Словарь символики сновидений бесплатное чтение

Автомобиль или Машина

Если бы мы классифицировали символы согласно степени их аристократичности, то автомобиль или машина попали бы в группу новых аристократов! Между тем, среди средств человеческой деятельности машина занимает видное место. Она появляется в сновидениях часто, обычно непродолжительно, но значимым образом. Автомобиль – это один из редких образов, чей смысл заметно меняется в зависимости от того, появляется ли он в ночных сновидениях или в сновидениях наяву. Он является источником тревоги^♣, ощущаемой во время ночного сна^♣. В таком случае сновидящий или сновидящая оказываются в автомобиле со сломанными тормозами или неуправляемо мчащемся задним ходом. Подобные сновидения чаще всего выдают сознательное нежелание следовать потребности в психическом изменении, которая требует ее признания.

Символика машины никогда не бывает полностью чуждой символике колыбели^♣ и даже материнского лона^♣. Подобно судну^♣ или самолету^♣, салон машины является комфортабельным замкнутым пространством, несущим в себе значение убежища, укрытия в совокупности со значением движения. Совершенно очевидно, что машина также служит выражению неосознанного стремления к проявлению силы, а потому может компенсировать чувство бессилия. Безусловно, все сказанное особенно касается сновидений, в которых сновидящий находится внутри машины.

Воображение подсказывает много онейроидных[5] эпизодов, в которых сновидящие являются зрителями движения автомобилей. В подобном случае, возможно, символика автомобиля проявляет свое наиболее утонченное, если не самое существенное значение. Подобно тележке, повозке^♣, экипажу^♣ и другим тягловым средствам передвижения, автомобиль связан с идеей наследования, связи поколений. Именно от этих нехитрых предшественников данный символ ведет свою аристократическую родословную. Подобно им, автомобиль выражает потребность участвовать в жизненном^♣ потоке; он демонстрирует одновременно неизбежность индивидуального изменения, преодолевающего всякого рода препятствия, и относительность индивидуального существования в жизненной цепочке поколений.

Аист

Нельзя сказать, что эта птица, относящаяся к отряду голенастых, часто встречается в мифах или в произведениях авторов, изучающих символику. Это большое пернатое существо представляет собой один из наиболее ярких примеров непочтительного отношения воображения к ментальным клише. Первое, что приходит в голову, – это аист, который приносит в клюве младенца^♣. Однако изучение сновидений убеждает в том, что бессознательное противится подобной интерпретации символа. Ибо аист из сновидения не приносит, а уносит младенцев. И речь здесь не идет всего лишь о небольшом нюансе понимания, а о ловушке, в которую попадается сознание. Аист является дополнительным образом к глаголу покинуть. Можно было бы даже сказать, что речь идет о глаголе спасаться. О глаголе спасаться в двойном смысле: в смысле бегства и в смысле спасения. Образ появляющегося младенца, завернутого в пеленки, которого аист несет в своем клюве^♣, возможно, ввел в заблуждение какое-то количество детей, которым рассказали эту вымышленную историю, но он никогда не появляется спонтанно в воображении сновидящих.

Символика большого представителя отряда голенастых имеет специфическое значение: потребность отстраниться, отдалиться от страдания. Его полет – широкий и медлительный – происходит в печальном и мучительном небе^♣. При ассоциации с семейным окружением это мучение, это страдание может иметь разные причины у разных пациентов. Оно может быть связано с классическим чувством разочарования в рамках комплекса Эдипа. Оно может быть вызвано нарушением психологического равновесия в связи с рождением младшей сестры^♣ или младшего брата. Иногда оно вызвано насильственным инцестом. Другие причины тоже могут быть источником этой боли, но, когда она возникает, аист всегда выступает в качестве средства для спасительного бегства.

Акула

Часто случается, что в сновидении акула плавает^♣ в тех же водах^♣, что и дельфин. Это наблюдение заслуживает особого внимания, так как среди символов из ряда животных, ассоциируемых с акулой, дельфин является единственным, имеющим позитивный резонанс! Все остальные – это мрачные хищники, которые определенно подводят анализ сновидения к понятиям смерти^♣, агрессивности, угрозы. Осьминог^♣, паук^♣, крыса^♣, крокодил^♣, краб^♣– вот члены этой симпатичной компании.

Вышесказанное сразу ставит акулу в оппозицию к дельфину. Дельфин играет роль спасителя, проводника на пути возвращения к жизни^♣, акула же не может быть ничем иным, как выражением смерти или страха^♣ смерти. Воображаемая акула означает неумолимую неизбежность, которая настигает человека в выбранный ею момент. Подобно крокодилу, она, прежде всего, олицетворяет неотвратимые зубы^♣ судьбы, которые калечат или убивают, не испытывая чувства вины, без всяких угрызений совести, поскольку это является их природной[6] функцией. Разумеется, как все, что способно поранить, оторвать конечности, пролить кровь, акула связана со страхами или ощущениями кастрации. Но в случае акулы эти страхи^♣ главным образом связаны с отвратительным образом устрашающей матери^♣. В сновидениях, в которых плавает акула, с настойчивостью возникают образы, выражающие понятие движения времени^♣, времени измеряемого, отсчитываемого. Наручные, настенные, башенные часы[7], конечно же, ходики, а также маятник[8] – это, безусловно, символы регулярного ритма^♣. Кроме того (и особенно) – это колесные механизмы, зубчатое колесо^♣, которое устанавливает очевидную связь между измеряющим время устройством, сцеплением зубчатых колес и устрашающей челюстью акулы. Кровь – это также циркулирующий поток, тот первичный ритм, который навсегда запечатлевается в нервной системе развивающегося в утробе матери младенца^♣. Именно к этому ритму упрямо отсылают нас символы отсчитываемого времени.

Близость дельфина и акулы позволяет предположить, что эти два образа играют позитивную роль в гармонизации отношения сновидящего к понятиям жизни и смерти. Но если дельфин означает усилие[9], подталкивающее к жизни, то акула заставляет сновидящего увидеть тот аналитический путь, который ему осталось пройти, если он хочет избавиться от своего страха смерти.

Алмаз

Алмаз – это самый твердый камень^♣. Он содержит в себе все, что может быть воспринято чувствами. В воображении камень, который содержит в себе все, может всему дать начало. Поэтому вполне естественно, что мифы и религиозные тексты наделяют Высшее Существо троном из алмазов или кристаллов^♣.

«Это камень чистейшей воды^♣». К. Г. Юнг подчеркивал тот факт, что алмаз, это самое твердое вещество, в воображении связан со своей противоположностью – водой, наиболее гибкой из материй. Кажется, что прилагательное прозрачный как бы специально было придумано для обеих этих материй. Сновидящий, играющий с алмазом, неудержимо тянется к водным образам. Более того, в его сновидениях доминируют образы твердости^♣ и гибкости, диалектика сухого^♣ и влажного^♣. Наивысшая ценность застывшего каменного мира, воображаемый алмаз повышает значимость смотрящего на него. Тот, кто, направляя на него взгляд, ищет свой идеал, верит, что в алмазе отражается^♣ его собственная значимость. Но тяжела[10] будет расплата для того, кто ищет участия у холодного^♣ камня! Блеск алмаза может охладить, превратить в лед душу, оказавшуюся во власти непревзойденной чистоты. Нет разницы между чистой водой, заключенной в кристалле, и замерзшей^♣ водой ледяного поля. «В чреве земли растет воображаемый драгоценный камень», – писал Гастон Башляр[11]. В сновидениях также иногда алмаз начинает менять свои размеры, увеличиваясь или уменьшаясь. Этот двойной феномен изменения размера является одним из фундаментальных механизмов сна наяву. Он чаще всего переживается самим сновидящим, который уподобляется Алисе в стране чудес, увеличивавшейся и уменьшавшейся во время своего путешествия по подземному^♣ тоннелю^♣. Тот факт, что алмаз в сновидении подвержен таким же изменениям, показывает, насколько сильна идентификация сновидящего с пленившим его камнем.

В момент интерпретации сновидения следует помнить, что алмаз вписывается в динамику корректировки полярных отношений между твердым и гибким, сухим и влажным, холодным и теплым, рациональным и эмоциональным, идеальным и естественным. Это даст терапевту наиболее надежное направление для выявления смысла анализируемого сновидения. Алмаз в сновидении – это указание на наличие у сновидящего приводящего его в оцепенение стремления к совершенству и одновременно обещание бурного творческого всплеска. Увидеть в сновидении алмаз – значит уже от него отказаться, увидеть ледяное поле – значит уже мечтать об освободившейся от льда воде, увидеть безукоризненную белизну – значит впитывать в себя цвета, увидеть процесс образования кристаллов – значит открыть доступ к Ноеву ковчегу.

Ангел

Исходно греческое слово anggelos (затем в латинском варианте angelus) означало посланник. Очень быстро смысл слова изменился, превратившись исключительно в посланника бога^♣. Так родился ангел!

Ангел сновидений, архетип ангела, остается вне образного поля. Будучи невидимым по своей природе^♣, неуловимым по существу, он недоступен зрению. Ангел постоянен. Он вне нашего ритмичного и измеряемого времени^♣, вне наших отслеживаемых часов и отсчитываемых дней. Если быть точным, беспорочный ангел фактически является способом изображения потребности в беспорочности. В этом смысле ангел противостоит ценностям земным^♣, материальному имуществу. И этот момент является тем общим ключом, открывающим все те двери, за которыми мы сможем обнаружить изображение ангела, играющее различные роли в сновидении.

1. Ангел может быть небесным посланником, побуждающим сновидящего пуститься по пути углубленного духовного развития, приводящему к освобождению.

2. Ангел может спустить на землю тех ведомых сублимацией, кто рискует потеряться в искусственных небесах.

3. Ангел может возвысить воспоминание о ком-то умершем.

4. Ангел может быть носителем послания любви^♣. Любовное чувство часто возникает после восстановления положительного отношения к образу матери^♣.

5. Ангел может предложить тому или той, кто живет с непереносимым чувством страдания, покинуть землю и подняться в безмятежные[12] небеса.

6. Наконец, ангел может помочь порвать узы, связывающие человека с тяжелыми земными обязанностями, с тяжестью земного притяжения, узами собственности.

В воображении ангела-бездельника не существует! Послание, которое белые^♣ ангельские крылья^♣ выписывают на небесах сновидения, всегда связано с неким важнейшим аспектом динамики психического развития.

Араб

Араб имеет особую символику, это образ, обладающий большой силой. Анализ свойственных ему корреляций в первую очередь выявляет ассоциативную цепочку, которая может показаться банальной, но которая освобождает данный символ от всех подозрительных загрязнений, привнесенных современной эмиграционной ситуацией[13]. В воображении араб ассоциируется с верблюдом^♣, ослом^♣, песчаными дюнами^♣, с пустыней^♣, белым куполом^♣, пальмой^♣. Его появление сопровождает активацию процессов изменения. Принц^♣ пустыни! Благородный и загадочный персонаж, который преимущественно появляется в женских сновидениях, – как можно не узнать в подобном облике символ анимуса[14] – мужской составляющей всякой женщины^♣? Какой другой образ может в этом смысле соперничать с образом мужчины в голубом^♣, скрывающего лицо под покрывалом, ведущего тайную кочевую жизнь и возникающего из ниоткуда? Чаще всего араб в сновидении исполняет роль разрешающего проблемы. Он услужлив, его не касается клубок поверхностных жизненных впечатлений и ложных ощущений, возникающих из-за страха кастрации и его последствий в виде настойчивого желания иметь пенис[15].

Этот персонаж часто руководит сценами воссоединения анимуса и анимы. Вся символическая сила этого образа состоит именно в способности соединить вместе женские и мужские компоненты психики. Что особенно заметно в сновидениях, содержащих данный образ, – это частота появления в их изложении слов союз, общность, и, как естественное следствие, слов мир[16], спокойствие, ясность.

Онейроидный араб обладает исключительной медитирующей силой, что не может не напомнить нам такую же способность мудрого старца^♣. Подобно ему, араб может появиться в многочисленных и психологически различных ситуациях, поэтому именно анализ символического контекста, в который он включен в каждом конкретном случае, и позволит терапевту определить психические изменения, соответствующие интеграции анимуса. Надо ли напоминать, что архетипы формируются вокруг образов и не являются результатом интеллектуальной категоризации. В воображении термин араб объединяет несколько объективно различающихся этнических групп: арабы, туареги, берберы и т. п.

Африка

Воображение представляет Африку как колыбель^♣, как место, где все начинается, наполненное естественными^♣ порывами, подобными тем, которые свойственны бурному детству с его невинностью. Сновидящему, запутавшемуся в бесчисленных ментальных решениях повседневных жизненных социальных проблем, измученному непрекращающимися требованиями игры в «сохранение видимости», этот континент видится как место избавления. В утробной жаре^♣, свойственной югу^♣, в обнадеживающей зелени^♣ джунглей, в свободной саванне, среди оказывающих им помощь сильных[17] животных, сновидящий или сновидящая снова обретают внутренний покой[18]. Для европейской ментальности (и в еще большей степени для ментальности североамериканской), которой свойствен обостренный волюнтаризм, данный символ означает разрыв. Без какого-либо перехода он выдергивает сновидящего из сложного пространства, наполненного «ты должен» или «надо», и переносит его в мир детской непосредственности, где все существует в стадии потенциальных возможностей. В воображаемой Африке мягкотелость правит волей.

Африка – это противоположность Европе и Северной Америке. В словаре образов это слово одновременно обозначает наиболее архаические источники жизни, ее инстинктивную сторону и «надрациональный» способ общения. Сновидящему, увязшему в стремлении интеллектуально контролировать свои отношения с другими, Африка представляется спасительным пространством, местом избавления от избыточного господства разума.

Онейроидная Африка имеет достоинства, сходные с достоинствами большого дерева^♣. Как и дерево, она инициирует признание значимости корней и вершин. Возникая в центре сновидения, она восстанавливает связи с естественным и сверхъестественным, инстинктом и разумом. В воздухе онейроидных джунглей всегда присутствует запах некоего волшебства^♣. Структурирующие свойства интеллекта представляют собой драгоценную способность, когда они естественно организуют инстинктивные импульсы и душевные порывы. Если же интеллект поддается соблазну насильственно присвоить себе все роли и одновременно выступать в качестве мотора и водителя, то он порождает разветвленные структуры ложных мотивов – лабиринты, в которых человек легко себя теряет и начинает страдать. Африка в словаре образов является символом освобождения, отстранения от чрезмерного влияния разума. Это место для восстановления сил, для возврата к душевному покою.

Африка Северная

Наше воображение с полным пренебрежением относится к геополитическим изменениям, произошедшим во второй половине ХХ века. В сновидениях границы между Алжиром, Марокко и Тунисом не существуют. Эти страны видятся как некая обширная территория, предположительно, охватывающая и другие арабские страны; при этом не принимаются во внимание никакие экономические или политические особенности, которые эти страны характеризуют. Онейроидная неясность этим не ограничивается. Само словосочетание северная^♣ Африка представляется весьма амбивалентным. В словаре воображения Африка^♣ – это юг^♣, знойная жара^♣, возврат к чувствам. Обозначение Северная Африка уместно в географии; но оно проблематично в рамках рассуждения о символах.

Эта неопределенная территория, на которой сосредоточены все признаки традиционной арабской цивилизации, благоприятствует выражению того, что в представлении сновидящего связано с его взаимоотношениями с семьей. Наиболее четко выступает отношение к образу матери. Образ матери сновидящего или сновидящей непосредственно появляется в 41 % сновидений, связанных с рассматриваемой символикой. Образы братьев^♣ и сестер^♣ также появляются с гораздо большей частотой, чем та, которая характерна для общей массы сновидений, составляющих нашу базу данных.

Если в сновидении действие хотя бы частично происходит в Северной Африке, очень часто сновидящий переживает заново какой-либо эпизод из своего детства, вызвавший у него искажения самооценки. Всегда наблюдаются обстоятельства, в рамках которых некое обвинение в совершении ошибки противопоставляется чувству невиновности, или же публичная низкая оценка каких-либо качеств ставит под сомнение самооценку. Все происходит так, будто зоны психики, в которых запечатлены образы, связанные с Северной Африкой, способствуют экстериоризации этой возникшей в детстве проблематики для устранения ее негативных психических последствий. Соединяя в себе Юг и Север, чувства и разум, Северная Африка символизирует конфронтацию природы и нормы. В онейроидной динамике ее образ участвует в восстановлении роли чувств, о котором мы говорили в статье про Африку. Песок^♣ и пустыня^♣, верблюд^♣, белый город^♣, туарег^♣[19] – все эти образы ассоциируются в воображении с Северной Африкой.

Африканец (чернокожий человек)

Появляющийся в сновидении чернокожий человек является свидетелем важного эпизода психической эволюции. В сновидениях данный образ напоминает старые фильмы эпохи возникновения кино. Раскрашенное в яркие цвета^♣ лицо, высоко поднятое копье^♣, амбивалентность этого образа: он кажется одновременно и угрожающим и добродушным. Под ритмичные^♣ звуки тамтама африканец выявляет наиболее естественные побуждения сновидящего.

В рамках динамики воображения африканец всегда является отражением двойственности[20] отношения невинной цивилизации, девственной природы к искусственным формам жизни^♣, к загрязнению природы^♣ многочисленными проявлениями честолюбия, связанными с технологической конкуренцией. Образ чернокожего человека защищает право на чувство угнетенности от прагматического подхода к жизни. Он – свидетель мощи[21], исходящей от дикой природы, то есть от образа жизни, освобожденного от напрасных амбиций, порожденных современной цивилизацией. Предлагая разум души^♣ вместо разума духа, явление этого образа может способствовать обнаружению тени^♣ – непознанной стороны психики. Эта тень также несет в себе проявления насилия и ярости^♣, которые слишком долго были подавлены.

Когда пациент встречает в сновидении образ чернокожих мужчины или женщины^♣, психотерапевт должен сосредоточить свое внимание на всех сопутствующих признаках стремления вернуться к первоначальному образу мышления, к исходной невинности и тем потенциальным возможностям, которые были загрязнены и нейтрализованы разнообразными доводами сознания.

Бабочка

Один и тот же греческий термин обозначает и душу и бабочку. Апулей[22] во втором веке сочинил легенду о Психее – молодой девушке несравненной красоты, в которую был влюблен Эрос и наделенную крыльями^♣ бабочки. Основываясь на данной легенде, все современные интерпретации рассматривают этих чешуекрылых в качестве символа души, то есть символа анимы и, следовательно, воображения. Каким образом некая свободно созданная концепция, результат устрашающей силы метаморфозы, может быть заключена в рамки четко определимого образа? Это напоминает попытку изобразить дым^♣ с помощью материального объекта! Вполне правдоподобно, что ангел^♣ появляется в христианских изображениях начиная с римских времен, чтобы заменить собой очень распространенную фигуру Психеи. В современных сновидениях часто соединяются образы ангела и бабочки.

Переход от исходного низшего состояния личинки к эфемерной славе прекрасного совершенного насекомого^♣ в первую очередь подразумевает идею метаморфозы. Гусеница, становящаяся бабочкой, навевает мечты о волшебном^♣ преображении и поддерживает сопротивление аналитическому усилию. Обычно позитивное действие образа может быть частично ослаблено за счет ожидания магического разрешения психологической проблемы.

На балу неврозов бабочка выступает одним из главных персонажей. Одетая в праздничный наряд, она выставляет напоказ свое многоцветное сияние, чтобы скрыть желание сновидящего обнаружить правду о себе. Дьявол^♣ – обманщик и ведьма^♣ – его прислужница. Она является одной из наиболее устойчивых ассоциаций с образом бабочки. Сновидения подтверждают назначение этого символа изображать нематериальную часть человека. В некоторых сновидениях она символизирует пробуждение Психеи, самореализацию души. Однако таких сновидений немного. Полет^♣ бабочки – это тяжелый[23] полет. Полет, который колеблется в выборе между небом^♣ и землей^♣ и отражает психику, находящуюся перед дилеммой – желанием подлинной самореализации и привязанностью к ценностям, породившим психологический дискомфорт. Легкая^♣ душа – это душа, которая больше не совершает сделок со своей совестью. Поэтому появление бабочки можно рассматривать, прежде всего, как изображение отягощенной души. Возможно поэтому почти все мифы приговаривают ее к сожжению крыльев очищающим огнем[24]? В качестве ангела она может побуждать сновидящего порвать с отягощающими его земными привязанностями, но может опустить на землю^♣ психику, слишком возбужденную своими рефлексами сублимации, а также может символизировать умершего близкого.

Бабушка

Хотя мы не хотим оскорбить нежные воспоминания детства (если таковые существуют), приходится признать, что динамика сновидений подобных воспоминаний не признает. Когда сновидящий упоминает бабушку, то сновидение незамедлительно снабжает его образом старой женщины^♣, постепенно превращающимся в образ ведьмы^♣. Такое положение вещей представляется жестоким, но его невозможно избежать. В воображении бабушка соседствует со смертью^♣. Непосредственно присутствуя в 35 % сновидений с бабушкой, смерть – это единственная ассоциация с данным персонажем, если мы исключим мать^♣ и отца^♣, образы которых непосредственно коррелируют с образами дедушки и бабушки.

Терапевт, ищущий наиболее правильную интерпретацию сновидений, при встрече с этим образом должен внимательно изучить ситуацию его появления. Если бабушка появляется рядом с дедушкой^♣, то есть основание предполагать, что данный символ указывает на необходимость анализа трудностей идентификации, более или менее акцентированных в зависимости от построения квартета дедушек и бабушек. Когда же бабушка появляется изолированно от дедушки или же когда она явно держится в сновидении вдали от него, то ее образ почти всегда отсылает нас к чувству или страху[25] кастрации, а также к страху смерти.

Обычно впечатляющие сцены сновидений, в которых появляется бабушка, должны рассматриваться не как сигнал тревоги, а как естественное проявление динамики воображения. Когда бабушка вмешивается в сценарий четвертого или пятого сеанса терапии свободными сновидениями наяву, окруженная многочисленными образами злоключений, обид или болезненных воспоминаний, связанных с нарушением запретов, то это следует интерпретировать как некий ритуал, свидетельствующий об устранении запретов, приобретенных в период полового созревания. Не следует забывать, что бабушка возникает, прежде всего, в сновидениях женщин и что за образом старой женщины-колдуньи часто скрыт образ матери-соперницы. Редкие появления доброй бабушки очень интересны. В подобных случаях достаточно легко определить роль, которую она выполняет в жизни пациента.

Барабан

Находясь между адским шумом^♣ и божественной музыкой^♣, между примитивными инстинктами и душой, барабанная дробь выступает свидетелем первого жизненного усилия проявиться на фоне слепой материи. В сновидении этот инструмент сохраняет на себе отпечаток воспоминаний о воинском долге, ранении, страдании. Его голос набирает силу, отзываясь в теле, он выражает потребности сердца^♣, он еще не знает, что извещает о рождении разума. Стук барабана, зовущего солдата[26] пролить кровь, является искаженным эхом^♣ биения сердца, заставляющего пульсировать кровь, необходимую для жизни.

Барабанная дробь отличается от простого шума, подчиняя звук законам повторения и ритма^♣. Регулярный ритм, ускоренный ритм, нарушенный ритм заставляет заново переживать восприятие младенцем^♣ биения материнского сердца в период утробного развития. Когда барабанная дробь звучит в сновидении, она выражает притязания сердца, то есть старается реабилитировать подавленные естественные[27] чувства. Когда в онейроидных джунглях звучит тамтам, он подтверждает справедливость подобной интерпретации.

Не обладая способностью модуляции звука, обладая лишь возможностью изменения ритма, барабанная дробь и звук тамтама не могут называться музыкой^♣. Однако их способность задавать темп выступает в качестве структуры звучания подобно сердцу, которое инициирует гармонию души.

Баран

Баран в сновидении имеет определенную религиозную коннотацию, однако более глубокое изучение позволяет утверждать, что это – вторичное значение символа, одна из функций которого состоит в сокрытии его основного смысла. Воображаемый баран говорит о дороге. Почти во всех сновидениях он ассоциируется со словами путь, дорога, направление, переход. Баран – это один из неизменных спутников мудрого старца^♣, особенно когда этот последний появляется в образе пастуха^♣ или пастыря. Пасторальный аспект этой группы символов усилен еще одной ассоциацией – палкой^♣. Часто это пастуший посох, но иногда и епископский жезл. Тем самым естественно соединяются психологический и религиозный аспекты символа.

Баран в сновидении всегда появляется в момент активации динамики психического изменения. Он предлагает пуститься в путь, доверчиво продвигаться вперед. Он не предлагает какую-то задачу, а лишь направление, он не определяет некую конечную цель, а лишь движение. Он не показывает то, что нельзя предвидеть, но сообщает о радости[28] доверчивого продвижения вперед, в непредсказуемое. Он без колебаний признает за собой амбивалентность невинности. Он идет вперед. Он идет вперед, без конкретных намерений, бескорыстно, не ожидая ничего взамен. Он идет навстречу судьбе, с открытыми глазами^♣, соглашаясь на смерть^♣, потому, что знает: позволив умереть тому, кто он есть, означает также позволить родиться^♣ тому, кем он станет. При всех упоминаниях барана магия сновидения обнаруживает присутствие огромной надежды, данной принесенным в жертву Христом^♣. Всякий пациент, видящий образ барана, входит в динамику разрешения конфликтов и психического обновления.

Баран знает, что невинность представляет опасность лишь для того, кто использует ее в качестве средства контроля своей судьбы. Он предлагает приютившей его душе неограниченную власть^♣: ту, которая ее ожидает по другую сторону^♣, которая требует преодоления порога, дающего доступ к свободе бытия. Оболочка, сотканная из внешних видимостей, из противоречащих смыслу жизни устремлений, лопается, возвращая сновидящему свободу, которая ждала его в бесконечных пространствах простоты, искренности, невинности и любви^♣. Отказаться от системы оправданий, навязанной психологическими защитами, – это значит принести жертву. Жертва напоминает нам о священных символах. Божественный агнец приносится в жертву, чтобы искупить мирские грехи. Образ барана в сновидении выполняет более скромную функцию: он важен тем, что открывает путь новых возможностей.

Башня

Башня воплощает синтез двух подходов, которые мы предлагаем для интерпретации этого символа: пересмотр системы психологической защиты и постоянное восстановление равновесия между небесными^♣ устремлениями и реальными земными потребностями.

Башня является одним из тех онейроидных образов, которые с наибольшей очевидностью символизируют длительное возведение системы психологической самозащиты. Наложение друг на друга тысячи и одного интеллектуального аргумента создает высокомерную самонадеянную конструкцию, тем более хрупкую, чем больше она устремлена ввысь. Подобно Вавилонской башне, подобно карте таро[29], башня[30] в сновидении неизбежно обречена на разрушение. Она претендует на то, чтобы быть дверью^♣, ведущей на небо, и с невинным видом демонстрирует отказ от земных^♣ занятий. Невозможно построить возвышенность. Она создается сопряжением усилий души и разума. На языке образов башня и колодец^♣ имеют одно и то же происхождение – воду^♣, то есть аниму. Башня выставляет напоказ ошибку, состоящую в смешении интеллектуальных рассуждений с вдохновением. Колодец указывает сновидящей или сновидящему на необходимость спуска^♣ в глубину их самих.

