— Так зачем ты вернулась? — полюбопытствовал я, потягивая чай и глядя на мать, бросающую злобные взгляды на Куро. Отец устроился в кресле на противоположном конце комнаты, подальше от жены — боится, похоже. Нехило она его погоняла по саду, часа полтора там резвились, пока не надоело. Теперь вот сидим, чаевничаем и пытаемся завязать семейный разговор. Изуми убежал по важным делам, а Мики отправилась к Като — заключать какой-то контракт на амуницию. Вот и вышло, что кроме нас и слуг в доме никого не было.
Мама вздохнула, тряхнула гривой пышных тёмных волос и тихонько отхлебнула чай из кружки.
— Дела. Прилетела на пару дней, надо уладить вопросы по контракту с местной фирмой. Но, раз у вас тут такие занятные события…
— Похоже, Лин решила остаться, — хмыкнул Куро. Я вздрогнул, услышав имя матери. Как же давно оно не звучало в моих ушах…
— Наш сын собственноручно взвалил на свои плечи непосильную ношу, — процедила матушка. — А ты, вместо того, чтобы помочь, просто наблюдал со стороны!
Куро откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.
— Знаешь, дорогая, по-моему, Рюу и сам чудесно со всем справился. Он теперь сильнейший из молодого поколения. Да что из молодого, уверен, восемьдесят процентов взрослых сверхов не смогут ему противостоять.
— Это ты загнул, — хохотнул я. — Куда мне до старперов вроде тебя.
— Но-но, — обиженно надулся отец. — Не заговаривайся, дружок. Чуть потренируешься и, если повезет, сможешь меня превзойти. Хотя это вряд ли, я слишком уж хорош.
— Опять твоё хвастовство, — поморщилась Лин. — Когда уже распрощаешься с детством?
— Только тот, в ком горит пламя юности, способен искренне радоваться жизни! — назидательно произнес Куро, подняв палец вверх.
— У тебя, как мне думается, радость зашкаливает, — фыркнула мама. Я не выдержал и снова рассмеялся, глядя на перепалку этих двоих. Да уж, родители у меня, вероятно, самые странные в мире.
— Тем не менее, заварушка намечается знатная, — посерьезнел вдруг отец. Выпрямившись, он задумчиво постучал пальцами по подлокотнику. — Слишком много потрясений для Изнанки за последние недели и дни. С тех самых пор как Рюу сорвал печати.
— Поэтому не стоило позволять ему это делать, — проворчала мама.
— Решать за ребенка, как ему жить — очень умно и дальновидно, ага.
— Я ведь хотела как лучше, — огрызнулась Лин. — И, судя по всему, оказалась права. Оставайся он обычным человеком, ничего бы не было!
— А можно не разговаривать так, будто меня тут нет? — встрял я, отставляя кружку в сторону. Мама виновато покосилась, издала тяжкий вздох.
— Прости. Мы уже решили этот вопрос давным-давно…
— Ты решила, — сарказм так и лился из уст Куро. — Меня даже в известность не поставила. Знай я обо всем заранее, то смог бы научить мальчика контролю. Его способность слишком ценная, любой из лидеров мировых держав отдаст обе руки, чтобы заполучить себе такого бойца.
Стоп, он в курсе что ли?
— Откуда ты знаешь о моём умении?
Папа хмыкнул.
— Сынок, для меня не осталось почти ничего удивительного или неизведанного в этом мире. Да и когда твое дитя, едва научившись ходить, в шуточной схватке с легкостью применяет твои излюбленные приёмчики — это даёт пищу к размышлениям.
— Не стоит говорить о таком вслух, — предупредил я. — Никто из моего окружения об этом не знает.
Куро удивленно присвистнул.
— Неплохо шифруешься, братец. Но не думай, что так будет продолжаться всегда. Рано или поздно правда вылезет наружу, и начнётся охота, не чета той, что грядет сейчас.
— К тому времени я должен стать сильнейшим, — усмехнулся я, стиснув пальцы в кулак. — И изменить Изнанку под себя. Чтобы ни одно живое существо в мире не посмело даже взглянуть в мою сторону.
— Губа не дура, — фыркнула Лин. — Сначала подрасти, Рюу. Даже в Японии хватает сверхов, с которыми тебе не справиться. У твоего умения тоже есть лимит.
— Я заметил, еще во время схватки с Кэтсуо, — выдал я, чем изрядно удивил родителей.
— Ну-ка, а подробнее? — подобрался Куро.
— Несмотря на всё свое преимущество, я ограничен выносливостью этого тела. Грубо говоря, мой организм не всегда способен выдержать мощь, которую хочет выдать. Сила Кэтсуо оказалась чрезмерной для меня, потому я проиграл. Нужно тренироваться, иначе потолок окажется слишком близко.
— Ты прав, — согласился отец. — В таком случае, у меня есть одно занятное предложение. Как насчет поездки в Россию?
Я слегка удивленно приподнял бровь.
— Сейчас? Когда клан на пороге войны? Если ты не забыл, я теперь глава, и в ответе не только за себя, но и за кучу верных мне людей.
— Уверен, твоя мама отлично тут со всем разберется, — Куро мило улыбнулся Лин, чем вызвал у неё приступ ярости.
— Как всегда решаешь за других! Эгоист!
— А то ты не понимаешь, что это лучшее решение в данной ситуации.
— Возможно, — нехотя признала мама.
— Вы сейчас серьезно? Что, если враг окажется слишком силён? Уверен, не один клан выступит против Такаяма, и тогда в одиночку не выстоять, — хмуро произнес я, сцепив пальцы в замок.
— А кто сказал, что я буду одна? — ехидно полюбопытствовала Лин, взяв телефон. — Я на минутку.
Стоило матери скрыться в коридоре, Куро молнией оказался рядом.
— Значит так, дружок, — горячо зашептал он. — Оставляй все дела на мать, она сильная, справится — зуб даю. Хватай кого-нибудь из друзей и завтрашним утром дергаем в Империю, познакомлю тебя с родственниками.
— Сколько времени это займет? — кисло спросил я, не разделяя восторга.
— Пару месяцев, может, больше, — отмахнулся отец. — Но ты не беспокойся, смена обстановки явно пойдет тебе на пользу. В России со многим…проще, чем здесь. А тамошние сверхи процентов на двадцать сильнее. Ну это в среднем, так-то я не особо изучал вопрос.
— Какой же ты все-таки… — процедил я.
— Молодец? — Куро с надеждой взглянул мне в глаза.
— Просто золото, ага. Дай мне этот день, чтобы передать дела Лин и уладить некоторые важные вопросы.
— С Кэтсуо переговорю сам, даже не спорь, — предупредил папа.
— Как хочешь.
Допив чай, я поднялся и вышел в сад. Да уж, заявились, блин, родственнички. Теперь все с ног на голову, и двумя проблемами больше. Будем надеяться, что по возвращении от клана Такаяма хоть что-нибудь останется.
«Глава, к вам какая-то девчонка», — раздалось в наушнике внутренней связи. Так-с, это Дзюмондзи, один из охранников на воротах. Кого нелегкая принесла?
Хикари неловко переминалась с ноги на ногу, разглядывая растущее неподалеку дерево.
— Привет. Не ожидал тебя тут увидеть.
Девушка мило улыбнулась.
— Просто ты очень давно не заходил, и я решила навестить сама. Как поживаешь, Рюу?
— Давай в дом, не на улице же разговаривать, — фыркнул я, пропуская подругу во двор.
Стоило нам оказаться в коридоре, как из гостиной донеслись раздраженные голоса родителей.
— Не стоило впутывать в это своих родственничков, — ворчал Куро.
— Они хотя бы способны помочь, в отличие от твоих, — поддела его мама.
— Ты прекрасно знаешь, что у нас много ограничений в связи с давней историей, — в голосе отца прорезался металл.
— Вот и оставляй вас на пару минут, — констатировал я, входя в комнату. — Опять цапаетесь. Мирно общаться никак?
— Рабочий момент, — буркнул Куро. Увидел Хикари и расплылся в улыбке. — О, Хи-чан, привет!
— Эм, Куро? Ты что здесь делаешь? — не поняла девушка.
— Долгая история, — вздохнул я. — Ты садись, в ногах правды нет.
Рассказ о событиях последних дней занял порядка получаса, и это в довольно сжатой форме.
— Вот и получается, что завтра я еду в Россию, а накопившимися проблемами пока займется Лин.
— Поверить не могу, что ты с такой легкостью передаешь бразды правления, — рассмеялась Хикари. Я пожал плечами.
— Очевидно ведь, что на данный момент я мало что могу сделать. Нужен перерыв, чтобы пересмотреть некоторые вещи и заодно стать сильнее. А потом вернусь и наваляю тем, кто еще будет способен мявкать в нашу сторону.
— Категорично, — одобрил Куро. — Но не загадывай заранее, жизнь такая штука…
— Как твоя внутренняя сила? — обратилась вдруг мама к Хи-чан.
— Все в порядке, стабилизировалась на третьем ранге и, как мы предполагали, дальше развитие не идёт.
— О чём это вы? — мы с отцом непонимающе переглянулись. Лин поймала взгляд моей подруги, та едва заметно кивнула.
— Видите ли, мальчики, Хикари — Дева.
— Оу, понятно, — усмехнулся Куро.
— Стоп, я один не в курсе, что это значит? — нахмурился я.
— Дева — тип женщин-сверхов, которые неспособны получить ранг выше третьего, но при этом обладают уникальным строением внутренних каналов, что позволяет им выносить и родить потенциально могущественного сверхчеловека, — пояснила мама.
— И Хикари — одна из таких Дев.
Хи-чан утвердительно кивнула.
— Император крайне трепетно относится к подобным людям, всячески их оберегая, — заметил отец.
— Но почему-то в тот день ты была без охраны, — напомнил я подруге. Хикари покраснела.
— Излишнее внимание порой сильно выматывает.
— Довольно об этом, — хлопнул в ладоши Куро. — Скажи-ка нам, Хи-чан, вы уже целовались?
Мы с Хикари синхронно вздрогнули и бросили злые взгляды на любопытного.
— Нашел, о чем спрашивать, балда, — Лин от души треснула Куро по башке. — Ни капли такта.
— А что такого? — искренне возмутился отец. — Взрослые все люди, разве нет? Да ты ведь сама не прочь, если они сойдутся и детишек нарожают…
Бац!
Звук затрещины прогремел хлеще атомной бомбы. Куро ошеломленно коснулся стремительно наливающейся красным шишки на лбу, после чего злобно оскалился и бросился на Лин. Но та уже пулей выскочила из комнаты.
— Стоять, гадюка! Я тебе покажу как мужа бить! — раздалось из коридора. Хлопнула дверь.
— Опять, — шумно выдохнул я.
— То есть, уже не первый раз? — хихикнула Хикари.
— Ага. Ни минуты не могут спокойно усидеть рядом. Как дети малые, честное слово.
— Ну, они и выглядят не особо старше нас, — ловко подметила девушка.
— Маскируются. Куро вон вообще притворялся моим лучшим другом все эти годы. Такого гада поискать еще надо. Я-то думал — старший товарищ, лет на 5 взрослее, а оно вон как оказалось.
— Что ни делается — к лучшему, — с улыбкой выдала Хи-чан. Правда, улыбка почти сразу померкла. — Значит, уезжаешь?
— Придется. Пережду первую волну неприятностей, заодно, глядишь, смена обстановки пойдет на пользу. Да и папа сказал, что сверхи в России намного сильнее местных. Так что скучать не придется.
— Но по мне хоть будешь? — лукаво подмигнула подруга.
— Еще как, — я даже не покривил душой. Хикари смущенно побагровела, потом скользнула вперед, на секунду припала своими губами к моим, и также шустро вернулась на место.
— Прости, — прошептала чуть погодя. — Я помню, ты сказал, что нам не стоит, и ты относишься ко мне как к сестренке…
— Ничего не изменилось.
Она кивнула.
— Тогда считай, что это на удачу. Тебе она очень пригодится.
— Спасибо, — поблагодарил, не глядя на Хи-чан. Вот же широкой души человек, и умница, и красавица, и вроде как всегда готова прыгнуть в объятия, но сердцу не прикажешь. Моё захватила одна голубоглазая брюнетка с точеной фигуркой и невероятно привлекательным характером. Жаль только, что нам не удалось больше встретиться после вчерашнего поединка.
Вскоре Хикари засобиралась домой, я проводил её до ворот, после чего, покосившись на нарезающих круги по двору родителей, отправился наверх, в кабинет.
Собрать документы, необходимые маме, не составило особого труда. Да их не так уж и много: текущие партнеры клана, досье новых членов, присоединившихся вместе с Косым, а также потенциальные враги и соперники. Надеюсь, Лин знает, что со всем этим делать. На крайний случай, Мики поможет разобраться.
За ужином и Куро, и Лин сидели тише воды, ниже травы. Похоже, даже у таких крутых сверхов есть предел выносливости. Хотя, если уровень отца мне приблизительно известен, то вот мама — тёмная лошадка. Насколько далеко она продвинулась в рангах Изнанки?
Этот вопрос крайне озадачил Лин, и изрядно повеселил Куро.
— Твоя мама Дева, как и Хикари, — со смешком поведал отец. — Так что за свою сверхспособность можешь благодарить её. По большей части.
— Надо же, — хмыкнул я. — Тогда многое становится понятным. Как долго будем добираться?
— Думаю, часиков шесть, не больше, — протянул Куро, ковыряясь вилкой в салате.
— И много у меня родственников в России?
— О! — обрадованно вскинулся папа. — Сейчас расскажу…
Раздался дверной звонок.
— Видно, не судьба, — развел я руками, поднимаясь. — Гляну, кто там.
— Видно, нет любви, — пропел Куро мне в спину. — Видно, надо мной, видно, надо мной…
Дальше не стал слушать, ускорив шаг. За дверью оказались охранники, смущенно поглядывающие на абсолютно спокойную Иоко, рядом с которой ехидно ухмылялся Кэтсуо.
— Тебя-то чего принесло, старик? — полюбопытствовал я, пропуская гостей в дом.
— Да вот, прослышал, что ты убегаешь из страны, и решил вручить подарочек, хе-хе, — влился в актерскую игру Тиба.
— Ты ему сказал? — нахмурился я, ступив в комнату. Куро нехотя кивнул.
— Еще бы я не сказал твоему деду.
— Что еще за дед? — не понял я.
— Это он про меня, — рассмеялся Кэтсуо, усаживаясь за стол. Иоко села рядом с отцом. — Видишь ли, муж Кианг и твой дедушка — Такаяма — был моим братом.
— Приплыли, — констатировал я.
— Названным, — успокоил меня Куро. — Они выросли вместе и всегда были не разлей вода.
— Так что я вполне вправе называть тебя внучком, ха, — хохотнул Тиба.
— Не стоит, иначе я тебе наваляю, — скривился, представив эту картину. Кэтсуо фыркнул.
— Навалялка еще не выросла, малыш. Ну да ладно, не суть. Раз уж вы едете в Россию, возьмите с собой Иоко.
Я застыл. Серьезно? Старик решил отпустить дочь подальше? Странно, мне казалось, он с неё пылинки сдувает в буквальном смысле.
Мы с отцом переглянулись. В глазах Куро я отметил то же изумление.
— С чего вдруг? — озвучила общий на всех вопрос Лин.
— Пусть мир посмотрит, наберётся опыта. Да и, неровен час, хе-хе, — Кэтсуо хитро подмигнул мне. — Чего и случится промеж юными сердцами.
Иоко едва заметно улыбнулась, я же через силу кивнул. Да уж, только вспомнил о голубоглазой красавице, и вот. Может, Тиба научился мысли на расстоянии читать?
— Чего косишься? — спросил Кэтсуо в ответ на мой прищур. — В жизни надо пользоваться любыми возможностями. Мотай на…на что ты там мотаешь.
— Отец, — тихонько урезонила Иоко.
— Простите, — кашлянул Тиба. — Ну, я пойду, а вы тут осваивайтесь. Как долетите, черкни мне сообщение, Куроске.
— Непременно, — пообещал папа, тряхнув гривой черных волос.
Старик шустро свалил по своим делам, оставив Иоко на наше попечение. Я бросил на девушку короткий взгляд, затем отправился распорядиться насчет комнаты для гостьи.
Вернувшись, застал невероятно уютную картину: родители вместе с Тиба попивали чаёк, оживленно что-то обсуждая и громко смеясь. Ну прямо идиллия!
— Закругляйтесь, ночь на дворе, а нам рано вставать, — буркнул я, развернулся и зашагал наверх, в свою спальню.
Накидав в чемодан различных вещей, бросил багаж на пол и рухнул в постель, устало потягиваясь. Да, тот еще денёк! Многовато впечатлений, да еще это внезапное решение о поездке…
Надеюсь, в Империи действительно найдется, чем заняться и останется время для саморазвития. Чтобы стать сильнее, придется усердно тренироваться. Иначе до уровня Куро доберусь ой как не скоро. Какой там у него ранг, интересно? Вспоминая наши спарринги, не ниже седьмого, уж точно. И это ему даже сорока нет. Как папа ухитрился настолько быстро раскачаться? Похоже, то ведомо лишь ему.
Надо спросить при случае. Глядишь, поделится секретом. А я намотаю… и, наконец-то, выйду победителем в нашем поединке.
С такими мыслями я провалился в глубокий бесцветный сон.
Перелет занял несколько часов, и все это время я бессовестно продрых, предварительно закинувшись аппетитным сэндвичем. Желания разговаривать с кем-либо, и уж тем более, обсуждать прибытие в Россию не было. Куро только недовольно покосился, но смолчал на столь вопиющую грубость, а Иоко с непроницаемо спокойным лицом села рядом, достала книжку и невозмутимо принялась за чтение. Стюардесса пару раз пыталась всучить мне какую-то еду и напитки, но быстро оставила это неблагодарное дело, поняв, что ответа не добьется.
Едва самолет приземлился, я открыл глаза и неторопливо потянулся.
— Прибыли, — констатировал Куро, довольно улыбаясь.
— Соскучился по родине? — поддел я отца. Он пожал плечами.
— Вроде бы нет, но, знаешь, всегда, стоит ступить на родную землю, в душе сразу буря эмоций, несмотря на неоднозначное отношение.
— Оно и понятно. Здесь твой дом.
— Мой дом там, где моя семья, — с самым серьезным видом произнес Куро, после чего, повернувшись, зашагал к выходу. Мы с Иоко последовали за сверхом.
Забрав багаж, отправились в здание аэропорта, обстановка внутри которого не слишком отличалась о таковой в Японии. Все те же многонациональные лица, снующие туда-сюда служащие и механический голос диктора, время от времени объявляющий посадку или прибытие.
— Сейчас закажу такси, ехать нам далековато, — пояснил Куро, достав мобильник.
— Город настолько большой? — удивился я.
— Нет, просто поместье моей семьи находится рядом с городом, приблизительно в сорока минутах пути.
— Надеюсь, нас там встретят, — буркнул я, ставя чемодан на пол.
— Я тоже на это надеюсь, парень, — хохотнул отец.
Пока он разговаривал по телефону, я взглянул на Тиба. Девушка вновь делала вид, что ей безразлично происходящее вокруг, но интуиция и развитые чувства подсказывали мне — ложь. Иоко лишь старается не мешать Куро, отыгрывая роль прилежной юной дочери Кэтсуо, идеально воспитанной и всегда послушной.
— Можешь не напрягаться, твоего отца здесь нет, — шепнул я. Во взгляде девушки на миг мелькнул яркий огонек, но тотчас погас. Хороший контроль.
— Не понимаю, о чем вы, Рюу-сан.
— О том, что можно перестать вести себя как дрессированная кукла, ни я, ни Куро не являемся сторонниками такого поведения.
Щеки Иоко слегка порозовели, а взгляд стал более живым.
— Уже лучше, — похвалил отец, присоединяясь к нам. — А то как жертва сектантов. Излишне покорные женщины не приносят радости мужчинам.
— Когда будет такси? — негромко спросила Тиба.
— Полагаю, уже подъехало, — хмыкнул Куро. — Идемте. У вас еще будет время разобраться в себе и друг с другом.
— Больно надо, — фыркнул я, подхватывая чемодан и сумки Иоко.
Погрузившись в автомобиль, прилип к окошку, с интересом разглядывая городские пейзажи. Не столица Империи, но тоже вполне себе крупный город, один из мегаполисов, с развитой инфраструктурой, торговлей, архитектурой и большими возможностями.
— Нам придется учиться здесь? — полюбопытствовал я.
Куро кивнул.
— Полагаю, да. Но окончательный ответ даст мой брат.
— О, знакомство с родственниками, — протянул, рисуя пальцем круги на стекле. — Надеюсь, они нормальные.
— Вполне. Ну, может, чуть более странные, чем я, но в целом — люди адекватные и хорошие.
От этих слов мне стало совсем неспокойно. Куро на полном серьезе считает себя адекватом? Ха! В жизни не встречал такого раздолбайского отца, являющегося при этом серьезным бойцом, правда, с извращенным чувством юмора. Если его родня хотя бы на одну десятую похожа…
— Боги, куда нас везут! — шепотом прокричал я, заслужив недовольный взгляд Куро, и смеющийся — Иоко. Вот и наша снежная королева начала проявлять эмоции. Возможно, мне удастся вызвать в ней ту девушку, которая предстала в памятный вечер у Кэтсуо.
Город вокруг сменился пригородом, высотки уступили место зданиям поменьше, а вскоре и те исчезли. По обе стороны от дороги потянулись поля.
— Далековато твой брат забрался, — заметил я. Куро слегка повернул голову.
— Между прочим, юноша, это родовое гнездо, и не настолько далеко от города, чтобы возмущаться.
— Ну, если гнездо, то да, это мы уважаем, — саркастично отозвался я. Так, беззлобно переругиваясь, мы добрались до развилки, где трасса переходила в аккуратную однополоску по левую сторону. Поля здесь быстро уступили место густому лесу, за которым не сразу удалось заметить монументальный трехэтажный особняк.
Мы выбрались из автомобиля, выгрузили чемоданы, после чего таксист шустро укатил, оставив нас во дворе поместья.
Выглядело здание, конечно, знатно: высокое, на вид словно готический собор — острые грани, шпили, мрачность и, вместе с тем, аристократичное изящество. Стильно, короче, не поспоришь даже.
— И впрямь родовое гнездо, — пробормотал я, заслужив ехидный взгляд отца. Поправив сбившуюся темную челку, Куро собирался было ответить нечто нелестное, но тут со стороны дома раздался зычный голос, пробасивший на русском:
— Неужто братец, наконец, явился?
Взглянув на источник шума, я невольно присвистнул: на крыльце стоял высоченный и широченный мужик, настоящий богатырь, какими их рисуют в мультиках и сказках. Метра два ростом, по ширине, полагаю, не в каждую дверь влезет, волосы русые, стянуты в конский хвост на затылке, лицо суровое, квадратная челюсть, прямой нос и ярко-голубые глаза. Ариец, как он есть.
— Мишаня, — ухмыльнулся отец. — Давно не виделись.
«Мишаня» хмыкнул на весь двор, после чего быстрым шагом подошел, заключил Куро в крепкие объятия. Готов поклясться, на лице у папы мелькнуло испуганное выражение, мне даже показалось, будто послышался хруст костей.
— Что ж ты, Кирилл, совсем забыл про родню? Поселился в своей Японии, а в родные края и не захаживаешь!
— Да как-то вот так, — нервно хихикнул Куро, похрустывая шеей. Ну и силища у Мишани, если он даже отца способен помять!
— А это кто? — цепкий взгляд дяди внимательно оглядел меня и Иоко. — Неужто твои?
— Пацан мой, а это — невеста его, — брякнул отец. Мишаня довольно рассмеялся.
— Ну надо же! Такой взрослый, а я ведь тебя помню во-о-от таким, — он показал между ладонями расстояние от силы сантиметров в пятнадцать.
— Время летит, — кивнул я. — Рад знакомству.
— Как звать-то? — добродушно улыбнулся дядя.
— Рюу, — ответил вместо меня отец. Михаил нахмурился.
— Опять эти ваши азиатские имена, тьфу! Нет чтоб по-нашему назвать, а не выкобениваться.
— Лин так захотела, — хмуро пояснил Куро. Дядя, кажется, смутился и кашлянул.
— Ну, красивое имя, да. Так что ж мы на улице стоим-то? Проходите в дом, Вениамин покажет вам ваши комнаты, располагайтесь. Жду к обеду через полчаса! Отказы не принимаются.
С этими словами Мишаня развернулся и зашагал к дому.
— Занятный мужик, — прошептал я.
— Еще какой, — согласился отец. — Седьмой ранг.
Мы с Иоко одновременно присвистнули.
— Крут, — протянул я. — Тогда, вероятно, хруст не послышался…
Куро бросил на меня раздраженный взгляд, схватил два чемодана и направился к двери.
Внутри особняк оказался вполне себе уютным: да, роскошно, все приятно обставлено, отделано, видно, что долгие годы кропотливо обустраивали семейное гнездышко, но при этом чувствовался некий домашний шарм, словно я приехал туда, где когда-то бывал.
Хотя, чего удивляться, если в детстве я жил в России, не исключено, что отец привозил нас сюда, в родовое гнездо. Правда, воспоминания о раннем детстве у меня очень и очень размытые, словно кто-то разлил воду на исписанный лист бумаги. Может, опять родственнички постарались? Надо бы поинтересоваться, при случае.
Нас с Иоко поселили в соседних комнатах на втором этаже. Куро же со знанием дела пинком распахнул дверь напротив моей и швырнул багаж на пол.
— Ничего не изменилось за столько лет, — фыркнул он, оглядывая помещение. Обстановка в комнате отца не слишком отличалась от моей: кровать, длинный шкаф на половину стены, стол, пара стульев и дверь, ведущая в ванную. Туда Куро и направился, предварительно наказав не лезть без спроса в различные места. При этом он покосился на Тиба, из чего я сделал вывод, что отец имел ввиду нечто совершенно иное.
Открыв чемодан, достал сменные вещи, но весь гардероб решил не вытряхивать — Куро упоминал, что учиться нам в городе, так что, возможно, придется снова на коробках ехать.
Переодевшись, закинул багаж в угол комнаты и, пригладив растрепавшиеся волосы, вышел в коридор. Иоко появилась там в тот же миг, словно поджидала.
— Прогуляемся? — предложил я, сделав вид, что не придал значения факту, что девушка за мной шпионит. Хотя, может, совпадение? Нет, не верю.
Мы неторопливо прошлись по дому, еще раз оценили красоту и дизайн — различные скульптуры и картины, на удивление, отлично дополняли облик эдакого готического поместья. Отдаю должное хозяину — такое с жильем сотворить, это надо уметь. С другой стороны, явно ведь не за один год и не десятилетие обставлялось. Кропотливая работа профессионального хапуги.
Хмыкнув, спустился на первый этаж, завернул за угол и уткнулся в неприметную деревянную дверь. Надавив на ручку, толкнул.
Дверь вела в сад, оказавшийся весьма просторным и удивительно мирным местом. Аккуратные дорожки, скамьи, несколько старинных фонарей, живые изгороди и, по центру эдакого сквера, небольшой фонтан.
— Прелесть! — всплеснула руками Иоко.
— Да, неплохое местечко, — я присел на ближайшую скамейку. — Ощущаются заботливые руки.
— Этот сад даже лучше нашего, — поджала губы девушка. — Как им удалось?
— Матушка любит ухаживать за ним, — раздался сбоку спокойный голос. Я повернул голову и увидел парнишку примерно своего возраста, только повыше, крепче, с кудрявыми каштановыми волосами, узким скуластым лицом, крупными зелеными глазами и изогнутыми в самоуверенной улыбке губами.
Он мне сразу не понравился.
— Вы, наверное, прибывшие? — парень не то, чтобы спрашивал, скорее — утверждал. Затем сделал пару шагов в нашу сторону. — Я Константин, сын графа.
Я окинул Костю уже более внимательным взглядом. Да, ростом до отца не дотянул немного, но и так явно около метра девяноста, что само по себе немало. Ну и сходу можно различить хорошую физическую форму. Мне до такой очень и очень далеко.
— Так и есть. Такаяма Рюу, приятно познакомиться, — я поднялся, спокойно взглянул брату в глаза. В его взгляде отразилось секундное замешательство, сменившееся насмешкой.
— Вот как, япошка, значит. И чего не сиделось у себя, в Японии?
— Да слышал, что у вас тут сверхи дофига сильные развелись, решил потренироваться, на родине груш для битья не осталось, — оскалился, не отводя взгляд. Костя фыркнул.
— Разбежался, узкоглазый. Здешние сверхи не чета вашим, подготовка и уровень на голову, а то и две выше. Сунешься с твоим четвертым рангом — раздавят и не поморщатся.
— Поглядим, никто не вечен, — пожал я плечами. Брат слегка склонил голову набок.
— Так, может, не отходя от кассы? Готов?
— Надрать задницу самоуверенному пацану? Запросто!
Он рыкнул, рванул сходу на высокой скорости, занес кулак — от удара аж воздух, казалось, затрещал. Я чуть наклонился в сторону, пропуская выпад, схватил Костю за воротник рубашки, потянул вниз на той же скорости, припечатал коленом в челюсть. Сверха подбросило, но парень быстро оправился, приземлился на ноги, сплюнул.
— Неплохо. А как тебе такое, Такеда-боксер?
Снова высокий темп, силуэт Константина размылся, при попытке уследить за ним взглядом началось головокружение. Плохо дело, моего уровня явно недостаточно для таких скоростей. Но и сдаваться не намерен, а значит, к черту зрение, используем чувства.
Прикрыв глаза, врубил на полную катушку сканирование местности. Так, похоже, братец замер, несколько озадаченный моим поведением. Тем лучше.
Рывок, использую максимальное ускорение, на какое способен. Но этот шустрик успевает следить за движениями, с легкостью блокирует мой удар правой, после чего бьет в ответ… и натыкается на гибкий блок. Отбив выпад Кости, припечатываю ладонью в грудь брата, отталкивая его на пару метров и, скользнув следом, атакую еще раз, не жалея сил.
Удар с громким хлопком встречает ладонь отца. Изумленно распахнув глаза, ловлю спокойный и довольный взгляд Куро.
— Так ведь и прибить можно, сынок, — негромко заметил сверх. — А нам тут жить еще. Мне, по меньшей мере.
— Этим ударом? Не смешите меня! — хмыкнул Костя.
— Хочешь поспорить? — вроде бы Кирилл не сказал ничего такого, но братец вмиг заткнулся и уважительно склонил голову.
— Прошу прощения, Учитель.
— Идемте в дом, обедать пора, — махнул рукой отец.
Костя быстрым шагом направился вперед, стараясь не смотреть в нашу сторону, мы же с Куро и Иоко не спеша шли позади.
— Учитель? — ехидству в моем голосе могла позавидовать даже Мики. Отец вздохнул.
— Так вышло. Лет десять назад меня занесло к Мишане, а Костику как раз исполнилось шесть, и брат решил обучать его искусству боя. Ну я и вызвался помочь, балда. Немного увлекся, признаю. Пару лет тут прожил, после чего просто-напросто сбежал, чтобы не усугублять ситуацию. Но мальчик с той поры не признает других наставников.
— Он неплох, — нехотя признал я.
— Неудивительно. Шестой ранг.
— Уже? Этот юноша невероятно талантлив, — восхищенно протянула Иоко. Я хмыкнул.
— Единственное, в чем он хорош — это в скорости. Будь я так же быстр, сумел бы победить.
— История не терпит сослагательного наклонения, — поддел меня Куро. — Так что смирись, ничья есть ничья. Хотя, полагаю, не вмешайся ваш покорный слуга, и минут через пять тебя бы отметелили.
— Не забывай, что я умею.
— Это не панацея, Рюу, — улыбнулся папа. — Даже у тебя есть слабости и ограничения, смирись.
— Так всегда, — проворчал, входя в обеденный зал. Михаил, Костя и незнакомая мне женщина уже сидели там, дожидаясь нас.
— О, Рюу, Иоко, познакомьтесь, это моя жена — Арина, и сын Константин, — привстал дядя, довольно улыбаясь.
— С Константином мы имели удовольствие познакомиться буквально несколько минут назад, — ухмыльнулся я. Улыбка на лице Михаила потускнела.
— Опять? — жестко произнес он, глядя поверх головы сына. Костя скривился, уставился на тарелку.
— Прости, не специально.
— Не передо мной извиняться надо, — чуть повысил голос дядюшка. У меня в ушах, кажется, самоуничтожились серные пробки, если таковые вообще имелись.
Костя поднял голову, наши взгляды встретились.
— Прости…брат, — еле сумел выдавить он. Я почти физически ощущал, как тяжело парню произнести это слово. Мда, похоже, тут кроется некая проблема, явно психологического характера. Ревность к Куро? Или что-то иное? Надо бы разобраться, но позже.
— Не стоит, я не в обиде, — развел руками. — Славно размялись, ваш сын отличный боец.
— Хо-хо, это правда, — вновь подобрел Михаил. — Первый на соревнованиях, один из лучших почти во всех дисциплинах, гордость школы! Орёл!
— Кстати, о погоде, — встрял Куро, усаживаясь и кивком указывая на наши места. Мы с Иоко устроились рядом с отцом.
— Обещают солнечную, но кто их знает, этих синоптиков, — поморщился дядя. — Но не напрягайся, Кирилл, я уже договорился насчет твоих ребятишек. С завтрашнего дня будут ходить в ту же школу, что и Костик.
— А жить? — полюбопытствовал я.
— При школе есть отличное общежитие со всеми условиями, — негромко заметил Константин.
— Удобно, — оценил я, приступая к трапезе. Остальные, кажется, тоже очнулись и принялись есть.
— Как Император? — спросил Куро, когда с первым было покончено.
— Слава Богу, держится, — вздохнул Мишаня. — Но, говорят, плохи его дела. Сдал старик, сильно сдал. Ярослав как только не пытается помочь отцу, но без толку. Проклятье какое-то, ей-богу.
— Кстати, не исключено, — отец поднял палец вверх. — Недоброжелателей у старика хватает, мотив многих очевиден: Ярослав куда более гибок и менее категоричен, чем его батюшка. Следовательно, желающих подтолкнуть Императора к скорейшему уходу ой как много.
Михаил помрачнел.
— Я уже думал об этом. Но, хочешь верь, хочешь нет — никаких доказательств или улик. Словно действительно на пустом месте все возникло. Так не бывает.
— Так не бывает… — задумчиво пробормотал Куро. — Что ж, да, видимо, есть чем заняться, пока ребята будут учиться. Составишь мне компанию завтра утром?
— Куда собрался? — с подозрением сощурился дядюшка.
— В столицу, надо встретиться со стариком.
— Сомневаюсь, что он забыл прошлые обиды, но дело твое — съездим, — кивнул Михаил.
— О чем они говорят? — шепотом спросила Иоко. Только тут я понял, что все это время прекрасно понимал русскую речь, почти как родной японский, не ощущая какого-либо дискомфорта. Неудивительно, конечно, все детство я тут провел, но…десять лет ведь прошло! Как еще не забылось?
— Ты не понимаешь? — на японском обратился к девушке. Тиба смущенно кивнула.
— Только часть, у меня не так хорошо с русским, как хотелось бы.
— Не страшно, подтянем, — улыбнулся я, и тут же поймал пристальный взгляд Кости. Затем он перевел внимание на Иоко и, к моему изумлению, немного растерялся. Там, в саду, похоже, кроме меня братец ничего не видел, и не стал акцентироваться на девушке, но теперь разглядел.
И запал.
Это прекрасно читалось по его лицу, словно по открытой книге. И очень сильно мне не понравилось. Вот уж не знаю, почему.
— Что ж, готовьтесь, детишки, с завтрашнего дня начинается ваша новая жизнь, — Куро похлопал меня по плечу.
— Да-да, новые знакомства, новые проблемы, переломанные конечности и все такое, — без особого энтузиазма откликнулся я.
Надо было видеть удивленно вытянувшиеся лица Михаила и его жены.
— Шутит он так, — быстро нашелся отец. — Не пугай окружающих, здесь тебе не Япония. Помнишь мои слова? Двадцать процентов, дружок!
— Как-будто их это спасет, — фыркнул я. Куро с тяжким вздохом покачал головой.
— И в кого он такой самоуверенный? Так бесит порой, хочется врезать, но непедагогично.
— Действительно, в кого бы? — пробормотал дядя. — Родители такие паиньки, любо-дорого посмотреть.
Надо же, этот здоровяк умеет шутить! Здорово, значит, можно попытаться потроллить и его, но позже. Для первого дня, полагаю, впечатлений достаточно.
— Съел? — я ткнул отца локтем в бок.
— Никто не поймет мой гений, — обиженно надулся Куро. — Ну и ладно. Перебьюсь.
Так, перешучиваясь, мы закончили обед, после чего отец отправил нас с Иоко тренироваться.
— Ленивый после еды сядет, а то и ляжет, а очень ленивый сделает что?
— Вообще не будет двигаться? — предположила девушка.
— Неверно! — оскорбился Куро. — Он пойдет возьмет побольше еды — про запас, иначе потом придется вставать. Смекаете?
— Не очень, — признался я.
— Дурачье. Не будете тренироваться все свободное время, так и останетесь сидеть на попе, пока другие вас обходят, вроде Костика. Вперед, юные падаваны, покажите мне все, на что способны!
Мы с Иоко переглянулись.
— Дадим старичку прикурить? — я ощутил, как адреналин растекается в крови. Тиба кивнула.
— Только не по лицу! — запоздало предупредил Куро.
Если начистоту — мы продули. Силы все же были неравные, и даже наша связка с Иоко не смогла одолеть отца. Но опыт оказался полезным, и, после плотного ужина, едва передвигая ноги, мы отправились по комнатам.
Уже укладываясь спать, я подумал, что, кажется, перемены в жизни — это неплохо, особенно если впереди маячат новые схватки, знакомства и саморазвитие. С моей способностью останавливаться нельзя, ни на миг, кто знает, каков её предел?
Нужно продолжать свой бег, невзирая на препятствия, ведь цель по-прежнему маячит на горизонте.
И однажды я её достигну.
Утро началось довольно рано — в шесть часов Куро бесцеремонно растолкал меня, и даже запертая на ключ дверь не остановила этого гада.
— Еще пять минуточек! — простонал я, изо всех сил пытаясь зарыться под подушку.
— Хрен тебе, амёба слабовольная, — довольно выдал отец, после чего мощный пинок по ребрам подбросил меня на кровати.
— Садист проклятый, — прошипел я, скатываясь на пол и потирая ушиб.
— И тебе доброго утречка, — как ни в чем не бывало улыбнулся Куро. Или Кирилл? Возможно, стоит привыкать звать его именно так. Кстати, а как мое имя будет на русском?
— С сегодняшнего дня ты Мстислав, — словно вторя моим мыслям, сообщил отец. — Изначально я хотел назвать тебя этим замечательным именем, но мать не позволила.
— Что оно означает? — все же не настолько хорошо я знаю местные традиции и обычаи, не говоря уж об именах.
— Месть священна, — оскалился Куро. Я хмыкнул.
— Вполне в твоем духе, однако.
— Сочту за комплимент, — отец развернулся и направился к выходу. — Умывайся, переодевайся и бегом вниз.
Я поднялся, бросил взгляд на стул: там аккуратно сложены школьные шмотки, видать, местная униформа. Брюки, рубашка с вышивкой на воротнике, на нём с краю маленький герб, означающий черного ворона в кругу молний, пиджак — темно-синий, как и брюки, и идеально начищенные черные туфли, на которых сверху сложены столь же темные носки.
Вздохнув, побрел в ванную, оттуда — шустро переоделся и быстрым шагом направился в обеденный зал.
Завтрак прошел спокойно, только Костя периодически косился на Иоко, которая прелестно выглядела в униформе. Похожая имелась и у братца, даже герб один в один. А вот у Тиба вместо ворона виднелся небольшой лисёнок с обернутым вокруг хвостом. Стильный, в общем-то, наряд.
Наскоро слопав предложенную яичницу, запив её вкусным кофе, мы — я, Иоко и Костя — погрузились в персональное авто Огнёва-младшего. Водить самостоятельно братец пока права не имел, но вот собственный водитель у него есть. Он-то и повез нас в город, вместе со всеми шмотками.
Путь до общежития занял порядка полутора часов, самая интересная его часть снова выпала на поездку по самому городу — в прошлый раз, хоть и удалось разглядеть в деталях, но все же только окраины. Теперь же нас везли почти в самый центр.
Остановившись у общежития, водитель высадил нас и направил авто в сторону парковки.
Я же взглянул на здание. Высокое, этажей десять, блестящее, современное, занимает едва ли не половину квартала. Похоже, учащихся в местной школе хоть отбавляй.
— Куда нам? — полюбопытствовал у Кости.
— Понятия не имею, в какие комнаты вас распределили, — пожал плечами братец. — Узнай у коменданта. Вот, кстати и он идёт.
— Доброе утро, молодые люди, — добродушный толстячок невысокого роста, мило улыбаясь, шел нам навстречу. — Рад видеть, господин Огнёв, как батюшка?
— Не жалуется, — хмыкнул Костик. Толстяк кивнул.
— А вы, значит, новые ученики по обмену? — перевел взгляд на нас. — Мстислав и Иоко, верно?
— Похоже на то, — не стал отрицать я. Значит, Куро не шутил насчет имени. Странно только, что он Тиба ничего подобного не придумал. Или Кэтсуо был против? Я бы не удивился, старик тот еще принципиальный…товарищ.
— Что ж, в таком случае, добро пожаловать! Ваша комната на седьмом этаже, номер семьсот семь, — комендант протянул ключи. Я взял, благодарно кивнув.
— Меня зовут Юрий Соломонович, надеюсь, сработаемся, — загадочно улыбнулся толстяк, после чего направился обратно в общагу.
— Забавный мужик, — пробормотал я, поймав ехидный взгляд Кости. — Но, главное, что нас поселили вместе.
— Согласна, — Иоко тепло улыбнулась, и в этот момент нужно было видеть выражение лица моего братца — смесь зависти, ненависти и полнейшего офигевания. Так-то, парень. Куро, похоже, не теряет надежды сосватать Тиба мне. Да я и сам не прочь познакомиться с девушкой поближе, дайте только время.
И вот его-то теперь полным-полно.
Поднявшись на седьмой этаж и отперев дверь комнаты, я застыл на пороге. «Комната» оказалась едва ли не полноценной квартирой, размерами не уступающей моей старенькой японской. Тут тебе и ванная с душем, туалет, небольшая кухня и спальня в смежной комнатке, с двумя кроватями. По центру гостиной стояли диванчик, журнальный столик и пара кресел. На окнах неброские шторы.
— Отличный дизайн, — одобрила Иоко. — Мне нравится.
— Вот тебе и общежитие, — пробормотал я, проходя в комнату. Поставил сумки на пол и с разбегу плюхнулся на диван. — Мягко.
Тиба подошла, села рядом, смущенно улыбаясь.
— И правда. Хорошее место.
Рановато делать выводы, ну да ладно. Занятия, вроде как, начинаются с десяти, а на часах около восьми утра. Есть время распаковаться и приготовить хотя бы чай. Кажется, Куро говорил, что сама школа недалеко от общежития. Надеюсь, недалеко, в его понятии — это не больше пяти километров.
Распихав вещи по ящикам крупного шкафа, закинул сумку подальше и, поправив галстук перед зеркалом, отправился заваривать чай. Пачку предусмотрительно захватил из Японии, полагая, что пригодится. Отец, помнится, еще посмеивался. Ну, и кто в итоге оказался прав? Жаль только, не с чем пить.
— Тук-тук, — на пороге комнаты возник Костя. — Чай собрались пить? Я конфет принес, местных.
Вздохнув, я достал еще одну кружку.
На удивление, чаепитие прошло спокойно. Братец то и дело бросал странные взгляды на нас с Иоко, сидевших бок о бок, но разговор вёл нейтральный, о погоде, учителях и спортивных достижениях местной команды по волейболу. В начале десятого мы дружно собрались, закинули за спины рюкзаки, и отправились на учёбу.
Опасения не сбылись — школа оказалась буквально за общежитием, этажей поменьше — семь, но внешнее оформление что надо. Видно, что деньги вбухали немаленькие, чтобы такое учреждение отстроить. Хотя, чего удивляться, элитная школа, детки аристо, сверхи и до кучи всякий разный народ. Наверняка найдется много желающих безвозмездно помочь, чтобы потом иметь рычаги воздействия на того же директора.
— На рожон не лезь только в первый день, у нас хватает довольно сильных ребят, — посоветовал мне Костя.
— Обижаешь, я само спокойствие, — почти оскорбился я, но вовремя вспомнил, что нифига подобного — чувство собственной важности из меня порой хлещет. — Постараюсь, ага.
Иоко тихонько рассмеялась, видимо, вспомнила мой бой с Ивамото, и последующий шок собравшихся. Да, там действительно я перегнул с пафосом, но кто же знал, что старик окажется таким слабаком? Предупреждать надо было. Ну вот — снова самонадеянность. И в кого я такой наглый, интересно?
На входе в школьный двор нас встретили охранники, попросили предъявить школьные удостоверения. Костя показал свое, про нас же сказал, что мы новенькие. Похоже, охрана была в курсе, потому что позволила пройти дальше.
Вблизи школа и впрямь поражала воображение размерами и отделкой. Конечно, моя японская не сильно уступала в плане качества исполнения, но была намного меньше, и скромнее, что ли. А тут такой размах.
В холле нас встретил высокий широкоплечий мужчина лет эдак около тридцати, с короткими русыми волосами, скуластым лицом, ярко-голубыми глазами и добродушной улыбкой.
— Позвольте представиться, юные господа, меня зовут Меньшиков Аркадий Николаевич, я директор этого замечательного учреждения.
— Приятно познакомиться, Такаяма Рюу, — ответил я на рукопожатие. Директор улыбнулся.
— Ваш отец представил вас как Мстислава Огнёва.
— Ему виднее, — хмыкнул я, не став спорить. В чужом краю свои правила не устанавливают. По крайней мере, не сразу.
— А вы, юная леди, Тиба Иоко, верно?
— Да, — девушка слегка поклонилась, похоже, не понимая, как обращаться к Аркадию Николаевичу. Наверняка ведь он аристократ, или лицо, к ним приближенное, а значит, требует соответствующего отношения. Но титул не назвал.
— Я простолюдин, — еще шире улыбнулся директор, словно угадав причину замешательства. Мы с Иоко слегка удивленно переглянулись. — Как-нибудь расскажу эту занимательную историю, а пока — прошу за мной, проведу вас к вашему классному руководителю. Познакомитесь с ним, с ребятами, помогут освоиться. Не бойтесь, ученики у нас хорошие, всегда готовы поспешить на выручку. Оглянуться не успеете, как станете своими.
— Это радует, — кивнул я. Костя, на удивление, молча шел рядом, не встревая в разговор. Какой-то он напряженный, неужто боится директора? Этот мужик настолько крут? Почему-то у меня никак не выходило просканировать и определить его ранг.
— Восьмой, — шепнул братец. Я едва не присвистнул от удивления. Надо же! Такой же уровень, как у Куро. Даёт Аркадий, ничего не скажешь! Теперь становится понятным, почему именно он тут руководит — человек с таким уровнем силы способен разнести целый город по кирпичику, не говоря уж о защите детей.
— До вашего отца, Мстислав, мне еще далеко, несмотря на идентичный ранг, — с усмешкой произнес директор. — Но не теряю надежды когда-нибудь с ним сравниться.
— Куро отличный боец, — кивнул я. — Но через пару лет я его догоню.
Оба — и Меньшиков, и Костя — посмотрели на меня как на чокнутого.
— Смелое заявление, — хохотнул Аркадий Николаевич. — Но не стану влезать с аргументами. Время все расставит по местам.
Хороший мужик, лишнего не говорит, и предельно вежлив. Такой подход всегда подкупает и не может не нравиться. Хотелось бы смахнуться с этим монстром в спарринге.
— Не откажете в одной просьбе? — не выдержал я. Директор кивнул. — Проведёте со мной один тренировочный бой?
Во взгляде Аркадия Николаевича мелькнуло искреннее удивление, сменившееся добродушной усмешкой.
