Я была готова к этому. Действительно была готова к тому, чтобы отдать сейчас свою жизнь ради спасения любимого. Не пряталась, не пыталась сбежать или найти обходной путь. Просто сидела в захолустной кафешке, спокойно пила давно уже остывший отвратительный кофе и ждала. Посетителей было немного, поэтому дверь открывалась нечасто, и каждый раз звук колокольчика на входе заставлял меня вздрогнуть и поднять глаза. Да, я была готова умереть в этот вечер, но это совсем не значит, что я не боялась неизбежной гибели или хотела ее скорейшего наступления. Если уж быть откровенной до конца, то моя внешняя уверенность в своем решении была наигранной от и до. Мне было страшно до чертиков, настолько, что внутренности скручивало в тугой узел, а сердце колотилось, как сумасшедшее. Наверное, обладай я хоть какой-то силой – и в эту минуту я бы уже бежала прочь со всех ног, чтобы выиграть немного времени, найти другой выход… Но я была слишком слаба, чтобы спасти Ардэна как-то еще, поэтому мне оставалось лишь сидеть на месте и ждать своего палача.
Снова звякнул колокольчик. Звук вышел каким-то особенным, мрачным и жалобным. В кафешку вошел молодой мужчина, лет тридцати на вид, в джинсах, футболке, легкой темной куртке. Отметив его усталый вид и недельную щетину, я утратила к нему всякий интерес. Вряд ли квестор Контроля сверхъестественных существ может выглядеть столь обыденно и даже неопрятно…
Тем удивительнее для меня было, что парень уселся напротив. Окинул пристальным взглядом, неприятно усмехнулся и задумчиво поскреб подбородок. Я только хотела сказать ему, что не намерена составлять компанию, но он заговорил первым:
– Нимфа? Водная?
– Гиада, – тихо выдохнула я в ответ, с трудом поборов приступ страха. Я внешне мало похожа на сестер по крови, то есть вот так с ходу распознать во мне нимфу мог только тот, кто хорошо разбирался в Старших и Древних. Кому это быть, как не квестору?
– Для нимфы дождя ты странновата, – хмыкнул парень, невозмутимо отхлебнув из моей кружки и скривившись: кофе уже утратил последнюю каплю своей вкусовой привлекательности. – Волосы темные и кудрявые, глаза яркие, кожа светлая, но не болезненно бледная. Да и… – он на мгновение задержал взгляд на моей груди, – объем, где надо, имеется.
– А мой облик как-то влияет на то, что должно произойти? – Слова сорвались с губ прежде, чем я успела подумать, стоит ли их вообще произносить. Вообще-то, я довольно тихая и даже на грубость в свой адрес отпор дать не в силах. Но то, как оценивающе и пренебрежительно квестор меня оглядел… Так смотрят на залежавшийся товар. Тут же захотелось встать и уйти, но вместо этого пришлось, стиснув зубы, сделать вид, будто мне все равно. От меня ведь зависело будущее Ардэна, да и жить-то осталось считанные минуты. Можно задвинуть свои собственные чувства на задний план.
– Да нет, не влияет, в общем-то, – лениво дернул плечом мужчина. – Просто ты любопытный экземпляр среди своего вида… Или врунья, – глаза моего собеседника внезапно превратились в две ледышки. – Докажи, что ты гиада.
Странное дело, но этот квестор дурно влиял на меня. Я буквально воочию представила, как вызову дождь над его головой, да такой, чтобы парень мгновенно вымок до нитки и гарантированно подхватил тяжелейшую простуду, а то и воспаление легких…
Но одно дело представить, а другое – сделать. Заполучить в отместку медленную и мучительную смерть я не хотела, поэтому сделала глубокий вздох и… всего-навсего утратила большую часть человеческого облика. Воздух вокруг нашего столика стал плотным и влажным, вокруг меня скопились капельки воды, медленно кружа в причудливом танце и поблескивая в тусклом свете электрических ламп. Температура тела стремительно падала, и буквально через минуту кожа моя приобрела голубоватый оттенок, а губы посинели. Бисеринки воды бестолково заметались, когда я, повинуясь внезапному порыву, протянула ладонь и коснулась запястья квестора. Мужчина резко отдернул руку, на которой остался влажный след от моих совершенно сухих на вид пальцев, и бросил на меня хмурый раздраженный взгляд:
– Ладно, верю, что ты Старшая.