Видя образ башни, терапевт должен ориентировать свою интерпретацию по двум основным направлениям. Первое покажет ему усталость сновидящего, вызванную постоянным усилием сохранения видимости, изношенность его маски. Ему следует поддержать пациента в желании разрушить стесняющую его защитную психологическую конструкцию. Рушащаяся башня не означает конец мира, она создает новые силы[31] первого дня его созидания. Второе направление интерпретации касается основной задачи всякого человека, которая заставляет его отдаться всей душой выполнению своего земного предназначения, не позволяя себе отвлекаться на ностальгические устремления в небеса, от которых это предназначение берет свое начало. Дорога на небеса проходит по земле, и тот, кто пытается сократить свой путь, рискует заблудиться. Сновидящий осознает это, когда башня разрушается…

Белка

Проворная, ускользающая, неуловимая белка – этот неутомимый прыгун, украшенный пышным рыжим хвостом, этот трогательный грызун, – принадлежит ли он небу^♣ или земле^♣? В воображении белка неотделима от дерева^♣. Она – воплощение его разума, а также сердца^♣! Сновидящий, которому привиделся образ белки, не делает различия между этим зверьком и сердцем растительного мира. Неуловимый летун становится живым органом, обеспечивающим продвижение жизненного сока растения от корней к листве, от ветки к ветке. Белка олицетворяет собой свободную передачу нервного импульса внутри нервных структур мозга, освобожденного от тормозящих запретных зон. Вездесущая, быстро мелькающая, подобно молнии, белка – это чудо жизнеутверждения, носитель новых идей, символ психики в процессе постоянного творчества. Поэтому бесполезно задавать вопрос, принадлежит ли она небу или земле! Она везде! Она – вездесущность разума! Этот символ черпает из корней деревьев, то есть из древнейших нейрональных структур, силу[32], которую он вкладывает (чтобы не сказать распыляет) в тысячу возможных направлений личностного развития. Из этого порыва, освобожденного от ограничений интеллектуальных схем, вырастут будущие новые ветви. Белка, перелетающая с ветки на ветку, от листвы к корням, с земли на верхушку дерева, представляет не только энтропию, как можно было бы думать. Она – чистое выражение динамики эволюции, которая породила все формы жизни.

Интерпретатор сновидений должен помнить, что белка является не только образом, сопровождающим психические изменения. Она – драгоценный свидетель исчезновения важных зон нейронального торможения, показатель обретенной свободы самовыражения. Она обещает будущую психическую эволюцию и подтверждает, что условия для этой эволюции уже существуют.

Белоснежка

На фестивале сновидений Белоснежка пользуется большой популярностью. Она является одним из привлекательных персонажей, вокруг которого сосредоточено большое количество символов. Среди ее спутников особенно часто фигурируют лань^♣, фея^♣, ведьма^♣, гномы^♣, белый^♣ и красный^♣ цвета, буря, поляна^♣, гриб^♣, а также Мадонна[33], которая несколько отличается от других символов.

Если бы единственной функцией появления в сновидении данного персонажа было помочь пациентке заново пережить положительным образом тот деликатный период, когда она становится женщиной, то этот образ появлялся бы только у женщин. Однако на деле он с такой же частотой появляется в сновидениях мужчин. Очевидно, что Белоснежка, как и все другие образы, представляющие ядерные структуры психики, влечет за собой целую сеть возможной символики, в рамках которой необходимо определять доминантные значения для каждого конкретного сновидения. Белоснежка находится на пороге волшебного^♣ мира. Если Белоснежка из сказки несомненно является молодой девушкой, достигшей половой зрелости, то персонаж из фильма Уолта Диснея в своих взаимоотношениях с гномами занимает отчасти материнскую позицию. Гномы, безусловно, дают приют Белоснежке и защищают ее, но по отношению к ним молодая девушка играет роль матери^♣, управляющей домом^♣. Взаимосвязи, наблюдаемые в процессе терапии свободным сном наяву, с очевидностью устанавливают ассоциативную связь между Белоснежкой и наиболее важными символами, представляющими мать и аниму. Лань, луна, фея, ведьма, Мадонна – все эти символы одновременно представляют мать и женскую составляющую.

Белоснежка особенно часто ассоциируется с противопоставлением белого^♣ и красного^♣ цветов. Менструальное кровотечение[34] и белоснежная девственность, плодовитость и бесплодие – здесь можно с легкостью повторить все то, что написано по поводу психического смятения, испытываемого молодой девушкой, превращающейся в женщину. Но необходимо помнить, что мужчины в такой же степени чувствительны к противопоставлению этих двух цветов. В период волнения, вызванного половым созреванием, данный символ вынуждает к сопоставлению белого и красного, пассивности и участия, сдержанности и увлеченности, губительного холода^♣ и несущей жизнь^♣ крови. Белоснежка может пригласить сновидящего в волшебный круговорот образов и поднять успокаивающий занавес внешних обличий. Белоснежка может представлять образ матери и/или анимы. Образ Белоснежки может освежить в памяти пациентки период полового созревания. Белоснежка может подтолкнуть пациента-мужчину к отказу от защитной негибкости на пути к его психической самореализации… В момент интерпретации необходимо внимательно изучить обстоятельства сновидения, в рамках которых появляется данная героиня, чтобы правильно выбрать то или иное объяснение.

Белый цвет

Онейроидный белый цвет неизбежно ослепляющий. Матовый или блестящий, светящийся или мертвенно-бледный, он всегда будет некоей абстракцией, в которой исчезают все зрительные ориентиры. Мир предстает взгляду в трех планах: цвета, формы и движения. Цвета – это сама жизнь^♣. Белый – это не цвет. Это некий результат, некое неопределимое пространство, в котором оттенки спектра умирают, сливаясь воедино, где формы исчезают, соединяясь, где движение замедляется и теряется в бесконечности. Белый цвет считается исходной точкой, созидательным началом, светом^♣, в котором сосредоточена вся вселенная. В перспективе самореализации белый цвет является мертвой точкой! Терапевт встречает белый цвет в каждом втором сновидении. Не стоит анализировать этот символ, когда он появляется случайно. Однако остается 35 % сновидений, где белый цвет требует специального внимания.

Навязчивый белый цвет всегда созвучен с некоей мертвой зоной психики. Он в первую очередь означает замораживание, застывание^♣, неподвижность, изоляцию, стерильность, отстраненность от жизни. Безусловно, в позитивном смысле он может означать невинность, чистоту и даже возвышенность, но он всегда оставляет место для подозрения: эти достоинства чаще всего пребывают в форме устремлений или маски, за которыми скрывается отказ от полноценной жизни. Белый свет, ослепительный свет, лучистый белый цвет, ослепляющая белизна – все это проявления непереносимого для живого сознания совершенства. Приближаясь к этой ослепляющей законченности, человек берет на себя риск потеряться в безмерности, но это также способ испытать чувство завершенности.

Белый цвет – это еще и цвет загробной жизни. Жизни внеземной, но также и внеличностной. Это цвет порога. Он обозначает пространство для перемещения фантомов^♣, посредников между разными мирами. Он открывает возможность нового отношения к умершим. Белый цвет и белый свет участвуют в многочисленных динамических онейроидных процессах. Они могут свидетельствовать о невыносимости психологической ситуации пациента, скованного в своей изоляции от мира под маской сознательного выбора сохранить свою невинность. Они могут, как вспышка молнии, возродить душу человека, который запретил себе жить после смерти кого-то близкого. Они могут рассеять экзистенциальную тревогу[35] или способствовать ее уменьшению. Они, наконец, могут предложить утомленной душе успокоение последней надежды. Они могут способствовать осознанию скрытых «потемок»[36] души. При интерпретации психотерапевт должен с особым вниманием рассматривать контекст сновидения, в котором появляется этот символ. Если белый цвет является единственным активным цветом в сценарии сновидения, то следует учитывать факторы, описанные в данной статье. Если же он сочетается с синим^♣, черным^♣ или красным^♣, то следует обратиться к статьям, описывающим значение сочетания белого с одним из этих трех цветов.

Белый и красный цвета

Белый и красный цвета, встречающиеся в одном сновидении, являются символами, наиболее богатыми по своему значению. Они выражают одну из наиболее сильных антиномий, с которой может столкнуться человек, не надеясь при этом достигнуть более или менее длительной гармонии. Когда появляется сочетание белого и красного цветов, то это может означать резкую конфронтацию на психическом уровне двух наиболее фундаментальных жизненных противоположностей. Белый и красный говорят о невинности и страсти, о девственности и опытности, о застывании и движении, о снеге^♣ и о крови^♣, о принципе и о воплощении. Белый цвет отражает сдержанную эмоцию, поиск чистоты как психологической защиты; красный цвет воплощает вовлеченность, причастность, активное отношение к жизни, участие в водовороте упований и страданий, наличие влечений.

Когда два цвета появляются вместе, они всегда являются сигналом запуска процесса психического изменения. Либо они способствуют гармонизации духовных устремлений и мирских желаний (задача трудная, но необходимая), либо они способствуют устранению последствий комплекса Эдипа, или же, наконец, они выступают в качестве поддержки процесса уничтожения страха кастрации. Необходимо принимать во внимание эти различные значения символов во время их интерпретации. Если речь идет о гармонизации ценностных ориентаций, то важно помочь пациенту это понять. Если же образы отсылают нас к комплексу Эдипа, то обычно они достаточно прямо определяют происходящие психические изменения. Если речь идет о пятом или шестом сеансах терапии свободным сном наяву с пациентом-мужчиной, то есть все основания считать, что белый и красный цвета связаны с восстановлением в памяти тягостных воспоминаний пубертатного периода: нарушенные запреты, смерть близких, несчастные случаи, мастурбация и т. д. В таком случае эти образы несут в самих себе силу излечения, и поэтому нет нужды их интерпретировать.

Бесконечность

Чтобы достигнуть концептуального уровня, на котором возможно осуществить новую связь пространства^♣ и времени^♣, математической мысли пришлось ждать начала ХХ века. Простая, а затем общая теория относительности открыли потрясающие перспективы для физической науки. Сновидение является скромным провозвестником этого открытия, ибо всегда поддерживает столь свободные пространственно-временные отношения, которые интеллект мог бы назвать относительность дерзкая. Эта свобода воображения в отношении измерения пространства и времени является одним из фундаментальных отличий его от рационального мышления, нуждающегося в ориентирах. Интеллект сформировался в рамках измеряемого пространства и времени. Будучи зависимым от созданных им ориентиров, он не может, не ощущая головокружения, приблизиться к понятиям бесконечности и вечности^♣. Воображение пребывает в мире, где пространственная эластичность и временная гибкость естественным образом вездесущи.

Кто решится на определение бесконечности? Попытки разума осуществить это вызывают головокружение и чувство бессилия. Сущностью сновидения является способность игнорировать формальную логику. Его пространство неограниченно, и ему нравятся анахронизмы. Коль скоро динамика воображения уносит сновидящего в бесконечность, то не для того, чтобы он встретил ужас[37] Пустоты, но для того, чтобы примирить его с тайной будущего, которое нельзя предвидеть. Бесконечность в сновидении позволяет пережить некий опыт. Он указывает на непостижимость завершения пути, начатого в животе^♣ матери. Почувствовать бесконечность – это значит согласиться на встречу с самим собой, на встречу с тем, чего мы о себе еще не знаем, на встречу с неизвестным, со всевозможным. Бесконечность – это не победа разума, а благодать любви^♣.

Терапевт – свидетель онейроидного сценария, в котором сновидящий или сновидящая переживают опыт бесконечности, – не должен ограничивать свою интерпретацию указанием на очевидные проявления тревоги^♣ перед лицом небытия. Он может быть уверен, что присутствует при разрешении некоего парадокса: разрывая свою связь с прошлым, которое защищало его от страха перед будущим, с доверием полагаясь на судьбу, пациент улучшает тем самым свою приспособленность к объективному миру.

Богородица или Мадонна с младенцем

Не стоит отрицать религиозную коннотацию данного образа. Ортодоксальный католицизм не смог противостоять истовости религиозного чувства, возбуждаемого образом, продолжающим античные представления о сущности материнства и женственности. Давление догматических идей, стремящихся навязать мужские ценности Святой Троицы, было и поощрением к восстановлению сизигии[38] и подкреплением общественной потребности считать Деву Марию олицетворением христианской души.

Мы лишили бы данный символ жизненно важной части его сущности, если бы отказались от рассмотрения его в качестве наивысшей степени выражения анимы, наиболее отдаленной от земных устремлений. Дева Мария с очевидностью причастна к символике всех известных богинь-матерей. Но эти богини также воплощают собой землю^♣ – вещество, материю. Дева – это земля, в которой рождается дитя^♣ – надежда.

Царица неба^♣, Дева приглашает сновидящего или сновидящую спуститься на землю. Дева Мария – это, прежде всего, мать^♣. Она находится в той зоне воображаемого, где небо открывается, когда земное страдание становится слишком тяжелым[39], и где земля зовет к себе тех, кто заблудился в чрезмерной сублимации. Богоматерь играет роль посредника. Она появляется тогда, когда сновидящая или сновидящий испытывают потребность исправить свои отношения с земной матерью. Интерпретатора сновидения всегда прельщает объяснение символа Девы Марии как выражения высшего уровня анимы. Отчасти он будет прав. Однако интерпретация образа Богородицы как сублимированного выражения матери сновидящего или сновидящей будет наиболее правильной. С такой точки зрения он сможет обнаружить то, что скрыто в самой глубине сценария сновидения и что, без сомнения, связано с отношениями матери и ребенка – ребенка, которым каждый из нас остается в своем отношении к образу матери.

Бог Отец

Когда терапевт является свидетелем антропоморфного упоминания Бога Отца, он иногда склонен недооценивать эти наивные образы. Будь то лицо разгневанного старца[40], изрекающего проклятия среди бушующего грозового неба, или же благодушная фигура улыбающегося в седую^♣ бороду^♣ патриарха, было бы слишком просто приписать эти образы влиянию древних религиозных изображений. Пренебречь интерпретацией символа из-за его наивного изображения означает изменить долгу перед истиной.

В словаре сновидений Бог, Бог Отец являются законченной цепочкой ассоциаций, ведущей от отца земного^♣ к Отцу небесному. Отец, король^♣, мудрый старец^♣, солнце^♣ и Бог – все эти символические ступени ведут от авторитета мирского к божественному Закону. В сновидении Бог Отец выражает противопоставление или взаимодополняемость телесных потребностей и духовных устремлений. Его образ, часто карикатурный, может появляться по меньшей мере в трех ситуациях различного типа:

– чтобы выразить протест, когда сновидящий или сновидящая чувствуют себя несправедливо наказанными тяжелым испытанием;

– чтобы выразить упование на некую недоступную истину, когда то же испытание принимается с безмятежной искренней верой;

– чтобы восстановить равновесие^♣, когда сновидящий или сновидящая исчерпали свою энергию^♣ в поисках исключительно духовного самовыражения или в упрямом преследовании исключительно материального благополучия.

В онейроидной динамике Бог Отец выражает то, что находится вне цивилизации^♣ и над ней, вне мира и над ним.

Борода

При наличии в сновидении образа бороды терапевт имеет все основания задать себе вопрос об отношениях сновидящей или сновидящего с ее или его отцом^♣. Подобное предположение даст ему наиболее надежное направление для анализа большей части содержания сновидения. Безусловно, по мере накопления опыта анализа сновидений психотерапевт начнет различать разного типа бороды. Он может столкнуться с огромного размера дровосеком с рыжей или черной^♣ бородой – характерным образом людоеда. Ему встретятся мудрый старец^♣, отшельник или пастух^♣ с длинной белой^♣ бородой – образ посредника. Эти образы кажутся далеко стоящими друг от друга, но у них несколько общих элементов. Часто они даже встречаются в одних и тех же сновидениях.

В своем первоначальном значении онейроидная рыжая или черная борода появляется как проявление мужественности, если только она не скрывает компенсаторные механизмы импотенции. Белая борода считается признаком мудрости. Помимо этих вполне допустимых клише изучение механизмов воображения заставляет признать существование двух важных фактов, касающихся данного символа. Он родствен образу падающей воды, водопаду^♣. Он сродни глаголу спускаться в его переносном значении. Этот образ приглашает психику, занявшую некую отстраненную, искусственно завышенную позицию, спуститься на разумную высоту. Высоту по отношению к чему? Подобная постановка вопроса ошибочна. Правильнее будет сказать: по отношению к кому? За образом бороды, будь то борода черная или белая, опытный интерпретатор сновидений без особых трудностей увидит индикаторы, которые определяют процесс корректировки отношения к образу отца.

Брат

Интерпретатор сновидений, который хочет найти в образе брата выражение братства, будет жестоко разочарован. Никакие философские идеи относительно братского согласия не могут что-либо изменить: со времен Каина воображение использует этот символ для обозначения соперничества. Брат в 95 % случаев появляется в сновидениях женщин. Он никогда не надевает маску, открыто играя одну из основных ролей своего репертуара.

Что происходит, когда речь идет о младшем брате сновидящей? Он останется всегда самозванцем, отнявшим часть внимания родителей. Будучи объектом зависти, он также выступает как препятствие, порождающее у сновидящей чувство горечи по отношению к ее матери^♣. В крайне болезненной ситуации, когда этот конкурент умирает, у сновидящей возникает чувство вины, вызванное постыдным удовлетворением от исчезновения соперника. Старший брат выступает в качестве возможной замены отца^♣. Довольно часто можно наблюдать ситуацию, когда чувства, связанные с комплексом Эдипа, претерпевают перенос с личности отца на личность старшего брата. Почти в 30 % сновидений, где встречается данный образ, сущностью проблематики пациентки являются последствия сексуальных отношений с ним. Лишь иногда эти отношения остаются на уровне фантазма, чаще всего они реальны. Сопровождаясь амбивалентными переживаниями желания и отторжения, эти отношения, иногда грубо навязанные, в свою очередь участвуют в формировании у женщины чувства протеста против матери, которая не смогла (или не захотела) ее защитить.

Буря

Символические бури являются результатом слишком длительного напряжения между огнем^♣ вытесненных эмоций, оказывающих давление, чтобы себя обнаружить, и интеллектуальной конструкцией, возведенной холодным^♣ интеллектом для защиты от этих чувств. Когда вырываются наружу неотвратимые силы[41] онейроидной бури, ни одно из возможных значений не кажется достаточно надежным, чтобы устоять против этих сил: молнии^♣ сновидений рассекают небо сильнее, чем молнии небесные^♣, гром сновидений оглушает гораздо сильнее, порывы ветра – более разрушительны, и ливни^♣ вызывают опустошение, подобного которому мир не встречал со времен всемирного потопа!

Интерпретатор сновидений напрасно потратит свое время, если будет искать за этим символом какие-то конкретные связи с основными темами, которыми обычно питается психологическая проблематика пациентов. Онейроидная буря не ищет себе сообщников ни среди свидетелей комплекса Эдипа, ни среди травм при рождении^♣, ни в рамках метафизической тревоги[42], ни среди других составляющих психологических затруднений. По отношению к символам, способствующим динамике психологического развития, буря является тем, чем крик является по отношению к речи: непревзойденным по своей силе выражением, содержащим в себе все, доминирующим над всем, овладевающим всем. Подобно крику^♣, буря находится вне оправдательной речи, вне осмотрительного движения, робкого продвижения по пути, заполненному массой препятствий. Она выражает некий революционный эпизод в процессе психического изменения.

Язык образов никогда не употребляет слово буря, не имея для этого веских оснований. Проявление всех элементов, соединившихся в образе бури, – молнии, брызгающей из неспокойного скопления грозовых туч под треск грома, ливня[43], способного вызвать горные^♣ обвалы, – подтверждает перестройку психики сновидящего или сновидящей, которая должна привести к новой психической гармонии.

Бутылка

Менее чем в 15 % ситуаций появления образа бутылки в сновидении она свидетельствует о следах травмирующих сцен, пережитых сновидящим из-за родителей-алкоголиков. Поэтому при появлении данного символа опытный терапевт постарается выделить признаки, способные подтвердить или опровергнуть данную гипотезу. Помимо этого прозаического значения, данный образ предлагает проницательному интерпретатору сновидений несколько возможных путей анализа.

Из-за своей формы и назначения бутылка хорошо подходит для обозначения человеческого тела^♣ – сосуда, содержащего душу и разум. Ее можно также рассматривать как материальное вместилище нематериальной сущности.

Многочисленные корреляции между водой^♣ и бутылкой позволяют предполагать, что эта последняя является частью женской^♣ составляющей психики – анимы.

Данное предположение находит свое подтверждение в способности этого образа символизировать плацентарную полость, что позволяет ему участвовать в сценах психологического возрождения^♣, а также иногда в сценах, выдающих фрустрацию, вызванную женским бесплодием.

Ассоциация образа бутылки с цифрой 2 (два)^♣ заставляет признать за данным символом роль возбудителя процесса индивидуации[44], то есть примирения противоположностей.

Динамика воображения чаще всего помещает бутылку в центр сложного сочетания элементов, в рамках которого описанные нами возможные объяснения могут сочетаться в различных пропорциях. Это, безусловно, усложняет интерпретацию и требует от нее большой деликатностии, но в то же время не позволяет рассматривать бутылку в качестве простого, банального объекта.

Бык

Стоит ли доказывать солнечную^♣ природу^♣ быка? Существует обильное количество показателей, подтверждающих это утверждение. Возможно, стоит отдать предпочтение лунному характеру образа? Можно легко привести факты, убеждающие в справедливости подобного подхода. Нет смысла опираться на культурные источники для выбора правильного решения. Жан Ани[45] показал, что культ быка Аписа, по своей природе солнечный, в течение веков изменился и стал, бесспорно, лунным. Существует слишком большое количество вариантов, которые могут оказаться тупиковыми и ошибочными, если мы будем следовать за неясной тенью Минотавра!

Настойчивое присутствие поблизости от быка женского образа с распущенными длинными волосами^♣, почти всегда черными^♣, выявляет способность символа выражать мощь[46] анимы и, если быть более точным, возможно, ее теневой^♣ аспект. Воображение часто заменяет быка буйволом, бизоном, бараном, слоном^♣, словом, животными, обладающими общими характеристиками: силой, весом^♣, рогами или бивнями, естественной склонностью идти напролом, сметая все на своем пути. Животными, у которых голова^♣ кажется сросшейся с телом, у которых отсутствует шея^♣, что вызывает представление о мгновенном действии без размышления. А между тем изучение сновидений показывает, что появление быка, напротив, выдает психологическое состояние, в котором доминируют запреты.

В сновидении окружение быка явно пропитано сексуальностью. Поль Диель[47] интерпретирует образ коня^♣ как выражение неудержимости желаний, особенно желаний сексуальных. Пегас – белый крылатый^♣ конь – выражает сублимацию либидо, его превращение в поэтическое вдохновение. Появляясь вместе в примитивных изображениях, бык и конь также являются двумя млекопитающими, которых мифы наделяют крыльями. Крылатый бык и крылатый конь имеют похожие значения. Похожие, но не идентичные. Пегас появляется в качестве доказательства успешной сублимации. Бык в онейроидном мире никогда не выставляет напоказ свои крылья. Он предпочитает отдать их персонажам, которые его окружают. Он одновременно является утверждением стремления к превосходству и неодолимого пристрастия к наиболее естественным желаниям. Сексуальное устремление представляется столь тяжелым[48], что быку в сновидении не дано познать полет ангела^♣. Символ свидетельствует о дезориентации психики, ослепленной сильными сексуальными желаниями, которые ей не удается ни реализовать, ни эвакуировать посредством сублимации.

Ведьма

Всякий, кто приближается к образу ведьмы, естественно ожидает, что подобный символ будет окружен зловещими декорациями. На ночном^♣ небе^♣ деревья будут жестикулировать голыми ветвями, подобно щупальцам. Сова^♣ поведет за собой находящегося в состоянии ужаса сновидящего в чащу леса^♣ к секретному логовищу с котлами и ретортами. И там очень старая^♣ и страшная женщина с клювообразным носом и подбородком, сжимая беззубый рот^♣, будет колдовать над приготовлением устрашающего приворотного зелья.

На сцене сновидения ведьма играет двойную роль. Под ярким светом прожекторов она воплощает отношение к негативному материнскому образу. Она без устали повторяет роль, созданную автором Белоснежки^♣, в которой значительное место занимают волнения пубертатного перехода к сексуальной зрелости. В этих сценах, где присутствует старуха-волшебница[49], также обнаруживается настолько значительное и открытое вмешательство матери^♣ сновидящего или сновидящей, так много упоминаний о детстве, так много сексуальных ассоциаций, что невозможно избежать этой первичной интерпретации символа, поэтому интерпретатор должен внимательно к ней отнестись. Однако с его стороны было бы упущением ограничить этим свой анализ. Ему следует несколько приглушить слишком сильный свет на сцене. Тогда он лучше увидит теневую^♣ часть ведьмы, играющей одну из наиболее важных ролей. Одним широким и мощным жестом она объединяет гномов[50], глубинные силы[51] земли и небесных^♣ духов. Это единение земного и божественного – символ реабилитации инстинктивного начала и единства живого существа – представляет собой путь, подготавливаемый появлением воображаемой ведьмы, которая приглашает сновидящего следовать за ней.

Великан

Поль Диель рассматривал Титанов, противопоставивших себя Зевсу и хотевших разорить Олимп, как олицетворение протеста против сознания. Они символизируют пагубную трансформацию стремления к психическому изменению в пользу упрощения способа удовлетворять земные потребности. Автор уточняет, что в отличие от дионисийского упрощения, которое раскрывает свой потенциал в области сексуальных устремлений, упрощение, которое он назвал титаническим, является социальным извращением в виде стремления к доминированию. Каждый сновидящий, который переживает во сне встречу, а иногда даже идентификацию с гигантом, обнаруживает себя раздавленным вплоть до полного бессилия чрезмерностью своих амбиций! Великан в сновидении, главным образом, выражает некое отношение.

Великан появляется, когда для пациента приходит время^♣ осознать то, что парализует его отношения с другими. Этот символ выявляет ошибку пациента в оценке причин его трудностей при общении со своим окружением. Чем больше размер великана в сновидении, тем в большей степени он подтверждает чрезмерность стремления к материальному превосходству. Чрезмерность в данном случае является правильно выбранным словом, ибо оно выражает неизбежность увеличения разрыва между амбициями и реальными возможностями пациента. Чем больше проявляет себя стремление к власти, тем сильнее проявляется на психологическом уровне ощущение бессилия. Чем быстрее растет великан за счет некоего рода психического воспаления, тем в большей степени пациент ощущает свою незначительность и ничтожность. Титаническое упрощение – пожиратель энергии^♣ – приводит к пониженному психическому напряжению.

