Автор-составитель Инок Никодим
ISBN 978-5-0056-6805-9 (т. 28)
ISBN 978-5-0055-9992-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ТЕРПЕНИЕ ДУШИ
Терпение есть трудолюбие души, (желание преутруждать душу), где же есть такое трудолюбие, там изгнано сластолюбие. Блаженный авва Фалассий
Святой Антоний Великий
Терпение нужно потому, что искушения для нас нужны…
Никто без искушений не может войти в Царствие Небесное, не будь искушений, никто бы и не спасся. Что бы ты ни делал, делай то с терпением, и Бог поможет тебе во всех делах твоих и во всем, что ни случится с тобою.
Преподобный Ефрем Сирин
Всякая душа да сохраняет мужественное терпение
Всякая душа, желающая благоугодить Богу, прежде всего, да сохраняет мужественное терпение и упование, в таком случае, возможет она противостать всякому восстанию лукавого и скорби.
Блаженный авва Фалассий
Терпение есть трудолюбие души, (желание преутруждать душу); где же есть такое трудолюбие, там изгнано сластолюбие.
Преподобный Петр Дамаскин
Терпение – камень, стоящий против ветров и волн житейских
Терпение есть как бы камень, неподвижно стоящий против ветров и волн житейских, и достигший его не изнемогает при наводнении и не возвращается назад, но и находя покой и радость, не увлекается самомнением, а всегда пребывает одинаковым и в благоденствии, и в злополучии, потому он и пребывает невредимым от сетей врага. Когда встретит бурю, терпит с радостию, ожидая конца, когда и тихая погода бывает, ожидает искушения до последнего издыхания, по слову великого Антония. Такой познает, что в этой жизни отнюдь ничего нет неизмененного, но все проходит, потому он и нимало не заботится о чем-либо земном, но предоставляет все Богу, ибо Он печется о нас.
Тот же, кто желает наследовать Царство Небесное и не терпит постигающих его скорбей, оказывается еще более неразумным, чем непослушное дитя. Ибо он создан по благодати, получил все существующее и надеется на будущее, вечное соцарствование Христу, удостоившему его, ничего незначащего, стольких и таких даров, чувственных и мысленных, так что и Пречестную Кровь Свою Христос благоволил пролить за него и ничего от него не требует, как только, чтобы он имел произволение принять Его блага, и более ничего. Это составляет Его единственное требование.
Священномученик Киприан Карфагенский
Подражая терпению Отца, мы неизменно пребываем чадами Божиими
Терпение… делает нас угодными Богу, и сохраняет нас для Бога. Оно умеряет гнев, обуздывает язык, управляет умом, хранит мир, поддерживает благочестие, укрощает порыв похоти, смягчает силу гнева, погашает пламень злобы, останавливает насилие богачей, одушевляет бедного в нищете, хранит блаженную непорочность в девах, многотрудную чистоту во вдовах, взаимную любовь между соединенными узами брака. Оно смиряет в счастье, укрепляет в несчастье, соделывает кроткими при обидах и поношениях.
Оно учит скоро прощать согрешающим, много и долго умолять, если сам согрешаешь. Оно побеждает искушения, переносит преследования, совершает страдания и мученичества. Оно прочно утверждает основания нашей веры – высоко поднимает ростки надежды. Оно дает направления нашему шествию так, чтобы, идя по стезям терпения Христова, мы могли держаться и пути Христова. Оно соделывает то, что, подражая терпению Отца, мы неизменно пребываем чадами Божиими.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
О терпении
«Дом души – терпение: потому что она живет в нем, пища души – смирение: потому что она питается им» (Цветособрание святого Илии, гл.62, Добротолюбие, ч.4), – сказал святой Илия Евдик. Точно: питаясь святою пищею смирения, можно пребывать в святом дому терпения. Когда же недостанет этой пищи, то душа выходит из дому терпения. Как вихрь похищает ее смущение, уносит, кружит. Как волны подымаются в ней различные страстные помыслы и ощущения, потопляют ее в глубине безрассудных и греховных размышлений, мечтаний, слов и поступков. Душа приходит в состояние расслабления, мрачного уныния, часто приближается к пропастям убийственного отчаяния и совершенного расстройства. Хочешь ли неисходно пребывать в святом дому терпения? – Запасись пищею, необходимою для такого пребывания: стяжи и умножай в себе помышления и чувствования смиренные.
Вид смирения, приуготовляющий к терпению скорбей пред пришествием их и способствующий к благодушному терпению скорбей по пришествии их святыми отцами, назван самоукорением. Самоукорение есть обвинение себя в греховности, общей всем человекам и в своей частной. При этом полезно воспоминать и исчислять свои нарушения Закона Божия, кроме блудных падений и преткновений, подробное воспоминание которых воспрещено отцами, как возобновляющее в человеке ощущение греха и услаждение им (Филофея Синайского, гл.13, Добротолюбие, ч.2).
Самоукорение есть иноческое делание, есть умное делание, противопоставленное и противодействующее болезненному свойству падшего естества, по которому все люди, и самые явные грешники, стараются выказать себя праведниками и доказывать свою праведность при помощи всевозможных ухищрений. Самоукорение есть насилие падшему естеству, как служит ему насилием молитва и прочие иноческие подвиги, которыми царствие небесное нудится, и которыми нуждницы восхищают е (Мф.11:12). Самоукорение имеет при начале упражнения в нем, характер бессознательного механизма, то есть произносится языком без особенного сочувствия сердечного, даже в противность сердечному чувству, потом, мало-помалу, сердце начнет привлекаться к сочувствию словам самоукорения, наконец, самоукорение будет произноситься от всей души, при обильном ощущении плача, умалит пред нами и закроет от нас недостатки и согрешения ближних, примирит ко всем человекам и к обстоятельствам, соберет рассеянные по всему миру помыслы в делание покаяния, доставит внимательную, исполненную умиления молитву, воодушевит и вооружит непреодолимою силою терпения.
Смиренными мыслями самоосуждения исполнены все молитвословия Православной Церкви. Но иноки уделяют ежедневно часть времени на упражнение именно в самоукорении. Они стараются при посредстве его уверить, убедить себя, что они – грешники: падшее естество не хочет верить этому, не хочет усвоить себе этого познания. Вообще для всех иноков полезно самоукорение: и для новоначальных, и для преуспевших, и для пребывающих в общежитии, и для безмолвников. Для последних опаснейшая страсть, потребляющая все делание их, есть высокоумие (преподобных Варсонофия и Иоанна ответ 311): так, напротив, основная для них добродетель, на которой зиждутся и держатся все прочие добродетели, есть самоукорение. Потому-то авва безмолвников Нитрийских и сказал, что главнейшее делание их, по его усмотрению, есть постоянное самоукорение (Алфавитный Патерик, о архиепископе Феофиле и аввы Дорофея.
Поучение 7). Самоукорение, достигнув полноты своей, искореняет окончательно злобу из сердца, искореняя из него совершенно лукавство и лицемерство, непрестающие жить в сердце, доколе самооправдание обретает в нем место. Преподобный Пимен Великий сказал, что ненавидение лукавства заключается в том, когда человек оправдывает ближнего, а себя обвиняет во всяком случае (Алфавитный Патерик). Изречение это основано на словах Спасителя: Спаситель наименовал всякого, осуждающего ближних, лицемером (Мф.7:5). При самоукорении безмолвник увидит всех человеков святыми и Ангелами, а себя грешником из грешников, и погрузится, как в бездну, в постоянное умиление.
Превосходные образы самоукорения мы имеем в Рыданиях преподобного Исаия Отшельника и в 20-м Слове святого Исаака Сирского. Святой Исаак, которого книга вообще содержит наставления для безмолвников, сделал такое заглавие своему Слову: Слово, содержащее в себе нужнейшее и полезнейшее повседневное напоминание безмолвствующему в келье своей и призволяющему внимать единому себе. «Некоторый брат, – говорит святой Исаак, – написал следующее и полагал это непрестанно пред собою в напоминание себе: В безумии прожил ты жизнь твою, о посрамленный и достойный всякого зла человек! По крайней мере, охранись в этот день, оставшийся от дней твоих, принесенных в жертву суете, вне благой деятельности, обогатившихся деятельностью злою. Не вопроси об этом мире, ни о состоянии его, ни о монахах, ни о деятельности их, какова она, ниже о количестве подвига их, – не вдайся в попечение о чем-либо таком.
Исшел ты из мира таинственно, вменился мертвым ради Христа: уже не живи более для мира, ниже для того, что принадлежит миру, да предварит тебя покой, и да будешь жив о Христе. Будь готов и приуготовлен понести всякое поношение, всякую досаду и поругание, и укоризну от всех. Прими все это с радостью, как точно достойный этого. Претерпи благодарением Богу всякую болезнь, всякую скорбь и беду от бесов, которых волю ты исполнял. Мужественно терпи всякую нужду и горесть, приключающиеся от естества. С упованием на Бога перенеси лишение потребностей тела, вскоре имеющих обратиться в гной. Это все восприими с благим произволением в надежде на Бога, не ожидая ни избавления, ни утешения иного. Возверзи на Господа все попечение твое (Пс.54:23), и во всех искушениях твоих осуди себя самого, как причину их.
Не соблазнись ничем и не укори никого из оскорбляющих тебя: потому что ты вкусил от запрещенного древа и стяжал различные страсти. С радостью прими эти горести, пусть они потрясут тебя сколько-нибудь, чтоб ты усладился впоследствии. Горе тебе и злосмрадной славе твоей! Душу твою, исполненную всякого греха, ты оставил без внимания, как бы неосужденную, а других осудил и словом, и помышлением. Оставь эту пищу свиней, которою ты доселе питаешься. Что тебе за дело до человеков, о скверный! Как не стыдишься ты общения с ними, проведши жизнь безумно! Если ты обратишь внимание на это и все это будешь помнить, то, может быть, спасешься при содействии Божием. Если же нет, то пойдешь в темную страну, в селения бесов, которых волю ты исполнял бесстыдно. Вот! Я засвидетельствовал тебе все это. Если Бог праведно воздвигнет на тебя человеков воздать тебе за досады и укоризны, которые ты помыслил и произносил против них, то весь мир навсегда должен восстать против тебя.
Итак, отныне престань (действовать, как действовал доселе) и претерпевай попускаемые тебе воздаяния. Все это напоминал себе брат ежедневно, чтоб находиться в состоянии претерпевать, с благодарением Богу и с своею душевною пользою, искушения или скорби, когда они придут. Будем и мы претерпевать с благодарением попускаемое нам и получать пользу благодатью человеколюбивого Бога». Самоукорение имеет то особенное, полезнейшее, таинственное свойство что возбуждает в памяти и такие согрешения, которые были совершенно забыты или на которые не обращено было никакого внимания.
Упражнение в самоукорении вводит в навык укорять себя. Когда стяжавшего этот навык постигнет какая-либо скорбь, – тотчас в нем является действие навыка, и скорбь принимается, как заслуженная. «Главная причина всякого смущения, – говорит преподобный авва Дорофей, – если мы тщательно исследуем, есть то, что мы не укоряем себя. Отсюда проистекает всякое расстройство, по этой причине мы никогда не находим спокойствия. Итак, не удивительно, что слышим от всех святых: нет инаго пути, кроме этого. Не видим, чтоб кто-либо из святых, шествуя каким другим путем, нашел спокойствие! А мы хотим иметь его и держаться правого пути, никогда не желая укорять себя. Поистине, если человек совершит тьмы добродетелей, но не будет держаться этого пути, то никогда не престанет оскорбляться и оскорблять, губя этим все труды свои.
Напротив того: укоряющий себя всегда в радости, всегда в спокойствии. Укоряющий себя, куда бы ни пошел, как сказал и авва Пимен, что бы ни случилось с ним, вред ли или бесчестие, или какая скорбь, уже предварительно считает себя достойным всего неприятного и никогда не смущается. Может ли быть что спокойнее этого состояния? Но скажет кто-либо: Если брат оскорбляет меня и я, рассмотрев себя, найду, что я не подал ему никакого повода к этому, то, как могу укорять себя. Поистине, если кто исследует себя со страхом Божиим, тот найдет, что он всячески подал повод или делом, или словом, или каким-либо образом. Если же и видит, как говорит, что в настоящее время не подал никакого повода, то когда-нибудь прежде оскорбил его или другого брата в этом деле или в каком ином, и должен был пострадать за это или за какой другой грех, что часто бывает. Так! Если кто рассмотрит себя, как я сказал, со страхом Божиим, и исследует свою совесть, тот всячески найдет себя виноватым» (Поучение 7 о самоукорении).
Чудное дело! Начиная укорять себя машинально, насильно, мы достигаем, наконец, столько убеждающего нас и действующего на нас самоукорения, что при помощи его переносим не только обыкновенные скорби, но и величайшие бедствия. Искушения уже не имеют такой силы над тем, кто преуспевает, но по мере преуспеяния они становятся легче, хотя бы сами по себе были тяжелее. По мере преуспеяния крепнет душа, и получает силу терпеливо переносить случающееся (Поучение 7 о самоукорении). Крепость подается как бы особенно питательною снедью углубившимся в сердце смирением. Эта-то крепость и есть терпение.
Несомненная вера в промысл Божий утверждает в терпении и способствует самоукорению. Не две ли птицы ценятся единым ассарием, сказал Господь ученикам Своим, и не едина от них падет на земли, без Отца вашего. Вам же и власи главнии еси изочтены суть. Не убойтеся убо (Мф.10:29,30). Этими словами Спаситель мира изобразил то неусыпное попечение, которое имеет Бог и которое может иметь только один всемогущий и вездесущий Бог о рабах и служителях Своих. Таким попечением Бога о нас мы избавлены от всякого малодушного попечения и страха о себе, внушаемых нам неверием. Смиримся убо под крепкую руку Божию, да ны вознесет во время, всю печаль нашу возвергше Нань, яко Той печется о нас (Пет.6:6,7).
Когда мы подвергаемся скорби, Бог видит это. Это совершается не только по Его попущению, но и по Его всесвятому промышлению о нас. Он попускает нам потомиться за грехи наши во времени, чтоб избавить нас от томления в вечности. Часто случается, что тайный и тяжкий грех наш остается неизвестным для человеков, остается без наказания, будучи прикрыт милосердием Божиим; в это же время или по истечении некоторого времени принуждены бываем пострадать сколько-нибудь вследствие клеветы или придирчивости, как бы напрасно и невинно. Совесть наша говорит нам, что мы страдаем за тайный грех наш! Милосердие Божие, покрывшее этот грех, дает нам средство увенчаться венцом невинных страдальцев за претерпение клеветы и вместе очиститься наказанием от тайного греха. Рассматривая это, прославим всесвятый промысл Божий и смиримся пред ним.
Поучительный пример самоосуждения и самоукорения, соединенных с славословием праведных и многомилостивых судеб Божиих, подали три святые иудейские отроки в плену и в пещи вавилонских. Благословен еси Господи Боже отец наших, – говорили они, – хвально и прославлено имя Твое во веки. Яко праведен еси о всех, яже сотворил еси нам, и вся дела Твоя истинна, и прави путие Твои, и еси суди Твои истинны, и судьбы истинны сотворил еси по всем, яже навел еси на ны и на град святый отец наших Иерусалим: яко истиною и судом навел еси сия вся на ны грех ради наших. Яко согрешихом и беззаконновахом, отступивши от Тебе, и прегрешихом во всех (Дан.3:26—29). Святые отроки, за верность свою истинному Богу ввергнутые в разжженную печь, и, не сгорая, но пребывая в ней как бы в прохладном чертоге, признавали и исповедовали себя согрешившими вместе с соотечественниками, которые действительно отступили от Бога. По любви к ближним они распространяли на себя согрешения ближних. По смирению, будучи святыми и праведниками, не захотели отделяться от братии, порабощенных греху. Из этого состояния, из состояния самоосуждения, смирения и любви к человечеству, из оправдания попущений Божиих, они уже принесли молитву Богу о спасении своем.
Так и мы будем славословить промысл Божий и исповедовать греховность нашу при всех встречающихся напастях, и наших частных, и общественных, – на основании этих славословия и исповедания умолять Бога о помиловании. Священное Писание свидетельствует, что рабам Божиим, шествующим путем заповедей Божиих, посылаются особенные скорби в помощь их деятельности, как и Спаситель мира сказал, что Отец небесный всякую розгу, творящую плод о Христе, очищает, да множайший плод принесет (Ин.15:2). Эти очистительные скорби именуются попущениями или судьбами Божиими, о них воспел святой Давид: Судьбы Господни истинны, оправданны вкупе (Пс.18:10). Судьбам Твоим научи мя! Пусть узнаю и уверюсь, что все, случающееся со мною горькое, случается по промыслу Божию, по воле Бога моего! Тогда познаю и то, что судьбы Твоя помогут мне в немощном и недостаточном моем богоугождении (Пс.118:108,175).
В пример того, каким образом судьбы Божии вспомоществуют рабам Божиим, желающим благоугодить Богу, как они возводят их к той святой деятельности, к которой они никак не достигли бы без помощи судеб Божиих, приведем события с константинопольским вельможею Ксенофонтом, с его супругою и двумя сыновьями. Богатый и знаменитый Ксенофонт проводил жизнь самую благочестивую, какую общее благочестие христиан того времени соделывало возможно посреди мира и какую ныне можно проводить разве только в удалении от мира. Он желал, чтоб два сына были наследниками и имущества его, и положения при дворе императорском, и благочестия. Тогда славилось училище в сирийском Вирите (нынешнем Бейруте). Туда Ксенофонт отправил детей своих для изучения премудрости века сего. Путь из Константинополя в Вирит – морем.
Однажды сыновья, посетив отца по случаю его опасной болезни, возвращались к училищу. Внезапно поднялась сильнейшая буря на Средиземном море, корабль разбило, оба юноши были выкинуты волнами в разных местах на берега Палестины. В таком бедственном положении, напитанные с детства помышлениями и влечениями благочестивыми, сыновья Ксенофонта признали в постигшей скорби призвание Божие к монашеской жизни и, как бы по взаимному соглашению, поступили в палестинские монастыри. По прошествии значительного времени Ксенофонт узнал, что корабль, на котором ехали его дети, разбит бурею и что все находившиеся на корабле пропали без вести. Глубоко огорченный отец прибегнул к молитве, после всенощного келейного бдения он получил Божественное откровение, что сыновей его осеняет особенная милость и благодать Божия. Поняв из этого, что они приняли монашество, зная, что в Палестине, против берегов которой корабль претерпел крушение, находится монастырей великое множество, Ксенофонт с супругою отправился в Иерусалим: там он увидел сыновей и уже не возвратился в Константинополь.
Из Иерусалима он распорядился имуществом, которое было продано: деньги, вырученные за него, розданы монастырям, церквам и нищим. Ксенофонт и Мария (так называлась его супруга) последовали примеру сыновей своих, Иоанна и Аркадия, вступили в монашество, в котором и родители, и дети достигли великого духовного преуспеяния (Четьи-Минеи, 26 января). Они никак не сподобились бы его, если б пребыли в мирской жизни, хотя и весьма благочестивой. Бог, презирая их преуспеяние, привел к нему неисповедимыми судьбами Своими.
Путь судеб Божиих горек, как засвидетельствовал святой апостол: Его же любит Господь наказует: биет же всякаго сына, его же приемлет (Евр.12:6). Последствия судеб Божиих вожделенны, неоценимы. Из жизнеописаний многих других избранников Божиих убеждаемся, что Бог посылает в помощь благому деланию рабов Своих скорби, ими очищает и совершает это делание. Одно собственное делание человека недостаточно, как замечает преподобный Симеон Новый Богослов. «Золото, – говорит он, – покрывается ржавчиною, не может иначе очиститься и возвратить естественную светлость, как будучи ввергнуто в огонь и тщательно выковано молотами: так и душа, осквернившаяся ржавчиною греха и соделавшаяся вполне непотребную, не может иначе очиститься и восприять древнюю красоту, если не пребудет во многих искушениях и не вступит в горнило скорбей. Это изъявляется и словами Господа нашего: Продаждь имение твое, и возми крест твой, и гряди во след Мене (Мф.19:21; Мк.10:21).
Здесь крестом знаменуются искушения и скорби. Раздать все свое имение и вместе не подвизаться мужественно против случающихся искушений и скорбей, служит, по мнению моему, признаком души нерадивой, неведущей своей пользы: потому что от одного отвержения имений и вещей ничего не приобретут отвергающие их, если не претерпят до конца в искушениях и скорбях ради Бога. Не сказал Христос: в отложении вещей ваших, но в терпении вашем стяжите души ваши. Явно, что раздаяние имений и бегство от мира похвально и полезно, но оно одно, само по себе, без терпения искушений, не может соделать человека совершенным по Богу…
Расточивший нуждающимся имение и удалившийся от мира и вещества кичится с великим услаждением в совести своей о уповании мзды, и иногда тщеславием выкрадывается самая мзда. Кто ж по раздаянии всего убогим претерпевает печали с благодарением души и жительствует посреди скорбей, тот вкушает всякую горесть и болезненный труд, а мзда его пребывает неокраденною, его ожидает великое воздаяние в этом и будущем веке, как подражателя Христовым страданиям, как пострадавшего с Ним во дни наведения искушений и скорбей. И потому умоляю вас, братия о Христе, постараемся по слову Господа, Бога и Спасителя нашего, Иисуса Христа, как отверглись мы мира и всего, принадлежащего миру, так и пройти сквозь тесные врата (Лк.13:24), заключающиеся в отсечении нашего плотского мудрования и воли, в бегстве от них: потому что без умерщвления для плоти, для похотей ее и воли, невозможно получить отраду, избавление от страстей и свободу, являющуюся в нас из утешения, производимого Святым Духом» (Слово 4, издание 1874 г.).
