– Стой! – выдохнула я, хватая Нину за руку. – Скажи мне, сколько сейчас времени?
– Зачем тебе? – озадаченно посмотрела на меня подруга. – Может всё-таки лучше скорую?
– Со мной всё в порядке, – отмахнулась я нетерпеливо. – А, короче, дай сюда!
Я выхватила у неё телефон, который она держала в другой руке, и нажала боковую кнопку. Экран блокировки показал, что сейчас ровно одиннадцать утра.
– Чёрт, и правда вернулась, – растерянно констатировала я, падая на диванчик. – Но почему?
– Что почему? – в замешательстве переспросила Нина, переводя взгляд с меня на телефон. – Что случилось то? Ты прямо сама не своя.
Оставив её вопросы без ответа, я молча вернула ей телефон. Нащупав под боком сумочку, достала свой, сообразив, наконец, что у меня он тоже есть.
Первым моим порывом было действовать: позвонить отцу и предупредить его, сорваться с места и бежать домой, а ещё найти того подонка, что отдал приказ. Но, сначала всё же нужно было прийти в себя и как следует подумать.
Так что со мной произошло? Я умерла, или это мне только привиделось? Если второе, значит всё, что я помню, лишь фантазия разгоряченного мозга? И ничего такого не случится?
Хорошо бы, если так. Но боль, поселившаяся в сердце, и не отпускающая даже сейчас, говорила, что всё было более чем реально. Стоило мне закрыть глаза, как я снова видела горящий дом и печальное лицо Воронцова, сообщающего мне страшные вести.
Я махнула рукой, подзывая официантку. Есть не хотелось, но появилось огромное желание выпить чего покрепче. Здесь, конечно, такое не подают, но для начала сойдет и обычный коктейль.
Значит, всё-таки я погибла. И что-то, или кто-то вернул меня обратно. Возможно ли, что это была моя магия? Да, мой дар перестал тогда действовать, но вдруг ему просто понадобилось больше времени, чтобы эволюционировать во что-то иное? Слишком многое тогда случилось, против чего оказалась бессильна даже магия времени.
К нам подошла толстушка в сером переднике, и вопросительно на меня уставилась, держа наготове блокнот с записями. Глядя на неё, я вдруг поняла, что у меня и вправду мало времени. Тот, кто сбросил на меня ту кадку с цветами, наверняка сделал выводы и скоро передаст информацию обо мне Совету. Но кто это был и как он меня вычислил? Это надо было выяснить в первую очередь.
– Нина, извини, мне надо срочно уйти. Я тебе позже позвоню.
Схватив сумочку и подорвавшись с места, я выбежала на улицу. И только оказавшись снаружи, сообразила, что понятия не имею, куда идти. Снова в тот переулок? Но какой смысл? Меня там никто уже не ждёт. И с чего же тогда начать?
Застыв на входе в кафе, я обвела рассеянным взглядом окрестности. Мне всё больше казалось, что время бездарно утекает, и если я не потороплюсь, то не смогу ничего исправить. Ветер всё никак не успокаивался, и улицы почти обезлюдели, потому любой случайный прохожий сразу бросался в глаза.
И тут я увидела его. Того типа в плаще, что столкнулся со мной тогда на переходе. Он стоял напротив кафе возле витрины с одеждой, и старательно изображал заинтересованность местной модой. Однако то и дело поворачивал голову и косился через плечо в мою сторону. Наши взгляды пересеклись, и он, заметив, как я на него таращусь, видимо, почуял что-то неладное. Сунув руки в карманы, нарочито медленным шагом мужчина стал удаляться в сторону перекрестка.
«Ну, нет, просто так ты не уйдешь!»
Если в моём возвращении виновата магия, может, я и время снова могу останавливать. Почти наощупь я выхватила из сумочки свой янтарный кулончик, и во все глаза на него уставилась. Но мир и не подумал замирать. Значит, эту способность, я утратила. Что ж, это было бы слишком просто.
Закинув ставший бесполезным кулон обратно, я рванула с места и помчалась следом за таинственным наблюдателем, не желая терять единственную ниточку, способную привести меня к тому, кто виновен в гибели моих родных. Меня даже не пугал тот факт, что он сильней меня, а может и вовсе вооружён. Во мне говорили эмоции, и я готова была справиться с самим чёртом, лишь бы спасти своих близких.
Мужчина в плаще обернулся. Увидев погоню, он замер на мгновение, будто раздумывая, что предпринять, а потом тоже припустил вверх по улице.
Перебежав дорогу и чудом избежав столкновения с велосипедистом, я вывернула на тротуар. Не обращая внимания на его гневные крики, я ускорилась ещё сильней, радуясь тому, что надела удобные туфли, а не босоножки на шпильках.
Добежав до поворота, незнакомец свернул за угол, и я, распугивая встречных прохожих, что удивленно провожали меня взглядами, рванула за ним что есть сил.
Но, когда я добралась до перекрестка, мужчины, за которым я гналась, уже и след простыл. Главный проспект, несмотря на погоду, был достаточно многолюден, чтобы он мог легко затеряться в толпе.
Тяжело дыша после длительного забега, я устало прислонилась к рекламному щиту, на котором был изображён плывущий по морю круизный лайнер, а сверху большими буквами было написано «Софт Индастриз».
В голову полезли совершенно неуместные в данный момент мысли, что я ни разу в своей жизни не была на море. Было бы здорово отправиться туда всей семьей. Моей нынешней семьей.
Про свою семью из прошлой жизни я старалась вспоминать как можно меньше. Не имея возможности вернуться обратно, просто не хотелось думать о том, что чувствовали мои родные, когда я исчезла. По правде говоря, мы с ними были не очень близки, разные взгляды на жизнь и расстояние сделали своё дело, и общались мы редко. Надеюсь, у них сейчас всё хорошо, а большего мне и не надо.
Пронзительный сигнал автомобиля, раздавшийся совсем рядом, привёл меня в чувство. Пролетевшая мимо синяя машина окатила меня водой из лужи, и этот незапланированный душ окончательно прочистил мне мозги.
«Что я делаю? Зачем вообще за ним побежала? Всё равно он не стал бы ничего рассказывать. Зато теперь мои враги будут точно знать, что я в курсе их намерений, и начнут действовать».
Последняя мысль впечатлила меня особенно сильно.
Выскочив на обочину, я замахала руками, как сумасшедшая, и села в первую остановившуюся машину. Водитель, мужчина лет за сорок, с примечательными густыми усами и надвинутой на глаза кепкой, недовольно покосился на мой взъерошенный вид и мокрую одежду, но так ничего и не сказал. Усевшись на самом краешке сидения, чтобы не замочить обивку, я назвала ему адрес, и пообещала щедро заплатить, если он будет ехать быстро.
Я набрала номер отца и с нетерпением стала отсчитывать гудки. На четвертом гудке Павел взял трубку.
– Слушаю, – ответил он удивлённо. – Что-то случилось? Ты же только уехала.
– Отец, не мог бы ты ненадолго задержаться дома? У меня к тебе серьёзный разговор. Маму и сестру тоже попроси остаться.
– Серьёзный, говоришь, – переспросил отец, и в его голосе я почувствовала тревогу. – Ну, хорошо, мы ждём. Ты через сколько будешь?
Довезли меня и правда, довольно быстро. Сунув водителю пару крупных купюр, я выскочила из автомобиля и бросилась к усадьбе. По пути мне встретился лишь садовник, неторопливо подстригающий кусты. Седовласый мужчина служил у Бестужевых довольно давно, и потому даже глазом не повёл, когда увидел, как его хозяйка сломя голову несётся в сторону дома.
«Что же мне им сказать? Как убедить уехать сейчас же, немедленно? Без объяснений они и слушать меня ведь не станут. Решат, что я перегрелась на солнце. Но, чёрт возьми, как же страшно говорить им всю правду!»
Семья Бестужевых в полном составе дожидались меня в гостиной, сидя в креслах вокруг стола, накрытого для чаепития. Но ни один из них так и не прикоснулся к своей чашке. Мать нервно теребила в руках платок, отец невозмутимо листал газету, но прямая спина выдавала его напряжение, а сестра отсутствующим взглядом уставилась в экран смартфона. Атмосфера в комнате была полна ожидания.
Стоило мне войти, как Кристина подскочила ко мне и зашептала на ухо.
– Сестра, ты что, залетела? Ты это нам хотела рассказать, да? А Макс-то в курсе?
Я растерянно улыбнулась, не зная, что ответить на столь интересное предположение. Ольга, похоже, была того же мнения, потому как её лицо выражало замешательство.
– Ну, давай, рассказывай, – прервал неловкое молчание Павел, – для чего мы здесь собрались?
Я глубоко вдохнула, как перед прыжком в пропасть, и решительно выпалила:
– Я хрономаг.
– Что?!
Спрятав в карман миниатюрную камеру, на которую велась съемка, Эдуард попрощался с хозяевами квартиры и вышел в подъезд.
Пожилая пара, увидев фальшивые корочки сыщика тайной канцелярии, пустила его к себе без проблем, и даже когда он торчал у окна, выглядывая там Бестужеву и снимая потом на камеру видео, они не стали проявлять любопытства. По его расчётам, девушка должна была пройти именно этим переулком. Так оно и вышло, и в нужный момент его помощник, дождавшись сигнала, сделал всё как надо.
Быстро спустившись по лестнице, безопасник выскочил на улицу и махнул рукой подчиненному, чтобы тот возвращался без него. Сам же он двинулся следом за объектом наблюдения, решив проследить за ней ещё немного и собрать больше материала для шефа. Всё произошло так быстро, что он не успел как следует разглядеть, и уверенности, что именно это была за магия, у него не было. Позже он обработает и внимательно просмотрит каждую секунду видео, а пока лучше было перестраховаться.
Бестужева дошла почти до конца переулка и вошла в кафе на другой стороне. Через прозрачные витрины Эдуард увидел, как она присела за столик к своей рыжей подруге. Та что-то сказала ей и улыбнулась.
А потом случилось что-то странное. Мир вокруг мужчины раздвоился, картинка перед глазами смазалась и пошла помехами, словно кто-то включил старый кинофильм.
Эдуард закрыл глаза и потряс головой, уверенный, что это от переутомления. В следующее мгновение он уже и не помнил о том, что ему привиделось.
Прошло всего несколько минут, когда Бестужева вдруг встала и выбежала на улицу. Мужчина подорвался с места, собираясь продолжить преследование, но девушка и не думала куда-то идти. Стоя под козырьком входа, она с задумчивым видом осмотрелась вокруг, и её взгляд остановился на Эдуарде.
Он мог бы поклясться, что девушка узнала его, если бы не был уверен, что никогда не видел её раньше. Как и она его. Но нет, Бестужева смотрела на него так, будто прекрасно знала, кто он такой.
Интуиция бывшего сыщика буквально завопила, что здесь что-то не так. Решив не игнорировать её голос, он медленно пошёл прочь, надеясь, что ему лишь показалось. Но ощущение чужого взгляда никуда не делось, и он непроизвольно обернулся. И был до глубины души поражён тем, что преследуют теперь его.
«Неужели она меня и правда знает? Но как? Откуда?»
Эдуард не сразу сообразил, что делать, и только через несколько секунд, когда Бестужева была совсем близко, тоже побежал. Встреча с ней не входила в его планы. А вот планы Меньшикова на её счет, судя по всему, пошли псу под хвост. Если девушка поняла, что её раскрыли, то медлить не станет – заберёт семью, и сбежит куда подальше. Ищи потом их где-нибудь в соседнем королевстве.
А потом он понял, что она так до сих пор и не воспользовалась своей магией. Может Меньшиков ошибается, и она вовсе не хрономаг? Зачем она побежала за ним? Неужели всерьез думает, что сумеет разговорить его, и он выложит ей всё, что знает?
Безопасник перестал понимать что-либо. Вся эта ситуация просто выбила его из колеи. Чуть не столкнувшись с велосипедистом, он выругался, а потом в два счёта домчался до перекрестка и, забежав за угол здания, осмотрелся. Заметив чернеющую арку прохода, ведущего во двор, он нырнул туда и слился с тенью.
Бестужева выбежала следом почти сразу и, растерянно повертев головой, прислонилась к щиту с рекламой их компании. Какое-то время она так и стояла, пока одна и проезжающих машин не обрызгала её. Встрепенувшись, она подошла к дороге, поймала попутку и уехала.
Покрутив в руках свой телефон, Эдуард всё же не стал звонить шефу, а вызвал такси. Такие новости лучше сообщать лично.
Похоже, он каким-то образом спугнул девчонку.
Офис компании находился в пятнадцати минутах езды отсюда, и вскоре мужчина поднимался в лифте, нервничая от того, что тот едет слишком медленно. Едва двери распахнулись, как он тут же выскочил наружу и, игнорируя приветствия охранников, поспешил к Меньшикову.
Аристократ был у себя, в ожидании новостей меряя шагами свой кабинет, и когда Эдуард вошел, он замер на месте и вопросительно уставился на безопасника.
– Что-то ты быстро, – удивлённо заметил мужчина, махнув рукой в сторону кресел. – Ты всё сделал, как я сказал?
Безопасник остался стоять. Не зная, с чего начать, он вынул камеру из кармана и положил её на стол.
– Сделал, – мрачно ответил он Меньшикову. – Только возникла одна проблема.
Приятель Олега, Галицкий, что тоже присутствовал здесь, оторвался от зрелища за окном и вопросительно уставился на безопасника. Хозяин кабинета же нахмурился и, схватив бокал с виски, уселся в своё кресло.
– Рассказывай, – коротко бросил он своему подчинённому, делая хороший глоток огненного пойла.
Эдуард устало провёл рукой по лицу, а затем всё же сел. Признаваться в собственной некомпетентности ему не хотелось. Да и не факт, что это его вина, он просто не мог нигде перед ней засветиться.
– Не знаю, что у неё за магия, не успел отсмотреть записи. Но это теперь не столь важно. Кто-то слил Бестужевой информацию о наших планах на её счёт. Это всего лишь мои выводы, но… Она узнала меня, я более чем уверен в этом. Понимаете, что это значит?
– Что?! – воскликнул Меньшиков, подрываясь со своего места. – Как такое возможно?
Алкоголь расплескался из бокала, попав на аристократа, и тот раздражённо поставил его обратно на стол.
– Это точно? – куда спокойней переспросил у мужчины Галицкий. – Ты не ошибаешься?
– Да, черт возьми! – с досадой воскликнул безопасник, сам себе удивляясь. – Девчонка даже погналась за мной, когда увидела. Так что, да, она точно что-то знает.
– И что же теперь делать? – нервно спросил сам себя аристократ, опускаясь в кресло. – Рассказать совету? Но успеют ли они что-то предпринять? А вдруг она уже на пути сюда?
– Я бы на твоем месте сообщил им как можно быстрей, – невозмутимо заметил Андрей, потянувшись к журнальному столику у окна, где стоял его бокал, до краёв наполненный виски. – Если Бестужева и правда, хрономаг, то ей проще скрыться, чем лезть на рожон. Её семья уже наверняка собирает вещи, чтобы свалить из страны.
– Соглашусь с ним. Она сейчас, должно быть, очень напугана, и ждать, пока за ней придут, не станет. И ещё… – Эдуард замялся, не зная, как сказать. – Я своими глазами видел, как она избежала смерти, применив свой дар. Но что ей мешало догнать меня, использовав его снова? Возможно, собственное спасение истощило её силы настолько, что она не смогла больше колдовать. Или же она не та, о ком мы думаем. В любом случае, мне кажется, что мы переоцениваем её возможности.
Меньшиков откинулся назад и задумался. Схватив со стола карандаш, он стиснул его в кулаке, приводя свои мысли в порядок. Олег страстно желал сам поквитаться с девчонкой, но если сейчас поддаться эмоциям, то цена окажется слишком высокой.
Раздался хруст, и аристократ удивлённо уставился на деревянный обломок в своей руке. Выкинув сломанный карандаш в урну, он посмотрел на безопасника.
