Второй шанс
Елена Стрельцова
Иногда, находясь за игральным столом с госпожой Судьбой, игрок может получить на руки самую сильную карту. Второй шанс.
Как разыграть её, если уже заранее знаешь ход всех событий?
И чем закончится игра?
1.
Капля дождя медленно стекала по стеклу.
Вторая.
Третья.
Сколько же их… Сотни тысяч, миллионы? Капля за каплей, капля за каплей… И вот они уже соединились в мощный поток воды, который заставлял людей разбегаться в поисках укрытия.
Вон молодой парень успел добежать до своей машины. Счастливчик…
Молодая мамочка, с коляской, быстрым шагом направилась в ближайший магазин. Ей не очень-то удобно, коляска громоздкая, колёса постоянно пытаются забуксовать. К тому же, на коляске нет дождевика. Да, она явно не была готова к погодным изменениям…
А вот совсем молодая девушка. Наверное, ещё школьница. Сняв свой рюкзак, она достала из него ветровку и зонт. Молодец. Предусмотрительная.
Я усмехнулась. Как по-разному мы готовы к невзгодам.
Ливень уже вовсю хлестал по окнам кафе. Улица опустела.
Медленно помешивая свой остывший эспрессо, я с грустью осознавала, что к своему личному ливню я не была готова. Совсем.
Откуда у меня была такая уверенность, что всегда будет светить солнце? Вроде бы уже не девочка…
«…Ир, ты должна меня понять, я уже в таком возрасте… - Олег тяжело вздохнул, - наша семья неполноценная… - он покачал головой, - Я никогда не смогу принять приёмного ребёнка. Я не такой сильный, смелый, как ты. Ты – другое дело. А я… Я обычный… Ирин, я полюбил другую женщину, и я чувствую, что у нас с ней всё получится. Мы сможем создать полноценную… - Он осёкся…»
Дважды он упомянул это слово.
Я горько усмехнулась про себя. Вот значит как. Из его слов выходило, что все семь лет нашего брака, были неполноценными…
Забавно. Особенно если учесть, что Олег никогда не хотел иметь детей. А может, он просто не хотел обижать меня… До поры, до времени…
И вот, наверное, это время пришло. Мне практически прямым текстом сообщили, что считают меня неполноценной…
Я глубоко вздохнула. Странно, но слёз не было. Просто, внутри меня образовалась какая-то непонятная пустота…
Я никогда не скрывала от мужа, что не могу иметь детей. Вернее, до определенного времени, я и сама не знала этого. Но после нескольких «случайностей», когда вроде бы должна была забеременеть, я задумалась над этим, и прошла обследование.
Милый полысевший дядечка в белом халате, с добродушным лицом сообщил мне приговор. Помню, подумала, что его внешность совсем не вяжется с тем, что оно мне сообщил. С таким лицом, только подарки на Новый год раздавать…
От мужа я скрывать ничего не собиралась. Решила, что такие вещи подло замалчивать. Он должен принять решение сам
Рассказала ему, всё, как есть. И он принял решение. Сказал, что это для него не проблема. Мы с ним настолько цельные личности, и так дополняем друг друга, нам не нужен никто другой. И я поверила… Да и не возможно было не поверить. Я видела в его глазах искренность. Или я увидела, то что хотела увидеть?...
Не скрою, что в тот момент у меня отлегло от сердца. Это такая редкость, получить стопроцентную поддержку в трудную минуту.
Олег стал моим солнцем. Он дарил мне тепло, заботу, свет.
И действительно, наша жизнь не изменилась, и даже, как мне показалась, стала более… полной что ли… Словно у нас с Олегом появился один секрет на двоих.
В тот период, я была окрылена его поддержкой. Мне хотелось отдать ему всё. Всё, что я могу ему дать. Всю себя.
Помню, как уступила ему тендер в нашей строительной фирме. Победа была уже у меня в кармане, но я сняла свою работу с конкурса. Олег был вторым. В итоге, стал первым.
Может именно тогда на небе стали появляться первые перьевые облака. Но разве они могут затмить Солнце? Конечно, нет. Они лишь подчёркивают красоту неба…
После победы, карьера Олега резко пошла вверх. Заказы посыпались, как из рога изобилия. Мой муж был рад, и я искренне радовалась вместе с ним. Ведь мы же семья. Мы вместе рассматривали каждый проект, спорили, вносили поправки, делились идеями.
Уже через три года Олег открыл своё архитектурное бюро. Это был серьёзный шаг. Мы даже решили продать дачу, которая досталась мне по наследству от моей бабушки. Нужны были деньги, на развитие бизнеса. Я не сомневалась ни секунду. Ведь мы вкладываемся в наше будущее.
Я грустно улыбнулась, глядя в окно невидящими глазами. Ливня я уже не замечала. Перед моими глазами проходила моя семейная жизнь.
Вот мы пьём шампанское в пустом, только что снятом офисе.
Вот мы празднуем успешное завершение нашего первого проекта.
Вот Олег наконец-то купил, так желанный им, автомобиль F-класса.
А вот он сообщил мне, что ему нужен личный помощник. Я его правая рука, поэтому, всегда должна оставаться на рабочем месте. Иначе, весь рабочий процесс остановится. А ему очень трудно одному справляться в поездках…
Командировки его всегда изматывали. Я не возражала.
Впервые увидев его помощницу, я её даже слегка пожалела.
Катенька. Стопроцентная «серая мышь». Выпускница престижного строительного университета. Красный диплом. Папа – слуга народа в градостроительстве.
М-да… Недооценила я её…
Катенька действительно умела работать, ставить цели и достигать их…
Собственно говоря, именно с ней мой муж и решил создать полноценную семью.
«…Ириш, ты не думай, я оставлю тебе квартиру, но… - Игорь замялся, - сама понимаешь, мы не сможем теперь работать вместе… Я не могу остаться без своего детища…»
Его детище… Его… Только его…
Даже если я соглашусь на материальную компенсацию за фирму, по большому счету, это ничего не изменит. У него имя, у него клиенты. Скоро у него будет молодая жена, влиятельный тесть, и всё будет в шоколаде.
А что я?
Прикрыв глаза, я честно постаралась ответить на свой вопрос.
Продолжать работу в фирме, где все, всё про всех знают, было бы глупо. Я уже слышала, как наша секретарь Мариночка, а по совместительству и главная сплетница, делилась ценнейшей информацией с отдельными единицами нашего дружного коллектива.
«…Конечно, шефа можно понять, не зря у них детей нет…»
Где же я совершила ошибку? В какой момент? Когда же надо было покупать этот чёртов зонт, что бы не промокнуть?...
Когда приняли на работу эту «серую мышь»? Нет, не думаю…
Мне кажется, что я совершила ошибку, когда уступила ему тендер. Мелькнуло тогда в его взгляде что-то… Что именно, я не смогла определить. Я словно стала на ступеньку ниже…
Я хмыкнула. И сделала я это - добровольно.
И хотя, многие проекты вытягивала именно я, делала это в тени своего мужа.
И вот теперь мне тридцать три года, я практически уже разведена, практически безработная, и бездетная…
Я глубоко вздохнула. Надо сосредоточиться на работе. На работе… Нельзя сейчас раскисать. Пожалею себя потом… Когда наработаю первый список клиентов.
Да. Работа. Моё спасение. Опять…
- Ира?
Я вздрогнула и распахнула глаза.
Да быть этого не может… мои глаза помимо моей воли стали округляться от удивления…
Передо мной стоял, промокший до нитки, Димка…
Чарковский Дмитрий. Моя первая институтская любовь. Да и вообще, первая.
Сколько же мы не виделись? Десять? Нет, больше… Лет одиннадцать-двенадцать…
С ума сойти…
- Димка? – через несколько секунд ошарашено прошептала я.
- Вот это сюрприз! – радостно заявил он, и отодвинул соседний стул. – Не против?
Я мотнула головой. Действительно сюрприз. Сегодня день, наверное, такой. День сюрпризов.
- Я глазам своим не поверил, - широко улыбаясь, сообщил мне Димка. – Забежал сюда только из-за дождя. Ирка…
Его взгляд скользил по моему лицу, явно изучая и сравнивая меня сегодняшнюю с той, другой, которую он знал двенадцать лет назад…
Я, тоже не скрывая, рассматривала его. Из смазливого парня, он превратился в привлекательного мужчину. Черты лица заострились, волосы стали ещё темнее, и теперь были почти чёрного цвета. Разворот плеч стал шире.
- Выглядишь шикарно, - кажется, искренне заявил мне Димка.
- Спасибо Дим, ты тоже, - улыбнувшись, вернула я комплимент.
- Как ты? Где ты сейчас? – нетерпеливо стал расспрашивать меня он. - Послушай, а ты сильно занята сегодня? Я знаю один ресторан… - он вопросительно посмотрел на меня.
Настроение если честно, было на нуле.
- И учти, отказа я не приму, - решил пойти в наступление Димка.
Я улыбнулась. Хоть передо мной и сидел сейчас мужчина, но он остался всё тем же дерзким парнем, которого я помнила. Он всегда был нетерпелив, и действительно, отказы он воспринимал как лёгкое недоразумение, которое надо подправить.
- Хорошо, - согласилась я. К тому же, мне и самой стало любопытно, как сложилась его жизнь.
- Сейчас такси вызову, - уже роясь в телефоне, сообщил он мне. – Только заедем на пять минут в гостиницу, я переоденусь. А то сама видишь… - Димка рукой указал на свой промокший вид.
С такси нам повезло, несмотря на ливень, машина ждала нас уже минут через десять.
- Только вчера приехал, - уже в машине сообщил мне Дима. – Я сюда часто по работе приезжаю. А ты живешь здесь?
- Да, сразу после института переехала. У меня в этом городе бабушка жила, за ней ухаживать надо было, - зачем-то решила пояснить я. Об истинной причине моего побега говорить не хотелось.
- Понятно, - решив что-то для себя, кивнул Димка.
Гостиница, где он остановился, находилась в пятнадцати минутах езды. Уже через полчаса мы направлялись в сторону моего дома.
- Дим, а как называется ресторан? – решила я развеять сомнения, которые уже поселились в моей голове.
- «Чемодан»
Блииин.
Наш любимый с Олегом ресторанчик. Заведение не пафосное, кухня отличная, равно, как и обслуживание. К тому же, находится совсем рядом с нашим домом.
- Тебе понравится, вот увидишь, - заверил меня Димка.
Я мысленно застонала. Идея посидеть в кафе уже не казалась такой привлекательной.
- Может… - попыталась я возразить.
- Ты влюбишься в их чизкейк, - перебил меня Димка с серьёзным лицом, при этом его глаза смеялись.
Он не забыл…
Я улыбнулась.
- Ну, раз чизкейк…
- Замужем? – кивнул на моё кольцо Димка, когда официант отошёл от нашего столика.
- Угу, - промычала я. Откровенничать не хотелось. Совсем. Хотелось расслабиться, переключиться на другую волну, а не мусолить тему моего замужества.
- А ты? – сделав глоток вина, поинтересовалась я. Кольца у него не было. Но он в командировке, так что…
- Развёлся, три года назад, - спокойно ответил он и улыбнулся.
Похоже, у него эта тема не вызывала никакого дискомфорта.
Вот и меня так будет. Всё будет хорошо. И я смогу через пару-тройку лет спокойно говорить на эту тему. Да, точно, всё будет хорошо…
- Дети? – поинтересовался мой собеседник
Да, что б тебя!
Я мотнула головой.
- Карьера, сам понимаешь, - как можно убедительнее соврала я.
- А у тебя?
- Нет, - резко ответил Димка, и тут же переключился на другую тему. – А ты помнишь Ленку Сорокину? Ну, полная такая была? «Колобком» её звали?...
И мы на несколько часов погрузились в воспоминания.
Было приятно окунуться в наш студенческий мир. Вспомнили преподавателей, поделились информацией о сокурсниках. Я действительно хорошо провела время, позволив себе забыть на пару часов о своей боли.
- А как поживает Татьяна?
- Понятия не имею, - хмыкнул Димка.
- После развода не общаетесь, - понимающе закивала я.
- Мы и во время брака не особо общались, - разоткровенничался, уже изрядно захмелевший Димка. – Я часто думал…
- Будете ещё что-нибудь заказывать? – спросил, так не вовремя подошедший, официант.
- Нет.
Разочарованный официант удалился.
- А почему вы развелись? – осмелев, поинтересовалась я.
- Аа, - махнул рукой парень. – Мы бы и раньше развелись, если бы не моя болезнь, - Димка залпом осушил свой бокал.
- Ты болен? – удивилась я. Выглядел он хорошо. И уж точно, не болезненно.
- Уже нет, - он наполнил мой и свой бокал. Было видно, тема для него не очень приятная.
Я решила тактично промолчать, и не лезть к нему в душу. То, что мы были близки в прошлом, не давало мне сейчас никаких привилегий. Сегодня, здесь и сейчас, мы были совершенно чужими людьми.
- Через три года после окончания института, мне диагностировали рак, - выпитый алкоголь явно развязал ему язык.
- Боже… - такого я точно не ожидала. – А сейчас всё нормально? – поддавшись импульсу я накрыла его ладонь своей.
- Волнуешься за меня? – он ухватил кончики моих пальцев и сжал их. – Холодные. Ты всегда была мерзлячкой, - усмехнулся он и погладил большим пальцем мою ладонь.
Весь вечер мы старательно избегали наши личные воспоминания, те, которые принадлежали только нам двоим. И вот сейчас…
- Ты не ответил? – я потянула руку на себя, стараясь как можно деликатнее освободиться из его захвата.
- Да, сейчас всё нормально, - наблюдая за моим освобождением, ответил он. – Собственно поэтому у меня и нет детей, - резко ответил Димка и разжал руку.
- Оу…
Повисла тишина. Я потупила взгляд. Если бы он только знал…
- Не переживай, - невесело улыбнулся он. – Я уже давно смирился с этим фактом… - по-своему считал моё замешательство Димка.
Наш разговор стал напоминать хождение по тонкому льду. Один неверный шаг, одно случайное слово…
- Уже поздно, мне пора, - соврала я. Домой идти не хотелось.
- Ты права, - тяжело вздохнул Димка. Похоже, ему, как и мне, не особо понравилось, куда повернул наш разговор. – Сейчас вызову такси.
- Нет, нет, - запротестовала я. – Я тут рядом живу. Прогуляюсь, проветрюсь.
- Я провожу.
- Нет, - улыбнулась я, - тебя тащить я не собираюсь. Ты давай на такси, а я пешком.
- Не такой я и пьяный, что бы ты меня тащила, - фыркнул Димка.
- Ну, что, давай прощаться? – спросила я уже около такси.
- Давай провожу, - сделал ещё одну попытку Чарковский.
Я улыбнулась и помотала головой.
- Не стоит. Вооон мой дом, - я указала рукой на высотку. – Не переживай, у нас спокойный район.
Димка прикинул расстояние, освещенность улицы и кивнул.
- Знаешь, а ведь я тогда прождал тебя всю ночь… - уже садясь в машину, вдруг сообщил он мне. – Иногда я думал, как бы сложились наши жизни, если бы ты тогда пришла…
Он захлопнул дверь, и машина тронулась, оставив меня в недоумении. О чём он?... Когда он меня ждал?...
Я медленно направилась в сторону дома.
Погода была замечательная.
Сентябрь.
Деревья уже прихорошились и нарядились в желто-красные одеяния. Под ногами шуршала листва. В воздухе витал ни с чем несравнимый аромат осени.
Тихонько пиная листья, я мысленно пыталась ответить себе на Димкин вопрос.
Действительно, как бы сложилась наша жизнь?... Если честно, ничего путного в голову не шло. Я уже давно перелистнула ту страницу моей жизни. Очень болезненную, надо заметить.
Нет, чего не было, значит, и не должно было быть. С судьбой не поспоришь.
Мы расстались. И думать, что было бы… просто ковырять рану, которая так долго не хотела заживать. Тогда моим спасением стала работа.
Я усмехнулась. Дежавю какое-то…
Хотя, не могла не заметить, сходство в наших судьбах. Оба разведены и разочарованы в своих половинках. Оба бездетны…
Димка, Димка… Что же мы тогда натворили… Сейчас я бы точно всё сделал по-другому.
Остановившись, я прикрыла глаза и глубоко вдохнула прохладный сентябрьский воздух.
- Какая красивая девушка, - вдруг раздался детский голосок. От неожиданности я вздрогнула и обернулась на голос.
Чуть поодаль меня стояла девочка лет десяти, с чёрными, как смоль волосами и почти такого же цвета, глазами.
- Красивая девушка, хотите, я Вам погадаю? – продолжила девчушка.
«Цыганка» - подумала я. После предложения погадать, сходство с этой нацией было на лицо.
- А где твои родители? – поинтересовалась я. – Уже поздно.
- В магазине, - девочка махнула рукой в сторону «Пятёрочки». – Так как? Хотите? – наклонив голову, состроила она умилительное личико.
- По руке будешь гадать? – улыбнулась я. Девочка явно знала, как расположить к себе людей.
- Не, по рунам.
- А это как? – уже более заинтересованно спросила я.
- Вот, у меня есть мешочек, - при этих словах, она достала из своего небольшого рюкзачка небольшой мешочек. – Вам надо достать из него одну руну, а я её прочитаю.
- И всё?
- Всё.
Я вопросительно посмотрела на неё.
- Ну, и ручку позолотите… - добавила она после моего пристального взгляда.
Я засмеялась и покачала головой.
- Сколько? – улыбнулась я. Девочку обижать не хотелось, было в ней что-то солнечное.
- А сколько не жалко, - не растерялась она.
- Хорошо. Давай свои руны.
Она протянула мне мешочек, и я достала какую-то круглую деревяшку размером с пятирублевую монету, на которой красовался непонятный мне знак.
- И что это? – повертев в руках руну, спросила я.
- Дайте взглянуть, - девочка потянула меня за рукав. – Ого!
- Что?
- Вы вытащили руну, которая обозначает, что Судьба даёт Вам шанс всё исправить. Это руна второго шанса.
- Да… - растерянно пробормотала я, разглядывая руну.
- Очень редкая руна. Только у моей бабушки её однажды вытащили. Ни у кого больше не вытаскивали. Теперь вот у меня, - гордо заявила девочка.
- И что теперь? – спросила я. Расстраивать девчонку не хотелось. Вряд ли все мои ошибки возможно исправить какой-то деревяшкой… Но я решила подыграть девчушке.
- Перед тем, как лечь спать, Вы должны хорошо подумать, что бы Вы хотели исправить. А затем положить руну под подушку, на которой будете спать.
- И всё? – еле сдерживая улыбку, спросила я.
- Да. Но помните, Вы должны всегда носить руну с собой, до тех пор, покуда не используете второй шанс.
- А как я это узнаю?
- А я вернусь за ней, - она кивнула подбородком на руну.
- Ну, тогда ладно, - как можно серьёзнее согласилась я. – Всё сделаю, как ты сказала. Подумаю, положу, засну.
- А Вы уверенны, что знаете, что именно Вам надо изменить? – вдруг спросила она меня, и взгляд стал каким-то не по-детски взрослым.
- Я подумаю, - медленно протянула я.
- Подумайте, красивая девушка, это важно, - всё так же пристально глядя на меня, согласилась цыганка. – Я вернусь за руной, когда Ваш шанс пройдёт, - и, развернувшись, побежала в сторону магазина.
- Стой! – крикнула я.
Она остановилась и обернулась.
- А в тот, прошлый раз, ну у твоей бабушки, шанс был использован? – мне стало любопытно, что она мне ответить.
- А, - махнула она рукой, - профукал тот человек свой второй шанс.
- Понятно… - растеряно ответила я, хотя девчушка уже вприпрыжку поскакала в магазин, и слышать меня уже не могла.
Что за день?... Я мысленно хмыкнула и направилась к себе домой.
Открыв дверь ключом, зашла домой. Пусто. Олега дома не было. Видно, уже не считал нужным появляться дома. Ладно, оно и к лучшему. Не хотелось сейчас с ним общаться. Всё что надо, он мне уже сказал. Завтра подумаю, прикину план моего дальнейшего жизненного пути, а пока спать.
Находясь уже в кровати, и разглядывая руну, я задумалась. А вот действительно, если бы у меня был шанс всё исправить, что бы я исправила?
С удивлением обнаружила, что ответить на этот вопрос не так-то легко.
Может, надо было не брать на работу Катьку? А может, и вовсе не надо было выходить за Олега?... Нет… Димка… Может надо было вести себя осторожнее ещё тогда, в институте? А не бросаться в омут с головой…
- Мда… - удивлённо согласилась я. А ведь девчонка оказалась права. - Не так-то это и просто…
А, была, не была. Наверное, сейчас я не стала бы встречаться с Димкой. Ведь если подумать… Последствия нашей «любви» были очень плачевны. Для меня, так точно…
Я положила руну под подушку, и с чистой совестью уснула.
2.
- Вставай, засоня! – услышала во сне мамин голос.
Я повернулась на другой бок. Сегодня никаких ранних подъёмов. Натянув одеяло до подбородка, я опять стала проваливаться в сон.
- Ирка, вставай! – и моё одеяло исчезло. – Иначе мы ничего сегодня не успеем!
Ничего не понимая, я вскочила.
Прямо передо мной стояла моя мама.
- Хватит дрыхнуть. Я тебе и так достаточно дала поспать. Вон, уже и пирожков успела испечь, твоих любимых, с яблоками. Давай, вставай, и завтракай, пока теплые.
- Мама? – с трудом соображая, спросила я.
- Что? – не обращая на меня никакого внимания, мама открыла шкаф и стала там рыться. – Позавтракаешь, потом сразу пойдём в магазин.
- В какой магазин? – явно тормозя, поинтересовалась я. О чём она? И как она попала в квартиру? Олег приходил что ли? – Ма, а ты когда приехала? Ночью?
- Ну, Ириш, ты даёшь! – засмеялась мама. – Бедняжка, совсем тебя переезд вымотал. Ладно, приходи в чувства. Быстро все дела сделаем, и будешь отдыхать.
- Какой переезд? Какие дела? Ма, и как ты попала в квартиру?
- Ох, Ирин, - вздохнула мама и распахнула шторы на окне. – Просыпайся давай.
Солнечный свет яркой вспышкой озарил комнату. От неожиданности я зажмурилась.
- Ну, ма, - недовольно промычала я.
- Я на кухню, чай заваривать, - сообщила мне она и удалилась из комнаты.
Постепенно, привыкнув к свету, я открыла глаза.
То, что открылось перед моим взором, заставило меня снова зажмурить глаза. Затем опять открыть. Я сплю? Слышала, бывают такие реалистичные сны…
- Иришка! Я чай уже заварила! – донеслось из кухни.
Я медленно встала и осторожно направилась в кухню. Там вовсю хлопотала мама, накрывала стол.
- Давай, давай, Ириш, садись. Вот пирожки, - она поставила на стол тарелку, полную пирожков.
Я села, вернее сползла на стул. Нет, это не сон. Слишком реалистично. Даже запах яблок чувствую. На автомате взяла пирожок. Надо же, действительно тёплый… недоумённо уставилась я на него.
Стоп. Что было вчера?
Меня бросил муж.
Димка.
Встретила Чарковсого.
Выпили.
Нет. Я точно помню, что заходила к себе в квартиру. Да и не могла я напиться так, что не заметила, как улетела в другой город!
А именно в другом городе я сейчас и находилась! В родительской квартире!
Что происходит?!
- Ма, а я долго спала?
- Часов двенадцать, - она взглянула на часы, - как прилетела, так сразу и уснула. Даже не поужинала, - с укором посмотрела на меня мама.
- Откуда прилетела?
Мама перестала суетиться и странно посмотрела на меня.
- Ириш, ты не заболела? – она потрогала мой лоб рукой. – Простыла что ли?
Нет мам. Не простыла. Кажется у меня что-то с головой.
- Не, нормально всё, - мотнула я головой и уткнулась в чай. – Просто перелёт… и всё такое…
Знать бы ещё, откуда я прилетела.
- Ладно, - согласилась мама и вернулась к своим делам. – Давай завтракай, потом за покупками сходим. И да! – спохватилась она, - сумки разбери, постирать вещи надо.
Сумки! Точно! Если я летела самолётом, должен остаться билет!
Я рванула в спальню.
- Куда?! – крикнула мне мама в след. – Позавтракай сначала…
Но я её уже не слышала, и словно одержимая кинулась к сумкам, которые лежали около моего стола.
- Билет, билет, где же ты? – роясь в сумках, шептала я.
Вот! Нашла! Так, что тут у нас… Буквы стали расплываться, в глазах потемнело…
Не знаю даже, что меня потрясло больше, город, из которого я прилетела, или дата, когда я прилетела…
И тут меня словно молнией ударило. Цыганка!
Я кинулась к кровати и подняла подушку. Там лежала руна.
Нет… не может быть это правдой… не может…
Лихорадочно стала вспоминать, что я загадала. Точно! Не встречаться с Димкой…
Я поражённо уселась на кровать, и немигающим взглядом уставилась в несуществующую точку.
Реальность медленно стала накрывать меня…
Девчонка не обманула. Мне действительно дали шанс всё исправить. В прямом смысле этого слова.
Воспоминания стали подниматься на поверхность, из глубин памяти…
С Чарковским мы познакомились на последнем курсе в институте, куда я перевелась из другого города. Родители настояли на том, что бы я вернулась в родной город, и заканчивала учёбу уже здесь.
Как сказала мама: «Хватит тебе уже жить на воде и хлебе. Местный институт ничем не хуже».
В общем-то, она была права. Опробовав самостоятельную жизнь, я поняла, что не так-то это и просто. Учиться и подрабатывать. Короче, уговаривали меня родители не долго.
Значит, меня забросило именно в тот день, когда я вернулась.
Обалдеть…
И что мне сейчас делать?
Раздался звонок.
- Отец, наверное, - проходя мимо моей комнаты, на ходу сообщила мама.
В прихожей послышался шум.
- Ну, что, проснулась студентка? – отец зашёл ко мне в спальню.
- Встать-то встала, а проснуться забыла, - засмеялась мама, и встала рядом с отцом. – Спросила меня сегодня, откуда она прилетела. Представляешь?
Отец рассмеялся.
- Ладно, дамы. Приходите в себя, делайте ваши дела, а вечером предлагаю съездить на дачу, - отец хлопнул в ладоши. - Баньку затопим, шашлыков наделаем, Мишулиных позовём. Отметим возвращение блудной дочери. Как на это смотрите? Мм?
- Я только «за», - с энтузиазмом поддержала его мама. – Ир, ты как?
- Да в принципе… - запнулась я.
Точно! Это был тот самый день, когда мы попали в аварию!
Мы ехали на дачу, отмечать моё возращение, когда на перекрестке в нас врезался старенький «Форд». К счастью, никто не пострадал, но вот машина…
Ремонт машины вылетел отцу в копеечку. Они с мамой даже отказались от поездки на Новый год к маминым родителям.
Горячая волна прошла через всё тело. В ушах зашумело.
Я могу изменить ход событий!
- Нет! – как-то слишком истерично взвизгнула я.
Родители уставились на меня в недоумении.
- Я так устала и соскучилась, давайте отметим дома, - обосновала я свой отказ. – Не хочу делить вас сейчас ни с кем. И ехать никуда не охота…
- Можно и дома, - не стал возражать отец. – За тортом сходить?
Я кивнула. Благо магазин был у нас во дворе, и ехать никуда не надо.
Только сейчас до меня стало медленно доходить, что я знаю всё, что будет происходить заранее… Знаю всё наперёд…
Эта мысль шокировала меня даже больше, чем то, что я вообще оказалась здесь и сейчас…
Надо собраться с мыслями. Постараться вспомнить как можно больше мелочей. Ведь это такой шанс… Точно, вечером надо проанализировать ситуацию. Вспомнить детали.
- Собираешься? – выдернула меня из раздумий моя мама.
- Угу, - промычала я и начала собираться.
Вот тут меня поджидал ещё один «приятный сюрприз». Мой гардероб.
Разложив все свои вещи на кровати, и окинув взглядом картину в целом, в голове возникли следующие вопросы.
Как всё «это» мне могло нравиться?!
Следующий вопрос вытекал из предыдущего. И как мне «это» теперь носить?!
Количество страз, конечно, впечатляло…
Особенно выделялись мои джинсы «на выход». В них меня, наверное, и космонавты с МКС могли заметить.
- Ты ещё не оделась?! – всплеснула мама руками.
- Не могу выбрать, что надеть, - даже не соврала я.
- Так вон тот миленький спортивный костюмчик, - и мама указала рукой на «костюмчик». – Он и не помялся, и удобно будет.
- Ага, - прошептала я, понимая, что другой одежды у меня всё равно нет.
«Миленький костюмчик» действительно был … миленьким. Розовый. Велюровый. С надписью на заднице «Pink», пояснение для дальтоников, судя по всему…
Мысленно застонала. Наверное, всю эту одежду я покупала в бреду.
Но, деваться некуда. Я облачилась в розовое безумие, и мы с мамой отправились по магазинам.
Надо заметить, что пока мы ходили от одного магазина, к другому, в поисках нужных вещей, иногда я ловила заинтересованные взгляды девиц, которые очень высоко оценили мой костюмчик. Так себе утешение, но всё же…
Песни Дима Билана, которые лились со всех сторон, сначала вызвали во мне волну приятных воспоминаний. Но, после пары часов хождения по ТЦ, стали слегка уже подбешивать. Ретро-хиты это конечно хорошо. Но в умеренных дозах.
Уставшие и измученные, не чувствуя своих ног, мы пришли наконец-то домой.
- Чаю мне, чаю, - простонала мама, как только мы переступили порог нашей квартиры.
В этом деле я была с ней полностью солидарна, и мы направились на кухню, где и застали отца, который сидел за столом и смотрел в окно.
- Что-то случилось? – сразу насторожилась мама.
- Случилось, - не поворачиваясь к нам, ответил отец.
Повисла напряженная тишина.
- Машину разбили, - через несколько секунд добавил отец. – В хлам.
- Чью машину? – не поняла мама.
- Нашу, - слишком спокойно ответил отец, всё так же рассматривая небо.
- Как нашу? Ты что, в аварию попал?! – начала заводиться мама.