Гигантский персонаж сновидения является показателем опасной иллюзорной веры в возможность замещения потребности духовной самореализации за счет доминирования силы. Дух соревнования, способный благотворно стимулировать, в своей преувеличенной форме становится неким типом извращенной религии, приводящей в тупик вместо того, чтобы открывать путь к надежде. Ни сновидящий, ни слушающий его терапевт не должны пугаться величины персонажа: лишь психика, способная почувствовать дискомфорт духовного тупика, куда ее влечет великан, способна породить подобного типа образ. Онейроидный великан – это предвестник психического изменения, а не обвинитель, обличающий недостатки.

Велосипед

Если человек хочет перемещаться в пространстве дольше и быстрее, чем ему позволяют его собственные возможности, то он может использовать животных или различные средства передвижения, которые придумал. Среди этих последних велосипед – единственное устройство, чье продвижение вперед и управление являются прямой функцией энергии^♣ и воли его пассажира. Как только велосипедист прекращает крутить педали, велосипед возвращается к исходному состоянию. Он становится мертвым объектом, механической конструкцией. В свободном полете воображения данный символ позволяет увидеть два направления интерпретации.

В многочисленных онейроидных сценариях сновидящий или сновидящая испытывают чувство удивления, когда их велосипед поднимается[52] в небо^♣, подобно волшебному ковру-самолету^♣. Этот образ содержит в концентрированном виде проявление двух противоположных психологических тенденций: той, что стремится к контролю, защите Я, и той, которая стремится к изменению и доверию, к непредсказуемому будущему. В этом значении данный образ указывает на начальную фазу исчезновения метафизической тревоги[53].

Из-за дыхательного ритма^♣, связанного с кручением педалей, или из-за воспоминаний о реально пережитой в детстве сцене, когда пациентка сидела на перекладине велосипеда своего отца^♣, образ велосипеда способствует осознанию сексуальных влечений, связанных с комплексом Эдипа.

Венок или Корона

О какой короне или венке идет речь? О королевской^♣ короне? О венке Девы Марии[54]? О венке новобрачной? О лавровом венке? О терновом венце? О венке из цветов^♣? О погребальном венке? Интерпретация символа, связанная исключительно с выражением господства или власти, не выдержит свидетельства многочисленных фактов: короны или венки из сновидений могут появиться в виде всех тех многочисленных образов, которые мы перечислили выше и которые в реальности еще более разнообразны. Повеления богов и мирское величие везде и всегда связаны с сиянием короны. Алхимия дает нам очень красивый образ этой амбивалентности. Из яйца^♣ вылупливается двухголовый орел^♣, одна голова его украшена папской короной, другая – императорской. Трудно более четко выразить эту двойственность[55] коронования, которое освящает власть[56].

Корона или венец в динамике воображения имеют значения, близкие к тем, которые мы описали в статье «Кольцо»^♣. Как и кольцо, в сновидении корона связана с символикой объединения. Она вписана в центр широкой сети ассоциаций, что открывает путь для обширного спектра интерпретаций. Если терапевт сосредотачивает свое внимание на образах, предположительно относящихся к классическим отношениям пациента или пациентки с их родителями в рамках комплекса Эдипа, то в лице коронованного персонажа он часто увидит короля-отца^♣ или королеву-мать^♣. Иногда пациент, короновавший сам себя таким образом, осознает стремление к узурпации власти в контексте пережитого им комплекса Эдипа… Онейроидное коронование освящает динамику реабилитации родительской пары. Таким образом, оно делает возможным союз между анимусом и анимой, который является необходимым условием гармонизации противоположностей и подтверждением высшего смысла коронации.

Верблюд

От морского^♣ песка до песка пустыни^♣ – путь следования воображения в данном случае не длинен! Корабль пустыни! Образы показывают, в какой степени это выражение, как всякое выражение, пользующееся успехом, покоится на несокрушимой символической основе. Верблюд – это дополнение к образу Туарега. Важной является также связь между глазом самки лани^♣ и глазом верблюда. Самка лани является одним из наиболее чистых образных представлений, воплощающих женскую составляющую психики – аниму. Как и вода^♣! Поэтому интерпретация образа верблюда очевидна! Символ, несущий в себе влагу^♣, поддерживающую жизнь^♣ в сердце обжигающего песка, ибо содержит свой собственный запас воды, самой своей природой выдает свое значение. Именно в этом смысл фразы, которую я употребил: «Верблюд – это дополнение к образу Туарега». Этот принц пустыни является одним из наиболее красивых воплощений роли анимуса. Объединяет эти два образа не их естественная близость, а их глубокая психологическая взаимодополняемость. Так же как фигура араба^♣ выступает в качестве индикатора единения анимуса и анимы, верблюд играет роль посредника между этими двумя составляющими психики. Прохождение через глаз верблюда – это образ преодоления порога сознания, свидетельствующий о получении доступа к аспектам, связанным с анимой.

Будь то сновидения мужчин или женщин, в которых появление верблюда отражает реабилитацию анимы, пациент почти всегда в таком случае хочет выразить идею воскресения, возрождения энергии^♣. Примирение анимуса/анимы естественным образом сопровождается глубоким изменением отношения к понятию предназначения. Верблюд побуждает сновидящего отказаться от стремления интеллектуально контролировать свое будущее. Он приглашает его, подобно ему самому, доверчиво следовать навстречу горизонту среди непрерывно обновляющихся и непредсказуемых дюн. Откуда приходит корабль пустыни? Куда он следует своим неторопливым шагом? Верблюд – это поступь жизни, которая продолжается, обновляясь, которая растворяется в универсуме, ускользая от знакомых ориентиров. Он выражает чувство дороги вне памяти, поскольку несет в себе влагу, звезду^♣ судьбы, аниму.

В воображении верблюд находится в пространстве^♣ вне ориентиров и в бесконечном времени^♣. Двигаясь по его следам, сновидящий заново познает сущность бытия, творческое вдохновение, которое является следствием установления гармонии с тайной жизни – маленький шажок, ведущий к большой цели.

Веревка

Не является ли веревка типичным образом чего-то соединяющего? Изучение корреляций этого образа с другими сначала наводит именно на эту мысль. Фактически 50 % символов, ассоциирующихся с веревкой, – это образы различных связей (вертикальных или горизонтальных^♣) или явных изображений движения. Лестница, колодец^♣, дымоход^♣, подниматься, спускаться, – вот чаще всего встречающиеся корреляции с веревкой, а также тоннель^♣, мост^♣, другая сторона^♣ и т. д. Поскольку вторая половина ассоциаций рассредоточена между десятью разными группами символов, то представляется обоснованным причислить воображаемую веревку к предметам, связанным с символикой восхождения[57] или спуска^♣ или символикой динамики преодоления порога. Некоторые сценарии сновидений содержат в себе образы, убеждающие терапевта в правильности данного направления интерпретации. Мы могли бы с этим согласиться. Однако это лишь детали, которые могут помешать увидеть нечто более важное.

Веревка в сновидении – это путеводная нить, которая приведет терапевта к наиболее важной проблематике пациента. Она разоблачает бессилие, импотенцию – сестру комплекса кастрации, который является следствием вины, порожденной комплексом Эдипа. Обозначая таким образом эту последовательность, мы, безусловно, упускаем из виду массу нюансов, делая ее схематичной. Но она остается правильной. На конце воображаемой веревки всегда находится страдание, узел страданий, который может быть развязан лишь в случае устранения последствий комплекса Эдипа. Даже когда данный символ упоминается в сновидении как нечто малоинтересное, психотерапевт должен напомнить себе, что это показатель огромной важности. Потянув за воображаемую веревку, терапевт вытянет признаки, часто позволяющие подозревать наличие негативного материнского образа. Эта гипотеза требует внимательного изучения. В то же время она не должна мешать исследованию в направлении нарушений сексуального поведения. Часто это может отдалить терапевта от понимания наиболее важных аспектов проблематики пациента.

Весна

Неожиданная нежность воздуха снимает напряжение с мира, которой замкнулся в себе под влиянием холода^♣. Во время последней зимней^♣ ночи^♣ волшебная рука^♣ разбрасывает повсюду новые цветы^♣. Птичка выпевает забытые ноты. Новый свет^♣ иначе окрашивает набухшие нетерпеливым жизненным соком ветки. Пришла весна, утверждающая жизнелюбие. Слова энергия^♣, сила, мощь чаще всего отражают взаимосвязи, наблюдаемые в сновидении вокруг этого символа. Сновидения тем не менее не желают компрометировать себя аллегорией, которая соединяет молодость и весну. Динамика воображения ослабила бы значение весны, согласившись соединить его со слишком очевидными метафорами. В символическом смысле весна – это более чем изображение возрождения^♣, это – его доказательство. Этот образ утверждает непрерывность жизненной энергии, проходящей сквозь различные циклы существования. Зима могла бы заставить поверить в окончательную смерть^♣. Новые весенние силы выявляют абсурдность подобной веры. Ежедневное возрождение солнца^♣ и весеннее обновление – это образы, которые питают чувство надежды.

Объективное рассмотрение роли времен года в сновидении заставляет признать, что воображение видит в них не изображение хронологических этапов жизни, а функции, связанные с отношением сновидящего к динамике психического изменения. С этой точки зрения, онейроидная весна выступает в качестве возбудителя психического преобразования. Она утверждает, что жизненный порыв может быть выше рассудка. Пренебрегая блокировками системы психологической защиты, весна предоставляет свою энергию для процесса преодоления психологического порога. Она влечет за собой малодушное Я по другую сторону^♣ его самого, в те уголки человеческого существа, где живет надежда. Будучи противоядием от экзистенциального сомнения, весна подтверждает неоспоримую вездесущность жизни^♣.

Ветер

Будучи невидимым и непредсказуемым по своей природе^♣, ветер держится как можно дальше от всевозможных ориентиров, которые необходимы человеку в его повседневной жизни.

Будучи невидимым и непредсказуемым, для скептического мышления он является объектом принижающих его проекций, в рамках которых он выступает признаком несостоятельности и непостоянства. Капризы Эола[58] опасны, ибо они не подвластны возможным предсказаниям, столь характерным для человеческой ментальности. Воображение находится под сильным влиянием примитивной природы ветра, его принадлежности к естественным природным^♣ явлениям. Поэтому одной из функций этого символа является восстановление связи между ментальностью, гордящейся своей способностью к контролю, и естественными эмоциями, оказывающими постоянное давление на личность, чтобы заставить себя признать.

Будучи невидимым и непредсказуемым, для верующего человека ветер выступает в качестве выражения божественного дыхания, вдохновенного источника всего живого. Поэтому в сновидении быть унесенным ветром не означает утратить контроль над мирскими делами. Это означает согласие следовать за движениями души. Судьба перестает быть всего лишь целью, объектом всех сознательных действий, а превращается в результат отрадного признания будущего, результат процесса самовыражения сущности бытия.

Подобная личностная установка не противоречит, а способствует реализации конкретных земных^♣ проектов, обеспечивая психологическую гибкость[59] и способность к релятивизации.

Участие ветра в онейроидных сценах бури^♣ или урагана подтверждает важную роль, которую он играет в эпизодах психической реконструкции. Среди образов, выражающих преодоление порога сознания, важное место занимают те, которые изображают перевертывание (например, карта таро «Повешенный»). Частота их появления в сновидениях, где дует ветер, подтверждает, что он является активатором процесса индивидуации, посредством которого осуществляется примирение противоположностей.

Вечность

Можно ли измерить вечность? Интеллект не смог бы развиться вне систем отсчета, которые изобрели живые существа и которые позволяют им, пусть хотя бы иллюзорным образом, определять свое положение в пространстве^♣ и времени^♣. Время. Существует ли оно вне измерений, посредством которых, как считает человек, он сделал его послушным? Является ли оно чем-то неуловимым, непоколебимым, непрерывно повторяющимся? Наиболее прочное звено в цепочке ассоциаций, связанных с вечностью, показывает, что этот символ становится осмысленным посредством его противопоставления разного вида отсчетам времени. Ритм^♣, часы^♣, хронометр^♣, маятник^♣, барабан^♣, удары сердца^♣, стрекотание цикад и все то, что связано с неким тактом, регулярным повторением, сопровождает образ вечности в 64 % сновидений, в которых он встречается. Второе звено цепочки ассоциаций, присутствующее в 50 % тех же сновидений, – это холод^♣. Итак, словарь образов представляет вечность как понятие холодное и бесчеловечное. Это утверждение проливает новый свет на психические механизмы, придающий ментальности особый смысл – убежища от тайны смерти^♣. Бесконечность выдает интеллектуальный парадокс. Интеллект, этот изумительный инструмент суждения, сравнения, измерения, являет собой утверждение жизни^♣. Он несет в себе это свойство до тех пор, пока служит реализации будущего, то есть движению, приближающему смерть. Беспокойство[60], порожденное перспективой холодного, бесконечного небытия, вызывает защитный рефлекс, извращающий природу интеллекта. Смещаясь по отношению к своей цели – эволюции, интеллект становится двойным агентом, служащим стремлению к постоянству, поддержанию достигнутого. Начиная с этого момента он становится средством построения логических оправданий, обманывающих сущность во имя видимости.

Если воображение приводит сновидящего на встречу с бесконечным^♣ или с вечностью, оно всегда стремится устранить тревогу, порожденную приближением к небытию. Подобно бесконечному, вечность в сновидении позволяет испытать некое переживание. Развитие интеллекта у человека объясняется необходимостью улучшить приспособляемость вида к объективным условиям среды и обеспечить его выживание. Но пути выживания параллельны тем, которые ведут к смерти. Я восстает против идеи вечности, в которой оно должно будет раствориться. Оно организует свою защиту, чрезмерно используя интеллект, извращая тем самым его исходное предназначение. Вечность противостоит отсчитываемому, измеряемому времени, его расчленению на части, возникшему из-за потребности справиться со страхом времени бесконечного. Интеллектуализация противостоит интуитивной чувственности. Поэтому мужчины представляются более подверженными влиянию механизмов, которые мы описали выше. Очевидно, именно этим объясняется тот факт, что 83 % сновидений, в которых мы наблюдали появление образа вечности, принадлежали пациентам-мужчинам.

Вибрация

Мы согласны, что можно оспаривать наше предложение рассматривать слово вибрация в качестве символа. Мы также понимаем, что его можно считать излишне затасканным из-за непрерывного использования адептами различных методик релаксации. Тем не менее мы берем на себя полную ответственность за представление этого слова, которое воображение любит использовать в качестве свидетельства проявления одной из наиболее важных функций, осуществляемых нервными импульсами в рамках свободного сна наяву.

Упоминание сновидящей или сновидящим о вибрации подтверждает наличие процесса гармонизации, стремящегося обеспечить конвергенцию миллиарда клеток, из которых состоит живое существо, в некое единое целое. Размышление и понимание должны служить вдохновляющей энергии^♣, которая их направляет и которой они одновременно руководят. Всякое длительное противоречие между сознательно поставленными целями и потребностями организма как целостности, выражающими тайну смысла жизни^♣, влечет за собой психическое недомогание – сигнал о риске появления недомоганий телесных^♣.

Реструктурирующее действие воображения может считаться одним из наиболее эффективных факторов предупреждения соматических болезней. Когда эта функция проявляется в упоминании слова вибрация, интерпретатор сновидения должен понимать, что он является свидетелем важного эпизода психического изменения. Это изменение способствует восстановлению гармонии между целями, осознанно выбранными разумом, и вдохновением, объединившим энергии миллиардов клеток и их соединений, которые отвечают за сохранение и эволюцию живого существа. Вибрация, которую почувствовали сновидящая или сновидящий, отмечает выход на поверхность душевного содержания, чтобы заполнить построенные разумом конструкции. Она также свидетельствует о женской, связанной с анимой природе соответствующего сновидения.

Витражи

Интерпретация витражей, опирающаяся на материю, из которой они сделаны, не будет правильной, если ограничивается образом стекла^♣. Воображение прибегает к помощи стекла, когда оно хочет привлечь внимание к понятию прозрачности^♣, выражающей переход от мира видимостей к миру сущностей. Витражи в сновидении в первую очередь демонстрируют многоцветность[61], проявление единичности в множественности. Свет^♣, разливаясь обильным многоцветием, символизирует принцип Созидания, творения. Витражи сообщают представление не о прозрачности, а о светопроницаемости. Они являются свидетелями эпизода активации психического преобразования, в ходе которого человек переживает сущность Бытия.

Сновидение всегда помещает свои витражи в часовню^♣, церковь^♣ или храм^♣ не потому, что сновидящие могли созерцать их в подобных местах, а потому, что множественность цветов вызывает состояние религиозного вдохновения. Понятие религиозный[62] обозначает то, что связывает каждое существо с тем, что его превосходит. Сияющий зеленый^♣, красный^♣, желтый^♣, синий^♣ и белый^♣ свет витражей, освещая часовню – место отрешения, сияет подобно изумрудам, рубинам, топазам, сапфирам и бриллиантам^♣ из пещеры^♣ сокровищ. Воображение стимулирует их появление, когда сновидящий или сновидящая открывают для себя преимущества ценностей бытия по сравнению с ценностями обладания, когда психологическая самореализация становится для них более привлекательной, чем погоня за материальным изобилием.

Индивидуальная душа обретает гармонию, осознавая свою принадлежность к душе универсальной. Именно тогда проявляет себя щедрый потенциал личности, и, как бы это ни казалось парадоксальным, он преумножает ее способность приспосабливаться к требованиям повседневности. Питаясь энергией^♣ уникальности, психический центр^♣ живого существа, его внутреннее богатство, озаряется ярким светом и, в свою очередь, распространяет цвета созидания. Вот в чем состоит смысл образа витражей.

Влажный—сухой

Интерпретатор сновидений редко сталкивается с необходимостью по отдельности объяснять значения влажного или сухого. То, что динамика воображения выражает посредством этих двух образов, – это взаимозависимость между ними. Сновидение, явно находящееся под знаком прозрачной воды^♣, ручья^♣, направляет интерпретацию в направлении проявления анимы. Пустыня^♣, выжженная солнцем^♣, растрескавшаяся земля^♣, высохшая растительность создают обстановку, подходящую для проявлений анимуса. Повторим, что чаще всего в сновидении содержатся образы, иллюстрирующие два фундаментальных компонента жизни^♣ – аниму и анимус, влажность и сушь, вдохновляющую душу и организующий рассудок. Изучаемое сновидение всегда предлагает сочетание этих противоположностей, чтобы выразить чувство смятения, которое сновидящий или сновидящая испытывают во время эмоционально насыщенного эпизода психического преобразования. Влажное выражает протест реальных чувств, долгое время подавляемых системой психологической защиты Я, выражаемой понятием сухой. Переход от ригидности, возникшей под слишком сильным влиянием потребности в постоянстве, к гибкости[63], необходимой для реализации психического изменения, происходит посредством глубинных движений психики, ускользающих от непосредственного понимания того, кто их испытывает. Психические ориентиры, которые предлагала структура застывшего^♣ Я, исчезают прежде, чем сновидящий или сновидящая обретают достаточную уверенность в психической метаморфозе, которую они переживают.

В сновидении, как в природе^♣, пересечение влажного и сухого, воды и земли, производит грязь^♣. Обнаружив мутную воду, песок^♣, пропитанную водой землю, грязь, опытный терапевт не станет тут же поддаваться рефлексу приписывать им невротическое значение. Ему необходимо сначала исследовать наличие признаков, подтверждающих важную корректировку отношений между разумом и чувственностью. Двигаясь в этом направлении, терапевт часто находит правильное объяснение сновидения.

Во все стороны

Идея позволить себе идти во все стороны приводит в растерянность ментальность, ориентированную на реализацию своих проектов, подкрепленную рациональными аргументами. Подобная возможность покажется ей тягостной[64] угрозой ее главному ориентиру – непротиворечивости. Когда в сновидении появляются предметы, разбрасываемые во все стороны ветром^♣, сметающим ориентиры, то это не подвергает сновидящего или сновидящую риску противоречивости! Спасительное действие символа проявляется в осознании необходимости перехода от застывшей^♣ непротиворечивости к непротиворечивости гибкой[65]. Первая приводит к оцепенению, вторая возвращает личности естественную способность изменения.

Выражение идти во все стороны не могло бы выполнить свою активную функцию без помощи своего помощника – ветра. Ветер, будучи символом неустойчивости и непостоянства для волюнтаристской мысли, для верующего человека становится вездесущим духом. Подобно образу ветра, выражение «идти во все стороны» отражает те же противоречащие друг другу проекции. Появляясь в сновидении, это выражение приглашает разорвать создающие иллюзию надежности ложные связи системы психологической защиты. Оно побуждает к ослаблению контроля, что несет в себе зачатки подлинного самовыражения. Необходимо признать возможность идти во всех направлениях, чтобы интуитивно найти правильное направление. Рядом с этим символом очень часто присутствуют образы, выражающие опрокидывание^♣, в частности летучая мышь^♣, что обнаруживает его участие в процессе примирения противоположностей, и тем самым в процессе индивидуации.

Вода

В символике воды нельзя не принять во внимание различия между благородной живой водой и предательской стоячей водой. Когда сновидение хочет привлечь внимание к живой воде, то оно подсказывает образы источника^♣, ручья^♣, речки^♣, реки^♣ или моря^♣. Когда же оно стремится подчеркнуть содержание, связанное со стоячей водой, воображение вызывает образы болота, лужи или пруда^♣. Поэтому следует обратиться к соответствующим статьям данного словаря, в которых описаны специфические значения каждого их этих образов.

Вода как субстанция, вода первичная, представляет душу, женскую составляющую психики, аниму. Значение, которое вливается вместе с ней в сновидение, привносит большое количество нюансов. Однако все эти нюансы объединены по одному из трех основных направлений интерпретации. Вода в сновидении является источником жизни^♣, способом очищения или средством возрождения, излечения.

Очищение нуждается в чистой воде. Сну незнакома вода теплая. Вода, которая обновляет, очищает, излечивает, – это всегда вода прохладная, холодная^♣. Женская психика спонтанно идентифицируется с этим символом. Вода предлагает себя в качестве наиболее естественного противоядия в случае болезненного чувства кастрации, в качестве наиболее эффективного средства очищения от порочности, которой менструальная кровь^♣ запачкала душу. В мужских сновидениях наличие воды свидетельствует о процессе реабилитации анимы, об ослаблении ригидности, вызванной системой интеллектуальной защиты психики.

Водопад

Водопад стоит отдельно от всех других сновидений, связанных с водой^♣. Это, прежде всего, чрезвычайно стремительное падение воды. Этот длинный белый^♣ шлейф, струящийся вдоль скалы^♣ среди роскошной зелени^♣ и всегда под ярко-синим^♣ небом^♣, подтверждает четырежды доказанную очевидность. Эта очевидность раскрывается в понятиях нисходящего[66] движения, мощи, чистоты и бесконечной длительности. Чистая вода, спускающаяся бурным поток с заоблачных^♣ высот, цвет которых она несет в себе, выражает жизненный порыв и его мистическое происхождение – универсальный источник^♣ жизни. Водопад несет в своих водах первичную женскую энергию. Он выражает непревзойденную мощь анимы. Сновидящий, робеющий перед последствиями возможных психических изменений, на худой конец, может проявить свое психологическое сопротивление, возведя на реке^♣ временную плотину. Онейроидная динамика никогда не предлагает образа, который бы препятствовал водопаду. Она знает, что от него нельзя защититься! Низвергаясь в сновидении, водопад подтверждает необратимое устранение психологического сопротивления. Его очищающие и освежающие воды предлагают сновидящему или сновидящей возможность осуществить акт крещения. Купание в водопаде позволяет пережить глубокое духовное возрождение.

Среди природных[67] образов водопад можно сравнить с волосами по отношению к телу человека. Свободно распущенные длинные волосы вызывают те же ассоциации, что и необъятная водяная лента, спускающаяся с высоты скал: они выражают аниму в ее роли вечного влечения к жизни. Они распространяют женственность^♣ – этот фермент созидания и творчества. И то и другое символизирует бесконечный рост. Водопад и вода, из которой он состоит, являются неисчерпаемыми источниками, питающими философскую мысль. Водопад выражает непреложность, вода – непостоянство. Мы созерцаем все тот же водопад, но вода, которую мы видим, всегда разная! Интерпретатор сновидения, в котором низвергается водопад, может быть уверен в том, что данный символ отмечает собой весьма благотворный эпизод психического изменения.

Водоросли

Будучи связанными с водой^♣, с морем^♣, с женщиной^♣, с пластичностью, водоросли по самой своей сущности, безусловно, относятся к большому семейству образов, выражающих аниму. Но вопреки тому, что мог бы ожидать наивный наблюдатель, водоросли составляют темную, пугающую сторону этой психической составляющей. Во всех сценариях, где появляется эта водяная растительность, преобладает тяжелая атмосфера, предвещающая некое испытание, опасное состязание или преодоление трудностей.

Гибкие водоросли являются дополнением к образу черной скалы^♣. Поэтические образы, связанные с морем, водоросли ассоциируются с образом искусительницы сирены^♣. Онейроидный механизм между тем редко объединяет эти два образа. Хотя они являются носителями похожего содержания, каждый из них указывает на особую фазу динамики психического развития. Водоросли не замещают образ сирены, а являются его продолжением. Сирена призывает к глубине^♣, водоросли означают уже достигнутую глубину. Подводные глубины – это также впечатляющая бездонность содержания бессознательного. Эта бездонность является опасной, лишь оставаясь неосознанной. И герою предписано судьбой отважно идти на встречу с тем, чего он о себе не знает.

Так же как и анима, водоросли покрыты тайной. Чтобы ее раскрыть, необходимо лишить водоросли их жизненной силы[68]. Сновидящий, спустившийся на дно морское, находится в контакте с глубинами своего собственного сознания. Тяжелое[69] и медленное движение зеленой^♣ или коричневой массы водорослей может вызвать у него воспоминание о времени сильного психического противодействия осознанию своей проблематики. Но это время ушло: уже слишком поздно прерывать это смелое приключение, в конце которого его ожидает встреча с тем, кем он станет. И пусть ему надо пройти сквозь эти двигающиеся щупальца водорослей, в кажущейся мрачной сине-зеленой воде, часто еще и склизкой… Возможно, он заново переживет забытые ощущения, которые некогда испытал, освобождаясь от плаценты. И пусть он с полным доверием отдастся этому испытанию на дне моря, в материнской утробе[70], на дне самого себя. Появляющиеся в сновидении водоросли являются залогом нового понимания и более ясного осознания, которые находятся по другую сторону^♣ их угрожающего значения.