– Надеюсь, ты прав, – протянул Меньшиков, доставая из ящика свой сотовый телефон. – Но совету об этом лучше не знать, пусть считают, что она опасна. Это развяжет нам руки, да и помощь их магов лишней не будет. Скидывай на флешку видео, и собирай людей. Как можно быстрей установите слежку за домом Бестужевых, и докладывайте мне обо всех их перемещениях.
Эдуард кивнул и вышел из кабинета.
Олег повернулся к Галицкому и спросил, протягивая ему телефон.
– У тебя есть выход на Ратибора напрямую?
– Разумеется, – Андрей набрал номер и, включив видеосвязь, положил мобильник на стол.
– Слушаю, – услышали они в трубке хриплый голос старика, а затем увидели его самого. – Кто это?
– Здравствуйте, уважаемый, – начал разговор Олег, появляясь в поле зрения камеры. – Вас беспокоит Меньшиков. Ваш номер мне подсказал Андрей Галицкий, и у нас к вам важный разговор. Извините, если отвлёк, но дело не терпит отлагательства. Видите ли … Есть вероятность, что я и мои люди вышли на след хрономага.
Ответа не было так долго, что аристократы решили, будто связь барахлит, или Ратибору вдруг стало плохо. Старик сидел в своем кресле, не двигаясь, и даже не моргал. Но потом он пошевелился и припечатал их тяжелым взглядом из-под густых бровей.
– Уверены в этом? – скептически поинтересовался он. – И почему звоните мне? Я не могу принимать такие решения в одиночку.
– Нет времени на раздумья, – вмешался в разговор Галицкий, видя нерешительность приятеля, – хрономаг в курсе, что его вычислили, и нужно действовать быстро, пока он ничего не предпринял.
– А почему же он до сих пор бездействует? Почему вы вообще это допустили? Как нам теперь предугадать его реакцию? – глава совета не на шутку разозлился, и Олег решил не скрывать от Дамирова ничего.
– Простите, что перебиваю, но есть подозрения, что хрономаг временно лишился магии, и брать его надо сейчас, пока он беспомощен.
– Кажется им, – уже не так гневно, но всё ещё недовольно произнёс старик. – В общем, так, слушайте меня внимательно!
Переговоры с главой совета длились недолго. Меньшиков переслал ему видеозапись и заключение профессора, и этих доказательств оказалось Дамирову более чем достаточно. А тот факт, что Бестужева была той самой возмутительницей спокойствия, поставившей всю общественность на уши, окончательно убедил Ратибора в том, чтобы принять решение единолично. Старик быстро разобрался в ситуации и не стал созывать совет, после долгих сомнений всё же решившись на захват хрономага. Если он и был удивлён тем, кто именно оказался их врагом, то это выразилось лишь в намерении взять девчонку живьём. А может у главы на то были свои планы.
Вернулся Эдуард и огорошил их новостью о том, что на имя Бестужевых были куплены билеты на самолёт. Андрей оказался прав, девчонка испугалась и собирается сбежать. И перехватить их нужно до того, как они прибудут в аэропорт или на вокзал. Иначе шумиха неизбежна.
Обзвонив нужных людей, Ратибор сообщил Меньшикову, что аэропорт взят под контроль, а Алан, лидер имперских менталистов, уже выдвинулся в сторону города N. Старик не стал полагаться на везение, и решил перестраховаться. По счастью, маг, по поручению совета, находился в соседнем городе, и должен был прибыть на место в течение часа.
Остальные маги и отряд поддержки подтянутся позже, но если не успеют, Алану придётся действовать в одиночку. Ухватившись за такую возможность, Меньшиков тут же предложил главе совета свою помощь. В отличие от Дамирова, он не сомневался в том, что будет делать дальше.
Собирались мы быстро. Из вещей взяли только самое необходимое, что понадобится в первую очередь. Мать подготовила документы, а нам с сестрой поручили собрать в кучу все драгоценности на случай, если наши счета заморозят. Отец же беспрерывно висел на трубке, обзванивая и поднимая старые связи. Он планировал вывезти нас в соседнее государство, и искал тех, кто обеспечит поддельные личности и поможет с обустройством на новом месте.
После того, как я открылась семье, они долгое время сидели молча, пока мама не встала и не подошла ко мне с объятиями. Признаюсь, я тогда так расчувствовалась, что чуть не расплакалась. Копившийся глубоко внутри страх того, что они не примут меня, что откажутся от меня ради сохранения своих жизней, был силён, хоть и совсем не обоснован. Но они не выказали ни тени сомнения, когда решали, что делать дальше, и мой страх отступил сам собой.
Отец затребовал подробности, и я изложила ему отредактированную версию того, что знала. Не сказала лишь главного – что я уже через всё это проходила. Это родным знать было ни к чему.
Я поведала им, как открыла в себе дар, и как он не раз спасал мне жизнь. Но умолчала о своих похождениях как Тринити, уж слишком не вязалось это с образом их дочери, пусть и изменившейся за последнее время. Рассказала о том, что магия времени в один миг вдруг перестала меня слушаться, и рассчитывать на неё теперь было нельзя.
Когда же отец спросил, почему я только сейчас решила им всё рассказать, пришлось выложить и про слежку, и попытку меня убить. Сестра побледнела, Ольга схватилась за сердце, а Павел стал мрачней тучи.
Сказала, что понятия не имею, как на меня вышли. Может, это было случайностью, а может за мной уже давно вели наблюдение, и ждали подходящего момента, чтобы меня разоблачить. Я соврала, что не знаю, кто эти наблюдатели, и что им от меня надо, но учитывая характер моей магии, ничего хорошего ждать от них не приходится.
После этого семейным советом было решено, что оставаться в стране опасно, и ближайшим рейсом мы собирались отправиться в Монголию, где нас встретят и переправят в Китайскую империю. Отношения между нашими странами были напряжёнными, и потому затеряться там будет несложно.
Я не знала возможностей имперского совета, но подозревала, что им ничего не стоит перекрыть нам все пути отступления. Отец хоть и не знал всего, но на всякий случай билеты взял совсем в другом направлении и на другое время, а через своих знакомых организовал нам чартерный рейс на частном самолёте. Время играло против нас, и нужно было успеть убраться из страны до того, как совету обо всем доложат, и они примут меры к моей поимке.
Дом остался на попечении самых верных слуг, что жили с нами, остальных отец рассчитал и отправил по домам. Дворецкому был дан четкий приказ, уходить сразу в случае опасности. Старый слуга порывался сопровождать нас в путешествии, но отец категорически не хотел впутывать ещё и его.
А я… Я даже не попрощалась с Максом. Лишь отправила ему сообщение о том, что свидание отменяется, оправдав это плохим самочувствием. Звонить ему, и что-то рассказывать я не стала. Делать этого нельзя было ни в коем случае, и я это прекрасно понимала, хоть моё сердце и обливалось кровью от того, что я больше не увижу своего милого мальчика. Но для него же будет лучше, если они с Сергеем ничего не узнают, иначе непременно примчатся на помощь и тоже пострадают.
До аэропорта, где нас уже ждал готовый к немедленному взлёту самолёт, мы не доехали буквально несколько километров. Шоссе, по которому мы ехали, оказалось перекрыто двумя рядами бетонных блоков, обклеенных сигнальной лентой, а сбоку от них стоял знак дорожных работ. Машины, едущие перед нами, тормозили у преграды и сворачивали на объездную дорогу через поля.
Глядя на приближающуюся баррикаду, я подсознательно почувствовала какую-то неправильность. Что-то меня смутило, но я никак не могла сообразить, что именно. Пока вдруг не дошло, что дорога по другую сторону преграды была совершенно пуста.
Где же вся техника? Зачем было перекрывать шоссе раньше времени? Чтобы навлечь на себя гнев автомобилистов, вынужденных портить подвеску на ухабах грунтовой дороги?
Воображение тут же нарисовало картину поджидающего в кустах отряда имперцев, и я вздрогнула. Бред, конечно, но мне показалось, что шестое чувство меня не обманывает.
– Папа, стой! – воскликнула я. – Тормози, говорю!
Отец снизил скорость и съехал на обочину, а когда машина остановилась, развернулся ко мне.
– В чём дело? – недоумённо посмотрел на меня он.
Я замялась, раздумывая, как озвучить свои подозрения.
– Не знаю, может я слишком мнительная, но тебе не кажется странным, что впереди нет ни одной строительной машины? Пусть работы пока не начались, но технику то уже должны были пригнать?
– По-моему ты сходишь с ума, сестрёнка, – беспечно отмахнулась Крис.
Мать с волнением посмотрела на отца, но промолчала.
– Нет, она права, – возразил Павел, с беспокойством глядя на дорогу, – что-то здесь и правда, не так. Пожалуй, проедем по другому шоссе. Придётся сделать крюк, но так мне будет спокойней.
Развернувшись, он прибавил газу, и мы тронулись в обратном направлении. Насколько я помнила, следующая развилка находилась через километр. Свернув туда, нам придется добираться до аэропорта на полчаса дольше, чем если бы мы поехали в объезд перекрытого участка. Я посмотрела назад, уже сомневаясь в правильности решения, и мой взгляд скользнул по чёрной машине, пристроившейся прямо за нами.
«По-моему, она ехала в другую сторону, – машинально отметила я. – Ну да, и вон та красная машина за ней тоже почему-то решила вернуться. Странно, в объезд же путь короче».
Чёрный автомобиль вдруг ускорился и обогнал нас, а красный подъехал впритирку сзади. Нашу машину взяли в захват, и я поняла, что, несмотря на уловку с билетами, нас всё равно каким-то образом выследили. И если следили за нами от самого дома, то шансов сбежать у нас изначально не было.
Слева показался съезд на засеянное пшеницей поле, и отец, сделавший те же выводы, что и я, резко свернул туда через встречную полосу. Завизжали тормоза, возмущённо засигналили водители машин, чудом не столкнувшихся с нами, а преследователи, замешкавшись от нашего внезапного маневра, уже не смогли выехать следом так же быстро. Это дало нам фору, и мы успели довольно далеко проехать по грунтовке в сторону лесополосы. Когда мы добрались до середины поля, позади раздались выстрелы. Сидящие на заднем сидении сестра с матерью вскрикнули от страха, и пригнулись, но те, кто стрелял, целился вовсе не по нам. Раздался хлопок, и машину повело в сторону. Отец едва удержал руль и резко затормозил, отчего Кристина с Ольгой чуть не упали. Меня удержал ремень, и я, дождавшись, когда автомобиль остановится, быстро расстегнулась и повернулась к маме и Крис.
– Вы в порядке? – поинтересовалась я у них, и, получив подтверждающие кивки, посмотрела на отца. – Что будем делать?
Я осеклась. Знакомые ощущения накрыли меня с головой. Снова появилось чувство, что кто-то влез мне в голову. Всё, как тогда, в порту. Неужели он тоже тут?
Резко обернувшись, я увидела подъезжающие машины.
– Отец, ты же взял свой пистолет?
Он проследил за моим взглядом и молча достал из бардачка оружие. – Думаешь, он нам поможет?
– Не знаю, но лишним он точно не будет, – я сделала паузу, а потом обратилась сразу ко всем своим близким. – Простите меня ещё раз за то, что втянула вас в эту историю.
– О чём ты говоришь, Олеся? – нахмурились Ольга. – Разве могло быть иначе?
Пряча слёзы, я выбралась из машины. Оставаться в машине не было смысла, как и пытаться сбежать. Оставалась лишь робкая надежда на то, что удастся договориться с имперцами, ведь в прошлый раз я зачем-то понадобилась совету. И я должна была хотя бы попытаться сделать это ради своей семьи.
Отец тоже вышел и встал рядом со мной, спрятав пистолет под рубашкой. Мать с сестрой остались сидеть внутри, с тревогой наблюдая за нами. Крис порывалась было выйти вместе с нами, но Ольга её удержала.
Двери автомобилей напротив открылись, и первым, кого я увидела, был мой личный кошмар. Беловолосый «демон» вылез из автомобиля и окинул меня ледяным взглядом, на отца даже не взглянув. Ненависть и ужас обуяли меня с новой силой. Я вздрогнула от воспоминаний, но постаралась взять себя в руки.
Следом за менталистом из машин высыпали люди в спецуниформе, вооруженные автоматами и, рассредоточившись, взяли нас в окружение.
– Смотрю, вся семья в сборе, – издевательски усмехнулся маг. – Далеко собрались? Думали, мы не раскусим ваш фокус с билетами? Глупцы, вас вели с самого начала, а вы ничего и не заметили.
– Кто вы такой? – требовательно спросил отец. – По какому праву вы нас преследуете?
Маг с деланным удивлением повернулся к нему.
– Думал, вы и так уже догадались. Меня зовут Алан, и я представляю собой совет, управляющий нашей империей. Ваша дочь обвиняется в преступлениях против существующей власти, но даже это не самое главное.
Отец, услышав обвинения, изумлённо покосился на меня.
– Она хрономаг, – продолжил менталист, – хотя, наверное, вы это и без меня знаете. Так же как и то, что говорится о таких, как она, в законе.
– Давай пропустим все эти прелюдии и перейдём сразу к главному, – не выдержала я, – Я знаю, кто ты и зачем здесь.
Я не отрывала от мерзавца неприязненного взгляда, игнорируя недоумение отца. Потом, папа, я объясню тебе всё потом.
– Даже так? – маг выглядел удивлённым. – Интересно узнать, откуда. Неужели и правда в совете завелась крыса?
Я благоразумно промолчала, ожидая продолжения.
– Что ж, не буду ходить вокруг да около. Мне поручили задержать тебя и доставить в столицу. При условии, что ты не окажешь сопротивления. Тогда ты и твоя семья останетесь живы.
– Я согласна, – снова перебила я его, не дав договорить. – Только семью отпустите, они тут ни при чём. Пусть они уедут, и тогда я поеду с вами.
– Олеся! – воскликнул отец. – Что ты такое говоришь?! Как я могу тебя отпустить с ними?
– Поверь, отец, так будет лучше. Иначе мы все тут погибнем, – добавила я совсем тихо, но Павел услышал меня, и возражения застряли у него в горле.
– Хорошая девочка, – довольно ощерился Алан. – Давай же, иди ко мне. И тогда твои родственнички могут катиться на все четыре стороны.
Раскинув руки, чтобы показать, что у меня они пусты, я пошла по направлению к Алану. Прожигая его взглядом, я шаг за шагом медленно приближалась к менталисту, и он тоже пристально смотрел на меня. Но тут вдалеке послышался шум мотора, и из-за поворота показался ещё один автомобиль. Наш зрительный контакт разорвался, и я глянула ему за спину.
Словно дожидаясь этого, один из бойцов, что стоял сбоку от него, вскинул автомат, целясь в мою сторону. Алан что-то прочитал в моих глазах и повернул голову. Его глаза стали круглыми от изумления, он дёрнулся в сторону, а потом в грудь автоматчика прилетел искрящийся сгусток энергии.
Я даже испугаться толком не успела, так быстро всё произошло. Обернувшись, я увидела отца, опускающего руки. Его магия в считанные секунды сумела преодолеть разделяющее нас расстояние, оказавшись быстрей кого бы то ни было.
– Ах ты, урод! – закричал кто-то из отряда, и сразу несколько бойцов схватились за оружие.
– Не стрелять! – заорал беловолосый маг, но было уже поздно.
Автоматные очереди прошили тело отца, и он упал. В отчаянии я кинулась к нему и, действуя скорей на инстинктах, схватила пистолет, торчащий у него из-под рубашки. Почему он использовал магию, а не оружие, я не знала, но даже она не смогла ему помочь.
Сестра с матерью выскочили из автомобиля и побежали ко мне, из вновь прибывшей машины тоже выбежали люди.
Леденея от горя, я повернулась к своим врагам. Мне было плевать, планировал ли Алан это с самого начала или убийца моего отца действовал по приказу кого-то другого. Но я собиралась покончить с этим раз и навсегда.
