Я никогда этого не просил. Вроде бы. Ну, хорошо, думал об этом, возможно, желал, но просить — нет. Да и способ, которым я этого достиг…не самый эпичный. Даже более того, он донельзя прозаичный и тупой. Тем не менее, свою долю силы я получил. Причем, не самую слабую. Но, поверьте: я действительно никогда этого не просил. И когда вы услышите мою историю и осознаете всю степень той бездонной ж…ямы, в которую я угодил, то не станете даже мыслить о зависти. Вы возненавидите меня, как и все остальные.
Но, знаете…я этому даже рад. Учитывая, сколько у меня врагов накопилось за последние три месяца, вы не станете большой проблемой. Капля в море, не более. В море из жаждущих моей крови. Хах. Что ж, попытайтесь! А пока что, раскройте глаза и уши, я начинаю свой рассказ…
Все началось теплым весенним утром. На дворе стоял конец апреля, близился май, в Японии было тепло, и погода за окном царила почти летняя. Я едва разлепил глаза, и, уставившись на часы, сдавленно застонал: было почти одиннадцать! Машу ж вать, не надо было сидеть за анимешками до трех ночи! Теперь можно смело сказать, что школу я проспал, и топать туда смысла нет никакого. Ладно хоть Хикари не стала меня тормошить спозаранку, а то получила бы поток ругательств, а то и подушкой по лбу. Знает, чертовка, когда можно меня трогать, а когда стоит отступить.
Хикари — это моя соседка, из квартиры напротив. Мы уже давненько дружим, считай, с тех самых пор, как я переехал в Японию. Сколько ж это уже прошло времени…лет десять, не меньше. Тогда мне было только шесть, я мало что понимал, но совсем недавно потерял отца, и на душе царила печаль. Моя мать родом из Японии, поэтому, распродав имущество в России, решила переехать на родину, где у нее остались бабушка и сестра.
С тех пор многое изменилось. Я в совершенстве овладел японским, пошел в местную младшую школу, затем в среднюю, и вот уже год как учусь в старшей. По сути, у меня было много знакомых одного со мной возраста, но действительно хорошим другом я мог назвать лишь Хикари. Она единственная всегда обо мне беспокоилась и проявляла заботу, порой даже чрезмерную.
Все потому, что моя мать, как только мне исполнилось двенадцать, укатила за границу, якобы по работе, и с тех пор мы виделись хорошо если раз в год. Но она каждый месяц присылала мне деньги, так что я был в какой-то мере благодарен. Ну и предоставлен сам себе, а это тоже дорогого стоит.
Правда ко мне чуть ли не каждый день заглядывала тетя Мики, дабы проверить, жив ли еще любимый племянник или помер от передозировки, задохнувшись сигаретным дымом или подвесившись на люстре. Почему-то тетя считала меня непутевым пацаном, хулиганом и вообще пропащим человеком, потерянным для социума. Сколько бы ни пытался переубедить эту старую каргу, все без толку.
Потянувшись, я нехотя вскочил на ноги и принялся собирать футон. Сложив постель в сундук у окна, я еще раз потянулся, широко зевнул, а затем поплелся в ванную. Чистя зубы и глядя на свою кислую рожу в зеркало, я был полон пессимизма и совершенно не желал помышлять о планах на этот день. В школу уже поздно, чем же тогда заняться? Сходить на тренировку? Тоже лень…
Вздохнув, я закончил умываться и потащил свою задницу на кухню. Пока грелся чайник, я сделал пару сэндвичей и устроился за столом, включив небольшой телевизор в углу. Симпатичная молодая ведущая что-то тараторила со скоростью пулемета марки Maximus VIIS, поэтому я даже не стал заострять на этом особое внимание. Наконец, закипела вода в чайнике. Сделав себе растворимый кофе, я откусил от первого сэндвича и вновь бросил взгляд на экран телевизора.
А там было, на что посмотреть. Показывали покореженный автомобиль, стоявший на обочине. Кажется, это на главной улице? Точно, вон тот магазин мне знаком. Очередная авария?
Как оказалось, нет. Некий офисный служащий Нанасэ Хибики ехал по рабочим делам, когда откуда ни возьмись в его автомобиль врезался юноша лет семнадцати. Причем от этого удара машину смяло как картонную фигурку, и снесло на обочину. Звучит бредово, понимаю, но Нанасэ-сан говорил убедительно, к тому же, после махнул рукой в сторону машины. Там рядом крутились санитары «скорой», видимо, оказывая кому-то помощь. Камера переместилась туда, крупным планом показывая лицо того самого парня. Я в первый момент не поверил своим глазам, а потом глубоко вдохнул…подавившись сэндвичем: это был мой приятель Куро!
Но в тот момент мой мозг не особо развивал эту мысль, потому что кусочек бутерброда попал совсем не туда, куда следовало, и я начал задыхаться. Спазмы сжали горло, я тщетно хватал ртом воздух, но треклятый сэндвич не давал вдохнуть! Мое тело онемело, рухнув на пол, я скреб ногтями дерево, пытаясь сделать хоть что-то.
Я не могу так просто сдохнуть! Только не такой тупой смертью! Это ведь просто смешно: умереть от сэндвича!
Но, похоже, боги распорядились иначе, и спустя какое-то время я устал сопротивляться, ощутив, как мое сознание покидает тело…
…чтобы пробудиться в огромном светлом зале, пол, стены и потолок которого, казалось, были сделаны из белого мрамора. И на ощупь такие же холодные. Пришлось поспешно вскочить на ноги, дабы не отморозить задницу. Хотя, если я умер, то какая теперь разница?
Зал был поистине огромным: размером с токийский стадион, и совершенно пустой. Только в дальнем конце виднелся какой-то алтарь с маленькой чашей посередине. Как я сумел это разглядеть? Сам не пойму. Просто в этом месте мое слегка подсевшее от постоянного смотрения в монитор зрение было стопроцентным. Даже больше.
Что же это за место такое? Чистилище? Или уже Рай? Хотя, учитывая мой скверный характер, мне бы уготовили место в Аду.
— Рюу, — раздался позади мягкий голос. Я обернулся и чуть было не заорал от неожиданности: ангел! Самый настоящий ангел. Парень лет шестнадцати, стройный, но крепкий, с приятными чертами лица и мягкой улыбкой на губах. Чем-то он был похож на меня.
— Так это все-таки Рай? — пробормотал я. Ангел звонко рассмеялся.
— Можешь считать, как тебе угодно. Но я бы назвал это межпространственным измерением, созданным твоим собственным разумом.
— Че? — не понял я. — Как мой разум оказался способен создать такую громадину?
— Сам удивляюсь, — пожал плечами ангел. — Ты вроде не особо умный, не выдающийся спортсмен, поэт или музыкант. Да, Боже, ты даже сочинение уровня пятого класса пишешь с ошибками. Но все же…суметь в столь раннем возрасте создать межпространственное измерение — это крупное достижение. Прими мои искренние поздравления.
— Для начала скажи мне, кто ты такой и что здесь делаешь? — с подозрением спросил я. Этот парень выглядит как ангелок, но что-то в глубине его глаз не дает мне расслабиться. Да и ощущение угрозы давит со всех сторон, хотя, казалось бы, чего мне бояться?
— Я твой ангел-хранитель, — улыбнулся он. — Моя задача — оберегать тебя и указывать правильный путь.
— Откуда тебе знать какой путь правильный?
— Хм. Это интересный вопрос, — рассмеялся он. — Теперь ты не кажешься таким уж тупым. Неужели притворялся все эти годы?
— Заткнись! — рявкнул я. Ангел фыркнул и сложил руки на груди.
— А то что? Ты уже помер, Рюу. И вряд ли без моей помощи сумеешь отсюда выбраться. В твоих же интересах выслушать меня и подчиниться.
— Да пошел ты! — процедил я. Никогда не прогибался под кем-либо, и даже после смерти не собираюсь. Я рос почти без родителей, целыми днями пропадал на улице и уяснил одну важную вещь: если хочешь занять в этом мире достойное место, стань гордым и сильным настолько, чтобы не лизать задницу кому бы там ни было. Пусть другие кланяются, льстят, лживо смеются и творят пакости. Это их выбор. Я же хочу быть тем, кого ни один человек в мире не посмеет тронуть!
Ангел нахмурился.
— Ты ведешь себя неразумно, Рюу. Понимаю, ты умер и находишься на взводе. Но на данный момент тебе ничто не угрожает, поэтому успокойся и подумай хорошенько. Если ты хочешь вернуться к жизни, то тебе стоит послушаться меня.
Я ощутил, как изнутри поднимается волна ярости. Этот тип внешне казался добреньким и услужливым, но его глаза источали лед, а улыбка уже не казалась мягкой и приятной. Скорее, он был похож на змею, медленно обвивавшуюся вокруг жертвы, намереваясь вонзить клыки.
Поэтому я прыгнул вперед, сомкнув руки на его шее. Она оказалась на удивление хрупкой и мягкой, легко сжимаясь под моими пальцами.
Ангел захрипел.
— Остановись, идиот! Ты сделаешь лишь хуже!
Я не слушал его, продолжая сжимать хватку. Глаза ангела закатились, он сопротивлялся все меньше.
— Для тебя…все кончится…Рюу, — прохрипел он, прежде чем окончательно обмякнуть.
Я разжал пальцы, и в момент, когда голова мертвого ангела коснулась мраморного пола, хранитель рассыпался на миллиарды осколков, мигом исчезнувших.
Я сидел на полу, пытаясь понять, что натворил. Вспышка ярости прошла, улетучилась, взамен принеся осознание.
Какого хрена я сделал? Я убил ангела-хранителя!
М-мать.
Зачем я это сделал? Просто потому, что он показался мне странным? Так ведь и я сам не овечка. Мое поведение отличается от нормального.
Но то, что произошло сейчас, находится за гранью. Будто кто-то неизвестный взял под контроль мой разум и разжег пламя эмоций, заставив убить ангела.
Какое-то время я сидел неподвижно, укоряя себя, а затем поднялся.
Ладно, сделанного не вернуть, нужно искать способ выбраться отсюда. Для начала взглянуть, что за алтарь в дальнем конце зала.
Расстояние до него я преодолел довольно быстро, что удивительно, учитывая размеры этого места. Похоже, здесь какая-то штука с пространством, иначе как я прошел десяток километров за пару минут?
Вблизи алтарь оказался довольно массивным. Сделан он был из какого-то другого материала, не из мрамора. Да и вообще создавалось впечатление, что алтарь появился позже самого зала. Или наоборот.
Алтарь напоминал монолитный камень, плоская поверхность которого была слегка изогнута по краям кверху. По центру алтаря стояла чаша, тоже из незнакомого мне материала, матово-черная, в то время, как цвет алтаря был темно-фиолетовым. Сама чаша показалась мне сначала пустой, но стоило сделать шаг и слегка наклониться, как я увидел свое отражение на поверхности воды.
Не знаю, что именно заставило меня это сделать, но я схватил чашу обеими руками и поднял. Она оказалась не тяжелее кружки с кофе, хотя на вид весила порядочно.
То, что я сделал потом, позже казалось странным и нелогичным, но на тот момент мне было все равно. Я отпил из чаши. Сначала один глоток, затем еще, и вскоре я не мог остановиться, до тех пор, пока вода не кончилась.
Я поставил чашу на место и замер. Мой разум, казалось, сжали невидимые тиски, а затем чей-то гигантский молот ударил изнутри, заставив рухнуть на пол и зарычать от боли. Я выл, царапал ногтями мрамор, но боль не утихала, разгораясь внутри меня, что-то уничтожая, сжигая навеки, а что-то привнося, изменяя мое тело. Думаю, прошло всего полчаса, прежде чем боль стихла, но для меня это время растянулось на целую вечность. Боль оставила после себя опустошение, эмоции улетучились, не было даже удивления произошедшему. Казалось, часть меня безвозвратно погибла, но другая часть окончательно изменилась, стала чем-то иным. Но вот чем, я пока осознать не мог.
Да и не хотел. Мой разум постепенно пробуждался от долгого сна, я начинал понимать многое из того, чего не замечал раньше. Словно бы стал сверхчеловеком. Поднялся на новую ступень.
Новые знания не казались чужеродными, скорее, близкими мне, будто бы нечто, утраченное тысячелетия назад.
Поэтому я совсем не удивился, протянув руку и сжав пальцы в кулак, а затем дернув на себя, разрушая гигантский зал, и все измерение заодно. Я рухнул в иссиня-черную бездну, отправляясь в долгий полет, не зная, где окажусь после. Но последней мыслью было вернуться домой.
Ведь Хикари будет сильно грустить, если меня не станет.
Пробудился я все на той же кухне. Я лежал на полу, рядом устроился надкусанный сэндвич, а сверху бубнила ведущая из телевизора. Казалось бы, ничего не случилось, можно списать все произошедшее на воображение, сон.
Но я ощущал внутри себя силу, которой не было прежде. Пока я не знал, как ей пользоваться и для чего. Но понимал одно: кое-что изменилось. И мир вокруг меня больше не будет прежним.
Из обретенных воспоминаний неизвестного мне благодетеля, я знал, что не один такой. Но тогда я еще не думал, что подобных мне окажется настолько много. Не подозревал, во что выльется моя первая встреча с одним из них, и как это повлияет на дальнейшую судьбу.
Я всего лишь лежал на полу своей кухни, смотрел в потолок, слушал надоедливый голос телеведущей, понимая, что день лишь начался, и нужно строить планы, ведь я все еще жив.
Моя глупая смерть стала шагом на пути к чему-то большему, и теперь мои амбиции претерпели изменение. Теперь я могу позволить себе подняться на вершину этого мира.
Если захочу, конечно же.
Доедал свой завтрак я с некоторой опаской, а затем, выключив телевизор, поплелся в комнату. Рухнув на кровать, я принялся размышлять. То, что со мной случилось, совершенно не вписывается в привычные рамки. Нам твердят, что Бога нет, а человек произошел от обезьяны, но ведь я буквально этим утром своими руками прикончил ангела-хранителя! Как прикажете это понимать? Значит, все, о чем нам твердят — ложь? Или же этот ангел назывался так лишь условно? Что, если я попал в лапы к инопланетянам?
В голове нарастало жжение, я ощущал, что еще немного, и мой мозг воспламенится. Так, стоп! Надо прекращать забивать разум глупыми предположениями. Лучше сходить проветриться, благо на улице теплынь.
Быстро надев джинсы, футболку и любимые кроссовки, я запер квартиру и сбежал вниз по лестнице, оказавшись на улице. Пару минут стоял, вдыхая свежий воздух и решая, куда же пойти. Возле школы светиться не стоит, но мне хотелось увидеть Хикари, рассказать ей о случившемся. Почему-то я был уверен, что лучшая подруга не посчитает меня поехавшим, и не сдаст в психушку. У нас всегда были очень доверительные отношения, так что Хи-тян сразу поймет, говорю я правду или лгу. Это очень ценное качество, правда со своими подводными камнями. Так, например, мне было весьма проблематично отмазаться от прогулки с Хикари или от похода к ее бабушке. Старушка тот еще любитель почесать языком, а мне слушать ее байки…тоскливо.
Поэтому я направился к школе, устроившись в стороне от входа, глядя на снующих туда-сюда парней и девчонок. По идее, через полчаса как раз закончатся уроки. Сегодня клубных занятий у Хи-тян нет, так что она сразу домой.
Так и вышло: Хикари пулей вылетела за ворота школы и чуть ли не бегом направилась дальше по улице, торопясь домой. Я даже мог сказать, к кому именно домой она спешит. Оторвавшись от стены, пошел следом, собираясь уже окликнуть девушку, как вдруг заметил тройку парней, шагающих за ней. Они вроде не показывали явный интерес, но я ощущал их внимание к Хикари, липкое, противное, преисполненное пошлых намерений.
Пришлось следовать за ними на расстоянии, не выпуская из виду.
Однако парни не долго строили из себя мирных овечек. Когда Хи-тян проходила мимо узкой подворотни, они налетели и мигом затащили ее туда. Даром что Хикари была девушкой хрупкой, но весьма сильной и легко могла вырубить любого приставалу. Но тут сработал эффект неожиданности, и моя подружка не успела среагировать.
Прибавив шагу, я остановился за углом, слегка выглянув. Вмешиваться не спешил, выжидая момент.
— Ну что, малышка, вот ты и попалась! — глумился самый невысокий из них, но вполне крепкий парень. Его лицо было мне знакомо, но лично мы вроде как в школе не пересекались.
— Чего тебе надо, Джун? — лицо Хикари не выражало страх, только плохо скрываемое раздражение.
Я чуть было не рассмеялся. Джун, да? Имечко не совсем подходит, как я погляжу.
— Помнится, позавчера ты прилюдно отказала мне, — процедил коротышка Джун. Его лицо, вполне симпатичное, исказилось от гнева. — Ты отказала МНЕ! Сыну Като Изаму! Причем перед всеми, ты унизила меня! За это я заставлю тебя заплатить. Придется поработать ротиком, Хи-чан!
Джун ухмыльнулся и дернул воротник блузки Хикари. Девушка от неожиданности подалась вперед и Джун отвесил ей несильную пощечину. Хи-тян вскрикнула, на глазах выступили слезы.
В этот самый момент я уже рванул вперед, отталкивая одного из приятелей Джуна и с размаху врезая коротышке кулаком в челюсть. Во мне кипела злость, даже ярость, поэтому не сдерживался. С учетом приобретенных утром способностей, Джун отлетел от удара кулаком метров на пять, врезавшись в стену здания и рухнув на землю.
Я развернулся к Хикари.
— Ты как, Хи-тян, в порядке?
Девушка кивнула, придерживая воротник блузки.
— Как ты здесь оказался, Рюу?
— Не время для вопросов. Сначала разберусь с ними, — я повернулся к прихвостням Джуна. Тот, которого оттолкнул вначале, уже замахивался кулаком, на лице гримаса обиды и гнева. Сделать подшаг вправо, схватить его за предплечье и дернуть вбок, ломая руку. Затем, не останавливаясь, пинком под колено заставить его упасть и локтем в висок, лишая сознания.
Оставшийся уже не выглядел особо уверенным, но, бросив взгляд на поверженного босса, заорал и рванул ко мне. Снова обычный замах. Никак вы, блин, не научитесь. Не стал усердствовать, пнул ногой в грудь, заставив отлететь к стене дома и сползти по ней.
Вся схватка в целом заняла десяток секунд. Скажи мне кто еще утром, перед тем злосчастным завтраком, не поверил бы. Не может обычный школьник победить трех крепких сверстников за десять секунд. Но я теперь мог.
— Не ожидал, что твой дружок окажется одним из нас, — раздался вдруг сбоку голос Джуна. Я удивленно повернулся к нему. Коротышка выглядел изрядно потрепанным, но целым. На губах кривая усмешка, а глаза излучают ненависть.
— Какой у тебя ранг? — спросил он.
— Что? — не понял я. Лицо Джуна изумленно вытянулось.
— Ты не знаешь о рангах?
Он расхохотался.
— Надо же, такой сильный, но совсем не сечет, как устроен этот мир. Ты никогда не слышал о Кане-но-Секаи?
Тень Мира? Что это такое?
Двое прихвостней Джуна не поднялись после моих ударов, но коротышка выстоял, а значит, он не совсем обычный человек. Неужели я такой не один?
— Нет. Что это за место? — спросил я. Джун фыркнул.
— Место? Парень, это изнанка обычного общества. Мир таких как мы — сверхлюдей!
— Сверхлюдей?
— Ты че, с Луны свалился? — вконец изумился он. — Кто тебя тренировал?
— Считай, что я самородок, — улыбнулся я. Он стиснул зубы. Не поверил. Ну и ладно, не больно-то хотелось.
— Что ж, покойнику ни к чему знать об Изнанке, — самоуверенно произнес он. — Умри!
Рывок, вижу лишь смазанную тень. В первое мгновение слегка теряюсь, поэтому пропускаю удар Джуна в челюсть. Было не больно, будто ударили не кулаком, а резиновой игрушкой. Неприятно.
Отскакиваю назад, наблюдая изумление и страх в глазах коротышки.
— Как?! — вопит Джун, и в это время я прыгаю вперед, отбрасывая его к стене. Удар, во все стороны сыпется каменная крошка, по стене вверх ползут трещины. Джун буквально впечатан в эту стену, не в силах пошевелиться. Уж не убил ли я его? Подойдя ближе, щупаю пульс и облегченно вздыхаю: жив. С одной стороны, хреново — живой враг хуже мертвого. Но, с другой — меня не обвинят за убийство. А это, как ни крути, замечательно.
— Идем! — крикнул я Хикари, безмолвной статуей застывшей неподалеку. Глаза девушки выражали удивление, беспокойство и…радость? Это странно. Но разбираться будем дома, сейчас лучше бежать отсюда подальше.
Девушка сидела на диванчике, потупив взгляд и сжимая пальцами стакан с водой. Сейчас Хикари не выглядела уверенной, радостной или чересчур энергичной, как обычно. Скорее, казалась удивленной и смущенной. Непонятно только с чего бы.
— Как прошел день в школе? — спросил я, чтобы хоть как-то начать разговор. Сидим так уже полчаса, и ни один не решается заговорить.
Хи-тян бросила на меня быстрый взгляд из-под пушистых ресниц, ее губы тронула мягкая улыбка.
— Все хорошо. Но тебе не стоит пропускать занятия так часто, Рюу-кун. Учитель Хаяси недоволен твоей успеваемостью.
— Вечно старику что-то не нравится, — проворчал я. Хаяси Ичиро был нашим учителем английского. На самом деле отличный мужик, но крайне щепетильный в вопросах успеваемости учеников.
Хикари рассмеялась.
— Ну, ты все-таки его любимчик. Возможно Хаяси-сенсей просто скучает.
Девушка кокетливо подмигнула.
— Ну тебя, — обиделся я. Подруга фыркнула.
— Скажи, Рюу…давно ты научился так драться? — спросила вдруг она. Я кашлянул. Соврать или ответить правду? Проклятье, я ведь решил сказать все начистоту, верно? Хикари наверняка сумеет различить ложь.
— Этим утром. Ты, возможно, не поверишь, ведь это звучит как бред сумасшедшего…
Я рассказал все как есть, без утайки. Хи-тян внимательно выслушала, при этом глаза ее ярко блестели. Похоже, моей подружке эта история очень интересна.
— Так ты теперь, выходит, один из сверхлюдей?
— Похоже на то. Хотя я ничего не знаю об этой Изнанке, о которой болтал Джун. Судя по твоему взгляду, тебе что-то известно?
Хикари кивнула.
— Да. Потому что я с детства являюсь одной из людей Изнанки.
— Серьезно? — изумился я. Хикари, веселая неугомонная Хикари, на протяжении стольких лет всегда вертевшаяся неподалеку, оказалась вдруг вовсе не той, кем я ее считал. — Почему ты не рассказывала?
Хи-тян отвела взгляд в сторону, заметно смутившись.
— Обычным людям нельзя знать о существовании Изнанки. Ваш разум неспособен в полной мере принять тот факт, что где-то совсем рядом ходят существа, чья сила невообразима.
— Неужели даже правительство не в курсе? — скептически хмыкнул я. Хикари вздохнула.
— Эти знают. Но вынуждены не вмешиваться в дела Кане-но-секаи. Иначе им грозит смертельная опасность. Дела сверхлюдей — это только наша забота.
— Не поверю, что власти ни разу за всю историю не решились подмять Изнанку под себя.
— Ты прав, случаи были. Но хватало одного, максимум двух сверхлюдей, чтобы любой правитель забился в угол, дрожа от страха.
— И почему же с такими возможностями вы еще не правите этим миром? — насмешливо полюбопытствовал я. Хикари надулась.
— Мы сверхлюди, Рюу! Не какие-то там жалкие чиновники, которым нужна власть, чтобы самоутвердиться. Мы с самого рождения стоим на вершине мира, пусть даже простые люди этого и не знают.
— Тогда как ты объяснишь тот факт, что я приобрел свои способности только этим утром?
Хикари задумалась.
— Не знаю, — в конце концов, выдала она. — Такого на моей памяти еще ни разу не случалось. Все мои знакомые родились сверхлюдьми. Чтобы кто-то получил силу извне…точно не было. Как тебе это удалось?
Я не рассказал об убийстве ангела-хранителя. Это было слишком личным и не стоило разглашать столь конфиденциальную информацию даже близкой подруге.
— Ты ведь уже слышала мой рассказ, — пожал плечами я. — Больше ничего не происходило.
— А вдруг ты тоже сверх от рождения? — подалась ко мне Хи-тян. Крупные глаза сияли, выражая интерес. Темные волосы, мягкие черты лица, гладкая кожа и ярко-зеленые глаза…Хикари была очень красивой девушкой, и неудивительно, что мое сердце забилось чаще.
— Не думаю, — отведя взгляд, пробурчал я. — Моя мать ведь обычная женщина.
— А твой папа?
— Он тоже был…обычным, — нехотя произнес я.
Хикари фыркнула.
— Что ж, ладно. Тогда пусть будет приобретенная сила. В любом случае, что ты намерен делать дальше?
— Жить, — хмыкнул я. Такой ответ подругу не устроил.
— Ты сверх, Рюу. И теперь, когда так легко отделал Джуна и его дружков, все сверхи в нашей школе и в нашем районе будут знать о тебе. Спокойной жизни конец, Рюу-кун.
Я застыл, внезапно осознавший в какой заднице оказался. Машу ж вать! И правда, кто даст мне жить спокойно, зная, что я запросто отлупил видимо не самого слабого сверха в школе. Начнется травля, вечные проверки на прочность и вызовы «по разам». Охо-хо…
Похоже, на моем лице была настолько кислая мина, что Хикари не выдержала и прыснула.
— Вот теперь ты понимаешь, Рюу. В мире Изнанки нет места слабым, каждый день — это схватки за звание сильнейшего.
— Джун говорил что-то про ранги, — вспомнил я. Хикари кивнула.
— Да. Всего девять рангов: Первый, или Начальный, Второй(Продвинутый), Третий(Подмастерье), Четвертый(Ученик), Пятый(Адепт), Шестой(Воин), Седьмой(Мастер), Восьмой(Повелитель) и Девятый(Бог).
— Ого. Довольно много, как я погляжу. И что, неужели есть такие, кто достиг последнего ранга?
— Таких всего несколько за всю историю Изнанки. Но я слышала, что даже Девятый ранг не предел. В древности бывали люди, переступившие эту черту и достигшие абсолютного могущества.
— Страшно представить, на что они были способны, — вздрогнул я. Хи-тян согласно качнула головой.
— Раз ты только сегодня получил свои способности, то являешься обладателем Первого ранга. Дай мне проверить.
Хикари протянула руку и легонько коснулась моей ладони пальцами. Несколько минут она сидела неподвижно, прикрыв глаза, мне даже показалось, что девушка задремала. Но тут Хи-тян распахнула глаза и изумленно уставилась на меня.
— Второй ранг? Серьезно? Как тебе это удалось, Рюу-кун? Ты ведь почти новорожденный с точки зрения силы, но Второй ранг…
— Вот как, — протянул я, задумавшись. Возможно, способ, которым я обрел силу, не такой, как у остальных сверхов. Я ведь согрешил, и, есть подозрение, что вовсе не должен был пить из той чаши. Да чего уж там, пройди все как надо, я сейчас летел бы сквозь Колесо Сансары, навстречу новой жизни, а то и вовсе жарился на адской сковороде с антипригарным покрытием. Но я тут, сижу рядом с Хикари, вполне себе живой и здоровый, и даже сильный. Что это, если не ультра-везение?
— Какая у тебя способность? — не выпуская моей руки, слегка придвинулась Хикари. Снова глаза совсем близко. Ах ты ж мелкая…
Я схватил девушку за плечи и повалил на диван, подминая под себя. Брови Хи-тян изумленно взметнулись вверх, рот слегка приоткрылся, чем я и воспользовался, запечатав ее губы поцелуем.
Продолжался он недолго, ведь спустя пару мгновений снизу меня будто десятитонным авианосцем приложило, снеся с дивана и впечатав в потолок. Я больно ударился спиной и рухнул на пол. Сверху посыпалась штукатурка.
— Блин, больно же! — простонал я, вставая на четвереньки и глядя на Хикари. Девушка в этот момент поднялась на ноги и метнула на меня яростный взгляд.
— Это было очень низко, Такаяма-кун! — процедила она, а затем, поддав ногой по ребрам, вышла из квартиры, хлопнув дверью.
Я потер ушибленный бок, надеясь, что ничего не сломано, хотя хруст вроде слышал, и даже ощутил, как сместились кости от удара Хикари. Ну и девчонка! Сильная, а ведь по внешности и не скажешь: стройная, почти хрупкая, хотя ножки не совсем миниатюрные, есть за что подержаться.
Поднявшись, поплелся на кухню. Что-то от всех этих разговоров проголодался прям. Надо бы приготовить чего-нибудь вкусного, по случаю моего «второго рождения». А потом позову Хикари, надо бы мириться, а то знаю я эту стерву: будет неделю дуться, пока мое терпение не лопнет. Лучше уж сразу пойти на поклон.
И все же…только получил способности, и сразу Второй ранг. Весьма неплохо, на мой взгляд. Особенно учитывая, какая у меня способность. Но знать об этом кому-либо, и уж тем более Хикари, вовсе не обязательно.
Потому что, если вскроется правда, меня никогда в жизни не оставят в покое.
Утро началось не с кофе, а с ворвавшейся в квартиру тетушки Мики. Я услышал звук хлопнувшей двери сквозь сон, но открывать глаза было страшно лень, поэтому притворился спящим. Кажется, мне и впрямь удалось задремать, потому что прилетевший по ребрам сокрушающий удар ногой никак не ожидал. Меня подбросило над постелью, остатки сна как рукой сняло, я спешно сгруппировался и приземлился не на спину, а на ноги.
— Неплохо, — одобрительно кивнула тетя, глядя на меня суровым взглядом. Я невольно залюбовался ее ладной фигуркой, как и всегда. Стройная, но крепкая из-за занятий спортом, где надо все выдается вперед, талия узкая, да и личико ого-го. Не будь эта красотка моей тетей, давно приударил бы. Впрочем, с ее мерзким характером…нафиг-нафиг.
— Куда уставился, извращенец? — яростный взгляд, летящий в морду кулак. Время замедлилось, я сделал полшага в сторону, пропуская ОМП мимо, а затем легонько потянул за ворот футболки. Наружу слегка выглянули два крупных полушария, а сама тетушка полетела на пол. Но была подхвачена мной.
— Я тоже рад тебя видеть, — с улыбкой произнес, придерживая женщину за талию. Ясно-голубые глаза удивленно смотрели на меня, а затем аккуратные бровки сошлись на переносице.
— Руки убрал!
Мики приняла нормальное положение и, слегка склонив голову, смерила меня взглядом с ног до головы.
— Когда это ты стал таким шустрым, Балбес-кун?
— Да вот, решил заняться собой, а то вдруг размякну, стану таким же слабаком как старушка тетя-сан, — поддел я. Мики фыркнула.
Невольно залюбовался ею. На вид тетушке можно было дать едва ли девятнадцать-двадцать, тогда как на деле она недавно разменяла третий десяток. Готов поспорить, любой уважающий себя мужик в радиусе двух километров от нее не сможет удержаться и не подойти.
— Опять бездельничаешь? Почему школу пропустил вчера?
Все-то она знает. Иногда мне кажется, что тетя понаставила в моей квартире камер наблюдения и сутками просиживает перед компьютером, следя за непутевым племянником. Но нет же, она живет с бабулей почти на другом конце города. И ведь не лень было вставать в такую рань и переться ко мне? Сколько там времени? Шесть двадцать…
— На то были причины, — отрезал я, всем видом давая понять, что разговор окончен. Но Мики не была бы Мики, если б остановилась на этом.
— Какие у тебя могут быть причины? Опять всю ночь пялился в свой моник на голых нарисованных женщин? Нашел бы себе уже нормальную девушку, задрот!
Я закатил глаза и отвернулся, направившись на кухню. Надо бы закинуться чем-нибудь по-быстрому, да на пробежку. Как раз успею вернуться и переодеться перед началом занятий.
Тетя тем временем не отставала.
— И все же, что случилось? Связался с плохими парнями? Насмотрелся суицидной фигни по телику? Переживаешь из-за того, что девчонки не дают?
— Может, тебе помолчать уже? — не выдержал я. Мики разом умолкла, надувшись и глядя в окно. Ну вот, так всегда. Как ей меня доставать — пожалуйста, а как мне стоит накричать — сразу обида.
Зато, наконец, тишина. Выпив кружку кофе и сжевав пару бананов, я нацепил спортивные штаны и футболку. Затем покосился на тетушку.
— Если не хочешь торчать тут одна, то выходи.
Ответом мне был надменный взгляд преисполненной собственного достоинства королевы, сопровождавшийся плавной походкой к выходу из квартиры.
На улице я вздохнул и повернулся к Мики.
— Спасибо, что навестила.
— Хмф, — вот и весь ответ.
— Бабуле привет от меня. Постараюсь на этой неделе заскочить.
Едва заметный кивок, а затем женщина развернулась и зашагала прочь, виляя бедрами. Я сокрушенно покачал головой. Вот же язва…напросится однажды. Не завидую тому мужику, с которым она пожелает жить под одной крышей.
Пробежка прошла просто замечательно, я даже достиг рекорда в пятнадцать километров за полчаса. Возможно не слишком впечатляющая цифра, но для начала сойдет. Все же не так-то просто привыкнуть к тому, что мое тело теперь может гораздо больше.
Переодевшись и выйдя из дома, я наткнулся на Хикари. Встретившись с девушкой взглядом, я понял, что Хи-тян уже не дуется, но заговорить первой гордость не позволяет. Поэтому, пристроившись рядом, завел беседу:
— Неплохая сегодня погодка, не так ли?
— Возможно.
— Как спалось?
— Спасибо, прекрасно.
— Тогда почему такие круги под глазами? Неужели всю ночь мечтала о галантном красавце на «Тойоте»?
Хикари не выдержала и фыркнула.
— Иди в задницу, Рюу! Уснешь тут, когда твой лучший друг оказался сверхом. Причем едва ли не сильнее тебя.
Эти ее слова меня удивили.
— Сильнее? Я полагал, что твой ранг не ниже Третьего-Четвертого.
— Это не совсем так, — вздохнула Хикари. — Женщины в нашей семье не могут подняться выше Второго ранга. Поэтому сейчас я нахожусь на пике и одновременно пределе своих сил.
— Вот как, — протянул я. — Этому есть причина?
— Какое-то ограничение на генетическом уровне. Кажется, одна из моих пра-пра согрешила с другим мужчиной и впала в немилость богини.
Я даже остановился от удивления.
— Первый раз слышу о том, что вы верующие.
— Это отчасти так. Существует версия, что все эти способности мы получили от божеств. Моя семья верит в это.
— А ты сама?
Хи-тян пожала плечами.
— Кажется, тоже. Но в современном мире вера сверхлюдей уже не так крепка, как прежде. Многие начинают думать, что сами являются чуть ли не богами.
— Как Джун, — заметил я. Она кивнула.
— Да. Будь осторожен в школе. Постарайся избегать ненужных драк, это может навлечь на тебя беду.
— Как скажешь, радость моя, — поддел я девушку. И, о чудо, Хикари покраснела и отвела взгляд. Так, непорядок. У нас всегда были очень теплые, но именно дружеские отношения. Что изменилось?
— Хикари, не нужно, — негромко попросил я. Она нехотя кивнула. И всю оставшуюся дорогу до школы мы молчали.
Похоже, не все спокойно в сердце моей подруги. Но я, пусть подшучивал над ней крайне часто, не воспринимал Хи-тян в качестве девушки и спутницы жизни. Мне казалось, что и она также относится ко мне, но…
В школе я был напряжен, все время ожидая нападения со спины. Но зря, ведь все вокруг, похоже, вели себя как обычно: смеялись, шутили, расспрашивали меня о причине вчерашнего отсутствия, парни так и вовсе подбивали обсудить свеженький хентай. Мне стало казаться, что вчерашняя драка с Джуном не возымеет последствий, что все позабудется.
Но я ошибался.
Как только закончились занятия, я подхватил сумку и зашагал к выходу из школы. Шел, размышляя о своем, не особо глядя по сторонам. Думал о том, что скажу Хикари при следующей встрече.
И уж точно не ожидал, что через сто метров после школьного входа меня остановит Джун и его приятели.
— Глядите-ка, наш герой сегодня один, — ехидно заметил коротышка. Я с удовольствием отметил шишку у него на затылке. — А где же твоя любимая подстилка Хикари?
В глубине колыхнулась ярость, мощным пламенем поднимаясь ввысь, наполняя тело силой. Ладно оскорблять меня, на это плевать, но тронуть Хикари…не прощу!
— А тебе, вижу, мало вчерашнего было? — внешне спокойно отозвался я. Джун слегка растерялся.
— Хочу кое-что обсудить, — наконец, нашелся он. — Идем за школу.
— Ну пошли, — фыркнул я, разворачиваясь и шагая обратно. Краем глаза отметил, что теперь весь народ, спешивший прежде домой, останавливается и пялится на нас. Похоже, Джун пользуется популярностью в школе. И как я раньше не замечал этого хоббита?
Стоило завернуть за угол, на спортплощадку, как я замер: там уже столпились парни и девчонки моего возраста, некоторые младше и старше, но в целом от тринадцати до семнадцати.
— Что за фигня? — зарычал я, разворачиваясь к Джуну. Тот оскалился.
— Вчера ты застал меня врасплох, братишка. Но сегодня, перед свидетелями, не сможешь использовать подлые приемы.
— Хочешь снова испытать мой кулак? — вкрадчиво спросил я. Джун рассмеялся.
— Нет, на этот раз с тобой смахнется мой приятель — Тонг.
Из толпы слева вышел высокий — метр девяносто примерно — парнишка, с широченными плечами и мощным мышечным корсетом. Видно было, что парень не понаслышке знаком с тренировками.
Впрочем, я тоже. Особенно, учитывая обретенные вчера способности.
— Всего лишь? Ты жалок, — бросил я Джуну. Тот, посмеиваясь, покачал головой.
Не дожидаясь соперника, я направился к центру площадки. Круг зрителей сомкнулся, отрезая путь наружу. Но мне было плевать.
— Сумку-то оставь, — посоветовал кто-то.
— Много времени это не займет, — отмахнулся я. На меня посмотрели, как на идиота, раздались издевательские смешки. Ну-ну.
Тонг повел плечами, похрустел шеей и, ухмыльнувшись, бросился на меня. Двигался он, надо признать, быстро. Пара мгновений — и уже рядом со мной. Двоечка в корпус — явно проверяет защиту. Отмахиваюсь правой рукой, отбивая его удары. Не затрачиваю на это особых усилий и, похоже, противник почувствовал. Брови сдвинулись, в груди мощный рык. Удары стали жестче, сильнее, Тонг двигался вокруг, пытаясь закружить меня, сбить с толку. Пару минут я со скучающим видом парировал его кулаки, а затем мне надоело.
Удар раскрытой ладонью в грудь отправил здоровяка в полет к стене школы. Врезавшись в здание, Тонг сполз на землю, едва дыша.
До этого громко подбадривавшие моего соперника зрители ошеломленно заткнулись, глядя на поверженного здоровяка. Затем все взгляды переместились ко мне.
И все вокруг взорвались.
— Это нереально! Как он смог победить Тонга? Этот чувак с детства поехавший на боях! Да кто он такой?
Я поправил слегка сбившуюся лямку школьной сумки и зашагал к Джуну.
— Надеюсь, на этом твои претензии исчерпаны?
Изумленный и, кажется, изрядно напуганный коротышка кивнул.
Я отодвинул его в сторону и зашагал по дорожке к выходу. Затем, словно вспомнив что-то, остановился.
— Ах да!
Джун не успел даже пискнуть, когда я оказался рядом и сжал пальцы на его горле.
— Ты оскорбил моего друга, дружочек. А я не прощаю тех, кто унижает моих близких, — негромко произнес я. Джун хватал ртом воздух, пытался что-то сказать.
Я поднял коротышку повыше, держа в левой руке. Затем вверх взметнулась моя правая. Отчетливый хруст слышали все зрители. Повисла гнетущая тишина. Ее нарушил лишь один звук — упавшее в центр площадки изломанное тело Джуна.