Квестор замолчал, потом устало вздохнул и поднялся на ноги. Я собралась сделать то же самое, но он вдруг тяжело уселся обратно и пытливо заглянул мне в глаза:
– Мне вот интересно, отчего, принадлежа к роду существ, веками копящих опыт и мудрость предков, вы, нимфы, такие дуры?
От этого вопроса я опешила и бестолково хлопнула ресницами, не особо понимая, риторический он, или надо ответить. Судя по выражению лица мужчины – ответ он все-таки ждал. А я не знала, что сказать. И не придумала ничего лучше, чем задать свой вопрос:
– Почему это мы – дуры? И все ли?
– Ну, на счет всех, конечно, я точно говорить не могу, но ты уже шестая за этот год, которая вот так бестолково собирается окончить свою жизнь. – Квестор неприятно ухмыльнулся: – И знаешь, что самое примечательное? Шестая нимфа, жертвующая своей жизнью ради Ардэна Лийна.
Я застыла каменный изваянием. Стоит ли верить подобному заявлению от представителя Контроля сверхъестественных существ, которого впервые вижу? С одной стороны, ему не зачем врать мне, с другой… Может, ему всего лишь хочется помучить свою жертву перед смертью?
Мужчина верно угадал сомнение в моих глазах и склонился ближе, сложив руки на столик:
– Думаешь, я лгу? А смысл, тебе ведь жить-то всего ничего. Просто хочу понять, как этот тип умудряется выкручиваться из своих неприятностей за чужой счет. Как он уговорил тебя умереть вместо него?
– Он не уговаривал, – голос куда-то исчез, говорила я шепотом хрипловатым от слез, внезапно сдавивших горло. – Я сама так решила, когда узнала, что ему грозит. Ардэн даже не знает ничего.
– Ну конечно, – снисходительно усмехнулся квестор. – Ничего твой Ардэн не знает… Милая, спустись со своих ванильно-розовых небес на землю! Самостоятельность твоего выбора – иллюзия. Не знаю как, но этот ублюдок вынуждает дурочек вроде тебя жертвовать во имя любви к нему своей жизнью…
– Зачем вы мне все это говорите? – я перебила мужчину, не желая больше слушать подобные откровения.
– Тебе не хочется знать правду о своем возлюбленном? – вскинул бровь тот.
– Правда о нем теперь уже совершенно бесполезна, – я дернула плечом, изо всех сил стараясь держаться спокойно и невозмутимо. – Быть может, чуть раньше я бы выслушала вас, но сейчас договор с Контролем уже заключен. Поздно трепыхаться, когда уже продала себя.
– И ты даже не попытаешься оспорить сделку? – неподдельно изумился мужчина. – Я мог бы выступить на твоей стороне, объяснить местному Эмиссару, что тебя обманом заставили заключить этот договор…
– Но это ведь не так, – покачала я головой, снова не дав ему договорить. – Я сама пришла в Контроль, сама предложила свою жизнь в обмен на снятие всех обвинений с Ардэна. Да и потом, если я оспорю договор, его ведь казнят.
– А не все ли тебе равно? – развел руками квестор. – Туда ему и дорога. В конце концов, он тебя не любит и не заслуживает подобных жертв.
– Не вам решать, – голос мой прозвучал резче, чем хотелось бы. – Главное, что я его люблю и хочу, чтобы Ардэн жил дальше.
– Дура! – незамедлительно констатировал мужчина.
– Очень может быть. Но уже ненадолго, – парировала я и замолчала. Продолжать разговор не хотелось. Я бы предпочла, чтобы человек напротив как можно скорее привел договор в исполнение и избавил меня от неизбежных размышлений о подлости любимого человека.