Получив пулю в лоб, менталист рухнул замертво, и я, отбросив пистолет, чистой силой ударила по оставшимся противникам. Остатки отряда разлетелись, как кегли, но одному удалось удержаться, и он тут же выстрелил в меня. Грудь обожгло огнём, и я осела на землю рядом с отцом. Что-то кричала мать и рыдала сестра, но мне уже было всё равно. Умирая в очередной раз, я лишь горько сожалела, что так бездарно потратила второй шанс.
Я снова очутилась в той чёрной безграничной пустоте, и как в прошлый раз, ощутила себя бесплотным духом. Но в этот раз я помнила, как попала сюда, а ещё откуда-то свыше пришло понимание того, что всё происходящее – проделки моей магии. Это она, решив всё за меня, в который раз спасла мне жизнь. Ну, если это можно было назвать спасением. Как только я это осознала, где-то вдалеке вновь появился тот огонёк, что я видела здесь раньше. И я опять потянулась к этому манящему свету.
Тьма ярко вспыхнула, и ко мне вернулись мои чувства. Я услышала ту самую песню, а потом и звон колокольчика. До меня донесся запах выпечки, и снова прозвучала та же фраза, произнесённая моей подругой.
Но я не спешила открывать глаза. Во мне боролись страх и здравый смысл. Я боялась, что всё это не более чем галлюцинации умирающего мозга, а разум твердил, что для этого всё слишком реально. И что я буду последней дурой, если не воспользуюсь ещё одной попыткой всё исправить.
Глубоко вдохнув, я открыла глаза.
Ну, здравствуй, день сурка!
«Интересно, как долго это будет продолжаться? Пока я не спасу семью, или пока не перестану умирать? А может число попыток ограничено? Чёрт, как же мне во всём этом разобраться!»
Я схватилась за голову и растерянно взъерошила волосы, повторяя любимый жест своего парня.
– Что с тобой? – недоумевающе поинтересовалась Нина. – Что-то случилось?
– Ничего, – бросила я резко, чувствуя раздражение.
Мне надо было разобраться с ситуацией как можно быстрей, а в голову не шло ничего путного.
«Так, давай, Аня, думай, – махнув рукой официантке, я погрузилась в размышления. – Что в первую очередь надо сделать? Почему в прошлый раз всё так вышло?»
Пухлая официантка подошла на удивление быстро.
– Что будете заказывать?
Я вынырнула из своих мыслей и открыла рот, чтобы попросить у неё крепкого кофе, но мозг, наконец, заработал как следует, и стало понятно, что даже на кофе у меня нет времени.
Взяв сумочку, я второпях попрощалась с Ниной, пообещав перезвонить, и выбежала из кафе. И лишь в последний момент сообразила, что снова могу спугнуть своего преследователя. Остановившись у самого входа, я достала телефон. Набрав номер отца, мельком глянула на другую сторону улицы. Наблюдатель стоял там же, где и в прошлый раз, изображая статую. Сильный ветер раздувал полы его плаща, и всё норовил сорвать с мужчины шляпу, отчего тому приходилось её придерживать.
– Олеся? – услышала я слегка удивлённый голос Павла. – Что-то случилось?
– Да, пап, – ответила я. – Не могу сейчас всего объяснить, да и не телефонный это разговор. Но прошу, отнесись к моей просьбе серьёзно.
– О чём ты? – с беспокойством поинтересовался отец. – Тебе нужна помощь? Скажи, где ты, и я приеду за тобой.
– Нет, со мной всё нормально. Послушай, вам с мамой и Кристиной нужно срочно уехать из дома. Куда угодно, лишь бы вас там не смогли отыскать. Уезжайте прямо сейчас, прошу тебя!
– Ты можешь толком сказать, что происходит? – не на шутку встревожился Павел. – Почему и от кого нам надо прятаться?
– Говорю же, расскажу потом! – я снова начала раздражаться оттого, что время уходит.
Скажи я всё напрямую, вызвала бы ещё больше вопросов. Да и где гарантия, что телефоны не прослушивают? Я ведь ничего толком не знаю о здешних технологиях.
– Если не веришь, мои слова подтвердит Воронцов-старший, – привела я свой самый убойный аргумент. – Как только я с ним встречусь. После этого мы приедем за вами.
– Что?! Он-то тут при чём? – отец помолчал немного, видно, собираясь с мыслями, а после заговорил более хладнокровно. – Хорошо, я понял тебя, Олесь. Как только окажемся на месте, я свяжусь с тобой. Береги себя, дочь, мы будем ждать тебя.
– Спасибо, пап. И вы тоже будьте осторожны.
Нажав отбой, я снова искоса посмотрела на наблюдателя. За всё время разговора он так и не сошёл с места.
Пока я общалась с отцом, план в моей голове сложился сам собой.
Одной мне не справиться, это факт. И снова проходить через всё это в одиночку я не хочу. А Воронцов, как Хранитель, и тем более, как глава тайной канцелярии представлял собой силу, с которой будут считаться. Он наверняка придумает, как выпутаться из этой ситуации. Рассказывать про прыжки во времени я ему, конечно, не буду. Мало ли как отреагирует, ещё сочтёт сумасшедшей.
Я набрала Макса, чтобы узнать номер его отца.
– Привет, – сказала я и замолчала, не понимая, как мне объяснить свой интерес.
– Привет, – тепло произнёс Максим, и я как наяву представила, как он улыбается мне. – Как ты там? Не унесло ветром? Погода сегодня такая, что я переживаю за тебя.
– Да не так уж и ветрено, – заметила я, чувствуя, как губы тоже расплываются в улыбке, хоть она и вышла у меня грустной. – Всё хорошо, я же на такси.
– Может, приехать за тобой? – предложил Макс, явно ощутив что-то неладное в моём голосе. – Мне несложно, да и спокойней так будет.
– Не стоит, – я поняла, что ещё немного, и расплачусь.
Тогда парень точно переполошится. А потому, сделав глубокий вдох, я с трудом, но уняла дрожь в своём голосе.
– Макс, слушай, можешь дать мне номер своего отца? У меня есть для него кое-какая информация по нападению.
– Откуда? – удивился Воронцов-младший. – Почему мне не рассказала? Я бы передал ему.
– Ничего серьёзного, но мне надо переговорить с ним с глазу на глаз. Обещаю, я потом всё расскажу тебе. Не обижайся, пожалуйста.
– Да какие обиды, надо, так надо. Но даже не думай, что я забуду про твоё обещание! – добавил он строго. – Сейчас пришлю смс. И это… жаль, что ещё не вечер. Жду не дождусь нашего свидания.
– Спасибо, мой хороший, – выдавила я из себя. – Я тоже очень хочу тебя увидеть.
Я отключилась. Глаза снова были на мокром месте. Я бросила очередной взгляд в сторону незнакомца, чтобы отвлечься, и увидела, что он уходит. Может, понял, что здесь больше нечего делать, или появились другие дела.
В любом случае, я должна узнать, кто он. Верней, на кого работает. Кто-то же рассказал обо мне совету? Не сами же они узнали?
Мужчина шёл, не оборачиваясь, наивно полагая, что остался незамеченным.
Воспользовавшись его беспечностью, я ринулась к нему, стараясь держаться укрытий каждый раз, как мне казалось, что он вот-вот обернётся. Но обошлось, и как только мы дошли до перекрестка, незнакомец свернул на стоянку такси неподалеку от автобусной остановки.
Как только он уселся в автомобиль, и тот тронулся с места, я вышла из-за остановки и бросилась к другой машине.
– Следуйте за этим такси, – сказала я водителю, чувствуя себя героиней второсортного боевика.
Таксист хмыкнул, но промолчал. Выехав со стоянки, он набрал скорость и пристроился за своим жёлтым собратом, который пока не успел отъехать далеко. Потянувшись к радио, водитель сделал музыку погромче.
«Каждый сам за себя. Для себя. Никого на свете не любя. Вашу мать, наплевать! Лучше сдохнуть, чем вас умолять!» – донеслось до меня, и я содрогнулась.
Это была та же самая песня, что я слышала в кафе, только куплет не тот. Странно, может просто радиостанция другая?
Выкинув из головы неуместные глупости, я достала телефон. Пора было звать на помощь тяжёлую артиллерию.
– Слушаю, – как всегда невозмутимо отозвался Сергей Воронцов. – Кто это?
– Здравствуйте, это Олеся. Мне надо срочно с вами встретиться.
– В чём дело? Это не может подождать до завтра? Я на работе, и если речь не о спасении мира, то лучше…
– Я знаю, кто вы, – невежливо перебила я Воронцова. – Кто вы такой на самом деле.
– Кхе, – мужчина поперхнулся, и целую минуту его не было слышно. – Что ты сказала?
– Всё вы прекрасно расслышали, – невесело усмехнулась я. – Если вам недостаточно этого, могу добавить ещё. Я знаю, кто такая Тринити.
Последнее я произнесла почти шёпотом, но Сергей меня услышал и на этот раз.
– Где ты? – резко произнёс Воронцов. – Назови мне адрес, я выезжаю.
Я бросила взгляд вперёд и увидела, как едущее впереди такси выворачивает к зданию офисной высотки, даже сумела разглядеть длинную вывеску над козырьком входа.
– «Софт Индастриз», я буду ждать вас там.
– Серьёзно? – изумился мужчина. – Почему именно там?
– А что не так-то? – настала моя очередь удивляться.
– Да, в принципе, ничего. Просто эта компания принадлежит Меньшиковым. Ладно, скоро буду.
Он повесил трубку, а я застыла с широко раскрытыми глазами. Паззл понемногу начал складываться.
Оклик таксиста вернул меня в реальность. Мы были на месте. Машина, за которой мы ехали, остановилась возле здания. Мой преследователь стоял возле вращающихся дверей на входе. Он оглянулся, и я тут же склонилась над сидением, прячась от его взгляда. Краем глаза заметила, как он зашёл внутрь, и с облегчением выпрямилась.
– Муж? – весело спросил водитель, принимая от меня плату за проезд.
– Любовник, – едко ответила я шутнику, выбираясь из машины.
Постояв немного возле входа, я решила не светиться и убраться отсюда. Пройдя немного по широкой дороге, ведущей в сторону выезда, я свернула на тротуар, который упирался в небольшой сквер, расположенный чуть в стороне от здания компании. Присев на ближайшую скамейку, я погрузилась в ожидание.
Всё то время, пока ждала отца Макса, я просидела, как на иголках. Понимание того, кто виноват во всех наших бедах, не давало мне покоя, как и ощущение, что времени с каждой минутой остаётся всё меньше. Через десять минут я была готова сорваться с места и взять штурмом эту долбаную компанию, а потом собственноручно придушить её владельца.
Через полчаса, когда моему терпению окончательно пришёл конец, на горизонте нарисовался Воронцов. Он подошёл ко мне, но садиться не стал. Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза, глядящие на меня с подозрением и настороженностью.
– Что ты имела в виду, говоря, что знаешь, кто я? – начал он вместо приветствия.
Я вцепилась в край скамьи, собираясь с духом.
– Я знаю, что вы хрономаг. И что стоите во главе ордена таких же магов, как вы сам.
Глаза Воронцова сжались в щёлочки, его рука непроизвольно легла на пояс, где под пиджаком наверняка был спрятан пистолет.
– Кто тебе это рассказал?
– Никто. Тогда, на балу, я вас узнала, – соврала я. – Верней, догадалась, что это были вы.
– Хм, ну допустим, – слегка расслабился Хранитель, – хотя я и не представляю, как это возможно. А что насчёт Тринити? Ты с ней знакома?
– Сергей, ну вы же в курсе, что я тоже маг времени. А теперь подумайте, как Тринити могла провернуть всё и нигде не засветиться?
– Ну, кое-где она всё же засветилась, – машинально заметил Воронцов, а потом ошарашенно уставился на меня. – Так ты и есть Тринити? Твою ж мать!
Он убрал руку от пояса и тяжело опустился на скамью рядом со мной. Его лицо вдруг стало серым, он схватился за грудь, и я испуганно взялась за телефон, решив, что у него инфаркт. Но он, шумно дыша, махнул мне рукой, а потом, отдышавшись, произнёс.
– Не стоит, уже отпустило. И ведь не беспокоило раньше. Наверное, слишком много потрясений за один день.
– Простите, – виновато опустила я глаза. – Но мне без вас никак не справиться.
– Не справиться с чем? Если уж ты решилась раскрыть мне всё карты, значит произошло что-то совсем нехорошее. Я прав?
– Да, – я посмотрела прямо на него. – Кто-то узнал обо мне. И теперь я даже знаю, кто именно.
Сергей поднял взгляд на здание «Софт Индастриз».
Грузовик ещё раз дёрнулся и остановился. Мы с родными тревожно переглянулись. Значит, мы на КПП, и сейчас будут проверять документы. Ну, хоть больше не надо трястись в кузове этого старого грузовика, подпрыгивающего на каждой кочке. Мне казалось, что за долгую дорогу я все внутренности себе отбила. А на той стороне нас встретят и пересадят в более удобный транспорт.
Слегка отодвинув тент, я вгляделась в образовавшуюся щель. Наша машина стояла недалеко от шлагбаума, а сбоку виднелась обшитая профлистом квадратная будка, в окне которой торчал чей-то силуэт. Будем надеяться, человек Воронцова не подведёт.
Когда Сергей отошёл от новостей, он сделал те же выводы, что и мой отец в предыдущий раз. Но с учётом причастности к этому Меньшикова логично предположил, что аристократ почти наверняка отдаст меня на растерзание имперскому совету. А значит, нам надо бежать из страны. Да, его орден мог спрятать нас и тут, но что бы это была за жизнь? Вечно сидеть в четырёх стенах и ходить, постоянно оглядываясь?
Хранитель организовал нашу перевозку до границы, где по его каналам нас должны были переправить на ту сторону. Заехав за родителями и сестрой в усадьбу Горчаковых, дальних родственников Бестужевых, приютивших мою семью, мы вместе с ними выехали на трассу, и пересели в крытый тентом грузовик, что ждал нас там.
Сергей попрощался и уехал, обещая держать нас в курсе событий, попросив написать ему сразу, как будем на месте. Перед отъездом он отвёл меня в сторонку и тихо сказал.
– Я сам всё расскажу сыну, можешь на этот счёт не переживать. Сама понимаешь, ему лучше узнать обо всём, когда вы будете в безопасности. У него горячая голова, и он слишком сильно тебя любит, чтобы так просто отпустить. Надеюсь, ты поймёшь меня.
Я сглотнула подступивший к горлу комок.
– Конечно, я всё понимаю, – на самом деле я отказывалась что либо понимать, но выбора у меня не было.
– Ну, девочка, успокойся – погладил он меня по голове, видя моё состояние. – Не считай меня каким-то злодеем. Я же не сказал, что это навсегда. Пусть страсти поулягутся, внимание совета переключится на что-то другое, и тогда я со спокойной душой отправлю Максима к тебе. А там посмотрим. Не вечно же этим упырям быть у власти.
– Я смотрю, вы без ума от своего вышестоящего начальства, – рассмеялась я, и на душе у меня стало немного легче.
На приграничном КПП благодаря связям Воронцова нас должны были пропустить без досмотра самого кузова. Но, когда из будки показался дежурный в форме, мне на телефон, который всучил мне Хранитель взамен наших смартфонов, пришла смс. И тут же я услышала, как пропищал из кабины телефон водителя, что нас вёз.
«Совет разослал на вас ориентировки и приказ поймать любой ценой. Грузовик наверняка проверят. Уходите».
Я в шоке показала сообщение отцу, и первый раз увидела в его глазах панику. Мать с сестрой, прочтя послание, в ужасе посмотрели на Павла, выглядевшего совершенно потерянным.
Грузовик вдруг содрогнулся, мотор, зафырчав, снова набрал обороты и резко тронулся с места. Мы едва удержались на ногах, схватившись кто за что мог.
– Что происходит? – испуганно пролепетала Кристина, держась за маму, которая была напугана не меньше неё.
Не отвечая им, отец подскочил к кабине и ударил по заднему стеклу.