Воздушный шар или Мяч

Воздушный шар и мяч в словаре сновидений находятся в центре диалектики зависимости и независимости. В серии сферических фигур они стоят между тяжелым шаром^♣, который свидетельствует о значимости системы интеллектуальной защиты, и пузырем^♣, который выдает поиск компромисса между индивидуальностью и универсальностью. Будучи ближе к пузырю, чем к тяжелому шару, воздушный шар и мяч связаны с понятиями легкости^♣, вознесения[71]. Одновременно, как всякая сферическая или яйцевидная полая форма, эти образы резонируют с воспоминанием о материнской утробе[72]. Если контекст, в котором появляется данный символ, заставляет терапевта подозревать наличие одного из указанных аспектов проблематики пациента, я советую ему обратиться к статьям, описывающим монгольфьер^♣, яйцо^♣, живот, пузырь и сферу^♣. В случае пациентки-женщины нельзя исключить связь с темой материнства.

Однако чаще всего мы встретим в сновидении обычный набор ассоциаций, связанных с мячом: цирк, клоун^♣, медведь^♣ или другие дрессированные животные, отец^♣ и мать^♣ сновидящего. В таком случае следует с особым вниманием относиться к фразам, подчеркивающим значимость ответственности, долга, необходимости играть роль, потребности участвовать в спектакле. Если терапевт обнаруживает наличие данных идей, то он может строить свою интерпретацию без какого-либо риска ошибиться. Эта интерпретация должна основываться на сюжетах, которые сновидящий связывает со свободой воли. В подобном случае представляется достаточно очевидным, что анализируемое сновидение отражает осознание пациентом тех моделей поведения, которые он выработал в своем детстве для того, чтобы соответствовать нормам, навязанным ему окружением.

Возноситься или Подниматься

Онейроидные сценарии, о которых мы будем здесь говорить, – это те, в которых сновидящий или сновидящая неожиданно поднимаются в воздух, несомые некоей неопределенной восходящей силой либо на воздушном шаре^♣, на спине большой птицы, на облаке^♣ или ковре-самолете^♣. Полет в небе^♣ и полет в пространстве^♣ рассматриваются в посвященной им статье и отсылают нас к ситуациям, когда сновидящий использует для полета ракету^♣ или какой-то другой летательный аппарат. Мы также не будем здесь рассматривать сцены, в которых сновидящий или сновидящая усердно поднимаются в гору^♣.

Психотерапевт, имеющий перед собой образы вознесения в воздух, в ходе которых сновидящий или сновидящая внезапно переживают ощущение восходящего вертикального[73] движения, не ошибется в интерпретации, если будет учитывать три различные ситуации.

– Если вознесение мотивировано волевым стремлением к духовности или же стремлением к власти[74], оно сновидящий непременно подвергается опасности катастрофического падения. Подобного типа неприятные онейроидные события способствуют осознанию пациентом побочных эффектов чрезмерно развитого соревновательного рефлекса.

– Сновидящему или сновидящей, страдающим депрессией, тем, кого гложет невротическая тревога, внезапное движение вверх поможет обрести заново свет^♣ и легкость^♣ бытия. Свободно подняться вверх – значит совершить некий духовный акт, приводящий к принятию радости[75] жизни и надежды.

– Тем, кто хорошо справляется с земными^♣ задачами, кто счастлив в плане материальном, аффективном и сексуальном, вознесение приносит подлинный опыт духовной самореализации, расцвет ценностей анимы.

Возрождение

Во время подросткового периода переход от ребенка^♣ к взрослому представляет настоящую медиану жизни. Этот средний возраст человека в воображении предстает в виде исторической эпохи Средневековья^♣. Время подросткового возраста отмечено волнениями, неуверенностью, надеждами, страхами^♣, благородными чувствами и отрицанием. Одна часть личности с большим трудом исчезает; новая личность рождается^♣ в страдании.

Возрождение в онейроидной динамике объявляет конец маскам, защитным доспехам^♣, с помощью которых Я чувствовало необходимость защищать себя от эмоций. Чтобы установить связь с тем, что является самым живым, наиболее естественным[76], сновидящий или сновидящая должны пересечь в обратном направлении границы эпохи Средневековья, в течение которой большое количество их желаний было подавлено. Возрождение личности по милости воображения не зависит от простого движения в единственном направлении из сегодня в завтра. Оно требует повторного овладения тем, чем мы обладали в прошлом. Чтобы реализовать свое становление, сновидящий должен заново обрести свою невинность и признать свою душу ребенка за застыванием подросткового периода, за волнениями пубертатного периода, за травмирующими событиями раннего детства. Подобное утверждение вызывает улыбку у тех, кто не понял, что уголок, где скапливаются считающиеся избитыми клише, наполнен большим количеством общеизвестных банальностей, скрывающих прочные ценности!

Чтобы проявиться, самовыражение символа должно следовать по неожиданному маршруту. Для того чтобы заново родиться благодаря волшебству^♣ сновидения, требуется большая отвага. Отвага, чтобы разбить защитный панцирь, снять маски, нарушить установленные правила видимости, чтобы преодолеть в обратном направлении бурные зоны бытия, когда были созданы жесткие системы психологической самозащиты. Необходимо, чтобы несмотря на муки подросткового возраста, на волнения пубертатного периода, на пережитые травмы раннего детства сновидящий осмелился вернуться к своей первичной невинности. Он выйдет оттуда облагороженным, готовым стать тем, кто он есть, полным заново обретенной энергии благодаря этому подлинному акту возрождения.

Воин или Солдат

Солдат из сновидения отказывается участвовать в военных парадах. Он также прилагает все усилия, чтобы не применять то оружие^♣, которое использует современная армия во время реальных военных конфликтов. Солдат, появляющийся на онейроидной сцене, – это воин, пришедший из далеких времен^♣, предшествующих изобретению огнестрельного^♣ оружия. Оружия, убивающего^♣ на расстоянии. Воображение ищет прямого контакта между оружием и телом^♣, которое оно должно поранить. Средневековые^♣ воины и римские солдаты составляют 90 % личного состава армии сновидений.

Защищенный шлемом^♣ и вооруженный копьем^♣ воин символизирует противоречивые потребности всего живого. Потребность в защите, основанную на инстинкте сохранения достигнутого, на желании превосходства, постоянства, и потребность в нападении, агрессивность, которая выражает влечение к преобразованию, к приключению, необходимость изменения. Персонаж воина по самой своей сущности является носителем этой фундаментальной амбивалентности. Его онейроидная функция почти всегда состоит в прекращении психического бездействия, вызванного невротическими механизмами. Одного солдата недостаточно, чтобы победить эту психическую косность. Онейроидная динамика предлагает ему образы-спутники: железо^♣, копье, кровь^♣ из раны и очищающую воду^♣. Терапевт, слушающий пересказ сновидения, часто встретит в одном и том же сценарии этих четырех участников психической трансформации. В таком случае он может быть уверен, что является свидетелем решающего эпизода психического изменения.

Волк

Некоторые сновидения, в которых священнодействует персонаж с волчьей головой или сам волк, переносят нас в сердце погребального ритуала Древнего Египта^♣. Схожесть образов и всей атмосферы производят сильное впечатление. Эти произведения современного бессознательного несут в себе ту же силу[77], ту же значительность, то же соотношение ясности и мистики, что и представления, вдохновленные специалистами Первого периода фараонов^♣.

Динамика воображения спонтанно создает образ человека^♣ с головой волка, нападающего и пожирающего. Серьезность тона, ощущение ужаса, удивление, которые сопровождают эти рассказы о видениях пациента, передают слушателю острое ощущение страха. Эти сновидения показывают, что попасть в волчью пасть[78] не является неким образным выражением, отчасти ослабленным частым употреблением. Стоит сновидящему увидеть этого хищника, как он тут же подвергается мистическому испытанию пожиранием. Если мы признаем, что большая часть пациентов, встречающихся с этим зверем в своих сновидениях, страдает сексуальными нарушениями, если вспомним, что самыми частыми ассоциациями с волком после слов смерть^♣, пасть и страх являются слова отец^♣ и мать^♣, то сможем с полным основанием заключить: появление данного символа выявляет присутствие проблематики комплекса Эдипа. Тогда будет несложно включить в подобную интерпретацию многочисленные появления матери-волчицы, возникающей, чтобы облизать, защитить, накормить сновидящего или сновидящую.

Терапевт, встречаясь с образом волка, не ошибется, если обратит особое внимание на отношение пациента к отцовской и материнской фигурам. В рамках этого направления анализа он сможет обнаружить важную дополнительную информацию. Ему следует также включить в сферу своего изучения сексуальные аспекты проблематики пациента. Образ волка находится на краю того пространства, где Я сновидящего должно согласиться на смерть того, чем оно стало, чтобы позволить родиться[79] тому, чем оно может стать. Волк в подобной ситуации в полной мере исполняет роль хранителя порога. Освободившись от тяжелого покрова комплекса Эдипа, сотканного иногда из сложнейшего переплетения психологических нитей, сновидящий, позволивший онейроидному волку выполнить обряд посвящения, возродится с более свободным, очищенным сознанием – естественным вознаграждением для того, кто выполнил героическую задачу: бесстрашно встретился лицом к лицу с фантазмом пожирания.

Волна

Будучи неотделимой от моря^♣ и от морского прибоя, отдельным элементом которого она является, волна в единственном числе содержит в себе материнскую коннотацию. Слово коннотация здесь вполне уместно, поскольку речь идет об интерпретации одной из составляющих символики моря или волн во множественном числе. Однако его недостаточно, чтобы выразить всю силу материнской природы^♣ волны в единственном числе. Когда воображение использует волну в качестве основного партнера сновидящего или сновидящей, оно персонализирует этот символ вплоть до того, что он выступает как очевидный заменитель их матери^♣.

Чаще всего данный образ появляется в сновидениях женщин. Он говорит о том, что сновидящая ощущает себя отвергнутой своей матерью. В 80 % случаев волна угрожает, уносит и в конце концов выбрасывает на берег. Сопротивление, которое сновидящая оказывает волне, стремящейся ее захлестнуть, выражает и желание, чтобы мать исчезла, и страх наказания, вызванный чувством вины вследствие этого желания. Этот вид женской драмы в рамках комплекса Эдипа проявляется в сновидениях в виде силы[80], с которой сновидящая сопротивляется волне, но иногда также в виде акта умерщвления матери. Мотив подобного поступка становится явным, когда сновидящая, спасаясь от волны, находит укрытие в объятиях^♣ солнца^♣ или же согревается, прижавшись ко льву^♣.

Иногда сновидение предлагает образ волны, укачивающей и бережно доставляющей сновидящего или сновидящую на песок^♣ пляжа^♣, подобно заботливой матери. Интерпретатор сновидения сможет с большей вероятностью найти ему правильное объяснение, если будет помнить, что эти нежные движения позволяют заподозрить чувство фрустрации, связанное с материнской любовью^♣. Огромная волна, накатывающаяся на сновидящую или сновидящего, несет в своем движении благотворное осознание потребности в материнской любви.

Волосы

Когда рассказ сновидящего повествует о струящейся тишине^♣ падающих каскадом волос, опытный психотерапевт постарается забыть о клише, которые ему услужливо предлагают интерпретаторы мифов. Эти клише предложат ему надоевший образ, связанный с историей Самсона, которого одним жестом лишили и его волос, и его мужской силы. Если мы не осмелимся пойти дальше этой безапелляционной ссылки на мужской компонент в значении волос, мы значительно уменьшим наши шансы правильной интерпретации сновидения. Психотерапевт должен избавиться от всех предубеждений и постараться объективно исследовать все содержание сновидения, в котором появляются волосы. Чаще всего он увидит распущенные волосы, бесконечно продолжающиеся в пространстве или в небе^♣, поток волос, смешивающийся с речной^♣ водой^♣. Длинные, часто светлые и естественно волнистые волосы в воображении несут двойное значение: женственности и непрерывного роста. Сновидения предпочитают бесконечно длинные волосы, поскольку они выражают аниму в роли импульса продолжения жизни^♣.

Спор по поводу мужской или женской природы волос в значительной степени утрачивает интерес, когда анализ сновидений показывает, что они почти всегда выражают неопределенность, поиск правильного местоположения в рамках вирильных и женственных компонентов психики. Волосы как выражение анимы обращают наше внимание на взаимоотношения между организующим началом анимуса и вдохновляющим началом анимы. По-разному будут интерпретироваться и волосы приглаженные, заплетенные в косы^♣, уложенные в прическу, коротко постриженные и волосы свободно распущенные. Как часто, следуя движению волнистых волос, пациент или пациентка обнаруживают, что это волосы их матери^♣! Анима не может выразить себя иначе чем через автономию по отношению к образу матери, и этот пример является дополнительным аргументом в пользу женской природы символа.

Волшебная палочка

Психотерапевт, встречающий в сновидении образ волшебной палочки, на основе своей психоаналитической культуры будет склонен рассматривать этот образ как символ созидательной силы[81] фаллоса[82]. Мы не будем оспаривать данное понимание образа, вполне оправданное в начале интерпретации. Однако наблюдение совокупности содержания сновидений, в которых появляется волшебная палочка, заставило нас увидеть в этом образе трансформирующую энергию анимы. Воображение предполагает использование волшебной палочки исключительно феями^♣. Таким образом, оно определяет женскую природу стремления к изменению, требующую ориентации на будущее, то есть определенное признание судьбы. Сказки и мифы описывают множество ситуаций, где данный символ служит реализации недоброжелательных намерений. В онейроидной динамике он всегда используется для осуществления положительных перевоплощений. В сновидении волшебная палочка означает некое пожертвование. Вспыхнувшая в момент преобразования искра содержит в себе весь свет^♣ спасительной энергии^♣. Она является результатом совокупности изменений нервной системы, логика которых неподвластна рациональному интеллекту. Словарь образов превращает волшебную палочку в носительницу жизни^♣, счастья^♣, ощущения свободы.

Волшебство или Волшебный

Восприятие того, что принято называть объективной реальностью, основано на логике видимостей. Эта логика постулирует пространственную и временную локализацию наблюдаемых фактов и принцип причинно-следственной связи, согласно которому одна и та же причина вызывает всегда одинаковые последствия. Воображение же не удовлетворяется логическими связями явлений, оно отдает предпочтение аналогиям. Язык разума объясняет при помощи «потому что», язык сновидений построен на идее «все происходит как будто»! Сновидение – это вселенная, где все возможно, поскольку оно отвергает границы разума.

Терапевт, анализирующий сновидения, часто слышит, как сновидящая или сновидящий выражают переживаемое ими ощущение волшебного преобразования. Подобное выражение может вызвать сомнения. Можно предположить, что сновидящий надеется достигнуть психологического благополучия, стараясь уклониться от осознания своих проблем. Подобное обесценивание слова волшебный способно помешать правильной интерпретации сновидения. Появляясь в сновидении, оно в действительности свидетельствует об активации процесса психического преобразования.

Волшебство может быть определено как проявление чего-то, причина которого ускользает от понимания. Это определение полностью соответствует и описанию результатов воздействия нервных импульсов на нейрональные связи во время сеанса терапии сном наяву. Лишь эти результаты – скромные или впечатляющие – можно наблюдать, а огромная нейрональная активность, которая их порождает, ускользает от наблюдения. На уровне разума эти преобразования психики представляются феноменами сверхъестественными, чудесными, тогда как речь идет, наоборот, о естественном физиологическом процессе. Сновидение – это пространство свободы, в котором возможность трансгрессии ориентиров пространства^♣ и времени^♣ дарует сновидящему вездесущность и вневременность. Это приводит к благоприятным трансгрессиям, нейтрализующим ограничения понимания для осуществления психических преобразований. Конь^♣ с его способностью к предвиденью и его метаморфическим происхождением, опрокидывание^♣ с его значением обновления, третий глаз, открывающий интуитивное видение, – вот верные спутники волшебства. Сопутствуя ему в сновидении, они вместе с ним свидетельствуют не об ошибках разума, а о наличии спасительного воздействия динамики воображения.

Ворон или Черная птица

Не случайно в Библии мы видим во время потопа Ноя, поручающего черной^♣ птице – ворону – и белой^♣ птице – голубке – наблюдать за спадом воды^♣. И голубка приносит желанную весть. Значит ли это, что и в ту эпоху ворон был уже зловещей птицей, приносящей плохие предзнаменования? Или же именно этот эпизод из Книги Бытия закрепил за вороном его плохую репутацию? В Индии ворон считается посланником смерти^♣.

Наблюдения, собранные во время изучения сновидений, не оставляют места для сомнения: ворон – это прототип черной птицы. Он является индикатором начала цикла глубокого психологического изменения. Он символизирует первую фазу алхимического процесса – разложение (растворение, разъединение, разделение, очищение[83]), то есть смерть того, что было раньше. Орел^♣ или его синоним, феникс, родится из пепла после этого исчезновения. Орел – это Меркурий в значении наиболее высокой стадии развития, цели, которую надо достигнуть, это золото^♣ солнца. Ворон – это меркурий (ртуть) как первичная материя – prima materia, нигредо[84], чернота – начало процесса изменения. В сновидениях мы встречаем постоянную корреляцию данного символа с парой цветов: черным и желтым^♣. Каждый сновидящий находит разные, иногда крайне оригинальные образы для выражения близости ворона к сочетанию черного и желтого.

Нам представляется совершенно бессмысленным размышлять о положительном или отрицательном характере образа воображаемого ворона! Он может сопровождать Смерть в ее разрушительном действии, или ведьму^♣ с ее мрачным колдовством, или молнию с громом в их пагубной ярости… Силы[85] этого типа не угрожают сути бытия! Поэтому ворон или черная птица может быть пагубным предзнаменованием лишь для того, кто все еще сопротивляется изменению, кто все еще цепляется за защиту своего застывшего образа, который он считает единственно возможным.

Воронка

Воображаемая воронка неотделима от вихреобразного движения. Поэтому мы склонны рассматривать ее как один из образов, выражающих динамику спирали: спираль, вихрь, винтовая лестница и т. п. В этой группе образов воронка занимает свое особое место, поскольку она всегда участвует в вихревом движении сверху вниз. Это вытекает из назначения данного приспособления, из анализа образов сновидений и даже из абсурдного употребления воронки, перевернутой вверх ногами, в качестве головного убора сумасшедшего, изображаемого на юмористических картинках. Эта ассоциация воронки с движением по нисходящей спирали объясняет специфику интерпретации данного символа. Изучение сновидений подтверждает данную трактовку.

Воронка предлагает несколько направлений интерпретации. В случае сновидящей (чаще всего встречающийся случай) психотерапевту стоит задать вопрос о ее отношении к своей женственности и материнству. Часто в этом направлении он обнаруживает драгоценные для понимания пациентки факты. Затем следует изучить отношение к материнскому образу. На этом пути он встретит силуэт^♣ матери^♣, источающий скорее требовательность, чем нежность и заботливость. Без всякого сомнения, речь идет об образе, сформировавшемся в бессознательном ребенка^♣, иногда на реальной основе, но чаще на базе фантазма, связанного с комплексом Эдипа. Но воронка в сновидении должна быть интерпретирована прежде всего как сужение, перетяжка, выражающая трудность прохождения. При появлении воронки есть все основания полагать, что мы наблюдаем важное влияние реального Я. Вытесненное содержание готовится прорвать плотину психологической защиты, чтобы достигнуть сознания. То, что окрашивает в черный^♣ цвет воду, выходящую из воронки, то, что придает форму злого гения туману, выходящему из ее отверстия, то, что систематически притягивает все вниз, – это унижающий взгляд, которым сознания продолжает контролировать то, что стремится выйти из подсознания.

Восемь

Для активного воображения восемь – это не число, а иногда число, но не это является его первичным свойством! Более чем в 85 % ситуаций восемь является некоторой формой в движении! Числовое значение символа явно остается без внимания в отличие от его формальной структуры и динамических качеств. Представляется ли эта цифра в вертикальной или в горизонтальной^♣ плоскости, она является цифрой преобразующей и зрительным изображением самого преображения.

Если заявить, что 8 устанавливает живую связь между земным^♣ и духовным, между прошлым и будущим, между жизнью и смертью, то это будет равнозначно тому, как если бы мы сказали о восьми все или слишком мало. 8 – не только знак, но и активное средство психического преображения, то есть причина изменения, действующая динамика, претворяемая в жизнь свобода. От квадратной^♣ ограды до бесконечной подвижности[86] формы 8 – вот дистанция, которая отделяет Я застывшее, Я-убежище от психики, находящейся в гармонии с мирозданием. 8 рисует в пространстве^♣ знак универсального взаимообмена, отменяющего границы между верхом и низом, между небом^♣ и землей, между левым^♣ и правым^♣, между прошедшим временем и будущим. Психика, вовлеченная в сферу влияния восьми, уже не знает ни земных барьеров^♣, ни небесного головокружения. Она воспринимает пространство и время^♣ в их бесконечности^♣ и вечности^♣. Она дышит в унисон с мирозданием, вдыхая и выдыхая одновременно со всем миром.

Подобно всем образам, связанным с концепцией отсчитываемого и абсолютного времени, этот символ отсылает нас к наиболее отдаленным воспоминаниям – тем, которые возникли в период внутриутробного развития. Гармонизация, осуществляемая сновидящим, находящимся под влиянием формы 8, касается, в первую очередь, разрешения проблемы «телесного резонанса», то есть существовавших в прошлом несоответствий телесных^♣ ритмов^♣ ребенка^♣ и его матери^♣! Присутствие фигуры 8 позволяет интерпретатору сновидения предположить стремление сновидящего или сновидящей к независимости от их матери. Сон, содержащий форму 8, которой воображение придает значение истины, может являться таким же важным событием, как первое дыхание новорожденного, навсегда расставшегося с ритмом матери, или последний вздох – завершающая точка этой жизни. В своем космическом измерении 8, чья форма напоминает скрипичный ключ, открывает доступ к непостижимой гармонии, расточаемой музыкой^♣ небесных^♣ сфер.

Вращение вокруг земли

Пускаются ли сновидящий или сновидящая в орбитальный полет^♣ вокруг земли или же они предполагают совершить бесконечное путешествие пешком вокруг света, в обоих случаях они предлагают терапевту одно и то же откровение. В 75 % подобных сновидений символическое значение вращения вокруг Земли проявляет себя в виде пешего кругосветного путешествия. Иногда сновидящий сам предпринимает эту длинную прогулку, но чаще он поручает ее замещающим его персонажам.

Фигуры, связанные с кругообразными формами или движениями, такие как спираль^♣, круг^♣, сфера^♣, мяч^♣, земля^♣, а также вращение вокруг собственной оси^♣, определенно ассоциируются с рассматриваемым символом. Каждая из них участвует в создании выражаемого им значения. Однако вращение вокруг Земли является независимым онейроидным проявлением, несущим в себе свой специфический смысл.

В случае пациентки-женщины вращение вокруг Земли связано с желанием материнства. Здесь символ может означать естественное ожидание молодой женщины^♣ возможного оплодотворения. Он может также обнаруживать различную степень фрустрации, вызванной неспособностью забеременеть или достижением возраста, когда потребность стать матерью может остаться нереализованной. В случае мужчины вращение вокруг Земли говорит об эпизоде сексуальной импотенции или, по меньшей мере, о переживании относительной неспособности к производству потомства.

Вращение вокруг собственной оси или Юла

Когда воображение приглашает сновидящего закружиться в вихре вокруг собственной оси вплоть до головокружения, это не означает, что оно подталкивает его к нелепому поведению. Когда тело^♣ вращается, подобно юле, выражение потерять голову приобретает, наоборот, наиболее реальное значение. Головокружение возникает из-за потери ориентиров. В сновидении оно говорит об отрыве от опорных точек, на которых основана система психологической самозащиты.

Кружение вокруг собственной оси выражает участие в универсальном движении мира. Это означает способность войти в процесс самовыражения, которое символизирует спираль^♣, это означает признание преобладания изменения над постоянством, открытости над замкнутостью, жизни^♣ над смертью^♣. Это означает присоединение к звездному^♣ движению, движению атомов, из которых построен мир. Образы, опрокидывания^♣ – подвешенные за ноги^♣ персонажи, летучая мышь^♣, перевернутое дерево^♣ – составляют часть ассоциативной цепочки, связанной с этим символом. Это подтверждает приравнивание акта вращения вокруг собственной оси к онейроидным сценам, посредством которых проявляется преодоление порога сознания.

Интерпретация эпизодов сновидений, в которых сновидящий или сновидящая становятся осью вихревого кружения, может осуществляться по трем различным направлениям:

– речь может идти о преодолении порога, то есть о проникновении в сознание важного содержания, ранее находившегося в бессознательном;

– этот образ может также быть проявлением безоговорочного признания психического изменения, отказа от гегемонии интеллекта;

– соглашаясь закружиться в вихре вплоть до головокружения, сновидящий или сновидящая иногда освобождаются таким способом от конкретных гнетущих опасений. Кружиться вокруг собственной оси в данном случае не означает убегать от неразрешимых трудностей, а возможность посмотреть на них по-новому, со стороны, чтобы найти эффективное решение.

Время

Время в сновидении – это не то земное^♣ время, которое свойственно тревожным людям, изобретшим темп, делящим, измеряющим, считающим время, создавая иллюзию управления им. Земные куранты всегда показывают час^♣ страха^♣, нетерпения, состязания, потребности узнать непредсказуемое будущее. Грядущее представляется менее таинственным, когда глаз^♣ предвосхищает его на циферблате часов. Прошедшее кажется подвластным тому, кто следит за ним по стрелкам ходиков. Ускользнувшее время выглядит управляемым.

По самой своей природе^♣ сон освобождает душу от этого интеллектуального времени, возвращая ему его свойство бесконечной тайны. Для воображения важно не то время, которое отсчитывается. Когда сновидение говорит о ритме^♣, о темпе, то всегда для того, чтобы подчеркнуть относительность всякого рода ориентиров, чтобы разоблачить иллюзорность эффективности чрезмерного стремления рационально объяснить мир. Время в сновидении выражает потребность сновидящего обрести труднодостижимую гармонию между внутренним временем, связанным с пониманием Тайны жизни, впечатлением абсолютного времени, пережитого в утробе матери, и временем внешним, отмечаемым, отсчитываемым, тревожащим, но необходимым для адаптации к этому внешнему миру. Время безмятежности, бесконечного терпения, спокойствия[87] – сопричастность вечности – и время действия, нетерпения, страха[88], сопровождающее чрезмерную включенность в мирскую жизнь.

Перед лицом времени в сновидении терапевт построит свою интерпретацию в зависимости от трех возможных ситуаций.

– В простом упоминании времени слышится указание на появление потребности гармонии.

– Ссылка на прошлое направит интерпретацию в направлении признания процесса восстановления вытесненных эмоций, забытых воспоминаний.

– Наконец, если воображение представляет сновидящего во всей полноте его жизненного времени, то можно с уверенностью утверждать, что происходит важное изменение отношения сновидящего к тайне жизни и к миру посредством переживания заново ощущений, оставленных его пребыванием в утробе матери. С помощью подобных видений сновидящий освобождается от своей чрезмерной потребности быть на виду, чтобы погрузиться в живые ощущения – источник уверенности в себе.