Квестор поднялся на ноги и пошел к выходу из кафешки, поманив меня за собой. Что ж, рада, что моим последним воспоминанием не станет эта забегаловка с мерзким кофе. Окинув помещение мимолетным взглядом, я пошла за своим палачом.
Засунув руки в карманы брюк, он стоял у вдоха в узкий переулок и скептически рассматривал ночное небо, затянутое грозовыми тучами.
– Твоих рук дело? – кивком указал квестор на небосклон.
– Не рук. Скорее, реакция природы на мои чувства.
Мужчина кивнул, словно бы принимая эту информацию к сведению. Потом неловко взъерошил волосы на затылке и посмотрел мне прямо в глаза:
– Ты прости, что я тебе рассказал нелицеприятную правду об этих пяти нимфах и Ардэне.
– Почему вы извиняетесь?
– Потому что влез не в свое дело, – совершенно серьезно отозвался квестор и указал на переулок: – Иди.
– В каком смысле? – я уставилась на него с крайней степенью удивления.
– Просто иди, – чуть раздраженно закатил глаза мужчина. – И не оглядывайся на меня.
Я ничего не поняла. Но переспрашивать еще раз не решилась и под раскатистый рокот грома сделала шаг в темноту проулка, ощущая, как на волосах оседают первые капли начинающегося дождя…
*****
Небо темно-чернильного цвета медленно, но верно затягивало тучами. Время от времени небосклон где-то вдалеке, за чертой города, озарялся ясными вспышками молний, но грома слышно пока что не было. Обычно мне такая погодка по душе, но сегодня она безмерно раздражала. Словно небу было известно о том, что мне предстоит сделать, и это ему категорически не нравилось. Во время особенно яркой молнии даже мелькнула бредовая мысль, что следующая попадет именно в меня, будто бы в наказание за грехи. Но как мысль неожиданно возникла, так же быстро она и пропала, когда я увидел вывеску кафе, в котором меня должна была ждать очередная жертва Контроля.
На пороге захолустного трущобного заведения я остановился. Идти туда не хотелось никоим образом. Наверное, в этот раз я просчитался, решив отойти от проверенной схемы и не подкарауливать очередную влюбленную идиотку в темном переулке. Но… Шестая нимфа за пять месяцев с начала года! Шестая придурочная Старшая, готовая сдохнуть из-за какого-то утырка! Впрочем, почему из-за какого-то? Ардэн Лийн был мне неплохо знаком: мутный, скользкий, смазливый тип, вечно попадающий в поле зрения Контроля сверхъестественных существ. Вообще-то, сам он – вполне себе обычный человек, вот только дела у него вечно какие-то нехорошие. Раньше это были мелочи, вроде подпольной торговли амулетами и прочими магическими штучками, за которые его вечно вызывали на ковер к Эмиссару. В начале этого года все стало куда серьезнее. Ардэн продал двух Старших в бордель и убил оборотня с ипостасью дракона, чтобы выгодно сбагрить его сердце на черном рынке. Утырка поймали с поличным, в тот самый момент, когда он пытался передать покупателю товар. Честно сказать, я и мои коллеги ждали, что Эмиссар вынесет смертный приговор в отношении Лийна, а вместо этого в конторе объявилась рыдающая в три ручья дриада, бросилась в ноги моего начальника и предложила сделку. От условий этой сделки у меня лично волосы дыбом встали, а Эмиссар только хмыкнул. И согласился. Представить себе не могу, чем он руководствовался при решении, но я, как и прочие квесторы, убивать девчонку отказался наотрез. Позже узнал, что заказ на нее отдали Тео, страдающему замашками садиста, который не преминул воспользоваться случаем… В общем, когда история повторилась, я все же взял нимфу на себя, избавив ее тем самым от мучений.