- Нет. Не поверишь, - горько хмыкнул отец. – «Камаз» с «Газелькой» столкнулись. «Газель» как игрушечная отлетела, прямо на нашу… - отец запнулся.
- Да ты что! – мама медленно села за стол рядом с отцом.
Я тоже медленно стала оседать. Но не потому, что расстроилась из-за машины. Если честно, сейчас мне было не до неё.
Я знала, что должно случиться. Я сделала всё, что бы этого не случилось. И всё равно… Всё равно.
Машина просто стояла! Как такое вообще возможно?!
Итог такой же, как и в прошлый раз – разбитая машина!
3.
Та-а-к.
Надо провести мысли в порядок. Не паниковать.
Что мне сказала цыганка про другого человека? Профукал шанс? А может он просто ничего не смог изменить?
Неутешительная догадка.
Я так привыкла думать, что вот если бы, да кабы…
А, что если, хоть так, хоть сяк, а результат всё равно будет одинаковым?
Но, тогда, какой смысл во всём этом?!
Мысли путались.
И если вчера, когда я подыгрывала юной гадалке, ситуация мне казалась забавной, то сейчас всё виделось уже несколько в другом свете…
Ладно, буду придерживаться первоначальной цели. В конце концов, именно из-за моего желания меня сюда и закинуло.
Итак. Моя цель – не заводить отношений с Чарковским.
Вроде бы ничего сложного. Не думаю, что мне придётся отбиваться от него насильно. Наши отношения хоть и развивались довольно стремительно и эмоционально, но я прилагала немалые усилия для этого. Димка всегда был видным парнем. В выборе барышень, у него проблем не было.
А пока…
- Ириш, - окликнула меня мама, - не слышишь? У тебя телефон, - и она кивнула в сторону моей комнаты.
Действительно, из спальни доносилась песня:
Я знаю точно -
Невозможное возможно,
Сойти с ума,
Влюбиться так неосторожно…
Мысленно застонала… опять Билан… Мда, вкусы меняются…
Я покачала головой, и отправилась за телефоном.
Телефон нашёлся не сразу. Пришлось порыться в сумках. К тому времени, когда я его нашла, он уже замолчал. Вытащив из недр сумки свой раритетный Sony Ericsson K750i, проверила, кто звонил.
Моё тело среагировало раньше, чем я осознала, что я только, что увидела.
Слёзы брызнули из глаз, я зажала рот ладонью.
К такому повороту событий я не была готова… совсем…
Отбросив телефон на кровать, я кинулась в ванную.
Очнулась уже, когда стояла под душем. Казалось, что лёгкие сейчас разорвутся, сделать следующий вдох было просто невозможно, и я просто беззвучно закричала. Мне хотелось выплеснуть всю боль, весь тот ужас, который накрыл меня с головой.
Я забыла… я совсем забыла…
Вернее, не столько забыла, сколько не сопоставила даты…
Ситуация, в которой я оказалась, развивалась стремительно. Я просто ещё не успела подумать… не успела вспомнить…
Мне звонила Женька.
Соловьёва Женька, которую я знала с пелёнок. Мы жили с ней в одном доме, учились, в одном классе. Даже дни рождения у нас были в одном месяце.
Её не стало ровно через год после окончания института. Несчастный случай.
Для меня, её смерть стала настоящим потрясением. Никогда не думала, что первые похороны, на которых я окажусь, будут похороны подруги детства.
И вот сейчас…
То, что я сейчас чувствовала, невозможно было описать словами. Боль, бессилие, отчаяние?... или ужас?...
Сколько я простояла под душем, не знаю. И хотя кожа уже покраснела от горячих струй воды, меня колотило от холода, который находился в самом центре груди. Согреться не получалось.
Как со всем этим справиться? Куда запихнуть эту боль? Как мне сейчас общаться с Женькой? Ответов у меня не было.
Уткнувшись лбом в холодный кафель, я просто стояла и ждала. Чего? Не знаю. Для начала, было бы неплохо, просто восстановить дыхание…
Когда истерика прекратилась, я вышла из ванной комнаты и нос к носу столкнулась с мамой.
- Ириш, ты что плакала?
- А, из-за машины расстроилась, - кое-как выдавила я из себя.
- Не, переживай ты так, - вздохнула она. – Отремонтируем. Деньги уже нашли. Ну, те, которые откладывали на поездку, - с грустью пояснила мама. - Не переживай Ириш, это всего лишь машина.
Да, мама. Это всего лишь машина…
Уже в своей комнате, я села на кровать и нерешительно взяла телефон. Пальцы дрожали. Посмотрела на экран, и увидела, что Женька звонила ещё один раз.
Рано или поздно мне всё равно придётся с ней поговорить и увидеться.
Рано или поздно...
Но как же это сложно…
Я нажала кнопку вызова.
Один гудок.
Второй.
Нет, я не могу…
- Ирка! – радостно взвизгнула Женька. – До тебя, как до Кремля, фиг дозвонишься, - засмеялась она.
У меня словно язык к нёбу прилип.
- Привет, - практически прошептала я.
- Ирк, ты, что, заболела? Горло? – обеспокоенно спросила Женька.
Мне стало стыдно. Стыдно за своё малодушие, за свою трусость.
- Не, - попыталась как можно спокойнее ответить я. – Просто тут с машиной проблема…
- Вы, что, в аварию попали?!
- Нет, нет, - как можно скорее постаралась успокоить Женьку. – Так, царапнули нам её…
- Ладно, - уже спокойно продолжила она. – Мои на дачу укатили, так, что, давай сейчас ко мне. Тёмка вино с «югов» привёз. Будем отмечать твоё возвращение, и перевод заодно. Только ты это, - торопливо добавила она, - может, что вкусненькое захватишь? Тёть Лида там ничего не напекла?
- Напекла, - улыбаясь, ответила я.
Поесть Женька всегда любила. Причём пословица, «…не в коня корм…», была стопроцентно про неё. Видимо, это у них было семейным, потому что её старший брат Артём, поглощал еду в немыслимых количествах, и тоже от лишнего веса не страдал.
Я сделала глубокий вдох и на ватных ногах поплелась на кухню за пирожками.
Моя мама, к пирожкам всучила ещё половину торта.
Вот с такими «дарами» я очутилась перед Женькиной дверью.
Позвонила.
Секунда… другая… третья…
Сердце грохотало так, что казалась ещё чуть-чуть и вырвется из груди. В ушах шумело. Горло пересохло.
Время стало тягучим и липким, как мёд. Секунды превратились в часы.
Послышались шаги…, и дверь открылась.
На мгновение я забыла, как дышать.
Прямо передо мной стояла улыбающаяся Женька.
Словно и не было всех этих лет… Наверное, если бы мои руки не были заняты, я не удержалась и дотронулась бы до неё…
Невероятно…
- Женька… - только и смогла выдохнуть я.
- Аа! – закричала она, раскрывая свои объятья. – Наша лягушка-путешественница вернулась!
- Вот, - промямлила я, указывая на свои загруженные руки. Мне стало неловко и почему-то стыдно… И это мягко сказано.
- О! Вкусняшки! – Женька махнула рукой в сторону кухни. – Пошли. Будем праздновать!
На столе уже стояли два бокала и бутылка вина.
- Пирожки под вино, - хмыкнула я.
- У меня дома, только щи, - хохотнула Женька, - так, что, пирожки определённо лучше.
Я улыбнулась и покачала головой. Соловьёва была верна себе. Вкусно покушать, она очень любила. Готовить – ненавидела. Уверена, что и щи оказались в холодильнике, только потому, что их приготовила её мама.
- Ну, за тебя, красавица! – провозгласила Женька, и подняла бокал.
Услышав её тост, ком подступил к горлу, и на глазах выступили предательские слёзы.
- Ирка, ты чего? – растерянно спросила она.
- Да, день что-то такой… эмоциональный, - попыталась улыбнуться я.
- Тогда вино, очень даже кстати, - сделала вывод Женька и чокнулась со мной бокалом.
- Здесь ты права, - согласилась я и залпом осушила бокал. Мне действительно надо было сейчас хоть как-то снять напряжение.
- Эй, придержи коней, - улыбнулась Женька. – Тёмка, мне только одну бутылочку привёз. Я её специально, для твоего приезда приберегла.
- Угу, - согласилась я и налила себе ещё вина.
- Итак, готова ли ты к новой старой жизни?
Я поперхнулась. Женька, сама того не ведая, максимально точно сформулировала моё нынешнее положение.
Новая старая жизнь. Готова ли я к ней?
Ещё сутки назад, я без раздумий ответила бы – да.
Сейчас, я уже так не считала.
- Не знаю, - честно ответила я.
- Не переживай, - уплетая за обе щёки пирожок, подбодрила меня подруга. – В следующую субботу, мой одногруппник устраивает у себя на даче вечеринку. Последний вздох перед каторгой, - хохотнула Женька. - Поедем вместе? Я слышала, что из ваших, тоже кое-кто будет. Соглашайся. Будет весело.
О, да. То, что будет весело, я знала уже точно. Именно там я и должна была познакомиться с Чарковским.
Я грустно улыбнулась и отпила вино.
- У нас есть очень даже «ничёшные» парни, - решила зайти с козырей Соловьёва. – Познакомишься, - хитро сверкнула глазами подруга.
Даже не сомневаюсь в этом, хмыкнула я про себя.
- Не знаю… - неуверенно начала я. – Надо ещё…
- Да брось! – перебила меня Женька. – Одна вечеринка не нарушит твой жизненный путь!
Вот здесь я бы поспорила…
- Отдохнешь, развеешься, вольешься в коллектив, так сказать. Может даже встретишь того самого, - и Женька многозначительно поиграла бровями.
- Женька, ты неисправима, - засмеялась я. – Но я правда не уверена…
Я действительно ещё не решила, как мне надо вести себя с Чарковским.
Дело в том, что познакомились мы с ним именно на даче, и у нас сразу всё завертелось. Учились мы на разных факультетах, но так как мы начали встречаться, пересекались мы в институте постоянно.
Сейчас же, я задала себе вопрос, а что если я не поеду на дачу? Если мы там с ним не познакомимся? Может тогда, и в институте мы не будем замечать друг друга?
С другой стороны, я прекрасно отдавала себе отчёт в том, что сейчас к Димке уже ничего не чувствую. Это была любовь из прошлого. Чарковский уже не казался мне таким «классным» парнем. Поэтому, даже если мы с ним познакомимся, то отшить его мне не составит особого труда.
Тогда, в первый раз, я его любила.
Сейчас – нет.
- Не занудствуй, - закатила глаза Женька. – Решено! В следующую субботу мы едем на дачу!
- Я подумаю, - уклончиво ответила я.
Мне, как и в прошлый раз хотелось поехать на вечеринку. Только изменилась причина.
Сейчас, просто хотелось окунуться в беззаботное студенчество, провести время с моей подругой детства.
Никакой романтической чепухи на данный момент у меня в душе не наблюдалось.
- А ты видела новых «Пиратов»? Мне второй фильм, даже больше первого понравился, – в своей обычной манере резко сменила тему подруга. – Депп там просто красавчик, ммм, - Женька смешно зажмурилась.
Эх, Женька, я уже не только вторых пиратов видела…
- Видела… Расскажи лучше, как ты жила всё это время без меня? – мне не хотелось обсуждать последние новинки кино.
Сейчас, я, как никогда ранее, ощутила ценность обычных житейских мелочей, из которых складывалась вся наша жизнь. Они были словно песчинки в наших часах времени. И у Женьки их оставалось не так уж и много…
- О! – глаза подруги вспыхнули огоньками, - я тебе сейчас такие новости расскажу…
Глубокой ночью, когда лежала в кровати у себя дома, подумала, что, наверное, никогда в жизни, я не наслаждалась чьим-либо обществом, как сегодня Женькиным.
Никогда ранее я не ценила каждое мгновение, каждое слово, каждый взгляд и жест, как сегодня.
Почему мы не осознаём ценность всего, что нам дано, сразу? С самых первых мгновений? Почему, нам надо сначала потерять, что бы оценить?
Наверное, потому что даже не допускаем мысли, что потеря возможна.
Вот с такими невесёлыми мыслями я провалилась в сон.
4.
Утро желанного облегчения не принесло.
Даже наоборот, вчера у меня было ощущение какой-то нереальности происходящего. Словно я находилась во сне. А сны, как известно, должны заканчиваться.
Проснувшись сегодня утром, я достаточно ясно осознала, что теперь это моя реальность. По крайне мере, на какое-то время….
Интересно, на какое? На какой период меня сюда закинуло?
Так, надо прикинуть сроки. С Димкой мы начали встречаться с августа, а уже в апреле он навсегда исчез из моей жизни. Восемь месяцев. Значит, я могу задержаться здесь на восемь месяцев. Прилично… и что мне делать все эти восемь месяцев?
И тут до меня медленно стало доходить, что на горизонте маячит последний курс института. Повезло, так повезло…
Здравствуй диплом! Опять…
В связи с последними событиями, Чарковский как-то отошёл на второй план. Забавно, конечно, но человек из-за которого я здесь и очутилась, не вызывал во мне сейчас никаких эмоциональных всплесков.
Куда более меня волновала Женька.
Вчера, я была словно оголённый нерв, и это послужило оправданием моему поведению. Но я не могу постоянно ходить перед Женькой с траурным лицом и с глазами на мокром месте
Где-то глубоко в душе, всё же теплился огонёк, что Женькин ход судьбы можно изменить…
Но даже если ничего не получится… тогда, наверное, стоит просто насладиться общением с ней…
Ну, а Димка… А что Димка? Я хмыкнула.
Оглядываясь на наше прошлое, я вдруг ясно увидела, что наши отношения с самого начала были не столь прекрасными, как мне хотелось бы. В то время я видела, то, что хотела видеть.
Да, было много чувственности и романтики, но…
Было одно НО, которое я раньше не замечала. Или не хотела замечать?…
Абсолютно все наши отношения держались на постоянных уступках с моей стороны.
Сейчас, прокручивая всё в своей голове, я во всём замечала эту закономерность. Именно его желания всегда реализовывались. Я же, зачастую, уступала.
Дежавю…
То, что я сейчас увидела, стало для меня неприятным открытием. Как же я не обратила на это внимание раньше?
Сначала я была влюблена, затем тяжёлый разрыв, и зализывание ран. Потом я окунулась в работу, затем уже встретила Олега… и по новой…
Сейчас, я с абсолютной ясностью увидела модель наших отношений. Словно кино просмотрела. Вывод, который напрашивался, больно резанул душу. В этих отношениях я была заинтересована намного больше, чем он.
Как там, у классиков? Один любит, другой позволяет любить.
Неприятно.
Но, может это и к лучшему. Если у меня ещё и оставались иллюзии по поводу Чарковского, то сейчас они полностью развеялись.
Да, я определённо уже не боялась ни встречи, ни общения с Димкой.
А ещё я приняла не менее важное решение. Если у Женьки и осталось не так много времени, то я сделаю всё, что бы это время было на порядок лучше, чем было в прошлый раз.
На душе стало легче.
Я интуитивно почувствовала, что принятые мною решения были верны. Улыбнувшись, я взяла телефон и набрала Женьку.
- Да, - сонно пробормотали мне на том конце. – Лычёва, ты что в такую рань?...
- Я поеду с тобой на дачу.
Женька хохотнула.
- Я в этом даже не сомневалась, - самодовольно заявила она. – Но могла бы мне это сообщить и после обеда, а не в… сколько сейчас?
- Восемь.
- Восемь утра, - недовольно пробурчала Соловьёва. – Спать хочу. Сегодня буду дрыхнуть до обеда… а может даже и до вечера… пока моих нет…
- Жень, давай съездим в дельфинарий?
- Чего?
- В Дельфинарий. Ты же всегда хотела поплавать с дельфинами.
Соловьёва с самого детства холила и лелеяла два своих заветных желания.
Первое её желание было – потискать панду.
Второе – поплавать с дельфинами.
Ни того, ни другого в нашем городе не было. Ближайший дельфинарий находился в городе, до которого надо было ехать на автобусе около восьми часов.
- Ирка, - после длительного молчания начала Женька, - ты стала какой-то… другой… я это ещё вчера заметила…
- Самостоятельная жизнь, она такая, - наигранно тяжело вздохнула я. – Так, что насчёт дельфинов? Мм? Скоро учеба начнётся, будет не до того…
- Это верно, - медленно протянула Женька, явно обдумывая моё предложение. – А знаешь, почему бы и нет?
- Что на счёт, завтра?
- До субботы я совершенно свободна, - засмеялась Женька, и тут же крикнула, - Йху! Дельфины, ждите! Я еду к вам!
Настроение поползло вверх.
Дельфины, так дельфины. Наверное, именно их мне в жизни и не хватало.
***
Наша вылазка в дельфинарий удалась.
Сначала мы, открыв рот, смотрели на представление. Затем Женька дорвалась до дельфинов, от которых её оттаскивала не только я, но и тренеры. В итоге, парни пообещали угостить нас кофе и пирожными, в обмен на то, что Соловьёва отстанет от их подопечных, и мы дадим им номера наших телефонов. Сделка была заключена.
Парни не только угостили нас, но и провели небольшую экскурсию по вечернему городу, купили нам по сладкой вате, посадили в автобус и помахали нам на прощанье в окно.
Правда, посетить дельфинарий повторно, не предложили. Наверное, побоялись, что в следующий раз Соловьёва всё-таки утащит одного из дельфинов к себе домой.
Но зато клятвенно заверили нас, что обязательно заедут к нам в гости, как только выкроют время. Мы, конечно же, сделали вид, что поверили, и что будем очень ждать.
Уже на подъезде к городу, когда большая часть пассажиров спала, я спросила себя, а почему нам раньше никогда не приходило в голову съездить в этот дельфинарий? У нас было всё: и время, и средства и возможности. Чем таким важным мы всегда были заняты? Или просто постоянно откладывали жизнь «на потом»?
И уже сквозь сон, мелькнула мысль, что если поднапрячься можно и панду для тисканья найти. Вот теперь я точно в этом уверена. Мы найдём панду.
К субботе я уже совсем акклиматизировалась. Более того, я даже нашла явные плюсы этой жизни.
Во-первых, неожиданно для себя, я вдруг обнаружила, что соскучилась по родителям. Последние лет десять мы общались редко. Не потому, что у нас были плохие отношения. Нет. Просто жили в разных городах, я была постоянно занята, родителям звонила всё реже и реже…
Второй бонус прилагался к первому. Как же я соскучилась по маминой еде! Никакие суши, рамены и хумусы, даже рядом не стояли с мамиными пирогами. А о зелённых смузи я вообще предпочитала не вспоминать.
Третьим приятным фактором стало то, что у меня появилось свободное время! Я, конечно, отдавала себе отчёт в том, что это только до начала учёбы. Но всё равно. Я уже и забыла, когда могла спасть по десять часов подряд.
Так что к субботе я была готова на все сто процентов.
Сытой, выспавшейся, и что самое главное, абсолютно не заинтересованной в каких либо романтических отношениях. Вот совсем.
Был ещё один момент, который поразил меня до глубины души. За весь период, что я находилась здесь, я вспомнила про Олега только один раз. И то, случайно. Словно его присутствие в моей жизни было чем-то далёким и незначительным. И хотя меня это сильно удивило, я ничего не имела против такого развития событий.
Отвезти нас на дачу вызвался Женькин одногруппник. Поэтому ровно в десять часов утра мы встретились с ней около подъезда.
Когда я вышла на улицу, Женька уже сидела на скамейке и ела яблоко. Заметив меня, она даже жевать перестала.
Критически окинула меня взглядом.
Потом ещё раз.
Было видно, что Соловьёва подбирает нужные слова. Но, наверное, ничего приличного ей в голову не пришло.
- Мать, я даже мусор выкидываю в более презентабельном виде, - отмерла она.
- Не нравиться? - спросила я и широко улыбнулась.
- А тебе? – удивлённо спросила она.
Да, Жень, мне нравится. Именно такого эффекта я и добивалась.
Самое забавное было то, что я была очень даже в тренде. Правда, в нашем времени.
Я убила целый день, что бы найти нужные вещи в магазинах.
Первым делом я пошла в магазин джинсовой одежды и под ошарашенные взгляды консультантов нашла нужный мне размер мужских джинсов, примерила и купила их. Так я обзавелась штанами бойфрендами. А все свои узенькие штанишки со стразиками закинула куда подальше.
Затем, далеко не в первом магазине, я купила кеды. Да, да. Я с большим трудом нашла самые обычные кеды.
Даже за простой белой футболкой мне пришлось побегать. Они абсолютно все были с принтами!
Ну, а свитер оверсайз, я вообще купила в подземном переходе, у какой-то тётки.
Но самое главное, я заплела косу и надела очки.
Именно две эти вещи ненавидел Димка.
Очки и косу.
Не знаю почему, но он терпеть не мог, когда я заплетала косу.
Волосы у меня были богатые. Но распускать я их не любила. Мне они мешали.
Чарковский приходил просто в бешенство от того, что я их заплетала или убирала в хвост. И я, как и полагалась влюбленной дурочке, конечно же, пошла у него на поводу, наступив на горло самой себе.
Теперь об очках.
У меня осложненный астигматизм. Линзы подобрать мне всегда было очень трудно. Глаза быстро уставали. В очках мне было намного удобнее. Но разве это повод, не исполнить пожелание любимого человека, которому не нравилась я в очках?
Какой же дурочкой я была…
- Да, Жень, мне нравится, - ответила я.
- Это хорошо, - медленно протянула подруга.
Не знаю, чем бы закончился наш разговор, но в этот момент к нам подъехал Лёшка Сычёв. Тот самый Женькин одногруппник, который должен был доставить нас до пункта назначения.
Сычёв был влюблён в мою подругу давно и безответно.
Как однажды охарактеризовала его Женька, он слишком «простецкий». Помню, тогда я её в этом поддержала…
Сейчас я видела совсем другую картину. Сычёв по-настоящему любил Женьку. Но его заботу мы воспринимали, как мягкотелость…
- Это, моя подруга детства, Иринка, - представила меня Женька. – А это, мой одногруппник, Лёха.
На слове «одногруппник» Сычёв слегка скривился. Парню уже давным-давно надоело быть просто одногруппником…
- Очень приятно, - поприветствовала я старого-нового знакомого.
- Мне тоже, - кивнул Лёшка и мельком окинул взглядом мой прикид, распахнул передо мной дверь, приглашая в машину.
Всё-таки Сычёв, настоящий джентльмен. Надо будет донести эту мысль до Соловьёвой.
На дачу мы приехали одни из первых, и сразу же были подключены к рабочему процессу. Кто-то подготавливал баню, кто-то занимался шашлыками. Нам с Женькой достались салаты. Постепенно стал подтягиваться остальной народ.
Было что-то сюрреалистичное, в каждом новом-старом знакомстве. Многих, я знала достаточно хорошо. Но для них, нынешних, я была совершенно новым человеком.
Через пару-тройку часов дача уже была забита людьми под завязку.
На втором этаже устроили танцпол, а на улице, рядом с мангалом собрались любители «живой» музыки. Незнакомый мне парень, очень даже неплохо играл на гитаре.
В прошлый раз я его даже и не заметила. Наверное, потому, что до самих сумерек отплясывала в своих джинсах «на выход», как раз на втором этаже. Именно там, меня и заметил Димка.
Я хмыкнула. Ещё бы он не заметил. Я же блестела, как диско-шар!
- Дамы, сейчас будет новая порция шашлыков! – сообщил мой будущий одногруппник, Руслан. – А вот салаты уже закончились. Может, кто сбегает?
Я махнула ему рукой, давая понять, что сейчас принесу салаты.
Достав из холодильника, приличного размера кастрюлю с салатом, я направилась во двор. Уже около двери поняла, что с кастрюлей в руках, дверь не так-то просто открыть. Пришлось развернуться, и со всей силы толкнуть её спиной. Ну, и по закону подлости, с той стороны эту самую дверь тоже решили открыть. В итоге, я со всей дури налетела спиной на кого-то. Меня этот кто-то облил ледяным пивом.
Просто замечательно!… В прошлый раз такого точно не было!
- Красссавица… с косой, - раздосадовано прошипели мне в затылок, - осторожнее надо быть.
Я медленно развернулась.
Прямо передо мной стоял Димка.
5.
Димка попытался отряхнуть свою футболку. Ему тоже досталось. Не так как мне, конечно. Меня-то он от души облил.
Чарковский сейчас напоминал фыркающего кота, которого слегка обрызгали. Невольно улыбнулась.
Подумать только, ещё несколько дней назад, я видела его повзрослевшим и возмужавшим. Сейчас же передо мной стоял молодой парень, который всеми силами пытался спасти свою футболку, на которой красовалась огромная цифра «один».
Я улыбнулась ещё шире. Точно, я вспомнила её. Это именно та футболка.
Вот в этом весь Димка. Всегда первый. Всегда громко заявлял о себе.
Чарковский мельком взглянул на меня, и считал мою улыбку по-своему.
- Дмитрий, - представился он, включив свою «фирменную» улыбку, которой он пользовался исключительно для девушек.
- Приятно познакомиться, - невольно усмехнулась я и, обогнув удивлённого Чарковского, проследовала к своей компании.
В продолжение нашей беседы я не видела никакого смысла. Зачем? Ему даже имя знать моё не обязательно. В этой жизни я буду для него всего лишь эпизодом.
Наверное, вот именно так и отпускают своё прошлое. С ноткой грусти.
Но это светлая грусть.
- О! Салатики! – меня ждали и моментально забрали кастрюлю и вручили тарелку с ароматным мясом. – Давай сюда. Вот держи шашлык.
- Что у тебя со свитером? – уже поглощая мясо, спросила Женька.
- Аа, - махнула я рукой. – Столкнулась тут с одним. Облил. Надо свитер высушить, пока солнце ещё греет.
Женька кивнула, и указала мне на теплицу.
- Я там пару старых стульев видела, - пояснила она.
Я последовала её совету. В теплице действительно находились покосившиеся стулья. Использовать по прямому назначению их было уже невозможно, но на роль вешалки они подходили.
Август в этом году был прохладным. Днём, благодаря солнцу, ещё можно было насладиться летней погодой, но вечера уже ясно давали понять, что осень не за горами.
- Решила собрать урожай огурцов?
От неожиданности я подпрыгнула. Прямо за моей спиной стоял Синаев Руслан, староста моей будущей группы.
Неплохой парень. Всегда приходил на помощь, мог наладить контакт с нужными людьми.
Близкими друзьями мы никогда не были, но о нём у меня остались только положительные воспоминания.
- Нет, - засмеялась я, и показала на свой убогий свитер, - высушить пытаюсь.
- А я подумал, что решила своровать помидоры или огурцы, - поддел меня парень и широко улыбнувшись, добавил, - для засолки. А что со свитером?
- Облили.
- Кто?
- Да один там… - уклонилась я от прямого ответа и решила перевести тему. – Твоя дача?
- Нет, - хмыкнул Руслан.
- Просто ты так следишь за урожаем, - улыбнулась я.
Руслан мог располагать к себе людей. С ним всегда было комфортно. Даже не так. Он и являлся зоной комфорта.
- Это дача моего друга. Блюду, - с нарочитой серьёзностью заявил мне парень.
Я не удержалась и рассмеялась.
- Может, тогда поделим урожай на двоих?
- Подкуп? – он многозначительно поднял бровь и медленно протянул, - Не знаю, не знаю… Помидоры и огурцы это конечно, замечательно, - улыбнулся Руслан, - но… мне больше нравится пицца.
- Пицца? – удивлённо повторила я.
- На этой неделе? Как на счёт пиццы?
Ого… Неожиданно…
С Синаевым у нас всегда были прекрасные отношения, но они были… их не было. Мы просто учились в одной группе. И всё. Никаких поползновений с его стороны никогда не было…
- У тебя сейчас такое лицо, словно я тебя пригласил прогуляться по ночному кладбищу. Моя самооценка катиться в тартарары. Ещё чуть-чуть и её уже не поднять. Никогда, - решил дожать меня парень. – Придётся начать ходить к психологу.
Он опять меня рассмешил.
Сейчас я смотрела на него совершенно с другой стороны.
Руслан не был красавчиком, в классическом понимании. Судя по его внешности, в нём было намешано много кровей. Но именно это и выделяло его из толпы. Была в нём некая харизма.
- Мне уже нужно начинать откладывать деньги на психолога? – вернул меня к реальности парень.
- Думаю, не стоит… Пиццу я тоже люблю.
Он заметно расслабился.
Странно… В этой реальности он обратил на меня внимание… Неожиданно конечно, но приятно.
- Тебе повезло, я знаю место, где делают просто потрясающую пиццу. Ты же в городе недавно?
- Можно сказать и так, - улыбнулась я. – Я всю жизнь прожила здесь, кроме последних лет. Но ты прав, город изменился. Многих заведений я не знаю.
- Тогда, может в среду?
- Я подумаю, - уклончиво ответила я.
Новые романтические отношения не входили в мои планы. Но обижать парня не хотелось. Надеюсь, что через два дня он о своём приглашении и не вспомнит.
- Хорошо, подумай, - медленно произнёс парень, словно в этот момент просчитывал варианты у себя в голове, и тут же добавил, - но не очень долго. Ладно, - хлопнул он в ладоши. - теперь надо подсуетиться и урвать себе остатки шашлыка.
Я непонимающе уставилась на него.
- Мы явно не рассчитали мясо, - покачал он головой. И хохотнув, добавил, - одна твоя подруга чего стоит.
- Женька, она такая, - хихикнув, подтвердила я его слова.
Руслан взял меня за руку и размашистым шагом направился к выходу. Как только мы вышли из теплицы, то нос к носу столкнулись с каким-то здоровенным белобрысым парнем.
- А что вы там делали? - не скрывая своего веселья, спросил блондин.
- Урожай твой проверяли, - не растерялся Руслан. И уже обратился ко мне, сказал, - Хозяин этой фазенды, и по совместительству мой друг, Санёк.
- Александр, - поправил его друг и протянул мне руку.
- Ирина, - пискнула я, когда моя ладонь утонула в его лапище.
Александра я видела впервые. Такого увидишь, - не забудешь. Внешность у него была колоритная. Этакий русский богатырь. Или викинг. Огромный, метра два роста, лохматый блондин с голубыми глазами.
- Урожай, значит, проверяли? - пряча улыбку, уточнил богатырь.
- Ага, - словно болванчик подтвердила я.