Я развернулся и пошел прочь, слыша за спиной испуганные крики, просьбы вызвать «скорую» и всеобщее негодование, смешанное с изрядной долей страха. Ну да, видеть, как крутому парню ломают руки и ноги, а затем, словно резиновую игрушку швыряют на землю — тяжкое испытание для психики.
Но он сам выбрал такой путь, оскорбив Хикари. Правда с этого дня моя жизнь станет еще сложнее, ведь Джун явно не сможет остановиться на достигнутом. Не после такого унижения. Да и его отец заинтересуется личностью того, кто так безжалостно покалечил его любимого сынульку.
Кажется, предстоит интересное время. И мне точно нужно стать сильнее. А из знакомых мне сверхов только Хикари, поэтому придется идти за советом к ней.
Хи-тян ждала меня возле двери квартиры, переминаясь с ноги на ногу.
— Чем обязан? — слегка удивленно поинтересовался я. Девушка бросила на меня злой взгляд.
— Между прочим, жду уже полчаса! Где тебя носит?
Открыв дверь и пропустив подругу в дом, я рассказал о схватке за школой.
— Ты правда переломал ему конечности? — каким-то странно равнодушным тоном спросила Хикари. Я кивнул.
Девушка, казалось, впала в ступор.
— Что такого? — не понял я.
— Ты идиот, Рюу! Отец Джуна — один из влиятельнейших людей Изнанки — Като Изаму. Он известен свой жестокостью и беспощадностью. Как ты думаешь, сколько тебе останется жить после того, как он узнает о случившемся?
Я пожал плечами.
— Какой у него ранг?
— Шестой, — процедила Хи-тян.
— Всего лишь? — хмыкнул я. — Мне казалось, что он должен быть посильнее. У Джуна-то лишь третий.
— Откуда ты узнал? — опешила Хикари.
— Упс, — выдал я. Вот и спалился тем, что умею оценивать силу противника. Понял это лишь во время боя с Тонгом, даже обдумать еще не успел.
— Это и есть твоя способность? — радостно воскликнула Хи-тян. Я покачал головой.
— Нет, скорее небольшой бонус. Значит, мне стоит ждать гостей?
Хикари кивнула.
— Думаю, да. Като Изаму не станет долго сидеть, когда информация об увечье его сына станет известна. Он прибудет сюда совсем скоро. И будь уверен, сразу попытается тебя прикончить.
— Это не беспредел? — нахмурился я.
— Это мир Изнанки, Рюу. Здесь каждый выживает как может. Если бы ты был наследником одной из известных семей, то Като подумал бы, прежде чем сделать шаг. Но ты никто, и за тобой нет никого. Так что у него полное право отнять твою жизнь в качестве платы за здоровье сына.
— Посмотрим, — улыбнулся я. — Иди-ка ты домой, Хикари. Взрослые дяди сами разберутся.
— Уверен? — во взгляде подруги явственно виднелось беспокойство.
Я кивнул.
— Более чем. И спасибо за информацию.
Вместо ответа Хи-тян вдруг подалась вперед и коснулась своими губами моих. Поцелуй был коротким, но страстным, а затем Хикари со скоростью молнии вылетела за дверь.
Ну и дела.
Я уже битый час сидел на диване, листая очередную попсовую мангу и пытаясь не заснуть, когда входную дверь сорвало мощным ударом снаружи.
— Ну наконец-то! — обрадованно воскликнул я, откладывая чтиво в сторонку и скрестив руки на груди. Раздались шаги, а затем в комнату зашел высокий худощавый парень лет двадцати с небольшим. Он выглядел слегка туповатым, с дебильной улыбкой осмотрелся, увидел меня и шагнул вперед.
— Эм, добрый вечер! Вы, должно быть, Такаяма Рюу? — неуверенно спросил он, слегка склонив голову. Черты лица парня были узкими, даже утонченными, глаза странно блестели из-за стильных очков.
— Так и есть, — не стал отрицать очевидного. Он снова улыбнулся.
— Позволите присесть?
Я указал рукой на место рядом. Парень деловито устроился, взглянул мне в лицо.
— Меня зовут Като Изаму.
Я чуть было не уронил челюсть на пол от удивления, но вовремя взял себя в руки. Серьезно?! Вот этот чудик и есть тот самый мега-опасный Като? С трудом верится. Слишком он придурковатый для крутого чела.
— Очень приятно.
— И мне. Жаль только, что встретились мы при не слишком радужных обстоятельствах, — вздохнул Изаму. — Я узнал, что вы избили моего сына Джуна. Прилюдно.
При этих словах его взгляд стал другим, злым и колючим, к тому же я ощутил мощное давление на свою тушку. Неплохо. Что-то он определенно может. А если так?
Я оскалился в усмешке и в ответ уплотнил ауру вокруг тела. Като проявил истинные эмоции, чуть удивленно моргнув, а затем поморщившись.
— Вам, похоже, не сообщили, почему мне пришлось это сделать.
Он покачал головой.
— Ваш сынулька пытался изнасиловать мою подругу, а затем, когда я вмешался, вместе со своими приятелями хотел прикончить меня.
— Дети, что поделать, — пожал плечами этот лицемер, по-прежнему дебильно улыбаясь.
— Ну а сегодня он при помощи другого приятеля снова хотел унизить меня, перед этим опять же оскорбив мою подругу. Как бы вы поступили в такой ситуации, Като-сан?
Он хмыкнул.
— Я бы не попал в такую ситуацию. В первую очередь потому, что идти против авторитетных людей чревато последствиями. А ты никто и звать тебя никак. Сегодня мнишь себя крутым, а завтра на инвалидном кресле разъезжаешь.
Я рассмеялся. Изаму чуть сощурил глаза. Раздражен, видно невооруженным глазом. Плохой у вас самоконтроль, Като-сан, просто никудышный. Даже школотень вроде меня читает будто открытую книгу. Как этот балбес вообще стал одним из элиты Изнанки? Неужто у них там все НАСТОЛЬКО плохо?
— Что такого смешного, Такаяма-кун?
— Да так. Думаете, я много о себе возомнил? Хотите услышать правду, Като-сан?
Он задумчиво качнул головой, тупая улыбка, наконец, исчезла с его лица.
— Мне на самом деле плевать на вашего сына и его здоровье, как и на ваше положение в мире Изнанки. Я знаю себе цену и могу заверить вас, что стань мы врагами, смогу стереть саму память о вашей семейке за пару дней.
Он пару мгновений, зависнув, осмысливал услышанное. А затем вдруг расхохотался.
— Вот этот парень мне нравится! Храбрость на грани идиотизма, это ли не второе счастье?
Парень похлопал меня по плечу, другой рукой утирая слезы в уголках глаз.
— Послушай, Рюу-кун. У меня к тебе есть деловое предложение. Раз уж ты так хорош, почему бы не испытать себя в настоящем опасном деле?
— О чем это вы? — с подозрением спросил я, прикидывая в уме возможные пути отступления и контратаки. Мало ли.
— Одна банда в Южном городе недавно доставила моей компании большие неприятности. Мои ребята направились туда, но не вернулись. Не мог бы ты пойти, проверить, что с ними случилось?
Я хмыкнул, развалившись на диване и покачивая ногой.
— А что мне за это будет?
Глаза Като от злости налились кровью.
— Я забуду об увечье Джина, а также щедро заплачу. Ну и, само собой, в мире Изнанки ты получишь неплохой старт. Ты ведь у нас недавно?
— Верно, — подтвердил я. — Мне пока многое непонятно, но я парень смышленый, быстро учусь.
— Будут вопросы, всегда можешь обратиться ко мне, — слащаво ухмыльнулся Изаму. — Ну так что, по рукам?
Я думал недолго. Что бы там ни вертелось в башке этого болвана, мирный исход нашей встречи всяко лучше, чем бесполезная драка. Нет, я не сомневаюсь в себе, моих сил хватит на парня покруче этого Като, но лучше наладить сотрудничество. Пока оно выгодно мне.
— Ладно, я вам помогу, — я пожал протянутую ладонь. — Но не забывайте об обещании. И еще, куда мне потом подойти?
Изаму назвал адрес. Я кивнул и проводил гостя до входного отверстия.
— Ох, прошу прощения за вашу дверь, Такаяма-кун. Держите, это погасит неудобства.
Он оставил на столике пачку банкнот, а затем ушел. Я пересчитал деньги, и вышло порядка миллиона йен. Ну, денег у семьи Като явно больше чем у меня. Значит, на союзе с ними можно нехило так навариться, мвухаха!
Вот только ушки нужно держать на макушке, ибо, судя по Изаму, все в их семейке неприятные людишки с двойным, а то и тройным дном. Но и мы не пальцем деланные, ответим так, что хотелка отвалится.
Время клонилось к шести часам вечера, заняться было совершенно нечем, так что я решил прогуляться до Южного города. Заодно осмотрюсь там как следует. Может, эти бандиты не такие уж и плохие парни? И вообще, любят выращивать рис и читать хентай.
Нехотя переодевшись, я потопал через центр города на южную окраину. Вообще, Южный город — это отдельный район, довольно крупный, из-за чего и назван городом. Там царят свои порядки и законы, а всем заправляют несколько крупных банд. Формально они вроде как подчиняются правительству, платят налоги и все такое, но на деле правительство опасается ОПГ и старается лишний раз в разборки не ввязываться. Себе дороже. Так и получилось, что соваться в Южный город стоит лишь если ты оттуда родом, или же имеешь при себе как минимум десяток разномастного оружия. Чтоб снести башку особо надоедливым личностям незаурядных умственных способностей(нет).
Едва ступив на территорию Южного города, я оказался окружен толпой скучающих пацанов лет пятнадцати.
— Слышь, дядя, гони пятихатку! — потребовал один из них, диковатого вида парнишка с растрепанными ярко-красными волосами. Взгляд его был скучающим, и деньги он потребовал скорее по привычке, нежели реально желая докопаться.
— На, — а мне жалко что ли? Сунул пацану пятьсот йен в протянутую ладонь и пошел дальше.
— ЧОООО?! — донеслось мне вслед через пару минут. Похоже, школота не ожидала такой щедрости от парня их возраста. Ну и ладно, лишь бы не цеплялись больше.
В целом, по моим ощущениям, этот район города не сильно отличался от остальных. Все так же сновали туда-сюда люди, офисный планктон спешил домой, парочки только-только выползали на прогулку. Все как и везде.
Если бы не следующие за мной два парня лет двадцати!
— Чего вам надо? — рявкнул я, резко обернувшись. Они неуверенно замерли.
— Да мы это…гуляем просто. Че такой резкий, братишка? — отозвался один.
— Копеечка есть? Дай пятьдесят рублей, на проезд не хватает, — попросил второй.
Мда. Актерская игра уровня Александр Невский.
— Может, вам лучше звездюлей выдать? — вкрадчиво поинтересовался я. Оба переглянулись, а затем синхронно шагнули вперед.
— Пойдем-ка вон в ту подворотню, перетрем.
Едва мы завернули за угол, как я отпрыгнул от мощного удара ногой в корпус и заныл:
— Да ладно вам, дяденьки, я же пошутил! Сам не местный, родители бросили, живу на улице, питаюсь кошачьим кормом, считаю только до двух, и то с трудом. Простите, бога ради!
Они, кажется, обалдели от такой речи. Ну а прийти в себя я им не дал.
— Раз — и боковой удар ногой впечатывает левого в стену дома.
— Два — хук левой выносит второго.
— Ну вот, я же говорил, что до двух считаю! — с гордостью воскликнул я. Они испуганно разглядывали меня, сидя у стен и пытаясь удержать сознание.
— Ты кто такой? — сумел прохрипеть левый.
— Меня зовут Такаяма Рюу. Рад знакомству, — улыбнулся я. — А теперь, вам лучше поведать мне, где обитает ваш босс.
Местный криминальный дон, по кличке Косой Изуми, жил в большом особняке на окраине района. Судя по выбитой из бандюков информации, Изуми промышлял наркотой, нелегальным оружием, ну и иногда выставлял на продажу рабов на подпольном аукционе. Хрен знает, откуда он их берет, но факт остается фактом — неприятный дяденька. Тем больше причин, чтобы накостылять ему по самое не балуй. Правда, охраняют его наверняка нехило. Придется пробираться либо тайком, либо рискнуть и проверить свои силы в схватке лицом к лицу. Что мне, в принципе, не особо претило, но и надежд я бессмысленных не строил: опыта маловато махаться с кучей почти наверняка прошедших жесткие тренировки секьюрити. Плюс у многих в любом случае будут огнестрелы, а я пока еще не достиг уровня Нео, чтобы силой воли останавливать пули.
Остановившись через дорогу от нужного здания, я привалился спиной к столбу и призадумался. Так, вход стандартный: небольшая арка, ворота решетчатые, по бокам двое громил, рожи шибко сосредоточенные, в руках крепко держат автоматы. Кажется, Импульсные Маломощные Автоматы Смирнова, сокращенно ИМАС. Одно из самых эффективных средств для подавления силовых конфликтов в городских условиях. Стреляет энергетическими зарядами, но обольщаться не стоит — броню они прожигают на раз-два, но это в версии высокой мощности, а там и габариты поболее, и заряды ого-го. Но и ИМАС тоже может доставить проблем бронетранспорту и, уж тем более, пехотинцу в полной экипе. Что уж говорить про мою тушку, защищенную лишь кожей, да футболкой с джинсами?
Вам интересно, откуда я все это знаю? Очень просто: мне с детства нравится читать литературу о различном вооружении и анализировать те или иные способы его применения. Помнится, одно время я даже мечтал попасть в императорскую гвардию, а потом плюнул на это дело: мороки много.
Переть через парадный: глупо и самоубийственно. Значит, надо поискать другой вход. Я отлепился от столба и неспешно зашагал по улице, завернул за угол дома, а там уже ускорился, внимательно глядя наверх, выискивая удобное место, чтобы перебраться через трехметровый забор на территорию поместья. Причем, там наверняка всюду понатыканы камеры, а значит, мне нужно естественное укрытие.
К моему удивлению, таковое нашлось на углу: высокое дерево с широкими ветвями, закрывающими, наверное, полдвора. Мда, просчет охраны. Тут любая обезьяна незаметно проберется, а они и не прочухают. Олухи.
Прыжок, слегка оттолкнуться от забора и взлететь на широкую ветку дерева. Кажется, даже ни один листик не сорвался вниз. Неплохо, прямо расту над собой. Скоро можно будет облачиться в черное кимоно и нацепить на лицо маску.
С ветки я внимательно оглядел обстановку: широкий двор, газон, вдоль забора разные клумбочки с цветочками, кое-где фруктовые деревья, только набирающие цвет. Красота. Перевел взгляд на сам особняк. Трехэтажный, построен из камня, довольно крепкого на вид. Входов два — парадный и черный. Причем, от черного хода ведет узкая тропинка к неприметной калитке в заборе. Похоже, для прислуги, чтобы не светиться перед ясными очами «благородного феодала». Окна на втором и первом этажах были плотно закрыты, а вот на третьем, левое угловое окошко было слегка приоткрыто. Похоже, хозяину комнаты стало душновато, хотя, на мой взгляд, в доме обязательно должны быть кондиционеры. Не зря же Косой авторитетствует в Южном городе?
Прыжок вперед, отталкиваюсь двумя ногами от стены, подпрыгиваю еще выше, цепляюсь пальцами за карниз. Есть! Теперь короткими прыжками от карниза к карнизу приближаюсь к нужному окну.
Вот и моя остановка. Отцепляюсь от карниза, краткое мгновение полета и цепляюсь пальцами уже за подоконник. Замираю, прислушиваясь. В комнате слышны голоса, а значит, высовываться не стоит.
— Господин, неразумно оставлять их в живых! — увещевал звонкий женский голос. Кажется, его обладательнице нет и тридцати. Но и явно больше восемнадцати. Этакая золотая серединка. Любопытно, как она выглядит? Голос приятный, даже очень.
Я слегка подтянулся, одним глазком заглядывая в комнату.
Это был рабочий кабинет. Вполне уютный, надо признать: отделка из дерева, книжные полки на стенах, слева от окна и по центру комнаты рабочий стол хозяина кабинета, весь заваленный бумагами. Чуть в сторонке на нем покоился ноутбук на охлаждающей подставке.
Возле темной деревянной двери замер безмолвной статуей охранник: невысокий, но очень даже крепкий. Автомата нет, но под необъятным, как это принято у секьюрити, пиджаком, я углядел кобуру с пистолетом. Наверняка тоже импульсник из той же серии. Производить сейчас стандартные огнестрелы гораздо дороже выходит, нежели импульсное оружие. Там и патроны штучные, и работа ювелирная, а здесь поставил на поток — и получаешь мощное недорогое вооружение хоть для целой армии. Смирнов все же молодец, хороший проект реализовал. Правда, сразу же после его убили, но это такие мелочи.
За столом, подперев кулаком подбородок и нацепив на лицо скучающее выражение, сидел мужчина лет тридцати пяти-сорока. То есть, не совсем молодой, вполне зрелый и повидавший жизнь, но и не старик. Весь подтянутый, чувствуется в нем стержень, стальная воля. Лицо узкое, но черты какие-то хищные, как и взгляд — светло-серые глаза отдавали холодом. Похоже, это и есть тот самый Косой Изуми. Правда, пока неясно, чем он заслужил сие прозвище.
Возле стола, уперев в него руки, стояла та самая дамочка, из-за которой я и рискнул высунуться. Фигуристая, даже ого-го какая: тонкая талия, буфера что надо, не меньше четвертого размера, да и сзади все неплохо так выпирает. Правда, я вижу и ее, и Косого только в профиль, поэтому не могу по достоинству оценить все прелести. Но даже так, лицо женщины показалось мне очень приятным: мягкие плавные черты, чуть смуглая кожа, небольшой носик и полные губы. Глаза у нее были голубыми. В целом, на японку она не походила. Может, иностранный партнер нашего бандитского приятеля? Хотя, вряд ли, она же назвала его господином.
— Ничего ты не понимаешь, Мэй, — поморщился Косой. Похоже, дамочка изрядно ему мозг выела — вон как раздраженно скрипит зубами. — Схватить людей Като — это одно. В таком случае я еще могу с ним договориться, имея в рукаве неплохие козыри. Но вот избавившись от них, я навлеку беду на весь наш клан. Это будет означать начало войны, понимаешь ты это, буренка?
Женщина обиженно поджала губки, выпрямилась.
— У них слишком много информации о наших делах, господин Изуми. Отпустить этих людей — значит, занести топор Като над нашими головами. Вам напомнить, сколько часов мы проживем после этого? Нет, сам Изаму не станет марать о нас руки, просто перепоручит это дело своему финансовому руководителю. И уже к вечеру наш клан окажется разорен, а все финансовые вложения не будут стоит ни копейки!
Она скрестила руки на груди, вызывающе глядя на Косого. Тот вздохнул.
— Ген-кун, выйди, пожалуйста, на пару минут, — бросил он телохранителю. Тот замешкал, но затем послушно кивнул и вышел из кабинета.
Изуми поднялся, обошел стол и остановился почти вплотную к дамочке. Как он там ее назвал, Мэй?
Правая рука местного авторитета взметнулась вверх и легонько коснулась щеки женщины.
— Пойми, глупышка, мы проиграем эту войну, если будем вести себя как он. Да, ты права, отпускать людей Изаму глупо, неправильно. Но и все наше противостояние, в таком случае, изначально лишено смысла. Кто мы и кто Като! Однако мы все еще держимся, а значит, сможем отвесить оплеуху этому ублюдку. Ты веришь мне?
Мэй долго думала, а затем нехотя кивнула.
— Вот и славно. Подготовь мне финансовый отчет по этому делу к утру. И да, прошу тебя, никакой самодеятельности.
— Как скажете, господин, — все еще обиженно, но уже не так сильно, произнесла дамочка.
— Не дуйся. Лучше скажи, что там по тому пареньку, с которым сегодня пересекался Като? Есть на него что-нибудь?
Косой вернулся за рабочее место и, скрестив пальцы в замок, выжидающе поглядел на женщину. Та раскрыла папку, которая до этого лежала на краю стола, и вынула оттуда невероятно тонкий, почти прозрачный, планшет. Она немного поколдовала с сенсором, а затем над поверхностью планшета возникло голографическое изображение. Кажется, это было мое досье, судя по моей же фотографии и куче строчек, уходящих вниз.
— Такаяма Рюу. Возраст — семнадцать лет, учится в старшей школе, в каких-либо противозаконных акциях замечен не был. Спортсмен, занимается единоборствами, но особых достижений нет. Живет один, мать навещает его примерно раз в год. Есть бабушка и тетя, но отношения с ними более чем прохладные. Буквально сегодня утром жестоко покалечил Като Джуна, сына Изаму.
— Что он с ним сделал? — скучавший, пока женщина читала досье, Косой, вдруг встрепенулся.
— Переломал все конечности. Есть свидетели, что видели их драку и вчера. Кажется, Джун пытался обидеть подругу Такаяма-куна, Кендо Хикари. В наказание Такаяма избил Джуна сотоварищи, но, похоже, сынок Като не понял, что с ним не стоит связываться.
— Один вопрос: как обычный парень смог переломать кости сверху третьего ранга? — задумчиво спросил Изуми. Мэй улыбнулась.
— Мне бы тоже хотелось это узнать. Полагаю, именно по этой причине Като решил сам поговорить с парнем, поэтому и навестил его сегодня.
— Записи их разговора у тебя, конечно же, нет, — больше утверждая, чем спрашивая, сказал Косой. Женщина виновато кивнула.
— Да, господин, пока мы не успели установить прослушку. Но паренек действительно интересен, хотелось бы выяснить, кто он и откуда такие вдруг способности.
— Выясняй, — коротко приказал Изуми. — Даю тебе два дня.
— Есть, — по-военному ответила женщина, сворачивая изображение и убирая планшет-проектор в папку. — Я могу идти?
— Иди, — разрешил Косой.
— Одну минуточку, — вмешался я, уже сидя на подоконнике и свесив ноги. — Может, для начала, спросите меня, нужна ли прослушка в МОЕМ доме?
Они на мгновение зависли, изумленно разглядывая вашего покорного слугу. Затем Мэй вдруг резко бросилась в атаку, швырнув папку в сторону.
Она двигалась очень быстро, гораздо быстрее того же Тонга или Джуна. Но я прекрасно видел все ее движения насквозь и мог предугадать их. Вот она делает выпад правой…а нет, все-таки левой, удар сильный, пресловутого Тонга в лепешку раздавит. Но я отмахиваюсь правой и делаю подсечку. Женщина рухнула на пол, недоуменно хлопая глазами и хватая ртом воздух.
— Радость моя, я же поговорить пришел, а ты сразу драться, — добродушным голосом сказал я, спрыгнув на пол и склонившись над ней. — Негостеприимно получается.
— Кто ты такой? — спросил Изуми, внимательно разглядывая меня. Надо отметить, что за те секунды, что мы дрались с Мэй, он даже не шелохнулся. Так уверен в своих силах?
— Разрешите представиться, Такаяма Рюу. Тот самый джентльмен, чье досье вы так подробно разбирали пару минут назад, — я шутливо поклонился. Он хмыкнул.
— И зачем же ты сюда пришел, Рюу-кун?
Я обогнул по-прежнему пытавшуюся прийти в себя женщину и уселся в кресло напротив Косого.
— Скажем так, один наш общий знакомый нанял меня, чтобы я освободил его людей. Думаю, вы поняли, о ком речь.
Он кивнул. Взгляд напряженный, после скоротечной схватки с Мэй явно расценивает меня как угрозу, пусть и незначительную. В его понятии.
— Но, как я тут краем уха услышал, вы все пытаетесь играть в какую-то очень занятную игру. Не посвятите меня в ее условия? — с насмешливой улыбкой выдал я, глядя на него честными-пречестными глазами.
Изуми фыркнул.
— А не слишком ли ты мал для таких игр, парень?
— Думаю, в самый раз. Учитывая, что я УЖЕ в ней завязан.
Он качнул головой, подтверждая мои слова.
— Что ж, справедливо. Но мы с тобой знакомы лишь шапочно, может, расскажешь о себе? И о том, откуда у тебя взялись силы, чтобы так унизить Като Джуна?
Вот оно что. Похоже, этот мужик тоже в курсе политической жизни Изнанки, и о том, какую роль там играет семья Като. К тому же, сам он, при разговоре с Мэй, упоминал свой клан. Что бы это значило?
— Они просто появились. Ниоткуда, — пожал плечами я. — Да и не стоят такого уж особого упоминания. Я всего лишь второго ранга, ни рыба, ни мясо. Лучше расскажите о вашем клане. Я недавно столкнулся с Изнанкой, и мало разбираюсь в том, кто есть кто.
Он откинулся на спинку кресла, задумчиво разглядывая меня. Прикидывает, убить или продолжить разговор. Гляделки продолжались несколько минут, а затем Изуми тяжело вздохнул.
— Наш клан — изгои Изнанки. Те, кто когда-то считался бойцами Кане но Секаи, но потом были вынуждены покинуть теневой мир.
— По какой причине их изгнали?
— Изнанка подчиняется четкому своду правил, преступив которые, ты либо будешь казнен, либо станешь изгоем, — процедил Изуми. Похоже, у нашего авторитета не все в порядке с отношением к Изнанке. Наверняка сам когда-то накосячил, а теперь больно об этом вспоминать.
— И те люди, которых ты взял под крыло, как раз-таки являются такими преступниками.
Он нехотя кивнул.
— Ты не понимаешь пока, Рюу-кун, как тяжело подчиняться законам Изнанки. Да, там разрешено многое, чего нельзя в обычном мире. Но и плата соответствующая. Свободных сверхлюдей на Изнанке нет! Там все поделено. Все сферы влияния разделены меж семьями и кланами. А если появляется сверх в обычной семье, бывает и такое, то его либо вербуют, либо устраняют, как угрозу их порядку.
Теперь все складывалось. И то, зачем Като-старший самолично посетил мою квартирку, и зачем выдал этот квест. Увидев, на что я способен, он наверняка возжелал за мой счет усилить свою семью, и расширить влияние на Изнанке. Вот только не учел один важный момент: я не собираюсь ни перед кем пресмыкаться. Никогда.
— Выходит, ваш «клан» — лишь фиктивное объединение? На деле-то вы уже не являетесь частью Изнанки.
— К сожалению, да, — кивнул Косой. — Но мы все еще можем продолжать борьбу, пусть и на этой стороне. Политика, подкуп, шантаж, силовое противоборство — мы не остановимся, пока не отомстим зарвавшимся ублюдкам с Изнанки!
— А есть, за что мстить? — негромко спросил я. — Законы ведь не один день пишутся и издаются. Изнанка наверняка существует уже не одну сотню лет. Вы пытались пойти против системы и провалились. Вот и разгребайте теперь последствия. Чего ради пытаться отомстить?
Он заскрипел зубами. Похоже, сам думал о том же, но злость на кланы, как детская обида, грызла изнутри.
— К тому же, на одних интригах далеко не уедешь, — протянул я. — Вам нужны сильные бойцы, «мясо», которое не жалко, и которые смогут, если что, на равных противостоять бойцам Изнанки. Ну и плюс, грамотно расставленные фигуры на шахматной доске. Удар должен быть именно там, где его меньше всего ожидают.
— Что ты хочешь этим сказать? — не понял Изуми. Я поглядел на часы и зевнул.
— Только то, что уже сказал. Слушай, поздновато для умных разговоров. Верни Като его людей, по-хорошему. Иначе я ведь могу здесь все разнести, поверь.
Он почему-то поверил. Хотя в его глазах авторитета мне явно недоставало.
— Что взамен? — с усмешкой поинтересовался Косой. — Не думаешь же ты, что я просто так расстанусь с такой лакомой добычей?
— Само собой, — улыбнулся я. — Като заплатит тебе выкуп. Ну а я обещаю, что приду еще раз, и мы обсудим вопросы сотрудничества. Такого, которое выгодно нам обоим. Идет?
Думал он недолго. Мы скрепили соглашение рукопожатием, а затем я направился к окну. Мэй сидела на подоконнике, тихонько слушая наш разговор. Я коснулся пальцами ее подбородка, заглянул в глаза. Там плескались раздражение, ярость и страх. Она опасалась меня, учитывая, как быстро я скрутил ее. Но все же не могла смириться с поражением. Я хмыкнул и страстно поцеловал эту красавицу. У нее были очень мягкие и теплые губы. Затем, оторвавшись, погладил женщину по щеке.
— Приходи, когда захочешь поспарринговать. Я всегда готов.
Подмигнув ей, я выпрыгнул в окно, оттолкнулся от дерева и приземлился уже на улице. Благо, пешеходов было немного — смеркалось, и время перевалило за десять вечера. Шагая по улице Южного города, я подумал, что первое знакомство с представителями Изнанки прошло неплохо. С Като мы уже сотрудничаем, Изуми, думаю, долго ломаться не станет. Учитывая, какие у него малочувствительные к чужому присутствию охранники, кадров у авторитета маловато. Я имею ввиду, тех, кто сможет затащить схватку со сверхами. Мэй не в счет, она не похожа на крутого бойца, хотя потенциал есть, есть.
Что ж, свой первый ход я сделал, будем ждать ответа от обеих сторон. И надеяться, что в этой игре моя сторона окажется единственно выигрышной.
Следующие несколько дней в школе меня никто не трогал. Джуна видно не было, а его дружки-жополизы держались от меня подальше, обходя десятой дорогой. Другие ученики косились, конечно, после драки с Тонгом обо мне не знал только глухой, но попыток наехать не предпринимали. Приглядывались, рассчитывали, как получше надавить.
Хикари тоже держалась на расстоянии, будто бы пытаясь заново осмыслить наши отношения. Хоть я и дал ей понять, что мы лишь друзья, но, похоже, девчонка пропустила это мимо ушей.
Так я и слонялся по школе, скучая на уроках, а затем возвращаясь домой в гордом одиночестве. Като-сан тоже отчего-то не звонил и не захаживал, хотя, по идее, должен был навестить меня после разговора с Изуми.
Почти неделю я не посещал спортзал, забив на тренировки, поэтому, стоило мне в пятницу вечером пересечь порог священной обители молодых бойцов, как тут же сбоку прилетел боковой удар тренера.
— Где шляешься, придурок? Соревнования на носу, а ты *** пинаешь, балбес! Живо на татами, — прорычал Ханзо-сан, за шиворот волоча меня по полу к «рингу» — квадрату пять на пять метров, выложенному из матов.
Швырнув меня на татами, тренер отошел в сторону и скрестил руки на груди.
— Джин! Ты первый! — раздалась его команда. Я хмыкнул. Джин был лучшим учеником и гордостью тренера. Первый во всем: и на местных соревнованиях, и на уровне страны, и даже получивший третье место на мировом чемпионате. Похоже, Ханзо-сенсей разозлился не на шутку, раз с ходу выставил тяжелую артиллерию.
— Да, сенсей! — поклонился тренеру Джин, а затем шагнул на татами. Я уже поднялся на ноги и насмешливо разглядывал своего будущего противника. Нет, до моего превращения в сверха мне до чемпиона было как до Луны на унитазе. Теперь же — заранее предвижу все его атаки и обманки. Он еще не начал сражение, а мне уже стало скучновато.
Мы традиционно поклонились сенсею, затем друг другу, и встали в стойку. Я принял самую расслабленную: пальцы сжаты в кулак, локти прижаты к телу, руки параллельно полу, ноги на ширине плеч, для лучшего упора. По сути универсальная стойка — из нее я мог и атаковать, и защищаться. Джин же, как обычно, встал в кокутцу-дачи — носок впереди стоящей ноги смотрит на противника, стопа стоящей сзади ноги развернута наружу на девяносто градусов, расстояние между ступнями — две ширины плеч, обе ноги согнуты в коленях. Одна из основных стоек в каратэ. Что ж, очевидно, что чемпион выберет привычный для себя стиль. Хотя, по сути, тренер Ханзо учил нас не только одному каратэ, но еще и многим другим видам единоборств, преподавая все в комплексе, обучая как противостоять любому боевому искусству.
Секунд десять стоим друг напротив друга. Чемпион рвется в бой, чувствую, как в нем кипит адреналин. Похоже, он только начал разминаться, когда я пришел. Что ж, прости, Джин-кун, сегодня не твой день.
Не выдерживает, бросается на меня. Удар правой, по идее, должен пробить мое солнечное сплетение и лишить возможности соображать на какое-то время, но я его даже не почувствовал. Поймав изумленный взгляд Джина, с усмешкой хлопаю ладонью его в центр груди. Бедного чемпиона сносит на добрые полсотни шагов. Ударившись о стену, Джин рухнул на пол. Я неспешно подошел, наклонился над противником и проверил пульс.
— Глубокий нокаут.
Затем, выпрямившись, ловлю на себе задумчивый и слегка удивленный взгляд тренера.
— Кен, Сато — приведите парня в чувство. Остальные — продолжаем тренировку. Ты — за мной.
Миновав удивленных учеников, мы оказались в тренерской. Здесь я бывал редко, но всегда поражался той аккуратности, с которой Ханзо-сенсей относился к своему кабинету.
— Садись, — бросил он мне, устраиваясь в кресле. Я послушно приземлился напротив, глядя на тренера честными-пречестными глазами. Ханзо-сан не выдержал и фыркнул.
— Когда это с тобой произошло, парень?
Я не стал выпендриваться, и поведал наставнику все с самого начала, упустив тот факт, что прикончил еще и ангела-хранителя. Думается мне, не стоит об этом рассказывать кому бы то ни было.
Тренер задумчиво покивал, а затем коротко хохотнул.
— Ну и дела. Ни разу не слышал, чтобы кто-либо становился сверхом будучи уже взрослым. Это, как минимум, странно. Твои сила и выносливость сейчас на уровне как минимум четвертой ступени, хотя сам ты стоишь только на второй!
— Откуда вы знаете об Изнанке, сенсей?
Он неопределенно пожал плечами.
— Я там родился. А потом был изгнан, ввиду полного отсутствия способностей.
— Разве такое может быть? Чтобы у сверхов родился ребенок без способностей? — удивился я. Он поморщился.
— Как видишь, может. Не скажу, что мои родители были этому рады. Скорее, наоборот. Они поспешили сплавить меня дальним родственникам, у которых я и вырос.
— Логично, — усмехнулся я, чем вызвал вспышку злости. Спокойнее, Ханзо-сан, я не собираюсь над вами издеваться. — Как я уже понял, сверхи мнят себя элитой этого мира, божествами. Думают, что им позволено все, и сильно удивляются, когда что-то идет вразрез с их планами.
— А они и есть божества, — кивнул сенсей. — Скажешь, нет? У них сверхсилы: быстрая реакция, ненормальная физическая сила, выносливость плюс еще индивидуальные способности, которые тоже можно развивать. Все это заставляет чувствовать себя…ущербным.
— В какой-то мере да, — не стал я отрицать. — Но это ненадолго. Скоро они все зашевелятся.
Ханзо-сан некоторое время разглядывал меня в упор, нахмурив лоб. Затем на его губах заиграла улыбка.
— Похоже, ты намерен бросить целое полено в этот костер? Будет забавно поглядеть на них, когда свободный сверх начнет свою игру. Впрочем, тебя быстро задавят титаны вроде Като, Судзуки и им подобных. Изнанка давным-давно поделена меж кланами и новой крови там места нет.
— Я в курсе, сенсей, — из моего рта вырвался смешок. Нечто похожее мне недавно говорил Изуми. — Но и у меня вскоре будут союзники. Вместе с ними я смогу встряхнуть это вонючее болото.
— Что ж, удачи тебе, — произнес наставник, пожав мне руку. — Но в мой зал больше не приходи. Не стоит травмировать психику ребят.
На какой-то миг мне стало немного грустно на душе, все же с этим местом связано много приятных воспоминаний, но я быстро прогнал дурные мысли прочь. Неважно. Мне не нужны спарринги, чтобы стать сильнее. Мне нужны настоящие схватки насмерть! Только так моя способность сможет себя проявить.
Покинув спортзал, я неторопливо зашагал по улице, обдумывая разговор с тренером. Выходит, не так уж мало людей знают об Изнанке. Не удивлюсь, если каждый третий является либо сверхом, либо человеком из изнаночных кланов. Впрочем, если у них принято избавляться от обычных людей, то, скорее всего, на Изнанке только лишь сверхи. И рабы, если вспомнить средневековый феодализм. В любом случае, если вспомнить нашу первую беседу с Хикари, крутых сверхов на Изнанке немного — в основном они четвертого-пятого ранга. Значит, через пару недель я смогу догнать таких бойцов, а еще через месяц превзойду их! Но для этого нужны постоянные бои, в которых я смогу сражаться хотя бы вполсилы. Где бы найти подходящих соперников? Придется либо ждать вызов от кого-нибудь из нервных детишек сверхов, либо поговорить с Изуми, когда он свяжется со мной — пусть обеспечит парочку спарринг-партнеров.
Однако, все разрешилось через два дня, в понедельник. Я, как обычно на большой перемене, сидел в туалете на подоконнике, неспешно куря. К этому делу пристрастился несколько дней назад. Моему организму сверха вреда ноль, а мысли немного прочищает.
В туалет зашли трое парней примерно моего возраста, шумно переговариваясь и обсуждая явно интересную тему. Увидев меня, они удивленно замолчали. Затем вперед вышел среднего роста, крепкий, но худощавый парнишка. Черты лица у него были узкими, а глаза наоборот — крупными, иссиня-черными. Короткие волосы ежиком топорщились на голове, в общем, типичный янки-кун.
— Слышь, парниша, шел бы ты отсюда, не видишь, дяденьки пришли отдохнуть, — развязным тоном обратился он ко мне. Я смерил парня равнодушным взглядом, и отвернулся обратно к окну. Он, кажется, запыхтел от злости, шагнул ко мне, ухватил за плечо и силой развернул к себе. Надо сказать, хватка у него оказалась крепкая, но, при желании, я мог бы остаться на месте без особых проблем. Еще раз взглянув на парня, я опознал в нем сверха. Как я понял? Не спрашивайте, это что-то на уровне интуиции. Просто посмотрел на человека, и в голове щелкнуло: он сверх.
— Я к тебе обращаюсь, придурок! — рявкнул он. Похоже, у мальчика не все в порядке с нервами. Я сильно поторопился, решив, что мы одного возраста. Он был примерно на год-полтора младше, потому и вел себя неуважительно и вызывающе.
— Я тебя выслушал. Аргументов не услышал, поэтому вали, пока я добрый, — с усмешкой откликнулся я. Он побагровел, в воздухе засвистел кулак, от которого я легко уклонился. Угол стены раскрошился от удара рукой, мелкие осколки брызнули в разные стороны.
— Неплохо, — заметил я. — А если так?
Подсечка, удивленный пацан теряет равновесие и заваливается назад, и в этот же самый миг я спрыгиваю с подоконника и ударяю кулаком сверху вниз, вбивая его(противника) в пол. По кафелю побежали трещины, а голова юного гопника прочно застряла в плитах пола. Его дружки испуганно отпрянули, глядя на меня уже по-другому, без борзоты.
— Мы, наверное, пойдем, да? — неуверенно предложил ближайший ко мне. Я кивнул.
— И этого с собой заберите.
Они кивнули, бросились к товарищу. Минут пять с трудом отдирали его тушку от пола, а затем, стоило мне только моргнуть, как вылетели из туалета. Я хмыкнул и выплюнул изо рта окурок. Настроение слегка поднялось.
Отсидев еще пару занятий, я решил перекусить. Дома жрать было нечего, ибо с вечера мне готовить лень, а утром не до того. Вот и приходилось зачастую обедать в школе, благо кормят тут бесплатно и при этом на удивление вкусно.
Набрав полный поднос всякой всячины, я уселся за свободный столик и, неспешно жуя отбивную, принялся рассматривать обедающих школьников. Народу для полудня было немного, большинство давно уже поели и теперь просто беседовали, обсуждая разные интересные им темы.
На аппетит я никогда не жаловался, так что довольно быстро проглотил свой обед и поднялся, чтобы отнести поднос.
Тут в меня и врезался давешний пацан. К стыду своему, я совершенно не ожидал нападения здесь, на виду у всех, поэтому позорно разжал пальцы и позволил подносу упасть на пол. Посуда разлетелась осколками, а я ощутил, как в глубине поднимается ярость.