Резкий порыв ветра отвлек меня от собственных мыслей, вернув в суровую реальность и напомнив о том, что я сюда не прохлаждаться приехал. Встречаться с очередной жертвой обаяния Ардэна я не хотел, но и отказаться от этой затеи был не в силах. В конце концов, я просто хочу понять, как Старшие умудряются терять голову от этого утырка настолько, что соглашаются отдать за него жизнь?! Было хоть бы за кого…
Решено. Захожу, спрашиваю, как Лийн уговорил ее на это, исполняю условия договора. Есть вероятность, что в таком случае я даже успею попасть домой до дождя.
Посетителей в кафешке было немного, все они сидели по своим углам, не проявляя интереса ни друг к другу, ни к тому, что происходит вокруг. Девушек в кафе было две, но даже будь их с десяток, я сразу же узнал бы ту, которая ждала меня. Лишь она при мелодичном перезвоне дверного колокольчика нервно вздрогнула и встревоженно посмотрела в мою сторону. Поймав на себе сияющий бирюзовый взгляд, я замер, понимая, что совершил огромную ошибку. Как убить это эфемерное создание, в чьих глазах за долю секунды с лихвой разглядел и страх, и отчаяние?
Чем ближе я подходил к ней, тем больше удивлялся. Мне сказали, что нимфа связана с водой, но по ее внешнему облику это совсем не угадывалось. Обычно они – худощавые миловидные блондинки со светлыми глазами. Эта же… Только сев напротив девушки, я сумел ее разглядеть. Брюнетка с выразительными глазами, четко очерченными пухлыми губами, аккуратненьким носиком и очаровательной ямочкой на подбородке. Симпатичная, можно даже сказать, красивая девушка. И на клиническую идиотку вроде не похожа…
– Нимфа? Водная? – Желание знать, к какому конкретно виду она принадлежит, не давало покоя.
– Гиада.
Так, приехали. Судя по голосу, прелестная Старшая близка к панике… Хотя о чем это я? Девчонка видит перед собой того, кто вот-вот отправит ее на тот свет, и ей об этом известно. Разве это не повод паниковать?
Отхлебнув из ее кружки с кофе (пойло это, а не кофе!), я продолжил разговор, стараясь не проявлять особой мягкости или любезности, чтобы не показаться лучше, чем есть. Нимфа настороженно смотрела из-под нахмуренных темных бровей, но стоило мне излишне долго задержать взгляд на ее декольте и не совсем корректно пояснить это, как бирюзовые глаза неприязненно кольнули:
– А мой облик как-то влияет на то, что должно произойти?
Любопытно. На обезумевшую от любви к Ардэну она не похожа, зубки, как выяснилось, вполне может показать… Что же ты здесь делаешь в таком случая, милая?
Пока я задумчиво разглядывал нимфу, пытаясь самостоятельно угадать, каким же образом Лийн довел ее до смертельной сделки с Контролем, девушка буравила меня таким взглядом, будто с трудом удерживалась от того, чтобы высказать мне в лицо много всего неприятного. Когда я попросил ее доказать свою причастность к нимфам дождя, на лице девчонки на долю секунды скользнуло недоброе выражение, и я уже приготовился к подставе, но все обошлось. Она медленно выдохнула и приняла свой естественный облик, заставив меня удивиться еще больше. Для справки: нимфы милы лишь в человеческом облике, переходя в природную форму, они пугают своим потусторонним видом, очевидной связью с миром сверхъестественного и необъяснимого. Например, у дриад кожа напоминает кору замшелого дерева, и поверьте, это малоприятная картина.
Гиада напротив меня совершенно не пугала. Раньше мне не доводилось пересекаться с нимфами дождя, поэтому, ощущая падение температуры вокруг, я пытался представить, что могу сейчас увидеть. Ничего жуткого, как оказалось. Кожа девушки и губы посинели, будто она сильно замерзла, а вокруг всей ее фигурки скопился рой мелких водяных капель, парящих в воздухе. Довольно красивое зрелище… Когда нимфа протянула руку и коснулась меня ледяными пальцами, оставив мокрый след, эти капельки бестолково заметались вокруг, как потревоженные мальки. Прикосновение хрупкой холодной ладошки вызвало странное желание защитить девушку от опасности, укутать в одеяло и заверить, что ей ничего не угрожает. Желание просто-таки пугающее своей внезапностью и бредовостью.