Отчего мы не желаем подвергнуться скорбям, которые попускаются нам промыслом Божиим во спасение душ наших, к которым призывает нас Сам Бог? – Оттого, что над нами господствуют сластолюбие и тщеславие: по внушению первого мы не хотим утеснять наше тело, по внушению второго мы дорожим человеческим мнением. Обе эти страсти попираются живою верою, так как, напротив, действуют по причине неверия. На вопрос преподобного аввы Дорофея: «Что мне делать? Я боюсь стыда бесчестий», святой Иоанн Пророк отвечал: «Не переносить бесчестия есть дело неверия. Брат! Иисус сделался человеком и перенес бесчестия: неужели ты больше Иисуса? Это – неверие и бесовская прелесть. Кто желает смирения, как говорит, и не перенесет бесчестия, тот не может приобрести смирения. Вот, ты услышал истинное учение: не пренебреги им.
Иначе пренебрежет и тебя дело. О стыде: Приводя себе на память всенародный стыд пред Господом, который постигнет грешников, ты вменишь временный стыд ни во что» (Ответ 304). Вообще памятование вездесущия и всемогущества Божия удерживает сердце от того колебания, в которое усиливаются привести его помыслы неверия, опираясь на тщеславие и неправильную любовь к телу. Сказал святой пророк Давид: Предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся. Сего ради возвеселися сердце мое, и возрадовася язык мой: еще же и плоть моя вселится на уповании! (Пс.15:8,9) Возвеселися сердце мое от действия веры и смирения! Слова славословия Бога и самоукорения доставляют радость устам и языку! Самая плоть моя ощущает силу нетления, входящую и изливающуюся в нее из ощущений сердца, сокрушенного и смиренного, утешенного и утешаемого Богом!
Если никакое искушение не может коснуться человека без воли Божией, то жалобы, ропот, огорчение, оправдание себя, обвинение ближних и обстоятельств суть движения души против воли Божией, суть покушения воспротивиться и противодействовать Богу (Святого Петра Дамаскина, книга 1). Устрашимся этого бедствия! Размышляя о какой бы то ни было скорби нашей, не будем умедлять в размышлении, чтоб оно неприметным образом не отвлекло нас от смиренномудрия в явное или прикрытое самооправдание, в состояние, противное смотрению о нас Божию. Не доверяя немощи нашей, прибегнем скорее к верному оружию самоукорения! На двух крестах, близ Спасителя, были распяты два разбойника. Один из них злоречил и хулил Господа, другой признал себя достойным казни за злодеяния свои, а Господа страдальцем невинным.
Внезапно самоукорение отверзло ему сердечные очи, и он в невинном страдальце – человеке увидел страждущего за человечество всесвятого Бога. Этого не видели ни ученые, ни священники, ни архиереи иудейские, несмотря на то, что почивали на Законе Божием и тщательно изучили его по букве. Разбойник делается богословом и пред лицом всех, признававших себя мудрыми и могущественными, насмехавшихся над Господом, исповедует Его, попирая своим святым мнением ошибочное мнение мудрых о себе и сильных собою. Разбойника-хулителя грех богохульства, тягчайший всех прочих грехов, низвел во ад, усугубил там для него вечную муку. Разбойника, пришедшего при посредстве искреннего самоосуждения к истинному Богопознанию, исповедание Искупителя, свойственное и возможное одним смиренным, ввело в рай.
Тот же крест – у обоих разбойников! – противоположные помышления, чувствования, слова были причиною противоположных последствий. Со всей справедливостью эти два разбойника служат образом всего человечества (Преподобный Исаия Отшельник. Слово 8, гл.2): каждый человек, истратив свою жизнь неправильно, в противность назначению Божию, во вред своему спасению и блаженству в вечности, есть по отношению к самому себе и тать, и разбойник, и убийца.
Этому злодею посылается крест, как последнее средство к спасению, чтоб злодей, исповедав свои преступления и признав себя достойным казни, удержал за собою спасение, дарованное Богом. Для облегчения страданий и доставления утешений духовных при распятии и пребывании на кресте распят и повешен на древе крестном вочеловечившийся Бог близ распятого человека. Ропщущий, жалующийся, негодующий на свои скорби окончательно отвергает свое спасение: не познав и не исповедав Спасителя, он низвергается во ад, в вечные и бесплодные муки, как вполне отчуждившийся, отвергшийся Бога. Напротив того, открывающий посредством самоукорения свою греховность, признающий себя достойным временных и вечных казней, входит мало-помалу самоукорением в деятельное и живое познание Искупителя, которое есть живот вечный (Ин.17:3). Распятому на кресте по воле Божией, славословящему Бога с креста своего открывается таинство креста, и вместе с этим таинством таинство искупления человеков Богочеловеком. Таков плод самоукорения. По отношению к всемогущей и всесвятой воле Божией не может быть иных соответствующих чувств в человеке, кроме неограниченного благоговения и столько же неограниченной покорности. Из этих чувств, когда они сделаются достоянием человека, составляется терпение.
Господь наш Иисус Христос, Царь неба и земли, пришедши для спасения рода человеческого с неоспоримыми доказательствами Своего Божества, с беспредельною властью над всею видимой и невидимой тварью, не только не был принят человеками с подобающей Ему славою и честью, но и встречен ненавистью, подозрением, замыслами убийственными; во все время земного странствования был преследуем клеветою, злословием, придирчивостью, лукавством, наконец, схвачен, как преступник, во время ночной молитвы Своей, связан, влачим с насилием, представлен на суд, решившийся прежде суда на убийство, подвергнут насмеянию, заушениям, заплеваниям, разнообразным терзаниям и пыткам, смерти на кресте, смерти бесчестной уголовных преступников. Стоит безмолвно и неподвижно кроткий агнец пред стригущим его: так стоял Господь пред безбожными судьями Своими и бесчеловечными убийцами, Божественным молчанием отвечая на дерзкие вопросы, клеветы и поругания. Самоосуждение и самоукорение были не свойственны Ему, непричастному грехов: молчанием Он прикрыл Свою Божественную правду, чтоб мы, самоосуждением и самоукорением отрицаясь от нашей поддельной, мнимой правды, могли соделываться причастниками Его правды всесвятой и всесовершенной.
Ни правда падшего естества, ни правда закона Моисеева не могли ввести нас в утраченное вечное блаженство: вводит в него правда Евангелия и Креста. Нет совершенного между человеками по добродетелям человеческим: к совершенству христианскому приводит Крест Христов и печатлеет это совершенство, даруемое Духом Святым. Смирение возвело Господа на крест и учеников Христовых смирение возводит на крест, который есть святое терпение, непостижимое для плотских умов, как было непонятным молчание Иисуса для Ирода, понтийского Пилата и иудейских архиереев. – Будем молить Господа, чтоб Он открыл нам таинство и даровал любовь Креста Своего, чтоб сподобил нас претерпеть должным образом все скорби, которые попустятся нам всеблагим Божиим промыслом во времени для спасения нашего и блаженства в вечности. Господь обетовал нам: Претерпевый до конца, той спасется (Мф.24:13). Аминь.
ТОМЛЕНИЕ ДУШИ
Нет ничего в мире сем постоянного, ни в единой вещи покоя и тишины, только непрестанный мятеж и великое томление души. Святитель Дмитрий Ростовский
Апостол Матфей
Томление души Иисуса при молении в Гефсиманском саду
Потом приходит с ними Иисус на место, называемое Гефсимания, и говорит ученикам: посидите тут, пока Я пойду, помолюсь там. И, взяв с Собою Петра и обоих сыновей Зеведеевых, начал скорбеть и тосковать. Тогда говорит им Иисус: душа Моя скорбит смертельно, побудьте здесь и бодрствуйте со Мною. И, отойдя немного, пал на лице Свое, молился и говорил: Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия, впрочем, не как Я хочу, но как Ты. И приходит к ученикам и находит их спящими, и говорит Петру: так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною? бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна. Еще, отойдя в другой раз, молился, говоря: Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя.
И, придя, находит их опять спящими, ибо у них глаза отяжелели. И, оставив их, отошел опять и помолился в третий раз, сказав то же слово. Тогда приходит к ученикам Своим и говорит им: вы все еще спите и почиваете? вот, приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников, встаньте, пойдем: вот, приблизился предающий Меня (Мф.26:36—46).
Преподобный Исаак Сирин
Томление души
Взглянем, возлюбленные, в душу свою во время молитвы: есть ли в нас созерцание при чтении стихов, содержащих поучение и молитву? Оно бывает следствием истинного безмолвия. И в то время, как бываем в омрачении, не будем смущаться, особливо, если не в нас тому причина. Приписывай же это помрачение Промыслу Божию, действующему по причинам, известным единому Богу. Ибо в иное время душа наша томится и бывает, как бы среди волн, – и читает ли человек Писание, или совершает службу, и во всяком деле, за какое ни примется, приемлет омрачение за омрачением. Таковый удаляется от мирного устроения, и часто не попускается ему даже приблизиться к оному, и вовсе не верит он, что получит изменение к лучшему, и что будет опять в мире. Этот час исполнен отчаяния и страха, надежда на Бога и утешение веры в Него совершенно отходят от души, и вся она всецело исполняется сомнения и страха. Претерпевшие искушение в этой волне часа сего по опыту знают, какое изменение последует при окончании его. Но Бог не оставляет души в таком состоянии на целый день, потому что она утратила бы надежду христианскую, напротив того, скоро творит ей и избытие (1Кор.10:13).
Если же тревожное состояние этого омрачения продолжается более, то вскоре ожидай изменения жизни от среды ее (т.е. смерти). А я предложу тебе, человек, и дам совет: если не имеешь силы совладеть с собою и пасть на лице свое в молитве, то облеки голову свою мантиею твоею и спи, пока не пройдет для тебя этот час омрачения, но не выходи из своей храмины. Сему искушению подвергаются наипаче желающие проводить житие умное и в шествии своем взыскующие утешения веры. Поэтому всего более мучит и утомляет их этот час сомнением ума, следует же за сим с силою хула, а иногда приходит на человека сомнение в воскресении, и иное нечто, о чем не должно нам и говорить. Все это многократно дознавали мы опытом, и к утешению многих описали борьбу сию.
Пребывающие в делах телесных совершенно свободны от сих искушений. На них приходит иное уныние, известное всякому, и оно по своему действию отлично от сих и подобных сим искушений. Здравие и уврачевание (страждущего им) источаются безмолвием. Вот утешение для него! В общении же с другими никогда не приемлет он света утешения, и уныние сие беседами человеческими не врачуется, но усыпляется на время, а после сего восстает на человека с большею силою. И ему необходимо нужен человек просвещенный, имеющий опытность в этом, который бы просвещал его и укреплял при всяком случае во время нужды, но не всегда. Блажен, кто претерпит это, не выходя за дверь келии.
Ибо после этого, как говорят Отцы, достигнет он великого покоя и силы. Впрочем, не в один час и не скоро оканчивается борьба сия, и благодать не вдруг приходит в полноте и вселяется в душе, но постепенно, и от нее рождается первое (т.е. утешение): временем искушение и временем утешение, и в таком состоянии человек пребывает до исхода своего. А чтоб совершенно стать чуждым сего и совершенно утешиться, не будем на это и надеяться здесь. Ибо Бог благоизволил, чтобы так устроялась жизнь наша здесь, и чтобы шествующие путем сим пребывали в этом (т.е. то в искушении, то в утешении).
Святитель Иоанн Златоуст
А душе предоставляют томиться голодом
О, дивное дело! Как все пристращены к настоящим делам, а о будущих никогда и не подумают, непрестанно спешат к телесным удовольствиям, а душе предоставляют томиться голодом; получая ежедневно тысячи ран, никогда даже и не замечают того бедственного положения, в котором они находятся, и старательно заботясь о теле, на несчастную душу, загрязненную и обремененную тысячами зол, не обращают и внимания!
Святитель Дмитрий Ростовский
Только непрестанный мятеж и великое томление души
Всуе мятется всякий живущий человек, всуе мятется всякий земнородный: Да, подобно призраку ходит человек, напрасно только мятется он, – говорит пророк (Пс.38:6,7). Воистину всуе мятется всякий живущий человек, ища покоя в вещах земных и тленных, но никогда не найдет его. Поэтому Господь, милуя и щадя Свое создание, предузрев лучшее о нас, умышленно сократил эту нашу жизнь, чтобы недолго мы всуе трудились и бессловесно заботились о мимотекущих вещах, как и Сам Господь сказал Марфе, много заботящейся: Марфа! Марфа! ты заботишься и суетишься о многом, а одно только нужно; Мария же немного печальная избрала благую часть, Господа, которая не отнимется у нее вовеки (Лк.10:41,42).
Показывает Господь, что поскольку всуе мятется человек, он собирает сокровища, но не знает кому. Итак, нет ничего в мире сем постоянного, ни в единой вещи покоя и тишины, только непрестанный мятеж и великое томление души.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Томление души Своей Он благоволил открыть ученикам
Пред исшествием на живоносные для рода человеческого страдания и крестную смерть, Господь явил в Себе немощь падшего человека перед карающими его судьбами Божиими. Он начал скорбеть и тужить (Мф.26:37). Томление души Своей Он благоволил открыть избранным ученикам: прискорбна есть душа Моя до смерти (Мф.26:38), – сказал Он им. Потом обратился к молитве, этому верному пристанищу в напастях и искушениях. Он пал на лице Своем (Мф.26:39), и возведен был по человечеству в такой усиленный подвиг, что бысть пот Его яко капли крове, каплющия на землю (Лк.22:44).
Несмотря на такое напряженное состояние, в которое приведено было человеческое естество Богочеловека, молитва Его выражала вместе и присутствие в Нем воли человеческой и полную покорность в Нем воли человеческой воле Божией. Молитва Богочеловека, произнесенная Им перед изшествием на страдания, есть духовное, драгоценное наследие для всего племени христианского: способна она пролить утешение в душу, томящуюся под бременем самых тяжких скорбей. Отче Мой, – говорил Господь в молитве Своей, – аще возможно есть; да мимоидет от Мене чаша сия: обаче не яко же Аз хощу, но якоже Ты (Мф.26:39); обаче не Моя воля, но Твоя да будет (Лк.22:42). Чашей назвал Господь судьбы Божии. Чаша эта преподается Богом человеку во спасение его.
Преподобный Макарий Оптинский
Еще ты пишешь, что была очень скорбна от томности духа
М. Н-а томится скукой и тоской, это происходит от бездействия ее – что она ничем не занимается таким, что бы могло ее потрясать и показывать ей страсти ее и немощи, от чего бы она могла смиряться, а притом не имеет утвержденного помысла пребывать в обители вашей, все это ее мучит и томит.
Еще ты пишешь, что была очень скорбна от томности духа, т.е. духовного креста, и тут же вижу, что ты без ропота принимаешь эту тяжесть, считая себя того достойной, и просишь о даровании тебе терпения в таких случаях. Этому я порадовался, что ты начала приходить в разум истинный. Слава Богу.
Преподобный Анатолий Оптинский
Но брату этому так томно от этого душевного и телесного томления
Томление души твоей неизбежно, по закону Божию. Не подумай, что я его не понимаю. Очень понимаю. Были подобные случаи. Вот один из них… Один брат, погрязший в грехах, стал умирать. Игумен с братией стал молиться за него. И видит видение: громадный змий всасывает этого брата, но не может всосать потому, что отец за него молится. Но брату этому так томно от этого душевного и телесного томления, что он сам уж умоляет отца своего, чтобы он не молился, пусть, говорит, уж лучше поглотит меня змий, только не томи меня. Не есть ли безумие: будто в утробе змия лучше, чем на половину втянутому в пасть! Но старец не внял его мольбе, а продолжал молиться. И высвободил брата от пасти змия. Вот в каком положении и ты находишься. У тебя борьба с демоном на жизнь и смерть. Да не на эту земную жизнь, а на вечность. Или со Христом соцарствовать, или в геенне с бесами томиться во веки и в веки. Ты это не видишь и мало понимаешь, а диавол-то очень понимает. И вот он томит и душит тебя – авось проглотит. Ему отраднее, если он там будет не один. А что томно бывает, то рассмотри совесть: нет ли какого нераскаянного грешка.
ТРАГЕДИЯ ДУШИ
Трагедия человеческой души состоит в том, что она, бессмертная по сотворению и естеству своему, после грехопадения праотцев, на время земной жизни, заперта в смертном теле, и нет ей иного выхода (спасения), как только восстановления утраченного единения с Творцом и Зиждителем своим – Богом (Отцом). Инок Никодим
Иисус Христос (Спаситель)
Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее…
Тогда Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною, ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее, какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою? ибо приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими и тогда воздаст каждому по делам его (Мф.16:24—27).
Горе вам… что уподобляетесь гробам окрашенным
Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что очищаете внешность чаши и блюда, между тем как внутри они полны хищения и неправды. Фарисей слепой! очисти прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их. Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты, так и вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония (Мф.23:25—28).
Святой Антоний Великий
Мы находимся в разбойничьем доме…
Взывайте день и ночь к Создателю Своему чтобы Он облек ваши сердца и мысли Христом. Поверьте мне, дети мои, – мы находимся в разбойничьем доме и связаны узами смерти. И вправду, возлюбленные, наша небрежность, наше унижение, наша потеря правильного пути, является не только нашей личной горечью, но огорчает и ангелов, и святых. Действительно, наше падение приносит горе им всем, также как и наше спасение и слава принесет им великую радость. И не забывайте, что милосердие Отца Небесного никогда не может иссякнуть с самого начала творения до нынешнего часа, если, конечно, мы по своей свободной воле не пойдем к погибели. Ибо написано: Ангел Господень ополчается вокруг боящихся Его и избавляет их (Пс.33:8).
Преподобный Исаак Сирин
Гроб есть тело, и оно от мира
День воскресный есть неприемлемая нами, пока мы с плотию и кровию, тайна ведения истины, и она превосходит помышления. В сем веке нет дня осьмого, ни субботы в подлинном смысле. Ибо сказавший: …почи Бог в день седьмый (Быт.2:2) – означил отдохновение по совершении течения жизни сей, потому что гроб есть тело, и оно от мира. Шесть дней совершаются в делании жизни хранением заповедей, седьмой день весь проводится во гробе и осьмой – в исшествии из гроба. Как удостаиваемые в притче приемлют здесь тайны воскресного дня, а не самый день в существе его, так и подвижники в притче приемлют тайны субботы, но не в действительности самую субботу, которая есть отдохновение от всего скорбного и совершенное упокоение от беспокойств. Ибо таинство, а не истинную действительность устроить дал нам здесь Бог. Истинная и несравненная суббота есть гроб, показующий и знаменующий совершенное упокоение от скорбей, от страстей и от сопротивного покою делания. Там субботствует человечество, и душа, и тело.
Бог в шесть дней привел в порядок весь состав мира сего, устроил стихии, состав их предал приснодвижному движению для служения, и не остановятся они в течении до своего разорения. Их-то силою, то есть силою первобытных стихий, составил Он и наши тела. Но и стихиям не дал покоя в движении их, ни телам нашим, из стихий происшедшим, отдохновения от делания. Предел же отдохновения от делания положил в нас, тогда как тела наши последуют первому своему сродству, и это есть разрешение от жизни сей. Так и Адаму сказал: В поте лица твоего снеси хлеб твой. И долго ли будет сие? -…Дондеже возвратишися в землю, от неяже взят еси, и которая возрастит тебе терния и волчцы (Быт.3:18,19).
Вот тайны делания жизни сей, пока ты живешь! Но с той ночи, в которую Господь излиял пот, пременил Он пот, изведший терния и волчцы, на пот, проливаемый в молитве и вместе в делании правды. Пять тысяч и пятьсот с лишком лет Бог оставлял Адама трудиться на земле, потому что дотоле не у явися святых путь, как говорит божественный Апостол (Евр.9:8). В последок же дней пришел и заповедал свободе один пот заменить другим потом, дозволил не отдохновение от всего, но пременение всего, потому что за продолжительность злострадания нашего на земле, оказал нам Свое человеколюбие. Посему если престанем проливать на земле пот, то по необходимости пожнем терния.
Ибо по той же необходимости оставление молитвы есть делание отелесения земли, которая естественно произращает терния. Действительно же страсти суть терния, и произрастают в нас от сеяния в тело (Гал.6:8). Пока носим на себе образ Адамов, необходимо носим в себе и страсти Адамовы. Ибо невозможно земле не произращать прозябений, свойственных природе ее. Порождение же ее естества есть земля тел наших, как гласит Божие свидетельство: земля, от неяже взят еси (Быт.3:19). Та земля произращает терния, а сия разумная – страсти.
Если Господь по всему был для нас образом, в таинстве, во всех различных действиях Домостроительства Своего, и даже до девятого часа пятка не преставал от дела и труда (а это есть тайна делания нашего на целую жизнь), в субботу же почил во гробе, то где утверждающие, что в жизни еще есть суббота, то есть отдохновение от страстей? О дне же воскресном высоко для нас и говорить. Наша суббота есть день погребения. Там действительно субботствует естество наше. Ежедневно же, пока стоит земля, належит нам нужда исторгать из нее терния. За продолжительность только нашего делания оскудевают сии терния, потому что не всецело очищается от них земля. И если это так, и при временном обленении или при малом нерадении умножаются терния, и покрывают лице земли, подавляют посеянное тобою, и труд твой обращают в ничто, то каждый уже день должно очищать землю, потому что прекращение очищения увеличивает множество терний, от которого да очистимся по благодати Единосущного и Единородного Сына Божия! Ему слава со Безначальным Отцом и Животворящим Духом во веки! Аминь.