— Ой, какой я неловкий, — издевательски произнес парнишка. — Вы как, не ушиблись, семпай?
Я сделал глубокий вдох. Выдох. Натянул ледяную усмешку.
— Нет, не ушибся. А вот тебе стоит глядеть перед собой в следующий раз, чтобы не наткнуться на обычного человека.
Он слегка побледнел, вон, на лбу шишка громадная, видать, не так легко ему далось сошкрябывание с пола. Кажется, пацан даже не понял, что именно произошло тогда, но, надеюсь, его дружки любезно просветили.
— Ну а пока, — я в предвкушении облизнул губы. — Убери-ка эти осколки. Все же по твоей вине посуда разбилась, а портить школьное имущество у нас нельзя.
Он запыхтел, глаза налились ненавистью, а губы скривились так, будто вот-вот или заплачет, или бросится с кулаками. Впрочем, теперь я уже был готов к любому повороту событий. Случай показал, что не стоит расслабляться нигде и никогда.
— Ты хоть знаешь, кто я такой? — прошипел он, чуть ли не брызжа слюной. Я равнодушно пожал плечами.
— Да хоть сам Император, мне-то что? Накосячил — разгребай. Тебя папочка этому не учил в детстве? Ах да, ты же еще ребенок!
Он заскрипел зубами так громко, что я аж поморщился.
— Ублюдок! — завопил пацан, проводя резкую атаку. Правый кулак летел мне в лицо, а левая нога в этот момент поднималась, чтобы пнуть в живот, лишив меня дыхания. Он не обольщался, понял, гад, что я легко заблокирую его руку, но был уверен, что удар ногой пройдет. Наивный чукотский юноша.
Я отбил его правый, будто бы отмахивался от мухи, а затем схватил летящую ко мне стопу и дернул вверх. Пацан позорно полетел на пол, но на этом я останавливаться не стал, не разжимая пальцев крутанув его ступню влево, ломая сустав. Он закричал так, что у меня чуть уши не заложило, и попытался атаковать из лежачей позиции здоровой ногой. Я не стал церемониться и в этот раз просто проигнорировал удар, наклонившись и несильно хлопнув его по животу правой ладонью. Готов поспорить, его внутренним органам сейчас сильно не поздоровилось. Но мне плевать, мальчишка сам полез в драку, я лишь защищался.
— Знаешь, похоже, я переоценил твои умственные способности, — присев рядом, вкрадчиво произнес я. — Мне показалось, что ты более сообразительный, и не станешь лезть в драку там, где один раз уже получил п****лей. Но нет, ты с упорством осла прешь снова и снова, надеясь сдвинуть слона с дороги. Увы, но ты сам виноват в своей травме. Сустав будет заживать долго и, надеюсь, к тому времени, как ты снова сможешь ступать на эту ногу, то обдумаешь свою ошибку и поймешь, как следовало поступить.
По его щекам текли слезы боли и обиды. Похоже, я невольно наступил на гордость этого пацана, да еще и потоптался там как следует. Ну и ладно. В конце концов, даже если он попытается отомстить, уломав своего папашку или кого-нибудь еще из клана, я буду готов. Не думаю, что они будут представлять особую угрозу.
Поднявшись и развернувшись, я зашагал прочь. Вскочившие с мест во время драки ученики глядели на меня кто со страхом, кто с любопытством. Подмигнув паре девчонок, я покинул столовую, выбрался из коридора в школьный двор и остановился, раздумывая, чем бы заняться.
Однако, стоило мне сделать шаг вперед, как сзади остро повеяло опасностью. Недолго думая, я швырнул рюкзак в сторону, а сам перекатом ушел вбок, и вовремя — на том месте, где я только что стоял, взметнулся столб пыли.
Я принял боевую стойку, ожидая, пока пыль уляжется. Но противник сам выпрыгнул навстречу. К моему изумлению, это был Тонг! Здоровяк, похоже, оправился от нашей прошлой схватки и решил попытать счастья вновь. А вот хрен тебе!
Увернувшись от мощного выпада левой, я поднырнул под громадную ручищу переростка и, выдохнув, ударил обоими кулаками в грудь Тонга. Громилу снесло в дальний конец школьного двора; пробив спиной стену сарая с инвентарем, он залетел внутрь. Фыркнув, я подхватил с земли рюкзак и зашагал домой. Что за день, сначала сопляк, возомнивший себя пупом Земли, потом ничему не научившийся гориллоподобный школьник! Ладно бы оба были хорошими бойцами, но ведь их даже посредственными не назовешь! Один удар, и ребята слились.
Интересно, в этой школе хоть один реально сильный боец найдется? А то, что ни встреча, то ванпанч. Так можно невольно возгордиться, хотя поводов вроде и нет — много ли чести бить школотень?
Решено! Позвонит Изаму, надо спросить насчет каких-нибудь боев на Изнанке. Может, он меня туда пропихнет, дабы оценить свои силы в борьбе с крутыми перцами.
Стоило мне завернуть за угол, как сзади послышался чей-то злой окрик:
— Эй ты! А ну стой!
Да ладно? Кого там еще принесла нелегкая?
Обернувшись, я увидел высокого подтянутого парня моего возраста в спортивных штанах и футболке-безрукавке, обнажавшей мощные плечи бойца. Его черты лица сильно напоминали побитого мной школогопника, только он был постарше и глаза бледно-зеленые. Ну и прическа другая: длинные волосы стянуты в конский хвост на затылке.
— Это ты травмировал моего брата? — прищурившись, спросил он, двигаясь навстречу. Я пожал плечами.
— Может быть. Прицепился сегодня какой-то малолетний янки, права начал качать. Ну я его немного осадил.
— Немного? — в его голосе зазвенела ярость. — Ты сломал ему ногу! Айки теперь долго не сможет заниматься боевыми искусствами!
Я снова равнодушно пожал плечами.
— Ну а мне какое дело? Мальчик попутал берега, полез не на того человека, и поплатился за это. Твоя ошибка, что не рассказал ему о мире взрослых и о такой штуке, как уважение.
— Кто ты такой? Из какого клана?
Его взгляд не был затуманен злостью, как у младшего брата. Вместо этого, парень довольно хладнокровно оценивал меня как противника и просчитывал ситуацию. Я же разглядывал его ауру. Так-так, пятый ранг. Неплохо для такого возраста. Учитывая разницу между нами, он должен быть намного сильнее меня, но какого-то явного давления я не ощущал. И это странно, ведь, по идее, у него сейчас злость бьет через край, пусть он и сдерживает ее. Часть эмоций в любом случае вырывается наружу и оказывает давление на врага. Но я ничего не ощущал. Так не бывает. Ну или бывает, но в том случае, если противник намного слабее тебя. То же самое было с Джином в спортзале у Ханзо-сенсея. Но этот парень не может быть настолько слабее меня! Значит, дело в другом.
— Я не являюсь членом какого-либо клана, — с усмешкой сообщил я. В его взгляде мелькнуло удивление, быстро сменившееся предвкушением.
— Что ж, выходит, ты не в курсе правил Изнанки, верно? Тогда позволь мне тебя просветить в этом вопросе.
— Как хочешь, — улыбнулся я, чем заставил его снова удивиться. Похоже, парень ожидал, что я буду напуган, стану молить о пощаде и все такое. А фиг тебе, перебьешься!
— Тогда сегодня в шесть вечера в нашем зале. За тобой приедут.
С этими словами он развернулся и направился прочь.
— Вежливые люди вообще-то обычно представляются, когда вызывают на дуэль, — бросил я ему вслед. Мой будущий противник замер, я всей кожей ощутил его ненависть и досаду.
— Меня зовут Ному. Судзуки Ному, — процедил он, не оборачиваясь, а затем продолжил идти.
Судзуки? Знакомая фамилия. Кажется, где-то я уже слышал ее совсем недавно. Ах да, Ханзо-сенсей упоминал ее в нашем разговоре. Выходит, клан этого парня довольно известен на Изнанке?
Проклятье, я только хотел купить вкусняшек и, завалившись домой, включить новую анимешку. Но вечером будет бой с этим Ному, а значит, мне нужна информация о нем. А кто у нас лучше всех владеет информацией из моих знакомых?
Като и Изуми. Оба весьма компетентны в вопросах Кане но Секаи, но оба в последнее время молчат в тряпочку. И если Изуми я лично обещал заглянуть на огонек и обсудить сотрудничество, но что-то тяну, надеюсь на его звонок, то Като как-то невежливо молчит. А ведь распинался, что заплатит кучу денег за возврат его людей. Что ж, подождем еще пару дней, а потом навестим балбеса, объясним, что со мной шутки плохи.
Выходит, спонсором сегодняшней информационной разнарядки будет Изуми. Что ж, самое время навестить авторитета. Но для начала — домой. Переодеться надо бы, да себя в порядок привести. На улице жара плюс тридцать, а я хожу в рубашке с пиджаком.
Обозначив цели на ближайшие несколько часов, я потопал дальше в сторону дома.
Как только я скинул ненавистную школьную форму и нацепил на себя спортивные штаны и майку, как раздался деликатный стук в дверь.
— Не заперто! — крикнул я. В квартире показался Изаму Като собственной персоной — все такой же очкарик с глуповатым видом и абсолютно не вписывающимся в образ жестким колючим взглядом.
— Да ладно! Неужто сам Като-сан пожаловал? — насмешливо произнес я. Отец Джуна хмыкнул и устроился на диванчике, скрестив пальцы в замок.
— Я весьма доволен твоей работой, — начал он издалека. — Договориться с самим Изуми…чем ты пронял этого парня? Он ведь известен своим упрямством и ненавистью к людям Изнанки.
— Пообщались по душам, обсудили кое-что, — пожал я плечами. — Где там мои деньги?
Като покачал головой, пряча усмешку, а затем положил на стол толстую пачку банкнот.
— Здесь две тысячи долларов. Само собой, пока немного, но, если наше сотрудничество продлится, то оплата, само собой, возрастет.
Я мысленно присвистнул. Две штуки баксов! Дружить с главой клана Като очень и очень выгодно, если так посмотреть.
— При нашей первой встрече вы сказали, что сотрудничество с вами принесет мне пользу и даст неплохой старт в Кане но Секаи, — сказал я прохладным тоном. — Но Изуми поведал мне, что сверхи, не состоящие в каком-либо клане, изгоняются.
Изаму-сан неохотно кивнул, чуть поморщившись.
— Так какой старт вы можете мне предложить, чтобы я согласился на дальнейшее сотрудничество? — сложив руки на груди, я с насмешкой взирал на слегка смешавшегося Като. Похоже, он не был готов к такому вопросу, что странно, учитывая возраст этого мужика и его положение. Неужели он всерьез думал, что избавился от меня, только отправив на встречу с знаменитым авторитетом Южного города?
— Принятие в семью Като тебя устроит? — предложил Изаму, но сразу же наткнулся на мою кислую физиономию. Находиться под одной «крышей» с коротышкой Джуном? Да я убью его раньше, чем он попытается хотя бы мявкнуть.
Похоже, Като тоже прекрасно это понял, потому что тихонько вздохнул и откинулся на спинку дивана.
— Что ж, в таком случае, я могу лишь предоставить тебе полную защиту нашего клана, а также возможность обучаться у наших мастеров.
Я призадумался. Щедрое предложение, учитывая, что абы кто под крыло клана попасть не может априори. Но за этим пряником явно кроется жирный такой подвох, потрясая складками.
— Что вы хотите взамен?
Он улыбнулся, и в его улыбке я разглядел предвкушение, а также самодовольство хищника, ухватившего за плавник золотую рыбку.
— Полная и безоговорочная преданность клану Като и лично мне. Ну и, само собой, моему сыну, когда придет его время встать во главе.
— Не думаю, что такое возможно, — перебил я его. Глаза Изаму недовольно блеснули из-за очков. — Уж простите, но ваш сын вызывает во мне желание его прихлопнуть, будто маленькую жирную надоедливую мошку. И я это сделаю, рано или поздно, если он продолжит мозолить мне глаза. Но никогда и ни при каких обстоятельствах я не стану прогибаться под кого-то вроде Джуна.
Като нехотя качнул головой. Видимо, и такой вариант он рассматривал.
— Что ж, тогда мы можем просто поддерживать сотрудничество на взаимовыгодных условиях. Скажем…пару раз в месяц я прошу тебя выполнить для меня кое-какие поручения, ты исполняешь просьбу и получаешь соответствующую оплату. Ну и, само собой, наша главная школа боевых искусств открыта для тебя.
Вот это уже больше похоже на выгодный контракт. При этом я, по сути, ничем не рискую. Как и он. В случае предательства одной из сторон, другая теряет лишь деньги, или же внештатного агента. Не такая уж и большая потеря. Но деньги Като мне пригодятся в любом случае, пусть пока и не знаю зачем. Думается мне, на реализацию моего плана, который я обдумывал для следующей встречи с Косым, пригодится нехилое такое денежное вливание.
— Хорошо, я согласен.
Мы скрепили повторный союз рукопожатием. Като было поднялся, чтобы уходить, но я жестом попросил его остаться.
— У меня к вам еще пара вопросов, если не возражаете.
— Конечно, — вежливо улыбнулся очкарик, присаживаясь на место. — Я весь внимание.
Я вкратце обрисовал столкновение с Айки, а затем встречу с его старшим братом, не забыв упомянуть сегодняшнюю «стрелку». Услышав о Ному, Изаму-сан помрачнел.
— Этот юноша — настоящий гений. Ему, так же, как и тебе, семнадцать, но он развивает свои способности с трех лет. К тому же, он сын Судзуки Кайто, главы одного из трех лидирующих кланов Изнанки. Соответственно — ресурсами мальчик не обделен, что и позволило его таланту раскрыться в полной мере. Сейчас он находится на пятой ступени мастерства, но, по моим сведениям, готов шагнуть на следующую. Слишком сильный противник для новичка вроде тебя.
— Но ведь я сумел справиться с вашим сыном, причем без особых усилий, — поддел я, заставив Като-сана скривиться.
— Джун…не очень прилежный ученик. Кое-что он, конечно, умеет, но его младший брат, Кен, гораздо способнее. Недавно он достиг четвертого ранга, и, по такому случаю, я попросил Судзуки провести спарринг между Ному и моим сыном.
— И что? — невольно полюбопытствовал я. Изаму поднял на меня тяжелый взгляд.
— Мой сын был разбит в первые две секунды боя. Одна секунда понадобилась Ному, чтобы приблизиться, а вторая — чтобы атаковать.
Я невольно зауважал Судзуки-куна. Чтобы так быстро расправиться с противником, нужны поистине годы адских тренировок за спиной, будь ты хоть трижды сверхом. Хотя…это все же ко мне не относится. Но то я — случай особый.
— Он настолько хорош?
— Более чем, — через силу признал очкарик. — Одним ударом он свалил моего сына! Хотя Кен также тренируется, словно проклятый, чуть ли не с пеленок. Теперь ты понимаешь, как мало у тебя шансов против такого монстра?
Похоже, поражение сынульки сильно задело непоколебимого Като, вон, как пальцы-то дрожат.
— Ну, могу вам сказать, что шанс есть всегда, даже несмотря на разницу в рангах. В любом случае, думаю, я смогу кое-что придумать.
Ответом мне был скептический взгляд Изаму, будто бы говорящий: «Ты что, идиот?».
— Лучше расскажите о семье Судзуки. Какие у вас с ними отношения?
— Мы находимся на стадии затяжной холодной войны, — чуть подумав, сказал Като. — Кайто и я выросли вместе, и были друзьями, но после все изменилось, как только он встал во главе семьи. Под его рукой клан Судзуки стал стремительно набирать вес в обществе Изнанки, и мне ничего не оставалось, кроме как попытаться противостоять ему. Долгие годы мы всячески старались сбросить друг друга с пьедестала, но, в конце концов, решили заключить пусть и шаткое, но перемирие. В конце концов, мы оба являемся лидерами Изнанки.
— Вы упоминали, что ведущих кланов три, — вспомнил я. — Какой третий?
Изаму-сан загадочно улыбнулся.
— Тебе пока не стоит этого знать. Что ж, — он поднялся и направился к выходу. — Желаю удачи в сегодняшнем поединке. Надеюсь, ты сможешь хотя бы ходить после схватки с Ному. Впрочем, шансов маловато. Не рискуй напрасно, помни — ты полезнее мне живым, чем мертвым.
Я лишь молча кивнул в ответ. Когда дверь за Като закрылась, взял со столика пачку долларов и убрал в шкаф. Продуктивный вышел разговор, ничего не скажешь. Вроде информации немного узнал, но кое-что полезное все же есть. Например, то, что мой враг поистине силен. Сильнее всех, с кем я сражался до этого, вместе взятых. Да и семья у него — не из последних. А биться я буду на территории врага, так что, вполне вероятно, придется смываться на всех парах, если все пойдет не так.
Я сам не заметил, как мелко задрожали пальцы на руках. Предвкушение битвы захватило меня с головой, а губы сами собой растянулись в улыбке. Наконец-то! Неужели я смогу испытать челлендж, с тех пор, как изменился?
Время неумолимо близилось к назначенному сроку, а я сидел и неспешно листал мангу, пытаясь настроиться на бой. Главный герой истории тоже был обычным парнем, слабым, забитым и трусливым, но изменился, стоило ему повстречать учителя и сильнейшего мастера боевых искусств, именующего себя драконом. Чем-то напоминает произошедшее со мной, вот только я и ученик, и мастер в одном лице. Впрочем, об этом пока рановато…
Когда подъехала машина клана Судзуки, я как раз выходил на улицу. Из автомобиля выбрался одетый в черный костюм телохранитель самой суровой наружности и, приоткрыв заднюю дверь, замер.
Я устроился на заднем сидении роскошного лимузина, напротив меня оказались еще двое мордоворотов. Оглядев шикарный салон авто, я принялся разглядывать своих спутников. Они молча пялились в ответ. Так мы и ехали, в полной тишине.
Правда, надо признать, ехали недолго. Уже через полчаса машина заехала на парковку перед большим пятиэтажным особняком в богатом районе города, где проживала лишь элита из элит. Мне, само собой, здесь бывать еще не доводилось.
Все тот же секьюрити услужливо распахнул дверь и подождал, пока я выберусь наружу. Территория клана Судзуки внушала: высокий забор из камня, мощеные гравием дорожки, одна из которых вела к большой парковке, а другая — к дому. Сам особняк окружал огромный цветущий сад. Богато, ничего не скажешь.
— Следуйте за мной, пожалуйста, — вежливо попросил «мой» охранник. Я лишь пожал плечами, помахал вылезшим из машины телохранителям и направился за провожатым. Мы шли по дорожке к дому, а затем свернули налево, огибая особняк по другой, куда более узкой тропинке. Она вела на «задний двор» — если можно так назвать площадь размером с нашу школу, на которой возвышались два здания, больше похожие на ангары: с узкими длинными окнами под самой крышей и прочными на вид стенами все из того же камня. Фетиш у них, что ли, из камня все строить?
Однако стоило нам зайти в крайний ангар, как все встало на свои места — это был спортзал. Но какой! Огромный, размером чуть ли не со стадион, поделенный на несколько секций, огражденных стеклом, вероятно, непробиваемым. Слева от входа, в дальней стене, виднелся проход, наверное, в раздевалки.
— Вы желаете переодеться, или будете разминаться так? — повернулся ко мне провожатый.
— Мне все равно. Обязательно нужно переодеться?
Он покачал головой.
— Нет.
— Ну и славно. Где я могу разогреться?
— Идемте.
Охранник повел меня вдоль секций в следующий зал(оказывается здесь их несколько), где указал на сектор с беговой дорожкой, грушей и прочими тренажерами.
— Можете размяться, за вами придут.
Затем он удалился. Я едва слышно фыркнул. «За вами придут», — как будто на казнь готовят. Хотя, вполне возможно, так оно и есть. Не думаю, что хоть кто-нибудь здесь сомневается в победе Ному. Тем интереснее будет исход поединка.
Я неторопливо разогрел суставы, сделал растяжку, немного поработал с грушей, а затем присел в уголке, приняв удобную позу: спиной оперся о стену, левую ногу вытянул, а правую согнул в колене, сложив на нее руки. Прикрыл глаза и попытался очистить разум от ненужных мыслей. Ханзо-сенсей всегда учил перед боем убирать все лишнее, оставляя лишь настрой на победу. Своего рода медитация, самовнушение — называйте, как хотите. Но этот способ всегда помогает.
Прошло, по моим внутренним часам, около сорока минут, когда рядом раздался спокойный голос уверенного в себе человека.
— Значит это вы тот юноша, что взял на себя смелость избить моего младшего сына?
Я открыл глаза и увидел перед собой мужчину лет тридцати — ни единой морщинки, лицо едва ли не подростка, как и в случае с Като. Фигура крепкая. Даже под свободного покроя рубашкой можно это заметить.
— Судзуки Кайто-сан, если не ошибаюсь? — лениво спросил я. Он рассмеялся.
— Действительно, наглости вам не занимать. Полагаю, именно этим вы и приглянулись Изаму-куну?
— Возможно. А может, я ему просто понравился? — предположил я. Судзуки-сан хмыкнул. В целом он производил впечатление добряка: глаза мягкие, на губах полуулыбка, поза расслабленная. Но я не питал иллюзий — если понадобится, он вмиг станет серьезным и покрошит меня на кусочки.
— Может и так. Като нравятся сильные личности. С их помощью можно сделать много интересных ходов.
Я неопределенно махнул рукой.
— А что, если фигура сама является кукловодом?
Лицо Судзуки-сана на миг стало удивленным, но затем он снова рассмеялся.
— Хорошая шутка. Но даже если предположить, что пешка на какой-то миг стала королем, она все равно останется пешкой. Маски не помогут стать тем, кем она не является.
— Это лишь ваша точка зрения, основанная на слепой вере в свои силы. Но можете ли вы допустить, что в вашем маленьком мирке появится сила, способная разрушить устоявшийся порядок и изменить правила игры?
Его взгляд преобразился, стал ледяным, и я ощутил сильное давление на свою тушку.
— Что ж, если допустить такой вариант развития событий, то такую силу следует задавить сразу, дабы избежать проблем в будущем.
— Но это лишь при условии, что такая сила существует, — парировал я.
— Безусловно, — кивнул Кайто-сан.
— Что ж, если вы жаждете услышать извинения по поводу травмы вашего сына, то не дождетесь. Он сам виноват в случившемся. Не я, так кто-нибудь другой, рано или поздно, осадил бы Айки-куна, — сказал я. Судзуки-сан вздохнул и присел рядом.
— Я не виню тебя, Рюу-кун. Но и отнестись к этому снисходительно тоже не могу, я все же отец. Я допускаю, что Айки вел себя неподобающим образом и заслужил наказание, но кто дал право тебе карать?
Он говорил негромко, но голос звучал как-то грозно и внушал уважение.
— Никто, — чуть подумав, ответил я. — Но мне и не нужно чье-то разрешение, чтобы указать наглецу его место. В конце концов, должен же я как-то взбираться наверх.
— И ты искренне веришь, что тебе дадут это сделать? — полюбопытствовал Судзуки-сан. Глаза его смеялись.
— Я никому не верю. Кроме себя. Но знаю точно — мне хватит сил и упрямства дойти до конца. И те, кто будет рядом, определенно, получат свою порцию пряников.
Он не выдержал и расхохотался в голос.
— Звучит довольно-таки наивно, но ты ведь еще ребенок, — отсмеявшись, сказал Кайто-сан. — Идеализировать и строить неосуществимые планы — это нормально.
— А кто сказал, что они неосуществимы? — я поднялся и сдержал рвущийся наружу зевок. — Когда уже там бой начнется?
Судзуки-сан поднялся и поманил пальцем, приглашая следовать за ним. Он больше не проронил ни слова, но я часто ловил на себе его задумчивый взгляд. Похоже, семена сомнений легли на благодатную почву. Что и неудивительно: любой сильный клан мечтает стать сильнейшим, а для этого нужны ресурсы и возможности. А после того, как я встречусь с Изуми, и мы вместе сообразим хитрый план, такая возможность появится. Для тех, кто не побоится принять нашу сторону в грядущей войне.
Мы прошли через весь зал, и, миновав очередной коридор, оказались в зале побольше. Здесь была только арена, огороженная канатами, и пустое пространство вокруг нее. Похоже, показательные бои тут не редкость.
Нас уже ждали. Возле арены столпились члены клана, что-то громко обсуждавшие, чуть поодаль стоял Ному вместе с немолодым, но крепким мужчиной в темном костюме. Похоже, это его наставник. Мы подошли к ним и остановились напротив.
— Готов к наказанию? — с усмешкой спросил Ному.
— Могу спросить то же самое, — улыбаясь, парировал я. Парень стиснул зубы, сдерживая злость. На мое плечо легла тяжелая ладонь Судзуки-сана.
— Удачи, Рюу-кун. Она тебе ой как понадобится.
По знаку «наставника», мы с Ному шагнули на ринг. Он был слишком большим, если сравнивать с привычными боксерскими. Где-то двадцать на двадцать метров — достаточно, чтобы вдоволь повалять своего соперника.
Я остановился чуть поодаль от Ному, разглядывая противника. Он точно также смотрел на меня, в глазах я видел ярость и желание поквитаться с обидчиком брата. Но при этом, как ни парадоксально звучит, он оставался в трезвом рассудке, верно оценивая мои возможности и вероятные ходы.
«Наставник» ударил в гонг, и в тот же миг Ному рванул вперед, превратившись в смазанное пятно, на каких-то пару мгновений, которые понадобились мне, чтобы подстроиться под его скорость. Время замедлилось еще сильнее, когда парень оказался на расстоянии вытянутой руки, занося кулак. Я скользнул чуть вбок, придерживая его руку, ухватился пальцами за запястье и с силой дернул, ломая.
Время вернуло привычный ритм, и Ному изумленно отшатнулся, недоверчиво глядя на нерабочую теперь кисть.
— Давай, покажи мне больше, — подбодрил его я. В бледно-зеленых глазах мелькнул интерес, парень тряхнул рукой и, к моему удивлению, пошевелил сломанной кистью. Нифига себе! Это что за Росомаха? Такая быстрая регенерация, или же временный «костыль»?
Неважно. Ному снова бросается в атаку, но скорость теперь еще выше, едва успеваю уследить за его движениями. Отбить боковой правой, оттолкнуть лоу-кик левой ногой, слегка отклониться в сторону, пропуская неизвестный мне удар из каратэ, а затем атаковать самому, метя в шею.
Удар не прошел. Каким-то чудом Ному увернулся, слегка повернув голову, а затем меня подбросил в воздух мощный и неожиданный удар под дых. Воздух мигом покинул легкие, я рухнул на пол, пытаясь вдохнуть. От места удара, казалось, боль разливалась по всему телу, так что пришлось чуть прикрыть глаза, чтобы сосредоточиться. Секунда, другая, и вот я уже поднимаюсь, с усмешкой глядя в глаза Ному.
— Неплохо. Продолжим?
Он, кажется, начинает понимать, что разница между нами не так уж и велика. Атакует еще быстрее, еще яростнее, вкладывая в каждый удар большое количество внутренней силы. Но мне не составляло особого труда гасить их воздействие на мое тело, впитывая энергию, как губка. Ному мрачнел на глазах, понимая, что не получится расправиться просто так, одними лишь боевыми искусствами.
Его губы шевельнулись, произнося какую-то фразу, и вместе с этим я ощутил, как мощная волна внутренней силы поднимается в нем, грозя вырваться наружу ударом невероятной силы. Что же он там прошептал? «Последний Рев Тигра»? Что это может означать?
В глазах моего противника неожиданно загорелось ярко-зеленое пламя, а черты лица Ному будто бы заострились, приобретя хищный и немного пугающий вид. Его мышцы сильно раздулись, сам парень стал еще больше, а затем он ударил.
Одной лишь ударной волной меня снесло далеко назад, с размаху влепив в канаты ринга. Вот это мощь! Неужели я только что увидел применение способности сверха? Первое на моей памяти!
Оттолкнувшись от канатов, я на всей возможной скорости рванул к Ному, который уже мчался навстречу. Как это и бывает в эпичных сценах, мы столкнулись в центре ринга. Теперь я уже мог слегка подавить его воздействие на мое тело, поэтому боковой удар левой лишь вывихнул мне плечо, а не сломал. В ответ я ударил в лицо, при этом проведя подсечку. Ному пошатнулся, хотя в обычном состоянии давно бы уже летел на землю. Но мне и этой малости более чем достаточно.
Здоровой рукой хватаю парня за горло, сжимая пальцы со всей силы и перекрывая ток внутренней энергии. Превозмогая боль в вывихнутом плече, правой накапливаю силу и одним резким ударом пробиваю живот чуть ниже грудной клетки. В глазах Ному плещется изумление и досада, а затем он падает на ринг, заливая его кровью. Я же слегка отступаю назад, пропуская медиков, а сам оседаю на пол, лишенный сил. Голова кружится, мышцы горят огнем, правая рука вообще не двигается, но я доволен. Ощущаю, как растягиваются в улыбке губы, а затем мир вокруг обращается тьмой, приветливо распахнувшей передо мной свои врата.
Судзуки Кайто стоял у окна в своем кабинете, глядя на свинцово-серые тучи, затянувшие все небо. Казалось бы, только что светило солнце, как вдруг небеса налились тяжестью, готовясь опрокинуться вниз дождем.
— Похоже, будет гроза, — заметил Изаму Като, сидя в кресле и неспешно потягивая коллекционное вино.
— Да, — отозвался Кайто, оборачиваясь к нему. — Грядут перемены.
— Ты сейчас про того мальчишку? — понимающе хмыкнул Изаму. Судзуки прошел к столу и откинулся в любимом кресле, глядя на своего давнего врага.
— Не только. В последнее время, похоже, каждая мало-мальски значимая рыбешка в этом городе пытается провернуть какие-то свои делишки. Ивамото объявили войну Андо, хотя долгие века поддерживали с ними дружеские отношения. Ито и Коики наоборот — объединились, пытаясь лишить нас поддержки более мелких кланов. А Тиба…
— Что Тиба? — заинтересовался Като, отставив бокал. Судзуки вздохнул.
— Тиба, как раз-таки, ничего. И это странно, учитывая любовь Кэтсуо к интригам. Сукин сын явно чего-то ждет. Вот только чего?
— А тут еще нам на голову свалился этот Такаяма-кун, — насмешливо заметил Като. — Что будешь с ним делать?
— А что я могу? — пожал плечами Судзуки. — Он честно победил моего сына, что, учитывая разницу в рангах между ними, очень странно. Нужно присмотреться к мальчишке, он не так прост. И весьма амбициозен.
— Ты тоже это заметил?
Судзуки качнул головой.
— Да, он упомянул в нашем разговоре, что собирается забраться повыше. Но неясно пока, каким способом.
— Все очень просто, — протянул Като. — Парень связался с Изуми, одним из внебрачных отпрысков Кэтсуо. Думаю, вместе они попытаются сбросить нас с тобой с пьедестала. Интересный союз, не находишь?
— Весьма. Сын Кэтсуо и сын…кстати, а чей он сын?
Като достал сигарету и закурил, не спеша отвечать на вопрос. Судузки нахмурился. Изаму фыркнул, но все же ответил:
— Не знаю. Мои люди не смогли найти ничего об его отце. Мать эмигрантка, но иногда приезжает проведать сына. Рулит делами крупной международной конторы, за которой стоит китайский клан Сяо-Ли.
— Так может, его отец выходец из этого клана? — предположил Судзуки. Като отрицательно покачал головой.
— Нет. Он вроде как из России, но у них там сложная система аристократии. Он может оказаться как графом, так и захудалым офицером имперской армии.
— Высшие офицерские чины в Российской империи приравниваются к баронскому титулу, — невзначай напомнил Судзуки. Изаму отмахнулся.
— Знаю я. Но ничего путного узнать не удается, будто бы кто-то могущественный взял и обрубил все нити, связывающие Такаяма с его отцом. И ничего, понимаешь, абсолютно ничего об этом человеке!
— Так не бывает.
— Вот и я о том же. Разве что… — Като не договорил.
— Что? — спросил Судзуки. Изаму тряхнул головой, будто бы прогоняя мысли, а затем поднялся.
— Ничего. Понаблюдаем пока за мальчишкой, нам выгоднее с ним сотрудничать, чем убивать. Мне интересно, каких высот он добьется через пару месяцев, или даже через год.
— Хорошо, — Судзуки слегка прикрыл глаза. — Но будь осторожнее с ним. Есть что-то такое в его глазах. Нехорошее…
— О себе лучше беспокойся, — фыркнул Като. Хлопнула дверь и Судузки остался один в полной тишине.
Он долгое время просто сидел, расслабившись и очистив разум ото всех мыслей. Затем глава клана поднялся и снова подошел к окну. Вдали раздались первые раскаты грома. И парой минут позже в стекла забарабанили капли дождя.
— Рюу-кун, значит? — прошептал Кайто. — Неужели…
В себя я пришел довольно быстро, полагаю, примерно через полчаса после окончания боя. И сразу же увидел рядом Судзуки-сана, не слишком довольного, еще бы, его сына только что уработал сверх на несколько ступеней ниже. Он довольно сдержанно поблагодарил меня за «чудесный поединок» и попросил иногда захаживать, ведь «зал клана Судзуки всегда к вашим услугам». После чего недвусмысленно намекнул на то, что мне пора бы и свалить куда подальше. Я, не будь дураком, послушно поплелся к парковке, где все тот же автомобиль быстро доставил меня домой.
Лишь оказавшись в родной квартире, уселся на диван и, откинувшись на спинку, тяжело вздохнул. Мда, создал ты себе проблем, Рюу. Нет, схватка действительно выдалась крутой, вот только Ному-кун вряд ли забудет про столь позорное поражение и наверняка попытается взять реванш. Только в более неформальной обстановке. Не удивлюсь, если он еще и в нашей школе учится, а я просто не пересекался и не замечал этого парня, есть у меня такая черта. И ведь бесспорно силен! До сих пор все мышцы ноют и болит плечо. Хотя уверен, что к утру боль рассосется и буду как новенький. Но оставлять за спиной столь опасного противника не стоит, нужно сразу продумать стратегию наших взаимоотношений. Впрочем, от меня тут мало что зависит, будем смотреть, как Ному-кун воспримет проигрыш. Если как жизненный урок, то чудесно — просто игнорим друг друга и пересекаемся лишь изредка. А вот если как личное оскорбление, то дело дрянь. Нет, учитывая сегодняшний бой, я наверняка стал еще сильнее, чем был до него, но все же боец уровня Ному может стать изрядной помехой на пути. Хотя, может я и впрямь себя просто накручиваю?
Так и не определившись со своими размышлениями, я без особого аппетита поужинал, и отправился в постель. Некстати разнылось плечо, так что поспешил поскорее отключиться, дабы позволить организму самостоятельно восстановить здоровье.
Проснулся я довольно рано, как для вторника — на часах высветилось «8:00». За окном уже светало, но сон окончательно испарился, поэтому я поднялся и принялся разминать затекшее тело. Мышцы уже окончательно восстановились, а плечо лишь слегка стреляло глухой болью, не особо напрягая. Приготовив завтрак, устроился у телевизора, слушая утренние новости и поглядывая в окно, тщательно при этом пережевывая пищу. Только когда мыл посуду, ощутил, что кое-что изменилось во мне. Прислушавшись к организму, понял, что вчерашний бой с Ному позволил мне подняться до третьего ранга. Вполне неплохо. Но, учитывая, что для прыжка на другой ранг мне понадобилось несколько боев с мелкими противниками и один с сильным бойцом, вырисовывается не особо радужная перспектива. Где я найду столько крутых сверхов, чтобы заставили испытать сложность, но при этом не сильно меня повредили в процессе?
Внезапно зазвонил телефон. Я схватил трубку и глянул на дисплей — Изуми.
— Алло.
— Это юный мастер боевых искусств по имени Дракон? — раздался насмешливый голос Косого. Я фыркнул.
— Нет, это его дворецкий. Чего хотел? Неужто созрел для разговора?
— Ну, вообще-то, ты сам обещал заглянуть, — упрекнул меня Изуми. — Но дело сейчас не в этом. Я тут взял выходной, и хочу пригласить тебя в поход.
— Только меня? Знаешь, ты не в моем вкусе.
Он рассмеялся.
— Ну еще будет Мэй. Да и ты можешь взять кого-нибудь из своих приятелей.
— Хорошо, — не стал отказываться я. По вторникам в школе выходной, так что заняться мне сегодня решительно нечем. Почему бы и не съездить на природу?
— Заеду за тобой в одиннадцать, — уведомил меня Изуми и отключился. Я положил телефон на стол и задумался. Интересно. Просто так, полагаю, авторитет не стал бы меня приглашать на неформальное мероприятие. К тому же, нам действительно давно пора обсудить совместное сотрудничество и план дальнейших действий, но вместо этого Изуми звонит и приглашает меня в поход. Причем разрешает взять с собой друзей. В чем подвох? Или же это проверка на вшивость? Что ж, поживем — увидим.
В дверь постучали. Кого это там принесло в такую рань?
В квартиру скользнула Хикари и несмело замерла напротив меня, с тревогой разглядывая мое лицо.
Затем вдруг резко шагнула вперед и крепко обняла, спрятав лицо у меня на груди.
— Эм…что такое? — не понял я. С чего вдруг такие нежности? Нет, мы, конечно, тесно общаемся, но в последнее время Хи-тян как-то начала слишком стремительно дистанцию от подруги до девушки сокращать. А я не люблю, когда на меня давят.
Она отстранилась, мягко улыбнулась.
— Слышала, ты дрался с Судзуки-куном. Я страшно перепугалась!
В ее глазах сверкнули яростные искорки.
— Ты хоть представляешь, каково это — узнать, что твой друг сражается с юным гением клана Судзуки? С сильнейшим среди молодого поколения сверхов! Я места себе не находила, а ты…даже не соизволил сообщить мне об этом.
Я ощутил вину, совсем немножко, самую малость.
— Прости, как-то все слишком быстро произошло, вот я и не успел.
Она фыркнула, снова превратившись в старую добрую Хикари.
— Судя по твоему виду, ты победил? — запрыгнув на диван, спросила девушка. Я кивнул.
— Да. Хотя, надо признать, Ному-кун оказался несколько сильнее, чем я думал. Пришлось выложиться на полную, чтобы его одолеть.
Глаза Хикари округлились, а затем она не выдержала и расхохоталась.
— В чем дело?
— «Несколько сильнее, чем я думал», — передразнила Хи. — Это юный гений, понимаешь, балда? А ты взял и махом унизил его, назвав «всего лишь сильнее», чем ты предполагал. За такое пренебрежение любой член клана Судзуки, да и не только его, убил бы тебя.
— И это еще мягко сказано, — раздался сзади голос Ному. Я обернулся.
Выглядел он неважно — лицо усталое, левая рука в гипсе, да и взгляд подрастерял уверенность и надменность, хотя по-прежнему излучал силу.
— Прости за вторжение, — извинился Ному, поймав мой взгляд. — Дверь была не заперта, а на стук вы не обратили внимания.
— Ничего, — отмахнулся я. В комнате повисло напряжение. Хикари разглядывала Ному, словно впервые видела его рядом, хотя, полагаю, так оно и было. Ному стоял, осматривая мое жилище, а я думал, о чем завязать разговор.
— Думаю, мне стоит извиниться, — первым нарушил молчание Судзуки-кун. Его взгляд уткнулся в меня, но теперь в нем не было злости, и даже обиды я не разглядел. Только легкую усталость и уважение. Неплохо.
— Я повел себя глупо, не разобравшись в ситуации и сходу вызвав тебя на бой. Это недостойно поведения бойца и наследника клана в частности. Мой брат понесет наказание и от меня тоже. Однако мне бы не хотелось, чтобы между нами осталась неприязнь, поэтому я от лица клана и своего брата приношу искренние извинения за наши недостойные поступки.
Ному-кун поклонился и, выпрямившись, замер, напряженно глядя на меня в ожидании ответа.
Что ж, такого я, признаться, не ожидал сам. Варианта, где Судзуки-кун лично придет извиняться за себя и за брата в моих планах не было. И я даже рад, потому что приятельские отношения с Ному лучше, чем холодная война. О, я, кажется, знаю, как можно их закрепить.