– Ладно, верю, что ты Старшая.
Я замолчал, задумавшись о том, что совершил непростительную ошибку, придя сюда. Не стоило этого делать. Чем дольше я сижу в этой забегаловке и смотрю на эту гиаду, тем отчетливее понимаю, что она не заслуживает смерти, а ведь отменить договор с Контролем не в моих силах. Тяжко вздохнув, я уже собрался было поскорее закончить с этой сделкой и даже поднялся на ноги, но вдруг вспомнил, что так и не выяснил то, что хотел:
– Мне вот интересно, отчего, принадлежа к роду существ, веками копящих опыт и мудрость предков, вы, нимфы, такие дуры? – плюхнулся на место, пытливо уставившись на девушку.
Гиада недоуменно моргнула, видимо, подобного вопроса никак не ожидала. Вместо ответа она спросила, с чего я это взял, да и все ли ее сестры по крови таковы. И я ляпнул ей про Ардэна. Не знаю, хотел ли открыть ей глаза на правду, или это была дурацкая попытка задеть, уколоть… Во всяком случае, мне, кажется, удалось и то, и то.
Девушка переменилась в лице и замерла. Я мысленно чертыхнулся, пытаясь сообразить, что буду делать в случае ее истерики, а потом заметил недоверие во взгляде. Похоже, милое создание не особо-то верит в мои слова… И тут-то я понял, что откровения о Лийне были все же попыткой зацепить за живое. Нежелание нимфы признавать ублюдочность Ардэна породило вспышку злости:
– Думаешь, я лгу? А смысл, тебе ведь жить-то всего ничего. Просто хочу понять, как этот тип умудряется выкручиваться из своих неприятностей за чужой счет. Как он уговорил тебя умереть вместо него?
Сказал – и тут же пожалел об этом. То, что мои слова причинили гиаде боль, было очевидно, но стоило ей заговорить, как сожаления снесло новым витком злобы. Она не сказала ничего, что я не предвидел бы: сама решила, сама пришла, сама предложила. И, конечно же, драгоценный возлюбленный ни сном, ни духом о ее жертве… Я попытался достучаться до здравого смысла нимфы, объяснить ей, что она ошибается, но напоролся на холодно-сдержанное:
– Зачем вы мне все это говорите?
– Тебе не хочется знать правду о своем возлюбленном?
– Правда о нем теперь уже совершенно бесполезна. Быть может, чуть раньше я бы выслушала вас, но сейчас договор с Контролем уже заключен. Поздно трепыхаться, когда уже продала себя.
Просто потрясающая обреченность! Неужели она действительно так думает?
– И ты даже не попытаешься оспорить сделку? Я мог бы выступить на твоей стороне, объяснить местному Эмиссару, что тебя обманом заставили заключить этот договор.
Из-за безмерного удивления я начал нести ахинею… Какое объяснение с Эмиссаром?! Да он слушать ничего не станет! Девушка тем временем что-то говорила мне, но я особо не вслушивался, пропуская ее слова мимо ушей. Как вдруг слух зацепился за фразу: «Да и потом, если я оспорю договор, его ведь казнят».
– А не все ли тебе равно? – развел я руками. – Туда ему и дорога! В конце концов, он тебя не любит и не заслуживает подобных жертв.
В ответ нимфа снова показала зубки, резко перебив меня и безапелляционно заявив, что не мое это собачье дело, заслуживает утырок таких жертв или нет. С одной стороны, она права, с другой же – ну не дура ли?! Собственно, об этом я ей тут же и сообщил. Девушка мой выпад отбила, после чего замолчала, замкнувшись в себе. Да и я как-то не хотел продолжать беседу. Надо как можно быстрее покончить со всем этим.
Направившись к выходу, я поманил гиаду за собой, в зеркальном отражении увидел, как она оглядела кафешку, будто бы искала причину остаться, но все же пошла следом. И ведь понимает, куда и зачем мы идем, а держится так, словно все в порядке… Неужели действительно искренне любит Лийна? Настолько, что готова умереть за него, даже зная о его грешках?