- И как? – уже улыбаясь во весь рот, поинтересовался он.
- Тля на огурцах, - здесь я не соврала, мельком, но я успела это заметить.
На долю секунды он замер, а потом расхохотался, как и подобает настоящему богатырю, громко, раскатисто.
- Тля, это серьёзно, - вытерев слёзы, как можно серьёзнее сказал он. Правда, серьёзно у него не очень получалось. – Ну, не буду вас отвлекать. Можете проверить весь огород, - и он широко раскрыл свои ручищи. А вот там, за домом, - и он указал нам направление, - около забора, растёт крыжовник.
- А крыжовник нам зачем? – удивилась я.
Взгляд Александра переместился на Руслана.
- Так пусть Синаев поест немного, - хмыкнул он и хитро прищурился, - а то уж больно лицо довольное.
Оу…
- Спасибо тебе друг, - Руслан хлопнул его по плечу, - что бы я без тебя делал.
- Всегда, пожалуйста, - хохотнул Сашка и направился по своим делам.
- Вот такие у меня друзья, - тяжело вздохнул Руслан.
- Они у тебя замечательные, - искренне заявила я.
- Правда? Обычно, после пятиминутного общения с Башмаком, девушки разбегаются в стороны с криками «Спасите! Помогите!»
Я снова хихикнула. Да что ж такое?... я хихикаю словно школьница. Наверное, что-то в воздухе такое витает…
- С Башмаком?
- Башмаков. Санёк Башмаков, - уточнил Руслан.
- А ему подходит, - весело заметила я.
- А я о чём! – с энтузиазмом поддержал меня Руслан. – Вот действительно, башмак, башмаком… Ладно, не будем отвлекаться от нашей первоначальной цели, - и он ещё сильнее сжал мою ладонь, которую всё это время ни на секунду не выпускал, и потянул за собой. – Шашлыки ждать не будут!
По поводу мяса Руслан всё же слегка преувеличил. Его было более чем достаточно, как и всего остального.
Признаюсь, когда я только собиралась на вечеринку, особых надежд я на неё не возлагала.
Даже не думала, что встреча окажется такой весёлой и приятной. То, что доктор прописал.
Все смеялись, шутили, рассказывали забавные истории. Это было такое общение, которое с возрастом исчезает.
Беззаботное. Беспроблемное.
Большую часть времени Руслан был рядом, всячески развлекал меня рассказами и различными байками.
В какой-то момент на крыльце появился Димка, и я мельком, непроизвольно задержала на нём взгляд. От Руслана не ускользнула моя реакция.
- Знакомый? – поинтересовался он.
- Не, - мотнула я головой, и во избежание ненужных домыслов пояснила, - это он меня облил.
- Неудивительно, - хмыкнул Руслан.
- Почему? – удивилась я.
- Раздутое самомнение глаза застилает…
Не успела я переварить это замечание, как сразу же меня удивила и Женька.
- Это точно, - хохотнула она.
Наверное, недоумение, которое я сейчас испытывала, читалось на моём лице.
- Ирка, ты такая забавная, - засмеялась Соловьёва. – Это Чарковский, - она кивнула в Димкину сторону.
- И?
- Таких товарищей лучше обходить стороной, - Женька пожала плечами. – Если конечно, не хочешь проблем в дальнейшем.
Сказать, что я была удивленна, ничего не сказать.
Нет, я могла понять, что возможно у Синаева были какие-то проблемы с Чарковским. Но вот Женькин комментарий, меня очень удивил.
Соловьёва не была Димкиным фанатом, но она никогда не говорила о нём плохо. Отношения у них всегда были нейтральными.
Так что же изменилось?
В этот момент, Руслана позвали в дом.
- Дамы, я скоро вернусь, - пообещал нам парень и удалился.
- А что ты имела в виду про проблемы? – решила уточнить.
Женька пристально посмотрела на меня и спросила:
- Ты на него запала что ли?
- Нет. Просто интересно, почему ты о нём такого мнения?
- Заметь, не я одна, - уточнила Женька.
- Ну да, и всё же? – мне хотелось получить ответ на свой вопрос.
- Он такой, - скривилась Женька, явно подбирая слова, - вот… как Солнце… иногда, позволяет побыть в своих лучах. Сам себя наверное хочет, - хмыкнула Женька.
Я поняла, что хотела сказать подруга. И это удивило меня ещё больше.
Неужели я не замечала очевидных вещей?
Ещё одно неприятное открытие…
Захотелось побыть в одиночестве.
Обхватив себя руками, обратила внимание на багровый закат. Красиво.
На какое-то время я просто выпала из реальности, погрузившись в свои размышления о том, а разбираюсь ли я в людях вообще?
Может проблема не в людях, а во мне? Не смотрю ли я на людей сквозь розовые очки?
Нет, сейчас я понимала, что Димке я давала больше, чем получала. Но почему я не замечала этого раньше? И не продублировала ли я похожую ситуацию с Олегом?
Глубоко вздохнув, я вдруг ясно осознала, что моя проблема была не в том, что я встречалась с Чарковским, а в том, как я себя вела.
Мда…
И тут, совершенно неожиданно, меня дёрнули за косу. Не слегка задели, или потянули. Нет. Дёрнули. Как дергали мальчишки в начальной школе.
Оглянулась, что бы лично посмотреть на умника, чью голову посетила такая замечательная мысль.
Чарковский. Умником оказался Димка.
- Ты, наверное, учился в школе джентльменов? – возмущенно заявила я.
- Ага, моя школа находилась как раз рядом с твоим пансионом благородных девиц, в котором тебя научили игнорировать людей, - не полез в карман за ответом Димка.
Я хмыкнула. Его, оказывается, задело, то, что я не представилась.
- Теперь в расчёте? – уточнила я.
- Да. Вот, это тебе, - и он протянул мне чей-то свитер.
Я вопросительно посмотрела на него.
- Свитер. Тебе, - пояснил Димка так, словно перед ним стоял маленький ребёнок.
- Зачем?
- Твой я облил. Уже холодает, - и без лишних объяснений стал натягивать на меня свитер. – Сейчас, рукава укоротим, - со знанием дела заявил Димка, и стал закатывать мне рукава. Оглядев меня со всех сторон, Чарковский остался доволен результатом и выдал заключение, - Нормально.
После чего развернулся и направился обратно в дом.
- Коса у тебя шикарррная, - даже не обернувшись, кинул Чарковский.
Вот гад! Далась ему моя коса!
- Это что сейчас было? - спросила Соловьёва.
Я растерянно пожала плечами. Жень, я уже сама запуталась в происходящем.
Чарковскому всё-таки удалось сбить моё «студенческобеззаботное» настроение и оставить меня в недоумении.
Всё опять шло не так, как я предполагала.
Я была уверена на все сто процентов, что Димка даже если и увидит меня, то не обратит внимания. Наблюдалась за ним такая черта, девушек он оценивал исключительно по внешнему виду. И если барышня не проходила фейсконтроль, то до внутреннего мира, дело, как правило, не доходило.
Неужели его так задело, что я его проигнорировала?
Боже, какая тонкая у нас душевная организация…
Невольный смешок вырвался наружу.
- Ты чего? – поинтересовалась Женька.
- Аа, - отмахнулась я.
- Слушай, - немного помолчав, начала Соловьёва, - Чарковский на тебя вроде запал.
- Не придумывай того, чего нет. Он просто облил меня. Совесть может, кольнула.
- Да в том то и дело, нет у него совести, - слишком уверенно заявила подруга. И слегка понизив голос, продолжила. – В прошлом году была история. Его последняя временная подружка…
- В смысле, временная?! – перебила я Женьку.
- Этот товарищ не особо парится длительными отношениями, - мельком заметила Женька.
То, что Женька заметила вскользь, неприятно меня задело.
- Так вот,- продолжила Женька, - точных сведений, конечно, нет… расставание было очень бурным, - Женька многозначительно поиграла бровями. – Его подружка закатила такое шоу перед институтом… Оо! Жаль, что ты не видела, как она орала…
- И? – нетерпеливо перебила я её.
- Говорят, он бросил её в день её рождения по телефону! Представляешь?! – Женькины глаза сейчас были, наверное, размером с блюдце. – А ты говоришь, совесть…
Соловьёвой удалось меня удивить. Эту историю я слышала впервые. А вот Женька была в курсе. Интересно, почему она никогда мне её не рассказывала?
- Жень, - не выдержала я. – Что ты мне хочешь всем этим сказать? Что Чарковский плохой парень?
- Помни об этом, - Женька с умным видом подняла указательный палец и улыбнулась.
- Хорошо, учитель, - усмехнулась я.
В данный момент, совет подруги, очень гармонично вписывался в план моих действий.
Димка – плохой парень? Очень хорошо. Пусть идёт лесом.
Ночью, за нами приехал Лёха.
Женька вытащила бедолагу из дому, когда тот видел уже десятый сон. Соловьёва решила, что завтра утром она будет выглядеть не презентабельно, поэтому лучше отправиться домой и «…не пугать народ с утра своей естественной красотой…».
Перед самым отъездом я вручила Димкин свитер какой-то девице, и строго-настрого наказала ей отдать данную вещь гардероба парню с «…огромной единицей…». Барышня сразу сообразила, кому надо что отдать, и, хихикнув, с предвкушением в глазах, пошла, выполнять просьбу.
Поездка на дачу стала для меня той дверью, за которой я увидела свой путь. Меня отпустило.
Где-то, на задворках души, я побаивалась, опасалась, что вдруг что-то ёкнет в груди при виде Чарковского.
Но этого не случилось.
Было такое чувство, что я рассматриваю альбом со старыми, чёрно-белыми фотографиями. И эти снимки вызвали во мне приятную ностальгию, светлые воспоминания, но одновременно и понимание того, что всё это уже в прошлом.
Я переросла ситуацию.
Я переросла Чарковского.
И осознание этого, дало мне успокоение.
6.
После вечеринки жизнь потекла своим чередом, я стала готовиться к учёбе. Странно, вроде бы уже специалист, как говориться, не первый год замужем, а мысли о последнем курсе почему-то вызывали внутреннюю дрожь. Ну почему я не попала на первый курс?!
Через несколько дней о себе напомнил Руслан.
- Жень, а Жень, - обратилась я к подруге, которая с точностью инженера рисовала себе стрелку на правом глазу.
- Что надо? – без обиняков спросила подруга. – Не юли.
- Тут такое дело… Меня Руслан в пиццерию пригласил…
- С этого места поподробнее, - Соловьёва отвлеклась от своей важной миссии, и сейчас на меня смотрело чудо-юдо с одним накрашенным глазом.
Я набрала воздуха в лёгкие и выпалила, одним словом:
- Пошли с нами.
Глаза Соловьёвой распахнулись до своего предела, что придало ещё большей комичности её полунакрашенному лицу.
- Зачем? – а затем, улыбнувшись, добавила. – Или ты решила, как в старые добрые времена, прийти на свидание с компаньонкой?
- Ну… типа того.
- Да, ладно! Колись уже, зачем я тебе?
- Понимаешь, Руслан хороший парень, - начала я издалека. Женька кивнула в знак согласия. – А на носу последний курс… диплом…
- Он тебе не нравиться, - констатировала подруга.
- В общем-то… да, - не могла же я сообщить подруге, что здесь я не надолго, и Синаев вообще непонятно как нарисовался в моей картине под названием «Жизнь». – К тому же, мне с ним ещё целый год учиться… сама понимаешь… я новенькая.
- Тут ты права, - поддержала меня подруга. – Ещё неизвестно, как на прямой отказ отреагирует, - и она приступила ко второй стрелке. - А что ты собственно от меня хочешь? Я не отказываюсь от пиццерии, но этот фокус прокатит только один раз.
Никакой стратегии у меня не было. Да и не этим моя голова была занята. Я всё ещё надеялась, что интерес Синаева к моей персоне рассосётся сам собой.
- Если честно, не знаю, что я буду делать потом, - призналась я.
- Может мне тебя осветить в невыгодном свете, пардон за тавтологию, - хохотнула подруга. – К примеру, скажу, что ты храпишь или очень серьёзно относишься к гороскопам?
Идея Соловьевой, судя по её горящему взгляду, понравилась. Она даже прекратила краситься.
- А может сказать, что ты практикуешь Вуду?
- Эй! – кинула я в неё потрёпанного плюшевого медведя, который жил у Женьки, сколько себя помню. – Я хочу отбить интерес у парня, а не заклеймить себя фриком.
Женька поймала медведя, погладила его и медленно, задумчиво произнесла:
- О, да-а, я пойду с тобой на свиданку.
Мне даже показалось, что в её глазах сверкнул огонь!
- Соловьёва! - попыталась осадить я подругу, - всё должно быть в пределах разумного!
- Не бойся, - потирая ладони, сообщила мне новоявленная компаньонка. – Всё сделаю в лучшем виде.
- Надеюсь.
К назначенному времени я зашла за Соловьёвой. Женька была при полном параде. Шпильки, брючки в облипочку, впрочем, как и топ. Она придирчиво окинула меня взглядом.
- Нет, - фыркнула подруга, - всё-таки, не могу привыкнуть к твоей новой манере одеваться. Но, в данной ситуации, это к лучшему. Сыграем на контрастах.
Я улыбнулась. Женька была права. Контрасты наше всё! Именно с таким настроем мы и встретили Руслана, который ожидал нас, вернее меня, в парке в условленном месте.
На мгновенье глаза Синаева расширились, но парень быстро взял себя в руки.
- Же-ня, - медленно протянул он, явно обдумывая дальнейший ход событий.
- Привет! – бойко поздоровалась моя компаньонка. – А я смотрю, Ирка куда-то спешит. Оказывается в пиццерию. А я жуть, как пиццу люблю.
Да если бы только пиццу…
- Всё равно вечер у меня пропадает, - продолжила подруга. – А так, проведу его с пользой. Ну, веди нас в супер-пиццерию!
Боже, Соловьёва… какая «тонкая» работа…
Надо отдать должное Руслану, парень быстро сориентировался в ситуации, понял, что свидание закончилось, не успев даже начаться. И видимо, смирившись с этим фактом, широко улыбнулся и заверил нас в следующем:
- О, вы не пожалеете! Лучшая пицца в этом городе, это я вам по большому секрету говорю, - парень подмигнул, и мы последовали за ним.
Заведение оказалось довольно милым. Мы заняли столик у окна и сделали заказ.
Руслан не обманул, пицца была очень даже ничего.
- Мм, действительно вкусно! – подтвердила мои мысли Женька, которая уплетала уже второй кусок. – Руслан, а расскажи-ка…
И понеслась.
Соловьёва отрабатывала свою роль с энтузиазмом.
Она заваливала Руслана вопросами, а когда тот, в редкие моменты тишины, пытался что-то узнать про меня, Женька лихо переводила тему на себя любимую.
В какой-то момент, мне показалось, что они нашли общий язык. Или даже не так. Словили одну волну. И если честно, я даже испытала облегчение. Всё складывалось как нельзя лучше.
И только я полностью расслабилась, и стала наслаждаться приятным вечером и компанией, как Руслан метнул взгляд за мою спину и напрягся. В этот же момент меня дёрнули за косу.
Да, что б тебя!
Мне даже не надо было уже оборачиваться. Я и так знала, это был Димка.
- Привет, красавица моя, - улыбнулся во все тридцать два мой личный кошмар. – Не против? – и, не дожидаясь ответа, уселся за наш столик.
- Чарковский, - холодно поприветствовал Руслан.
- Синаев, - отзеркалил Димка.
- Какими судьбами?
- Иду, смотрю, вы милой компанией сидите, - Димка кивнул на окно, - вижу, вам с подружкой весело, - и он махнул рукой в сторону Руслана и Женьки, - а вот моя красавица с косой, сидит, скучает. Решил исправить ситуацию. Так-с, что тут у нас? - и он стал изучать меню, давая понять, что он тут надолго.
Где-то я уже подобное слышала…
- Чарковский, а не… - не очень приветливо начал Руслан, но Димка его тут же перебил, словно и не услышал.
- Свитер получил, спасибо, что не выкинула, - ухмыльнувшись, сообщил мне Димка.
Я закатила глаза. Да откуда ты появился то?! На мою голову…
- Получил же, - фыркнула я.
Димка цокнул и покачал головой.
- Плохо тебя в твоём пансионе воспитывали. Или ты была среди отстающих? – в его глазах плясало веселье.
- Не тебе меня манерам учить, - усмехнулась я. – У меня скоро коса отвалится, твоими стараниями.
- Что ты! – Димка изобразил испуг, как только мог. Получилось у него, прямо скажу, не очень. – Я не позволю, что бы с твоей косой что-либо случилось, - и он погладил косу, словно кошку. – Это же настоящее сокровище, - ухмыльнулся он и стал медленно наматывать косу на руку!
Да что ж такое! Только я собралась возмутиться, как Димка отпустил косу и вернулся к изучению меню.
Чарковский конечно всегда был напористым парнем, но сейчас он вёл себя как-то совсем… нагло. Думаю, весь этот цирк был рассчитан не столько на меня, сколько на Руслана. Димка сделал всё, что бы выдать желаемое за действительное. Со стороны наша перепалка выглядела так, словно у нас уже были какие-то отношения.
Детский сад какой-то…
Отношения. Я внутренне усмехнулась. Да в этой жизни мы с ним общались минут двадцать, и это включая сегодняшнюю встречу! Тоже мне, герой-любовничек…
Любовничек…
И до меня медленно стало доходить, что я ещё девственница!
Опять.
Я даже приосанилась от такой неожиданной новости.
Нервный смешок вырвался наружу. Димка метнул на меня взгляд, и улыбище расплылась на его лице. Опять на свой счёт всё принял. Какая самооценка… впечатляет.
Улыбайся, улыбайся Чарковский. Как там говорят? Не для тебя моя роза цвела.
Последняя мысль меня развеселила.
- Я сейчас, припудрю носик, - решила я ретироваться, чтобы не рассмеяться прямо за столом. А то неудобно как-то получится…
Как только я очутилась в туалете и открыла воду, сдерживать своё веселье я уже не могла.
Чарковский, Женька, теперь ещё и девственность…
- Это дурдом какой-то… - отсмеявшись, прошептала я и брызнула на лицо ледяную воду.
В этот момент в туалет зашла Женька.
Облокотившись на соседнюю раковину, она внимательно посмотрела на меня.
- Знаешь, подруга, все мои старания полетели к чертям собачьим, ровно в тот момент, когда появился Чарковский.
Я беспомощно пожала плечами. Что ей ответить я не знала.
- Ирка, вы точно раньше не пересекались?
- Жень, все наши встречи были при тебе.
- Странно… вы явно на одной волне…
- Я про вас с Русланом то же самое подумала.
- А он интересный, - призналась Женька.
- Да? – удивилась я. Насколько я помнила, Женька с Русланом не особо контактировали в прошлом. Так, знали друг друга. Но не более.
- Ты с ним…? – Женька явно интересовалась моими дальнейшими планами на Руслана.
- Нет Жень. Без вариантов. Бери в оборот, если понравился.
Соловьёва кивнула.
- Послушай, Чарковский на тебя сильно залип…
- Да брось Жень, мне кажется, что его просто задело, что я не упала в обморок в первую нашу встречу от одного его вида…
Я действительно так думала.
- Думаю, это скоро пройдёт, - отмахнулась я, и выключила воду.
- Не знаю, не знаю… - медленно протянула Женька, - когда я уходила, они были готовы вцепиться друг в друга. – Ты бы слышала их словесную дуэль…
- Мне показалось, что они в принципе, друг друга не переваривают.
- Может быть. Я не в курсе их личных взаимоотношений, - пожала плечами Женька. – Но согласись, Чарковский тот ещё жук. Он за эти минуты сделал всё, чтобы очертить свои владения, - Соловьёва усмехнулась. – Лычёва, очнись! И красавица ты его, и коса его, и свитер его ты носила. Была бы у него личная печать, то, наверное, уже на лоб тебе её поставил.
Я хихикнула, представив это действо.
Надо же, какие у Димки собственнические замашки. В прошлый раз такого не было… Впрочем, в прошлый раз у него и конкурентов не было. Да и я смотрела на него снизу вверх…
- Ладно, пошли. Надеюсь, что мы не обнаружим трупы за нашим столиком, - усмехнулась Женька.
Трупов за столом не оказалось. Чарковский так и вовсе пребывал в отличном расположении духа. Правда, про Руслана такое сказать было нельзя.
- Надеюсь, мальчики не очень скучали? – игриво заметила Женька.
- Безумно, - ответил ей Димка, но при этом смотрел в глаза мне.
Чарковски-и-й…
Как ни странно, но вечер продолжился в приятном, расслабленном русле. Я побаивалась, что парни начнут «кусать» друг друга, но ничего подобного не было.
Женька полностью переключила внимание Руслана на себя. Димка больше вольностей себе не позволял, и вёл себя вполне культурно. Рассказывал истории, ненавязчиво интересовался моими предпочтениями.
Уже поздно вечером, когда парни проводили нас до дому, Димка заявил, что должен проводить меня до самой двери, иначе он не найдёт себе места и будет всю ночь мучиться от мысли, что вдруг со мной что-то случилось. Да ладно со мной! А если с косой?!
Я устало согласилась. Отбиваться, и спорить, уже не было сил. Хотелось спать.
- Спасибо, что проводил. Теперь я и моя коса в полной безопасности, - около своей квартиры официальным тоном сообщила я Чарковскому. – Твой долг выполнен. Можешь спать спокойно.
- Пожалуйста, - покровительственно ответил мне парень и стал склоняться к моему лицу.
Нет, до него совсем не доходит?!
Инстинкт сработал быстрее меня, я закрыла его рот ладонью.
- Нет.
- Что нет? – не отстраняясь от моих пальцев, спросил Димка.
- Всё нет.
На мгновенье воцарилась тишина.
- Да.
- Что да? – не поняла я.
- Всё да, - сверкнув глазами, ответил мне Димка и куснул мои пальцы. – Сладких снов, - уже отпрянув от моей ладони, пожелал мне спокойной ночи парень. – Надеюсь, на ночь ты косу расплетаешь, - весело заметил он, когда был уже около лифта.
Я усмехнулась, покачала головой и зашла к себе домой.
Чарковский, эту битву тебе не выиграть.
7.
После нашего похода в пиццерию, ни Димка, ни Руслан в моё поле зрения не попадали.
Руслан, как мне показалось, обратил свой взор на Женьку.
В последние дни августа мы с ней не виделись и не слышались, но интуиция мне шептала, что она с Русланом встречалась.
А то, что Димка пропал с моих радаров, так это меня даже обрадовало. Думаю, что он переключился на более покладистых барышень.
И вот наступило первое сентября.
Какая прелесть…
Никогда я не ощущала себя более «первоклашкой», чем сейчас.
Или обманщицей?
Трудно было разобраться в чувствах, но ощущения были странные. Я даже застопорилась перед институтом. И во все глаза рассматривала здание, порог которого я переступила более десяти лет назад.
- Учиться, учиться и ещё раз учиться, - тихо прошептала я самой себе.
- Ты что там шепчешь? Молитву что ли, - спросила меня только что подоспевшая Женька. – Пойдём, я тебе всё покажу.
- Показывай свои владения, - согласилась я, и глубоко вдохнув последний глоток свободы, направилась во Дворец Знаний, оно же Чистилище Студентов.
Женька что-то говорила, ведя меня длинным коридорам, а я полностью погрузилась в те ощущения, которые сейчас испытывала.
Признаюсь, я не относилась к тем людям, которые жаждали получить два высших образования.
Училась я всегда хорошо. Но сам процесс учебы отнимал у меня много энергии. На эту свою особенность, я обратила внимание ещё в школе. Я была в категории «сильных» учеников, но учиться я не любила.
Ой, да кого я обманываю! Я терпеть не могла учиться!
Каждый преподаватель позиционировал свой предмет, как главный. И мне бы, поступать как другие – уделять внимание только основным предметам, но мой характер мне этого не позволял. Я учила всё. Как итог, чувствовала себя выжитым лимоном.
Нет.
В этот раз я поступлю умнее, полуживой студенткой я не стану. Могу себе позволить, хоть раз в жизни схалтурить. От этой мысли стало хорошо, и я вернулась в реальность.
- А там у нас спортзал, - Соловьёва махнула рукой куда-то в сторону. – Препод – зверь. Мы зовём её Маргуся.
О да-а, Маргарита Сергеевна. Как это я Вас забыла…
Если у кого и был талант отбивать желание, что-либо делать, так это была она. Её пары, слегка напоминали пытки. Создавалась такое впечатление, что она готовила олимпийскую сборную. Или спартанцев. Второе было ближе к истине. Её предмет ненавидели все. Даже те, кто спортом занимался дополнительно.
- Эй, мы тут, - Женька кому-то махнула рукой. Я проследила взглядом, кого она позвала. К нам направлялся Руслан.
- Привет, - Женька сияла.
- Привет, - Руслан широко улыбнулся. – Осваиваетесь?
Нет, они не взялись за руки, не поцеловались и не обнялись. Но то, как они обменялись взглядами, стало понятно – эти двое продолжили знакомство уже без меня.
У меня отлегло от сердца.
Синаев Руслан – минус одна проблема.
- Передаю её в твои руки, - засмеялась Женька.
- Хорошо, - мягко улыбнулся парень и тише добавил, - сегодня вечером всё в силе?
Женька закусила губу, кивнула и направилась в свою аудиторию.
- Пошли, представлю тебя нашим.
- Хорошо, - кивнула я, еле сдерживая улыбку.
- Что? – нахмурился парень.
- Вы с Соловьёвой?... – улыбка моя расширялась помимо моей воли.
- Да, вроде как, - смутившись, ответил Руслан и кинул на меня какой-то извиняющийся взгляд.
- Я рада, - искренне ответила я. – Женька – классная, - и что бы перевести наш разговор в более лёгкое русло добавила, - У неё только один недостаток. Ест много. Но! Заметь, она в отличной форме.
- Мне нравятся девушки с хорошим аппетитом, - засмеялся Руслан.
После этого недолгого разговора, у нас с Русланом исчезла некая напряжённость. Мы снова стали просто одногруппниками. И это не могло меня не радовать. Синаев действительно был хорошим парнем, и возможно, он мог сделать счастливой мою подругу. Хоть и ненадолго…
Официальное знакомство с группой прошло ровно.
И парни, и девушки целых полторы минуты разглядывали «новенькую», то есть меня. Затем каждый вернулся к своим делам.
Ну, да, на королеву потока я сейчас явно не тянула, поэтому не представляла интереса для одних, и угрозы для других. То, что надо.
- Боялся, что не успею пожелать тебе удачи! – как гром среди ясного неба, раздался голос Чарковского, который только что зарулил в нашу аудиторию.
Не сбавляя скорости, Димка направился ко мне, при этом широко раскрывая свои объятия. В которых я собственно, и утонула.
Запах… Запах мужчины, которого я когда-то любила. Меня словно кипятком ошпарили. Дыхание перехватило.
- Учись хорошо, будь хорошей девочкой, - достаточно громко заявил Чарковский. Видимо хотел, что бы эту информацию услышали все. Чмокнул меня в макушку, и слегка дёрнул за косу, не выпуская из своих объятий, которые уже напоминали тиски. Мне даже показалось, что я услышала, как некоторые мои косточки затрещали.
Я затрепыхалась.
- Да отпусти ты её, - фыркнул Руслан. – Все уже всё поняли.
- Нет. Я, пожалуй, ещё так постою, - ответил ему Димка, при этом устроил свой подбородок у меня на макушке. – Для закрепления результата.
Через пару секунд меня всё же выпустили из заключения. Метнув убийственный взгляд на Димку, я оглянулась.
Вот теперь, мои однокруппники смотрели на меня совсем другими глазами.
Девушки явно оценивали. Сводили дебит с кредитом, прикидывали, как такая как я, могла заинтересовать такого как он.
Парни теперь разглядывали меня заинтересованно. Выискивали изюминку, наверное.
Вот Чарковский, да, что же ты мне все карты портишь?! Я была практически в шапке-невидимке!
Рррр…
Наверное, Чарковский всё-таки увидел в моём взгляде гром и молнии, и не стал продолжать этот цирк. Да и зачем? Своего он добился.
Отступив от меня на безопасное для него расстояние, Димка остановился и насмешливо уставился на меня.
Я хмыкнула.
Чарковский, неужели ты думаешь, что я сейчас на тебя наброшусь и расцарапаю лицо. Не на ту напал. И хотя я в твоих глазах, всего лишь студентка последнего курса, но лет-то мне ого-го!
Или ты думаешь, что единственный открытый путь у меня остался только в твои объятия?
- На пару слов, - поманила я пальцем Димку и направилась к выходу из аудитории.
- Верёвки из меня вьёт, - тяжело вздыхая, заявил этот шут благодарным зрителям и последовал за мной.
- Давай-ка проясним ситуацию, - начала я, когда мы с Чарковским оказались наедине.
- Давай, - сдерживая улыбку, согласился Димка.
- Мне кажется, я не делала намёков на то, что ты можешь нарушать мои личные границы, - на полном серьёзе заявила я. Мне не понравилось, то так я отреагировала на его близость. Должны быть границы. И сейчас, самое время их очертить.
- Ты носила мой свитер, и я наматывал твою косу на кулак, - Димкины брови поползли вверх, а на лице растянулась кривая ухмылка, - мы практически любовники. О каких границах идёт речь?
Мы впились друг в друга взглядами.
Он в надежде, что я стушуюсь, а я же увидела в его глазах блеск.
Этот взгляд мне был хорошо знаком.
Чарковский закусил удила. Я стала для него целью. Блинннн…
Этого мне только и не хватало. Надежда, что проблема под названием «Чарковский» рассосется сама собой, растаяла, словно дым.
Ладно, попробую всё же донести информацию. В конце-то концов, не глупый парень.
- И о косе, - вспомнила я. – Ещё раз дёрнешь, и я её отрежу. Если хочешь, подарю тебе.
- Только попробуй, - рыкнули мне в ответ.
- Дим, давай расставим все точки над «И», - пропустила я мимо ушей его ответ, и представила на его месте упёртого клиента, который хочет себе дизайн проекта, несовместимого с реальностью. Его просто надо переубедить. – Послушай меня и главное, услышь. Этот год распланирован у меня по дням. И ты, - для убедительности я указала пальцем на его грудь, - в мои планы не входишь. Впрочем, другие тоже.