— Я принимаю твои извинения, и также приношу свои, ведь я тоже погорячился, покалечив Айки-куна, — я сделал легкий поклон. Ному, кажется, смутился. — Поэтому в знак примирения мне хотелось бы пригласить тебя в поход. Буквально через полчаса заедет мой хороший друг, так что, если пожелаешь, буду рад твоему обществу.
— Хорошо, благодарю за приглашение, — качнул головой Ному. Затем перевел взгляд на Хикари, словно только что ее увидел. — О, тебя же зовут Хикари-сан, верно?
— Вы…ты запомнил мое имя? — изумилась Хи. Ному улыбнулся.
— Мы виделись на одном из приемов клана Като, кажется, полгода назад. Конечно, я запомнил столь красивую девушку.
Моя подруга густо покраснела, а я с трудом сдержал смех. Ну и забавно же видеть, как смущается вечно язвительная Хикари!
— Ты едешь с нами, — уведомил я ее. Хи-тян неуверенно поправила волосы и взглянула на меня.
— Я там не помешаю?
— Нет, конечно. Кто-то же должен будет мыть посуду, — «обрадовал» я девчонку. В глазах Хи мне почудилась сама смерть, когда она бросилась на меня.
— Ах ты засранец! Значит, посуду мыть? Теперь наша дружба так мало для тебя стоит?
Ному-кун изумленно наблюдал за шутливой потасовкой, когда ему в лоб прилетела ловко пущенная мной подушка.
Зарычав, Судзуки ринулся в смертельную битву подушками. Остановил нас всех звонок Изуми, который сообщил, что подъехал и ждет внизу.
Я быстро переоделся в джинсы и майку, бросил в рюкзак пару бутылок лимонада, и мы отправились навстречу приключениям.
Изуми, кажется, серьезно удивился, увидев Ному-куна, но, переборов себя, сдержанно поздоровался. Рядом с ним сидела роковая красотка Мэй, при виде меня растерявшая всю уверенность и сильно смутившаяся, что не укрылось от Хикари, пихнувшей меня в бок.
— Ты чего? — зашипел я. Хи-тян демонстративно надулась и села у окна, не обращая на меня внимания. Вместо этого она завязала непринужденную беседу с Ному, а я обратился к Изуми:
— Куда поедем?
— Увидишь, — загадочно откликнулся тот. Мы выехали за пределы города, и, по широкому шоссе, направились прямо. Мелькали дорожные указатели, какие-то развилки, но Изуми и не думал сворачивать. Когда прошло часа три, я не выдержал:
— Долго еще?
— Почти приехали, — отозвался Изуми. В его голосе мне послышалась легкая насмешка.
И действительно, вскоре мы свернули на более узкую дорогу, вьющуюся вдоль опушки леса. Неподалеку была и небольшая стоянка для автомобилей, где и припарковался Косой.
— Выходим, — скомандовал он. Мы дружно высыпали наружу, глядя, как Изуми вытаскивает из багажника огромный туристический рюкзак.
— Ты будто на месяц собрался в поход, — фыркнул я. Косой загадочно хмыкнул, но промолчал. Я закинул на плечо свой рюкзак, мельком отметив, что Мэй тоже взяла небольшой.
Шагая по лесу, я невольно поймал себя на мысли, что мне нравится свежий воздух и некое ощущение свободы. Будучи городским жителем, редко, когда выбирался на природу за всю свою жизнь. И теперь, в окружении высоких деревьев, слушая лишь шепот ветра в кронах и хруст веток под ногами, я наслаждался отдыхом.
Мы шли довольно долго, прежде, чем выбрались на небольшой бережок, плавно спускающийся к реке. Она протекала мимо, довольно широкая, с такой прозрачной водой, что можно было разглядеть даже дно и камешки.
— Пришли, — сказал Изуми, и мы с облегчением упали на землю. Он удивленно покосился на нас и рассмеялся.
— Вы чего? Всего-то десяток километров прошли, а уже устали? Тоже мне, сверхлюди!
— Изыди, противный, — отмахнулся я. Косой покачал головой и, сбросив свой огромный баул, подошел к Мэй.
— Распаковывайтесь пока. А мы с Рюу-куном соберем дровишек для костра.
Женщина понятливо кивнула, беря в обиход моих товарищей, а я со стоном поплелся за Изуми.
Мы отошли достаточно далеко от лагеря, когда Косой заговорил.
— Слышал, вчера ты победил этого парня, — он кивнул в сторону берега. — А сегодня уже берешь его с собой. Не слишком рискованно?
— Ничуть. Он слишком прямолинеен, чтобы лгать, — заметил я, наклоняясь за очередной веткой. — Да и в нашей дружбе больше плюсов, чем вреда.
— Разумно, — согласился Изуми. Мы остановились. — Присядем?
Устроившись на поваленном дереве, я приготовился слушать своего союзника, попутно обдумывая свои варианты.
— Полагаю, после твоих выходок, Като и Судзуки оба решили сотрудничать? — почти утверждающе сказал Косой. Я кивнул. — Отлично! Тем проще нам будет подловить их и атаковать по-настоящему.
— Все еще надеешься сбросить титанов вроде Изаму и Кайто? — лениво полюбопытствовал я. Он пожал плечами.
— А разве есть другие варианты? Путь обратно в Кане но Секаи нам заказан, но отомстить — это мое единственное желание. Заставить их ощутить страх за свое будущее!
— Как банально, — протянул я, заставив Изуми заскрежетать зубами. — Месть — это вчерашний день, друг мой. Ею ты ничего не добьешься. Только настроишь против себя тех, кто встанет на место Като и Судзуки, если, повторяю, ЕСЛИ ты сможешь их свергнуть, что очень маловероятно. Их власть строилась не один день и даже не одно десятилетие. Кланы с многовековой историей просто так не убрать, к тому же, более мелкие семьи наверняка выжидают, пока не отыщется какой-нибудь глупец, осмелившийся бросить вызов титанам. И они будут уверять его в вечной дружбе, а потом с радостью ударят в спину, дабы угодить лидерам. Местью мы лишь загоним себя в угол и сами выроем себе могилу, Изуми.
— Тогда что ты предлагаешь? — он, кажется, остыл, обдумывая мои доводы и понимая, что я, как ни крути, прав. Кане но Секаи — монархическое общество по самой своей структуре, и там прочно установились некие взаимоотношения, когда слабые подчиняются сильным. В роли сильных — три ведущих клана, а остальные — слабые. Само собой, и лидеров наверняка время от времени покусывают, проверяя на прочность, но шакалам стоит лишь дать пинка, чтобы отбить всю охоту цепляться.
— В их мире нам нет места, ни один клан не примет нас под свое крыло, не желая портить свою репутацию. С этой стороны мы ничего не сможем сделать, чтобы свергнуть титанов. Не отрицай, — остановил я вскинувшегося было Изуми. — Все наши уловки для них не более чем игра в песочнице. Настоящие деньги и власть крутятся на Изнанке, и ты сам прекрасно это осознаешь. У них хватит средств и влияния, чтобы убрать даже Императора и захватить всю страну, но они этого не делают. Не хотят? Вряд ли, кто, будучи сильным, откажется от еще большей власти? Нет, они ждут. Чего именно, я пока не знаю, но уверен — однажды сверхи выйдут из тени и тогда на трон Империи сядет не обычный человек, а наследник великого клана. И знаешь что? Прежде, чем это случится, мы должны подмять их всех под себя. Это мы должны вывести Изнанку в реальный мир, слив воедино. Мы создадим свой собственный клан, который займет место среди лидеров Кане но Секаи.
Кажется, Косой, в буквальном смысле, окосел. Он сидел в ступоре минут десять, а затем, моргнув, обрушил на меня поток ругательств.
— Да ты совсем ***! — кричал Изуми. — Нам не дадут подняться с колен! Нас задавят еще в самом начале! Те же Като и Судзуки посмеются, да и прихлопнут ладонями, как надоедливых комаров. У нас нет ни сил, ни влияния на Изнанке, Рюу! Мы — никто, ничтожества, изгои!
Он выдохся, перевел дыхание, и продолжил, уже тихим хриплым голосом:
— Это безумие. Верная смерть. А я не хочу подвергать своих людей такой опасности. Их уничтожат. Сражаясь на этой стороне, мы по кусочку, но лишим их сил, а там…там действуют другие законы. Ты верно сказал, это многовековая история. Они — истинные аристократы, а не те напыщенные болванчики, крутящиеся вокруг Императора. Кланы веками творили историю, руководя за кулисами большой политики и помогая правителям удерживать власть. Этим они готовили себе почву для дальнейшего развития. Все верно, Рюу, однажды они выйдут на свет, скорее всего, уже совсем скоро. И именно поэтому сейчас вставать у них на пути — безумие. Кусать исподтишка, наносить удары в спину — это мое. Но вот так— лицом к лицу…к этому я не готов. Прости. Давай забудем о нашем сотрудничестве и об этом разговоре. Идем.
Изуми поднялся, но я схватил его за руку и резко усадил на место. Дерево треснуло, и, кажется, Косой застрял в нем, но мне было плевать. Я разозлился.
— Я полагал, ты взрослый адекватный мужик, а ты ведешь себя как ребенок, испугавшийся собственной тени. Кончай ныть и взгляни на ситуацию трезво! Я пока еще не сошел с ума и предлагаю тебе действительно возможный вариант, причем, самый правильный и доступный. Ты прав в том, что нас попытаются задавить в самом начале. Но это будут не Като и Судзуки, а кланы поменьше. И уж с ними-то, полагаю, мы справимся? Само собой, на подготовку уйдет немало времени, нам нужны сильные молодые сверхи помимо твоих людей. Те, кто готов идти до конца ради мифической вершины Изнанки, а в будущем, и всего мира. Кто сказал, что будет просто? Но я попытаюсь договориться с Изаму и Кайто, уверен, они не станут препятствовать. Эти двое и сами хотят вознестись еще выше, но беда в том, что выше над ними только небо. Или реальный мир, где о сверхах ничего не знают. Я предложу им сотрудничество, и, с их поддержкой, мы станем четвертым великим кланом. Это что касается моих обязательств. Ты же возьми на себя смелость и организуй вербовку сверхов помоложе, тех, кто полон амбиций и желания стать сильнейшими. Уверен, среди обычных людей полно таких как я — не изгоев и не привязанных к какому-либо клану. Придумай, как мы можем их найти и переманить на свою сторону.
Я замолчал, вымотавшись морально. Это был спонтанный и рискованный план, пришедший мне в голову буквально пару часов назад, пока мы ехали сюда. Но, чем дольше я его обдумывал, тем больше был уверен в успешной реализации.
— Что ж, на словах у тебя все звучит красиво. Но как насчет дела? Поговори с Като и Судзуки, удостоверься, что они не станут нас уничтожать, а потом уже начнем действовать, — отозвался Изуми, придя, наконец, в себя. Я кивнул.
— Заметано. А ты собери своих замов и обрисуй им вкратце ситуацию. Пусть поспрашивают, может есть среди молодежи известные им сверхи. Я также буду искать в школе, что-то у нас там больно дохрена людей с Изнанки учится.
— Так ведь твоя школа создана специально для детишек аристократов Кане но Секаи и обычных «золотых» отпрысков императорских домов. Ты не знал?
Я потрясенно покачал головой. Вот, значит, как. То-то я был удивлен, что все наши драки остались без внимания. Выходит, кроме меня вся школа была в курсе? Наверняка Хикари, стерва, тоже знает, но мне не сказала.
— Это все меняет, — пробормотал я. — Тогда есть шанс подружиться не только со сверхами, но и с детишками аристо, что даст нам неплохую базу для дальнейшего роста.
— Не нам. Скорее, тебе, — усмехнулся Изуми. — Учитывая твою силу, для тебя не составит труда завоевать их доверие. Кстати, ты так и не сказал мне, какая у тебя способность.
— Потом, — отмахнулся я. — Что-то жрать захотелось.
Подхватив собранные ветки, зашагал в сторону лагеря. За спиной со вздохом поднялся Изуми, пробормотав под нос ругательство. Оно и понятно, в который раз ухожу от ответа о моих силах. Долго так продолжаться не может, надо придумать убедительную версию. Ведь, узнав истину, все они по-настоящему возненавидят меня.
В лагере, между тем, уже поставили палатки и ждали нас, попивая чай из термоса и ведя задушевную беседу. Похоже, говорили на откровенные темы, судя по довольным лицам девчонок и покрасневшей морде Ному.
— Долго вы что-то, — прищурилась Хикари, глядя на меня.
— Заблудились, — отмахнулся я, выхватывая у нее печеньку. — Изуми-сан такой невнимательный.
Косой громко закашлялся позади меня. Увернувшись от его пинка, я приземлился на траву и с наслаждением потянулся.
— Ну что, может, искупнемся?
Хи-тян надулась, вспомнив, что купальник у нее дома, ведь я не предупредил о походе. Но Мэй с удовольствием отдала ей свой, и, о чудо, он подошел идеально. Хм, как это я не замечал, что буфера у моей подружки ого-го как подросли за последний год? Да и сама фигурка более чем аппетитная, что неудивительно, учитывая ее принадлежность к семье сверхов.
Мы втроем — я, Ному и Хикари, прыгнули в воду, дурачась и брызгаясь друг в друга. Течение было слабым, так что никто из нас не боялся утонуть. Изуми и Мэй развели костер на берегу и уже готовили мясо. Вскоре до нас донеслись ароматные запахи дыма и шашлыка, побудив выбраться из воды.
— Что это там такое? — уставился я вдаль.
— Где? — обернулась Мэй, оставив без присмотра свежие суши. Я быстро цапнул парочку, отправив их в рот и попутно вытираясь полотенцем.
— Ах ты поганец мелкий! — возмутилась красавица, разгадав мой маневр и попытавшись ткнуть кулаком в бок. Я легко увернулся и устроился на солнышке подальше от опасной женщины. Вскоре мы трое обсохли и даже немного загорели, так что пришлось снова одеться. Солнце между тем приблизилось к горизонту, окрасив окружающий мир в теплые тона.
Все мясо и все закуски были съедены, посуда вымыта, и мы сидели у костра, разговаривая о разных пустяках. Изуми много шутил, да и я старался не отставать. Пару раз даже Ному-кун вставлял ехидные комментарии, заставив нас улыбнуться.
Уже отправляясь в палатку на ночлег, я подумал, что день выдался весьма удачным. Мы не только обсудили дальнейший план с Изуми, но и хорошенько отдохнули, что уж точно не было лишним.
Я почти заснул, когда рядом кто-то лег, и через секунду ко мне прильнуло теплое женское тело. Ноздри уловили знакомый запах. Хикари. Но все это отметил сквозь надвигающийся сон, и не придал особого значения.
Проснулся я среди ночи и, освободившись от объятий подружки, выбрался наружу. Еще тлели угольки костра, было свежо, даже прохладно. Подбросив веток, я сел на землю, протягивая руки к вновь ожившему пламени.
— Чего не спишь? — присела рядом Хи-тян. Я вздохнул.
— Что происходит, Хикари?
Она удивленно взглянула на меня. В отблесках пламени глаза девушки сверкали теплотой, а лицо казалось немного размытым.
— В смысле?
— Ты переходишь границы нашей дружбы, — произнес я. — Тогда как мы всегда были чуть ли не братом и сестрой. Вот я и спрашиваю, что происходит?
Она молча коснулась моей ладони мягкими прохладными пальцами.
— Я всего лишь пытаюсь выразить то, что чувствую к тебе, Рюу, — тихо произнесла Хикари. — Если ты испытываешь ко мне другие чувства, то скажи, я пойму…и отстану.
Я ощутил, как запульсировала в висках кровь. Губы пересохли, и разум оказался в смятении. Проклятье, я ведь чувствовал, что она пытается сблизиться в этом плане, но не придавал особого значения, сочтя за очередную шутку. И как теперь быть? Хикари мне действительно нравится, и я не против с ней встречаться, но сейчас не тот момент, да и мысли заняты другим.
— Дело не в этом, просто сейчас…мы не можем.
Ее глаза яростно сверкнули.
— А может, ты просто испугался признаться самому себе, что любишь меня? — процедила девушка. — Ты дурак, Такаяма-кун!
Она вскочила и бросилась к воде. Остановилась на берегу, обхватив себя за плечи и глядя прямо перед собой.
Я тяжело вздохнул. Ну вот, Рюу, ты обидел самого близкого человека. Да-да, признайся уже сам себе. Ближе Хикари у тебя нет никого. Ни мать, ни даже тетушка Мики никогда не смогли бы заполнить пустоту в сердце, появившуюся, когда ты остался здесь, в Японии, один. Она — смогла. Соседская девчонка, прямая, язвительная и подвижная, заставила тебя смеяться, шутить и идти вперед, несмотря ни на что.
Выходит, обретя способности сверха, я начал меняться, нацелившись на мифический пока «трон», и совершенно забив на родного человека. Мне и самому теперь кажется, что некоторые эмоции мое сознание самостоятельно заблокировало. Что ж, время их вернуть.
Поднявшись, я подошел к Хикари и обнял, согревая ее озябшее тело.
— Ты поймешь, когда узнаешь, что ждет меня впереди, — прошептал я ей на ухо. — Дай мне время, чтобы во всем разобраться, а потом мы решим, как быть дальше, хорошо?
Некоторое время она молчала, унимая обиду и злость.
— Ладно, — нехотя буркнула, повернувшись ко мне. Наши глаза встретились, и я заметил мокрые дорожки у нее на щеках. — Но ты обязательно расскажешь все прямо сейчас, понял!
— Как скажешь, Чудо-женщина, — насмешливо сказал я, чмокнув ее в гордо вздернутый носик. Хи-тян громко фыркнула и, пихнув меня кулаком, вернулась к костру. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ней, настраиваясь на долгий разговор. Похоже, спать мы сегодня больше не будем.
Разговаривали мы очень долго, до тех пор, пока горизонт из почти черного не превратился в мрачно-серый. Хикари уснула, устроившись на расстеленном пледе и примостив голову у меня на ногах. Я же сидел, ворошил еще тлеющие угли и пытался придумать, как поступить с этой неугомонной девчонкой. Учитывая, как опасна Изнанка и сколько там мелких кланов, которые, стоит нам появиться на политической арене, набросятся, будто стая шакалов, Хи-тян окажется в большой опасности. И я не всегда буду рядом, чтобы защитить ее. Да и, чего уж там, нет у меня к ней чувств, кроме крепкой братской любви. Но как все это объяснить, не испортив наши отношения окончательно — тот еще вопрос. Правда, есть одна мысль, но там еще проверить надо так ли все гладко, как мне думается.
Еще я размышлял о нашем разговоре с Изуми, и теперь, красивый в теории план, казался мне слишком наивным и глупым. Действительно, с чего такая уверенность, что Като и Судзуки примут нас? Саке мы с ними не распивали, дружбу особую не водили, так чего ради этим древним кланам помогать ноунеймам вроде нас с Изуми? Так и получается, что причин вроде как нет, но Косой отлично повелся на мою идею, и отступить теперь — значит выставить себя хвастуном и балаболом. Мда, ну и задачка!
Зашуршал полог палатки, и наружу вылез Ному-кун, широко зевая и протирая глаза. Его обычно ровно уложенные волосы были растрепаны, а внешний вид ничем не напоминал того холодного Судзуки-куна, которого я привык лицезреть. Увидев нас с Хикари, он на секунду замер, а на лице застыло странное выражение, суть которого я разгадал лишь когда Ному подошел и присел рядом.
— И давно вы…не спите? — негромко спросил он, чтобы не разбудить остальных. Я улыбнулся.
— Полагаю, мы и не ложились толком. А ты как, выспался?
Он махнул рукой и направился к воде. Пару минут плескался, умывая лицо и приводя себя в порядок. Затем, вернувшись, спросил:
— Мне хотелось бы знать, какие отношения вас связывают?
Слишком прямой вопрос. Впрочем, это вполне в духе Ному-куна. Я уже давно понял, что за его маской холодности и надменности скрывается очень прямолинейный и правильный человек, который никогда не станет бить исподтишка или молчать. Хотя, под влиянием своего отца, думаю, и он научится лгать. Все же это необходимо лидеру клана.
— Не те, о которых ты подумал, — бросил я, подкидывая пару веток в костер. — Идем, наберем еще.
Осторожно, стараясь не разбудить Хикари, я стянул кофту и подложил девушке под голову. Затем, поманив Судзуки-куна, зашагал в чащу.
— Мы выросли вместе. В шесть лет я переехал в Японию, и с тех самых пор Хикари всегда была рядом. Наверное, только из-за нее я начал заниматься единоборствами, чтобы защитить девчонку, которая стала моей семьей. Но я не люблю ее как женщину, хотя она, несомненно, этого заслуживает. Чтобы ее любили.
Я неторопливо шагал, то и дело наклоняясь и подбирая ветки — большие и маленькие. Ному внимательно слушал, подбирая то, что я оставлял.
— Она очень чувствительная девушка, — вздохнул я. — Если услышит мой прямой отказ, то из чистого упрямства навсегда разорвет любые отношения между нами, хоть и будет от этого страдать.
— А ты? — спросил Судзуки.
— Я могу прожить без семьи, — улыбнулся я через силу. — Но она — нет. Поэтому я не стал сразу обрубать все нити между нами.
— Ты лжешь, — тихо произнес Ному, останавливаясь и глядя мне прямо в глаза. — Ты тоже будешь страдать. Потому что семья для тебя — не пустой звук.
Я хмыкнул, крепче запирая в сердце чувства и зашагал дальше.
— Может, ты и прав. Но я быстро смогу с этим справиться. Однако мне не хочется делать ей больно. Поэтому…
Я остановился возле дерева. Уже светало, небо потихоньку начинало обретать краски.
— Поэтому я хочу, чтобы о ней позаботился ты, — сказал я, повернувшись к Ному. На его лице расцвело недоумение, хотя до этого парень был более чем равнодушен. — Я вижу, что она тебе небезразлична. Там, куда я собираюсь совсем скоро, ей нет места. Но рядом с тобой безопасно, и ты сможешь защитить ее лучше меня. Так что, не тормози, Ному-кун.
Я переложил ношу в одну руку и дружески похлопал Судузки другой по плечу. Он как-то рассеянно заморгал, а затем неуверенно кивнул. Было забавно видеть Ному таким ошарашенным, так что я не выдержал и фыркнул.
— Идем, мы собрали достаточно.
Мы молча шли в сторону лагеря. У меня больше нечего было сказать ему, а Судзуки-кун, похоже, пытался переварить услышанное. Еще бы, он, наверное, полагал, что Хикари моя девушка, и очень удивился, поняв, что это не так. А тут еще сверху мое «благословение». Но я не жалел о своем выборе. Несмотря на наши разногласия в прошлом, я чувствовал, что Ному можно доверять.
— Постой, куда это ты собрался, что не можешь взять ее с собой? — задал вдруг он вопрос. Я взглянул на небо, потихоньку затягивавшееся тучами. Похоже, снова близится гроза.
— Скоро ты узнаешь. Если хочешь, спросишь у своего отца.
Больше он не досаждал мне вопросами. Едва мы раздули пламя в костре, как на свет божий выползли Изуми с Мэй. Вскоре проснулась и Хикари.
Девушки наскоро приготовили завтрак, во время которого Хи-тян часто косилась на меня. Благо, Ному-кун устроился рядом с ней и оказывал всяческие знаки внимания, что, похоже, очень льстило моей подруге, но она не знала, как реагировать.
На обратном пути в город зарядил ливень. Мир за окнами автомобиля приобрел серые краски, а мое настроение упало ниже плинтуса. Вот вроде бы и не на что злиться, сам все решил для себя еще до разговора с Ному, но как-то паршивенько на душе.
Изуми высадил нас возле дома, пообещав позвонить на днях, и укатил в сторону центра — доставлять Судзуки-куна.
Хикари попыталась было завязать очередной разговор на тему отношений, но я состроил такую кислую рожу, что она оставила меня в покое, лишь бросила обиженный взгляд, скрываясь за дверью своей квартиры.
Бросив на пол рюкзак, я скинул с себя кофту и футболку и завалился на диван. Глядя в потолок, пытался привести в порядок мысли и чувства. Так, в ближайшее время с моей стороны лишь разговор с Судзуки и Като, но перед этим нужно завербовать хотя бы парочку школосверхов, дабы показать, что вот, мы идем к намеченной цели, а не просто пустозвоним. Но это все завтра, сегодня в школу идти лень, да и погода не располагает к учебе.
С трудом поднявшись и, громко вздыхая, поплелся на кухню. В холодильнике было шаром покати, лишь одинокий банан и распечатанный пакет молока сиротливо маячили в дверце.
Сев за стол, я принялся перекусывать, поглядывая в окно и пытаясь решить, чем себя занять. И тут очень кстати вспомнилось недавнее обещание тетушке Мики заглянуть к бабуле. Давненько я у них не бывал, старушка наверняка вся извелась.
Допив молоко, я переоделся и побежал к родственникам. Тут надо сделать отступление и пояснить кое-что.
Моей бабуле недавно перевалило за восьмой десяток, но при этом выглядела старушка максимум на сорок пять, а энергичностью и жизнерадостностью могла дать фору молодым. Однако стоило на горизонте появиться вашему покорному слуге, как бабушка мигом вспоминала о возрасте, и вся тяжесть прожитых лет начинала давить на нее сверху вниз, побуждая начинать жаловаться на мыслимые и немыслимые болячки. Я считал, что это все из-за дефицита внимания, не иначе, потому как жить с тетушкой Мики под одной крышей это тот еще ужас. Она настолько же безалаберная, насколько и красивая, но при этом считает ниже своего достоинства убираться и готовить на кухне. Впрочем, это не мешало ей быть покорной дочерью, когда бабуля злилась. Однако делала она это настолько редко, что, в конце концов, Мики вообще распоясалась. Был бы жив дед, он бы мигом ей нрав укоротил, но старик покинул этот мир задолго до моего рождения.
Я остановился перед крепким деревянным забором с два человеческих роста высотой. За ним был сад, над которым возвышался двухэтажный особняк в классическом стиле. Я вежливо постучал и замер, дожидаясь, пока откроют. Дождик слегка стих, поэтому сильно промокнуть я не боялся.
Открыла мне тетушка. Едва взглянув на ее потемневшее заплаканное лицо, я ощутил, как кольнуло сердце и бросился в дом. Промчавшись через прихожую, коридор и гостиную, я дернул дверь бабулиной спальни.
Она лежала на футоне, безупречная, как и всегда, с мягкой улыбкой на губах. Темные волосы, слегка посеребренные на висках, красиво уложены в прическу, сама старушка одета в темно-синее платье, не слишком широкое, но и не узкое.
Я шагнул вперед, замер у постели. Все мои чувства кричали о том, что бабушка мертва. Но этого не может быть! Еще на прошлой неделе она улыбалась, бегала, занималась чем-то по дому, а теперь…
Я упал перед ней на колени.
— Прости меня…я должен был прийти раньше.
Слезы не могли покинуть моих глаз, но жуткая боль возникла в груди, перехватывая дыхание и заставляя стискивать зубы. Внутри меня медленно разливалась пустота, от которой несло могильным холодом.
Трудно передать, как много значила для меня бабуля. Да, ранее я говорил, что семьей для меня стала Хикари, но бабушка также много сделала для мальчика, прилетевшего в Японию в шестилетнем возрасте. Пусть явно я не ощущал ее любви и поддержки, никогда не слышал слов одобрения или ласки, но чувствовал, что меня ценят и уважают. И этого было достаточно, даже несмотря на то, что я не мог и не хотел считать ее и всю родню со стороны матери семьей.
Просидев так, наверное, с полчаса, я поднялся и тихонько вышел, прикрыв за собой дверь. Мики стояла снаружи, опустив глаза в пол. Я шагнул к ней, схватил пальцами за подбородок и заставил посмотреть себе в лицо.
— Когда это случилось?
— Ночью, — ее голос был непривычно тихим и хриплым. Похоже, она всю ночь плакала и кричала так, что сорвала голос.
— Кто? — спросил я, зная, что она поймет. Бабуля не могла умереть от старости, только не она. Значит, ее убили. А, вспоминая мою мать, можно сделать предположение, что она связана с Изнанкой, прямо или косвенно. Выходит, кто-то решил отомстить матери? Или же я где-то просчитался и это действия Като? Или Судзуки? А может, Изаму? А что, вполне хорошее алиби — поехал со мной на природу, втерся в доверие, а в это время его подручные пришли и прикончили бабулю.
— Это долгая история, — вздохнула вдруг Мики. Не понял. Неужели я ошибся?
— Так мы никуда не торопимся.
Она бросила на меня быстрый взгляд, а затем направилась в гостиную. Усадила меня в кресло, а сама скрылась на кухне, откуда вернулась через несколько минут с подносом, на котором исходили ароматом две чашки кофе.
Я ждал, пока она сядет в соседнее кресло, глядя в пол и пытаясь сообразить, какова может быть причина убийства бабули.
— Это сделали наши враги, — прервала, наконец, молчание, Мики. Я отхлебнул кофе и уставился на нее.
— Твоя бабушка была дочерью главы китайского клана Сяо-Ли. Она с детства отличалась особой красотой и силой духа, чем вызывала восхищение со стороны мужчин и недовольство со стороны женщин. Со временем она стала прекрасной девушкой, и настало время выдать принцессу замуж. Ее отец, глава Сяо, хотел породниться с кланом Юань, главой которого был его лучший друг детства. Но твоя бабуля не была бы собой, если бы так просто согласилась на этот брак. О, ее сердце уже принадлежало молодому главе клана Такаяма — Такаяма Тэтсуо.
Я вздрогнул. Тэтсуо? Где-то я уже слышал это имя, вот только где…
— И, о чудо, Тэтсуо-сан тоже полюбил ее, и вскоре молодая пара предстала перед главой Сяо, дабы получить его благословение. Вначале он был жутко зол, но после смягчился и признал, что его дочь вольна сама выбирать свое счастье, и благословил их свадьбу. Такаяма увез невесту на родину, в Японию, где его клан был одним из сильнейших на политической арене. Но, ослепленные любовью, молодожены не учли один важный момент — обещание, что глава Сяо дал своему другу Юань. Само собой, клан Юань был в ярости, и обрушил весь гнев на бывшего товарища. Сяо проиграли бы войну, если бы не поддержка вовремя прибывшего Тэтсуо, который одним ударом заставил Юань отступить и признать поражение, а также смириться с тем, что жемчужина Сяо никогда не будет принадлежать им.
Ну а через год родилась твоя мать, Рюу-кун. Затем, когда ей было двадцать лет, она отправилась посмотреть мир, и вскоре дедушка Тэтсуо скончался от болезни. Твоя мать вернулась через семь лет, привезя тебя, и спихнув заботу о тебе на наши с бабулей плечи. Вот и вся история.
Мики замолчала. Я задумался, осмысливая услышанное. Она не упоминала Изнанку, поэтому, возможно ли, что речь шла о кланах реального мира? Тех самых семьях аристо, что находятся подле Императоров и вершат судьбу государства? Нет, это было бы слишком радужно. Да и неясно, почему тогда я не жил в богатом особняке, а ютился в небольшой квартирке с того самого дня, как прибыл в Японию. И был еще один момент в рассказе тетушки.
— Ты не упомянула о своем рождении, — напомнил я. Она вздохнула.
— Тэтсуо и Кианг взяли меня в приюте, когда мне было три года. Я не родная сестра твоей матери, но эта семья вырастила меня и мне никогда не расплатиться за эту заботу.
Вот как. Тогда мне понятны многие моменты из прошлого, а также поведение тетушки. Несмотря на внешнюю язвительность и маску уверенной стервы, она всегда боялась остаться одной, снова оказаться никому не нужной. Теперь, когда бабули не стало, это было ясно видно по глазам Мики.
Я поднялся и, сделав шаг, крепко ее обнял. Тетушка вздрогнула, а затем сильно прижалась ко мне, будто боясь, что я исчезну.
— Я никогда тебя не брошу, ведь мы одна семья, — негромко пообещал я. Отстранившись, вернулся в кресло. — А теперь расскажи мне о клане Такаяма. Связан ли он с Изнанкой?
Мики вздрогнула, а глаза ее удивленно расширились. С минуту она изучала меня, внимательно оглядев с ног до головы, а потом кивнула.
— Понятно. Ты все-таки стал сверхом. Печать оказалась не такой надежной, как полагала Кианг.
Я встрепенулся.
— О чем ты? Разве я не был раньше обычным человеком?
Мики рассмеялась.
— Нет, конечно! Сверхами не становятся, ими рождаются. Причем только в тех семьях, где оба родителя сверхлюди.
— Значит, я был рожден сверхом, — пробормотал я. — Тогда, выходит, мой отец…тоже?
Она пожала плечами.
— Этого я не знаю. Твоя мать никогда о нем не рассказывала. Но бабуля, видя, насколько опасна жизнь на Изнанке, решила запечатать твою родословную и сделать тебя обычным человеком. Похоже, ей это удалось лишь наполовину.
В голосе Мики послышалась печаль.
— Выходит, бабулю все же убили выходцы из клана Юань?
Тетушка сцепила пальцы в замок, глядя перед собой.
— Возможно. Или же кто-то очень хотел, чтобы это выглядело именно так. Видишь ли, вчера вечером у бабули был гость. Некто достаточно влиятельный, чтобы попасть к нам в дом, но я даже не успела его разглядеть, Кианг потребовала, чтобы я ушла. Понимаешь?
Я кивнул. Да, бабуля никогда не позволяла Мики уходить надолго, требовала, чтобы та всегда находилась рядом. Выходит, это был кто-то, чью личность старушка хотела скрыть даже от своей семьи.
— Ее убили оружием, или…?
— Или, — скривилась тетя. — Отравили. Они распивали коллекционное вино, которое гость принес с собой.
— Больше никаких следов? Слишком явно, убийца не стал бы так подставляться, даже учитывая тот факт, что ты не видела его лица.
— Увы, нет, — устало произнесла Мики. — Если хочешь, можешь позже осмотреть ее комнату, но я ничего такого не нашла, да и эксперты клана тоже.
Клан. Выходит, я уже состою в клане Такаяма, и нет смысла организовывать свой?
Этот вопрос я задал Мики, чем заставил ее рассмеяться.
— Нет, глупый! Официально ты состоишь в клане твоего отца, если таковой имеется, но, так как о нем ничего не известно, то ты считаешься свободным сверхом. Твоя мать находится под покровительством клана Сяо, ну а мы с бабулей, как могли, руководили кланом Такаяма. А теперь…
— Теперь ты стала главой, — закончил я. Она поморщилась.
— Это слишком сложно для меня. Быть главой — значит быть не только умным, хитрым и дальновидным человеком, но и достаточно сильным сверхом, дабы заставить себя уважать. С моим четвертым рангом это выглядит как издевка.
— Неужели нет никого мужского пола, чтобы встать во главе? — удивился я. — Разве у Тэтсуо не было братьев?
— Нет, он был единственным ребенком в семье. А насчет мужчин…есть только один реальный наследник.
Она уставилась на меня, на губах заплясала ехидная ухмылка, а я ощутил тошноту и желание оказаться как можно дальше отсюда. Проклятье! Весь наш с Изуми план летит псу под хвост!
— Нет. Этого не будет.
— А, собственно, почему, позволь спросить? — состроила невинное личико Мики. — Я слышала, ты на днях победил сыновей Судзуки, один из которых считается сильнейшим юным мастером на Изнанке. Считался.
— Я не подхожу на роль главы клана, — мрачно отозвался я. Тетушка фыркнула.
— Ну, если уж ты не подходишь, то кто тогда?
Я выругался сквозь зубы, и рассказал тете о нашем плане по захвату Кане но Секаи, а после и реального мира. На удивление, Мики спокойно выслушала меня, а затем задумчиво пробормотала:
— И когда ты успел стать таким взрослым?
Поднявшись, она подошла к окну и коснулась пальцами стекла.
— Твой план вполне годится для реализации, если только учитывать множество пунктов, зависящих от «если». Если лидеры согласятся, если тебе удастся завербовать амбициозных юных сверхов, если вы сможете подавить стаю мелких кланов, что мигом против вас ополчатся, и еще много-много всяких «если». Но я вращаюсь в высших кругах Изнанки, Рюу. Клан Такаяма когда-то был четвертым великим кланом Кане но Секаи, поэтому, пользуясь остатками былой славы, я могу контактировать с сильными мира сего. И, знаешь, что? Тебе никто не позволит забраться наверх, если только ты не выходец древнего клана. Даже учитывая их интерес к тебе, и Като, и Судзуки не станут портить репутацию, вытягивая тебя наверх. Придется карабкаться с самого дна, в надежде, что когда-нибудь ты достигнешь небес. Но это один шанс на миллиард, неслыханная лотерея. И даже поддержка Изуми тебе не поможет, ведь его также задавят. За тобой никого нет, Рюу. Никого и ничего. Ты — пустое место.
Она развернулась ко мне и ехидно улыбнулась.
— Или ты — глава клана Такаяма, что находится сразу в обоих мирах и обладает кое-каким весом в обществе. Главе Такаяма простительно желание подняться выше, а борьбу с ним многие кланы Изнанки сочтут честью и интересным развлечением. В пределах разумного, конечно. И, если ты покажешь им реальную силу и ум, то тебя признают, и тогда даже Тиба согласятся с тем, что ТВОЙ клан достоин находиться рядом с ними. Решать тебе.
Я долго молчал, обдумывая и взвешивая все за и против. А потом задал один-единственный вопрос:
— Кто такие Тиба?
Мики широко улыбнулась.
— Третий великий клан. И на твоем месте к ним я бы относилась с максимальной осторожностью. Их глава очень жестокий и крайне мудрый сукин сын.
— Хорошо, допустим, я стану главой Такаяма. Как это поможет нам найти и наказать убийцу бабули? — спросил я, сжимая подлокотники кресла. Бабуля…выходит, все эти деньги, которыми я пользовался, были от тебя, а не от матери. Проклятье, если бы я знал раньше, то хоть раз, но дал бы понять, что любил тебя.
— С этим сложнее, — нахмурилась Мики. — Но ты можешь попросить своих «приятелей» Като или Судзуки. Правда, тогда их помощь будет стоить тебе очень дорого, потому что просить будет не Такаяма Рюу, а глава клана Такаяма.
— Ради того, чтобы достать эту тварь, я готов заплатить любую цену, — прошептал я. Поймал ее взгляд и почувствовал, как буря внутри затихает, а взамен приходит ледяное спокойствие. — Это вопрос чести для семьи Такаяма.
Тетушка лишь молча кивнула и поклонилась мне, слегка удивив.
— Добро пожаловать домой, глава.
— Не надо. Я пока еще не глава. Для этого ведь наверняка нужны какие-то процедуры?
— Верно. Нужно, чтобы старейшины клана зачитали завещание предыдущего главы, или же текущий глава добровольно передал власть в присутствии старейшин.
Я поднялся и вдруг понял, что в гостиной уже темно, как и за окном.
— Сначала мы проведем погребальную церемонию, — сказал, чувствуя, что так будет правильно. — А уже потом я стану главой Такаяма. Но прежде…
— Что такое? — внимательно глядя на меня, спросила Мики.
— Могу я взять тебя в жены?
Она застыла с отвисшей челюстью, и я по-быстрому слинял из комнаты. Только когда вышел в сад, из дома раздалась громкая ругань. Хихикнув, я выбрался на улицу и отправился домой. Этот день оказался наполнен слишком многим, в том числе и неприятным.
Получается, я всю свою жизнь считал бабулю и тетушку бесполезными и надоедливыми, а на самом деле существовал, лишь благодаря им. При этом, вы скажете, что бабуля поступила неправильно, запечатав мои сверхсилы, но не спешите осуждать — я поступил бы также, будь такая возможность. Мир Изнанки действительно опасен, в чем я уже успел убедиться. И если ты недостаточно силен, то будешь раздавлен более могучими, ловкими и быстрыми противниками.