— Хорошо, если вы этого желаете. Скажем, сегодня в два часа дня устроит? Как раз у вас занятия закончатся, и мы сможем потренироваться в спортзале. Он специально оборудован для сверхов и стены там крепкие. Можно бить в половину силы.
— Учтём, — я подмигнул Иоко, на что получил пренебрежительное фырканье. Похоже, Тиба моя идея с спаррингом не пришлась по душе. Ну, это её дело.
Пока шли по коридору, ловили на себе множество любопытных взглядов и слышали шепотки за спиной. Весть о нашем прибытии, похоже, была известна заранее, потому как особо удивленными школьники не выглядели. Они вообще оставляли впечатление очень…обычных, что ли. И это забавно, понимая, что тут учится элита Империи.
Костя отстал по дороге, он учился в другом классе. Тем лучше, не будет маячить постоянно на периферии.
Аркадий остановился у двери с номером сорок семь, табличка слева гласила, что это кабинет русского языка. Легонько постучав, директор открыл дверь и шагнул в класс. У интерактивной доски стоял парень лет двадцати пяти, может, чуть постарше, задумчиво бормотал что-то себе под нос. Услышав шаги, повернулся к нам, расплылся в улыбке.
— Аркадий Николаевич! Доброе утро!
— И вам, Сергей Витальевич. Вот, привел пополнение.
— Те самые? — учитель внимательно поглядел на нас, приветливо кивнул. — Добро пожаловать.
— Сергей Витальевич Носов, учитель русского языка и литературы, и ваш классный руководитель, — представил его директор. — Не обижать, слушаться и с любыми просьбами и проблемами обращаться непосредственно к нему. Ну а я пойду, пожалуй. Мстислав, не опаздывай.
Последняя фраза намекала на запланированный спарринг, так что я только кивнул вслед Аркадию.
— Ну что, мое имя вы уже знаете, а как вас зовут? — полюбопытствовал Носов.
— Мстислав Огнёв, — слегка скривившись, представился я новым именем. — А это Иоко Тиба.
— О, дочь Кэтсуо, — усмехнулся Сергей Витальевич.
— Вы знакомы с моим отцом? — удивилась Иоко. Учитель пожал плечами.
— Довелось однажды пересечься, во время командировки в Японию. Я, к сожалению, не сверх, но посвящен в ваши дела, и по одной просьбе вынужден был встретиться с главой клана Тиба. Ваш отец — удивительный человек.
Девушка смущенно покраснела.
— Сколько человек в классе, можно узнать? — решил я перевести тему.
— Двадцать. Вместе с вами теперь двадцать два, — хмыкнул Носов. — Сейчас подойдут, как раз познакомитесь.
Карие глаза учителя казались очень цепкими и серьезными, когда скользнули по моему лицу. Странный мужик. Вроде добродушный, но есть в нем что-то…опасное. Может, бывший военный? И внешность под стать: крепкий, но не такой здоровый, как директор, скорее, жилистый. Рост средний, внешность обычная, кажется, только чуть крючковатый нос выбивается, да взгляд слишком уж внимательный, все подмечает. Волосы коротко стриженые, одет в черный костюм с белой рубашкой и галстуком. Казалось бы, нет повода для беспокойства, но я все равно не мог отделаться от чувства тревоги.
— Сергей Витальевич, можно? — раздался сзади голос. Я обернулся, увидел в дверях девчонку нашего с Иоко возраста, с любопытством оглядевшую меня и Тиба с ног до головы.
— Заходите, — улыбнулся Носов.
Минут за пять собрался весь класс, мы же так и стояли у доски, дожидаясь начала уроков и ловя многочисленные взгляды. Прозвенел звонок.
— Доброе утро, ребята. Позвольте представить вам наших новых учеников — Мстислава и Иоко. Они из Японии, по обмену, хорошие ученики, и, надеюсь, вы с ними подружитесь. Садитесь на первом ряду, — учитель кивнул на свободную парту.
Усевшись, я достал тетрадь и ручку, и приготовился со скучающим видом внимать монотонной лекции. Но Сергей Витальевич удивил.
Рассказывать Носов умел, и очень даже хорошо. С юмором, жизненными примерами и доступно. К концу урока, по-моему, даже Иоко целиком усвоила тему.
Отсидев еще пару уроков, мы отправились в столовую. На предыдущей перемене я сфоткал расписание, согласно которому, осталось еще два занятия, а потом домой. Набрав на поднос первое и второе, мы сели за свободный стол, провожаемые любопытными взглядами. Но никто не решался заговорить первым.
Кроме некоторых особо смелых.
— Привет, я Макс! — худощавый парнишка с узким скуластым лицом, ярко-зелеными глазами и нахальной улыбкой, уселся напротив, тряхнув длинными кудрявыми волосами.
— Привет, Макс, — хмыкнув, поздоровался я. — Меня зовут Мстислав, а это Иоко.
— Значит, вы из Японии? — Макс кивнул Тиба и снова взглянул на меня. — Как оно там?
— По-другому, — рассмеялся я. — Но я родился тут, в России, переехал, когда было шесть.
— О, значит, все-таки русский? — обрадовался непонятно чему парень.
— Не особо. Мама японка, а отец русский. Вроде как, — неуверенно протянул я. Иоко фыркнула.
— У него такая внешность, что сразу и не поймешь, какой национальности, — пробормотала девушка.
— Забавно, — выдал Макс. — А сюда надолго?
— На месяц точно, а там видно будет, — не стал загадывать я.
— Максим, опять наседаешь на новичков? — строго выглядящая девушка в очках, за стеклами которых сияли голубым глаза, с стянутыми в хвост длинными русыми волосами, села рядом с нашим новым знакомым.
— Это Яна, староста класса, — представил её Макс. Яна улыбнулась.
— Приятно познакомиться! И то, что вы попали именно к нам в класс, приятно вдвойне.
— Погодите, мы все в одном классе, что ли? — не понял я.
— Само собой, — хохотнул Макс. — Вот зажжём теперь на соревнованиях!
— Каких еще соревнованиях?
— Каждый год у нас в это время проходят соревнования между старшеклассниками. Спарринги по всем правилам, счёт идет командный. Кто больше очков набрал, те и победили.
— А кто сказал, что я собираюсь участвовать? — скривился я. Макс удивленно почесал щеку.
— Разве нет? Ты выглядишь крепким малым, думаю, сможешь принести несколько баллов.
— Не интересует, я не командный игрок. Да и есть, чем заняться — после уроков нужно встретиться с директором.
— Первый день, и уже накосячил? — с какой-то затаенной надеждой спросил Макс. — Или по поводу учёбы?
— Спарринг у них, — вставила пять копеек Иоко. Похоже, Тиба начинает немного оттаивать, вон, уже с едва знакомыми людьми разговаривает.
— Спарринг? — изумленно выдохнул парень, переглянувшись с Яной. — С какой стати?
— Аркадий Николаевич такого же ранга, что и мой отец, вот и решил попрактиковаться, — нехотя объяснил я. Ребята вроде не похожи на хитрецов, так что можно немного довериться.
— У твоего отца восьмой ранг? — прошептал Макс. — Напомни, пожалуйста, как его зовут?
— Ну, вообще, его не зовут, он обычно сам приходит. И всегда не вовремя, — съязвил я. — Кирилл Огнёв, кажется.
Лица одноклассников вытянулись, а глаза Макса и вовсе превратились в две громадных тарелки.
— Тот самый Повелитель Бездны?
— Это еще что значит? — нахмурился я.
— Ты не знаешь? — удивилась Яна.
— Я про то, что этот гад мой отец, узнал буквально несколько дней назад, — покачал я головой.
— Поосторожней со словами, этот человек очень силён и опасен, — шепотом поведал Макс. — Ну, я-то с ним спарринговал, и ничего, — хмыкнул, постукивая пальцами по столу.
— Ты же его сын, — отрезал парень. — Здесь, в Империи, твой отец известен как один из пятёрки сильнейших сверхов. Меньшиков, например, несмотря на такой же ранг, туда не входит.
— И что такого выдающегося он совершил, чтобы туда попасть?
— Лет двадцать назад участвовал почти во всех военных конфликтах, безжалостно уничтожая врагов Империи, — на полном серьезе выдал Макс. — На тот момент Россия сцепилась с некоторыми африканскими странами, и развязалась жестокая буча. Господин Огнёв, даром, что был молод — как мы, примерно, отправился на войну, и почти в одиночку переломил её ход.
— А что, другим сверхам религия не позволила помочь? — не понял я.
— Со стороны африканских государств выступил десяток семиранговых сверхов, а это серьезная угроза, — без тени улыбки поведала Яна.
— И что, он соло их всех убил? Не поверю.
— Они устроили ему засаду. Напали впятером, остальные были разбросаны по гарнизонам. И Кирилл Огнёв выжил, неизвестно, каким чудом, но выжил. И прикончил всех нападавших. Оказалось, что седьмой и восьмой ранги очень сильно различаются. Примерно, как начинающий боксер и чемпион мира.
— Уж нафиг, — не поверил я.
— Может, чуть утрировано, но это действительно так, — подтвердила Яна. — На месте той схватки осталась выжженная воронка глубиной метров семь, и именно тогда твоего отца прозвали Повелителем Бездны.
— Красивая история, — зевнул я. — Но наверняка многое чересчур преувеличенно. Спрошу у Куро сам.
— Кто такой Куро? — полюбопытствовал Макс.
— Это японское имя его отца, — пояснила Иоко.
Дожевав обед, мы вчетвером отправились на следующий урок. После рассказа Макса и Яны, я даже немного призадумался, а действительно ли мне известно, кто мой отец на самом деле? У Куро много тайн, а прошлое полно интересностей. Которыми папа не желает делиться с единственным ребенком.
Хотя, кто сказал, что единственным? Может, у него еще десяток есть в запасе? На всякий случай. Я бы не удивился, этот гад, при всей своей манере поведения, поразительно предусмотрителен. Спрошу, обязательно обо всем спрошу, когда увижу.
Едва прозвенел звонок с последнего урока, я подскочил, схватил сумку и направился в сторону спортзала.
— Кажется, кое-кому не терпится размяться, — поддела меня Иоко.
— Кажется, кое-кто, наконец, вспомнил, как разговаривать, — фыркнул я. Тиба улыбнулась.
— Возможно. Но это не отменяет того факта, что ты ведешь себя вызывающе.
— Разве? По-моему, я вообще тише воды, ниже травы, — наигранно оскорбился я. Иоко покачала головой.
— Если вызвать директора на спарринг в первый же день — это нормально, то весь мир сошел с ума.
— Ну, он же согласился, — выдвинул я единственный пришедший в голову аргумент. Вместо ответа Тиба только шумно вздохнула.
— О чём воркуете, голубки? — догнал нас Макс. — Как бы незаметно сбежать? Небось, поджилки трясутся, а?
Он ткнул меня локтем в бок. Я не выдержал и громко рассмеялся.
— Трясутся, но не от страха. От предвкушения.
Макс, кажется, даже растерялся, глянул на Иоко, та только глаза закатила.
— Он больной, это все, что тебе стоит знать, — выдала девушка.
— Даже добавить нечего, так и есть. Но как еще улучшать навыки, если не в сражении с заведомо более сильным противником? — я воздел палец вверх.
— Для него ты все равно, что младенец, — хмыкнула, появляясь сбоку, Яна. — Аркадий Николаевич — тоже повелитель, не забывай.
— Тем интереснее, — отмахнулся я.
Мы остановились перед дверью спортзала. Подергав за ручку, разочарованно повернулся к товарищам.
— Заперто.
— Извиняюсь за задержку, — радостно произнес Меньшиков, быстрым шагом направляясь к нам. — Дел невпроворот, но обещание есть обещание. Готов, Мстислав?
— Это имя вообще можно как-нибудь сократить? — простонал я. — Оно меня дико бесит.
— Эм…Мистик? — неуверенно предложила Яна.
— Ну, хотя бы так, — кивнул я. — И да, конечно же, готов.
— Тогда разминаться не будем, мне через пятнадцать минут на совещание нужно, — буднично сообщил директор. Отперев дверь спортзала, приглашающе махнул рукой. — Вперед, юные господа и дамы.
Я шагнул, еще с порога ощущая, какая насыщенная атмосфера в этом зале. Похоже, и впрямь, место для сражений сверхов. Даже дышится как-то иначе. Легче. Веселее.
Пол выложен плотными упругими матами, стены тоже обиты чем-то подобным. Окон нет, но под потолком широкие овальные светильники, разгоняющие малейший клочок темноты.
Швырнув сумку в угол, направился к центру зала. Аркадий Николаевич, мягко улыбаясь, шел рядом. Мы остановились, разошлись шагов на пять. Взглянули друг на друга.
В глазах директора я увидел любопытство и…скуку. Он не верил, что мне удастся хоть сколько-нибудь развлечь его. Ну да, восьмой ранг против моего, пока еще даже не пятого. Тем не менее, попробуем удивить. Кое-что интересное я умею, а дальше — чистая импровизация.
— Понеслась? — спросил, уже срываясь в первом движении. Удар — громкий хлопок, Аркадий насмешливо отвел мой кулак и несильно хлопнул ладонью в грудь, отбрасывая на пару десятков шагов. Форма на груди оказалась разорвана, кожа покраснела, показывая отпечаток ладони директора.
— Я компенсирую, — слегка виновато улыбнулся Меньшиков. Я только рассмеялся, ощущая, как адреналин еще быстрее помчался в крови.
Схватка началась.
— Стоило попытаться, — произнес я, рванув с места. Аркадий Николаевич чуть отклонился, пропуская мимо мой кулак, легонько потянул в сторону, резко дернул, отправляя меня в полёт. Перекувыркнувшись через голову, я покатился по полу, больно приложившись спиной.
— Может еще старая гвардия, — прохрипел, потирая место ушиба. Затем усмехнулся. — Но и мы не пальцем, да.
Скорость с ходу поднята до предела, выше которого я еще не прыгал. Раз — мчусь на всех парах к Меньшикову, отмечая легкое удивление в глазах директора. Не ожидал, похоже, что пацан с четвертым рангом способен выдать ускорение ранга седьмого. Удивим сильнее.
Удар метит в солнечное сплетение, удивление во взгляде Аркадия Николаевича сменяется скукой, он отмахивается, но мой кулак не заканчивает движение, вместо этого резко меняю стойку, бью ногой под колено директора. Меньшиков слегка теряет равновесие, и этого мне достаточно, чтобы врезать со всей силы ему по лицу.
Туша директора с громогласным хлопком ударила по матам. Аркадий Николаевич почти сразу вскочил на ноги, широко улыбаясь и потирая покрасневшую скулу.
— Отлично! Удивительно! А как с защитой?
Признаться честно, мне не удалось различить начало движения, только конец — когда вынырнувший из воздуха кулак директора вмазал мне в челюсть, запуская в очередной полёт. Долетев до стены, я приложился всем корпусом. Ощущение, будто не в маты врезался, а в железо — меня с силой оттолкнуло обратно. Мышцы уже начало потряхивать, все же есть лимит у способности, Куро был кругом прав. Похоже, не могу я применять её на тех, кто намного сильнее меня. Ну или частично только, что тоже не комильфо. Потому как со своим нынешним уровнем я не чета монстрам вроде Меньшикова и отца.
Следующие пару минут Аркадий увлеченно швырял меня по залу, похоже, надеясь, что вновь удивлю его, но безрезультатно.
Прислонившись к стеночке и тяжело дыша, взглянул на директора, изумленно отмечая проявляющийся синяк у него на лице.
— Неплохо для твоего уровня, Мистик, — с улыбкой выдал Меньшиков, усаживаясь рядом. — Признаться честно, тебе удалось застать меня врасплох, чего не случалось достаточно давно. Не с противниками твоей комплекции.
— Сочту за комплимент, — кивнул я. — И спасибо за урок, он был весьма поучителен.
— Обращайся, пять минут против восьмого ранга — это рекорд, полагаю. Не уверен, что кто-либо еще в этих стенах с таким же рангом, как у тебя, способен на подобное.
— Тренировки, — туманно изрёк я, чем вызвал смешок Аркадия Николаевича.
— Зайди ко мне завтра, обсудим кое-что.
— Хорошо.
Я поднялся, чувствуя, как пошел процесс восстановления, и с каждым шагом к выходу тело становится бодрее. Макс и Яна глядели на меня выпученными от изумления глазами, а Иоко только хмыкнула и покачала головой.
— Мог бы поаккуратнее. С моим отцом у тебя вышло поинтереснее и, кажется, дольше.
— Растерял форму, — пожал я плечами. Тиба фыркнула и первой вышла в коридор.
— Что это, мать вашу, было? — громким шепотом выпалил Макс, догоняя нас. — Это же директор! Восьмой ранг! И он точно бил сильнее, чем вполсилы.
— Подтверждаю, — поддакнула Яна, поправляя очки. — Аркадий Николаевич, бывает, устраивает показательные выступления, но там едва ли сражается на половину возможностей. А тут прям выложился чуть больше, и это ему несвойственно.
— В жизни всякое случается, — усмехнулся я. — Пойдемте-ка куда-нибудь погуляем, а?
Макс с Яной переглянулись и дружно кивнули.
— Идём, покажем вам центр. Заодно перекусим, у нас много отличных мест!
Оказалось, центр города располагался совсем недалеко от школы и общежития. Нам пришлось пройти пару кварталов, свернуть налево и вниз по улице, по прямой — пока не уткнулись в ажурные ворота, являющиеся входом в парк.
— Куда сначала? — Яна повернулась к Максу.
— Давай в «Босоножку», поедим нормально. У вас как с деньгами, порядок?
Вместо ответа я помахал кредиткой, которую Куро вручил перед отбытием из особняка. Сказал, что с неё можно оплатить почти что угодно и где угодно. Пришлось поверить отцу на слово.
— Что за «Босоножка»? — полюбопытствовала Иоко, едва мы ступили на аккуратную дорожку, выложенную разноцветной плиткой.
— Популярное местечко среди молодёжи, — со смешком отозвался Макс. — Кормят вкусно, не сильно дорого, народу дофига, плюс музыка самая свежая всегда. Ну и налить могут без лишних вопросов.
— Последний пункт, полагаю, для большинства как раз-таки в приоритете, — хмыкнул я. Макс пожал плечами.
— Каждый развлекается, как может.
Парк действительно оказался красивым местом. Высокие деревья с широкими кронами, много дорожек, переплетающихся между собой, в итоге ведущих к центральному скверу, где находился большой фонтан, украшенный ажурной резьбой и статуями дельфинов.
— Прелестно тут у вас, — подметил я.
— Столько денег вбухали в этот парк, — рассмеялся Макс. — Там, за теми деревьями, начинаются карусели различные, вот где городская администрация постаралась на славу. Но туда мы сходим позже, сейчас нам налево.
По левую сторону от фонтана, вдоль старой кирпичной стены, явно служившей больше для антуража, чем несущей какую-либо ценность, выстроились в ряд различные закусочные, кафешки и прочие подобные места.
В животе призывно заурчало, стоило ноздрям уловить манящий запах еды.
— Бегом! — поторопил я товарищей. — А то вас слопаю.
— Он не шутит, — с самым серьезным видом выдала Тиба, шагая рядом. Я украдкой обернулся и отметил странные выражения на лицах Яны и Макса.
— Ну и зачем пугать наших новых друзей?
— Привыкнут, — мимолетная улыбка тронула губы Иоко, и я подумал, что девушка с каждым часом меняется в лучшую сторону. Становится собой? Похоже, Кэтсуо был прав, когда решил отправить дочь с нами. Неужели старик заранее ожидал именно такой исход? Надеялся, что Тиба раскроется, перестанет только сверкать хитрыми голубыми глазами, превратится в настоящую хищницу, способную дать отпор любому неприятелю?
Полагаю, он не разочаруется, когда Иоко вернется домой.
Увидев надпись «Босоножка» на ближайшей кафешке, я толкнул дверь и шагнул в помещение. Здесь оказалось светло, прохладно и уютно: прямоугольные столики с двух сторон подпирались небольшими мягкими диванчиками, способными вместить по паре человек, а, если эти самые люди не особо больших размеров, то и по трое.
Усевшись за столик у окна, я с наслаждением вытянул ноги и взглянул на устроившихся напротив одноклассников. Иоко села рядом со мной, что вполне ожидаемо, и не вызывает вопросов. Как-то слишком уж быстро я свыкся с присутствием этой девчонки. Подозрительно, Рюу, неужели втрескался? Вот был бы номер, так номер. Учитывая, что последние месяцы приходилось думать, в основном, только о делах клана и строить разные планы. Вот так посидеть в кафешке с нормальной компанией — на удивление, приятно.
— Что закажем? — Макс протянул мне меню.
— Да плевать, на ваше усмотрение, лишь бы побольше и с мясом, — ухмыльнулся я.
— Не вопрос, — хмыкнул парень, жестом подозвал молоденькую официантку, на вид чуть старше нас, от силы дал бы ей восемнадцать. Миловидная, с двумя косичками и маленьким, чуть вздернутым носиком.
— Что будете заказывать? — мелодичным голоском поинтересовалась она, вроде бы глядя на Макса, но периодически косясь на нас с Иоко. Похоже, японцы тут не такие уж частые гости, хотя, может, это мы как-то выделяемся из толпы?
Взглянув на Тиба, я мысленно пожал плечами: ну, вроде девчонка, как девчонка, лицо выразительное, длинные волосы аккуратно стянуты в хвостик, глаза чуть подведены, но не вульгарно, чтобы лишь подчеркнуть естественную внешность.
И тут до меня дошло. Дело не в том, как Иоко выглядела, а как она сидела. Спина прямая, можно уровень ставить, и, наверняка, покажет идеальную ровность. Губки чуть поджаты, взгляд спокойный, уверенный в себе, но тут-то и проблема. Тиба привыкла к всеобщему вниманию и благоговейному страху перед своим кланом и Кэтсуо. Поэтому автоматически применяла похожую модель поведения здесь, изредка вставляя нетипичные для себя замечания и шуточки. Тут согласен, меняется потихоньку, но манеры те же, присущие, скорее, принцессе, а не девчонке в забегаловке.
Я тихонько ущипнул Иоко за руку. Девушка чуть вздрогнула, покосилась на меня.
— Проще сядь, и лицо более естественное сделай, ты не в Японии, расслабься, — прошептал ей на ухо. Щеки Тиба заалели, она послушно кивнула и попыталась сесть чуть свободнее. Официантка, тем временем, приняла заказ Макса и убежала, бросив напоследок кокетливый взгляд в мою сторону.
— Ты ей понравился, — хмыкнул одноклассник.
— Подтверждаю, — рассмеялась Яна. — Вон как косилась, пока записывала.
— Глаза у неё лишние, что ли? — спокойным тоном произнесла Иоко, но у меня мурашки пробежали по спине. Что уж тогда говорить о ребятах.
— Ага, — многозначительно выдал Макс, после чего уткнулся в телефон. — И как там у вас, в Японии? Все другое?
— Не скажу, что прям все, — задумчиво протянул я. — Но атмосфера отличается. У нас все завязано на традициях. Преемственность, уважение и так далее. Что касается России, мне пока не понятно, как вы тут живёте, и чем дышите.
— Привыкнешь, — хихикнула Яна. — Думаю, тут вы двое ощутите больше свободы, чем у себя на родине.
— Но если будут вопросы, смело задавайте, мы не против поделиться всем, что знаем, — кивнул Макс.
— Мы это ценим, — улыбнулась Иоко. — Спасибо вам.
Вскоре все та же официантка притащила широкий разнос с четырьмя чашками, наполненными каким-то бордовым супом, или чем-то подобным.
— Что это? — пробормотал я.
— Борщ, — фыркнул Макс. — Пища богов!
— Серьезно? — повелась Тиба. Яна ткнула приятеля локтем в бок.
— Слушайте его больше. Это местное блюдо, суп, очень вкусный, попробуйте.
На вкус оно и впрямь оказалось лучше, чем на вид, и мы достаточно быстро очистили тарелки, после чего выпили по кружке кофе и неспешно отправились гулять.
— На карусели? — предложил зеленоглазый.
— Как-то не хочется, — лениво зевнул я. — Может, просто посидим где-нибудь в тени?
— Вы, наверное, устали после перелета, плюс первый день в новой школе, — Яна грозно зыркнула на Макса. — И впрямь, лучше присядем вон там — у фонтана.
Мы направились к широкой скамейке за фонтаном. Я в очередной раз отметил замечательный дизайн, с наслаждением ощутил брызги прохладной воды.
И не успел вовремя отойти в сторонку, случайно задев плечом невысокого, примерно моего роста, парня с короткой стрижкой. Его немного завернуло, несмотря на то, что комплекции явно побольше моей.
— Извиняюсь, — я миролюбиво улыбнулся, однако, парень не думал принимать извинения. Зло оскалившись, он бросился в драку, сходу атаковав простым ударом правой.
Я уклонился, ощутив, как опасно дрогнуло пространство. Парнишка — сверх, надо же. Вот свезло-то!
Какой там у него ранг? Пятый? Вроде не должен стать особой проблемой, но, как спарринг-партнер — неплох. Правда, я сам не в лучшей форме после сражения с директором.
Парень, между тем, не останавливался, нанося удары один за другим, включив в связки ноги, локти и колени. Шустрый малый! Я ушел в оборону, попутно продумывая план контратаки.
Слегка ослабить защиту, позволить кулаку противника краешком мазнуть по скуле, и в это же время, наклонив корпус, атаковать снизу вверх, ударив парня в челюсть. Его подбросило на добрых пару метров, после чего приложило спиной о мраморный бортик фонтана. Крошка полетела во все стороны.
— Снова придется чинить, — вздохнул позади меня Макс. Я бросил быстрый взгляд на приятелей. Яна с Максом смотрели с тревогой, похоже, не особо веря в меня, а вот Иоко казалась спокойной, но и у нее в глубине глаз плескалась неуверенность.
Не понял, они что, серьезно думают, что этот пацан сможет меня заломать?
Вновь гляжу на противника, тот уже оклемался, вскочил на ноги, смотрит с злостью, его товарищи не вмешиваются, стоят поодаль, насмешливо обсуждают. Тряхнув головой, я врубаю полную скорость, на какую сейчас способен, взгляд парня наполняется удивлением.
Раз — мой кулак врезается стриженному под дых, два — колено впечатывается в нос согнувшегося противника, три — подсечка помогает врагу растянуться на земле.
— Вот и все, — прошептал я, переводя дыхание. И замер — потому что парнишка поднимался, явно не испытывая особых проблем со здоровьем. Это как? В Японии после такой связки любой сверх, даже на пару рангов повыше, валялся бы в ауте, а этот встает, еще и ухмыляется.
— А ты не особо крут, узкоглазый, — вынес он вердикт, после чего превратился в размытое пятно. Вот это скорость!
Бам! Мощный удар врезается мне в челюсть, опрокидывая на землю. Сознание слегка плывет, но все же поднимаюсь, сцепив зубы, ставлю блок, принимая следующую атаку.
— Неплохо, — похвалил противник. — А если так?
Адская связка из двух обманок в корпус с переходом на лоу-кик заставила меня упасть на одно колено. Пострадавшая нога потеряла чувствительность, как ни пытался на нее опереться, чтобы встать. Приняв еще один удар сверху вниз на скрещенные руки, сделал выпад, но он не достиг цели.
— Бай-бай, — со смешком выдал враг, занося кулак. Я всем нутром ощутил, что это заблокировать не смогу. Даже забавно, спарринг с Меньшиковым оказался проще, чем драка с левым пацаном в парке. Россия действительно интересная страна, Куро опять был прав.
— Сюда глянь, — раздался вдруг голос Макса. Парнишка шустро повернулся, но поздно. Длинные кудри мелькнули в воздухе, после чего кулак одноклассника вмазал моему противнику в нос. Раздался громкий отчетливый хруст, который, впрочем, не остановил Макса. Приятель безжалостно ударил стриженного в солнышко, затем, проведя подсечку, швырнул со всей силы на землю. Противник оказался буквально впечатан в плитку, расколовшуюся от удара.
— С этим быдлом только так и надо, — спокойно произнес Макс, протягивая мне ладонь. Я поднялся, потирая ушибленную ногу.
— Странное чувство, он оказался сильнее, чем я думал, — признал, наплевав на гордость.
— Ну, не знаю, как у вас в Японии, но здесь сверхи проходят жесткий естественный отбор, — пожал плечами Макс. — Много одиночек, которым некуда податься, но хочется забраться на вершину иерархической лестницы, и поэтому они вкалывают до седьмого пота, чтобы стать сильнейшими. Пусть этот паренек всего лишь пятого ранга, у него очень плотный контроль силы, никаких лишних движений и прочего, чего нельзя сказать о тебе, Мистик.
Я поймал взгляд Иоко. Тиба нахмурилась, но нехотя кивнула, подтверждая слова Макса.
— Значит, я слаб для местных сверхов, — вынес вердикт, усмехаясь. — В таком случае, остается лишь тренироваться и драться, чтобы стать сильнейшим. Не поможешь?
— Шутишь? — удивился одноклассник. — Твой отец Повелитель Бездны, а ты просишь меня о помощи?
— Скажем так, его допроситься невероятно сложно, — рассмеялся я. Макс покачал головой.
— Ну, раз такое дело, тогда давай попробуем. Но не обещаю, что будет легко. Я не самый спокойный учитель, но опыт все же есть. С различными последствиями.
— Заинтриговал, — я хлопнул товарища по плечу. — Начнем сегодня же?
— Лучше отдохни, — посоветовал новоиспеченный тренер. — Две драки за день — серьезное испытание для любого ранга. А вот завтра можно и начать.
— Договорились, — мы скрепили договор рукопожатием, после чего, оглянувшись на начавшего шевелиться парнишку, отправились в обратный путь до общежития. Приятели агрессора так и не решились подойти и вступиться за друга.
Шагая по улице и краем уха слушая разговор новых друзей, я подумал, что местные порядки в корне отличаются от привычных мне. В Японии в сражение двух сверхов никто не имеет права вмешиваться, а здесь Макс пришел на помощь, и это оказалось нормальным. Да и сами русские сверхи — те еще монстры. Пятый ранг, подумать только! А дури, как будто я снова с Куро смахнулся. Да что отец, вон, вспомнить покойного Ивамото Иуо, который был шестого ранга. Я убил его одним ударом. Одним! А здесь не смог даже толком покалечить. Вот и думай теперь, насколько круты местные рангами повыше.
Я ощутил, как усмешка появляется на лице, а сердце бьется в предвкушении. Ничего, теперь у меня есть мотивация стать сильнее, превзойти местных сверхов, а затем вернуться в Японию и поставить на колени всех врагов клана Такаяма.
Они пожалеют о том дне, когда появились на свет, не будь я сыном Повелителя Бездны!
Вернувшись в общежитие, я рухнул на диван, невольно зашипев от боли. Тело ощущалось одним сплошным синяком, а энергии, кажется, осталось самую малость — доползти до кровати, не более.
Прикрыв глаза, я, видимо, задремал, потому что разбудил меня голос Иоко.
— Держи.
С трудом разлепив веки, увидел перед собой стакан с чем-то пузырящимся.
— Это что?
— Лекарство, немного снимет усталость и боль, — с мягкой улыбкой объяснила девушка. Я залпом осушил стакан, после чего благодарно кивнул.
Тиба вернулась к плите. Только тут я заметил, что в комнате пахнет чем-то вкусным — Иоко готовила ужин. За окном смеркалось, багровое солнце наполовину скрылось за горизонтом.
— Похоже, я действительно уснул, — хмыкнул, поднимаясь.
— Зато немного отдохнул. Местные сверхи отличаются от наших, и это уже не выглядит таким простым, да?
— Верно, — подойдя к девушке, поймал её взгляд и незаметно прихватил пару огурчиков со стола. — Придется стать сильнее, не нравится чувствовать себя слабаком.
— А как же твоя способность? Разве не она помогала тебе в Японии? Без неё ты не смог бы победить Ивамото, разве нет?
— Ты права. Но, как выяснилось недавно, способность имеет свой предел, — поморщился я. — И, похоже, выражается он в том, что она не работает на сверхах гораздо выше рангом. Или работает, но очень слабо и недолго.
— Другими словами, высокоранговые сверхи подавляют твоё умение, — заключила Иоко. Я кивнул.
— Похоже на то. И как с этим бороться, я понятия не имею. Могу лишь предположить, что, поднявшись повыше по иерархической лестнице, сумею применить способность на любом бойце, но для этого нужно время. Много времени.
— Ну, возможно, именно поэтому твой отец привёз нас сюда? — улыбнулась Тиба, возвращаясь к готовке.
— Кто его знает, это же Куро, — пробормотал я. — У него в голове одни тараканы, наверное.
Понаблюдав немного, как девушка готовит ужин, ощущая внутри некое ни с чем не сравнимое удовольствие, отправился делать домашку. Размышления размышлениями, но репутацию нужно нарабатывать, а портить отношения с учителями в первые же дни — такое себе занятие. Особенно учитывая, что некоторые из этих учителей наверняка сверхи. В элитной школе самому нужно держать планку на высоком уровне. Меньшиков, конечно, безмерно уважает моего отца, но не думаю, что закроет глаза на пренебрежительное отношение к учёбе.
Расправившись с уроками за полчаса, с наслаждением потянулся и повернулся к Иоко. Она как раз заканчивала накрывать на стол. Поднявшись, пошел помогать, в голове даже мелькнула мысль, что мы похожи на пару молодоженов. И, к моему удивлению, она не вызвала какого-либо отторжения. Что, Рюу, окончательно пал жертвой женских чар? Любовь — конечно же, неплохо, но будет ли она счастлива рядом со мной? С безумцем, ищущим только силу? Посмотрим.
За ужином Тиба не проронила ни слова, да и вообще, казалась абсолютно спокойной, хотя вот недавно только улыбалась и нормально разговаривала со мной. Неужели я сделал что-то не так?
После еды помог девушке вымыть посуду и, прихватив сигареты, отправился на балкон. Не знаю, зачем вообще взял эту отраву из Японии. Наверное, на случай, когда нервы совсем расшатаются и нужно будет как-то успокоиться. Сейчас не тот момент, но как-то…захотелось.
Ночь тёмным покрывалом накрыла мир вокруг, вытащив на небосклон луну и усыпав полотно яркими звездами. Далёкими, но от этого не менее прекрасными. Интересно, есть ли там, где-нибудь, живые существа, хотя бы отдалённо похожие на нас?
Я невольно фыркнул, выпустив облачко дыма. Да уж, тут бы с этой жизнью разобраться, не говоря о полётах в космос. Да и не доросли пока технологии до такого уровня. Человечество предпочитает ковыряться в детской песочнице, решать мелкие и мелочные дела, не думая о будущем, о том, что рано или поздно этот мир устанет от нас.
— О чём задумался? — Иоко подошла неслышно, прогнав тяжелые мысли.
— Чудесная ночь, — улыбнулся я. Девушка кивнула, взглянула на небо, в её ярко-голубых глазах отразилась луна, сделав их еще глубже, еще красивее.
— Ты и правда очень красивая.
Она смутилась.
— А ты всегда говоришь то, что думаешь.
— Так и есть, — я рассмеялся. — Но разве это плохо? Хотя бы иногда хочется, чтобы люди вокруг слышали правду, а не лицемерные слова.
Тиба взглянула на меня. Лёгкая улыбка тронула губы девушки, во взгляде появилось выражение, не виденное мной прежде.
— За это я тебя и люблю, Такаяма-кун.
Сердце замерло, пропустило один удар, и с удвоенной силой забилось в груди.
— Это… — я ощутил, как пересохло горло, все слова резко вылетели из головы. Проклятье, да я перед любым сражением более спокоен, чем сейчас! Но надо что-то сказать, иначе момент будет испорчен.
— Знаешь, с момента нашей первой встречи я сразу обратил на тебя внимание, — снова смотрю на звёзды, так легче объяснить то, что сидит глубоко внутри. — Помнишь, я еще подумал, будто ты жена Кэтсуо?
— Да, это было забавно, — рассмеялась Иоко.
— И уже тогда моё сердце начало немного оттаивать. Я не из тех людей, которые идут только лишь на поводу эмоций. Скорее, наоборот, всегда считал себя довольно хладнокровным, да и недавние события это показали. Единственный раз, когда я потерял контроль — убийство Ивамото-младшего. Но там был действительно особый случай. С тобой же… Не знаю, как объяснить. Наверное, мне легко. Словно мы знакомы с самого детства, но при этом я хочу узнать о тебе больше. Защитить, оградить от неприятностей. Потому что, выходит, тоже люблю.
Взглянув на Тиба, понял, что нашел нужные слова: взгляд девушки светился счастьем, таким ярким, что моё сердце снова зашлось в экстазе.
И тут Иоко шагнула ближе, обвила руками мою шею и коснулась своими губами моих.
Тормоза, взвизгнув, слетели окончательно.
Её тело оказалось очень гибким, мягким и упругим, таким желанным, и я вновь и вновь набрасывался на Иоко, пока, в конце концов, мы оба не рухнули без сил.
— Ты не представляешь, как мне было одиноко, — заговорила девушка чуть погодя. Я взглянул в эти чудесный голубые глаза, мягко улыбнулся.
— Могу вообразить: дочь могущественного отца, вынужденная играть роль послушной девочки, готовой выполнить любую просьбу.
— И в кого ты такой умный? — фыркнула Тиба.
— В папу с мамой, — хмыкнул я, пожав плечами. Иоко тихонько вздохнула.
— Я почти не помню свою маму. Она умерла, когда мне было пять лет, и с тех пор моей семьей стал отец.
— Она была обычным человеком?
— Нет, сверхом, как и мы.
— Тогда что случилось? — не понял я. Сверхи не умирают от болезней и прочих мелочей, способных убить человека. Как рассказывал Куро, наша иммунная система гораздо крепче, и любое незначительное ранение заживает в течение пары часов, хотя это зависит от индивидуальных особенностей.
— Покушение. Главы вражеских кланов пытались захватить нас в заложники, чтобы надавить на отца, и тем самым устранить его из списка конкурентов. В те годы он был менее влиятелен, хотя уже тогда обладал могуществом и высоким рангом. Не знаю, чем думали те уроды, но нас поймали на прогулке в парке. Мама… мама была очень смелой женщиной, и сильным сверхом, но противников оказалось трое, не слабых, далеко нет. Она вступила с ними в схватку, и тогда ничтожества решили избавиться от жены всемогущего Тиба Кэтсуо. Поняли, что не смогут взять живьем. Они подловили её обманкой, а затем вонзили черный стилет в грудь.
— Тот самый, который является «предупреждением»?
Иоко кивнула.
— Да. После попытались схватить меня, но к тому времени подоспел отец. Во время сражения мама сумела набрать номер его телефона, и папа примчался, едва услышав звуки борьбы.
— Он размотал ублюдков на запчасти, или я плохо знаю Кэтсуо, — невесело усмехнулся я.
— Верно. Мама была еще жива, когда отец закончил с ними. И умерла с улыбкой на губах, попросив его заботиться обо мне. На следующий день кланы, в которых состояли убийцы, оказались стёрты с лица земли.
— Правильно, — одобрил я. — За семью я бы тоже прикончил любого. Надеюсь, те подонки из Китая получили своё
— Ты про убийц твоей бабушки? — обеспокоенный взгляд Иоко заглянул прямо в душу.
— Про них. Мама обещала проконтролировать, но, вроде как, процесс там уже запущен.
— Так и должно быть. Семья — на первом месте, что бы ни случилось в твоей жизни, как бы ты ни страдал, ни устал, семья превыше всего. Только так мы сможем выстоять против любого врага.
— Теперь мы вместе, и никто нам не страшен, — я обнял девушку покрепче и поцеловал в теплые мягкие губы. — Я стану еще сильнее, и смогу защитить вас всех.
— А я буду рядом, — прошептала Тиба. — И во всём поддержу тебя, Рюу-кун.
Утром Макс зашел за нами, еще вчера мы сообщили номер своей комнаты. С усмешкой проводив собирающуюся девушку, приятель перехватил пару печенюшек из вазочки, оценил мою помятую физиономию и сообщил:
— Погода на улице — просто класс. Кстати, не забыл, что Меньшиков просил зайти после уроков?
— Помню. Надеюсь, расскажет что-нибудь действительно интересное, — я сладко зевнул, с тоской покосившись на диван.
— Прости, — шепнула Тиба, проходя мимо. Я махнул рукой.
— Ерунда, не зря ведь потратили время.
Во взгляде Макса появилась насмешка, но парень не стал подкалывать. Зато Яна, когда мы перехватили её на лестнице, не преминула обратить внимание.
— Что, всю ночь не спали?
Я кашлянул, а Иоко рассмеялась.
— Может быть, ночи здесь прохладные…
Одноклассники слегка удивленно переглянулись, но ничего больше на эту тему не сказали.
Второй день учёбы ничем особо не отличался от первого, разве что с несколькими новыми учителями познакомились, но на этом всё. Мне было интересно подтянуть русский, который, в некоторых моментах, немного хромал, а сами школьные предметы не представляли ценности.
На одной из больших перемен ко мне подошел Носов.
— Мстислав, можно с тобой переговорить?
— Конечно, Сергей Витальевич, — мы отошли чуть в сторонку от кабинета. — Что-то случилось?
— Не совсем, — спокойный внимательный взгляд нырнул, казалось, прямо в душу. — Слышал, вчера вы сцепились с мальчишками из другой школы?
— С кем? — не понял я. Затем дошло. — А, тот пацан. Он первым напал на меня, проигнорировав извинения. Что оставалось делать?
Учитель тихонько вздохнул.
— Сегодня утром того мальчика нашли мёртвым во дворе дома.
— Вот это действительно неожиданно, — пробормотал я. Кто мог поступить таким образом? Отец? Вряд ли, он не настолько мелочный. А больше здесь никого я не знаю, за исключением Носова, директора и одноклассников. Кому выгодна смерть того парнишки? Пытаются подставить меня, или же это своего рода защита?
— Я не знаю, кто это сделал, — честно сообщил классному руководителю. Сергей Витальевич кивнул.
— Я понимаю. Поэтому прошу, постарайся не встревать в конфликтные ситуации, хорошо? Или, если их не избежать, свяжись со мной.
Учитель продиктовал свой номер телефона.
— Спасибо вам, — я поблагодарил за информацию и беспокойство, после чего Носов быстрым шагом направился дальше по коридору.
Выходит, кто-то следил за нами в парке. И намеренно прикончил нашего с Максом противника. Но зачем? В этом ведь нет никакого смысла. Предупреждение? Знак? Сложно предполагать, не имея на руках каких-либо фактов.
— Что он хотел? — полюбопытствовал подошедший Макс. Я обрисовал ситуацию ему и девчонкам, вернувшимся из столовой.
— Получается, кто-то здесь положил на тебя глаз? — подытожила Яна.
— Возможно. Может быть, это связано с тем, какую роль играет мой отец в России, — пожал я плечами. — Но мне не нравится, когда кто-то прячется за моей спиной, не показываясь на виду. Хотелось бы знать врага в лицо.
— Что, если это друг? — хмыкнул Макс. — Подчистил хвосты, так сказать.
— Слабо верится, — покачал я головой. — Но сделать пока что мы ничего не можем. Остается лишь ждать развития событий.
Оставшиеся уроки слова Носова не давали мне покоя. Вот так всегда, приедешь в чужую страну, и даже здесь нельзя спокойно вздохнуть, обязательно что-нибудь пойдет не так. Или это карма у меня такая? Куда ни пойду, везде грязь найду, ха. Ладно, все равно сейчас не получится повлиять на происходящее. Остается лишь дожидаться.
Едва прозвенел звонок с последнего урока, мы с Максом, схватив сумки, направились к директору.
— Можно? — постучав в дверь, я заглянул в кабинет.
— Заходи, — улыбнулся Меньшиков. Увидел Макса, хмыкнул. — Вообще звал я только тебя, но ладно.
Аркадий Николаевич поднялся, достал из небольшого шкафчика миску с печеньем, поставил на стол.
— Угощайтесь.
Макс не стал дожидаться меня, уселся, сумку положил рядом со стулом.
— О чем вы хотели поговорить? — я устроился напротив приятеля. Меньшиков встал у своего стола, скрестил руки на груди.
— Видишь ли, Мстислав… — задумчиво пробормотал он, словно собираясь с мыслями. — В общем, я бы хотел, чтобы ты стал моим учеником.
— В смысле, на дополнительные занятия к вам ходить? А какой предмет? — прикинулся я дурачком. Аркадий Николаевич рассмеялся.
— Ты понял, что я имею ввиду. Да, я слабее твоего отца, но, как ты уже сказал, он человек сложный и занятой, мы же можем выделить время вместо, допустим, физической культуры — на тренировки. У тебя огромный потенциал и мне бы хотелось помочь развить его. Естественно, принуждать не стану, выбор целиком и полностью за тобой.
— Значит, желаете быть моим наставником?
— Почту за честь, — на полном серьезе кивнул Меньшиков. Я сощурился. Вот не верится в честные и благие намерения этого мужика. Любой человек во всем и всегда ищет выгоду, если не действует чисто на эмоциях, разумеется. Но непохоже, чтобы он спонтанно предлагал мне помощь. Значит, шаг обдуманный и взвешенный, что предполагает наличие явных мотивов, которыми директор руководствуется. Не поверю, будто бы у него столько свободного времени, что девать некуда.
— В чем подвох, Аркадий Николаевич? — негромко поинтересовался я. Макс удивленно покосился на меня, а Меньшиков довольно улыбнулся.
— С чего ты взял, что он есть?
— Так ведь у директора школы своих дел дофига, чтобы вешать на себя еще и обучение малознакомого пацана. Да и не верю я в добрые намерения. Вы наверняка преследуете собственную выгоду в нашем союзе. В чём она заключается?
Директор кашлянул, взял со стола ручку, покрутил меж пальцев.
— Ты прав, я преследую и свои интересы. Но они совпадают с твоими больше, чем ты можешь подумать. Всё дело в проекте «Богатырь».
— Это еще что за зверь? — не врубился я.
— Самый крупный российский турнир для сверхов, — пояснил Макс. — Туда отбирают действительно лучших с разных уголков страны. Нужно быть монстром только чтобы попасть на эти состязания. Про победу там умолчим.
— Максим прав, — кивнул Аркадий Николаевич. — Этот турнир очень важен для меня, ведь однажды я стоял у истоков его создания, чуть было не победил там в самом первом круге. Но твой отец забрал всю славу, и теперь я бы хотел продвинуть тебя в проект, показать всем, что практически новичок в боевых искусствах может очень и очень многое. Ну и таким образом мы обратим внимание Кирилла на нас. Я кое-что ему должен, с давних времен. И это хороший шанс закрыть долг.
Я задумался. Если минуту назад предложение Меньшикова казалось нелепым, то теперь начало приобретать более благоприятный вид. Действительно, а что я теряю? Тренировки с сверхом почти самого высокого ранга помогут здорово вырасти, а настоящие схватки — преодолеть пределы способности, развить и её. Ну и Куро это здорово пощекочет нервы, может, наконец, заявится, да расскажет, чем занимался все эти годы и что мы предпримем дальше.
— Хорошо, я согласен. Но у меня будет несколько условий.
— Справедливо, — согласился директор, поправив на пальце кольцо. Нервничает, что ли? Похоже, для него наш договор имеет решающее значение. — Какие именно условия?
— Во-первых, вы не станете требовать от меня то, что я делать не хочу по собственным моральным или принципиальным соображениям.
— Это разумно, — кивнул Аркадий Николаевич.
— И второе, вы расскажете о моем отце всё, что вам известно. Я хочу знать, что он за человек, а вы, судя по всему, раньше часто пересекались.
— Почему не спросишь у него самого? — во взгляде директора мелькнуло скрытое беспокойство.
— Я только несколько дней назад узнал, что он мой отец, — фыркнул я. — И как-то не горит желанием выкладывать информацию сразу, на блюдечке, предпочитая отделываться намёками и шуточками.
— Прям как ты, — прошептал Макс. Меньшиков тихонько рассмеялся.
— Возможно, — не стал спорить я. — Но, согласись, сложно откровенничать, когда то, что мы родственники, буквально только что выяснилось.