Мучительное дело – раболепствовать телу
Кто хотя несколько ощутит в себе надежды на Бога, тот не согласится уже по нужде работать этому жестокому владыке – телу. Не связывай свободы своей тем, что служит к наслаждению, чтоб не сделаться тебе рабом рабов.
Заботься об одной душе своей
Удерживайся от многого, и заботься об одной душе своей, чтобы спасти ее от расточения внутренней тишины. Без освобождения от забот не ищи света в душе своей, ни тишины и безмолвия при распущенности чувств твоих.
Если кто спасет душу, то напитает он Бога, а если кто погубит душу, то напитает диавола. Как спасающие душу совершенны у Бога, так губящие душу совершенны у диавола.
Апостол Лука
И проходил по городам и селениям, уча и направляя путь к Иерусалиму. Некто сказал Ему: Господи! неужели мало спасающихся? Он же сказал им: подвизайтесь войти сквозь тесные врата, ибо, сказываю вам, многие поищут войти, и не возмогут. Когда хозяин дома встанет и затворит двери, тогда вы, стоя вне, станете стучать в двери и говорить: Господи! Господи! отвори нам, но Он скажет вам в ответ: не знаю вас, откуда вы. Тогда станете говорить: мы ели и пили пред Тобою, и на улицах наших учил Ты. Но Он скажет: говорю вам: не знаю вас, откуда вы, отойдите от Меня все делатели неправды. Там будет плач и скрежет зубов, когда увидите Авраама, Исаака и Иакова и всех пророков в Царствии Божием, а себя изгоняемыми вон. И придут от востока и запада, и севера, и юга, и возлягут в Царствии Божием. И вот, есть последние, которые будут первыми, и есть первые, которые будут последними (Лк.13:22—30).
Апостол Павел
Итак, неужели доброе сделалось мне смертоносным? Никак, но грех, оказывающийся грехом потому, что посредством доброго причиняет мне смерть, так что грех становится крайне грешен посредством заповеди. Ибо мы знаем, что закон духовен, а я плотян, продан греху. Ибо не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю. Если же делаю то, чего не хочу, то соглашаюсь с законом, что он добр, а потому уже не я делаю то, но живущий во мне грех. Ибо знаю, что не живет во мне, то есть в плоти моей, доброе, потому что желание добра есть во мне, но, чтобы сделать оное, того не нахожу. Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех.
Итак, я нахожу закон, что, когда хочу делать доброе, прилежит мне злое. Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием, но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного, находящегося в членах моих. Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти? Благодарю Бога моего Иисусом Христом, Господом нашим. Итак, тот же самый я умом моим служу закону Божию, а плотью закону греха (Рим.7:13—25).
Святитель Иоанн Златоуст
Что такое одежда души?
Чистота телесная не приносит большой пользы, а чистота душевная доставляет нам дерзновение перед Богом. Ту могут иметь и прелюбодеи, и воры, и убийцы, и сластолюбцы, и развратники, и блудники, и блудницы, последние по преимуществу: они больше всех заботятся о чистоте тела, постоянно намащая себя миром и повапляя гроб свой (Мф.23:27), ведь их тело – гроб, внутри которого – мертвая душа. Такую чистоту и они могут иметь, внутренней же – не могут. Неважное дело, если ты вымоешь тело: это – очищение иудейское, пустое и бесполезное, если нет очищения внутреннего. Положим, что кто-нибудь страдает гниением или ранами внутри, и пусть он омывает свое тело, какая будет польза, какие последствия? Если же имеющий гнилую рану в теле не может получить пользы от омовения и очищения поверхности, то какую пользу мы можем получить от чистоты телесной, когда гниение находится в душе?
Когда тело получает преобладание над душой, оно само сохраняется, а душа гибнет. Умертви тело твое и распни его, и ты также получишь венец мученичества.
Нет греха, которого бы не могла очистить, которого бы не могла истребить милостыня, всякий грех ниже ее, она есть врачество, пригодное ко всякой ране. Что хуже мытаря? Он способен на всякое нечестие, но и это все нечестие Закхей очистил (Лк.19:8,9). Смотри, как и Христос внушает это тем, что установил: имел при себе денежный ящик и носил, что туда опускали (Ин.12:6). И Павел говорит: только чтобы мы помнили нищих» (Гал.2:10). И везде в Писаниях много говорится об этом предмете. Так, Премудрый говорит: богатством своим человек выкупает жизнь свою (Притч.13:8). И Христос: если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим… и приходи, и следуй за Мною (Мф.19:21). В этом, подлинно, состоит совершенство. Милостыня же совершается не только деньгами, но и делами. Так, например, можно ходатайствовать, можно подать руку помощи; часто в делах ходатайство помогало даже больше денег.
Итак, приведем в действие в настоящем случае все роды милостыни. Можешь деньгами? Не медли. Можешь ходатайством? Не говори, что у тебя нет денег, это ничего, и то значит весьма много, будь так расположен, как бы ты подавал деньги. Можешь услугою? Сделай и это. Например: ты врач по званию? Позаботься о больных, и это много значит. Можешь советом? Это – гораздо важнее всего, совет тем лучше и выше всего, чем большую он приносит пользу: им ты избавляешь не от голода, но от лютой смерти. Им и апостолы были особенно богаты, поэтому раздачу денег они вверили низшим, а сами пребывали в служении слову (Деян.6:1—4). Или, думаешь ты, не велика будет милостыня, если душу, предавшуюся унынию, находящуюся в крайней опасности, одержимую пламенем страсти, можешь освободить от этой болезни?
Например, ты видишь друга одержимого сребролюбием? Окажи милость этому человеку. Он хочет удавиться? Угаси пламень его. А что, если он не послушается? Ты делай свое дело и не ленись. Видишь его связанного узами (сребролюбие ведь – поистине узы)? Приди к нему, посети его, утешь, постарайся освободить от уз. Если он не согласится, сам будет виноват. Видишь нагого и странника (поистине наг, и странник для небес, не пекущийся о добродетельной жизни)? Возьми его в дом свой, одень в одежды добродетели, сделай гражданином неба.
А что, скажешь, если я сам наг? Одень наперед себя самого, если знаешь, что ты наг, то, конечно, знаешь и то, что ты должен одеться. Если только ты знаешь свойства этой наготы, то легко можешь узнать и свойственное ей одеяние. Как многие женщины носят шелковые одежды, и поистине обнажены от одежд добродетели! Таких пусть одевают мужья. Но они не принимают этих одежд, а хотят тех? Сделай сначала так: возбуди в них желание этих одежд, покажи, что они наги, беседуй о будущем суде, скажи, что там нужны будут нам другие одежды, а не те (шелковые). Если позволите мне, то и я покажу эту наготу. Нагой, во время стужи, цепенеет, дрожит, стоит скорчившись и поджавши руки, а во время жара не делает этого. Если теперь я покажу, что и богатые мужи и богатые жены тем более бывают наги, чем более одеваются, то не гневайтесь.
Скажи мне: когда мы рассуждаем о геенне и тех мучениях, не больше ли цепенеют и дрожат эти, нежели те – нагие? Не вздыхают ли они тяжко и не осуждают ли самих себя? Когда они приходят к кому-нибудь и говорят: помолись обо мне, не то же ли самое говорят они, что и те? Впрочем, теперь, что бы мы ни говорили, эта нагота не будет видна вполне, она будет видна там. Как и каким образом? Когда эти шелковые одежды и драгоценные камни погибнут и в одних только одеждах добродетели и порока явятся все, когда бедные будут облечены великою славою, а богатые в наготе и безобразии будут влечены на мучения. Кто был изнеженнее того богача, облекавшегося в порфиру? Кто беднее Лазаря? А кто из них говорил подобно нищим? И кто наслаждался блаженством (Лк.16:19—25)? Скажи мне: если бы кто украсил дом свой множеством покрывал, а сам сидел внутри его нагим, какая была бы польза?
Так бывает и с женами. Дом души, т.е. тело, одевают множеством украшений, а госпожа дома сидит внутри нагая. Откройте, прошу, душевные очи, и я покажу вам душевную наготу. Что такое одежда души? Ясно, что – добродетель. А что нагота? Порок. Как если обнажить кого-нибудь из свободных, то он стыдится, стесняется и убегает, так точно и душа, не имеющая этой одежды, когда мы хотим взглянуть на нее, стыдится. И теперь, думаешь, многие не стыдятся ли и не удаляются ли в самую глубину, как бы ища какого покрывала и занавеса, чтобы не слышать этих слов? А другие, ничего не сознавая за собою, веселятся, радуются, утешаются и восхищаются сказанным. Послушай, о блаженной Фекле.
Она для того, чтобы увидеть Павла, отдала свое золото, а ты не отдаешь и обола, чтобы увидеть Христа, удивляешься поступкам ее, но не подражаешь ей. Не слышишь ли, как слово Божие ублажает милостивых? Блаженны милостивые, – говорит, – ибо они помилованы будут (Мф.5:7). Какая польза от драгоценных одежд? Доколе мы будем пристрастны к этому украшению? Будем одеваться славою Христовою, будем облекаться тою красотою, чтобы нам и здесь получить похвалу, и там сподобиться вечных благ, – по благодати и человеколюбию Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.
Не попускай и душе ходить нагою…, одень ее приличною одеждою
Милостыня и щедрость к бедным – вот прекраснейшее одеяние души, вот светлая одежда ее. А если хочешь не только доставить ей одеяние, но и украсить ее… то присоедини пособие, состоящее в молитве и исповедании грехов, и не переставай омывать лицо ее непрерывными слезами. Как телу ты доставляешь различные одежды… так не попускай и душе ходить нагою без добрых дел, одень и ее приличною одеждою.
Преподобный Феодор Студит
Что же так лелеем мы это бедное тело, которое спустя немного предадим земле и червям?
Преподобный Иоанн Кронштадтский
Тело – временная одежда души
Тело, как временная одежда души, тленно и не составляет прямой жизни человека, истинная жизнь есть жизнь духовная. Разорви, уничтожь одежду человека, сам он останется жив: так по убиении, по смерти, истлении тела, душа остается жива. Да прилагаем же наибольшее попечение о душе, о ее спасении!
Вот мученики Твои, Твоею силою одолевшие ужасные искушения, претерпевшие страшные мучения, в Твоей крови они убелили одежды душ своих.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Тело служит для души темницею и гробом
По причине падения наше тело вступило в один разряд с телами животных, оно существует жизнью животных, жизнью своего падшею естества. Оно служит для души темницею и гробом. Для тела сколько сетей! Оно само – какая сеть! Как пользуется им миродержец! Посредством тела, снисходя его унизительным наклонностям и пожеланиям, мы приближаемся к подобию скотов бессловесных.
ТРЕЗВЕНИЕ ДУШИ
Прекрасно, если душа трезвенна, – ее нельзя увлечь, а рассеянной кто не увлечет? Она будет обманута сама собой, и не нужно ей будет козней и нападений диавола. Святитель Иоанн Златоуст
Апостол Петр
Трезвитесь, бодрствуйте, потому что противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить. Противостойте ему твердою верою, зная, что такие же страдания случаются и с братьями вашими в мире. Бог же всякой благодати, призвавший нас в вечную славу Свою во Христе Иисусе, Сам, по кратковременном страдании вашем, да совершит вас, да утвердит, да укрепит, да соделает непоколебимыми. Ему слава и держава во веки веков. Аминь (1Пет.5:8—11).
Апостол Павел
Не будем спать, как и прочие, но будем бодрствовать и трезвиться
О временах же и сроках нет нужды писать к вам, братия, ибо сами вы достоверно знаете, что день Господень так придет, как тать ночью. Ибо, когда будут говорить: «мир и безопасность», тогда внезапно постигнет их пагуба, подобно как мука родами постигает имеющую во чреве, и не избегнут. Но вы, братия, не во тьме, чтобы день застал вас, как тать. Ибо все вы – сыны света и сыны дня: мы – не сыны ночи, ни тьмы. Итак, не будем спать, как и прочие, но будем бодрствовать и трезвиться. Ибо спящие спят ночью, и упивающиеся упиваются ночью. Мы же, будучи сынами дня, да трезвимся, облекшись в броню веры и любви и в шлем надежды спасения, потому что Бог определил нас не на гнев, но к получению спасения через Господа нашего Иисуса Христа, умершего за нас, чтобы мы, бодрствуем ли, или спим, жили вместе с Ним. Посему увещавайте друг друга и назидайте один другого, как вы и делаете (1Фес.5:1—11).
Преподобный Исаак Сирин
Трезвение больше, чем дело
Трезвение помогает человеку больше, чем дело, а разрешение (распущение помыслов) вредит ему больше, чем покой телесный. Будем бороться с собою, чтоб не тиранствовал над нами гнев и не властвовала похоть; ибо написано: гнев мужа правды Божией не соделывает. И: похоть заченши рождает грех, грех же содеян, рождает смерть (Иак.1:20,15). Но ведя такую жизнь, будем крепко трезвиться, и, как написано: всяким хранением блюсти свое сердце (Притч.4:23). Ибо имеем страшных и вселукавых врагов, злых демонов.
Если будем хранить закон трезвения и дело рассудительности в ведении, то борьба с страстными приражениями совсем не приблизится к уму. Воспрещается же войти им в сердце вследствие не борьбы, но пресыщения сознания и ведения, каким наполнена душа, и желания чудных, находимых в душе, созерцаний. Пока человек живет, имеет нужду в трезвенности, попечительности и бодренности, чтобы охранять свое сокровище. Но если оставит он назначенный ему предел (пост), то сделается немощным и будет окраден. Не до того только времени трудиться должно, пока увидишь плод, но надо подвизаться до самого исхода. Ибо нередко и созревший плод побивает внезапно град.
Святитель Иоанн Златоуст
Прекрасно, если душа трезвенна, – ее нельзя увлечь, а рассеянной кто не увлечет? Она будет обманута сама собой, и не нужно ей будет козней и нападений диавола.
Преподобный Ефрем Сирин
Знак души ленивой – неохотно слушать Писание. А трезвенная душа принимает словеса Божии, как жаждущая земля – дождь.
Преподобный Иоанн Кронштадский
Да будет сердце твое бодрствующим не только днем, но и ночью
Помнить надо постоянно, что диавол старается непрерывно засорять нашу душу адским сором, которого у нас слишком много и который слишком мелок и разнообразен. Итак, враждою ли затмевается твое сердечное око, гордостью ли, нетерпением ли и раздражительностью, жалением ли вещественного достояния для брата или для себя – разумею скупость, – любостяжанием ли и сребролюбием, немиролюбивыми ли и обидными словами других, унынием ли и отчаянием, завистью ли, сомнением ли, маловерием ли или неверием откровенным истинам, тщеславием ли, леностью ли к молитве и ко всякому делу благому и вообще делу службы, – говори в сердце с твердою уверенностью слова: это сор диавольский, это мрак адский. При вере и надежде на Господа, при постоянном трезвении и внимании к себе можно, с Божиею помощью, избегать адского сору и мрака. Рожденный от Бога блюдет себе, и лукавый не прикасается ему (1Ин.5:18).
Каждый день, час и минуту будь строгим наблюдателем и судией всех мыслей, желаний и всех движений сердечных, слов и дел, и не допускай себе оскверняться ни единым помыслом, воображением и желанием, греховным словом и делом, ведая, что Господь есть праведный Судия, каждое мгновение судящий тебя и оценивающий всего твоего внутреннего человека. Для Бога соблюдай себя чистым непрестанно, ведь и конец твой близок.
Святые зорко следили за всеми движениями сердца своего и замечали, не гнездится ли в них какая неприязнь, недоброжелательство и злоба или зависть к кому-либо, лицеприятие, корысть, и немедленно искореняли эти диавольские корни, выбрасывали эту адскую закваску, – также и все другие страсти. Всякие корни и корешки немедленно секли по ревности Божией и не допускали им распространяться, да не подавят их и да не разлучат от Бога. Аминь.
Замечай за собою – за своими страстями, особенно в домашнем быту, где они свободно проглядывают, как кроты в безопасном месте; вне дома одни ваши страсти обыкновенно прикрываются другими страстями, более благовидными, а там нет возможности выгнать этих черных кротов, подкапывающих целость нашей души.
Хитра и осторожна птичка, не дает поймать себя ловцам на просторе мира Божия и когда видит, что к ней приближается кто-нибудь и хочет схватить ее, сейчас возлетает от земли вверх и таким образом избавляется от ловящих. Так и христианин должен быть мудр и бдителен, чтобы не поймал душу его ловец бесплотный: душа наша – как птичка небесная, диавол – злобный ловец, ищущий поглотить чью-либо душу. Как птичка, возлетая горе, тем самым спасается от ловца, так и мы, когда видим врага – диавола, ловящего нашу душу земными вещами, должны оставлять их немедленно сердцем своим, ни на мгновение к ним не привязываясь, и возлегать горе своими помышлениями ко Господу Иисусу, нашему Спасителю, и таким образом легко избавимся от сети ловчи.
Диавол, как дух, как простое существо, может запнуть и уязвить душу одним мгновенным движением помысла лукавства, сомнения, хулы, нетерпения, раздражения, злобы, мгновенным движением пристрастия сердца к чему-либо земному, движением лицезрения, любодеяния и прочими страстями – может искру греха раздуть, с свойственною ему хитростью и злобою, в пламя, свирепеющее с адскою силою во внутренностях человека. Надо держаться и всеми силами крепиться в истине Божией, отвергая ложь, мечты и злобу диавольские в самом их начале. Тут человек весь должен быть внимание, весь око, весь адамант несокрушимый во всех частях своих, твердый и неуязвимый. О! слава, слава победе Твоей, Господи! Тако да побеждаю в державе крепости Твоея врагов невидимых и видимых, во вся дни живота моего, до последнего моего издыхания. Аминь. О, простота веры! не покидай меня.
Непрестанно молись, призывая имя Живоначальной Троицы, да не сразит твоей души внезапно какая-либо страсть, гордость или зависть, или злоба и ненависть, или скупость, или сребролюбие, или чревоугодие, или гнев и раздражительность, или осуждение и презорство, или ложь и клевета и подобное; ибо среди сетей ходим все мы каждый час, каждую минуту жизни. Да будут настороже каждый час, каждую минуту сердечные очи твои, да будет сердце твое бодрствующим не только днем, но и ночью, по Писанию: аз сплю, а сердце мое бдит (Песн.5:2).
ТЯГОТЫ ДУШИ
Во всех случаях прямо к Нему обращаться, Ему открывайте тяготы души своей, и молитесь, да избавит, аще волит. Святитель Феофан Затворник
Святой Макарий Великий
Господь попускает душе пройти испытания в различных потеснениях
Хотящий благоугодить Богу, надеющийся стать через веру сонаследником Христу (Рим.8:17) и старающийся подражать Господу, чтобы и самому назваться духовным сыном Божиим, прежде всего, должен, запасшись долготерпением и стойкостью, мужественно переносить разнообразные встречающиеся на его пути скорби, тесноту, гонения, будь то телесные болезни и страдания, или людские поношения и обиды, или разные невидимые тяготы, насылаемые на душу от злых духов, желающих ввести ее в расслабление, отчаяние и нетерпение и тем помешать ей войти в Царство, по устроению Господа, который попускает каждой душе пройти испытания в различных потеснениях, чтобы обнаружились души, от всего сердца возлюбившие Господа, с Ним достойно переносящие все нападения лукавого и надежды Господней не удаляющиеся, но всегда с великой верой и стойкостью ожидающие благодати искупления, а потому и способные пройти через все испытание; так, получив обещанное Духом, они становятся достойными Царства.
Душа, следующая слову Господа, должна поэтому взять с радостью крест Господень, как написано (Мф.16:24), то есть быть готовой перенести ради Господа все постигающие ее испытания, будь они тайные или явные, и навсегда привязаться к Господу надеждой, ибо в Его власти и терзания души, оставленной Им, и ее избавление от всякого искушения и тесноты.
Если она не мужается и не переносит с достоинством в терпении все беды, но горюет, коснеет, подавлена, отчаивается, пугается борьбы и теряет уже всякую надежду на свое избавление (а это тоже уловка зла, вселять в душу робость и отчаяние), не утверждается в своем уповании, перестает ежечасно ожидать в непоколебимой вере милости Господней, то такая душа порождением жизни не становится, потому что по следам всех святых не шла и по стопам Господа не ступала. Вдумайся: вот, отцы, патриархи, пророки, апостолы и мученики изначально прошли тесным путем бедствий и испытаний и тем сумели угодить Богу, что достойно претерпели всю тесноту и искушения, под гнетом, среди напастей радуясь в терпеливой надежде на воздаяние, как говорит Писание: Дитя мое! Если ты идешь служить Господу Богу, приготовь свою душу к испытаниям, углуби свое сердце и крепись (Сир.2:1,2), и опять же Апостол: Если остаетесь без научения, которое обязательно для всех, то вы – незаконнорожденные дети, а не сыны (Евр.12:8), и в другом месте: все выпавшее на твою долю «как благо прими, зная, что без Бога ничего не бывает».
И Господь говорит: Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и скажут всякое злое слово на вас из-за Меня. Радуйтесь и веселитесь, потому что велика ваша награда на небесах (Мф.5:11,12), и это: Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное (5,10), – изгнанные или явно от людей, или тайно гонимые от духов злобы, которые противятся ищущей Бога душе и ввергают ее во всевозможные стеснения, чтобы помешать ей войти в вечную жизнь, но вместе и чтобы обнаружилось ее достоинство, если она поистине любит Бога, перенося всю тесноту, и если она до конца укрепится в надежде, с непоколебимой верой ожидая избавления (Евр.6:18), – или чтобы открылось, наоборот, что в ней нет настоящей любви к Богу, если она не претерпела, уклонилась от испытаний, коснела, робела и теряла надежду.