От этой мысли внутри снова подняла голову давешняя злость. Скажите мне, идиоту, где логика? Почему нужно так отчаянно любить последнего мерзавца, которому ты триста лет не сдалась, жертвовать собой зазря? Почему нельзя найти себе кого-нибудь попорядочнее? Наверное, я это никогда не пойму.
Грозовые тучи теперь застилали все небо, а молнии сверкали уже над самой головой, на краткий миг освещая все вокруг ослепительной вспышкой. Хмм, а нимфа же дождевая…
– Твоих рук дело? – поинтересовался я у девушки, кивнув на небосклон.
– Не рук, – едва слышно, но спокойно отозвалась она. – Скорее, реакция природы на мои чувства.
Кажется, мысль об осведомленности неба о моих грехах была не такой бредовой. Интересно, оно готовится оплакать гибель гиады или укокошить на месте убийцу?
Поколебавшись, я решил все же сказать ей то, что вертелось на языке:
– Ты прости, что я тебе рассказал нелицеприятную правду об этих пяти нимфах и Ардэне.
– Почему вы извиняетесь?
«Потому что ты наверняка предпочла бы умереть, веря, что этим спасаешь жизнь человеку, достойному такой жертвы и способному ее оценить». Но вслух произнес совсем другое:
– Потому что влез не в свое дело. – Я указал девушке на переулок: – Иди.
– В каком смысле? – она удивленно уставилась на меня своими восхитительно чистыми бирюзовыми глазами.
– Просто иди. – Чувствую себя редкостной скотиной. Такими темпами и до уровня утырка не долго опуститься. – И не оглядывайся на меня.
Удивления во взгляде нимфы меньше не стало, но она молча развернулась и пошла к переулку. Шаг, другой, третий… К четвертому ее движения стали менее скованными, плечи расправились. Неужели правда поверила, что я так просто отпускаю?
Небо озарилось особенно яркой вспышкой, над головой прокатился оглушающий рокот грома, и на землю упали первые тяжелые капли.
Пятый, шестой, седьмой шаг…
Еще одна молния, грохот, заглушающий зловещее треньканье тетивы арбалета и свист болта.
Семь шагов.
Ливень хлынул с такой силой, что стена дождя казалась абсолютно непроницаемой, капли остервенело били по асфальту, по крышам домов, по земле, по мне. В отличие от Ардэна Лийна, небу нимфа с глазами цветы бирюзы была безумно дорога.
Я была готова к этому. Действительно была готова к тому, чтобы отдать сейчас свою жизнь ради спасения любимого. Не пряталась, не пыталась сбежать или найти обходной путь. Просто сидела в захолустной кафешке, спокойно пила давно уже остывший отвратительный кофе и ждала. Посетителей было немного, поэтому дверь открывалась нечасто, и каждый раз звук колокольчика на входе заставлял меня вздрогнуть и поднять глаза. Да, я была готова умереть в этот вечер, но это совсем не значит, что я не боялась неизбежной гибели или хотела ее скорейшего наступления. Если уж быть откровенной до конца, то моя внешняя уверенность в своем решении была наигранной от и до. Мне было страшно до чертиков, настолько, что внутренности скручивало в тугой узел, а сердце колотилось, как сумасшедшее. Наверное, обладай я хоть какой-то силой – и в эту минуту я бы уже бежала прочь со всех ног, чтобы выиграть немного времени, найти другой выход… Но я была слишком слаба, чтобы спасти Ардэна как-то еще, поэтому мне оставалось лишь сидеть на месте и ждать своего палача.
Снова звякнул колокольчик. Звук вышел каким-то особенным, мрачным и жалобным. В кафешку вошел молодой мужчина, лет тридцати на вид, в джинсах, футболке, легкой темной куртке. Отметив его усталый вид и недельную щетину, я утратила к нему всякий интерес. Вряд ли квестор Контроля сверхъестественных существ может выглядеть столь обыденно и даже неопрятно…
Тем удивительнее для меня было, что парень уселся напротив. Окинул пристальным взглядом, неприятно усмехнулся и задумчиво поскреб подбородок. Я только хотела сказать ему, что не намерена составлять компанию, но он заговорил первым:
– Нимфа? Водная?