Что ж, у меня не было иного выбора, кроме как согласиться стать главой клана. Это единственный путь наверх, и отказываться от него просто глупо. Завтра нужно встретиться с Изуми и обсудить изменившуюся ситуацию. Но теперь для него и других изгоев все гораздо проще — я смогу принять их в клан на выгодных для меня условиях, а затем использую в грядущей войне. В том, что она будет, нет никаких сомнений — услышав о новом главе клана Такаяма, другие кланы Изнанки начнут кусаться, и мне придется ответить, выбив им зубки. А каким будет ответ — зависит от мощи некогда влиятельного клана, которым правил мой дед, и предки до него. Но, судя по всему, теперь это лишь тень былого влияния. Очередные руины на мою голову. Сначала недосоюзники вроде Изуми с его слабенькими изгоями, а теперь вот Такаяма. Впрочем, есть такая пословица: «Как корабль заведешь, так он и полетит». Все зависит от меня. Будущее клана, будущее тетушки Мики и даже изгоев Косого — этот груз теперь на моих плечах.
Веселье, игравшее в крови только что, испарилось. Теперь я ощущал гнетущую усталость. Даже просто принятие главенства над чем-то сильно давило, вызывая дрожь в руках и коленях. Теперь я уже с некоторой тоской вспоминал недавнее прошлое, когда не было никаких сверхсил, необходимости создавать союзы и показывать окружающим различные маски.
Впрочем, я сам выбрал этот путь, громко заявив о себе дракой с Ному. Уверен, стоит мне вернуться в школу, и я стану объектом любопытства, насмешек, уважения и ненависти. К этому тоже стоит подготовиться.
Добравшись до дома, я замер у двери, порываясь зайти к Хикари, чтобы все рассказать и услышать ее мнение. И лишь спустя пару минут понял, что теперь и этот путь для меня отрезан. Не стоит впутывать сюда Хи-тян. У нее своя судьба, у меня своя.
Приняв, наконец, самого себя, я открыл дверь и шагнул за порог. Время строить планы и готовиться…готовиться к покорению Изнанки!
На следующее утро, вопреки всему, я отправился в школу. После вчерашних событий встречаться с кем-либо с той стороны совершенно не хотелось, как и думать о будущем. Кажется, даже мой организм не настолько вынослив, как казалось, и теперь мне необходимо несколько дней на то, чтобы все обдумать и немного расслабиться.
В школе, как это ни странно, все оставалось по-прежнему. Только я по-другому осматривал окружающих, замечая теперь дорогие вещички у девчонок и модные гаджеты у парней. Надо же, любой дурак, попав сюда, понял бы, что это элитная школа, а я прохлопал ушами. Ну ничего, теперь придется быть еще осторожнее, дабы не испортить отношения с кем не надо. Как-никак, я будущий глава клана Такаяма, и пора учиться должному поведению.
Усмехнувшись себе под нос, я отправился на занятия. Сегодня было две пары по математике и одна литература. Учителя все также вяло бубнили прекрасно им известный и осточертевший материал, а школьники изнывали от скуки. Ну еще бы, за окном плюс двадцать пять, хочется гулять, веселиться, а мы тут сидим и слушаем про какие-то бесполезные логарифмы.
Отсидев положенные часы, я решил зарулить в библиотеку и прихватить пару справочников. Изнанка Изнанкой, а экзамены за меня никто сдавать не будет. Надо бы подтянуться по биологии и физике, самым ненавистным предметам. Хотя теперь сделать это будет намного проще.
Заворачивая за угол, я чуть было не врезался в худощавого очкарика моего примерно роста, несшего в руках стопку книг. Очкарик отскочил в одну сторону, а книги полетели на пол. Они бы упали, если б я, ускорившись до предела, не подхватил одну за другой. Затем протянул ботану. Тот, улыбаясь во весь рот, взял литературу.
— Простите, я совсем не смотрел куда иду, — извинился он. Я пожал плечами.
— Да бывает, я тоже не особо глядел перед собой. Так что тут мы оба хороши.
Он рассмеялся. Повторный взгляд дал понять, что, несмотря на худобу, парень довольно крепок, и прям-таки излучал внутреннюю силу, о чем я раньше ни за что бы не догадался. Стильные большеватые очки, растрепанные каштановые волосы, плавные черты лица, чуть пухловатые губы, небольшой нос и серо-зеленые глаза. Теперь я видел, что он не простой смертный, а явно сверх.
— Меня зовут Ивамото Таро, — представился парень, слегка кивнув. Я качнул головой в ответ.
— Такаяма Рюу.
— О, так вы из клана Такаяма? Приятно познакомиться, много слышал о вас. В последнее время, — улыбнулся он. Я фыркнул.
— Наверняка всякие гадости болтают.
— Ну мне рассказывали, что вы победили самого Судзуки Ному, а это грандиозное достижение, учитывая, что он признанный гений.
— Схватка с Ному-куном выдалась тяжелой, — не стал отрицать я.
— Может, расскажете подробнее за чашечкой кофе?
Я бросил взгляд на часы.
— Почему бы и нет? Только заскочу в библиотеку, нужно взять пару книг.
Мне потребовалось всего пять минут, а затем мы с Ивамото-куном отправились в столовую. Взяв по чашке кофе и усевшись за столик у окна, мы завели неспешную беседу.
— Позволь тебя спросить, Рюу-сан, как давно ты тренируешься? — полюбопытствовал Таро, сделав глоток.
— Несколько лет, а что?
— Вот как…многие из сверхов нашего возраста тренируются чуть ли не с рождения, но все рав�
Арка первая: Человек, которого возненавидел мир
Смерть…или начало?
Я никогда этого не просил. Вроде бы. Ну, хорошо, думал об этом, возможно, желал, но просить – нет. Да и способ, которым я этого достиг…не самый эпичный. Даже более того, он донельзя прозаичный и тупой. Тем не менее, свою долю силы я получил. Причем, не самую слабую. Но, поверьте: я действительно никогда этого не просил. И когда вы услышите мою историю и осознаете всю степень той бездонной ж…ямы, в которую я угодил, то не станете даже мыслить о зависти. Вы возненавидите меня, как и все остальные.
Но, знаете…я этому даже рад. Учитывая, сколько у меня врагов накопилось за последние три месяца, вы не станете большой проблемой. Капля в море, не более. В море из жаждущих моей крови. Хах. Что ж, попытайтесь! А пока что, раскройте глаза и уши, я начинаю свой рассказ…
***
Все началось теплым весенним утром. На дворе стоял конец апреля, близился май, в Японии было тепло, и погода за окном царила почти летняя. Я едва разлепил глаза, и, уставившись на часы, сдавленно застонал: было почти одиннадцать! Вашу ж мать, не надо было сидеть за анимешками до трех ночи! Теперь можно смело сказать, что школу я проспал, и топать туда смысла нет никакого. Ладно хоть Хикари не стала меня тормошить спозаранку, а то получила бы поток ругательств, а то и подушкой по лбу. Знает, чертовка, когда можно меня трогать, а когда стоит отступить.
Хикари – моя соседка, из квартиры напротив. Мы уже давненько дружим, считай, с тех самых пор, как я переехал в Японию. Сколько ж это уже прошло времени…лет десять, не меньше. Тогда мне было только шесть, я мало что понимал, но совсем недавно потерял отца, и на душе царила печаль. Моя мать родом из Японии, поэтому, распродав имущество в России, решила переехать на родину, где у нее остались бабушка и сестра.
С тех пор многое изменилось. Я в совершенстве овладел японским, пошел в местную младшую школу, затем в среднюю, и вот уже год как учусь в старшей. По сути, у меня было много знакомых одного со мной возраста, но действительно хорошим другом я мог назвать лишь Хикари. Она единственная всегда обо мне беспокоилась и проявляла заботу, порой даже чрезмерную.
Все потому, что моя мать, как только мне исполнилось двенадцать, укатила за границу, якобы по работе, и с тех пор мы виделись хорошо если раз в год. Но она каждый месяц присылала мне деньги, так что я был в какой-то мере благодарен. Ну и предоставлен сам себе, а это тоже дорогого стоит.
Правда ко мне чуть ли не каждый день заглядывала тетя Мики, дабы проверить, жив ли еще любимый племянник или помер от передозировки, задохнувшись сигаретным дымом или подвесившись на люстре. Почему-то тетя считала меня непутевым пацаном, хулиганом и вообще пропащим человеком, потерянным для социума. Сколько бы ни пытался переубедить эту старую каргу, все без толку.
Потянувшись, я нехотя вскочил на ноги и принялся собирать футон. Сложив постель в сундук у окна, я еще раз потянулся, широко зевнул, а затем поплелся в ванную. Чистя зубы и глядя на свою кислую рожу в зеркало, я был полон пессимизма и совершенно не желал помышлять о планах на этот день. В школу уже поздно, чем же тогда заняться? Сходить на тренировку? Тоже лень…
Вздохнув, я закончил умываться и потащил свою задницу на кухню. Пока грелся чайник, я сделал пару сэндвичей и устроился за столом, включив небольшой телевизор в углу. Симпатичная молодая ведущая что-то тараторила со скоростью пулемета марки Maximus VIIS, поэтому я даже не стал заострять на этом особое внимание. Наконец, закипела вода в чайнике. Сделав себе растворимый кофе, я откусил от первого сэндвича и вновь бросил взгляд на экран телевизора.
А там было, на что посмотреть. Показывали покореженный автомобиль, стоявший на обочине. Кажется, это на главной улице? Точно, вон тот магазин мне знаком. Очередная авария?
Как оказалось, нет. Некий офисный служащий Нанасэ Хибики ехал по рабочим делам, когда откуда ни возьмись в его автомобиль врезался юноша лет семнадцати. Причем от этого удара машину смяло как картонную фигурку, и снесло на обочину. Звучит бредово, понимаю, но Нанасэ-сан говорил убедительно, к тому же, после махнул рукой в сторону машины. Там рядом крутились санитары «скорой», видимо, оказывая кому-то помощь. Камера переместилась туда, крупным планом показывая лицо того самого парня. Я в первый момент не поверил своим глазам, а потом глубоко вдохнул…подавившись сэндвичем: это был мой приятель Куро!
Но в тот момент мой мозг не особо развивал эту мысль, потому что кусочек бутерброда попал совсем не туда, куда следовало, и я начал задыхаться. Спазмы сжали горло, я тщетно хватал ртом воздух, но треклятый сэндвич не давал вдохнуть! Мое тело онемело, рухнув на пол, я скреб ногтями дерево, пытаясь сделать хоть что-то.
Я не могу так просто сдохнуть! Только не такой тупой смертью! Это ведь просто смешно: умереть от сэндвича!
Но, похоже, боги распорядились иначе, и спустя какое-то время я устал сопротивляться, ощутив, как мое сознание покидает тело…
…чтобы пробудиться в огромном светлом зале, пол, стены и потолок которого, казалось, были сделаны из белого мрамора. И на ощупь такие же холодные. Пришлось поспешно вскочить на ноги, дабы не отморозить задницу. Хотя, если я умер, то какая теперь разница?
Зал был поистине огромным: размером с токийский стадион, и совершенно пустой. Только в дальнем конце виднелся какой-то алтарь с маленькой чашей посередине. Как я сумел это разглядеть? Сам не пойму. Просто в этом месте мое слегка подсевшее от постоянного смотрения в монитор зрение было стопроцентным. Даже больше.
Что же это за место такое? Чистилище? Или уже Рай? Хотя, учитывая мой скверный характер, мне бы уготовили место в Аду.
– Рюу, – раздался позади мягкий голос. Я обернулся и чуть было не заорал от неожиданности: ангел! Самый настоящий ангел. Парень лет шестнадцати, стройный, но крепкий, с приятными чертами лица и мягкой улыбкой на губах. Чем-то он был похож на меня.
– Так это все-таки Рай? – пробормотал я. Ангел звонко рассмеялся.
– Можешь считать, как тебе угодно. Но я бы назвал это межпространственным измерением, созданным твоим собственным разумом.
– Че? – не понял я. – Как мой разум оказался способен создать такую громадину?
– Сам удивляюсь, – пожал плечами ангел. – Ты вроде не особо умный, не выдающийся спортсмен, поэт или музыкант. Да, Боже, ты даже сочинение уровня пятого класса пишешь с ошибками. Но все же…суметь в столь раннем возрасте создать межпространственное измерение – это крупное достижение. Прими мои искренние поздравления.
– Для начала скажи мне, кто ты такой и что здесь делаешь? – с подозрением спросил я. Этот парень выглядит как ангелок, но что-то в глубине его глаз не дает мне расслабиться. Да и ощущение угрозы давит со всех сторон, хотя, казалось бы, чего мне бояться?
– Я твой ангел-хранитель, – улыбнулся он. – Моя задача – оберегать тебя и указывать правильный путь.
– Откуда тебе знать какой путь правильный?
– Хм. Это интересный вопрос, – рассмеялся он. – Теперь ты не кажешься таким уж тупым. Неужели притворялся все эти годы?
– Заткнись! – рявкнул я. Ангел фыркнул и сложил руки на груди.
– А то что? Ты уже помер, Рюу. И вряд ли без моей помощи сумеешь отсюда выбраться. В твоих же интересах выслушать меня и подчиниться.
– Да пошел ты! – процедил я. Никогда не прогибался под кем-либо, и даже после смерти не собираюсь. Я рос почти без родителей, целыми днями пропадал на улице и уяснил одну важную вещь: если хочешь занять в этом мире достойное место, стань гордым и сильным настолько, чтобы не лизать задницу кому бы там ни было. Пусть другие кланяются, льстят, лживо смеются и творят пакости. Это их выбор. Я же хочу быть тем, кого ни один человек в мире не посмеет тронуть!
Ангел нахмурился.
– Ты ведешь себя неразумно, Рюу. Понимаю, ты умер и находишься на взводе. Но на данный момент тебе ничто не угрожает, поэтому успокойся и подумай хорошенько. Если ты хочешь вернуться к жизни, то тебе стоит послушаться меня.
Я ощутил, как изнутри поднимается волна ярости. Этот тип внешне казался добреньким и услужливым, но его глаза источали лед, а улыбка уже не казалась мягкой и приятной. Скорее, он был похож на змею, медленно обвивавшуюся вокруг жертвы, намереваясь вонзить клыки.
Поэтому я прыгнул вперед, сомкнув руки на его шее. Она оказалась на удивление хрупкой и мягкой, легко сжимаясь под моими пальцами.
Ангел захрипел.
– Остановись, идиот! Ты сделаешь лишь хуже!
Я не слушал его, продолжая сжимать хватку. Глаза ангела закатились, он сопротивлялся все меньше.
– Для тебя…все кончится…Рюу, – прохрипел он, прежде чем окончательно обмякнуть.
Я разжал пальцы, и в момент, когда голова мертвого ангела коснулась мраморного пола, хранитель рассыпался на миллиарды осколков, мигом исчезнувших.
Я сидел на полу, пытаясь понять, что натворил. Вспышка ярости прошла, улетучилась, взамен принеся осознание.
Какого хрена я сделал? Я убил ангела-хранителя!
М-мать.
Зачем я это сделал? Просто потому, что он показался мне странным? Так ведь и я сам не овечка. Мое поведение отличается от нормального.
Но то, что произошло сейчас, находится за гранью. Будто кто-то неизвестный взял под контроль мой разум и разжег пламя эмоций, заставив убить ангела.
Какое-то время я сидел неподвижно, укоряя себя, а затем поднялся.
Ладно, сделанного не вернуть, нужно искать способ выбраться отсюда. Для начала взглянуть, что за алтарь в дальнем конце зала.
Расстояние до него я преодолел довольно быстро, что удивительно, учитывая размеры этого места. Похоже, здесь какая-то штука с пространством, иначе как я прошел десяток километров за пару минут?
Вблизи алтарь оказался довольно массивным. Сделан он был из какого-то другого материала, не из мрамора. Да и вообще создавалось впечатление, что алтарь появился позже самого зала. Или наоборот.
Алтарь напоминал монолитный камень, плоская поверхность которого была слегка изогнута по краям кверху. По центру алтаря стояла чаша, тоже из незнакомого мне материала, матово-черная, в то время, как цвет алтаря был темно-фиолетовым. Сама чаша показалась мне сначала пустой, но стоило сделать шаг и слегка наклониться, как я увидел свое отражение на поверхности воды.
Не знаю, что именно заставило меня это сделать, но я схватил чашу обеими руками и поднял. Она оказалась не тяжелее кружки с кофе, хотя на вид весила порядочно.
То, что я сделал потом, позже казалось странным и нелогичным, но на тот момент мне было все равно. Я отпил из чаши. Сначала один глоток, затем еще, и вскоре я не мог остановиться, до тех пор, пока вода не кончилась.
Я поставил чашу на место и замер. Мой разум, казалось, сжали невидимые тиски, а затем чей-то гигантский молот ударил изнутри, заставив рухнуть на пол и зарычать от боли. Я выл, царапал ногтями мрамор, но боль не утихала, разгораясь внутри меня, что-то уничтожая, сжигая навеки, а что-то привнося, изменяя мое тело. Думаю, прошло всего полчаса, прежде чем боль стихла, но для меня это время растянулось на целую вечность. Боль оставила после себя опустошение, эмоции улетучились, не было даже удивления произошедшему. Казалось, часть меня безвозвратно погибла, но другая часть окончательно изменилась, стала чем-то иным. Но вот чем, я пока осознать не мог.
Да и не хотел. Мой разум постепенно пробуждался от долгого сна, я начинал понимать многое из того, чего не замечал раньше. Словно бы стал сверхчеловеком. Поднялся на новую ступень.
Новые знания не казались чужеродными, скорее, близкими мне, будто бы нечто, утраченное тысячелетия назад.
Поэтому я совсем не удивился, протянув руку и сжав пальцы в кулак, а затем дернув на себя, разрушая гигантский зал, и все измерение заодно. Я рухнул в иссиня-черную бездну, отправляясь в долгий полет, не зная, где окажусь после. Но последней мыслью было вернуться домой.
Ведь Хикари будет сильно грустить, если меня не станет.
***
Пробудился я все на той же кухне. Я лежал на полу, рядом устроился надкусанный сэндвич, а сверху бубнила ведущая из телевизора. Казалось бы, ничего не случилось, можно списать все произошедшее на воображение, сон.
Но я ощущал внутри себя силу, которой не было прежде. Пока я не знал, как ей пользоваться и для чего. Но понимал одно: кое-что изменилось. И мир вокруг меня больше не будет прежним.
Из обретенных воспоминаний неизвестного мне благодетеля, я знал, что не один такой. Но тогда я еще не думал, что подобных мне окажется настолько много. Не подозревал, во что выльется моя первая встреча с одним из них, и как это повлияет на дальнейшую судьбу.
Я всего лишь лежал на полу своей кухни, смотрел в потолок, слушал надоедливый голос телеведущей, понимая, что день лишь начался, и нужно строить планы, ведь я все еще жив.
Моя глупая смерть стала шагом на пути к чему-то большему, и теперь мои амбиции претерпели изменение. Теперь я могу позволить себе подняться на вершину этого мира.
Если захочу, конечно же.
Я не один такой
Доедал свой завтрак я с некоторой опаской, а затем, выключив телевизор, поплелся в комнату. Рухнув на кровать, я принялся размышлять. То, что со мной случилось, совершенно не вписывается в привычные рамки. Нам твердят, что Бога нет, а человек произошел от обезьяны, но ведь я буквально этим утром своими руками прикончил ангела-хранителя! Как прикажете это понимать? Значит, все, о чем нам твердят – ложь? Или же этот ангел назывался так лишь условно? Что, если я попал в лапы к инопланетянам?
В голове нарастало жжение, я ощущал, что еще немного, и мой мозг воспламенится. Так, стоп! Надо прекращать забивать разум глупыми предположениями. Лучше сходить проветриться, благо на улице теплынь.
Быстро надев джинсы, футболку и любимые кроссовки, я запер квартиру и сбежал вниз по лестнице, оказавшись на улице. Пару минут стоял, вдыхая свежий воздух и решая, куда же пойти. Возле школы светиться не стоит, но мне хотелось увидеть Хикари, рассказать ей о случившемся. Почему-то я был уверен, что лучшая подруга не посчитает меня поехавшим, и не сдаст в психушку. У нас всегда были очень доверительные отношения, так что Хи-тян сразу поймет, говорю я правду или лгу. Это очень ценное качество, правда со своими подводными камнями. Так, например, мне было весьма проблематично отмазаться от прогулки с Хикари или от похода к ее бабушке. Старушка тот еще любитель почесать языком, а мне слушать ее байки…тоскливо.
Поэтому я направился к школе, устроившись в стороне от входа, глядя на снующих туда-сюда парней и девчонок. По идее, через полчаса как раз закончатся уроки. Сегодня клубных занятий у Хи-тян нет, так что она сразу домой.
Так и вышло: Хикари пулей вылетела за ворота школы и чуть ли не бегом направилась дальше по улице, торопясь домой. Я даже мог сказать, к кому именно домой она спешит. Оторвавшись от стены, пошел следом, собираясь уже окликнуть девушку, как вдруг заметил тройку парней, шагающих за ней. Они вроде не показывали явный интерес, но я ощущал их внимание к Хикари, липкое, противное, преисполненное пошлых намерений.
Пришлось следовать за ними на расстоянии, не выпуская из виду.
Однако парни не долго строили из себя мирных овечек. Когда Хи-тян проходила мимо узкой подворотни, они налетели и мигом затащили ее туда. Даром что Хикари была девушкой хрупкой, но весьма сильной и легко могла вырубить любого приставалу. Но тут сработал эффект неожиданности, и моя подружка не успела среагировать.
Прибавив шагу, я остановился за углом, слегка выглянув. Вмешиваться не спешил, выжидая момент.
– Ну что, малышка, вот ты и попалась! – глумился самый невысокий из них, но вполне крепкий парень. Его лицо было мне знакомо, но лично мы вроде как в школе не пересекались.
– Чего тебе надо, Джун? – лицо Хикари не выражало страх, только плохо скрываемое раздражение.
Я чуть было не рассмеялся. Джун, да? Имечко не совсем подходит, как я погляжу.
– Помнится, позавчера ты прилюдно отказала мне, – процедил коротышка Джун. Его лицо, вполне симпатичное, исказилось от гнева. – Ты отказала МНЕ! Сыну Като Изаму! Причем перед всеми, ты унизила меня! За это я заставлю тебя заплатить. Придется поработать ротиком, Хи-чан!
Джун ухмыльнулся и дернул воротник блузки Хикари. Девушка от неожиданности подалась вперед и Джун отвесил ей несильную пощечину. Хи-тян вскрикнула, на глазах выступили слезы.
В этот самый момент я уже рванул вперед, отталкивая одного из приятелей Джуна и с размаху врезая коротышке кулаком в челюсть. Во мне кипела злость, даже ярость, поэтому не сдерживался. С учетом приобретенных утром способностей, Джун отлетел от удара кулаком метров на пять, врезавшись в стену здания и рухнув на землю.
Я развернулся к Хикари.
– Ты как, Хи-тян, в порядке?
Девушка кивнула, придерживая воротник блузки.
– Как ты здесь оказался, Рюу?
– Не время для вопросов. Сначала разберусь с ними, – я повернулся к прихвостням Джуна. Тот, которого оттолкнул вначале, уже замахивался кулаком, на лице гримаса обиды и гнева. Сделать подшаг вправо, схватить его за предплечье и дернуть вбок, ломая руку. Затем, не останавливаясь, пинком под колено заставить его упасть и локтем в висок, лишая сознания.
Оставшийся уже не выглядел особо уверенным, но, бросив взгляд на поверженного босса, заорал и рванул ко мне. Снова обычный замах. Никак вы, блин, не научитесь. Не стал усердствовать, пнул ногой в грудь, заставив отлететь к стене дома и сползти по ней.
Вся схватка в целом заняла десяток секунд. Скажи мне кто еще утром, перед тем злосчастным завтраком, не поверил бы. Не может обычный школьник победить трех крепких сверстников за десять секунд. Но я теперь мог.
– Не ожидал, что твой дружок окажется одним из нас, – раздался вдруг сбоку голос Джуна. Я удивленно повернулся к нему. Коротышка выглядел изрядно потрепанным, но целым. На губах кривая усмешка, а глаза излучают ненависть.
– Какой у тебя ранг? – спросил он.
– Что? – не понял я. Лицо Джуна изумленно вытянулось.
– Ты не знаешь о рангах?
Он расхохотался.
– Надо же, такой сильный, но совсем не сечет, как устроен этот мир. Ты никогда не слышал о Кане-но-Секаи?
Тень Мира? Что это такое?
Двое прихвостней Джуна не поднялись после моих ударов, но коротышка выстоял, а значит, он не совсем обычный человек. Неужели я такой не один?
– Нет. Что это за место? – спросил я. Джун фыркнул.
– Место? Парень, это изнанка обычного общества. Мир таких как мы – сверхлюдей!
– Сверхлюдей?
– Ты че, с Луны свалился? – вконец изумился он. – Кто тебя тренировал?
– Считай, что я самородок, – улыбнулся я. Он стиснул зубы. Не поверил. Ну и ладно, не больно-то хотелось.
– Что ж, покойнику ни к чему знать об Изнанке, – самоуверенно произнес он. – Умри!
Рывок, вижу лишь смазанную тень. В первое мгновение слегка теряюсь, поэтому пропускаю удар Джуна в челюсть. Было не больно, будто ударили не кулаком, а резиновой игрушкой. Неприятно.
Отскакиваю назад, наблюдая изумление и страх в глазах коротышки.
– Как?! – вопит Джун, и в это время я прыгаю вперед, отбрасывая его к стене. Удар, во все стороны сыпется каменная крошка, по стене вверх ползут трещины. Джун буквально впечатан в эту стену, не в силах пошевелиться. Уж не убил ли я его? Подойдя ближе, щупаю пульс и облегченно вздыхаю: жив. С одной стороны, хреново – живой враг хуже мертвого. Но, с другой – меня не обвинят за убийство. А это, как ни крути, замечательно.
– Идем! – крикнул я Хикари, безмолвной статуей застывшей неподалеку. Глаза девушки выражали удивление, беспокойство и…радость? Это странно. Но разбираться будем дома, сейчас лучше бежать отсюда подальше.
***
Девушка сидела на диванчике, потупив взгляд и сжимая пальцами стакан с водой. Сейчас Хикари не выглядела уверенной, радостной или чересчур энергичной, как обычно. Скорее, казалась удивленной и смущенной. Непонятно только с чего бы.
– Как прошел день в школе? – спросил я, чтобы хоть как-то начать разговор. Сидим так уже полчаса, и ни один не решается заговорить.
Хи-тян бросила на меня быстрый взгляд из-под пушистых ресниц, ее губы тронула мягкая улыбка.
– Все хорошо. Но тебе не стоит пропускать занятия так часто, Рюу-кун. Учитель Хаяси недоволен твоей успеваемостью.
– Вечно старику что-то не нравится, – проворчал я. Хаяси Ичиро был нашим учителем английского. На самом деле отличный мужик, но крайне щепетильный в вопросах успеваемости учеников.
Хикари рассмеялась.
– Ну, ты все-таки его любимчик. Возможно Хаяси-сенсей просто скучает.
Девушка кокетливо подмигнула.
– Ну тебя, – обиделся я. Подруга фыркнула.
– Скажи, Рюу…давно ты научился так драться? – спросила вдруг она. Я кашлянул. Соврать или ответить правду? Проклятье, я ведь решил сказать все начистоту, верно? Хикари наверняка сумеет различить ложь.
– Этим утром. Ты, возможно, не поверишь, ведь это звучит как бред сумасшедшего…
Я рассказал все как есть, без утайки. Хи-тян внимательно выслушала, при этом глаза ее ярко блестели. Похоже, моей подружке эта история очень интересна.
– Так ты теперь, выходит, один из сверхлюдей?
– Похоже на то. Хотя я ничего не знаю об этой Изнанке, о которой болтал Джун. Судя по твоему взгляду, тебе что-то известно?
Хикари кивнула.
– Да. Потому что я с детства являюсь одной из людей Изнанки.
– Серьезно? – изумился я. Хикари, веселая неугомонная Хикари, на протяжении стольких лет всегда вертевшаяся неподалеку, оказалась вдруг вовсе не той, кем я ее считал. – Почему ты не рассказывала?
Хи-тян отвела взгляд в сторону, заметно смутившись.
– Обычным людям нельзя знать о существовании Изнанки. Ваш разум неспособен в полной мере принять тот факт, что где-то совсем рядом ходят существа, чья сила невообразима.
– Неужели даже правительство не в курсе? – скептически хмыкнул я. Хикари вздохнула.
– Эти знают. Но вынуждены не вмешиваться в дела Кане-но-секаи. Иначе им грозит смертельная опасность. Дела сверхлюдей – это только наша забота.
– Не поверю, что власти ни разу за всю историю не решились подмять Изнанку под себя.
– Ты прав, случаи были. Но хватало одного, максимум двух сверхлюдей, чтобы любой правитель забился в угол, дрожа от страха.
– И почему же с такими возможностями вы еще не правите этим миром? – насмешливо полюбопытствовал я. Хикари надулась.
– Мы сверхлюди, Рюу! Не какие-то там жалкие чиновники, которым нужна власть, чтобы самоутвердиться. Мы с самого рождения стоим на вершине мира, пусть даже простые люди этого и не знают.
– Тогда как ты объяснишь тот факт, что я приобрел свои способности только этим утром?
Хикари задумалась.
– Не знаю, – в конце концов, выдала она. – Такого на моей памяти еще ни разу не случалось. Все мои знакомые родились сверхлюдьми. Чтобы кто-то получил силу извне…точно не было. Как тебе это удалось?
Я не рассказал об убийстве ангела-хранителя. Это было слишком личным и не стоило разглашать столь конфиденциальную информацию даже близкой подруге.
– Ты ведь уже слышала мой рассказ, – пожал плечами я. – Больше ничего не происходило.
– А вдруг ты тоже сверх от рождения? – подалась ко мне Хи-тян. Крупные глаза сияли, выражая интерес. Темные волосы, мягкие черты лица, гладкая кожа и ярко-зеленые глаза…Хикари была очень красивой девушкой, и неудивительно, что мое сердце забилось чаще.
– Не думаю, – отведя взгляд, пробурчал я. – Моя мать ведь обычная женщина.
– А твой папа?
– Он тоже был…обычным, – нехотя произнес я.
Хикари фыркнула.
– Что ж, ладно. Тогда пусть будет приобретенная сила. В любом случае, что ты намерен делать дальше?
– Жить, – хмыкнул я. Такой ответ подругу не устроил.
– Ты сверх, Рюу. И теперь, когда так легко отделал Джуна и его дружков, все сверхи в нашей школе и в нашем районе будут знать о тебе. Спокойной жизни конец, Рюу-кун.
Я застыл, внезапно осознавший в какой заднице оказался. Машу ж вать! И правда, кто даст мне жить спокойно, зная, что я запросто отлупил видимо не самого слабого сверха в школе. Начнется травля, вечные проверки на прочность и вызовы «по разам». Охо-хо…
Похоже, на моем лице была настолько кислая мина, что Хикари не выдержала и прыснула.
– Вот теперь ты понимаешь, Рюу. В мире Изнанки нет места слабым, каждый день – это схватки за звание сильнейшего.
– Джун говорил что-то про ранги, – вспомнил я. Хикари кивнула.
– Да. Всего девять рангов: Первый, или Начальный, Второй(Продвинутый), Третий(Подмастерье), Четвертый(Ученик), Пятый(Адепт), Шестой(Воин), Седьмой(Мастер), Восьмой(Повелитель) и Девятый(Бог).
– Ого. Довольно много, как я погляжу. И что, неужели есть такие, кто достиг последнего ранга?
– Таких всего несколько за всю историю Изнанки. Но я слышала, что даже Девятый ранг не предел. В древности бывали люди, переступившие эту черту и достигшие абсолютного могущества.
– Страшно представить, на что они были способны, – вздрогнул я. Хи-тян согласно качнула головой.
– Раз ты только сегодня получил свои способности, то являешься обладателем Первого ранга. Дай мне проверить.
Хикари протянула руку и легонько коснулась моей ладони пальцами. Несколько минут она сидела неподвижно, прикрыв глаза, мне даже показалось, что девушка задремала. Но тут Хи-тян распахнула глаза и изумленно уставилась на меня.
– Второй ранг? Серьезно? Как тебе это удалось, Рюу-кун? Ты ведь почти новорожденный с точки зрения силы, но Второй ранг…
– Вот как, – протянул я, задумавшись. Возможно, способ, которым я обрел силу, не такой, как у остальных сверхов. Я ведь согрешил, и, есть подозрение, что вовсе не должен был пить из той чаши. Да чего уж там, пройди все как надо, я сейчас летел бы сквозь Колесо Сансары, навстречу новой жизни, а то и вовсе жарился на адской сковороде с антипригарным покрытием. Но я тут, сижу рядом с Хикари, вполне себе живой и здоровый, и даже сильный. Что это, если не ультра-везение?
– Какая у тебя способность? – не выпуская моей руки, слегка придвинулась Хикари. Снова глаза совсем близко. Ах ты ж мелкая…
Я схватил девушку за плечи и повалил на диван, подминая под себя. Брови Хи-тян изумленно взметнулись вверх, рот слегка приоткрылся, чем я и воспользовался, запечатав ее губы поцелуем.
Продолжался он недолго, ведь спустя пару мгновений снизу меня будто десятитонным авианосцем приложило, снеся с дивана и впечатав в потолок. Я больно ударился спиной и рухнул на пол. Сверху посыпалась штукатурка.
– Блин, больно же! – простонал я, вставая на четвереньки и глядя на Хикари. Девушка в этот момент поднялась на ноги и метнула на меня яростный взгляд.
– Это было очень низко, Такаяма-кун! – процедила она, а затем, поддав ногой по ребрам, вышла из квартиры, хлопнув дверью.
Я потер ушибленный бок, надеясь, что ничего не сломано, хотя хруст вроде слышал, и даже ощутил, как сместились кости от удара Хикари. Ну и девчонка! Сильная, а ведь по внешности и не скажешь: стройная, почти хрупкая, хотя ножки не совсем миниатюрные, есть за что подержаться.
Поднявшись, поплелся на кухню. Что-то от всех этих разговоров проголодался прям. Надо бы приготовить чего-нибудь вкусного, по случаю моего «второго рождения». А потом позову Хикари, надо бы мириться, а то знаю я эту стерву: будет неделю дуться, пока мое терпение не лопнет. Лучше уж сразу пойти на поклон.
И все же…только получил способности, и сразу Второй ранг. Весьма неплохо, на мой взгляд. Особенно учитывая, какая у меня способность. Но знать об этом кому-либо, и уж тем более Хикари, вовсе не обязательно.
Потому что, если вскроется правда, меня никогда в жизни не оставят в покое.
Превосходство и страх
Утро началось не с кофе, а с ворвавшейся в квартиру тетушки Мики. Я услышал звук хлопнувшей двери сквозь сон, но открывать глаза было страшно лень, поэтому притворился спящим. Кажется, мне и впрямь удалось задремать, потому что прилетевший по ребрам сокрушающий удар ногой никак не ожидал. Меня подбросило над постелью, остатки сна как рукой сняло, я спешно сгруппировался и приземлился не на спину, а на ноги.
– Неплохо, – одобрительно кивнула тетя, глядя на меня суровым взглядом. Я невольно залюбовался ее ладной фигуркой, как и всегда. Стройная, но крепкая из-за занятий спортом, где надо все выдается вперед, талия узкая, да и личико ого-го. Не будь эта красотка моей тетей, давно приударил бы. Впрочем, с ее мерзким характером…нафиг-нафиг.
– Куда уставился, извращенец? – яростный взгляд, летящий в морду кулак. Время замедлилось, я сделал полшага в сторону, пропуская ОМП мимо, а затем легонько потянул за ворот футболки. Наружу слегка выглянули два крупных полушария, а сама тетушка полетела на пол. Но была подхвачена мной.
– Я тоже рад тебя видеть, – с улыбкой произнес, придерживая женщину за талию. Ясно-голубые глаза удивленно смотрели на меня, а затем аккуратные бровки сошлись на переносице.
– Руки убрал!
Мики приняла нормальное положение и, слегка склонив голову, смерила меня взглядом с ног до головы.
– Когда это ты стал таким шустрым, Балбес-кун?
– Да вот, решил заняться собой, а то вдруг размякну, стану таким же слабаком как старушка тетя-сан, – поддел я. Мики фыркнула.
Невольно залюбовался ею. На вид тетушке можно было дать едва ли девятнадцать-двадцать, тогда как на деле она недавно разменяла третий десяток. Готов поспорить, любой уважающий себя мужик в радиусе двух километров от нее не сможет удержаться и не подойти.
– Опять бездельничаешь? Почему школу пропустил вчера?
Все-то она знает. Иногда мне кажется, что тетя понаставила в моей квартире камер наблюдения и сутками просиживает перед компьютером, следя за непутевым племянником. Но нет же, она живет с бабулей почти на другом конце города. И ведь не лень было вставать в такую рань и переться ко мне? Сколько там времени? Шесть двадцать…
– На то были причины, – отрезал я, всем видом давая понять, что разговор окончен. Но Мики не была бы Мики, если б остановилась на этом.
– Какие у тебя могут быть причины? Опять всю ночь пялился в свой моник на голых нарисованных женщин? Нашел бы себе уже нормальную девушку, задрот!
Я закатил глаза и отвернулся, направившись на кухню. Надо бы закинуться чем-нибудь по-быстрому, да на пробежку. Как раз успею вернуться и переодеться перед началом занятий.
Тетя тем временем не отставала.
– И все же, что случилось? Связался с плохими парнями? Насмотрелся суицидной фигни по телику? Переживаешь из-за того, что девчонки не дают?
– Может, тебе помолчать уже? – не выдержал я. Мики разом умолкла, надувшись и глядя в окно. Ну вот, так всегда. Как ей меня доставать – пожалуйста, а как мне стоит накричать – сразу обида.
Зато, наконец, тишина. Выпив кружку кофе и сжевав пару бананов, я нацепил спортивные штаны и футболку. Затем покосился на тетушку.
– Если не хочешь торчать тут одна, то выходи.
Ответом мне был надменный взгляд преисполненной собственного достоинства королевы, сопровождавшийся плавной походкой к выходу из квартиры.
На улице я вздохнул и повернулся к Мики.
– Спасибо, что навестила.
– Хмф, – вот и весь ответ.
– Бабуле привет от меня. Постараюсь на этой неделе заскочить.
Едва заметный кивок, а затем женщина развернулась и зашагала прочь, виляя бедрами. Я сокрушенно покачал головой. Вот же язва…напросится однажды. Не завидую тому мужику, с которым она пожелает жить под одной крышей.
Пробежка прошла просто замечательно, я даже достиг рекорда в пятнадцать километров за полчаса. Возможно не слишком впечатляющая цифра, но для начала сойдет. Все же не так-то просто привыкнуть к тому, что мое тело теперь может гораздо больше.
Переодевшись и выйдя из дома, я наткнулся на Хикари. Встретившись с девушкой взглядом, я понял, что Хи-тян уже не дуется, но заговорить первой гордость не позволяет. Поэтому, пристроившись рядом, завел беседу:
– Неплохая сегодня погодка, не так ли?
– Возможно.
– Как спалось?
– Спасибо, прекрасно.
– Тогда почему такие круги под глазами? Неужели всю ночь мечтала о галантном красавце на «Тойоте»?
Хикари не выдержала и фыркнула.
– Иди в задницу, Рюу! Уснешь тут, когда твой лучший друг оказался сверхом. Причем едва ли не сильнее тебя.
Эти ее слова меня удивили.
– Сильнее? Я полагал, что твой ранг не ниже Третьего-Четвертого.
– Это не совсем так, – вздохнула Хикари. – Женщины в нашей семье не могут подняться выше Второго ранга. Поэтому сейчас я нахожусь на пике и одновременно пределе своих сил.
– Вот как, – протянул я. – Этому есть причина?
– Какое-то ограничение на генетическом уровне. Кажется, одна из моих пра-пра согрешила с другим мужчиной и впала в немилость богини.
Я даже остановился от удивления.
– Первый раз слышу о том, что вы верующие.
– Это отчасти так. Существует версия, что все эти способности мы получили от божеств. Моя семья верит в это.
– А ты сама?
Хи-тян пожала плечами.