— Хорошо, я расскажу тебе всё, что мне известно, — Аркадий Николаевич подошел ближе. — По рукам?
Я поднялся, протянул ладонь.
— По рукам, наставник.
Мы скрепили договор рукопожатием.
— Вот и славно, — улыбнулся директор. — В таком случае…
Его прервал звон разбившегося стекла, гулкий хлопок, когда пуля встретилась с телом — и расплывшееся на груди алое пятно. Меньшиков изумленно взглянул на рану, после чего рухнул на пол.
— На пол! — крикнул я, бросаясь под стол. Взглянул на директора, по биению сердца понял, что он еще жив. Но ненадолго — жизнь утекала из тела вместе с кровью — рана оказалась паршивой. — Зашибись начало сотрудничества.
— Макс, давай дуй за медиком, и позови кого-нибудь из учителей, — приказал я, глядя, как тяжело дышит Меньшиков. Но дышит! Хотя, казалось бы, по центру груди кровавое пятно, и лужа уже натекает под телом директора.
Приятель без лишних вопросов перекатился, минуя возможную линию обстрела, затем вскочил и помчался в коридор.
Я выбрался из-под стола, приблизился к Аркадию Николаевичу. Аккуратно рванул пиджак, затем, увидев рану, присвистнул. Пуля прошла прямо через центр груди, к моему глубочайшему удивлению, не задев жизненно важных органов. Ни лёгкие, ни сердце не пострадали, что странно. Я был уверен, что выстрел проделан грамотно. Выходит, Меньшикова не собирались убивать? Тогда что это — предупреждение, угроза? Покачав головой, стянул с себя пиджак, затем рубашку, оторвал длинную полоску ткани, туго перетянул рану. Жаль, обработать нечем, но хоть немного кровь остановлю, хочется надеяться.
Интересно, снайпер все еще наблюдает?
Хмыкнув, надел пиджак, затем слегка высунулся из-за стола, так, что в окно вполне можно было разглядеть мою физиономию. Выстрела не последовало. Похоже, ушёл.
Поднявшись, осмотрелся. Итак, пуля вошла через окно под углом, значит, стреляли сверху, с крыши. С какого именно здания — гляну потом, для начала нужно найти, куда она попала после тела Аркадия.
Я застыл в центре комнаты. Если директор стоял здесь, значит пуля вошла примерно… сюда!
В угол между столиком с бумагами и шкафом. С трудом выковыряв улику, подбросил на ладони. Сплющило, но калибр внушает. Удивительно, что Меньшиков остался жив. Хотя, если помощь не поспешит, это ненадолго. Положив пулю на стол, подошел к разбитому окну. В целом, вариантов для укрытия стрелка не так уж много: стройка через пару кварталов, какой-то бизнес-центр, этажей в пять, и что-то вроде жилого комплекса, но там расстояние и расположение не подходят.
Судя по всему, выходит, что снайпер стрелял со стройки, этажа эдак с восьмого-девятого, учитывая, что школа семиэтажная, а кабинет директора не на первом отнюдь.
С другой стороны, расстояние между стройкой и школой внушительное, и обычный человек, на мой взгляд, не сможет произвести настолько точный выстрел по такой траектории. Стрелял сверх? Или просто супер-крутой снайпер? Как бы знать…
В любом случае, сейчас бесполезно делать предположения, мало улик и фактов. Но сходить на стройку не помешает, думаю. Все же Меньшиков не совсем чужой человек, новый наставник, и всё такое.
— Да где там эта подмога! — процедил я, и тут в кабинет залетел Носов. Окинув цепким профессиональным взглядом помещение, он увидел сначала меня, стоящего у окна, затем пулю на столе.
— Ушёл, — констатировал Сергей Витальевич.
— Именно, — усмехнулся я.
— Быстрей, Лёха! — крикнул учитель кому-то в коридоре. Раздался топот, в кабинет забежали два медика с носилками, шустро погрузили бессознательного Меньшикова, и убежали.
— Так, а ты, друг мой, останься. Расскажешь, что произошло, — спокойным тоном приказал Носов, усаживаясь на стул. Я присел напротив, пожал плечами.
— Да, в общем-то, понятия не имею. Аркадий Николаевич вызвал нас, чтобы обсудить кое-что, мы уже заканчивали разговор, когда вдруг бац — и выстрел. Ну а дальше вы видели.
— Не густо, — признал учитель, устало почесав лоб. Затем вдруг пристально взглянул мне в глаза. — Интересно, и почему ты так спокоен?
— А каким я должен быть?
— У тебя на глазах почти застрелили человека, а ты сидишь, как ни в чем не бывало, — хмыкнул Сергей Витальевич. — Обычный шестнадцатилетний пацан так бы не смог.
— Так я ведь сверх, — пожал плечами, не отводя взгляда. — Да и в Японии довелось много чего испытать.
— Значит, ничего не боишься?
— Ничего не боятся только дураки. Или безумцы. А я пока вроде бы в состоянии здраво рассуждать, — улыбнулся я. Носов коротко рассмеялся.
— Верно, редко встретишь таких крепких в психологическом плане мальчишек. Тем более в наше время, да среди золотой молодежи. Хотя… ты ведь сын Огнёва, чему я удивляюсь.
— Репутация идёт далеко впереди него, — хмыкнул я. — Только ведь мне мало что известно об отце.
— Поверь, некоторые вещи тебе лучше не знать, — взгляд учителя странно кольнул холодом. — Ладно, пожалуй, придется подключить старые связи. А ты можешь идти.
Сергей Витальевич достал мобильник, набрал номер, дождался, пока на том конце ответят.
— Шамиль? Здравствуй, дружище! Как поживаешь? Да, тоже неплохо, если б не одна оказия…
Классный руководитель взглядом указал мне на выход. Намёк более чем очевиден, я ж не дурак.
Выйдя в коридор, задумчиво направился к лестнице. Так-с, выходит, Носов у нас в школе выполняет функции отнюдь не обычного преподавателя? Судя по его поведению, Сергей Витальевич является кем-то вроде начальника безопасности. И, кажется, ему не впервой оказываться в подобных ситуациях. Но, как я понял, учитель даже не в курсе, кому выгодна смерть директора, иначе не стал бы тратить время на вопросы.
В таком случае, есть шанс успеть на место преступления раньше Носова — пока он договорится с этим неизвестным Шамилем, пока соберется — я уже буду там.
На первом этаже меня догнал Макс.
— Куда ты так втопил? — недовольно поинтересовался друг. — И что там с Меньшиковым?
— Носов его отправил в больницу, вроде как, а сам занимается покушением.
— О, взялся за старое, — усмехнулся Максим.
— В смысле?
— Ну, раньше он был в составе элитного отряда особого назначения, занимался различными деликатными поручениями, и не только. Потом, вроде бы, ушел в запас и решил пойти в школу учителем.
— Недурно, — присвистнул я. — Но тебе-то откуда всё это известно? Не думаю, что Сергей Витальевич особо распространяется на эту тему.
— Ты прав, но о своем прошлом он однажды рассказал сам, по секрету. Мы с ним неплохо ладим, он действительно хороший учитель, и всегда поможет советом.
Я кивнул. Что ж, не зря при первой встрече Носов показался мне чересчур внимательным для обычного преподавателя. Слишком цепкий взгляд. Да и впечатление создает сильного и уверенного человека. Странно, что он при этом не сверх.
— Ты наверняка побежишь сейчас туда, откуда стреляли в Аркадия Николаевича? — поддел меня Макс.
— Само собой. Как-никак, он теперь мой наставник, и я за него в ответе.
— Разве не наоборот? — рассмеялся друг.
— Вот если бы сейчас я валялся с простреленной грудью, то да. Хотя, не думаю, что выдержал бы такой выстрел.
— Неужели в тебе, наконец, проснулся здравый смысл? — наигранно изумился Макс.
— Скорее, восстал из мёртвых.
Чтобы не светиться перед девчонками, мы улизнули из школы через чёрный ход. Строящееся здание оказалось не так уж близко, как мне думалось, и, в итоге, путь занял у нас около десяти минут.
— Как думаешь, с какого этажа он стрелял? — Макс остановился и задрал голову.
— Не ниже седьмого, явно. Пуля вошла под углом, значит, восьмой-девятый.
— Ох, как высоко подниматься, — тяжело вздохнул приятель. — Вот бы мне способность летать, как было бы удобно!
— Ага, особенно в заснеженную или дождливую погоду, — фыркнул я. — Идём, летун, а то не успеем.
Подняться по лестнице наверх не составило особого труда, благо на стройке никого не оказалось. Похоже, сегодня у рабочих выходной, или же временно приостановили процесс, кто их разберет.
Бегло осмотревшись, я понял, что в целом этажи абсолютно одинаковые — широкие коридоры, от которых в стороны расходятся комнаты-квартиры. Правда, справедливости ради, стоит заметить, что квартиры-то немаленькие. И стоить будут наверняка дороже, чем хороший такой автомобиль, учитывая, что здание в центре города.
— И откуда тот тип целился в Аркадия Николаевича? — задумчиво протянул Макс, остановившись на площадке.
— Полагаю, с восточной стороны, там окна должны выходить как раз в сторону школы. Разделимся, ты с этого края, я с того. Ищем любые зацепки.
— Ну, это и так понятно, — фыркнул друг, направившись к ближайшей «квартире».
Помещение за помещением я продвигался к центру этажа, ничего не находя. Повезло лишь на десятой квартире, где, в дальней комнате у окна обнаружилось железное ведро. Похоже, оставили строители, а убийца воспользовался в качестве сиденья.
— Макс! — позвал я товарища. Тот быстро примчался.
— Ну, что там?
Вместо ответа я наклонился и поднял с пола гильзу. Одна-единственная. И выстрел один. Выглянув наружу, я попытался взглядом отыскать окно кабинета Меньшикова, и это удалось только с третьей попытки.
— Да уж, расстояние слишком большое, — пробормотал, сжимая гильзу в руке. — Этот снайпер крут, раз сумел с одного выстрела уложить директора.
— Согласен, — подтвердил Макс, тоже глянув в сторону школы. Я же снова уставился под ноги. Еще бы хоть что-нибудь, одной гильзы мало!
В дальнем углу, у стены, что-то валялось, едва заметное даже с идеальным зрением сверха. Наклонившись, поднял окурок сигареты.
— Что там? — повернулся ко мне Макс. — Ого, выходит, наш убийца не за здоровый образ жизни. Да и курит, откровенно говоря, дешевую хрень.
— Тебе откуда знать?
— Богатый жизненный опыт, — отмахнулся друг. — Ну, похоже, больше тут ничего нет. Идем обратно? А то Носов заявится, нас прижмёт капитально, не отбрешемся.
— Идем, — кивнул я, положив улики в карман.
— Вы бы не спешили так, ребятки, — раздался вкрадчивый голос. Резко развернувшись, мы увидели двоих мужчин в одинаковых чёрных костюмах, с короткими стрижками, в солнцезащитных очках.
— Что это за однояйцевые близнецы? — шепотом спросил я у Макса.
— Понятия не имею. Похожи на стереотипных агентов спецслужб, но как-то не внушают они мне доверия, если честно.
«Агенты» не стали разводить церемонии, сходу атаковав. И если я ожидал такой поворот событий, успел среагировать, выставив блок, то Макс меня удивил. Уклонившись от удара своего противника, приятель вмазал в ответ, да так, что «агент» едва ли не согнулся пополам.
Оценив ранги врагов, я присвистнул — шестые. Мда, встряли мы, как муха в… мёд. Учитывая ненормальную силу местных сверхов, можно предположить, что без потерь не отобьемся. Остаётся выложиться на полную и надеяться на скорое прибытие Носова.
Уворот, кулак противника врезается в стену, во все стороны разлетается бетонная крошка. Неслабо бьешь, дядя, не стыдно?
— А поговорить, для начала? — процедил я, ныряя под следующий выпад и впечатывая кулак в челюсть «агента». — Невежливо, знаете ли, пытаться убить нас без прелюдий.
— Сученок! — сплюнул враг, криво усмехаясь. — Ладно, сыграем по-настоящему.
Его скорость резко возросла, как и сила ударов. Теперь уже не выходило так легко уклоняться и контратаковать, я вообще ушел в глухую оборону, проклиная свою слабость против высокоранговых сверхов и невозможность применить способность в полной мере. Почему эта дрянь работала как часики в Японии, но здесь не может ничем помочь? Я ведь как-то справился с Кэтсуо? Не победил, но смог дать серьезный отпор, причем без абилки. А тут — хоть вешайся! Чем кормят этих русских?
Рывок, в падении ухожу от мощного удара сверху вниз, перекат — пол в том месте, где я был секунду назад, покрывается сеткой трещин. Тебя бы на общественные работы, дядя, вот бы дурь пригодилась.
Краем глаза уловил смазанное движение, пригнулся, пропуская удар второго «агента». Не понял, что с Максом?
Друг обнаружился в углу, покрытый синяками, прижимающий к груди левую руку. Сломана, однозначно. Проклятье, если даже Максим не смог справиться со своим противником, как быть мне?
Уклониться, поднырнуть, перекатиться, отвести в сторону — я только и делал, что защищался, не имея возможности даже ударить. С одним было тяжко, с двумя наступил кромешный ад. Тело постепенно сдавало, покрываясь слоем синяков, ушибов и ссадин. И мне это совершенно не нравилось.
— Как же вы задрали! — не выдержав, прошипел я, оттолкнулся от стены и, наплевав на боль, врезался всем весом в крайнего врага, одновременно врубая ускорение на полную катушку. Кулак вмазал в челюсть «агента» с такой силой, что мужика отбросило, впечатало в стенку, а половина зубов, кажется, разлетелась по дороге.
Но и мне досталось. Подобная нагрузка на тело привела к тому, что правый кулак превратился в кровавое месиво, неспособное больше помочь.
— А ты силен, — нехотя кивнул оставшийся враг. — Пожалуй, доставлю тебя к боссу, пусть позабавится.
— Хрена с два! — сплюнул я, выставив вперед левую руку. Подхваченная адреналином и яростью, энергия помчалась по сосудам, позволяя сражаться на пике возможностей. Потом, правда, последует жесткий откат, но сейчас это не имеет значения.
Шаг, удар, еще шаг — противник уклоняется, пропуская кулак слева от себя, перехватывает, проводит техничный бросок, но в воздухе я, крутанувшись, пинаю «агента» в лицо, отбрасывая в сторону. Перекатившись, он вскакивает на ноги, рывком бросается на меня. Короткий шажок, опираясь на ушибленную ногу, делаю подсечку и, пока враг в воздухе, выставляю вперед колено. Противник со всей силы приземляется спиной, громкий хруст сообщает о переломе позвоночника.
Отбросив в сторону безжизненное тело, я упал на пол, тяжело дыша. Рука в мясо, ноги почти не чувствуются — тела «агентов» будто из стали были сделаны — силы на нуле, но зато жив. И Макс тоже, хоть и дышит еле-еле.
— Идём, братец, вставай, надо сваливать, — прохрипел я, перекатываясь и ползком подбираясь ближе к другу.
— Какого чёрта они хотели нас убить? — прошептал Макс, с трудом поднимаясь. Я, опираясь о стену, последовал его примеру.
— Понятия не имею. Может, хотели замести следы, да мы не вовремя тут появились. В любом случае, стоит рассказать Носову.
— А как же самостоятельно найти снайпера? — хмыкнул друг, потихоньку двигаясь к выходу.
— Кажется, я переоценил свои возможности. В который раз.
— Видимо, в Японии у вас все иначе.
— Скажем так: тамошних сверхов, способных меня прикончить, можно по пальцам руки пересчитать, — усмехнулся я. — А здесь два каких-то утонченных гопника…
Макс засмеялся, охнул от боли, стиснул зубы.
— Да, крепкие ребята. И ведь на полном серьезе пытались нас убить. Как тебе удалось их одолеть?
— Адреналиновый пик, — пробормотал я. — И, похоже, целая горсть удачи.
Макс лишь покачал головой.
Спуск вниз занял довольно много времени и, едва оказавшись на первом этаже, мы столкнулись с Сергеем Витальевичем и сопровождавшими его двумя парнями в костюмах.
— Так, — только и выдал учитель, окинув нас цепким взглядом. — С кем воевали?
— Тела там, — я указал пальцем наверх. — Шестой ранг.
Взгляд Носова слегка дрогнул, в нём даже проскользнуло искреннее удивление.
— Надо же, не ожидал. Но разговор можно и отложить, сейчас едем в больницу. А вы там все внимательно осмотрите, потом по форме своему начальству.
— Есть, — откликнулся тот, что выглядел постарше. Оба быстрым шагом направились к лестнице, а преподаватель помог Максу опереться, повёл к заведенной машине на улице.
По пути друг потерял сознание от боли, что неудивительно — когда в больнице с него сняли одежду, все тело Макса оказалось покрыто мерзкого вида гематом.
— И как он еще дышит? — выдохнул Сергей Витальевич. После чего повернулся ко мне. — И почему ты так быстро восстановился?
У меня обнаружились лишь небольшие кровоподтеки да синяки, и те заживающие на глазах, слава регенерации.
— Секрет фирмы, — пожал плечами, усаживаясь на больничную койку.
— Ладно, то твое личное дело, — не стал допытываться учитель. Взяв стул, он сел напротив, сложил руки на груди. — А теперь подробно, не спеша, рассказывай, что произошло. Ни одной детали нельзя упускать, Мстислав.
— Как скажете.
Я покосился на крепко спящего Макса, его загипсованную руку, тяжело вздохнул, чувствуя небольшую вину за случившееся. С другой стороны, он сам сделал свой выбор, отправившись со мной, и, начистоту, я бы не справился в одиночку. Так что стоит поблагодарить друга, когда очнется. А пока — выжидающе посматривающий на меня Носов. Чую, разговор затянется надолго.
Сознание медленно, но неуклонно пробуждалось от оцепенения. Я открыл глаза и обнаружил вокруг незнакомую комнату. Небольшая, метров семь на семь, абсолютно пустая, если не считать меня, привязанного к стулу. Даже окон нет.
— Интересное кино, — пробормотал я, пытаясь кое-как размять затекшие мышцы. Выходило скверно, да и неудивительно, учитывая, что к стулу меня привязали не веревкой, а плотными стальными цепями. Значит, в курсе, что сверх.
И зачем я здесь? Повторный осмотр помещения ни к чему не привел, разве что удалось разглядеть под потолком одинокую камеру с мигающим красным датчиком. Наблюдают? Получается, все же похищение?
Все, как и говорил Сергей Витальевич, получив препятствие в моем лице, они постараются добраться до меня. Нашим легче.
Я уже было собрался закричать, чтобы хоть как-то ускорить развитие событий, но не понадобилось: дверь распахнулась, и в комнату зашёл высокий здоровенный мужик с хмурым выражением лица.
— Ну, наконец-то! — обрадовался я. — Поговорим?
Вместо ответа он шагнул вперед и с силой заехал мне кулаком по морде. Голову мотнуло, рот наполнился кровью.
— Приятное начало, — ухмыльнулся я, сплюнув кровавый сгусток. И снова здоровяк предпочел промолчать, решив применить иные методы ведения разговора.
Удары сыпались один за другим, лицо быстро отекло, покрывшись синяками и кровоподтеками. Но я улыбался в лицо этому недоделанному мафиози. И тогда в его взгляде мелькнуло, наконец, удивление. Наша «беседа» заняла порядка часа, после чего здоровяк вышел, предварительно пропустив вперед среднего роста интеллигентного вида очкарика в тёмно-синем костюме, вслед за которым молодой парнишка в смокинге притащил стул, поставив передо мной. Очкарик кивнул слуге, тот выбежал за дверь, а сам уселся напротив меня.
Пару минут он спокойно разглядывал моё лицо, словно пытался что-то там отыскать, затем со вздохом покачал головой.
— Паша опять перестарался, а я ведь предупреждал. Лишу премии, будет знать, как не подчиняться приказам.
— Да ладно, классно поболтали, — рассмеялся я, чем вызвал удивление очкарика.
— Кхм, ладно. Как тебя зовут?
— Вежливые люди сначала сами представляются, когда заходят в гости, — поддел я его, намекая на то, что комната как бы моя, раз меня в ней содержат.
На лице интеллигента мелькнуло неудовольствие, но он справился с эмоциями, натянул вежливую улыбочку.
— Я Ирис фон Вельтвайт. И в гостях, как раз-таки, находишься именно ты, молодой человек.
— Мистик, — представился я. Ирис слегка удивленно изогнул бровь.
— Это прозвище? Или сокращение?
— Второе. От Мстислава.
— Занятно, — пробормотал он. Затем снова взглянул мне в глаза. — Итак, Мстислав, ты наверняка догадываешься, по какой причине оказался здесь?
— Там, на стройке, я убил ваших людей, — кивнул я.
— Верно. А я очень не люблю терять верных слуг. И таких замечательных бойцов.
— Которых уделал школьник, — хихикнул я. Фон Вельтвайт скривился.
— Не просто школьник, а сверхчеловек. Удивительно, конечно, что ты сумел их одолеть, но меня больше занимает другое: как вы с приятелем вообще там оказались?
— О, это долгая история. Мы просто прогуливались мимо, потом решили залезть на строящееся здание, ну и заодно шатались по этажам в поисках чего-нибудь интересного. Вот и нашли.
— При тебе находок не было, — заметил Ирис. — Куда ты их дел?
— Выбросил, — пожал я плечами. — На что они мне?
— Куда именно? — чуть жестче произнес очкарик. — Это важные вещи, тебе лучше вспомнить.
— Да возле больницы и выбросил. Ваши орки моему другу руку сломали, мы отправились к врачу.
— Молись, чтобы это оказалось правдой. Мало мне того, что этот криворукий облажался, — неожиданно зло процедил фон Вельтвайт.
— Вы про снайпера, что ли? — с самым невинным видом осведомился я. Ирис замер.
— Откуда тебе о нем известно?
— Ну так я ж не слепой, гильза явно от патрона для снайперской винтовки. Как любой нормальный пацан, я увлекаюсь оружием, и небольшое представление имею.
— И, вероятно, знаешь даже в кого стреляли? — с каким-то болезненным любопытством поинтересовался интеллигент.
— Понятия не имею, я же не экстрасенс.
Он недовольно выдохнул.
— Скажем так, снайпер облажался, не убив, а ранив цель, а затем скрылся в неизвестном направлении, не оставив следов, кроме тех, что вы, ребятки, обнаружили. А я, видишь ли, очень не люблю, когда меня пытаются надуть.
— И теперь хотите наказать убийцу, — закончил я. Ирис кивнул.
— Само собой. Ну и ваше вмешательство сильно испортило мои планы. Детишкам не место в мире взрослых. И, раз уж это отчасти твоя вина, прими теперь ответственность.
— В каком смысле?
— Заверши начатое наемником дело, и получишь то, о чем не мог даже мечтать.
— Например? — я сделал вид, что заинтересовался, хотя в благие намерения этого утонченного типчика не верилось. Ирис заложил ногу на ногу, сцепил пальцы в замок.
— Например, в моих силах помочь тебе устроиться в дальнейшем в элитный вуз, занять достойное место в обществе, и не только. Станешь большим человеком.
Я не выдержал и расхохотался, вызвав искреннее недоумение очкарика.
— Что смешного?
— Да так, — я откашлялся. — Мне вот интересно, знаете ли вы, кто мой отец?
— Нет, — он покачал головой. — Я пока не наводил справки. Знаю лишь, что ты учишься в школе, где управляет Меньшиков, но туда берут многих отпрысков не только из богатых семей, но и из творческих. Быть может, ты сын какого-нибудь художника, или музыканта?
Веселье как рукой сняло, я посерьезнел, вперил взгляд в Ириса.
— Моего отца зовут Кирилл Огнёв, Повелитель Бездны, один из сильнейших сверхов Российской Империи.
Никогда не видел, чтобы кто-нибудь так стремительно бледнел. Лицо фон Вельтвайта мгновенно покрылось испариной, кожа оттенком сравнилась с алебастром, а губы мелко задрожали.
— Проклятье на тебя, мальчишка! — выдавил Ирис, после чего вскочил, опрокинув стул, и быстрым шагом, почти бегом, удалился из комнаты. Щелкнул замок.
Я снова остался один.
— Неплохо имя Куро действует на местных якудза, — хмыкнул, покачав головой. С другой стороны, неудивительно, ведь человека такого масштаба, как отец, обязаны знать все вокруг. Интересно, как он начинал? Родился ли сразу одарённым, или карабкался наверх, прикладывая неимоверные усилия, чтобы развить в себе способности, волю и характер?
Я невесело фыркнул. Даже если спрошу, не ответит. Но попытаться стоит, как знать.
Тишина окутывала меня плотным саваном, убивая веселье и взамен преподнося кокон бессмысленных, но оттого не менее важных мыслей. Что я здесь забыл? Действительно ли удастся выполнить задуманное Носовым действо? А если нет — тогда меня убьют?
В Японии шанс подохнуть был, и довольно не иллюзорный, здесь же он увеличился в несколько раз. Местные сверхи обладают большим потенциалом, и не мне сейчас тягаться с ними. Нет, адептов своего ранга разделаю под орех, может, с небольшим напрягом, но всё же. Однако, ребята повыше — настоящий челлендж. Если вспомнить схватку с двумя шестиранговыми «агентами», становится очевидно, что победил я по незаурядному везению, а не благодаря своим навыкам. Удобная локация и то, что противник не воспринимал как серьезного бойца, сыграли на руку. Больше подобное не повторится, в этом я уверен. Меня не будут недооценивать. Особенно после того, как Ирис узнал личность моего отца.
Остается только победа или смерть, иного выхода из этой ситуации нет. Смерть… Как много в этом слове страха, который зиждется на наших стереотипных представлениях о ней, потаенных кошмарах и импульсивных мыслях. И ведь нельзя сказать, что это неверно. Смерть опасна, она всегда рядом, поджидает в тенях, неторопливо наблюдает, дабы не упустить момент, стремительно рвануть вперед, подхватить, бережно проводить в иную реальность.
Но бояться смерти не стоит, этим вы лишь нанесёте ей жестокую обиду. На чём основан страх смерти? На незнании. На суеверных ужасах, внушаемых с детства. Это неправильно. Нельзя бояться того, что так же естественно, как и дыхание. Но и относиться к ней приветливо тоже не стоит, смерть не любит фамильярности.
Вы можете лишь помнить о ней, каждый миг своего существования, знать, что она где-то неподалеку, неспешно прогуливается, постукивая тростью по плитам мостовой. Помнить — и вгрызаться в жизнь зубами и ногтями, обожать её, до дрожи в конечностях, карабкаться наверх, стремясь занять место получше, стать кем-то, достойным упоминания, оставить памятный след. След, что будет сиять еще долгие годы, а, быть может, даже столетия, наполняя сердца людей теплотой и лёгкой грустью.
Иначе зачем мы здесь? Этому миру не нужны слабаки, он силой заставляет измениться, из невинной овечки стать хищником. Ведь только так можно выжить, и стальной нитью вписать своё имя в будущее.
И всё это легко может перечеркнуть один лишь случай.
Я ощутил, как ярость потряхивает тело, а зубы скрипят, словно грозя вот-вот раскрошиться в пыль.
Ирис фон Вельтвайт, аристократ хрен знает какого поколения, возомнивший себя вершителем судеб и подмявший под себя большую часть города. Я не позволю тебе и дальше топтать эту землю, лично возьму нити судьбы в свои руки и осуществлю акт возмездия. Во имя моего наставника и многих других, кто пострадал от твоих рук!
Волна мелкой дрожью прокатилась по телу, сокращая мышцы, простреливая затылок резкой болью. В глазах потемнело, показалось, будто вот-вот потеряю сознание, а затем резко всё прошло, сменилось чувством лёгкости и силы.
Раз — цепи, удерживавшие меня, разлетелись осколками. Усмехнувшись, я поднялся, ощущая, как изменились потоки силы, проходившие через тело. Что ж, вот и пятый ранг вовремя подоспел. И, пока сила подпитана контролируемой яростью, этим нужно пользоваться.
Подойдя к двери, поднял руку, медленно сжал пальцы в кулак. Разжал. Хм, кажется, изменения действительно ощущаются. Ну-ка, попробуем…
Стальное полотно смялось, как бумага под раскрытой ладонью. Отбросив бывшую дверь в сторону, я вышел в коридор. Навстречу уже бежала парочка охранников пятого ранга, видимо, углядели освобождение на камеру, решили остановить нарушителя. Будь дело несколько минут назад, им бы, скорее всего, удалось, особенно учитывая весомые аргументы в виде ИМАСов. Но я изменился, и теперь такое оружие не сможет меня остановить.
Рывок, ускорение на пятьдесят процентов, оттолкнуться от стены (благо окон в коридоре не было), вдарить впереди бегущему кулаком в челюсть, опрокидывая немаленьких размеров охранника на пол. Напарник притормозил, схватил автомат, передернул затвор, наставил дуло на меня.
— Это ты зря, приятель, — негромко сказал я, повышая процент ускорения до семидесяти пяти.
Парень оказался не промах, наверняка где-то воевал, или просто отлично натренирован: перекатом ушел в сторону, оперся о стену, выстрелил. Я пригнулся, пропуская импульс над собой, скользнул по полу, поднырнул под автомат, рванул ствол вверх и вбок. Пальцы охранника разжались, кажется, парочку я ненароком сломал. Отбросив оружие в сторону, я ударил боковым, но боец смог предчувствовать атаку, отшатнулся, и мой кулак пробил стену. К счастью, не застрял в ней, иначе противник воспользовался бы преимуществом, используя удар ногой, я заставил его отступить, после чего, методично ощупывая защиту небрежными выпадами, направил дальше по коридору, на случай, если там засада. Наверняка весь дом уже на ушах, Ирис вышлет за мной отряд посильнее этого, вооруженный до зубов, и тогда пригодится любая хитрость.
Парень не выдержал, вильнул вбок, замахнулся, надеясь, что сможет провести меня этой обманкой, сам же слегка сменил точку опоры, готовясь атаковать ногами. Не на того напал.
Бам! — прямой в лицо сломал ему нос и сбил координацию на некоторое время, чем я и воспользовался, незатейливо прописав крепкий, но не смертельный удар в висок. Когда боец очнётся, я уже буду далеко. Надеюсь на это, по крайней мере.
Снова бег по коридору, который постепенно перешел в площадку, выходящую к лестнице. Справа от неё шел еще один коридор, наверное, продолжение предыдущего, но мне явно не туда.
Лестница же вела и наверх, и вниз. Справедливо рассудив, что наверху делать мне совершенно нечего, я отправился вниз. Мельком глянув в окно, понял, что нахожусь на третьем-четвертом этаже. Пара пролетов, еще один этаж — рывок в сторону, уклоняясь от пуль, просвистевших там, где я только что был. Осколки каменной крошки зацепили щеку, царапина сразу противно заныла. За что обожаю мелкие ранения, так это за их противную ноющую боль.
Останавливаться нельзя, четверо пятиранговых, в бронежилетах, масках и с какими-то навороченными автоматами типа Калашникова, но какой-то модификации, явно не стоковой модели.
— Значит, война, — пробормотал я, рванув на семидесяти пяти процентах к этому бравому отряду. Бежал зигзагами, чувствуя дуновения ветерка от свистящих по бокам пуль. Ребята явно не жалеют патронов. Им же хуже. Щадить я никого не намерен.
Подкатом уйдя от выстрела почти в упор, сделал подсечку, заставив крайнего бойца рухнуть на пол. К его чести, поднялся он быстро. Для сверха пятого ранга. Небольшой импульс, ускорение на ноги, и удар левой на полной скорости врезается в лицо охранника. Хрустнули кости, тело боевика снесло довольно далеко, ощутимо приложив о стену. Кажется, перестарался.
Оставшиеся трое среагировали весьма шустро, учитывая, что от моего появления на лестнице до атаки их товарища прошло от силы секунд десять. Двое ближайших ко мне отбросили автоматы, принялись зажимать в «тиски» — направились по кругу, достав ножи. Судя по матово-тёмной стали, ножики непростые.
Третий же переместился чуть дальше, не выпуская оружия из рук и держа меня в прицеле. Страхует приятелей. Что ж, потанцуем.
Оба атаковали почти одновременно, с разницей в пару милисекунд. Для них рассинхронизация оказалась несущественной, но я прекрасно видел каждое движение, ведь достижение пятого ранга можно было сравнить с критическим обновлением всего моего организма. Зрение работало теперь совершенно иначе.
Плавно уклониться от выпада ножом Левого, крутанувшись на месте, перехватываю руку Правого чуть выше локтя, тяну вперед и вниз, и он не может сопротивляться, по инерции движется вслед за мной.
Вжик — лезвие вспарывает горло Левого, Правый в некотором замешательстве притормаживает, и мне достаточно: захват, пальцы разжимаются, роняя нож, продолжаю движение, обхватывая шею противника. Короткий удар коленом под дых, боец сгибается, пытаясь вдохнуть, сжимаю руку сильнее, хруст — и обмякшее тело падает на пол.
И в этот момент третий нажимает на курок. На пределе, взвинтив темп до ста процентов, чувствуя, как гудят от напряжения мышцы, отклоняюсь назад, перекатом ухожу от следующих выстрелов, пригибаясь к земле бегу к охраннику. Он не успевает среагировать, только-только переносит вес с ноги на ногу, когда мой щедрый удар снизу вверх впечатывает его в потолок.
— Проклятье, опять не рассчитал, — поморщился я, глядя, как капает кровь с потолка, и расходятся трещины в сторону от искореженного тела.
Бегло осмотревшись, понял, что этот этаж представляет из себя что-то вроде галереи, в предбаннике которой мы и устроили заварушку. Если фон Вельтвайт где и будет, то внизу, по классике жанра ждёт меня, чтобы устроить финальную схватку.
Я усмехнулся. Не буду его разочаровывать, Ирис окажется очень удивлен.
Снова бег, первый этаж, лестница перешла в просторный холл. Похоже, он действительно притащил меня к себе домой. Идиот.
Скан местности показал, что небольшая группа людей, семь человек, находилась в помещении дальше по правому коридору. И, судя по всему, никуда оттуда уходить они не собирались.
Снизив ускорение процентов до семидесяти, притормозил у двери, анализируя обстановку. Так, двое чуть поодаль, наверное, у стены. Охрана? И пять человек сидят… за столом? Серьезно?
— Заходи, или тебе нужно особое приглашение? — раздался громкий голос Ириса. Я фыркнул и толкнул дверь, шагнув в помещение.
Это оказалась столовая. Фон Вельтвайт с молодой женщиной и тремя детишками, на вид младше десяти лет, сидели и обедали. У стены действительно двое, в темных костюмах.
— Присаживайся, — чуть прищурившись, предложил Ирис. — Похоже, нам стоит продолжить разговор.
— Я так не думаю, — покачал я головой. Ускорение до ста, оба секьюрити не успевают отреагировать, когда добираюсь до жены и детей фон Вельтвайта. Короткие точные движения — и все четверо падают без сознания.
— Теперь нам никто не помешает, — усмехнувшись, я подмигнул Ирису. Очкарик громко скрипнул зубами и коротко кивнул охранникам. Оба шестиранговые, явно непростые ребята, стоит замешкаться — отделают без лишних вопросов.
Поэтому стоит бить первым.
«Шестерки» только ломанулись вперед, когда я, крутанувшись на месте, пинком перевернул стол на бок, заставив Ириса вскочить, а охранников замедлиться. Перепрыгнув через препятствие, оба попытались зажать меня в «тиски», но не тут-то было. После схватки с давешним отрядом я до сих пор находился в приподнятом состоянии, эдакой бойцовской эйфории, потому видел все движения телохранителей совершенно отчетливо.
— Да прибейте его уже! — визгливо крикнул фон Вельтвайт, стукнув ногой по полу. «Шестерки» переглянулись и немедля ударили с двух сторон боковыми. Пригнувшись, пропустил над собой оба выпада, одновременно ткнув сложенными вместе пальцами в бок одному и с силой заехав ногой под колено второму. Первый согнулся пополам, держась за кровоточащий бок — кажется, силы я не рассчитал — а второй припал на потерявшую чувствительность ногу. Не теряя времени, коротким движением ударил ему в висок, отправляя в бессознательное.
Второй к этому времени, ругаясь сквозь зубы, отпустил кровоточащую рану и, судя по решимости в глазах, замыслил биться до смерти. Вон, даже энергия в теле волной выплескивается наружу, бьет по нервам. Зря, дружок, такое расточительство непростительно. Как ты думаешь победить, не контролируя целиком и полностью все свои действия и даже свой организм?
— За всю жизнь я проиграл лишь дважды, — заговорил вдруг боец. Тяжелый, лишенный надежды взгляд уперся в меня, плотные, почти бесцветные губы с трудом разлепились, чтобы произнести эти слова. — Своему отцу, и своему старшему брату. И никогда прежде ни один сопляк не смел даже нанести мне удар, не говоря о ранении. Ты хороший воин, но тебе не хватает некоторых качеств. Даже если убьешь меня, нашего господина тебе не схватить.
— Я бы не был столь категоричен, — хмыкнул я, почесав подбородок. — Да и наш с тобой бой все еще не окончен, чтобы делать поспешные выводы. Лучше нападай.
Он коротко рассмеялся, затем сделал один лишь небольшой шаг вперед — и широкая волна силы ударила в мою сторону, хлестнула по лицу, разрывая кожу, зацепила одежду, превращая в рваное тряпье.
Что за вихрь? Разве можно настолько выпустить внутреннюю энергию, чтобы нанести урон, не касаясь внешних объектов?
«Шестерка» шагнул еще раз, на пределе сил, скривившись от боли, выбросил вперед правый кулак, целясь мне в грудь. Я выставил ладонь и с легкостью заблокировал этот, до смешного бессильный, удар. Боец улыбнулся и, рухнув на колени, склонил голову, окончательно теряя жалкие крохи энергии. Чувствуя, как оборвалась нить его жизни, я невольно вздохнул.
— «Ветер Смерти» — весьма эффективный прием, забирающий жизненную силу адепта, приумножающий ее и превращающий в смертоносное оружие, способное нанести вред даже Мастеру, — заговорил вдруг Ирис. Я покосился на очкарика. Он поправил галстук, взглянул на жену и детей, которых чудом не задели наши удары, после чего неспешно направился ко мне.
— Я ведь действительно надеялся, что мы сможем сотрудничать, парень. Ты показался мне способным, и что я вижу? Вломился в обеденный зал, по пути покалечил моих людей, поднял руку на мою семью. Чего ты пытаешься этим добиться, Огнёв?
— Тебе достаточно знать, что я позволил схватить себя.
Ирис покачал головой. Поправил очки, тихонько вздохнул.
— В таком случае, не обессудь.
Все чувства взвыли от грозящей опасности. Я резким импульсом буквально отбросил себя подальше от фон Вельтвайта, и вовремя: на том месте, где только что стоял, образовалась глубокая трещина. Очкарик выдернул ногу, тихо рассмеялся.
— Реакция отличная, молодец. Недаром ты сын Повелителя Бездны.
Теперь я мог почувствовать его ранг. И невольно сглотнул от вцепившегося в сердце мимолетного страха: Ирис фон Вельтвайт оказался сверхом седьмого ранга, Мастером! Неужели так умело скрывал свой уровень, притворяясь тихоней-очкариком? И куда, кстати, делся тот бугай, что меня обрабатывал в комнате заключения?
Вспышка опасности сзади — перекатом ухожу вбок. Осколки разлетелись далеко, несколько даже зацепили мою спину, толком не прикрытую разорванной рубашкой. Резко развернувшись, увидел давешнего здоровяка.
— Вспомни… — пробормотал, глядя в налитые кровью глаза. Берсерк, что ли? Только поехавшего и непредсказуемого противника мне сейчас не хватало, когда Ирис дышит в затылок…
Оглянувшись, с удивлением понял, что очкарик сложил руки на груди и спокойно стоял, наблюдая за нами. Ждёт исход боя? Что ж, станцуем, в таком случае, не станем разочаровывать хозяина дома.
Не мудрствуя лукаво, бугай, широко замахнувшись, кинулся на меня, грозно рыча. Кажется, изо рта даже клочками полетела пена.
— Точно помешанный, — хмыкнул я, уклонившись от выпада и вдарив ногой по уязвимой точке на бедре. И ему хоть бы что, почесал место удара, глухо рассмеялся, стукнул кулаками друг о друга, повёл плечами и снова в атаку.
Какой там у этого переростка ранг? Шестой. Но, благодаря большому росту и невероятной ширине плеч, будет явно более опасным противником, чем те двое. А впереди еще Ирис ждёт.
Вздохнув, перекатился, пропуская рядом мощный удар сверху-вниз, раскрошивший напольное покрытие. Воздушная волна подтолкнула меня в спину, придав ускорение. Вот это силища! Таким кулачком прилетит — и все, считай, отбегался и отпрыгался, можно смело соскребать и в гробик. То, что останется, ага.
На удивление шустро развернувшись, бугай понёсся на меня, вызвав ассоциации с носорогом. Так, Рокстеди, надо что-то делать с тобой, долго бегать не получится, а удары мои как-то слабовато действуют.
В очередной раз увернувшись, бегло осмотрелся. Из подручных средств только стулья, перевернутый стол, который мне не поднять, уж больно массивный, да и крепления у него металлические, и ножки тоже.
Стоп, а почему бы не..? Вполне себе здравая мысль ведь, может и получится. Кувырком уйдя от мощного апперкота, схватил за ножку стола, потянул, напрягая мышцы. С трудом, но металл заскрипел, захрустел, и, в конце концов, поддался, сломавшись в месте крепления. Вот тебе и «розочка». В самый раз для такого мутанта.
Крутанув импровизированное оружие в руке, отпрыгнул в сторону. Очередной мощный удар бугая разнес стол окончательно. Красные от ярости глаза глянули на меня, губы раздвинулись, обнажая ровные ряды крепких зубов.
— Убью, — прохрипел здоровяк, резко ускорился, помчался прямиком на меня. Что ж, попробуем свою идею, хоть неудача и сулит мне большие такие неприятности. Максимальная скорость, побежал навстречу противнику. В паре шагов с силой оттолкнулся от пола, подпрыгнул на высоту около двух метров, приземлился как раз на плечи врага. Тот еще пробежал пару метров, прежде чем осознал, что ситуация изменилась. И тогда я вонзил «розочку» в шею бугая.
Кровушки плеснуло — будь здоров. Противник заревел от боли, крепкая ладонь схватила меня за ногу и с силой отшвырнула куда подальше. Едва успев сгруппироваться, я влетел спиной в какой-то шкаф, полный посуды. Грохот, боль, прострелившая позвоночник, и теплые струйки крови, побежавшие по левой руке. Присев, бросил короткий взгляд — так и есть, перелом, открытый. Все же дури в этом телохранителе — на десятерых. Но, главное, что не правая.
— Паша, он ранен, добей его! — ледяным тоном приказал Ирис. Детина, держась за торчащую под углом ножку стола, громко хрипя от боли и тяжело ступая, направился ко мне. Что ж, моя атака его не убила, и это печальные новости. Придется подключать другие подручные средства. Хотя, в целом, зачем? Можно ведь воспользоваться тем же методом, только иначе.
Вскочив, рванул в сторону противника, на ходу скользнул по полу у него между ног, вылетел с другой стороны, уцепившись за одежду правой рукой, одним резким движением подкинул себя наверх.
Хвать! Прикосновение к торчащему в шее предмету вызвало очередной приступ боли у Паши, и он остановился. Надавить, пробивая врага на крик, затем, крутанув, выдернуть, позволяя крови щедро политься наружу.
Ноги сверха подкосились, он рухнул на пол, пытаясь зажать рану ладонями, но не успел: я вонзил «розочку» в затылок Паши, добивая, пожалуй, самого крепкого противника из всех, что у меня были.
Отбросив оружие в сторону, с шумом вдохнул, восстанавливая дыхание. Поморщился от глухой боли в руке. Слава регенерации, меня пока не так сильно плющит, но, если сражение с Ирисом затянется, то болевой шок обеспечен — надолго анестезии не хватит.
— Что ж, вынужден признать, ты умеешь удивлять, — спокойно произнес фон Вельтвайт, поглаживая пуговицу пиджака. — Однако, как ни прискорбно, придётся прекращать этот цирк.
Вжух — словно порыв ветра, Ирис оказался рядом. Короткое движение рукой, и меня буквально впечатало в стену. Вот это скорость! Я даже не успел понять, как пролетел через половину зала и врезался в препятствие. Попытался быстренько отскрести себя от стенки и уклониться от следующего удара — почти уверен, что сейчас была не стопроцентная скорость фон Вельтвайта — и не успел.
Он оказался на расстоянии вытянутой руки всего за пару мгновений. Легкое, даже ленивое движение руки — меня словно прессом вдавило глубже в стену. Дыхание стремительно заканчивалось, затрещали кости, кровь прилила к голове…
— Буду рад встретиться с твоим отцом, парень, — мягко улыбнулся Ирис. — У меня есть для него парочка сюрпризов.
Изящные пальцы аристократа вонзились мне в грудь с той же легкостью, что и остро заточенный нож в податливое свежее мясо. Изо рта у меня вырвался сгусток крови, а противник брезгливо достал из кармана платок, неторопливо принялся вытирать руку, глядя мне в глаза.
Регенерация на прощание впрыснула немного адреналина — жалкие крохи — и окончательно сдохла. Взамен наступила боль, невыносимая, ударившая по нервной системе хлеще какого-нибудь ментального воздействия. Я не мог не то, что вытащить себя из ловушки-стены, даже пальцем пошевелить стало проблематичным.
Похоже, вот и мой конец. И даже способность не помогла, не против врага такого уровня. Ну, вероятно, стоит активировать её напоследок, вдруг восстану в виде зомби и откушу Ирису палец?
С такими мыслями я врубил абилку на полную мощность, истратив скудные запасы энергии, а затем, вздохнув с некоторым облегчением, позволил водовороту боли поглотить себя целиком…
… Огромный светлый зал, весь будто созданный из белого мрамора. Точно со стадион размерами, и алтарь в дальнем конце.
Все как в прошлый раз.
— Вот уж не думал, что снова сюда попаду, — пробормотал, поднимаясь на ноги — мрамор по-прежнему ледяной.
Тогда, помнится, в этом зале я убил своего ангела-хранителя, и, вероятно, только поэтому получил свою способность. Как знать… Зачем я здесь?
Внезапно, алтарь принялся стремительно чернеть, от него во все стороны помчались черные отростки, словно коррозия поглощавшие белый мрамор, превращая его в чёрный.
— Это еще что за фигня?
Я напрягся, предчувствуя, что ничего хорошего мне подобные изменения не сулят. Однако произошедшее дальше оказалось вовсе не тем, чего ожидал.
Алтарь разорвало на куски изнутри, и оттуда, как из гроба, выбрался человек. Смуглый, с пепельными волосами, изредка перемежаемыми красноватыми прядями. И взгляд — ярко-желтые глаза, с узкими щелочками-зрачками. Но не это меня изумило больше всего.
У существа было моё лицо.
В голове щёлкнуло, и я осознал, что этот демон не кто иной, как моя злая ипостась. Вся ярость, ненависть и злоба, таящиеся глубоко во мне, воплотились в это существо.
Надо признать, одет он был стильно: узкие чёрные кожаные штаны, туфли-оксфорды, белоснежная рубашка и кожаный жилет.
— Добро пожаловать в мой мир, Такаяма Рюу, — голос моего альтер-эго оказался низким, бархатистым, слегка с хрипотцой.
— И тебе не хворать, — откликнулся я, сложив руки на груди. — На кой хрен я тут появился?
— Чтобы встретиться со мной, конечно же, — усмехнулся Тёмный-я.
— И в чём для меня выгода от этой встречи?
— Это уже выяснится после нашей схватки, — коротко рассмеялся он.
— Опять драться, — скривился я. — Неужели не обойтись без махача?
— Мы должны выяснить, кто из нас сильнее, — пожал плечами демон. Затем, без лишних разговоров, за пару мгновений преодолел разделявшее нас расстояние и атаковал боковым ногой.