– Стой, идиот! – крикнул он, продолжая стучать, но водитель не отзывался.
Павел повернулся к нам, чтобы сказать что-то, но сильный удар, сотрясший машину, отбросил его в сторону. Попадали и мы все.
Похоже, водитель решил прорваться через границу без досмотра. Неудивительно, ведь за пособничество государственным преступникам ему тоже не светит ничего хорошего.
Вырвавшись на простор, грузовик ускорился, и я уже было подумала, что у нас всё получилось, как вдруг раздались выстрелы, и машину занесло. Нас закружило, а потом низ поменялся с верхом, и для меня снова наступила темнота.
– Олеся, ты меня слышишь?! – я вздрогнула и открыла глаза.
Потерянно оглядевшись, я поняла, что опять вернулась во времени.
«Да сколько можно?»
Я закрыла лицо руками и застонала. Хоть я и погибла почти сразу, но прекрасно помнила ту боль, что испытала, когда наша машина перевернулась. Каждая клеточка моего тела горела огнём, и снова повторять это мне совершенно не хотелось.
Складывалось ощущение, что сама судьба мешает мне спасти близких. Как будто мир сопротивляется изменениям, и так или иначе нам всем суждено погибнуть.
«Ну, уж нет! – я резко встала и встряхнула головой. – Я спасу их, пусть даже для этого придётся кого-то убить!»
Достав телефон, я по памяти набрала номер Воронцова-старшего.
– Да? Кто это?
– Здравствуйте, это Олеся. Мне надо срочно с вами встретиться. И нет, это не подождёт до завтра.
– Что? – удивился мужчина.
– Хранитель, мне нужна ваша помощь, – вывалила я на Сергея, и в трубке кто-то закашлялся. – Скоро за мной придут.
– Что ты сказала?!
– Именно то, что вы слышали, – отрезала я. – Нет времени на долгие объяснения, расскажу всё при встрече.
– Где ты? – резко произнёс Воронцов. – Назови мне адрес, я выезжаю.
Назначив место встречи, я перевела взгляд на подругу, молчавшую всё это время, и увидела, как испуганно расширились её глаза.
– Что происходит? Олеся, у тебя всё в порядке? Если ты попала в беду, я могу помочь.
– Не стоит, Нин, я сама справлюсь. Не переживай, я тебе всё потом расскажу. А сейчас мне пора, извини.
Выйдя из кафе, я даже не взглянула в сторону прихвостня Меньшикова. Теперь в этом не было надобности. Чтобы усыпить его бдительность, я сделала вид, что болтаю по телефону, а сама в это время вызвала такси.
Машина подъехала быстро, и как ни странно, мне попался тот же водитель, что и в прошлый раз. Я села и искоса глянула в сторону наблюдателя. Проводив такси взглядом, он сунул руки в карманы и побрёл по улице.
«Куклам не страшно. Смешные и нежные, мы принимаем вас, как неизбежное. Мы лишь две строчки в тетради без клеточек…»
«Опять эта песня, – рассеянно подумала я. – И почему я её всё время слышу?»
– Остановите здесь, – сказала водителю, когда мы подъезжали к зданию компании.
Таксисит высадил меня напротив сквера, и я сразу же увидела вдалеке Воронцова. Он нетерпеливо вышагивал по площади с фонтаном, разгоняя скопившихся там голубей, и, завидев меня, сразу поспешил навстречу. Вид у него был озадаченный и настороженный.
– Откуда ты узнала, кто я? – налетел он на меня с вопросами, даже не удосужившись поздороваться. – Тебе кто-то рассказал? Даже Макс не знает об этом!
Опустившись на скамейку, я внимательно посмотрела на Сергея.
– Моя магия изменилась, – выдала я, наблюдая за его реакцией. – Я больше не могу останавливать время. Вместо этого меня снова и снова возвращает в один и тот же момент времени. Сама не знаю, почему так происходит.
– В каком смысле? – Воронцов окончательно растерялся. – Ты о чём сейчас?
– Я уже не первый раз общаюсь с вами здесь, в этом месте. Собственно, по этой причине я знаю о вас всё.
– Так уж и всё? – отстранённо поинтересовался Хранитель, пытаясь переварить услышанное. – Подожди, то есть, ты хочешь сказать, что снова и снова проживаешь один и тот же отрезок времени?
Я кивнула, а мужчина, ошеломлённо глядя на меня, присел рядом со мной на скамью.
– И сколько раз уже..?
– Если вы про возвращения, то два. Это третье. И каждый раз всё заканчивается моей смертью.
– Бедная девочка…
– Не надо меня жалеть, – поморщилась я. – Лучше помогите разорвать этот замкнутый круг. Что я ни делала, как бы ни старалась все изменить, в итоге все сводится к одному и тому же. Я умираю.
Воронцов опустил глаза, задумавшись, а потом снова посмотрел на меня.
– Давай, рассказывай все по порядку. Будем думать вместе.
Двери на входе в вестибюль сделали еще оборот и замерли, перекрыв собою вход. Я облегчённо вздохнула. До последнего не верила, что сработает, и я не застыну вместе с остальным миром. Но, видно, на хрономагов, пусть даже потерявших дар, магия времени всё равно не действует. Сергей предполагал, что так будет, но даже если бы это не сработало, он пошёл бы без меня.
Ещё раз бросив взгляд на двери, я укоризненно посмотрела на Хранителя.
– Как мы теперь пройдём? Их теперь попробуй, сдвинь!
– Предлагаешь светиться перед камерами? Пройдём, вон, сбоку простая дверь есть.
– Так она же заперта, – удивилась я.
– Ну, это вообще не проблема, – усмехнулся Воронцов, доставая из кармана связку, на которой помимо ключей, болтались ещё какие-то металлические загогулины.
Я обалдело посмотрела на мужчину.
– Вы сыщик или уголовник, я что-то не пойму?
– В моей профессии нужно уметь всё, – глубокомысленно заметил глава тайной канцелярии города N.
Он быстро вскрыл дверь, и мы вошли внутрь.
Когда я поведала Воронцову краткую историю того, что со мной приключилось, он некоторое время выглядел пришибленным. Я даже подумала, что у него опять прихватило сердце. Немного отойдя от шока, Сергей рассказал мне, что дар, подобный моему, встречался лишь однажды. В архиве его ордена хранились разные документы, касающиеся магов времени, и Воронцов вспомнил, как изучал мемуары одного хрономага, тогда показавшиеся ему выдумкой. Но тот маг рассказывал как раз о таком случае. Как и я, побывав на грани смерти, он вдруг обнаружил, что магия времени больше его не слушается. А потом, в итоге погибнув, тоже вернулся назад.
Тот маг провёл много времени, исследуя это явление. Раз за разом он умирал и возвращался только лишь для того, чтобы всё повторилось снова. Пока не понял главное. Реальность сопротивлялась переменам, не давая исправить уже свершившееся прошлое, и старалась сгладить все изменения, чтобы остаться в том же русле. Нужны были по-настоящему кардинальные меры, чтобы временная линия, в которой они сейчас находились, разветвилась, и события пошли по другому пути. Магу для этого пришлось взорвать целый город. Возможно, именно после этого хрономагов невзлюбили.
Мы с Хранителем разложили всю цепочку событий, приведших к катастрофе, и поняли, что совет узнал обо мне от Меньшикова, а значит он первопричина всех моих бед.
Я тогда первая озвучила наши общие мысли. Чтобы реальность изменилась, нужно было устранить причину. Я не знала, как сделать это без своих способностей, да и смогу ли вообще, но, судя по всему, другого выхода у меня не было. Желание покончить с этой историей было настолько сильным, что я даже подорвалась с места в намерении штурмовать здание компании в одиночку. Если бы Воронцов меня не остановил, точно бы дел натворила.
Он был не на шутку удивлён моей решимостью, и даже уточнил, понимаю ли, что нам придётся совершить? Именно нам – Сергей не собирался отпускать меня одну, он даже не стал слушать мои возражения, заявив, что без него мне там нечего делать.
И вот мы здесь. Пройдя мимо застывших на входе охранников и девушки за стойкой ресепшена, мы завернули в коридор. Воронцов целеустремлённо вёл нас куда-то, мне оставалось лишь поспевать за ним. Остановившись у двери с надписью «Охрана», он отворил её и посмотрел на меня.
– Немного знаком с планировкой этого здания, доводилось тут бывать. Прежде чем начнём, надо отключить камеры. Нам ведь ещё Меньшикова допрашивать придётся. А делать это мы будем в обычном времени.
В маленькой комнате полукругом расположились мониторы, показывающие сейчас застывшую картинку. А перед ними на крутящемся стуле развалился дородный охранник. Сергей отодвинул стул вместе с неподвижным телом, и подошел к столу с клавиатурой. Его пальцы запорхали над кнопками. Спустя минуту мониторы, мигнув, отключились.
– Снёс им систему, теперь полдня будут восстанавливать, – довольно произнёс мужчина, повернувшись ко мне.
Мы поднялись по лестнице на последний этаж и, отдышавшись после долгого восхождения, открыли дверь, ведущую в общий холл этажа. Там нас также поджидала пара мужчин в форме, замерших около лифта.
– И как дальше? – растерянно спросила я, глядя на стальную дверь, перекрывающую вход в офисную часть этажа. – Там же электронный замок.
Сыщик знакомым жестом почесал макушку.
– Сейчас попробуем.
Он подошёл к одному из охранников и, с трудом расцепив его пальцы, вынул у него из рук карточку электронного ключа. Дойдя до двери, он подозвал меня к себе и указал на охрану.
– Мне придётся на секунду включить время обратно, иначе никак. Карта сработает и так, ведь наша магия не останавливает время, а лишь замедляет его, пусть и во много раз. Но механизм, запирающий дверь, в этом случае будет бездействовать.
– Так нас же увидят, – недоумённо посмотрела я на Воронцова.
– Ты забыла? – Сергей весело ухмыльнулся. – У меня есть чудесное средство, которое поможет им всё забыть.
Прислонив пластинку к замку, он щёлкнул пальцами, и всё вокруг ожило. Лишь только мы услышали, как клацнул замок, сыщик вновь заморозил время. Но я успела уловить изумлённые возгласы охранников.
Обернувшись, я увидела их вытянутые лица. Ну, еще бы, мы для них словно призраки, появившиеся из ниоткуда. Тут любой бы удивился.
Воронцов вернулся к охранникам и сунул карточку в карман одного из них, а затем достал из-за пазухи бутылёк, и проделал ту же операцию, что и с Максом в своё время.
– Пойдём, – бросил он мне, на ходу засовывая пузырёк обратно. – Моя энергия не безгранична, надо торопиться.
Стальная дверь легко отворилась, и нашему взору открылся длинный, почти безлюдный коридор, ведущий прямо к кабинету Меньшикова, как утверждал Хранитель. Шагнув внутрь, я присмотрелась к замершему у нас на пути мужчине, и тут же испуганно отпрянула назад, чуть не сбив с ног Воронцова.
– Это он, – почему-то прошептала я, – тот самый мужик, что следил за мной.
Сергей внимательно глянул на типа в плаще, и его глаза недобро сверкнули.
– Знаю его. Раньше был одним из наших, пока не продался Меньшикову. Теперь заведует безопасностью у него. Неприятная личность, скажу я тебе.
Сыщик подошёл к мужчине и рубанул ребром ладони тому по шее. Безопасник обмяк и повалился на пол.
– Зачем? – поражённо спросила я, обходя по краю тело своего преследователя.
– Могу поспорить, что он уже всё рассказал своему шефу, – мрачно заметил Воронцов. – Он ведь тоже знает про тебя, а значит, его придётся забрать с собой. Или ты предлагаешь и его убить?
Я содрогнулась, но быстро взяла себя в руки. Раз уж решилась, то к чёрту сомнения. На кону стоит жизни дорогих мне людей и моя собственная.
– И куда вы в таком случае его денете? – сделала я последнюю попытку примириться с совестью.
– Поверь, я найду, куда его упрятать. По крайней мере, пока всё не утихнет. А пока пусть тут полежит. Заберём на обратной дороге.
Мы добрались до входа в кабинет, где в небольшом закутке сидела секретарь – хрупкая миловидная девушка лет двадцати, и Сергей, поморщившись от необходимости, вырубил и её.
Оттеснив меня назад, чтобы я снова не полезла первой, он распахнул дверь, и вошёл. Я услышала, как Воронцов выругался, и, заскочив внутрь следом за ним, завертела головой в попытке понять, что же он увидел. Мой взгляд наткнулся на Меньшикова, восседающего в кресле за большим письменным столом, и сердце вдруг неприятно ёкнуло. А потом я заметила сидящего поодаль мужчину, в котором признала Андрея Галицкого, чьё лицо я успела хорошо разглядеть на балу.
– Значит, он тоже всё знает? – в полном замешательстве я уселась на один из стульев и посмотрела на Воронцова. – И что, его тоже упрячете?
– Этого попробуй, упрячь, – помрачнел Хранитель. – Боюсь, тут тоже придётся действовать радикально. Но сначала узнаем, что им известно. И что они успели сообщить совету.
Он плотно прикрыл входную дверь, достал пистолет, и поднял вторую руку, собираясь вернуть времени ход, но я подскочила к нему и ухватила за локоть.
– Стойте! Не надо! Вы и так уже влезли в это дело по уши, и я не имею права просить вас о таком.
– Поздно, девочка, теперь это и моё дело. И давай без геройства, я сам всё сделаю. К тому же, в живых мы их оставлять не собираемся, а значит, они никому ничего не расскажут.
Не дожидаясь от меня новых возражений, Сергей запустил время, и я, судорожно вздохнув, повернулась к своему недругу.
Глаза обоих аристократов при виде нас стали величиной с блюдца, и они подорвались со своих мест. Но тут же уселись обратно, заметив в руке сыщика пистолет.
– По какому праву вы… – начал было Меньшиков возмущённо, но заткнулся, когда увидел, что ствол оружия смотрит прямо на него.
– Молчите и слушайте, – резко скомандовал Воронцов. – Отвечать будете, когда я скажу.
Он приблизился к столу и прожёг Олега взглядом.
– Мы знаем, что твой человек следил за Олесей. И знаем, что ты собрал на неё материалы, подтверждающие, что она хрономаг. Вопрос в другом, успел ли ты передать их совету? Что они знают? Говори!
Аристократ побледнел, но промолчал, лишь недобро мазнув по мне взглядом.
Поняв, что так ничего не добьётся, сыщик обошёл вокруг стола и, встав возле Меньшикова, приставил пистолет к его голове.
– А теперь, будешь говорить? – с угрозой поинтересовался Сергей. – Ты ведь понимаешь, что от твоей откровенности зависит твоя жизнь?
Вместо него вдруг заговорил Галицкий.
– А ты понимаешь, что если убьешь нас, то за вами будет гоняться пол-империи?
– Это если кто-то вообще узнает о нас, – сощурил глаза Воронцов. – А мне почему-то кажется, что вы ещё ничего не успели рассказать.
– Даже если и так, это вас не спасёт… – процедил Меньшиков сквозь зубы, но осёкся на полуслове.
– Ясно, – усмехнулся сыщик. – Спасибо за информацию.
Олег дёрнулся было, но, почувствовав холод смертоносного металла у виска, замер, и лишь его глаза продолжили бешено вращаться.
Сергей обернулся на меня и мотнул головой, показывая, чтобы отвернулась, но я упрямо продолжила смотреть. Мне было страшно и противно, но я не могла полностью отстраниться от происходящего и взвалить всё на плечи отца Макса. Хватит того, что он ради меня и моей семьи идёт на такие жертвы.
Едва Сергей положил палец на спусковой крючок, как в один момент произошло сразу несколько событий. Плечи Воронцова дрогнули, и свободной рукой он схватился за грудь, а потом выронил пистолет. Резко крутанувшись в кресле, Меньшиков сшиб мужчину с ног, а Галицкий вскочил на ноги и заехал сыщику ногой в живот, отчего Хранитель скрючился, хватая ртом воздух. Подхватив оружие с пола, Олег наставил его на неприятеля.