- А что входит в твои планы? – поинтересовался стоящий напротив товарищ.
- Диплом! - гордо заявила я. Вот так! Нас, подпольных ботанов, голыми руками не возьмешь!
В какой-то момент, мелькнуло в Димкиных глазах удивление. Нет, а чему он собственно удивляется? Последний год… Или у него в голове не укладывается, что его променяли на образовательный процесс? Бедняга… такой удар по Эго. Пфф…
Пришлось закусить щёку, чтобы не улыбнуться. Димка, наверное, таких отказов за всю свою жизнь и не получал никогда.
- Хо-ро-шо, - медленно протянул он, явно переваривая услышанное. – Ты сообщила мне о своих планах. Похвально. Я тебя понял.
Неужели стало доходить? Я внутренне расслабилась.
- Теперь, я расскажу тебе о своих, - ухмыльнувшись, продолжил Димка. – У меня тоже есть план. И ты, - он вернул мне мой жест, с указательным пальцем, - в нём стоишь первым пунктом. А теперь, - он взял меня за руку, и потянул за собой в сторону моей аудитории, - марш воплощать в жизнь свой план. А то, не дай Бог, провалишь, - хмыкнул он. – Мне двоечница не нужна.
Вот такой раздраконенной я уселась на последний ряд. Расставили все точки, называется…
Всё! Абсолютно всё идет не по плану! Как же это раздражает…
Удивительно было ещё и то, что сейчас я опять испытывала напряжение. Только в первый раз я переживала о том, как сохранить отношения, а теперь, как не допустить их.
Да кто бы знал, что отшить Димку, даже сложнее, чем ему понравиться?!
Мда… дела…
Ну, ничего. Время на моей стороне. Мне просто надо это пережить. Не с таким комфортом как я надеялась конечно… Ну и ладно.
- Всех приветствую, - громко заявил Валерий Тихонович, который только что вошёл в аудиторию. – Надеюсь, все отдохнули, накопили силы, перед последним рывком?
По залу пронёсся стон.
Вот оно. Началось…
8.
Первый месяц осени пролетел тихо и монотонно.
Мои попытки проводить больше времени с Женькой провалились, но не по моей вине. Соловьёва с головой погрузилась в отношения с Русланом. Ей явно было не до меня.
Женька расцвела, у неё горели глаза. Да собственно это и не удивительно, Синаев был весёлым и открытым парнем.
Удивляло другое, почему в прошлый раз он были малознакомыми людьми?
С Димкой я постоянно пересекалась в институте, и он пользовался этими мгновениями на полную катушку.
Обнимашки, дерганье за косу и другие «милые» знаки внимания я получала от него постоянно.
Но вот, что было странно, никаких других действий он не предпринимал. Чарковский словно создавал иллюзию для всех остальных, что у нас отношения. Да, все в институте так и думали. Но дальше этой черты он никогда не шёл.
Ни одного приглашения на свидание, ни одного звонка.
Признаюсь, что меня его поведение ввело в недоумение. Чего он собственно добивается? Пометить территорию? Ну, пометил. И дальше что?
Так или иначе, но все вокруг считали нас за парочку.
Димка в нашей паре был, несомненно, положительный герой, всегда обнимет, чмокнет, ласковым прозвищем назовёт, косу погладит. Мне же досталась роль злючки, которая и доброго слова не вымолвит в адрес своего ненаглядного. И вообще не ценит своего счастья.
В конце сентября произошёл один забавный случай, который значительно расширил моё восприятие людей.
Есть в нашей группе некая Галина Каргина.
В прошлый раз, у нас с ней сразу не заладилось.
Девушкой она была бойкой. Даже слишком. Чужих границ не признавала, правильное мнение могло быть только у неё. Абсолютно на любую жизненную ситуацию у неё всегда была чёткая позиция, которую она всегда, к месту и не к месту очень громко озвучивала. Другие люди либо соответствовали её видению картины, либо… дураки.
Так вот, я, не соответствовала.
Она никогда не стеснялась учить меня жизни, и всегда давала мне понять, что я глупая, влюбленная дурочка с переулочка и не вижу очевидных вещей.
Очевидность же заключалась в том, что, во-первых, я себя неправильно веду, слишком покладистая. А во-вторых, Чарковский, это не тот мужчина, на которого стоит обращать внимание, слишком ветреный и бесперспективный.
Я не спорила, не видела смысла. С такими людьми спорить – себе дороже. Иногда мне даже казалось, что она специально провоцирует скандалы вокруг себя.
Но каково было моё удивление, когда и в этот раз, я опять не оправдала её надежд. Только сейчас « …эта замухрышка, ещё и выёживается! Вот дура! Неужели действительно думает, что такой, как Чарковский будет вечно обращать на неё внимание!...».
Вот так, сидя в женском туалете, я узнала истинную причину её недовольства мной. Всё оказалось просто. Никаких жизненных принципов и позиций. Ей нравился Димка.
Выйдя из института, размышляя над достаточно забавной ситуацией с Галиной, я забрела в соседний сквер.
Сентябрь баловал нас хорошей погодой. Расположившись на свободной скамейке, я закрыла глаза и подставила лицо солнечным зайчикам, которые пробивались сквозь кроны деревьев.
Прошёл уже месяц с моего «второго шанса». Так я окрестила день, с которого всё и началось. Первый шок и растерянность плавно перетекли в обыденность.
И сейчас, я уже могла себе признаться в следующем. Мне становилось скучно.
Первое общение со своими бывшими знакомыми, поначалу принесло некий глоток свежей энергии. Но теперь, я отчётливо осознавала нашу разницу в возрасте
То, что было интересно им, меня уже не интересовало.
И так, как мне грозило застрять здесь еще на приличное количество месяцев, надо было что-то с этим делать.
Может быть, стоит воплотить свою мечту? Даже не так, не мечту, идею, которая висела в моей голове несколько лет. Пойти на курсы «Ландшафтного дизайна»?
Мне нравилась эта тема. Но почему то у меня никогда не доходили до неё руки. То не было времени, то энергии. Да и комментарий Олега «… на этой глупости много денег не поднимешь…», наверное, сделал своё дело. Эту идею я задвинула в самый долгий ящик.
Так почему бы не сейчас? Время есть. Желание тоже. Чужое мнение для меня сейчас не играет никакой роли.
Точно. Сегодня и займусь поиском курсов.
От принятого решения стало хорошо и радостно. Настроение стало подниматься до солнечных высот. Я улыбнулась.
- По какому поводу веселье? – насмешливо спросил знакомый голос. Хорошо, что за косу не дёрнул, и на том спасибо.
Моя улыбка стала ещё шире.
- Присоединяйся, - я махнула рукой на скамейку.
- О! Да ты сама щедрость! – усмехнулся Димка и плюхнулся рядом. – Так по какому поводу?
- Решила пойти на курсы «Ландшафтного дизайна» - просто ответила я и приготовилась к потоку насмешек.
- Хм, это перспективное направление, - серьёзно ответил Димка. – Отличный выбор.
- Серьёзно? – от удивления я распахнула глаза и уставилась на парня.
Димка пристально смотрел мне в глаза, и в его взгляде не было ни капли насмешки. Он был абсолютно серьёзен. Признаться, такого я не ожидала.
От его взгляда на мгновение моё сердце замерло. Но только на мгновение.
- Серьёзно, - ответил Димка. – Ты будущий архитектор, этот курс тебе будет только на пользу. Вот увидишь.
- Да? – всё ещё растерянно ответила я, и сама себя поправила, - Просто, не ожидала, что получу от тебя поддержку.
- Почему?
А вот действительно, почему? Почему я внутренне всегда настроена на то, что моё окружение скорее осудит, чем поддержит? Откуда это у меня?
- Не знаю, - честно призналась я. Я действительно не знала ответ на этот вопрос.
- Вот честно признаюсь, не очень-то приятно осознавать, что ты мне не доверяешь, - обиженно заявил Димка.
Ой, Дим, давай не будем! Есть у меня право на то, чтобы не доверять тебе. И это право ты предоставил мне сам!
Вслух конечно я произнесла совсем другое:
- А почему я должна доверять тебе? – насмешливо спросила я. – Ты конечно мастер иллюзий, в этом нет сомнений. Но сейчас мы с тобой вдвоём. Зрителей нет. Мы с тобой просто знакомые. У меня даже номера твоего телефона нет.
- Серьёзно нет? – удивился Чарковский.
Я кивнула.
- Дай-ка, - по-хозяйски полез он в мою сумку. Нет, всё-таки Димкина наглость это отдельная тема…
После непродолжительной войны за мою сумку, Чарковский всё же нашёл то, что искал.
- Теперь есть, - вернул он мне мой телефон. – Под номером один.
Я фыркнула, кто бы сомневался. Я взглянула в свой список контактов. Новый номер телефона красовался под кодовым названием «ЛЮБИМЫЙ».
- Чарковский… - протянула я и закатила глаза. Нет, он не исправим.
- Телефона у неё моего нет, - насмешливо возмутился Димка. – Совсем распоясалась. Ладно, мне пора.
Только сейчас я заметила, что на земле, рядом со скамейкой находилась спортивная сумка. Я вопросительно глянула на Димку.
- Кикбоксинг, - коротко ответил мне он.
Мои брови поползли вверх. Кикбоксинг?! Впервые об этом слышу!
- Я ещё в школе боксом слегка увлекался, - пояснил мне Димка.
Это я знала. Он упоминал об этом вскользь. Но кикбоксинг?! Сейчас?! Не было такого… Он в институте вообще спортом не занимался! Или я об этом просто не знала…
- Ладно, будет желание, звони, - усмехнулся Димка, подмигнул и, закинув сумку на плечо, направился по своим делам.
- Кикбоксинг… - растерянно прошептала я. – Всё дурдомнее и дурдомнее…
9.
На курсы я записалась в тот же вечер, и уже со следующего дня приступила к изучению новых для меня знаний. Вела курсы Изольда Абрамовна, колоритная дама лет шестидесяти, с характерным говором. Женщиной она была заметной, яркой, и количество перстней на руках это только подчёркивало.
- Что ж, милочка, - с прищуром посмотрела она на меня, - это конечно хорошо, что Вы пришли в сентябре. Сентябрь - это не октябрь, - медленно заметила она.
Я улыбнулась. Да, она явно умела расставлять акценты.
- Но мы занимаемся уже почти месяц, и спрашивать я с Вас буду, как со всех остальных.
- Хорошо, - уверенно заявила я. Эх, Изольда Абрамовна, не знаете Вы, как я могу учиться.
Она ещё раз, изучающее посмотрела на меня, и указала на свободное место.
- Продолжим, - обратилась Изольда Абрамовна ко всей группе, и начался урок.
К концу занятия я готова была низко поклониться этой неординарной женщине. Своё дело она знала. Мне действительно повезло, что я попала к ней в группу.
Совершенно случайно надо заметить. Только в этой группе было одно свободное место. Все другие группы были уже укомплектованы.
Её просто-напросто боялись, как потом просветили меня мои новые одногруппники. Поэтому, многие целенаправленно шли к более лояльным преподавателям.
Всего этого я, конечно, не знала, и получилось, так как получилось. И я была этому очень рада, мне понравилось, как она преподавала.
Так, благодаря курсам, жизнь стала более динамичной и интересной.
А в середине октября Женька пригласила меня вечеринку, которая планировалась на ближайшую субботу у Руслана дома.
- У него родители на неделю уезжают, будут все свои. А то ты скоро в свои учебники жить залезешь. Ещё и эти курсы… - покачала Соловьёва головой. – Ирка, тебе не жалко убивать столько времени на учёбу?
- Неа, - улыбнулась я. Куда клонит Соловьёва, я уже поняла.
- Нет, серьёзно, - продолжила она, - ты как в клетку себя заперла с этим образованием! Я думала, что может тебя Чарковский растормошит. Но, что то я не заметила особой движухи у вас… - разочаровано закончила подруга.
- Жень, я устала тебе повторять, мы с ним не пара. Просто у нас такая манера общения, - в сотый раз попыталась донести я до неё эту мысль.
- Довольно странная манера общения, надо заметить…
- Жень, не начинай…
- Знаешь, я уже готова поверить, в то, что вы с Чарковским – друзья. Странные, но друзья, - она недоверчиво взглянула на меня и продолжила. – Так ты без Димки придёшь?
- Я ещё не решила, пойду ли вообще, - призналась я.
- Брось, - простонала Женька. – Лычёва, не превращайся раньше времени в старую перечницу. Раз ты свободная птица… там будут интересные парни, - глаза Соловьёвой блеснули.
Женька, Женька… Мне сейчас все эти «интересные» парни, детей из детского садика напоминают… старшую группу… Но объяснить я ей это не могла…
- Ирка-а, - начала канючить подруга, - ну, Ирка-а-а
Иногда подруга забывалась, и начинала вести себя так, как привыкла добиваться желаемого у своего старшего брата.
Смотрелось, конечно, забавно.
Провести субботний вечер с не совсем трезвыми малолетками, а именно такими я сейчас их и видела, я не особо хотела. Но и расстраивать подругу тоже не хотелось.
- Если только ненадолго… - озвучила я своё условие.
- Еху! – крикнула победный клич подруга и полезла обниматься. – Мы там с тобой зажжём!
Я мысленно застонала. Зажигать не хотелось, но глядя на счастливое Женькино лицо, я поняла, что наверное, оно того стоит.
В субботу за нами заехал Руслан.
- О, мы сегодня с комфортом, - улыбнулась я, когда села в машину.
- Мне не трудно, - пожал плечами Синаев.
Минут, через двадцать, когда мы выехали за черту города, я поинтересовалась:
- А куда мы едем?
- Ко мне, - ответил Руслан, и вопросительно взглянул на меня в зеркало заднего вида. – Я живу в частном секторе. Ты не знала?
Нет.
Я не знала.
И кое-кто не счёл нужным упомянуть об этом. Я перевела гневный взгляд на подругу.
- Да какая разница, - отмахнулась Женька.
Большая! Я не собиралась находиться там долго. В мои планы входило побыть там часа три, и потихоньку слинять.
Ругаться сейчас с Женькой не хотелось, но позже я обязательно с ней поговорю. Была у Соловьёвой такая черта, утаивать незначительную информацию ради личной выгоды.
- Хорошо, - медленно ответила я Женьке и тут же обратилась к Руслану. – Адрес свой мне скажи.
- Зачем? – улыбнулся парень.
- В гости к тебе буду приезжать, - и, повернувшись к Соловьевой, съязвила, - без свидетелей.
Женька хмыкнула. А вот нечего в шпионов играть! Руслан засмеялся и назвал свой адрес, который я сразу записала к себе в блокнот. Всё равно по-тихому слиняю. Просто вызову такси.
Дом у Руслана был достаточно большой, и находился в самом начале улицы, коттеджного посёлка.
- Располагайтесь, будьте, как дома, - пригласил нас Синаев.
Я воспользовалась приглашением хозяина и пошла осваивать новые территории. Да, дом у Руслана оказался ещё больше, чем мне показался вначале. Два этажа, высокие потолки, плюс ещё и мансарда.
- Впечатляет? – восхищённо спросила Женька, которая нагнала меня, когда я уже находилась на веранде и любовалась садом.
- Впечатляет, - согласила я. – Я и не знала, что Синаев из состоятельной семьи.
- Ага, - кивнула довольная Женька, и тут же переключилась на другую тему. – Сильно злишься?
- Жень, - спокойно начала я, - перестань манипулировать людьми. Ты же знала, что я не собиралась задерживаться здесь надолго.
- Ир, ты бы не поехала, если бы я сказала… - начала оправдываться она.
- Вот именно, - прервала я её. – Жень, об этом я и говорю, ты постоянно пытаешься манипулировать людьми, в угоду своим желаниям.
Соловьёва отвела глаза.
- Жень, это последний раз, когда я закрываю на это глаза.
- Хорошо, - тихо произнесла Женька.
Удивительно, но в молодости я бы не осмелилась вот так прямо заявить близкому человеку о какой-либо черте его характера, которая отравляет другим жизнь. Но не сейчас.
Может я чувствовала, что всё это не совсем реально, или может, я просто повзрослела?
И то, как Женька отреагировала на моё замечание, дало мне ясную картину того, что она прекрасно осознавала, что делает.
- Мир? – виновато взглянула на меня Соловьёва.
- Мир, - улыбнулась я в ответ.
Примерно через минут сорок начали подъезжать другие гости.
Многих я уже знала. Среди них был и Сашка Башмаков.
- Привет, зазноба, - поприветствовал он меня.
- Зазноба? – удивлённо переспросила я. – Чья?
- Руслана, - засмеялся он, и я утонула в дружеских объятиях этого богатыря.
- Эм… - замялась я. – У него сейчас другая зазноба, - и я кивком указала на Женьку, которая разговаривала сейчас с Русланом в беседке.
- Извини, - хохотнул Сашка, - отстал от жизни. За молодежью разве уследишь, - притворно вздохнул он.
- И на много ты его старше? – недоверчиво поинтересовалась я. Сашка, конечно, был крупным товарищем, но старше он не выглядел.
- На один день, - гордо заявил он.
Я прыснула от смеха.
- Над чем смеемся? – поинтересовался присоединившийся к нашей маленькой компании Руслан.
- Над тобой, салага, - пробасил Сашка, чем вызвал у меня новый виток смеха.
- Началось, - закатил глаза Синаев, - ты опять сел на своего любимого конька. Он тебе песню сейчас поёт про то, что он старше? – уже обратился ко мне Руслан.
Я кивнула, и отпила глоток сока из пластикового стаканчика.
- Подожди-ка, подожди-ка, - что-то заподозрил Башмаков. – Что тут у тебя?
Он осторожно взял мой стакан, сначала понюхал содержимое, затем отпил.
- Серьёзно? – он насмешливо уставился на меня. – Сок? У неё сок! – пожаловался он Руслану так, будто тот не был свидетелем происходящего.
- Ир, а почему сок? – поинтересовался Руслан. – Не то что бы я против, просто интересно.
- Понимаешь, - замялась я, обижать никого не хотелось, но раз уж заметили. – На самом деле я не люблю только два алкогольных напитка…
- Дай угадаю, - невесело усмехнулся Руслан, - водку и пиво. Я прав?
- Да.
- Синаев, ну что ты за джентльмен такой? – укоризненно покачал головой Сашка. – Пригласил дам, и не поинтересовался…
- Заявок на другие напитки не поступало… - растерянно попытался оправдаться Руслан. – Ирин, у меня в домашних запасах есть вино. Сейчас я тебе его принесу, - здесь он перешёл на шёпот, - только тихо, никому ни слова. Иначе эти варвары, - он окинул всех присутствующих взглядом, - разорят весь мой бар.
- Хорошо, - хихикнула я.
Через пару минут у меня в руках уже была кружка с надписью «На Берлин!», внутри которой было ароматное белое вино.
Вечеринка продолжилась в привычном русле.
Кто-то подходил, завязывались беседы ни о чём, танцевали, смеялись, снова разговаривали, иногда вспоминали, что впереди – диплом. Пару раз меня даже пытали произвести впечатление уже изрядно подвыпившие парни. Один раз даже кто-то спросил, почему я без Димки.
В какой-то момент я почувствовала, что явно перебрала с вином. Что было очень странно. Я от силы выпила бокала полтора, не больше.
Но ноги стали ватные, и я с большим трудом поднялась с кресла, в котором сидела. Даже пару шагов мне дались с большим трудом, взгляд не фокусировался. Язык словно налился свинцом.
- Ого, ты набралась, - хохотнула какая-то девица, когда я завалилась на неё.
- Ванная, - кое-как промямлила я.
- Сейчас помогу, - она подхватила меня под руку и не без труда отвела меня в туалет на первом этаже.
- Сама справишься? – поинтересовалась моя новая знакомая.
Я кивнула.
Как только она вышла, я кое-как закрыла дверь на замок.
Я не была большим специалистом в наркотических веществах. Точнее сказать, совсем не была. За всю свою жизнь я ничего подобного не пробовала.
Но сейчас, уплывающим сознанием я понимала. Я не напилась, мне что-то подсыпали.
10.
Последующие события помню смутно.
Я словно очутилась во сне, когда моё тело совершенно не воспринимало команды мозга. И что с этим делать, я не знала.
Помню, как осела на пол, потому, что ноги напрочь перестали держать меня. Затем, как выпал телефон из кармана, и как я попыталась нажать первую попавшуюся кнопку. Помню, что кто-то взял трубку, но говорить связанно я не могла. Единственное, что вроде бы у меня получилось, так это назвать фамилию Руслана. И то, в этом я не была уверенна.
А потом я отключилась.
***
Очнулась я в отвратительном состоянии.
Голова гудела. Во рту была настоящая пустыня сахара. Казалось, ещё мгновение, и я умру от жажды. К тому же я была полностью дезориентирована.
Где я? Что со мной случилось?
Последние события стали возвращаться в мою память и меня окатило ледяной волной пота.
Что произошло со мной потом, когда я потеряла сознание?
Ладонями проверила, на чём я лежу. Кровать.
Я медленно открыла глаза. Солнечный свет резал пространство, и я опять зажмурилась.
- Очнулась?
С большим трудом повернула голову на голос.
Рядом с кроватью, на стуле, сидел Димка.
В эту секунду у меня камень с души упал. Я всё ещё не знала, что произошло, но ощущение безопасности, которое исходило от него, давало мне некое успокоение.
- Пить, - кое-как прошептала я пересохшими губами.
Димка тут же взял, с рядом стоящей тумбы, стакан с водой и поднёс его к моему рту. Признаться, без его помощи, я даже голову поднять не смогла.
Краем глаза заметила, что на полу, рядом с кроватью, стоял тазик.
Сделав несколько глотков, я опять легла, меня замутило.
- Лежи, тебе нужен отдых. Это состояние, уже остаточное явление, - устало произнес Димка.
- Дим, - собравшись с последними силами, промямлила я.
- Что Ир?! Ну, вот, что ты мне сейчас хочешь сказать?! – стал заводиться он.
Я может и многое, что хотела сказать. И поблагодарить, и спросить, что же случилось. Но у меня просто не было сил.
- Спаси-бо, - прошептала я и медленно вытащила свою ладонь из-под одеяла. Почему то захотелось дотронуться до него, ощутить его тепло и силу. Просто поблагодарить.
Димка заметил мой жест, и взял мои пальцы двумя ладонями.
Защита.
Вот, что я ощутила в этот момент. Сейчас мне не хотелось думать, что я должна делать, и что не должна. Что правильно, а что нет.
Именно в это мгновение мне стало спокойно и тепло. От нахлынувших чувств на глазах навернулись слёзы.
- Ирин, ничего не было, - тихо прошептал мне Димка, вытирая мои щёки. – Ты молодец, сообразила, что надо закрыть дверь.
- Ты? – единственное, что спросила я.
- Ты позвонила мне, - правильно понял меня Димка. – То, что ты невменяемая, понял по твоему мычанию. Я пытался узнать, где ты находишься, - он глубоко вздохнул. – Если честно, я уже отчаялся, что ты мне хоть что-то внятное ответишь. Но и тут ты оказалась молодцом, - Димка стёр новую слезу с моей щеки. – Ты упомянула Синаева.
Я вопросительно взглянула на него.
- А потом, - продолжил Димка, - я приехал к этому уроду, и забрал тебя. И у нас с тобой была прекрасная ночь, - тихо прошептал Димка. – Только ты, я и тазик.
И меня прорвало. Слёзы текли уже сплошным потоком. Сил на полноценный плач у меня не было, и моя истерика напоминала убогое поскуливание.
- Тише, тише, - пытался успокоить меня Димка, - всё уже закончилось. И закончилось хорошо. Ш-ш-ш…
Успокоиться я не могла. У меня внутри словно пружина распрямилась, которая была сжата до предела.
Димка терпеливо вытирал мне слёзы, которые лились уже водопадом.
В какой-то момент ему видимо это надоело, он отстранился, и хватило лишь мига, когда наши взгляды встретились.
Бывает так, что взгляд зацепиться за что-то, и оторвать глаз от объекта уже невозможно.
Вот так было и сейчас. Я утонула в его взгляде.
С одной стороны я понимала, что передо мной человек из прошлого, а дважды в одну реку, как известно, войти невозможно. Мозгами я это понимала, но чувствовала сейчас я нечто другое…
Я смотрела на мужчину, который когда-то был мне родным, которого я любила… И в этот момент мой ум стал проигрывать чувствам…
Он понял, прочувствовал сразу, когда я засомневалась. И уже в следующее мгновение его губы накрыли мои.
Поцелуй был нежным и тягучим, и я поплыла... Не было никакого напора, агрессии, доминирования, которые так были присуще Димке. Своим поцелуем, он вытаскивал из меня весь тот клубок чувств, которые тугим узлом завязались во мне.
- Не сейчас… Потом… - прошептал он в губы и отстранился.
Именно последнее слово и привело меня в чувство.
Потом?! До чего же он самоуверен! Да никогда! А то, что было сейчас… так это временное помутнение!
От Чарковского не ускользнул мой воинствующий настрой, и он хмыкнул.
- Тебе надо выспаться, - поправляя одеяло, сказал он. – И мне тоже. А потом, я проведу с тобой беседу воспитательного характера, с элементами правил безопасности, - не упустил возможности подколоть меня Димка. – Если что, буди, – И завалился рядом со мной на кровать.
Справедливости ради, надо заметить, что спать у Димки больше было и негде. Он снимал однушку, и обходился минимальным количеством мебели.
Эту квартиру в прошлом, я всегда называла «его берлогой». Димка не возражал, ему даже нравилось, что у него была своя территория, и что я это понимала.
Чарковский уснул буквально через пару секунд. Наверно, не спал всю ночь.
Моя душа наполнилась благодарностью, и в груди разлилось приятное тепло.
Вот это меня и насторожило… Как так вышло, что небольшой сбой в событиях, и я уже плавлюсь от одного его взгляда?
Да, надо поспать
А там видно будет.
Может это всего лишь последствие стресса? Да, точно, стресс. Кажется, где-то что-то читала подобное…
Разбудил меня телефонный звонок, который никак не хотел прекращаться. Кто-то явно поставил себе цель дозвониться до меня.
За окнами был уже вечер.
Я оглянулась в поисках телефона.
- Держи, - сонно пробормотал Димка, и протянул мне мой телефон, который оказался у него где-то под боком.
Я посмотрела на экран.
Женька.
- Да.
- Как ты?! – услышала я обеспокоенный голос подруги. – Я вчера несколько раз ночью звонила, но Чарковский обложил меня таким… текстом, что я решила дождаться вечера, когда ты придёшь в себя. Ириш, ты как? – виновато повторила Женька.
- Нормально уже. Вроде.
- Послушай, никто не знает, что за сволочь подсыпала тебе… Ирка, там же все свои были…
- Жень, - прервала я подругу, - было и было. Слава Богу, всё обошлось…
- Ирка, - всхлипнула Женька, - ты не представляешь, как я испугалась, когда поняла, что к чему. Прости меня…
- Ты-то здесь причём? – недоумённо спросила я.
- Ну… не знаю… это ведь я затащила тебя сюда… - всё ещё всхлипывая, пробормотала Женька.
- Брось, Жень, - начала злиться я. – Не говори глупости.
- Всё равно… ощущение гадкое… я всю ночь, про это думала… кто это мог сделать?... Руслан тоже не представляет, на кого можно подумать. Он о тебе очень беспокоился, даже в больнице, всё про тебя спрашивал…
- В какой больнице?...
- Ир, там такое началось, когда Чарковский приехал, - понизив голос, продолжила подруга. – Я такой драки никогда не видела… их еле растащили…
- Кого? – не поняла я.
- Димка Руслану нос сломал, обвинил его в том, что раз он хозяин, значит, на нём и ответственность… Короче, там пол первого этажа разнесли… Но ты не переживай, - затараторила подруга, - Руслан в больнице сказал, что нападение на улице произошло… типа хулиганы… всякое-такое…
- Понятно, - пытаясь переварить информацию, ответила я.
- Ты сейчас всё ещё у Чарковского?
- Угу.
- Зверь он всё-таки… но я ему благодарна за тебя, - тут же торопливо добавила Женька. – Как самочувствие?
- Да вроде, прихожу в норму, - прислушиваясь к своим ощущениям, ответила я. – Как таракашка после мора…
- Понятно. Сегодня домой придёшь?
- Угу, - промычала я. – Всё-таки, если я пропаду на пару суток, это уже будет выглядеть подозрительно. Мои родители современных взглядов, но даже они этого поймут.
- Ладно. Тогда сегодня ещё созвонимся? Ты позвони, когда дома будешь, хорошо?
- Позвоню.
- Домой собралась? - спросил меня Димка, когда я нажала отбой. Он лежал рядом, подперев голову одной рукой.
Я кивнула.
- Как ощущения?
- Более-менее…
- Сейчас напою тебя куриным бульоном, потом отвезу, - Димка встал с кровати и потопал на кухню.
Я последовала за ним. И хотя меня слегка пошатывало, но всё равно, тело уже слушалось свою хозяйку.
С непривычки, от яркого света на кухне, который Димка уже успел включить, я зажмурилась.
- Садись, - кивнул Дима в сторону стола.
Упрашивать меня сейчас не надо было, я с радостью устроилась за столом. И только, когда обнажёнными ногами уселась на прохладный стул, обратила внимание, во что я была одета. На мне была Димкина футболка.
- Ходить тебе вечно в моих шмотках, - фыркнул Димка, когда заметил, как я изучаю своё одеяние.
В ответ я изобразила кислую улыбку и попыталась максимально натянуть край футболки как можно ниже. Не то чтобы я его стеснялась, но мы вроде как не очень близко знакомы… в голове всплыл поцелуй.
Мда, Лычёва, главное не забудь, что вы не ОЧЕНЬ близко знакомы…
Даже спустя сутки, после вчерашнего происшествия, голова соображала в замедленном режиме. Думать не хотелось. Совсем.
- Держи, - и Димка поставил передо мной огромную кружку с ароматным куриным бульоном.
Я сделала глоток. Божественно… То, что доктор прописал…
Даже зажмурилась от удовольствия. Просто напиток богов какой-то…
Вот уверена на сто процентов, Чарковский не сам его готовил! Кто интересно его бульонами прикармливает?!
Кобель…
Да и плевать! Бульон у неё на славу получился! И я сделал ещё один глоток.