Я отвел выпад левой рукой, порадовавшись, что здесь она почему-то целая, и ударил в ответ раскрытой ладонью, припоминая некоторые движения Ириса.
Тёмного снесло назад, но он быстро оправился и, довольно ухмыляясь, зигзагами рванул ко мне, на ходу трансформируя пальцы в подобие звериных когтей. Нет, ну круто, конечно, только я ведь так не могу!
Кувырком уйдя от опасно сверкающих лезвий, пригнулся ниже к земле и, вбросив больше энергии в нижние конечности, коротким импульсом отправил себя навстречу Тёмному. Непродолжительный полёт, захват противника, оба врезаемся в мраморный пол, от такого удара пошедший трещинами. Подминаю альтер-эго под себя, пытаюсь выйти на болевой, но Тёмный тоже не промах. Извернувшись, демон пинком вдавил меня глубже в пол, ломая ребра, но я успел схватить гада за ногу и крутануть, лишая возможности использовать нижнюю часть тела в полной мере. Удар кулаком в лицо на пару секунд лишил меня способности оценивать ситуацию, чем воспользовался враг, сомкнув руки на моей шее. Дыхание покинуло лёгкие, скалящаяся морда Тёмного нависла сверху, жёлтые глаза дико светятся, то ли от боли, то ли от азарта. Нет уж, нельзя мне больше проигрывать! Хватит на сегодня поражений.
Раз — левая рука сомкнулась на плече демона. Пальцы с силой сжались, проникая в плоть противника. Нащупав кость, я еще сильнее надавил, ломая её. Тёмный вскрикнул, и его рука повисла плетью. Хватка ослабла, что позволило мне вывернуться и ударом колена отправить демона в полёт.
Вскочив на ноги, увидел, как альтер-эго перекатом восстановил равновесие, тяжело дыша, уставился на меня.
— Кажется, этот бой ни один из нас не выиграет, — негромко заметил он. Я согласно кивнул. Да, уровни примерно равны, но суть не в этом. Мы мыслим схожим образом, и невозможно победить противника, как две капли воды похожего на тебя. Не сейчас.
— Тогда, мир? — предложил, протянув ладонь. Тёмный секунду поразмыслил, затем кивнул, медленно приблизился, сжал руку.
— Теперь ты станешь гораздо сильнее, Рюу. Но помни: я всегда с тобой, и мне тоже хочется на волю, — произнёс он, напоследок как-то грустно улыбнувшись. Чёрный зал вокруг дрогнул, пошел волнами, и меня отбросило куда-то вниз, в ненасытную бездну…
Открыв глаза, с некоторым удивлением я понял, что все еще жив и нахожусь в том же обеденном зале фон Вельтвайта. Сам Ирис по-прежнему стоял напротив, сосредоточенно вытирая руку. Однако, кое-что изменилось.
Я ощутил, как быстро срастаются кости левой руки, а дыра в груди затягивается. Да и само тело наполнялось какой-то новой, более злой и агрессивной энергией. Что ж, спасибо за подарок, Тёмный, с меня причитается.
Было еще одно: теперь я целиком овладел своей способностью. Не знаю, как это вышло, но схватка с демоном кардинально изменила меня, и в голове сидело знание, что сейчас абилка сработает на любом адепте, хоть первого, хоть восьмого ранга.
В таком случае, почему бы не попробовать?
Я тихонько кашлянул, привлекая внимание Ириса. Очкарик оторвался от своего занятия, немного удивленно посмотрел на меня.
— Еще жив? Надо же. Стоп, как ты..?
Он не успел договорить. Мне хватило пары ударов сердца, чтобы вцепиться в его взгляд, впитать в себя все, что умеет делать фон Вельтвайт, а затем, с легкостью оторвавшись от стены, вонзить ладонь в тело врага. Только я не стал щадить Ириса, и, схватив сердце аристократа, вырвал, ломая ребра и разрывая ближайшие органы.
— Мелкий… ублюдок, — прохрипел, булькая кровью, очкарик, теряя остатки жизни. Я отбросил мёртвое тело и, подняв платок, принялся вытирать руку.
Что ж, всё прошло даже лучше, чем я ожидал. И уж точно продуктивнее, чем предсказывал Сергей Витальевич. Кстати, надо бы ему позвонить.
В сознании всплыл разговор двенадцатичасовой давности, когда мы сидели в больничной палате, и Носов предложил план. Рискованный, почти нереальный, но я вызвался стать наживкой фон Вельтвайта и привести остальных к нему. Кто же знал, что все зайдет так далеко.
Достав из кармана Ириса мобильный телефон, по памяти набрал номер учителя. Носов отозвался почти мгновенно.
— Да? — в голосе слышалось напряжение. Похоже, меня уже записали в мертвецы, иначе с чего бы ему так нервничать?
— Сергей Витальевич, это я.
— Слава Богу! — воскликнул учитель, не сдерживая эмоции. — Как ты, Мистик?
— Жив, цел, и даже лучше. Высылайте группу захвата, правда, из живых тут только родня фон Вельтвайта, и, возможно, слуги.
Молчание показало всю степень изумления Носова.
— Ладно, — хрипло произнес Сергей Витальевич. — Скидывай координаты его базы.
— Минуту, — я включил местоположение на телефоне, позволяя оборудованию собеседника запеленговать сигнал. — Готово.
— Жди, через полчаса будем.
Носов положил трубку. Я отбросил телефон в сторону и сел на пол, ощущая невыносимую усталость. Только что бушевавшая энергия вдруг резко испарилась, меня начало трясти. Похоже, откат от использования способности на адептах выше себя по рангу будет неприятным. Так что стоит оставить её на крайний случай. И научиться, наконец, лучше владеть своим телом. Надеюсь, Меньшиков скоро поправится, и мы сможем приступить к тренировкам.
Потому что в противном случае жить мне в России будет тяжко. Не после устроенного в доме Ириса.
Тихонько рассмеявшись, я, наконец, ослабил тиски, удерживавшие сознание, и позволил себе забыться крепким сном.
Пробуждение, как принято, вышло не из приятных. Более того, никогда прежде я еще не ощущал себя настолько голодным. Хотелось не просто есть, а жрать! Однако, первым, что я увидел, открыв глаза и слегка сощурившись из-за яркого дневного света, был больничный потолок. Затем, повернув голову набок, разглядел рядом Макса, на соседней койке. Похоже, меня притащили сюда люди Носова. Может быть, даже сам Носов, кто знает.
Возле моей постели, на стуле, сидела Иоко и тихонько читала книгу. Услышав, как я зашевелился, девушка вскочила и бросилась меня обнимать.
— Я так рада, что ты очнулся! — сквозь слезы воскликнула Тиба. Я, улыбнувшись, поцеловал красавицу в мягкие теплые губы. Надо же, никогда бы не подумал, что возвращаться обратно в сознание окажется так приятно.
— Как ты себя чувствуешь? — Иоко обеспокоенно коснулась моего плеча.
— Неплохо, разве что очень сильно хочется есть, — рассмеялся я. Макс хохотнул, кажется, до того, как девушка закричала, он спал.
— Ну что, братец, добро пожаловать в мир живых!
— Я скажу, чтобы принесли еду, — Тиба вскочила, выбежала из палаты.
— Заботливая она у тебя, — подмигнул друг. — Два дня безвылазно тут просидела, все ждала, когда очнешься.
Я присвистнул.
— Много, однако. Не на шутку измотал меня бой с Ирисом.
— Это тот мужик седьмого ранга? Ты крут, Мистик, раз сумел его заломать. Он был одним из топовых сверхов Империи. Пусть и не входил в число «тех самых».
— Было непросто, ага. Не уверен, что смог бы повторить в ближайшее время, — я поежился.
Тут дверь в палату открылась, влетела Иоко, за ней медсестричка с подносом, уставленным чашками с едой, и уже следом за медсестрой неспешно шёл Сергей Витальевич, ехидно улыбаясь.
— Что, герой, празднуешь победу?
— Ну, почти, — ничуть не смутился я. — Скорее, заедаю. Не поверите, сейчас управился бы и со слоном.
— Охотно верю, — Носов чуть посерьезнел. — Наверняка убить фон Вельтвайта оказалось непросто. Ума не приложу, как тебе удалось, но насчет способа пусть Аркадий Николаевич и твой отец думают, это уже не моя забота.
— Отец приехал? — изумился я. Не думал, что Куро высунется из родового поместья в ближайшее время.
Учитель кивнул.
— Сразу, как услышал о произошедшем. Ты ешь, ешь, и слушай.
— Спасибо, — проговорил я уже с набитым ртом. Больничная жратва оказалась на удивление потрясающей, или это с голодухи так кроет. Неважно. Продолжая жевать, взглянул на присевшего рядышком Носова.
— Два дня назад мы окончательно ликвидировали клан фон Вельтвайта, — сообщил Сергей Витальевич совершенно будничным тоном.
Я чуть не поперхнулся.
— То есть как — ликвидировали? Разве можно без разрешения вашего Императора провернуть подобное?
— А кто сказал, что у нас не было дозволения? — усмехнулся учитель. — Его Императорское Величество поставил Ириса фон Вельтвайта и весь его род и клан вне закона, как изменников и предателей родины. Частично я посвятил тебя в курс дела заранее, когда предположил, что Ирис — один из заговорщиков против Императора. Но кто бы мог подумать, что именно он готовил убийство государя. Амбициозный ублюдок!
— Тогда причём тут Меньшиков?
Сергей Витальевич несколько устало потер глаза.
— Аркадий Николаевич — один из преданных сторонников Императора, плюс к этому, один из сильнейших сверхов России, так что фон Вельтвайт посчитал его весомой угрозой для своего плана, и решил избавиться от препятствия. Будь наш директор один в кабинете, никто бы и не успел его спасти. Благодаря тебе Меньшиков жив. И даже идёт на поправку.
— Странно, что обычная пуля так выбила его из колеи, он ведь сверх восьмого ранга, почти божество, — покачал я головой, доедая обед.
Носов неожиданно рассмеялся.
— Обычная? Мистик, в патроне для снайперской винтовки использовали особый сплав, замедляющий регенерацию сверхчеловека и не позволяющий восстановиться в привычном темпе еще очень долго. Так что насчет обычной ты просчитался, мой юный друг.
Я хмыкнул.
— Да, конфуз. Так что там дальше-то было?
— А дальше мы просто зачистили оставшиеся родовые гнёзда фон Вельтвайтов, и опечатали поместья.
— Шустро, — оценил я.
— И ещё: радуйся, что Император лично подписал указ о казни Ириса задним числом, — тяжёлый взгляд учителя упёрся в меня. — Иначе, за убийство имперского аристократа, тебя бы велели казнить. Несмотря на то, что ты сам, по сути, аристократ.
— У вас всё настолько сурово? — удивился я. Ладно, наказать, согласен, аристократы на дороге не валяются, но казнить? Это, как по мне, перебор. Элита всегда грызлась и будет грызться между собой, здоровую и не очень конкуренцию никто не отменял. Но чтобы так ужесточать? Либо Носов меня запугивать пытается, либо тут в России реально жёсткие порядки в верхах.
— В любом случае, сейчас тебе ничто, и никто не угрожает, — улыбнулся Сергей Витальевич. — Отдыхай, поправляйся, набирайся сил. Я, насколько хватило влияния, постарался скрыть твою личность от общественности, сказав, что Ириса прикончил один из наших сильнейших боевиков, по чистой случайности. Будем надеяться, это сработало, иначе тебе придется ой как не сладко, парень.
— Спасибо, Сергей Витальевич, — поблагодарил я, пожав руку учителю.
— Тебе спасибо, за то, что избавил мир от этой твари, — подмигнул Носов. Затем поднялся. — Пойду, пожалуй. Скоро увидимся.
Шаги преподавателя давно уже затихли в коридоре, когда Иоко решилась нарушить молчание.
— Похоже, тут все действительно сильно иначе, чем у нас.
— Мягко сказано, — рассмеялся Макс. — Наш Император — кремень-мужик, держит всех в ежовых рукавицах, чуть что — суровые меры. Но, говорят, что с понятием, попусту гнобить не станет. Так что не переживай, сына Повелителя Бездны он точно казнить не велит.
— Не стоит сравнивать меня с отцом, — поморщился я. — Где этот бездельник? Приехал в город, но даже не навестил любимого сына!
— Может, он занят? — предположила Тиба. — Или как раз благодаря его вмешательству Император закрыл глаза на убийство аристократа.
— Далось всем это убийство, — пробормотал я, откидываясь на подушку.
— Ну, знаешь ли, не каждый день пацан пятого ранга валит одного из опытных сверхов седьмого, оставшись при этом живым и частично невредимым. У тебя ни одного перелома даже не было! Только истощение сильное, словно выжег всю энергию в организме. Так, по крайней мере, сказали врачи, — встрял Макс. Я вздохнул. Да, похоже, способность теперь начала работать как надо, но её применение может принести мне немало проблем. Как объяснить окружающим, что для меня сейчас нет разницы, какого ранга сверх, я смогу справиться с любым, но с высокоранговыми время сильно лимитировано, и кулдаун там непреодолимо высокий. Просто потому, что моё тело не способно выдержать такую нагрузку, принять и выплеснуть подобное количество силы. Нужно рассказать обо всём Меньшикову, когда встречусь с ним. Как опытный и высокоранговый сверх, он наверняка сможет придумать методику, по которой я стану сильнее и выносливее и увеличу, тем самым, время применения абилки.
— Это далось мне очень непросто, — произнес я, глядя перед собой.
— Твоя способность? — прошептала Иоко, накрыв мою ладонь своей.
Я кивнул.
— Она самая. Нестабильная штука, которая может разорвать меня изнутри, если использовать слишком много. Не могу рассказать, в чем заключается принцип её действия. Чуть позже, ладно?
Девушка мягко улыбнулась.
— Как только сочтёшь нужным.
Макс тоже кивнул, скривившись от боли. Похоже, руку другу поломали знатно. Ну, до свадьбы заживёт, так, кажется, принято говорить здесь?
Некоторое время мы молчали, потом Макс принялся рассказывать забавные истории из своего детства, Иоко, чуть помедлив, присоединилась, поведав увлекательный рассказ о том, как она разбила любимую вазу отца и потом пряталась по всему дому, опасаясь гнева старика.
Выговорившись, оба уставились на меня. Я фыркнул и пожал плечами.
— Знаете, со мной ничего особо интересного не происходило, если не считать того случая, когда я подавился бутербродом и, как следствие, стал тем, кем вы привыкли меня видеть.
— Серьезно? — глаза Макса стали соизмеримы с блюдцами.
— Вроде того. Как выяснилось позже, я случайно сломал печать, сдерживавшую силу, и, благодаря еще одному моменту, сумел быстро наверстать упущенное.
— Выходит, ты не совсем врождённый сверх? — прошептала Иоко.
— Как знать. Бабуля могла бы поспорить на этот счёт, но мне плевать, если честно. Какое значение имеют события прошлого, когда главное — что будет завтра, и что есть сейчас.
— Ты прав, — качнул головой Макс. — Ты наш друг, и нам не стоит думать, что могло бы измениться.
Тиба хотела что-то сказать, но дверь в палату открылась и зашёл улыбающийся Меньшиков.
— Здорово, орлы! — приветствовал он нас. — И молодая девушка.
— Аркадий Николаевич, вот уж не ожидал, что вы так скоро нас навестите, — усмехнулся я. — А как же постельный режим?
— Да к черту его! Уже ничего не болит, только чешется, а эти, в халатах, только и твердят, что «лежите, лежите». Тьфу!
Директор выглядел более живым, чем раньше, может, вследствие долгого отсутствия нормального общения, а может, счёл нас достойными показать настоящие чувства.
Иоко пересела на краешек кровати, освободив стул для Аркадия Николаевича. Усевшись, тот коротко рассмеялся и покачал головой.
— Надо же, за всю жизнь ни разу не приходилось благодарить за спасение детей. В стольких переделках побывал, и на вспомнить, но ребятишки в моих спасителях не числились. Спасибо вам, парни, буду обязан.
— Ну разве я мог оставить своего наставника без помощи? — подмигнул я. Меньшиков хохотнул.
— Верно, Мистик. И скоро я постараюсь оправдать твои ожидания. Учитывая, что вы оба почти здоровы, надеюсь увидеть вас завтра в школе.
Глаза директора как-то нехорошо блеснули.
— Что-то мне подсказывает, что ничего хорошего для меня лично эта встреча не несёт, — пробормотал я.
— О да, — Аркадий Николаевич довольно зажмурился. — Ох и буду я тебя, лодыря, гонять. Это ж надо, такой талант, а физическая форма на уровне чуть лучшем, чем у обычного человека. Как докатился до этого печального факта, Мистик?
— Да никак, — честно признался я. — Никогда не любил ни физкультуру, ни тренировки.
— Лентяй! — сокрушенно воскликнул директор. — Ладно, держись у меня! И надейся, что тебе позволят остаться в больнице подольше.
Поднявшись, Меньшиков помахал нам рукой и отправился по своим делам.
— Эх, не видать мне отдыха в ближайшее время, — демонстративно вздохнул я. Макс рассмеялся.
— И правильно, ты ведь способен на большее, так пусть Аркадий Николаевич это самое большее и раскрывает.
— Согласна, — поддакнула Иоко.
— Злые вы, уйду я от вас, — надулся я. Но тут пришли медсёстры, потащившие нас с Максом на обследования, и стало не до обид.
К вечеру, вдоволь поиздевавшись над нашими тушками, доктора отпустили нас домой, взяв честное слово беречь себя хотя бы пару дней. Неторопливо шагая по улице, мы с наслаждением вдыхали не больничный воздух, а самый что ни на есть свежий.
— Хорошо все же жить, — негромко заметил Макс. — В какие-то моменты наших позавчерашних баталий мне действительно стало казаться, что меня убьют. Чудо, что мы выжили.
— Чудес не бывает, — хмыкнул я. — Нужно пахать еще больше на тренировках, особенно мне.
— Не перестарайся, а то кто будет по вечерам отрабатывать? — Тиба взяла меня за руку. Макс окинул нас ехидным взглядом.
— Смотрю, ребят, вы и правда крепко сошлись. Поздравляю! На свадьбу только не забудьте потом позвать.
— Иди ты, — беззлобно ругнулся я. Момент затишья был настолько непривычным и приятным, после двух дней беготни и драк, что хотелось растянуть его подольше. Правда, если верить словам Носова, есть шанс нехило так влипнуть, откройся правда насчёт личности убийцы Ириса. Могу представить, сколько желающих проверить меня на прочность появится. Станет жарче чем в Японии. Там, между тем, уже должно было всё утихнуть. Почему тогда Куро не выходит на связь? Да и мама молчит.
Общежитие, ставшее почти родным, встретило нас пустой комнатой, в которой витал непривычный для меня запах дома, духов Иоко и чего-то вкусного.
— Я приготовлю что-нибудь, вы пока примите душ, — распорядилась девушка, отправляясь мыть руки и переодеваться.
— Сейчас, только Янке звякну, — послушно кивнул Макс. Что странно, он может сколько угодно смеяться надо мной, подкалывать, спорить, но против Тиба никогда не идёт. Боится её, что ли?
Через полчаса мы вчетвером устроились за столом, поглощая припозднившийся ужин и обсуждая последние новости.
— В школе ничего интересного, разве что Носов сказал, будто бы вы заболели, — рассказывала Яна. — Многие связали это с «больничным» директора, но не стали строить догадки.
— Нам же легче, — обрадовался Макс. — Не придётся выдумывать ложь.
— В кои-то веки соглашусь с тобой, — рассмеялся я. — Лишнее внимание мне сейчас ни к чему. И так, если вспомнить слова Сергея Витальевича, есть вероятность огрести от аристократов и других сверхов.
— Что правда, то правда, — Яна отпила сок из стакана и вытерла губы салфеткой. — Поверить не могу вашему рассказу. Ирис фон Вельтвайт! Один из сильнейших в Империи! Как ты сумел его раскатать, Мисти
Арка пятая: Отборочные
Крис
Птичка, расхаживающая по перекладине и внимательно наблюдавшая за мной тёмными глазками, изрядно напрягала. Почему-то казалось, что ещё немного – и пернатое создание со всей дури долбанет клювом мне в пятку, и, злостно чирикая, улетит. Но, к счастью, ничего такого не происходило, и, тем не менее, присутствие безмолвного свидетеля моих жалких потуг не радовало.
Чем же я таким занимался? Готов поспорить, это трудно считать нормальным. Я висел вниз головой, привязанный за ноги к крепкой стальной перекладине. Мало того, что само висение в такой позиции не слишком приятно, так мне ещё и приходилось периодически силой поднимать туловище наверх, чтобы коснуться кончиками пальцев перекладины.
Сколько раз с начала тренировки я проклял Меньшикова, словами не передать. Якобы, благодаря этому упражнению, мой пресс по прочности станет на уровне металла, но ведь тяжело! И поставленное условие в двести подъёмов отнюдь не добавляло оптимизма, тем более, что пока я выполнил только пятьдесят восемь.
Но, зато, в перерывах между пыхтением и попытками дотянуться до стальной рамки, можно было пораскинуть мозгами и осмыслить события, случившиеся несколько дней назад. По правде сказать – прошло всего три дня с момента дуэли, но для меня они превратились в пытку. На следующее утро, в воскресенье, Аркадий Николаевич позвонил в шесть часов, приказав собираться и через двадцать минут быть в зале. Осыпая наставника трехэтажным матом, я шустро переоделся и помчался в школу. С того дня и начались изматывающие тренировки на укрепление тела и выносливости. Если раньше мне казалось, что учитель слишком жёстко взялся за наши уроки, то теперь те деньки вспоминались с теплотой. Потому что постоянные прыжки, приседания, отжимания, бег, перекладины и гири с гантелями начали вызывать стойкое отвращение и панику. А ведь прошло только два дня с небольшим!
После моего вопроса, зачем такой усиленный режим, директор ответил, что впереди серьезные соревнования, перед которыми ещё этап школьных отборочных, и он хочет видеть меня в победителях, а не посередине списка. Ответ мне, само собой, не понравился, но вполне удовлетворил. И, так уж вышло, совпадал с моими собственными целями, в особенности, если вспомнить последний разговор с Куро, когда он едва ли не ультиматум поставил: выиграть межшкольный турнир, заняв не ниже второго места. Так что я пыхтел, страдал, матерился, но продолжал выполнять все указания мастера, в надежде, что когда-нибудь это всё прекратится. Ну, учитывая регулярное прибавление нагрузок, прекращусь, скорее всего, именно я, и очень скоро.
С другой стороны, результаты и впрямь пошли: тело стало гораздо крепче, и теперь, уверен, мои кости не поддались бы так легко кулакам Громова. Ещё бы к таким тренировкам побольше спаррингов, и вообще прекрасно, но из партнёров для отработки движений у меня только наставник. А тот не слишком щадит мою тушку, вовсю пиная из угла в угол, пока не вырублюсь. И потом катком проходится по ошибкам, совершенным во время боя. Только каким образом я должен успевать защититься, если Аркадий Николаевич реально поднял процент использования своей силы делений на десять-пятнадцать?
С ним и раньше было непросто спарринговать, а теперь и вовсе, даже с применением зеркалки. Впрочем, зеркалка – самый крайний случай, нужно научиться драться без неё, ведь, если посудить честно, Громова я победил по воле везения. Используй он раньше свои родовые умения, и меня бы собирали в совочек, потому как даже без абилок Егор оказался очень силён. Так что, надеюсь подкачаться и попросить его отца устроить нам тренировочный матч, уже по полной программе и на равных, без способностей. Уверен, это окажется гораздо интереснее недавнего поединка.
– И долго ты ещё будешь бездельничать? – раздался недовольный голос Меньшикова, заставив меня дернуться от неожиданности. Вот же..! Так задумался, что не услышал шагов и не почувствовал присутствия наставника.
– Так ведь выполняю задание, – отмазался я, совершая очередной подъём. Аркадий Николаевич цокнул языком.
– Слишком медленно, Мистик. Даю тебе семь минут, чтобы закончить оставшиеся сто восемь повторений, а если не справишься – будешь делать тысячу приседаний.
Я стиснул зубы. Нет уж, ну нахрен эти приседания! Чисто ради интереса, попробуйте как-нибудь без остановки поприседать с собственным весом тысячу раз. Это займёт много времени, конечно, но вы ощутите, насколько непростое и выматывающее задание. Хуже только тысяча отжиманий.
Хотя, пожалуй, такое количество упражнений весьма благотворно сказывается на физической форме. И ради этого я готов был терпеть желание сдаться, послать все к демонам и прекратить.
– Не думаю, что на отборочных у тебя возникнут проблемы – в нашей школе всего несколько сверхов шестого ранга – но лучше быть готовым ко всему, – задумчиво произнёс наставник, расхаживая рядом. – Всё же твоя победа над Егором была, по большей части, невероятным везением и удачным стечением обстоятельств.
– Но ведь везение и есть стечение обстоятельств, – поддел я Аркадия Николаевича.
– Не цепляйся к словам, – отмахнулся тот. – Ты прекрасно понимаешь, о чем речь. Мы должны сделать так, чтобы подобные победы перестали быть случайными, и стали закономерными. Соревнования между школами окажутся гораздо тяжелее наших.
– Могу представить, – пропыхтел я. – Ранее мне казалось, что наша школа – элитная, одна из лучших.
– Так и есть, – с гордостью кивнул Меньшиков. – Но другие школы высокого уровня тоже способны выставить крайне опытных и талантливых бойцов. Потому – не расслабляться!
Я оставил последнюю реплику без ответа, ведь и так очевидно, что нельзя сейчас давать слабину. Слишком уж жёсткое условие поставил отец, но оно выполнимо. Если, конечно, за кратчайший срок удастся наработать более прочное тело, потому что именно это является ахиллесовой пятой. По количеству и качеству внутренней энергии я могу дать прикурить, пожалуй, любому сверху седьмого ранга, и заставлю чуток понервничать восьмого. Но ровно до тех пор, пока они не перейдут в плотный контакт. Вот где моя тушка быстренько сдуется и перестанет подавать признаки жизни. Да и использование костылей вроде зеркалки тоже не доставляет удовольствия. Пора включить работу в комплексе.
Я уложился в шесть минут и пятьдесят две секунды, после чего, еле-еле дотянувшись до перекладины, отвязал ноги, повиснув на руках. Покачавшись так с полминуты, тихонько спрыгнул, мягко приземлившись. Стоило выпрямиться, как туловище ощутимо заныло, сигнализируя о вполне успешном воздействии упражнения.
– Готово? Вот и славно, – усмехнулся Аркадий Николаевич. – Пожалуй, завтра подберу тебе какого-нибудь спарринг-партнера, подходящего по рангу, чтобы вы оба смогли использовать способности. А то, случись похожая битва на турнире, и ты вряд ли будешь действовать грамотно. Надо подготовиться.
– Надо, так надо, – я покорно вздохнул, ощущая острое желание зевнуть. Ночью было не до сна, и, после интенсивной тренировки, хотелось немножко вздремнуть.
– На сегодня, полагаю, всё, – кивнул наставник. – И высыпайся уже нормально перед нашими занятиями, а то смотреть больно.
Я фыркнул.
– Как пожелаете, мастер. Я могу идти?
– Ступай, – отмахнулся Аркадий Николаевич. – Не забудь поесть, а то знаю я тебя, лодыря.
– Само собой, обижаете, учитель! – прокричал я, на ходу стягивая тренировочные штаны. Залетев в раздевалку, шустро сменил прикид и, закинув рюкзак на плечо, быстрым шагом направился в сторону футбольного поля. Через полчаса как раз назначен матч с параллельным классом, куда Макс едва ли не силой затащил и меня, взяв слово, что приду участником, а не болельщиком. Друга надо выручать, так что придётся побыть футболистом.
Забавно, что в теплую погоду наставник предпочитал проводить занятия на спортивной площадке за школой, тогда как раньше мы не вылезали из спортзала. Но мне так нравилось даже больше: свежий воздух добавлял сил и энергии, в отличие от сухого – в помещении.
На поле собралось уже довольно много людей: и наших, и из соседнего класса. Взгляд выцепил из толпы Макса, и я направился к другу.
– Разминаешься? – поддел пытающегося выполнить растяжку товарища. Макс шумно выдохнул и выпрямился.
– Разогреваюсь. Как твоя тренировка?
– Было непросто, – признался я, бросая сумку рядом с сеткой. – Дурацкие упражнения!
– Зато, кажется, ты поднабрал, – хмыкнул друг, ткнув меня пальцем в бок. – Скоро будешь как Арнольд в золотые годы.
– Угу, конечно, – фыркнул я, меняя обувь на более удобные шиповки. Пришлось их прикупить для подобных случаев, слишком часто Макс стал зазывать мячик попинать по вечерам, а в кроссовках по искусственному покрытию как-то не очень удобно бегать.
Мы поболтали еще минут десять, а затем один из наших, рослый крепыш Виктор, вышел на середину поля и прокричал:
– Ну что, олени, начинаем, или вы пас?
Пацаны из параллельного класса хмурой толпой собрались напротив, переглядывались, чему-то заулыбались. От них отделился не слишком высокий, но тоже не обделенный мышечной массой Лёха.
– Думаю, начнём. Готовьтесь, пощады не будет, – предупредил он, после чего повернулся к своим, скомандовав построение.
Мы тоже разбились на два состава: основной и запасной, после чего ринулись в бой. Мяч разыгрывали капитаны самым простейшим и излюбленным способом: «камень, ножницы, бумага». Нам повезло, мы получили возможность бить первыми.
Противник оказался не из простых, и первую половину матча мы откровенно продули. Зато во второй смогли перехватить преимущество и начать лидировать, главным образом потому, что Витька взял на себя Лёху и нам с Максом стало проще использовать парные комбинации пасов и ударов. В итоге, к концу второй половины, мы забили два гола подряд, тем самым окончательно разрывая вражескую команду в пух и прах.
– Ура! – дружно заорали наши, бросаясь обниматься и праздновать победу.
– Отлично сработали, – Макс похлопал меня по плечу. – Хотя поначалу казалось, что не затащим.
– Нет ничего невозможного, – пропыхтел я, после чего с удовольствием хлебнул воды из бутылки. Майка прилипла к телу, а ноги устало подрагивали. Победа далась нелегко.
Тут, где-то в стороне, раздался шум. Мы повернулись на звук, и увидели, как Лёха крепко сцепился с нашим вратарём, удар за ударом превращая его лицо в кровавое месиво.
Вратарь не был сверхом, тогда как Алексей – был, пусть всего третьего ранга. Этого достаточно, чтобы оборвать жизнь человека с легкостью, сравнимой с уничтожением муравья.
– Наших бьют! – заорал Витёк, кидаясь на ближайшего противника из соседнего класса. Не успели мы с Максом переглянуться, как все вокруг оказались вовлечены в бойню. Часть парней на стороне противника являлась сверхами, человека три-четыре, у нас же из нелюдей были только мы с Сергеевым. Вполне очевидно, что я забеспокоился о сохранности одноклассников, и ринулся помогать.
Но дорогу мне преградил невысокий щуплый парнишка, на год или два младше, так сразу не понять. Он выглядел очень странным, с длинными тёмными волосами, подкрашенными на кончиках в серебристый, и с равнодушным взглядом серых глаз.
– Уйди, малец, иначе не посмотрю на возраст, отправлю тебя в больничку, – прорычал я, не сбавляя скорости. В следующий миг чувство опасности взвыло дурным голосом, заставив меня отпрыгнуть в сторону, пропуская мощный удар ногой, вспоровший воздух и грозивший, по меньшей мере, переломать мне пару ребер.
Пришлось взглянуть на мальчишку внимательнее. Сверх шестого ранга, не самый сильный противник из всех, с кем я сражался. Но, кто знает, какие козыри у него в рукаве?
Сдвинув брови, я хмыкнул.
– Что ж, ты сам этого захотел.
Макс промчался мимо, врезался в Лёшку, опрокинув на землю. Похоже, другу пока помощь не требуется. Вот и славно, разомнусь с этим пареньком.
Скользнув вбок, я чуть пригнулся, пропуская боковой удар, выпрямляясь, атаковал сам, подбросив мальчишку на добрых два метра в высоту. Но противник оказался не промах, сгруппировался, приземлился на ноги, всё так же равнодушно бросился снова.
Удары руками замелькали на невероятно высокой скорости. И, вроде бы, я успевал за ней, чуть выше моей, не более, но мальчик как-то странно бил: держал кулак не прямо, а чуть под углом, тем самым смещая удар и пробивая мою защиту. Да и выпады его хорошо чувствовались, каждый новый оставлял на моём теле небольшой, но болезненный синяк.
Пора бы заканчивать.
Я слегка покосился в сторону, и с удивлением отметил, что драки вокруг прекратились, и все теперь следили за нашим сражением. Ладно, не будем расстраивать зрителей.
Я принципиально не использовал зеркалку, потому как Меньшиков в принципе советовал в любых случайных драках избегать применения способности, рассчитывая на собственные силы и умения. Так что сейчас я полагался только на наработанную физуху и только-только намечающийся стиль боя.
Приняв удар на сдвинутые вместе предплечья, я уклонился от следующего, атаковал боковым правой, попав мальчишке в скулу. Паренька снесло на землю, но он перекатом погасил скорость, вскочил на ноги, спокойно контратаковал. Уверенные движения, ровный ритм и ледяной взгляд выдавали в противнике опытного бойца. Пожалуй, даже более опытного, чем я.
С другой стороны, мне его удары особого беспокойства не доставляли, а вот мои, подними я процент силы в каналах с сорока до пятидесяти хотя бы – переломают парню кости. Только вот не хочется его калечить, юные таланты нужно поощрять, а не закапывать в землю.
Мальчик шагнул вперед, чуть смещая корпус, крутанулся на одной ноге, одновременно занося для удара вторую. Слишком медленно, привык я уже к твоей скорости, она явно ниже, чем у наставника, с которым приходится спарринговать.
Раз – я перехватил конечность противника, два – потянул на себя, три – подсечкой лишил мальчишку равновесия, и четыре – ударом раскрытой ладони в грудь впечатал в искусственное покрытие поля, но неглубоко.
Выпрямившись, я шумно вздохнул, но тут мир вокруг перевернулся, а мой затылок нехило приложился о землю. Над собой я увидел паренька, занесшего кулак.
Плохо, слишком расслабился под конец, и не добил врага. Но я был уверен, что он слился, ан нет – крепкий малый.
– Этот поединок не в мою пользу, – спокойно заметил мальчик, протянул ладонь. Я хмыкнул и принял помощь, встал на ноги.
Футболисты вокруг загомонили, принялись обсуждать поединок, постепенно разбредаясь в стороны, но мой противник остался. К нам подошёл Макс.
– Неплохо дерёшься, малец, – похвалил он парня. – Ловко подловил этого типа в конце.
– Согласен, – признал я, издав тяжкий вздох. – Но мне показалось, что ты больше не встанешь.
– Я и не хотел, – так же равнодушно заметил мальчик. – Но потом понял, что могу, и решил напоследок это показать. Меня, кстати, зовут Крис.
– Я Мистик, а это Макс, – представил я себя и друга. Паренёк кивнул.
– И почему я тебя раньше не видел? – задумчиво протянул Максим.
– Я перевёлся пару дней назад, – пожал плечами Крис. – Мало кого здесь знаю, вот, знакомлюсь потихоньку.
Разговаривал он тоже странно: словно постоянно подбирал слова и выражения. Позже до меня дошло, что, кажется, Крис не был русским, и не владел языком так, как мы с Максом. Вот и приходилось растягивать фразы, пытаясь донести мысль до собеседника.
– Ты хорошо сражаешься, да и ранг достаточно высокий, – я похлопал мальчика по плечу. – Наверняка ведь будешь участвовать в отборочных?
– Конечно, – кивнул Крис. – Мне тоже понравился бой, но хотелось бы сразиться снова.
– Взаимно, – рассмеялся я. – Давай повторим на отборочных соревнованиях, там явно будут индивидуальные поединки, с твоей-то силой, мы точно столкнемся на ринге.
– Хорошо, я буду ждать, – мальчик изобразил странное подобие улыбки, затем слегка поклонился нам и ушёл вслед за одноклассниками.
– Необычный паренёк, – негромко произнёс Макс. – Есть в нем что-то… жуткое.
– Пожалуй, да, – не стал отрицать я. – Может, познакомимся поближе во время школьного этапа соревнований. У него хороший потенциал.
– Кстати, о потенциале, – Макс вдруг смущённо вздохнул. – Слушай, не могу ли я присоединиться к вашим тренировкам с Аркадием Николаевичем?
– Зачем тебе это? Ты и так в отличной форме.
– Надоело чувствовать себя слабаком, – скривился друг. – Против середняков я справляюсь без проблем, но, стоит встретить реально крепкого противника, вроде этого Криса, и всё – приплыли. Мне нужна сила, Мистик, я хочу прикрывать твою спину, стать более надёжным товарищем.
– Понимаю, – задумчиво сказал я, глядя в сияющие надеждой глаза Макса. – Поговорю завтра с наставником, но лично обещать ничего не буду, сам понимаешь, не от меня зависит.
– Конечно, братец. Спасибо тебе! – обрадовался Максим. – Мне этого вполне достаточно.
На том и порешили. Взяв сумки с вещами, мы неспешно отправились в общежитие, где нужно было встретиться с девчонками. На вечер хотели толпой сходить в кино, а потом погулять по центру, и всё ещё надеялись осуществить запланированное.
Потому что тренировки тренировками, а отдых – это важно.
Помощь
Фильм нам, в общем-то, понравился, тем более, что там было много элементов комедии. В итоге мы неплохо провели время, местами хорошенько посмеялись, но, уверен, пересматривать это кино не стану.
После кинотеатра отправились гулять по центру, наслаждаясь свежим воздухом и приятной погодой. Чуть позже, по единогласному решению, заскочили в небольшое, но весьма уютное кафе, где заказали плотный обед на четверых.
– Девчонки рассказывали, что тут вкусно кормят, да и цены не слишком кусаются, – сообщила Яна, листая меню. – И, кажется, они были правы.
– На мой взгляд, здесь кроме молодёжи никто не собирается, – хмыкнул Макс, оглядев зал. Мы устроились в углу, рядом с раскидистым кустом непонятного назначения. То ли он призван был загораживать посетителей от лишних взглядов, то ли фильтровать воздух – что маловероятно, учитывая некоторую полудохлость растения.
– Кстати, да, – согласилась девушка. – Причем, если приглядеться, то это не самые бедные ребята. Вон, тот парень учится в нашей школе, на год старше, сын влиятельного политика. А девчонка вместе с ним – дочь известной журналистки, в будущем сама планирует пойти по стопам матери. Та ещё шлюшка, языком умеет работать. И в прямом, и в переносном смысле.
– Дай угадаю: тоже учится у нас? – поддел я. Яна кивнула.
– Вроде да. А те двое мальчишек помладше – подающие надежды бойцы из соседнего района, там тоже школа для богатеньких. Семейство у них не премиум класса, но, полагаю, достаточно влиятельное в пределах нашего города.
– И откуда ты всё это знаешь? – с ехидцей полюбопытствовала Иоко. – Следишь за личной жизнью окружающих?
– Слухами земля полнится, – пожала плечами Яна. – Что-то рассказали, что-то в соцсетях увидела, сейчас век цифровых технологий, это вы двое ими, почему-то, не пользуетесь.
– Времени нет, – переглянувшись, хором ответили мы. Девушка фыркнула и махнула рукой.
– Два сапога пара, что с вас взять. О, кажется, наш заказ!
Официант принёс широкий поднос с тарелками, аккуратно выставил их на стол. Мы вооружились вилками и ножами и принялись за еду.
– Готовы участвовать в отборочных? – полюбопытствовала Яна, запивая соком.
– Для чего, ты думаешь, я целыми днями впахиваю на тренировках с Меньшиковым? – усмехнулся я. Староста хихикнула.
– И правда. После того боя с юным гением ты попал под прицел молодых сверхов со всей округи. В нашей школе многие начали поглядывать в твою сторону, правда, пока не решаются вызвать на бой. Воспоминания о дуэли ещё свежие. Но, будь уверен, между этапами турнира, особенно, когда выйдешь на межшкольный уровень, желающих прибавится, и они не станут просто наблюдать.
– Могу представить, – поморщился я. – Но, как ни крути, это ценный опыт, и я не против. Пусть приходят, у меня есть, чем их угостить.
– Круто сказал! – восхитился Макс. – А уж если мне разрешат стать твоим соратником по залу, так вообще сказка.
– Тебе-то зачем? – недовольно пробормотала Яна. Макс постучал пальцами по столещнице.
– Надоело быть позади, знаешь ли. Не хочу уступать Мистику всю славу, я ведь тоже достоин!
– Балда ты, – поджала губы девушка. Макс фыркнул, переложил из своей тарелки в её свежие нарезанные томаты.
Яна стала дуться чуть меньше.
– Что насчёт школьных отборочных соревнований? – спросил я друга. – Есть там крепкие ребята, которых стоит опасаться? И каковы наши шансы в командных состязаниях?
– Шансы неплохие, – чуть поразмыслив, ответил он. – Хотя, конечно, найдутся команды более высокого уровня, чем наша, но, уверен, мы дадим им жару. По поводу крутых ребят… Есть несколько человек, про которых в нашей школе известно всем: непобедимая четвёрка, Симфония.
– Странное название для банды, – удивлённо протянул я.
– Вполне оправданное. В квартет входят три парня и девушка, и это реально опытные бойцы, с детства занимающиеся единоборствами и развивающие свою внутреннюю силу. Когда они сражаются все вместе, это выглядит настолько технично и слаженно, что невольно напоминает какую-то постановку, выступление, отточенное до мелочей. Отсюда и поэтичное название.
– Полагаю, мы стопроцентно с ними столкнёмся, если пройдём, – я хлебнул сока, наполовину опустошив стакан. – Что ж, никто не обещал лёгкую прогулку, придётся постараться, чтобы попасть на межшкольные.
– Помимо этих четверых есть ещё бойцы-одиночки, которые крайне редко присоединяются к какой-либо группе, но сами по себе представляют большую угрозу. Среди них стоит опасаться Олега Воробьева, этот парень на шестом ранге, но не уступит том же Крису, а, может, даже сильнее него.
– Занятно, – улыбнулся я. – Буду рад встретиться с каждым из них, и испытать себя в бою.
– Где уже десерт? – возмутилась Яна, когда мы закончили обсуждать грядущие соревнования, а сладкое нам так и не принесли.
– Пойду, узнаю, – Макс поднялся и направился к администратору. Я тоже встал, решив прогуляться к местам первостепенной важности.
Выбравшись из зала, где играла негромкая приятная музыка, я прошёл через небольшой коридорчик к двери мужского туалета. Кабинки здесь оказались весьма аккуратные, что многое говорило об уровне заведения. Сделав своё грязное дело, отправился мыть руки, взглянул на себя в зеркало, и замер: позади, из соседней кабинки, выходил Егор Громов. Мой бывший соперник выглядел неплохо: руки-ноги срослись (за несколько-то дней!), хотя, кажется он всё ещё прихрамывал, но это и понятно, тяжело даже для сверха такого уровня восстановиться так быстро.
Егор увидел меня, на удивление, широко улыбнулся и кивнул.
– Здравствуй, Мстислав.
– Привет, – неуверенно пробормотал я. Надо же, похоже, недавняя спесь все-таки слетела с парня, и теперь он стал похож на адекватного человека. Всего и нужно было: отхватить люлей от сверха рангом ниже.
– Рад, что ты идёшь на поправку, – я кивком указал на правую ногу, на которую Егор старался не опираться. Громов хмыкнул.
– Да, я тоже. И буду не против, если мы снова столкнёмся в бою, уже на межшкольных. Надеюсь восстановиться к тому времени, и показать тебе всё, на что способен.
– С удовольствием встречусь на соревнованиях, – улыбнулся я. – И… извини за случившееся. Я потерял контроль.
Он махнул рукой.
– Не стоит просить прощения, ты всё сделал правильно. Иначе до меня бы не дошло. Видишь ли, аристократ нашего уровня не имеет права терять голову и считать себя каким-то высшим существом. Я возгордился, и получил заслуженное наказание. Отец был прав.
– В чём именно? – заинтересовался я. Егор вздохнул, включил горячую воду.
– Да, в общем-то, во всём. Ещё до нашей с тобой встречи, почти сразу после убийства Ириса, у нас состоялся разговор, в котором отец сказал следующее: никогда не пытайся прыгнуть выше головы, особенно, не зная своего противника. Тогда я не воспринял его слова всерьёз, слишком был охвачен яростью. Но теперь прекрасно понимаю их смысл. И мне жаль, что я был слеп и глуп.
– Твой отец мудрый человек, – демократично заметил я. – И невероятно тактичен, что меня в нём удивило.
– Его воспитывали по старым устоям, – довольная улыбка слегка тронула губы Громова. Видно, что парень гордится отцом. И не зря, как по мне.
– В сравнении с ним, мой – избалованный подросток, – проворчал я. Егор изумлённо приподнял брови, бросил на меня короткий, но красноречивый взгляд.
– Странно слышать такое от сына величайшего воина Империи, – негромко сказал юноша. – Лучше бы ему оставаться весёлым и несерьёзным, потому что, если Повелитель Бездны перестанет улыбаться, нам всем придётся туго.
– Возможно, – не стал я отрицать. Сказать по правде, мне до сих пор мало что было известно о своём отце. Он не спешил откровенничать, а я не спрашивал. При каждой нашей встрече находилось большое количество более важных вопросов, чем копание в прошлом. Хотя, само собой, оставалась надежда, что рано или поздно мы-таки поговорим начистоту.
– Между прочим, мне бы не помешала твоя помощь в одном вопросе, – немного неуверенно начал Егор.
– Кого надо прибить? – подобрался я. Громов фыркнул.
– Никого. Вопрос касается, скорее, меня, чем других. Речь о моём дне рождения, который состоится в пятницу. Я бы хотел устроить большой и интересный праздник, но, если честно, понятия не имею, какие можно подать блюда, и чем развеселить гостей.
– Неужели первый раз в жизни празднуешь день рождения?
– Не первый, – смущённо пробормотал Егор. – Но, так уж вышло, раньше организацией праздника занимались родители, а в этот раз отцу некогда, и он попросил меня самого заняться приготовлениями.
– А ты ничего не смыслишь в этом, – закончил я фразу.
– Именно. Поможешь?
– Почему бы и нет, – пожал я плечами. – Только вот я тут не один, а с друзьями.
– Чем больше людей, тем веселее, не так ли? – Громов вытер руки салфеткой, затем смял бумажку и бросил в урну.
– В таком случае, пойдём, поговорим с ребятами, – я вышел в коридор.
Макс уже вернулся, и не один: официант как раз заканчивал расставлять вазочки с десертом. Увидев Егора, мои друзья изрядно удивились, растерялись и, кажется, утратили дар речи.
– Вы словно с призраком повстречались, – хихикнул я, усаживаясь на своё место. – Расслабьтесь, Громов нормальный пацан. И у него есть просьба.
Озвучив проблему Егора, я натолкнулся на недоверчивые взгляды.
– Знаешь, Мистик, мне кажется, только ты обладаешь невероятной способностью встречать своих бывших противников повсюду, – негромко прошептала Иоко, приблизившись ко мне.
– Что поделать, карма, видимо, у меня такая, – развёл я руками. – Ну что, друзья мои, поможем?
– А куда нам деваться, ты ведь всё равно намерен поддержать Егора? – Яна с ехидной улыбкой отставила вазочку в сторону.
– Отчасти я перед ним немного виноват, и вы прекрасно это знаете. Так что, да, намерен.
– Ну и неужели ты думаешь, что мы тебя кинем? – Макс покачал головой. – Поехали, поглядим на месте, что там нужно делать.
– Ты как – на машине? – повернулся я к Громову. Егор с усмешкой кивнул. – Тогда погнали!
Вместительный внедорожник позволил всей нашей компании разместиться со всеми удобствами, после чего мрачный водитель вырулил на дорогу и повёл машину в сторону пригорода. Там, как мне по секрету шепнула на ухо Яна, располагались особняки богачей, любивших быть «ближе к природе», но с комфортом. Недавно отстроенный микрорайон, по сути, куда обычным смертным проход заказан. Но, так уж вышло, что нам повезло побывать в таком месте, вот и посмотрим, вдруг удастся урвать кусочек земли в дальнейшем?