Аристократы тут же повернулись ко мне, и в их глазах я увидела удивление.
– Почему ты не остановила время? Неужели мы ошибались на твой счёт? А кто тогда..? – Олег снова повернулся к хрипящему на полу Воронцову, и на его лице проступило понимание. – Так это он всё это время помогал тебе? Ну, надо же. А я-то всё думал, почему Тринити так легко уходила от закона. Представляю, как будет удивлён совет, глава тайной канцелярии – хрономаг!
Воронцов затих, и по моей спине пробежал холодок. Я поняла, что если сейчас что-то не сделаю, то живыми нам отсюда не выбраться.
– Много болтаешь, урод, – выплюнула я, выпуская волну телекинеза.
Враги не успели отпрыгнуть, и кубарем покатились на пол. Пистолет отлетел в сторону и затерялся где-то под шкафами.
– Ах ты, гадина! – воскликнул Галицкий, и, не вставая, махнул рукой.
В воздух со стола поднялись металлические предметы: ножницы, скрепки, канцелярский нож, и прочая мелочь. Я лишь пожала плечами. Он что, серьёзно собрался сражаться этим?
Но когда все эти острые предметы вдруг полетели в мою сторону, мне стало не до смеха. Закрывшись руками, я инстинктивно ответила магией, и посылка вернулась отправителю. Галицкий коротко вскрикнул и замолк, а я, открыв глаза, с ужасом увидела, как с его лба, куда воткнулся нож, медленно стекает кровь.
Взглянув на приятеля, Меньшиков взревел, и его руки окутались огнём. Я бросилась в сторону, но огненный шар задел меня по касательной, и мою ногу обожгло нестерпимой болью. Я вскрикнула, и, плохо соображая, ударила наугад чистой силой, вложив в удар почти всю оставшуюся энергию.
Оставшегося в живых аристократа впечатало в окно, раздался треск, и, покрывшись сеточкой трещин, стекло не выдержало и лопнуло, разлетевшись осколками. С протяжным криком Меньшиков выпал из окна.
Мои руки задрожали, и я опустилась на пол, боясь даже смотреть на свою ногу. Ожог пульсировал и причинял страдания, но не такие, что творились сейчас в моей душе.
Я убила их…
Влад вышел из машины и окинул взглядом здание Софт Индастриз. Вопреки обыкновению отец был сегодня здесь, а Влад не хотел ждать до вечера. Он, наконец, решился уехать за границу и продолжить учиться там. Аристократ не мог больше оставаться в этом городе, как и в этой стране.
В университете он не появлялся вот уже несколько месяцев, окончательно забросив учебу. После того унижения он просто не смел там показаться. Да что там, он даже из поместья перестал выезжать, забыв про вечеринки и клубы. Парень так и не выяснил, что же тогда произошло. Но чей-то злой розыгрыш окончательно сломал ему жизнь. Его больше не воспринимали всерьёз, над ним потешались за спиной, а его фотки до сих пор гуляли по сети, так до конца и не выловленные службой безопасности отца.
Меньшиков-старший же будто и не замечал, что творится с его сыном. Порой Владу казалось, что ему откровенно наплевать на него. В последнее время отец был в дурном настроении почти круглые сутки, и парень лишний раз не совался к нему.
Но сегодня он был намерен серьезно поговорить с ним. Сбежать в другую страну казалось парню единственным выходом. Там он сможет начать всё с чистого листа, вдали от семьи, которой всегда было плевать на него. Даже матери, что больше была занята собой, чем сыном.
Влад запрокинул голову и посмотрел на последний этаж, где находился кабинет его отца. Нахмурившись, он сжал кулаки, опустил взгляд и шагнул в сторону входа.
Странный свист за спиной и последующий глухой удар заставили его замереть в испуге. Медленно, нехотя он повернулся, догадываясь, что там увидит. Но реальность оказалась куда страшней.
Расширившимися от ужаса глазами парень смотрел на изломанное, неестественно скрючившееся тело, бывшее когда-то его отцом. Вокруг медленно растекалась лужа крови, а мёртвые глаза уставились прямо на Влада.
– Отец! – опомнился он, и сделал шаг вперёд, не веря своим глазам.
«Этого не может быть! Мне это всё лишь кажется!»
Упав на колени, аристократ склонился над телом, и его спина содрогнулась от сухих, беззвучных рыдания. Пусть он и находился с отцом не в лучших отношениях, но это не отменяло того факта, что тот был его семьей.
Влад не знал, сколько просидел так, может пять минут, а может и целый час.
– Что случилось? О боже, это же…
Влад поднял глаза и увидел испуганного охранника. Своим появлением он вывел его из прострации, и парень тут же вскочил на ноги. Нужно было что-то делать.
Схватившись за телефон, он вызвал скорую, а потом подорвался на ноги и бросился внутрь здания. Перепугав своим внезапным появлением администратора, он забежал в лифт и едва дождался, пока тот доползёт до верха.
Охрана у дверей, ведущих в офисную часть этажа, валялась без сознания. Как и секретарша отца. Влад мимоходом пощупал пульс у нее на шее, и убедился, что девушка жива.
Кабинет отца был разворочен. Оплавленная мебель, разбитые и перевернутые шкафы, перевёрнутые стулья – здесь явно сражались маги. Большое панорамное окно было разбито, и ветер, задувая, ворошил разбросанные на полу бумаги. Посреди кабинета лежал труп, и Влад сразу опознал его. Это был Галицкий, друг его отца.
Ярость прорвалась сквозь завесу ошеломления и затопила сознание.
«Кто это сделал? Найду урода, и прикончу!»
Выскочив из кабинета, Влад кинулся обратно. Возможно, убийца всё ещё в здании. Но по пути ему встретились лишь бледные, ничего не понимающие сотрудники компании, а в фойе ждали охранники, растерянные и напуганные.
– Где Эдуард? Срочно перекрыть все выходы! – крикнул парень одному из них. – Отца убили!
Работники службы безопасности, наконец, зашевелились, сообразив, что происходит что-то из ряда вон выходящее, и подняли суету. Кто-то схватился за оружие, один из мужчин бросился к выходу, а третий достал рацию и что-то начал бормотать в неё.
Оставив охрану заниматься своими прямыми обязанностями, Влад спустился на подземную парковку. Вряд ли убийца пойдет через главный ход, а значит, будет искать другой путь.
Но он опоздал всего на несколько секунд. Выходя из лифта, парень услышал, как кто-то заводит машину, и завертел головой, пытаясь понять, откуда звук. Выбежав на середину стоянки, он увидел отъезжающий автомобиль красного цвета, и рванул за ним. Почти догнав его, он остановился и, тяжело дыша, вгляделся внутрь салона. А после удивлённо протёр глаза.
Наверное, у него галлюцинации. Ему показалось, что он увидел в машине Бестужеву.
Воронцов захрипел, заворочался и перевернулся на спину. Эти звуки вывели меня из того оцепенения, в котором я пребывала всё это время. Всхлипнув, я вытерла глаза и, поднявшись, подбежала к Сергею.
– Вы живы?! Слава богу! – я присела рядом с мужчиной и осмотрела его. – С вами всё хорошо?
Видимых повреждений не было, но он всё так же держался за грудь, а его лицо побелело.
– Нничего… – выдавил Воронцов. – Бывало и похуже. Сердце вот что-то не вовремя прихватило.
Он вдруг замолчал и попытался сесть. Мне пришлось поддержать его, чтобы не упал. Оглядевшись, он остановился взглядом сначала на трупе Галицкого, а затем посмотрел на разбитое окно, уцелевшие фрагменты которого были запачканы кровью.
Хранитель вопросительно уставился на меня.
– Что произошло?
– Я убила их, – мрачно призналась, не став ничего скрывать. – Это вышло случайно, я не хотела. Всего лишь защищалась. Вы упали, и я думала… Мне показалось, что вы… В общем, я испугалась, и не контролировала себя.
Я поморщилась от боли в обожжённой ноге и переместилась в стоящее неподалеку кресло. Усевшись, закрыла руками глаза, и попыталась успокоиться. Понемногу я отходила от шока, и замороженные эмоции тоже возвращались. Ужас от содеянного, страх за собственную жизнь, я словно переживала всё это заново.
– Перестань, девочка, я тебя не обвиняю. Мы ведь для того сюда и шли. Жаль только, что это пришлось сделать тебе.
Кряхтя, мужчина поднялся на ноги, и схватился за стол, чтобы не упасть. Отдышавшись, он посмотрел по сторонам и, разогнувшись, доковылял до упавшего книжного шкафа, усыпанного осколками стекла. Нагнувшись, Воронцов вытащил из-под кучи вывалившихся на пол книг свой пистолет, и с довольным выражением лица сунул его за пазуху.
– Надо убираться отсюда. Как твоя нога, идти сможешь? Я сейчас не в том состоянии, чтобы колдовать. Поэтому придется выбираться обходными путями.
– Болит, но идти смогу, – уверила я Хранителя, тайком вытирая вновь набежавшие слёзы.
– Ты что-нибудь трогала здесь? Я, конечно, сделаю всё, чтобы направить следствие по ложному пути, но лучше не оставлять отпечатков.
Я мотнула головой, а Сергей, достав платок из кармана пиджака, быстро протёр край столешницы, за который хватался руками. Добравшись до двери, вытер ручку и махнул мне рукой.
– Уходим.
Коридор встретил нас прежней пустотой. Секретарь еще не успела прийти в себя, и тот безопасник, что следил за мной, всё так же валялся в отключке. Остальных сотрудников видно не было, то ли время было обеденное, то ли они, услышав звуки сражения, попрятались в испуге по своим кабинетам. Нам же лучше, лишние свидетели сейчас ни к чему.
Дверь, ведущую к холлу с лифтом, открывали с опаской. Вдруг нас там уже поджидают? Времени, конечно, прошло совсем мало, но кто его знает?
Снаружи нас и вправду ждали. Пятеро мужчин в экипировке и масках, нацелив на дверь свои автоматы. А рядом с ними на полу валялись бесчувственные тушки охранников. В ужасе я отпрянула назад, но Сергей успокоительно сжал мой локоть, шепнув «это свои», и смело шагнул им навстречу.
– Доложите обстановку, – бросил он им, и я расслабилась.
– Зашли с парковки, лестница свободна, посторонних не замечено, – тут же отрапортовал один из бойцов. – Подземная парковка пуста, можно попробовать выбраться через неё.
– Хорошо, – кивнул Воронцов. – Только надо ещё одного человечка забрать с собой. Он там, в коридоре.
Хранитель махнул рукой в сторону двери справа от лифта, и двое бойцов сразу нырнули внутрь. Через несколько мгновений они выволокли оттуда тело моего преследователя, и один из них, закинув мужчину на плечо, и согнувшись от тяжести, понёс его в сторону лестницы. Мы последовали за ним и вскоре, преодолев бесчисленное множество ступенек, спустились на парковку.
– Наша машина осталась снаружи, – виновато произнёс командир группы, глядя почему-то на меня.
– И на чём мы тогда поедем? – устало поинтересовалась я у Воронцова.
Нога беспокоила меня всё сильней, и если придётся убегать на своих двоих, боюсь, что надолго меня не хватит.
Тем временем Сергей подошёл к ближайшей машине, подергал за ручку, а потом проделал какие-то хитрые манипуляции с замком, что-то нажал у себя на телефоне, и раздался тихий щелчок. Мужчина поддел ручку, и дверца легко открылась.
– Прошу, – приглашающе выставил он руку.
Уложив безопасника на заднее сиденье, мы с Воронцовым сели в машину, и его люди растворились в тенях, оставив нас одних.
– Ну что, поехали? – Сергей завел двигатель, и мы тронулись с места.
Я ощутила на себе чей-то взгляд, и испуганно обернулась. Позади стоял Меньшиков-младший, провожая нас недоумевающим взглядом.
– Чёрт! – воскликнула я, и, отвернувшись, вжалась в сидение. – Этот-то что тут забыл? Вот же засада.
– Кто там? – с тревогой спросил Сергей, не отрывая глаз от дороги.
– Влад Меньшиков. По-моему, он меня узнал.
Воронцов резко затормозил, и я чуть не упала. Нервно схватившись за ремень, я пристегнулась и вопросительно посмотрела на мужчину.
– Сиди здесь, я сейчас, – приказал он, доставая пистолет.
Мне стало не по себе, и я послушно осталась в машине, а Хранитель выскочил и побежал назад. Мы достаточно далеко отъехали, и через заднее стекло трудно было что-то разглядеть, но мне показалось, что кроме Сергея там никого не было. Воронцов вернулся минуту спустя. Усевшись, он повернулся ко мне.
– Никого. Ты уверена, что тебе не показалось?
– Не знаю, – задумалась я, – хорошо бы и правда так. Но, а если нет?
– Тогда у нас ещё на одну проблему больше.
Он задумался.
– Что ж, придется привести наш план в исполнение немного раньше.
– Какой план? О чём вы?
Сергей нажал на педаль газа, и машина тронулась вперед.
– Я тебе рассказывал, что мы хотим сделать? Вернуть императора стране? – спросил он, выезжая с парковки. – Так вот, начнем мы с того, что избавимся от тех, кто сможет нам помешать, тех, кто никогда не признает над собой чью-то власть. Первыми, в силу обстоятельств, станут рода Меньшиковых и Галицких. У меня на них скопилось столько компромата, что другие аристо с радостью ухватятся за возможность поглотить конкурента. Теперь, когда главы родов мертвы, никто не станет защищать входящие в их состав семейства. Если, конечно, кто-то из наследников не встанет у руля. Но у Галицкого только дочь, а Меньшиков-младший вряд ли такое потянет.
Я с опаской посмотрела на Хранителя.
– А вы опасный человек. Хорошо, что я на вашей стороне.
Сергей коротко хохотнул.
– Да и тебя, как я понял, лучше иметь в друзьях.
Я тоже невольно улыбнулась следом за ним, чувствуя, как понемногу отпускает скопившееся напряжение.
Наш автомобиль вывернул на проспект, и я пристально посмотрела на Воронцова.
– Что дальше?
Мужчина задумался, и чуть было не проехал на красный свет. Резко затормозив, он поморщился, когда сзади кто-то засигналил, и повернулся ко мне.
– Дальше? Едешь домой и не высовываешься, хотя бы какое-то время, пока я не улажу все вопросы. Слишком много мы наделали шума, и улик, пусть и косвенных, думаю, тоже оставили достаточно.
Загорелся зеленый, и мы поехали дальше.
– А что я скажу Максиму? – настороженно поинтересовалась я. – Он наверняка захочет со мной встретиться. Или вы теперь запретите нам видеться?
Воронцов кинул на меня удивлённый взгляд.
– С чего ты это взяла?
Я замялась, и он понимающе кивнул.
– Значит, такое уже случалось? Боюсь даже спрашивать, почему я так сделал.
– Нет же, всё не совсем так! – спохватилась я. – Вы просто не хотели его впутывать во всё это. И я с вами согласна.
Сергей провел рукой по лицу и вздохнул.
– Прости дурака старого. Я ведь, и правда, первым делом так подумал. Но это было бы слишком эгоистично с моей стороны.
– Да ладно, – смущённо отмахнулась я, – думаете, я не понимаю?
Мы подъехали к моему дому, я попрощалась и с тяжёлым сердцем вышла из машины. Предстоял очередной нелегкий разговор с родными.
– В который раз говорю тебе, мне не показалось! Это была она!
Мужчина, сидящий напротив, с сомнением глянул на Влада и покачал головой. Адвокат семьи Меньшиковых и доверенное лицо погибшего главы рода не боялся браться за самые сложные дела, повсюду находя лазейки и мастерски обходя законы. Но сейчас он жалел, что вообще приехал сюда.
– Даже если и так, это ничего не значит. Она могла оказаться там случайно. Ну, сам подумай, зачем ей это? И как ты себе представляешь эту девушку в роли убийцы? Мы не можем обвинять кого-то, основываясь лишь на твоих догадках.