Дай Бог ей здоровья. Ещё глоток.
Бедной девушке… глоток.
И терпения… глоток. И мозгов…
Из раздумий меня вырвал металлический звук, я открыла глаза.
Прямо передо мной, на столе лежал ремень, а рядом стоял Чарковский.
Оо… это что-то новенькое…
Я удивлённо взглянула на аксессуар Димкиного гардероба. Затем перевела взгляд на владельца данного предмета.
Ещё один глоток.
- Видишь этот ремень?
Кивнула. Глоток.
- Хорошо его запомни, - продолжил Димка ровным, спокойным тоном. – Потому что именно им я тебя и отлуплю по той самой точке, которая так ищет приключения, если ты ещё хоть раз на какую-либо пьянку-гулянку пойдешь без меня.
Оу… вот такой речи я точно не ожидала!
Глоток.
Опять взглянула на Димку, выискивая в его глазах смешинки. Не нашла. Покосилась на ремень.
- Я понятно всё объяснил? – поинтересовался новорожденный доминант.
Более чем… Ведь не шутит же!
Я кивнула. Ещё один глоток.
Не то, что бы я собиралась после всего ходить по вечеринкам… я и на эту не особо рвалась… Неужели действительно отлупит?!
Наверное, от осознания реальности, у меня расширились глаза.
- Вижу, поняла, - спокойно продолжил Димка. – Ещё бульона?
Нет, наши отношения в этот раз, более чем странные… и становятся всё страннее и страннее…
И я протянула ему пустую кружку.
Бульон - чудо, как хорош.
11.
Уже в машине, когда мы неторопливо ехали по вечернему городу, мой взгляд упал на Димкину руку. Костяшки были сбиты, и я вспомнила, то, что мне рассказала Женька.
- Дим, зачем ты Руслана избил?
- Переживаешь за Синаева? – хмыкнули мне в ответ. – Не стоит.
- Дурак ты, - тяжело вздохнув, сказала я.
- Дурак, значит? – Димка бросил на меня взгляд.
- Ну, не дурак, - закатила я глаза. – Глупый.
- Глупый? – в его голосе послышалась усмешка.
- Дим, хватит к словам придираться, - не выдержала я. – Я не за Руслана переживаю, хотя и за него тоже, но суть в другом.
- В чём?
- Ты сломал ему нос… - начала я.
- Только нос, - перебили меня. – Огорчила. Я надеялся, как минимум на поломанную челюсть.
- Чарковский! – рыкнула я. – Я до тебя серьёзные вещи пытаюсь донести.
- Я весь во внимании, - довольно проурчали с водительского сидения. Димка явно не был настроен на серьёзный разговор. Ну и пусть, всё равно скажу.
- Дим, посмотри на ситуацию со стороны. Во-первых, Руслан не был виноват.
- Был.
- Опять ты за своё… - простонала я.
- Его вечеринка. Его друзья. Его ответственность.
- Ты не пробиваем… - пробурчала я. – Хорошо, оставим пункт номер один. Во-вторых, не всегда проблему можно решить кулаками. Драка могла закончиться, куда более плачевно. А если бы ты его покалечил?! Ты хоть понимаешь, что тогда, ты сам себе поломал бы жизнь?!
- Вот, что-то я не понял. Ты за Синаева или за меня переживаешь? – с плохо скрытым весельем поинтересовался Димка.
- Ой, дурачок… - прошептала я, уткнувшись лбом в боковое стекло.
- Смотри Лычёва, так ты меня и до дурашки повысишь, - уже не сдерживаясь, хохотнул он.
Р-р-р-р…
Так, слово за слово, незаметно пролетела дорога до моего дома.
- Подожди, до квартиры провожу, - заглушив машину, сказал Димка.
- Дим, палку-то не перегибай. Что со мной может случиться за пару метров?! – возмутилась я.
- Понятия не имею, - пожал плечами он и направился в мой подъезд.
Уже в лифте, Чарковский как бы невзначай спросил:
- Ирин, ты когда меня в гости-то пригласишь? Мм?
- Точно не сейчас, - зыркнула я на него.
- А что так? – с ангельским лицом спросил этот товарищ. – Ты у меня уже была. Я даже разделил с тобой своё ложе, правда, - Димка с трудом сдержал смешок, - заблевала всё вокруг…
Я фыркнула. Вот обязательно это надо было упоминать! И так неудобно…
- Ну, уж не всё… - попыталась обелить себя.
- Можно сказать, - продолжил этот зараза, не обращая никакого внимания на мой недовольный вид, - пометила территорию. А меня даже в прихожую, на коврик не пустишь? – И глазками так, хлоп-хлоп.
- У меня дома родители, - прорычала я.
- Тем более! Познакомишь. Уверен, я им понравлюсь, - констатировал Димка.
Сам того не ведая, Чарковский попал пальцем в небо. Он действительно очень нравился моим родителям… тогда, в первый раз…
- Не сегодня, - стояла я на своём. А может, и вообще, никогда.
- Чёрствая ты Лычёва, - страдальчески вздохнул он. – Я бы даже сказал - жестокая, - уже около моей двери сделал заключение Димка. – Никакой от тебя благодарности я, судя по всему, не дождусь.
Совесть в этот момент меня всё-таки кольнула. Я очень была благодарна ему, за то, что он для меня сделал.
- Спасибо, Дим, - без всяких насмешек и подколов, как можно более искренне поблагодарила я его. – Сейчас действительно не время для гостей. Извини.
- Ирин, - Димка тоже стал серьёзным, голос понизился, от его весёлости не осталось и следа, - так мужчину не благодарят.
- А как благодарят? - не знаю, зачем я это спросила. Наверное, Димкина близость, всё-таки сбивала меня с толку.
- Ну, минимум, что ты должна подарить, так это поцелуй, - его голос стал ещё тише.
- Должна? – сдублировала я его интонацию.
Расстояние между нами, с каждым словом, магическим образом уменьшалось, и сейчас мы шептали друг другу практически уже в губы.
- Должна, - ни на секунду не засомневался он в своей правоте.
- Так был уже поцелуй, - напомнила я.
- Ты мне его не дарила, я его у тебя взял, - не растерялся он.
Последней моей мыслью было, вот зря я всё это делаю…
- Кхм… не помешала? – услышала я голос Сольвьёвой за моей спиной, когда вовсю благодарила своего провожатого.
- Помешала, - что думал, то сказал Димка.
- Ничего, в следующий раз догонитесь, - не особо церемонясь, ответила подруга, и подошла к нам уже практически вплотную. – Ирк, я к тебе.
Я смущенно высвободилась из Димкиных объятий. Боже… я действительно засмущалась, словно школьница, которую застукала мама, когда та целовалась с мальчиком.
От этой мысли я смутилась ещё больше. Как это мило, смущаться в моём возрасте…
- Чарковский, - сухо поприветствовала подруга Димку.
- Соловьёва, - тоже без особой теплоты в голосе, ответил он.
Эх… не гулять нам парами под Луной… не убили бы друг друга…
- Проходи, - пригласила я Женьку, и открыла дверь.
Соловьёва, метнув уничтожающий взгляд на Димку, переступила порог моей квартиры.
- Пока, - взглянула я на него.
- В следующий раз доблагодаришь, - одними губами прошептал он и уже громче добавил, - Сладких снов.
Уходил Димка с видом кота, который узнал, где хозяева хранят сметану.
- Просто друзья? – изогнув бровь, поинтересовалась Соловьёва, когда мы уже зашли ко мне в комнату.
- Жень…
- Знаешь, теперь выражение «дружеский чмок» заиграло для меня новыми красками, - со смешком заметила она.
- А-а, - упала я на кровать.
Спорить с Женькой не хотелось. Да и что бы отстаивать свою точку зрения, надо точно знать эту самую точку зрения. А у меня сейчас точно произошёл сбой в настройках. Самой сначала надо разобраться во всём.
- Как ты? – спросила подруга и села рядом со мной.
- Практически уже нормально. Так… слабость есть небольшая.
- Ирин, ты прости меня… - опять попыталась начать она.
- Жень, хватит. В этой ситуации виноват только тот, кто это сделал. Всё. Точка. Других виноватых нет.
Подруга пожала плечами. Было видно, что она всё равно чувствует себя не в своей тарелке.
- Жень, - уже мягче добавила я. – Не кори себя. Это не твоя вина. У меня даже мысли такой не было. И давай не будем больше возвращаться к этому вопросу. Как Руслан? – решила я сменить тему.
- Нормально, - кивнула подруга. – Могло быть и хуже… значительно… знаешь, - Женька собралась с духом, - Чарковскому голову надо лечить! Его реакция была ненормальной! Нет, я понимаю, что он переволновался за тебя, и это единственное, что его оправдывает! Но! Ты бы видела… Я думала, он его убьёт…
И в этот момент я вдруг ясно поняла, что не осуждаю Димку.
Нет, я против драк в принципе. Я их не люблю, и боюсь. Не моё это.
Но…
Когда я узнала про драку, первое что я почувствовала – испуг. И испугалась я за Димку. Инстинктивно.
Человек не может занять нейтральную позицию в определенных ситуациях, к близким людям.
К чужим, да. Может.
Но не к близким. Душа сама встаёт на ту или иную сторону.
И сейчас я точно поняла, на чью сторону встала моя Душа. К сожалению, я так же поняла, и на чью сторону встала Женькина Душа.
И она поняла это тоже. Я увидела это в её глазах.
На какое-то время в комнате воцарилась тишина.
- Жень, послушай, - начала я. – Давай заключим договор?
- Что?
- Ну, вот Димка, Руслан… понимаешь, может так получиться, что через некоторое время кто-то из них исчезнет из нашей жизни. А может даже оба.
- И? – Женька явно не совсем понимала, куда я клоню.
- Давай не будем из-за них устраивать военные действия.
Я действительно говорила, то, что думала. Мне не хотелось, из-за парней портить отношения со своей подругой детства.
К тому же я точно знала, что Димка уйдёт из моей жизни через несколько месяцев
А Руслан… Руслан… Я не понимала, каким боком он вписался в эту линию Судьбы. Я его под конец учебного года вообще не помнила. Правда, тогда, мне было и не до этого…
Но, как бы там ни было. Женькиной дружбой я дорожила.
- Давай, - через несколько секунд согласилась она. – Ты права, это их разборки… И знаешь, я всё больше склонна согласиться с тобой, что у них какая-то личная неприязнь. И началась она далеко не вчера…
- Возможно… но Димка никогда ничего подобного не говорил…
- И Руслан… - она на мгновение замолчала, явно, что-то обдумывая. - А может, давай на эти выходные махнём в клуб? - Женькины глаза блеснули. - Без парней. Девчонок позовём, устроим девичник?
И тут я вспомнила Димкино предупреждение… и... прыснула от смеха.
Женька терпеливо дождалась, когда я отсмеюсь.
- Ты чего?
- Чарковский, - сквозь остаточный смех, произнесла я. – Пообещал выпороть меня ремнём, если я без него на какую-либо пьянку пойду, - и меня опять накрыла волна смеха, и я уткнулась в подушку.
Выдержки Соловьёвой хватило секунд на пять. А затем она присоединилась к моей истерике.
- Серьёзно? – сквозь смех спросила подруга. – Вот прям так и сказал?
- Ага. Ещё и ремень показал, которым будет пороть, - кое-как успокоившись, ответила я.
- Серьёзно он за тебя взялся, - хохотнула Женька. – А может, как раз, стоить проверить?
- Ну, уж нет, - вытирая слезы, ответила я. – Мне моя задница дорога.
И мы опять уткнулись в подушку.
Уже ночью, когда я собиралась спать, пиликнул телефон.
Смс от Димки.
«Спишь?»
«Нет»
«Почему?»
«Женька только ушла»
«Надеюсь, ты была хорошей девочкой?»
«Более чем. Отказалась от девичника»
«Действительно, хорошая девочка. А почему отказалась?»
«Вспомнила твой ремень» - уже трясущими руками набирала я, потому, что смех опять рвался наружу. Ситуация с ремнём мне казалась более чем комичной.
Боюсь, что мой взгляд на ремень, уже никогда не станет прежним.
«Вот уверен на все 100%, что ты сейчас давишься от смеха)» - в этот раз Димка ответил не сразу.
«Почему?» - спросила я и закусила одеяло, чтобы не засмеяться в голос.
«Ты прочти, как ты ремень написала. Я даже не сразу раскодировал эту абракадабру»
Я взглянула. «Ресенбб»
«Это от страха руки тряслись»
«То, что от девичника отказалась - молодец. Куплю тебе за это мороженное. А вот, то, что не восприняла серьёзно ремень – зря. Я не шутил»
«Теперь отнесусь к этой информации крайне серьёзно» - зачем расстраивать парня.
«Умница»
«Спокойной ночи»
«И тебе сладких снов, со мной в главной роли»
Я покачала головой и улыбнулась.
Димка, Димка… как же у тебя так хорошо получается пробираться в моё сердце?
Нет, пока я ещё не была влюблена в него. Но то, куда всё двигалось, я уже игнорировать не могла.
Это становилось проблемой. Надо было что-то предпринимать.
12.
На следующее утро, чувствовала я себя уже вполне бодрым человеком. И первое что сделала, так это достала тетрадь, вырвала из неё листок и начертила таблицу с десятью столбцами. В шапке написала названия месяцев: Август, Сентябрь, Октябрь, Ноябрь, Декабрь, Январь, Февраль, Март, Апрель.
Итак.
АВГУСТ.
Знакомство. Галочка. Совпало.
СЕНТЯБРЬ и ОКТЯБРЬ.
Мы узнавали друг друга. Активно заявляли о себе, как о паре.
Даже не знаю, что и писать. Иллюзия пары сейчас есть, но по факту… поставила знак вопроса.
НОЯБРЬ.
Ноябрь… заметный месяц. Наш первый раз. Дату я не помнила, но где-то в первых числах.
ДЕКАРЬ.
О! Это был месяц рекламного ролика Рождественских фильмов. Любовь, морковь, милашки-обнимашки…
Один из самых счастливых периодов в моей жизни. Когда я просто наслаждалась счастьем, не задумываясь, что оно может быть иллюзорным…
ЯНВАРЬ.
- Ириш, ты уже проснулась? – в комнату заглянула мама.
Я засунула листок обратно в тетрадь.
- Ага.
- Тебе сегодня вроде ко второй?
Я кивнула.
- Давай по-быстрому съездим в один магазин. У меня на работе, у Ларисы Петровны, скоро юбилей. Я себе платье присмотрела. Хочу, что бы ты оценила.
- Хорошо, - согласилась я. – Минут через тридцать, буду готова.
И я стала собираться.
***
Дни опять полетели в обычном ритме.
Институт, дом, курсы.
После происшествия на вечеринке, не скажу, что бы наши отношения с Чарковским сильно изменились. Он всё так же продолжал поддерживать иллюзию влюблённой парочки. Правда, теперь, при встрече, я в обязательном порядке получала легкий чмок в губы, но это единственное, что изменилось.
Я не знаю, что было у Димки в голове, но меня такое положение вещей стало раздражать. Не знаю почему. С одной стороны, я сама хотела максимально дистанцироваться от него. Но с другой…
Вспомнилась, почему-то одна беседа, которая состоялась ещё на первой моей работе.
Не помню, с чего всё началось, но зашёл разговор об актрисах фильмов для взрослых. Все сотрудницы сошлись во мнении, что это конечно – «фу-у…».
Никто не мечтал стать звездой этого жанра.
Но одна женщина озвучила поправку к данной теме разговора. Как она заметила: «… сниматься в порнушке конечно - нет… Но вот, если бы был кастинг, и меня не выбрали, стало бы обидно…». Помню, как все засмеялись, подтверждая её ход мыслей.
Вот и сейчас.
Встречаться с Чарковским – не-ет!
Но его поведение… р-р-р-р!
Настоящим подарком судьбы оказались курсы, а точнее Изольда Абрамовна. Помимо того, что она превосходно объяснял материал, её поучительные жизненные истории, заставляли иногда серьёзно задуматься.
Создавалось такое впечатление, что эта женщина успела побывать везде, и знакома она со всеми. Её истории заставляли меня смотреть на некоторые фундаментальные вещи совершенно с другой стороны.
- Вам, дорогая моя, - обратилась она ко мне. – Надо научиться ждать. Ваше нетерпение может сыграть с Вами злую шутку.
Я возмущённо подняла брови и стала отстаивать свою точку зрения.
- Изольда Абрамовна, вот как раз, в тех ситуациях, где я доводила всё до максимального предела, и получалась… разруха получалась, - спохватилась я.
- Мне думается, что Вы не совсем правильно оцениваете результаты, - улыбнулась она. - Иногда, что бы выиграть, надо дать ситуации созреть. Не надо рвать незрелый плод, подождите, и он сам упадёт Вам в руки.
- Не знаю… - скептически произнесла я и решилась, – Изольда Абрамовна, у меня есть одна знакомая, она старше меня и у неё был муж…
И я рассказала свою историю с Олегом. Рассказала всё, без утайки, как на духу. Намного легче озвучивать историю, которая вроде бы не про тебя.
- К чему всё это рассказала, - стала подводить я итог. – Она довела ситуацию до предела. Хотя, звоночки были, и она могла бы исправить ситуацию на других этапах…
- И чего бы она этим достигла?
- Наверное, не осталась бы у разбитого корыта? – вопросом на вопрос ответила я.
- Нет, моя Умничка, - покачала головой Изольда Абрамовна. – Она всё сделала правильно. Потому что, именно вызревшая ситуация показала ей истинное лицо её мужа. На любом другом этапе, он смог бы вывернуться и обвинить её. А она - ему бы поверила. Он и так сделал попытку повесить вину на неё, обвинив в отсутствии детей. Но при созревшей ситуации она ясно увидела положение вещей.
Я задумалась над её словами.
Вынуждена была признать, что она оказалась права. Мои иллюзии на счёт моего бывшего мужа, после последнего нашего с ним разговора, развеялись словно дым.
- Но… не знаю… всё равно, исходя из Вашего совета, получается, что всегда надо доводить ситуацию до предела? – такая позиция мне не была близка.
- Нет. Не любую. То, что касается здоровья, так вообще нельзя. А вот, что касается отношений, моя Умничка… - да, Изольда Абрамовна называла меня Умничкой.
Наверное, после того, как увидела мою тягу к учёбе, и как я грызу гранит науки.
Она почти каждому в группе дала прозвища. Я – Умничка, Наташка, девушка с модельной внешностью – Красавица, Макс, парень с бешенной энергией – Солнце. У меня даже закралось подозрение, что наших имён она и не знает. Но мы не обижались, умело она как-то всё это делала.
- Так что на счёт отношений?
- А какие отношения Вас интересуют? – лукаво улыбнулась она. – Профессиональные?
- Кхм… - замялась я, - не только профессиональные…
- Ох, моя Умничка, - засмеялась она. – По моим наблюдениям, проблема современных девушек только в одном.
- В чём? – заинтересовано раздалось с задних рядов.
- В том, дорогие мои девушки, что вы постоянно пытаетесь переложить проблемы мужчин на себя.
- Но… это взаимопомощь, - попыталась возразить Лиза, девушка с соседнего ряда.
- Уверены? – Изольда Абрамовна насмешливо взглянула на неё.
- Да… - уже не так уверенно, продолжила Лиза.
- Через решение СВОИХ, - она выделила последнее слово, - проблем, парень развивается и созревает до мужчины. Вы же, лишаете его этого права. И кстати, они, - и она указала пальцем на парней из нашей группы, - никогда вам этого не простят.
Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.
Шах и мат.
На мгновение воцарилась тишина, а затем пошла волна гула.
- Изольда Абрамовна, получается, помогать вообще не надо? И что, теперь только сидеть и ждать у моря погоды? А наше развитие?
Вопросы посыпались, как из рога изобилия.
Изольда Абрамовна подняла руку, призывая восстановить тишину в кабинете.
- Отвечаю на ваши вопросы. Помогать надо. Но, только если мужчина попросит Вас об этом лично. В кисейных барышень превращаться я вас не призываю. Решайте проблемы. Только, ваши - личные. Поверьте не очень молодой женщине, - она кокетливо улыбнулась, - жизнь вам даст их сполна. Отсидеться на берегу моря не удастся.
Её слова подтверждались ещё одним моментом, который сейчас особо бросался в глаза. Все присутствующие парни – молчали. Пара из них даже что-то зарисовала у себя в альбомах, потупив глаза. Они, молча, подтверждали её правоту.
Изольда Абрамовна! Где Вы были раньше?!
- Поэтому, довести ситуацию до предела, - обратилась она ко мне, - это лучшее, что могла сделать Ваша знакомая. Так, она позволила вскрыться и вылезти наружу всему тому, что так упорно она не хотела замечать.
Сказать мне было нечего.
- А если бы, Ваша знакомая не наваливала на себя все проблемы, которые должен был решать её муж, то всё это она увидела бы раньше. Или, - она выдержала паузу, - он стал бы другим человеком. Но вряд ли… пароду трудно изменить, - и пристально взглянув на меня, добавила, - муж Вашей подруги был самым обычным потребителем. Он оставался с женой ровно до того момента, пока не нашёл более ресурсную пассию.
Вот так, за пару часов, Изольда Абрамовна, перевернула наше мировоззрение на некоторые стороны жизни. По крайне мере, у женской части группы.
По дороге домой, уткнувшись носом в шарф, который закрывал мне половину лица, я размышляла, почему я никогда не смотрела на Олега с такой стороны, с которой мне показала его Изольда Абрамовна. Никогда бы мне не пришло в голову думать о моём бывшем муже, как о потребителе.
Да и про решение проблем, я так тоже никогда не думала…
- Иринка?! – окликнули меня, когда я уже была около дома.
Я подняла глаза. Ко мне спешил Башмаков.
- Тебя и не узнать, одни глазёнки торчат, - широко улыбнулся Сашка. – Ты откуда так поздно?
- Привет, - улыбнулась я в ответ, - с курсов.
- Как ты? Мы с тобой после не виделись… Я у Руслана интересовался, он сказал, что всё нормально.
- Да, хорошо.
- А что одна в потёмках ходишь? Где твой защитник?
- Занят, - соврала я. Откуда мне знать, где там Чарковский шляется… мастерство, наверное, своё оттачивает… на девицах…
- Он конечно, да… Произвёл впечатление… Даже на меня, - хохотнул Сашка. – Хотя, знаешь, я на его месте тоже озверел, если бы моей девушке подсыпали… У Руслика изначально не было никаких шансов против Чары…
- Чары? – переспросила я.
- Димона, - уточнил Сашка.
У него оказывается и прозвище есть! Чарковский, я тебя вообще знаю?!
- Давай провожу, нечего по ночам одной шарахаться, - предложил свои услуги парень.
- Я уже дома, - улыбнулась я и указала на свой дом.
- Ну, тогда ладно, - кивнул Сашка, - рад, что с тобой всё хорошо. Димону привет передавай, и скажи, что я ему подбитый глаз ещё припомню, - по-доброму усмехнулся он.
- Чей глаз?
- Мой! – уже в голос засмеялся этот богатырь.
Ого, Димка Сашке навалял?
Я ещё раз окинула парня взглядом, оценила комплекцию. Ну и конь он здоровенный! Даже гордость мелькнула за Димку. Чарковский конечно тоже не мелкий, но на фоне Башмакова… На его фоне, наверное, все гномами будут казаться…
- И когда он успел? – поинтересовалась.
- Так тогда и успел, - заржал этот конь. – Когда я его от Синаева оттаскивал.
- Понятно, - не зная, что ещё ответить сказала я. Похоже, эта была действительно драка года, раз её все так вспоминают…
- Ну, пока.
- Пока. Рада была тебя увидеть.
Упоминание о драке заставило меня всю сжаться.
Я не то, чтобы не любила драки. Я их боялась.
Уличные. Неконтролируемые.
Когда мне было лет тринадцать, я стала случайной свидетельницей драки. Одного из участников этой потасовки в конечном итоге увезла «скорая». Никогда больше я не видела столько крови.
И ещё я очень хорошо запомнила этот звук… звук, когда человек падает на асфальт и у него что-то ломается… Никогда не забуду…
Поэтому, даже профессиональной спорт, где здоровенные, натренированные, мужики мутузят друг друга за деньги, я не особо жаловала…
Постоянно в ушах стоял этот треск.
И от мысли, что Димка стал ходить на кикбоксинг, меня слегка передёрнуло. Лучше бы на шахматы ходил…
Не успела я дойти до своей квартиры, как мне позвонила Женька.
- Ты дома? – без приветствий, спросила она.
- Почти, - ответила я, доставая ключи из кармана.
- Я сейчас к тебе забегу. Дело есть, - и сбросила вызов.
- Здравствуй Женя, до свидания Женя, - пробубнила я, и открыла дверь.
Соловьёва появилась на моём пороге через минуту.
- Шустро ты, - похвалила я её. – Видимо действительно что-то надо.
- Ага, - кивнула Женька и вместе со мной пошла на кухню.
- Есть будешь? – глупый вопрос конечно…
- Обижаешь… - надув губы ответила она. – Конечно, буду.
- Так, что за срочность? – спросила я, и заглянула в холодильник.
- Тут такое дело… - замялась подруга, и даже встала из-за стола. – Понимаешь… ты только не смейся… - и вдруг, она заплясала около меня на цыпочках и затараторила. – Ириш, ну Ириш, мне одной неудобно как-то. Давай вместе сходим! Говорят, она крута до безобразия…
- Куда сходим? И кто она?
Женька на мгновение замерла, мне даже показалось, что она набрала побольше воздуха в лёгкие, а затем выпалила:
- К гадалке!
13.
- Куда? – не сдержав смешка, переспросила я.
- К гадалке, - уверенно ответила она.
Женька смотрела на меня не мигая.
Глаза распахнуты, блестят, волосы растрёпаны. Сейчас она сама мне ведьму слегка напоминала…
- Соловьёва, это, шутка? – усмехнулась я, и достала из холодильника сыр.
- Знаю, знаю, ты не веришь, - закивала головой Женька, - да я и сама не верю! Но уж больно узнать хочется…
- Чего тебе хочется узнать?- хмыкнула я, может, подскажу.
- Ирин, я тут подумала… а вдруг Руслан, тот самый…
Оо! Началось!
У Соловьёвой была идея-фикс, она искренне верила, что у каждого человека есть его пара, которая идеально ему подходит.
Нет, она допускала варианты, что можно влюбиться в какого-нибудь парня – расстаться, снова влюбиться, уже в другого, опять расстаться и так далее.
Но существует на этой планете ТОТ САМЫЙ!
Эту мысль она холила и лелеяла даже не помню, с какого класса… Наверное, как мальчиками заинтересовалась…
- Соловьёва, - простонала я. – Серьёзно?! Руслан? Гадалка?!
- Ирка-а-а, - заканючила она. – Ну, что я там одна, как дура буду…
- А-а, то есть, вдвоём дурами - вроде нормально, - засмеялась я.
В гадалок я не верила. Впрочем, как и в ясновидящих, экстрасенсов и прочих дурителей народа.
Даже после того, что со мной случилось.
Нет, теперь я допускала, что может штучно они на планете есть. Но не в массовом порядке.
- И что ты хочешь узнать у неё? – весело поинтересовалась я. Тема, меня, стала забавлять.
- Ирка, можешь мне не верить, но я чувствую… вот чувствую, что Синаев этот тот самый…
- Раз чувствуешь, зачем гадать?
- Уточнить хочу, - на полном серьёзе ответила она.
Я не выдержала. Засмеялась.
- Зря смеёшься, - обиженно заявила подруга, - говорят, она будущее видит на раз – два, и людей… может, что и про твоего скажет…
«Ой, Женька,- усмехнулась я про себя, - пусть она мне про моё настоящее что-нибудь скажет…»
- Что стОит? – поинтересовалась я. Идея меня веселила, и мне показалось забавным, сходить, послушать, что мне нагадают.
Соловьёва назвала цену.
- Нормально так, - удивлённо протянула я. – Прибыльный бизнес, однако…
- А что ты хотела? – возмутилась Женька, - Это же будущее! Можно сказать, вкладываешься в долгосрочную перспективу!
Я грустно посмотрела на подругу. Не у всех это будущее продолжительное, Жень. И я точно могу тебе сказать, что Руслана в твоём будущем не было…
- Хорошо, - согласилась я, раз ей так приспичило, – Когда пойдём?
- У неё такая очередь! Я с трудом записала нас на третье ноября! – поделилась подруга своим возмущением.
Записала, значит уже. Я покачала головой. Она неисправима.
Ладно, третье ноября, так третье ноября.
***
Наступил День Икс.
Мы с Соловьёвой поехали к гадалке, которая, надо заметить, жила на другом конце города. И добираться до неё нам пришлось с пересадками. А в такую мерзкую погоду, это было то ещё удовольствие.
И вот мы стоим перед заветной дверью, с почти символичным номером «66».
- Женьк, давай ей шестёрку дорисуем, - шепотом хохотнула я.
Соловьёва метнула на меня испепеляющий взгляд. Она моего настроя явно не разделяла.
Открыли нам не сразу, у меня даже закралось подозрение, что мы зря приехали. И я уже точно знала, что второй раз на эту вылазку, Соловьёва меня уговорить не сможет.
Но только мы собрались уходить, послышался звук открывающегося замка.
Нам открыла женщина, хорошо за пятьдесят, с ярко подведёнными глазами и окольцованными пальцами. Вау! Она даже Изольду Абрамовну переплюнула…
- Мы к Вам, - как школьница замялась Женька.
- Записаны? – грудным голосом спросила нас женщина.
- Ага, - поспешно ответила Соловьёва и закивала головой.
- Евгения и… - моё имя она запамятовала.
- Ирина, - быстро подтвердила подруга.
Нас окинули рентгеновским взглядом и пригласили войти.
Ну, что я могу сказать. У гадалки оказался очень колоритный дизайн квартиры.
Такой знаете… любовь хозяйки к стилю «Барокко» бросался в глаза. Я даже не знала, что в наших типовых «хоромах» можно так развернуться… этакий дворец в шкатулке…
- Проходите сюда, - она пригласила нас в зал. – В этой комнате особая энергия. Чувствуете?
Женька восторженно кивнула.
Я ничего не чувствовала, кроме нарастающего раздражения от давящей пестроты.