Всадники

К. Г. Юнг рассматривает всадника в современных произведениях как выражение страха^♣, паники, вызванной силами[89], власть над которыми современный человек потерял. Всадники в сновидении приобретают наиболее важный смысл во множественном числе. Это значение отличается и от рыцаря, и от лошади^♣. Образ всадников из сновидения содержит в себе жестокость[90]! Они – дети мягкой земли, пыли, поднятой ногами их лошадей, и в то же время они близки к звездам^♣, определяющим их судьбу. От толпы всадников к множеству звезд ведет непрерывающаяся дорога, подобная непрерывной линии жизни^♣! Пыль, которую поднимают вокруг себя всадники сновидений, и звезды, которые они догоняют, мчась галопом, символизируют весь жизненный путь. Путь, на котором молниями сверкают, смешиваясь, радость[91] и страдание. Онейроидная динамика в образе всадников соединяет значение толпы и стрелы. Толпа говорит о страхе быть самим собой и не соответствовать ожиданиям других. Стрела символизирует жизнь, бессознательный путь, связывающий не зависящее от человека появление на свет с неизвестным предназначением! После всадников возвращаются душевный свет^♣, мир, дарованная реабилитацией чувственность и обретенное согласие с анимой – женским источником жизни.

В аналитическом плане, согласно пониманию Фрейда, часто за облаком^♣ пыли, поднятым всадниками, психотерапевт услышит эхо старых страхов, связанных с жестокостью отца^♣ сновидящего или сновидящей. Если подобная интерпретация представляется обоснованной, то эти страхи, возможно, являются одной из причин трудностей общения пациента. Однако всадники сновидений не ограничиваются лишь данной символической миссией. В онейроидном пространстве в своем неукротимом порыве они прокладывают нескончаемую дорогу, ведущую из неизвестности в непредсказуемое. Стук^♣ копыт их лошадей^♣ требует, чтобы душа освободилась от препятствий понимания и пустилась по пути чувственности в страну звезд – символа реализованного предназначения. Всадники сновидений обладают достаточной силой, чтобы в своем безудержном беге выполнить две символические функции одновременно.

Все цвета или Многоцветность

Наивный подход к символике мог бы вызвать предположение, что в воображении выражение все цвета в первую очередь относится к радуге^♣. Однако специфическая особенность радикально отличает радугу от того, что мы называем цветовым изобилием. Радуга показывает сочетание цветов в обязательной последовательности форме полукруга, являющееся результатом встречи воды^♣ и солнечного света^♣. Цветовое изобилие в сновидении, то есть в подсознательном, констатирует разброс, избыток, цветовую несогласованность. Это уже не разложенный на составляющие солнечный свет, а внутренний свет непостижимого происхождения.

Видение, встречающееся чаще всего, – это подводный или подземный^♣ грот^♣, стены которого отбрасывают тысячи отблесков вкрапленных в них драгоценных^♣ камней. Необходимо согласиться спуститься под воду^♣ или под землю^♣, чтобы достичь центра психики – внутреннего сокровища, сверкающего всеми цветами. Появляясь в сценарии сновидения, выражение все цвета является индикатором психологического возбуждения.

Драгоценные камни, как мы уже видели, испускают свои многоцветные лучи в чреве земли или в глубине вод. Таким образом, все цвета являют собой основу драгоценного потенциала, не разложенного на составные части, а доступного в качестве новых составляющих психики. Интенсивное и мимолетное многоцветное сияние сокровища связывает сновидящего с забытыми им внутренними ресурсами. Достаточно всего лишь одного мгновения, чтобы он смог возобновить связь с неистощимой внутренней энергией^♣. Опытный интерпретатор сновидений увидит в этом символе предвестник значительных психических преобразований. Часто ему достаточно обратить внимание на последний эпизод сновидения, чтобы обнаружить в нем тот аспект проблематики пациента, который будет изменяться.

Втягивать или Привлекать

Изучение символов как отдельных образов, изолированных друг от друга и вне оживляющего их активного действия, исключило бы из поля зрения сцены, где сновидящий или сновидящая поддаются неудержимому притяжению, которое и составляет содержание этой статью. Такой подход не позволил бы увидеть подобный тип ситуаций, выявляющийся только при динамическом подходе к воображению, существенным выражением которого они являются.

Чтобы отдаться притяжению некоей неизвестной силы, влекущей тебя в непредвиденном направлении, требуется действительно отказаться от интеллектуального контроля. Когда после онейроидного продвижения в течение пятнадцати или двадцати минут сновидящий или сновидящая оказываются втянутыми в тоннель^♣ или водоворот[92], – слишком поздно сопротивляться! Слишком поздно перестраивать разрушенные ментальные защитные механизмы. Слишком поздно отказаться от искушения узнать о себе что-то новое.

Чувство вовлеченности в некое магнитное поле является одним из элементов процесса преодоления порога, то есть одним из тех образов преодоления препятствий, которые свидетельствуют об установлении в сознании новой связи с содержанием, до этого момента пребывавшем в бессознательном. То, что мы называем волшебным^♣ открытием порога, – это один из семи индикаторов, подтверждающих подлинность данного процесса. Оно выявляет соотношение у пациента естественных[93] и волевых психических изменений в случае стремления увидеть другую сторону^♣ своей личности.

Сила притяжения, которая внезапно лишает сновидящего способности сопротивляться втягиванию в воронку, трубу^♣, воздушный или водяной водоворот (почти всегда в некоем нисходящем[94] движении), является образом, который, возможно, актуализирует воспоминания о процессе появления на свет[95]. По меньшей мере, она является выражением эпизода психологического возрождения^♣.

Вулкан

Вулкан – это сильное слово в языке образов. Слово, чей смысл сравним с упоминанием любых земных явлений: цунами, потопа, землетрясения^♣, бури^♣, апокалиптического урагана^♣. Эти слова-образы схожи тем, что символизируют некий эпизод возбуждения, активации, резкой перестройки психики. Воображаемый вулкан прежде всего внушает идею неумолимого характера природных сил. Эти силы одновременно символизируют капризное могущество природы^♣ и угрожающую силу первичной психики.

Видения спящего вулкана, в кратер которого сновидящий решается спуститься, и вулкана, извергающего лаву, камни^♣ и огонь^♣, иногда легко сочетаются в одном и том же сновидении. Трактуя образ вулкана, интерпретатор сновидения не рискует ошибиться, если в качестве основного направления своего анализа возьмет понятия взрыва и выталкивания. Они резюмируют два основных значения, которыми воображение наделяет вулкан. Первое касается неумолимой силы неосознанных естественных побуждений, второе – повторного переживания бурных ощущений, зафиксированных во время акта рождения и отделения от матери. Многочисленные сновидения предлагают вулкан в качестве обозначения формирующегося нового отношения к материнскому образу.

Между тем почти во всех онейроидных ситуациях, включая и те, которые отсылают нас к отношениям с матерью, вулкан выражает страх^♣ сновидящего или сновидящей перед появлением слов, посредством которых могут освободиться подавляемые чувства. Вулкан заряжен недомолвками и нереализованными поступками, готовыми выразиться в словах и актах. Этот взрывоопасный заряд, способный бесконтрольно выпустить наружу сдерживаемые побуждения, представляется сновидящему опасным и потенциально опустошительным. Боязливое Я, прячущееся за ложными аргументами своей системы психологической защиты, проецирует свой страх на образ вулкана! Когда динамика психического изменения прибегает к помощи данного символа, извержение вытесненного содержания представляется неизбежным. В центре вулкана горит^♣ огненное^♣ ядро, питаемое опытом, накопленным с момента возникновения земли^♣. Энергетические^♣ ресурсы, собранные в периоды господства неорганической, животной и человеческой жизни^♣, становятся доступными тому или тем, кто соглашается прислушаться к их утробному голосу.

Высотное здание или Небоскреб

Трудно сомневаться в обоснованности интерпретации высотного здания как свидетельства стремления к достижению и превосходству, лежащего в основе всякого человеческого творения. Однако это наиболее очевидное объяснение может оставить в тени очень важные онейроидные функции данного символа. Эти функции становятся видны, если мы согласимся с тем, что они проявляются в рамках трех дополнительных понятий, выражаемых словами незыблемый, созидание и опрокидывание.

– Будучи частью недвижимости[96], высотное здание в городе^♣ выполняет ту же роль, что и гора^♣ в природе^♣. Оба образа подчеркивают застывшие аспекты психической проблематики. Они вызывают видение незыблемости, чтобы вызвать возобновление процессов психического изменения.

– Высотное здание символизирует высшую степень проявления воли к созиданию. С этой точки зрения, данный символ отражает систему логической аргументации, сплетение мыслей, на котором строится система психологической защиты Я.

– Подобно пропасти^♣, в онейроидной динамике высотное здание является не столько местом, сколько движением. Оно является символом вертикального[97] перемещения. Стремление к вознесению, о котором оно свидетельствует, порождает свою естественную противоположность – осознание неизбежности падения. Стремясь к недостижимой глубине неба^♣, сновидящий подвергает себя риску быть втянутым в глубину колодца^♣.

Встретившись с образом высотного здания или небоскреба, терапевт сможет предложить наиболее правильную интерпретацию, если будет рассматривать данный символ в качестве инициатора динамики опрокидывания, то есть динамики примирения противоположностей. Содействовать изменению точки зрения полезно при анализе психологической проблематики разнообразного содержания.

Галька

Галька, которую мы видим во сне, не имеет отношения к камням^♣. Камень в натуральном виде является свидетелем рождения^♣ мира. Галька же является творением уже пережитого. Для воображения, столь чувствительного к формальным признакам, всякая галька является яйцом^♣, снесенным морем^♣. Изучение сновидений показывает, что в данном случае речь идет о природной метафоре, об образе, корни которого уходят в глубины символики живого. Если говорить о силе символического звучания, то в порядке возрастания сновидения показывают нам следующие онейроидные композиции: кучу гальки, пляж^♣ из гальки, дорогу^♣ из гальки. Галька в сновидении означает дорогу. Дорогу, которая всегда ведет к месту исключительной важности – лону матери. Галька, положенная в виде цепочки, представляет переправу вброд через реку^♣ утекшего времени, облегчающую это возвращение. В сновидении даже самая крупная галька представляет лишь увеличенный вариант камешков, которые разбрасывал Мальчик-с-пальчик, чтобы найти путь к хижине[98], где его мать^♣ втайне надеется на возвращение домой ее сыновей.

Воображение, когда в нем появляется галька, тотчас подтверждает желание вернуться к матери либо посредством прямых комментариев, либо с помощью незатейливых аллегорий. Женские половые органы, материнское чрево, луна^♣, лодка^♣ или грот^♣ – обычно некоторые из этих образов обнаруживаются рядом с рассматриваемым символом. Психика, позволяющая себе увидеть пляж или дорогу из гальки, стремится к безмятежной интимности материнского лона. Из этого совсем не следует, что она помнит о некоей безмятежной интимности! Море, к которому нас отсылает онейроидная галька, чаще всего является морем бушующим, жестоким^♣, опасным. Это не спокойный океан обкатывал камни^♣ до тех пор, пока они не отполировались, а повторяющиеся бури. Каменные яйца – это результат гнева морского или ливневого половодья.

Онейроидной галькой может быть выложена дорога, на которой пациент заново испытает травмировавшие его в прошлом ощущения во время внутриутробного^♣ развития. Или же дорога, восстанавливающая образ матери. Естественно, онейроидная динамика может одновременно развиваться по этим двум направлениям проблематики одного и того же пациента. И все же сновидения с галькой, отсылая нас в прошлое, также говорят о неизбежности завершения жизни^♣. Каждый из полированных камней переправы вброд по реке жизни дает опору для последующего шага вперед. Шага, которого мы не в силах избежать и который приближает сновидящего к единственному запредельному изгнанию – тому, что отдаляет его от материнского лона, – вот другое значение данного символа.

Гладкий

Когда в воображении появляется гладкая поверхность, интерпретатору сновидения следует уделить этому образу все внимание, которого он заслуживает. Не переставая быть определением, слово гладкий в языке воображения выполняет функцию существительного. В онейроидной динамике прилагательное гладкий во вторую очередь определяет объект; оно становится полноправным носителем смысла, для которого любого вида материя или предмет может выступать в качестве опоры.

В сновидении слово гладкий пренебрегает ролью партнера прилагательного шершавый, которую ему предписывает логика противоположностей. У него совсем другое назначение. Гладкая поверхность приглашает к ласке. Она также является напоминанием о первой ласке. Глаз^♣, видящий гладкую материю, побуждает палец^♣ потрогать ее. И тот и другой сохраняют воспоминание. Прежде чем подтолкнуть к открытию, гладкий приносит воспоминание. Лоснящаяся гладкая поверхность отсылает сновидящего или сновидящую к первому прикосновению к материнской^♣ груди.

При упоминании данного символа интерпретатору сновидений полезно остановиться на трех уровнях анализа его смысла.

– В первом значении вид гладкой материи пробуждает механизм сексуального возбуждения. Хотя этот первичный подход и можно было бы считать поверхностным, его все же следует иметь в виду, ибо он говорит о притягательности, например, одежды из кожи или из синтетики.

– В своем втором значении этот символ резонирует с самым давним чувственным переживанием пациента или пациентки. Это переживание включает в себя все ощущения, пережитые телом^♣ ребенка^♣ во время первого контакта с телом матери во внешнем мире.

– В своем самом глубинном значении, особенно в рамках женской психологии, гладкое выражает сочетание ощущений, ассоциируемых с функцией материнства. В таком случае символ вызывает в памяти одновременно пережитое во время собственного появления на свет и желание родить ребенка. Он связывает женщину с ее матерью и с ее собственным ребенком. Он выражает неистребимый инстинкт продолжения жизни^♣, влечение, заставляющее отправлять новое живое существо в путь по дороге, где нет движения вспять.

Невозможность вернуться назад, часто упоминаемая сновидящим или сновидящей в связи со словом гладкий, также должна быть интерпретирована как выражение необратимого характера опыта, полученного в результате работы воображения.

Глаз или Глаза

Лишь немногие образы требуют от терапевта такой же осторожности, что и образ глаза или глаз. В первом приближении (в единственном или во множественном числе) этот орган совпадает со своей функцией. Через нее этот символ открывает широкое поле интерпретации, связанных с взглядом. В этом случае интерпретатор сновидений часто встретит сцены, в которых сновидения раскрывают потребность или страх^♣ быть увиденным, желание или опасение оказаться под взглядом другого. Когда это направление интерпретации представляется правильным, следует обратить особое внимание на то, каким образом сновидящий или сновидящая чувствовали на себе взгляд каждого из своих родителей. Часто в сновидении взгляд также связан с темой ослепления и прозрения. Глаз или глаза в подобном случае следует рассматривать с точки зрения наиболее классического подхода, который видит в них изображение сознания. Часто речь также идет о сознании, которое открывается, или об осознании виновности.

Интерпретатор сновидений, который ограничится этими интерпретациями, основанными на функции глаза или глаз, и пренебрежет глазом как органом, частью тела, в 75 % случаев рискует упустить основное значение сновидения. Анализ должен различать три группы образов глаза как органа. Выпученный глаз или глаза, выступающие из своих орбит, являются замещающими изображениями пениса[99]. Прокалывание глаза в сновидении должно ориентировать внимание на желание или страх сексуального проникновения. Проход через глаз как переход по другую сторону^♣ вещей – это одна из лучших иллюстраций обращения сновидящего или сновидящей на путь интуитивного познания. Каждая из предложенных нами интерпретаций символа может сочетаться с одной или несколькими другими в различных комбинациях.

Гнездо

Встречаясь с образом гнезда, интерпретатор сновидения естественным образом воспринимает совокупность чувств, связанных с ощущениями интимности. Ощущение теплоты, порождаемое уютным гнездышком и ощущение ностальгии, вызываемое видом покинутого гнезда, предлагают целый набор противоположных устремлений, смешивающих желание найти убежище и обрести независимость, защитный уход в себя и рискованное влечение к независимости. Словом, гнездо служит выражением отношения к материнскому образу и в более широком смысле – к родительскому дому^♣, к дому, где прошло детство сновидящего. Вокруг этого образа раскрывается со всеми нюансами диалектика связи и расставания. Интерпретатор сновидения не ошибется, следуя этому направлению анализа. Однако, ограничиваясь только им, он может пропустить самое важное.

Помимо наиболее очевидных значений матричного характера, иногда явно сексуально окрашенных, гнездо в сновидении устойчиво выполняет онейроидную функцию, динамический радиус действия которой значительно превосходит ранее описанное. Чтобы понять глубинный смысл образа, необходимо признать его наиболее банальное содержание. Только тогда нам откроются широкие перспективы, позволяющие увидеть реальный спектр значений этого символа. Гнездо в сновидении не сразу говорит о яйцах^♣. Оно не сразу говорит о птенцах. Оно говорит о небе^♣! Выражаясь более точно, гнездо говорит о виртуальном пространстве, в котором реализуется переход от небесного к земному^♣, от неограниченного Невидимого к видимым обличиям, от вечности^♣ судьбы к мирскому предназначению, от невинности к осознанию. Гнездо в сновидении – это вершина, становящаяся состоянием. Гнездо из языка образов непереводимо на обычный язык сновидящего. Оно выражает взаимодействие, виртуальные пространство и время, место встречи неба и земли, наивности и сознания. Гнездо отсылает нас к невыразимому моменту, когда душа и тело^♣ сливаются в едином замысле бытия. В терминах участия в процессе психического изменения онейроидное значение гнезда состоит в попытке перенесения сновидящего в момент зарождения сознания, чтобы позволить ему заново пережить ощущение некоей исходной точки, которое можно назвать таинством воплощения.

Вокруг данного символа часто легко обнаружить образы, преувеличивающие его значение: что-то слишком большое или чересчур маленькое, увеличение и уменьшение размеров. Находясь рядом с гнездом, эти образы организуют сцены преодоления порога, являющиеся важными эпизодами динамики психического изменения.

Голова

Когда тело^♣ и голова появляются в одном сновидении, то это означает их независимость друг от друга, их противопоставление и даже раздельность, которая может породить сцены обезглавливания. Малейшее недовольство, даже незначительное удовольствие, простое безразличие сразу же изменяют выражение лица. В силу этого голова является одним из главных средств выражения эмоций. Голова видит, слышит, говорит, ощущает запахи и вкус. В ней сосредоточена большая часть органов коммуникации, как получающих, так и передающих информацию. Если терапевт предполагает объяснить подлинную символику образа головы, которую воображение реально отражает, воспроизводя эту часть тела, то ему следует восполнить пробел интерпретации этого символа. Очень многие исследования упускают из виду очевидный факт, что этот символ является проявлением идентичности пациента, индикатором его настроения и центром его связей с окружением. Когда в сновидении появляется голова, которая не принадлежит сновидящему, то тема идентичности напрашивается со всей очевидностью. Принадлежит ли эта голова кому-то знакомому? Тогда узнавание мгновенно. А если это незнакомый персонаж? Тогда анализ должен принять во внимание проекции, лежащие в основе данного видения. Живой человек или статуя^♣, покрыта ли голова вуалью^♣ или нет? Возможно, что сновидящая или сновидящий присутствуют при первом появлении образа анимуса или анимы.

Однако, учитывая, что сновидения прибегают к помощи этого символа, чтобы выразить идентичность, настроение и коммуникацию с окружением, не следует исключать интерпретацию этого символа как образа интеллектуализации. Растеряться, запутаться, потерять голову… Достаточно вспомнить эти выражения, чтобы убедиться: голова выражает ментальность, рациональные ориентиры, противостоящие чувствам, душевным порывам, инстинктивным желаниям, интуитивным влечениям. В ситуации, когда сновидящий ищет правильное положение головы по отношению к телу, терапевт должен ориентировать интерпретацию в направлении поиска равновесия^♣ между интеллектуальными ценностями, представленными образом головы, и естественными стремлениями, символизируемыми телом. Когда терапевт является свидетелем впечатляющих сцен обезглавливания, оторванной, отделенной от тела головы, то он на законных основаниях может подозревать, что за кроме первой интерпретации, вполне обоснованной, следует учитывать возможность сильного страха^♣ кастрации.

Голубой или Синий цвет

Голубой цвет сновидений воспроизводит непреодолимое влечение всего живого к голубому цвету неба возрастом в несколько миллионов лет. Голубой – это цвет недоступного, цвет бескрайности. Бескрайности неба или бескрайности моря. Он – призыв рассудка, проявление нематериального, но он также означает расстояние, разлуку, конец. Взгляд наполнится лазурью небесных глубин, восхитится голубоватыми отсветами^♣ на снегу^♣, ответит на искренность или холодность взгляда голубых глаз^♣. Невозможно потрогать рукой^♣ голубизну неба, лазурь моря, синеву глаз! Будучи цветом бесконечности, голубой является носителем тайны. Это цвет ничем не заполненной пустоты! Он наполнен тем, что недоступно законам мира явного. Он несет на себе печать вселенной, постичь которую можно лишь через отречение от чувственных ориентиров.

Ассоциативная цепочка, в которую включен голубой цвет, состоит из множества звеньев. Холод, лед^♣, снег появляются в 50 % сновидений с голубым цветом; другая сторона^♣, переход – в 43 %; мир, спокойствие, отдых, безмятежность, безразличие – в 37 %; наконец, мать^♣, как и слово «светящийся», – в 30 % сновидений. Безразличие предстает в данном контексте в своем наиболее радикальном значении, которое отсылает нас к понятиям Единства, Индифферентности, дающим начало принципам мира, находящегося еще на стадии зачаточного развития.

Голубой цвет может быть также сродни анимусу, что хорошо объясняет частое появление в сновидениях женщин образа мужчины в голубой одежде, торжественной фигуры Туарега, пришедшего неизвестно откуда. Нематериальная природа голубого, дистанция, отделяющая его от человеческих страстей, обеспечивает ему роль одного из дополнений красного – цвета крови^♣, столь земного, столь обязывающего. Именно по отношению к этому красному голубой часто играет роль инициатора успокаивающего изменения. Пациенты, чью психику одолевает дух соревнования, страсти и конфликты, пациенты, склонные к вспыльчивости[100], благодаря голубому цвету найдут дорогу, которая вернет их к состоянию равновесия и спокойствия.

Голубой и белый цвета

Голубое^♣ небо^♣ говорит о глубине, о бесконечности^♣ будущего. Голубой цвет неба – это бескрайние просторы. Белая^♣ точка небольшого облака^♣ или крыла^♣ ангела^♣ появляются на голубом фоне как бы для того, чтобы подчеркнуть вызывающую головокружение глубину бесконечного неба. Голубой и белый – это цвета Тайны в ее умиротворяющем проявлении. Они могут создать ощущение счастливой самореализации преображенной и очищенной души, успешного духовного вознесения. Анализ содержания сновидений заставляет нас признать, что такое видение гораздо чаще соответствует некоему желанию, чем реальности. Психика, порождающая видения голубого и белого прежде всего стремится оказаться вне досягаемости непереносимого страдания. Белый^♣ цвет выражает чистоту, но также отчужденность, потребность в оправдании, отказ от причастности, боязнь аффективной травмы. В этом смысле такая психика поворачивается спиной к жизни^♣. Как только мы признаем за этой парой цветов их свойство бесконечного и вечного укрытия, их интерпретация становится очевидной.

Голубой и белый цвета могут означать в сновидении две грани вечности^♣. Они говорят о безграничной ностальгии по потерянному раю, которая смешивается со смутным воспоминанием о материнской груди, порождая некое обещание бесконечности, вызывающее чувство гармоничного восприятия непредвиденного будущего. Воображаемые голубой и белый, соединенные вместе, свидетельствуют о страдании, возникающем в связи с неизбежным отрывом от матери^♣ земной, и одновременно об уповании на бесконечную встречу с матерью всеобъемлющей. Эта встреча сравнима с голубым небом, испещренным белыми облаками, небом бесконечным, глубоким, напоминающим мантию коронованной Девы, королевы^♣ любви и сострадания.

Психотерапевт, встречающий эти два цвета, должен быть крайне осторожен. Зная о реальном облегчении, которое несет этот символ, он должен искать скрытую боль и постараться оценить ее силу. Тем самым он, по меньшей мере, поможет своему пациенту осознать возможную причину его страдания. Иногда, увидев опасное отчаяние, вызванное этим страданием, он направит своего пациента к врачу, принимая тем самым необходимые и, возможно, достаточные меры предосторожности.

Голубой и желтый цвета

Голубой^♣ и желтый^♣ – самый холодный^♣ и самый теплый^♣ цвета. По этому поводу психологи и художники согласны между собой. Голубой цвет – холодный путь, ведущий в глубину сознания; желтый цвет – горячая дорога любви^♣. Голубой цвет – цвет бесконечности^♣, наполненный невидимым, чья неуловимая природа роднит его с пустотой, так как он – абстракция, отсутствие. Обитель ничего, содержащая все. Он манит нас к леденящему головокружению смерти^♣. В своей основе – это мужское начало. Желтый цвет – лучистое отражение действительности – подразумевает созидательное головокружение любви. Он – чувственность, в своей основе – начало женское.

Онейроидное сочетание голубого и желтого, вместо того чтобы нести в себе некий смысл, как это свойственно большинству символов, скорее скрывает его. Изучение многочисленных сновидений, содержащих данное сочетание цветов, порождает искушение считать, что оно не вписывается в динамику воображения и участвует в ней против воли! Я почти был склонен предполагать, что, появляясь вместе, эти два цвета могли бы означать сопротивление анализу. Однако подобное предположение противоречит гипотезе постоянства положительной психической функции символики сновидений.

Голубой и желтый, Рассудок и Любовь. Пока терапевт остается на этом уровне рассуждения и оперирует абстрактными бестелесными понятиями, он не увидит ни значение образов, ни проблематику пациента. Необходимо изменить свой подход. Если рассматривать Рассудок как сознание и Любовь как чувственность, эти понятия становятся более очеловеченными и более ясными. Встретив сочетание голубого и желтого, терапевт сосредоточит свой анализ на элементах сновидения, которые могут помочь ему определить отношение сновидящего или сновидящей к их анимусу и аниме. На этом пути ему не грозит разочарование.

Гора

Традиционные интерпретации горы приписывают ей несколько значений. Из-за стараний, необходимых для достижения вершины, для восхождения^♣ к небу^♣, этот символ в первую очередь рассматривается как изображение усилий, направленных на духовную самореализацию. Роберт Дезуай предлагал своим пациентам предпринять подъем по горному склону, чтобы избавиться от депрессивных состояний. Внушительная масса скальных^♣ пород и земли^♣ выступает также как максимальное проявление непреложности, незыблемости. Многочисленные мифы рассматривают гору в качестве оси мира. Большая часть интерпретаций символа также упоминает его священную коннотацию. В рамках динамики воображения гора не отрицает все эти значения. Она безапелляционно подтверждает свою способность изображать непреложное. Заснеженная[101] вершина, ледник^♣, горный массив – все это внушает ощущение неподвижности. Онейроидная динамика всегда использует этот образ как начальный момент движения, как начало подвижности[102]. По существу, воображаемая гора выражает отношение между застывшей^♣ налаженностью и налаженностью гибкой, между постоянством и приверженностью к изменению.