Ибо в разнообразных притеснениях и искушениях обнаруживается, какие души недостойны и какие достойны, какие имеют веру, надежду, терпение и какие не имеют, – чтобы, показав свою крепость и верность, достойные души, которые претерпели до конца, утвердились в надежде и за то приняли через благодать искупление и по праву унаследовали Царство. Пусть поэтому каждая душа, хотящая благоугодить Богу, прежде всего, мужается в благородной надежде и терпении, тогда она сумеет перенести все нападения и все притеснения лукавого.
Преподобный Максим Исповедник
Нет для души тяготы тягостнее клеветы
Нет для души тяготы тягостнее клеветы, веру ли оклевещут, или поведение: и никто не может презреть сего, кроме того, кто как Сусанна на Бога взирает, единого Сильного и от бед избавить, как ее избавил, и людям показать удостоверительно истину, как и о ней показал, и душу утешить надеждою.
Святитель Феофан Затворник
Ему открывайте тяготы души своей
Перемены в духе – наша общая участь. Терпеть надо, предавая участь свою в руки Божии. Об одном да будет забота, чтоб всегда с Господом быть. Во всех случаях прямо к Нему обращаться, Ему открывайте тяготы души своей, и молитесь, да избавит, аще волит.
УБИЕНИЕ ДУШИ
Убиение души есть умерщвление словесного ума впадением в непотребные дела… Преподобный Иоанн Лествичник
Преподобный Иоанн Лествичник
Убиение души
Убиение души есть умерщвление словесного ума, впадением в непотребные дела (страха Божия, совести и чувства духовного подавление смертными грехами), а погибель души есть впадение в отчаяние после совершения беззакония.
Святитель Василий Великий
(Толкование на пророка Исаию)
Принятие ложного мнения – убийство души
Пророк говорит: Где оставите славу вашу? Вы, любящие все делать напоказ, пристрастные к человеческой чести, но желавшие стать ересеначальниками, чтобы получить себе имя, и потому глаголавшие неправду в высоту (Пс.72:8), – где тогда, в день суда, оставите славу вашу? Но таковые, – говорит Пророк, – под убиеными падут. Теперь ты, начальник обманутых*, пользуешься их удивлением, носишь имя вождя и учителя, уважаем и ублажаем ими, а тогда будешь бесчестнее и их самих, тобой умерщвленных. Ибо принятие ложного мнения** – убийство души. Итак, под ними падешь ты, и бремя убиенных тобой наляжет на тебя.
Инок Никодим
*начальник обманутых
– Здесь святой Василий имеет ввиду фарисеев (лицемеров) от земной церкви, которые принимают на себя только внешний вид благочестия, внутри же безблагодатны и развращены грехами любодеяния от Бога. Именно их заповедал Христос опасаться желающим спастись, когда учил: «Бойтесь закваски фарисейской».
**принятие ложного мнения
– Здесь имеется ввиду принятия ложного учения о спасении, т.е. отличного от Евангельского и богодухновенных Писаний святых отцов Церкви Христовой.
УЕДИНЕНИЕ ДУШИ
Ведай, что Бог не посетит души твоей, если не найдет ее уединенною в себе самой. Бог хочет, чтоб она была уединена в себе, т. е. была без всяких помыслов… Преподобный Никодим Святогорец
Апостол Павел
Призыв к отделению
Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными, ибо какое общение праведности с беззаконием? Что общего у света с тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным? Какая совместность храма Божия с идолами? Ибо вы храм Бога живаго, как сказал Бог: «вселюсь в них и буду ходить в них; и буду их Богом, и они будут Моим народом». «И потому выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и не прикасайтесь к нечистому; и Я прииму вас». «И буду вам Отцем, и вы будете Моими сынами и дщерями, говорит Господь Вседержитель» (2Кор.6:14—18).
Святой Антоний Великий
Уединение нас может привести к Господу
Почему старайтесь утвердиться в нем, как должно, чтобы оно привело вас к видению Бога, которое есть самое духовное созерцание.
Кто усовершившись в порядках общежития, исходит в уединение и вступает в борьбу с невидимыми демонами, тот уподобляется лику льва, царя диких зверей. Когда же победит он невидимых врагов и возобладает над страстьми и подчинит их себе, тогда будет восторгнут горе Духом Святым и увидит Божественные видения; тут уподобится лицу орла: ум его будет тогда видеть все, могущее случиться с ним с шести сторон, уподобясь тем шести крылам, полным очей. Так станет он вполне Серафимом духовным и наследует вечное блаженство.
Как развалины вне города служат всем для смрадных нечистот, так душа того, кто лениво и вяло проходит уединенническую жизнь, бывает вместилищем всех страстей и нечистот греховных.
Святой Макарий Великий
Кто избрал жизнь уединенную…
Кто избрал жизнь уединенную, тот должен чуждым и посторонним для себя почитать все, что ни совершается в сем мире. Ибо кто действительно последует за Крестом Христовым, тому должно отрекшись от всего, даже от души своей, иметь ум, пригвожденный к любви Христовой, т. е. предпочесть Господа родителям, братьям, жене, чадам, родству, друзьям, имуществу. Ибо сие выразил Господь, сказав: всякий, кто не оставит отца, или матерь, или братьев, или жену, или чад, или сел и не последует Мне, несть Мене достоин (Мф.10:37). Ни в чем ином, как слышали мы, не обретают себе люди спасения и упокоения.
Святитель Василий Великий
О том, что необходимо уединяться
Душевной собранности способствует и уединение по месту жительства. Ибо, что вредно вести жизнь в обществе с людьми, которые небоязненно и презрительно смотрят на обязанность в точности исполнять заповеди, это показывает и слово Соломона, который учит нас: Не дружись с гневливым и не сообщайся с человеком вспыльчивым, чтобы не научиться путям его и не навлечь петли на душу твою (Притч.22:24,25). К тому клонится и сие изречение: выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь (2Кор.6:17). Поэтому чтобы ни очами, ни ушами не принимать нам ничего раздражающего на грех и нечувствительно не привыкнуть к нему, чтобы в душе к вреду и пагубе ее не оставалось как бы образов каких и отпечатков видимого и слышимого, и чтобы нам прийти в возможность пребывать в молитве, для этого, прежде всего, уединимся по месту жительства.
Таким образом, можем преодолеть прежний обычай, по которому жили мы вопреки заповедям Христовым (а не малый это подвиг – преодолеть свою привычку, потому что обычай, утвердившийся долговременностью, получает силу природы); и также в состоянии будем стереть с себя греховные пятна люботрудною молитвой и постоянным изучением Божией воли. А в молитве и в сем изучении невозможно успеть среди многих людей, развлекающих душу и занимающих ее делами житейским.
Да и это требование: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя (Лк.9:23), как можно кому-нибудь исполнить живя в многолюдстве? Итак, нам надлежит сперва отречься самих себя и взять крест Христов, а потом уже следовать Христу. Отречение же от себя есть полное забвение прошлого и удаление от своей воли, в чем живущему в обществе с людьми всякого рода успеть весьма трудно (чтобы не сказать – совершенно невозможно). Напротив того, участие в таком образе жизни служит препятствием тому, чтобы взять крест свой и последовать Христу. Ибо готовность к смерти за Христа, умерщвление удов «земных» (Кол.3:5), расположение духа с неустрашимостью встречать всякую опасность во имя Христово, непривязанность к настоящей жизни – вот что значит взять крест свой и чему видим великие в себе препятствия от привычки к жизни земной.
Сверх других многих неудобств, душа, смотря на множество живущих беззаконно, во-первых, не находит времени очувствоваться в собственных своих грехах и сокрушаться покаянием о прегрешениях, напротив же того, чрез сравнение себя с худшими приобретает какое-то мечтательное понятие о заслуге; а потом мятежами и недосугами, какие обыкновенно производит мирская жизнь, будучи отвлекаема от драгоценного памятования о Боге, не только лишается возможности радоваться и веселиться о Боге (Пс.34:9), утешаться Господом (Пс.36:4) и усладиться словесами Господними, чтобы прийти в состояние сказать: помянул Бога и возвеселихся (Пс.76:4), как сладки гортани моей слова Твои! Лучше меда устам моим (Пс.118:103), но и совсем привыкает к пренебрежению и забвению судов Божиих. А больше и пагубнее сего зла и потерпеть невозможно.
Нужно ли прежде отречься от мира всего, и потом приступать к житию по Богу?
Поскольку Господь наш Иисус Христос после сильного и многими делами подкрепленного доказательства всем говорит: если кто приходит ко Мне (Лк.14:26), отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мф.16:24); и еще: Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником (Лк.14:33), то думаю, что повеление сие простирается на многие вещи, которых отчуждение необходимо. Ибо, прежде всего, отрицаемся диавола и плотских страстей мы, отрекшиеся скрытых постыдных дел (2Кор.4:2), телесного сродства, человеческой дружбы и навыков жизни, противоборствующих точности евангельского спасения. И, что еще необходимее, отрицается самого себя совлекшийся ветхого человека с делами его (Кол.3:9), истлевающего в обольстительных похотях (Еф.4:22), отрицается и от всех пристрастий к миру, которые могут препятствовать цели благочестия.
Таковой человек будет почитать истинными родителями породивших его благовествованием о Христе Иисусе, а братиями – приявших того же Духа сыноположения, на всякое же имущество станет смотреть, как на чужое, каково оно и действительно. Одним словом, тот, кому Христа ради мир распят, и он для мира (Гал.6:14), может ли быть рабом «частей» мира, если Господь наш Иисус Христос доводит до крайней степени ненавидение души и самоотвержение, когда говорит: если кто хочет идти за Мною, отвергнисъ себя, и возьми крест свой и потом присовокупляет: и следуй за Мною (Мф.16:24); и еще: если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником (Лк.14:26)?
Поэтому совершенное отречение состоит в том, чтобы преуспеть в беспристрастии даже и к самой жизни и иметь себе приговор к смерти для того, чтобы надеяться не на самих себя (2Кор.1:9). Начинается же оно отчуждением внешнего, как-то: имения, суетной славы, привычек жизни, пристрастия к неполезному, как показали нам святые ученики Господни, Иаков и Иоанн, оставившие отца своего Заведея и самый корабль, доставлявший все средства к жизни; также и Матфей, восставший с мытницы и последовавший за Господом, не только оставив выгоды своего промысла, но и презрев опасности, какие должны были постигнуть его и его домашних от начальства за оставление неконченными счетов по сбору пошлин, а Павлу весь мир распят, и он для мира (Гал.6:14).
Таким образом, объятый сильным вожделением последовать Христу не может уже обращать внимания ни на что, касающееся этой жизни: ни на любовь к родителям и домашним, как скоро она противна повелениям Господа (ибо тогда имеет место сие изречение: если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и прочее), ни на страх человеческий, так чтобы ради него оставить что-нибудь полезное, в каковом бесстрастии преуспели святые, говоря: должно повиноваться больше Богу, нежели человекам (Деян.5:29), ни на злобный смех мирских людей, так чтобы поражаться их осмеянием. А кто хочет точнее и яснее узнать, какая сила сопряжена с вожделением последовать Господу, тот пусть вспомнит, что апостол в назидание наше повествует о себе и говорит: Если кто другой думает надеяться на плоть, то более я, обрезанный в восьмой день, из рода Израилева, колена Вениаминова, Еврей от Евреев, по учению фарисей, по ревности – гонитель Церкви Божией, по правде законной – непорочный. Но что для меня было преимуществом, то ради Христа я почел тщетою. Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа (Флп.3:4—8).
Ибо, если апостол (скажу нечто смелое, впрочем справедливое), если он самому презренному и нечистому в теле, что всего более спешим удалить от себя, уподобил Богом данные некогда законные преимущества, как служащие препятствием к уведению Христа, к оправданию в Нем, к сообразованию себя с смертью Его, что после сего сказать об узаконенениях человеческих? И нужно ли еще подтверждать мысль сию нашими рассуждениями и примерами святых, если можно представить собственные изречения Господа и ими убедить робкую душу, потому что Он непререкаемо свидетельствует, говоря: Так всякий из вас, кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником (Лк.14:33). И в другом месте после слов: если хочешь быть совершенным сперва говорит: пойди, продай имение твое и раздай нищим, а потом присовокупляет: и приходи и следуй за Мной (Мф.19:21). Сюда же относится и притча о купце, как это ясно для всякого благомыслящего.
Ибо сказано: подобно Царство Небесное купцу, ищущему хороших жемчужин, который, найдя одну драгоценную жемчужину, пошел и продал всё, что имел, и купил ее (Мф.13:45,46). Явно же, что многоценный бисер взят здесь в подобие Царства Небесного, которого нам, как показывает слово Господне, невозможно приобрести, если в промен за оное не отдадим все, что у нас есть: богатство, славу, род и, если что еще вожделенно для многих.
А потом, что уму, развлекаемому разными заботами, невозможно преуспеть в желаемом, Господь подтвердил, сказав: Никто не может служить двум господам и еще: Не можете служить Богу и маммоне (Мф.6:24). Потому надобно нам избрать одно, небесное сокровище, чтобы в нем было сердце наше. Ибо сказано: где сокровище ваше, там будет и сердце ваше (21). А если оставим себе какое-нибудь земное имущество и тленное богатство, то, поскольку ум будет зарыт здесь, как в некоторой тине, душа, по необходимости, не увидит Бога и не подвигнется к вожделению небесных красот и уготованных нам по обетованиям благ, обладания которыми достигнуть нам невозможно, если неразвлекаемая и сильная любовь не ведет к исканию оных и не облегчает нужного ради них труда.
Посему отречение от мира, как видно из сказанного, есть разрешение уз этой вещественной и временной жизни, свобода от человеческих обязательств, делающая нас более способными начать путь к Богу. Это беспрепятственный случай к приобретению и употреблению того, что многоценно больше золота и даже множества золота чистого (Пс.18:11), и, короче сказать, переселение человеческого сердца в жительство небесное, чтобы можно было говорить: Наше же жительство – на небесах (Флп.3:20), а что еще важнее, это начало уподобления Христу, Который будучи богат, обнищал ради нас (2Кор.8:9). И если не преуспеем в нем, нельзя нам приступить к жизни по Евангелию Христову.
Ибо сокрушение сердца, смирение ума, освобождение души от гнева, скорби, забот, коротко сказать, от пагубных страстей могут ли иметь место при богатстве, житейских попечениях, пристрастии и привычке к другим? Вообще же кому можно не иметь попечения даже о самом необходимом, как-то о пище и одежде, того убедит ли какая причина окружить себя, как терниями, лукавыми попечениями о богатстве, препятствующими плодоношению семени, какое посеяно Земледелателем душ наших, если Сам Господь говорит: Посеянное в тернии означает слышащих слово, но в которых заботы века сего, обольщение богатством и другие пожелания, входя в них, заглушают слово, и оно бывает без плода (Мк.4:18,19; Лк.8:14)?
Преподобный Исаак Сирин
Кто любит собеседование со Христом, тот любит быть уединенным
А кто любит оставаться со многими, тот друг мира сего. Если любишь покаяние, возлюби и безмолвие. Ибо вне безмолвия покаяние не достигает совершенства. И если кто будет противоречить сему, не входи с ним в состязание. Если любишь безмолвие – матерь покаяния, то с удовольствием возлюби и малые телесные лишения, и укоризны, и обиды, какие польются на тебя за безмолвие. Без этого предуготовления не возможешь жить в безмолвии свободно и невозмутимо. Если же не будешь пренебрегать указанным, то соделаешься причастником безмолвия по воле Божией и пребудешь на безмолвии сколько благоугодно будет Богу. Любовь к безмолвию есть непрестанное ожидание смерти. Кто без сего помышления вступает в безмолвие, тот не может понести того, что всеми мерами должны мы терпеть и сносить.
А тем, которые действительно избрали для себя отшельничество от мира и телом, и умом, чтобы установить мысли свои в уединенной молитве, в омертвении для всего преходящего, для зрения мирских вещей и для памятования о них, – таковым не подобает служить Христу деланием чего-либо телесного и правдой дел явных (чтобы ими оправдаться), но, по слову Апостола, умерщвлением удов своих, яже на земли (Кол.3:5), надлежит приносить Христу чистую и непорочную жертву помыслов, как первый плод возделывания самих себя, и телесную скорбь в терпении опасностей, ради будущего упования. Ибо житие иноческое равночестно ангельскому. И не подобает нам, оставив небесное делание, держаться житейского.
Если человек не отречется сперва от мира и не удосужится от всего мирского, то не может уединиться.
Уразумей и то, рассудительный, что избираем уединенное жительство с душами своими, безмолвие и затворничество, не для дел, простирающихся сверх правил не для того, чтобы их сделать. Ибо известно, что к этому, по причине телесного рвения, способствует более общение с многими. И если бы необходимо было сие, то некоторые из отцов не оставили бы сопребывания и общения с людьми, а другие не стали бы жить в гробах, и иные не избрали бы себе затвора в уединенном доме, где, всего более расслабив тело и оставив его в несостоянии исполнять наложенные ими на себя правила, при всевозможной немощи и телесном истомлении, с удовольствием целую жизнь свою переносили еще тяжкие постигшие их болезни, от которых не могли стоять на ногах своих, или произнести обычную молитву, или славословить устами своими, но даже не совершали псалма или иного чего, совершаемого телом; и вместо всех правил достаточно для них было одной телесной немощи и безмолвия. Так вели они себя все дни жизни своей. И при всей этой мнимой праздности никто из них не пожелал оставить своей кельи и, по причине неисполнения ими правил своих, идти куда-нибудь вон или в церковь – возвеселить себя гласами и службами других.
Человеку всегда должно отвращать мысль свою от страстей к естественному добру, какое Создателем вложено в природу, хотя диавол и извратил истину лукавым искушением. И если прилично так сказать, то ему должно бегать не только от докучливости страстей, но и от чувств своих, и погружаться во внутреннего своего человека, и там уединенно пребывать, непрестанно возделывая виноградник сердца своего, пока не приведет дел в согласие с монашеским именем, нареченным ему в сокровенности его и явно. И может быть, что сим пребыванием близ внутреннего человека приидет в совершенное соединение с ведением нашей надежды, живущего в нас Христа. Ибо когда ум наш пребывает там уединенно и отшельнически, тогда не он уже ведет брань со страстями, но благодать; разве только и самые страсти не приходят в нем в действие.
Житие духовное есть деятельность без участия чувств
Оно описано отцами. Как скоро умы святых приемлют оное, отъемлются от среды созерцание вещественное (ипостасное) и дебелость тела, и созерцание делается уже духовным. Созерцанием вещественным называю тварь первого естества, и от сего вещественного созерцания человек удобно возводится к познанию уединенного жития, которое, по ясному истолкованию, есть удивление Богу. Это есть то высокое состояние при наслаждении будущими благами, какое дается в свободе бессмертной жизни, в жизни по воскресении, потому что природа человеческая не перестанет там всегда удивляться Богу, вовсе не имея никакого помышления о тварях, ибо если бы было что подобное Богу, то ум мог бы подвигнуться к этому: иногда к Богу, а иногда – к твари.
Преподобный Иоанн Лествичник
Уединенная жизнь требует ангельской крепости
Не так спасается уединенный монах, как монах, живущий с другим монахом. Ибо уединенный имеет нужду в великом трезвении и в неразвлекаемом уме. Сожительствующему с другим часто помогает брат, а безмолвнику споспешествует Ангел.
Поспешая к жизни уединенной или странничеству, не дожидайся миролюбивых душ, ибо тать приходит нечаянно.
Многие, покусившись спасать вместе с собою нерадивых и ленивых, и сами вместе с ними погибли, когда огонь ревности их угас со временем. Ощутивши пламень, беги, ибо не знаешь, когда он угаснет и оставит тебя во тьме. О спасении других не все подлежим ответу, ибо Божественный апостол говорит: темже убо кийждо нас, братие, о себе слово даст Богу (Рим.14:12). И опять: научая иного, себе ли не учиши? (Рим.2:21). Как бы сказал: все ли должны мы пещись о других, не знаю, о самих же себе всячески должны мы заботиться.
Тем, которые борются с телесною похотию, в свое время прилично бывает безмолвие, если они только имеют наставника. Ибо уединенная жизнь требует ангельской крепости. Я говорю здесь об истинных безмолвниках по телу и по душе.
Святитель Иоанн Златоуст
Не пустыня делает уединенным, но любомудрая воля
Уединен, сосредоточен, нерассеян или, по переводу семидесяти толковников, отделен от нечестивых, чужд их общества и как бы проводя жизнь один, что и составляет величайший вид добродетели; и притом не один, два или три дня, говорит, я так веду себя, но во всю свою жизнь. Вот чем ограждается, укрепляется и возрастает добродетель – тем, чтобы удаляться от нечестивых, быть собранным и сосредоточенным в самом себе во всю жизнь и жить в уединении от людей развращающих. Не пустыня делает уединенным, но любомудрая воля. Таким образом, и живущие в городах, среди шума и торжищ могут быть уединенными, если будут избегать развратных обществ и прилепляться к собраниям праведников. Это – путь безопасный.
Итак, кто способен исправлять и других, тот пусть обращается с теми, которые расположены принять врачевство, и делает их лучшими, а кто слаб, тот пусть избегает людей нечестивых, чтобы не заразиться от них. Таким образом, он и настоящую жизнь проживет безопасно, и получит будущие блага, которых да сподобимся все мы благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа.
Преподобный Петр Дамаскин
Ничто столько не помогает к приобретению добродетели, как уединение и сетование.
Всем полезно безмолвие и удаление от вещей и от людей, особенно же страстным и немощным: ибо ум не может сделаться бесстрастным от одного внешнего делания, если не получит и многих духовных видений.