В центре комнаты стоял массивный стол.
- Садитесь, - и она указала нам на два стула, которые стояли напротив стола.
Я присела на краешек стула. Было такое ощущение, что мне в музее посидеть разрешили. Покосилась на Женьку, та села точно так же.
- Итак, как вам, наверное, известно, я таролог, родолог, потомственная ведьма и экстрасенс в пятом поколении, - перечислила нам все свои регалии потомственная ведьма и царственно откинулась на спинку своего кресла.
Охтыж… может ей надо поклониться?...
- Что вы хотите узнать? – покровительственно спросила нас.
С Вашими чинами, заранее должны знать…
- Я начала встречаться с одним молодым человеком, - с трепетом начала Женька.
- Понимаю, - перебила её гадалка. – Хотите узнать Вашу с ним дальнейшую судьбу?
Женька кивнула.
- Сейчас, я настроюсь на поток энергии, - сообщила нам ведьма и прикрыла глаза. – Колода должна сама откликнуться, - всё также с закрытыми глазами, продолжила она.
Только сейчас я заметила, что на столе было огромное количество колод .Неожиданно… Признаюсь, я предполагала, что гадать нам будут на обычных игральных картах. А здесь такой выбор… Впечатляло конечно. И карты таки разные, узкие и широкие, были и просто огромные. Надо же…
Женщина глубоко вздохнула и, не открывая глаза, стала водить руками над колодами.
Я закусила щёку.
Мне показалось, что она перебарщивала с театральной постановкой.
Взглянула на Женьку, та, затаив дыхание, наблюдала за «волшебством». А может и не перебарщивала…
Наконец, гадалка открыла глаза.
- Вот эти карты откликнулись, - сообщила она нам, и взяла одну из колод.
Профессионально перемешав все карты, она сделала замысловатый расклад.
Ого! Какие красивые карты! Это вам не трефы, пики и прочие…
На каждой карте были изображены люди. Даже не так, это были мини картинки. Кто-то ехал на коне, кто-то держал посохи, кто-то танцевал.
Сюжетов было очень много. Я даже забыла, зачем мы сюда пришли, так меня захватило изучение карт.
- Твой избранник, молод. Это не мужчина в возрасте…
Конечно, молод! Соловьёва сама об этом сказала!
- И встречаетесь вы с ним недавно…
И это Женька подтвердила!
- Ты очень в нём заинтересована…
Иначе, зачем она сюда пришла бы?
- Вижу, что возле него много людей, - и она указала рукой на карты.
Серьёзно?! Там на каждой карте человек изображён!
- Девушек…
И за это она берёт деньги?
- Некоторые из них, хотят заполучить его себе. Завидуют тебе…
Может тоже практиковать начать?
- Он из семьи хорошего достатка…
Вау, какая «точная» формулировка! Надо запомнить…
Я взглянула на Женьку, та сидела, вытянувшись в струну и с трепетом наблюдала, на какие карты указывала женщина. Сама того не замечая, подруга постоянно кивала, подтверждая правильность направления рассказа.
- Вижу, что в прошлом, у тебя не складывались отношения…
Всё! Кончился мой сарказм!
- Но этот парень изменит всё…
- Правда? – шёпотом спросила подруга.
- Да, высока вероятность, что вы проживёте с ним до глубокой старости, у вас будут дети, если… - она театрально выдержала паузу.
- Что? – с волнением спросила Женька.
- Если вам не помешает некая дама…
На меня накатила злость. До старости?! Дети?! Руслан?! А вот в моей реальности было нечто другое!
После этого заявления, тётку я уже слушала вполуха. Она что-то говорила, про даму-злодейку, которая может помешать Женькиному счастью. Где-то упомянула, что она может провести коррекцию судьбы, и ещё что-то про заговоры… достала другую колоду, для уточнения будущего…
А потом она взяла ещё одну колоду… и я просто офигела…
С этой «колодой» я была знакома очень хорошо, и знала, что она из себя представляет.
Эти карты не имели никого отношения ни к гадальным, ни к игральным колодам.
Мне стало интересно, что она с ними сделает.
- А теперь, посмотрим на оракуле цвета, какая дорога будет у тебя к счастью.
И она, перетасовав карты, вытащила одну.
Карта была розово-красных тонов, с небольшими темными затемнениями.
- Вот видишь, путь для тебя открыт, яркая карта, хорошая, только вот несколько тёмных пятен, это как раз твои соперницы, - она бросила взгляд на Женьку. Та была, как загипнотизированная. – А вот это крупное пятно, та самая дама…
Женька не дышала…
А я уже с трудом контролировала злость.
Теперь я уже точно знала, перед нами сидела шарлатанка.
То, на чём она сейчас гадала, и называла оракулом, на самом деле были МАКи. Метафорические ассоциативные карты. И использовались они психологами, в качестве своего рабочего инструмента.
Моя подруга, в той, другой жизни практикующий психолог. Долгое время работала с трудными подростками. Эту колоду она использовала постоянно, и очень хвалила её. Привезла её из Германии, лет десять назад.
И вот теперь, я стояла перед выбором: промолчать или закатить скандал. Себе я уже точно не собиралась гадать, и уж тем более отдавать за это деньги.
Признаться, меня очень сдерживала Женька. Глаза подруги светились от счастья.
В её фантазиях она, наверное, была уже замужем, носила фамилию Синаева и нянчила внуков.
Тяжёлый выбор…
Но, судьба сама сделала его за меня. У Соловьёвой зазвонил телефон.
- Извините, - прошептала она, - мама… я выйду?
Хозяйка квартиры благосклонно кивнула.
- Конечно, а я пока настроюсь на другой поток… - и она прикрыла глаза. Опять.
Как только Женька вышла из комнаты, я выложила, всё, что о ней думаю.
- Не стоит.
Шарлатанка уставилась на меня в недоумении.
- Передумали?
- Я знаю, что это за карты, - и я кивнула на колоду, - они предназначены для психологических тестов.
Женщина напряглась. Если до этого момента у меня и была надежда на то, что она и сама заблуждалась, с чем работает, то теперь всё стало предельно ясно. Она прекрасно знала, что это за карты.
И я решила её дожать.
- Вы не возьмёте с нас денег. Мне можете пошаманить… так, скажите что-нибудь для вида… любовь… там всё такое… И ещё, выберите для меня саму красивую колоду…
Самой красивой колодой казалась… золотая. Нет, серьёзно. Она вся была в позолоте. Эти карты можно было на ёлку новогоднюю развешивать.
К этому времени Соловьёва уже закончила разговор и вернулась к нам. «Шаманка» стала делать расклад. После того, как она закончила раскладывать карты, воцарилась тишина.
Женщина, молча, уставилась на карты, словно видела их впервые.
- Чушь какая-то… - пробубнила она и собрала все карты обратно в колоду.
Я вопросительно уставилась на неё. Пусть только попробует сейчас какой-нибудь фокус выкинуть!
Она опять перетасовала колоду и разложила карты.
- Не может этого быть…
Теперь и я уже обратила внимание на расклад.
Если честно, я абсолютно ничего в нём не понимала. Единственно, что мне показалось, так это то, что некоторые карты выпали повторно.
В этот раз она не стала собирать карты, а только слегка сдвинула их в сторону. Затем, взяла другую колоду и повторила свои действия.
Теперь я увидела, что её так напрягло.
Карты были разного дизайна, но как я поняла, суть имели одну. Так вот, расклад одной колоды в точности повторял расклад другой.
- Они что одинаковые? – удивлённо спросила Женька.
Женщина молчала.
- Они не просто одинаковые, - через некоторое время ответила она. – Карты легли точно по изначальной нумерации. Начиная с нуля…
Мы все трое удивлённо уставились на стол. По лицу гадалки, было видно, что ситуация не типичная.
- И как часто такое бывает? – спросила я.
- Никогда, - отбросив весь пафос и прочую клоунаду, растерянно произнесла женщина. – Я даже никогда о таком не слышала…
И хотя меня трудно было уже, чем-либо удивить, после всего случившегося со мной, но признаться… холодок по спине пробежал.
Женька недоуменно переводила взгляд то на расклады, то на меня.
А я попросила сделать то, чего сама не ожидала.
- Сделайте расклады на всех колодах, - и на всякий случай уточнила, - вот на таких, нормальных… как там их…
- Таро, - на автомате ответила гадалка, и взяла следующую колоду.
Она сделала ещё три расклада. Все они, как под копирку, повторяли друг друга. Как бы она их не смешивала, результат был всегда один. На последнем раскладе я заметила, что у неё стали дрожать руки.
- Как Вы думаете, что это может быть? – спросила я. Какой бы лгуньей она не была, но специфику работы она должна же знать.
- Не знаю… - устало ответила она, - тебя как будто невозможно прочитать… - она прикрыла глаза и помассировала переносицу. – Считается, что карты показывают путь человека. Будущее, настоящее, прошлое… а ты… тебя словно нет…
14.
Домой мы возвращались в удручённом состоянии.
Я от того, что запуталась ещё сильнее. А Женька, как мне показалось, испугалась.
И без того мерзкая погода стала ещё мерзопакостнее, что тоже не способствовало поднятию настроения.
Не спасало даже то, что Соловьёва вроде, как нашла «того самого»…
Ехали молча. Каждая была погружена в свои размышления.
- Ирин, - уже перед самым домом начала не очень уверенно Женя. – Я тут что подумала, а может это был вовсе и не плохой знак? Может, это к чему-то хорошему? Просто это хорошее будет настолько крутое, что даже карты зависли?
Невесёлая улыбка скользнула по моему лицу. Женька, Женька… она ещё за меня и переживает…
Я обняла подругу за плечи и сказала максимально бодро, насколько только могла, эту самую бодрость из себя сейчас выдавить:
- Соловьёва, меня эта мысль всю дорогу терзала.
Женька кинула на меня удивлённый взгляд.
- Просто не хотела перебивать твой триумф с Синаевым, - улыбнулась я ей и подмигнула. – А то получается, что у меня-то прогноз круче твоего.
Я почувствовала, как расслабились её плечи. Женьку стало отпускать.
- Ты знаешь, а ведь если бы не твои расклады, я бы засомневалась в её прогнозе, - призналась подруга.
- Почему? – удивилась я. На сеансе подруга выглядела очень сосредоточенной и заинтересованной, без тени сомнений.
- Ты видела, какую она мне карточку с детскими каляками-маляками показала?! – широк
Глава 1
ДЕМЬЯН
Пальцы одной из рук, нервно отбивают дробь по поверхности стола, сделанного из – чёрного дуба, вторая сжимает стакан с янтарной жидкостью. Время от времени поглядываю на мобильный телефон, лежащий на столе – в ожидании звонка. Допиваю остатки спиртного одним глотком, кривлю губы в усмешки – сам над собой. Откидываюсь на спинку кожаного кресла, прикрываю покрасневшие глаза от трехдневного недосыпа. Днём ещё могу немного отдохнуть, и подремать часик, а ночью, как долбаный зомби, изучаю каждый угол в доме в тысячный раз.
Стараясь укачать или хотя бы успокоить плачущего – пятимесячного сына, на которого мать забила большой и толстый. Вся моя дружная и любящая семья, находится в глубоком шоке, никто не ожидал, что Ника моя жена станет такой матерью! С того дня, когда узнали, что станем родителями, она словно помешалась, боясь потерять малыша, всю беременность провела в частной клинике. Не считая тех двух недель – на раннем сроке беременности, в которые состоялась наша свадьба и медовый месяц. Замешательство длилось ровно до того момента, как мы оказалась дома – после выписки из родильного отделения.
Правда заметил я это только ближе к вечеру, стоило проводить последних гостей, и зайти в детскую, как меня пробило мелкой дрожью от испуга. Наш маленький сын, кряхтел – на пеленальном столики, совершено один, вокруг были раскиданы памперсы и какие-то детские вещи. В два шага оказался около сына, аккуратно взял на руки и отправился искать Нику. Жена нашлась в джакузи с бокалом шампанского, и наушниках в ушах ритмично качая головой, и выписывая плавные движения свободной рукой в воздухе. Я стоял, не верил своим глазам, не понимал, как Ника могла так поступить в отношении своего ребёнка.
В тот вечер мы поругались, она отказалась кормить Кирилла, так мы назвали сына. Поставила передо мной пачку с детской смесью, заявила, что портить свою грудь она не намерена. Все обязанности по уходу за ребёнком взял на себя: накормил, искупал, переодел, уложил спать, ночью вставал раза четыре. Так продолжалась три дня. На работу не ходил, всеми делами – моего бизнеса занимались замы. Позвонил знакомому врачу, объяснил ситуацию, тот порекомендовал – психолога.
Вероника заперлась в нашей спальни, дверь не открывала, твердила, что ей необходимо побыть одной. Нашёл лучшего психолога в Москве, договорились о его приезде к нам домой. На беседу с Вероникой специалист меня не пустил, общались они одни за закрытой дверью. Диагноз был поставлен через час общения, помню, как этот психолог снял очки и устало потёр глаза, сообщил неприятную новость.
«– У вашей жены послеродовая депрессия, такое бывает, не хочу вас сильно пугать, но на данный момент лучше оградить общение матери и ребёнка. Я провёл несколько тестов, её поведение относится именно к вашему сыну, возможно – это сыграло долгое нахождение в больнице, во время беременности».
На мой вопрос « – Как долго, она будет в таком состоянии?» ясного ответа я не получил.
« – Я не могу вам дать точную дату, такое может продлеваться до семи месяцев, но общение со специалистом ей очень помогут».
После ухода врача, позвонил дорогому мне человеку, подарившая жизнь мне и моим двоим братьям – своей маме, объяснил сложившуюся ситуацию, попросил о помощи. Одному мне с ребёнком не справится, это я понял на третью ночь, когда Кирюша устроил мне концерт – проплакав до утра. Мама прожила у нас две недели, дав возможность нормально выспаться, посещать свою строительную компанию. Она бы прожила у нас намного больше, если бы Ника не закатила скандал.
В тот день я вернулся с работы раньше обычного, зашёл в дом и услышал, как Вероника визжит на мою маму.
« – Убирайтесь вон отсюда, сидите в комнате и не выходите, что не понятного вам в моих словах, не подходить ко мне с этим спящим ребёнком»
Здесь я слегка слетел с катушек, никому не позволю, так обращаться с моей мамой. Залетел на кухню, именно там находились женщины и ребёнок, спокойно вывел маму с Кириллом, отправил их в комнату. Зашёл обратно, прижал Нику к стене, и в грубой форме объяснил, что она не имеет право повышать голос на моих родных, кто бы это ни был: братья, мама или отец. Тогда она сильно испугалась, ей ещё не приходилась, встречается с моим зверем, живущим внутри меня.
Дорогие читатели, рада приветствовать вас в новой истории. Она очень нуждается в вашей поддержки и внимании.
Утром отправил маму домой, а сам начал поиски няни. Думал, что всё обойдётся, всё наладится. Но и няни не выдерживали и недели в нашем доме, после четвёртой уволившийся специалистки, я позвонил родителям Вероники. Приехали они сразу, как только узнали о сути звонка, только и они особо не помогли. Конечно, Михаил Петрович – отец Ники провёл с ней воспитательную беседу, просил у меня прощение за поведение дочери, посидел с внуком, пока я разобрал документы по работе. А вот Ангелина Витальевна – мать Ники даже не поднялась к дочери в комнату, сидела на кухне, пила чай, дожидалась мужа. После приезда отца, Вероника сидела в комнате, как мышка, я нанял очередную няню – женщину средних лет с непробиваемым характером. И вот здесь мне повезло, Екатерина Львовна и по сей день работает на меня, не обращает большого внимание на выпады Вероники, а иногда даже ставит её на место.
Депрессия у жены не проходила, посещение специалистов не помогали. Две недели назад к нам в гости приехала моя мама, добрая душа, она простила Ники её выходку. Вечером: я, мама и Екатерина Львовна пили чай на кухни. Разговаривали о всякой ерунде, и тут мама ни с того, ни с чего, предложила мне с Никой и Кириллом съездить отдохнуть в наш курортный особняк на побережье чёрного моря в Крыму. Мама посчитала, что это может нам помочь наладить отношения с Никой. Решил попробовать, дал двухнедельный отпуск Екатерине Львовне, всю работу сбросил на своих замов, приказал не беспокоить меня. Моя семья достаточно обеспечена, отец в своё время сколотил ни хилый бизнес. Сейчас он разделён между трёх сыновей, и каждый из нас приумножил капитал. И всё это заслуги отца, так как по достижению каждого из нас шестнадцатилетия, в свободное от учёбы время мы пахали на фирме наравне со всеми. Взял жену и сына, пятерых охранников во главе с начальником службы безопасности и другом в одном лице, и на частном самолёте отправился за мечтой – на счастливую семейную жизнь.
И вот мы здесь, три дня всё было хорошо, я даже обрадовался. Ника начала брать Кирилла на руки, правда это происходило на прогулки по пляжу, где так же гуляли семейные парочки с детьми. Остальное время сын был на мне. Но, как говорится в пословице « Всё хорошее когда-нибудь кончается». Вот и у меня видимо закончилось, четыре часа назад Вероника сбежала из особняка. Охрана пропустила её легко, потому, как распоряжения не выпускать её за территорию не поступала. А вот за то, что отпустила одну, без присмотра, премии им не видать. Через час после того, как я обнаружил её отсутствие, на её поиски отправил своего друга Макса и двоих его ребят. Вибрация телефона вырывает меня из мыслей, происходящих на протяжении пяти месяцев.
– Да,– отвечаю довольно грубо.
– Мы нашли её, – говорит друг.
– Где она? – беру полупустую бутылку виски и наполняю стакан.
– В ночном клубе, – глухо отвечает Макс.
Не нравится мне голос друга, что – то здесь не так.
– Что она делает на данный момент? – делаю большой глоток, опустошая стакан наполовину.
– Демьян, ты только…, – начинает Макс, но тут же затыкается, услышав мой яростный голос.
– Я задал вопрос! – рычу в трубку.
– Танцует, – чувствую, что это ещё не вся информация.
– Макс! Я не догоняю! Мне из тебя клещами всё вытягивать надо? – ещё глоток и стакан пуст.
Надо прекращать пить, Кирилл не должен дышать этой гадостью.
– В общем, она тут увлечена в зажигательном танце с каким-то типом, – нехотя произносит друг, знает, что это может сорвать мне крышу.
Ярость вырывается наружу в считанные секунды, стакан летит в стену, со звоном осыпается на паркет.
– У тебя двадцать минут, я жажду посмотреть в её глаза, – сбрасываю вызов, выхожу из кабинета.
Нужно остыть, иначе стану вдовцом. Наверное, Артём мой старший брат, был прав, когда говорил, что здесь нужен не специалист, здесь нужна хорошая порка. Ну, что же дорогая жена, ты не оставляешь мне выбора, видит бог я этого не хотел.
Поднялся в комнату к сыну, проверить всё ли хорошо. Стою рядом с кроваткой, смотрю, как он улыбается во сне, причмокивает пухлыми губками.
– Сынок, всё будет хорошо, обещаю, – шепчу, наклонившись над кроваткой.
Вышел из комнаты, бесшумно закрыл дверь, уже спускался по лестнице на первый этаж, когда послышался крик Вероники и отборный мат Макса.
– Отпустите меня, пожалуйста отпустите, – умоляющим голосом кричала, блудная жена.
– Сейчас отпущу, мужу в руки передам и отпущу, – зло говорил друг.
Я стою на последней ступени лестнице, с открытым ртом наблюдаю, как Вероника извивается ужом в кольце рук Макса, то и дело старается ударить его своей головой. Если честно первый раз вижу её в таком виде: чёрные круги под глазами от туши, затравленный взгляд, просит её отпустить, да вдобавок употребляет слово «пожалуйста». Сейчас от высокомерной стервы, не осталось и следа.
– Пожалуйста, я никому и слова не скажу, обещаю, только выпустите меня отсюда, – просит жена, рыдая в крепком захвате.
– Макс! Что за спектакль вы здесь устроили? – перекрикиваю крик жены.
Двое замирают, Вероника смотрит на меня глазами полными страха, но хоть кричать перестала.
– Демьян, знаешь, хоть ты и друг мне, но ни я, ни мои парни больше и близко, к ней не подойдем. Твоя жёнушка разодрала не только моё лицо, но и парни пострадали, Серёгу покусала, Коляну она вообще нос сломала, так, что забирай свою бабу и разбирайся с ней сам. Она у тебя не адекватная, всю дорогу орала, что не знает нас, якобы впервые видит, – гневно выпаливает друг.
Вот этого я точно не ожидал услышать, ладно поступим по-другому.
– Макс! Палку не перегибай, ты начальник службы безопасности моей семьи, и твоя прямая задача обеспечивать её. А если твои парни не могут справиться, как ты говоришь с «бабой» то грош цена, таким специалистам, – цежу сквозь зубы.
Перевожу взгляд на жену, от чего она сжимается в Макса, правильно на данный момент тебе с ним безопасней.
– А теперь ты, – смотрю пристально, – живо в кабинет, – указываю направление рукой.
– Н-не надо, п-прошу, – новый поток слёз.
Что за хрень с ней происходит?
– Ника! – девушка вздрагивает, – моё терпение на пределе, – говорю и делаю шаг в её сторону.
Вот чего-чего, а такой реакции я не ожидал. Вероника взвывает, бормочет не понятные из-за рыдания слова. Надоел этот цирк, беру за локоть и тащу в кабинет.
– Макс! Поднимись к Кириллу, и побудь с ним, – кидаю через плечо другу.
Глава 2
АНИКА
– Ай-ай-ай, зараза-а-а! – слышу сквозь сон, завывание подруги.
– Ка-ать, что случилось? – спрашиваю закрытыми глазами.
– У-ух, как бо-ольно, – продолжает завывать Катюха.
Откидываю одеяло, принимаю сидячее положение, открываю глаза. Подруга сидит на полу в моей комнате, держится за пальцы на ноге.
– Катюш, ты чего, упала? – спускаюсь с постели, сажусь рядом на пол.
– Не-ет, я мизинчиком об твой чемодан ударилась, – косится на мой багаж.
– Как тебя угораздило? Ты, что не видела куда шла? – заглядываю в обиженную моську подруги.
– Я к тебе спешила, между прочим, – бубнит пострадавшая.
– И зачем ты ко мне спешила? – смотрю, как подруга потирает ушибленный палец.
– Так проспали мы, вот и бежала тебя будить, – говорит спокойным голосом.
Дотягиваюсь рукой до прикроватной тумбы, беру телефон, смотрю на время и вскрикиваю.
– Чего уселась? Вставай, давай, через час Захар приедет, – вскакиваю на ноги и быстро беру в душ.
– Ника так не честно! Я первая проснулась, значит, душ мой, – кричала мне в спину подруга.
– Я быстро, – кидаю в ответ, и закрываю дверь.
Как и обещала, в короткие сроки принимаю водные процедуры, делаю макияж, одеваюсь. Через пятнадцать минут приедет Захар – наш с Катей друг.
Мы трое учились в одном институте, я и Катька одногруппницы, а Захар на курс старше. Познакомились мы на студенческой вечеринке и дружим больше шести лет. Семьями никто из нас ещё не обзавёлся, так, что мы свободны, как ветер в поле. Вот мы и решили взять отпуска на работе за свой счет, и рвануть на машине в Крым на чёрное море.
– Я готова, Зар не звонил? – Катя зашла на кухню, где я пила чай.
– Нет ещё, но думаю, он поднимется, чтобы помочь нам с вещами, – допиваю содержимое кружки.
В кармане шорт звонит телефон, достаю его, и на лице появляется улыбка.
– Алло, – отвечаю на звонок.
– Аника здравствуй, вы ещё не уехали? – слышу хрипловатый голос.
– Нет, Сан Саныч ещё не уехали, Зара ждём, – отвечаю своему шефу.
– Аника, деточка, а ты не знаешь, почему наша уважаемая Лидия Ивановна не отвечает на мои звонки, – обеспокоено спрашивает мужчина.
– Сан Саныч, а скажите, вы часом не ругались с ней? – хихикаю, в трубку.
– Ну, ни то, что бы ругались, – слышу глубокий вздох, – она опять мне отказала, – жалуется мужчина.
Сан Саныч мировой мужик, я знаю его столько, сколько помню себя. Они с папой были лучшими друзьями, моего папы не стало десять лет назад, мама умерла, подарив мне жизнь. Мамой для меня стала единственная родственница, папина сестра. У тёти Лиды своих детей нет, так же, как и у Сан Саныча. И вот вроде взрослые люди, а ведут себя, как дети. Я же знаю, что они любят друг друга, живут вместе, но тётя боится, что после свадьбы их отношения испортятся. Разговоры бесполезны, она у нас упрямая, а шеф мой бедный страдает, после каждого отказа.
– Шеф, не волнуйся, она на дачу должна была уехать, сам знаешь, что телефон на свои грядки она не берёт, – успокаиваю мужчину.
– Аника, вот, что бы я без тебя делал? Спасибо золотце, поехал и я на дачу, а вы там хорошенько отдохните, – говорит Саныч.
– Обязательно отдохнём, – слышу звонок в дверь, – всё я побежала, Зар приехал, – говорю и отключаюсь.
Катька ужу успела открыть дверь и встретить друга, застала я их обнимающих.
– Фу-фу-фу, прекращайте, – говорю друзьям.
– Малышка, подожди секунду, сейчас я и тебя потискаю, – улыбается Захар.
– Нет, не надо, я обойдусь, – пячусь в комнату.
– Ника, солнышко моё ясное, ну куда же ты без моих обнимашек? – надвигается на меня, прищурив глаза.
Катька – зараза, стоит, хихикает, на помощь мне не идёт, знает же, что сейчас меня будут безжалостно щекотать.
– Захарчик, мы уже готовы, можем ехать, – заговариваю парня, дабы быть спасённой.
По глазам вижу, парень не ведётся на мои слова, шаг и я схвачена в умелые руки.
– Ну, вот и всё заинька, ты попалась, – коварно улыбается друг.
Подхватывает меня на руки и несёт на диван в гостиную, знаю, что выбраться не получится, и поэтому начинаю щекотать его первой.
– Мелкая, – хохочет парень, – перестань, я тебя сейчас уроню, – закидывает меня на диван, садится сверху.
– За-ар! Не-е-ет, – смеюсь от его манипуляций.
– Да детка, да, тебе не спастись, – сверкает своими голубыми глазами.
Пальцы парня проходят по моим несчастным рёбрам, взрывая неудержимый смех. Сколько длилась моя пытка, я не знаю. Парень успокоился только после того, как у меня появилась икота.
Мы с подругой пробежались по квартире, проверили, всё ли мы отключили. Захар спустил наши чемоданы в машину, и остался там, дожидаться нас. Мы спустились минут через двадцать, уселись в комфортабельный автомобиль.
– Ну, что девчули, помчали? – приспускает солнечные очки на нос, спрашивает Зар.
– Помчали, – весело отвечает Катька.
– Чувствую, эта поездка будет незабываемой, – говорю я, и тяну руку к аудиосистеме, включаю музыку.
– Море, встречай нас! – перекрикивая музыку, кричит Катька.
До пункта назначения мы добирались больше суток. Я два раза сменяла Зара за рулём, давала ему отдохнуть. В гостиничный дом, мы приехали поздним вечером, было, решено поселиться по номерам, после сходить на ужин, и вернутся обратно, чтобы хорошо выспаться после дороги. Не смотря на мою особенность – мучается бессонницей на новом месте, заснула я довольно быстро.
Сквозь утреннюю, сладкую негу, ощутила лёгкое прикосновение морского ветерка, по непокрытому телу. Приоткрыла глаза, и следом зажмурилась, комнату наполнял горячий поток света, южного солнца. Улыбнулась, открыла глаза, и вскочила с постели. Подбежала к дверям балкона, распахнула их настежь, смотрела на морскую гладь и наслаждалась моментом, правда не долго. В дверь номера требовательно постучали, накинула шёлковый халат, пошла открывать. На пороге стояли, довольная жизнью, парочка моих друзей, отпихнули меня в сторону и прошли вглубь комнаты.
– Зар! Я же говорила! Посмотри на это чудо, она ещё не готова, – вещает подруга, парню.
– Да, Катенька, ты была права, – друг достаёт из кармана бумажник, – держи, ты снова выиграла, – протягивает ей, тысячную купюру.
С победной улыбкой на лице, эта зараза прячет деньги в пляжную сумку. Стою, смотрю на них с открытым ртом, это, что получается? Они на меня поспорили?
– Рот закрой, муха залетит, – говорит Катя.
– Вы спорили на меня? – делаю шаг в их сторону, – и, как я поняла не первый раз? – ещё один шаг.
Подруга быстро прячется за спину парня, выглядывает из-за его плеча.
– Заинька! Не кипятись, – выставляет руки вперёд, – это чисто спортивный интерес, и если тебя это успокоит, я часто проигрываю, а вы потом на эти денежки ходите по кафе, – тараторит друг.
– Я всегда плачу за себя сама! – возмущаюсь.
Осматриваюсь по сторонам в поиске предмета, которым можно отшлёпать этих спортсменов.
– Оу! Катюш, я не думал, что ты такая жадная, – смотрит на девушку через своё плечо.
– Я не жадная, я экономная, – без зазрения совести отвечает подруга.
Беру не большое полотенце, которое висело на спинки стула, скручиваю его, складываю вдвое. Захар напрягается, бегло осматривает пространство номера, ищет пути к отступлению. Ну, уж нет, так просто он от меня не уйдёт! Замахиваюсь на парня, выбрасываю руку вперёд, в последний момент замечаю, как он уворачивается, и я словно снайпер, попадаю прямо Катьке в глаз.
– У-у-у, – взвыла подруга, – изверги! Что плохого, вам сделал мой глазик? – прикрывает ладошкой глаз, возмущается девушка.
Смотрю растерянно на Катю, честно, её не хотела трогать. С боку от нас доносится: всхлипы и, что-то похожее на хрюканье. Перевожу взгляд на источник шума, Захар – лежит в позе эмбриона, на моей ещё не застеленной постели, держится руками за живот и закатывается от смеха.
– Катюш, я не хотела, это он виноват, – тычу пальцем в сторону друга, – я в него целилась, сейчас подожди, – быстро метнулась к маленькому холодильнику.
Достала мороженое, купленное вчера вечером, обернула его в то самое полотенце, отдала подруге.