– И почему мне это напоминает дом главного злодея из какого-нибудь второсортного боевичка? – задумчиво пробормотал я, глядя, как авто заруливает на широкую асфальтовую дорожку, ведущую на невысокий холм, где и располагалось поместье Громовых. Трехэтажный особняк, с большим двором, гаражом, с уходящими вниз двумя подземными этажами парковки, огороженный высоким надёжным забором.
Егор рассмеялся.
– Знаешь, я также сказал отцу, когда впервые увидел это место. На что он ответил: шаблоны надо поддерживать.
Я хрюкнул, стараясь не заржать в голос.
– Крутой у тебя батя, в общем, – сдавленным голосом ответил Громову.
Машина заехала во двор и остановилась на парковке перед гаражом. Мы высыпали наружу, с удовольствием осматриваясь. Перед домом оказалась посыпанная гравием дорожка, по бокам которой росли красиво остриженные кустарники. Налево уходила тропинка поменьше, теряясь где-то за углом дома. Похоже, там сад. В целом планировка двора напоминала особняк Кэтсуо, там тоже было нечто очень похожее.
– Почти как у нас дома, – прошептала Иоко. В голосе девушки послышались нотки грусти. Проклятье, я и забыл совсем, что она первый раз так далеко от Японии, без родных, да ещё и вынуждена быть сильной, поддерживать меня и новых друзей. Эх, дурак ты, Такаяма Рюу, надо чаще оглядываться по сторонам, да на близких обращать внимание.
– Ничего, на каникулах съездим, проведаем старика, – пообещал я, заслужив благодарный взгляд и лёгкий поцелуй в щёку.
– Идёмте, – Егор направился по дорожке к дому. У дверей как-то незаметно появился молодой человек лет тридцати, может, чуть больше, одетый в строгий костюм. Выправка, спокойный взгляд и сбитые костяшки рук свидетельствовали, что перед нами опытный боец, а услужливый поклон и вовремя открытая дверь дали понять, что это хороший дворецкий.
– Денис, приготовь, пожалуйста, кофе для гостей, – попросил Громов-младший. Дворецкий ещё раз поклонился, дождался, пока войдёт последний из нашей компании, и отправился прямо по коридору, тогда как мы завернули направо.
Гостиная в поместье Громовых внушала уважение: качественная отделка, минимум лишних украшений и витиеватых узорчиков, максимум уюта. Моё внимание привлёк широкий камин, прямо напротив входной арки. Рядом стояли два кресла и небольшой столик.
Так уж вышло, что к каминам я давненько испытываю слабость, и очень бы хотел организовать подобный уголок у себя в поместье, в Японии.
Правее, по центру комнаты, находился длинный стол, подпираемый стульями по бокам, с левой стороны, у стены, разместили большой плазменный телевизор и бар.
– Классно у вас! – искренне восхитился я.
– Спасибо, обстановку проектировала мама, – заметил Егор.
– Она молодец, – похвалил я. – Ничего лишнего, зато как уютно. И камин, о!
Иоко хихикнула, уже зная о моих предпочтениях: в последнее время мы часто разговаривали на тему вкусов и интересов, случайно обнаружив, что во многом похожи.
– В этом зале ты собираешься устраивать вечеринку? – полюбопытствовал Макс, прохаживаясь.
– Нет, у нас есть ещё банкетный зал, специально для празднований. Там места побольше, можно собрать порядка двух сотен человек.
– Нехило! – присвистнул Макс. – Покажешь?
– Конечно.
Я с тоской покосился на камин, но последовал за всеми. Большой зал находился дальше по коридору, за двустворчатыми дверьми, и он действительно соответствовал своему названию. По размерам, кажется, превосходил наш тренировочный спортзал в школе. Да здесь можно на мотоцикле кататься, не то, что день рождения отмечать!
– Вот здесь мы и планируем собраться, – махнул рукой Егор. – Что скажете?
Я подошел к длинному столу, заканчивавшемуся где-то далеко впереди, постучал пальцами по столешнице. Звук эхом разнёсся по залу.
– Хороша акустика, можно петь без микрофона, – одобрил я.
– Да ты по существу скажи, – ткнул меня локтем Макс.
– Если по существу, то надо выбрать стиль праздника, – встряла Яна. – Либо это официальное торжество, и все должны выглядеть соответственным образом: в костюмах, платьях и так далее, либо неформальная вечеринка, и тогда можно развернуться, сообразить что-нибудь поинтереснее.
Девушка замолчала, видя наши вытянувшиеся от удивления лица.
– Что? Я собираюсь стать организатором вечеринок, – фыркнула она, тряхнув копной русых волос. – Для начала, по крайней мере.
– Тогда, может, стоит взять какой-нибудь ватман и накидать туда план мероприятий? – предложила Иоко.
– Будет здорово. Так мы сможем наглядно увидеть, что оставить, а от чего избавиться, – одобрила Яна.
Принесший кофе дворецкий Денис был тут же отправлен за листом бумаги и фломастерами, после чего, заполучив желаемое, мы принялись за мозговой штурм. Написали по центру большими буквами «день рождения», а дальше каждый добавлял свои идеи и мысли, какие конкурсы, элементы, блюда и прочее можно включить в сценарий.
Споря с Максом и Яной о необходимости устроить зажигательное шоу с полураздетыми танцовщицами, я вдруг поймал заинтересованный взгляд Егора, устремлённый на старосту. Похоже, инициативность девушки, вкупе с приятной внешностью, тронули сердце Громова-младшего. И это плохо, потому что Макс тоже заметил, чуть напрягся, сдвинул брови.
– Расслабься, – шепнул я другу. – Мы все знаем, как Яна к тебе относится.
Он медленно кивнул, но не спешил успокаиваться. Впрочем, оно и понятно: конкурент из Егора достаточно сильный. Тут и высокий ранг, и неплохая внешность, и влиятельный род за плечами, который однажды станет под его руку. Для девушки из небедной, но мало значимой семьи, вроде Яны, это отличный шанс устроиться, обрести счастье и жить припеваючи.
И всё же я не верил, что она так легко променяет моего товарища на парня, с которым мы знакомы совсем немного. Потому и не переживал.
– … я говорю, что вы зря решили убрать спиртные напитки! Тогда это превратится не в праздник, а в собрание клуба анонимных алкоголиков, которые мрачно упиваются соком, мечтая о бутылке водки, или хотя бы пива, – ожесточенно спорил я с девчонками.
– Согласен с Мистиком, – поддержал меня Егор. – Там будут не только наши ровесники, но и люди постарше, друзья семьи, которые, уверен, не поймут отказ от алкоголя.
Девушки надулись, но, скрепя сердце, добавили на листок необходимый элемент всех вечеринок.
Хлопнула дверь, раздались равномерные шаги. Мы обернулись, едва ли не вытянулись по струнке, увидев вошедшего. Владимир Громов собственной персоной.
– Добрый день, молодые люди, – с мягкой улыбкой приветствовал он нас. Мы поклонились, в знак уважения к главе рода Громовых. – Вижу, у вас тут яростные дебаты.
– Обсуждаем пятничный праздник, – кивнул Егор. Во взгляде его отца мелькнуло искреннее удивление, но Владимир Иванович быстро с ним справился. Хмыкнул, похлопал сына по плечу.
– Молодцы, продолжайте. Только заберу у вас ненадолго одного молодого человека. – Он взглянул на меня. – Мстислав, можно тебя на пару слов?
– Конечно, Владимир Иванович, – я положил фломастер на стол, кивнул ребятам. – Что-то случилось?
Мы зашагали к выходу из зала.
– Обсудим в кабинете, – предложил Громов-старший. – Поверь, у меня есть, чем тебя заинтересовать.
– Любопытно, – протянул я, гадая, о чем пойдёт речь. Претензий по поводу дуэли у Владимира Ивановича не было. Поводов для сближения между нами, кажется, тоже. Тогда что? Не на войну же он меня собирается отправить, в самом деле?
3. Совет старшего
Кабинет Громова мне понравился. Стильная обстановка, ничего лишнего, каждая бумажка, каждый элемент на своём месте. Видно человека аккуратного, у которого порядок во всём стоит на первом месте. Хороший подход.
– Присаживайся, сейчас Денис принесёт кофе, – Владимир Иванович указал на кресло. Я благодарно поклонился и сел сразу после хозяина кабинета. Погладил украдкой столешницу, проверяя на ощупь, потому что на вид дерево казалось очень приятным, дорогим и необычным. Тактильные ощущения не подвели: текстура дерева под пальцами отозвалась мягким бархатом.
– Нравится? – усмехнулся Громов-старший. Я кивнул.
– Очень. Стоит, полагаю, довольно много?
– Дороже всего остального в этом кабинете, – Владимир Иванович сцепил пальцы в замок. – Знаешь, Мстислав, я очень рад тому, что судьба столкнула вас с моим сыном. То, что вы оба показали на дуэли, произвело на меня впечатление.
– Вы мне льстите, – я вновь ощутил вину, как всякий раз, когда вспоминал драку с Егором. – Ничего выдающегося я не продемонстрировал, а вот ваш сын мог бы здорово меня отделать, успей воспользоваться способностями. Так что, в каком-то плане, бой вышел не совсем честным.
– Если бы он собирался применить свои сверхспособности, Егор бы это сделал, – негромко заметил Владимир Иванович. – Не принижай себя и свои заслуги.
– Простите.
– Не стоит. Мне бы хотелось узнать вот что: ты собираешься участвовать в межшкольных соревнованиях?
– Конечно. Для меня это отличный способ показать себя и найти новых сильных соперников.
– Для моего сына тоже, – покивал Громов-старший. – Он очень любит сражения, на мой взгляд, даже чересчур. Но сильнейшим бойцом не стать без побед над более опытными противниками. Только преодолевая предел человеческого тела, можно стать лучшим. Каждый раз чуть дальше, чуть больше. Ты согласен?
– Пожалуй, да, – чуть подумав, ответил я. – Самое главное, не расслабляться и не переставать считать тех, кто слабее – ничтожествами. Рано или поздно они тоже станут сильными, и, если ты будешь самонадеян, свергнут тебя с престола.
Владимир Иванович слегка удивленно приподнял брови. Затем довольно хмыкнул.
– Интересная позиция. И очень подходит вашему роду. Твой отец такой же, он всегда просчитывает ситуацию целиком на несколько ходов вперед, беря в оборот и то, что происходит вокруг.
– Что вы знаете о моём отце?
Он слегка вздохнул, потер переносицу, собираясь с мыслями, словно не знал, с чего начать.
– Слишком многое, пожалуй. Мы знакомы едва ли не с детства, и всегда соперничали, сколько себя помню. Кирилл уже тогда выделялся среди сверстников излишней сообразительностью. И странным чувством юмора.
Я рассмеялся.
– Он такой. А ещё не очень надёжный отец, ведь я о нём узнал, по сути, совсем недавно. О его роли в своей жизни.
Владимир Иванович качнул головой.
– Похоже на Огнёва.
Стук в дверь, зашёл дворецкий, быстро и точно поставил на стол две чашки кофе, после чего, забрав разнос, удалился.
– Он был настолько целеустремлённым, мне всегда казалось, что уже в то время, будучи ребёнком, Кирилл планировал стать сильнейшим сверхом в мире.
– Но ведь он не сильнейший.
– Кто тебе такое сказал? – ответ Громова-старшего заставил моё сердце забиться в волнении. Действительно, а кто? Это лишь мои мысли, тогда как реальное положение дел по-прежнему для меня остаётся загадкой. И с каждым новым элементом гигантского полотна, представляющего собой мир отца, вопросов становится в несколько раз больше, чем ответов. Сомневаюсь, что когда-нибудь узнаю их все.
– В какой позиции находится мой отец по миру?
– Он второй.
Я застыл, не в силах поверить в услышанное. Второй?! Как такое возможно?
– Но ведь здесь, в Империи, есть ещё четверо сильнейших бойцов! Он один из них, разве нет?
– Из нас, – усмехнулся Владимир Иванович. – Я, Кирилл, его брат, Меньшиков и наш Император. Пятеро сильнейших в Империи, но лишь один из нас зовётся Повелителем Бездны. И неспроста.
– Тогда кто… кто занимает вершину рейтинга?
– По неофициальным данным – российский Император, но на деле – таких людей может быть несколько, и каждый из них претендует на звание сильнейшего. Только взаимоуважение не позволяет им сменить позицию и поставить точку в споре. Так что, надеюсь, появится третья сила, способная свергнуть всех претендентов и занять трон.
Я понял, к чему клонит Громов.
– Вы хотите, чтобы это был ваш сын.
– Не исключаю такой возможности. Чтобы развиваться, и делать это быстро, Егору нужен сильный соперник и стимул. Тогда он сможет достичь высшего ранга до тридцати лет.
– И вы предлагаете мне стать таким соперником?
– Было бы замечательно, – он взял чашку кофе, подул, сделал маленький глоток. – Вы одного возраста, и дух соперничества может послужить хорошим спусковым крючком, как это случилось с нами в то время. По прошествии многих лет конкуренции, мы так крепко сдружились с твоим отцом, что навечно поклялись не причинять вред друг другу и нашим семьям.
– Тогда почему вы не остановили Егора? Вы ведь знали, что он пойдёт мстить за Ириса.
На губах Владимира Ивановича появилась едва заметная усмешка.
– Знал. И решил, что мальчику не помешает остудить пыл, выбить из своей головы горделивые мысли.
– В итоге, все получилось по-вашему, – задумчиво протянул я, глядя на Громова-старшего. Умён, зараза, и способен манипулировать менее опытными игроками в интриги. Есть, чему поучиться. И я обязательно воспользуюсь предоставленной возможностью.
– Так уж вышло, – развёл руками Владимир Иванович. – Но ваша дружба и впрямь оказалась бы кстати, ведь грядут перемены, и молодым талантливым ребятам следует держаться вместе. Пусть и в позиции конкурентов.
– Поверьте, у меня нет никакой неприязни к вашему сыну, и, уж тем более, я бы не хотел с ним соперничать в плохом смысле этого слова. Мне до сих пор стыдно за тот поспешный поступок, это было слишком жестоко и неправильно. Так что, я буду рад, если мы станем товарищами.
– Не извиняйся, ты ни в чем не виноват, Мстислав. В бою всегда есть место случайным травмам и потере контроля. Да, это повод научиться сдерживаться, не поддаваться эмоциям, но не надо брать всю вину на себя. Вы оба получили хороший урок, и оба извлекли из этого выгоду, отталкиваясь от которой, можете развиваться дальше и стать лучше.
Я благодарно склонил голову.
– Спасибо вам, Владимир Иванович. Этот разговор был мне нужен.
– Если честно, я позвал тебя сюда не ради беседы о моём сыне и его будущем, – смущённо кашлянул Громов. – То было лишь вступление, по горячим, так сказать, следам.
– В таком случае, о чём вы хотите поговорить?
Владимир Иванович задумчиво коснулся пустой чашки из-под кофе.
– Знаешь, мальчик, когда мы впервые встретились с тобой, мне показалось, что слухи чересчур раздули твои силу и талант. Но, после вашего боя с Егором, я осознал, как жестоко ошибался, и понял, что клан Такаяма обрёл достойного лидера.
– Вы знакомы с моим кланом? – слегка удивился я.
– Доводилось бывать в Японии вместе с Кириллом, где он представил меня своей тёще. Приятная женщина, и мудрая, вдобавок, что не могло не порадовать.
– Бабушка мертва, – помрачнел я. Громов вздрогнул, затем с шумом выдохнул.
– Прости. Если я могу как-нибудь помочь…
– Не стоит извиняться, это случилось больше месяца назад, и старый друг бабули позаботился о том, чтобы убийцы получили сполна боли и страданий, – я стиснул подлокотник кресла. Дерево под пальцами хрустнуло. Опомнившись, я убрал руку, виновато вздохнул.
– Кто посмел поднять руку на Кианг? – кажется, для Владимира Ивановича действительно важен был ответ на этот вопрос. Похоже, бабушку любило гораздо большее количество людей, чем я мог себе представить. И это радует.
– Давние враги, китайский клан Юань. Они отравили её, воздействовав гипнозом на нашу Императрицу. Даже месть осуществили как крысы, подлые ублюдки.
– Согласен, – процедил Громов, стукнув кулаком по столу. – Негоже убивать стариков и детей, это не делает чести ни одному воину, и, уж тем более, аристократу! Надеюсь, Фудзимото-сан в порядке? Бедная девочка.
Я замялся.
– Если честно, она находится в коме. По моей вине. Я попытался свершить правосудие, не разобравшись, кто на самом деле виноват в смерти бабушки, и привёл к неприятным последствиям. Кэтсуо сейчас заменяет Императрицу, но через месяц-полтора, по его прогнозам, мастер гипноза сумеет излечить Фудзимото-сан.
– Вот как, – пробормотал Владимир Иванович. – А ты, я погляжу, не всегда думаешь, прежде чем совершить поступок.
– То было раньше, – усмехнулся я. – С тех пор прошел месяц. Хотя кажется, будто целый год.
– Потому что ты мастер влипать в неприятности, видимо, – рассмеялся Громов. – Но мне нравится, что не зацикливаешься на одном, а растёшь, развиваешься. Это-то и побудило меня начать наш разговор.
– Может, уже озвучите тему? – поддел я собеседника. Он шутливо погрозил мне пальцем.
– Хорошо. Я бы хотел предложить тебе одну любопытную, на мой взгляд, идею, которая откроет новые горизонты не только для тебя лично, но и для твоего клана.
– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался я, поерзав в кресле. – Продолжайте.
– Почему бы тебе не попытаться открыть бизнес здесь, в России? – слова Владимира Ивановича оказались для меня неожиданными. Я почувствовал, как изумление перерастает в напряженное обдумывание.
– Бизнес в Империи… звучит неплохо, сказать по правде. Но каким образом я смогу всё организовать? У клана сейчас нет свободных ресурсов, мы готовимся к долгой и кровопролитной войне с мелкими соперниками в Японии. В такой ситуации, сами понимаете, не выйдет сразу выделить даже минимальные средства для начала.
– Могу понять, – кивнул Громов-старший. – Но тут мы плавно переходим к, собственно, моему предложению. Говоришь, нет ресурсов? Тебе крайне повезло: у меня как раз имеется в наличие небольшой капитал, который я готов вложить в выгодное предприятие. Естественно, не безвозмездно, но, как сыну старого друга, сделаю скидочку. Всего за двадцать процентов прибыли с компании я дам тебе деньги и помогу в начале пути.
– Двадцать процентов – это много! – вскинулся я. – Пятнадцать.
Владимир Иванович громогласно расхохотался.
– Пятнадцать? Парень, это уже невероятная наглость! Учитывай, что весь стартовый капитал на моих плечах, с тебя же только идея и руководство предприятием, какие могут быть пятнадцать процентов? Двадцать, и точка!
– Ладно, шестнадцать, – фыркнул я, втягиваясь в торговлю.
– Побойся Бога, Мистик, – взмолился Громов-старший, утирая слёзы, выступившие от смеха. Он впервые перешёл на уменьшительную версию моего русского имени, что означало, похоже, новую ступень доверия. – Девятнадцать.
– Вам не говорили, что вы очень алчный и жадный человек? Молодым нужно давать больше свободы, иначе как мы взмоем в небеса? Семнадцать.
Отец Егора задумался, хмыкнул, ударил кулаком по столу.
– Твоя взяла, мальчик! Семнадцать, так семнадцать.
По его довольной улыбке я понял, что все-таки здорово продешевил, и мог бы выторговать как минимум ещё один процент. Ну, сделанного не вернуть, придётся делится. Да и, по справедливости, Владимир Иванович всё же прав: если я воспользуюсь его предложением, то начало компании будет висеть на нём, благородном спонсоре проекта. Да и не факт, что предприятие выстрелит, и вот тогда мне точно крышка, ведь деньги нужно возвращать.
– У вас есть идеи, хотя бы примерные?
– Конечно. Но, пожалуй, я не стану их озвучивать, пока не услышу твоего окончательного согласия.
– Видите ли, хоть я и глава клана Такаяма, но мои родители живы, и оба гораздо лучше меня разбираются во всех этих тонкостях вроде бизнеса и управления. Поэтому, не обессудьте, но я хотел бы, для начала, посоветоваться с ними, – подбирая слова, ответил я. В глазах Громова-старшего мелькнуло мимолётное одобрение.
– Меня радует, что ты не пытаешься всё решать сам, зная, что не хватает опыта. Всегда помни о тех, кто идёт за тобой: род, или клан, неважно, суть одна. Будучи главой, ты никогда не будешь один, от тебя зависят судьбы и жизни большого количества людей, поэтому, мой совет, принимая важные решения, не забывай о них. С другой стороны, близкие, конечно же, хорошее подспорье, но выбирать основной путь, пожалуй, должен только ты сам, руководствуясь собственными желаниями и принципами. Если чувствуешь, что так нужно – то сделай.
– Интуиция лидера? – мягко улыбнулся я. Он кивнул.
– Она самая. Итак, для клана Такаяма сейчас важно не только выиграть войну, но и закрепиться на международной арене. Это даст вам новые политические и экономические связи, и позволит получать доход вне родного государства. Поверь, если вдруг, не дай Бог, вы проиграете, у тебя будет надёжный тыл и ресурсы для восстановления.
– Звучит разумно, Владимир Иванович, – с искренней благодарностью кивнул я. – Но, пожалуй, я всё же спрошу совета отца, и сам обещаю тщательно обдумать ваше предложение.
– Большего я не смею просить, – качнул головой Громов-старший. В дверь кабинета постучали, на пороге появился Егор.
– Так, отец, вы долго ещё тут собираетесь обсуждать ваши дела? Между прочим, Мистик нам нужен!
– В таком случае, забирай, – со смешком отмахнулся Владимир Иванович. – Приятно было побеседовать, Такаяма-кун. Заходи ещё, когда надумаешь.
– Спасибо за всё, – я поклонился этому мудрому человеку, после чего, развернувшись, последовал за Егором.
В банкетном зале, на столе, красовался ватман с детально расписанным планом мероприятий и перечислением блюд, которые ребята решили включить в меню праздника.
Ознакомившись с предложенным проектом, я удивлённо присвистнул.
– А вы молодцы, времени даром не теряли.
– Ещё бы! – Макс хлопнул меня по плечу. – Мы тут чуть не передрались, пока тебя не было. Но, кажется, вышло неплохо.
– Главное, что будущему имениннику понравилось, – встряла Яна. Громов-младший согласно кивнул.
– Да, спасибо вам всем большое! Мне бы хотелось пригласить вас на торжество в эту пятницу. Официальные приглашения я передам чуть позже, когда Денис их подготовит. Кстати, Денис!
Дворецкий тотчас нарисовался позади молодого господина.
– Да, юный глава?
– Возьми, пожалуйста, все предметы из этого списка и доставь сюда не позднее завтрашнего полудня, – распорядился Егор. Денис послушно скрутил листок, и отправился исполнять поручение.
– Мы благодарим тебя за приглашение, – высказался я от лица всей нашей компании. – И почтём за честь присутствовать на столь значимом для тебя событии.
Егор довольно улыбнулся.
– В таком случае, я искренне надеюсь, что мне не попадутся слишком сильные соперники на школьных отборочных. Не хотелось бы на празднике выглядеть побитым.
– Сомневаюсь, что найдётся много сверхов нашего возраста, способных тебя одолеть, – покачал я головой. – Но всё же тренируйся, тренировка никогда не подведёт.
– Это из манги? – оживился Егор. – Ты тоже читал про сильнейшего ученика?
– Само собой, за кого ты меня держишь! – воскликнул я.
– По-моему, и я знаком с этим произведением, – присоединился к разговору Макс. Вскоре мы все вместе обсуждали прочитанные книги, комиксы и журналы, а небольшое напряжение, присутствовавшее в начале знакомства моих друзей с Громовым-младшим, окончательно исчезло. Как и моё чувство вины медленно сменилось спокойствием, особенно после разговора с Владимиром Ивановичем.
И это было правильно.
Владимир задумчиво поглядел вслед мальчикам, покинувшим кабинет, затем с тихим смешком отставил чашку из-под кофе в сторону.
Сын Огнёва и впрямь оказался неглупым парнем, крепким, амбициозным, но, на удивление, при этом умел проявлять уважение и даже сочувствие. И, кажется, его до сих пор немного снедала вина за нанесенные Егору травмы. Впрочем, за всем этим крылось что-то ещё, будто бы в прошлом Мстислав уже совершал похожие поступки, и теперь они также напомнили о себе.
Однако, судя по всему, их разговор помог мальчику прийти в себя, перестать думать о мелочах. Как он удивился, услышав предложение об организации новой компании здесь, в России! Неужто и впрямь раньше не планировал такой ход?
С другой стороны, у него есть железное оправдание: слишком мало времени прошло с момента становления сверхом, после срыва печатей, наложенных Кианг. Когда Кирилл рассказал эту историю, Владимир не сразу поверил. Чтобы за полтора месяца, практически с нуля, добраться до шестого ранга – это слишком фантастически, даже для самого гениального сверха.
Но такова реальность, и следует смириться с однозначным фактом: личность Такаяма Рюу-куна, или Мстислава Огнёва вскоре всколыхнёт весь мир. Пройдет пара лет, и не останется никого на Изнанке, кто не будет знаком с его именем.
В таком случае, Громов-старший хотел бы, чтобы Егор находился рядом с этим удивительным ребёнком, поддерживал его и стал верным другом.
Потому что в одиночку изменить ход истории и осуществить план, придуманный Кириллом Огнёвым, не удастся.
– Осталось недолго, – прошептал Владимир. – Через несколько недель всё закончится. Во имя правосудия…
4. Постановка
Утром я снова шагал на тренировку, отчаянно зевая: ночь прошла сумбурно, и выспаться толком не удалось.
В этом есть некая закономерность, не правда ли? Изо дня в день последнюю неделю я поздно ложусь, рано просыпаюсь, и затем топаю тренироваться до изнеможения. Даже на уроках не бываю, а уже хотелось бы там появиться – середина четверти скоро, а оценок у меня чуть больше чем ноль.
Макс шёл рядом, благородно решив пропустить первые уроки ради того, чтобы дождаться ответа Меньшикова: можно ли ему тоже стать учеником и обучаться искусству боя. Сказать по правде, мне сложно было предугадать слова наставника. Аркадий Николаевич, конечно, по характеру очень добр, но в плане занятий – сущий демон. Шаг влево, шаг вправо – и тебе накидывают сверху половину от уже проделанного, и это если у тренера хорошее настроение. В противном случае будешь пахать столько же, а может, даже больше. Так что, если директор не пожелает принимать второго ученика под своё крыло, то его мнение не изменится, как ты не пытайся доказать свою пригодность.
Само собой, по дороге я всё это детально объяснил Максу, и даже морально постарался подготовить друга к возможному поражению. Однако Сергеев не думал сдаваться так легко: оптимизм так и лился из него сегодня. Обычно Макс, конечно же, шутил и поддерживал окружающих, но этим утром он превзошёл сам себя. Мне даже начало казаться, что мой друг чем-то закинулся, но он быстро опроверг это предположение.
Добравшись до нашего тренировочного зала, мы замерли перед дверью. Судя по полоске света снизу, наставник уже там, наверняка разминается и вовсю материт меня, опаздывающего. Но сходу соваться вместе с Максом не резон, на мой взгляд.
– Подожди здесь, если всё пройдёт удачно, я тебя позову, – сказал я другу. Он качнул головой, слегка бледный и растерявший всё веселье, но, тем не менее, с твёрдым взглядом. Молодец, поставил себе цель и стремится к ней.
Толкнув дверь, я оказался в зале. Первым, что увидел, был недовольный взгляд Аркадия Николаевича, не сулящий мне ничего хорошего.
– Ты опоздал на семь минут, Мстислав, – негромко заметил наставник, кивнув на часы, стоявшие на столе в углу. – И прекрасно знаешь, чем это чревато.
– Да, учитель, – слегка поклонился я, после чего бросился переодеваться. Через пару минут стоял, вытянувшись в струнку, перед наставником.
– Пятьдесят кругов вокруг школы, потом вернёшься сюда, проведёшь стандартную разогревочную схему. Затем перейдем к теме занятия, – не терпящим возражений тоном приказал Меньшиков.
– Простите, сенсей, разрешите один вопрос? – выпалил я, глядя прямо ему в глаза. Наставник нахмурился, но кивнул, позволяя. – Мой друг, Максим, желает стать вашим учеником. Он очень ответственный парень, и хочет стать одним из лучших. Возьмёте?
Аркадий Николаевич шумно выдохнул. Похоже, ждал какой-то другой вопрос. Или просто я его настолько достал?
– Мистик, он хороший сверх, но не способен стать лучшим. Таких ребят много, и у нас в школе, и в соседних, и в принципе. Для чего мне ещё один ученик, когда моя цель – слепить из тебя гениального нагибатора?
– Ну-у, был один нагибатор, а станет два, – хихикнул я. – Это ведь лучше, да?
Меньшиков не выдержал и шлепнул себя по лбу, сокрушенно покачав головой.
– Идиот. Но какой! Ладно, зови своего приятеля, устроим ему показательный тест. Пройдёт – станет твоим напарником. Нет – пусть гуляет.
Я благодарно поклонился и побежал за Максом. Тот очень быстро переоделся и, напряженный, но, как ни странно, не испытывающий страх, встал перед наставником.
– Ты будешь драться с Мстиславом, – заговорил тот. Брови Макса изумлённо приподнялись. – И он не станет сдерживаться, будет бить во всю силу. Если сумеешь выстоять необходимое время, то я возьму тебя в ученики. Нет – не обессудь.
– Понял, учитель, – склонил голову мой друг.
– Тогда начинайте, – приглашающе махнул Аркадий Николаевич.
Мы встали по центру зала, друг напротив друга, приветственно стукнули кулаками. Макс сразу принял защитную стойку, полагая, что я атакую первым. Не угадал. Я лишь слегка повысил уровень восприятия и скорость рефлексов, дожидаясь удара товарища. И он не заставил себя ждать.
Слегка наклонившись вперёд, плотно прижав левую руку к телу, чтобы защитить бок, Макс атаковал правой, снизу-вверх, вложив в удар вес и силу сверха. Я чуть шагнул назад, пропуская выпад, но поток воздуха, пронесшийся перед лицом, дал понять, что Сергеев бить умеет. Вот и славно, значит, тренировочный поединок не окажется скучным.
Макс не стал тормозить, сделал небольшой шаг вперёд, крутанулся, ударил ногой, целясь мне в голову. Я поднял руку, заблокировав выпад, перехватил конечность противника, подсечка, сопровождаемая ударом ладони в грудь – и друг летит в дальний конец зала, попутно собирая спиной синяки.
Впрочем, сильно его мой шлепок не подкосил: Макс сразу вскочил на ноги, на полной скорости рванул ко мне. Только вот его максимальная скорость равнялась всего лишь шестидесяти процентам моей, даже без учёта зеркалки.
Отбив серию из прямых ударов руками, я чуть наклонил корпус, пропуская следующий выпад и, слегка повернув ногу, придавая телу ускорение, вдарил Максу кулаком в нос. Мой противник полетел, кувыркаясь, к противоположной стене, где благополучно застрял. Я не остался на месте, помчался следом, схватил Сергеева за горло, вырвал из трещины. Лоб Макса оказался заляпан кровью, дыхание участилось, но в глазах – желание победить, и абсолютно никакого страха или намерения сдаться.
– Хорош, – кивнул я, пинком отправляя друга подальше. В полете он сумел сгруппироваться и приземлиться на ноги, правда, тут же задрожавшие. Едва не упав на колени, Макс всё же нашёл силы выпрямиться и, упрямо стиснув зубы, принял боевую стойку. Я атаковал так же безжалостно, помня приказ наставника не щадить. Удары с легкостью пробивали защиту моего товарища, лицо его уже опухло, но взгляд продолжал сверкать решимостью.
– Довольно! – хлопнул в ладоши Меньшиков, и тотчас же Макс упал, потеряв сознание.
– Удивительно, как он сумел продержаться эти три минуты, – пробормотал я, склонившись над другом.
– Не ожидал, что у мальчика окажется столь сильная воля, – негромко произнёс наставник, присев рядом с Максом и коснувшись ладонью его головы. Я почувствовал, как в воздухе разлился аромат силы, стремительно переливающейся из Аркадия Николаевича в Сергеева.
– Да, он хорошо держался, – кивнул я. – Пусть шансов не было.
– Порой сила воли творит чудеса, – заметил учитель, хмыкнув. – Полагаю, мне всё же стоит взять его в ученики. Вы оба способны поделиться друг с другом и со мной чем-то уникальным, создать свой стиль и своё будущее.
Макс очнулся через пару минут, судорожно вдохнул, резко сел, непонимающе хлопая глазами.
– Что произошло? Меня нокаутировали?
– Всё в порядке, ты просто перестарался, – я похлопал его по плечу. – Слишком много сил потратил, поэтому потерял сознание.
– Вот как, – Макс скривился. – Какой же я слабак, даже тест не сумел пройти. Простите за беспокойство, Аркадий Николаевич.
Он поднялся, но Меньшиков с тихим смешком махнул рукой и Сергеев сел обратно под давлением чужой силы.
– Кто сказал, что ты не прошёл? Да, по уровню владения даром ты Мистику не ровня, но физически твоё тело гораздо крепче, плюс сила воли способна привести к далёким вершинам постижения боевых искусств. Так что, мой юный друг, с этой минуты ты становишься мои вторым учеником.
Глаза Макса недоверчиво округлились, зрачки сузились, парень даже приоткрыл рот, словно не мог поверить в случившееся. Из глаз потекли слёзы, губы тронула счастливая улыбка.
– Спасибо! Спасибо вам большое, наставник! Клянусь жизнью, я вас не подведу. Ни вас, ни моего брата, – он вскочил, поклонился сначала Меньшикову, потом мне.
– Брось, – отмахнулся Аркадий Николаевич. – Старайся выжить на тренировках, они рассчитаны на Мистика и для тебя будут… великоваты.
Я фыркнул.
– И впрямь, братец. Но ты не напрягайся сильно, главное, держи темп и чётко выполняй все требования. Аркадий Николаевич любит аккуратных и ответственных.
Наставник одарил меня сердитым взглядом, но не выдержал, рассмеялся.
– Только не становись таким же, как и он, – попросил Меньшиков. – Иначе мне придётся застрелиться.
– Хотел бы я на это поглядеть, – пробормотал я, пытаясь представить картину, на которой сверх, в надежде покончить с собой, заряжает пистолет. Стало смешно. Обычные пули не могут причинить нам большого вреда, разве что поцарапать немножко.
– Ладно, это всё лирика, – Аркадий Николаевич пропустил мою реплику мимо ушей. Он любил делать вид, что ничего не было, если не хочет отвечать. – Сегодня вы двое научитесь новому методу тренировок: использование одного лишь сознания и воображения для разогрева мышц и связок, и отработки приёмов.
– Звучит неправдоподобно, – подверг я сомнению слова наставника. Он нахмурился.
– Но, тем не менее, это работает. Для начала, сядьте-ка максимально удобно.
– А лечь можно? – полюбопытствовал я. Меньшиков ожёг меня злобным взглядом. – Понял, принял, чего сразу орать.
– Расслабьте мышцы и очистите разум от лишних мыслей. Вообще от любых, – добавил он, предвосхищая мою подколку. – Это как медитация, состояние полностью расслабленного тела и сознания. Затем, ваша задача – вообразить в своем сознании некое место для тренировок. Это может быть что угодно: зал, спортивная площадка, просто светлая комната без мебели – на ваше усмотрение. И вот теперь, добившись некой иллюзии пространства, вы можете воплотить своё сознание в виде астрального тела. Другими словами, вы как бы перемещаетесь в созданную вами реальность и можете там делать всё, что пожелаете. Этот метод тренировок называется «Слепок». Попробуйте размяться в вашем воображаемом пространстве. Такой способ может здорово помочь на отборочных и на межшкольном турнире, ведь вы можете тренироваться повсюду, нужно лишь немного времени и полная сосредоточенность на создании реальности в сознании.
В это самое время моя астральная проекция лежала на диване в абсолютно белой комнате и жевала воображаемые чипсы. Впрочем, через пару минут, заскучав, я поднялся и начал разминать мышцы. Через каких-то полчаса, спустя кучу физических упражнений, мне стало казаться, что моё реальное тело ощущает тепло и приятную усталость в тех мышцах, которые я задействовал в сознании.
Открыв глаза, наткнулся на внимательный взгляд Меньшикова.
– Получилось?
– Кажется, да, – не слишком уверенно отозвался я. – По крайней мере, разминку сделал. И чипсов поел.
Он кашлянул, недоумённо вытаращился на меня, но, похоже, вспомнил, кто перед ним и тихонько рассмеялся.
– Молодец, неплохо. Но, если что, этот способ реально удобен, тренируй его. Лишним не будет.
– Не сомневаюсь. Спасибо, сенсей, – я встал, поклонился Аркадию Николаевичу.
– На сегодня всё, можете сходить на последние уроки. Завтра начинается школьный этап отборочных, так что постарайтесь отдохнуть, но и сильно не расслабляться. Я надеюсь на вас, вы должны стать лидерами нашей школы в этом году.
– Да, учитель! – выпалил Макс, воодушевленный открывающимися перспективами. Я сильного энтузиазма не разделял, но не мог не участвовать, потому что пообещал отцу. С другой стороны, мне реально нужно стать сильнее и влиятельнее в этой стране, чтобы, по возвращении на родину, иметь ресурсы для развития клана Такаяма.
Вот где на ум приходит предложение Громова-старшего. Но, для начала – межшкольные соревнования. Пройдут они, можно будет заняться бизнесом и попытаться протиснуться в сферу местной аристократии. Хотя, если так посудить, я уже к ним отношусь – по отцу.
Переодевшись, мы отправились на урок к Сергею Витальевичу. Кажется, я не видел классного руководителя ещё с той заварушки с Ирисом. После неё всё закрутилось, завертелось, и из учителей я взаимодействовал только с директором, да и на уроки не ходил по причине тренировок. Надеюсь, Носов не сильно на меня обижен.
Дверь в кабинет была открыта. Мы зашли, и тотчас наткнулись на суровый взгляд преподавателя. Глаза Сергея Витальевича, как обычно, словно рентгеном прошлись по мне, а губы учителя изогнулись в усмешке.
– Глядите-ка, кто к нам пожаловал! Мстислав Огнёв, собственной персоной. Напомни, милый друг, когда мы имели счастье вас видеть в последний раз?
– Эм… давно? – неуверенно предположил я.
– В яблочко! – восхитился Сергей Витальевич. – Середина четверти, а у тебя посещённых уроков – несколько дней, и только. Так не пойдёт, приятель, надо нагонять программу, четверть не резиновая.
Несколько присутствовавших в классе на перемене одноклассников рассмеялись. Носов покачал головой, но всё же улыбнулся.
– Рад тебя видеть, парень. Слышал, ты неплохо продвинулся в рангах?
– Шестой, – кивнул я. Учитель присвистнул.
– Молодец! Вы двое наверняка будете участвовать в отборочных?
– Конечно, – ответил Макс.
– Ну, полагаю, ваши шансы намного выше, чем у подавляющего большинства учеников-сверхов этой школы, – негромко заметил Носов. – Тем не менее, раз у вас нет времени на учебный процесс, Людмила Васильевна просила выдать ей ваши тушки для участия в театрализованном представлении.
– О нет! – простонал Макс, схватившись за голову. – Только не это!
– Оно самое, – выражение лица классного руководителя стало невероятно довольным. – Будете знать, как косить от учёбы, любители физической расправы. Весь актёрский состав уже собрался в актовом зале, так что вперёд – вас там очень сильно не хватает.
– Что такого страшного? – не понял я.
– Идём, по дороге объясню, – сказал изрядно помрачневший Макс. Сергей Витальевич помахал нам вслед рукой, и вернулся к доске, на которой расписывал очередное правило.
– Может, сначала перекусим? – предложил я в коридоре. – Никуда они не денутся, а вот мой живот требует подпитки, и прямо сейчас.
– Давай, – не стал отказываться друг. Мы спустились на первый этаж, заставили разносы едой и, усевшись, принялись обедать.
– Так что там с этой Людмилой Васильевной? – напомнил я.
– Жуткая женщина, – Макса аж передёрнуло. – Фанатка театра, актёрского мастерства и всего этому сопутствующего. Каждое представление школьного театрального кружка поставлено лично ей, в качестве режиссёра, сценариста, продюсера и прочая, прочая. Правда, надо отдать должное, её хвалил сам министр культуры, посещавший нашу школу в прошлом году. С тех пор Людмила с удвоенной силой принялась за работу.
– И что в этом плохого? – я по-прежнему не понимал. Макс издал тяжкий вздох.
– А то, что она пытается затащить в представление всех, кто ей приглянулся! Вот, допустим, увидела, как ты обедаешь, и понравилась ей твоя манера держать ложку. Будь уверен – ты обязательно окажешься задействован в спектакле, где есть похожая роль.
– Ушлая тётенька, – оценил я, запивая второе компотом. – Её бы в Императрицы, ха.
– Не дай Бог, – вздрогнул Макс. – Конец света наступит очень быстро.
Мы посмеялись, но всё же поспешили с едой. Убрав разносы, отправились в актовый зал. Там, на расставленных полукругом стульях, сидели ученики, а перед ними, по центру, стояла дородная женщина, на вид около пятидесяти лет, в длинном платье, с стянутыми в хвост густыми каштановыми волосами. На лицо она оказалась вполне симпатичной, круглый нос, с покоящимися на нём очками с толстыми стёклами, за которыми виднелись зелёного цвета глаза, придавали ей некий шарм.
Сам актовый зал, в целом, выглядел симпатично: широкая просторная сцена, с ведущими на неё слева и справа ступеньками, какие-то шторы-рюшечки на заднем плане и спереди, чтобы можно было использовать в качестве занавеса, ровные ряды удобных на вид кресел, немного напоминающих те, что имеются в кинотеатре. И хорошее напольное покрытие, вроде паркета. Большие окна, высотой с два моих роста, закрывали от любопытных глаз тёмные массивные шторы, что, кстати, очень даже продуманно, особенно в солнечную погоду. Прямо напротив входа, по левую сторону зала, вдоль стены, можно было попасть за кулисы, где виднелась дверь в гримёрку, или что-то подобное. Да уж, я даже в своей школе в актовом зале не был, а тут, тем более, впервые. Но неплохо, скажем так. Мне нравится.
Сквозняк из открытого окна неожиданно громко захлопнул двери за моей спиной, и все собравшиеся резко обернулись в нашу сторону, посмотрели недоумённо, явно не понимая, кто мы и что тут забыли.
– Мило тут у вас, – выдал я, натянуто улыбнувшись. Рядом похожим образом выглядел Макс, от которого прямо-таки веяло желанием свалить отсюда подальше. Похоже, нам предстоит нечто крайне занимательное.
Опыта театральных постановок у меня уж точно ещё не было.
5. Конкуренты
– О, вы, должно быть, Максим и Мстислав? – обрадовалась женщина. – Проходите, ребятки, мы вас ждали. Вот, можете подойти и взять ваши слова, мы тут как раз начали их отчитывать.
Мы переглянулись и, неохотно, направились к Людмиле Васильевне. Взяв листок, я обнаружил, что на нём довольно мелким шрифтом был напечатан большущий объем текста, который мне, при всём желании, выучить будет проблематично.
– Как-то дофига здесь, – шепнул я Максу, едва мы уселись.
– Не говори, – страдальчески выдохнул он. – Я на литературу-то стихи учу через раз, а тут такое…
– Итак, ребята, объясняю ваши роли. Хотя, для начала, давайте пробежимся по самой постановке, – жизнерадостным тоном заговорила Людмила Васильевна. – У нас здесь история о молодых людях, запутавшихся в себе, и пытающихся найти выход. У них сложные отношения между собой, с родными и в школе. Но, в конце концов, каждый получает то, что хочет, к чему стремится. Как вам?
– Звучит весьма… интересно, – брякнул я.
– И может вдохновить подрастающее поколение, – поддержал меня Макс. Учительница окинула нас несколько подозрительным взглядом, словно пытаясь отыскать подвох, но не преуспела, и вернулась к своему плану.
– Представление будет показано во время осеннего бала, и, само собой, нам понадобятся костюмы для каждого участника. Но, прежде чем начнутся репетиции, я должна прослушать, как вы умеете артистично читать текст своей роли. Начнём, пожалуй, с Машеньки.
Худенькая девчонка с двумя задорными косичками, учившаяся, кажется, в девятом классе, кивнула и принялась выразительно отчитывать сценарий. Я сразу же заскучал, осмотрелся. Знакомых мне лиц тут не наблюдалось, если не считать Макса, но с ним я пришёл. Большинство ребят были на год или два младше, и тут же возник вопрос: на кой хрен мы здесь? Сергей Витальевич, похоже, действительно решил использовать метод кнута, и наказать меня, а заодно и моего друга, бросив в этот театральный кружок. Ну какой из меня актёр? Если надо кому-то набить морду, пожалуйста, я с удовольствием, но выступать на сцене – ну его нафиг. Это напоминает мартышек в вольере, которые прыгают, смеются, кривляются, но не понимают, что сами выглядят абсолютно по-идиотски.
Макс, кажется, вовсе задремал, потому что, когда Людмила Васильевна назвала его имя, друг резко дёрнулся, ошеломлённо заморгал, не понимая, где он и кто он, а потом, схватив листок с текстом, вдруг совершенно членораздельно выдал:
– О, Питер, мой юный друг! Если б я знал прежде, сколь несчастен ты, то обратил бы свой взор на твои трудности, и не пожалел бы живота…
Дальше я отключился, изумлённо глядя на Макса, открывшегося для меня с другой стороны. Нет, ну каков гад! Притворялся, что ненавидит литературу, а тут бам – и с поразительной легкостью воспроизводит эту бредятину, причём выглядит вполне артистично. Местами переигрывает, кажется, но эту дичь по-другому, на мой взгляд, не прочесть.
Когда Макс закончил, ему похлопали не менее озадаченные участники кружка. Я посмотрел на Людмилу Васильевну, слегка ошарашенную, но невероятно довольную.
– Умничка! – воскликнула учительница. – Талант! Конечно, есть незначительные огрехи, но молодец!
Макс скромно поднялся, поклонился, и сел на место. Следующим читал я, но, так как читаю на русском чуть хуже, чем говорю, то вышло слабенько. Впрочем, руководитель кружка не выглядела расстроенной.
– Останься после репетиции, Мстислав, – попросила она. Я кивнул. Похоже, просто так меня не отпустят, и придётся подтягивать язык, хотя, по правде сказать, я не испытываю трудности с разговорной речью. Но лишние навыки не повредят. Практика русского поможет мне в дальнейшем.
Остальные явно выступили гораздо лучше меня, даже самые, казалось бы, тихони. Видно, что не первый раз для них подобное явление, тогда как мне прежде не доводилось примерять шкуру артиста.
Почти через час собравшиеся начали расходиться. Макс помог мне убрать стулья, после чего подмигнул и отправился по своим делам. Я остался один на один с Людмилой Васильевной.
– Ну что, голубчик, – женщина смерила меня добродушным взглядом из-за своих очков. – Полагаю, ты впервые участвуешь в театральной постановке?
– Так и есть, – не стал я отрицать. Она улыбнулась.
– Ничего. Понимаю, что мальчику из Японии проблематично читать и говорить на русском языке, но поверь, немного практики, и у тебя всё получится. Это не так сложно, как может показаться поначалу.
– Отлично, – кивнул я. – С чего мне начать?
– Знаешь, прочти-ка ещё раз свои слова, – Людмила Васильевна поправила очки. – Только теперь я буду останавливать тебя и делать исправления в произношении.
Я послушно начать читать текст. Калибровка, в целом, не заняла у нас так уж много времени, мы потратили примерно сорок минут, по итогам которых я вполне сносно воспроизводил свою роль, даже не запинаясь на особо сложных моментах.