Ничто так не препятствует к приобретению добродетелей, как суетные заботы и рассеянность, хотя бы и очень малая.
Преподобный Нил Синайский
Обуреваемый корабль поспешает в пристань, и целомудренная душа ищет пустыни.
Авва Фалассий
Безмолвное уединение и молитва суть самые могущественные орудия добродетели, ибо они, очищая ум, делают его зрительным.
Преподобный Феодор Студит
Не велика похвала безмолвствовать в пустыне и в уединении блюсти безмятежие. Но другое дело в городе жить, как в уединении, и среди шумной толпы быть, как в пустыне.
Святитель Феодор Эдесский
Ищи мест уединенных и удаленных от мира
И хотя будет утеснять тебя там скудость необходимых потреб, не бойся; если и враги окружат тебя, как пчелы пли злые осы, всякого рода воздвигая на тебя брани и всяческими возмущал тебя помыслами, не устрашайся, не приклоняй к ним послушливого уха, и не убегай с поприща состязания, но паче мужественно перетерпевай все, припевая себе и говоря: терпя потерпел Господа, и внят ми и услыша молитву мою (Пс. 39:2). И узришь величие Божие, Божие заступление, попечение и всякое спасительное о тебе промышление.
Преподобный Никита Стифат
Жизнь сбором в одном месте безопаснее уединения
О необходимости такого совместного жительства свидетельствует Священное Слово Господа Иисуса, Который говорит: идеже еста два или трие собрани во имя Мое, ту есмь посреде их (Мф.18:20). Об опасности же жизни уединенной говорит Соломон: горе единому, потому что, егда падет, не будет втораго воздвигнути его (Еккл.4:10). И Давид ублажает воспевающих Бога в любви и единомыслии, говоря: блажени людие ведущии воскликновение (Пс.88:16). Похваляет он и совместное сожительство, когда говорит: се, что добро, или что красно, но еже жити братии вкупе? (Пс.132:1). И об учениках Господа говорится в Деяниях, что у них была одна душа и одно сердце (Деян.4:32). Наконец, и сошествие к нам Бога было не в пустыне, а в населенных местах, среди людей грешных. Итак, необходимо общее единомысленное житие, уединение же поскользновенно и опасно.
Святитель Григорий Палама
Кто добре пребывает в уединении
Если убо желает кто обогатиться освящением, без коего никто не узрит Господа (Евр.12:14), да пребывает в своей келье, умерщвляя тело и молитве прилежа в смирении, ибо для того, кто добре пребывает в уединении, келья служит пристанищем целомудрия. Внешнее же все, особенно бывающее на торжищах и праздничных гуляниях, исполнено блудного примешения, которое через слух и зрение проникает в душу приближающегося к ним монаха и погружает его в срамные помышления и движения. Можешь и огнем попаляющим назвать этот мир грешный, который веществом горючим делает для себя вращающихся в нем, и всякий в них вид добродетели превращает в пепел. Огонь не сжигающий нашелся некогда в пустыне (купина). Ты же вместо пустыни сиди в келье, и укройся в ней мало елико, пока мимоидет зной страстности: ибо, когда она минет, пребывание на открытом воздухе не вредит. Тогда ты и духом нищею воистину будешь, господство над страстями стяжешь, и блестяще ублажена будешь от Того, Кто оказал: блажени нищие духом, яко тех есть Царствие Небесное (Мф.5:3).
Преподобный Григорий Синаит
Ничто так не делает сердца сокрушенным и души смиренной, как уединение разумное и молчание от всех.
Преподобный Никодим Святогорец
Бог не посетит души твоей, если не найдет ее уединенною
Все желание твое и чаяние да будет всегда обращено к сему невидимому посещению Божию. Но ведай, что Бог не посетит души твоей, если не найдет ее уединенною в себе самой. Бог хочет, чтобы она была уединена в себе, т. е. была без всяких помыслов сколько может, без всяких пожеланий, наипаче же без собственной своей воли.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
(Письма к родному брату П. А. Брянчанинову)
Об удалении от мира
Что сказать Тебе в ответ на Твои мысли об удалении от мира? Господь, благословивший и установивший такое удаление, вместе с тем заповедал сперва сосчитать имение свое достаточно ли оно для созидания этой высокой жизни и количество сил своих для борьбы с силами противными. Советую Тебе сводить этот счет молитвою, отдаваясь на волю Божию. Я сколько ни молил Бога, чтобы даровал мне уединенную жизнь, но и до сих пор остаюсь в Сергиевой пустыни, подвергаясь развлечениям различного рода. Недостаточно, чтоб мы хотели: надо, чтоб воле Божией сообразно было наше хотение. Мы хотим теперь, а Бог уготовляет иногда это же самое чрез многие годы. В настоящее время Ты необходим для Алеши, на которого, в случае Твоего удаления, с полным правом накинется его дед и сделает его несчастным по душе и по телу.
Описанные Тобою видения не должны привлекать Твоего внимания: путь Л. А. особенный, а от таких особенностей святые отцы велят отстраняться тем, которым предназначено идти общим христианским путем. Мой совет: занимайся душеполезным чтением, им руководствуйся в действиях, врачуй покаянием согрешения и предавайся воле Божией, предлагая Богу тайную мысль свою и намерение.
Святитель Феофан Затворник
Уединение внешнее придет само, когда установится внутреннее
Келейное уединение есть дело Марии, а хлопоты по сборам есть дело Марфино. Эти дела одно с другим вместе жить не могут.
Минутами уединения надо пользоваться, обращая их исключительно на дело Божие – молитву и богомыслие.
Позыв на уединение и безмолвие… и даже порывы, вами испытываемые, не суть доброго качества. Потому лучше их прогонять, а на место их выставлять или производить в душе – желание труда – преутруждения себя. Вы по временам имеете уединение – и довольно. Во всякое другое время старайтесь уединяться в сердце и там установить свое сознание перед лицем Божиим: что есть хождение перед Богом.
Досада и серчание, когда кто нарушает ваше уединение, никуда негоже… Это плод самомнения.
Позыв к уединению указывает на хорошее в вас сердечное настроение; но удовлетворять его можете каждый день. Как только имеете свободу от дел, уклоняйтесь в свою комнату… и старайтесь быть с Единым Господом, сходите умом в сердце и там стойте перед лицем Господа, славословя Его, благодаря и прося у Него благопотребных благ духовных. Делая так, навыкнете, будете ходить перед Господом… Вот и уединение, а что вы загадываете удалиться в глушь… это вам дело не подходящее.
Молчание возлюбите и уединяйтесь, сколько возможно, чтобы быть во единении с Господом. Тогда Он Сам соделается для вас руководителем и учителем, и других таких лиц уже не потребуется для вас.
Господь одобряет ваше желание уединения, но времени не указывает. Надо ждать определенных указаний, а до того блюсти внутреннее безмолвие и продолжать усердно дела по благоустройству обители.
Вы себе прописываете уединение в деревне. Дай Господи улучить вам его, как следует. Оно слаще меда. Ожидаю, что, усладившись им, вы не захотите лишить себя такого великого блага. Езда – как разбивает мысли и весь строй душевный!
Хорошо уединяться в стенах от развлечений, но в себе уединяться еще лучше. Первое без последнего ничто, а последнее и без первого все важно.
Скажу вам одно: начните теперь, в настоящем положении, уединяться дома, и часы уединения преимущественно посвящайте молитве все об одном: «Скажи мне, Господи, путь в оньже пойду»… Не словом только и не мыслию только, но с сердечным болезнованием взывайте таким образом. На уединение такое назначьте или часы какие каждого дня (что лучше) – или какие-либо дни недели. И уж держите уединение как следует, ища паче вразумления и Божия указания… Присоедините к сему и пост… чувствительный для плоти. Это будет хорошим подспорьем для молитвы.
Уголка желаете, чтобы скрыться? Это вам легко делать и дома. А то – уединяйтесь в духе, именно – отвлекайте внимание от всего внешнего и, собравшись внутрь, стойте перед Господом.
Вот и одни, а скучаете! То скучаете, что много разволоки, а когда остались одни, не знаете, как время наполнить. Минутами уединения надо пользоваться, обращая их исключительно на дело Божие – молитву и богомыслие. Эти же занятия, коль скоро хоть немного исправно идут, не дадут скучать. Ибо от них источается духовное утешение, которого не может дать ничего на земле.
Преподобный Амвросий Оптинский
На безмолвие и уединение поступают по особому Промыслу Божию
Не ретись нерассудно на одно внешнее уединение, которое в страстном может питать самомнение, гневливость и осуждение других. Обращай на эти признаки твое внимание и понуждайся обучать себя самоукорению, во всяком случае возлагая вину на себя, а не на других. Помни всегда отеческое слово: «келья высит, а люди искушают». Потому-то немощному и страстному и полезно прежде протереться между людьми, да научиться смиряться и не порицать других.
Вы выражали желание и решимость сесть в открытый затвор, тогда как евангельским учением истязуется от нас делание тайное. А во-вторых, и не всегда мы можем соответствовать провозглашенному затвору житием нашим по… немощи. Поэтому лучше немощью и прикрывать уединение наше и безмолвное житие. Если в таком случае и не совсем достаточны будем для такой жизни, все-таки не будем строго судимы ни от людей, ни от Бога.
Объясняешь, что помысл уединения тебя измучил, лишает тебя сна и пищи, не дает тебе никакого покою! На безмолвие и уединение поступают по особому Промыслу Божию, как, например, сказано было Арсению Великому: молчи, бегай и спасешься. А ты такого призвания свыше не получала, а думаешь это сделать по своему только желанию и притом с примесью вражеского искушения и, наконец, с ослушанием, а ослушание и непослушание такой грех, который и мученичеством не заглаждается. Вероятно, сама читала, как один монах не послушал своего отца, ушел от него, и впал в руки мучителей, и получил мученическую смерть мощи его, как мученика, христианами поставлены были в церкви. Когда диакон возглашал: «Оглашеннии изыдите», мощи сами выходили из церкви, пока не призван был его старец и не простил его.
Один прозорливец видел в видении пустынника-странноприимца, больного и послушника. У послушника на шее была золотая гривна или цепь. Прозорливец спросил, почему такая честь больше всех послушнику? Ему в ответ сказано: пустынник хотя и много трудился, но по своей воле и по своему желанию, а послушник жил в отсечении своей воли и своих желаний и благих. Ты думаешь в уединении обрести покой, но весьма ошибешься. Святой Григорий Богослов ради гонений и смут оставил должность епископа и в уединении испытал великое томление. Антония Великого в уединении бесы избили так, что он два дня был, как мертвый. Поэтому святой Иоанн Лествичник советует лучше иметь борьбу с людьми, нежели с бесами, потому что люди, хотя иногда ожесточаются и не покоряются, а потом опять смягчаются и повинуются. А бесы никогда не перестают против нас злобствовать и неистовствовать.
Ты в уединении желаешь приблизиться к Богу, а в «Лествице» сказано, что истинный послушник стоит одесную Распятого. И опять о близких к Богу сказано, что они должны приносить Богу дары, как сказано в псалмах: вcи, иже окрест Его, принесут дары (Пс.75:12), т. е. спасение других душ. Подумай хорошенько и сообрази все написанное и не спеши на безмолвие и на уединение, а с терпением и покорением ожидай на то воли Божией и благоприятного времени.
У тебя есть стремление к уединению. Если N. оно вредно, то почему же тебе оно будет полезно? Ты, живя и среди людей, не знаешь куда деться от мысленной брани, что же было бы с тобою на уединении?
Объясняешь свою скорбь касательно неимения своей кельи и касательно неудобств жить в чужих кельях в многолюдстве. С одной стороны, справедливо: так, в такой тесноте как ты живешь, действительно жить неудобно, но, с другой стороны, скорбь твою до изнеможения душевного нельзя одобрить, ни назвать правою. Если мы желаем наследовать Царствие Того, Который во время земной жизни не имел где главы подклонити, то основательно ли поступаем, малодушествуя до изнеможения касательно внешних неудобств. Тогда как ими-то и чрез них-то очищается грешная душа наша, как в горниле. Хотя я лично тебе говорил, как много ты себя повредила нерассудным желанием, но и теперь замечаю, что ты доселе доверяешься руководству влекущего желания, по видимому мнимо благого, но все-таки нерассудного и противоречащего отеческим писаниям, в которых говорится, что желающий уединенной жизни наперед должен обучиться среди людей терпению, смирению, незлобию и долготерпению от поношений и уничижений и от неудобств, и прибавлено, что иначе не бывает.
Святой Лествичник говорит, что безмолвие тела есть благочиние чувств внешних, а безмолвие души есть благочиние помыслов. Этому безмолвию и старайся обучаться. Сестрам, где ты живешь, можешь сказать так: если вы желаете, чтоб я у вас жила, то побольше молчите и без крайней надобности не рассказывайте разных россказней и не делайте неуместных вопросов. Будем лучше помолчаливее жить, внимая каждая своей совести со страхом Божиим. Если же иначе, то я долго не могу у вас пробыть.
Оставаться с собой и Богом это хорошо, если действительно так. В псалме на каждой вечерне читаем: един есмь аз, дондеже прейду (Пс.140:10), т.е., живя среди многих, полезно уединяться и с собою одним оставаться. Это помогает избегать многих сетей вражеских, если при этом не будем плохо разуметь о ближнем.
Уединение тебе не только не будет полезно, но и может усилить душевный твой вред со стороны прелести вражией. Святой Исаак Сирин в 30-м Слове пишет: «не всякое доброе желание бывает от Бога, но впадает подобное желание и от диавола, и сие несть пользующее, но враг поставляет сеть». Ты во всю жизнь свою увлекалась мнимо благим и нерассудным желанием и оттого повредила себя душевно и телесно. Святой Симеон Новый Богослов, пиша о первом образе молитвы, говорит, что повредившиеся прелестию вражиею, ради сожития с другими, не впадают в помешательство ума, которому подвергаются уединенные. Святой Лествичник пишет, что безмолвие есть благоустроение нрава и благочиние чувств и помыслов. О сем безмолвии позаботимся и, живя с другими, по слову Апостола, не высокая мудрствующе, но смиренными ведущееся (Рим.12:16).
В прежнее время и в пещерах жили люди толковые: знали и твердо помнили, зачем они там жили, то есть, чтобы удержать не только язык от зла, но и ум от лукавых и скаредных помышлений. Везде обносится слово опытных: чего не видишь, того и не бредишь. Прежние разумные пещерные жители жили в пещерных местах для того, чтобы стяжать истинную любовь к Богу и искреннюю любовь к ближним, памятуя всегда Апостольское слово: мняйся любить Бога, а ближняго своего ненавидяй ложь есть (1Ин.4:20). Еще видим в отеческих писаниях, что тогдашние люди, уединяющиеся совершенные, жили по одному, а не достигшие еще совершенства жили вдвоем и втроем, для познания своей немощи и для снискания кротости, и терпения, и смирения. Хотя иногда и тяжким кажется сожитие с другими для неукрощенного еще самолюбия, но весьма полезно для обнаружения наших немощей: а то уединенному часто кажется, что он живет хорошо и исправно, и чрез то удобно впадает в самомнение и обольщение. Лучше видеть свои немощи и недостатки и чрез то навыкать смирению и самоукорению, нежели обольщаться мнимым исправлением и чрез то впасть в гордость, за которую и ангелов согнали с неба.
Авва Дорофей пишет, что «спасение во многом совете», но не со многими. Потому что в Святом Писании сказано: друзи твои да будут мнози, советницы же един от тысящ (Сир.6:6). Поэтому нахожу неполезною для тебя поездку в К., кроме сказанной причины и потому, что находишься в тревожном состоянии. Вода, когда находится в мутном состоянии, для очищения своего требует того, чтобы дать ей спокойно постоять и отстояться, тогда чистую воду сливают, а тину выбрасывают. Еще в Ветхом Писании сказано: аще дух владеющаго взыдет на тя, места твоего не остави (Еккл.10:4). Есть и простая поговорка: на одном месте и камень обрастает. И в старчестве сказано: сиди в келье твоей, и та всему тебя научит.
Положим, что А. вызывает тебя под благовидным предлогом принести тебе пользу душевную, но враг наш душевный и искуситель чрез это ухищряет тебе сделать вред душевный. Святой Апостол предостерегает нас, глаголя: не неразумеваем ухищрений его (2Кор.2:11), т.е. вражиих, которые скрываются под благовидными предлогами, как волки в овчих кожах. Поэтому лучше сидеть дома и искать пользы душевной внутри себя приличными духовными средствами, так как сказано, что Царствие Божие внутрь вас (Лк.17:21). А совне от людей получаем пользу лишь тогда, когда не осуждаем их.
В первом письме писала ты, что взяла келейницу, но что она во многом тебя затрудняла и стесняла, а во втором письме пишешь, что она уже ушла от тебя. Но сама видишь, что с келейницею одни неудобства, а без келейницы другие неудобства. Особенно в случае болезни или изнеможения тебе невозможно обходиться без келейницы, как самое дело показывает. Что бы с тобой было, если бы 13 августа в Киеве Ты была одна без келейницы? Одной можно бы тебе душевно повредиться. И вообще сказано в Писании: блази два паче единого; и горе единому, егда падет, и не будет второго воздвигнуты его (Еккл.4:9,10). Высочайшим образцом безмолвия был Арсений Великий, но и он в своем уединении имел при себе двух человек, Александра и Троила. Как же нам немощным душевно и телесно жить одним? Разве мы выше Арсения Великого?
≈
Три благочестивых мужа, стремящихся ко спасению, приняли монашество. Один избрал себе в делание примирять ссорящихся, другой – посещать больных, а третий ушел для безмолвия в пустыню.
Первый, заботясь о том, чтобы прекратить распри между людьми, не мог примирить всех ссорящихся. Побежденный унынием, он пришел к тому, который избран своей добродетелью служение больным, но и того нашел малодушествующим, признавшим, что исполнение принятой им добродетели превышает его силы. Договорившись, они пошли повидаться с третьим братом, удалившимся в пустыню.
Придя, они поведали ему о своем смущении и просили сказать, что доставило ему уединение. Помолчав немного, брат налил воды в лохань и сказал: «Поглядитесь в воду». Она была возмущена. По прошествии некоторого времени он опять сказал им: «А теперь поглядитесь в воду; она уже устоялась». Взглянув в воду, они увидели в ней свои лица, как в зеркале. Тогда он сказал им: «Подобное этому совершается с человеком, когда он находится среди людей. Он не может видеть своих грехов по причине непрестанно возмущающего его отвлечения. Когда он удалится в уединение, особенно в уединение пустыни, тогда он усматривает свои согрешения».
Преподобный Никодим Святогорец
Необходимо душе пребывать уединенною в себе, чтоб Бог осенил ее миром Своим
Так как Бог богов и Господь господ для того благоволил создать душу твою, да будет она обиталищем и храмом, собственно, для Него Самого, то тебе надлежит иметь ее в большом почете и не допускать ее унижаться склонением на что-нибудь низшее ее. Все желание твое и чаяние да будет всегда обращено к сему невидимому посещению Божию. Но ведай, что Бог не посетит души твоей, если не найдет ее уединенною в себе самой. Бог хочет, чтоб она была уединена в себе, т. е. была без всяких помыслов, сколько может, без всяких пожеланий, наипаче же без собственной своей воли. В последнем отношении не следует тебе самому по себе, без рассуждения, принимать какие-либо строгие подвиги и лишения произвольные или искать поводов как-нибудь пострадать по любви к Богу, следуя одному внушению собственной воли.
На это должно тебе иметь совет духовного отца твоего, который руководит тебя как наместник Божий. Его и во всем слушай, и Бог посредством его действительно направит волю твою на то, что сам хочет и находит благотворным для тебя. Никогда ничего не делай по одной воле своей, но, да делает в тебе сам Бог одно то, чего желает от тебя. Хотение твое да стоит всегда свободно от тебя самого, т. е. сам собой не желай ты ничего, и если пожелаешь чего, да будет хотение твое таково, чтоб, будет ли то, чего хочешь, или нет, или даже будет противоположное тому, нисколько не скорбеть о том, но быть покойным духом, как бы ты ничего и совсем не хотел.
Такое настроение и есть истинная свобода сердца и уединенность, когда, то есть, оно не бывает связываемо ни умом, ни волею в отношении к чему-либо. Если таким образом представишь ты Богу душу свою столь упраздненною, свободною и единичною в себе, то увидишь, какие дивные действия возблаговолит Он произвести в ней; главное же – Он осенит тебя божественным миром, который есть дар, имеющий соделаться в тебе вместилищем всех других даров, как говорит великий Григорий Солунский (в «Слове к монах. Ксении», греч. «Добротолюбие», с. 944).
О дивная объединенность, сокровенная сокровищница Всевышнего, в которой одной благоволит Он слушать обращаемые к Нему беседы твои и Сам беседовать к сердцу души твоей! О пустынь и уединилище, в коем созиждился рай! Ибо в нем одном дает Бог доступ видеть Его и беседовать к Нему. Мимошед увижду видение великое сие (купину), – говорит Моисей в чувственной, умными, однако ж, созерцаниями богатой пустыне Синайской (Исх.3:3). Но если и ты желаешь сподобиться того же, необувенными вступи ногами на место сие, ибо земля сия свята.
Обнажи прежде ноги твои, т. е. расположение души твоей, и да будут они обнажены и свободны от всякой земной вещи. Не бери ни сумы, ни жезла в путь сей, как заповедовал Господь ученикам Своим (Лк.10:4). Тебе не следует уже желать ничего от мира сего, и никого не приветствуй на сем пути, как повелевал отроку своему Елисей и Господь заповедовал ученикам Своим, – весь свой помысл, все расположение и всю любовь обращая к единому Богу, а не к тварям каким. Предоставь мертвым погребать своих мертвецов (Мф.8:22); ты же теки один землею живых, и смерть да не имеет в тебе части.