– Если будет синяк, я вас ночью на лысо подстригу, – озвучивает план мести.
– Девочки-и, – всхлипывает друг, – простите меня, это был рефлекс, я не думал, что так получится, – смахивает слёзы от смеха, со своих: чёрных, густых ресниц.
Зар у нас красавчик: голубые глаза, чёрные, как смоль волосы, прямой нос, полные губы, рост сто девяносто, в меру накаченное тело. В общем, девчонки, готовы выпрыгнуть из своих трусиков, при виде Захара, но только не мы с Катькой, для нас он друг и не больше.
– Мир? – протягивает руку, четыре пальца сжаты в кулак, мизинец согнут для примирения.
Я и Катюшка, цепляемся своими маленькими мизинчиками за его палец.
– Мирись, мирись и больше не дерись, – трясет рукой, произносит «заклинание» из детства Зар.
Дружно смеёмся, заваливаемся на постель.
Всю неделю, мы получали море удовольствия и положительных эмоций. Ездили на всевозможные экскурсии, несколько раз отправлялись на яхте в открытое море на поиски дельфинов. Катались на банане, гидроциклах, летали на парашюте за катером, Зар показывал трюки на турбиновой доске, в этом он у нас мастер. Южное солнышко поджарило наши тела до «румяной корочки». Сегодня мы отправились в ночной клуб, Катя все уши нам прожужжала, как она хочет танцевать.
И вот мы здесь, забронировали столик ещё с утра, что бы ни быть в пролёте с местами. В клубе полно людей, всё весёлые, счастливые. Всё было хорошо: сидели, отдыхали, и тут диджей, громко вещает о танцевальном конкурсе. На танцпол выходят трое жарких парней, диджей приветствует танцоров, и следом обращается к посетителям.
– Дорогие гости! Нам требуется три девушки умеющие танцевать Бачату, желающие поучаствовать поднимаем руки, – задорно произносит парень
Я не успела и глазом моргнуть, как Катька схватила мою руку и подняла вверх. Знает поганка, что умею танцевать.
– И так, у нас есть первая участница, поаплодируем девушке за седьмым столиком, – кричит диджей, – подойдите к нам, и выберете себе напарника, – продолжает «ведущий».
– Я, тебе ещё отомщу, – улыбаюсь подруге.
Приподнимаюсь из-за столика, плавной походкой от бедра отправляюсь на «сцену» ловлю на себе взгляды мужской половины гостей. Останавливаюсь рядом с парнем, которым чуть выше меня ростом, с ним будет удобно танцевать, напарник подмигивает мне. Следом за мной выходят ещё две девушки, также становятся рядом с парнями.
– Приз сегодняшнего вечера, за победу, является полное, обслуживание, а также напитки и закуски за счёт клуба, – озвучивает приз, – вы готовы зажечь этот вечер, соблазнительным танцем? – смотрит на нас диджей.
– Да-а-а, – отвечаем хором.
– Тогда пое-е-ехали-и, – выкрикивает дидж.
Напарник берёт меня за руку, и отводит чуть в сторону, чтобы не мешать остальным. Становимся друг против друга, на расстоянии трёх шагов. Из динамиков начинает звучать музыка «Mj Marlyn – Yqung and Beautiful» . Начинаем двигаться, сокращая расстояния, проходим мимо друг друга на шаг, парень разворачивается, следует за мной, останавливаюсь, плавно покачивая бёдрами. Партнёр ведет своей ладонью по бедру к колену о обратно, следом берёт меня за плечи, помогает, закружиться, следом ловит в свои объятия. Своей левой он ловит мою правую руку, и сгибает их в локте на уровне наших голов, левой рукой за спину на уровни лопаток, крепко прижимает к себя. Моя левая лежит на его плече, плавно покачиваемся в круговых движениях, его правое колена находится между моих, прижимаюсь к парню сильнее, прогибаясь в спине, делаем совместную волну наших тел. Следом такая же волна только из стороны в сторону. Алкоголь в крови сделал свое дело, унес меня в сексуальный танец, плавные движение, крепкие руки партнёра, обожаю этот танец. Из жаркого танца нас выводит голос диджея.
– Ребята, вы круты, отдались танцу по полный, столько страсти я еще не видел, – восхищается диджей.
Мы с партнёром, стараемся отдышаться, смотрим на зрителей.
– К сожалению, это относится не ко всем, милые девушки не обижайтесь, этот вечер зажгла участница под номером один, сколько страсти в этой красотке, – озвучивает победительницу.
Смотрю на парня, не верю в услышанное, я победила! С визгом ко мне подлетела Катька, следом Зар. Поздравления были долгими, отправила друзей назад за столик, а сама направилась умываться в туалет. Громкая музыка возобновилась, басы били по ушам, заглушая крики толпы. Завернула за угол, и меня резко дёрнули за руку.
– Ника, у меня приказ, доставить вас домой…
Смотрю на незнакомого мужчину, который крепко держит меня за руку выше локтя. Несмотря на громкую музыку, его слова я услышала очень хорошо, и суть сказанного мне не понравилась.
– Какой ещё приказ? Вы вообще кто? И откуда знаете, как меня зовут? – смотрю в карие глаза.
Губы мужчины дергаются в ухмылке.
– Ника, у нас мало времени, и если мы опоздаем, меня за это по головке не погладят, – поворачивает голову в бок.
Слежу за его взглядом, и вижу дверь с табличкой «запасной выход», в голове проносится только одна мысль – надо бежать. И пока мужчина отвлекается на телефон, резко дёргаю свою руку из захвата. Видимо он не ожидал такого поворота событий, так, как стоит и смотрит на свою пустую руку. Недолго думая, сорвалась с места, и побежала обратно в зал, но здесь меня ждала не удача. Врезалась во, что-то твёрдое, подняла глаза, передо мной стояли два парня. Уже хотела попросить о помощи, как услышала грозный голос, позади себя
– Держите её, и быстро в машину, – не просьба, а приказ.
Для меня эти слова, прозвучали, как приговор на суде, и отключили мою бдительность. Пока я снова стала соображать, что происходит, меня вывели на улицу, подвели к большому внедорожнику. Один из парней открыл заднюю дверь машины, стоит, смотрит на меня, второй стоит сзади, держит меня за плечи. Сложилось такое впечатление, что он ждёт, что я сама сяду в салон, ну уж нет. Дёргаю плечами в надежде освободиться, пальцы сильнее впиваются в мою кожу.
– Чего застыли? – доносится из автомобиля.
– Нам, её насильно запихивать? – подаёт голос парень, что держит дверь.
Напрягаюсь всем телом, в ожидание ответа.
– Ника не дурите, давайте в машину, – говорит мужчина.
Ага, сейчас только шнурки поглажу, и обязательно приму приглашение.
– Я с вами никуда не поеду, – вздёргиваю подбородок.
И откуда только, во мне взялась такая храбрость? Их трое я одна, к тому же парни они не маленькие, видимо во мне заговорили горячительные напитки.
– Что за детский сад? Я всё конечно понимаю, депрессия и всё такое, но ни парни, ни я здесь не виноваты, – мужчина смотрит с презрением, – а если мы опоздаем, влетит именно нам, – повышает голос.
– Я не знаю вас, и никуда не поеду, – стою на своем.
Мужчина смотрит пристально, делает глубокий вдох.
– Грузите её, – снова приказ.
Чужие руки обвивают мое тело вокруг талии, рывок вверх, и я не чувствую опоры под ногами. Визг разносится по округе, мой рот закрываю огромной ладонью. Извиваюсь, хочу освободиться, своими руками цепляюсь за руку, которая мешает мне кричать. Силы не равны, разворачиваюсь и кусаю его за ребро ладони, сильно сжимаю зубы, парень рычит, выдерживает боль, запихивает меня в салон, придавливает сверху – выбивает воздух из моих легких. Открываю рот, чтобы сделать глубокий вдох, парень отдёргивает руку, и вылезает на улицу. Быстро переворачиваюсь на спину, нужно выбираться, принимаю сидячее положение, придвигаясь к открытой двери. В проёме появляется второй парень, преграждает мне путь к спасению, бью его ногой в тот момент, когда он наклоняется в салон, и попадаю ему в лицо, слышу хруст и стон. Сзади открывается дверь, мгновение и я прижата сильным телом к сидению. Вся наша борьба длилась какие-то считанные секунды, но для меня они превратились в часы.
– Ника, успокойтесь! – грозный рык над головой.
– Отпустите меня! – кричу в ответ.
– С радостью, но не могу, – в голосе сквозит ненавистью.
– Почему? Зачем вам я? – в голове миллион вопросов.
– А, что я по вашему должен ответить Демьяну на вопрос где его жена? Я уже доложил ему, что нашёл вас, – гневно говорит мужчина.
Что за ерунду он несет, какая нафиг жена? Какой Демьян?
– У меня нет мужа! Я не знаю ни вас, ни вашего Демьяна, – задыхаюсь от гнева.
– Слушай меня внимательно! Сейчас сидишь мышкой, и не рыпаешься, поняла меня? – цедит сквозь зубы.
Вот сейчас мне стало страшно, мужчина разозлился, и я не знаю, чего можно от него ожидать.
Два парня сели по обе стороны от меня, третий за руль. Слёзы катились по щекам, было страшно, у меня собой даже телефона нет, он остался у Зара. Я не знаю, куда меня везут, да я вообще ничего не знаю, кто эти люди? Что им от меня нужно? Остаётся, надеяться на друзей, они обязательно предпримут меры, и возможно найдут меня.
Машина остановилась у высоких, железных ворот. Внутри зарождалась паника, ворота разъехались в разные стороны. Автомобиль тронулся и медленно въехал на территорию огромного особняка. Остановился у подножья огромной лестницы, которая вела в дом. Парни вышли, я же осталась сидеть, не могу сдвинуться с места.
– Выходите, вас ждут, – слышу сбоку от себя.
Поворачиваю голову на говорящего, смотрю на мужчину пристально, снова заговорил на вы.
– Нет, – слова вырываются сами по себе.
– Достала, – рычит в ответ.
Рывок за руку, и я на улице, перехватывает меня за талию и тащит в дом.
– Не-ет! Отпустите, – умоляю
Паника накрывает с головой, брыкаюсь, кричу, бью руками не боюсь навредить. Наверное, сильно поцарапала его, потому, что мужчина матерится.
– Макс! Что за спектакль вы здесь устроили? – слышу незнакомый голос.
От него по всему телу пробегают мурашки, замираю, смотрю на мужчину, стоящего на лестнице.
– Демьян, – говорит мужчина сзади.
Снова эти слова, про жену, что здесь вообще происходит? Мужчины выговаривают претензии друг другу. Но теперь я хотя бы знаю, как их зовут. Демьян находится слишком близко к нам, это мне не нравится, он кидает на меня взгляд синих глаз, непроизвольно прижимаюсь к Максиму. Словно он моё спасение.
– А теперь ты, живо в кабинет, – произносит мужчина.
– Н-не надо, п-прошу, – говорю дрожащим голосом.
Слёзы новым потоком текут по лицу.
– Ника! – вздрагиваю от своего имени, – моё терпение на пределе, – рычит Демьян.
Истерика вырывается наружу, я не контролирую себя, умоляю отпустить меня, но он меня не слышит. Хватает и ведёт к открытой двери, заводит, и прижимает к стене. Впивается в мои губы, властным поцелуем, яростно врывается своим языком мне в рот. Кусает мои губы до боли, его руки блуждают по телу.
В какой-то момент, поцелуй стал более нежным, и трепетным, чем сбил меня с толку. От таких действий ощутила табун мурашек, следом обдало жаром, моё тело предало меня, и я стала отвечать, мозг постепенно отключался от реальности происходящего. Возможно, это послужило Демьяну сигналом, для дальнейших действий. С глухим рыком подхватил за бёдра, несколько шагов и я на кожаном диване под телом мужчины. Возбуждение возрастало с каждой секундой, желая большего. Подсознание кричало, это неправильно, так не должно быть, здравый смысл маленькими шажками, пробивался наружу, в надежде оттеснить возбуждение и включить мой мозг. Но слова сказанные Демьяном отправили его в нокаут.
– Хочу, до одури хочу тебя, – с жаром шептал в губы.
Резкий толчок, с губ слетает стон, мои ногти впиваются в кожу плеч, Демьяна, даже не заметила, когда осталась без одежды. Губы горят огнем, от не прекращающих поцелуев, быстрые, глубокие движения, уносят меня к высочайшему наслаждению. Я чувствую, как пружина внутри меня сжимается всё сильнее, с каждым новым движением, ещё толчок и меня взрывает ярким фейерверком. Мой крик и рык Демьяна, звучат в унисон, тело пробило мелкой дрожью, расслабленная и обессиленная, я лежала на диване, выравнивала тяжёлое дыхание.
Меня завернули во, что-то мягкое и длинное, подняли на руки, не говоря не слово, понесли на второй этаж. Демьян остановился около двери, поставил меня на ноги, от чего я пошатнулась, ноги не держали, ещё не отошла от оргазма. Открыл дверь, за ней оказалась комната, провел до кровати, придерживая за плечи, развернул к себе лицом, приподнял голову за подбородок. Его взгляд стал таким же угрожающим, каким был, когда меня привёз Максим, но во время секса он был тёплым, и как мне показалось счастливым.
– У тебя есть ночь, чтобы привести мысли в порядок, с завтрашнего дня мы спим в одной постели, – довольно грубо говорит мужчина.
Он разворачивается и быстро покидает комнату, слышу удаляющиеся шаги по коридору. И здесь я поняла, меня не собираются отпускать, разум проснулся, вместе с ним вернулся страх, а ещё прибавилась злость на саму себя. Почувствовала себя осквернённой и униженной. Я даже слово не смогла сказать, отдалась незнакомому мужчине, хотя он и так бы взял меня насильно. Нужно бежать и чем скорее, тем лучше.
Осмотрела комнату: большая кровать, туалетный столик, на котором разложена косметика, и две двери не считая входной. Открыла первую дверь, за которой была большая ванная комната, за второй была гардеробная, на вешалках висела женская одежда. В голове тысяча вопросов и не одного ответа. Подбежала к входной двери, дернула за ручку, тело пробило в холодный пот. Он меня запер. Бросилась к окну, отодвинула шторы, открыла створку, высунула голову на улицу, посмотрела вниз. Мне не выбраться через него, высота больше пяти метров, прыгнуть не получится. Вернулась к кровати и села на неё, уставилась взглядом в одну точку на стене.
Сколько так просидела, не знаю, погрузилась в воспоминания прошлого, где мы жили с папой, где я не знала горя, и тоски. Не знаю почему, но когда на душе больно, я всегда вспоминаю свое счастливое детства, от этого становится легче. Щелчок замка прозвучал довольно громко, заставив вынырнуть из своих мыслей. Дверь открылась, и в комнату зашёл Максим, вот его я точно не ожидала. Мужчина смотрел на меня пристально, вглядываясь в моё лицо. Затем повернул голову на дверь гардероба, подошёл к ней, открыл, зашёл вглубь. Примерно через минуту вернулся обратно, положил около меня, какие-то вещи.
–Быстро одевайся, я отвезу тебя, куда скажешь, – голос спокойный.
Дважды повторять мне не надо, одной рукой покрепче вцепилась в плед, что прикрывал мою наготу, второй, схватила принесённую одежду, и скрылась за дверью ванной. Быстро надела спортивный костюм, который был мне маловат в области груди и попы, без нижнего белья было неудобно, но сейчас главное покинуть этот дом. Вышла из ванной, Максим протянул кроссовки, которые я быстро обула, внимательно осмотрел мой внешний вид, кивнул головой, скорее всего своим мыслям.
– Сейчас молча, следуешь за мной, – говорит тихо, словно боится, что нас услышат.
Киваю головой в знак согласия, говорить нет никакого желания.
Максим выглянул в коридор, после вышел, подозвал меня рукой к себе, подошла к мужчине, он тихо закрыл дверь за моей спиной. Взял горячей ладонью мою руку, и повёл к лестнице, спустились вниз, преодолели большую гостиную, вышли из дома. Спустились по ступенькам вниз, сели в машину, на которой меня привезли сюда. Автомобиль быстро покинул территорию особняка.
– Говори адрес, где ты живёшь, – смотрит на дорогу, говорит мужчина.
Не знаю почему, но я соврала, назвала адрес расположенный параллельно нашей улице. Максим кивнул головой, словно так и должно быть. Во мне вскипела злость, на его спокойное поведение, сейчас он вёл себя иначе, словно это не он пару часов назад выкрал меня из клуба.
– Почему ты мне помогаешь? Ты же сам привёз меня в тот дом, нёс всякий бред, отдал на надругательства Демьяну. Я требую объяснений, – крикнула на мужчину.
Максим сжал крепко руль, на его лице заходили желваки, он достал сигарету, уже поднёс её к губам, но в последний момент сломал и выбросил в открытое окно.
– Замаливаю грехи, такой ответ тебя устроит? – хрипло произнёс «водитель».
– Нет, – качаю головой, – мне нужна, правда, – прожигаю его взглядом.
– Правда! – нервно хохотнул, – если бы я сам знал всей правды, но тебя это больше не касается. Забудь всё, что случилось сегодня вечером, забудь тот дом, просто забудь, и живи дальше, – смотрит на меня.
– Забыть? Ты серьёзно? Как можно забыть, как тебя насильно привозят в чужой дом, несут бред про то, что я являюсь чьей – то женой. А как забыть вот это? – оттягиваю ворот мастерки, и демонстрирую свою шею с бордовыми засосами.
Я их заметила в зеркале, когда одевалась в ванной.
Макс бьёт рукой по рулю, матерится, как сапожник.
– Прости! Это я во всём виноват, я ошибся, сука я просто ошибся, – орёт в ответ.
– В чём ты ошибся? – задаю вопрос.
– Я сказал уже, тебя это больше не касается, – рычит, и всё-таки закуривает.
Останавливает машину, смотрит немигающим взглядом, протягивает руку и пальцами проводит по моей щеке. Отдёргиваю его руку, смотрю с непониманием, что на него нашло.
– Прости, твой дом, – кивает головой в мое окно.
В глазах Максима на секунду появляется сожаления. Открываю дверь, уже спустила ноги на землю, как меня ловят за руку.
– И ещё, держи язык за зубами, ты же не хочешь, ещё раз встретится с Демьяном, – угрожающе говорит Максим.
Выдёргиваю руку, хлопаю дверью, и удаляюсь от машины. Автомобиль срывается с места со свистом колёс. Заворачиваю за угол, и почти бегом направляюсь по нужному адресу.
Захожу во двор гостевого дома и останавливаюсь. Двое полицейских беседуют с Захаром, Катька плачет, прижатая к боку друга. От такой картины, сердце сжимается, они меня искали, мои хорошие, слёзы наворачиваются на глаза.
– Зар, – тихо зову друга.
Но он услышал, в несколько шагов преодолел расстояние, сграбастал в свои объятия, мы стояли некоторое время молча, первый начал друг.
– Куда ты пропала? – шепчет мне в растрёпанные волосы.
– Зар я хочу вернуться домой, – озвучиваю свое единственное желания.
Парень отрывается от меня, заглядывает в глаза, смотрит пристально, словно читает мои мысли.
– Хорошо, – кивает головой, – иди, собирай вещи, – говорит тихо.
Глава 3
ДЕМЬЯН
Проснулся от гуканья сына, поднялся с пастели, подошел к кроватке, наклонился к нему. Кирилл пробовал свой маленький кулачок на вкус, увидев меня, расплылся в беззубой улыбке, быстро начал дёргать ручками и ножками, требуя взять его на руки. Улыбнулся в ответ, и выполнил требование маленького мужичка.
– Привет родной, – и получаю ладошкой по лицу, – мы же вроде договаривались не драться? – наигранно серьёзно произношу.
Кирилл на мой тон, звонко смеётся, и снова шлёпает меня.
– Так дружок, идём умываться, переодеваться и завтракать, – иду в сторону ванной.
Пока умывал и переодевал сына, прокручивал в голове вчерашний вечер. Ника изменилась, это я понял, когда коснулся её губ и тела, а запах её новых духов сорвал крышу. Когда тащил её в кабинет, думал серьёзно поговорить, но стояло, учуять этот манящий, сладкий запах карамели, как глаза застелила пелена вожделения. Возможно, этому поспособствовало трёхмесячное отсутствия секса. Ника не подпускала меня к себе в последнее время, якобы секс ей стал противен, просила подождать, пока она придёт в себя. На измену я не способен, отец всегда говорит «– Изменяют только неуверенные в себе поверхностные люди, которые не умеют ценить то, что имеют» эти слова я запомнил на всю жизнь. Но после вчерашнего, я не собираюсь лишать себя удовольствия, впервые за два года наших отношений, она отдалась мне душой, я чувствовал это. До этого, она никогда не отдавалась мне без остатка, никогда не была такой чувственной, вчера она таяла в моих руках, словно мороженое на жарком солнце. От её ответных ласк и стонов в груди вспыхнуло чувство, которое испытывал много лет назад, и которое безжалостно уничтожили одной фразой. Возможно, не забеременей она тогда, я бы не женился на ней. Дети для меня святое, одного я уже потерял.
Четыре года назад, я влюбился в девушку, её звали Лена. Тогда я потерял голову, готов был подарить ей весь мир. Носил её на руках, дарил подарки, засыпал цветами, по первому зову срывался к ней. В тот день я готовился сделать ей предложение, стать моей женой. Я находился в ресторане, обсуждал с администратором, какие блюда должны быть приготовлены. Меня отвлёк трель мобильного, звонила крёстная.
– Да, – ответил на звонок.
– Демьян, объясни мне, что случилось у вас с Леной? Вы расстались? – голос был требовательным и одновременно взволнованным.
– Крёс, ты о чём? У нас всё хорошо, я сейчас в ресторане, заказываю нам столик на вечер, – от слов женщины, внутри появилось тревога.
– Тогда почему её готовят к операции? – тон не изменился.
– Какой операции? – опешил от такой новости.
– Демьян её готовят к прерыванию беременности, – взвизгнула крёстная.
– ЧТО? – взревел на весь зал.
– Поспеши сынок, она в моём отделении, но я не могу ничего сделать, – тихим голосом произнесла женщина.
Выскочил из ресторана, прыгнул в машину, и помчался через весь город в указанном направлении. Не понимал, что происходит, как Лена могла пойти на такой шаг? Почему не сказала мне про ребёнка? Всё дорогу желал одного, успеть остановить её. Влетел в здания больнице, кинулся к стойке медперсонала, именно там сидела Крёстная. Глаза женщины были красные и припухшие, увидев меня, покачала головой.
– Демьян… ты опоздал, – всхлипнула, и закрыла лицо руками.
Внутри всё оборвалось, стоял, как оловянный солдатик, в голове эхом разносилось «опоздал».
– Где она? – спросил не своим голосом.
– В третий, – получил ответ.
Развернулся и широким шагом отправился в палату. Открыл дверь, зашёл, Лена лежала на кровати, смотрела в телефон с улыбкой на губах. Ярость всколыхнулась, появилось желание убить её, как она убила нашего ребёнка. Девушка перевела на меня взгляд, вздрогнула, улыбка исчезла. Смотрел в её глаза, и понимал, не прощу, ни когда не прощу.
– Почему? – у меня был только один вопрос.
– Я поняла, что не люблю тебя, а ребёнок не от любимого это обуза, – спокойным голосом ответила девушка.
Молча развернулся, и вышел из палаты, закрыл дверь, а вместе с ней и надежду, на искреннюю любовь.
К Веронике у меня не было чувств, мы просто проводили время вместе, меня это устраивала, так же как и её. Когда она показала мне положительный тест на беременность, первое, что я испытал, был страх – потерять и его. Но Вероника сказала, что никогда не поступит так, как Лена, не убьёт частичку себя. Да чувств любви не было, было, что-то другое, но вот теперь эти чувства появились, и я не позволю им угаснуть.
Позвал Макса, чтобы выяснить, куда он ездил ночью? Когда он уехал не знаю, видел, когда вернулся, и вид у него был взбешённый, выяснять сразу не стал, Кирилл в это время ждал свою порцию детской смеси.
Друг зашёл в гостиную, где я играл с сыном, время ещё рано, но Кирилл у нас ранняя пташка и от этого никуда не денешься. Макс присел в кресло напротив нас.
– С какой целью покидал ночью дом? – перевел взгляд от сына на друга.
– Нужно было развеяться, и обдумать твои слова на счет парней, – спокойно отвечает друг.
– И, что надумал? – продолжаю играть с ребёнком.
– А ничего! Парни замечательно справляются со своими обязанностями, – разводит руки в стороны.
– Да? Так замечательно, что ходят с побоями от девушки? – смотрю на друга с усмешкой.
– А по-твоему они должны были, скрутить её, и запихнуть в багажник? Жену того, на кого работают, – подается вперёд, но голоса не повышает.
С этой стороны я не смотрел на ситуацию, и понял, что лоханулся.
– Да, ты прав, не подумал, надеюсь эта ситуация не скажется на их дальнейшей работе? – менять людей не хотелось.
– Нет, я всё уладил, – потирает переносицу.
– Присмотришь за Кириллом? Мне с Вероникой нужно поговорить, – спрашиваю у друга.
Макс заметно напрягается, взгляд тяжёлый, смотрю на него с удивлением, первый раз вижу, чтобы он так реагировал на просьбу посидеть с Кириллом.
– Макс! Ты чего напрягся? – смотрю на него с прищуром.
– Э-э, я подгузник менять ему не буду, – выпаливает безопасник.
Мои брови взлетают вверх, таращу глаза на друга.
– Когда это интересно, я просил тебя, менять ему подгузники? – поддаюсь вперед.
– Я просто предупреждаю, вот и всё, – поднимается, и берёт ребенка на руки, – ну, что Кирюх, пойдём гулять? – обращается к моему сыну.
– Вы там только аккуратно, – говорю в спину Максу.
– Не дрейфь, всё будет пучком, – получаю в ответ.
Встаю с дивана, направляюсь в комнату жены. Поворачиваю ключ, вчера психанул, сам не понял из-за чего и закрыл её. Стоило только открыть дверь, как в нос ударил неприятный запах перегара, на секунду завис. Вчера Ника не настолько была пьяна, что бы благоухать на утро, или я просто не заметил?
Подошёл к кровати, присел рядом со спящей женой, провёл рукой по волосам. Вероника дёрнула своей рукой, отгоняя мою, накрыла голову одеялом.
– Ника, вставай, прими душ, и переноси вещи в нашу с Кириллом комнату, – стянул одеяло, шепчу её на ушко.
Вероника открыла глаза, уставилась на меня ошарашенным взглядом.
– Что такое родная? Я вчера сказал, что теперь мы спим вместе, – смотрю в широко распахнутые глаза.
– Демьян… я…я ещё не пришла в себя, депрессия ещё не прошла, – нервно произносит, – да и ложиться в одну постель я… я ещё не готова, – судорожно прижимает к себе одеяло.
– Да, что ты говоришь? А кто вчера стонал подо мной? – делаю милую улыбочку.
Вероника гулко сглатывает, и слегка бледнеет.
– Демьян я…– начинает жена.
Не даю договорить наклоняюсь к её губам, целую нежно, но ответа не получаю, а ещё снова ощущаю резкий запах духов. Отстраняюсь, и слегка морщу нос, смотрю на обескураженную жену.
– Ник, я знаю у нас сейчас тяжёлое время в отношениях, но я обещаю тебе помочь с Кириллом, с этого дня никаких психологов. Мы сами будем решать проблемы, ты нужна сыну, и мне, – произношу ласково, держу её за руку.
Вероника смотрит на наши руки, выдёргивает свою, встает с постели, кутается в одеяло.
– Я всё-таки против таких экспериментов, – шипит жена.
Теперь приходит моё время смотреть на неё ошарашенным взглядом.
– А, кто тебе сказал, что это эксперимент? Мы муж и жена, и я хочу получать от тебя женскую ласку и тепло, как вчера ночью! Ты всколыхнула во мне давно забытые чувства, и поверь, я пробужу их и в тебе, – говорю ровным голосом.
Поднимаюсь с постели и подхожу к туалетному столику, беру флакончики с туалетной водой, открываю колпачки по очереди. Ищу вчерашний запах – карамели, не найдя нужного иду в туалет, беру мусорный пакет, возвращаюсь в спальню и скидываю весь парфюм в него.
– Что ты делаешь? – взвизгивает Вероника.
– Выкидываю ненужное, – поворачиваюсь лицом к жене, – будь добра пользоваться запахом, которым была пропитана вчера, – завязываю пакет на узел.
– Я ничего делать не буду, даже не надейся, покинь мою комнату! – кричит, указывает рукой на дверь.
Оооо! Стерва вернулась, ну надо же, хорошо милая, поступим, как хотел вчера. Сейчас я понял Веронику не изменить, осталось понять, что с ней было вчера?
Подхожу вплотную, беру её за подбородок, смотрю в глаза полные злобы.
– Когда ты вчера убежала, я вспомнил про один документ, – наблюдаю, как лицо девушки багровеет.
– И, что же ты сделаешь? – шипит мне в лицо, – сына ты не сможешь забрать, – едкая ухмылка появляется на её лице.
– Да, ты, что? Ты так уверена в этом? Ни один суд не оставит ребёнка с такой матерью как ты, и договор сыграет отнюдь не в твою пользу, – одариваю ни менее едкой улыбкой.
Жёнушка подбирается, закусывает нижнюю губу, молчит пару минут.
– Демьян, напомни мне какой запах, был на мне вчера, – сразу стала покладистой.
Может со стороны я, и выгляжу полным уродом, но я хочу настоящею семью, и я уверен со временем Ника станет нормальной матерью и женой.
– Что, настолько торопилась сбежать из дома, что забыла, какими духами пользовалась? – с усмешкой произношу, – карамелью Ника, от тебя пахло карамелью, – отступаю на шаг назад.
– Но это же.. – и снова изумление во взгляде.
– Что, но? – прищуриваю глаза.
– Нет ни чего, – сжимает в кулачках одеяло, – они вчера закончились и мне нужно в парфюмерный, – растерянно говорит жена.
– Хорошо, я предупрежу Макса, да и ещё, попроси прощение у парней, которых ты вчера покалечила, – говорю серьёзным тоном.
Вероника хлопает ресницами, с открытым ртом.