– Молодец! – похвалила меня учительница. – Впрочем, чего удивляться, твой отец тоже всё схватывал на лету.
– Вы его знаете? – удивился я, отложив листок в сторону. Людмила Васильевна вздохнула, как любят вздыхать немолодые женщины, вспоминая свою молодость и лихие поступки, ими совершенные.
– Конечно, знаю, я ведь работала уже в то время, когда он учился в школе. Помню, каким несносным мальчишкой был Кирилл. Если где-то слышны крики завуча и звон, стук, треск, грохот – значит, Огнёв набедокурил. Вся школа стояла на ушах, если этот малец начинал буянить, а он, кажется, просто забавлялся с нами. Скучно, видите ли, было учиться, разнообразил процесс.
– Похоже на него, – хмыкнул я, кивая головой. Да, Куро из тех, кто ни минуты не может усидеть на месте. Мне повезло, что в этом плане я пошёл в Лин, как бы ни хотелось это признавать.
– Сколько раз паршивцу влетало от отца, не счесть! Глава семейства, отец Кирилла и Миши, был очень строгим человеком, и терпеть не мог, когда кто-то из детей нарушал нормы поведения и подрывал репутацию Огнёвых. Так что ходил твой родитель чаще битым, чем нет.
– А что с ним стало? С моим дедом?
Людмила Васильевна слегка вздрогнула, покачала головой.
– Не знаю. Говорят, умер от сердечного приступа, но как там было на самом деле – известно только его детям. Ну, довольно о стариках! Кирилл и впрямь поражал своими способностями впитывать любую информацию и применять на практике. Стоило ему ступить на сцену, как он сразу преображался. Терпеть не мог выступать, но делал это так искусно, что зрители готовы были даже платить, лишь бы увидеть юного Огнёва.
Она засмеялась.
– Да, чудесный был мальчик. Давно его не видела, лет пятнадцать, пожалуй. Вот что, Мстислав, у меня для тебя есть небольшой подарок.
Она достала из кармана небольшой сумочки плетёный браслет, надела мне на руку.
– Это на память, и на удачу. Завтра без опозданий на репетицию, сразу после ваших отборочных.
– Обязательно, – пообещал я. Да и как можно было отказать этой добрейшей женщине? Может, удастся вытянуть побольше информации об отце и моём семействе, раз уж Куро, гад эдакий, не собирается делиться тайнами.
Выйдя из школы, я наткнулся на Макса, нетерпеливо расхаживающего по крыльцу.
– О, наконец-то! – обрадовался друг. – Долго ты что-то. Неужели Людмила на уши присела?
– Рассказала кое-что о моём отце, – пробормотал я.
– Вот как. Ну, уроки закончились, так что можно пойти перекусить и потом гулять! – провозгласил он, выпятив грудь. – Потому что эта школа уже вот здесь!
Он провёл рукой по горлу. Я фыркнул.
– Как-будто ты там сильно трудишься, ага.
– Конечно! – Макс аж подпрыгнул от возмущения. – Я же самый главный трудяга! Да и, тем более, даже наставник сказал отдыхать. Неужели ты пойдёшь против его воли, м?
Я махнул рукой.
– Будто бы у меня есть выбор. Ты же хуже комара, как прицепишься, потом не отлепить.
Он рассмеялся. И тут в кармане Макса загудел телефон, находившийся в беззвучном режиме.
Друг вытащил гаджет, взглянул на экран. Нахмурился.
– Яна. Что случилось? – ответил девушке. По мере того, как староста говорила, Макс мрачнел всё больше и больше, затем приказал никуда не соваться, и положил трубку.
– Что на этот раз? – вздохнул я.
– Какие-то сверхи-старшеклассники насели на неё в торговом центре, и ни в какую не отстают. Надо бы разобраться.
– Погнали, – я ускорил шаг. – Покажем им, кого трогать не следует.
Торговый центр находился буквально через два перекрёстка от школы, и представлял собой массивное пятиэтажное здание, состоящее из множества различных отделов. Мы иногда туда заходили, чтобы взять воды и каких-нибудь бутеров на перекус.
– В каком она отделе? – бросил я через плечо, забегая в дверь.
– В продуктовом, – отозвался Макс, не отставая от меня ни на шаг. Мы промчались мимо контролёров, скучающих у тележек, вокруг замелькали ряды, наполненные товарами. Миновав несколько пролётов, я зацепился взглядом за знакомое платьице в синюю полоску, опознал в девушке Яну, которую трое парней прижали почти вплотную к прилавку с газировкой.
– Ну что ты ломаешься, милая? – услышал, приблизившись. – Откажись от участия в турнире, и дело с концом. Мы хорошо заплатим, а может, не только деньгами.
Говоривший плотоядно облизнулся. Я не стал подавать голос, просто подошёл и с силой двинул ушлёпка локтем в затылок, вырубая на ближайшие десять минут. Оба других отшатнулись, опешившие от внезапно появившегося меня, и ситуацией воспользовался Макс.
Друг налетел на ближайшего к нему врага, ударил ногой под колено, лишая парня равновесия. Впрочем, тот оказался не промах, перекатом ушёл от добивающего, дёрнул Макса за ногу, роняя на пол. Между ними завязалась борьба.
– Остались только мы с тобой, – усмехнулся я, взглянув в глаза последнему из гопников. Тот оскалился, считая меня лёгкой добычей. Похоже, мозгов у этих ребят не очень много, наверное, пропустили свою очерёдность на фабрике по производству. Видел же, как я легко вырубил его дружка, а тот был, на минуточку, шестиранговым сверхом. И всё равно ухмыляется. Идиот.
Парнишка процедил ругательство, шагнул вперёд, замахиваясь. Я неторопливо, даже не повышая восприятие, сделал подшаг навстречу, перехватил руку противника, дёрнул, выбивая плечевую кость из полости сустава. Гопник завопил от боли, хотя, на мой взгляд, особо неприятным такое повреждение не назовёшь. Не для сверха.
Потерявший концентрацию, он отступил, намереваясь бежать, но я не дал ему такой возможности. Мягко скользнув ближе, схватил парня за шею, нажал на точку, лишая сознания на, опять же, десять минут. Этого хватит, чтобы вызвать подмогу и упаковать голубчиков.
Макс, к моему удивлению, без особого труда расправился со своим противником, вывихнув тому кисть. Теперь неудачливый малолетний бандит лежал на полу, испуганно глядя на нас.
– Ну и что нам с ним делать? – почесал в затылке мой друг.
– Пожалуй, этим займусь я, – раздался сзади голос классного руководителя. Мы обернулись. Сергей Витальевич, с наполовину заполненной корзинкой, подошёл ближе, оценивающе взглянул на жертвы обстоятельств. Затем – на поправляющую причёску Яну, не слишком взволнованную произошедшим. Да уж, девчонка Максу досталась не из робких: взгляд наполнен решимостью, а пальцы сжаты в кулак. Такая сама способна за себя постоять, но не женское это дело, верно?
– По-моему, я этих молодых людей видел в соседней школе, – задумчиво протянул учитель, присаживаясь и разглядывая внимательнее парня с вывихом. – Да, точно. Помнится, кто-то мне на днях жаловался, что завелась банда малолетних хулиганов, которая травит конкурентов из других школ, подбивая покинуть отборочные и участие в грядущем турнире. Эх, как некрасиво. Неспортивно!
Он наигранно покачал головой. Вытащил телефон.
– Ну, полагаю, своё вы уже получили, а теперь добавлю от себя. Алло, Андрюша? Слушай, тут мои ученики поймали тех злодеев, которые конкурентов устраняют. Да-да, они самые. Приезжай, оформишь, как положено. Жду.
Сунув гаджет в карман, Сергей Витальевич выпрямился, бросил презрительный взгляд на гопников, повернулся к нам.
– Ну, ребята, молодцы. Хвалю за бдительность и вовремя исполненный гражданский долг! Хотя, полагаю, вы, как обычно, случайно мимо проходили?
– Именно так всё и было, – подтвердил я, покосившись на Яну. Учитель хмыкнул.
– Всё равно молодцы. Иначе эта шпана бы не давала покоя по всему району, задирая сверхов послабее. Против вас у них шансов заведомо не было.
– Не стоило ребятам лезть к нашему другу, – пожал плечами Макс.
– К другу? – Сергей Витальевич взглянул на девушку, вопросительно изогнув бровь. – Кхм. Ну, ладно, дело ваше. Ступайте, не мешайтесь под ногами. Сейчас наряд прибудет, этих гавриков быстренько упакуют и в участок. Дальше пусть администрация их школы разбирается, да родители. И совет на будущее: избегайте драк во время отборочных и турнира, иначе, если кто-то узнает, вас дисквалифицируют. Правилами запрещено, в общем.
– Спасибо, – я пожал классному руководителю руку, потянул Макса и Яну за собой. – Пойдём.
Выбравшись на улицу, мы переглянулись и дружно рассмеялись.
– Да уж, умеет наш учитель сохранять покер-фейс, – фыркнула староста. – Кажется, он единственный, кто может говорить ерунду с невероятно серьёзным лицом. И как это у него выходит?
– Годы тренировок, – я назидательно поднял палец. – Но, по-моему, именно у него этот навык – профессиональный. СБ, как ни крути.
– Ещё и вовремя всегда появляется, – кивнул Макс. – Эдакий человек-рояль.
Я расхохотался.
– Точно! Но нам его помощь всегда на руку. И насчёт драк он был серьёзен. Придётся сдерживаться. Девчонкам тоже.
Яна закатила глаза.
– Как-будто мы всегда решаем конфликты кулаками. Это вот вы у нас, мальчишки, вечно лезете на рожон.
– И то верно, – признал я. Взглянув на часы, понял, что до ужина ещё очень далеко, а есть уже хочется. – Может, заглянем куда-нибудь? Иначе мой желудок сейчас превратится в хедкраба и начнёт высасывать ваши мозги.
Подкалывая друг друга и обсуждая произошедшее, мы направились дальше по улице. Завтра начнётся важный этап моей жизни – отборочный турнир, ну а сегодня… Сегодня мы можем отдохнуть.
Потому что такая возможность представится ещё очень нескоро.
6. Непосильный. Часть 1
– Прохладно сегодня, – я поёжился под неласковым осенним ветром. Иоко согласно кивнула. По случаю понижения температуры за окном, пришлось нам приодеться чуть теплее, достав куртки.
– Похоже, скоро и впрямь зима, – проговорила девушка, улыбаясь. Я фыркнул.
– И ещё больший холод. Когда уже лето?
– До него очень далеко, – Тиба ткнула меня кулаком в бок. – Хватит ныть, сегодня начинаются отборочные и я очень надеюсь, что в групповых поединках мы сможем взять хотя бы призовое место.
– Не буду утверждать заранее, – отозвался я. – В жизни всякое бывает. Вдруг что-то пойдёт не так?
– Если это не так будет твоих рук дело, я тебя лично в землю закопаю, – пригрозила Иоко.
– Ой, страшно стало, – я потёр плечи ладонями. – Что же мне делать-то?
– Прекращай клоунаду, – возмутилась Тиба. – Или я тебе тут в роли юмориста? Отнесись к турниру серьезнее, Рюу!
– Я и так предельно серьёзен насчёт него, – спокойно сказал я. – Но иногда следует разнообразить атмосферу, иначе мы этой серьёзностью весь настрой собьём и точно проиграем.
– Ладно, – надулась девушка. – Но смотри, я тебя предупредила.
– Слушаюсь и повинуюсь, моя королева.
Так, пререкаясь, мы подошли к школе. Макс и Яна отзвонились полчаса назад и сказали, что выйдут чуть раньше, чтобы сдать какие-то хвосты по учёбе, поэтому я и Тиба отправились вдвоём.
Сергей Витальевич ещё с вечера обзвонил всех, кто подавал заявки на участие в отборочных, и дал указание собраться возле школы в девять утра. Мы подошли без десяти, и уже могли видеть большую толпу, мнущуюся у входа. Среди них оказались и наши друзья, дружно помахавшие руками.
– Давно вы тут стоите? – полюбопытствовал я, поздоровавшись с Максом.
– Минут пятнадцать. Как-то многовато народу, если честно, – друг прикусил губу. – В том году было меньше, по-моему. А здесь человек сорок.
– Больше, – усмехнулась Яна, кивая на ещё прибывших ребят из восьмого класса.
– Так куда нас собирают? – спросил я у обоих.
– Кажется, наставник зарезервировал небольшой стадион в черте города, как раз для такого случая. Там мы наверняка сможем развернуться на полную катушку, – ответил Макс.
– Как правило, стадионы для турниров сверхов устроены таким образом, чтобы не пропускать наружу нашу энергию, и там всё из специального материала, который даже нам трудно будет разрушить.
– Удобно, – оценил я, разглядывая окружающих. Здесь и впрямь присутствовали школьники из разных классов, начиная, кажется, от восьмого и заканчивая одиннадцатым. Взглянув на одиннадцатиклассников, я отметил ранги не ниже седьмого. Похоже, выпускники школы весьма хороши, и, если вдруг удастся с ними сразиться, будет неплохо. По крайней мере, смогу испытать чувство опасности, когда жизнь словно на волоске висит, и приходится проявлять чудеса изворотливости, чтобы выжить.
– Эх, хоть бы не с одиннадцатым классом драться, – пробормотал Макс, словно услышав мои мысли. Я хмыкнул.
– А что, боишься?
– Да они меня вмиг разделают под орех, – пробурчал друг. – Это ведь даже не смешно. Избиение младенца, и только.
– Ну, со мной-то ты выстоял несколько минут, значит, сможешь и здесь, – возразил я. Макс поморщился.
– Сомневаюсь. В отборочных задача не выстоять, а победить, причём, как можно эффективнее и быстрее. За скорость и техничность дают баллы, которые, в случае, если оба противника на ногах к концу поединка, играют решающую роль в определении победителя.
– Ну, это почти как в спорте, – кивнул я. – Ничего, помни слова наставника, и верь в себя. Если что, я рядом, подстрахую.
Макс благодарно хлопнул меня по плечу.
– Что, уже все собрались? – подошёл к нам Сергей Витальевич. – Как настроение, орлы?
– Ну, вроде бы, боевое, – неуверенно отозвался я, в то время, как остальные предпочли промолчать. Носов понятливо рассмеялся.
– Не напрягайтесь раньше времени, нам ещё в автобусе трястись полчаса. Успеете перебояться.
– Вы едете с нами? – удивилась Иоко. Классный руководитель качнул головой.
– Конечно! Семеро моих учеников участвуют в соревнованиях, естественно, я должен присутствовать и хоть как-то поддержать вас.
– Семеро? – не понял я.
– Вон, ещё трое ваших одноклассников идут, – Сергей Витальевич указал мне за спину. Я обернулся, увидел знакомые лица. С этими ребятами мы редко пересекались, а общались и того меньше. Но, кажется, они адекватные, и по рангам неплохи: все трое достигли пятого.
Поздоровавшись с учителем и с нами, ребята встали чуть в сторонке, обсуждая что-то своё. Я пожал плечами, переглянувшись с Иоко. Не хотят вливаться в нашу компанию – их право. Мы не настаиваем.
– По-моему, все пришли, – произнёс Носов, осматриваясь. – Да, пятьдесят человек.
– Многовато, – присвистнул Макс. – Год назад было тридцать три, вроде.
– Ага, – подтвердил учитель. – Но теперь многие улучшили навыки, а также появились новенькие, которые хотят проявить себя и добиться хороших результатов. Потому такое количество участников.
– Вот оно что, – протянул я. – А как вообще проходят эти отборочные?
– В несколько этапов, – с готовностью сообщил Сергей Витальевич. – К тому же, не беспокойтесь, что вам придётся сражаться с участниками рангами выше. Это произойдёт, только если вы победите всех, кто на одном уровне с вами. Вообще, все сверхи распределяются по рангам, пятый с пятым, шестой с шестым и так далее.
– Получается, одиннадцатиклассники будут драться друг с другом? – усмехнулся я. Носов кивнул.
– Ну, тут они из двух классов, так что не страшно. И, что удобно для вас, вам не придётся биться с противниками ниже вас по развитию.
– Это радует, – выдохнул Макс. – Но, постойте, тогда с теми, кто выше, теоретически, мы будем драться, если пройдём? Разве это не противоречит тому, что мы только что сказали? Мы ведь для них будем низкоранговыми.
– Отнюдь, – улыбнулся классный руководитель. – Начиная с шестого ранга это правило не распространяется. Среди вас есть шестиранговый боец, так что радуйтесь – сразитесь с достойными соперниками.
Макс наградил меня хмурым взглядом.
– И почему мы подали заявку на командное участие?
Сергей Витальевич расхохотался.
– Терпи, дружок, только так становятся сильнее.
Парень вздохнул.
К школе подъехал длинный современный автобус, с удобным расположением кресел и тонированными окнами. Мне удалось покататься на таком пару дней назад. Очень отличается от тех, что используют в Японии.
Все пятьдесят участников, возглавляемые непонятно откуда взявшимся Меньшиковым, начали залезать в автобус.
– Не толкаемся, будьте культурными! – зычным голосом скомандовал Носов. Аркадий Николаевич продублировал слова учителя.
Усевшись у окна, я покосился на Иоко, пристроившуюся рядом. Тиба казалась чересчур спокойной, но я чувствовал, как сильно девушка нервничает. У неё не слишком высокий ранг, всего лишь четвёртый, и это может сказаться на рейтинге нашей команды. Но, честно сказать, мне плевать, какое место мы займём, главное, чтобы индивидуальные бои прошли хорошо. Ну и чтобы никто из моих друзей не пострадал, в пределах разумного, хотя бы. Естественно, что на межшкольных соревнованиях без травм не обойтись, ведь там мы обязаны использовать весь арсенал, который у нас есть, вплоть до специальных способностей. Пусть обычно не все любят их раскрывать, но в тех условиях, пожалуй, без применения оных никак. Иначе очень быстро окажешься раздавлен более шустрым и опытным соперником. Вдвойне обидно, если такой противник будет ниже рангом.
– Успокойся, – шепнул я Иоко. – Мы справимся со всем, у нас ведь неплохая команда собралась.
Она хмыкнула.
– Ну да. Яна толком драться не умеет, потому что занимается гимнастикой, Макс участвовал в уличных драках, но ему ещё многому стоит научиться, я и вовсе груз на вашей шее, пусть и проходила курс подготовки, но мой четвёртый ранг – ни туда, ни сюда.
– Тебя всё равно в индивидуальных поединках поставят против такого же противника, а в командных боях я подстрахую, даже если соперники будут выше моего ранга.
– Как-то слишком уж самонадеянно прозвучало, – проворчала девушка.
– Но ведь это правда. Я уже дрался с высокоранговыми бойцами, и побеждал их. – Я вспомнил поединок с Громовым и вздохнул. – Только вот не все эти драки заканчивались благополучно.
– В таком случае, я буду в тебя верить. А ты верь в себя, – Тиба быстро чмокнула меня в щёку. На душе немного потеплело, я даже ощутил некий прилив сил и желание прямо сейчас пойти и кому-нибудь накостылять. Но автобус уже вырулил на широкий проспект, мимо помчались дома, деревья, люди.
Иоко положила голову мне на плечо и задремала, я же разглядывал пейзаж за окном и размышлял. Как ни странно, не о планах на будущее, а о том, что уже случилось со мной и с нами. Даже занятно: ещё недавно я бы не подумал в таком ключе, ведь тогда мне мнилось, будто следует оставаться одному, не подпускать к себе окружающих, и так будет лучше. Как же я ошибался. Япония меня разбаловала, там оказалось слишком просто для человека с моей способностью, но здесь, в Российской Империи, всё изменилось. И я действительно этому рад, иначе так и был бы эгоцентричным дурачком, помышляющим о захвате мира. Конечно, подобные идеи не отбрасываю и сейчас, но трезво оцениваю ситуацию и понимаю, что пока рановато. Слишком много тех, кто сильнее меня, и опытнее. А я всего лишь подросток, как ни крути. И мало кто воспринимает человека с небольшим жизненным опытом на полном серьёзе. Следует обучиться всему, что знает Аркадий Николаевич, а уже потом помышлять о верхней планке. Ну и предложение Громова-старшего в силе, можно попытаться развернуть международный бизнес, это неплохая основа для дальнейшего роста.
Через полчаса автобус вырулил на однополосную дорогу, проехал метров триста, в сторону показавшегося из-за деревьев стадиона. Он не отличался такими большими размерами, как тот, где я дрался с Егором, но тоже впечатлял. Особенно учитывая, что Меньшиков его арендовал для школьных отборочных. Интересно, насколько богат мой наставник? По идее, школа для элиты приносит ему нехилый доход, учитывая, сколько там учится детей и стоимость ежемесячного взноса. Кажется, порядка восьмисот, или тысячи долларов, но я не уточнял. Этим вопросом занимался Куро.
Подъехав к стадиону, автобус остановился на парковке, и мы, с наслаждением потягиваясь, вылезли из него. Место отборочных оказалось в черте города, как и говорил Макс. Только вот я полагал, что это значит, будто вокруг ещё живут люди, или, как минимум есть сады.
Нет.
Мы оказались возле леса, достаточно густого, и из цивилизации неподалёку был лишь небольшой городок, в десяток домиков, похоже, для нашего проживания.
– Кажется, мы тут и впрямь надолго, – пробормотал я. Иоко кивнула.
– Выглядит неплохо, должен признаться, – негромко заметил Макс.
– Если бы тут поблизости ещё было что-то интересное, – поморщилась Яна. Взглянув на экран смартфона, девушка вздохнула. – Да и сеть не ловит почти. Хотя, вроде бы, недалеко от города находимся.
– Может, специально глушат? – предположил я. К нам подошёл Сергей Витальевич, до этого обсуждавший что-то с водителем, окинул взглядом толпу.
– Внимание, участники отборочных соревнований! – зычным голосом обратился учитель к собравшимся. – Сейчас ваша задача заселиться в дома, каждый класс в отдельном здании. Далее вы переодеваетесь, приводите себя в порядок и собираетесь на стадионе. Дальнейшие указания получите от Аркадия Николаевича. Я буду ждать вас там. Вопросы есть?
Вопросов ни у кого не нашлось. Поправив рюкзак, я зашагал следом за Максом, который, кажется, нацелился на симпатичный домик с фиолетовой крышей.
Он оказался не занят, и мы зашли внутрь, осматриваясь. В доме имелось три комнаты: кухня, гостиная и спальня, а также ванная и туалет. Девчонки искренне обрадовались, увидев, что есть горячая вода и удобства. Мы же с Максом ринулись на кухню, проверять холодильник. Еды там не нашлось, но были напитки, сразу же растасканные нашими загребущими ручонками. Тиба улыбнулась, увидев плиту, и сказала, что, при наличии продуктов, приготовит что-нибудь вкусное.
– Надеюсь, наставник организует доставку сюда, – обеспокоенно произнёс Макс.
– Ладно, потом обживёмся, давайте переодеваться, а то к открытию опоздаем, – подтолкнул я друзей.
Наскоро сменив повседневную одежду на спортивную форму и вооружившись бутылками с водой, мы отправились на стадион, предварительно заперев дом на ключ, лежавший у входа на тумбочке.
Дорога к стадиону вела мимо домиков, немного в гору, но идти было легко, учитывая, что гравий вскоре сменился мягкой хвоей. Не зря тут так много елей, хотя, поодаль виднеются и берёзы.
Я с наслаждением втянул свежий лесной воздух и улыбнулся. Честно сказать, мне и впрямь нравится это место. Есть некоторая изюминка в том, чтобы провести вдали от цивилизации и городской суеты несколько дней, или даже неделю, отключив все средства связи, и просто наслаждаясь природой и обновлением организма.
Помимо нас к стадиону направлялись и другие классы, держась дружно, что неудивительно: большинство участников подавали заявки на командное состязание.
Добравшись до четырехметрового здания, мы зашли внутрь. Обстановка там не сильно отличалась от места нашей с Егором дуэли: по центру тоже ринг, вокруг трибуны, и направо от входа уводят два коридора в раздевалки.
Возле дверей стоял Сергей Витальевич, отмечая входящих. Увидев нас, классный руководитель улыбнулся.
– Как вам новое жильё?
– Неплохо, – отозвался я. – Но что насчёт продуктов? Мы бы хотели что-нибудь приготовить вечером.
– Привезут попозже, – пообещал учитель. – Пока проходите, усаживайтесь, минут через десять подойдёт директор.
Мы последовали указаниям Носова, устроившись на третьем ряду. Разглядывая внутреннее пространство стадиона, я углядел под рингом широкую прямоугольную площадку. Похоже, место для индивидуальных поединков легко можно превратить в арену для командных, убрав ринг. Наверняка Меньшиков нанял также ассистентов, которые будут выполнять всю мелкую работу.
– Интересно, бои начнутся уже сегодня? – вслух полюбопытствовал Макс.
– Возможно. День только начался, и времени полно. Не думаю, что нам дадут сейчас слоняться без дела, – ответил я.
– Наверное, устроят индивидуальные поединки, чтобы отобрать часть бойцов во второй этап, – присоединилась к разговору Иоко. – А завтра могут и командные бои организовать. Вы же заметили площадку под рингом?
Я хмыкнул. Похоже, не только у меня чрезмерная наблюдательность въелась в подкорку. Молодец Тиба, всё подмечает.
Некоторое время спустя внизу, в проходе, появился Сергей Витальевич, что могло значить лишь одно: все участники на своих местах. Следом за Носовым зашёл Меньшиков, сразу направившись к рингу. В руках у Аркадия Николаевича был микрофон, в который он и заговорил:
– Приветствую вас, дорогие участники школьного отборочного этапа городских состязаний! Сегодня для нас очень важный день – начало знаменательного ежегодного события, которое влияет не только на репутацию школы, но и помогает вам проявить себя, показать всё то, чему вы учились в течение года, готовясь к этому моменту. Не случайно мы проводим этап отборочных именно здесь. Я считаю, что это место позволит вам лучше использовать все ваши навыки и умения, в деле изучения боевых искусств и познания себя единение с природой – важнейший этап. Многие из вас с ним уже знакомы, но те, кто не имел такой возможности, обязательно получат советы от меня и Сергея Витальевича. Что ж, желаю вам всем удачи и хорошей выносливости, чтобы не сдаться на половине пути! Можете пока размяться, через полчаса состоится первый бой.
Отключив микрофон, Аркадий Николаевич спустился вниз, направился к выходу. По дороге отдал микрофон Носову, взглянул в нашу сторону.
– Идём, – толкнул я Макса. – Наставник явно хочет пообщаться.
Мы протиснулись к лестнице, сбежали вниз, присоединившись к Меньшикову. Он повёл нас на улицу.
– Ну что, хорошенько отдохнули? – первым делом спросил наставник, прищурившись.
– Конечно, – откликнулся я. Макс кивнул.
– Слабо верится, ну да ладно. Не забыли ещё наш вчерашний урок? Славно. Вы можете использовать этот метод между поединками, чтобы восстановиться и набраться сил. Это поможет вам держать мышцы в тонусе и проявить максимум способностей. Ну и, самое главное, постарайтесь не нервничать. Я понимаю, что для вас это стресс, и подобные поединки, официальные, имеется в виду, проходят не так часто. Но послушайте меня: представьте, что это не важно, не имеет никакого значения и никак не затрагивает ваше будущее. Думайте о каждом сражении, как об обычной уличной драке, и не позволяйте себе терять настрой. Я верю в вас, ребята, и вы не сомневайтесь в своих силах.
Наставник крепко пожал наши руки, после чего направился к припаркованному неподалёку автомобилю. Мы вернулись в здание.
– Ну, полагаю, самое время попробовать совет учителя в действии, – решил я, усаживаясь сбоку от входа у стенки. Остальные участники разбрелись по залу, некоторые разогревались возле ринга, но оставшихся в стороне не было.
– Ну, этот способ мне нравится больше, чем реальные тренировки, – хохотнул Макс, устраиваясь рядом, в нескольких шагах. – Не очень люблю рвать жилы, стараясь выполнить чуть больше максимума.
– Сомневаюсь, что эта астральная тренировка заменит нормальную, – не согласился я. – Для разминки – возможно. Но никто не говорил, будто её использование позволит тебе стать крутым бойцом, забив на упражнения.
– Ну и зануда ты! – обиделся друг. – Нет в тебе мечтаний!
– Я реалист, с недавних пор. Лучше займёмся делом, а то не успеем. Хочется взглянуть на первый поединок отборочных, – отмахнулся я, закрывая глаза.
На сей раз удалось как-то слишком уж легко попасть в созданную сознанием астральную комнату. Я не стал заморачиваться, и создал такую же белую, как и в прошлый раз. Правда, теперь комната претерпела некоторые изменения: появился манекен с глуповатым мультяшным лицом, и небольшая полка с перчатками на любой вкус.
Вздохнув, я подошёл к ней. Пора немного разогреться, пока у меня есть на это время. Сомневаюсь, конечно, что моим первым противником окажется какой-нибудь мощный сверх, но кто знает…
События последних недель научили с осторожностью подходить к любому вопросу. Потому что мир никогда не прощает беспечности.
7. Непосильный. Часть 2
Перчатки сели как влитые, приятным холодом обдав руки. Я ударил одной о другую, повёл плечами, принимая стойку. Манекен по-прежнему взирал на мир глупым улыбающимся лицом.
– Так и продолжай, – усмехнулся я, делая первый удар. Перчатка с глухим стуком впечаталась в дерево, обитое толстым слоем поролона и покрытое сверху кожей. Манекен чуть покачнулся.
Неплохо, крепкий товарищ. Значит, придётся усилить натиск.
Чуть ускорившись, я принялся отрабатывать связки и комбинации, которыми часто пользовался в схватках, затем перешел к редко используемым ударам, но не менее эффективным. Просто для большей части из них у меня не хватало либо времени, либо ситуации складывались не в пользу. Однако это не значит, что не стоит тренировать именно эти связки, когда-нибудь и они могут пригодиться.
Поработав какое-то время с манекеном-грушей, я остановился, чтобы перевести дыхание. Полагаю, в реальном мире прошло минут десять, от силы пятнадцать. В астрале время течёт как-то иначе, это я заметил ещё при прошлом посещении. Ну, тем лучше для нас с Максом.
Итак, чем бы разнообразить тренировку? Может, сообразить себе противника? Что-то вроде боя с тенью устроить.
Так-с, как бы его создать? Если уж тут всё работает на фантазии, то можно попытаться придумать. Каким он должен быть? Внешность не имеет значения, но по силе должен быть повыше меня, ранга седьмого, или на пике шестого.
Закрыв глаза, я сосредоточился и нарисовал перед внутренним зрением образ невысокого, примерно моего роста, парня неопределенного возраста, с короткой стрижкой и абсолютно непримечательным лицом. Одет он был в кимоно, стоял босиком в пространстве, равнодушно поглядывая по сторонам. Вот, взгляд придуманного человека остановился на мне. Кажется, парень хмыкнул и скользящим шагом направился в мою сторону.
Не понял. Какой там у него ранг? Восьмой? Погодите-ка, какого хре…
Сокрушающий удар в грудь отбросил меня на пару метров, впечатал в белоснежную стену. В полёте я открыл глаза и попытался сгруппироваться, чтобы не получить слишком много повреждений.
Приземлившись на четыре конечности, резко выпрямился, но противник уже скользил ко мне. Причём делал это очень и очень шустро!
– Восьмой ранг, чтоб вас! – выпалил я. Что с моей фантазией не так? Как-то слишком уж легко получилось воплотить образ в жизнь, словно подсознание ждало момента напакостить.
Враг крутанулся, чуть пригнулся к полу, ударил снизу-вверх. Я выставил блок, но удар оказался такой силы, что меня подкинуло на месте. Сцепив зубы, я вбросил энергию в ноги, направил выпад вниз, впечатывая противника в пол.
Увы, но моих силёнок было недостаточно, чтобы полноценно сковать его движения, парень ушёл лишь по щиколотку. Причём, сразу же выбрался обратно одним ловким ударом расколов белоснежное покрытие. Оскалившись, мой враг превратился в размытое пятно. Я отступил, пытаясь ощутить присутствие противника, но этот гад слишком хорошо умел маскироваться в, казалось бы, совершенно пустой комнате. Будь это сверх седьмого ранга, он не сумел бы так скрыть свою ауру, но восьмой – это почти божество, и потому мне нечего ему противопоставить.
Остаётся только использовать способность.
Врубив зеркалку, я выставил блок, и вовремя – удар прилетел сбоку, чуть не сломав обе мои руки и буквально сметя меня в сторону. Перелетев через голову, я больно ударился спиной о пол, но сразу вскочил. Отпрыгнув, едва не попал под сокрушающий выпад ногой.
Сфокусировав внимание на движениях проявившегося на глазах соперника, я рванул в атаку. Пригнувшись, повторил его недавний удар снизу-вверх, но он сразу же жёстко заблокировал, небрежно отшвырнув меня коленом в подбородок. Чувствуя, как онемела челюсть, я сплюнул кровавый сгусток, с ненавистью уставился на сверха.
– Как же тебя победить, херовина ты имбовая?
Он хмыкнул, словно понимая смысл слов, приглашающе махнул рукой. Нет, моё подсознание однозначно издевается. Может, я настолько задолбал даже его, что решило избавиться от меня? Как знать. Но убрать эту лютую имбу нужно, иначе, чую, меня тут раскатают тонким слоем по полу, а в реальности останется пускающий слюнки идиот. Будет невесело.
Вплеснув остатки энергии в мышцы, я врубил максимальное ускорение и, миновав обманный выпад противника, ударил по рёбрам. Сверха чуть откинуло, на пару шагов, но это уже хороший результат. Надо бы закрепить.
Выдохнув, я использовал телепорт, чтобы оказаться за спиной парня. Мощный удар в спину бросил его на пол, и, не задерживаясь, я атаковал ногами, пробивая блок и ломая кости. Ну как ломая, мои удары всё равно не могли нанести ему колоссальный урон, но, в конце концов, что-то хрустнуло, и противник издал тихий стон, схватившись за бок. Минус рёбра.
Воспользовавшись заминкой, я усилил руки и, подбросив врага над землёй, провёл серию ударов кулаками, не давая оправиться и надеясь победить за счёт спам-атак. Увы, враг слишком опытен, и, спустя какое-то время, сумел перебороть боль, извернувшись, оттолкнул меня ногой. Перекатом уйдя от атаки, я скользнул по полу, провёл подсечку и пинком отправил сверха в дальний угол комнаты. Кажется, движения противника и впрямь замедлились. Это шанс.
Прикрыв глаза, я попытался представить, как сверх исчезает. Полагаю, это должно сработать, ведь таким же образом я его и призвал, верно?
Однако чувства говорили, что враг всё ещё в одном помещении со мной. И приходит в себя слишком быстро. У меня есть секунд десять, не больше. Думай, Рюу!
Если не получается развидеть, тогда можно попытаться мыслить креативно. Я вообразил, как в полу возникает большая чёрная дыра, вроде люка, и мой противник проваливается туда, в эту бесконечность, разбиваясь на атомы и молекулы.
Открыв глаза, увидел перед собой разгромленную комнату с трещинами на полу и стенах, разбитый надвое манекен (когда только успели?) и – никого.
– Сработало, – выдохнул, опускаясь на колени. Меня всего потряхивало, а левая рука, кажется, всё же сломана. Немудрено: удары того парня, окажись прямое попадание, могли проломить череп и отправить к праотцам.
Впредь нужно быть осторожнее в своих фантазиях, и в астральной комнате, в частности.
Через пару вздохов я покинул это место, очнувшись в реальности. Сердце колотилось, как бешеное, а голова раскалывалась на части. На губах что-то мокрое. Проведя рукой, увидел кровавый след. Похоже, перенапрягся, сражаясь с восьмиранговым бойцом. Каждая клеточка тела мелко подрагивала, и, создавалось ощущение, будто даже встать станет огромной проблемой.
Тем временем, уже шёл первый бой. Вздохнув, я принялся медитировать, потихоньку восстанавливая запас сил. Да уж, наставник за такое по головке не погладит, скорее, отвесит знатных люлей и прочитает нотацию о вреде экспериментов, будучи неуверенным в своих собственных силах на сто двадцать процентов.
Неловко получилось, короче.
Хорошо, что никто не заметил моей внезапной слабости, все поглощены боем. Кстати, кто там дерётся-то?
Открыв глаза, взглянул в сторону ринга. К моему удивлению, там вовсю махались Крис с каким-то мальчишкой класса из восьмого. Мой недавний противник выглядел крайне спокойным, методично пробивая защиту соперника и нанося свои удары под углом. Кажется, с нашей последней встречи Крис улучшил навыки, потому что, к примеру, его кулаки не били с такой силой, как сейчас. Похоже, драка со мной заставила парня начать работать ещё усерднее. Приятно. Думаю, мы с ним столкнёмся ещё на этом ринге. Пока же понаблюдаю, может, возьму для себя пару приёмов.
Запустив процесс восстановления, я сел поудобнее и принялся смотреть за движениями мальчишек.
Крис крутанулся на месте, провёл лоу-кик, после чего, оттолкнувшись, ударил противника коленом в подбородок. Точнее, он метил туда, но попал в выставленный пацаном блок. Раздался болезненный вскрик, мальчик опустил защиту. Так-так, кажется, кому-то едва не переломали руки. Ничего, умнее будет, не стоит принимать удар противника, который сильнее тебя, напрямик. Лучше было бы уклониться, и контратаковать, но, видимо, у восьмиклассника не так много опыта. Зато Крис явно прошёл через большое количество поединков, и действует слишком уж спокойно и без затруднений.
Мальчик попытался атаковать, но Крис плавно отвёл кулак противника в сторону, потянул на себя, провёл безупречный бросок и в полёте припечатал парнишку ногой к полу. Раздался хруст, судья поспешил к сражающимся, оттеснил Криса, склонился, но сразу же поднял скрещенные руки. Победа за моим знакомцем.
Не сомневался, что так и выйдет. Парень с тёмно-серебристыми волосами равнодушно окинул взглядом зал, увидел меня, слегка кивнул. Готов поклясться, на губах у него была улыбка.
– Чистая победа! – объявил судья в микрофон. – На следующий бой приглашаются Георгий Круглов и Мстислав Огнёв. Просьба участникам выйти на ринг.
Услышав своё имя, я вздохнул. Ну вот, даже двадцать процентов силы не восстановил, а придётся драться. Что это за Георгий?
Поднявшись по ступенькам, скользнул через канаты на ринг. Взглянув в противоположную сторону, увидел одного из одиннадцатиклассников, высокого плечистого парня, чей смуглый оттенок кожи намекал на смешанную кровь, а уверенный взгляд ярко-голубых глаз не предвещал ничего хорошего. Как и седьмой ранг.
Зал загомонил, обсуждая возможный исход поединка. Ну да, понимаю, я со своим шестым уровнем не очень-то подхожу сверху, находящемуся чуть ли не на середине седьмого. Слабо верится в победу, учитывая моё нынешнее состояние. Вот не зря Меньшиков ругал за попытки экспериментировать! Вечно я лезу, куда не следует, а потом огребаю из-за этого.
– Готовы? – судья встретил нас в центре ринга. Мы с Георгием кивнули друг другу. – Тогда начали!
Отскочив в сторону, неприметный мужик, ранга пятого, замер, внимательно глядя на нас. Круглов приглашающе махнул рукой, предоставляя мне право первого удара. Ну, я ж не дурак отказываться.
Разом активировав всю доступную энергию, я сходу перешёл в полный контакт, нанеся несколько пробных выпадов, прощупывая защиту. Она не подкачала, Георгий и впрямь оказался хорош, ни единой бреши, все мои удары были мягко отбиты, и после одиннадцатиклассник перешёл в контратаку.
Он не пытался провернуть какую-либо хитрость или как-то унизить меня, надо отдать должное. Просто ударил прямым. Мой блок прогнулся, а меня самого снесло назад, приложив о канаты и отбросив обратно, прямо на кулак противника. Скулу ожгло огнём, удар оказался на удивление болезненным. Крутанувшись, я избежал следующего, пригнулся, пропуская ещё один и атаковал, пока рука соперника не вернулась в защиту.
Георгий удивлённо коснулся небольшой ссадины на щеке, хмыкнул и куда более серьёзно взглянул на меня. Так, похоже, цирк закончился, сейчас начнётся избиение. Ну почему я такой дурень и потратил все силы перед началом поединка?
Отступив, я принялся кружить вокруг противника, спешно накапливая энергию. Времени особо не было, так что просто вытягивал крохи из окружающего пространства, и Георгий явно это почувствовал. Качнув головой, он слегка пригнулся, ринулся в атаку, намереваясь оборвать мой наглый ход. Я выставил блок, надеясь всё же уклониться. Кулак Круглова помчался к моим рёбрам со скоростью истребителя, я скользнул правее, пропуская выпад рядом с собой… и тут с другой стороны меня настиг удар левой. Рёбра резко хрустнули, меня откинуло, пронесло по полу на несколько метров и приложило головой об угол ринга.
Сцепив зубы, я с трудом развернулся, пошатываясь, встал на ноги, мечтая о перерыве, но бои проходят в один раунд, кто мне даст отдохнуть. Георгий точно не собирался, потому что оказался уже совсем рядом, собранный и мрачный. Эх, вот легко бить обессилевшего противника на один ранг ниже, да?
Помня указания наставника, я не использовал зеркалку, приберегая её как последний козырь. Да и в чём тогда смысл моих изматывающих тренировок, если можно постоянно ходить с применением способности? Пусть она останется напоследок, когда все остальные карты раскрыты, и бежать больше некуда.
Скривившись, я подобрался, сделал глубокий вдох-выдох. Ничего, Рюу, мы и не через такое проходили, верно? Хрен с этими сломанными рёбрами, главное вырубить этого парня, а там раны заживут. Я же как собака, любые болячки долго не липнут. Ну-ка, соберём остатки сил на последний рывочек.
Георгий не стал останавливаться, пригнувшись, ударил снизу-вверх, надеясь подбросить меня и атаковать в воздухе, где я точно не смогу заблокировать его выпады. Значит, не дадим старшекласснику такой возможности.
Пропустив кулак соперника мимо себя, я отбил второй и двумя ударами в солнечное сплетение отбросил Круглова назад. Георгий изумлённо уставился на меня, но поздно: ультраускорение сработало, слишком быстро пожирая жалкие запасы энергии, ну да пофиг.
Скользнув к противнику, я ударил боковым. Георгий успел среагировать, поднял руку, защищая голову, но мой кулак прошёл сквозь этот блок, словно бы не заметив. Предплечье Круглова выгнулось дугой, парень открыл рот, чтобы крикнуть от боли, но не успел: удар продолжился, приложив Георгия в висок. Старшеклассника буквально снесло к канатам, где он и застыл, без сознания.
Судья бросился к моему противнику, а я через силу поплёлся к лестнице, сомневаясь, что смогу спуститься самостоятельно. К счастью, Макс просёк моё состояние, подбежал, помог добраться до стены, где я и сполз на пол, тяжело дыша.
– Победитель – Мстислав Огнёв! – объявил судья, но мне уже было плевать. Мышцы потряхивало ещё сильнее, чем прежде, а каналы стонали от боли и нехватки энергии.
– Что с тобой? – встревоженно спросил Макс. – Как-то слишком уж легко тебя этот парень отделал.
– Да так, сам виноват, – едва разлепив губы, пробормотал я. Сознание уплывало, сильно хотелось спать. И воды. – Слушай, попить принеси, пожалуйста.
– Сейчас, – друг вскочил, побежал за водой. Я прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться и войти в состояние медитации, но выходило скверно. Похоже, лучшим выходом будет и впрямь подремать. Благо, поединки для меня на сегодня завершились.
– В чём дело? – ко мне подбежала Иоко. Прохладные ладони девушки легли на лоб, облегчая боль.
– Заигрался с новым методом тренировок, – пояснил я. Тиба вздохнула.
– Дурак ты, а ещё глава клана. Вот кто, скажи-ка мне, пробует новое перед боем? Лучше бы нормальную разминку сделал, экспериментатор несчастный!
– Ты права, – спокойно отозвался я. – Но всё ведь обошлось? Хотя было опасно, это да.
– Да ты после боя с Ирисом был в лучшем состоянии, чем сейчас! – возмущённо зашептала Иоко. – Давай, приходи в себя быстрее, не позорься. Где Максим?
– Тут я, – друг подошёл, сунул мне в руки бутылку с водой. – Держи.
– Спасибо, – искренне поблагодарил я. По-прежнему с закрытыми глазами открутил крышку, жадно приложился, чувствуя, как вместе с влагой в организм возвращаются силы. – Дайте мне минут пятнадцать, и я буду выглядеть лучше.
– И без всяких фокусов, – холодно процедила Тиба, после чего направилась прочь. Да уж, знатно Иоко разозлилась.
– Никогда не видел её такой бешеной, – прошептал Макс, словно услышал мои мысли.
– Я тоже, – фыркнул я, допивая воду и кладя бутылку рядом. Впрочем, могу понять причину. Слишком много переживаний выпадает на долю девушки, когда ей приходится быть с таким неугомонным парнем, как я. Если навскидку, только за последние две недели я влипал в неприятности, по меньшей мере, три раза! Полагаю, будь на месте Иоко любая другая девушка, она бы уже послала меня куда подальше, и ушла. А Тиба золотце, всё переживает вместе со мной, поддерживает и порой ведёт себя куда жёстче, чем я.
Слегка улыбнувшись, качнул головой.
– Помедитирую немного. Если что срочное будет, толкнёшь.
– Без проблем, – откликнулся Макс, присаживаясь рядом. Его поддержка тоже помогала собраться и не раскисать. Пусть мы не слишком много разговариваем друг с другом, но, что более важно, понимаем намерения с полуслова, и это изрядно облегчает жизнь.
Повезло мне с друзьями, что ещё сказать.
Под воздействием циркулирующей в организме энергии, боль и усталость отступили, даруя новый прилив сил и заживляя ранения. Рёбра, правда, так быстро не срастутся, но к завтрашнему утру будут как новенькие. Всяко быстрее, чем раньше.
Но если в одиннадцатых классах большинство ребят такого же уровня, или даже сильнее, чем Георгий, то мне придётся попотеть, чтобы выйти в финал и победить в отборочных. С другой стороны, кто говорил, что лестница в небо окажется лёгкой прогулкой? Куро дал мне тяжелейшую задачку, и я обязан выложиться на сто процентов, и выше, чтобы показать отцу, что со мной следует считаться.
Или никогда не превзойду его.
8. Первый день
Кажется, в какой-то момент я всё же задремал, потому что очнулся от голоса судьи, объявившего выход Макса. Друг уже стоял у ринга, и теперь одним ловким движением забрался наверх, замер, спокойно ожидая начала поединка.
Неловко вышло. Наверняка он сидел тут рядом, нервничая перед боем, а я так бессовестно уснул и даже не выдал напутственную речь, чтобы хоть немного снизить уровень стресса. Дебют, как ни крути.
Вздохнув, я пошевелился, отметив, что мышцы ноют, но терпимо, и жить стало легче в разы. Главное не делать резких движений и ограничить нагрузки до завтрашнего утра. Хвала богам, сегодня драться больше не придётся. Осталось только посмотреть поединки друзей, а потом можно и перекусить, если, конечно, продуктами нас обеспечат.
Потерев всё ещё слипающиеся от усталости глаза, уставился на ринг. Максу выпал довольно посредственный противник: мальчишка из девятого класса, шестой ранг, даже не пик, так что, полагаю, Сергеев легко с ним разделается.
После сигнала Макс не стал тормозить и рванул к сопернику, без раздумий проведя пробную двоечку в корпус. Паренёк, к моему удивлению, легко отбил удары и контратаковал, заставив Макса отступить. Друг ускорился, чуть пригнувшись, вмазал под рёбра, едва не подкинув мальчишку. Лицо того скривилось от боли, парень отскочил, ушёл в оборону, переводя дыхание. Да уж, несладко ему сейчас.
Нет, надо признать, что для своего возраста мальчик хорош, даже очень. Уже сейчас он способен победить сверстников, наверняка, даже не испытывая трудностей. Но вот у Макса опыта поединков было больше, уличных, конечно, но тем не менее. Он умел драться не для победы, а для уничтожения. Хотя, если начистоту, техника у Сергеева похрамывала на обе ноги, но это поправимо. Наставник сумеет отшлифовать базу моего товарища и слепить из него превосходного бойца.