– Значит, я найду улики или просто выбью из неё признание! – взвился Влад, вскочив на ноги. – Погиб мой отец, мать впала в депрессию, а после всплывшего компромата наши компании обанкротились все до одной! Конкуренты по кусочкам растащили то, что осталось, а все друзья отвернулись от нас. Кто-то должен за это ответить!
– Я тебя прекрасно понимаю, и готов помочь, несмотря на то, что это бросает тень и на мою репутацию. Но пойми и ты, пока не будет веских доказательств, я с места не сдвинусь. Мне моя карьера дороже.
Зло посмотрев на него, парень вышел из кабинета, яростно хлопнув дверью.
После того, как в прессе всплыли шокирующие подробности того, что его отец замешан в заговоре против имперского совета, а тайная канцелярия подтвердила это, на их семью ополчилось всё высшее общество. Их род был опозорен, а младшие ветви под шумок перешли под крыло к другим аристократам.
Государство милостиво оставило им во владение усадьбу, в остальном лишив род Меньшиковых всяких средств к существованию. Спасали положение лишь оффшорные счета, к которым у матери был доступ, да собственные накопления Влада. Но больше всего прочего аристократа бесил тот факт, что расследование гибели отца не сдвинулось ни на йоту.
Складывалось ощущение, что кто-то специально заводит следствие в тупик, умело заметая следы. До сих пор не нашлось ни одной прямой улики, а свидетели все как один несли какую-то чушь, и даже камеры в тот день внезапно вышли из строя по всему зданию. Влад подозревал, чьих это рук дело, но у него больше не было ни власти, ни связей, и полагаться теперь он мог только на себя.
Ну что ж, посмотрим, кто кого. Настала его очередь действовать. И когда он узнает всю правду, то заставит врагов горько пожалеть о том, что они оставили его в живых, а не убили, как отца.
– Свободен, – хмуро бросил Дамиров секретарю, и тот вышел из комнаты.
Из коридора потянуло сквозняком, и Ратибор, кряхтя, перебрался в кресло поближе к камину. Его старые кости не переносили холод. Глядя на танцующие языки пламени, старик задумался над новостями, о которых поведал ему секретарь.
Сразу два члена совета почти одновременно погибли в результате несчастных случаев. Морозов скончался по пути в больницу после того, как у его машины отказали тормоза и он улетел в кювет. Золотарёв же умер совсем нелепо – утонул в собственном бассейне. Свидетелей этим событиям не нашлось, и просмотр камер в доме Золотарёва тоже ничего не дал.
Но старика настораживало не только это. Его до сих пор беспокоил тот факт, что Меньшикова с Галицким убили сразу после созыва совета. А глава безопасности Меньшикова пропал бесследно, лишая какой-либо надежды узнать правду. О чём эти двое хотели сообщить им, Дамиров не знал, но полагал, что ликвидация аристократов как-то с этим связана. Особенно в свете того, что они планировали против совета. Несмотря на приказ Ратибора расследовать это дело с особой тщательностью, преступник до сих пор не был найден, хотя с тех пор прошло несколько месяцев.
Старик никак не мог понять, что происходит. События закручивались в столь тугой клубок, что даже внутреннее чутьё и острый ум не давали ему ответа на вопрос, что за силы затеяли свою игру у него за спиной.
Похоже, без подмоги ему не обойтись.
– Я всё же настаиваю, чтобы мне выделили оружие. Ваши люди не везде и не всегда смогут быть рядом. Даже если и так, я скоро с ума сойду от их постоянного присутствия! Такими темпами они и в туалет вместе со мной ходить будут!
Я была ужасно зла на Воронцова. С тех пор, как Меньшиков-младший исчез из поля зрения спецслужб, мужчина на пару с моим отцом взял меня под плотную опеку, и теперь, почти круглые сутки за мной хвостиком ходили два амбала с серьёзными лицами.
Как мне рассказал Сергей, чьи люди негласно следили за семьей Меньшикова, они обнаружили, что парень бесследно пропал, сразу после того, как тот отправил мать к родственникам за границу. А после он уволил всех слуг, выставил дом на продажу, и больше его не видели.
Я, конечно, была благодарна Хранителю, но понимала, что никакая охрана не спасет, если Влад вдруг решит добраться до меня. И пока от этого одно неудобство, а не польза. Родители предложили мне уехать за границу, но я категорически отказалась. Слишком были живы воспоминания о неудачных попытках сделать это. Да и не хочется провести остаток жизни в чужой стране. Лучше постараюсь решить эту проблему раз и навсегда.
Максим сидел поблизости, не вмешиваясь в наш спор. В последнее время он тоже практически всегда находился рядом, но мы с ним почти не общались. Он был обижен на меня за то, что я обратилась за помощью к его отцу, а ему ничего не рассказала. И потому, следовал за мной безмолвной тенью, ограничиваясь лишь односложными репликами. Сначала как-то пыталась оправдаться, помириться, но в итоге мне это надоело, и я прекратила это дело. Мне вдруг вспомнилось, что Максу всего двадцать лет, и требовать от него мудрости и рассудительности не стоит. Впрочем, я и сама за время пребывания в этом мире изменилась, и давно не чувствовала себя тридцатилетней. Будь я немного рассудительней и мудрей, скольких ошибок можно было бы избежать.
– Хорошо, – не выдержал моего напора Воронцов. – Дам я тебе пистолет.
Он глянул на Павла, и тот, помедлив, хмуро кивнул.
– Но, пообещай, что будешь использовать его только в крайних случаях!
– Разумеется, – слегка раздражённо ответила я. – Постараюсь больше не доставлять проблем. Я и так вам уже многим обязана.
– Да, Сергей, наша семья вам очень благодарна, – поддержал меня отец. – Не знаю, как мы сможем за всё отплатить.
– Перестаньте, – поморщился Воронцов. – Я не мог поступить иначе. И не потому, что ваша дочь тоже хрономаг, а просто по-человечески. К тому же, возможно, мы скоро станем одной семьей.
Он хитро посмотрел на нас с Максом и многозначительно улыбнулся. Павел тоже задумчиво глянул на меня, а потом повернул голову к сыщику.
– Пойдём ко мне в кабинет. Где-то у меня там была припасена бутылка хорошего коньяка. Посидим, пообщаемся.
– Ну, разве что немного. Дел на сегодня полно, и нужна ясная голова.
Они ушли, и мы с Максом остались наедине. Охрана торчала в комнате для прислуги, а в гостиной, где мы находились, больше никого не было.
Я поднялась с дивана и подошла к окну.
Лето заканчивалось, и природа потихоньку засыпала. Листья на деревьях успела тронуть желтизна, а по утрам становилось всё прохладней, несмотря на тёплую погоду. Столько всего случилось за эти полгода – хватило бы на пару жизней. И многое хотелось бы исправить, но, к сожалению, даже магия времени была в этом случае бессильна.
Макс вдруг подошел ко мне и обнял сзади, прижавшись всем телом. Уткнувшись лицом в мои волосы, он тихо произнёс.
– Лесь, прости дурака, если сможешь. Сам не знаю, что на меня нашло. Понимаю, что ты всё правильно сделала, и мой отец именно тот человек, кто мог тебе помочь. Но… Было просто обидно, что я остался в стороне.
Я повернулась и отстранилась.
– Так что же поменялось? Почему сейчас решил забыть про обиду? – если честно, меня саму начала напрягать наша размолвка, и говорила я это больше из вредности.
Макс остался на месте, не пытаясь больше обнять, лишь глянул так сёрьезно и пронзительно, что меня пробрало, и я сама подалась к нему навстречу.
– Понял, что времени на это может не остаться, – ответил он, целуя.
Вот и закончился первый день нового семестра в университете.
Денек выдался тяжёлым. Новые предметы, общая атмосфера тревожности, и косые взгляды – всё это не добавляло настроения.
Меньшиков так и не объявился за это время, и август прошел спокойно. Для меня. Общественность же кипела. Члены имперского совета один за другим дохли, как мухи. И всё списывалось на несчастный случай, но я-то знала, кто стоит за этим.
Не думаю, что аристократы, находящиеся у власти, были глупей меня, и наверняка они догадались, что эти смерти были не случайны. Но реакции пока не было, расследование, едва начавшись, прикрыли. Власти упорно замалчивали истинную причину, и их можно было понять, лишняя паника никому не нужна. Мне же было всё равно. Главное, чтобы мою семью оставили в покое.
Попрощавшись с Ниной на выходе, я вместе с охранником села в подъехавший прямо к крыльцу автомобиль и устало откинулась на сиденье.
Максим приболел, и был вынужден остаться дома. Но и без него меня весь день не оставляли одной ни на минуту. Даже в аудиториях со мной кто-то да сидел. Впрочем, никто из одногруппников особо не удивлялся подобному и вопросов не задавал. Обстановка в стране способствовала развитию паранойи у большинства знати, и охраняли теперь не только меня. Я заметила, по крайней мере, ещё пару студентов, пришедших в компании серьёзных, внимательно вглядывающихся в каждого встречного, мужчин.
Достав телефон, быстро набрала сообщение Максу. Сегодня вечером, наконец, должно было состояться наше первое свидание. Место для него мы выбрали исходя из обстоятельств. Ресторан при дорогом отеле, где любили бывать самые сливки высшего общества, а потому безопасность обеспечивалась на высшем уровне. Камеры повсюду, проверка документов и куча охраны на каждом квадратном месте. Не очень романтично, но зато надёжно. Сергей лично переговорил с руководством отеля, и Меньшиков теперь не подойдет сюда даже на пушечный выстрел.
Как обычно, в это время город увяз в пробках, и водитель свернул во дворы, собираясь проехать через них. Въехав под арку дома, он повернул налево и тут же ударил по тормозам. Дорога была перекрыта большим чёрным джипом с тонированными стеклами. Водитель сдал назад, чтобы повернуть в обратную сторону, но сзади машину подпёр другой автомобиль, будто специально подживший нас. Сидящий спереди охранник переглянулся с тем, что был рядом со мной, и оба потянулись за пистолетами. В следующее мгновение из джипа выскочили четверо неизвестных в масках, и наставили на нас оружие.
Я похолодела. В этот момент меры, принятые Воронцовым, больше не казались мне чрезмерными, и я готова была взять все свои слова обратно.
Кто послал их? Совет? Но они и знать обо мне не должны. Меньшиков? Но почему он начал действовать только сейчас?
Один из незнакомцев подошёл к нашей машине и постучал по водительскому стеклу. Шофёр обернулся и растерянно посмотрел на нас, не понимая, как ему поступить. Но я и остальные находились в таком же смятении, и не знали, что ему ответить. Не дождавшись приказа, мужчина нажал кнопку, и стекло медленно опустилось.
– Выходим по одному, оружие бросаем на землю, – махнул рукой тип в чёрном. – И без глупостей. Тогда никто не пострадает.
– Делайте, как он сказал, – приказала я, видя сомнения на лицах моих телохранителей.
Не хватало, чтобы их из-за меня убили. Хватит смертей. Да и если бы хотели убить, могли просто расстрелять машину издалека. Ни к чему такие сложности. Значит, неизвестному заказчику что-то от меня надо. Осталось понять, что, а там буду выкручиваться, исходя из ситуации. Пусть время больше меня не слушается, но другая магия всё ещё при мне. Как и пистолет за пазухой, о котором эти бандиты не подозревают. Лишь бы не стали обыскивать.
Охранников разоружили и снова усадили в нашу машину. А меня схватили под локоть и потащили в тот самый джип. Один из моих защитников дёрнулся было, но короткий удар отправил его в нокаут, и больше желающих прийти на помощь не было.
Меня втолкнули внутрь на заднее сиденье, и захлопнули дверь. В полумраке салона я увидела того, кого больше всего боялась встретить. Взгляд Влада Меньшикова пылал ненавистью, губы его были сжаты, а бледное лицо выделялось на фоне чёрной одежды, делая его похожим на ожившего мертвеца. Поза его выражала напряжение, как перед прыжком, и я почувствовала себя дичью, на которую открыли охоту.
Я отшатнулась и попыталась открыть дверь, но парень схватил меня за руку и дёрнул на себя. Прижав к себе, он обжёг меня своим дыханием и прошептал на ухо.
– Ну, привет, давно не виделись. Соскучилась?
Ужас сковал тело, и я не могла вымолвить ни слова, не говоря уже о сопротивлении. Мысли в панике метались в голове.
Неужели, он обо всём знает? Но как? Воронцов должен был уничтожить все следы и улики, ведущие ко мне!
– Нам надо поговорить, крошка, ты так не думаешь? – парень коснулся моих губ и провёл по ним большим пальцем.
Я содрогнулась от отвращения и попыталась вырваться, но он держал крепко, и лишь усмехнулся моим действиям.
– Ты мне не рада? Жаль. А я вот мечтал о нашей встрече. Можно сказать, ночей не спал, всё думал, как там моя ненаглядная поживает.
– Да пошел ты! – в сердцах выкрикнула я. – Не о чем нам с тобой разговаривать!
На скулах аристократа заходили желваки, его глаза потемнели от злости. Он схватил меня за волосы и прорычал, меняясь в лице.
– Говори, как погиб мой отец?! Кто его убил?
От резкой боли из глаз брызнули слёзы. Раньше я совершенно не боялась его, но почему-то именно такой Меньшиков пугал меня до жути. Может, потому, что понимала – терять ему нечего, и он может убить меня в любой момент.
– Откуда мне знать? – я непроизвольно всхлипнула, не сумев сдержать эмоции. – У него врагов хватало и без нашей семьи.
– Не ври мне! – взбесился аристократ, отбрасывая меня от себя. – Ты была там в тот день! Я видел тебя!
Дрожащими пальцами я попыталась достать пистолет, но Влад снова подался ко мне и схватил за горло.
– Отвечай!
– Отпусти… – захрипела я, вцепившись пальцами в его руку. – Я ничего не знаю!
Воздуха не хватало, и перед глазами поплыли круги. На инстинктах я потянулась к магии, и она забурлила внутри меня, растекаясь по венам. Недолго думая, я выпустила её на свободу, и Влад, вскрикнув, отпустил мою шею. Закашлявшись, я потерла горло и глянула в его сторону. Он был в сознании, но было видно, что поплыл. Наверное, ударился головой, когда отлетел. Взгляд был затуманен, парень сидел, не двигаясь, и не предпринимая попыток остановить меня.
Я торопливо открыла дверь, и, сразу же, как вышла, ударила магией по наемникам, не дав им опомниться. Один из них всё же успел выстрелить, и пуля срикошетила от асфальта в нескольких сантиметрах от меня. Я отбросила его телекинезом, и он, упав, затих. Остальные трое валялись неподалеку и тоже не подавали признаков жизни. Но в этот раз мне было всё равно, живы они или нет. Хватит жалеть врага, эта слабость может снова обернуться против меня.
Я кинулась к машине, откуда уже выскакивали горе-телохранители. Тот, что сопровождал меня сегодня в универе, увидел что-то позади, и, побледнев, кинулся ко мне, сбивая с ног. В тот же миг раздался выстрел, и тело мужчины упало рядом. Повернувшись, я увидела Влада. Его лицо искажала злоба, он наставил на меня оружие, и я поняла, что живой мне отсюда не уйти. В ожидании неминуемого я сжалась от страха, но Меньшиков вдруг бросился в сторону, а по машине, возле которой он только что находился, застучал град пуль. Парень нырнул в арку и скрылся за домом.
– Ушел, гад! – выплюнул водитель, пряча пистолет обратно под пиджак.
Присев возле поверженного товарища, он потрогал его шею и отрицательно покачал головой. Я прикрыла глаза, не зная, что сказать.
Мой личный счёт к Меньшикову рос с каждым днём.
Влад был просто в бешенстве. Эта стерва так ничего ему не рассказала. Он знал, что в последнее время Бестужеву повсюду сопровождает охрана, об этом ему доложил один из наемников группы, которую аристократу любезно предоставили его новые союзники. И единственным шансом выцепить девчонку были её поездки в университет. Весь остаток лета он просидел в своем новом убежище, планируя и предвкушая скорую встречу.
