив озеро, цветы и кота под грузом реальности. Сейчас ее окружали только лес и Эвис. Последний смотрел требовательно, ждал ответа.
– Грибы… – Лира приподнялась, взглянув на ладони. Следы лопнувших пузырей затянулись пленкой. Боли не было, и кожа выглядела бледной. Лира перевела взгляд на Эвиса. – Ты их не трогал?
– Я их даже не видел, – насторожился он.
– Вокруг, – она обвела лес руками. – Грибная роща. Посмотри вверх. Шляпки вместо веток.
Эвис разглядывал их с минуту, то загадочно хмурясь, то удивленно раскрывая веки.
– Я думал, что это слизни, и рубил их, – пожал он плечами.
– Слизни, неподвижно растущие из земли? – скептически поинтересовалась Лира.
– От этого острова чего хошь можно ждать, – Эвис поднялся на ноги. – А с тобой то что? Ну понятно, грибы. Есть-то их зачем?
– Я их не ела! – возмутилась Лира. – Только дотронулась, но этого хватило, – она попыталась сжать и разжать руку. Успешно. Кто-то говорил, что крепкий сон – лучшее лекарство, и она зря не верила. – А ты чего прибежал?
– Тебя долго не было. Я отдохнул и пошел дальше.
– А как нашел меня?
– Так ведь… пыльца же…
– А-а-а, – понимающе припомнила Лира. В разных точках головы неприятно пульсировало. – Это хорошо. Даже очень хорошо. Доставай карту, – Лира изъяла свою половину, и соединив со свитком Эвиса, некоторое время всматривалась в красные линии, пересекающие пергамент. Где же они сейчас? Алая полоса обязывалась провести их по самой безопасной дороге. Но через скопище грибов, увы, не проходила. Лира еще раз осмотрелась и, покусывая губы в раздумьях, ткнула пальцем в рисунок в центре леса. – Думаю, мы где-то здесь. Роща не выглядит сильно большой. Видишь, с одного ее края поле, с другого продолжение непролазного леса, а с этой – овраг. Ну, или что-то на него похожее, – Эвис что-то промычал в ответ, и Лира решила, что он все понял. – В каком бы направлении мы ни двинулись, во что-нибудь, да упремся. Пусть даже это будет ловушка. Зато точно узнаем, где мы.
Посовещавшись с задумчивостью Эвиса, Лира решила пойти направо. Если она не ошибается, так они гораздо быстрее выйдут к солнцу. А там и гору увидят.
Они двинулись дальше, остерегаясь ядовитых стволов. Благо грибы росли далеко друг от друга и можно было идти свободно. И Эвис больше не тратил силы на вырубку. Лира обнимала сумку, по которой успела соскучиться и думала, как наемнику удалось ни разу не задеть грибную оболочку, пока он шел за ней. Мысли о сновидении испарились быстрее росы под палящим солнцем.
В лесу ощущалась легкая прохлада. Животы обоих поочередно требовали пищи. Лира старалась не придавать значения звукам. В конце концов запасы иссякли, а вокруг ни птицы, ни зверя. Даже насекомые словно вымерли. А пусть бы лес и кишел съестным – после горького опыта с грибами, у Лиры не то что на зуб пробовать – приближаться ко всему подряд отпало желание. Она подумала о Мудрейшем. Как он выживает среди собственных ловушек на острове? Как добывает еду и воду? Если верить легенде, старику больше тысячи лет. Ни один человек не в состоянии дожить до такого возраста! Но Мудрейший на то и Мудрейший, если смог, да еще и сохранил память о прожитых годах. Магия или договор с демоном? Лира почесала подбородок. И почему она раньше не задумывалась над этим? Она мельком глянула на Эвиса. Тот выглядел хмуро. Он наверняка привык терпеть и голод, и холод. Как долго он скитается по земле? Сколько ему пришлось повидать за все эти годы? Он покосился на нее. Лира отвела взгляд.
– Я есть хочу, – твердо заявил Эвис, сбавляя темп.
– Неужели? – только и выдавила Лира, думая о сорванной лирике мыслей, и о том, что теперь ее мало волнует прошлое наемника. Он верно и года не пробыл в скитаниях, если так спокойно заявляет о столь низших желаниях девчонке в два с половиной раза младше него. Тиан никогда бы не позволил себе таких высказываний! Никто из тех, кого она знала бы не позволил. Даже кот! Протянул бы Эвис один на острове… да как же!
– Ты не представляешь, как сильно я хочу есть, – добавил Эвис и направился дальше, ускоряя шаг. – И как назло, ни белки, ни кабана, ни куропатки. Похоже, единственная живность на этом черниевом острове – это мы!
Лира тяжело вздохнула. При всем желании у нее не получалось воспринимать его слова всерьез, равно как и сочувствовать. Она сама не раз голодала и в более юном возрасте. Почему он просто не потерпит? Она предложила поискать в сумке съестное, но Эвис резко ответил, что еды там нет. Лира на миг задохнулась возмущением. Этот мерзавец посмел рыться в ее вещах?! Может и книгу трогал своими грязными пальцами! Она часто слышала, что в мужчине никогда не умирает ребенок, но даже представить не могла, насколько верна сия поговорка. С другой стороны, это первый подобный случай, какой она припоминала на своем веку. Лира открыла рот, заглатывая побольше воздуха, чтобы излить запас ругательств на наглеца. Но тут Эвис замер, рукой перегородив путь. Лира подавилась набранным воздухом и закашлялась. Эвис зашипел.