Помимо этого важного нюанса наблюдение содержания сновидений с горой позволяет увидеть два неожиданных направления интерпретации символа. В сновидении гора влечет за собой слова и образы, выражающие опрокидывание^♣. Отражение^♣, зеркало^♣, другая сторона – эти понятия подтверждают назначение образа горы обозначать этап процесса примирения противоположностей, решающую фазу процесса индивидуации. В 75 % изученных сценариев сновидений мы наблюдали присутствие матери^♣ сновидящего или сновидящей или представляющих ее символов. Гора округлой формы, называемая куполом^♣ или холмом[103], иногда прямо ассоциируется с материнской грудью. Интерпретация образа горы, которая пренебрежет изучением того, что в сновидении может быть связь с упоминанием матери, рискует быть неполной.

Горизонтальный—вертикальный

Мы знаем, какую важность Роберт Дезуай – «изобретатель» методики управляемого сна наяву – приписывал восходящим^♣ и нисходящим движениям. Они составляют часть наиболее значимых онейроидных действий. Между тем интерпретатор сновидения, в котором появляются слова вертикальный и горизонтальный, должен опасаться смешения их значения с теми, которые выражают подъем или спуск.

В словаре образов вертикальный и горизонтальный выражают положение тела. Они ведут себя подобно двум неразлучным приятелям, вместе посещающим одни и те же сновидения. Если они и заслуживают того, чтобы относиться к семье символов, выражающих движение, то вовсе не потому, что вертикальность иногда содействует восходящим или нисходящим движениям. Они заслуживают это, потому что демонстрируют переход от одного положения к другому. Чаще всего речь идет о выпрямлении, приводящем из горизонтального положения в вертикальное. Частое появление в подобных сновидениях рыбьего^♣ хребта или позвоночного столба заставляет предполагать, что изменение положения вызывает к жизни воспоминания, связанные с истоками жизни^♣ и с изменениями, заставившими четвероногое животное принять вертикальное положение. Человеческий опыт принятия вертикального положения, который переживается каждым ребенком^♣, безусловно, вносит свой вклад в формирование символического значения этих образов.

Понятия вертикальный и горизонтальный также являются основой для элементарных пространственных ориентиров. В этом смысле они подобны непреклонности и прямолинейности. Переход из одного положения в другое – это, прежде всего, движение. Все еще негибкое, но решающее. Психическое изменение, жизнь, свобода существования проявляются посредством круговой активной деятельности, предельным выражением которой является движение по спирали^♣. Вертикаль и горизонталь также образуют крест^♣, чье динамическое предназначение состоит в осуществлении кругового движения. В сновидениях, в которых вертикальная и горизонтальная прямые вызывают движение, часто появляются спираль и символ бесконечности ∞, подтверждающие способность этих символов содействовать динамике самовыражения.

Город

Современная психология признает за символикой города определенное значение, связанное с образом матери. Однако интерпретатор сновидения, который сосредоточит свой анализ исключительно в этом направлении, рискует выдвинуть на первое место вторичный смысл в ущерб основному. Сновидения предлагают два типа образов города. Крупные городские агломераты, холодные^♣ конструкции преимущественно из бетона, часто безлюдные^♣, говорят о психологическом дискомфорте, вызванном неконтролируемой увлеченностью интеллектуальными рассуждениями. Подобного типа город противостоит природе^♣, естественности, аутентичности. Он также выявляет излишнюю приверженность земным^♣ ценностям и побуждает сновидящего или сновидящую обратить взор к небу^♣. Если пациент осуществляет полет над серым городом, он уже нашел путь, который ведет его к подлинности.

Белый^♣ город, спрятанный в песках^♣ пустыни^♣, неуловимый, как мираж, обозначает сердцевину, центр^♣, которого следует достичь, чтобы извлечь пользу из неограниченных^♣ потенциальных возможностей психики. Этот символ приглашает к установлению гармонии между физическими и метафизическими ценностями. Он является основой, опираясь на которую сновидящий или сновидящая могут достичь неба, чтобы освободиться от избыточности рассудка и смело открыться духовности.

Греция

Развалины храма^♣, несколько колонн^♣, поднимающихся к голубому^♣ небу^♣ среди руин… В сновидениях Греция появляется подобно образам картинок из рекламы туристического агентства. Интерпретатор сновидений мог бы поддаться соблазну рассматривать эти появления как достаточно банальные индикаторы динамики ослабления психического напряжения. Дополнительным аргументом для доказательства справедливости подобной интерпретации может выступать тот факт, что Греция часто появляется в сновидении в форме воспоминаний о каникулах. Однако более углубленное изучение подобных сновидений обнаруживает, что Греция является важным термином в словаре образов, обозначая психическое движение большой амплитуды.

Греция в сновидении – место необычное. Она выступает в качестве универсального фермента. Это некая матрица, способствующая появлению любого другого местоположения. В воображении Греция является инициатором динамики воссоединения. Помимо того, что это страна на берегу моря^♣, это страна далекая, страна заморская! За краями, за землями, за мирами, за добром и злом, за пределами комплекса Эдипа, вне разнообразных религиозных доктрин, вне времени^♣, вне сексуальных влечений, Греция предстает как некое зеркало^♣, овладевающее отражающейся^♣ в нем душой и проецирующее ее в целостность универсума. Она окружена многочисленными фресками, изображающими различные географические, религиозные и исторические пейзажи. Она подчеркивает их многочисленность и разнообразие, чтобы затем соединить их вместе в некой целостности. Под небом онейроидной Греции противоположности примиряются и неравенство исчезает. Нет лучшего места для медитации, чем эта сине-белая Греция, купающаяся в свете^♣, источником которого, возможно, является универсальная душа.

Гриб

Поверхностный анализ, опирающийся на форму некоторых грибов, может привести к выводу о фаллическом значении этого символа. В некоторых случаях такая интерпретация представляется обоснованной. Однако среди двухсот тысяч известных видов лишь очень небольшое количество грибов имеют форму фаллоса. К тому же крайне редко сновидящий описывает конкретный вид грибов.

Помимо всех прочих качеств, гриб в сновидении почти всегда ярко окрашенный образ. В большинстве случаев речь идет о грибах с большой шляпкой^♣ в форме зонтика^♣, обычно красного^♣ цвета с белыми^♣ пятнами. Если и можно подозревать, что образ гриба связан с сексуальными аспектами проблематики пациента, то природа этой связи лежит не в форме данного представителя флоры. Воображаемый гриб, в два раза чаще встречающийся в сновидениях женщин, чем мужчин, упрямо отсылает нас к паре красного и белого цветов. Красный цвет выражает активную вовлеченность в жизнь, желание, любовь^♣, страсть, чувство, ярость[104], изобилие, жизнь. Белый цвет говорит о непорочности, сдержанности, чистоте, защите, целостности, замерзании, изоляции, стерильности, смерти^♣. Красный с белыми пятнами гриб, упорно возникающий по краям дорожки, по которой следует Белоснежка^♣, является показателем всех тех противоречий, которые возникают в пубертатный период. В период, когда удовольствию стать взрослым противостоит ностальгия по невинности; когда сексуальное влечение наталкивается на страх агрессии; когда детская беззаботность спорит с ответственностью; когда доверчивость по отношению к жизни наталкивается на осознание смертности; когда спонтанность игры разбивается о барьер многочисленных запретов.

Эфемерный, соблазнительный, опасный – по самой своей природе гриб представляет противоречивые порывы. В образе красно-белого гриба соединяются последствия и страхи, вызванные осознанием смертности, и чувства, связанные с комплексом кастрации, активно присутствующие вплоть до конца подросткового возраста. Как и все другие элементы, заимствованные из мультфильмов, данный символ участвует в презентации аспектов реальности. Реальности, представленной в смягченном виде, которая приближает сновидящего к истокам его проблематики, избегая при этом жестокости[105], возникающей при прямой конфронтации с ней. В этом и состоит основная функция образа!

Гроб

Конечно, речь идет о бесспорно впечатляющем символе. Конечно же, для каждого этот символ окружен ореолом печальных^♣ или болезненных воспоминаний. Кто будет отрицать, что в угрюмых застенках[106] его памяти скрывается образ гроба, напоминающий о жестокой разлуке?

Никогда полностью не освобождаясь от этих скорбных лохмотьев памяти, гроб на языке символов имеет гораздо более широкий смысл, говорящий о его определенно положительном назначении. Если мы проследим роль этого символа в сновидениях, где он встречается, то увидим, что он является еще одним примером сближения противоположностей и ловкости онейроидных механизмов, способных смещать значение образов. Вследствие этого гроб появляется как другой вариант колыбели^♣ – это способ упоминания смерти^♣ в терминах рождения^♣ и воскресения. То, что изначально выступало как наиболее явное обозначение заточения, обнаруживает свою природу^♣ – способность содержать в себе нечто, предназначенное для открытия. Как часто мы слышали, что наши пациенты видели образ гроба, крышка которого открывалась для того, чтобы были найдены важные сокровища!

Будучи иногда образом, непосредственно связанным с уходом близкого родственника пациентки или пациента, гроб может открыться, чтобы позволить осуществить диалог, устраняющий конфликт с умершим. В таком случае описываемая сцена может быть эмоционально очень интенсивной, но ее положительный исход с лихвой оправдывает переживание. Освобождая интерпретацию данного образа от значения предчувствия, следует признать, что он может способствовать восстановлению положительного отношения к образу ушедшего близкого человека, и рассматривать гроб можно и не как место смерти, а как место рождения^♣. Родиться и возродиться – это начало и конечная цель пути, освященного лишь стремлением к жизни^♣. Как семя, брошенное в землю^♣, гроб в сновидении нуждается в воде, должен плавать в ней, пропитаться водой, наполниться водой, чтобы выполнить свою материнскую функцию. Все изученные сновидения заставляют нас рассматривать данный символ как обладающий двумя значениями: одно – это гроб и все связанные с ним ассоциации комплекса кастрации, другое – это колыбель как место вечного обновления.

Грот или Пещера

Интерпретатору сновидений не стоит напрасно тратить свое внимание на сравнительный анализ символической специфики грота и пещеры. Изучение содержания соответствующих сновидений показывает, что в словаре образов эти символы используются как синонимы.

Сновидение не признает топографических ограничений. Войдя в находящийся на определенной высоте грот, пациент может выйти из него под поверхностью моря^♣. Грот – это одно из природных[107] и наиболее древних укрытий. Это место, которое не было создано рукой^♣ человека. В цепочке ассоциаций, частью которой является грот или пещера, доминируют образы девственного, ископаемого, растительного, элементарного мира. Скала^♣, лес, водопад^♣, ветер^♣, дождь^♣ составляют картину первобытного мира. Никакой живой персонаж не входит в эту цепочку корреляций. Очевидно, что грот отсылает сновидящего к его предыстории^♣, к этому пространственному^♣ и временному^♣ периоду внутриутробного развития, недоступному памяти.

Грот, пещера – по своей природе подземные первобытные впадины – являются одними из ведущих матричных образов. Они возникают во всех сновидениях, питаемых ностальгией по материнскому лону[108]. На этой давно признанной основе символика пещерного логовища может быть интерпретирована по нескольким различным направлениям. Направление интерпретации сценария сновидения, в котором появляются грот или пещера, зависит от локализации одной из шести функций, которую данный символ выполняет в рамках онейроидной динамики. Следует различать следующие.

– Грот возрождения^♣. Он восстанавливает, чтобы затем их разрушить, следы негативного остаточного возбуждения, зафиксированные в момент появления на свет^♣, или же представляется в качестве места разыгрывания эпизода психического возрождения.

– Грот посвящения, куда сновидящий или сновидящая должны попасть, чтобы там раскрыть для себя некую важную истину.

– Грот доступа в другой мир^♣, с помощью которого пациент примиряется с одним из усопших родственников.

– Грот пожирающий, появляющийся в сновидении, когда сновидящий или сновидящая готовы приступить к решению героической задачи конфронтации с содержанием бессознательного. В подобном случае символ выражает риск быть поглощенным. Когда подобный грот угрожает загрызть пациента (в первую очередь, речь идет о мужчинах^♣), то он должен побудить терапевта обратить внимание на страх кастрации, и может также означать страх^♣ перед женским половым органом^♣.

– Грот с сокровищем, в котором устанавливается новое отношение к ценностям обладания и существования.

– Грот, восстанавливающий силы, который предлагает умиротворяющую остановку в процессе интенсивного психического изменения.

Грустный или грусть

Когда слова грустный или грусть вписаны во фреску сновидения, они окрашивают ее серыми^♣ оттенками ностальгии. Вокруг них кружатся, подобно фантомам^♣, которые ищут признания, вытесненные страдания детства. На языке образов грусть всегда связана с семейным прошлым. Отец^♣, сестра^♣ и особенно мать^♣ сновидящего или сновидящей завладевают первыми ролями в этих проникнутых грустью постановках.

Невозможно игнорировать близкую ассоциацию со смертью^♣, которую грусть устанавливает в сновидении. Траур, который в детстве пациента омрачал семейную сферу, является одним из вдохновителей переживаний в отдельных связанных с грустью сновидениях. Однако воображение всегда стремится к улучшению самочувствия. Ему не свойственно испытывать удовольствие от болезненных воспоминаний. Когда оно порождает появление слов грустный или грусть, интерпретатор сновидения может быть уверен, что они говорят о возврате пациента к способности эмоционального выражения. Дело обстоит так, как если бы подавленные в детстве эмоции образовали некую пробку, которую необходимо убрать, чтобы заново обрести свободу чувствовать. Грусть и ее свита из болезненных воспоминаний детства питают эпизоды сновидений, вызывающие сострадание слушателя. Она является обязательным этапом, ведущим от подавления эмоций к реабилитации подлинных переживаний.

Грязь

Нормальная психика, опирающаяся на здравый смысл, безапелляционно ассоциирует грязь, трясину с выгребной ямой души, куда ведут человека действия, противоречащие этике. Выражение смешать с грязью означает намеренье навредить кому-то. Воображение относится с большим вниманием к точному смыслу образа. В сновидениях грязь, трясина выступают в качестве того, чем они на самом деле являются, – местом встречи сухого^♣ и влажного^♣. Если отказаться от всякого предубеждения, то следует признать: если пыль замутняет воду^♣, в которую она попадает, то вода, проникающая в землю^♣, оживляет и оплодотворяет ее. Жизнь^♣ возрождается водой, смерть^♣ – засухой.

Болото, трясина настораживают лишь психику, ищущую рациональные объяснения, трепещущую от боязни потерять свои точки опоры. Сновидящий, дерзающий поставить ногу на рыхлую землю, еще не знает, что он выбрал влажный путь. Этот путь приведет его в лоно воды, где он осознает значимость ценностей анимы, чтобы вновь обрести свою созидательную способность чувствовать. Когда образ трясины является выражением невротического состояния, он сопровождается его признаками, например, тростником^♣.

В неясной дымке, витающей над болотной топью, опытный интерпретатор сновидений увидит силуэты^♣ двух великих протагонистов египетской мифологии – Гора и Сета, братьев-врагов, богов влажного и сухого, добра и зла… Грязь сновидения, помимо загрязнения, прежде всего, свидетельствует о жизненной необходимости взаимодействия между анимой-вдохновительницей и анимусом-организатором.

Два или Двойственность

Единичность растворяется в бессознательном. Она неопределима, ибо содержит в себе неизвестное абсолютное значение. Из этого яйца^♣-невидимки вылупливается двойственность. Посредством числа 2 реализуется чудо и драма сознания. Эта последняя рождается из разъединения противоположностей. 2 повелевает сравнением, противоречием и примирением. Двойственность и ее символ – число 2 – неотделимы от самопознающего мышления. Сознание возникает и развивается в зависимости от различия противоположностей. Двойственность необходима для того, чтобы сознание возникло из бессознательного через тройную дверь разъединения, сравнения и взаимодополняемости. 2 разъединяет и показывает условия противопоставления. 2 разъединяет и провоцирует сравнение – основу интеллекта и зачатки честолюбия. 2 разъединяет и в качестве цели задает примирение взаимодополняющих противоположностей.

Воображение прекрасно знает об этих фундаментальных особенностях числа 2. Оно опирается на их совокупность, чтобы наделить данный символ особой функцией. Когда это число появляется один или несколько раз в сценарии анализируемого сновидения, опытный терапевт сможет дать наиболее точную интерпретацию, если постарается понять доминирующее противоречие, которое сновидящему не удается разрешить. Психическая гармония зависит от принятия противоположностей – это ключ к индивидуации и личностной самореализации. Признание двойственности, любой двойственности, носителем которой он является, для сновидящего эквивалентно открытию у него третьего глаза^♣. Это означает возможность достичь состояния сверхсознания, которое позволяет избежать ловушек предрассудков сознания. 2 лежит в основе происхождения сознания. 2 стимулирует его развитие вплоть до заблуждений. 2 также руководит выходом за пределы ординарного сознания. 2 – это змей^♣: соблазнитель, обманщик, но и инициатор. Длинна та дорога, которая ведет от плода запретного дерева познания к сверхсознанию, от которого зависит основанная на самосознании свобода воли, то есть реальный свободный выбор.

Дверь

Опытный интерпретатор сновидений будет различать два типа ситуаций, в которых этот символ выполняет разные функции.

– Приблизительно в 20 % сновидений, где дверь играет активную роль, она открывается в никуда, в ничто. Иногда находясь в конце темного коридора, иногда – наверху повисшей в пустоте^♣лестницы^♣, она открыто отображает экзистенциальную тревогу[109], порожденную сомнением. Таким образом, она становится побуждением к вере в смысле доверия к будущему, к принятию тайны бытия. В данном случае дверь является выходом за пределы видимого мира[110]. Однако ее нельзя путать с дверью небесного Иерусалима, описанной в большом количестве работ.

– В 80 % ситуаций дверь открывает сновидящему доступ к другой стороне^♣ его самого, то есть способствует реабилитации вытесненного в бессознательное. То, о чем сновидящий заставлял себя не знать, может касаться самых различных сфер желаний, однако в 81 % изученных фактов речь идет о признании стремления к соперничеству, активному или даже насильственному[111] самовыражению. То есть в данном случае символ означает выход за пределы сознания. Отметим вместе с Гастоном Башляром, что «дверь скрывает два существа»! То, которое раскрывается «с чистой совестью» (в полном сознании), и то, которое отвергнуто или удерживается в подсознании. Дверь – это наиболее простой, наиболее прямой способ перехода от одного к другому, то есть наиболее эффективно действующий среди образов-посредников.

Следует помнить, что открытие онейроидной двери происходит не при помощи ключа^♣. Его наличие было бы признанием стремления к волевому интеллектуальному контролю. Дверь будет способствовать динамике преодоления порога лишь в случае отказа от этого контроля, который и даст доступ к порогу. Все формулы, способные открыть онейроидную дверь, происходят из заклинания Али-Бабы: «Сезам, откройся»!

Дворец

Аналитики видят в образе дворца тройное значение, которое выражается словами секрет, власть, идеал. Секрет соответствует содержанию бессознательного, а идеал приближается к значению сверхсознания. Изучение сновидений дает серьезные доказательства в пользу этого направления интерпретации. Поэтому было бы более чем небрежно со стороны интерпретатора сновидений игнорировать подобные связи. Между тем наблюдения над теми же самыми сновидениями показывают, что в воображении дворец отражает психологический механизм совершенно иного плана. Этот символ открывает экзальтированность воображения, которая выдает потребность быть всем и иметь все. Эта потребность является реакцией сублимации, противостоящей страху^♣, вызванному перспективой физического упадка. Дворец никогда не бывает достаточно большим, чтобы вместить в себя воображаемое увеличение, которое рассеивает энергию^♣.

Постоянное присутствие во дворце сновидения короля^♣, безусловно, выражает желание власти, но оно также обнаруживает прямое обращение сновидящего или сновидящей к образу отца. Желание быть всем частично вызвано потребностью в признании со стороны отца^♣ или же потребностью выразить свое равенство с ним. Воображение также возводит дворцы, которые служат процессу самореализации. Они всегда содержат в себе некое центральное[112] пространство, в котором хранятся наиболее ценные сокровища внутреннего богатства[113] личности. Чаще дворец может быть интерпретирован как нечто искусственное, некий иллюзорный антидот против страха небытия.

Девочка

В большей части ситуаций маленькая девочка участвует в динамике сновидения не как символ (в смысле маски, скрывающей некое скрытое содержание, которое необходимо обнаружить), а как изображение самой сновидящей.

Маленькая девочка почти всегда либо отсылает нас к болезненным событиям, происшедшим в детстве сновидящей, либо говорит об отношении ребенка^♣ к его семейному окружению. Без сомнения, никакой другой образ, кроме его символического двойника – куклы^♣, не собирает вокруг себя такое большое количество упоминаний о родителях, бабушках и дедушках. Это наблюдение естественным образом объясняется тем, что сама пациентка соглашается предстать в образе девочки в самом сердце эмоционально тяжелых[114] ситуаций своего детства. Случается, что помимо болезненных воспоминаний об огорчениях, разочарованиях или страданиях воображаемая маленькая девочка переживает психические состояния, предшествовавшие травмирующим событиям. Соответственно, этот образ действует подобно гиду, способному вопреки времени^♣ и людям привести пациента к счастливым дням его детства. Время маленькой девочки – это также время открытия смерти^♣, которая ассоциируется с образами бабушки^♣ или дедушки^♣, с совокупностью разного рода метафизических тревог[115], переживаний, связанных с комплексом кастрации, с чувством вины из-за нарушения запретов.

Символические образы подобны маскарадным костюмам, которые вытесненные переживания надевают на себя, чтобы достигнуть порога сознания. Обращаясь к образу маленькой девочки, сновидящая становится более смелой, подобно одетому в скафандр маленькому водолазу, который решается погрузиться в мутные воды^♣ воспоминаний, чтобы заново пережить наиболее болезненные эпизоды своего детства. Интерпретация данного образа не представляет особых трудностей. В данном случае объект болезненных переживаний предстает скрытым лишь прозрачным^♣ покрывалом^♣.

Дед мороз

Подобно многочисленным детям^♣, которые доверчиво посылают свои просьбы о подарках, указывая вместо адреса «Дедушке Морозу, на небо^♣», пациент, встречаясь с этим символом, включается в динамику изменения своего отношения к сомнению и вере.

Когда в сновидении появляется Дед Мороз[116], интерпретатор сновидений может строить свой анализ по трем направлениям, которые не исключают друг друга, но одно из которых всегда является превалирующим.

– В буквальном смысле этих слов всегда будет присутствовать отношение к родительскому образу. Однако за редким исключением данный символ в этом плане играет лишь второстепенную роль.

– Красное^♣ с белым^♣ одеяние Деда Мороза, отсылая нас к моменту утраты невинности, иллюзий детства, может также напоминать об острых проблемах пубертатного периода, о веренице тревог, желаний и ностальгических переживаний, которые сопровождают переход из детства в подростковый возраст. Читателю в этой связи будет полезно обратиться к статье «Белый и красный цвета».

– Символ, который регулярно заставляет думать о звезде^♣, который постоянно касается персонажей мудрого старца^♣ и Бога Отца^♣, который выставляет напоказ двойственность[117] – противоречие между внешней видимостью и неуловимой сущностью, который приходит неизвестно откуда, скользя по световому^♣ лучу, чтобы исчезнуть в неизвестности, не может быть ничем иным, как изображением судьбы! Поэтому в большинстве случаев наиболее полной интерпретацией символа будет ассоциация появления Деда Мороза с моментом переживания пациентом сомнений во всемогуществе разума, отказа от ложных интеллектуальных прогнозов и доверчивого интуитивного приятия им своей судьбы.

Дедушка

Когда в сновидении появляется дедушка, терапевт должен внимательно изучить окружение данного символа. Если он возникает в прямой ассоциации с бабушкой^♣, то интерпретация будет подобна той, которую вы найдете в статье о бабушке. В подобной ситуации этот символ направляет наше внимание на трудности идентификации, наиболее вероятная причина которых лежит в комплексе Эдипа. Будучи в этом случае симптомом трудностей идентификации, данный символ становится лекарством, играя роль моста^♣, перекинутого над образами родителей и восстанавливающего связь с наследственными ценностями. Таким образом, он превращается в мощное средство восстановления чувства личностной идентичности.

Когда дедушка появляется один, в качестве центрального персонажа, то он играет роль индикатора значительного психического возбуждения. Этот персонаж относится к детству сновидящей или сновидящего. Он способен перенести прошлое, которое казалось умершим^♣, в настоящее. Вместе с воспоминанием о пережитых событиях и чувствах дедушка возвращает к жизни^♣ исчезнувшую энергию^♣. Подобно бабушке, появляясь вблизи сцен преодоления порога, он подтверждает подлинность этого преодоления. Еще в большей степени, чем бабушка, он напоминает о смерти, подтверждая тем самым значение цепочки, передающей жизнь. Если он и связан с чувством вины, возникшим в результате буйного процесса полового созревания, то его появление в сновидении способствует исчезновению этого чувства. В динамике воображения дедушка обычно предстает в степенном обличии, за которым скрывается его готовность к доброжелательному участию.

Дельфин

Образ дельфина окружен позитивной аурой. Даже простое упоминание этого животного облегчает душу. Этот символ вызывает у меня мысль о христианской молитве: «Произнеси слово, и я буду спасен!». Так часто в сновидениях дельфин приводит сновидящего к свету^♣, что хочется перефразировать эту молитву: «Увидишь дельфина – и будешь спасен!». Ибо совершенно очевидно, что дельфин всегда выполняет функцию спасения. Как в сновидениях, так и в мифах он неизменно является проводником и спасителем. Христос^♣ спаситель также иногда представляется в виде дельфина. Тот, кто видел этих млекопитающих, часами легко плывущих в открытом море^♣ впереди корабля, как будто показывая ему дорогу, больше не задает себе вопрос, почему со времен далекой Античности этот символ обозначает проводника.

Невозможно полностью согласиться с авторами, которые видят в дельфине символ-психопомп[118]. Клинические наблюдения обязывают рассматривать это предположение со всей осмотрительностью, так как представляется, что в сновидениях дельфин выполняет противоположную миссию! Животное-психопомп, как, например, лисица^♣, сопровождает души в мир смерти^♣ и никогда полностью не избавлено от некоторой похоронной дымки, которая как бы «приклеена» к его коже. Дельфин с окружающей его световой аурой, безусловно, также играет роль проводника, но в противоположном направлении. Он встречает сновидящего на пороге другого мира^♣, чтобы вернуть его к жизни^♣. В сущности, образ дельфина в сновидении охватывает широкую сферу представлений о взаимоотношениях между миром земным^♣ и духовным. Он одновременно выражает первичную тревогу брошенного в мир живого существа и метафизическое размышление психики, взволнованной непостижимой тайной жизни и смерти. Однако из всех символов, выражающих эту крайне сложную тайну, стоящую перед человеческим разумом, дельфин может считаться наиболее надежным показателем восстановления динамики, ориентированной на жизнь.