– Кажется, тоже. Но в современном мире вера сверхлюдей уже не так крепка, как прежде. Многие начинают думать, что сами являются чуть ли не богами.
– Как Джун, – заметил я. Она кивнула.
– Да. Будь осторожен в школе. Постарайся избегать ненужных драк, это может навлечь на тебя беду.
– Как скажешь, радость моя, – поддел я девушку. И, о чудо, Хикари покраснела и отвела взгляд. Так, непорядок. У нас всегда были очень теплые, но именно дружеские отношения. Что изменилось?
– Хикари, не нужно, – негромко попросил я. Она нехотя кивнула. И всю оставшуюся дорогу до школы мы молчали.
Похоже, не все спокойно в сердце моей подруги. Но я, пусть подшучивал над ней крайне часто, не воспринимал Хи-тян в качестве девушки и спутницы жизни. Мне казалось, что и она также относится ко мне, но…
В школе я был напряжен, все время ожидая нападения со спины. Но зря, ведь все вокруг, похоже, вели себя как обычно: смеялись, шутили, расспрашивали меня о причине вчерашнего отсутствия, парни так и вовсе подбивали обсудить свеженький хентай. Мне стало казаться, что вчерашняя драка с Джуном не возымеет последствий, что все позабудется.
Но я ошибался.
Как только закончились занятия, я подхватил сумку и зашагал к выходу из школы. Шел, размышляя о своем, не особо глядя по сторонам. Думал о том, что скажу Хикари при следующей встрече.
И уж точно не ожидал, что через сто метров после школьного входа меня остановит Джун и его приятели.
– Глядите-ка, наш герой сегодня один, – ехидно заметил коротышка. Я с удовольствием отметил шишку у него на затылке. – А где же твоя любимая подстилка Хикари?
В глубине колыхнулась ярость, мощным пламенем поднимаясь ввысь, наполняя тело силой. Ладно оскорблять меня, на это плевать, но тронуть Хикари…не прощу!
– А тебе, вижу, мало вчерашнего было? – внешне спокойно отозвался я. Джун слегка растерялся.
– Хочу кое-что обсудить, – наконец, нашелся он. – Идем за школу.
– Ну пошли, – фыркнул я, разворачиваясь и шагая обратно. Краем глаза отметил, что теперь весь народ, спешивший прежде домой, останавливается и пялится на нас. Похоже, Джун пользуется популярностью в школе. И как я раньше не замечал этого хоббита?
Стоило завернуть за угол, на спортплощадку, как я замер: там уже столпились парни и девчонки моего возраста, некоторые младше и старше, но в целом от тринадцати до семнадцати.
– Что за фигня? – зарычал я, разворачиваясь к Джуну. Тот оскалился.
– Вчера ты застал меня врасплох, братишка. Но сегодня, перед свидетелями, не сможешь использовать подлые приемы.
– Хочешь снова испытать мой кулак? – вкрадчиво спросил я. Джун рассмеялся.
– Нет, на этот раз с тобой смахнется мой приятель – Тонг.
Из толпы слева вышел высокий – метр девяносто примерно – парнишка, с широченными плечами и мощным мышечным корсетом. Видно было, что парень не понаслышке знаком с тренировками.
Впрочем, я тоже. Особенно, учитывая обретенные вчера способности.
– Всего лишь? Ты жалок, – бросил я Джуну. Тот, посмеиваясь, покачал головой.
Не дожидаясь соперника, я направился к центру площадки. Круг зрителей сомкнулся, отрезая путь наружу. Но мне было плевать.
– Сумку-то оставь, – посоветовал кто-то.
– Много времени это не займет, – отмахнулся я. На меня посмотрели, как на идиота, раздались издевательские смешки. Ну-ну.
Тонг повел плечами, похрустел шеей и, ухмыльнувшись, бросился на меня. Двигался он, надо признать, быстро. Пара мгновений – и уже рядом со мной. Двоечка в корпус – явно проверяет защиту. Отмахиваюсь правой рукой, отбивая его удары. Не затрачиваю на это особых усилий и, похоже, противник почувствовал. Брови сдвинулись, в груди мощный рык. Удары стали жестче, сильнее, Тонг двигался вокруг, пытаясь закружить меня, сбить с толку. Пару минут я со скучающим видом парировал его кулаки, а затем мне надоело.
Удар раскрытой ладонью в грудь отправил здоровяка в полет к стене школы. Врезавшись в здание, Тонг сполз на землю, едва дыша.
До этого громко подбадривавшие моего соперника зрители ошеломленно заткнулись, глядя на поверженного здоровяка. Затем все взгляды переместились ко мне.
И все вокруг взорвались.
– Это нереально! Как он смог победить Тонга? Этот чувак с детства поехавший на боях! Да кто он такой?
Я поправил слегка сбившуюся лямку школьной сумки и зашагал к Джуну.
– Надеюсь, на этом твои претензии исчерпаны?
Изумленный и, кажется, изрядно напуганный коротышка кивнул.
Я отодвинул его в сторону и зашагал по дорожке к выходу. Затем, словно вспомнив что-то, остановился.
– Ах да!
Джун не успел даже пискнуть, когда я оказался рядом и сжал пальцы на его горле.
– Ты оскорбил моего друга, дружочек. А я не прощаю тех, кто унижает моих близких, – негромко произнес я. Джун хватал ртом воздух, пытался что-то сказать.
Я поднял коротышку повыше, держа в левой руке. Затем вверх взметнулась моя правая. Отчетливый хруст слышали все зрители. Повисла гнетущая тишина. Ее нарушил лишь один звук – упавшее в центр площадки изломанное тело Джуна.
Я развернулся и пошел прочь, слыша за спиной испуганные крики, просьбы вызвать «скорую» и всеобщее негодование, смешанное с изрядной долей страха. Ну да, видеть, как крутому парню ломают руки и ноги, а затем, словно резиновую игрушку швыряют на землю – тяжкое испытание для психики.
Но он сам выбрал такой путь, оскорбив Хикари. Правда с этого дня моя жизнь станет еще сложнее, ведь Джун явно не сможет остановиться на достигнутом. Не после такого унижения. Да и его отец заинтересуется личностью того, кто так безжалостно покалечил его любимого сынульку.
Кажется, предстоит интересное время. И мне точно нужно стать сильнее. А из знакомых мне сверхов только Хикари, поэтому придется идти за советом к ней.
Хи-тян ждала меня возле двери квартиры, переминаясь с ноги на ногу.
– Чем обязан? – слегка удивленно поинтересовался я. Девушка бросила на меня злой взгляд.
– Между прочим, жду уже полчаса! Где тебя носит?
Открыв дверь и пропустив подругу в дом, я рассказал о схватке за школой.
– Ты правда переломал ему конечности? – каким-то странно равнодушным тоном спросила Хикари. Я кивнул.
Девушка, казалось, впала в ступор.
– Что такого? – не понял я.
– Ты идиот, Рюу! Отец Джуна – один из влиятельнейших людей Изнанки – Като Изаму. Он известен свой жестокостью и беспощадностью. Как ты думаешь, сколько тебе останется жить после того, как он узнает о случившемся?
Я пожал плечами.
– Какой у него ранг?
– Шестой, – процедила Хи-тян.
– Всего лишь? – хмыкнул я. – Мне казалось, что он должен быть посильнее. У Джуна-то лишь третий.
– Откуда ты узнал? – опешила Хикари.
– Упс, – выдал я. Вот и спалился тем, что умею оценивать силу противника. Понял это лишь во время боя с Тонгом, даже обдумать еще не успел.
– Это и есть твоя способность? – радостно воскликнула Хи-тян. Я покачал головой.
– Нет, скорее небольшой бонус. Значит, мне стоит ждать гостей?
Хикари кивнула.
– Думаю, да. Като Изаму не станет долго сидеть, когда информация об увечье его сына станет известна. Он прибудет сюда совсем скоро. И будь уверен, сразу попытается тебя прикончить.
– Это не беспредел? – нахмурился я.
– Это мир Изнанки, Рюу. Здесь каждый выживает как может. Если бы ты был наследником одной из известных семей, то Като подумал бы, прежде чем сделать шаг. Но ты никто, и за тобой нет никого. Так что у него полное право отнять твою жизнь в качестве платы за здоровье сына.
– Посмотрим, – улыбнулся я. – Иди-ка ты домой, Хикари. Взрослые дяди сами разберутся.
– Уверен? – во взгляде подруги явственно виднелось беспокойство.
Я кивнул.
– Более чем. И спасибо за информацию.
Вместо ответа Хи-тян вдруг подалась вперед и коснулась своими губами моих. Поцелуй был коротким, но страстным, а затем Хикари со скоростью молнии вылетела за дверь.
Ну и дела.
Договоренность
Я уже битый час сидел на диване, листая очередную попсовую мангу и пытаясь не заснуть, когда входную дверь сорвало мощным ударом снаружи.
– Ну наконец-то! – обрадованно воскликнул я, откладывая чтиво в сторонку и скрестив руки на груди. Раздались шаги, а затем в комнату зашел высокий худощавый парень лет двадцати с небольшим. Он выглядел слегка туповатым, с дебильной улыбкой осмотрелся, увидел меня и шагнул вперед.
– Эм, добрый вечер! Вы, должно быть, Такаяма Рюу? – неуверенно спросил он, слегка склонив голову. Черты лица парня были узкими, даже утонченными, глаза странно блестели из-за стильных очков.
– Так и есть, – не стал отрицать очевидного. Он снова улыбнулся.
– Позволите присесть?
Я указал рукой на место рядом. Парень деловито устроился, взглянул мне в лицо.
– Меня зовут Като Изаму.
Я чуть было не уронил челюсть на пол от удивления, но вовремя взял себя в руки. Серьезно?! Вот этот чудик и есть тот самый мега-опасный Като? С трудом верится. Слишком он придурковатый для крутого чела.
– Очень приятно.
– И мне. Жаль только, что встретились мы при не слишком радужных обстоятельствах, – вздохнул Изаму. – Я узнал, что вы избили моего сына Джуна. Прилюдно.
При этих словах его взгляд стал другим, злым и колючим, к тому же я ощутил мощное давление на свою тушку. Неплохо. Что-то он определенно может. А если так?
Я оскалился в усмешке и в ответ уплотнил ауру вокруг тела. Като проявил истинные эмоции, чуть удивленно моргнув, а затем поморщившись.
– Вам, похоже, не сообщили, почему мне пришлось это сделать.
Он покачал головой.
– Ваш сынулька пытался изнасиловать мою подругу, а затем, когда я вмешался, вместе со своими приятелями хотел прикончить меня.
– Дети, что поделать, – пожал плечами этот лицемер, по-прежнему дебильно улыбаясь.
– Ну а сегодня он при помощи другого приятеля снова хотел унизить меня, перед этим опять же оскорбив мою подругу. Как бы вы поступили в такой ситуации, Като-сан?
Он хмыкнул.
– Я бы не попал в такую ситуацию. В первую очередь потому, что идти против авторитетных людей чревато последствиями. А ты никто и звать тебя никак. Сегодня мнишь себя крутым, а завтра на инвалидном кресле разъезжаешь.
Я рассмеялся. Изаму чуть сощурил глаза. Раздражен, видно невооруженным глазом. Плохой у вас самоконтроль, Като-сан, просто никудышный. Даже школотень вроде меня читает будто открытую книгу. Как этот балбес вообще стал одним из элиты Изнанки? Неужто у них там все НАСТОЛЬКО плохо?
– Что такого смешного, Такаяма-кун?
– Да так. Думаете, я много о себе возомнил? Хотите услышать правду, Като-сан?
Он задумчиво качнул головой, тупая улыбка, наконец, исчезла с его лица.
– Мне на самом деле плевать на вашего сына и его здоровье, как и на ваше положение в мире Изнанки. Я знаю себе цену и могу заверить вас, что стань мы врагами, смогу стереть саму память о вашей семейке за пару дней.
Он пару мгновений, зависнув, осмысливал услышанное. А затем вдруг расхохотался.
– Вот этот парень мне нравится! Храбрость на грани идиотизма, это ли не второе счастье?
Парень похлопал меня по плечу, другой рукой утирая слезы в уголках глаз.
– Послушай, Рюу-кун. У меня к тебе есть деловое предложение. Раз уж ты так хорош, почему бы не испытать себя в настоящем опасном деле?
– О чем это вы? – с подозрением спросил я, прикидывая в уме возможные пути отступления и контратаки. Мало ли.
– Одна банда в Южном городе недавно доставила моей компании большие неприятности. Мои ребята направились туда, но не вернулись. Не мог бы ты пойти, проверить, что с ними случилось?
Я хмыкнул, развалившись на диване и покачивая ногой.
– А что мне за это будет?
Глаза Като от злости налились кровью.
– Я забуду об увечье Джина, а также щедро заплачу. Ну и, само собой, в мире Изнанки ты получишь неплохой старт. Ты ведь у нас недавно?
– Верно, – подтвердил я. – Мне пока многое непонятно, но я парень смышленый, быстро учусь.
– Будут вопросы, всегда можешь обратиться ко мне, – слащаво ухмыльнулся Изаму. – Ну так что, по рукам?
Я думал недолго. Что бы там ни вертелось в башке этого болвана, мирный исход нашей встречи всяко лучше, чем бесполезная драка. Нет, я не сомневаюсь в себе, моих сил хватит на парня покруче этого Като, но лучше наладить сотрудничество. Пока оно выгодно мне.
– Ладно, я вам помогу, – я пожал протянутую ладонь. – Но не забывайте об обещании. И еще, куда мне потом подойти?
Изаму назвал адрес. Я кивнул и проводил гостя до входного отверстия.
– Ох, прошу прощения за вашу дверь, Такаяма-кун. Держите, это погасит неудобства.
Он оставил на столике пачку банкнот, а затем ушел. Я пересчитал деньги, и вышло порядка миллиона йен. Ну, денег у семьи Като явно больше чем у меня. Значит, на союзе с ними можно нехило так навариться, мвухаха!
Вот только ушки нужно держать на макушке, ибо, судя по Изаму, все в их семейке неприятные людишки с двойным, а то и тройным дном. Но и мы не пальцем деланные, ответим так, что хотелка отвалится.
Время клонилось к шести часам вечера, заняться было совершенно нечем, так что я решил прогуляться до Южного города. Заодно осмотрюсь там как следует. Может, эти бандиты не такие уж и плохие парни? И вообще, любят выращивать рис и читать хентай.
Нехотя переодевшись, я потопал через центр города на южную окраину. Вообще, Южный город – это отдельный район, довольно крупный, из-за чего и назван городом. Там царят свои порядки и законы, а всем заправляют несколько крупных банд. Формально они вроде как подчиняются правительству, платят налоги и все такое, но на деле правительство опасается ОПГ и старается лишний раз в разборки не ввязываться. Себе дороже. Так и получилось, что соваться в Южный город стоит лишь если ты оттуда родом, или же имеешь при себе как минимум десяток разномастного оружия. Чтоб снести башку особо надоедливым личностям незаурядных умственных способностей(нет).
Едва ступив на территорию Южного города, я оказался окружен толпой скучающих пацанов лет пятнадцати.
– Слышь, дядя, гони пятихатку! – потребовал один из них, диковатого вида парнишка с растрепанными ярко-красными волосами. Взгляд его был скучающим, и деньги он потребовал скорее по привычке, нежели реально желая докопаться.
– На, – а мне жалко что ли? Сунул пацану пятьсот йен в протянутую ладонь и пошел дальше.
– ЧОООО?! – донеслось мне вслед через пару минут. Похоже, школота не ожидала такой щедрости от парня их возраста. Ну и ладно, лишь бы не цеплялись больше.
В целом, по моим ощущениям, этот район города не сильно отличался от остальных. Все так же сновали туда-сюда люди, офисный планктон спешил домой, парочки только-только выползали на прогулку. Все как и везде.
Если бы не следующие за мной два парня лет двадцати!
– Чего вам надо? – рявкнул я, резко обернувшись. Они неуверенно замерли.
– Да мы это…гуляем просто. Че такой резкий, братишка? – отозвался один.
– Копеечка есть? Дай пятьдесят рублей, на проезд не хватает, – попросил второй.
Мда. Актерская игра уровня Александр Невский.
– Может, вам лучше звездюлей выдать? – вкрадчиво поинтересовался я. Оба переглянулись, а затем синхронно шагнули вперед.
– Пойдем-ка вон в ту подворотню, перетрем.
Едва мы завернули за угол, как я отпрыгнул от мощного удара ногой в корпус и заныл:
– Да ладно вам, дяденьки, я же пошутил! Сам не местный, родители бросили, живу на улице, питаюсь кошачьим кормом, считаю только до двух, и то с трудом. Простите, бога ради!
Они, кажется, обалдели от такой речи. Ну а прийти в себя я им не дал.
– Раз – и боковой удар ногой впечатывает левого в стену дома.
– Два – хук левой выносит второго.
– Ну вот, я же говорил, что до двух считаю! – с гордостью воскликнул я. Они испуганно разглядывали меня, сидя у стен и пытаясь удержать сознание.
– Ты кто такой? – сумел прохрипеть левый.
– Меня зовут Такаяма Рюу. Рад знакомству, – улыбнулся я. – А теперь, вам лучше поведать мне, где обитает ваш босс.
Местный криминальный дон, по кличке Косой Изуми, жил в большом особняке на окраине района. Судя по выбитой из бандюков информации, Изуми промышлял наркотой, нелегальным оружием, ну и иногда выставлял на продажу рабов на подпольном аукционе. Хрен знает, откуда он их берет, но факт остается фактом – неприятный дяденька. Тем больше причин, чтобы накостылять ему по самое не балуй. Правда, охраняют его наверняка нехило. Придется пробираться либо тайком, либо рискнуть и проверить свои силы в схватке лицом к лицу. Что мне, в принципе, не особо претило, но и надежд я бессмысленных не строил: опыта маловато махаться с кучей почти наверняка прошедших жесткие тренировки секьюрити. Плюс у многих в любом случае будут огнестрелы, а я пока еще не достиг уровня Нео, чтобы силой воли останавливать пули.
Остановившись через дорогу от нужного здания, я привалился спиной к столбу и призадумался. Так, вход стандартный: небольшая арка, ворота решетчатые, по бокам двое громил, рожи шибко сосредоточенные, в руках крепко держат автоматы. Кажется, Импульсные Маломощные Автоматы Смирнова, сокращенно ИМАС. Одно из самых эффективных средств для подавления силовых конфликтов в городских условиях. Стреляет энергетическими зарядами, но обольщаться не стоит – броню они прожигают на раз-два, но это в версии высокой мощности, а там и габариты поболее, и заряды ого-го. Но и ИМАС тоже может доставить проблем бронетранспорту и, уж тем более, пехотинцу в полной экипе. Что уж говорить про мою тушку, защищенную лишь кожей, да футболкой с джинсами?
Вам интересно, откуда я все это знаю? Очень просто: мне с детства нравится читать литературу о различном вооружении и анализировать те или иные способы его применения. Помнится, одно время я даже мечтал попасть в императорскую гвардию, а потом плюнул на это дело: мороки много.
Переть через парадный: глупо и самоубийственно. Значит, надо поискать другой вход. Я отлепился от столба и неспешно зашагал по улице, завернул за угол дома, а там уже ускорился, внимательно глядя наверх, выискивая удобное место, чтобы перебраться через трехметровый забор на территорию поместья. Причем, там наверняка всюду понатыканы камеры, а значит, мне нужно естественное укрытие.
К моему удивлению, таковое нашлось на углу: высокое дерево с широкими ветвями, закрывающими, наверное, полдвора. Мда, просчет охраны. Тут любая обезьяна незаметно проберется, а они и не прочухают. Олухи.
Прыжок, слегка оттолкнуться от забора и взлететь на широкую ветку дерева. Кажется, даже ни один листик не сорвался вниз. Неплохо, прямо расту над собой. Скоро можно будет облачиться в черное кимоно и нацепить на лицо маску.
С ветки я внимательно оглядел обстановку: широкий двор, газон, вдоль забора разные клумбочки с цветочками, кое-где фруктовые деревья, только набирающие цвет. Красота. Перевел взгляд на сам особняк. Трехэтажный, построен из камня, довольно крепкого на вид. Входов два – парадный и черный. Причем, от черного хода ведет узкая тропинка к неприметной калитке в заборе. Похоже, для прислуги, чтобы не светиться перед ясными очами «благородного феодала». Окна на втором и первом этажах были плотно закрыты, а вот на третьем, левое угловое окошко было слегка приоткрыто. Похоже, хозяину комнаты стало душновато, хотя, на мой взгляд, в доме обязательно должны быть кондиционеры. Не зря же Косой авторитетствует в Южном городе?
Прыжок вперед, отталкиваюсь двумя ногами от стены, подпрыгиваю еще выше, цепляюсь пальцами за карниз. Есть! Теперь короткими прыжками от карниза к карнизу приближаюсь к нужному окну.
Вот и моя остановка. Отцепляюсь от карниза, краткое мгновение полета и цепляюсь пальцами уже за подоконник. Замираю, прислушиваясь. В комнате слышны голоса, а значит, высовываться не стоит.
– Господин, неразумно оставлять их в живых! – увещевал звонкий женский голос. Кажется, его обладательнице нет и тридцати. Но и явно больше восемнадцати. Этакая золотая серединка. Любопытно, как она выглядит? Голос приятный, даже очень.
Я слегка подтянулся, одним глазком заглядывая в комнату.
Это был рабочий кабинет. Вполне уютный, надо признать: отделка из дерева, книжные полки на стенах, слева от окна и по центру комнаты рабочий стол хозяина кабинета, весь заваленный бумагами. Чуть в сторонке на нем покоился ноутбук на охлаждающей подставке.
Возле темной деревянной двери замер безмолвной статуей охранник: невысокий, но очень даже крепкий. Автомата нет, но под необъятным, как это принято у секьюрити, пиджаком, я углядел кобуру с пистолетом. Наверняка тоже импульсник из той же серии. Производить сейчас стандартные огнестрелы гораздо дороже выходит, нежели импульсное оружие. Там и патроны штучные, и работа ювелирная, а здесь поставил на поток – и получаешь мощное недорогое вооружение хоть для целой армии. Смирнов все же молодец, хороший проект реализовал. Правда, сразу же после его убили, но это такие мелочи.
За столом, подперев кулаком подбородок и нацепив на лицо скучающее выражение, сидел мужчина лет тридцати пяти-сорока. То есть, не совсем молодой, вполне зрелый и повидавший жизнь, но и не старик. Весь подтянутый, чувствуется в нем стержень, стальная воля. Лицо узкое, но черты какие-то хищные, как и взгляд – светло-серые глаза отдавали холодом. Похоже, это и есть тот самый Косой Изуми. Правда, пока неясно, чем он заслужил сие прозвище.
Возле стола, уперев в него руки, стояла та самая дамочка, из-за которой я и рискнул высунуться. Фигуристая, даже ого-го какая: тонкая талия, буфера что надо, не меньше четвертого размера, да и сзади все неплохо так выпирает. Правда, я вижу и ее, и Косого только в профиль, поэтому не могу по достоинству оценить все прелести. Но даже так, лицо женщины показалось мне очень приятным: мягкие плавные черты, чуть смуглая кожа, небольшой носик и полные губы. Глаза у нее были голубыми. В целом, на японку она не походила. Может, иностранный партнер нашего бандитского приятеля? Хотя, вряд ли, она же назвала его господином.
– Ничего ты не понимаешь, Мэй, – поморщился Косой. Похоже, дамочка изрядно ему мозг выела – вон как раздраженно скрипит зубами. – Схватить людей Като – это одно. В таком случае я еще могу с ним договориться, имея в рукаве неплохие козыри. Но вот избавившись от них, я навлеку беду на весь наш клан. Это будет означать начало войны, понимаешь ты это, буренка?
Женщина обиженно поджала губки, выпрямилась.
– У них слишком много информации о наших делах, господин Изуми. Отпустить этих людей – значит, занести топор Като над нашими головами. Вам напомнить, сколько часов мы проживем после этого? Нет, сам Изаму не станет марать о нас руки, просто перепоручит это дело своему финансовому руководителю. И уже к вечеру наш клан окажется разорен, а все финансовые вложения не будут стоит ни копейки!
Она скрестила руки на груди, вызывающе глядя на Косого. Тот вздохнул.
– Ген-кун, выйди, пожалуйста, на пару минут, – бросил он телохранителю. Тот замешкал, но затем послушно кивнул и вышел из кабинета.
Изуми поднялся, обошел стол и остановился почти вплотную к дамочке. Как он там ее назвал, Мэй?
Правая рука местного авторитета взметнулась вверх и легонько коснулась щеки женщины.
– Пойми, глупышка, мы проиграем эту войну, если будем вести себя как он. Да, ты права, отпускать людей Изаму глупо, неправильно. Но и все наше противостояние, в таком случае, изначально лишено смысла. Кто мы и кто Като! Однако мы все еще держимся, а значит, сможем отвесить оплеуху этому ублюдку. Ты веришь мне?
Мэй долго думала, а затем нехотя кивнула.
– Вот и славно. Подготовь мне финансовый отчет по этому делу к утру. И да, прошу тебя, никакой самодеятельности.
– Как скажете, господин, – все еще обиженно, но уже не так сильно, произнесла дамочка.
– Не дуйся. Лучше скажи, что там по тому пареньку, с которым сегодня пересекался Като? Есть на него что-нибудь?
Косой вернулся за рабочее место и, скрестив пальцы в замок, выжидающе поглядел на женщину. Та раскрыла папку, которая до этого лежала на краю стола, и вынула оттуда невероятно тонкий, почти прозрачный, планшет. Она немного поколдовала с сенсором, а затем над поверхностью планшета возникло голографическое изображение. Кажется, это было мое досье, судя по моей же фотографии и куче строчек, уходящих вниз.
– Такаяма Рюу. Возраст – семнадцать лет, учится в старшей школе, в каких-либо противозаконных акциях замечен не был. Спортсмен, занимается единоборствами, но особых достижений нет. Живет один, мать навещает его примерно раз в год. Есть бабушка и тетя, но отношения с ними более чем прохладные. Буквально сегодня утром жестоко покалечил Като Джуна, сына Изаму.
– Что он с ним сделал? – скучавший, пока женщина читала досье, Косой, вдруг встрепенулся.
– Переломал все конечности. Есть свидетели, что видели их драку и вчера. Кажется, Джун пытался обидеть подругу Такаяма-куна, Кендо Хикари. В наказание Такаяма избил Джуна сотоварищи, но, похоже, сынок Като не понял, что с ним не стоит связываться.
– Один вопрос: как обычный парень смог переломать кости сверху третьего ранга? – задумчиво спросил Изуми. Мэй улыбнулась.
– Мне бы тоже хотелось это узнать. Полагаю, именно по этой причине Като решил сам поговорить с парнем, поэтому и навестил его сегодня.
– Записи их разговора у тебя, конечно же, нет, – больше утверждая, чем спрашивая, сказал Косой. Женщина виновато кивнула.
– Да, господин, пока мы не успели установить прослушку. Но паренек действительно интересен, хотелось бы выяснить, кто он и откуда такие вдруг способности.
– Выясняй, – коротко приказал Изуми. – Даю тебе два дня.
– Есть, – по-военному ответила женщина, сворачивая изображение и убирая планшет-проектор в папку. – Я могу идти?
– Иди, – разрешил Косой.
– Одну минуточку, – вмешался я, уже сидя на подоконнике и свесив ноги. – Может, для начала, спросите меня, нужна ли прослушка в МОЕМ доме?
Они на мгновение зависли, изумленно разглядывая вашего покорного слугу. Затем Мэй вдруг резко бросилась в атаку, швырнув папку в сторону.
Она двигалась очень быстро, гораздо быстрее того же Тонга или Джуна. Но я прекрасно видел все ее движения насквозь и мог предугадать их. Вот она делает выпад правой…а нет, все-таки левой, удар сильный, пресловутого Тонга в лепешку раздавит. Но я отмахиваюсь правой и делаю подсечку. Женщина рухнула на пол, недоуменно хлопая глазами и хватая ртом воздух.
– Радость моя, я же поговорить пришел, а ты сразу драться, – добродушным голосом сказал я, спрыгнув на пол и склонившись над ней. – Негостеприимно получается.
– Кто ты такой? – спросил Изуми, внимательно разглядывая меня. Надо отметить, что за те секунды, что мы дрались с Мэй, он даже не шелохнулся. Так уверен в своих силах?
– Разрешите представиться, Такаяма Рюу. Тот самый джентльмен, чье досье вы так подробно разбирали пару минут назад, – я шутливо поклонился. Он хмыкнул.
– И зачем же ты сюда пришел, Рюу-кун?
Я обогнул по-прежнему пытавшуюся прийти в себя женщину и уселся в кресло напротив Косого.
– Скажем так, один наш общий знакомый нанял меня, чтобы я освободил его людей. Думаю, вы поняли, о ком речь.
Он кивнул. Взгляд напряженный, после скоротечной схватки с Мэй явно расценивает меня как угрозу, пусть и незначительную. В его понятии.
– Но, как я тут краем уха услышал, вы все пытаетесь играть в какую-то очень занятную игру. Не посвятите меня в ее условия? – с насмешливой улыбкой выдал я, глядя на него честными-пречестными глазами.
Изуми фыркнул.
– А не слишком ли ты мал для таких игр, парень?
– Думаю, в самый раз. Учитывая, что я УЖЕ в ней завязан.
Он качнул головой, подтверждая мои слова.
– Что ж, справедливо. Но мы с тобой знакомы лишь шапочно, может, расскажешь о себе? И о том, откуда у тебя взялись силы, чтобы так унизить Като Джуна?
Вот оно что. Похоже, этот мужик тоже в курсе политической жизни Изнанки, и о том, какую роль там играет семья Като. К тому же, сам он, при разговоре с Мэй, упоминал свой клан. Что бы это значило?
– Они просто появились. Ниоткуда, – пожал плечами я. – Да и не стоят такого уж особого упоминания. Я всего лишь второго ранга, ни рыба, ни мясо. Лучше расскажите о вашем клане. Я недавно столкнулся с Изнанкой, и мало разбираюсь в том, кто есть кто.
Он откинулся на спинку кресла, задумчиво разглядывая меня. Прикидывает, убить или продолжить разговор. Гляделки продолжались несколько минут, а затем Изуми тяжело вздохнул.
– Наш клан – изгои Изнанки. Те, кто когда-то считался бойцами Кане но Секаи, но потом были вынуждены покинуть теневой мир.
– По какой причине их изгнали?
– Изнанка подчиняется четкому своду правил, преступив которые, ты либо будешь казнен, либо станешь изгоем, – процедил Изуми. Похоже, у нашего авторитета не все в порядке с отношением к Изнанке. Наверняка сам когда-то накосячил, а теперь больно об этом вспоминать.
– И те люди, которых ты взял под крыло, как раз-таки являются такими преступниками.
Он нехотя кивнул.
– Ты не понимаешь пока, Рюу-кун, как тяжело подчиняться законам Изнанки. Да, там разрешено многое, чего нельзя в обычном мире. Но и плата соответствующая. Свободных сверхлюдей на Изнанке нет! Там все поделено. Все сферы влияния разделены меж семьями и кланами. А если появляется сверх в обычной семье, бывает и такое, то его либо вербуют, либо устраняют, как угрозу их порядку.
Теперь все складывалось. И то, зачем Като-старший самолично посетил мою квартирку, и зачем выдал этот квест. Увидев, на что я способен, он наверняка возжелал за мой счет усилить свою семью, и расширить влияние на Изнанке. Вот только не учел один важный момент: я не собираюсь ни перед кем пресмыкаться. Никогда.
– Выходит, ваш «клан» – лишь фиктивное объединение? На деле-то вы уже не являетесь частью Изнанки.
– К сожалению, да, – кивнул Косой. – Но мы все еще можем продолжать борьбу, пусть и на этой стороне. Политика, подкуп, шантаж, силовое противоборство – мы не остановимся, пока не отомстим зарвавшимся ублюдкам с Изнанки!
– А есть, за что мстить? – негромко спросил я. – Законы ведь не один день пишутся и издаются. Изнанка наверняка существует уже не одну сотню лет. Вы пытались пойти против системы и провалились. Вот и разгребайте теперь последствия. Чего ради пытаться отомстить?
Он заскрипел зубами. Похоже, сам думал о том же, но злость на кланы, как детская обида, грызла изнутри.
– К тому же, на одних интригах далеко не уедешь, – протянул я. – Вам нужны сильные бойцы, «мясо», которое не жалко, и которые смогут, если что, на равных противостоять бойцам Изнанки. Ну и плюс, грамотно расставленные фигуры на шахматной доске. Удар должен быть именно там, где его меньше всего ожидают.
– Что ты хочешь этим сказать? – не понял Изуми. Я поглядел на часы и зевнул.
– Только то, что уже сказал. Слушай, поздновато для умных разговоров. Верни Като его людей, по-хорошему. Иначе я ведь могу здесь все разнести, поверь.
Он почему-то поверил. Хотя в его глазах авторитета мне явно недоставало.
– Что взамен? – с усмешкой поинтересовался Косой. – Не думаешь же ты, что я просто так расстанусь с такой лакомой добычей?
– Само собой, – улыбнулся я. – Като заплатит тебе выкуп. Ну а я обещаю, что приду еще раз, и мы обсудим вопросы сотрудничества. Такого, которое выгодно нам обоим. Идет?
Думал он недолго. Мы скрепили соглашение рукопожатием, а затем я направился к окну. Мэй сидела на подоконнике, тихонько слушая наш разговор. Я коснулся пальцами ее подбородка, заглянул в глаза. Там плескались раздражение, ярость и страх. Она опасалась меня, учитывая, как быстро я скрутил ее. Но все же не могла смириться с поражением. Я хмыкнул и страстно поцеловал эту красавицу. У нее были очень мягкие и теплые губы. Затем, оторвавшись, погладил женщину по щеке.
– Приходи, когда захочешь поспарринговать. Я всегда готов.
Подмигнув ей, я выпрыгнул в окно, оттолкнулся от дерева и приземлился уже на улице. Благо, пешеходов было немного – смеркалось, и время перевалило за десять вечера. Шагая по улице Южного города, я подумал, что первое знакомство с представителями Изнанки прошло неплохо. С Като мы уже сотрудничаем, Изуми, думаю, долго ломаться не станет. Учитывая, какие у него малочувствительные к чужому присутствию охранники, кадров у авторитета маловато. Я имею ввиду, тех, кто сможет затащить схватку со сверхами. Мэй не в счет, она не похожа на крутого бойца, хотя потенциал есть, есть.
Что ж, свой первый ход я сделал, будем ждать ответа от обеих сторон. И надеяться, что в этой игре моя сторона окажется единственно выигрышной.
Ному
Следующие несколько дней в школе меня никто не трогал. Джуна видно не было, а его дружки-жополизы держались от меня подальше, обходя десятой дорогой. Другие ученики косились, конечно, после драки с Тонгом обо мне не знал только глухой, но попыток наехать не предпринимали. Приглядывались, рассчитывали, как получше надавить.
Хикари тоже держалась на расстоянии, будто бы пытаясь заново осмыслить наши отношения. Хоть я и дал ей понять, что мы лишь друзья, но, похоже, девчонка пропустила это мимо ушей.
Так я и слонялся по школе, скучая на уроках, а затем возвращаясь домой в гордом одиночестве. Като-сан тоже отчего-то не звонил и не захаживал, хотя, по идее, должен был навестить меня после разговора с Изуми.
Почти неделю я не посещал спортзал, забив на тренировки, поэтому, стоило мне в пятницу вечером пересечь порог священной обители молодых бойцов, как тут же сбоку прилетел боковой удар тренера.
– Где шляешься, придурок? Соревнования на носу, а ты *** пинаешь, балбес! Живо на татами, – прорычал Ханзо-сан, за шиворот волоча меня по полу к «рингу» – квадрату пять на пять метров, выложенному из матов.
Швырнув меня на татами, тренер отошел в сторону и скрестил руки на груди.
– Джин! Ты первый! – раздалась его команда. Я хмыкнул. Джин был лучшим учеником и гордостью тренера. Первый во всем: и на местных соревнованиях, и на уровне страны, и даже получивший третье место на мировом чемпионате. Похоже, Ханзо-сенсей разозлился не на шутку, раз с ходу выставил тяжелую артиллерию.
– Да, сенсей! – поклонился тренеру Джин, а затем шагнул на татами. Я уже поднялся на ноги и насмешливо разглядывал своего будущего противника. Нет, до моего превращения в сверха мне до чемпиона было как до Луны на унитазе. Теперь же – заранее предвижу все его атаки и обманки. Он еще не начал сражение, а мне уже стало скучновато.
Мы традиционно поклонились сенсею, затем друг другу, и встали в стойку. Я принял самую расслабленную: пальцы сжаты в кулак, локти прижаты к телу, руки параллельно полу, ноги на ширине плеч, для лучшего упора. По сути универсальная стойка – из нее я мог и атаковать, и защищаться. Джин же, как обычно, встал в кокутцу-дачи – носок впереди стоящей ноги смотрит на противника, стопа стоящей сзади ноги развернута наружу на девяносто градусов, расстояние между ступнями – две ширины плеч, обе ноги согнуты в коленях. Одна из основных стоек в каратэ. Что ж, очевидно, что чемпион выберет привычный для себя стиль. Хотя, по сути, тренер Ханзо учил нас не только одному каратэ, но еще и многим другим видам единоборств, преподавая все в комплексе, обучая как противостоять любому боевому искусству.
Секунд десять стоим друг напротив друга. Чемпион рвется в бой, чувствую, как в нем кипит адреналин. Похоже, он только начал разминаться, когда я пришел. Что ж, прости, Джин-кун, сегодня не твой день.
Не выдерживает, бросается на меня. Удар правой, по идее, должен пробить мое солнечное сплетение и лишить возможности соображать на какое-то время, но я его даже не почувствовал. Поймав изумленный взгляд Джина, с усмешкой хлопаю ладонью его в центр груди. Бедного чемпиона сносит на добрые полсотни шагов. Ударившись о стену, Джин рухнул на пол. Я неспешно подошел, наклонился над противником и проверил пульс.
– Глубокий нокаут.
Затем, выпрямившись, ловлю на себе задумчивый и слегка удивленный взгляд тренера.
– Кен, Сато – приведите парня в чувство. Остальные – продолжаем тренировку. Ты – за мной.
Миновав удивленных учеников, мы оказались в тренерской. Здесь я бывал редко, но всегда поражался той аккуратности, с которой Ханзо-сенсей относился к своему кабинету.
– Садись, – бросил он мне, устраиваясь в кресле. Я послушно приземлился напротив, глядя на тренера честными-пречестными глазами. Ханзо-сан не выдержал и фыркнул.
– Когда это с тобой произошло, парень?
Я не стал выпендриваться, и поведал наставнику все с самого начала, упустив тот факт, что прикончил еще и ангела-хранителя. Думается мне, не стоит об этом рассказывать кому бы то ни было.
Тренер задумчиво покивал, а затем коротко хохотнул.
– Ну и дела. Ни разу не слышал, чтобы кто-либо становился сверхом будучи уже взрослым. Это, как минимум, странно. Твои сила и выносливость сейчас на уровне как минимум четвертой ступени, хотя сам ты стоишь только на второй!
– Откуда вы знаете об Изнанке, сенсей?
Он неопределенно пожал плечами.
– Я там родился. А потом был изгнан, ввиду полного отсутствия способностей.
– Разве такое может быть? Чтобы у сверхов родился ребенок без способностей? – удивился я. Он поморщился.
– Как видишь, может. Не скажу, что мои родители были этому рады. Скорее, наоборот. Они поспешили сплавить меня дальним родственникам, у которых я и вырос.
– Логично, – усмехнулся я, чем вызвал вспышку злости. Спокойнее, Ханзо-сан, я не собираюсь над вами издеваться. – Как я уже понял, сверхи мнят себя элитой этого мира, божествами. Думают, что им позволено все, и сильно удивляются, когда что-то идет вразрез с их планами.
– А они и есть божества, – кивнул сенсей. – Скажешь, нет? У них сверхсилы: быстрая реакция, ненормальная физическая сила, выносливость плюс еще индивидуальные способности, которые тоже можно развивать. Все это заставляет чувствовать себя…ущербным.
– В какой-то мере да, – не стал я отрицать. – Но это ненадолго. Скоро они все зашевелятся.