УЗЫ ДУШИ
Жизнь настоящая ничем не лучше темницы. Если, устранив весь внешний блеск, войдем в жизнь каждого, то увидим, что душа каждого обложена узами тяжелее железных… Святитель Иоанн Златоуст
Иисус Христос (Спаситель)
Любящий душу свою погубит ее, а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную. Кто Мне служит, Мне да последует, и где Я, там и слуга Мой будет (Ин.12:25—26).
Святой Макарий Великий
Душа, которая сподобилась с великим вожделением и чаянием, с верою и любовию принять в себя оную силу свыше, небесную любовь Духа, и имеет уже в себе небесный огнь бессмертной жизни, действительно отрешается от всякой мирской любви, освобождается от всяких уз порока.
Преподобный Исаак Сирин
Памятование о смерти – добрые узы
Вопрос. Какими узами связывается сердце человеческое, чтобы не стремиться ему к злу?
Ответ. Теми, чтобы постоянно последовать премудрости и избыточествовать учением жизни. Ибо нет иных уз столько крепких, чтобы сдерживать ими бесчиние мысли. Памятование о смерти – добрые узы для внешних членов.
Святитель Иоанн Златоуст
Душа, связанная этими узами здесь, будет связана нетленными узами там
Душа, которой тело увешано драгоценностями, наблюдает, кто смотрит на них, кто не смотрит, пополняется надменностью, обнаруживает беспокойство и волнуется множеством других чувств, напротив, отягощенный узами не надмевается, душа его покойна, свободна от всякой заботливости, весела и смотрит на небо, как окрыленная. Если бы кто отдал мне на волю видеть Павла сходящим с неба и изрекающим слово, или выходящим из темницы, то я предпочел бы исхождение его из темницы, потому что, когда он был в темнице, – с неба к нему нисходили. Узы Павла – это союз проповеди, его кандалы – это основание. Пожелаем и мы этих уз.
Но как это возможно, скажешь? Если сокрушим и переломаем (те украшения). От этих уз нет никакой пользы, а скорее – вред. Они сделают нас узниками там, а узы Павловы разрешать нас там от уз. Душа, связанная этими узами здесь, будет связана по рукам и ногам нетленными узами там, а связанная узами Павла будет иметь их на себе тогда, как украшение. Разреши же и себя от уз, и бедного от голода. Что ты вяжешь цепи грехов? Как, скажешь? Так, что ты накопляешь золото, а другой погибает, ты для приобретения суетной славы бережешь массу золота, а другому и есть нечего. Этим разве не грехи вяжешь ты? Облекайся во Христа, а не в золото, где мамона, там нет Христа, а где Христос, там нет мамоны. Ужели ты не хочешь облечься в Царя всяческих? Если бы кто дал тебе порфиру и диадему, – не принял ли бы ты этого вместо всякого золота? Я даю тебе не царское украшение, а предлагаю облечься в самого Царя. Но как облечься во Христа, скажешь?
Послушай, что говорит Павел: Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись (Гал.3:27); Послушай и увещания апостольского: Попечения о плоти, – говорит, – не превращайте в похоти (Рим.13:14). Итак, облекается во Христа тот, кто не угождает плоти до похотения. Если облечешься во Христа, то и демоны будут бояться тебя, а если в золото, то и люди станут смеяться над тобою, если облечешься во Христа, то и люди будут уважать тебя.
Душа каждого обложена узами тяжелее железных
Жизнь настоящая ничем не лучше темницы. Подобно тому, как, входя в темничный дом, мы видим всех обремененных оковами, так и теперь, если, устранив весь внешний блеск, войдем в жизнь каждого, то увидим, что душа каждого обложена узами тяжелее железных, а особенно если взойдем в души богатых.
Но как здесь преступники из темниц приводятся на суд в оковах, так и по отшествии из этой жизни, все души приведутся на Страшный Суд, обремененные различными узами грехов.
Любящий душу свою погубит ее, а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее
Сладостна настоящая жизнь и заключает в себе много приятного, но не для всех, а только для привязанных к ней. Если же кто посмотрит на небо и увидит тамошние блага, тот скоро станет пренебрегать этой жизнью и ставить ее ни во что. Ведь и телесная красота, пока нет другой – лучшей, возбуждает удивление, а когда явится красота лучшая, прежнею начинают пренебрегать. Так и мы, если станем смотреть на ту красоту и созерцать благолепие тамошнего царства, – скоро освободимся от настоящих уз, так как привязанность к настоящему действительно есть некоторого рода узы. К этому-то и приводит нас Христос, когда говорит: Любящий душу свою погубит ее, а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную. Кто Мне служит, Мне да последует; и где Я, там и слуга Мой будет (Ин.12:25,26).
Слова эти походят, по-видимому, на загадку, но они – не загадка, в них заключается великая мудрость. Каким же образом «любящий душу свою погубит ее»? Когда кто исполняет ее неуместные пожелания, когда кто угождает ей больше, чем должно. Потому-то некто и дает такое наставление: не ходи вслед похотей души твоей (Сир.18:30). Чрез это ты погубишь ее, потому что похоть отдаляет от пути, ведущего к добродетели. Точно также и наоборот, «ненавидящий душу свою в мире сем», спасет ее.
Что значит: «ненавидящий душу свою»? Это означает того, кто не слушает ее, когда она внушает что-нибудь вредное. Но не сказал: кто не слушает ее, а: «ненавидящий» ее. Как мы не можем ни слышать голоса ненавидимых нами, ни видеть лица их равнодушно, так точно мы должны крайне отвращаться и от души, когда она внушает нам что-нибудь неугодное Богу. Так как Христос намеревался уже беседовать с учениками о смерти, и именно о Своей смерти, и предвидел их скорбь и уныние, то и употребляет усиленную речь, говоря: что сказать о том, что вы не можете перенести с твердостью Моей смерти? Ведь если и сами вы не умрете, – для вас не будет никакой пользы. Но смотри, как Он и смягчает Свою речь. Человеку, любящему свою душу, очень тяжело и прискорбно было услышать, что он должен умереть. И нужно ли говорить о временах древних, когда и ныне мы найдем много людей, которые, несмотря на то что убеждены в будущем, охотно решаются все перенести, лишь бы насладиться настоящей жизнью, – которые, смотря на здания, на изобретения и произведения искусств, со слезами приговаривают: как много замышляет человек, и между тем – обращается в прах! До такой степени сильна привязанность к настоящей жизни!
Итак, чтобы разрешить эти узы, Христос говорит: ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную. А что Он сказал это ученикам с тем, чтобы ободрить их и удалить от них страх, это видно из дальнейших слов: кто Мне служит, Мне да последует. Здесь Он говорит о смерти и требует последования самым делом. Слуга непременно должен следовать за тем, кому служит. И заметь, в какое время Он беседует с ними об этом; не тогда, когда они были гонимы, но когда были совершенно спокойны, – когда, пользуясь от многих почетом и услугами, почитали себя в совершенно безопасности, – когда могли быть бодры духом и услышать: и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мф.16:24), т.е., должен быть всегда готов на опасности, на смерть, на переселение из этой жизни. Вслед за тем, так как Он сказал прискорбные слова, – предлагает и награду. В чем же эта награда? В том, что будут следовать за Ним и будут там, где Он. Этим Он показал, что за смертью последует воскресение. «Где Я, – говорит Он, – там и слуга Мой будет». Где же Христос? На небесах.
Итак, переселимся туда душою и умом еще и прежде воскресения. Кто Мне служит возлюбит того Отец (Ин.12:26). Почему Он не сказал: Я возлюблю? Потому что ученики еще не имели о Нем надлежащего понятия, а думали более великое об Отце. Ведь они не знали и того, что Ему надлежало воскреснуть: как же могли помышлять о Нем что-нибудь великое? Потому-то и сынам Зеведеевым Он говорит: не от Меня зависит, но кому уготовано Отцем Моим (Мф.20:23), – хотя Он и сам судия. А здесь Он представляет и Свое истинное сыновство, потому что Отец примет слуг Его, как слуг Своего истинного Сына. Душа Моя теперь возмутилась; и что Мне сказать? Отче! избавь Меня от часа сего (Ин.12:27).
Так говорить, по-видимому, не следовало бы тому, кто убеждает идти на смерть, но на самом деле эти слова особенно приличны такому человеку. Чтобы не сказали, что Ему легко любомудрствовать о смерти, когда Он сам не доступен для человеческих страданий, легко убеждать нас, когда Он сам вне опасности, – Он показывает, что и Он страшится смерти, и, однако же, для пользы других не отказывается умереть. Впрочем, это относится к воспринятому Им человечеству, а не к божеству. Поэтому Он говорит: «Душа Моя теперь возмутилась». (А если не так, то какая будет последовательность между этими словами и следующими: «Отче! избавь Меня от часа сего»? ) И душа Его до того была возмущена, что Он даже искал бы избавления от смерти, если бы только можно было ее избежать.
Феолипт, митрополит Филадельфийский
Разрешение чувств узы налагает на душу; узы же чувств дают свободу душе.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Научись читать Евангелие: от него услышишь истину, в нем увидишь истину. Истина откроет тебе падение твое и узы лжи, узы самообольщения, которыми невидимо связана душа всякого человека, не обновленного Святым Духом.
УКОРЕНИЕ ДУШИ
Укоряй непрестанно самого себя, брат, и говори: «Горе мне, бедная душа! Приблизилось время отрешения твоего от тела. Для чего увеселяешься тем, что сего же дни должна будешь оставить и чего не увидишь вовеки?» Преподобный Исаак Сирин
Преподобный Исаак Сирин
Укоряй самого себя и говори: «Горе мне, бедная душа!»
Укоряй непрестанно самого себя, брат, и говори: «Горе мне, бедная душа! Приблизилось время отрешения твоего от тела. Для чего увеселяешься тем, что сего же дни должна будешь оставить и чего не увидишь вовеки? Обрати внимание на прежнюю свою жизнь, рассуди, что ты делала, почему так делала и каковы дела твои, с кем провела дни жизни своей, или кто воспользовался трудом делания твоего на земле, кого возвеселила ратоборством своим, чтобы вышел он в сретение твое при исшествии твоем из мiра, кого усладила во время течения своего, чтобы упокоиться тебе в пристани его, для кого бедствовала трудясь, чтобы прийти к нему с радостию, кого приобрела другом в будущем веке, чтобы приял тебя во время исшествия твоего, на каком поле работала по найму и кто отдаст тебе плату на западе солнца при разлучении твоем?»
Испытай себя, душа, и рассмотри, в какой земле удел твой, и миновала ли ты поле, которое делателям плодоприносит горесть, с воздыханием и беспокойством возгласи и возопи, – чем упокоевается Бог твой паче жертв и всесожжений.
Преподобный Иоанн Кронштадский
Себя ненавидь за грехи свои
Себя считай хуже, немощнее всех в духовном отношении и себя презирай, ненавидь за грехи – это благочестиво и справедливо, а к другим снисходи, других уважай и люби, несмотря на грехи, ради Бога, повелевшего всех почитать и любить, и ради того, что они по образу Его, хотя язвы прегрешений носят – и суть члены Иисуса Христа.
УКРАШЕНИЕ ДУШИ
Украшение тела есть и у блудниц, и они нередко одеваются в самые многоценные и блестящие одежды, но украшение души есть только у людей добродетельных. Святитель Иоанн Златоуст
Святитель Григорий Нисский
Кто внимателен к себе и украшает свое жилище – душу
Кто внимателен к себе, и подлинно украшает свое жилище <душу>, чтобы со временем принять в него обитателем Бога, у того есть… вещества, из которых собирает украшение для такого жилища. Знаю я золото, которое блистает в подобных делах, и искапывается из глубины мыслей Писаний, знаю серебро – словеса Божий разжженные, которых светлость, как молния, блещет, осиявая истиною. А под лучами различных камней, которыми украшаются стены такового храма, и под помостом здания, представив в уме различные расположения добродетелей, не погрешишь в приличном сему дому убранстве. Помост пусть будет устлан воздержанием, при котором прах земного разумения не обеспокоит живущего воздержно.
Упование небесного пусть озаряет потолок, на который взирал душевным оком, не подобия красоты, изображенные резцами, увидит, но самый Первообраз красоты, не золотом каким и серебром украшенный, но тем, что гораздо выше золота и драгоценнее камня. Если же надобно словом описать убранство разных частей, то пусть здесь украшают дом нетление и бесстрастие, а там убранством жилищу служат правда и не гневливость; на одной стороне сияют смиренномудрие и великодушие, а на другой – …благочестие пред Богом. Все же это прекрасный художник – любовь – пусть в наилучшем порядке приноровит одно к другому.
Пожелаешь ли купелей? Если хочешь, имеешь у себя домашнюю купель и свои водотечи, из которых можно омыть душевные скверны, сим пользовался и великий Давид, по ночам наслаждаясь этою купелью. А столпы, поддерживающие крыльцо души, делай не какие-либо фригийские или порфировые, а, напротив того, постоянство и неподвижность во всем добром да будут для тебя многоценнее этих вещественных прикрас. Подобий же всякого рода, или живописных, или изваянных, какие людским искусством на обман уготовляются в подражание истине, вовсе не допускает такое жилище, в котором все наполнено изваяниями истины. А вожделевай состязаний в беге и прогулок, имеешь вместо сего упражнение в заповедях. Ибо так говорит Премудрость: в путех правды хожду и посреде стезь оправдания живу (Притч.8:20). Как прекрасно приводить душу в движение и упражнение на сих путях, и в движении прошедшему поприще заповеди снова возвращаться на оное! То есть у исполнившего заповедь в том, к чему прилагается им старание, пусть в другой и третий раз украсятся и преспеяние права и благопристойность жизни.
Святитель Иоанн Златоуст
Любовь духовная – радость, веселие и лучшее украшение души
Любовь <плотская> – вина, а <духовная> – похвала; та есть ненавистная страсть души, а эта – радость, веселие и лучшее украшение души; та производит вражду в уме любящих, а эта уничтожает и существующую вражду и водворяет в любящих великий мир; от той не бывает никакой пользы, но еще великая трата денег и какие-то неразумные издержки, извращение жизни, всецелое расстройство домов, а от этой – великое богатство правых дел, великое изобилие добродетелей.
Украшение тела есть и у блудниц, и они нередко одеваются в самые многоценные и блестящие одежды, но украшение души есть только у людей добродетельных.
Святитель Амфилохий Иконийский
(Слово о новопросвещенных, или на Воскресение Господа нашего Иисуса Христа)
Он есть украшение души…
Он называется путь, потому что говорит: Аз есмь путь и истина (Ин.14:6), поскольку Он является началом всякой добродетели и восхождения на небеса. Он же назван дверь, потому что говорит: Аз есмь дверь овцам (Ин.10:7), поскольку через Него как бы через дверь мы входим в Царство Небесное. Назван рыбаком, поскольку уничтожил зловоние идолослужения людей, и возвратил наши души к вере благочестия, и разобщенные обрывки мысли сплотил истиной. Назван овцой, потому что яко овча на заколение ведеся и яко агнец пред стригущими его безгласен (Ис.53:7). Овцой был благодаря закланию, и благодаря тому, что мы воспринимаем Его святое Тело и навечно сохраняемся через запечатление Его святой Кровью. Пастырь, потому что говорит: Аз есмь пастырь добрый (Ин.10:11), поскольку возвращает заблудившихся овец и убивает древом креста враждебного нам льва.
Жемчужиной был из-за того, что Он как жемчужина в раковине, посреди двух створок тела и девственной души, родился без семени мужа, или из-за того, что Он есть украшение души, или из-за Его светозарности и чистоты и блистания вездесущим сиянием Божества. Свет, потому что бе свет истинный, иже просвещает всякого человека, грядущдго в мир (Ин.1:9), поскольку Он прогнал мрачное заблуждение древней тьмы от наших умов и раскрыл очи господствующего в нас ума, чтобы мы поистине видели, что те, кому мы раньше поклонялись, не беша б о бози, но дела рук человеческих, древа и камение (Ис.37:19).
Был камнем краеугольным, потому что верой возвел два народа словно две стены. Он над ними возвышается, сводя их в одно спасительное соединение. Был солнцем правды благодаря тому, что Он свет и тепло – несть, иже укрыется теплоты Его (Пс.18:7), и благодаря двенадцати лучам света апостолов. Был зерном горчичным, поскольку умалил Сам Себя и снизошел к нашему состоянию, к самому началу веры, если Он, после того как глубоко рассыпался, скрывшись в бороздках нашей души, побудил к благочестию и разуму, вознесшись к высоте небесной.
Святитель Филарет Московский
(Слово на Рождество Христово)
Нет лучшего украшения для души, в которой Он должен обитать
Иисус, ничего не заняв от мира в своем рождении, по-видимому, не хотел и ему показать ничего собственного. Древодел получил имя отца его, носившая его во чреве, по ее признанию, не принесла к сему служению другого достоинства, кроме чувствования своего недостоинства: призре на смирение рабы своея (Лук.1:48); Он скрыл неизмеримую вечность Свою за днем Своего рождения, престолом Царя царствующих соделались ясли, утварью – пелены, первыми слугами Царствия – пастыри стада, Божия сила и Божия премудрость сокрыты в немощах младенчества.
Но кто может измерить расстояние от высоты Божественного Существа Его до глубины Его уничижения? Конечный ум не может следовать за Ним, как в его восхождении превыше всех небес, так и в его нисхождении до бездн падшего естества. Что же при виде толикого смирения должно чувствовать сердце, желающее быть сообразным образу Иисуса? – «Сила ума, великость духа, знаменитость дел, преимущества званий! я вами не прельщаюсь и не завидую тем, которые гордятся вами. Нет высшей мудрости, как отречься от мудрости для Иисуса, нет большей славы, как разделять бесчестие с Иисусом, нет избыточнейшего состояния, как нищета Иисуса, «нет иной двери к совершенству и блаженству», как младенчество Иисуса, нет лучшего украшения для души, в которой Он должен обитать, как видеть себя чужду всех украшений, подобно яслям Его.
Ток благодати, подобно речным устремлениям, изливается в долы: кедры на горах блюдутся громам и молниям. Бог творит из ничего: доколе мы хотим и думаем быть чем-нибудь, дотоле Он в нас не начинает своего дела. Смирение и отвержение себя есть основание в нас храма Его: кто более углубляет оное, тот выше и безопаснее созиждет.
УКРЕПЛЕНИЕ ДУШИ
Без укрепления от Духа Святого душа наша постоянно склонна ко всякому греху и, значит, к смерти духовной… Преподобный Иоанн Кронштадский
Преподобный Максим Исповедник
Измождение тела есть укрепление души.
Преподобный Иоанн Кронштадский
Без укрепления от Духа душа наша постоянно склонна к греху
Долго я не знал во всей ясности, как необходимо укрепление нашей души от Духа Святого. А теперь Многомилостивый дал мне узнать, как оно необходимо. Да, оно необходимо каждую минуту нашего бытия, как дыхание, – необходимо на молитве и во всей жизни, без укрепления Его душа наша постоянно склонна ко всякому греху и, значит, к смерти духовной, она расслабевает, совершенно обессиливает от входящего в сердце зла и немощна становится для добра; без укрепления от Духа Святого чувствуешь, как сердце подмывается от различного зла и готово ежеминутно потонуть в бездне его. Тут-то надобно, чтобы сердце наше стояло на камне.
А камень этот – Дух Святой: Он укрепляет наши силы и, если человек молится, Он укрепляет сердце его в вере и надежде на получение просимого; Он воспламеняет душу его любовью к Богу; Он навевает на душу мысли светлые, благие, укрепляющие ум и сердце; если человек совершает различные дела, Он укрепляет сердце его сознанием важности и необходимости труда его и терпением несокрушимым, которое все трудности преодолевает; Он, при обращении с людьми разных состояний и обоих полов, вдыхает в него уважение к лицу человека, который есть равно – образ Божий, кто бы он ни был, искупленный кровью Христа Бога, и отвлекает его сердце и внимание от его, иногда очень неблаговидной внешности тела и одежды, его грубости в слове и обращении. Он-то соединяет всех нас любовью, как чад Отца Небесного, и во Христе Иисусе учит нас молиться: Отче наш, иже еси на небесех…
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Когда окружат тебя напасти, говори в укрепление души твоей…
И ты, когда окружат тебя напасти, говори в утешение и укрепление души твоей: чашу, юже даде мне Отец, не имам ли пити ея. Отец Небесный всемогущ, всевидящ: Он видит твои скорби, и если бы находил, что нужно и полезно отвратить от тебя Чашу, то сделал бы это непременно.
Преподобный Макарий Оптинский
Святое Писание укрепляет воинов духовных таким словом: чадо, аще приступаеши работати Господеви Богу, уготови душу твою во искушение: управи сердце твое и потерпи (Сирах.2:1,2), и это так, как самый первый артикул, должно иметь в памяти и оному следовать.
УМЕРЩВЛЕНИЕ ДУШИ
Не чувствует душа своего умерщвления, как не чувствует его и тело, разлученное от души смертью. Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Преподобный Иоанн Лествичник
Послушание есть совершенное отречение от своей души, действиями телесными показуемое, или наоборот, послушание есть умервщление членов телесных при живом уме. Послушание есть действие без испытания, добровольная смерть, жизнь чуждая любопытства, беспечалие в бедах, неуготовляемое пред Богом оправдание, бесстрашие смерти, безбедное плавание, путешествие спящих. Послушание есть гроб собственной воли и воскресение смирения… Послушный, как мертвый, не противоречит и не рассуждает, ни в добром, ни во мнимо худом, ибо за все должен отвечать тот, кто благочестиво умертвил душу его. Послушание есть отложение рассуждения и при богатстве рассуждения.