Деревня

В отличие от туристических клише, предпочитающих деревни на возвышенностях, украшающие собой вершины холмов, сновидение любит деревни, спрятавшиеся в скромных углублениях, в которые можно попасть, лишь спустившись с холма или горы. Для сновидения деревня является дополнением к образу долины или лощины. Сцены, в которых пациенты заново переживают свое рождение^♣, часто завершаются выходом в лощину между двумя горами^♣ или холмами. Этот пейзаж обнаруживает важнейший аспект символики деревни, которая является изначальным местом, призывом вернуться к исходной точке, чтобы наполниться новой силой[119] и избавиться от психологических установок, выработанных на основе травмирующих переживаний.

Сновидения предлагают не много мест, более пригодных к восстановлению положительного отношения к семейной и социальной среде, чем деревня. Ассоциации, которые окружают символ, неоспоримо наделяют его связью с образом матери. Сновидения, предлагающие образы безмолвной, пустынной^♣ деревни с закрытыми ставнями, которая внезапно оживает, столь многочисленны, что есть все основания считать их относящимися к образам возрождения^♣. Мы думаем, что деревню надо скорее считать местом пробуждения или подготовки к общению.

В воображении этот символ приглашает вернуться к источнику^♣, к далекому времени^♣, когда Я стало отделять себя от других. Все перекосы и смещения, которые помимо накопления опыта (особенно травмирующего) сформировали особое психологическое отношение к другим, исчезают в момент попадания в деревню. Это одна из лучших встреч, происходящих во время терапии сном наяву, если проблематика пациента продиктована искаженным отношением к материнскому образу. Дорога, позволяющая в сновидении попасть в деревню, ведет от серого^♣ тумана^♣ к голубому^♣ небу^♣, от слепоты к ясности сознания, от защитного ухода в себя к созидательному общению.

Дерево

Необходимо быть очень осмотрительным относительно утверждений психологов, касающихся дерева жизни^♣ и дерева смерти^♣. «Мертвое дерево», валежник, в прошлом игравший важную роль, относится к деревьям^♣, ветвям, охапкам хвороста, но никогда к дереву обработанному. Дерево распиленное, резное дерево, дерево, используемое в онейроидном плане, никогда не бывает мертвым. Действительно, в сновидениях мы встречаем значительную корреляцию между крестом Христа и деревом. Но это дерево смерти представляет вторичный аспект в интерпретации символа и не должно изменять его основную интерпретацию. Для воображения дерево остается тем, чем оно является в традиционной символике. Это – не просто материал, это – Материал с большой буквы! Как в индийской мифологии, как в алхимии, в сновидении дерево – это первичная материя (materia prima), некая нерукотворная субстанция, из которой происходит все остальное. Обточенное дерево, превращенное в некий полезный или декоративный предмет, сохраняет свои динамические характеристики. Оно остается активной субстанцией. Сновидения о дереве неотделимы от сновидений о жизненном древесном соке.

Деревянный мост^♣, деревянная дверь^♣, маленький деревянный домик^♣ – все эти образы позволяют подойти к другой стороне^♣ вещей, перейти за грань поверхностности, приблизиться к простоте экзистенциальной сущности. На языке образов этот символ выражает непритязательность в смысле непревзойденного благородства истинной простоты. Если динамика воображения подчиняется строгим правилам физиологии, то символика не соблюдает правил физики. Онейроидные материалы вопреки теории термодинамики нарушают законы теплопроводности! В сновидении железо^♣ передает исключительно холод^♣, холодную враждебность. Дерево же в зависимости от потребностей сновидящего обнаруживает способность удивительного проводника тепла^♣ или свежести.

«Почему дерево так сильно меня интересует?» Сновидящий, задающий этот вопрос, сам же на него и отвечает: дерево, очищающее воздух, является противоядием от мечты о всемогуществе. Мечте о величии оно противопоставляет силу естественности, простоты. Объективное изучение сновидений, в которых оно появляется, заставляет, однако, признать, что данный образ иногда встречается в менее привлекательном контексте. Приблизительно в 15 % ситуаций дерево теряет характер живительной материи, становясь инертным. В данном значении этот материал принимает смысл нечувствительного заместителя живого органа. Дерево становится протезом. Оно раскрывает искусственный характер вирильных проявлений и, по меньшей мере, ослабление активного желания.

Дерево (срубленное дерево, огромное дерево, упавшее дерево)

Дерево означает жизнь^♣. Подобного рода утверждение уже само по себе позволяет судить о богатстве этого символа! Классическая интерпретация рассматривает дерево как некий живой организм, уходящий корнями в землю^♣, из которой он с помощью этих корней черпает свою сущность, и разветвляющийся в небесах^♣, откуда на него струится излучение, необходимое для его роста. Образ, с такой ясностью выражающий животворные отношения с землей и небом, который одновременно растет вниз и вверх, естественным образом символизирует психологический закон, требующий от человека поддержания равновесия между подземными силами и силами поднебесными, между инстинктом и разумом.

Дерево обладает женской сущностью. Можно привести множество примеров женских сновидений, в которых пациентка идентифицируется с деревом и даже превращается в дерево, уходя корнями в землю и разрастаясь пышной листвой. Перед лицом подобного образа женская психология с легкостью принимает движение древесных соков – жизненных сил[120]. В присутствии цветка^♣ или дерева сновидящая сразу испытывает желание просочиться в стебель или ствол, спуститься вниз к корням, насытиться веществами, взятыми из почвы, и, наполнившись жизненными силами, устремиться ввысь, чтобы заново родиться в виде кроны. Женщина и дерево схожи между собой, ибо во все века они осуществляют священный акт продолжения жизни: акт порождения плода^♣. Женщина, видящая во сне дерево, уже не одинока. Она уже не просто индивидуум, видящий сон, а некое извечное предназначение, стремящееся к самореализации.

Изучение этого символа, особенно дерева, огромного по своим размерам, дерева гигантского, привело нас к выводу, что любое видимое во сне дерево также отсылает нас к генеалогии. Огромное дерево должно обратить наше внимание на «вес» образов предков, которые с трудом могут быть интегрированы в однородное и позитивное восприятие мира. Срубленное дерево, спиленное дерево указывает на некое латентное страдание, активированное каким-то конкретным событием, которое может быть внешним по отношению к сновидящему. С образами такого типа часто ассоциируется топор^♣. Этот инструмент напоминает нам, что за страстным желанием отречься от болезненных корней так или иначе вырисовывается тень комплекса кастрации. В момент интерпретации символа необходимо также помнить, что дерево является прекрасным символом союза неба и земли.

Дети

В сновидении дети приглашают заново открыть королевство вне времени и пространства, которое было для каждого из нас той родиной, откуда мы были сосланы в изгнание. Для многих страна детства стала чужбиной, в которую нет возврата, и, что еще хуже, страной забытой. Большинство людей никогда туда не возвращаются или возвращаются слишком поздно. Нужно испытать на себе влияние динамики сновидений, чтобы знать, как усердно они стараются открыть доступ в эту страну смеха. Безусловно, существуют мучительные детские годы, насыщенные печалью^♣ и ранними проявлениями тревоги[121]. Именно эти соображения делают необходимым различать образы ребенка^♣, маленькой девочки^♣ и маленького мальчика^♣. Дети в сновидениях обычно пробуждают отголоски смеха, хороводов, игр. Маленькая девочка чаще всего появляется в ореоле грусти^♣ и подавленности. Маленький мальчик – это серьезное предложение отправиться в путь к свободе. Я говорю здесь о доминирующих тенденциях интерпретации, по отношению к которым исключения бывают достаточно редкими. Дети без уточнения их пола в два раза чаще появляются в сновидениях мужчин, чем в сновидениях женщин. Наиболее сильная корреляция, установленная с этим символом, – это юг^♣. В большом числе изученных сновидений действие совершенно очевидно происходит в южном направлении или в южной стране. Юг – это отказ от холодных^♣ критериев разума. Это – открытость изменениям, тепло^♣, непосредственность, нежность, чувственность. Дети в сновидении приглашают пуститься в беззаботный танец, вдохновленный разумом сердца^♣. В сновидении ребенок – это посол страны, управляемой законами, отличными от «ты должен» и «потому, что». Страны, где правит игра – этот фермент будущего, в котором истина ребенка совпадает с истинностью сновидения. Направляясь на юг, ребенок увлекает за собой сновидящего за пределы отсчитываемого времени^♣, к единственному времени, с которым следует считаться, – вечности! Лишь поверхностному взгляду может показаться парадоксальным, что, вернувшись в детство, сновидящий сможет найти дорогу к самовыражению или что сон открывает реальность. Время игры определяется по часам[122] вечности^♣.

В наблюдавшихся мною сновидениях ребенок выступал в качестве проводника, способного установить связь с непреходящей страной детства и помочь примириться с образом матери^♣. Не следует удивляться страстности, с которой сновидящий излагает свое сновидение. Он вовлечен в динамику, устраняющую всякое различие между имеющим земное происхождение телом^♣ и звездной мантией небесной Матери, предлагающей ему божественное предназначение.

Дождь

Интерпретатор сновидения, где появляется этот образ, должен исключить любые ассоциации с неудобствами, которые дождь может вызвать в реальной жизни. Воображение питается наиболее архаичными психическими энграммами, каждая из которых связывает данный символ с положительными значениями. С глубоких времен человеческий опыт с очевидностью доказывает оплодотворяющую роль воды^♣, падающей с небес^♣. Содержание сновидений показывает, что упоминание дождя явно сопровождается приятными ощущениями.

Дождь по своей природе имеет очищающие свойства и, таким образом, связан с анимой, как и вода. Помимо этой традиционной интерпретации, наблюдение онейроидного содержания позволяет нам предложить три возможных направления анализа соответствующих сновидений.

– Менее чем в 10 % изученных нами сновидений дождь выполнял компенсаторную функцию женской психики в состоянии фрустрации, связанной с желанием забеременеть. Сновидящая, подставляющая дождю свое обнаженное^♣ тело^♣, чаще всего выражает желание стать матерью, а иногда простую потребность в сексуальном самовыражении.

– Приблизительно в 80 % онейроидных ситуаций дождь участвует в разрушительных последствиях грозы^♣, бури, землетрясения^♣. В подобных ситуациях он становится проливным. Эти впечатляющие образы лишь внешне напоминают катастрофу. Они служат решающему эпизоду психической реорганизации. Именно это создает приятные ощущения, которыми подобный эпизод заканчивается.

– Этот символ также иногда появляется в качестве начального шага к открытию чувства трансцендентности. Мириады капель воды, танцуя на балу света^♣, напоминают ноты некоей небесной симфонии. Душа, ощущающая подобное упоение, обретает свободу. Сновидящий или сновидящая упражняются в освобождении от тяжести^♣ земного существования. Если речь идет о пациенте, страдающем от неизлечимой болезни, подобные дожди свидетельствуют о благополучном приятии неизбежного.

Доисторическое животное

В сновидениях динозавр обычно появляется в холодной^♣, печальной^♣ и каменистой местности, отмеченной подчеркнутой мрачностью. Сновидящий, которому приходится бороться с птеродактилем с черными^♣ крыльями^♣ гигантской летучей мыши^♣ в подземной^♣ пещере^♣, часто упоминает о черном солнце^♣, которое полностью поглощает свет. Трудно представить более выразительный образ анти-света^♣, чем эта светопожирающая звезда. Черное солнце и доисторическое животное очень сильно коррелируют между собой.

Доисторическое животное является выражением преувеличенно большого значения, которое пациент придает прошлому, воспоминаниям, обманчивой безопасности усвоенных правил. Многочисленные детали обычно подтверждают это предположение. Бессмысленно их перечислять, ибо смысл символа, когда мы его встречаем, сразу становится очевидным! Выражение доисторическое животное является в некоем смысле плеоназмом[123], поскольку каждое из двух составляющих его слов по-своему отсылает нас в прошлое. Оно ориентирует наше внимание на энграммы[124], относящиеся к первым месяцам жизни^♣ пациента! Память противится вере. В непредсказуемом будущем эволюция невозможна, если отсутствует вера. Психологическая динамика, действующая в сновидении, прямо вытекает из принятия и открытости перед лицом возможного непредсказуемого.

Доисторическое чудовище, свидетель наиболее тяжелых[125], наиболее отделенных воспоминаний, как коллективных, так и индивидуальных, может рассматриваться как инициатор ускорения процесса разрыва отношений с ограничивающими переживаниями из прошлого.

Дом

Мы без всяких колебаний присоединяемся к терапевту, который, следуя за Гастоном Башляром и психоанализом, видит в отдельных частях дома соответствия с личностными составляющими сновидящего. Для такого терапевта чердак будет означать интеллектуальные или духовные ориентации в интерпретируемом сновидении. Жилая комната с огнем^♣ в камине и очагом будет свидетельствовать о стремлении к интимности. Подвал сосредоточит интерпретацию на вытесненных инстинктивных порывах, на теневых^♣ зонах сновидящего. Всякое жилье, от хижины^♣ до дворца^♣, может также претендовать на изображение личности сновидящего в целом, проецирующего себя в подобных образах. Интерпретатор сновидения не выполнит свою задачу, если пренебрежет анализом данного вида наблюдений. Однако объективное изучение содержания сновидений с данным символом заставляет строить их анализ в направлении, значительно отличающемся от описанного выше. Дом в сновидении – это, прежде всего, дом, где прошло детство пациента, или, точнее, место, которое воссоздает семейные отношения такими, какими сновидящий или сновидящая переживали их в детстве.

Онейроидный дом – это возвращенное прошлое, место, где можно заново увидеть действия и актеров былых времен. При наличии данного символа терапевт должен сохранять бдительность, которая позволит ему определить образы, несущие в себе значение убежища, приюта, места, благоприятствующего интимности или регрессии. В ходе сновидений время от времени появится образ теплого, живого, защищенного от проникновения внешних угроз дома – дома, напоминающего женскую матку. Чаще всего речь идет о маленьком домике^♣, четко отличающемся от простого дома. Тем не менее в подавляющем большинстве ситуаций дом выступает как испытание, через которое надо пройти, как эпоха, которую надо пережить, как загадка, которую надо решить. При первом появлении он часто предстает перед сновидящим с закрытыми ставнями, с дверью^♣, которую надо взломать; дом оказывает сопротивление, которое надо победить. Поведение, подталкивающее сновидящего к его изучению, к проникновению в сокровенные уголки детства, одновременно отражает решительность и осмотрительность. Решительность, ибо оно отражает естественный импульс процесса психического изменения; осмотрительность, так как, еще не переступив порог, подсознательное сновидящего или сновидящей уже знает, что впереди их ожидает то, что они предпочли бы забыть.

Домик

Поэт и психоаналитик при наличии маленького домика порадуются ясности послания, которое он им отправляет. Первый с готовностью узнает в этом образе знак интимности. Второй будет уверен, что соответствующая сцена сновидения свидетельствует о неосознанном стремлении к регрессии. Интерпретатор сновидений, встречающий в качестве сцены действия маленький домик, должен с осторожностью пускаться по этим слишком очевидным дорогам интерпретации, какими бы правильными они ни были. Маленький домик поэта – это закрытое пространство, убежище, которое должно защищать от внешней опасности. Снег^♣ и ветер^♣ должны стучать в окна[126], чтобы человек был уверен, что находится вне их досягаемости, как будто вернувшись в теплый^♣ материнский живот^♣. Начиная рассуждение подобным образом, мы можем представить развитие всей совокупности фантазмов, связанных с регрессией.

В онейроидной динамике маленький домик отказывается быть отнесенным к запирающим сновидениям. Хижина или домик рыбака^♣ появляются всегда в природном окружении, на опушке леса^♣ или на берегу моря^♣. Маленький домик изолирован, прост, крепок, интимен. Он не является укрытием от бури, от холода^♣, от смятения чувств и мыслей. Он появляется после бури^♣, после дождя^♣, после грозы и предлагает себя в качестве привала перед обрядом посвящения, где сновидящий или сновидящая находят спокойствие[127], восстанавливая свою энергию и готовясь продолжить свой путь. В маленьком домике не обустраиваются, через него проходят. В нем обретается сила простоты. Сложные интеллектуальные проблемы разрешаются за счет примирения противоположностей. Этот символ встречает пациента не для того, чтобы удержать его: он открывает свои двери, чтобы помочь вернуться к здравому смыслу, к справедливому выбору. Будучи местом медитации, пронизанным таинством психического преобразования, маленький домик является одним из любимых пристанищ мудрого старца^♣.

Домовые, карлики, гномы или Маленькие человечки

Откуда берутся эти странные создания, которые как бы несут на себе груз всего времени^♣ и одновременно сохраняют вечную[128] молодость? Эта молодость придает им беспечность, способность жить независимо от случайных обстоятельств, атакующих жизнь сновидящего. В сновидениях домовые, карлики, гномы с их веселыми занятиями, их непоседливостью, их радостными хороводами почти всегда ведут себя как некая помогающая сила. Если в легендах время от времени можно встретить недоброжелательных гномов, то сновидения почти во всех обстоятельствах оставляют за ними роль позитивной энергии^♣.

В плане изучения сновидений, в которых действуют маленькие человечки, нам представляется интересным определить пять основных направлений интерпретации:

– направление, предлагающее домовых и карликов в качестве подсознательных, в подавляющем большинстве случаев позитивных, сил;

– направление, которое видит в домовом замещающий образ кого-то умершего;

– направление, признающее за этими маленькими созданиями роль простого динамического показателя: показателя уменьшения размера;

– направление, рассматривающее карлика или домового в качестве фаллического[129] символа, часто связанного с комплексом кастрации;

– и наконец, направление, для которого фигура гнома является выражением дисгармонии психики, порожденной невротическими механизмами.

Совершенно очевидно, что эти пять направлений могут смешиваться между собой в различных пропорциях, создавая богатый набор возможных комбинаций. Следует также напомнить, что слово гном происходит от греческого Γνώση, означающего знание!

Домовые и карлики в сновидениях представляют человеческое наследие многомиллионной давности, записанное в нейронных структурах, опыт, накопленный многими поколениями с самых далеких времен. Эти маленькие человечки – вымышленные персонажи, изображения – следы генеалогической истории и предыстории^♣. Гномы принадлежат земле. Они происходят из мира корней, находятся в их наиболее глубоких и древних ответвлениях. Этим объясняется их вневременная природа и их внешность старичков вне возраста. Таким образом, карлик, домовой, маленький человечек из сновидений в подавляющем большинстве случаев представляют неосознанное знание, переданное предками и принимающее форму этих веселых и шаловливых созданий, готовых прийти на помощь. Неся в себе опыт всех времен, они увлекают за собой сновидящего туда, где он недосягаем для незначительных превратностей повседневной жизни. И пусть сновидящий без колебаний присоединяется к их хороводу[130] или к беззаботному танцу домовых: он обретет в них путь к спокойствию[131] и безмятежности.

Доспехи

Если в сновидении появляются доспехи, терапевт, не боясь ошибиться, должен ориентировать свою интерпретацию помня о двух простых правилах. Анализ будет различен в зависимости от того, является ли пациент мужчиной или женщиной^♣. Следует также принять во внимание, видит ли пациент себя самого в доспехах, или же доспехи принадлежат некоему внешнему по отношению к пациенту существу и представляют некую угрозу.

Доспехи и сопутствующие им средневековые ассоциации должны обратить внимание терапевта на последствия, оставленные кризисом подросткового возраста. Предназначенная для защиты, эта металлическая[132] кожа изолирует живое существо, лишая его всякой гибкости, чувственного контакта с миром. Можно ли представить себе более забавную сцену, чем попытка чувственного контакта между двумя персонажами, одетыми в доспехи? Человек, одетый в доспехи, всегда выдает чувство бессилия, относящееся ко всякой его активности, будь то сексуальная жизнь или общение. Моделью для него является Железная маска^♣. Женщина, одетая в доспехи, выдает свой отказ от женственности, а точнее, свою неспособность установить удовлетворительные отношения с мужчиной. Она идентифицируется с Жанной Д’Арк, мечтая об обете остаться девственницей^♣, надеясь быть принятой за рыцаря. Если же сновидящая должна встретиться лицом к лицу с воином, одетым в доспехи, то эта встреча всегда служит выражением страха^♣ перед насилием^♣ и мужской агрессивностью. Доспехи обычно появляются на очень ранних этапах психического изменения. Они одновременно говорят о той психологической тюрьме, в которой сновидящий или сновидящая, по их ощущениям, находились, и об освобождении из этой тюрьмы как следствии начала процесса осознания своих проблем.

Драгоценные камни

В зависимости от того, каким образом сновидящий смотрит на сокровища, можно понять, пребывает он в состоянии растерянности или же удовлетворенности. В случае страстного желания обладать сокровищем проявляется стремление к богатству и необузданное желание власти. Это желание свойственно воображению сковывающему. Найденное сокровище указывает на обретение внутреннего света^♣ и является и фактором и свидетельством психической самореализации. Оно участвует в воображении трансформирующем. Страстно желаемое сокровище делает психику бесплодной, найденное сокровище ее оплодотворяет. Для спонтанного воображения драгоценные камни состоят из воды^♣, из света^♣ и многоцветья[133]. Фантазии о драгоценных камнях нельзя спутать с фантазиями о прозрачном хрустале. Хрусталь^♣ – это некая структура, материя, прозрачность^♣. Драгоценные камни делают зримой светоизлучающую сущность внутренней тайны.

Иногда всего один драгоценный камень концентрирует в себе безграничную ценность сокровища. Он становится неким талисманом, сила которого вмещает силу всех драгоценных камней. Однако интерпретация символа в подобной ситуации будет неполной, если мы не примем во внимание конкретную окраску данного камня. В подавляющем большинстве сновидений ценность драгоценных камней увеличивается вместе с их числом. Сценарии сновидений, в которых пациент достигает сокровища, могут быть поделены на две группы:

– те, в которых видимые образы означают, что сновидящий достиг центра^♣ самого себя, того неопределенного места, где обнаруживается эта сложная целостность;

– те, в которых воображение помещает сновидящего перед сокровищем, чтобы он мог осознать тщетность своего страстного желания богатства, чтобы он отказался от него и этим отречением возвысил себя.

Драгоценные камни символизируют ослепляющую множественность выражения целостности. Человеческий разум мог бы быть уничтожен неограниченностью разнообразных возможностей, содержащихся в ослепляющем белом^♣ свете. Разум нуждается в ориентирах, в ограничивающем количестве, в последовательности. Виденье драгоценных камней, следовательно, не может длиться дольше, чем вспышка молнии^♣, – этой световой трещины, достаточной, чтобы показать неограниченный потенциал. Чаще всего появление данного символа способствует переходу от ценностных значений обладания к ценностным значениям бытия и сопровождает этот переход.

Дракон

Образ дракона является результатом странной инверсии процесса воображения. Эта инверсия состоит в том, что сновидение вместо того, чтобы использовать готовое изображение для выражения того или иного значения, создает некий собирательный образ, противоестественный и неопределенный, предназначенный играть роль чистого фантазма. Внимательное изучение онейроидной продукции быстро убеждает нас в том, что сновидение с драконом создается на основе архетипичной матрицы, обуславливающей неточность образа. Даже если мы объединим всю информацию, полученную на основе многочисленных сновидений, словесный портрет дракона останется мутным, ибо такова его природа! Не является ли многообразие проекций подлинным назначением неопределенного образа? Не служит ли дракон в многоплановой игре психологических репрезентаций некоего рода джокером, способным заменить собой любую другую фигуру?

Многочисленные авторы рассматривают дракона как препятствие, которое подросток должен преодолеть, чтобы достигнуть сексуальной автономии. Убийство чудища, таким образом, выступает как некое ритуальное испытание для достижения зрелости. Для других исследователей дракон символизирует тревогу, возникающую при вытеснении инцестуозных желаний. Будучи проявлением темных, скрытых, подземных сил[134], этот образ также может нести в себе значение грозной, пожирающей, кастрирующей матери^♣ и смерти.

Дракон активно участвует в сновидении, он – провокатор. Он стремится быть главным актером в драме, разыгрываемой воображением. Он настолько включен в действие, что позволяет думать, будто сам является изображением вытесненного содержания! Содержания, которое с трудом скрывает желание быть разоблаченным! Выражая многочисленные страхи^♣, активированные и зафиксированные в период страданий подросткового кризиса, дракон в сновидении подобен устрашающей шкуре, в которую прячется чисто фантазматическое содержание психики, или уродливой маске, скрывающей разного рода нелепости и жаждущей, чтобы ее сорвали. Ошибка здесь недопустима: если причиной страдания может быть фантазм, то есть нечто, не опирающееся ни на какую реальную основу, то душевная боль является, безусловно, реальной. И она может быть непереносимой. Существуют химеры, которые мешают счастью гораздо эффективнее, чем конкретные препятствия. Появляясь на онейроидной сцене, дракон становится сигналом возможной победы и фактором, стимулирующим осознание.

Другая сторона

Является ли другая сторона образом? Действием? Как ответить на этот вопрос? Другая сторона по самой своей природе есть некое местоположение. Но это местоположение должно быть где-то в другом месте. Оно так естественно вписывается в динамику преодоления порога, что о нем имеет смысл говорить лишь в контексте движения. Сновидящий, который в сне наяву видит другую сторону вещей, уже не может отказаться от свободы! Он уже неудержимо вовлечен в познание другой стороны того, кем он является, – стороны, которую раньше он не осмеливался видеть. Следует сразу отметить: другая сторона, естественно дополняющая глагол переходить, является ключевым выражением в словаре образов. Само по себе оно уже выражает всю силу изменения, которое вызывается сновидением. Оно резюмирует и объясняет это изменение. «Чтобы быть тем, кто мы есть, надо стать тем, кем мы еще не были!» Это высказывание Артура Янова[135], которым я начинаю одну из глав моей книги «Видеть сны и родиться заново»[136], выражает всю силу[137] процесса саморазвития, который требует примирения противоположностей. В этой главе я показал, что, согласно физиологическому закону, всякая связь, устанавливаемая с частицей того, что принято называть бессознательным, обязательно влечет за собой признание некоей ценности, противоположной той, которую до этого момента признавало сознание. Быть – значит стать, а стать – значит повзрослеть и признать новую правду по отношению к той, что была установлена защитными механизмами сознания. Сновидения, где сцены преодоления порога подтверждены наличием другой стороны, изобилуют выражениями типа противоположное значение, обратное значение, перевернутое изображение.

В моей теории преодоления порога сознания выражение другая сторона свидетельствует об интенсивности психического изменения, а также о необратимости приобретенного опыта. Оно неотделимо от процесса преодоления порога. По самой своей природе оно играет роль проводника и участвует в примирении противоположностей. Едва названная или увиденная, другая сторона тотчас подталкивает сновидящего к встрече с тем, кто он есть и кем он не решался быть. Когда сновидящий достигает другого берега реки, другой стороны озера^♣, другой стороны какого-либо порога, он получает доступ к новым ценностям, всегда неожиданным. И пусть терапевт радуется этим достижениям – они структурно необратимы.