Прежде чем уйти в подполье, Влад нанес визиты всем тем аристократам, что остались лояльны роду Меньшиковых, и попросил их о помощи. Практически все отказали ему, не желая иметь дело с опальным аристо, в страхе за свои жизни и имущество. И когда он уже отчаялся, с ним связался один из друзей его отца, Смолиновский.
Приняв парня у себя дома, аристократ намекнул ему, что есть иные силы, которым не нравится существующий порядок, и которые считают, что имперский совет засиделся у власти. Оппозиция, в которой состоял и отец Влада, планировала устроить в стране переворот, но неожиданно всё пошло наперекосяк. Меньшикова и Галицкого убили, и сразу после этого у тайной канцелярии, откуда ни возьмись, появились улики и доказательства того, что они затевали. Репрессии со стороны имперского совета зацепили ещё нескольких причастных к заговору дворян, и обескровленное сопротивление затаилось и затихло на время. Но не перестало строить планы и собирать силы.
Смолиновский был одним из тех, кого эта участь миновало, и по праву сильного он встал во главе тайного общества, собравшего в себя всех недовольных аристократов, заменив собой погибшего Галицкого. Мужчина предложил Владу вступить в их ряды, и он, недолго думая, согласился. Терять всё равно было нечего, а с их помощью он сможет поквитаться со всеми врагами.
Решаясь на это, Влад понимал, что потом его будут искать, поэтому уговорил мать уехать к дальним родственникам. Убитая горем женщина безропотно согласилась на всё, предоставив сыну самому разбираться со всеми навалившимися на их семью проблемами. Ведь, после смерти отца во главе рода встал именно он, а вместе с правами пришла и ответственность. И он решил – со старой жизнью пора покончить.
Выставив на продажу поместье, он купил через посредников жилище в самом центре трущоб. Небольшая студия находилась в старом доме довоенной постройки, и его обитателями были люди, опустившиеся на самое дно социальной ямы. Сама же квартира хоть и была отремонтирована к его приезду, но всё равно представляла собой жалкое зрелище по сравнению с их родовой усадьбой.
Влад был готов мириться и с этим. По крайней мере, здесь его будут искать в последнюю очередь. В конце концов, рано или поздно он вернет себе всё, чего его лишили.
И первым делом он собрался вытрясти из этой девки всё, что она знает. Пусть он и спорил с адвокатом по поводу причастности Бестужевой к убийству, но на самом деле тоже не верил, что она была способна на подобное. Кто-то стоял за ней. Кто-то очень влиятельный и могущественный, кому не составило труда затереть улики и запутать следствие.
Влад знал, что Бестужева водила дружбу с Воронцовым-младшим, и считал, что отец этого ублюдка сыграл во всём этом далеко не последнюю роль. Имперский совет добил их семью, но начал это именно он. Меньшиков был почти в этом уверен. Ведь тогда, в день убийства отца, в здании корпорации аристократка была не одна. В тот момент Влад был слишком ошеломлен случившимся, и не сразу заметил второго, лишь позже, вспоминая и анализируя, он понял, что ему не почудилось.
Вот только Бестужева не раскололась, даже когда он на неё надавил. Кипя от злости, Влад потерял бдительность, и пропустил момент, когда девчонка начала колдовать. Эта гадина оглушила его и попыталась убежать. Злой, как черт, он выскочил из машины следом за ней, и, не отдавая отчета своим действиям, выстрелил в Бестужеву. Странное чувство овладело им, когда пулю, предназначенную для девушки, словил её охранник. Нет, не сожаление, что не попал. Скорей, облегчение от того, что промазал.
Неужели ему стало её жалко? Или же, это что-то другое? Как бы то ни было, стоит выкинуть все эти глупости из головы, если он и вправду хочет добиться желаемого.
Попытки найти заказчика убийств членов совета закончились ничем, сыщики не смогли отыскать ни единой зацепки, и расследование зашло в тупик. И как нельзя вовремя в столицу прибыл, наконец, старый знакомый Ратибора.
Возможно, именно он сможет пролить свет на эту тайну. Ведь Симон Гольд был не абы каким магом, а одним из немногих в мире провидцев. Эти таинственные и нелюдимые маги выдавали секреты своего дара с большой неохотой, и было общеизвестно только то, что они могут видеть лишь вероятностное будущее. И то смутно, так как оно зависело от множества факторов. Но Дамиров знал, что провидцы могут не только предсказать будущее, но и указать на все ключевые фигуры, задействованные в них. А значит, с большой долей правдивости он сможет вычислить того, кто нанял убийц.
Провидец навестил его сразу после аэропорта, не став заезжать в гостиницу, отправив туда свои вещи вместе с водителем. Ратибор лично встретил друга возле крыльца особняка. Он знал этого мага со времен молодости, когда они оба учились в столичной академии, и до сих пор помнил, как этот старый хрыч, будучи тогда довольно привлекательным юношей, задирал юбки студенткам, и те ничуть не возражали против этого, очарованные его обаянием и красотой.
Симон и сейчас не растерял формы, и выглядел вполне презентабельно в дорогом костюме от лучшего модельера, с аккуратно уложенными волосами с проседью, а его холеное аристократическое лицо всё ещё привлекало дам, пусть и постарше.
Провидец протянул ему усыпанную перстнями руку, и Ратибор крепко пожал её в ответ, чувствуя, как друг испытывает его силу. Но, несмотря на то, что выглядел Дамиров куда хуже старого ловеласа, сил у него пока хватало. И потому, спустя несколько секунд, Гольд, крякнув, сам выпустил его ладонь из захвата.
– Есть ещё порох в пороховницах, – хохотнул он, хлопнув Ратибора по плечу.
– Ну, рассказывай, что у тебя стряслось?
– Давай пройдем в дом, – ответил ему Дамиров, – не на пороге же разговор начинать? Чаю хоть с дороги выпьешь.
Они прошли в гостиную и уселись в кресла, стоящие возле круглого стеклянного стола. Симон тут же с удовольствием вытянул ноги и уставился на пляшущий в камине огонь. Дождавшись, пока прислуга накроет на стол и удалится, он повернул голову к хозяину дома и в его взгляде Ратибор прочёл немой вопрос.
– Что у тебя здесь вообще происходит? – серьёзно спросил Гольд. – Я слышал последние новости, и не просто удивлён, а нахожусь в полнейшем недоумении. Как ты вообще это допустил?!
– Если бы я сам это знал, – вздохнул Дамиров. – Творится чёрти что, а я никак не могу на это повлиять. Сначала думали, что это несчастные случаи, но столько нелепых смертей подряд… Слышал про Романову?
– Сердечный приступ, да, – кивнул Симон. – А ведь она как никто другой тряслась над своим здоровьем. Ты прав, что-то тут нечисто.
– Ну что, тряхнешь стариной? Хватит сил, чтобы найти ответы?
– Обижаешь, – усмехнулся провидец. – Проще, чем даму соблазнить.
Ратибор лишь поморщился, но промолчал.
– Вещь одного из погибших приготовил? В чём он был в день смерти? Или предмет, принадлежащий ему?
– Да, конечно, – глава совета протянул магу кружевной платок, принадлежавший Агнессе, и откинулся обратно в ожидании.
Скомкав платок в кулаке, Гольд прикрыл глаза и что-то зашептал себе под нос. Так продолжалось минут пять, и Дамиров даже успел выпить весь чай и заскучать. Но тут вдруг лицо мага, сидящего напротив, потемнело, он схватился за голову и учащённо задышал.
– Дружище, с тобой всё в порядке? – обеспокоенно окликнул его аристократ.
Провидец распахнул глаза и, хватая ртом воздух, со страхом посмотрел на него.
– Я не вижу его, – дрожащим голосом произнёс он.
– Кого? – озадаченно переспросил Ратибор. – Убийцу?
– Нет. Я не вижу будущего!
– Что? Как это? Заказчик умер, или убийств больше не будет? Объясни, я не понимаю.
– Да что тут понимать?! – в сердцах воскликнул Гольд, и Дамиров поразился реакции всегда невозмутимого и спокойного друга. – Все, что касается будущего этого человека, закрыто для меня! Как будто барьер вокруг него поставили.
– И что это означает?
– Ничего хорошего. Либо сам убийца, либо кто-то из его близкого окружения владеют магией, позволяющей менять само время. И она конфликтует с моей.
– Что?! – теперь уже Ратибор не смог сдержать эмоций. – Хочешь сказать…?
– Именно! Похоже, у вас под носом завёлся маг времени.
– Да вы издеваетесь… – медленно произнесла я, глядя на огромный бронированный автомобиль, подъехавший к воротам нашего дома. – Я что, должна теперь в институт на этом ездить?
– Радуйся, что тебя вообще отпустили туда, – философски заметила стоящая рядом сестра. – И, между прочим, я тоже буду ездить на нём вместе с тобой. Так что, сестричка, не ной, и залезай. А то опоздаем.
– Ой, да ну тебя, – шутливо ткнула я её кулаком в плечо, а потом виновато добавила. – Прости… Из-за меня у всех вас столько проблем.
Крис подалась ко мне и крепко обняла.
– Мы же семья, о чём ты говоришь? Вместе мы справимся со всем, вот увидишь.
Согласно кивнув, я высвободилась из её объятий, и мы обе забрались внутрь черной громадины на колёсах. Крепкие парни в кожаных куртках последовали за нами, и один из них пристроился на сиденье рядом с водителем, а остальные уселись во вторую машину, которая должна была нас сопровождать на протяжении всего пути.
Воронцов с моим отцом постарались в этот раз предусмотреть всё, что только возможно, и поначалу даже пытались уговорить меня перейти на домашнее обучение, но я отказалась. Не хотела, чтобы этот подонок, Меньшиков возомнил, будто я испугалась. Хотя, чего греха таить, напугал он меня не на шутку, и лишь природное упрямство и некая гордость, присущая семье Бестужевых и передавшаяся мне, не позволяли в этом признаться.
Сергей надавил на кого нужно, и Влада почти сразу объявили в розыск за убийство охранника и за покушение на меня. В этот раз отмазать его было некому, и на него спустили всех собак. Но он хорошо прятался, и до тех пор, пока мне в его лице будет угрожать опасность, придется смириться и с удвоенной охраной, и со всеми остальными неудобствами.
К воротам подкатил ещё один автомобиль, и оттуда вышел Максим. Чёрный пиджак с короткими рукавами, накинутый поверх длинной белой футболки, в сочетании с обтягивающими джинсами придавал моему парню развязный и соблазнительный вид. Пока он шёл к нашей машине, я откровенно пялилась на него, и отмерла только тогда, когда он открыл дверь.
Макс сел рядом со мной и, обняв меня за плечи, легко поцеловал в губы.
– Привет, я ужасно соскучился, – прошептал он на ухо, и по телу пробежал табун мурашек.
Крис ехидно улыбнулась и деликатно отвернулась к окошку.
– Хоть бы подождали, пока доедем. Я понимаю, любовь и все такое, но вы тут не одни, в конце концов! Как-нибудь до вечера потерпите уж.
Сегодня вечером мы решились на очередную попытку устроить свидание. Дабы оно всё-таки состоялось, я отказалась от ресторанов и прогулок под звездами, и, отбросив стеснение, напросилась в гости к Максу. В доме главы тайной канцелярии будет всяко безопасней, чем даже в нашей усадьбе. Сергей же, узнав, что я приду, как-то внезапно сослался на неотложные дела, и заявил, что дом до утра полностью в нашем с Максом распоряжении.
– Крис! – возмутилась я, смутившись, и та довольно рассмеялась.
– Должна же я получить моральное удовлетворение за то, что кое из-за кого так редко теперь вижу своего жениха! А то воркуют тут, голубки, смущают бедную меня.
– Тебя смутишь, как же, – проворчала я, уткнувшись лицом в плечо Макса. – Ничего, скоро поженитесь, и он тебе ещё надоесть успеет.
Остаток дороги мы проделали, шутливо подкалывая друг друга и смеясь над замешательством Макса, которого мы тоже успели обсудить.
В этот раз Максим решил не отходить от меня ни на шаг до самого вечера, и даже отпросился с занятий, просидев вместо этого весь день на моих парах. Одногруппники косились на него и шушукались, а некоторые девчонки смотрели на меня с откровенной завистью. Но я не обращала на них внимания. Совсем скоро состоится наша официальная помолвка и тогда сплетни утихнут. Верней, перейдут на иной уровень. Но, что поделаешь, общество аристократов тот ещё серпентарий, и я даже успела к этому привыкнуть.
День для нас двоих пролетел незаметно, и когда за нами приехала машина, мы уже стояли на крыльце в ожидании. Крис с нами не пошла, дожидаясь отца, который должен был за ней заехать.
Максим галантно подал мне руку и помог забраться в автомобиль, а потом и сам быстро нырнул внутрь. Сев рядом, он взял меня за руку и крепко сжал. В его взгляде промелькнуло нечто неопознанное, словно он был в растерянности, и не знал, что сказать.
Впрочем, я и сама чувствовала себя не в своей тарелке. Мы оба прекрасно понимали, чем закончится это свидание, и, несомненно, желали этого, но оба почему-то стеснялись, как школьники. Особенно я, как ни странно. Ведь, несмотря на весь мой опыт из прошлой жизни, как Олеся, я все ещё была невинной, и здесь, в этом мире это случится впервые.
Автомобиль заехал прямо на территорию особняка Воронцовых, и остановился возле входа в дом. Максим, так и не отпустивший за всю поездку мою руку, потянул меня за собой, и я послушно пошла за ним следом.
Миновав пустынные коридоры, и всего один раз наткнувшись на шустро ушедшего с нашего пути слугу, мы попали в обеденный зал, где к нашему приходу накрыли на стол. Я окинула комнату взглядом, и на душе стало тепло и уютно. Тихая нежная музыка, льющаяся откуда-то издалека, задёрнутые портьеры на окнах, танцующие язычки пламени в камине, и мерцание зажжённых свечей в замысловатых подсвечниках – Максим постарался создать максимально романтичную обстановку, компенсируя мне несостоявшийся поход в ресторан. До моего носа донеслись аппетитные запахи, и живот тут же предательски заурчал.
– Проголодалась? – улыбнулся Макс, и потащил меня к столу. – Садись, сейчас я тебя покормлю. Наши повара столько всего наготовили, что мы точно с голоду не помрём.
– Что значит, накормлю? – настороженно поинтересовалась я, усаживаясь перед тарелкой, на которой красивой горкой возвышался какой-то салат.
– То и значит, – ухмыльнулся парень, цепляя салат вилкой и протягивая её мне. – Давай, малыш, открой ротик.
Мне одновременно захотелось рассмеяться, забиться в угол от стыда, и поколотить его, но я сдержалась, и лишь сердито сверкнула глазами. Стиснув зубы, я помотала головой и сама взялась за вилку.
– Ну раз не получается тебя покормить так, сделаем по-другому, – хитро прищурился Максим.
Подхватив пальцами вишенку с верхушки кремового пирожного на соседней тарелке, он сунул её в рот, подошёл ко мне и, наклонившись, впился в мои губы требовательным поцелуем, так не похожим на его прежние, нежные и осторожные.
Я опешила поначалу, но потом и сама ответила ему, обхватив руками его шею. И как-то резко стало не до еды. Дыхание сбилось, к щекам подступил жар, а внизу живота сладко заныло. В глазах Макса загорелся огонь желания, и от его многообещающего взгляда я окончательно поплыла. Даже не заметила, как очутились у него в спальне.
– А как же ужин? – сделала я последнюю попытку притормозить, плавясь в его нежных объятиях.
– Потом, – бросил он, подхватывая меня на руки и бережно укладывая на большую, в полкомнаты, кровать.