Ханзо-сан некоторое время разглядывал меня в упор, нахмурив лоб. Затем на его губах заиграла улыбка.
– Похоже, ты намерен бросить целое полено в этот костер? Будет забавно поглядеть на них, когда свободный сверх начнет свою игру. Впрочем, тебя быстро задавят титаны вроде Като, Судзуки и им подобных. Изнанка давным-давно поделена меж кланами и новой крови там места нет.
– Я в курсе, сенсей, – из моего рта вырвался смешок. Нечто похожее мне недавно говорил Изуми. – Но и у меня вскоре будут союзники. Вместе с ними я смогу встряхнуть это вонючее болото.
– Что ж, удачи тебе, – произнес наставник, пожав мне руку. – Но в мой зал больше не приходи. Не стоит травмировать психику ребят.
На какой-то миг мне стало немного грустно на душе, все же с этим местом связано много приятных воспоминаний, но я быстро прогнал дурные мысли прочь. Неважно. Мне не нужны спарринги, чтобы стать сильнее. Мне нужны настоящие схватки насмерть! Только так моя способность сможет себя проявить.
Покинув спортзал, я неторопливо зашагал по улице, обдумывая разговор с тренером. Выходит, не так уж мало людей знают об Изнанке. Не удивлюсь, если каждый третий является либо сверхом, либо человеком из изнаночных кланов. Впрочем, если у них принято избавляться от обычных людей, то, скорее всего, на Изнанке только лишь сверхи. И рабы, если вспомнить средневековый феодализм. В любом случае, если вспомнить нашу первую беседу с Хикари, крутых сверхов на Изнанке немного – в основном они четвертого-пятого ранга. Значит, через пару недель я смогу догнать таких бойцов, а еще через месяц превзойду их! Но для этого нужны постоянные бои, в которых я смогу сражаться хотя бы вполсилы. Где бы найти подходящих соперников? Придется либо ждать вызов от кого-нибудь из нервных детишек сверхов, либо поговорить с Изуми, когда он свяжется со мной – пусть обеспечит парочку спарринг-партнеров.
Однако, все разрешилось через два дня, в понедельник. Я, как обычно на большой перемене, сидел в туалете на подоконнике, неспешно куря. К этому делу пристрастился несколько дней назад. Моему организму сверха вреда ноль, а мысли немного прочищает.
В туалет зашли трое парней примерно моего возраста, шумно переговариваясь и обсуждая явно интересную тему. Увидев меня, они удивленно замолчали. Затем вперед вышел среднего роста, крепкий, но худощавый парнишка. Черты лица у него были узкими, а глаза наоборот – крупными, иссиня-черными. Короткие волосы ежиком топорщились на голове, в общем, типичный янки-кун.
– Слышь, парниша, шел бы ты отсюда, не видишь, дяденьки пришли отдохнуть, – развязным тоном обратился он ко мне. Я смерил парня равнодушным взглядом, и отвернулся обратно к окну. Он, кажется, запыхтел от злости, шагнул ко мне, ухватил за плечо и силой развернул к себе. Надо сказать, хватка у него оказалась крепкая, но, при желании, я мог бы остаться на месте без особых проблем. Еще раз взглянув на парня, я опознал в нем сверха. Как я понял? Не спрашивайте, это что-то на уровне интуиции. Просто посмотрел на человека, и в голове щелкнуло: он сверх.
– Я к тебе обращаюсь, придурок! – рявкнул он. Похоже, у мальчика не все в порядке с нервами. Я сильно поторопился, решив, что мы одного возраста. Он был примерно на год-полтора младше, потому и вел себя неуважительно и вызывающе.
– Я тебя выслушал. Аргументов не услышал, поэтому вали, пока я добрый, – с усмешкой откликнулся я. Он побагровел, в воздухе засвистел кулак, от которого я легко уклонился. Угол стены раскрошился от удара рукой, мелкие осколки брызнули в разные стороны.
– Неплохо, – заметил я. – А если так?
Подсечка, удивленный пацан теряет равновесие и заваливается назад, и в этот же самый миг я спрыгиваю с подоконника и ударяю кулаком сверху вниз, вбивая его(противника) в пол. По кафелю побежали трещины, а голова юного гопника прочно застряла в плитах пола. Его дружки испуганно отпрянули, глядя на меня уже по-другому, без борзоты.
– Мы, наверное, пойдем, да? – неуверенно предложил ближайший ко мне. Я кивнул.
– И этого с собой заберите.
Они кивнули, бросились к товарищу. Минут пять с трудом отдирали его тушку от пола, а затем, стоило мне только моргнуть, как вылетели из туалета. Я хмыкнул и выплюнул изо рта окурок. Настроение слегка поднялось.
Отсидев еще пару занятий, я решил перекусить. Дома жрать было нечего, ибо с вечера мне готовить лень, а утром не до того. Вот и приходилось зачастую обедать в школе, благо кормят тут бесплатно и при этом на удивление вкусно.
Набрав полный поднос всякой всячины, я уселся за свободный столик и, неспешно жуя отбивную, принялся рассматривать обедающих школьников. Народу для полудня было немного, большинство давно уже поели и теперь просто беседовали, обсуждая разные интересные им темы.
На аппетит я никогда не жаловался, так что довольно быстро проглотил свой обед и поднялся, чтобы отнести поднос.
Тут в меня и врезался давешний пацан. К стыду своему, я совершенно не ожидал нападения здесь, на виду у всех, поэтому позорно разжал пальцы и позволил подносу упасть на пол. Посуда разлетелась осколками, а я ощутил, как в глубине поднимается ярость.
– Ой, какой я неловкий, – издевательски произнес парнишка. – Вы как, не ушиблись, семпай?
Я сделал глубокий вдох. Выдох. Натянул ледяную усмешку.
– Нет, не ушибся. А вот тебе стоит глядеть перед собой в следующий раз, чтобы не наткнуться на обычного человека.
Он слегка побледнел, вон, на лбу шишка громадная, видать, не так легко ему далось сошкрябывание с пола. Кажется, пацан даже не понял, что именно произошло тогда, но, надеюсь, его дружки любезно просветили.
– Ну а пока, – я в предвкушении облизнул губы. – Убери-ка эти осколки. Все же по твоей вине посуда разбилась, а портить школьное имущество у нас нельзя.
Он запыхтел, глаза налились ненавистью, а губы скривились так, будто вот-вот или заплачет, или бросится с кулаками. Впрочем, теперь я уже был готов к любому повороту событий. Случай показал, что не стоит расслабляться нигде и никогда.
– Ты хоть знаешь, кто я такой? – прошипел он, чуть ли не брызжа слюной. Я равнодушно пожал плечами.
– Да хоть сам Император, мне-то что? Накосячил – разгребай. Тебя папочка этому не учил в детстве? Ах да, ты же еще ребенок!
Он заскрипел зубами так громко, что я аж поморщился.
– Ублюдок! – завопил пацан, проводя резкую атаку. Правый кулак летел мне в лицо, а левая нога в этот момент поднималась, чтобы пнуть в живот, лишив меня дыхания. Он не обольщался, понял, гад, что я легко заблокирую его руку, но был уверен, что удар ногой пройдет. Наивный чукотский юноша.
Я отбил его правый, будто бы отмахивался от мухи, а затем схватил летящую ко мне стопу и дернул вверх. Пацан позорно полетел на пол, но на этом я останавливаться не стал, не разжимая пальцев крутанув его ступню влево, ломая сустав. Он закричал так, что у меня чуть уши не заложило, и попытался атаковать из лежачей позиции здоровой ногой. Я не стал церемониться и в этот раз просто проигнорировал удар, наклонившись и несильно хлопнув его по животу правой ладонью. Готов поспорить, его внутренним органам сейчас сильно не поздоровилось. Но мне плевать, мальчишка сам полез в драку, я лишь защищался.
– Знаешь, похоже, я переоценил твои умственные способности, – присев рядом, вкрадчиво произнес я. – Мне показалось, что ты более сообразительный, и не станешь лезть в драку там, где один раз уже получил п****лей. Но нет, ты с упорством осла прешь снова и снова, надеясь сдвинуть слона с дороги. Увы, но ты сам виноват в своей травме. Сустав будет заживать долго и, надеюсь, к тому времени, как ты снова сможешь ступать на эту ногу, то обдумаешь свою ошибку и поймешь, как следовало поступить.
По его щекам текли слезы боли и обиды. Похоже, я невольно наступил на гордость этого пацана, да еще и потоптался там как следует. Ну и ладно. В конце концов, даже если он попытается отомстить, уломав своего папашку или кого-нибудь еще из клана, я буду готов. Не думаю, что они будут представлять особую угрозу.
Поднявшись и развернувшись, я зашагал прочь. Вскочившие с мест во время драки ученики глядели на меня кто со страхом, кто с любопытством. Подмигнув паре девчонок, я покинул столовую, выбрался из коридора в школьный двор и остановился, раздумывая, чем бы заняться.
Однако, стоило мне сделать шаг вперед, как сзади остро повеяло опасностью. Недолго думая, я швырнул рюкзак в сторону, а сам перекатом ушел вбок, и вовремя – на том месте, где я только что стоял, взметнулся столб пыли.
Я принял боевую стойку, ожидая, пока пыль уляжется. Но противник сам выпрыгнул навстречу. К моему изумлению, это был Тонг! Здоровяк, похоже, оправился от нашей прошлой схватки и решил попытать счастья вновь. А вот хрен тебе!
Увернувшись от мощного выпада левой, я поднырнул под громадную ручищу переростка и, выдохнув, ударил обоими кулаками в грудь Тонга. Громилу снесло в дальний конец школьного двора; пробив спиной стену сарая с инвентарем, он залетел внутрь. Фыркнув, я подхватил с земли рюкзак и зашагал домой. Что за день, сначала сопляк, возомнивший себя пупом Земли, потом ничему не научившийся гориллоподобный школьник! Ладно бы оба были хорошими бойцами, но ведь их даже посредственными не назовешь! Один удар, и ребята слились.
Интересно, в этой школе хоть один реально сильный боец найдется? А то, что ни встреча, то ванпанч. Так можно невольно возгордиться, хотя поводов вроде и нет – много ли чести бить школотень?
Решено! Позвонит Изаму, надо спросить насчет каких-нибудь боев на Изнанке. Может, он меня туда пропихнет, дабы оценить свои силы в борьбе с крутыми перцами.
Стоило мне завернуть за угол, как сзади послышался чей-то злой окрик:
– Эй ты! А ну стой!
Да ладно? Кого там еще принесла нелегкая?
Обернувшись, я увидел высокого подтянутого парня моего возраста в спортивных штанах и футболке-безрукавке, обнажавшей мощные плечи бойца. Его черты лица сильно напоминали побитого мной школогопника, только он был постарше и глаза бледно-зеленые. Ну и прическа другая: длинные волосы стянуты в конский хвост на затылке.
– Это ты травмировал моего брата? – прищурившись, спросил он, двигаясь навстречу. Я пожал плечами.
– Может быть. Прицепился сегодня какой-то малолетний янки, права начал качать. Ну я его немного осадил.
– Немного? – в его голосе зазвенела ярость. –Ты сломал ему ногу! Айки теперь долго не сможет заниматься боевыми искусствами!
Я снова равнодушно пожал плечами.
– Ну а мне какое дело? Мальчик попутал берега, полез не на того человека, и поплатился за это. Твоя ошибка, что не рассказал ему о мире взрослых и о такой штуке, как уважение.
– Кто ты такой? Из какого клана?
Его взгляд не был затуманен злостью, как у младшего брата. Вместо этого, парень довольно хладнокровно оценивал меня как противника и просчитывал ситуацию. Я же разглядывал его ауру. Так-так, пятый ранг. Неплохо для такого возраста. Учитывая разницу между нами, он должен быть намного сильнее меня, но какого-то явного давления я не ощущал. И это странно, ведь, по идее, у него сейчас злость бьет через край, пусть он и сдерживает ее. Часть эмоций в любом случае вырывается наружу и оказывает давление на врага. Но я ничего не ощущал. Так не бывает. Ну или бывает, но в том случае, если противник намного слабее тебя. То же самое было с Джином в спортзале у Ханзо-сенсея. Но этот парень не может быть настолько слабее меня! Значит, дело в другом.
– Я не являюсь членом какого-либо клана, – с усмешкой сообщил я. В его взгляде мелькнуло удивление, быстро сменившееся предвкушением.
– Что ж, выходит, ты не в курсе правил Изнанки, верно? Тогда позволь мне тебя просветить в этом вопросе.
– Как хочешь, – улыбнулся я, чем заставил его снова удивиться. Похоже, парень ожидал, что я буду напуган, стану молить о пощаде и все такое. А фиг тебе, перебьешься!
– Тогда сегодня в шесть вечера в нашем зале. За тобой приедут.
С этими словами он развернулся и направился прочь.
– Вежливые люди вообще-то обычно представляются, когда вызывают на дуэль, – бросил я ему вслед. Мой будущий противник замер, я всей кожей ощутил его ненависть и досаду.
– Меня зовут Ному. Судзуки Ному, – процедил он, не оборачиваясь, а затем продолжил идти.
Судзуки? Знакомая фамилия. Кажется, где-то я уже слышал ее совсем недавно. Ах да, Ханзо-сенсей упоминал ее в нашем разговоре. Выходит, клан этого парня довольно известен на Изнанке?
Проклятье, я только хотел купить вкусняшек и, завалившись домой, включить новую анимешку. Но вечером будет бой с этим Ному, а значит, мне нужна информация о нем. А кто у нас лучше всех владеет информацией из моих знакомых?
Като и Изуми. Оба весьма компетентны в вопросах Кане но Секаи, но оба в последнее время молчат в тряпочку. И если Изуми я лично обещал заглянуть на огонек и обсудить сотрудничество, но что-то тяну, надеюсь на его звонок, то Като как-то невежливо молчит. А ведь распинался, что заплатит кучу денег за возврат его людей. Что ж, подождем еще пару дней, а потом навестим балбеса, объясним, что со мной шутки плохи.
Выходит, спонсором сегодняшней информационной разнарядки будет Изуми. Что ж, самое время навестить авторитета. Но для начала – домой. Переодеться надо бы, да себя в порядок привести. На улице жара плюс тридцать, а я хожу в рубашке с пиджаком.
Обозначив цели на ближайшие несколько часов, я потопал дальше в сторону дома.
Судзуки
Как только я скинул ненавистную школьную форму и нацепил на себя спортивные штаны и майку, как раздался деликатный стук в дверь.
– Не заперто! – крикнул я. В квартире показался Изаму Като собственной персоной – все такой же очкарик с глуповатым видом и абсолютно не вписывающимся в образ жестким колючим взглядом.
– Да ладно! Неужто сам Като-сан пожаловал? – насмешливо произнес я. Отец Джуна хмыкнул и устроился на диванчике, скрестив пальцы в замок.
– Я весьма доволен твоей работой, – начал он издалека. – Договориться с самим Изуми…чем ты пронял этого парня? Он ведь известен своим упрямством и ненавистью к людям Изнанки.
– Пообщались по душам, обсудили кое-что, – пожал я плечами. – Где там мои деньги?
Като покачал головой, пряча усмешку, а затем положил на стол толстую пачку банкнот.
– Здесь две тысячи долларов. Само собой, пока немного, но, если наше сотрудничество продлится, то оплата, само собой, возрастет.
Я мысленно присвистнул. Две штуки баксов! Дружить с главой клана Като очень и очень выгодно, если так посмотреть.
– При нашей первой встрече вы сказали, что сотрудничество с вами принесет мне пользу и даст неплохой старт в Кане но Секаи, – сказал я прохладным тоном. – Но Изуми поведал мне, что сверхи, не состоящие в каком-либо клане, изгоняются.
Изаму-сан неохотно кивнул, чуть поморщившись.
– Так какой старт вы можете мне предложить, чтобы я согласился на дальнейшее сотрудничество? – сложив руки на груди, я с насмешкой взирал на слегка смешавшегося Като. Похоже, он не был готов к такому вопросу, что странно, учитывая возраст этого мужика и его положение. Неужели он всерьез думал, что избавился от меня, только отправив на встречу с знаменитым авторитетом Южного города?
– Принятие в семью Като тебя устроит? – предложил Изаму, но сразу же наткнулся на мою кислую физиономию. Находиться под одной «крышей» с коротышкой Джуном? Да я убью его раньше, чем он попытается хотя бы мявкнуть.
Похоже, Като тоже прекрасно это понял, потому что тихонько вздохнул и откинулся на спинку дивана.
– Что ж, в таком случае, я могу лишь предоставить тебе полную защиту нашего клана, а также возможность обучаться у наших мастеров.
Я призадумался. Щедрое предложение, учитывая, что абы кто под крыло клана попасть не может априори. Но за этим пряником явно кроется жирный такой подвох, потрясая складками.
– Что вы хотите взамен?
Он улыбнулся, и в его улыбке я разглядел предвкушение, а также самодовольство хищника, ухватившего за плавник золотую рыбку.
– Полная и безоговорочная преданность клану Като и лично мне. Ну и, само собой, моему сыну, когда придет его время встать во главе.
– Не думаю, что такое возможно, – перебил я его. Глаза Изаму недовольно блеснули из-за очков. – Уж простите, но ваш сын вызывает во мне желание его прихлопнуть, будто маленькую жирную надоедливую мошку. И я это сделаю, рано или поздно, если он продолжит мозолить мне глаза. Но никогда и ни при каких обстоятельствах я не стану прогибаться под кого-то вроде Джуна.
Като нехотя качнул головой. Видимо, и такой вариант он рассматривал.
– Что ж, тогда мы можем просто поддерживать сотрудничество на взаимовыгодных условиях. Скажем…пару раз в месяц я прошу тебя выполнить для меня кое-какие поручения, ты исполняешь просьбу и получаешь соответствующую оплату. Ну и, само собой, наша главная школа боевых искусств открыта для тебя.
Вот это уже больше похоже на выгодный контракт. При этом я, по сути, ничем не рискую. Как и он. В случае предательства одной из сторон, другая теряет лишь деньги, или же внештатного агента. Не такая уж и большая потеря. Но деньги Като мне пригодятся в любом случае, пусть пока и не знаю зачем. Думается мне, на реализацию моего плана, который я обдумывал для следующей встречи с Косым, пригодится нехилое такое денежное вливание.
– Хорошо, я согласен.
Мы скрепили повторный союз рукопожатием. Като было поднялся, чтобы уходить, но я жестом попросил его остаться.
– У меня к вам еще пара вопросов, если не возражаете.
– Конечно, – вежливо улыбнулся очкарик, присаживаясь на место. – Я весь внимание.
Я вкратце обрисовал столкновение с Айки, а затем встречу с его старшим братом, не забыв упомянуть сегодняшнюю «стрелку». Услышав о Ному, Изаму-сан помрачнел.
– Этот юноша – настоящий гений. Ему, так же, как и тебе, семнадцать, но он развивает свои способности с трех лет. К тому же, он сын Судзуки Кайто, главы одного из трех лидирующих кланов Изнанки. Соответственно – ресурсами мальчик не обделен, что и позволило его таланту раскрыться в полной мере. Сейчас он находится на пятой ступени мастерства, но, по моим сведениям, готов шагнуть на следующую. Слишком сильный противник для новичка вроде тебя.
– Но ведь я сумел справиться с вашим сыном, причем без особых усилий, – поддел я, заставив Като-сана скривиться.
– Джун…не очень прилежный ученик. Кое-что он, конечно, умеет, но его младший брат, Кен, гораздо способнее. Недавно он достиг четвертого ранга, и, по такому случаю, я попросил Судзуки провести спарринг между Ному и моим сыном.
– И что? – невольно полюбопытствовал я. Изаму поднял на меня тяжелый взгляд.
– Мой сын был разбит в первые две секунды боя. Одна секунда понадобилась Ному, чтобы приблизиться, а вторая – чтобы атаковать.
Я невольно зауважал Судзуки-куна. Чтобы так быстро расправиться с противником, нужны поистине годы адских тренировок за спиной, будь ты хоть трижды сверхом. Хотя…это все же ко мне не относится. Но то я – случай особый.
– Он настолько хорош?
– Более чем, – через силу признал очкарик. – Одним ударом он свалил моего сына! Хотя Кен также тренируется, словно проклятый, чуть ли не с пеленок. Теперь ты понимаешь, как мало у тебя шансов против такого монстра?
Похоже, поражение сынульки сильно задело непоколебимого Като, вон, как пальцы-то дрожат.
– Ну, могу вам сказать, что шанс есть всегда, даже несмотря на разницу в рангах. В любом случае, думаю, я смогу кое-что придумать.
Ответом мне был скептический взгляд Изаму, будто бы говорящий: «Ты что, идиот?».
– Лучше расскажите о семье Судзуки. Какие у вас с ними отношения?
– Мы находимся на стадии затяжной холодной войны, – чуть подумав, сказал Като. – Кайто и я выросли вместе, и были друзьями, но после все изменилось, как только он встал во главе семьи. Под его рукой клан Судзуки стал стремительно набирать вес в обществе Изнанки, и мне ничего не оставалось, кроме как попытаться противостоять ему. Долгие годы мы всячески старались сбросить друг друга с пьедестала, но, в конце концов, решили заключить пусть и шаткое, но перемирие. В конце концов, мы оба являемся лидерами Изнанки.
– Вы упоминали, что ведущих кланов три, – вспомнил я. – Какой третий?
Изаму-сан загадочно улыбнулся.
– Тебе пока не стоит этого знать. Что ж, – он поднялся и направился к выходу. – Желаю удачи в сегодняшнем поединке. Надеюсь, ты сможешь хотя бы ходить после схватки с Ному. Впрочем, шансов маловато. Не рискуй напрасно, помни – ты полезнее мне живым, чем мертвым.
Я лишь молча кивнул в ответ. Когда дверь за Като закрылась, взял со столика пачку долларов и убрал в шкаф. Продуктивный вышел разговор, ничего не скажешь. Вроде информации немного узнал, но кое-что полезное все же есть. Например, то, что мой враг поистине силен. Сильнее всех, с кем я сражался до этого, вместе взятых. Да и семья у него – не из последних. А биться я буду на территории врага, так что, вполне вероятно, придется смываться на всех парах, если все пойдет не так.
Я сам не заметил, как мелко задрожали пальцы на руках. Предвкушение битвы захватило меня с головой, а губы сами собой растянулись в улыбке. Наконец-то! Неужели я смогу испытать челлендж, с тех пор, как изменился?
Время неумолимо близилось к назначенному сроку, а я сидел и неспешно листал мангу, пытаясь настроиться на бой. Главный герой истории тоже был обычным парнем, слабым, забитым и трусливым, но изменился, стоило ему повстречать учителя и сильнейшего мастера боевых искусств, именующего себя драконом. Чем-то напоминает произошедшее со мной, вот только я и ученик, и мастер в одном лице. Впрочем, об этом пока рановато…
Когда подъехала машина клана Судзуки, я как раз выходил на улицу. Из автомобиля выбрался одетый в черный костюм телохранитель самой суровой наружности и, приоткрыв заднюю дверь, замер.
Я устроился на заднем сидении роскошного лимузина, напротив меня оказались еще двое мордоворотов. Оглядев шикарный салон авто, я принялся разглядывать своих спутников. Они молча пялились в ответ. Так мы и ехали, в полной тишине.
Правда, надо признать, ехали недолго. Уже через полчаса машина заехала на парковку перед большим пятиэтажным особняком в богатом районе города, где проживала лишь элита из элит. Мне, само собой, здесь бывать еще не доводилось.
Все тот же секьюрити услужливо распахнул дверь и подождал, пока я выберусь наружу. Территория клана Судзуки внушала: высокий забор из камня, мощеные гравием дорожки, одна из которых вела к большой парковке, а другая – к дому. Сам особняк окружал огромный цветущий сад. Богато, ничего не скажешь.
– Следуйте за мной, пожалуйста, – вежливо попросил «мой» охранник. Я лишь пожал плечами, помахал вылезшим из машины телохранителям и направился за провожатым. Мы шли по дорожке к дому, а затем свернули налево, огибая особняк по другой, куда более узкой тропинке. Она вела на «задний двор» – если можно так назвать площадь размером с нашу школу, на которой возвышались два здания, больше похожие на ангары: с узкими длинными окнами под самой крышей и прочными на вид стенами все из того же камня. Фетиш у них, что ли, из камня все строить?
Однако стоило нам зайти в крайний ангар, как все встало на свои места – это был спортзал. Но какой! Огромный, размером чуть ли не со стадион, поделенный на несколько секций, огражденных стеклом, вероятно, непробиваемым. Слева от входа, в дальней стене, виднелся проход, наверное, в раздевалки.
– Вы желаете переодеться, или будете разминаться так? – повернулся ко мне провожатый.
– Мне все равно. Обязательно нужно переодеться?
Он покачал головой.
– Нет.
– Ну и славно. Где я могу разогреться?
– Идемте.
Охранник повел меня вдоль секций в следующий зал(оказывается здесь их несколько), где указал на сектор с беговой дорожкой, грушей и прочими тренажерами.
– Можете размяться, за вами придут.
Затем он удалился. Я едва слышно фыркнул. «За вами придут», – как будто на казнь готовят. Хотя, вполне возможно, так оно и есть. Не думаю, что хоть кто-нибудь здесь сомневается в победе Ному. Тем интереснее будет исход поединка.
Я неторопливо разогрел суставы, сделал растяжку, немного поработал с грушей, а затем присел в уголке, приняв удобную позу: спиной оперся о стену, левую ногу вытянул, а правую согнул в колене, сложив на нее руки. Прикрыл глаза и попытался очистить разум от ненужных мыслей. Ханзо-сенсей всегда учил перед боем убирать все лишнее, оставляя лишь настрой на победу. Своего рода медитация, самовнушение – называйте, как хотите. Но этот способ всегда помогает.
Прошло, по моим внутренним часам, около сорока минут, когда рядом раздался спокойный голос уверенного в себе человека.
– Значит это вы тот юноша, что взял на себя смелость избить моего младшего сына?
Я открыл глаза и увидел перед собой мужчину лет тридцати – ни единой морщинки, лицо едва ли не подростка, как и в случае с Като. Фигура крепкая. Даже под свободного покроя рубашкой можно это заметить.
– Судзуки Кайто-сан, если не ошибаюсь? – лениво спросил я. Он рассмеялся.
– Действительно, наглости вам не занимать. Полагаю, именно этим вы и приглянулись Изаму-куну?
– Возможно. А может, я ему просто понравился? – предположил я. Судзуки-сан хмыкнул. В целом он производил впечатление добряка: глаза мягкие, на губах полуулыбка, поза расслабленная. Но я не питал иллюзий – если понадобится, он вмиг станет серьезным и покрошит меня на кусочки.
– Может и так. Като нравятся сильные личности. С их помощью можно сделать много интересных ходов.
Я неопределенно махнул рукой.
– А что, если фигура сама является кукловодом?
Лицо Судзуки-сана на миг стало удивленным, но затем он снова рассмеялся.
– Хорошая шутка. Но даже если предположить, что пешка на какой-то миг стала королем, она все равно останется пешкой. Маски не помогут стать тем, кем она не является.
– Это лишь ваша точка зрения, основанная на слепой вере в свои силы. Но можете ли вы допустить, что в вашем маленьком мирке появится сила, способная разрушить устоявшийся порядок и изменить правила игры?
Его взгляд преобразился, стал ледяным, и я ощутил сильное давление на свою тушку.
– Что ж, если допустить такой вариант развития событий, то такую силу следует задавить сразу, дабы избежать проблем в будущем.
– Но это лишь при условии, что такая сила существует, – парировал я.
– Безусловно, – кивнул Кайто-сан.
– Что ж, если вы жаждете услышать извинения по поводу травмы вашего сына, то не дождетесь. Он сам виноват в случившемся. Не я, так кто-нибудь другой, рано или поздно, осадил бы Айки-куна, – сказал я. Судзуки-сан вздохнул и присел рядом.
– Я не виню тебя, Рюу-кун. Но и отнестись к этому снисходительно тоже не могу, я все же отец. Я допускаю, что Айки вел себя неподобающим образом и заслужил наказание, но кто дал право тебе карать?
Он говорил негромко, но голос звучал как-то грозно и внушал уважение.
– Никто, – чуть подумав, ответил я. – Но мне и не нужно чье-то разрешение, чтобы указать наглецу его место. В конце концов, должен же я как-то взбираться наверх.
– И ты искренне веришь, что тебе дадут это сделать? – полюбопытствовал Судзуки-сан. Глаза его смеялись.
– Я никому не верю. Кроме себя. Но знаю точно – мне хватит сил и упрямства дойти до конца. И те, кто будет рядом, определенно, получат свою порцию пряников.
Он не выдержал и расхохотался в голос.
– Звучит довольно-таки наивно, но ты ведь еще ребенок, – отсмеявшись, сказал Кайто-сан. – Идеализировать и строить неосуществимые планы – это нормально.
– А кто сказал, что они неосуществимы? – я поднялся и сдержал рвущийся наружу зевок. – Когда уже там бой начнется?
Судзуки-сан поднялся и поманил пальцем, приглашая следовать за ним. Он больше не проронил ни слова, но я часто ловил на себе его задумчивый взгляд. Похоже, семена сомнений легли на благодатную почву. Что и неудивительно: любой сильный клан мечтает стать сильнейшим, а для этого нужны ресурсы и возможности. А после того, как я встречусь с Изуми, и мы вместе сообразим хитрый план, такая возможность появится. Для тех, кто не побоится принять нашу сторону в грядущей войне.
Мы прошли через весь зал, и, миновав очередной коридор, оказались в зале побольше. Здесь была только арена, огороженная канатами, и пустое пространство вокруг нее. Похоже, показательные бои тут не редкость.
Нас уже ждали. Возле арены столпились члены клана, что-то громко обсуждавшие, чуть поодаль стоял Ному вместе с немолодым, но крепким мужчиной в темном костюме. Похоже, это его наставник. Мы подошли к ним и остановились напротив.
– Готов к наказанию? – с усмешкой спросил Ному.
– Могу спросить то же самое, – улыбаясь, парировал я. Парень стиснул зубы, сдерживая злость. На мое плечо легла тяжелая ладонь Судзуки-сана.
– Удачи, Рюу-кун. Она тебе ой как понадобится.
По знаку «наставника», мы с Ному шагнули на ринг. Он был слишком большим, если сравнивать с привычными боксерскими. Где-то двадцать на двадцать метров – достаточно, чтобы вдоволь повалять своего соперника.
Я остановился чуть поодаль от Ному, разглядывая противника. Он точно также смотрел на меня, в глазах я видел ярость и желание поквитаться с обидчиком брата. Но при этом, как ни парадоксально звучит, он оставался в трезвом рассудке, верно оценивая мои возможности и вероятные ходы.
«Наставник» ударил в гонг, и в тот же миг Ному рванул вперед, превратившись в смазанное пятно, на каких-то пару мгновений, которые понадобились мне, чтобы подстроиться под его скорость. Время замедлилось еще сильнее, когда парень оказался на расстоянии вытянутой руки, занося кулак. Я скользнул чуть вбок, придерживая его руку, ухватился пальцами за запястье и с силой дернул, ломая.
Время вернуло привычный ритм, и Ному изумленно отшатнулся, недоверчиво глядя на нерабочую теперь кисть.
– Давай, покажи мне больше, – подбодрил его я. В бледно-зеленых глазах мелькнул интерес, парень тряхнул рукой и, к моему удивлению, пошевелил сломанной кистью. Нифига себе! Это что за Росомаха? Такая быстрая регенерация, или же временный «костыль»?
Неважно. Ному снова бросается в атаку, но скорость теперь еще выше, едва успеваю уследить за его движениями. Отбить боковой правой, оттолкнуть лоу-кик левой ногой, слегка отклониться в сторону, пропуская неизвестный мне удар из каратэ, а затем атаковать самому, метя в шею.
Удар не прошел. Каким-то чудом Ному увернулся, слегка повернув голову, а затем меня подбросил в воздух мощный и неожиданный удар под дых. Воздух мигом покинул легкие, я рухнул на пол, пытаясь вдохнуть. От места удара, казалось, боль разливалась по всему телу, так что пришлось чуть прикрыть глаза, чтобы сосредоточиться. Секунда, другая, и вот я уже поднимаюсь, с усмешкой глядя в глаза Ному.
– Неплохо. Продолжим?
Он, кажется, начинает понимать, что разница между нами не так уж и велика. Атакует еще быстрее, еще яростнее, вкладывая в каждый удар большое количество внутренней силы. Но мне не составляло особого труда гасить их воздействие на мое тело, впитывая энергию, как губка. Ному мрачнел на глазах, понимая, что не получится расправиться просто так, одними лишь боевыми искусствами.
Его губы шевельнулись, произнося какую-то фразу, и вместе с этим я ощутил, как мощная волна внутренней силы поднимается в нем, грозя вырваться наружу ударом невероятной силы. Что же он там прошептал? «Последний Рев Тигра»? Что это может означать?
В глазах моего противника неожиданно загорелось ярко-зеленое пламя, а черты лица Ному будто бы заострились, приобретя хищный и немного пугающий вид. Его мышцы сильно раздулись, сам парень стал еще больше, а затем он ударил.
Одной лишь ударной волной меня снесло далеко назад, с размаху влепив в канаты ринга. Вот это мощь! Неужели я только что увидел применение способности сверха? Первое на моей памяти!
Оттолкнувшись от канатов, я на всей возможной скорости рванул к Ному, который уже мчался навстречу. Как это и бывает в эпичных сценах, мы столкнулись в центре ринга. Теперь я уже мог слегка подавить его воздействие на мое тело, поэтому боковой удар левой лишь вывихнул мне плечо, а не сломал. В ответ я ударил в лицо, при этом проведя подсечку. Ному пошатнулся, хотя в обычном состоянии давно бы уже летел на землю. Но мне и этой малости более чем достаточно.
Здоровой рукой хватаю парня за горло, сжимая пальцы со всей силы и перекрывая ток внутренней энергии. Превозмогая боль в вывихнутом плече, правой накапливаю силу и одним резким ударом пробиваю живот чуть ниже грудной клетки. В глазах Ному плещется изумление и досада, а затем он падает на ринг, заливая его кровью. Я же слегка отступаю назад, пропуская медиков, а сам оседаю на пол, лишенный сил. Голова кружится, мышцы горят огнем, правая рука вообще не двигается, но я доволен. Ощущаю, как растягиваются в улыбке губы, а затем мир вокруг обращается тьмой, приветливо распахнувшей передо мной свои врата.
Судзуки Кайто стоял у окна в своем кабинете, глядя на свинцово-серые тучи, затянувшие все небо. Казалось бы, только что светило солнце, как вдруг небеса налились тяжестью, готовясь опрокинуться вниз дождем.
– Похоже, будет гроза, – заметил Изаму Като, сидя в кресле и неспешно потягивая коллекционное вино.
– Да, – отозвался Кайто, оборачиваясь к нему. – Грядут перемены.
– Ты сейчас про того мальчишку? – понимающе хмыкнул Изаму. Судзуки прошел к столу и откинулся в любимом кресле, глядя на своего давнего врага.
– Не только. В последнее время, похоже, каждая мало-мальски значимая рыбешка в этом городе пытается провернуть какие-то свои делишки. Ивамото объявили войну Андо, хотя долгие века поддерживали с ними дружеские отношения. Ито и Коики наоборот – объединились, пытаясь лишить нас поддержки более мелких кланов. А Тиба…
– Что Тиба? – заинтересовался Като, отставив бокал. Судзуки вздохнул.
– Тиба, как раз-таки, ничего. И это странно, учитывая любовь Кэтсуо к интригам. Сукин сын явно чего-то ждет. Вот только чего?
– А тут еще нам на голову свалился этот Такаяма-кун, – насмешливо заметил Като. – Что будешь с ним делать?
– А что я могу? – пожал плечами Судзуки. – Он честно победил моего сына, что, учитывая разницу в рангах между ними, очень странно. Нужно присмотреться к мальчишке, он не так прост. И весьма амбициозен.
– Ты тоже это заметил?
Судзуки качнул головой.
– Да, он упомянул в нашем разговоре, что собирается забраться повыше. Но неясно пока, каким способом.
– Все очень просто, – протянул Като. – Парень связался с Изуми, одним из внебрачных отпрысков Кэтсуо. Думаю, вместе они попытаются сбросить нас с тобой с пьедестала. Интересный союз, не находишь?
– Весьма. Сын Кэтсуо и сын…кстати, а чей он сын?
Като достал сигарету и закурил, не спеша отвечать на вопрос. Судузки нахмурился. Изаму фыркнул, но все же ответил:
– Не знаю. Мои люди не смогли найти ничего об его отце. Мать эмигрантка, но иногда приезжает проведать сына. Рулит делами крупной международной конторы, за которой стоит китайский клан Сяо-Ли.
– Так может, его отец выходец из этого клана? – предположил Судзуки. Като отрицательно покачал головой.
– Нет. Он вроде как из России, но у них там сложная система аристократии. Он может оказаться как графом, так и захудалым офицером имперской армии.
– Высшие офицерские чины в Российской империи приравниваются к баронскому титулу, – невзначай напомнил Судзуки. Изаму отмахнулся.
– Знаю я. Но ничего путного узнать не удается, будто бы кто-то могущественный взял и обрубил все нити, связывающие Такаяма с его отцом. И ничего, понимаешь, абсолютно ничего об этом человеке!
– Так не бывает.
– Вот и я о том же. Разве что…– Като не договорил.
– Что? – спросил Судзуки. Изаму тряхнул головой, будто бы прогоняя мысли, а затем поднялся.
– Ничего. Понаблюдаем пока за мальчишкой, нам выгоднее с ним сотрудничать, чем убивать. Мне интересно, каких высот он добьется через пару месяцев, или даже через год.
– Хорошо, – Судзуки слегка прикрыл глаза. – Но будь осторожнее с ним. Есть что-то такое в его глазах. Нехорошее…
– О себе лучше беспокойся, – фыркнул Като. Хлопнула дверь и Судузки остался один в полной тишине.
Он долгое время просто сидел, расслабившись и очистив разум ото всех мыслей. Затем глава клана поднялся и снова подошел к окну. Вдали раздались первые раскаты грома. И парой минут позже в стекла забарабанили капли дождя.
– Рюу-кун, значит? – прошептал Кайто. – Неужели…
7. Поход
В себя я пришел довольно быстро, полагаю, примерно через полчаса после окончания боя. И сразу же увидел рядом Судзуки-сана, не слишком довольного, еще бы, его сына только что уработал сверх на несколько ступеней ниже. Он довольно сдержанно поблагодарил меня за «чудесный поединок» и попросил иногда захаживать, ведь «зал клана Судзуки всегда к вашим услугам». После чего недвусмысленно намекнул на то, что мне пора бы и свалить куда подальше. Я, не будь дураком, послушно поплелся к парковке, где все тот же автомобиль быстро доставил меня домой.
Лишь оказавшись в родной квартире, уселся на диван и, откинувшись на спинку, тяжело вздохнул. Мда, создал ты себе проблем, Рюу. Нет, схватка действительно выдалась крутой, вот только Ному-кун вряд ли забудет про столь позорное поражение и наверняка попытается взять реванш. Только в более неформальной обстановке. Не удивлюсь, если он еще и в нашей школе учится, а я просто не пересекался и не замечал этого парня, есть у меня такая черта. И ведь бесспорно силен! До сих пор все мышцы ноют и болит плечо. Хотя уверен, что к утру боль рассосется и буду как новенький. Но оставлять за спиной столь опасного противника не стоит, нужно сразу продумать стратегию наших взаимоотношений. Впрочем, от меня тут мало что зависит, будем смотреть, как Ному-кун воспримет проигрыш. Если как жизненный урок, то чудесно – просто игнорим друг друга и пересекаемся лишь изредка. А вот если как личное оскорбление, то дело дрянь. Нет, учитывая сегодняшний бой, я наверняка стал еще сильнее, чем был до него, но все же боец уровня Ному может стать изрядной помехой на пути. Хотя, может я и впрямь себя просто накручиваю?
Так и не определившись со своими размышлениями, я без особого аппетита поужинал, и отправился в постель. Некстати разнылось плечо, так что поспешил поскорее отключиться, дабы позволить организму самостоятельно восстановить здоровье.