Другой мир

Если существует место, не поддающееся никакому определению, то это именно другой мир! Если есть словосочетания, которых стоит бояться^♣, то именно это стоит на одном из первых мест. Упоминание о другом мире вызывает к жизни глубинную метафизическую тревогу, которая присутствует в каждой душе хотя бы в латентной форме. Когда данное словосочетание появляется в сновидении, то ему следует уделить особое внимание. Чтобы понять подлинное значение данного образа, его надо освободить от всей отягощающей его амбивалентности. Словосочетание другой мир производит на нас сильное впечатление, ибо оно напоминает выражение мир по ту сторону живого. Однако изучение содержания сновидений показывает, что воображение, наоборот, превращает это словосочетание в один из наиболее действенных активаторов жизни. В лексике образов другой мир является словосочетанием, относящимся к символике прохождения, преодоления порога. Оно является эквивалентом, практически синонимом словосочетания другая сторона^♣. Исследования сновидений заставляют нас рассматривать его не как оборотную сторону жизни, а как мир по ту сторону сознания.

Таким образом, проникнуть в другой мир, отдаться силе, втягивающей пациента в черную^♣ дыру пространства, – все это онейроидные установки, указывающие, что сновидящий или сновидящая отдались желанию сбросить привычные им маски. Они предвещают поражение искусно созданных систем психологической защиты Я. Доступ к вытесненным или раннее неосознаваемым ценностям и осуществление новых связей между сознанием и бессознательным предполагает открытие нового знания о себе самом. Так же, как и словосочетание «другая сторона», «другой мир» является прямым дополнением к глаголу «преодолевать». По другую сторону порога находятся ценности, противоположные тем, которые были одобрены сознанием. Оба словосочетания должны обратить наше внимание на динамику примирения противоположностей. Оба словосочетания указывают на продвижение в сторону большей естественности[138]. На пороге другого мира человек ощущает себя устремленным в будущее с необъятными горизонтами, устремленным в пространство^♣, где каждое качество усилено своей противоположностью.

Дуб

Разве осталось что-то еще не сказанное по поводу этого владыки растительного мира? Являясь священным деревом^♣ во многих странах, дуб как будто всегда готов осенить своей величественной кроной какую-нибудь церемонию друидов[139]. Думая о дубе, мы всегда полагаем, что ему несколько сотен лет. Нам хотелось бы, чтобы это дерево было вечным. Однако в сновидении дуб находится в иных взаимоотношениях с временем^♣. Именно на этом основана главная линия интерпретации данного символа.

Дуб, безусловно, является наиболее типичным образным представлением о дереве вообще. Он представляет растительную мощь в своем двойном величии: крона вверху и корни под землей^♣. Он выступает в качестве жизненного порыва, берущего свою энергию у неба^♣ и у земли. Сила[140] – вот наиболее распространенная и, пожалуй, единственная интерпретация, которую предлагают авторы, изучающие значение этого символа в различных культурах. О какой силе идет речь? В данном случае следует вспомнить общую символику дерева и то, что оно одновременно символизирует рост и постоянство. Первая очевидная стадия живого – растительного мира – это, прежде всего, проявления роста. Следовательно, ограничить интерпретацию словом сила – значит помешать более глубокому пониманию данного символа. Необходимо изучение многочисленных сновидений для того, чтобы убедиться: интерпретация воображаемого дуба связана с жизненной силой. В таком контексте сила в ассоциации с деревом обнаруживает всю полноту своего значения.

В самых глубинных слоях воображения дуб, прежде всего, является генеалогическим деревом! Все признаки подтверждают эту особенность символа. Ни одно другое дерево не обладает формой, способной лучше дуба отразить разветвленность семейной структуры… Сила дуба – это сила жизни. Старшая ветвь, младшая ветвь, мертвая ветвь – все эти образы легко ассоциируются с различными коленами родословной. Многочисленны сновидения, в которых дуб ассоциируется с разрывом жизненной цепи. Сну незнакомы ни мертвая пальма^♣, ни высохшая ель^♣! Мертвое, пустое, изломанное дерево – это почти всегда дуб. Сломанный ствол или обломанная ветвь также принадлежат дубу. «Дубы, поверженные наземь» Мальро и выкорчеванный гигант Лафонтена – эти прославленные литературные образы – также связаны с понятием разрыва. Но, размышляя о дубе, психотерапевт должен всегда предполагать, что-то важное, скрытое в данном сценарии сновидения и связанное с предками пациента или с его желанием иметь потомство. Может быть, стоит задать вопрос о препятствиях, которые способны помешать осуществлению этого желания. Эти препятствия могут быть самого разного происхождения: физиологические проблемы, отсутствие партнера или наличие психологического запрета, вызванного ранним исчезновением близкого родственника. Ветер, играющий в кроне дуба, всегда может подсказать верное направление анализа.

Дым или Пар

Распространяющийся в сновидении дым не безвреден. Общепринятое выражение «исчезло, как дым» выражает идею непригодности, ничтожности, превращения в ничто. Этот дым является чистым продуктом ментальности, зависящей от материальных ориентиров, на основании которых она себя построила. Динамика воображения придает дыму гораздо более благородную функцию, видя в нем не только естественную связь с огнем^♣, но и противоположную этому мужскому элементу аниму. В словаре образов дым не относится к царству пламени, он является одной из фаз цикла воды^♣.

Огонь разрушает внешнюю структуру тел, которые пожирает, но он бессилен разрушить то, что относится к миру влаги^♣. Дым, который выделяет сгоревшее дерево^♣, олицетворяет платоническое видение души, освобожденной от тюремного заточения в теле^♣. Философская мысль в качестве своей пищи может выбирать идеи Эпикура, Спинозы, Маркса или Платона. Сон же питается образами, которые не оставляют ему права выбора. Испарение воды под действием тепла^♣ подсказывает ему дуалистическое видение материального мира с вкраплениями частиц универсальной души.

Сон предлагает связанные с дымом образы паровоза, камина[141] в маленьком домике^♣, дыма костра. Во всех сновидениях с дымом и для всех сновидящих он символизирует, прежде всего, нематериальную и неумирающую энергию^♣ женского происхождения, дающую жизнь. В статье, описывающей волосы^♣, мы говорим о связи этого символа с анимой. Волосы и дым связаны между собой, и в достаточно большом количестве сновидений можно наблюдать смешение этих образов.

Дымоход или Камин

Мы не будем оспаривать способность дымохода символизировать проход[142], связывающий землю^♣ и небо^♣, проход, открытый как в направлении спуска, так и в направлении восхождения. Но мы также не будем поощрять интерпретатора сновидений строить анализ данного символа в соответствии с этим значением. В подавляющем числе случаев это привело бы к игнорированию наиболее существенного смысла в пользу наиболее очевидного.

Дымоход (или камин) в сновидении – это, прежде всего, некое внутреннее пространство. Он символизирует интимные ценности. В качестве таковых он предлагает комфорт убежища или же отражает фантазм находящейся под угрозой интимности. Символическое значение данного символа почти всегда строится по этим двум направлениям. В качестве убежища камин появляется в хижине или в маленьком домике^♣, становясь его помощником в процессе восстановления энергии. Он становится центром, источником тепла^♣, местом временного приюта, в котором сновидящий восстанавливает энергию^♣ и спокойствие, необходимые чтобы продолжать путь его инициации. Дымоход или камин также может служить целям фантазма проникновения. В таком случае данный образ выдает сопротивление риску (или желанию) проникновения (пенетрации). Будучи вызванным чувством кастрации, это сексуально ориентированное значение символа чаще всего относится к онейроидной продукции женщин.

Мы полностью поймем символическое значение полости камина (его очага), установив его связь в воображении с раковиной^♣[143]. Раковина – это спокойное убежище, обладающее свойством восстанавливать энергию. Она может также превратиться в место, где энергия^♣, накопленная в период отступления, сгорает.

Дьявол

Что касается внешности, то дьявол в сновидениях не обнаруживает ничего оригинального по сравнению с его широко известным портретом, созданным средневековым христианским воображением. Повелитель тьмы, он скрывается в тени неопределенности. Он окутывает себя туманом^♣, тенью^♣, дымом^♣, в которые заворачивается, как в огромный плащ^♣. Воображение смело приписывает ему все традиционные атрибуты: козью бородку, рога^♣, копыта осла^♣ или лошади^♣, трезубец.

По утверждению К. Г. Юнга, божественный архетип оказывается, таким образом, расщепленным на две^♣ части. Дьявол, падший ангел^♣, – это лжец, обманщик, клеветник, доносчик, это Зло. Все добро исходит от Бога, и человек, спустившийся на землю^♣ под влиянием демона, несет с собой первородный грех. Эта идея, которая представляет дьявола в виде теневой^♣ стороны божественности, поразительно проявляется в некоторых творениях воображения. Рассматривая содержание сновидений, в которых появляется дьявол, невозможно не думать, что он использует все свое лукавство для разоблачения раскола божественного архетипа, который отделил его от Бога, от света^♣. Онейроидный знак, который характеризует дьявола, – это, безусловно, двойственность[144]. Наблюдаемые вокруг демонического персонажа корреляции отчетливо выражают раскол.

Если мы признаем способность образа дьявола символизировать теневую сторону божественного архетипа и динамику раскола, то нам остается задать вопрос о смысле его атрибутов. Онейроидный дьявол всегда имеет небольшую козлиную бородку. В плане сказанного ее можно рассматривать как смехотворный аппендикс, своего рода эрзац почтенной бороды^♣, который характеризует дьявола как носителя искаженного смысла. Мудрый старец^♣ всегда является вдохновителем правды. Лживый дьявол по своей природе поощряет противоположное содержание. Этот образ является разоблачителем противоположной силы[145], которая противостоит правильным жизненным ориентациям сновидящего. В противоположность гармонизирующей функции мудрого старца, который призывает к примирению противоположностей, в случае дьявола речь идет об искушении, противостоящем потребности самовыражения личности сновидящего. Онейроидный дьявол в этом смысле сродни дракону^♣, с которым надо вступить в бой и победить, чтобы выразить свое Я. Он всегда выражает волю к контролю психического самовыражения. Сновидящий без всякого труда узнает персонаж, который не скрывает ни своих рогов^♣, ни своего хвоста^♣, ни своих лошадиных копыт. Единственная задача, которую ставит перед ним пагубная аллегория, состоит в осознании важного противоречия, которое находится в центре его психологической проблематики.

Египет

Каждый момент на земле Египта возвращает к жизни времена мудрецов на заре цивилизации фараонов^♣. Мог ли Менес[146], объединяя под двумя – красной^♣ и белой^♣ – коронами^♣ северные и южные провинции Египта, вообразить, что эта инициатива вызовет резонанс в подсознании людей, который будет продолжать звучать спустя пятьдесят или шестьдесят столетий? Египет в сновидении говорит о времени^♣, о вечности^♣. Страна Египет – это исполинское изображение противоречия, стоящего испокон веков перед человеческим сознанием, – противоречия, связанного с долговечностью! Древний Египет свидетельствует о беспредельной вере в вечность жизни^♣ и в то же время о безмерном стремлении укрепиться в ускользающем настоящем. Возможно, что именно Египет и связанные с ним символы наиболее полно выявляют трудность достижения равновесия^♣ между устремлениями материальными и духовными, между земным предназначением, подчиняющимся эфемерным законам, и предназначением вечным, предполагающим жертвование собой!

Когда ноги сновидящего касаются песка^♣ Египта, когда его взор останавливается на образах этой земли^♣, можно, как правило, предположить, что терапевтическая фаза аналитической части терапии в основном выполнена. Психологическая проблематика пациента, освобожденная от своих классических (по Фрейду) аспектов, позволяет расширить сознание, что способствует достижению метафизической безмятежности. Я, отныне более уверенное в себе, ослабляет свою защиту, становясь доступным для нового содержания бессознательного. Египет в сновидении появляется подобно пространственному и временному центру^♣, в котором гармонично соединяются приверженность к миру и к вечности. Этот процесс прогрессивной самореализации Я стремится объединить то, что находилось в конфликте, и разрешить наиболее важные психологические противоречия.

Египет подобен тайне целого, которое невозможно свести к равенству отдельных частей. Он обладает столь сильным положительным притяжением, что способен вырвать пациента из когтей иллюзорных обоснований системы психологической защиты. Он увлекает его на путь восстановления энергии^♣, на путь психического возрождения. Когда сновидение предлагает образы, связанные с Египтом, оно устанавливает тем самым связь с источником^♣ жизни.

Ель

Анализируя образ ели, нам пришлось на 50 % увеличить обычное число анализируемых сновидений, чтобы рассеять некую мрачную тайну, окружающую этот символ. Определение мрачный, кстати, вместе со словом черный^♣ – одно из тех, что чаще всего встречаются в онейроидном окружении ели.

Если дерево^♣ является символом восходящей психики, живым образом восходящей вертикали, то ель – это воплощенное понятие вертикальности. Сновидящий, с легкостью включающийся в динамику воображения, без труда представляет себе бесконечную^♣ ель, чья верхушка постоянно растет вверх. Мрачный аспект символа – его негибкий ствол, а также окружающий его холод^♣, глина^♣, в которой часто увязает сновидящий, забредший в еловый лес, – все это признаки невротической ситуации, связанной с ухудшением отношения к материнскому^♣ образу. Ель, которая тянется к небу^♣, отдаляет мысль от ее корней. Подобные образы, вовсе не свидетельствуя о духовных устремлениях, могут указывать на отказ от признания наличия страдания, порожденного противоречивым отношением к материнским корням. Когда ель появляется в сновидении, следует подозревать глубокую неудовлетворенность сновидящего его отношением к образу матери. Интеллектуальные аргументы, отрицающие страдание, лишь питают чувство вины, проистекающее из подобной ситуации. Признаки духовной возвышенности (даже если они указывают на искренние устремления), чаще всего являются лишь маской, скрывающей ошибочное суждение. Слишком высокая верхушка выдает страх обнаружить состояние корней, страх признать потребность жить, оставаясь в контакте с матерью-землей^♣.

Железо

Символический подход к металлам должен абстрагироваться от подхода научного. Онейроидная значимость металла не зависит от его массы, электропроводимости, атомной структуры. Сон свободен в своем полете! В качестве одного из самых важных образов металлов выступает железо. Когда сновидящий произносит слово металлический без каких-либо уточнений, то слушающий может смело обозначать это словом железный: он будет прав в девяти случаях их десяти! Общим исходным всех сновидений, где появляется металл, является железо.

В языке символов слово железо означает враждебный. Железо является корнем совокупности образов враждебности. Оно является конденсированным выражением враждебности жестокой, расчетливой, оскорбительной, замкнувшейся в себе, демонической[147]. В его природе – разъединять. Металлические образы включают широкую гамму устрашающих намерений и защитных ограждающих действий. Более чем 25 % онейроидных проявлений символа связано с решеткой^♣ или металлической сеткой^♣. Часто железо появляется в сновидении в виде доспехов или брони^♣. Существует ли более выразительный образ защитного ограждения? Броня защищает и одновременно изолирует. Это одна из самых тесных, добровольно выбранных тюремных камер[148], отделяющих от внешнего мира. Малой формой брони является железная маска. Важная глубокая диалектическая связь обнаруживается между железом и кровью^♣. Железо и кровь – это заточение и свободное течение, это холод^♣ и тепло^♣, это неподвижность и живость, это жесткая структура и пластичность[149]. Воображение противопоставляет железу трех противников, способных его победить: кровь, воду^♣ и женщину^♣. Лишь эти трое победят холодное^♣, жесткое, нечувствительное железо. Кровь, вода и женщина – три воплощения анимы! С их помощью сон подчеркивает, что природа железа – это анимус. Анимус – зародыш организующей мысли, действующая сила развития сознания, источник господства рассудка, а также стимулятор ложных оправданий, извращенный архитектор интеллектуальных лабиринтов, упрямый свидетель в пользу психологической защиты!

Объективность заставляет нас предположить, что все вышесказанное касается лишь психики с доминирующей женской составляющей. Агрессивность железа, его способность к сопротивлению являются естественными положительными качествами вирильной психики с доминирующим влиянием анимуса. Можно предположить, что подобная личность в меньшей степени испытывает потребность в психотерапии, основанной на анализе сновидений.

Желтый цвет

Какой оттенок желтого палитра воображения предлагает сновидящему? Идет ли речь о золотистом желтом? О желтом чистом и ярком? Имеет ли он в виду кисловатый оттенок желтого лимонного? Или же бледно-желтый оттенок туники Иуды на витражах^♣? Традиционные интерпретации имеют тенденцию концентрировать внимание на желтом цвете золота^♣, родственном цвету солнца, меда, зрелой пшеницы^♣, оставляя несколько упоминаний о бледно-желтом, представляющем негативный аспект этого цвета. Сновидящий, увлеченный своим воображением, редко уточняет оттенок желтого цвета, который он видит. Чтобы его определить, следует изучить настроение сценария сновидения и ассоциации, окружающие данный цвет.

Булимия и ее противоположность – анорексия – в большом количестве ситуаций связаны с чувством фрустрации, вызванным материнской любовью^♣. Речь не обязательно идет об обоснованном чувстве, вызванном отношением матери^♣ или конкретными обстоятельствами, но иногда о некоем ощущении, возникшем из-за особой чувствительности ребенка^♣. Желтый цвет указывает на любовные раны, но он несет в себе способность их излечить, так как он сам – любовь. Это не та страстная любовь, которая порождает неудержимое влечение одного человека к другому, а некая симпатия, которая связывает каждого человека с другими людьми, с жизнью^♣, с миром и которая вдохновлена чувством принадлежности к всеобщему божественному. В этом смысле сновидения напоминают наиболее древние традиции, видящие в желтом цвете проявление божественной^♣ любви. Даже если он не похож на пшеницу, золото или мед, чистый желтый ведет к Любви, чистый желтый лечит, чистый желтый придает силы[150].

Нам не приходилось встречать в сновидениях примеров бледно-желтого цвета, которые могли бы подтвердить его классическую интерпретацию как цвета предательства. Разговорная речь, питаемая давними традициями, продолжает поддерживать подобную интерпретацию желтого. Однако если доверять сновидениям, то поверить в такое объяснение трудно. В сновидении желтый цвет в первую очередь является индикатором восстановления положительного отношения к материнскому образу: это образ порождающей жизнь природы^♣, это любовное отношение между каждым живым существом и миром, между индивидуумом и общностью. Между желтым лимонным и желтым золотистым существует множество нюансов, но все они являются нотами одной гаммы, служащей воспроизведению многочисленных вариаций одной и той же темы.

Жемчужина

Авторы немногих текстов, в которых рассматривается символика жемчуга, едины в интерпретации этого образа как изображения воды^♣, женщины^♣ и плодовитости. Содержание соответствующих сновидений подтверждает это направление анализа. Оно, однако, также заставляет нас признать, что подобное объяснение не выходит за рамки очевидности! В сновидениях, как и в литературных произведениях, часто встречаются образы, выявляющие близость природы^♣ жемчужин и воды. Для воображения капельки росы – эти сияющие слезы зари – подобны упавшим с неба^♣ жемчужинам. Этого вполне достаточно, чтобы рассматривать жемчуг как один из самых прекрасных символов анимы. Жемчужина рождается из зерна, случайно или умышленно помещенного внутрь раковины. Она развивается, защищенная утробой раковины^♣, в морской^♣ воде, которая ее питает. Можно быстро пройти путь, соединяющий это описание с тем, которое соответствует превращению зародыша в готового к появлению на свет ребенка^♣! В данных обстоятельствах бессознательное более проницательно, чем разум. Оно создает свои образы на основе изначального момента, которым рациональное мышление странным образом пренебрегает. Крупица песка, проникнув в лоно раковины, раздражает мышечную массу моллюска. Моллюск реагирует, обволакивая этот посторонний элемент последовательными слоями перламутра, что приводит к увеличению размеров жемчужины. Таким образом, раковина-мать^♣ создает жемчужину-ребенка не ради него самого, а чтобы защитить себя от чужеродного тела. Это простое наблюдение вызывает радикальное опрокидывание перспективы подхода к символу. Может быть, жемчужина – этот драгоценный маленький шарик^♣ – выражает вовсе не самодовольное самосозерцание, а потребность быть увиденной? Может быть, она была свидетелем материнского неприятия плода в течение первых дней после зачатия? Может быть, жемчужина отражает воспоминание о негативных сигналах, которые подавало потревоженное тело^♣ матери? Возможно ли, что сердце^♣ перламутрового шарика^♣ содержит в себе это первичное страдание? Страдание, возможно, идеализированное, безусловно, сублимированное, резонирует в течение каждого этапа развития ребенка, когда отношение к материнскому образу подвергается изменениям.

Встречаясь с жемчужиной, интерпретатор сновидения должен помнить, что наблюдает образ женской сущности, связанный с символикой воды, женщины и анимы. Его анализ будет точнее, если он посмотрит на жемчужину через призму отношения к образу матери. Чаще всего за этим образом скрывается выражение изначального страдания, скрытого в самых глубинных слоях памяти, или же беспокойство, порожденное чувством вины в рамках комплекса Эдипа. В большом количестве ситуаций эти два аспекта психологической проблематики пациента проявляются, взаимодействуя между собой.

Женщина

«Женщина – это будущее мужчины^♣»[151]. Это высказывание, которое может нравиться нам своей поэтичностью и пророческим содержанием, во многом несправедливо и ограниченно. Эта формула грешит неблагодарностью. Женщина является будущим мужчины, ибо она – его прошлое, его настоящее и его постоянное развитие. Она – его будущее за счет своей вечности. Женственность есть первооснова. Основа, которая всегда присутствует. Она – душа мира, животворная вода^♣, текущая в источнике^♣, ручье^♣, реке^♣, море^♣, дожде^♣, она – образ цикличности жизни^♣. Женственность составляет сущность жизни. Мужественность – это принцип организации. Женское – это природа^♣, мужское – это структура.

Если мы углубимся в наблюдение сновидений, в которых произносится слово женщина, то увидим, что это происходит в каждом четвертом сновидении, и в три раза чаще в производных мужского воображения, чем женского. Когда слово женщина употребляется для обозначения конкретного персонажа из окружения сновидящего или сновидящей, то терапевт легко сможет получить информацию для правильной ориентации интерпретации сновидения. Однако в 80 % ситуаций терапевт столкнется с загадкой незнакомки, неизвестной, чье лицо часто скрыто покрывалом^♣.

Если речь идет о сновидении мужчины, то можно, не боясь ошибки, спокойно предполагать, что этот образ воплощает женскую составляющую сновидящего. Эпизод с образом женщины может быть важным элементом процесса интеграции анимы. Образ анимы, чаще всего привлекательный, соблазняет, чтобы быть принятым. Его мрачная сторона, его разрушительная изнанка иногда вызывает и альтернативное видение – обворожительное и отталкивающее. В женских сценариях сновидений незнакомка может быть простым замещающим образом, помогающим сновидящей разрешить себе некую онейроидную авантюру, которую она не вынесла бы, оставаясь собой. В других случаях анима незнакомки может быть легко обнаружена при помощи ее окружения: воды^♣, волос^♣, покрывала, бестелесности, звезды^♣, черепахи^♣. Терапевту следует в первую очередь рассмотреть гипотезу восстановления женской составляющей пациентки. Ему следует предпринять как можно более углубленный анализ сновидения, так как с большой вероятностью он сможет обнаружить в проблематике пациентки присутствие фрустрации, связанной с материнством.

Женский половой орган (матка или влагалище)

В реальности сексуальный^♣ акт обычно сопровождается интенсивным чувственным наслаждением. Воображение, согласно тому, что мы видим в сновидениях наяву, лишь крайне редко нуждается в сценах успешного совокупления. В отличие от того, что происходит в ночных сновидениях, где сексуальный акт чаще всего носит компенсирующий характер, в сценариях сновидений наяву он выражает принцип объединения. Его описание сдержанно, тон повествования крайне чувствительный, и плотский компонент крайне размыт. Пенис[152] в сновидении редко выступает в качестве средства получения удовольствия. Подобным же образом лишь в исключительных случаях упоминание влагалища в сновидении является свидетельством эротического наслаждения.

Изучение соответствующих сновидений показывает, что эротический характер данных образов в психологическом плане является вторичным. Вагинальные образы всегда отчасти связаны с телом^♣ матери^♣. В сновидении женский половой орган вызывает различные ассоциации, иногда сильно отдаленные одни от других, в центре^♣ которых, однако, всегда можно обнаружить отпечаток материнского присутствия: желание снова оказаться в первичной ячейке, потребность устранить последствия родовой травмы, отражение страха^♣ кастрации, вызванного образом ненасытного влагалища.

Когда терапевт встречается с выражением женский половой орган или с бесспорно вагинальными символами, он должен помнить, что воображение редко использует эти образы для выражения сексуального удовольствия, подобного компенсациям ночных сновидений. Влагалище в сновидениях наяву, прежде всего, не орган, а местоположение. Место, чтобы заново родиться, чаще всего встречающееся в сновидениях женщин^♣. Посредством упоминания влагалища сновидящие почти всегда выражают свое отношение к материнскому животу^♣ (иногда – чтобы освободиться от родовой травмы[153]). Значительно чаще этот образ служит выражением символики психологического возрождения^♣. Между тем по мере накопления опыта интерпретатор сновидения сможет убедиться, что в онейроидном процессе этот символ сочетается с сексуальными расстройствами, причиной которых является чувство или страх кастрации.

Живот

В воображении живот, давая пищу самым разнородным метафорам, всегда сохраняет свою сущность. Он остается местом, Местом происхождения, потерянным и желанным. Иногда сновидение помещает живот внутрь идеализированной картинки, превращая его тем самым в некое священное место, некий храм^♣ деторождения. Однако в большинстве сценариев сновидений остается явно доминирующим нутряной характер живота. Сновидящий может заново пережить появление на свет из утробы матери^♣ в форме спуска^♣ в чрево земли^♣; подземные галереи[154], гибкие трубы, пещера[155] с красноватыми^♣ влажными и теплыми стенами напомнят о плоти и крови^♣. Живот – это место вынашивания, преобразования, прохождения. Сразу чувствуется амбивалентность, которой пропитаны эти слова, когда они применяются к функциям брюшной полости. Ничто не мешает сновидению прибегать к помощи банального сравнения процессов удержания или изгнания плода^♣ с запором или поносом.

Наблюдая соответствующие сновидения, терапевт редко встретит незначащее упоминание данного символа. В языке образов живот – это весомое слово, имеющее глубокие корни и несущее в себе тяжелый[156] смысл. В случае сновидящего-мужчины, этот образ в значительном количестве ситуаций будет иметь сексуально ориентированную интерпретацию. Речь идет не столько об эротических фантазмах, сколько о базовом отношении к сексуальным женским органам, выражающемся в формах, противоположных ласке,