Собравшись с силами, девятиклассник провёл обманку по ногам, и, стоило Максу уклониться, как врезал боковым правой, саданув противника в челюсть. Голову Максима дёрнуло, я разглядел искреннее недоумение в глазах друга, но увы, удар оказался не настолько сильный, чтобы он потерял сознание.
Жаль, мальчишка упустил последний шанс.
Ускорение, усиление и двойная атака: сначала подшаг вперёд, с поворотом корпуса, прямая рука бьёт в корпус, и, когда противник закрывается, сверху прилетает удар по дуге, чуть ли не впечатывая в пол.
Паренёк рухнул без сознания, и судья поспешил к поверженному, объявляя конец поединка. Макс коснулся пальцами наливающегося синяка на челюсти, поморщился, покосился на меня. Я хмыкнул, поднял большой палец вверх. Друг покачал головой.
Спустившись с ринга, он сел рядом, сокрушенно вздохнул.
– Нет, ну надо же было так глупо подставиться!
– Согласен, детская ошибка, – не стал я щадить его. – Будь тот пацан сильнее физически, ты бы проиграл бой. Да и как можно было не заметить очевидный финт? Он ведь даже скосил глаза в ту сторону, откуда собирался атаковать.
Макс скрипнул зубами.
– Тупанул, признаю. Слишком увлёкся, не следил за взглядом противника, понадеялся на лёгкий ритм боя.
– Будь внимательнее, – спокойно произнёс я. – В следующий раз тебе не позволят победить так просто.
– Никто и не спорит, – хмыкнул Макс. – Когда там наши девчонки выступают?
– Кажется, через пару боёв, – задумчиво пробормотал я. – И почему решили разделить первый этап на два: сначала парни, потом девушки?
– Чтобы не смешивать по половым признакам, – пояснил друг. – Потом, когда внутри каждой группы выяснятся места, их смешают, и нам, возможно, доведётся драться с девчатами.
– Не люблю бить женщин, – скривился я.
– Это турнир, здесь нет понятий мужчина или женщина. Только победа, – назидательно выдал Макс, воздев палец вверх. Я мстительно ткнул его в синяк, заставив охнуть от боли. Так, препираясь, мы дождались выхода на ринг Иоко.
В принципе, ей досталась крайне удачная противница – такой же четвертый ранг, и, похоже, девочка лишь недавно его достигла, потому что чувствовала себя не очень уверенно, да и энергия у неё в организме циркулировала нестабильно. Тиба не напрягаясь лишила девчонку равновесия и вырубила точным ударом в висок. Макс радостно поддерживал Иоко, а я чувствовал удивление от того, насколько технично дралась моя девушка. Вот уж не подозревал, что, не имея большого запаса энергии, она может так качественно, выверено, без лишних телодвижений сражаться. Есть чему поучиться.
Яна также сумела выиграть свой раунд, но изрядно потрудилась: её соперница достигла пика четвёртого ранга и выдала неплохой арсенал умений, едва не сломав нашей подруге руку. Девчонка чудом вырвалась из цепких лап противницы, извернулась и выдала хорошую серию в корпус, сбив дыхание, а затем просто вывела из игры, ударив в переносицу. Заливая кровью ринг, школьница из параллельного класса попросила остановить бой, после чего убежала.
Девчонки уселись рядом с нами, у стены, переводя дыхание и восстанавливая силы. Напоив их водой, мы потихоньку собрали вещи и отправились наружу. Несмотря на то, что поединки продолжались, те, кто прошёл в следующий этап, могли покинуть стадион, чтобы подготовиться к завтрашнему дню.
– Было непросто, но поучительно, – довольно протянула Яна.
– Особенно для некоторых, – проворчала Иоко, бросив на меня недовольный взгляд. Я фыркнул.
– Согласен.
– О чём речь? – не поняла Яна.
– Объясню, только давайте найдём место получше, чем стоять у стадиона. Вон, у нас лес рядом, пойдём туда, подышим свежим воздухом, – предложил я. Ребята согласились.
Отпросившись у Сергея Витальевича, мы направились к опушке. Деревья здесь росли часто, но не в полном беспорядке, аккуратный проход всё же имелся, и мы без каких-либо проблем зашагали по мягко пружинящей траве, смешанной с сухими ветками и хвоей.
Метров через сто с небольшим обнаружилась светлая полянка с поваленным старым деревом, на котором мы и устроились, с наслаждением вдыхая хвойный аромат и чувствуя, как проясняется разум.
– Итак? – напомнила Яна. Я улыбнулся.
– Ну, вы пока не в курсе, но наставник вчера обучил нас новому методу тренировок: использованию сознания в качестве площадки для отработки приёмов и прочего. Там мы можем, опираясь на воображение, создать что угодно.
– Так, и что ты напридумывал? – с подозрением поинтересовалась Иоко. Я вздохнул.
– Мне стало скучно бить грушу, и я решил сообразить себе противника. Правда, он почему-то получился восьмиранговым.
– Оу, – выдала Яна, а Макс покачал головой.
– Вот и вышло, что я там чуть не помер, пытаясь этого парня победить, пока не осознал, что лучше просто изгнать, раз уж всё пространство подчиняется моей воле.
– Что случилось бы, если бы ты проиграл? – задумчиво спросила Тиба, глядя на меня.
– Не знаю, – искренне ответил я. – Возможно, ничего, а может, я бы превратился в пускающего слюни идиота. Нужно обсудить этот момент с наставником.
– Дурак ты, – прошептала девушка. – Только попробуй что-нибудь подобное ещё раз выкинуть!
– Постараюсь этого избегать, – виновато улыбнулся я.
– Ладно, хватит о грустном, – решительно заявила Яна. – Как вам первые поединки? Мне вот соперница попалась довольно непростая.
– Как и Мистику, – Макс покосился на меня. – Он был на ранг выше, верно?
– Так и есть. Но я ведь уже побеждал семиранговых сверхов, – пожал плечами я. – Сложность оказалась в том, что у меня силы закончились благодаря экспериментам с сознанием, и я тупо пытался выжить.
– Будет тебе уроком на будущее, – фыркнула Иоко.
– Само собой, – не стал я спорить с раздражённой девушкой. – Максу вообще сказочно повезло.
– О да, – рассмеялся друг. – Хотя, как ты уже сказал ранее, будь тот удар сильнее, я бы вылетел из отборочных.
– Ну, впредь следи внимательнее за противником, иначе так и не покажешь всем свою крутость, – хмыкнул я. Макс кивнул.
Иоко дулась недолго, вскоре присоединившись к обсуждению. Про свою соперницу она сказала лишь, что та оказалась недостаточно умелой, и потому победа вышла довольно простой. Я решил не спрашивать при всех о технике Тиба, оставив вопрос на потом, когда будем наедине.
Погода была на редкость хорошая, так что мы не спешили уходить из леса, наслаждаясь приятным времяпрепровождением. Но желудки очень быстро напомнили о себе, и наш небольшой отряд стал собираться.
– Интересно, еды нам подкинули? – полюбопытствовал вслух Макс, шагая рядом со мной. Девчонки шли сзади, о чём-то шушукаясь.
– Должны, – неуверенно отозвался я. – Дело к обеду уже давно, пора бы перекусить. Наставник наверняка понимает это лучше других.
– Ну, он ведь тоже человек, мог и замотаться, забыть о доставке продуктов, – пробормотал друг.
– Не будем думать о плохом, – фыркнул я.
К счастью, наши опасения не подтвердились, и, добравшись до домика, мы наткнулись на забитый под завязку холодильник. Девчонки сходу засучили рукава и выгнали нас с кухни, намереваясь приготовить нечто вкусное.
Взяв по бутылке лимонада, мы с Максом устроились на скамейке возле крыльца. Очень удачно, что она прикрывалась частью козырька крыши, и потому солнце нам не мешало.
– Неплохое местечко, – довольно сощурился Макс. – Похоже на лагерь.
– Согласен, – поддакнул я. – Но, думаю, мы надолго тут не задержимся. От силы на неделю.
– Пятьдесят человек, – задумчиво протянул друг. – Скорее всего да, ты прав. Потом наверняка перерыв в пару дней, и сам турнир. Вот где нам придётся несладко. Помню по прошлому году, какие были соперники из других школ. В нашей тоже не слабаки, но некоторые из тех ребят… раздавали люлей, в общем, что только зубы летели. Мы не дошли до финала, даже наша Симфония не затащила.
– Кстати, их я что-то нигде не наблюдал. Покажи хоть потом, как выглядят.
– Обычно непобедимая четвёрка выступает сразу во втором этапе школьных отборочных, – пояснил Макс. – Они заведомо сильнее большинства конкурентов, поэтому им дали такую привилегию.
– А нас обделили, пусть мы и прямые ученики директора, – хмыкнул я. Макс открыл бутылку и сделал глоток.
– Ну, мне кажется, это справедливо. Те ребята уже не раз себя показывали, а мы ничем таким не прославились. Разве что твоя дуэль с Громовым, но это частное событие, и вряд ли может повлиять на ход турнира. Так что нам остаётся только заставить всех признать нашу силу. Если получится.
Я откинулся на спинку скамьи и вздохнул.
– Ну, наибольшую угрозу для нас с тобой представляют разве что пресловутые члены Симфонии, да ребята из одиннадцатого класса. И те, и другие обладают крепкой базой и богатым опытом. Я, конечно, тоже дрался со многими крутыми сверхами, но некоторые из местных сильно отличаются от них.
– Справимся, – усмехнулся Макс, отставив бутылку в сторону. – Не зря же мы сюда явились.
– Это точно, – произнёс подошедший сбоку Сергей Витальевич. Я почувствовал его приближение, но не стал реагировать. Наверняка ведь специально ходит так, что ощутить присутствие смогут лишь единицы, даром, что сам он человек. Вообще, с каждым разом всё больше замечаю уровень подготовки Носова. Он реально хорош, и это даже не преувеличение. Полагаю, с хорошим оружием и снарягой сможет потягаться с сверхами вплоть до седьмого ранга. Те, кто выше, увы, раскатают в тонкий блин нашего классного руководителя. Но даже так он вызывает уважение.
– Как ощущения от начала отборочных? – с усмешкой поинтересовался учитель.
– Вполне хорошие, – ответил я.
– Вы неплохо справились с первыми противниками, – похвалил Сергей Витальевич. – Но Мистик, я думал, ты завалишь своего гораздо быстрее. Помнится, с Громовым ты себя лучше проявлял.
– Вас же там не было, – удивился я. Учитель хмыкнул.
– Зато я видел поединок в записи. Так в чём дело? Почему такой вялый старт?
Я переглянулся с Максом и, вздохнув, принялся по новой рассказывать о своей сегодняшней ошибке.
– Ну ты и любитель рисковать, – расхохотался Сергей Витальевич, дослушав до конца. – Повезло ещё, что сумел изгнать эту свою химеру, а если бы нет? Представь, что могло бы произойти, захвати такая машина для убийств твоё сознание? Пока тебя остановишь, потеряешь много людей, детей, по большей части. Впредь, пожалуйста, думай о последствиях.
– Конечно, – я качнул головой, признавая правоту классного руководителя. Похоже, теперь каждый второй будет меня тыкать носом в косяк.
– Между прочим, молодые люди, репетиции в театральном кружке никто не отменял, – чуть строже заметил Сергей Витальевич. – Я договорился с Людмилой Васильевной, она любезно согласилась дать вам отсрочку в один день, но раз в два дня вы всё равно должны будете ездить в школу и участвовать во всём, что она попросит.
– Сурово, – пробормотал я. – А на чём мы доедем-то?
– Попрошу одного из своих ребят, чтобы вас отвозил-привозил, – решил учитель. – Но без опозданий и пропусков, иначе Людмила Васильевна не только вам устроит головомойку, но и мне.
– Поняли, – рассмеялся Макс. – А когда сам осенний бал?
– После межшкольных соревнований, – Сергей Витальевич глянул на часы. – Прошу меня извинить, надо уладить кое-какие вопросы. Ещё увидимся.
Не дожидаясь ответа, он быстрым шагом отправился в сторону стадиона.
– Да уж, весело, – выдавил я из себя. – Мне-то казалось, что мы от театра откосили хотя бы на время соревнований.
– Наивный, – фыркнул Макс. – Если Людмила Васильевна нашла жертву, она вцепится в неё всеми зубами и когтями и не отпусти до тех пор, пока не пройдут все мероприятия. Меня больше беспокоит отсутствие нормальных тренировок на отборочных.
– Используй астральные, – поддел я друга. – Только не повторяй моих ошибок.
– Спасибо за совет, товарищ первопроходец, – Макс со смехом увернулся от моего тычка. – Слушай, есть кое-какая идея.
– Я весь внимание.
– Ну… я и Яна, мы, как бы это сказать…
– Встречаетесь, – подсказал я. Макс неуверенно кивнул.
– Вроде того. И, раз мы в этом лагере надолго, мне бы хотелось организовать что-нибудь интересное для неё. А ты можешь сделать подобное для Иоко.
– Что предлагаешь? – я подобрался. Макс прав, девчат нужно порадовать, а то мы настолько в последнее время погружены в учёбу и тренировки, что находили очень мало времени на дам. Непорядок.
– Для начала, найти хорошее местечко в лесу, или, может быть чуть дальше, и перетащить туда всё необходимое. Ну и как-нибудь вечерком, сегодня или завтра, организовать пикник. Думаю, если девчатам не придётся ничего делать самим, они будут только рады.
– Неплохая мысль, – задумчиво протянул я. – Интересно, есть ли поблизости озеро.
– Раз у нас после обеда свободное время, можно пойти поискать, – предложил друг. – Заодно разведаем местность вокруг лагеря.
– Пожалуй, так и сделаем. Главное, не говорим девушкам, пусть это станет для них сюрпризом.
Мы ударили по рукам.
– Мальчишки, обед готов! – позвала нас с крыльца Яна. Переглянувшись, мы довольно усмехнулись и отправились в дом.
Обед прошел в теплой дружественной обстановке, и я даже начал ощущать некое удовольствие в том, что мы находились в изоляции. Есть нечто приятное в отказе от цифровых устройств и проведении времени только с живыми людьми.
После еды мы дружно вымыли посуду, после чего девчонки отправились на прогулку. Помахав им вслед, Макс взглянул на меня.
– Ну что, погнали?
– Идём. Только возьмём воду и фонарик, – сказал я. Мы собрали небольшой рюкзак, закрыли дверь и зашагали к лесу.
Оказавшись вновь под сенью деревьев, я опять ощутил спокойствие и некое просветление, словно всю усталость, раздражение и гигантский поток мыслей смыло прохладным ветром. Завтра очередной день, и снова бой, и кто знает, быть может, мне повезёт, и я столкнусь с одним из Симфонии. Но это будет завтра.
А сейчас мы можем наслаждаться отдыхом и искать место для наших девушек. Чтобы вместе создать приятные воспоминания об отборочных.
Только так я способен ощущать себя живым.
9. Пикник, часть первая
Мы миновали полянку, на которой не так давно отдыхали после поединков, и углубились в лес. На самом деле, он оказался не таким уж и большим, как могло выглядеть поначалу. Нам с Максом хватило получаса, чтобы пройти неровный коридор из деревьев насквозь и чуть не рухнуть вниз с возвышенности.
– Резкий тут обрыв, однако, – возмутился Макс, глядя на одинокую, едва видимую, тропинку, уходящую с холма.
Вид отсюда открывался захватывающий: хвойный лес, смешанный с разнообразными залётными деревьями, сменился берёзовой рощицей, аккуратными рядками высившейся под нами. Сразу за ней блестело под лучами яркого солнца маленькое озеро, вода в котором с виду казалась довольно чистой.
– Вот тебе и место для пикника, – пробормотал я, улыбаясь. Друг кивнул.
– Как тут красиво! Девчонкам точно понравится, даром, что топать далековато.
– Зато меньше риск нарваться на кого-нибудь из участников, – возразил я. Макс хмыкнул.
– Верно. Ну, пойдём глянем, как там на берегу.
Мы осторожно принялись спускаться, стараясь не спешить – любое резкое движение могло привести к печальным последствиям, хоть мы и крепче обычных людей.
Шагать среди берез было приятно. И запах, и светлые тона пробуждали в душе какие-то хорошие эмоции, чувства, будто я попал домой. Хотя, конечно, сакура мне нравится больше.
Едва не споткнувшись о кривую ветку, валявшуюся на земле, я вывалился на ровное пространство, ведущее к берегу. Трава здесь казалась короче, а на самом берегу отсутствовала почти совсем, сменившись мелкими камешками. Дойдя до воды, я присел, зачерпнул ладонью, побрызгал на лицо. Прохладная! Но действительно очень чистая, отсюда видно почти всё дно. Даже как-то странно, вроде не так далеко от города, должны были бы загадить, а нет.
– Вот бы искупнуться! – мечтательно протянул подошедший Макс. – Да холодно уже. Надо было летом сюда приезжать.
– Сомневаюсь, что про это место знает кто-нибудь, кроме местных и вот теперь нас.
– Не зря шли столько, страдая от пауков и травы, – рассмеялся друг.
– Теперь надо принести еды и какие-нибудь покрывала, – задумчиво произнёс я, примерно прикидывая место для костра и посиделок. – Бревно вместо скамейки, думаю, найдём в лесу.
– Я схожу, – вызвался Макс.
– Девчонок только не зови пока, лучше потом, на готовое, – предупредил я.
– Обижаешь, никто ничего не заметит даже!
Он бодро побежал обратно к возвышенности, а я направился в рощу, на поиски того самого бревна. Ночи уже холодные, и нам понадобится что-то понадежнее покрывал для сидения. Иначе отморозим всё важное.
К моему удивлению, подходящий чурбан нашёлся довольно быстро, примерно в двухстах метрах от берега, между двух деревьев. По сути, это оказалась поваленная ветром берёза, причём, похоже, в таком состоянии она пребывала относительно недавно. Ухватившись, я потянул бревно за собой, приволок ближе к воде и положил рядом с предполагаемым местом для костра.
Теперь нужны камни, чтобы сложить круг. Благо, на берегу их много, и встречаются даже крупные экземпляры. Что ж, как говорил один мудрый дядя: «Время собирать камни».
За этим незамысловатым занятием меня и застал вернувшийся с кучей вещей Макс. Я как раз заканчивал выкладывать костёр, правда, пока без дров, когда друг вышел из рощи.
– Смотрю, тебе тут весело, – хохотнул он, бросая на землю сумки.
– Да, до слёз, – проворчал я. – Что принёс?
– Взял еды разной, напитки, крылышки в холодильнике, там были маринованные, можно зажарить. И плюс в другом пакете уголь для костра, решётка для гриля и горелка.
Наткнувшись на мой удивлённый взгляд, Макс усмехнулся.
– Столкнулся с Сергеем Витальевичем. Услышав, что мы собрались на пикник, он помог мне собрать необходимые вещи и вручил инструменты для розжига. Хотел пойти с нами, но ему кто-то позвонил.
– И почему у учителей тут телефоны ловят, а у нас нет? – задумчиво протянул я.
– Связь только для избранных, – фыркнул друг. – Давай-ка, помогу.
Вместе мы закончили работу над костром, высыпали в круг уголь, выложили крылышки на решётку и пристроили её сверху на камнях.
– Пока не разжигай, я пойду за девчонками схожу, – махнул рукой Макс.
– Не забудь ещё раз Носова предупредить, – крикнул я вслед. А то вполне может статься, что нас потеряют с наступлением темноты, и потом начнут искать с собаками, пока мы тут будем сидеть курочку трескать.
Макс быстро скрылся с глаз, и я уселся на бревно, задумчиво глядя на посеревшую водную гладь. Время неуклонно близилось к сумеркам, солнце поспешно пряталось за горизонт, и мне хотелось поскорее разжечь угли и начать готовить мясо. В животе призывно заурчало.
Интересно, здесь поблизости есть деревни, или дома? По идее, город близко, и наверняка какие-то поселения должны быть. Каково жить на таком расстоянии от цивилизации?
Я вспомнил поместье Огнёвых. Мда, дядя Михаил же как-то проживает в подобном месте, и ничего. Костя, опять же, вырос в родовом гнезде, не жалуясь. Может, не всё так плохо, как мне думается, просто я привык к социуму, и большие скопления людей меня успокаивают, внушают оптимизм и всё такое. Главное, чтобы это были не сверхи.
Мне стало скучно, и я отправился собирать ветки потолще и поновее, чтобы после крылышек можно было разжечь нормальный костёр.
Итак, первый день отборочных окончательно закончился. Что мы имеем? Уровень школы довольно высок, среди моих ровесников и ребят постарше встречаются реально крутые бойцы, с которыми, само собой, я справлюсь, но придётся постараться. Не так уж легко, как думалось в тот момент, когда я выслушал условие Куро. И нужно принимать во внимание факт, что это пока лишь школьные отборочные, а будут ещё межшкольные бои, в первом круге которых наверняка многие вылетят, если продуют.
Мне проигрывать нельзя. Минимум второе место, но серебро меня не устроит, это факт. Чтобы доказать отцу, что я действительно чего-то стою, мне надо из кожи вон, но стать первым! И если в нашей школе есть крепкие ребята, то на городском уровне их появится в несколько раз больше.
Да друг мой, мы с тобой капитально встряли, и нет даже времени особо, чтобы заняться тренировками. После нескольких хороших занятий с Меньшиковым над физухой, я всё рано не ощущаю себя сильнее. Хотя, конечно же, сегодняшний бой показал, что это не так. Мой уровень владения телом слегка изменился, стало легче принимать удары и бить в ответ. Не так, чтобы прям «вау», но с этим уже можно заиметь шансы на победу.
Хотя, когда я полагался на удачу? Один раз, разве что, и то случайно вышло. Завтра с утра, сразу перед завтраком, надо бы сделать пробежку и хорошенько размяться, не только в астрале. Тело должно вспомнить ту боль, что оно получило во время тренировок с Аркадием Николаевичем, и перевести всё это в мышечную сталь.
Я выпрямился, нагруженный ветками, вернулся к будущему костру. Свалив ношу возле бревна, сел перевести дыхание. Да, хороший план. Главное, чтобы никакие случайности его не сорвали, тьфу-тьфу.
Раздался шорох, и на берег вышли мои друзья. Девчонки восторженно заулыбались, завизжали, сразу бросились к воде, но купаться не полезли, так, побрызгались друг в дружку, пока мы с Максом заставляли уголь покрыться языками пламени. Справившись с этим нелёгким делом, уселись вокруг костра, усадив рядышком девушек, слегка промокших и теперь дрожавших под пронизывающим ветром.
– Отличное место, – похвалила Яна, осматриваясь. – Ощущение, будто мы угодили в какой-нибудь дешёвый ужастик. Того и гляди, из кустов вылезет Джейсон Вурхиз.
– Думаю, ему придётся несладко, против четверых-то сверхов, – хмыкнул я. – Бедняга Джейсон будет бежать со всех ног, поминутно крестясь и поминая всех святых.
– А мы его обгоним и попросим закурить, – хохотнул Макс. – Вот он обрадуется!
– Садисты, – упрекнула нас Иоко. – В чём радость доставлять боль живым существам?
Мы переглянулись и удивлённо уставились на девушку. Странно, раньше за ней не было замечено такого пацифизма.
– Он ведь убийца, душегуб, – пояснила Яна. – Таким прямая дорога в Ад.
– Не нам судить, – пожала плечами Тиба. – Да и это ведь всё равно персонаж.
– Тогда тем более этот спор не имеет смысла, – заключил я. – Давайте лучше крылышки жарить.
Выложив маринованное мясо на решётку, мы принялись обсуждать поединки и строить предположения касательно завтрашних боёв.
– Полагаю, Мистик столкнётся с кем-нибудь из старшеклассников, или из параллельного класса, – произнёс Макс, переворачивая решётку.
– Ну это очевидно, – махнул я рукой. – Ниже шестого ранга ни тебе, ни мне соперников не поставят, так что придётся потрудиться. Хотя лично я бы предпочёл отдохнуть.
– Надолго это не затянется, – утешила меня Яна. – Ещё дня два-три, и затем мы вернёмся в город. Не так уж много здесь собралось участников, чтобы растягивать отборочные. Хотя, если вам интересно моё мнение, вы оба будете драться с Симфонией.
Макс скривился.
– Ну уж нет. Они меня по полу размажут тонким слоем.
– Не преуменьшай свои возможности, – фыркнул я. – Слой будет довольно толстый.
– Иди ты! – надулся друг. – Легко тебе говорить, увидишь, как сражаются ребята из этой четвёрки, сразу вспомнишь мои предупреждения и опасения. Но будет поздно.
– Сомневаюсь, что они круче Громова.
– Не круче, но примерно на уровне. Только стоит ли тебе напоминать о том, как много сил ты потерял в драке с Егором? – ехидно улыбнулась Яна. Я вздохнул.
– Не стоит, я понял. Постараюсь действовать осторожно и, по возможности, без травм. Хотя, если их уровень правда настолько высок, ранений не избежать.
– Так и есть, братец, – кивнул Макс. – Но мы должны их одолеть, если хотим стать теми, кто выйдет на городской уровень от нашей школы.
– Главное не бояться, – посоветовала Иоко. – Страх выключает разум. Просто делайте всё то же, что и на тренировках. Наверняка ваш наставник часто говорит об этом.
– Хороший совет, – улыбнулся Макс. – Мы будем очень стараться. И вы тоже не подкачайте.
– Пф, – фыркнула Яна. – Волнуйся о себе. Мы с Иоко вам ещё покажем!
Вскоре ароматный запах жарящегося мяса пробудил зверский аппетит и, дождавшись вердикта Макса о готовности еды, мы едва не разорвали друга на части, хватая горячие сочные куски.
Насытившись, решили запечь на углях картошку – несколько штук прихватили заранее, специально для такого случая. Сунув картофелины в угли, приготовились ждать.
– Хорошо на природе, как ни крути, – выдохнул Макс, довольно щурясь.
– Пожалуй, да, – согласился я с другом. – И у вас всё это рядом с городом. Нам, чтобы найти нечто похожее в Японии, придётся далековато ехать. И то – везде либо туристы, либо такие же желающие отдохнуть.
– Тяжко вам там живётся, – хмыкнул Макс. – Перебирайтесь сюда насовсем. Уверен, вы не пропадёте.
– Я бы с радостью, не будь на мне клана, – негромко пояснил я. – Ответственность, знаешь ли, крайне неудобная штука. Плюс я там немало шума наделал, надо бы разгрести, да наказать тех, кто посмеет пискнуть. Рано или поздно, мой клан станет главенствующим в Японии.
– Большие у тебя планы, – Яна положила голову на плечо Макса. – Не боишься, что жизнь подсунет свинью? Очень часто то, чего мы хотим, оказывается для нас под запретом из-за различных условий. Вдруг появится кто-нибудь достаточно сильный и весь твой клан уничтожит?
Я задумчиво поглядел на едва тлеющие угли.
– Тогда мне придётся стать ещё сильнее, и раздавить этого человека. Я не намерен отступать, не сейчас, когда мне есть кого защищать и вести за собой, – под моим твёрдым взглядом Яна слегка смутилась. Справа ко мне прижалась Иоко.
– Мы вместе через это пройдём, – шепнула девушка. Я кивнул, ощущая, как нежность расползается внутри, наполняет силой и желанием сделать для Тиба всё, что угодно.
Со стороны озера раздался громкий женский крик.
– Это ещё что? – вскинулся Макс.
– Кажется, кому-то нужна помощь, – заметила Яна, встревоженно вглядываясь в ту сторону, откуда кричали.
Стояла тишина.
– Может, показалось? – неуверенно пробормотал Макс.
– Всем четверым сразу? – подколол я. – Нет уж, надо проверить. По-моему, это на другой стороне озера.
– Идём, – друг вскочил на ноги.
Снова закричали, на этот раз громче и отчаяннее. Я не выдержал, вскочил, сорвался с места, бросив через плечо:
– Девчонки, будьте здесь, если что, бегите обратно в лагерь!
Макс следовал за мной, чуть погодя догнал меня и побежал рядом.
– Что там могло произойти? – прохрипел он.
– Явно ничего хорошего, – отозвался я. – Придётся обогнуть озеро вдоль берега, кричали вон из той березовой рощи.
Берёзки на том берегу выглядели точной копией тех, что находились позади нас. Неужели в этой глуши кто-то бывает? Мне казалось, люди сюда не захаживают, но, как видно, я ошибался. И сейчас кому-то срочно требуется наша помощь.
Нам понадобилось минут пять, чтобы домчаться до нужного места. Вломившись на опушку леса, мы едва не сбили с ног молодую девчонку примерно нашего возраста.
Она испуганно вскрикнула, отшатнулась, но я замер, успокаивающе поднял руки.
– Тихо, тихо! Мы прибежали на крики. Что у тебя стряслось?
И тут я понял, что мой вопрос прозвучал глупо. Приглядевшись чуть внимательнее, увидел кровавые следы на теле девушки, жутко растрёпанные волосы и ужас на лице.
– Кто на тебя напал? – вклинился Макс. – Как он выглядел?
– Это было… это было чудовище, – забормотала девушка, всхлипывая и с трудом проговаривая слова. – Оно напало на нас, утащило мою подругу!
Мы переглянулись.
– Какого хрена здесь происходит? – прошептал Макс.
– Разберёмся, – решительно заявил я. – Идём с нами, мы отведём тебя в наш лагерь, где о тебе позаботятся.
Девушка шарахнулась от меня, едва я сделал шаг навстречу.
– Клянусь, никто больше не причинит тебе вред, – пообещал я. Испуганно озираясь, пострадавшая позволила взять себя за руку.
Девчонки у костра завидели нас издалека, бросились на помощь, подхватили раненую, усадили, сунули в руки стакан с водой, принялись утешать и тихонько расспрашивать. Мы же с Максом искали какие-нибудь бинты и перекись, чтобы обработать раны девушки. При ближайшем рассмотрении они не выглядели слишком уж опасными или тяжёлыми, скорее, просто царапины. Важнее всего сейчас вывести девушку из состояния шока.
– Итак, как тебя зовут? – спихнув поиск на Макса, я сел напротив и задал первый вопрос.
– Наташа, – тихо представилась девушка.
– Очень приятно, я Мстислав, или Мистик, это Макс, а девчонки рядом с тобой – Яна и Иоко.
Наташа неуверенно кивнула.
– Ты можешь нам рассказать, что произошло? – попросил я, говоря максимально расслабленно и мягко, вызывая чувство доверия.
Запинаясь, Наташа поведала нам свою историю. Они с подругой Катей решили отправиться в поход, сами живут в нашем городе, студентки первого курса, недавние школьницы. Доехав на автобусе до пригорода, девчонки сошли неподалёку от ближайшей деревни, после чего направились туда, чтобы закупить местной еды и прочего, но, главным образом, узнать об интересных местах. В деревне студенток встретили радушно, наполнили пакеты и заодно поделились информацией. Одна крайне доброжелательная бабуля рассказала внимательно слушающим девчатам про чудесную пещеру, в которой можно найти невероятной красоты алмаз, давным-давно там спрятанный древним искателем приключений. Эти две великовозрастные балбески послушали-послушали…и повелись на типичный развод. Решили проверить бабкин рассказ, по примерным меткам отправились искать пещеру. Ну и проходили до темноты, как вдруг лес резко превратился в враждебный, шорохи начали вызывать панику, а потом и вовсе – из темноты выскочило страшное чудище, оттолкнуло Наташу, сильно приложившуюся о дерево головой и плечом, схватило Катю и исчезло.
– Почему ты уверена, что это было чудовище, а не, допустим, человек? – полюбопытствовал я. Наташа пожала плечами.
– Оно казалось слишком крупным, к тому же, глаза ярко светились в темноте. У людей так не бывает.
– И правда, – я встретился взглядом с Иоко. – Что ж, придётся вернуться в лагерь, рассказать обо всём Сергею Витальевичу. Уверен, он сможет помочь и организует поиски.
– Нужно вызвать спасателей! – воскликнула Наташа. – Я бы сама, но телефон разбился.
Девушка продемонстрировала нам весь покрытый трещинами дисплей смартфона.
Сбор вещей не занял много времени и, затушив костёр, мы отправились обратно.
– Все её раны – просто царапины, – шепнула мне на ухо Иоко. – Но ей кажется, будто она при смерти. Неужели все обычные люди такие слабые?
– Сомневаюсь, – хмыкнул я. – Скорее, наша новая знакомая просто очень впечатлительная. Ничего, спихнём её Носову, пусть возится. Нам же надо будет отыскать Катю. Если это какой-нибудь маньяк-сверхчеловек, то мы должны его остановить, пока не натворил бед.
– Само собой, – вздохнула девушка. – А как хорошо сидели…
– Мы ещё повторим, – я тихонько чмокнул Иоко, утешающе улыбнулся. – Не расстраивайся.
Дорога в общий лагерь заняла примерно полчаса, главным образом, из-за едва передвигающей ноги и постоянно ноющей Наташи. Мне уже хотелось её вырубить и понести, но предостерегающие взгляды девчат не дали так поступить.
В конце концов, выбравшись к домикам, мы помчались к жилищу классного руководителя.
Открывший дверь Носов окинул нас изумлённым взглядом, задержался на потерпевшей.
– Так, – протянул Сергей Витальевич. – Похоже, спать нам сегодня не придётся.
10. Пикник, часть вторая
– Ну, давайте с самого начала, – усадив нас за столом в доме, потребовал учитель. Наташа, казалось, впала в транс, поэтому рассказывал я. Выслушав историю незадачливых туристок, Сергей Витальевич покачал головой.
– Это плохо пахнет, друзья мои. Смердит, я бы сказал. И детям в такую историю лучше бы не влезать вовсе, но разве смогу я вас остановить?
– Вряд ли, – вздохнул я. – Мы должны найти её подругу. Где Аркадий Николаевич?
– Его срочно вызвали в город, – мрачно изрёк Носов. – Так что быстро организовать поиски не получится. Если только…
– Используйте участников отборочных, – подал я идею. – Здесь одни сверхи, и вряд ли обычный человек сможет нам навредить.
– Это может быть и кто-то вроде нас, – возразила Яна.
– Не спорю. Но, сидя здесь, мы мало чего добьёмся, а так есть хоть какой-то шанс отыскать пропавшую девушку и, возможно, этого самого «монстра».
Сергей Витальевич выдохнул, перевёл взгляд на Наташу.
– Всё будет хорошо, поверьте мне. Мы найдём Екатерину и вернём вас домой. И обязательно разыщем этого человека, кем бы он ни был.
Поднявшись, учитель налил в стакан воды, взял с полки небольшую корзинку с лекарствами. Выбрал одно, высыпал в воду, тщательно размешал.
– Вот, выпейте, – протянул он Наташе. Девушка несмело взяла, принюхалась. – Это поможет вам успокоиться и ослабит боль. Затем мы промоем и перевяжем ваши раны.
Наташа кивнула, мелкими глотками выпила лекарство, поставила стакан на стол.
– Спасибо вам за всё, – прошептала девушка, на глазах у неё выступили слёзы. – Что, если Катю убили? Что я скажу её родителям?
Носов оказался рядом, приобнял девушку, погладил по голове, успокаивая. Через пару минут Наташа крепко спала.
– Снотворное? – кивнул я на стакан. Учитель моргнул.
– Ей необходим отдых. Вот что, девчата, обработайте-ка её царапины, а мы пока организуем поисковые отряды. Мистик, Макс, будите всех, пусть соберутся на улице. Я выйду через пару минут, попробую дозвониться до Аркадия Николаевича.
Мы отправились выполнять поручение. Ребята просыпались неохотно, оно и ясно: день выдался насыщенным, плюс многие получили травмы во время поединков, но другого выхода не было. Собрав всех в одну большую группу, мы дождались Носова.
Сергей Витальевич спустился с крыльца, окинул взглядом собравшихся.
– Ребята, я понимаю, что не вправе требовать от вас чего-либо. Вы все устали и, несомненно, заслужили отдых. Но ситуация сложилась так, что одной девушке требуется наша помощь. Она, скорее всего, схвачена убийцей, вероятно, сверхчеловеком, и мы обязаны её вытащить. Берите фонарики, воду, что угодно, и постарайтесь найти её. Девушку зовут Катя.
Учитель описал внешность студентки со слов Наташи.
– Как только найдёте, сразу звоните мне. Если столкнётесь с убийцей, также звоните мне. Не предпринимайте никаких отчаянных шагов, которые могут привести к плохим последствиям для вас. Наша задача – отыскать пострадавшую, поимкой убийцы будут заниматься специально обученные люди. И ни в коем случае не разбредайтесь. Держитесь вместе. Вперёд!
Удивленно переглядывающиеся школьники разошлись, кто-то быстрее, кто-то неспешно. Многие, кажется, так и не осознали всю опасность ситуации, но им стало любопытно побегать по лесу среди ночи. Ничего. Главное, что полсотни человек будет искать Катю, и мы в том числе.
– Возьми фонарики у нас в доме, – попросил я Макса. – Я захвачу воду и выгружу всё лишнее из рюкзаков. Плюс нам понадобятся лекарства: бинты, обезболивающее, перекись и прочее. Хватай всё.
– Понял, – кивнул друг, сорвался с места, побежал в сторону дома. Я подошёл к Сергею Витальевичу.
Учитель выглядел неимоверно уставшим, глаза его покраснели от напряжения, но решимости не поубавилось. Только сейчас я вновь вспомнил, что он обычный человек, и поразился выдержке. Смог бы я сохранять спокойствие и держаться, как он, не будь у меня сверхспособностей? Сильно сомневаюсь.
– Вы идите туда, где нашли Наташу, – скомандовал классный руководитель. – Но будьте осторожны. Не думаю, что это существо, кем бы оно ни было, гадит там, где живёт, но всё же. Не встревайте в бой, я знаю, что ты способен победить любого сверха вплоть до седьмого ранга, но Мистик, пожалуйста, не лезь на рожон. Мне важно не только отыскать эту девочку, но и сохранить вас всех в целости.
– Мы не подведём, – пообещал я. Сергей Витальевич кивнул, достал телефон.
– Постараюсь вызвать Аркадия. Если он не ответит, тогда попробую запасной вариант. В любом случае, я, к сожалению, остаюсь здесь, на связи. Вдруг Катя сбежит от этого монстра и попадёт к нам в лагерь.
– Маловероятно, но может быть, – с сомнением ответил я. – Но вы и впрямь должны быть тут. Мы гораздо крепче, чем кажемся и, случись что, сумеем дать отпор.
– Конечно. Но не забывайте о моих словах, – вымученно улыбнулся учитель. Прибежал Макс, из дома вышли Иоко и Яна, после чего, распределив вещи и фонарики, мы попрощались с классным руководителем и отправились на поиски.
В темноте путь до озера занял у нас намного больше времени, чем в предыдущий раз. Все изрядно нервничали, ведь подобные ситуации случаются отнюдь не каждый день. И это не обычная схватка с известным противником, когда ты прекрасно знаешь, кто он и на что способен. Наш враг – некое чудовище, с легкостью утащившее девушку Катю в лесную чащу. Сомневаюсь, что обычный человек может передвигаться с высокой скоростью, перенося при этом килограмм пятьдесят на себе.
Похоже, это действительно сверх. Я ощутил, как сердце забилось в предвкушении. Да, это ненормально, но мне хочется сразиться с неизвестным противником. Какого он ранга? Как выглядит? Для чего ему нужна бедная Катя? Слишком много вопросов и не факт, что мы найдём зацепки, способные дать ответ.
– Как думаете, это и правда сверх? – подал голос Макс.
– Скорее всего, – откликнулся я, светя фонариком под ноги. Мы спустились с холма в березовую рощу, откуда до озера рукой подать.
– Хорошо, если он ранга пятого-шестого, тогда можно будет схватить гада сразу, – пробормотал друг.
– Нам было сказано не лезть в бой, – напомнила ему Яна. – И вообще, лучше молитесь, чтобы девочка оказалась жива. Кто знает, может, в эту самую минуту маньяк её потрошит?
– Обойдёмся без предположений, – Иоко вздрогнула, поежилась. Я накинул на плечи девушке свою кофту, оставшись в футболке. Но холода не чувствовал, лишь желание найти пострадавшую побыстрее и лечь уже спать. Этот день слишком затянулся, поломав все планы и надежду на какой-никакой отдых.
Мы обогнули озеро всё той же тропой, углубились в лес на другой стороне.
– Здесь мы и нашли Наташу, – указал пальцем Макс на два дерева. Ствол одного оказался заляпан пятнами крови, которые мы не заметили в прошлый раз. Хотя, мы и не разглядывали это место, нужно было помочь девушке, поэтому не до любования природой.
– Неплохо она приложилась, – протянула Яна, подходя ближе к дереву. – А с виду царапины небольшие. Крепкая девчонка.
– Лучше ищите, куда направился монстр, – сказал я, осматриваясь. Следов на траве не заметно, она вся примятая, к тому же, мы тут уже здорово натоптали. Бессмысленно разглядывать внимательнее, ничего не найдём.
– Гляди, – Иоко указала на дерево чуть поодаль, отличавшееся от остальных сломанной веткой. Я подошёл, провёл пальцем. Влажно.
– Кажется, наш убийца направился в ту сторону, – кивнул на северо-восток. Лес там становился всё гуще и гуще, превращаясь в глухую чащобу. – Идём!
Мы направились по следу, натыкаясь на сломанные ветки на каждом шагу.
– По-моему, этот монстр довольно крупный, раз сносил всё на своём пути, – проворчала Яна, едва не поцарапавшись о торчащую ветвь.
– По меньшей мере, размах плеч у него впечатляет, – я ткнул на расстояние между двумя деревьями. Макс нахмурился.
– Не нравится мне это место. Здесь слишком тихо.
– Ночь на дворе, дорогой, – фыркнула Яна. – Ты ожидал услышать дискотеку?
– Нет, но всё же… – Макс понизил голос. – Страшновато, не находите? Мы словно и впрямь угодили в дешёвый молодёжный ужастик.
– В молодёжном ужастике мы бы приехали в захолустный городок, или лагерь для отдыха, и ночью кого-то из нас обязательно бы утащил монстр, – заметил я. – Потом остальные отправились бы его искать, постепенно теряя одного за другим, и в конце, как в «Горце», «останется лишь один».
– Хорошо, что мы не герои ужастика, – хмыкнула Иоко. – И можем за себя постоять.
Почти над ухом ухнула ночная птица, то ли сова, то ли ещё кто-то наподобие. Тиба вздрогнула, вцепилась в мою руку, едва не поцарапав до крови своими ухоженными ногтями.
– Правда? – ехидно поддел я девушку. Она рассмеялась.
– Ну, у нас есть защитники.
Тропинки здесь не было вовсе, и постепенно идти стало труднее: трава под ногами выросла в размерах, путаясь и сковывая движения, сухие корявые ветки норовили ткнуть в глаза, и приходилось прикрываться руками, чтобы не лишиться жизненно важных частей тела. Всё равно через полчаса мои руки покрылись глубокими царапинами, парочка противно щипала на щеке.
– Когда уже кончится этот дурацкий лес? – возмущенно пыхтела Яна. Макс согласно кивнул. – Как-то не очень весело тут бродить, того и гляди, оставим глаза на ветках.
– Впереди, кажется, выход, – заметил я. Опасный коридор деревьев и впрямь кончился, выпустив нас на небольшую поляну, изрядно заросшую высокой травой. Но не это самое удивительное. Гораздо более интересной находкой оказалась старая полуразваленная хижина, сильно покосившаяся, напоминавшая больного побитого пса.
– Вот это уже любопытно, – пробормотала Яна. – Наш убийца тут был?
Вместо ответа я кивнул на валявшуюся на земле дверь. Судя по петлям, сорвана она была совсем недавно, следы на косяке ещё свежие.
– Я пойду первым, – заявил я, шагая вперёд. Вход в хижину почти не пострадал от времени и стихии, так что в комнату удалось попасть без проблем. Внутри, к моему удивлению, всё оказалось не настолько ветхим, каким выглядело снаружи. Разве что поломанная мебель, да…
Луч фонаря выхватил кровавые следы на полу и перевёрнутой лавке. Стол расколот надвое, словно по нему щедро вдарили колуном. Полки валяются у стены, сметенные внешней силой. Но не это привлекло моё внимание.
Пройдя чуть дальше, я наклонился и коснулся пальцами углей в круглом очаге, расположенном почти в центре комнаты.
– Теплые, – повернувшись к друзьям, констатировал я. – Он точно здесь останавливался. И с кем-то дрался.
– Вся мебель поломана, – кивнула Иоко. – Кровь, опять же. Неужели Катя попыталась дать отпор похитителю?
– Понятия не имею, – честно заявил я, поднимаясь. – Но, полагаю, нам стоит продолжать идти в том же направлении. Может, удастся найти ещё следы.
– Давайте посидим, хотя бы минут пять, – взмолилась Яна. – Ноги болят уже, спасу нет.
– Хорошо, – не стал спорить я. Мы расположились на второй скамье, стоявшей в углу у стены. Иоко достала из сумки бутерброды.
– Сделала, пока Яна обрабатывала раны Наташи, – пояснила девушка на мой невысказанный вопрос. Разобрав еду, мы принялись жевать, задумавшись каждый о своём.
– Только подумайте, каково сейчас этой девушке, – заговорила вдруг Яна. – Обычному человеку, без способностей, не привыкшему к таким странным и страшным событиям. Я не могу представить подобное.
– Пожелай этот неизвестный убить Катю, он бы сделал это здесь, – заметил я. – Но они отправились дальше, и нам следует поспешить, иначе может быть поздно.
Мы молча доели, запили водой и, собравшись, быстрым шагом направились на северо-восток. Лес за хижиной пошёл более просторный, хотя местами деревья стояли друг к другу всё так же близко, оставляя мало пространства для движения. И ветки у всех были целыми, что завело меня в тупик. Неужели монстр ушёл в другую сторону?
– Смотрите! – воскликнул Макс, его фонарь выхватил из темноты какую-то окровавленную тряпку, висевшую на ветке.
– Это футболка, – сказала Иоко, подойдя ближе и взяв находку. – Кровь уже высохла. Да и немного её, похоже, убийца лишь поцарапал Катю.
– Хорошо, если так, – с сомнением произнёс я.
Мы взяли находку с собой, продолжили путь. Вскоре под ногами появилась тропинка, едва заметная, но всё же явно свидетельствующая, что в этом месте ходят люди. Может, мы приближаемся к ещё одной деревне? Или к той самой, где побывали Наташа и Катя?
Тропа постепенно стала подниматься выше, и мы увидели впереди холм, на котором виднелось большое, нет, скорее, громадное дерево. Толстый ствол в обхвате был, вероятно, как если бы десять человек встали в круг.
– У меня от этого места мурашки по коже, – призналась мне Иоко. Дерево и правда выглядело жутко: толстые ветви, почти лишённые коры, изгибались порой так необычно, что невольно наводили на мысли о чудищах. В таких местах в фильмах и книгах, зачастую, устраивают кровавые ритуалы и жертвоприношения. Что наш монстр забыл здесь?
Поднявшись на холм первым, я почти сразу увидел причину.
– Твою мать…
– Что там? – спросил сзади Макс, поравнялся со мной, замер.
– О, нет! – воскликнула Яна. Иоко лишь молча схватила мою ладонь.
Тело молодой девчонки, полуобнаженное, окровавленное, покачивалось на верёвке метрах в пяти над землёй. Другой конец верёвки был надежно закреплен на старой толстой ветви.
– Мы не успели, – прошептал я. – Он избавился от неё. Но ради чего? Зачем было идти так далеко?
– Не знаю, – всхлипывая, шепнула Яна. – Но снимите её оттуда.
– Я это сделаю, – решительно заявил Макс. – А вы пока поищите следы. Может, мы поймём, куда убийца пошёл после.
Он принялся достаточно проворно карабкаться наверх, цепляясь за выщерблины в стволе руками и ногами, мы же разбрелись вокруг дерева, глядя под ноги и пытаясь найти хоть что-то.