Святитель Иоанн Златоуст
Как тело тогда умирает, когда душа оставляет его лишенным своей силы, так и душа тогда умерщвляется, когда Дух Святый оставляет ее без Своей силы.
Авва Исайя
Отстань от него, ибо он умерщвляет душу твою…
Опять сказал относительно учения ближнего заповедям Божиим: почему знаю я, что принял меня Бог, чтоб сказать другому: сделай это или то, когда я сам под покаянием нахожусь по причине грехов моих? – Ибо человек когда-нибудь падший находится под покаянием. И не можешь ты иметь твердого удостоверения (об участи своей), пока не познаешь, что совершилось в тебе отпущение грехов твоих. Признаком же сего служит то, если ничто из того, в чем согрешил ты, не движется в сердце твоем, – или, если, когда говорит кто тебе о том, а ты и не узнаешь даже, чтобы такое было, то явно, что совершилась на тебе милость. Если же это живет еще в тебе, подавляй то, и плачь о том: ибо страх и трепет и мука смертная – беззаботну быть о сем, пока предстанешь престолу Божию. – Если кто попросит тебя поучить его чему, и ты, предав душу свою на смерть, скажешь ему, как может он освободиться (от того, что гнетет его), а он опять придет к тебе, то же говоря, и нисколько не успев в том, что ты сказал ему, то явно, что он не исполнял того делом.
Почему, отстань от него, ибо он умерщвляет душу твою. То велико для человека, чтоб он оставил свою правду, о коей думает, что она по Богу есть, и соблюл слово того, кто учит его по Богу. Вот и человек Божий, авва Нистерой, который видел славу Божию, – имея живущими с собою сыновей сестры своей, никаких не давал им приказаний, но каждого оставил на свою ему волю, не заботясь о них, хороши ли они были, или худы. Также о Каине и Авеле говорили: кто научил их делать то или это, когда не было еще ни Закона, ни Писания? Конечно Бог, потому что, если Бог не научит человека, всуе трудится он.
Сказал опять: когда кто начнет говорить тебе слова неполезные, не слушай их, чтоб не сгубил он души твоей. Не стыдись лица его, и, боясь опечалить его, не потерпи, чтоб тебе говорилось то, думая: ведь я сердцем не принимаю того. Нет, не говори так. Ты не выше первозданного, которого Бог сотворил рукою Своею, – а ему не в пользу была злая беседа. Беги же и не слушай. Но, смотри, убегая телом, не пожелай знать (держать в памяти) сказанное, ибо хотя бы ты услышал малость некую, демоны не оставят (втуне) сказанного и тобою услышанного, но убьют тем душу твою. Бегая, беги в конец.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Не чувствует душа своего умерщвления, как не чувствует его и тело, разлученное от души смертью
То волнуется душа моя гневом и памятозлобием! В воображении моем сверкает кинжал над главою врага, и сердце упивается удовлетворенным мщением, совершенным мечтою. То представляются мне рассыпанные кучи золота! Вслед за ними рисуются великолепные палаты, сады, все предметы роскоши, сладострастия, гордости, которые доставляются золотом и за которые грехолюбивый человек поклоняется этому идолу – средству осуществления всех тленных пожеланий. То прельщаюсь почестями и властью! Влекусь, занимаюсь мечтами о управлении людьми и странами, о доставлении им приобретений тленных, а себе тленной славы. То, как бы очевидно, предстоят мне столы с дымящимися и благоухающими яствами! Смешно и вместе жалостно услаждаюсь я представляющимися предо мною обольщениями. То внезапно вижу себя праведным, или, правильнее, сердце мое лицемерствует, усиливается присвоить себе праведность, льстит само себе, заботится о похвале человеческой, как бы привлечь ее себе!
Страсти оспаривают меня одна у другой, непрерывно передают одна другой, возмущают, тревожат. И не вижу своего горестного состояния! На уме моем непроницаемая завеса мрака, на сердце лежит тяжелый камень нечувствия.
Опомнится ли ум мой, захочет ли направиться к добру? Противится ему сердце, привыкшее к наслаждениям греховным, противится ему тело мое стяжавшее пожелания скотские. Утратилось даже во мне понятие, что тело мое, как сотворенное для вечности, способно к желаниям и движениям Божественным, что стремления скотоподобные – его недуг, внесенный в него падением. Разнородные части, составляющие существо мое, – ум, сердце и тело – рассечены, разъединены, действуют разногласно, противодействуют одна другой, тогда только действуют в минутном, богопротивном согласии, когда работают греху.
Таково мое состояние! Оно – смерть души при жизни тела. Но я доволен своим состоянием! Доволен не по причине смирения, – по причине слепоты моей, по причине ожесточения моего. Не чувствует душа своего умерщвления, как не чувствует его и тело, разлученное от души смертью.
Если б я чувствовал умерщвление мое, пребывал бы в непрерывном покаянии! Если б я чувствовал мое умерщвление, заботился бы о воскресении!
Некоторые, не занимаясь или занимаясь очень мало душевным деланием, а упражняясь в одном телесном, не без примеси фарисейства – одно телесное делание не может обойтись без фарисейства, – нисколько не чувствуют жала совести и обличений ее в греховности, по этой причине признают такое состояние своего спокойствия достойным одобрения. В мнении своем они поддерживаются и утверждаются многими явными добрыми делами своими и похвалою человеческою. На этом основании они считают такое состояние спокойствия прямым последствием деятельности богоугодной, жизни добродетельной, безукоризненной. Спокойствие обращается по временам в безотчетную радость: они не останавливаются признавать эту радость благодатною. Горестное самообольщение! душепагубное ослепление!
Самообольщение основано здесь на самомнении, а самомнение есть повреждение душевного ока, родившееся от неправильной деятельности и рождающее еще более неправильную деятельность. Возлюбленный брат, спокойствие, которым ты уверяешься в верности пути твоего, есть не что иное, как несознание и неощущение своей греховности, происшедшее и происходящее от нерадивой жизни, а радость, которая по временам рождается в тебе по причине наружного преуспеяния человеческих похвал, отнюдь не есть радость духовная и святая: она – плод самомнения, самодовольства и тщеславия. Такое состояние мнимого спокойствия святые Отцы называют нечувствием, умерщвлением души, смертию ума прежде смерти тела. Нечувствие, или умерщвление души, состоит в отъятии и отступлении чувств покаяния и плача от нашего духа, в отступлении спасительного болезнования, называемого сокрушением, от нашего сердца.
Безболезненность сердца, или мнимое спокойствие, есть верный признак неправильности образа мыслей, неправильности подвига, самообольщения. «Какое бы высокое жительство ни проходили мы, – сказал святой Иоанн Лествичник, – но если не стяжали болезнующего сердца, то это жительство – ложно (притворно) и тщетно». Безболезненность происходит от невнимательной жизни, от безвременных выходов из келлии, от безвременных бесед, шуток, смехословия, празднословия и многословия, от насыщения и пресыщения, от пристрастий, от принятия и усвоения тщеславных помыслов, от высокоумия и гордости. «Если не имеешь умиления, – сказали Отцы, – то знай, что имеешь тщеславие, оно-то и попускает душе придти в умиление». Путь к достижению умиления есть внимательная жизнь.
УМИРЕНИЕ ДУШИ
Душа имеет мир с Богом, когда имеет мир в себе самой и бывает вся – такою, как угодно Богу, а таковою бывает она, когда имеет мир со всеми людьми, хотя бы и тяжкое переносила от них… Преподобный Петр Дамаскин
Преподобный Исаак Сирин
От непрерывных слез душу приемлет умирение помыслов
От напряженного делания раздается безмерная горячность, распаляемая в сердце горячими помышлениями, вновь появляющимися в уме. А сие делание и хранение утончают ум своею горячностью, и сообщают ему видение, или созерцание. Созерцание усугубляет горячность. От сего рождается слезный поток, сначала вмале с перерывами, а потом непрерывный. От непрерывных слез душу приемлет умирение помыслов: от умирения же помыслов возвышается до чистоты ума, а при чистоте ума человек приходит в видение тайн Божиих.
Святитель Иоанн Златоуст
Духовная весна для души, это истинное умирение помыслов
Желающим любомудрствовать время поста – это духовная весна для души, это истинное умирение помыслов. Будем же и мы сохранять пост, эту пристань душ, врачевство тел, умирение помыслов, умерщвление страстей, – пост, который ограждает чужое имущество, предупреждает обиды сиротам, является заступником вдов, не позволяет нам погрязать в житейских суетах, жизнь смертных делает равноангельской, научает прилежать закону Божию день и ночь. Когда душа свободна от всякой вражды и ум наслаждается спокойствием, тогда она с великой бодростью призывает Владыку и привлекает себе свыше великую помощь.
Преподобный Кассиан Римлянин
Непрестанная молитва, опирающаяся на умирение души
Надобно поставить для себя первою целью и верхом совершенства непрестанную молитву, опирающуюся на умирении души и чистоте сердца, для достижения коих подъемлется нами утруждение тела и держится сокрушение сердца. Связь между всеми сими деланиями и молитвою неразрывна и взаимна. Ибо, как строй добродетелей сих ведет к совершенству в молитве, так они, – если молитва не завершит и не увенчает собою их всех, не могут пребыть твердыми и постоянными. Как без них не может быт приобретена и взойти к совершенству эта, о коей у нас речь, непрестанная, чистая и невозмутимая молитва, так и эти добродетели, в устроении жизни по Богу идущие впереди ее, не могут быть явлены в совершенстве без неусыпной молитвы.
Посему мы не могли бы войти прямо в рассуждение о силе молитвы, завершающей собою здание всех добродетелей, если бы наперед не было нами по порядку означено и рассмотрено все, что должно быть отсечено или приготовлено, в видах стяжания ее, – или если бы, – по смыслу Евангельской притчи (Лк.14:28—30), не было нами наперед расчислено и собрано все, что потребно для построения сего возвышеннейшего духовного столпа; что, однако, и будучи приготовлено, не пойдет в дело как следует, и не допустит правильно возложить над собою последних верхов совершенства, если прежде, по вынесении всякой нечистоты пороков, и выброшении обломков и мертвого мусора страстей, на живой и твердой земле сердца нашего, как бы на оном Евангельском камне (Лк.6:48), не будет положен прочнейший фундамент простоты и смирения, на котором мог бы быть воздвигнут этот столп чрез назидание на нем духовных добродетелей, непоколебимо стоять и главу свою возносить до последних высот неба, надеясь на свою прочность.
Когда же он будет утвержден на таковом фундаменте, тогда пусть снидет проливной дождь страстей, пусть подобно стенобитным машинам нападут стремительные реки гонений, пусть наляжет свирепая буря враждебных духов, он не только разрушением не разрушится, но не почувствует даже их приражения.
Блаженный Диадох Фотикийский
Об умирении души от страстей
Благодать вначале обыкновенно озаряет душу своим светом с сильным того ощущением, а когда успехи в духовно-христианской жизни подвинутся вперед, тогда она большею частью неведомо для боголюбивой души свои совершает в ней таинства: чтобы после того (по умиротворении души) ввести нас в радовании на стезю божественных созерцаний, как будто бы мы только что призываемы были из неведения в ведение, посреди же подвигов (об умирении души от страстей) блюсти наш помысл нетщеславным. Подобает нам в меру быть ввергаемыми в печаль, как бы мы были оставлены благодатью, да паче смиримся и научимся покорствовать Господним о нас определениям, а потом благовременно входить в радость, благою окрыляясь надеждою.
Преподобный Петр Дамаскин
Душа имеет мир с Богом, когда имеет мир в себе самой
Душа имеет мир с Богом, когда имеет мир в себе самой и бывает вся – такою, как угодно Богу, а таковою бывает она, когда имеет мир со всеми людьми, хотя бы и тяжкое переносила от них, но, по незлобию, вовсе не смущается, а все терпит, всем желает добра, всех любит ради Бога и ради естества. О неверных, как погибающих, плачет, как делал Господь и Апостолы, о верных же молится и соболезнует им (Лк.23:34; Деян.7:60), и так получает мир помыслов и мысленно пребывает при Боге видением и чистою молитвою.
Преподобный Серафим Саровский
Стяжи мирный дух
Радость моя, молю тебя, стяжи мирный дух! – сказал о. Серафим иноку и тут же начал объяснять, что значит стяжание мирного духа. Это значит привести себя в такое состояние, чтобы дух наш ничем не возмущался. Надобно быть подобно мертвому или совершенно глухому или слепому при всех скорбях, клеветах, поношениях и гонениях, которые неминуемо приходят ко всем, желающим идти по спасительным стезям Христовым. Ибо многими скорбями подобает нам войти в Царство Небесное. Так спасались все праведники и наследовали Царствие Небесное, а перед Ним вся слава мира сего как ничто, все наслаждения мирские и тени не имеют того, что уготовано любящим Бога в небесных обителях – там вечная радость и торжество. Для того чтобы дать духу нашему свободу возноситься туда и питаться от сладчайшей беседы с Господом, нужно смирять себя непрестанным бдением, молитвою и памятованием Господа.
УСТРОЕНИЕ ДУШИ
Есть три устроения души в человеке: он или действует по страсти, или сопротивляется ей, или искореняет ее. Преподобный авва Дорофей
Святой Макарий Великий
Все было установлено ради живого, разумного существа души
Все видимое Домостроительство (устройство) Церкви Божией было установлено ради живого, разумного существа души, одаренной разумом и сотворенной по образу Божиему, которая и сама является живой и истинной Божией Церковью. И поэтому тождественными наименованиями, принадлежащими разумному и живому, и небесному, было почтено и бессловесное, и неодушевленное, и плотское, дабы, пройдя чрез тени (прообразы), младенчествующая душа дошла до истины: потому что Церковью Христовой и храмом Божиим, и жертвенником, и истинной и живой жертвой является человек Божий, ради которого и плотские святыни получили в удел наименования небесных.
Ибо как служение закона и ветхозаветные предписания были тенью (прообразом) Церкви Христовой, так и нынешняя видимая Церковь является тенью (образом) внутреннего человека, разумного и истинного. Потому что, вот, все видимое устройство и служение таинств Церкви приходит к концу, а разумное и духовное существо человека пребывает, и ради него имеет быть исполнено, в силе Духа Святого, все Домостроительство и служение небесных таинств Церкви Божией, дабы, силою живого действия Духа восстановленное в истинно святой храм Божий и Церковь Христову, оно стало наследником жизни вечной.
По причине такого понимания нами вещей, многие из младенствующих в знании истины выступают против нас, якобы злостно отступающих от своих собственных писаний по причине тождественности наименований, оправданий и служений; эти люди, всецело основываясь на кратковременном Домостроительстве и полагаясь только на плотские оправдания, и в то же время оставив без внимания разумное исследование внутреннего человека и обновление духа, и не познав, в чем – значение новой твари, по неведению оговаривают нас; душа же, любящая истину, исследует самый корень вещей и, считая, что Христианство не есть что-то поверхностное, и не останавливаясь на внешних образах оправданий и служений, с верою ожидает приять силою Духа Святого полную уверенность в своем спасении по внутреннему человеку, а в этом и есть истинное Христианство.
Потому что ради этого Бог даровал Своего Святого Духа святой и соборной Церкви и устроил, чтобы Он был присущ святому жертвеннику и воде святого крещения, и, чтобы Самому присутствовать при каждом богослужении святой Божией Церкви и принимать участие в нем, Спаситель чрез апостолов даровал Церкви Духа Утешителя, согласно Своему обещанию: Се Аз с вами есмъ во вся дни, до скончания века (Мф.28:20), – дабы на основании крещения и жертвенника и Хлеба Евхаристии и всякого таинственного служения, совершаемого в Церкви, верные сердца были воздействуемы (подвигнуты) Святым Духом во всей силе и добродетелях небесных плодов и, таким образом, обновленные и воссозданные силою благодати, обнаружили бы, что живут истинной жизнью согласно небесному мудрованию (образу мыслей), совлекшись, силою Духа, материального и земного образа мыслей.
Потому что если Дух осенял ветхозаветный кивот, лучше же сказать – был присущ ему, то насколько больше это имеет место в отношении жертвенника и Церкви и всего тайноводительства святого крещения, но как тогда, когда израильтяне согрешали, Дух не совершал действия, хотя и был присущ кивоту Божиему, а иногда даже по временам за грехи народа и самый кивот был передаваем язычникам, не достойным его, ничем не пособствовав вследствие множества их грехов, хотя свое действие и знамение Дух являл, показывая чрез Божественные знамения пред лицом язычников, что Он присутствует с кивотом Божиим, – так и теперь Дух, присутствуя в Божией святой Церкви и при святом жертвеннике и во всем Домостроительстве Церкви, являет достойным и верным Свое действие в различных дарованиях, а от недостойных Он далек.
Потому что Бог ищет, чтобы в живых сердцах совершалось живое действие Духа Святого, потому что все видимое и все Домостроительство земной Церкви минует, а сердце, живущее в Духе, пребывает вечно; ради того и Спаситель пришел, ради того – и вся форма образа Церкви, чтобы умные существа душ верных возмогли действием благодати быть восстановлены и обновлены и, изменившись, наследовать жизнь вечную.
А то, что видимые вещи представляют собою образ и тень сокровенных вещей, и видимый храм является образом и тенью храма сердца, и священник представляет собою образ и тень истинного священника Христовой благодати (т.е. святой души) и все прочее последование видимого устройства земной Церкви являют собою образ и начертание вещей духовных, относящихся к внутреннему человеку, и сокровенных, мы приведем в пример общественное богослужение, совершаемое благодатию ради души.
Итак, как в видимой Церкви если сначала не будет чтений из Священного Писания, и псалмопении, и собрания народа, и всего последования церковного чина, то и самое Божественное Таинство Тела и Крови Христовой священник не совершает и не бывает таинственного причащения верных, и, понять же, если закончится весь церковный канон, то после сего священником уже не приносится в предложение таинственная евхаристическая просфора и не бывает причастия Тела Христова: таинство не совершилось и церковный чин остался не выполнен, но остается незаконченным со стороны священника, не закончившего служение Божественного Таинства на алтаре, как и, в свою очередь, так просто и само по себе Таинство Предложения (Евхаристическая Жертва) не приносится, если Ему не предшествовал в виде подготовления к Таинству весь церковный канон, – но и он бывает незаконченным и несостоявшимся без совершения Таинства, если даже оно и не совершается без того, чтобы ему тот предшествовал в виде подготовления.
И так, как имеется известный порядок и слава Таинства, так обстоит дело и в отношении христианина: если он совершает пост, бдение, псалмопение, всякий подвиг и всякую добродетель и, однако, таинственное действие Духа, производимое благодатию на жертвеннике сердца, не совершается во всем ощущении его и духовном покое, то это значит, что все последование аскетического подвига – не довлеюще и, пожалуй, бесплодно, не имея в себе сущности всего, которая сказывается в духовном ликовании, которое благодать таинственно производит в сердце; как и, опять же, любовь Духа вообще не совершает небесное таинство – опьяняющее душу в ликовании благодати – для распутных и разнузданных, для людей, не имеющих в сердце веры, благоговения и строгого образа жизни и подвига: потому что это является миром и упокоением действия Духа.
Потому что, насколько душа находится в строгом подвижничестве и великом смирении и кротости и добродетельном образе жизни, настолько в ней почивает благодать Духа во всей силе и действии, если же и действительно душа, имея добрый образ жизни, однако еще не ощутит в себе с полной достоверностью действие Духа, то это означает, что ей недостает освящения сердца, поэтому пусть она ищет, плачет, рыдает ко Господу, дабы при добродетельном образе жизни она приобрела в соответствующем порядке и освящение духа (или: Духа), а также действие благодати, сказывающееся в неизреченных созерцаниях в уме, дабы она стяжала в себе совершенную тайну христианства, согласно вышеприведенному сравнению с Церковью.
Но как в Церкви телесно согрешающие бывают отлучены священником от Причастия, а затем, когда покаются, удостаиваются его, а не согрешающие и безупречные продвигаются вперед и идут в священный сан и перемещаются с некоего внешнего места в алтарь, дабы стать служителями Божиими и сопрестольниками, так – в продолжение предлежащей темы – и христиане, движимые благодатию и упокоеваемые утешением Духа, переходят в небесное радование таинственного причастия (или: общения) Духа, о котором Апостол сказал: Благодать Господа нашего Иисуса Христа и любы Бога и Отца и общение Святаго Духа и проч. (2 Кор. 13:13).
Вдумайся в сказанное, и ты найдешь, что Святая и Поклоняемая Троица обитает в человеке, очищенном помощью свыше при его собственном добродетельном образе жизни; говорю же «обитает» не Своим существом – потому что никакая тварь не может вместить существо Божие, – но согласно способности человека, угождающего Богу, вместить и приять в себе степень Его благодати.
Но если желание несколько отклонится от расположения жить по совести, поддаваясь каким-нибудь страстям, невидимо вредящим душе, и этим огорчает Духа, то тогда ум отвергается и отлучается от духовного радования, так как благодать и любовь и всякое благодетельное и доброе действие отступает от него и он предается в печали и искушения злым духам до тех пор, пока, обратившись, снова не пойдет правой дорогой к угождению Духу во всем смирении и покаянной исповеди, и тогда вновь удостаивается охраняющей благодати Духа и в еще большей степени воспринимает небесную радость.