Проснулся я довольно рано, как для вторника – на часах высветилось «8:00». За окном уже светало, но сон окончательно испарился, поэтому я поднялся и принялся разминать затекшее тело. Мышцы уже окончательно восстановились, а плечо лишь слегка стреляло глухой болью, не особо напрягая. Приготовив завтрак, устроился у телевизора, слушая утренние новости и поглядывая в окно, тщательно при этом пережевывая пищу. Только когда мыл посуду, ощутил, что кое-что изменилось во мне. Прислушавшись к организму, понял, что вчерашний бой с Ному позволил мне подняться до третьего ранга. Вполне неплохо. Но, учитывая, что для прыжка на другой ранг мне понадобилось несколько боев с мелкими противниками и один с сильным бойцом, вырисовывается не особо радужная перспектива. Где я найду столько крутых сверхов, чтобы заставили испытать сложность, но при этом не сильно меня повредили в процессе?
Внезапно зазвонил телефон. Я схватил трубку и глянул на дисплей – Изуми.
– Алло.
– Это юный мастер боевых искусств по имени Дракон? – раздался насмешливый голос Косого. Я фыркнул.
– Нет, это его дворецкий. Чего хотел? Неужто созрел для разговора?
– Ну, вообще-то, ты сам обещал заглянуть, – упрекнул меня Изуми. – Но дело сейчас не в этом. Я тут взял выходной, и хочу пригласить тебя в поход.
– Только меня? Знаешь, ты не в моем вкусе.
Он рассмеялся.
– Ну еще будет Мэй. Да и ты можешь взять кого-нибудь из своих приятелей.
– Хорошо, – не стал отказываться я. По вторникам в школе выходной, так что заняться мне сегодня решительно нечем. Почему бы и не съездить на природу?
– Заеду за тобой в одиннадцать, – уведомил меня Изуми и отключился. Я положил телефон на стол и задумался. Интересно. Просто так, полагаю, авторитет не стал бы меня приглашать на неформальное мероприятие. К тому же, нам действительно давно пора обсудить совместное сотрудничество и план дальнейших действий, но вместо этого Изуми звонит и приглашает меня в поход. Причем разрешает взять с собой друзей. В чем подвох? Или же это проверка на вшивость? Что ж, поживем – увидим.
В дверь постучали. Кого это там принесло в такую рань?
В квартиру скользнула Хикари и несмело замерла напротив меня, с тревогой разглядывая мое лицо.
Затем вдруг резко шагнула вперед и крепко обняла, спрятав лицо у меня на груди.
– Эм…что такое? – не понял я. С чего вдруг такие нежности? Нет, мы, конечно, тесно общаемся, но в последнее время Хи-тян как-то начала слишком стремительно дистанцию от подруги до девушки сокращать. А я не люблю, когда на меня давят.
Она отстранилась, мягко улыбнулась.
– Слышала, ты дрался с Судзуки-куном. Я страшно перепугалась!
В ее глазах сверкнули яростные искорки.
– Ты хоть представляешь, каково это – узнать, что твой друг сражается с юным гением клана Судзуки? С сильнейшим среди молодого поколения сверхов! Я места себе не находила, а ты…даже не соизволил сообщить мне об этом.
Я ощутил вину, совсем немножко, самую малость.
– Прости, как-то все слишком быстро произошло, вот я и не успел.
Она фыркнула, снова превратившись в старую добрую Хикари.
– Судя по твоему виду, ты победил? – запрыгнув на диван, спросила девушка. Я кивнул.
– Да. Хотя, надо признать, Ному-кун оказался несколько сильнее, чем я думал. Пришлось выложиться на полную, чтобы его одолеть.
Глаза Хикари округлились, а затем она не выдержала и расхохоталась.
– В чем дело?
– «Несколько сильнее, чем я думал», – передразнила Хи. – Это юный гений, понимаешь, балда? А ты взял и махом унизил его, назвав «всего лишь сильнее», чем ты предполагал. За такое пренебрежение любой член клана Судзуки, да и не только его, убил бы тебя.
– И это еще мягко сказано, – раздался сзади голос Ному. Я обернулся.
Выглядел он неважно – лицо усталое, левая рука в гипсе, да и взгляд подрастерял уверенность и надменность, хотя по-прежнему излучал силу.
– Прости за вторжение, – извинился Ному, поймав мой взгляд. – Дверь была не заперта, а на стук вы не обратили внимания.
– Ничего, – отмахнулся я. В комнате повисло напряжение. Хикари разглядывала Ному, словно впервые видела его рядом, хотя, полагаю, так оно и было. Ному стоял, осматривая мое жилище, а я думал, о чем завязать разговор.
– Думаю, мне стоит извиниться, – первым нарушил молчание Судзуки-кун. Его взгляд уткнулся в меня, но теперь в нем не было злости, и даже обиды я не разглядел. Только легкую усталость и уважение. Неплохо.
– Я повел себя глупо, не разобравшись в ситуации и сходу вызвав тебя на бой. Это недостойно поведения бойца и наследника клана в частности. Мой брат понесет наказание и от меня тоже. Однако мне бы не хотелось, чтобы между нами осталась неприязнь, поэтому я от лица клана и своего брата приношу искренние извинения за наши недостойные поступки.
Ному-кун поклонился и, выпрямившись, замер, напряженно глядя на меня в ожидании ответа.
Что ж, такого я, признаться, не ожидал сам. Варианта, где Судзуки-кун лично придет извиняться за себя и за брата в моих планах не было. И я даже рад, потому что приятельские отношения с Ному лучше, чем холодная война. О, я, кажется, знаю, как можно их закрепить.
– Я принимаю твои извинения, и также приношу свои, ведь я тоже погорячился, покалечив Айки-куна, – я сделал легкий поклон. Ному, кажется, смутился. – Поэтому в знак примирения мне хотелось бы пригласить тебя в поход. Буквально через полчаса заедет мой хороший друг, так что, если пожелаешь, буду рад твоему обществу.
– Хорошо, благодарю за приглашение, – качнул головой Ному. Затем перевел взгляд на Хикари, словно только что ее увидел. – О, тебя же зовут Хикари-сан, верно?
– Вы…ты запомнил мое имя? – изумилась Хи. Ному улыбнулся.
– Мы виделись на одном из приемов клана Като, кажется, полгода назад. Конечно, я запомнил столь красивую девушку.
Моя подруга густо покраснела, а я с трудом сдержал смех. Ну и забавно же видеть, как смущается вечно язвительная Хикари!
– Ты едешь с нами, – уведомил я ее. Хи-тян неуверенно поправила волосы и взглянула на меня.
– Я там не помешаю?
– Нет, конечно. Кто-то же должен будет мыть посуду, – «обрадовал» я девчонку. В глазах Хи мне почудилась сама смерть, когда она бросилась на меня.
– Ах ты засранец! Значит, посуду мыть? Теперь наша дружба так мало для тебя стоит?
Ному-кун изумленно наблюдал за шутливой потасовкой, когда ему в лоб прилетела ловко пущенная мной подушка.
Зарычав, Судзуки ринулся в смертельную битву подушками. Остановил нас всех звонок Изуми, который сообщил, что подъехал и ждет внизу.
Я быстро переоделся в джинсы и майку, бросил в рюкзак пару бутылок лимонада, и мы отправились навстречу приключениям.
Изуми, кажется, серьезно удивился, увидев Ному-куна, но, переборов себя, сдержанно поздоровался. Рядом с ним сидела роковая красотка Мэй, при виде меня растерявшая всю уверенность и сильно смутившаяся, что не укрылось от Хикари, пихнувшей меня в бок.
– Ты чего? – зашипел я. Хи-тян демонстративно надулась и села у окна, не обращая на меня внимания. Вместо этого она завязала непринужденную беседу с Ному, а я обратился к Изуми:
– Куда поедем?
– Увидишь, – загадочно откликнулся тот. Мы выехали за пределы города, и, по широкому шоссе, направились прямо. Мелькали дорожные указатели, какие-то развилки, но Изуми и не думал сворачивать. Когда прошло часа три, я не выдержал:
– Долго еще?
– Почти приехали, – отозвался Изуми. В его голосе мне послышалась легкая насмешка.
И действительно, вскоре мы свернули на более узкую дорогу, вьющуюся вдоль опушки леса. Неподалеку была и небольшая стоянка для автомобилей, где и припарковался Косой.
– Выходим, – скомандовал он. Мы дружно высыпали наружу, глядя, как Изуми вытаскивает из багажника огромный туристический рюкзак.
– Ты будто на месяц собрался в поход, – фыркнул я. Косой загадочно хмыкнул, но промолчал. Я закинул на плечо свой рюкзак, мельком отметив, что Мэй тоже взяла небольшой.
Шагая по лесу, я невольно поймал себя на мысли, что мне нравится свежий воздух и некое ощущение свободы. Будучи городским жителем, редко, когда выбирался на природу за всю свою жизнь. И теперь, в окружении высоких деревьев, слушая лишь шепот ветра в кронах и хруст веток под ногами, я наслаждался отдыхом.
Мы шли довольно долго, прежде, чем выбрались на небольшой бережок, плавно спускающийся к реке. Она протекала мимо, довольно широкая, с такой прозрачной водой, что можно было разглядеть даже дно и камешки.
– Пришли, – сказал Изуми, и мы с облегчением упали на землю. Он удивленно покосился на нас и рассмеялся.
– Вы чего? Всего-то десяток километров прошли, а уже устали? Тоже мне, сверхлюди!
– Изыди, противный, – отмахнулся я. Косой покачал головой и, сбросив свой огромный баул, подошел к Мэй.
– Распаковывайтесь пока. А мы с Рюу-куном соберем дровишек для костра.
Женщина понятливо кивнула, беря в обиход моих товарищей, а я со стоном поплелся за Изуми.
Мы отошли достаточно далеко от лагеря, когда Косой заговорил.
– Слышал, вчера ты победил этого парня, – он кивнул в сторону берега. – А сегодня уже берешь его с собой. Не слишком рискованно?
– Ничуть. Он слишком прямолинеен, чтобы лгать, – заметил я, наклоняясь за очередной веткой. – Да и в нашей дружбе больше плюсов, чем вреда.
– Разумно, – согласился Изуми. Мы остановились. – Присядем?
Устроившись на поваленном дереве, я приготовился слушать своего союзника, попутно обдумывая свои варианты.
– Полагаю, после твоих выходок, Като и Судзуки оба решили сотрудничать? – почти утверждающе сказал Косой. Я кивнул. – Отлично! Тем проще нам будет подловить их и атаковать по-настоящему.
– Все еще надеешься сбросить титанов вроде Изаму и Кайто? – лениво полюбопытствовал я. Он пожал плечами.
– А разве есть другие варианты? Путь обратно в Кане но Секаи нам заказан, но отомстить – это мое единственное желание. Заставить их ощутить страх за свое будущее!
– Как банально, – протянул я, заставив Изуми заскрежетать зубами. – Месть – это вчерашний день, друг мой. Ею ты ничего не добьешься. Только настроишь против себя тех, кто встанет на место Като и Судзуки, если, повторяю, ЕСЛИ ты сможешь их свергнуть, что очень маловероятно. Их власть строилась не один день и даже не одно десятилетие. Кланы с многовековой историей просто так не убрать, к тому же, более мелкие семьи наверняка выжидают, пока не отыщется какой-нибудь глупец, осмелившийся бросить вызов титанам. И они будут уверять его в вечной дружбе, а потом с радостью ударят в спину, дабы угодить лидерам. Местью мы лишь загоним себя в угол и сами выроем себе могилу, Изуми.
– Тогда что ты предлагаешь? – он, кажется, остыл, обдумывая мои доводы и понимая, что я, как ни крути, прав. Кане но Секаи – монархическое общество по самой своей структуре, и там прочно установились некие взаимоотношения, когда слабые подчиняются сильным. В роли сильных – три ведущих клана, а остальные – слабые. Само собой, и лидеров наверняка время от времени покусывают, проверяя на прочность, но шакалам стоит лишь дать пинка, чтобы отбить всю охоту цепляться.
– В их мире нам нет места, ни один клан не примет нас под свое крыло, не желая портить свою репутацию. С этой стороны мы ничего не сможем сделать, чтобы свергнуть титанов. Не отрицай, – остановил я вскинувшегося было Изуми. – Все наши уловки для них не более чем игра в песочнице. Настоящие деньги и власть крутятся на Изнанке, и ты сам прекрасно это осознаешь. У них хватит средств и влияния, чтобы убрать даже Императора и захватить всю страну, но они этого не делают. Не хотят? Вряд ли, кто, будучи сильным, откажется от еще большей власти? Нет, они ждут. Чего именно, я пока не знаю, но уверен – однажды сверхи выйдут из тени и тогда на трон Империи сядет не обычный человек, а наследник великого клана. И знаешь что? Прежде, чем это случится, мы должны подмять их всех под себя. Это мы должны вывести Изнанку в реальный мир, слив воедино. Мы создадим свой собственный клан, который займет место среди лидеров Кане но Секаи.
Кажется, Косой, в буквальном смысле, окосел. Он сидел в ступоре минут десять, а затем, моргнув, обрушил на меня поток ругательств.
– Да ты совсем ***! – кричал Изуми. – Нам не дадут подняться с колен! Нас задавят еще в самом начале! Те же Като и Судзуки посмеются, да и прихлопнут ладонями, как надоедливых комаров. У нас нет ни сил, ни влияния на Изнанке, Рюу! Мы – никто, ничтожества, изгои!
Он выдохся, перевел дыхание, и продолжил, уже тихим хриплым голосом:
– Это безумие. Верная смерть. А я не хочу подвергать своих людей такой опасности. Их уничтожат. Сражаясь на этой стороне, мы по кусочку, но лишим их сил, а там…там действуют другие законы. Ты верно сказал, это многовековая история. Они – истинные аристократы, а не те напыщенные болванчики, крутящиеся вокруг Императора. Кланы веками творили историю, руководя за кулисами большой политики и помогая правителям удерживать власть. Этим они готовили себе почву для дальнейшего развития. Все верно, Рюу, однажды они выйдут на свет, скорее всего, уже совсем скоро. И именно поэтому сейчас вставать у них на пути – безумие. Кусать исподтишка, наносить удары в спину – это мое. Но вот так- лицом к лицу…к этому я не готов. Прости. Давай забудем о нашем сотрудничестве и об этом разговоре. Идем.
Изуми поднялся, но я схватил его за руку и резко усадил на место. Дерево треснуло, и, кажется, Косой застрял в нем, но мне было плевать. Я разозлился.
– Я полагал, ты взрослый адекватный мужик, а ты ведешь себя как ребенок, испугавшийся собственной тени. Кончай ныть и взгляни на ситуацию трезво! Я пока еще не сошел с ума и предлагаю тебе действительно возможный вариант, причем, самый правильный и доступный. Ты прав в том, что нас попытаются задавить в самом начале. Но это будут не Като и Судзуки, а кланы поменьше. И уж с ними-то, полагаю, мы справимся? Само собой, на подготовку уйдет немало времени, нам нужны сильные молодые сверхи помимо твоих людей. Те, кто готов идти до конца ради мифической вершины Изнанки, а в будущем, и всего мира. Кто сказал, что будет просто? Но я попытаюсь договориться с Изаму и Кайто, уверен, они не станут препятствовать. Эти двое и сами хотят вознестись еще выше, но беда в том, что выше над ними только небо. Или реальный мир, где о сверхах ничего не знают. Я предложу им сотрудничество, и, с их поддержкой, мы станем четвертым великим кланом. Это что касается моих обязательств. Ты же возьми на себя смелость и организуй вербовку сверхов помоложе, тех, кто полон амбиций и желания стать сильнейшими. Уверен, среди обычных людей полно таких как я – не изгоев и не привязанных к какому-либо клану. Придумай, как мы можем их найти и переманить на свою сторону.
Я замолчал, вымотавшись морально. Это был спонтанный и рискованный план, пришедший мне в голову буквально пару часов назад, пока мы ехали сюда. Но, чем дольше я его обдумывал, тем больше был уверен в успешной реализации.
– Что ж, на словах у тебя все звучит красиво. Но как насчет дела? Поговори с Като и Судзуки, удостоверься, что они не станут нас уничтожать, а потом уже начнем действовать, – отозвался Изуми, придя, наконец, в себя. Я кивнул.
– Заметано. А ты собери своих замов и обрисуй им вкратце ситуацию. Пусть поспрашивают, может есть среди молодежи известные им сверхи. Я также буду искать в школе, что-то у нас там больно дохрена людей с Изнанки учится.
– Так ведь твоя школа создана специально для детишек аристократов Кане но Секаи и обычных «золотых» отпрысков императорских домов. Ты не знал?
Я потрясенно покачал головой. Вот, значит, как. То-то я был удивлен, что все наши драки остались без внимания. Выходит, кроме меня вся школа была в курсе? Наверняка Хикари, стерва, тоже знает, но мне не сказала.
– Это все меняет, – пробормотал я. – Тогда есть шанс подружиться не только со сверхами, но и с детишками аристо, что даст нам неплохую базу для дальнейшего роста.
– Не нам. Скорее, тебе, – усмехнулся Изуми. – Учитывая твою силу, для тебя не составит труда завоевать их доверие. Кстати, ты так и не сказал мне, какая у тебя способность.
– Потом, – отмахнулся я. – Что-то жрать захотелось.
Подхватив собранные ветки, зашагал в сторону лагеря. За спиной со вздохом поднялся Изуми, пробормотав под нос ругательство. Оно и понятно, в который раз ухожу от ответа о моих силах. Долго так продолжаться не может, надо придумать убедительную версию. Ведь, узнав истину, все они по-настоящему возненавидят меня.
В лагере, между тем, уже поставили палатки и ждали нас, попивая чай из термоса и ведя задушевную беседу. Похоже, говорили на откровенные темы, судя по довольным лицам девчонок и покрасневшей морде Ному.
– Долго вы что-то, – прищурилась Хикари, глядя на меня.
– Заблудились, – отмахнулся я, выхватывая у нее печеньку. – Изуми-сан такой невнимательный.
Косой громко закашлялся позади меня. Увернувшись от его пинка, я приземлился на траву и с наслаждением потянулся.
– Ну что, может, искупнемся?
Хи-тян надулась, вспомнив, что купальник у нее дома, ведь я не предупредил о походе. Но Мэй с удовольствием отдала ей свой, и, о чудо, он подошел идеально. Хм, как это я не замечал, что буфера у моей подружки ого-го как подросли за последний год? Да и сама фигурка более чем аппетитная, что неудивительно, учитывая ее принадлежность к семье сверхов.
Мы втроем – я, Ному и Хикари, прыгнули в воду, дурачась и брызгаясь друг в друга. Течение было слабым, так что никто из нас не боялся утонуть. Изуми и Мэй развели костер на берегу и уже готовили мясо. Вскоре до нас донеслись ароматные запахи дыма и шашлыка, побудив выбраться из воды.
– Что это там такое? – уставился я вдаль.
– Где? – обернулась Мэй, оставив без присмотра свежие суши. Я быстро цапнул парочку, отправив их в рот и попутно вытираясь полотенцем.
– Ах ты поганец мелкий! – возмутилась красавица, разгадав мой маневр и попытавшись ткнуть кулаком в бок. Я легко увернулся и устроился на солнышке подальше от опасной женщины. Вскоре мы трое обсохли и даже немного загорели, так что пришлось снова одеться. Солнце между тем приблизилось к горизонту, окрасив окружающий мир в теплые тона.
Все мясо и все закуски были съедены, посуда вымыта, и мы сидели у костра, разговаривая о разных пустяках. Изуми много шутил, да и я старался не отставать. Пару раз даже Ному-кун вставлял ехидные комментарии, заставив нас улыбнуться.
Уже отправляясь в палатку на ночлег, я подумал, что день выдался весьма удачным. Мы не только обсудили дальнейший план с Изуми, но и хорошенько отдохнули, что уж точно не было лишним.
Я почти заснул, когда рядом кто-то лег, и через секунду ко мне прильнуло теплое женское тело. Ноздри уловили знакомый запах. Хикари. Но все это отметил сквозь надвигающийся сон, и не придал особого значения.
Проснулся я среди ночи и, освободившись от объятий подружки, выбрался наружу. Еще тлели угольки костра, было свежо, даже прохладно. Подбросив веток, я сел на землю, протягивая руки к вновь ожившему пламени.
– Чего не спишь? – присела рядом Хи-тян. Я вздохнул.
– Что происходит, Хикари?
Она удивленно взглянула на меня. В отблесках пламени глаза девушки сверкали теплотой, а лицо казалось немного размытым.
– В смысле?
– Ты переходишь границы нашей дружбы, – произнес я. – Тогда как мы всегда были чуть ли не братом и сестрой. Вот я и спрашиваю, что происходит?
Она молча коснулась моей ладони мягкими прохладными пальцами.
– Я всего лишь пытаюсь выразить то, что чувствую к тебе, Рюу, – тихо произнесла Хикари. – Если ты испытываешь ко мне другие чувства, то скажи, я пойму…и отстану.
Я ощутил, как запульсировала в висках кровь. Губы пересохли, и разум оказался в смятении. Проклятье, я ведь чувствовал, что она пытается сблизиться в этом плане, но не придавал особого значения, сочтя за очередную шутку. И как теперь быть? Хикари мне действительно нравится, и я не против с ней встречаться, но сейчас не тот момент, да и мысли заняты другим.
– Дело не в этом, просто сейчас…мы не можем.
Ее глаза яростно сверкнули.
– А может, ты просто испугался признаться самому себе, что любишь меня? – процедила девушка. – Ты дурак, Такаяма-кун!
Она вскочила и бросилась к воде. Остановилась на берегу, обхватив себя за плечи и глядя прямо перед собой.
Я тяжело вздохнул. Ну вот, Рюу, ты обидел самого близкого человека. Да-да, признайся уже сам себе. Ближе Хикари у тебя нет никого. Ни мать, ни даже тетушка Мики никогда не смогли бы заполнить пустоту в сердце, появившуюся, когда ты остался здесь, в Японии, один. Она – смогла. Соседская девчонка, прямая, язвительная и подвижная, заставила тебя смеяться, шутить и идти вперед, несмотря ни на что.
Выходит, обретя способности сверха, я начал меняться, нацелившись на мифический пока «трон», и совершенно забив на родного человека. Мне и самому теперь кажется, что некоторые эмоции мое сознание самостоятельно заблокировало. Что ж, время их вернуть.
Поднявшись, я подошел к Хикари и обнял, согревая ее озябшее тело.
– Ты поймешь, когда узнаешь, что ждет меня впереди, – прошептал я ей на ухо. – Дай мне время, чтобы во всем разобраться, а потом мы решим, как быть дальше, хорошо?
Некоторое время она молчала, унимая обиду и злость.
– Ладно, – нехотя буркнула, повернувшись ко мне. Наши глаза встретились, и я заметил мокрые дорожки у нее на щеках. – Но ты обязательно расскажешь все прямо сейчас, понял!
– Как скажешь, Чудо-женщина, – насмешливо сказал я, чмокнув ее в гордо вздернутый носик. Хи-тян громко фыркнула и, пихнув меня кулаком, вернулась к костру. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ней, настраиваясь на долгий разговор. Похоже, спать мы сегодня больше не будем.
8. Бабуля
Разговаривали мы очень долго, до тех пор, пока горизонт из почти черного не превратился в мрачно-серый. Хикари уснула, устроившись на расстеленном пледе и примостив голову у меня на ногах. Я же сидел, ворошил еще тлеющие угли и пытался придумать, как поступить с этой неугомонной девчонкой. Учитывая, как опасна Изнанка и сколько там мелких кланов, которые, стоит нам появиться на политической арене, набросятся, будто стая шакалов, Хи-тян окажется в большой опасности. И я не всегда буду рядом, чтобы защитить ее. Да и, чего уж там, нет у меня к ней чувств, кроме крепкой братской любви. Но как все это объяснить, не испортив наши отношения окончательно – тот еще вопрос. Правда, есть одна мысль, но там еще проверить надо так ли все гладко, как мне думается.
Еще я размышлял о нашем разговоре с Изуми, и теперь, красивый в теории план, казался мне слишком наивным и глупым. Действительно, с чего такая уверенность, что Като и Судзуки примут нас? Саке мы с ними не распивали, дружбу особую не водили, так чего ради этим древним кланам помогать ноунеймам вроде нас с Изуми? Так и получается, что причин вроде как нет, но Косой отлично повелся на мою идею, и отступить теперь – значит выставить себя хвастуном и балаболом. Мда, ну и задачка!
Зашуршал полог палатки, и наружу вылез Ному-кун, широко зевая и протирая глаза. Его обычно ровно уложенные волосы были растрепаны, а внешний вид ничем не напоминал того холодного Судзуки-куна, которого я привык лицезреть. Увидев нас с Хикари, он на секунду замер, а на лице застыло странное выражение, суть которого я разгадал лишь когда Ному подошел и присел рядом.
– И давно вы…не спите? – негромко спросил он, чтобы не разбудить остальных. Я улыбнулся.
– Полагаю, мы и не ложились толком. А ты как, выспался?
Он махнул рукой и направился к воде. Пару минут плескался, умывая лицо и приводя себя в порядок. Затем, вернувшись, спросил:
– Мне хотелось бы знать, какие отношения вас связывают?
Слишком прямой вопрос. Впрочем, это вполне в духе Ному-куна. Я уже давно понял, что за его маской холодности и надменности скрывается очень прямолинейный и правильный человек, который никогда не станет бить исподтишка или молчать. Хотя, под влиянием своего отца, думаю, и он научится лгать. Все же это необходимо лидеру клана.
– Не те, о которых ты подумал, – бросил я, подкидывая пару веток в костер. – Идем, наберем еще.
Осторожно, стараясь не разбудить Хикари, я стянул кофту и подложил девушке под голову. Затем, поманив Судзуки-куна, зашагал в чащу.
– Мы выросли вместе. В шесть лет я переехал в Японию, и с тех самых пор Хикари всегда была рядом. Наверное, только из-за нее я начал заниматься единоборствами, чтобы защитить девчонку, которая стала моей семьей. Но я не люблю ее как женщину, хотя она, несомненно, этого заслуживает. Чтобы ее любили.
Я неторопливо шагал, то и дело наклоняясь и подбирая ветки – большие и маленькие. Ному внимательно слушал, подбирая то, что я оставлял.
– Она очень чувствительная девушка, – вздохнул я. – Если услышит мой прямой отказ, то из чистого упрямства навсегда разорвет любые отношения между нами, хоть и будет от этого страдать.
– А ты? – спросил Судзуки.
– Я могу прожить без семьи, – улыбнулся я через силу. – Но она – нет. Поэтому я не стал сразу обрубать все нити между нами.
– Ты лжешь, – тихо произнес Ному, останавливаясь и глядя мне прямо в глаза. – Ты тоже будешь страдать. Потому что семья для тебя – не пустой звук.
Я хмыкнул, крепче запирая в сердце чувства и зашагал дальше.
– Может, ты и прав. Но я быстро смогу с этим справиться. Однако мне не хочется делать ей больно. Поэтому…
Я остановился возле дерева. Уже светало, небо потихоньку начинало обретать краски.
– Поэтому я хочу, чтобы о ней позаботился ты, – сказал я, повернувшись к Ному. На его лице расцвело недоумение, хотя до этого парень был более чем равнодушен. – Я вижу, что она тебе небезразлична. Там, куда я собираюсь совсем скоро, ей нет места. Но рядом с тобой безопасно, и ты сможешь защитить ее лучше меня. Так что, не тормози, Ному-кун.
Я переложил ношу в одну руку и дружески похлопал Судузки другой по плечу. Он как-то рассеянно заморгал, а затем неуверенно кивнул. Было забавно видеть Ному таким ошарашенным, так что я не выдержал и фыркнул.
– Идем, мы собрали достаточно.
Мы молча шли в сторону лагеря. У меня больше нечего было сказать ему, а Судзуки-кун, похоже, пытался переварить услышанное. Еще бы, он, наверное, полагал, что Хикари моя девушка, и очень удивился, поняв, что это не так. А тут еще сверху мое «благословение». Но я не жалел о своем выборе. Несмотря на наши разногласия в прошлом, я чувствовал, что Ному можно доверять.
– Постой, куда это ты собрался, что не можешь взять ее с собой? – задал вдруг он вопрос. Я взглянул на небо, потихоньку затягивавшееся тучами. Похоже, снова близится гроза.
– Скоро ты узнаешь. Если хочешь, спросишь у своего отца.
Больше он не досаждал мне вопросами. Едва мы раздули пламя в костре, как на свет божий выползли Изуми с Мэй. Вскоре проснулась и Хикари.
Девушки наскоро приготовили завтрак, во время которого Хи-тян часто косилась на меня. Благо, Ному-кун устроился рядом с ней и оказывал всяческие знаки внимания, что, похоже, очень льстило моей подруге, но она не знала, как реагировать.
На обратном пути в город зарядил ливень. Мир за окнами автомобиля приобрел серые краски, а мое настроение упало ниже плинтуса. Вот вроде бы и не на что злиться, сам все решил для себя еще до разговора с Ному, но как-то паршивенько на душе.
Изуми высадил нас возле дома, пообещав позвонить на днях, и укатил в сторону центра – доставлять Судзуки-куна.
Хикари попыталась было завязать очередной разговор на тему отношений, но я состроил такую кислую рожу, что она оставила меня в покое, лишь бросила обиженный взгляд, скрываясь за дверью своей квартиры.
Бросив на пол рюкзак, я скинул с себя кофту и футболку и завалился на диван. Глядя в потолок, пытался привести в порядок мысли и чувства. Так, в ближайшее время с моей стороны лишь разговор с Судзуки и Като, но перед этим нужно завербовать хотя бы парочку школосверхов, дабы показать, что вот, мы идем к намеченной цели, а не просто пустозвоним. Но это все завтра, сегодня в школу идти лень, да и погода не располагает к учебе.
С трудом поднявшись и, громко вздыхая, поплелся на кухню. В холодильнике было шаром покати, лишь одинокий банан и распечатанный пакет молока сиротливо маячили в дверце.
Сев за стол, я принялся перекусывать, поглядывая в окно и пытаясь решить, чем себя занять. И тут очень кстати вспомнилось недавнее обещание тетушке Мики заглянуть к бабуле. Давненько я у них не бывал, старушка наверняка вся извелась.
Допив молоко, я переоделся и побежал к родственникам. Тут надо сделать отступление и пояснить кое-что.
Моей бабуле недавно перевалило за восьмой десяток, но при этом выглядела старушка максимум на сорок пять, а энергичностью и жизнерадостностью могла дать фору молодым. Однако стоило на горизонте появиться вашему покорному слуге, как бабушка мигом вспоминала о возрасте, и вся тяжесть прожитых лет начинала давить на нее сверху вниз, побуждая начинать жаловаться на мыслимые и немыслимые болячки. Я считал, что это все из-за дефицита внимания, не иначе, потому как жить с тетушкой Мики под одной крышей это тот еще ужас. Она настолько же безалаберная, насколько и красивая, но при этом считает ниже своего достоинства убираться и готовить на кухне. Впрочем, это не мешало ей быть покорной дочерью, когда бабуля злилась. Однако делала она это настолько редко, что, в конце концов, Мики вообще распоясалась. Был бы жив дед, он бы мигом ей нрав укоротил, но старик покинул этот мир задолго до моего рождения.
Я остановился перед крепким деревянным забором с два человеческих роста высотой. За ним был сад, над которым возвышался двухэтажный особняк в классическом стиле. Я вежливо постучал и замер, дожидаясь, пока откроют. Дождик слегка стих, поэтому сильно промокнуть я не боялся.
Открыла мне тетушка. Едва взглянув на ее потемневшее заплаканное лицо, я ощутил, как кольнуло сердце и бросился в дом. Промчавшись через прихожую, коридор и гостиную, я дернул дверь бабулиной спальни.
Она лежала на футоне, безупречная, как и всегда, с мягкой улыбкой на губах. Темные волосы, слегка посеребренные на висках, красиво уложены в прическу, сама старушка одета в темно-синее платье, не слишком широкое, но и не узкое.
Я шагнул вперед, замер у постели. Все мои чувства кричали о том, что бабушка мертва. Но этого не может быть! Еще на прошлой неделе она улыбалась, бегала, занималась чем-то по дому, а теперь…
Я упал перед ней на колени.
– Прости меня…я должен был прийти раньше.
Слезы не могли покинуть моих глаз, но жуткая боль возникла в груди, перехватывая дыхание и заставляя стискивать зубы. Внутри меня медленно разливалась пустота, от которой несло могильным холодом.
Трудно передать, как много значила для меня бабуля. Да, ранее я говорил, что семьей для меня стала Хикари, но бабушка также много сделала для мальчика, прилетевшего в Японию в шестилетнем возрасте. Пусть явно я не ощущал ее любви и поддержки, никогда не слышал слов одобрения или ласки, но чувствовал, что меня ценят и уважают. И этого было достаточно, даже несмотря на то, что я не мог и не хотел считать ее и всю родню со стороны матери семьей.
Просидев так, наверное, с полчаса, я поднялся и тихонько вышел, прикрыв за собой дверь. Мики стояла снаружи, опустив глаза в пол. Я шагнул к ней, схватил пальцами за подбородок и заставил посмотреть себе в лицо.
– Когда это случилось?
– Ночью, – ее голос был непривычно тихим и хриплым. Похоже, она всю ночь плакала и кричала так, что сорвала голос.
– Кто? – спросил я, зная, что она поймет. Бабуля не могла умереть от старости, только не она. Значит, ее убили. А, вспоминая мою мать, можно сделать предположение, что она связана с Изнанкой, прямо или косвенно. Выходит, кто-то решил отомстить матери? Или же я где-то просчитался и это действия Като? Или Судзуки? А может, Изаму? А что, вполне хорошее алиби – поехал со мной на природу, втерся в доверие, а в это время его подручные пришли и прикончили бабулю.
– Это долгая история, – вздохнула вдруг Мики. Не понял. Неужели я ошибся?
– Так мы никуда не торопимся.
Она бросила на меня быстрый взгляд, а затем направилась в гостиную. Усадила меня в кресло, а сама скрылась на кухне, откуда вернулась через несколько минут с подносом, на котором исходили ароматом две чашки кофе.
Я ждал, пока она сядет в соседнее кресло, глядя в пол и пытаясь сообразить, какова может быть причина убийства бабули.
– Это сделали наши враги, – прервала, наконец, молчание, Мики. Я отхлебнул кофе и уставился на нее.
– Твоя бабушка была дочерью главы китайского клана Сяо-Ли. Она с детства отличалась особой красотой и силой духа, чем вызывала восхищение со стороны мужчин и недовольство со стороны женщин. Со временем она стала прекрасной девушкой, и настало время выдать принцессу замуж. Ее отец, глава Сяо, хотел породниться с кланом Юань, главой которого был его лучший друг детства. Но твоя бабуля не была бы собой, если бы так просто согласилась на этот брак. О, ее сердце уже принадлежало молодому главе клана Такаяма – Такаяма Тэтсуо.
Я вздрогнул. Тэтсуо? Где-то я уже слышал это имя, вот только где…
– И, о чудо, Тэтсуо-сан тоже полюбил ее, и вскоре молодая пара предстала перед главой Сяо, дабы получить его благословение. Вначале он был жутко зол, но после смягчился и признал, что его дочь вольна сама выбирать свое счастье, и благословил их свадьбу. Такаяма увез невесту на родину, в Японию, где его клан был одним из сильнейших на политической арене. Но, ослепленные любовью, молодожены не учли один важный момент – обещание, что глава Сяо дал своему другу Юань. Само собой, клан Юань был в ярости, и обрушил весь гнев на бывшего товарища. Сяо проиграли бы войну, если бы не поддержка вовремя прибывшего Тэтсуо, который одним ударом заставил Юань отступить и признать поражение, а также смириться с тем, что жемчужина Сяо никогда не будет принадлежать им.
Ну а через год родилась твоя мать, Рюу-кун. Затем, когда ей было двадцать лет, она отправилась посмотреть мир, и вскоре дедушка Тэтсуо скончался от болезни. Твоя мать вернулась через семь лет, привезя тебя, и спихнув заботу о тебе на наши с бабулей плечи. Вот и вся история.
Мики замолчала. Я задумался, осмысливая услышанное. Она не упоминала Изнанку, поэтому, возможно ли, что речь шла о кланах реального мира? Тех самых семьях аристо, что находятся подле Императоров и вершат судьбу государства? Нет, это было бы слишком радужно. Да и неясно, почему тогда я не жил в богатом особняке, а ютился в небольшой квартирке с того самого дня, как прибыл в Японию. И был еще один момент в рассказе тетушки.
– Ты не упомянула о своем рождении, – напомнил я. Она вздохнула.
– Тэтсуо и Кианг взяли меня в приюте, когда мне было три года. Я не родная сестра твоей матери, но эта семья вырастила меня и мне никогда не расплатиться за эту заботу.
Вот как. Тогда мне понятны многие моменты из прошлого, а также поведение тетушки. Несмотря на внешнюю язвительность и маску уверенной стервы, она всегда боялась остаться одной, снова оказаться никому не нужной. Теперь, когда бабули не стало, это было ясно видно по глазам Мики.
Я поднялся и, сделав шаг, крепко ее обнял. Тетушка вздрогнула, а затем сильно прижалась ко мне, будто боясь, что я исчезну.
– Я никогда тебя не брошу, ведь мы одна семья, – негромко пообещал я. Отстранившись, вернулся в кресло. – А теперь расскажи мне о клане Такаяма. Связан ли он с Изнанкой?
Мики вздрогнула, а глаза ее удивленно расширились. С минуту она изучала меня, внимательно оглядев с ног до головы, а потом кивнула.
– Понятно. Ты все-таки стал сверхом. Печать оказалась не такой надежной, как полагала Кианг.
Я встрепенулся.
– О чем ты? Разве я не был раньше обычным человеком?
Мики рассмеялась.
– Нет, конечно! Сверхами не становятся, ими рождаются. Причем только в тех семьях, где оба родителя сверхлюди.
– Значит, я был рожден сверхом, – пробормотал я. – Тогда, выходит, мой отец…тоже?
Она пожала плечами.
– Этого я не знаю. Твоя мать никогда о нем не рассказывала. Но бабуля, видя, насколько опасна жизнь на Изнанке, решила запечатать твою родословную и сделать тебя обычным человеком. Похоже, ей это удалось лишь наполовину.
В голосе Мики послышалась печаль.
– Выходит, бабулю все же убили выходцы из клана Юань?
Тетушка сцепила пальцы в замок, глядя перед собой.
– Возможно. Или же кто-то очень хотел, чтобы это выглядело именно так. Видишь ли, вчера вечером у бабули был гость. Некто достаточно влиятельный, чтобы попасть к нам в дом, но я даже не успела его разглядеть, Кианг потребовала, чтобы я ушла. Понимаешь?
Я кивнул. Да, бабуля никогда не позволяла Мики уходить надолго, требовала, чтобы та всегда находилась рядом. Выходит, это был кто-то, чью личность старушка хотела скрыть даже от своей семьи.
– Ее убили оружием, или…?
– Или, – скривилась тетя. – Отравили. Они распивали коллекционное вино, которое гость принес с собой.
– Больше никаких следов? Слишком явно, убийца не стал бы так подставляться, даже учитывая тот факт, что ты не видела его лица.
– Увы, нет, – устало произнесла Мики. – Если хочешь, можешь позже осмотреть ее комнату, но я ничего такого не нашла, да и эксперты клана тоже.
Клан. Выходит, я уже состою в клане Такаяма, и нет смысла организовывать свой?
Этот вопрос я задал Мики, чем заставил ее рассмеяться.
– Нет, глупый! Официально ты состоишь в клане твоего отца, если таковой имеется, но, так как о нем ничего не известно, то ты считаешься свободным сверхом. Твоя мать находится под покровительством клана Сяо, ну а мы с бабулей, как могли, руководили кланом Такаяма. А теперь…
– Теперь ты стала главой, – закончил я. Она поморщилась.
– Это слишком сложно для меня. Быть главой – значит быть не только умным, хитрым и дальновидным человеком, но и достаточно сильным сверхом, дабы заставить себя уважать. С моим четвертым рангом это выглядит как издевка.