– Гиада, – тихо выдохнула я в ответ, с трудом поборов приступ страха. Я внешне мало похожа на сестер по крови, то есть вот так с ходу распознать во мне нимфу мог только тот, кто хорошо разбирался в Старших и Древних. Кому это быть, как не квестору?
– Для нимфы дождя ты странновата, – хмыкнул парень, невозмутимо отхлебнув из моей кружки и скривившись: кофе уже утратил последнюю каплю своей вкусовой привлекательности. – Волосы темные и кудрявые, глаза яркие, кожа светлая, но не болезненно бледная. Да и… – он на мгновение задержал взгляд на моей груди, – объем, где надо, имеется.
– А мой облик как-то влияет на то, что должно произойти? – Слова сорвались с губ прежде, чем я успела подумать, стоит ли их вообще произносить. Вообще-то, я довольно тихая и даже на грубость в свой адрес отпор дать не в силах. Но то, как оценивающе и пренебрежительно квестор меня оглядел… Так смотрят на залежавшийся товар. Тут же захотелось встать и уйти, но вместо этого пришлось, стиснув зубы, сделать вид, будто мне все равно. От меня ведь зависело будущее Ардэна, да и жить-то осталось считанные минуты. Можно задвинуть свои собственные чувства на задний план.
– Да нет, не влияет, в общем-то, – лениво дернул плечом мужчина. – Просто ты любопытный экземпляр среди своего вида… Или врунья, – глаза моего собеседника внезапно превратились в две ледышки. – Докажи, что ты гиада.
Странное дело, но этот квестор дурно влиял на меня. Я буквально воочию представила, как вызову дождь над его головой, да такой, чтобы парень мгновенно вымок до нитки и гарантированно подхватил тяжелейшую простуду, а то и воспаление легких…
Но одно дело представить, а другое – сделать. Заполучить в отместку медленную и мучительную смерть я не хотела, поэтому сделала глубокий вздох и… всего-навсего утратила большую часть человеческого облика. Воздух вокруг нашего столика стал плотным и влажным, вокруг меня скопились капельки воды, медленно кружа в причудливом танце и поблескивая в тусклом свете электрических ламп. Температура тела стремительно падала, и буквально через минуту кожа моя приобрела голубоватый оттенок, а губы посинели. Бисеринки воды бестолково заметались, когда я, повинуясь внезапному порыву, протянула ладонь и коснулась запястья квестора. Мужчина резко отдернул руку, на которой остался влажный след от моих совершенно сухих на вид пальцев, и бросил на меня хмурый раздраженный взгляд:
– Ладно, верю, что ты Старшая.
Квестор замолчал, потом устало вздохнул и поднялся на ноги. Я собралась сделать то же самое, но он вдруг тяжело уселся обратно и пытливо заглянул мне в глаза:
– Мне вот интересно, отчего, принадлежа к роду существ, веками копящих опыт и мудрость предков, вы, нимфы, такие дуры?
От этого вопроса я опешила и бестолково хлопнула ресницами, не особо понимая, риторический он, или надо ответить. Судя по выражению лица мужчины – ответ он все-таки ждал. А я не знала, что сказать. И не придумала ничего лучше, чем задать свой вопрос:
– Почему это мы – дуры? И все ли?
– Ну, на счет всех, конечно, я точно говорить не могу, но ты уже шестая за этот год, которая вот так бестолково собирается окончить свою жизнь. – Квестор неприятно ухмыльнулся: – И знаешь, что самое примечательное? Шестая нимфа, жертвующая своей жизнью ради Ардэна Лийна.
Я застыла каменный изваянием. Стоит ли верить подобному заявлению от представителя Контроля сверхъестественных существ, которого впервые вижу? С одной стороны, ему не зачем врать мне, с другой… Может, ему всего лишь хочется помучить свою жертву перед смертью?