– Да милая, ты вчера покалечила людей, – говорю, и покидаю комнату.
Дорогие читатели! Большое спасибо, за поддержку и комментарии. Очень приятно читать ваши отзывы. Отдельное спасибо Юлии Максимовой и Katrina Simane – за полученные награды.
Глава 4
ВЕРОНИКА
Сжимаю от злости одеяло в руках, смотрела в спину Демьяну, дверь закрывается, и я со стоном опускаюсь на пол около кровати.
– Идиотка, какая же я идиотка, – шиплю сама на себя.
Бью рукой по постели, вскакиваю на ноги и стремглав лечу в ванную. Включаю воду, регулирую температуру, забираюсь под душ, беру мочалку, наношу на неё большое количество геля для душа, и до красноты тру своё тело.
– Не умеешь, ты Ника пить, так не берись, – бурчу себе под нос.
Ещё сильнее тру кожу, готова содрать её с себя, и нарастить новую, в голову приходит не хорошая мысль.
– Черт! Сто процентов он не предохранялся, нужно срочно выпить таблетку, – горький стон срывается с моих губ.
Выхожу из ванной комнаты, предварительно высушив волосы, захожу в гардероб, выбираю легкий брючный костюм, и спускаюсь вниз. Выхожу на улицу, смотрю на машину, около который стоит Макс, на лице красуются царапины, это я его так, что ли? Так ему и надо, ненавижу этого безопасника.
– Доброе утро Ника, – говорит эта «ищейка».
Вечно суёт свой нос, куда не следует.
– Вероника Михайловна! – поправляю недоумка.
Максим сверлит меня злобным взглядом.
– Да, конечно, извините меня, Вероника Михайловна, – язвительно произносит.
Спускаюсь по лестнице, подхожу к автомобилю, мне галантно открывают дверь, фыркаю и сажусь в салон.
– В ближайший парфюмерный, – говорю Максу, когда он занимает место за рулём.
Ловлю его взгляд в зеркале заднего вида, в них читается злорадство. Отворачиваюсь и смотрю в окно. Нужно попытаться вспомнить, где я вчера была и как вернулась в особняк, а ещё этот чёртов запах, где я могла искупаться в карамели? Не переношу сладкие запахи, и как назло он ему понравился. Сама виновата! Сказано же было, сидеть мышкой и не высовываться, держать дистанцию с муженьком. И всё было хорошо, ещё чуть – чуть и он бы сорвался, сходил налево и дело в шляпе. Итог моей выходки: секс с Демьяном, последующие ночи с ним в постели, смена духов, ещё и с Кириллом находится рядом.
Машина останавливается около торгового центра на парковки, выхожу сама не дожидаясь, пока мне откроют дверь. Направляюсь к выходу, слышу быстрые шаги сзади себя, оборачиваюсь, Макс идёт за мной.
– Не стоит ходить со мной, я справлюсь без тебя, – еле сдерживая злость.
– У меня приказ, сопровождать вас, – твёрдо говорит безопасник.
Чёрт! Если начну возражать, доложит Демьяну.
– Хорошо, но не мешайся мне под ногами, – шиплю на него.
В ответ получаю ехидную усмешку.
Вхожу в стеклянные двери, прохожу до лифта, поднимаемся на третий этаж . Обвожу пространство взглядом, нахожу нужный магазин, направляюсь прямиком к девушки консультанту.
– Здравствуйте, мне нужна туалетная вода с запахом карамели, если у вас такая имеется, – произношу ровным голосом.
– Здравствуйте, вам, что-то конкретное или же будем подбирать? – с искусственной улыбкой интересуется девушка.
– Будем подбирать, – произношу тихо и кошу взгляд на стоящего в проходе Макса.
– Хорошо, прошу, пройдёмте за мной, – говорит консультант.
Провозились около получаса, но всё-таки сделала выбор, от которого не так сильно разило сладким запахом. Ну, а если не понравится пусть сам едет и покупает, он в отличии от меня запомнил запах. В оправдание, что нибудь, придумаю. У меня сейчас есть дело поважнее.
После парфюмерного отправилась в магазин нижнего белья с надеждой остаться минут на десять в одиночестве. Зашла к вешалкам с нижним бельём, выбрала свой размер и прошла в кабинку. Задвинула штору, достала телефон из сумочки, набрала номер по памяти, пошли длинные гудки.
– Я тебя слушаю, – раздался мужской голос на том конце.
– Я прокололась, – говорю тихо.
– Каким образом? – спрашивает грубым тоном.
– В общим, я покинула особняк в одиночестве, выпила лишнего, а, как тебе известно, после большого количества спиртного у меня напрочь отшибает память, – глубоко вздыхаю, – проснулась утром в своей постели, точнее меня разбудил Демьян. Он сказал, что у нас был секс, и теперь я вынуждена спать вместе с ним в одной постели, – быстро рассказываю собеседнику.
– Чем ты думала, когда вылезала из своей норы? – рычит мужчина.
– Не рычи на меня! Я заколебалась сидеть в четырёх стенах, и притворятся депрессивной, – шиплю в трубку.
– Ты знала, на что шла, тебя насильно не заставляли, – продолжает на повышенных тонах.
– Знала, но не думала, что придётся так долго ждать, – упираюсь лбом в зеркало.
– Исправляй ситуацию, как хочешь! Но он должен тебе изменить, и заметь, по своей воле, подкладные не подойдут, это рисковый шаг, и не звони мне больше, я сам с тобой свяжусь – говорит и отключается.
– Сволочь! – шиплю на телефон.
Слышу глухие шаги, удаляющиеся от кабинки, и сердце замирает в испуге, быстро отодвигаю штору, но никого не замечаю. Может продавец, или такой же покупатель.
Покидаю примерочную, направляюсь к кассе, покупаю тот комплект без примерки, поворачиваюсь к выходу и наталкиваюсь на пронзительный взгляд Макса. Надеюсь, он не подслушал мой разговор, иначе мне будет худо.
– Я готова, можем ехать домой, – говорю, прохожу мимо мужчины.
В ответ тишина, он идёт позади меня, лопатками чувствую прожигающий взгляд.
Уже в машине решаюсь спросить про вчерашний вечер, даже знаю, как начать разговор.
– Макс, – зову мужчину, – Демьян сказал, извиниться за вчерашние, так вот извини, и передай другим, – с трудом говорю слова.
– А без Демьяна вы бы не просили? – смотрит в зеркало с усмешкой.
Сукин сын, так и знала, что скажет колкости.
– Я не помню, при каких обстоятельствах, и как покалечила вас, – говорю правду специально.
– Вы не хотели покидать клуб, – произносит спокойно, перестраивается из ряда в ряд.
Значит, я была в клубе, так уже хорошо.
– А в каком клубе я была, и, как вы оказались там? – вытягиваю информацию дальше.
Снова смотрит на меня в зеркало, задумчиво, молчит пару секунд.
– Вероника Михайловна, я выполнял приказ Демьяна, мы искали вас около трёх часов, что за клуб я не запомнил, мне это не надо, моим объектом были ВЫ, – говорит и переводит взгляд обратно на дорогу.
Так я тебе и поверила! Ладно, придумаем, как узнать информацию, может спросить у других охранников? дальше едем в полной тишине.
Заходя в дом, мечтала о пенной ванне, но мои мечты разбились около лестнице ведущей на второй этаж.
– Сынок! Смотри, кто пришёл, наша мама вернулась домой, – радостно произносит Демьян.
Поворачиваю голову в сторону голоса, муженёк сидит на диване с Кириллом на руках. Поднимается и идет в мою сторону, подходит, наклоняется и целует в щеку.
– Иди мой руки, переодевайся, мы ждём тебя у бассейна, будем потихоньку вас сближать, – произносит с улыбкой на лице.
Подавляю злость, улыбаюсь в ответ, и чуть не бегом поднимаюсь по лестнице. Ну, что же Вероника, сама напортачила, самой и разгребать.
Глава 5
6 МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ.
АНИКА
– Сан Саныч, – захожу в кабинет к шефу, – Сокольский завтра пришлёт юриста, он согласен на постройку двух коттеджей, – говорю, и кладу на стол папку с документами.
– Аника! Вот скажи, как ты это делаешь? – прищурив глаза, спрашивает мужчина.
– Что делаю? – смотрю прямо в глаза и еле сдерживаю улыбку.
– А – то сама не знаешь? – улыбается мужчина.
– Не-а, не знаю, – качаю головой.
– Вот лиса! Ладно, но всё-таки я хочу знать, почему семьдесят процентов наших клиентов соглашаются после того, как поговорят с тобой? Что ты им такого говоришь? – спрашивает Саныч.
– Правду, только правду, у нас клиенты состоятельные и зачастую семейные люди, так, что привожу аргументы, – присаживаюсь на маленький диванчик в углу кабинета.
– Какие? Если не секрет? – ворчит мужчина.
– Во-первых, у нас качественные строительные материалы, во-вторых, наши коттеджи окружает сосновый лес, а, что такое лес? – шеф пожимает плечами, – эх мужчины, это свежий воздух, живая природа, вокруг нет смога и шума. А для детишек, то – что надо, да и взрослый человек устаёт от городской жизни. Ну и естественно показываю предыдущие заказы, отзывы от клиентов и хочу заметить, у нас не одного отрицательного, – широко улыбаюсь.
Шеф сидит с вытянутым лицом, смотрит на меня не верящим взглядом.
– И, это всё? После они соглашаются? – уточняет мужчина.
– Ага, Сан Саныч, я побегу мне ещё в клинику, – приподнимаясь с дивана.
– Так! Никаких «побегу», черепашьим шагом до машины, и скорости не превышать, – строго говорит шеф.
– Сан Саныч! – обижено надуваю губки.
– Что Сан Саныч? – хлопает ладонью по столу, – итак последние два месяца из больницы не вылезаешь, – хмурит брови, одаривает меня тяжёлым взглядом.
– Вы меня ещё под домашний арест посадите, и без работы оставите,– начинаю злиться от сверх мерной опеки.
– Кстати об этом, – шеф складывает руки на столе, – ты отрабатываешь последний месяц, и уходишь в свой отпуск – отводит взгляд в сторону.
– Что значит, последний месяц? – застываю на месте, – мы же договаривались, что я буду работать до последнего, – моё возмущение разносится по всему кабинету.
– Аника, я собираюсь продать бизнес, последний заказчик это Сокольский, больше мы не принимаем заказы. Ребята успеют за это время поставить дома, – произноси шеф.
Плюхаюсь обратно на диван, в голове сумбур.
– Дядь Саш, почему? Что случилось? – обеспокоено задаю вопросы.
– Аника не волнуйся, всё хорошо, просто твоя тётя наконец-то сказала мне «ДА», – счастливо улыбается шеф.
На душе от такой новости становиться тепло и радостно. Встаю, подхожу и обнимаю мужчину.
– Поздравляю, я очень рада за вас, – искренне говорю будущему родственнику, – а зачем продавать? Я не понимаю, – присаживаюсь рядом на стул.
– Устал, хочу на заслуженный отдых, я так долго добивался от твоей тётки согласна, что не готов целыми днями пропадать на работе. Как мы с ней жили до этого, это не жизнь, и если честно-то она согласилась после слов о продажи всего этого, – обводит кабинет взглядом, – к тому же заработал я не хило. Правнуки и их дети могут жить спокойно, – с гордостью говорит мужчина.
– Сан Саныч, ты только не обижайся, но вряд ли тётя согласится рожать в таком возрасте, всё-таки через несколько месяцев ей стукнет пятьдесят, – говорю тихо.
Мужчина улыбается во весь рот, склоняет голову набок, смотрит с прищуром.
– А кто сказал, что мы собираемся рожать ребёнка? У нас давно есть дочь, и она скоро подарит нам внука, – с придыханием произносит шеф.
В глазах предательски защипало, эти двое, действительно заменили мне моих родителей.
После возвращения с Крыма, прошло полгода. Первую неделю, я закрылась от всего мира в своей квартире. Нет, у меня не было историки, я даже не плакала, просто приводила мысли в порядок, в полном одиночестве. Естественно все переживали за меня, что со мной случилось, я никому не сказала, я прекрасно помню предупреждение Макса, встретится ещё раз с этим «зверем» у меня не было желания. Я вышла на работу, погрузилась в дела фирмы с головой, ездила на встречи с заказчиками, посещала объекты, весело проводила время с друзьями. Не однократно ловила на себе задумчивые взгляды Зара и Саныча, но делала вид, что не замечаю. По счастливой случайности мы все трое, работает на Сан Саныча, только обязанности у нас разные. Зар у нас архитектор – проектировщик, Катя восседает в юридическом отделе, ну а я занимаю должность заместителя Сан Саныча, изначально я была его помощницей, а после того, как Юрий Владимирович внезапно нашёл свою любовь в другом городе и переехал к ней, на его место поставили меня. И вот, четыре с половиной месяца назад после работы Катька предложила отдохнуть в бане, естественно все мы с Захаром согласились.
Поначалу всё было хорошо, мы посидели в парилки в первый раз, зашли во – второй раз Катька, отшлёпала меня берёзовым веничком, до чёрных пятен перед глазами. Поняла, что становится плохо, попросила подругу вывести меня из парилки, но до выхода я не дошла, потеряла сознание. Когда открыла глаза, первого кого я увидела, был врач скорой помощи. Молодой врач держал моё запястье, пристально всматривался в моё лицо.
– Вы меня хорошо видите? – спросил мужчина.
Кивнула головой в знак согласия, во рту настолько пересохло, что говорить не получалось, пить хотелось ужасно. Словно прочитав мои мысли перед лицом появился стакан с водой. Зар приподнял мне голову, помог попить, подождал, пока я утолю жажду, опустил обратно на диван.
– Как вы себя чувствуете? – продолжил задавать вопросы.
– Если честно, то не очень, низ живота странно тянет, – отвечаю на вопрос.
– Когда у вас были последний раз, критические дни? – тихо спросил врач, бросая взгляд на Захара.
Вопрос ввёл меня в ступор, я настолько забегалась, что забыла про них. Смотрела на врача округлившимися глазами. Видимо он понял моё замешательство, кивнул головой.
– Я забираю вас в больницу, для точного выяснения вашего обморока, – говорит мужчина.
– А можно написать отказ? – спрашиваю с мольбой в голосе.
Врач смотрит на меня тяжёлым взглядом, а после произнёс слова, от которых мое сердце испуганно сжалось.
– Девушка, я не могу оставить вас в таком состоянии, если мои догадки верны, то вы беременна, и ваше состояние походит на угрозу выкидыша, – строго говорит врач.
Дыхание перехватило, руки задрожали, моё состояние не осталось не замеченным, Зар и Катька оказались рядом за секунду. Подруга смотрела на меня растерянным взглядом, а вот Зар смотрел задумчиво.
В больнице подтвердилась, и беременность и угроза потерять ребенка. Я прекрасно понимала от кого и когда я забеременела, но ребёнок не виноват, что так всё вышло. Уже в палате у нас с Катей состоялся разговор, она не спрашивала, кто отец ребёнка, за что я была ей благодарна, она спросила совершенно другое.
– Что ты собираешься делать? – взглядом показала на мой ещё плоский живот.
– Кать, конечно, я буду рожать! Я не могу убить своего малыша, моя мама умерла, подарив мне жизнь, – смотрела на подругу с влажными глазами.
– Аника, если честно, я боялась, что ты совершишь ошибку, и не станешь рожать, вот и спросила, я очень рада за тебя, – шептала подруга, обнимая меня за шею.
За все шесть месяцев моего интересного положения, я попала в больницу уже четыре раза. Первый с угрозой, второй с отёками, третий с низким гемоглобином, четвёртый с переутомлением. Хотя усталости я не ощущала, просто на работе снова стало плохо.
И вот сейчас смотрю на Сан Саныча, и до меня доходит смысл сказанных им слов.
– Дядь Саш, я не возьму у вас денег, даже не думайте об этом, у меня хватит своих накоплений на весь декрет, – говорю твёрдым голосом.
– Уйми свою гордыню! Если бы ни Вадим, сейчас мы не седели в этом кабинете, твой отец сильно помог мне в своё время, он единственный откликнулся на мою беду. Ты же знаешь, как меня пытались подставить, отобрать начинающий бизнес, а меня отправить за решётку, – тоном большого начальника прокричал шеф.
Сидела, втянув голову в плечи, слушала сказанное, и не могла возразить. Папа действительно рассказывал историю их дружбы, сколько раз они выручали друг друга. Правда, в бизнес папа не пошёл, он был командиром отряда специального назначения, погиб на задании, подробностей случившегося нам не рассказали.
– Сан Саныч, не сердись, лучше скажи, мне после декрета, искать новое место работы? – быстро перевела тему разговора.
– Аника, я встречаюсь с человеком, который с радостью купит фирму, через две недели, и моё единственное условие будет оставить тебя на должности помощника, после длительного отпуска, замов у него своих хватает – спокойно говорит Саныч.
– Вы думаете, новый начальник согласится? – спрашиваю с надеждой.
Я привыкла работать в этой фирме, да и коллектив дружный, а ещё здесь мои друзья.
– Я знаком с его отцом, и, конечно же, с ним самим, не скажу, что у нас дружба, как с твоим папой. Но очень часто обедаем вместе, Борис хорошо воспитал сына, он не утопит фирму, и думаю, пойдёт мне навстречу, – своими словами шеф поднял мне настроение.
– Тогда я спокойна, а почему мне нельзя доработать до самых родов? – смотрю на настенные часы, кажется, я опоздаю на приём к доктору.
– Я не хочу рисковать здоровьем ни твоим, ни внука, а помощник, как ты помнишь, много бегает, – устало произносит Саныч.
– Хорошо, я всё поняла, помощник из меня сейчас и правда никудышный, поехала я в клинику, – поднимаюсь со стула, целую шефа в щеку, и покидаю кабинет.
Глава 6
ДЕМЬЯН
– Екатерина Львовна, доброе утро, – говорю, зайдя на кухню.
– Доброе утро Демьян Борисович, кофе будете? – спрашивает женщина.
– Да, – отвечаю, смотрю, как мой ребёнок, переворачивает маленькую баночку.
Прохожу к столу, целую сына, который сидит на стульчике для кормления, не успеваю увернуться, как маленькие ручки, перепачканные фруктовом пюре, сцапали мой галстук. Смотрю на счастливую мордашку сына, подхватываю его на руки, пюре расползается рыжими пятнами на моей белоснежной рубашке. Включаю воду на кухонной раковине, мою ручки, радостно верещащему Кириллу, он у нас лягушонок, может часами плескаться в воде.
– Кирюша! Ты зачем измазал папу? – всплёскивает руками, няня.
– Ничего страшного, ему можно, – улыбаюсь притихшему сыну.
– Демьян Борисович, снимайте скорее этот художественный шедевр, есть возможность ещё спасти рубашке, – суетится женщина.
На белой ткани, в районе груди, красуются два отпечатка в виде ладошек сына.
– Екатерина Львовна, успокойтесь, её уже не реанимировать, – передаю сына на руки няни, и иду обратно в спальню сменить одежду.
Открываю дверь, захожу в комнату, на ходу расстёгиваю пуговицы, и снимаю галстук. Пастель пуста, в ванной слышен шум воды, значит Вероника там.
После нашего разговора в Крыму Ника постепенно сблизилась с сыном, депрессия прошла, словно её и не было. Мои чувства вспыхнувшие полгода назад, быстро погибли, Вероника убила их своей холодностью. В постели она больше не была такой: горячей, манящей, желанной, страстной. Сравнивая ту ночь с последующими, мне иногда кажется, что в ней живут две сущности, одну из которых мне посчастливилось лицезреть только один раз. Я больше не испытываю того удовлетворения, мне постоянно чего-то не хватает. Мы спим в одной постели, но с каждым новым днём мне всё меньше хочется прикасаться к ней.
Вот и сейчас, знаю, что за дверью ванной находиться обнажённая жена, внутри испытываю только одно желание – сбежать, как можно дальше. Быстро достаю чистую одежду, и покидаю спальню, одеваюсь в коридоре. Захожу ещё раз на кухню, пью кофе, разговариваю с Екатериной Львовной, и выхожу из дома.
– Что с настроением, Дем? – протягивает руку Макс.
– Нормальное настроение, – пожимаю протянутую ладонь.
– Ну, да, с таким только контракты подписывать, смотри, китайцы народ суеверный, могут посчитать твоё «нормальное настроение» плохим знаком, – говорит друг.
– И, что ты предлагаешь? Скалится им во все тридцать два, – хмуро интересуюсь.
– Нет, этого точно не следует делать, – качает головой.
– А, что так? Чем тебе не нравится мой оскал? – вопросительно смотрю на друга.
– Вот именно! Что оскал! Китайцы сбегут, если увидят его, – разворачивается, и садится за руль автомобиля.
Стою, ещё минуту на месте, обдумываю слова Макса, он прав, нужно, сосредоточится иначе не видать мне этого контракта, как своих ушей. Слишком много времени я убил, добиваясь сотрудничества с ними. Сажусь на пассажирское место, рядом с водителем, машина трогается с места.
– Демьян, скажи, что с тобой происходит? – спрашивает друг.
Молчу пару минут, смотрю в окно, мысленно задаю себе тот же вопрос, на который не знаю ответа.
– Макс, вот веришь, не знаю, – пожимаю плечами.
– Не друг, так не бывает, что-то заставило тебя дойти до такого состояния? – утвердительно произносит собеседник.
– Та ночь с Вероникой, после её побега в Крыму, – слова сами срываются с языка.
Макс резко бьёт по тормозам, если бы не был пристёгнут ремнём, то башкой бы пробил лобовое.
– Ты, что творишь? – рычу на «водителя»
– Да там… кошка на дороге сидела, извини, – объясняет друг.
– А объехать её, никак нельзя было? В нас чуть не врезались, – продолжаю негодовать.
– Как объехать? Пересечь двойную сплошную? И лишится прав? Впереди гайцы стоят, – кивает головой, в сторону дпс машины.
– Ладно, поехали, не хватало ещё опоздать, – откидываюсь на спинку сиденья.
– А, что именно? Если не секрет – как-то настороженно спрашивает Макс.
Посмотрел на друга, стоит ли рассказывать ему, всё то дерьмо, что творится у меня внутри? А может, если расскажу, мне станет легче? Не зря же говорят, что нужно выговориться о том, что тебя тяготит.
– Той ночью, у меня появились чувства к Веронике, которые я испытывал к Лене, нет, не так! Они были в тысячу раз сильнее. Но она их убила, заморозила своим холодом, даже в одном доме с ней не хочу находиться, я думаю подать на развод, – внутри меня действительно становится легче.
– Демьян, друг погоди! Ты же знаешь, чем это для тебя обернётся, она просто так сына тебе не отдаст, при разводе по договору Кирилл остаётся с ней. И поверь, она потребует намного больше, той суммы, что прописана в случаи измены, ты останешься без трусов, – гневно выкрикивает друг.
– Макс! Я заколебался так жить! – никогда не думал, что семейная жизнь доведёт меня до грани.
– Заколебался он! Какого хрена, тогда женился без любви? Ещё уговаривал её стать женой! Ты без раздумий согласился на все её условия! Ах, ну да, совсем забыл, мы же не хотели быть «папой выходного дня» – язвительно произносит друг, – а теперь, видите ли, он, не может находиться с ней рядом, – продолжает отчитывать меня, как мальчишку.
– Всё сказал? Или ещё, что есть? – цежу сквозь зубы.
– Есть! Ещё, как есть! Тебе ни разу не приходило в голову? Что она специально залетела, и ведёт себя так, чтобы ты сорвался и пошёл налево, и получить с тебя не хилый такой куш, – заезжает на подземную парковку моей компании.
Домыслы Макса, заставили задуматься. Что если правда, Вероника делает всё специально? Ведь её отец взял кругленькую сумму в банке, вложился, по его мнению, выгодное дело, и потерпел неудачу. Мебельную фабрику, благодаря которой процветала его семья, пришлось продать и расплатиться с долгами, незадолго до нашего знакомства с Вероникой. Если это действительно так? То она не получит ни копейки, и сына я ей не отдам.
– Задумался? Это хорошо, – подал голос друг.
– И как узнать, правда, это или нет? – смотрю перед собой в одну точку.
– Проверь её, – достаёт сигарету и прикуривает.
– Каким образом? – иронично интересуюсь.
– Скажи ей прямо, что хочешь подать на развод! В случаи, если начнет манипулировать Кириллом, скажи, что будешь забирать его на выходные, посмотри на её реакцию. Насколько я помню, в договоре нет пункта запрета встреч с ребёнком, там только проживание с матерью, – предлагает вариант проверки.
Желание узнать правду, очень высоко, но сначала договор с китайцами.
– Спасибо за дельный совет, а сейчас идём, через полчаса переговоры, – выхожу из автомобиля и иду к лифту.
Это были самые длинные переговоры в моей жизни, шесть часов, шесть! Хорошо ещё, они согласились съездить на обед в ресторан. Из-за этой встречи мне пришлось выучить их язык, не доверяю я переводчикам, могут не донести всего сказанного, а это может вылиться в неприятности. Спорили долго, до хрипоты с обеих сторон, но всё-таки пришли к единому соглашению. Те сроки по строительству зданий, которые предложили, теперь уже партнёры, были не реальными, я понимаю, что у себя в стране они словно муравьи, строят небоскрёбы буквально за месяц, а то и того меньше, нам на это нужно как минимум полгода. Но с расчётом того, что рабочие будут с обеих сторон, договорились на сотрудничество, на довольно длительный срок.
Отмечать подписания контракта, было решено перенести на завтрашний вечер, оказывается, китайцы тоже умеют уставать. Делегация из десяти человек, прямиком из офиса отправилась в гостиницу. Я же занялся дальнейшей работой. Домой вернулся поздно вечером, Екатерина Львовна укладывала Кирилла спать, не стал ей мешать и дразнить сына своим появлением, отправился в спальню.
Зашёл в комнату, Вероника лежала на постели, и рассматривала, какой-то журнал. Прошёл вглубь спальни, снял пиджак, повесил его на спинку стула около туалетного столика, сам сел в кресло. Жена не обратила не меня ни какого внимания, решил проверить догадки Макса.
– Вероника, нам нужно поговорить, – начинаю разговор.
Она лениво перевела на меня, недовольный взгляд, говоря тем самым «давай говори, что хотел, мне некогда».
– Я хочу развестись, – наблюдаю, как алчно загорелись её глаза.
Девушка вся подобралась, присела на постели, на её лице появилась, растерянность, непонимание, даже глазки стали грустными. Но я успел заметить тот огонёк.
– Ч-что значит р-развестись? У тебя кто-то появился? – спрашивает и поддаётся всем телом вперёд.
– Нет Ника, я не изменял тебе, если ты об этом? – произношу ровным голосом.
– Я не отдам тебе Кирилла, по договору он остаётся со мной, – довольно произносит стерва.
Всё-таки Макс был прав, ну, что же, продолжим.
– Хорошо! Я буду забирать его на выходные, ведь, такого пункта нет в договоре, а значит, я имею полное право на это, – смотрю, как лицо девушки бледнеет, глаза расширяются, и в них читается испуг.
Чего же ты так испугалась? Дорогая моя жена.
– Нет! Такого не будет! Я не позволю! – гневно выпаливает.
– А тебя, никто и спрашивать не будет, уверен суд будет на моей стороне, – одариваю её своим фирменным оскалом.
Вероника, нервно закусывает нижнюю губу, опускает взгляд, видно как быстро бегают её глаза, наверное, ищет выход из ситуации.
– Демьян я…..послушай, – встаёт с постели, подходит ко мне, опускается на колени, заглядывает мне в глаза, – прошу не руби сгоряча. Давай попробуем всё сначала, я обещаю тебе, всё изменится, пожалуйста, не отказывайся, – со слезами на глазах просит Ника.
Слёзы на её глазах, я вижу второй раз, первый был в Крыму, когда Макс привёз её домой. Начать сначала? Чёрт! Ради сына я готов на такой шаг, а там посмотрим, что делать дальше. Макс, Макс, что же ты раньше не раскрыл мне глаза, может давно бы, всё было по-другому. Нужно найти лазейку в этом чёртовом договоре, и быть готовым в случае нового плана со стороны Вероники. Как бы я потом не пожалел, о своём решении.
Обхватываю лицо Ники своими ладонями, смотрю в её глаза.
– Вероник, я хочу получать от тебя женского тепла, заботы и ласки, не хочу больше того холода, которым ты заморозила мои чувства. Если ты не можешь этого дать мне, то не стоит пробовать, – тихо говорю, плачущей жене.
Ника кивает головой, как болванчик, обхватывает меня руками за шею, утыкается в моё плечо.
– Обещаю, я…я стану такой, какой ты хочешь, прости меня, я не думала, что веду себя так холодно, – прижимается плотнее ко мне.
Оторвал от себя Веронику, поставил её на ноги, подвёл к кровати и усадил на неё.
– Завтра состоится банкет по поводу подписания контракта, будь готова к четырём часам, сегодня я переночую у Кирилла в комнате, – говорю и покидаю спальню.
Мне срочно надо выяснить, сама Вероника додумалась до такой махинации, или же её кто-то надоумил? Михаил Петрович – отец Ники ни разу не просил финансовой помощи, он слишком гордый, да и вряд ли хотел обогатиться за счет дочери, не похож он на «сволочь отца». А вот Ангелина Витальевна под большим вопросом, дамочка привыкла жить в комфорте, ни в чём себе не отказывая. На нашу свадьбу она пригласила весь окружающий ей бомонд. Эта женщина может пойти на многое ради денег. Вот только есть одна неувязка, которая портит всю картину, между Вероникой и её матерью натянутые отношения, они словно чужие друг другу. Она ещё ни разу не держала внука на руках, на его дне рождении вообще откровенно сторонилась ребёнка.
Мои раздумье прервал телефонный звонок, достал телефон из кармана, и сильно удивился, что это друг решил позвонить так поздно?
– Да Герман, слушаю, – принял вызов.
– Здорово Дем, как контракт с китайцами? – весело интересуется приятель.
– Подписали, завтра банкет, кстати, приглашаю к четырём часам в Эльвет, – выхожу на застеклённую террасу дома, присаживаясь на диванчик.
– Спасибо, обязательно буду, как там семья? Давно не был у вас, – походу, кто-то напрашивается в гости.