– Смотри, – указал он вперед.
Лира была готова поклясться, что увиденное – лишь плод ее воображения, настолько уверовала, что все, свойственное обычному миру, осталось за пределами проклятого озера. Но рыжая белка скакала в десяти шагах, останавливаясь время от времени и ковыряя лапками землю. Некогда пушистый хвост и кончики ушей полиняли, и зверек уже не выглядел красивым. Хотя, надо полагать, вполне оставался съедобным.
– А на кабана способностей не хватило что ли? – прорычал Эвис в небо, за что получил локтем под ребра. Лира сочла подобный выпад богохульством. А белочка будто и не замечала гостей. Впрочем, как часто здесь вообще появляются люди?
– Не спугни! Может статься, это единственная белка на всем острове! – строго шепнула Лира. – Попробую ранить ее из лука.
– Из лука? – не понял Эвис, но Лира уже начитывала заклинание:
– Гер Лус Дари Луар Накро Сом… – плавным движением она выставила руки так, словно они уже держали лук, с прижатой к тетиве стрелой. По контуру невидимого оружия мелькали искры, превращая мнимое в живое. Наконец оно загорелось лиловым сиянием. – Агулут!
Эвис приоткрыл рот. Лук и стрелы мерцали и переливались подобно вулканической лаве, цвета сирени. Лира прицелилась и спустила тетиву. Стрела плавным пируэтом метнулась в сторону белки, и приземлилась в шаге от зверька. Тот подпрыгнул и отскочил в сторону.
– Черни! – выругался Эвис.
– Я не очень-то хорошо владею оружием, – призналась Лира. От стрелы не осталось и следа – соприкоснувшись с землей, она рассыпалась в мелкую пыль. Белка взглянула в их сторону, замерев на секунду, а после ринулась в противоположном направлении.
– Уйдет зараза! – Эвис тронулся с места. И как только собрался ловить столь ловкое и маленькое создание? Лира двинулась за ними, подготавливая новую стрелу из воздуха. Она пыталась целиться на бегу, как делал Тиан в свое время. Но маг тренировался с малых лет, ее же никогда не привлекало оружие. Да и зачем оно нужно, если есть магия? Тогда Лира еще не знала, что лук и стрелы бывают не только из дерева и металла. Нет, она ни за что не попадет в белку! И тем не менее Лира продолжала погоню. А зверек прыгал по земле, избегая грибных стволов, точно был в курсе их ядовитости. Воин бежал впереди, нелепо размахивая руками в попытках схватить добычу.
Вдали показалось поле. То самое, с карты! И лес по другую сторону, – если белка взберется на дерево, все пропало. Лира крикнула Эвису уступить ей дорогу, но тот не послушался. Совсем обезумел от голода! Но вот награда: выскочив из рощи, он споткнулся о первое попавшееся бревно и растянулся пластом на траве. Лира перепрыгнула через него, чудом не угодив сапогом по макушке. Затормозив, прицелилась, выпуская очередную стрелу. Та приземлилась перед зверьком. Поле окатил громкий испуганный писк, настолько тоскливый, что у Лиры сжалось сердце. Но живот издал протяжное урчание, и она, создав новую стрелу, послала ее в сторону белки. Будто само время замерло, пока магическое оружие летело, крутясь и переливаясь в лучах заходящего солнца. Лира задержала дыхание. Вот-вот существо падет замертво, почти не почувствовав боли. Но стрела воткнулась в землю, испарившись. А белка, сбитая с ног кем-то таким же маленьким, перекатилась по траве с затухающим воплем. Лира недовольно скрипнула зубами.
– Ого! – восхитился Эвис поднимаясь. – Сколько их!
Взглянув на горизонт, туда, где возвышались деревья, Лира приоткрыла рот. Торопливо покидая спасительные кущи, к ним осторожно приближалась по меньшей мере сотня полинявших белок. Помешкав, Лира снова прицелилась. Теперь-то промахнуться не выйдет при всем желании. Но грозный вид и бесстрашие, с которыми надвигались животные насторожили настолько, что у нее обдало холодом внутренности. Зверьки ступали медленно, перебирая лапками по траве и белым, с желтоватым отливом, камням. Только могут ли камни быть настолько одинаковыми: продолговатыми с уплотнениями на концах или с отверстиями посреди круглой глыбы, размером с голову? Рука дрогнула. Лира опустила оружие. А белки дружно оскалили пасти, сплошь усеянные неестественно длинными клыками, и ринулись вперед на ловких от природы лапках.
– О боги! – взмолился Эвис.
Лук и стрела растаяли, выброшенные в поле. Лира и Эвис без лишних переговоров рванули обратно, в грибную рощу. Теперь она показалась Лире почти что домом. Только для белок она и есть дом, куда волей-неволей забредают уставшие искатели приключений. Лира могла поклясться, что беличье поле наполовину усеяно костями. И в последнюю очередь эти останки принадлежали пушистым сородичам. Эвис обогнал Лиру. Упрямый писк семенил по следу. Как долго продлится преследование, насколько остры беличьи зубы, и главная мысль – что за ними гонится их собственный обед, не давали покоя.
– Акри… Сомо… Рето… – запыхавшись, говорила Лира, но сбивалась на середине заклинания. Пан или пропал, – подумала она и остановилась. – Акри Сомо Рето Зак Суфиро,