Если же не обижает благодать и не огорчает Духа дурным поведением и общим образом своей жизни, но богоугодно следует всем заповедям Владычним, и по свободной воле во всей святости и совершенном подвиге противится дурным помыслам, и всем своим желанием всегда держится Господа и покоит в себе благодать, то затем такая душа справедливо, как следствие сего, удостаивается преуспеяния и чудес, и небесных дарований, и перемещения (в высшую духовную сферу), и духовного достоинства: она удостаивается перехода от Божественных тайн к небесным таинствам, и от славы – в славу, и от покоя – в упокоения еще более глубокие и совершенные, так чтобы ей быть умом в великой мере и многом дерзновении и славном богатстве благодати, и, таким образом в результате личного подвига и помощи свыше достигнув совершенных ступеней христианства, она будет причислена к совершенным делателям и к непорочным служителям Христовым и сопрестольникам в Царстве – ради совестливого и великого усердия, которое она явила в отношении Добра, наследуя Господа во веки веков. Аминь.
Преподобный авва Дорофей
Есть три устроения души в человеке: он или действует по страсти, или сопротивляется ей, или искореняет ее. Действует по страсти тот, кто приводит ее в исполнение, удовлетворяет ей. Сопротивляется ей тот, кто не действует по ней и не отсекает ее, но любомудрствуя (борясь), как бы минует страсть, однако имеет ее в себе. А искореняет страсть тот, кто подвизается и делает противное страсти. Но эти три устроения имеют великую обширность.
Святитель Григорий Палама
Душа тричастна и созерцается в трех силах: мыслительной, раздражительной и желательной.
Преподобный Исихий Иерусалимский
Три силы души
Трем силам души мы должны давать движение правильное, сообразное с их естеством и согласное с намерением создавшего их Бога. Именно: силу раздражительную надобно подвигать против внешнего нашего человека и против змия – сатаны. Гневайтеся, сказано, и не согрешайте (Пс.4:5). Это значит: гневайтеся на грех, то есть на самих себя и на диавола, чтобы не согрешить против Бога. Силу желательную надо устремлять к Богу и добродетели, а мысленную поставим госпожою над обеими ими, чтобы с мудростию и благоразумием упорядочивала их, вразумляла, наказывала и начальствовала над ними, как царь начальствует над подданными. И тогда сущий в нас разум по Богу будет управлять ими (то есть, когда будет господствовать над ними, а не им покоряться). Хотя страсти и восстают на разум, но мы не перестаем повелевать, чтобы разум правил ими.
Авва Евагрий Понтийский
Разумная душа – трехчастна
Разумная душа действует сообразно с своим естеством, когда пожелательная ее часть стремится к добродетели, раздражительная подвизается за нее, а мыслительная прилежит созерцанию сущего.
Согласно мудрому учителю нашему, разумная душа – трехчастна. Находясь в разумной части души, добродетель называется благоразумием, разумением и мудростью; в желательной части – целомудрием, любовью и воздержанием; в яростной части – мужеством и терпением; во всей же душе – праведностью. Дело благоразумия – вести войну против супротивных сил, защищать добродетель, противостоять порокам и распоряжаться вещами средними, сообразуясь с обстоятельствами; дело разумения – надлежащим образом управлять всем тем, что способствует нам в достижении высшей цели; дело мудрости – созерцать логосы телесных и нетелесных вещей; дело целомудрия – бесстрастно созерцать вещи, возбуждающие в нас неразумные мечтания. Дело любви – предоставлять себя каждому образу Божиему почти так же, как и Первообразу, даже если бесы и стараются осквернить эти образы; дело воздержания – с радостью отвергать всякое наслаждение, приносимое вкушением пищи; дело терпения и мужества – не бояться врагов, ревностно и стойко противостоять опасностям; дело праведности – добиваться созвучия и гармонии частей души.
Разумная душа действует в соответствии с природой, когда желательная часть ее устремляется к добродетели, яростная же часть сражается за эту добродетель, а разумная часть обращается к созерцанию тварных вещей.
Патриарх Каллист и Игнатий Ксанфопулы
Отцы сказали: «Раздражительную часть души обуздай любовию, желательную увядь воздержанием, разумную окрыли молитвою, – и свет ума никогда не помрачится в тебе.
Гневу узда – благовременное молчание; пожеланиям неразумным – умеренная еда; неудержимости помыслов – единомысленная молитва.
Преподобный Филофей Синайский
Правитель раздражительной части есть сила мысленная
Все Божественные заповеди полагают законы для троечастности души и делают ее здравою посредством того, что повелевают. Кто строго следует им, у того сия троечастность соделывается истинно здравою. Но против этой же троечастности души день и ночь ведет войну и диавол. Если же сатана ведет войну против троечастности, ясно, что он воюет чрез то против заповедей Христовых, ибо Христос чрез заповеди облагает законом троечастность души, то есть раздражительную, пожелательную и мыслительную силы души. И смотри: угроза, что гневающийся на брата своего всуе, повинен есть суду (Мф.5:22), и следующие затем Его заповедания – се врачевания раздражительной части. Эту заповедь и прочие, положенные вместе с нею, враг покушается низвратить внутри посредством помыслов любопрительства, злопамятства и зависти. Знает этот противоборец (наш и Божий), что правитель раздражительной части есть сила мысленная.
Почему в нее прежде и пускает стрелы посредством помыслов, подозрения, зависти, любопрения, сварливости, лукавства, тщеславия и склоняет мысленную силу сложить с себя свойственную ей власть и, отдав бразды самому раздражению, оставить его без всякого управления. Тогда раздражение, отбросив своего управителя, без удержи износит чрез уста в словах все, что прежде вложено было в сердце, что усокровиществовано было в нем дотоле посредством вражеских помыслов, при нерадении ума. (Затем сделано подобное описание брани в пожелательной и мысленной части души и в заключение говорится:) Добре управляемая тричастность удерживает чувства от всего безместного. И тогда ум, пребывая в тишине, при управлении прочих сил по Божиему и при послушности их, удобно одерживает верх в мысленной брани. Когда же по невниманию допустит он прийти в смятение прочим силам, тогда, будучи преодолеваем прилогами лукавого, преступает он Божественные заповеди. За преступлением же заповедей всячески следует или соответственное покаяние, или мука в будущем веке.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)
Душа есть существо свободное, одаренное способностию хотеть и действовать
Тело первого человека было в совершенном согласии с душою, а душа находилась в совершенном согласии с духом, то есть с силою словества – этим высшим достоинством души человеческой. Борьба между составными частями человека – это обнаружение внутри живущей смерти – борьба, ныне непрерывающаяся и не дающая покоя человеку ни днем, ни ночью, тогда не имела места. Дух пребывал постоянно горе, при Боге, увлекал туда с собою душу, она влекла туда с собою тело. Нетрудно и естественно было телу, неспособному не только к наслаждениям греховным, но и плотским, напротив того, способному единственно к наслаждениям духовным, силою врожденного ему желания и стремления пребывать при Боге, Им питаться и наслаждаться, Им жить. Очень ошибаются, ошибаются в погибель свою те, которые признают плотские пожелания неотъемлемыми свойствами тела человеческого, а удовлетворение их естественною необходимостию. Нет!
Человеческое тело низошло к телам скотов и зверей по причине грехопадения. Естественны плотские пожелания естеству падшему, как свойства недуга – недугу; они противоестественны естеству человеческому в том состоянии, в котором оно было создано. Иначе: зачем бы и воскресать телам человеческим для блаженной вечности, в которой имеют место одни наслаждения духовные? Плоть человека сотворена способною радоватися о Бозе Живее (Пс.83:3). Так возвышенны были непорочность и бесстрастие первозданных, что они не нуждались в одежде; и беста оба нага, – говорит Писание, – Адам и жена его, и не стыдястася (Быт.2:25). Они вышли из рук Создателя в состоянии зрелости и вместе неувядающей юности, красоты и силы, неподверженные никаким недостаткам, никаким изменениям ни в возрасте, ни в здравии.
Тело Адама не сгорало от огня, не тонуло в воде, не опалялось солнцем, не подвергалось влиянию стихий, которые сами находились в совершенном благоустройстве и мире. «Сначала, – говорит Макарий Великий, – князем века сего и господином всех видимых человек был поставлен от Бога: ниже бо огнь силы своея над ним явити мог, ни вода потопити, ни вредити зверь, ни ядовитое что-либо действовати». Тело Адама, легкое, тонкое, бесстрастное, бессмертное, вечно юное, отнюдь не было узами и темницею для души: оно было для нее чудною одеждою. Наконец – это изящное тело было способно, по совершенству своему, для жительства в раю, где в настоящее время обитают отшедшие отсюда праведники только душами своими. Они соделаются способными взойти туда телами по всеобщем воскресении, когда самые тела соделаются духовными. По падении и при изгнании из рая даны человеку кожаныя ризы (Быт.3:21); тогда, говорит Святой Иоанн Дамаскин, «он облекся в смертность, или в смертную и грубую плоть, что означают кожаные ризы».
В основание изложения нашего о душе человека мы полагаем то определение, которое делает ей вышеприведенный Учитель Церкви. «Душа, – говорит он, – есть существо живое, простое, бестелесное, телесными очами по своей природе невидимое, бессмертное, разумом и умом одаренное, безвидное, действующее посредством органического тела и сообщающее ему жизнь, возрастание, чувство и силу рождения, имеющее ум, не как что-либо отличное от нее, но как чистейшую часть самой себя.
Душа есть существо свободное, одаренное способностию хотеть и действовать, изменяемое, и именно изменяемое в воле, как существо сотворенное». Для полноты этого определения или описания должно сказать, следуя указанию другого Святого Отца, что душа есть существо доброе по естеству. Хотя в ней после падения добро смешалось со злом, следовательно, сделалось поврежденным; но, то же можно и должно сказать о ее разуме и о ее свободе: повреждение чего-либо не есть уже его уничтожение. Очевидно, что святой Иоанн Дамаскин дал такое определение душе относительно: относительно нашему состоянию и степени способностей к познанию.
Далее он объясняет это. «Бестелесное, – говорит он, – одно таково в самом естестве, а другое в сравнении с грубым веществом. По естеству бестелесен только Бог; Ангелы же, демоны и души – бестелесны по благодати, и в сравнении с грубым веществом». Еще далее святой Иоанн называет «телом то, что имеет три протяжения, т.е. в длину, ширину и глубину». Из такого определения тела, определения, и доселе признаваемого вполне правильным и удерживаемого наукою, вытекает, как необходимейшее и точнейшее последствие, что всякое ограниченное существо неизбежно есть тело. Всякое ограниченное существо заключается в большем или меньшем пространстве; вне всяких изменений, вне всякого пространства, как превысший всякого пространства и всякой меры – Бог.
Бог вполне бестелесен, то есть Существо Божие совершенно другое, нежели существа тварей, как бы эти твари ни были тонки, и различается от существа тварей неизмеримым различием. Поставлять в один разряд духовных существ Бога и сотворенных духов есть дерзостнейшее богохульство. Как Священное Писание, так и все Святые Отцы Восточной Церкви, хотя и называют Ангелов, демонов и человеческие души духами, но именно в том смысле, как объясняет святой Иоанн Дамаскин. Постоянно называет их духами Макарий Великий во всех своих сочинениях; но в этих его сочинениях мы имеем его суждение о сотворенных духах, еще более определительное, нежели суждение Дамаскина. Заимствовал его Угодник Божий из своего превосходнейшего совершенства. «Высокое некое, – говорит он, – и глубокое слово, по силе ума моего предложити хощу.
Неизследимый и безплотный Господь за безмерную Свою благость плоть на Себе приемлет, и умален быти является велий Сый и преестественный, да возможет с разумными Его тварьми сочислитися, душами, глаголю, святыми и Ангелами, яко да и те безсмертныя Божества Его жизни причастники будут. Зане каждое из сих по естеству своему тело есть, аще Ангел, аще душа, аще демон. Хотя бо тончайшие суть, однако в ипостасе, характере (начертании) и образе по тонкости естества своего тело суть, якоже в ипостасе своей сие наше тело дебело есть. Сим образом и душа тело сущи тончайшее, окружается и одевается членами тела сего. Надевает око, имже и смотрит; надевает ухо, имже и слышит; руки, ноздри, и просто рещи все члены тела приемлет и срастворяется со всеми душа, посредством которых и вся, елика к житию человеческому потребна суть, исправляет». На вопрос: имеет ли душа какой-либо вид? – преподобный Макарий отвечал: «Имеет образ и вид, подобный Ангелу. Якоже бо Ангелы имеют образ и вид, и якоже внешний человек имеет вид: так и внутренний человек образ имеет, подобный Ангелу, и вид внешнему человеку».
Преподобный Кассиан Римлянин, беседовавший с величайшими Угодниками Божиими древнего Христианского Египта, учениками великих Антония, Макария, Пахомия, передает учение их о сем предмете таким образом: «Хотя мы называем некоторые существа духовными, каковы ангелы, архангелы и прочие силы, также самая душа наша, или, конечно, этот тонкий воздух; однако никак не должно признавать их бестелесными. Ибо они имеют свойственное себе тело, в котором содержатся (пребывают), хотя много тончайшее, нежели мы. Они суть тела, по изречению Апостола, который говорит так: И телеса небесная, и телеса земная (1Кор.15:40); и опять: Сеется тело душевное, возстает тело духовное (1Кор.15:44).
Из сих (слов Апостола) вытекает ясное заключение, что ничего нет бестелесного, кроме единого Бога, и что, следовательно, только Он может проникать во все духовные и разумные существа, потому что един Он весь всюду и во всех находится, так что Он видит и провидит помышления и внутренние движения человеков, все тайны духа (ума). О Нем едином провозгласил Апостол: Живо бо слово Божие и действенно, и острейше паче всякого меча обоюду остра, и проходящее даже до разделения души же и духа, членов и мозгов, и судшпельно помышлением и мыслем сердечным. И несть тварь неявлена пред Ним, но вся нага и объявлена пред очима Его (Евр.4:12,13).
Руководствуясь этими свидетельствами Святых Отцов и многочисленными другими, которые оставляем для избежания обременительного многословия, мы утверждаем о душе нижеследующее. Она дух – подобно ангелам, имеет ум, духовное чувство, свободную волю, но, как тварь, ограничена и по существу своему и по свойствам своим; по причине этой ограниченности имеет и свою степень тонкости; имея известную степень тонкости, может содержаться, и содержится, в нашем грубом теле, может быть заключена в адской темнице, может быть подвержена адским мукам, огню неугасающему, червю неусыпающему, страшной и вечной тьме, может скрежетать зубами от невыносимого адского страдания, может, если будет допущена, переменять места, может быть помещена в раю, может вкушать сладость и покой рая, как места сладости и покоя; она способна к высшему наслаждению, наслаждению внутреннему, являющемуся в сердце и распространяющемуся по всему человеку, сообщающемуся даже его телу, состоящему в общении с Богом, когда Бог соделает достойную душу, по ее назначению, Своею обителию; она, наконец, имеет свой вид, который подобен виду человека в его теле, т. е. душа имеет и главу, и перси, и руки, и ноги, и очи, и уши, словом, все члены, как и тело; душа облечена в тело, как в одежду, а члены ее облечены в соответствующие члены тела.
По исшествии из тела души праведных облекаются в светлые одежды, как о том повествует святой Иоанн Богослов в своем Апокалипсисе, как свидетельствует преподобный Макарий Великий:»(Души праведных), – говорит он, – при отшествии из сего мира, имея с собою Господа, идут с великою радостию к небесным жителям; обитающие же с Господом приемлют и отводят их в приготовленные им заблаговременно обители и вертограды и возлагают на них драгоценные и знаменитые одеяния». Подтверждают это многие места Священного Писания; это очевидно из писаний Святых Отцов и житий их.
При противоположном мнении, то есть, что душа есть дух, столько же тонкий, как и дух Божий, непременно потребуются следующие заключения: потребуется признать, что душа не может быть содержима и удержана никаким местом, никаким веществом, ни нашим телом, ни раем, ни адом, не может ощущать адских мук, должна быть превыше наслаждений рая. Мы уклоняемся от такового мнения, как бы явной нелепости, от пагубного для спасения нашего богохульства, и последуем с покорностию и убеждением вышеизложенному учению Святой Православной Церкви. Называя и признавая душу, вместе с Святыми Отцами, духом по отношению к грубому веществу видимого мира, мы, вместе с Отцами, признаем ее, по отношению к Богу и точной истине, телом, которое плоти и кости не имать (Лк.24:39), но имеет свое вещество, по отношению к нам тонкое, невидимое, подобно воздуху, как выражается преподобный Кассиан, и прочим газам.
Преподобный Иоанн Кронштадский
Между душами человеческими находится тесная внутренняя связь и сообщение
Страсти по духовному устроению заразительны, например: злоба, еще не высказанная на словах, не выраженная на деле, а скрывающаяся лишь в сердце и отражающаяся слегка на лице и в глазах, уже передается душе того, на которого я имею злобу, и другим приметна, возмущаюсь я страстью, мое возмущение касается и сердца другого, делается какой-то духовный перелив нечистого потока из одного духовного вместилища в другое. Уничтожишь в себе страсть к брату, уничтожится и в нем; успокоишься сам, успокоится и он. Какая тесная связь между душами! Верно слово Апостола: мы есмы друг другу удове (Еф.4:25) – члены, или едино тело есмы мнози (1Кор.10:17). От единыя крови весь род человеческий (Деян.17:26). Потому-то божественная заповедь требует: возлюбиши искренняго твоего, якоже себе (Мф.22:39).
На взаимном чувстве или понимании наших душ друг друга основывается действие или бездействие проповеднических слов: если проповедник говорит не от сердца, лицемерно, слушатели внутренним чутьем понимают несоответствие слов проповедника с его сердцем, с его жизнью, и слово не имеет той силы, которую оно могло бы принести в том случае, когда проповедник произнес бы его сердечно, особенно когда сам исполнял бы слово свое на деле. Между душами человеческими находится слишком тесная внутренняя связь и сообщение. Потому-то добрые, благочестивые, сердечные расположения сообщительны душам других, особенно же добрые дела.
Святитель Феофан Затворник
Устроение души
Распределим все действия души на три разряда – мыслей, желаний и чувств, назвав каждый особою стороною души – мыслительною, желательною и чувствующею. Возьмем это разделение и начнем обозревать каждую сторону.
Сторона мыслительная. Если внутри нас видится смятение, то оно наибольший простор имеет в мыслях, желания же и чувства мятутся уже под действием мыслей. Но в разряде мыслей не все есть беспорядочное движение; есть в среде их ряд серьезных занятий. Они-то, собственно, и составляют настоящее дело жизни душевной со стороны мыслей. Вот эти занятия:
1) Как только заметили Вы что-либо вовне посредством своих чувств или выслушали рассказ других о том, что они заметили своими чувствами, тотчас все то воображение воображает и память запоминает; и в душу ничто не может войти помимо воображения и памяти. Затем и последующая деятельность мыслительная опирается на воображении и памяти. Чего не сохранила память, того не вообразишь, о том и думать не станешь. Бывает, что мысли прямо рождаются из души, но и они тотчас облекаются в образ. Так что мыслительная сторона души вся есть образная.
2) Но воображение и память добывают и хранят только материал для мыслей. Само движение мыслей исходит из души и ведется по законам ее. Припомните, как Ваш меньшой брат, увидев какую-либо новую вещь, тотчас обращался к Вам или другим с вопросами: «А что это? А кто это сделал? А из чего это?» – и не успокаивался, пока не решат ему всех этих вопросов и не удовлетворят его. Мыслительность души начинается именно с порождением сих вопросов и рождает мысли в ответ на них или принимает готовые уже об этом мысли от других. Воображение и память не мыслят. Они – чернорабочие силы, подъяремные. Способность души, из которой исходят такие вопросы и которою доискиваются и порождаются мысли в ответ на них, называется рассудком, которого дело рассуждать, обдумывать и находить требуемые решения. Понаблюдайте за собою – и найдете, что ничего у Вас не делается без обдумывания и соображения. Всякую малость приходится обсуждать. Как бы мгновенно это ни делалось, повсюду входит соображение и идет по означенным прежде вопросам.
3) Когда Вы обдумываете, то тут нет еще определенной мысли. Мысль определенная установляется, когда найдете решение какого-либо из вопросов. Рассудок Ваш все роется, ища, что такое есть какая-либо вещь, откуда она и для чего она и прочее. Когда же найдете сами такое решение или, выслушав его от других, согласитесь с ним, обыкновенно говорите: «Теперь понимаю, толковать больше нечего, дело решенное». Это решение дает покой Вашей мыслительности относительно занимавшего Вас предмета. Тогда рассудок Ваш обращается к другим предметам, а сложившаяся мысль сдается в архив душевный – память, откуда по требованию нужды берется как пособие к решению других вопросов, как средство к слаганию других мыслей. Совокупность всех сложившихся таким образом понятий составляет образ Ваших мыслей, который Вы и обнаруживаете при всяком случае в речах своих. Это есть область Вашего знания, добытого Вами трудом мысленным. Чем больше у Вас решено вопросов, тем больше определенных мыслей или понятий о вещах; чем больше таких понятий, тем шире круг Вашего знания. Таким образом, как видите, выше памяти и воображения у Вас стоит рассудок, который своим мыслительным трудом добывает для Вас определенные о вещах понятия или познания.
Желательная сторона. Действующая здесь сила есть воля, которая волит – желает приобресть, употребить или сделать, что находит полезным для себя, или нужным, или приятным, и не волит – не желает противного тому. Волнения воли требуют соответственного дела, потому воля прямее есть деятельная сила, которой существенная потребность – жить и действовать. Она держит в своем заведовании все силы души и тела и все подручные способы, которые все и пускает в ход, когда нужно. В основе ее лежитревность, или ретивость, – жажда дела, а возбудителями стоят при ней – приятное, полезное и нужное,