Я хотел обдумать произошедшее, понять мотив убийцы, но в голове была лишь пустота, а усталость медленно накатывала, и даже крепкое тело сверха не спасало от неё.
– Нам пора возвращаться, – сказал я негромко, но все услышали.
– Лови! – крикнул сверху Макс, развязывая узел. Тело упало на мои подставленные руки, я бережно опустил его на землю.
– Мы ничего не нашли, – зло процедила Яна, подходя. Макс спрыгнул сверху, отряхнул ладони. Иоко кивнула, подтверждая слова подруги.
– Плохо, – резюмировал я. – Сергей Витальевич вряд ли слишком обрадуется тому, что мы ничего не узнали. Теперь у нас на руках только труп и… всё.
– Не густо, – протянул Макс. – Возвращаемся?
– А куда деваться? Понесём её по очереди с тобой. Даю вам две минуты привести себя в порядок, и идём обратно. Остальные, скорее всего, уже там.
Путь назад занял у нас очень много времени, и к лагерю мы вышли в три часа ночи. Скоро нагрянет рассвет, а у нас до сих пор никаких идей, где скрылся монстр и какой логикой он руководствовался, убивая Катю. Пока несли девушку, получилось хорошенько рассмотреть её раны. Они оказались многочисленными порезами, словно от маленького ножика, или чего-то наподобие. Похоже, Катя и впрямь пыталась сбежать, но убийца был сильнее.
Сергей Витальевич сидел на крыльце, рядом никого не видно. Похоже, учитель ждал только нас.
– Вы последние, – подтвердил он, не сводя глаз с трупа. – И, кажется, дела у нас идут не самым лучшим образом. Где вы её нашли? Хотя, постой, надо завернуть тело во что-нибудь.
Он, пошатываясь, пошёл в дом, но вернулся довольно скоро, неся простыню. Бережно завернул Катю, занёс в комнату, положил на кровать. Мы видели через дверной проём, как лицо Носова исказилось от ярости.
– Рассказывайте, – велел классный руководитель, вернувшись. – Всё, до мельчайших подробностей.
Рассказ занял у нас довольно много времени, и под конец мы едва не засыпали от усталости.
– Мы найдём эту тварь, посмевшую применить свои силы против обычного человека, – процедил Сергей Витальевич, сжав кулаки. – Найдём, и уничтожим!
– Думаете, сверх? – похоже, Макс совсем плох, раз туго соображает. Очевидно ведь, что сверх, потому что…
– Человек не смог бы подвесить тело на такой высоте, – пояснил учитель. – Это был кто-то, обладающий паранормальной силой и выносливостью. И сейчас он бродит где-то в этих лесах, а может, направился в ближайшую деревню. Это существо слишком опасно, оно может натворить таких дел!
– Вы дозвонились до наставника? – встрял я. Носов покачал головой.
– Вне зоны доступа. Но я вызвал своих ребят, с прошлого места работы, они приедут с минуты на минуту. Мы оцепим периметр лагеря и не позволим никому проскользнуть сюда. Кто знает, возможно, этот сверх захочет явиться к нам.
– Тогда мы с радостью его примем, – произнёс я, хрустнув пальцами. – Но, похоже, придётся отложить следующий раунд отборочных.
– Исключено, – возразил Сергей Витальевич. – Сегодня днём соревнования продолжатся. И вам тоже следует думать об этом, а не об убийце. Им займутся надёжные и специально обученные люди. Сейчас идите, отдохните хоть немного. И спасибо за помощь.
Мы вяло попрощались с учителем, поплелись в сторону нашего домика.
– Он пытается нас уберечь, но какие могут быть соревнования, когда тут такое произошло! – возмущенно прошептала Яна.
– Остальным вряд ли есть дело до этого случая, – сказал я. – Они не видели того, что видели мы. Но сейчас правда стоит поспать, хотя бы несколько часов. Впереди тяжёлый день.
– Спасибо, кэп, а то мы не поняли, – съязвила Яна, но совсем без желания, скорее, по привычке. Завалившись домой, мы, не раздеваясь, разбрелись по кроватям и, не глядя, упали.
Мысли в голове с трудом ворочались, наползая одна на другую и сливаясь в мономысли. Давно я не был настолько истощённым. После короткого сна нужно будет обязательно помедитировать, это поможет восстановиться к следующему поединку.
Перевернувшись на спину, я уставился в потолок. Интересно, смогли бы мы спасти Катю, если бы не задержались у озера, расспрашивая Наташу, а сразу побежали бы в лагерь? Или, что гораздо лучше, за убийцей?
Так странно ощущать дикую беспомощность и осознавать, что ты мог бы помочь человеку, не допустить его смерть, как-то помешать, но не успел. Противное чувство. Словно нечто горькое разливается внутри, смешивается с грустью, превращаясь в необычный коктейль. Но мне неприятно чувствовать себя таким. Я привык всегда контролировать ситуацию и, если терять, то только своё здоровье, сражаясь с врагом лицом к лицу. Этот же противник от меня улизнул.
И тысячу раз прав Сергей Витальевич: мы не можем быть уверены, что он не явится сюда. А вдруг это сверх ранга седьмого, причём свихнувшийся? Ребятам помладше и другим низкоранговым не поздоровится. Он способен их убить. А я не спасу всех и каждого.
Вздохнув, я закрыл глаза. Надо отдохнуть. И накопить как можно больше сил. Завтра, после своего боя, я отправлюсь в лес, выслежу эту тварь и прикончу.
Иначе не смогу спокойно спать.
11. Пикник, часть третья
Солнце нещадно било по глазам, не оставляя шансов остаткам сна. Всё тело ощущалось невероятно истощённым, лишённым сил даже просто пошевелиться. Потихоньку, не открывая глаз, я прогнал один кружок медитации, пробуждая восстановительный процесс. Чувствуя, как потекла по каналам энергия, со вздохом взглянул на окружающий мир.
Перед глазами маячил краешек подушки, которой я, похоже, пытался укрыться с головой, но не очень в этом преуспел. Иначе бы не проснулся так рано: на часах всего девять с небольшим. Сколько там прошло с момента, как мы вернулись домой? Часов пять, наверное. А у меня молодой растущий организм, который требует минимум восемь часов сна! Плюс второй этап отборочных сегодня.
Тьфу.
Я сел на кровати, с тоской глянул на подушку, и одним рывком заставил себя вскочить на ноги. Теперь быстренько краткую разминку, ещё один круг медитации – похоже, полегчало. По крайней мере, нет такого зверского желания вырубиться, наплевав на все проблемы.
Выглянув на кухню, увидел Иоко, что-то неторопливо готовящую у плиты.
– Доброе утро, – подкравшись, я обнял девушку. – Как спалось?
– Недолго, – устало улыбнулась Тиба. – Но лучше так, чем совсем без сна. Иди умывайся, завтрак скоро будет готов.
– И что бы я без тебя делал? – задал риторический вопрос, направляясь в ванную комнату.
Прохладный душ взбодрил, прогнав сонливость и усталость, а третья волна медитации помогла окончательно заставить каналы функционировать, поддерживая определенный процент силы в них.
Насвистывая мелодию, я вернулся на кухню, по дороге наткнувшись на заспанного Макса. Друг вяло махнул рукой и скрылся в ванной.
– Похоже, день предстоит не из лёгких, – ткнул я пальцем за спину, усаживаясь за стол. Иоко кивнула.
– Похоже на то. Но согласись, после всего пережитого вчера было бы странно, будь мы полны сил. Бедная девушка.
Я освежил в памяти события вчерашнего вечера и ночи, помрачнел.
– Да, мы не успели ей помочь. Если бы только были чуть быстрее…
– Не думаю, что это как-то повлияло бы на ситуацию в целом. Рано или поздно, этот неизвестный убил бы другого человека, – возразила Иоко. – Есть лишь один способ что-то изменить – выследить и уничтожить монстра.
– Это нелегко, – задумчиво протянул я, постукивая пальцами по столу. – Леса вокруг большие, он может быть где угодно. Если бы знать точное направление…
– Надо поискать следы у дерева ещё раз, – заявила девушка. – Ночью мы могли что-то упустить, не заметить. Вдруг именно там, где-нибудь в траве, валяется улика?
– Ты права. Я схожу, после поединка. А вы ещё раз расспросите Наташу, заодно расскажете ей обо всём.
– Если Сергей Витальевич ещё этого не сделал.
– Не успел, – раздался голос классного руководителя. Обернувшись, я увидел невероятно помятого и ужасно выглядящего Носова. Подойдя к столу, он сел рядом со мной.
– Скверно выглядите, – отметил я.
– Благодарю, – в отличие от внешности, сарказм Сергея Витальевича не угас. – А ты напротив – слишком уж бодренький. Ну да ладно. Спит ещё Наташа, снотворное крепко на неё подействовало, но, думаю, после обеда очнётся. Я тоже хочу с ней поговорить.
– Вы, кажется, вообще не ложились спать, – укоризненно сказала Иоко, ставя перед нами большую тарелку с блинчиками. За ней последовали кружки с чаем.
Учитель вздохнул.
– Почти. Часа полтора удалось покемарить, но разве это сон? Зато теперь я уверен в вашей безопасности: часам к пяти приехали мои бойцы, оцепили периметр лагеря. Без моего ведома никто не покинет это место, и не сможет проникнуть внутрь.
– Сурово, – оценил я. – А кто будет искать убийцу?
– Я сам поведу отдельный отряд, – заявил Сергей Витальевич, пережевывая блинчик. – К вечеру мы прочешем каждый уголок местных лесов, но найдём логово зверя. Если же нет, придётся подключать воздушную поддержку.
– У вас и такая возможность имеется? – поразился я. Носов кивнул.
– Это крайний случай. Один мой старый приятель задолжал мне услугу, попрошу его облететь местность, просканировать тепловизором. Может, найдёт что-нибудь, похожее на человека.
– Лишним не будет. Но вы зря отказываетесь от нашей помощи, – я покосился на учителя, делая глоток. – Мы не какие-то слабые детишки, мы сверхи. И способны за себя постоять.
– Даже если этот убийца окажется на пике седьмого ранга? – хмыкнул Сергей Витальевич. Я прикинул свои силы и улыбнулся.
– Даже так.
– Ого, – присвистнул классный руководитель. – И всё же, я попробую обойтись без вашей помощи, Мистик. Вы дети, и не в моих принципах задействовать детей во время опасных операций. Без обид.
– Как хотите, – не стал дуться я. Закончив есть, откинулся на спинку стула. – Но знайте, что для меня не составит труда проскользнуть мимо ваших охранников. Значит, будь этот монстр умным представителем вида «человек разумный», он сможет сделать то же самое.
Носов нахмурился.
– Спасибо за честность. Впрочем, вряд ли эти бойцы смогут остановить тебя один на один, или даже небольшой группой. Но так мне хотя бы спокойнее, зная, что низкоранговые участники под защитой.
Допив чай, учитель поблагодарил нас за завтрак и ушёл. Чуть погодя подтянулись и Макс с Яной, молча поглотившие блины и начавшие вяло собираться.
– Используй медитацию, я же тебе объяснял, как она работает, – шепнул я другу. Макс почесал в затылке.
– Знаешь, я забыл. Да и сложно научиться этому с первого раза, если честно. Так что пока побуду овощем и потихоньку восстановлюсь своими силами.
Я не стал приставать к нему, оставив товарища в покое. Переодевшись, мы направились к стадиону. Туда уже стягивались бодрые участники, которые, в отличие от нас, спали намного дольше, и, естественно, чувствовали себя куда лучше.
С завистью глядя на окружающих, Макс скрипнул зубами.
– Везёт же некоторым. Ох как я надеюсь, что мне не попадётся противник из Симфонии. А то лететь мне из турнира злой птичкой.
– На все воля божья, – хихикнул я. – Но ты крепись, ага. Только попробуй продуть – мы тебя все толпой побьём.
Макс опасливо покосился на девчонок и покачал головой.
Наскоро размявшись, участники разошлись по рядам, дожидаясь, пока судья объявит начало второго дня. На стадион зашёл Сергей Витальевич, устроился неподалеку от ринга, скрестив руки на груди. Меньшикова видно не было.
Неужели наставник настолько занят, что пропустил соревнования, которые так ждал? Странно это всё.
– Итак, дорогие друзья, второй день отборочных соревнований объявляется открытым! – заговорил судья. – Сегодня будут формироваться группы победителей и проигравших, так что вам лучше приложить больше усилий, чтобы не упустить удачу. Пусть победит сильнейший!
Участники захлопали, довольно переглядываясь. Да, похоже, отборочные решили слегка ускорить, и уже сегодня индивидуальные поединки закончатся, и завтра начнутся групповые. Хотя, может оно и к лучшему. Быстрее закончим здесь, быстрее попадём на городские соревнования.
– И первый поединок сегодняшнего дня – между Мстиславом Огнёвым и Марком Королёвым! Прошу бойцов выйти на ринг.
Я переглянулся с Максом, увидев в глазах друга такое же удивление, пожал плечами.
– Похоже, сегодня первым отстреляюсь, – шепнул ему и направился к рингу, на ходу снимая футболку.
– Он из Симфонии, – сказал мне вслед Макс. – Будь осторожен.
Я махнул рукой и, преодолев расстояние, запрыгнул на ринг. Напротив меня спокойно разминался невысокий жилистый парнишка из одиннадцатого класса. Пик шестого ранга, немного ему осталось до седьмого. Грозный соперник, но я должен с этим справиться. Главное, не зевать.
– Готовы? – судья внимательно взглянул на нас. Мы с Марком вышли на середину, оценивающе поглядели друг на друга. Взгляд члена Симфонии оказался холодным, непоколебимым и полным превосходства. Он стопроцентно уверен в своей победе, и это меня сразу привело в ярость.
– Начали! – скомандовал судья, отпрыгивая в сторону. Причём, очень так профессионально отпрыгнул, наверняка очень долго практиковался.
Марк шагнул вперед, и мои чувства тотчас взвыли, предвосхищая опасность. Слева что-то мелькнуло, на грани видимости, и я едва успел поставить блок. Впрочем, это не помогло: ударом меня снесло на пол, перебросило через голову и едва не впечатало в канаты. С трудом удержав равновесие, я принял стойку, одновременно врубая ускорение на максимум.
Теперь движения Марка не были такими уж быстрыми, но его удары сыпались на меня с ужасающей точностью. Отбивая, уклоняясь и следя за каждым движением противника, я искал возможность контратаковать. И не находил. Защита Марка выглядела слишком уж безупречной, ни один мой пробный выпад не достигал цели.
Этот парень и впрямь хорош, стоит признать. Макс не преувеличивал силу Симфонии. Если остальные товарищи этого Королёва так же техничны и сильны, то становится ясно, почему они на вершине школы. Но ведь я не уступаю ему ни в скорости, ни в силе! Пора уже перестать отвлекаться на размышления о неизвестном убийце, и сосредоточиться на текущем поединке. Иначе плакало моё обещание Куро.
Тряхнув головой, я, раскачиваясь, медленно двинулся в сторону Марка. Соперник хмыкнул, увернулся от бокового удара, нанёс апперкот, одновременно делая подшаг вперёд.
Я неожиданно резко для соперника отбил этот выпад, тоже шагнул навстречу, бесхитростно ударил хуком в нос. Голова Марка дернулась, парень отшатнулся, изумлённо уставился на выступившую кровь. Затем ледяной взгляд вперился в меня.
– Ты покойник! – прошипел Королёв, ударив кулаками друг о друга. Рык и всплеск энергии ознаменовал применение способности, и я как-то сразу понял, что придётся нелегко: тело Марка быстро покрывалось костяной бронёй. За несколько вдохов мой соперник обзавелся надежной защитой и, ухмыляясь сквозь тёмную щель костяной маски, рванул в близкий контакт.
Я уклонился от размашистого удара, ничуть не потерявшего в силе. Скорее, наоборот, мощь выпадов выросла в разы. Но что-то мне подсказывает, что Марк не сможет долго поддерживать такой темп и уровень энергии в каналах. Следует потянуть время и не получить чистый удар, тогда он выдохнется, и я добью ослабевшего соперника без особых проблем.
Шаг назад, пригнуться, пропуская боковой, кувырок, уход от удара ногой, и тотчас же вломить самому, пока бок соперника оказался в зоне удара. Кость вминается, а изо рта Марка доносится приглушенный стон. Скорость противника снова возрастает, хотя, казалось бы, куда больше. Приходится активировать ультраускорение. Мир привычно замедляется, но, конечно же, это всего лишь я стал слишком быстрым. Марк движется гораздо медленнее меня. Отбив хук, я провёл комбинацию, ломая броню по бокам. Рёбра явно защищены хуже, чем грудь, и имеет смысл бить именно по ним. Апперкот, ещё один – Марка чуть подбрасывает над полом, мерзкий хруст свидетельствует о повреждениях, которые получил Королёв.
Я отступаю, и противник, разозлённый ранением, ринулся в атаку. Не успеваю увернуться, и мощный боковой ладонью пробивает кожу, оставляя неприятную рану. Стиснув зубы, неотрывно гляжу на врага, ожидая новых интересных фишек, но Марк слишком тяжело дышит, едва передвигая конечностями. Броня кусками сползла с него, рассыпаясь исчезающими фрагментами ещё на подлете к полу, сам Королёв, раскашлявшись кровью, упал на колени. Судья подбежал, спросил что-то у Марка, затем поднял скрещенные руки.
– Конец боя! Победитель – Мстислав.
Я удивлённо хмыкнул, глядя, как подбежавшие друзья помогают Марку покинуть ринг. Затем, держась за рану, спустился вниз. Ко мне подбежал Макс.
– Лихо ты его! Я уж думал – конец тебе, эта броня выглядела слишком крепкой, но не тут-то было.
– Я тоже ожидал от этого парня большего, – прошептал я. – Он как-то быстро выдохся, а мог бы ещё долго меня развлекать. Ещё и подставился я так глупо, следовало уклониться влево, а не принимать удар.
– Нужно обработать рану и перевязать, – заметил подошедший Сергей Витальевич.
– Этим и займусь, пожалуй, – кивнул я. – В домике есть аптечка.
– Ступай, – не стал возражать учитель. – Ты молодец, хороший бой.
Я улыбнулся, отправил Макса восвояси, подмигнул встревоженно глядевшей с зрительских рядов Иоко, и покинул стадион.
Добравшись до нашего домика, нашёл аптечку, достал оттуда антисептик и бинты, щедро полил незапланированное отверстие в боку, туго перемотал и, крепко затянув узел, утер пот со лба. Хорошо, теперь можно и на разведку сбегать.
Полагаю, меня долго не хватятся, ведь, по легенде, я отдыхаю после напряженного боя. Да и Сергей Витальевич не станет отлучаться, он один из кураторов отборочных, обязан наблюдать за каждым поединком. Часа два-три у меня точно есть.
Собрав небольшой рюкзак с водой и парой яблок, я закинул его на плечо и зашагал в сторону леса. За домиками пришлось пригнуться, прячась в высокой траве. Метрах в пятидесяти прогуливался парень в плотном комбинезоне с винтовкой на плече, внимательно глядя по сторонам. Сверх, пятый ранг. Неплохие ребята в подчинении у Носова были. Интересно, где он всё же работал до того, как стал учителем в нашей школе?
Высота травы позволяла мне, в принципе, проскользнуть и так, но я предпочел не рисковать и врубил ускорение, только без резких привычных всплесков силы, чтобы парень не почуял.
Прошмыгнув мимо часового, не выпрямляясь, я направился привычным уже маршрутом и, только скрывшись за деревьями, с наслаждением зашагал. Как хорошо, когда не надо скрючиваться в три погибели!
Озеро выглядело таким же приятным, маня свежестью и обещанием прохлады, но я не обманывался. На том берегу неизвестный сверх схватил девушку-студентку, потащил её в лес, в хижине, довольно далеко отсюда, у них была неравная схватка, после чего монстр повесил девушку на древнем дереве.
Каким мотивом руководствовался убийца? Для чего было похищать Катю, чтобы потом прикончить? Или в этом и состояла цель неизвестного? Может, Наташа не всё нам рассказала, и её подруга сделала что-то, вызвавшее гнев у сверхчеловека? Тогда его поведение выглядело бы более-менее логичным, с учетом того, что сверх с психическими отклонениями.
Допустим, чисто гипотетически: девушка Катя познакомилась на какой-нибудь студенческой тусовке с приятным молодым, или не очень молодым, человеком. Они общались, парню стало казаться, что девушке он весьма приятен, но Катя хотела лишь секса. Переспав с симпатичным мужчиной, студентка ушла, не сказав ни слова на прощание, а юноша, уже питавший надежды, возможно, даже больной чем-нибудь неприятным, решил расквитаться с девчонкой.
Нет, не слишком сходится картинка. Для чего тогда он аж сюда пришёл? В городе столько тёмных переулков и тихих улиц, где можно без особого труда и последствий убить кучу народа, и никому не будет до этого дела. Нет, есть иная причина. Возможно, Наташа не знала её, и действительно рассказала нам правду, но, что-то мне подсказывает, это не так. Вчера, будучи под впечатлением, мы поверили студентке, повелись на её слёзы и прочее, но не может быть убийства без мотива. Если бы сверх был таким уж свихнувшимся маньяком, он бы начал с жителей той деревни, где побывали девушки.
Пожалуй, стоит и нам туда сходить, поспрашивать. Может, сверх оттуда, и тогда не придётся бегать по лесам в поисках убийцы. Хотя, думаю, Сергей Витальевич сразу просчитал такой вариант и отправил в деревню своих ребят.
За размышлениями я не заметил, как миновал озеро, редкий лесок, углубившись в чащу. Здесь тепло сменилось прохладой, заставив меня застегнуть кофту. Да уж, лето давно отступило прочь, позволив осени прочно закрепиться вокруг. Даром, что листья на деревьях ещё не начали желтеть и осыпаться, зато погода перестала баловать теплом. Солнце, конечно, припекало, но ночи холодные, да и здесь, в глухом лесу, чувствуется веяние грядущих морозов.
Итак, план на сегодня: добраться до треклятого дерева, осмотреть там всё внимательно, вернуться обратно, с находкой или без, и ещё раз поговорить с Наташей. Если получится, нужно вытянуть из Сергея Витальевича про деревню: отправлял он туда ребят или нет. Возможно, там тоже найдутся зацепки по этому убийству.
Невольно ощущаешь себя эдаким детективом, расследуя преступление в провинциальном местечке, когда совершенно нет улик, и убийца – мистическое существо. Будь это всё не взаправду, я бы даже порадовался. Но Катя погибла, мертва, и это подтвержденный факт. Хотя, погоди…
Откуда нам знать, что это действительно Катя? Наташа ещё не видела труп, а мы его не осматривали на предмет документов. Вдруг это вообще другая девушка? Местная, или кто-то вроде этого. А студентка до сих пор жива, находится в плену у сверха.
Эта мысль заставила меня остановиться. Я невольно рассмеялся. Забавно. Чем дальше в лес, тем больше идей, которые прямо сейчас проверить невозможно. Ладно, добавлю-ка ещё один пункт в свой список дел. Надо бы поспешить.
Я вздохнул и ускорился. Время близилось к двенадцати часам, но отдых настолько далёк от меня, что о нём приходится лишь мечтать. Видно, такова моя судьба.
12. Пикник, часть четвёртая
В одиночку путь до зловещего дерева занял у меня полчаса, даже с учётом того, что ветки по-прежнему заслоняли проход и идти было тяжело.
Забравшись на холм, я остановился, глядя на подсвеченное лучами солнца дерево. Сейчас оно не казалось таким жутким и странным, как ночью, но что-то мне всё же не нравилось. Словно и впрямь тут проводили сектантские ритуалы. Может, наш сверх – фанатик? Надо бы проверить.
Подойдя ближе, я принялся осматривать ствол. Неровный, бугристый, местами с облезшей корой, показывая обнажённые сухие бока. Сколько лет этому дереву? По виду не меньше сотни, но я не биолог, могу ошибаться.
Обойдя дерево по кругу, наткнулся на вырезанные на стволе символы: какие-то непонятные закорючки неизвестного мне назначения. Может, местные дети балуются, а может наш сверх постарался. Но будь я идолопоклонником, к примеру, то боготворил бы это дерево, слишком уж оно колоритное.
Не найдя никаких следов на самом дереве, я вгляделся под ноги. Трава возле выпирающих из-под земли корней не была такой уж высокой, так что почти сразу мне удалось различить блестящий предмет. Ночью мы его не увидели, потому что он валялся почти у самого корня, надёжно скрытый древесным навесом.
Наклонившись, я взял находку в руки. Это оказалась зажигалка, обычная, разве что корпус выполнен из металла, отсюда и блеск. На боку выгравирован знак: оскалившаяся волчья морда, вокруг которой пляшут лепестки пламени. Символичненько.
Повертев зажигалку в руках, я пожал плечами и сунул её в карман. Дальнейшие поиски не принесли никаких результатов, и, ещё раз взглянув на кошмарное дерево, я отправился обратно.
Итак, наш убийца не оставил никаких следов, кроме этой самой зажигалки. Возможно, она принадлежит не ему, а Кате, поэтому стоит поинтересоваться у Наташи, курит ли её подруга. Если нет, то нам повезло, и есть хоть маленькая, но зацепка. С другой стороны, что мешает мне сейчас пошататься по округе, вдруг сверх такой дурак, что залёг неподалёку?
Развернувшись, я по часовой стрелке направился вокруг дерева, расширяя круг. Постепенно ушёл от сектантского счастья на пару километров, но оно по-прежнему виднелось в поле зрения. Лес по другую сторону от дерева не отличался такой густотой, дышалось в нём легче, и ветки не норовили оставить без глаза.
Пейзаж не слишком разнообразный, так что, поплутав минут двадцать, я не нашёл ничего примечательного и, вздохнув, теперь уже точно, пошёл домой.
Шагая по лесу, решил немного отвлечься от порядком надоевших мыслей об убийстве и принялся разбирать по полочкам свой поединок с Марком.
Да, парню из Симфонии удалось меня немного удивить, но, по факту, не так уж он был силён. Громов гораздо круче, хотя, конечно, и повыше рангом. У Марка отличные скорость и сила, да и способность вполне подходящая для бойца, вот только выносливость, похоже, изрядно хромает, из-за чего он так быстро слился. Вероятно, время применения абилки у Королёва столь же короткое, что и у меня до недавних пор. Благо, продвижение по рангам и починка моих каналов незнакомцем Вальдеком сильно продвинули меня вперёд. Я не засекал, но, думаю, сейчас смогу без каких-либо затруднений использовать зеркалку на протяжении двадцати с лишним минут, чего точно хватит для победы над соперником шестого-седьмого ранга. Восьмиранговые для меня до сих пор не по зубам, но оно и понятно. С одной стороны, хорошо, что способность оказалась не такой читерской, как мне думалось изначально, иначе я бы уже стоял на вершине пищевой цепочки этого мира. Только вот не нашёл бы таких хороших друзей и милую девушку Иоко. Нет, на данный момент мне не сильно нужно глобальное превосходство над остальными сверхами. Я лишь хочу выиграть турнир, доказав отцу, что со мной следует считаться. Ещё бы Куро заботило моё мнение.
Попасть на территорию лагеря вышло гораздо сложнее, чем выбраться наружу. То ли Носов решил ужесточить патрулирование, то ли солнце перестало так докучать бойцам, но теперь давешний парень в комбезе глядел в оба, сканируя при этом местность. Я усиленно притворялся камешком в кустах, и, похоже, мне удалось не привлечь к себе внимание. Дождавшись, пока часовой отвернётся, я стремительным вихрем промчался мимо него и, выбежав на улицу, остановился отдышаться.
– Ну что там, Мистик? – набросился на меня Макс, стоило переступить порог нашего домика. Девчонки были там же, усталые, но довольные.
Я показал друзьям зажигалку и вкратце объяснил свои размышления-опасения.
– А ведь и правда, – задумчиво пробормотала Иоко. – Откуда нам знать, что это именно Катя?
– Вот-вот, – усмехнулся я. – Так что идём, поговорим с Наташей. Надеюсь, она уже очнулась.
Наташа и впрямь пришла в себя. Девушка сидела за столом, потягивала чай и смотрела перед собой, очевидно, о чём-то напряженно размышляя.
– Добрый день, – поздоровался я с ней. – Как себя чувствуешь?
– Голова раскалывается, – пожаловалась Наташа, поморщившись. – И настроение на редкость паршивое. Вы Катю нашли?
Мы переглянулись.
– Кажется, Сергей Витальевич ей ничего не рассказал, – прошептал я.
– Не успел, – устало произнёс Носов, входя на кухню. – Я собираю отряд на поиски этого существа. Полагаю, командир оцепления с вашей помощью побудет за главного. Смотрите, чтобы никто ничего не натворил в моё отсутствие.
– Куда вы дели тело? – спросил я. Учитель кивнул в сторону двери.
– Отнёс в соседний домик, он временно пустует.
– Какое тело? – взгляд Наташи дрогнул, девушка, казалось, вот-вот заплачет.
– Думаю, тебе стоит взглянуть, – мрачно изрёк Сергей Витальевич.
Планировка в соседнем доме не отличалась от остальных, и тело девушки, завёрнутое в простыню, лежало на диване. Наташа пошатнулась, и Макс подхватил её за локоть, не давая упасть. С другой стороны встала Яна.
– Это… – прошептала девушка.
Учитель откинул покрывало, показывая лицо убитой. При свете дня оно казалось ещё более обезображенным, потемневшим, с жуткой гримасой боли. Да, я убивал людей, но всегда делал это быстро, потому для меня впервые видеть настолько отвратное зрелище.
– Нет! – вскрикнула Наташа, теряя равновесие. Она буквально повисла на моих друзьях, всхлипывая и не отрывая взгляда от мёртвой.
– Это Катя? – спросил я, хотя это и не требовалось: реакция девушки сказала сама за себя.
– Да, – прошептала студентка. – Как же так? Как это произошло?
Сергей Витальевич глянул на часы, накрыл тело и, подхватив на руки, понёс на улицу.
– Её отвезут в город, в морг, – пояснил классный руководитель. – К сожалению, я не могу уделить вам больше времени, меня ждут. Объясните ей всё, может, удастся выяснить ещё что-нибудь.
– Один вопрос можно? – негромко заговорил я, поравнявшись с ним.
– Если на него не потребуется длинный ответ.
– Девушки побывали в деревне поблизости. Вы пробовали отыскать убийцу там?
Он бросил на меня внимательный взгляд, покачал головой.
– Нет. Но мы зайдём туда во время поисков.
– Сколько вас не будет? – поинтересовался я, прикидывая, что можно успеть сделать.
– Думаю, до вечера. Пока светло, нужно прочесать каждый участок леса, мало ли где прячется эта тварь, – процедил Сергей Витальевич. – Мистик, пожалуйста, не покидайте лагерь. С вами остается почти два десятка бойцов под командованием моего хорошего приятеля. Если что случится, обращайтесь к нему, он также будет рассчитывать на вашу помощь, возникни такая необходимость.
– Хорошо, – не стал спорить я. Всё равно первым делом нужно поговорить с Наташей, а это займёт много времени.
– Спасибо за понимание, – учитель подошёл к автомобилю с тонированными стёклами, положил тело на заднее сиденье. В машине находились двое, бойцы из оцепления. Носов что-то негромко сказал им, после чего авто сорвалось с места.
К нам приблизился один из парней в комбинезоне, с автоматом на плече. Знаков отличия на нём не было, но ледяной взгляд и грубое лицо свидетельствовали о богатом жизненном опыте.
– Готов принять командование, Гарик? – хмыкнул Сергей Витальевич, пожав руку парня. Тот улыбнулся.
– Буду только рад помочь.
– Это Мистик, он и вон те оболтусы – твои помощники, если что, – представил нас учитель. Гарик кивнул. – А это Игорь Капралов, мой хороший друг, ветеран войны. Постарайтесь ему не докучать.
– Будет сделано, – усмехнулся я. – Удачи вам, Сергей Витальевич.
Носов со вздохом махнул рукой и зашагал к ожидавшим неподалёку бойцам. Всего с учителем отправились человек десять, но я не сомневался, что в окружении пяти-шестиранговых сверхов он будет в безопасности. Даже если наткнётся на врага. Хотя, что-то мне подсказывает, что убийцы в лесах нет.
Мы попрощались с Гариком и вернулись в дом классного руководителя. Усадили Наташу за стол, сунули в руки чай с мятой. Девушка глядела в одну точку, до сих пор всхлипывая и порой качая головой.
– Мистик? – Макс многозначительно кивнул в сторону Наташи. Я вытащил зажигалку, принялся вертеть в руках.
– Слушай, Наташ, мне любопытно: твоя подруга курила?
Девушка вздрогнула, взглянула на меня.
– Странный вопрос. Нет, Катя не любила сигареты и алкоголь. Она всегда воротила нос от курильщиков, предпочитая стоять поодаль, если в нашей компании кто-то дымил.
– Вот как, – пробормотал я. – Может, тебе знакома эта зажигалка?
Наташа взяла находку, внимательно осмотрела, положила на стол.
– Нет. Похожая была у одного знакомого, но у Кати такой точно быть не могло, если ты об этом.
– Значит, её обронил убийца, – произнёс я задумчиво. Выходит, сверх курит, возможно, когда он забирался на дерево, Катя сопротивлялась и монстр выронил зажигалку. – Странно, что он за ней не вернулся. Сомневаюсь, что у этого существа все карманы набиты зажигалками.
– Что в ней такого? Всего лишь кусок металла, – фыркнула Яна. Я покачал головой.
– Отнюдь. Для курильщиков зажигалка играет важную роль. Некоторым она заменяет талисман. Как думаешь, сможет ли заядлый курильщик так легко расстаться с привычной ему вещью?
– Хочешь сказать, он обронил её намеренно? – подхватила мою мысль Иоко. Я улыбнулся.
– Возможно. Есть у меня одна идея… Слушайте, вы случайно не видели такую зажигалку у кого-нибудь из наших ребят?
Друзья переглянулись.
– Вроде нет. У старшеклассников я заметил обычную жигу, простенькую, сомневаюсь, что кто-нибудь из них стал бы с такой навороченной разгуливать, – сказал Макс.
– Скорее всего, ты прав, хотя, если так подумать, у нас учатся далеко не бедные.
Я взглянул на Наташу. Девушка по-прежнему выглядела опустошенной, словно кто-то резко вынул из неё весь стержень. Так не пойдёт, слишком мало информации. Попробую-ка расспросить её.
– Наташа, с вами, случайно, ничего странного не происходило в последнее время? Может в ближайшие дни, недели, или месяцы?
Студентка постучала пальцами по столу.
– Что ты имеешь ввиду?
– Ну, допустим, вы нажили себе врага, сделали кому-то больно, обидели или что-то в этом роде, – подсказал я. – Может, Катя закрутила интрижку с каким-нибудь парнем, а потом резко бросила его, и он захотел отомстить.
Наташа пожала плечами, достала платок, принялась вытирать слезы.
– Не знаю насчёт Кати, а я месяц назад рассталась со своим. Достал меня вечными упрёками и ревностью. Только за порог – и начинает досаждать сообщениями, звонками, едва ли не до истерик.
Я поймал взгляд Иоко. Похоже, этот бывший Наташи вполне может быть той самой единственной зацепкой, которая приведёт нас к убийце. Если он сам не является сверхом.
– Вы с тех пор не общались? – Яна, кажется, вникла в суть происходящего и присоединилась к допросу.
– Ну, он мне пару раз звонил, умолял простить, клялся, что больше не станет ограничивать мою свободу, но я бросала трубку. Катя виделась с ним на улице, он пытался через неё меня достать, но подруга ловко отшила.
– Ты знаешь, где сейчас может быть этот парень? Или хотя бы номер телефона, – поинтересовался я, размышляя, как выйти на бывшего Наташи. Вдруг это его зажигалка?
– Он в городе, работает посменно на стройке охранником.
– Допустим. Ты не замечала ничего странного в нём? Может, какие-то физические особенности.
Наташа покачала головой.
– Нет, внешне обычный молодой человек двадцати лет. А что? Думаете, это он убил Катю? Сильно сомневаюсь. При всей своей ревности, Лёша тот ещё тюфяк, он ни разу в жизни не дрался, предпочитая решать конфликты на словах.
– Кто знает, – я повернулся к Максу. – Похоже, какая-никакая, а ниточка. Возьми-ка телефон, выйди на этого Лёшу, попробуем с ним поговорить.
– Хорошо, – кивнул друг.
В дверь постучали, и через пару секунд в комнату зашёл Крис. Мальчик выглядел хмурым и, едва оказавшись в помещении, уставился на зажигалку, которую я по-прежнему вертел в руках.
– О, вот она где! Откуда у вас моя зажигалка?
Я посмотрел на предмет в руке, потом на Криса.
– Эм, твоя?
– Ну да. Кое-кто у меня её забрал ещё с вечера, да так и не вернул.
Крис подошёл, вырвал у меня из рук свою собственность.
– Погоди, кому ты её давал? – быстро спросил я. – Это очень важно!
Крис пожал плечами.
– Да Димке из Симфонии, мы с ним часто вместе курим за школой. А что такое?
Я вкратце пояснил мальчику ситуацию. Глаза Криса изумлённо округлились.
– Да ну? Думаете, Димка убил ту девушку? Сильно сомневаюсь. Он, конечно, тот ещё гад, но точно не убийца.
– Как знать, люди порой способны на невероятные вещи, – хмыкнул я. – По некоторым и не скажешь, что они в душе кровожадные маньяки, жаждущие принести в жертву какому-нибудь богу тысячи жизней.
– Тоже верно, – с сомнением протянул Крис. – Но я правда уверен, что Дима не такой. Адекватный он, честное слово.
– Надо бы, в таком случае, поговорить с этим Димой, пусть объяснит, как твоя зажигалка оказалась на месте преступления, – решительно заявила Яна. Я кивнул.
– А вообще, ты зачем зашёл-то? – поинтересовался у Криса.
Мальчик помахал зажигалкой.
– Искал её, думал, вдруг вы нашли случайно. Оказалось, неслучайно.
– Ох уж эти совпадения, – покачал я головой. – Ладно, идём к Димке, допросим его как следует.
– Я видел его недалеко от стадиона, как раз перекинулись парой фраз, – вспомнил Крис. – Может, он ещё не ушел.
– Тогда поспешим.
Мы оставили Наташу под присмотром Яны и побежали к стадиону. На ходу я подумал, что теперь у нас две ниточки: бывший парень Наташи, явно озлобленный на неё, и Димка, один из сверхов Симфонии. Кто из этих двоих убийца – ещё предстоит выяснить. И я понятия не имею, как поступить, если оба невиновны. Тогда придётся искать другие зацепки, которых, в общем-то, и нет.
Забавно. Случайно стали почти свидетелями преступления, а теперь уже второй день его расследуем, никак не можем докопаться до сути. Был бы здесь наставник, уверен, он сумел бы найти выход. Или, как минимум, дать совет.
Вздохнув, я ускорился. Время не ждёт, стоит пропустить ещё несколько часов, и следы окончательно скроются из виду. Тогда нам ни за что не поймать убийцу.
13. Пикник, часть пятая
На опушке леса, возле стадиона, и впрямь стоял парень, которого я несколько раз видел ещё в школе: долговязый, худощавый, с растрепанной прической и спокойным взглядом бесконечного философа-пофигиста. Увидев, что мы направляемся к нему, парень улыбнулся.
– Привет вашей компании! Поздравляю с выходом в третий этап.
– Благодарю, – кивнул я. – Слушай, нас очень интересует, где ты оставил эту зажигалку.
Крис показал Димке знакомый ему предмет. Парень пожал плечами.
– Директору отдал.
– Директору? – мы изумленно переглянулись. – Какому?
– Да нашему, Аркадию Николаевичу, – фыркнул Димка. – Я глупо поступил, за домиком стоял курил, тут из-за угла выходит Меньшиков, видит это безобразие и требует зажигалку отдать. Ну и сигареты отобрал тоже, само собой. Я собирался подойти к Крису, извиниться, когда новую куплю, да вот – нашлась. И славно.
Я внимательно взглянул в глаза парня, но тут и так было очевидно, что не врёт. Не умеет врать.
– Спасибо за помощь, – поблагодарил его Крис.
– Да не за что, в общем-то, – усмехнулся Димка.
Мы отошли подальше, и Макс ударил кулаком о ладонь.
– Как это вообще возможно? Неужели наставник убил ту девушку?
– Не кипятись, – осадил я его. – Мы пока не знаем, что там наверняка произошло, а строить бесконечные догадки мне уже здорово надоело. Давайте попробуем позвонить Меньшикову, может, он соизволит взять трубку.
– Как ты позвонишь – связь-то не работает, – Иоко помахала телефоном. Я поморщился.
– Да, об этом я позабыл. Ну, тогда ждём Сергея Витальевича. У него уж точно получится дозвониться.
– Нет, неужели наш директор и правда способен на убийство? – пробормотал Крис. Видно было, что мальчика вся эта история с девушками здорово зацепила.
– Сильно сомневаюсь, – покачал я головой. – Должен быть ещё какой-то элемент головоломки. Кто-то, чьими руками была убита Катя. Наташа сказала, что это было большое существо, но Аркадий Николаевич не таких уж и громадных габаритов. Да, он высокий и широкоплечий, но не бодибилдер. Значит, зажигалка от Меньшикова пошла ещё куда-то, и тот, у кого она побывала в последнюю очередь – наш убийца.
– Неплохая гипотеза, – одобрила Иоко. – Как бы нам проверить бывшего парня Наташи?
– Никак. Этим пусть лучше займётся Носов, у него и связей побольше, и возможностей, – я задумчиво почесал подбородок. – Мы же можем только сидеть здесь и ждать, когда монстр придёт в лагерь, чтобы его поймать и убедиться.
– Верно, – вздохнул Крис. Заметив наши взгляды, мальчик смутился. – Вы же не против, что я помогу?
– Лишних рук в таком деле не бывает, – Макс похлопал Криса по плечу. – Добро пожаловать на борт, сынок.
Мы засмеялись. Нервное напряжение давило на мозг, не давая расслабиться. Осознание, что где-то неподалеку может бродить сверх-маньяк высокого ранга не внушало оптимизма. Мне хотелось как можно скорее схватить тварь и передать в руки правосудия. Или убить самостоятельно.
Ещё на пороге домика Сергея Витальевича я почуял неладное. Зайдя в комнату, увидел бессознательную Яну, лежавшую на диване. Наташи видно не было.
– Яна! – Макс бросился к подруге, проверил пульс. – Жива!
Я пробежался по комнатам, и полностью убедился в том, что студентка пропала.
– Наташи нет, – мрачно изрёк, возвращаясь к друзьям.
– Что здесь произошло? – Макс взял нашатырь и провел тюбиком перед носом Яны. Девушка вздрогнула и открыла глаза. Поначалу она изумлённо глядела на нас, затем, кажется, вникла в происходящее.
– Что тут было? – поинтересовался я, присев рядом. Яна моргнула, поправила сбившуюся прическу.
– Мы с Наташей обсуждали различные вопросы, можно сказать, болтали о всяком-разном, и тут я, кажется, потеряла сознание. Очнувшись, увидела вас. Вот и всё.
– Не очень проясняет ситуацию, – поморщился я. – Куда делась Наташа, вот что важно.
– Что, если она решила самостоятельно продолжить поиски убийцы? Может, Наташа рассказывала нам не всё? – Иоко скрестила руки на груди.
Моё воображение заработало, пытаясь подстроить факты под предположения.
– Допустим, Наташа на самом деле знает имя убийцы, но, по каким-то причинам, не захотела нам его называть. О чём это говорит?
– О том, что она надеется сама разобраться с этим человеком, – Яна окончательно пришла в себя. – А вдруг это не её бывший, а её нынешний парень? Как-то странно, по-моему, выглядит ситуация, когда убийца, обладающий нечеловеческой силой, хватает одну девушку, а вторую оставляет на месте. На мой взгляд, разумнее для него было бы взять обеих, чтобы не оставлять следов. Иначе выглядит так, будто он намеренно не тронул Наташу.
– Или не хотел причинять ей особого вреда, – закончил я. – Не считая царапин.
– Пока мы тут строим теории, она уходит всё дальше, – напомнил Крис.
– Тогда побежали, – скомандовал я.
Мы закрыли дверь домика и быстрым шагом направились в сторону леса. Впрочем, далеко мы не ушли: стоило ступить на опушку, как путь преградил всё тот же часовой.
– Стоять! Куда намылились?
– На поиски сбежавшей девчонки, – я вкратце пояснил ситуацию, избегая подробностей. – К тому же, Сергей Витальевич нас назначил помощниками вашего командира.
Боец внимательно выслушал все аргументы, но видно, что сомневается в последствиях решения. Если пропустит нас: может прилететь от начальства. Не пропустит – то же самое. Вот и гадай, какой стул лучше.
– Позовите командира, – посоветовала Яна. – У вас же есть с ним связь?
Парень кивнул, отошел в сторонку, держа нас в поле зрения, заговорил в рацию. Буквально через пару минут через кусты с шумом проломился Гарик. Увидев нас, командир весело хмыкнул.
– Блин, Форест, я же предупреждал насчёт этих ребятишек. Их можно было пропустить без проверок.
Боец виновато кивнул.
– Ладно, что там у вас? Кто куда сбежал? – Капралов взглянул на меня. Я снова описал ситуацию. Гарик, кажется, понял всё с полуслова, без лишних вопросов кивнул, взял рацию.
– Бегите, догоняйте эту девчонку. Я свяжусь с Сергеем, пусть возвращаются.
– Спасибо! – я поблагодарил командира за помощь и, развернувшись, побежал догонять уже рванувших прочь ребят.
– В какую сторону она пошла, как думаете? – на бегу спросил Макс.
– Вероятно, туда, где всё началось, – предположил я. – К озеру.
– Не факт, но проверить стоит, – поддержала меня Иоко. Яна и Крис воздержались от комментариев.
Мы довольно быстро добрались до холма, и уже оттуда углядели мелькающую среди деревьев футболку Наташи. По правде, это была футболка Иоко, которой девушка поделилась с пострадавшей, потому что вещи студентки оказались сильно запачканными кровью.
– Ты был прав, – хмыкнул Макс.
– Стоит поднажать, как-то она быстро движется для обычного человека, – пробормотала Яна.
Скатившись с холма, мы ускорились и буквально через пару минут догнали Наташу. Услышав топот ног, девушка испуганно обернулась, запнулась ногой о ветку, лежавшую на земле, и упала.
– Осторожно, – я остановился рядом, помог ей подняться. – И куда это ты так торопишься?
– Где вы были так долго? – вместо ответа возмущённо заявила студентка. – Там в дом вломился какой-то мужчина, накричал на меня, взял что-то из шкафа и ушёл.
– Как он выглядел? – требовательно спросила Иоко.
– Высокий, широкоплечий, светловолосый, с голубыми глазами, – описала незнакомца Наташа.
– Аркадий Николаевич, – переглянувшись, хором сказали мы.
– Значит, он уже приехал. Неужели мы разминулись? – протянул я. – А что случилось с Яной? Почему она потеряла сознание?
– Я понятия не имею, – всхлипнула девушка. – Мы сидели, разговаривали, и потом она вдруг упала без чувств. Я пыталась её привести в себя, но не сумела, только перенесла на диван.
Ребята удивлённо переглядывались. Кажется, они поверили в эту историю, но меня что-то сильно смущало. Как-то наигранно всё выглядело со стороны, не очень мне верилось, что Наташа, пережившая нападение монстра, испугается возмущенного Меньшикова и побежит прочь из лагеря. По логике, она отправилась бы искать нас, но уж точно не рванула бы куда подальше. И ещё один момент в копилку: как обычному человеку удалось проскользнуть незамеченным мимо часового? Ладно я, для меня это не составляет большого труда, потому что могу использовать некоторые высокоранговые навыки передвижения, считанные у Куро и наставника. Но Наташа – простая студентка..? Что-то здесь явно не так.
– Скажи-ка мне, пожалуйста, как ты прошла мимо того бойца? – прищурившись, спросил я у девушки. – Он нам устроил детальный опрос: куда, зачем, кто такие и прочее. Как ты сумела проскользнуть?