Я замираю, и терпеливо жду, пока Максим справится с застёжками на моем платье, отдавая инициативу в его руки. Ткань сползает с моих плеч, и я помогаю снять ненужное, оставшись перед ним в одном лишь нижнем белье. Он шумно выдыхает и, пожирая меня голодным взглядом, стягивает с себя футболку. Невесомо касаюсь его груди, и взгляд парня темнеет от страсти. Он нависает надо мной, и я понимаю, что не в силах больше ждать. Страха нет, осталась лишь жажда обладания.
Хочу его. Всего. Чтобы принадлежал только мне, целиком и полностью.
Подаюсь ему навстречу, и наши тела сплетаются в одно.
– Никому тебя не отдам, – шепчет Максим, целуя мою шею. – Люблю тебя.
– И я тебя, – вторю ему в ответ.
У нас впереди вся ночь, а это почти целая вечность.
Гольф-клуб, куда мы приехали с Сергеем, располагался в весьма живописном месте. Огромная площадь, покрытая стриженной, насыщенного зелёного цвета, травой, местами была изрезана оврагами, но основной рельеф был практически ровным. На въезде находилось здание из стекла и металла, где можно было получить всё необходимое снаряжение, переодеться, отдохнуть и отобедать.
Сегодня желающих сыграть в гольф практически не было. Лишь пара человек стояла посреди поля около картов, высматривая подходящую лузу для удара. Возле небольшого пруда рядом с административным зданием прогуливались ещё несколько человек, да спешили куда-то по делам сотрудники клуба, легко узнаваемые по форменной одежде.
– И зачем мы здесь? – с любопытством оглядываясь по сторонам, поинтересовалась я у Воронцова.
– Скоро узнаешь, – таинственно улыбнулся тот.
Оставив автомобиль на стоянке, мы пересели в гольф-машину, и поехали в сторону стартовой зоны. Где нас, оказывается, уже ждали.
Седовласый мужчина солидного возраста, одетый в лёгкую белую рубашку и такие же белые брюки, нагнувшись над мячом, примерялся к нему клюшкой. Заметив нас, он издалека помахал нам и снова сосредоточился на ударе.
– Кто это? – покосилась я на Сергея.
– Владелец заводов, газет, пароходов, – хмыкнул Воронцов. – А если серьёзно, этот человек и правда владеет очень многим, Михаил один из богатейших аристократов в нашей империи. А ещё именно он возглавляет орден хрономагов.
– А как же вы? – удивленно посмотрела я на Сергея.
– Я скорей как засланный в стан врага разведчик, свой среди чужих, и чужой среди своих, – криво усмехнулся сыщик. – Делаю всё для того, чтобы о существование хрономагов не узнали раньше времени. Пользуюсь данной мне властью, так сказать.
Я виновато отвела взгляд.
– Да уж, добавила я вам работы. Извините.
– Ну, что было, то было, – пожал плечами Воронцов. – Главное, что всё хорошо закончилось.
Когда Сергей сказал, что нам с ним предстоит важная встреча в столице, я и не думала, что он, наконец, решит представить меня ордену. Давно сама хотела поговорить с ним на эту тему. Но, понимая, что при этом в мою жизнь снова ворвутся перемены, всё время откладывала этот разговор. Хотелось спокойствия, простой жизни, как у всех, только вот судьба постоянно подкидывала мне одно испытание за другим.
Сына Сергей не захотел взять вместе с нами, хоть я и настаивала. Последнее время мы с Максом почти не расставались, и я привыкла, что он всегда рядом. Но, Воронцов-старший настоял на том, что на предстоящей встрече ему не место, и даже помог придумать убедительную причину для нашего внезапного отъезда.
Карт затормозил возле секционной постройки, и мы поспешили навстречу ожидающему нас мужчине. Позади припарковались ещё несколько машин, и оттуда тоже вышли люди. Я вопросительно посмотрела на Воронцова.
– Свои, – тихо произнёс он, и, повернувшись к главе ордена, протянул ему руку.
– Приветствую вас, – произнёс мужчина низким голосом, принимая рукопожатие. – Как добрались?
– Хорошо, спасибо, – кивнул ему Сергей. – Вот, привез вам нового товарища по несчастью.
Приехавшие вместе с нами незнакомцы обошли нас и встали рядом с Михаилом. Не считая его, их было четверо, разного возраста и пола, и все они пристально уставились на меня, вызывая волнение и дрожь в коленках. Я всё ещё не понимала, что здесь делаю и что им от меня надо. Они всех хрономагов, что ли, зовут к себе? А знают ли они, что я утратила свою магию? Даже возможность возвращаться во времени была сейчас под вопросом. И так как проверить я могла это, только умерев, желания делать подобное у меня точно не было.
Невысокая стройная женщина лет тридцати, с длинной косой, перекинутой через плечо, посмотрела на меня с явным интересом.
– Так значит, ты и есть та самая знаменитая Тринити? Да, основательно ты всколыхнула аристократическое болото, – улыбнувшись, она тоже подала мне руку, удивив меня этим жестом. – Давай знакомиться, что ли?
Я слегка пожала мягкую, но сильную ладошку.
– Такая знаменитость мне и даром не нужна. Просто так получилось. Меня зовут Олеся, очень приятно.
– А я Милена, заведую кадрами в нашей структуре. Нахожу нужных нам людей, занимаюсь их обустройством, организую помощь, если надо. В общем, обращайся, если что, – подмигнула она.
– Милена, ты как всегда, не в бровь, а в глаз, – хохотнул глава, подходя ко мне поближе. – Я Михаил Соколовский. Как ты поняла, все мы тут одного поля ягода. Каждый из нас в той или иной степени владеет магией временем. И каждый заинтересован в том, чтобы это как можно дольше оставалось в тайне. Сергей уверил нас, что тебе можно доверять, да и, судя по твоим поступкам, ты тоже не слишком жалуешь существующий в стране порядок. Потому и пригласили тебя на эту встречу.
– Лично я до сих пор не понимаю, зачем нам эта девчонка? – холодно заметил стоящий по правую руку от главы длинный и худой мужчина с глазами хищника. – Она и так уже дел натворила. О каком доверии может быть речь?
Он глядел на меня с недовольством, давая понять, что в рядах хрономагов нет единого мнения. Да уж, а надо ли мне это самой?
– Тебе вечно что-то не нравится, – фыркнула Милена, беря меня под локоть. – Этого брюзгу зовут Станислав Милованов, и он занимается внешними связями. Сотрудничает с хрономагами по всему миру. Не обращай на него внимания, он просто не любит чужих.
Станислав поджал губы и зло прищурил глаза. Милена лишь неодобрительно покачала головой, и повернулась ко мне.
– Пошли, познакомлю тебя с остальными. Вот этот, что в очках и похож на постаревшего ботана – Адам Фишер, наш главный мозг и аналитик.
Адам лишь хмыкнул на её слова о себе.
– А этому мальчику, что так мило тебе улыбается, принадлежит почти весь рынок электроники. Его имя Александр Славин.
– Приятно познакомиться! – кивнул светловолосый парень со смешливым взглядом и ямочками на щеках. – Наслышан о тебе и твоих подвигах. Ты симпатичней, чем я себе представлял.
– Видимо, слышал ты не только хорошее, – пробурчала я, испытывая смущение от того, как внимательно он на меня смотрит.
– Алекс, хватит смущать девочку! – возмутилась Милена, утягивая меня дальше.
Мы остановились возле Михаила с Сергеем.
– Нашего главу ты уже знаешь. В своё время он собрал всех присутствующих вместе, и он же дал нам цель. Без него и без Сергея, нас давно бы переловили поодиночке.
На лицо Миланы набежала тень, но она быстро взяла себя в руки и снова повеселела.
– Ну, всё, познакомились, теперь можно и о деле поговорить, – прервал её Михаил. В его взгляде тоже промелькнула тоска и какая-то затаённая боль. – Сергей рассказал нам о твоих злоключениях, и о том, что твой дар, если можно так сказать, эволюционировал.
– Не уверена, что вообще теперь что-то могу, – я решила быть откровенной, понимая, что ложь сейчас неуместна. – Когда все закончилось и события сложились, как надо, я больше не умирала.
Алекс закашлялся, а Милена охнула и приложила руку ко рту.
– Бедная девочка, – прошептала она сочувственно.
– Согласен, у тебя открылось редкое умение, совершенно неизученное, и потому наверняка трудно что-то сказать, – невозмутимо кивнул Соколовский. – Но я уверен, твоя магия всё ещё при тебе. Просто так она пропасть не могла. Надо только до неё достучаться.
– Я надеюсь, что вы правы. И всё же, зачем я здесь?
Михаил стал серьёзным, и остальные члены ордена тоже как-то сразу подобрались.
– Люди, что сейчас перед тобой, это лишь верхушка нашего ордена. Помимо нас в него входит ещё порядка пятидесяти магов времени по всей стране. Это все те, кто смог выжить после «охоты на ведьм», и те, у кого дар проявился позже. На нас работают как маги, так и обычные люди. Самые преданные и верные в курсе того, кто мы. Бывают крысы и в наших рядах, но пока удавалось их вовремя вычислить.
– И? Если у вас столько народа, зачем вам я? Без способностей, без понимания того, за что вы боретесь? Тем более, не все мне тут рады, – я покосилась на Стаса, и он ответил мне кривой усмешкой.
– Сергей должен был рассказать тебе о наших планах. Операция по смене власти в стране входит в финальную стадию, и такой маг, как ты, будет сейчас совсем не лишним. Нас не так уж и много, и мы физически не успеваем быть везде и сразу. Даже с учётом нашей магии. А знающий и способный действовать самостоятельно человек нам бы очень пригодился. Тем более ты всё же одна из нас.
Он замолчал в ожидании моего ответа, но я не торопилась говорить ему «да». Как я поняла, заставлять меня никто не станет, максимум, что мне грозит, остаться под постоянной опекой со стороны Воронцова. Но меня это как раз не пугало.
– Даже не знаю, – осторожно начала я, – чем я смогу вам помочь? Я понимаю ваше стремление выйти из тени и жить нормальной жизнью, но вам не кажется, что цена у этого будет слишком велика?
– Да что ты можешь знать о цене? – воскликнул вдруг Стас. – Тебе выпала честь вступить в наши ряды, а ты строишь тут из себя…
Меня вдруг разобрала злость. Я стойко встретила его взгляд, и он, что-то увидев в моих глазах, заткнулся.
– Да уж побольше твоего, – тихо процедила ему сквозь зубы.
– Станислав! – гаркнул на него Михаил. – Мы должны быть заодно, иначе нас просто раздавят! Эта девочка тоже хрономаг, и если она не захочет участвовать в нашей войне, это её выбор. Она и так через многое прошла.
– Спасибо вам, – сухо произнесла я. – Пожалуй, всё же мне нужно время, чтобы подумать над вашим предложением.
– Я понимаю. Решай, а пока, если хочешь, можешь наведаться в наш архив. Возможно, там ты найдешь ответ на то, как вернуть себе магию. Не считай, что делаю это по доброте душевной. Просто чем больше хрономагов будет на нашей стороне, тем больше станут наши шансы на выживание. Если снова начнётся война на истребление, это коснётся каждого из нас. Так что, в какой-то степени эта и твоя война тоже. Подумай и об этом.
Стоящий на столе древний телефонный аппарат, с диском для набора номера и тянущимся к трубке проводом, издал противный дребезжащий звук.
Ратибор поднял трубку и приложил её к уху. Несколько секунд были слышны только писк и шипение, а следом раздалось «Алло», сказанное с заметным акцентом.
– Здравствуй, Уильям, – поприветствовал Дамиров давнего знакомого. – Как жизнь, старый плут?
– И тебе не хворать. Так, кажется, у вас говорится? Давно не слышал тебя. Что такого случилось, что ты решил вспомнить о своём старом друге. Снова будешь уговаривать меня отдать вам на изучение зеркало Таноса? Даже не проси, мы и сами ещё не до конца разобрались, что это за артефакт.
– Да забудь, мои шпионы давно передали мне копии всех ваших исследований. Я звоню сейчас совсем по другому поводу.
В трубке закашлялись.
– И ты меня ещё плутом обзываешь? – Уильям издал смешок. – Ладно, всё равно толку с этого артефакта никакого. Так что там у тебя стряслось?
– У меня, друг мой, стряслись те, про кого давно уже не было слышно. В империи объявились хрономаги.
На другом конце провода повисло молчание.
– Ты уверен в этом? – произнес ошеломлённый голос собеседника Дамирова спустя минуту. – Если это шутка, то она совсем не смешная.
– Да какие шутки? Ты ведь меня знаешь, я бы не стал шутить такими вещами. Информация проверенная, сомнений быть не может.
– Почему же ты сам до сих пор не разобрался с ними? Всё настолько плохо?
– Всё ещё хуже, чем ты думаешь. Против нас работает целая организация. Не так давно они убили двоих из совета, а вчера пришла новость, что ещё один, самый молодой из нас, скончался от передозировки в туалете ночного клуба. Ты понимаешь, насколько нелепо выглядит эта смерть? Наши враги словно смеются над нами. А я, при всей своей власти, оказался бессилен против них, как ни прискорбно это признавать.
– Что ты хочешь от меня?
– Помощи. Твоих самых сильных магов, наработки по хрономагам, какие есть, аналитиков и оперативников. Думаю, ты сможешь донести до королевской семьи всю серьёзность проблемы. Что-то нехорошее назревает, и я хочу встретить это во всеоружии.
Обговорив с главой английской разведки все детали, Ратибор повесил трубку и достал из кармана сотовый.
– Алан? Ты мне нужен здесь. Собирай команду и выдвигайся в столицу. Да, поднимай всех, кого сможешь. Жду.
Помещение, где находился архив, было совсем небольшим. Мрачная пыльная комната без окон, попасть в которую можно было, только миновав толстую стальную дверь с наложенным на неё охранным магическим контуром.
Милена завела меня внутрь и хлопнула в ладоши. Тут же под потолком загорелись плафоны, зажужжала вентиляция, и комната приобрела совсем другой вид. Более уютный и привлекательный. Всюду, куда падал взгляд, стояли шкафы и стеллажи с книгами и свитками, статуэтками, различными коробочками, шкатулками и ящиками. По центру этого упорядоченного хаоса располагались несколько столов и мягких кресел.
– Ну и как тут ориентироваться? – растерянно замерла я у порога. – Каталог то какой-нибудь у вас есть?
– Всё есть. Да ты проходи, чего встала-то? Присаживайся, сейчас чайку сделаю, и принесу наш путеводитель по книгам.
Женщина достала из стоящего возле одного из столов буфета чайник, чашки и вазочку с печеньем. Поставила всё на стол, быстро вскипятила воду, залила кипятком заварку в чашках, и ушла куда-то. Вернулась уже с пухлой книгой в кожаном переплёте, и положила её передо мной.
– Вот, ищи, что надо. Все шкафы и стеллажи подписаны, так что легко сориентируешься, где что. А я пока пойду, дела не ждут. Как соберёшься уйти, нажми эту кнопку. Я буду неподалеку и сразу приду.
Она ткнула пальцем в сторону зелёной кнопки на стене возле входа.
– Хорошо, – кивнула я. – Спасибо тебе за помощь.
Милана ушла, закрыв за собою дверь, и я с нетерпением взялась за путеводитель. Хотелось верить, что у ордена найдутся ответы, и что магия времени снова будет мне подвластна. Я хорошо помнила ощущение всемогущества и вседозволенности, которое она мне давала, а сейчас, когда в стране назревали большие перемены, она особенно бы пригодилась. Я открыла книгу и уставилась на алфавитный список книг. Пролистала и обречённо вздохнула. Одна только буква «А» была страниц на тридцать. Вот как тут отыскать хоть что-нибудь?
Раскрыла наугад где-то на середине, и скользнула взглядом по названиям книг, хроник и газетных заметок. И тут мне на глаза попалось знакомое имя. Мэтью Дэвидсон. Американский предприниматель пятидесятых годов, и… маг времени. Тот самый, про которого мне рассказывал Сергей, когда мы с ним думали, как разорвать тот порочный круг, в котором я застряла.
Мне стало интересно – возможно, именно там я найду хоть что-нибудь. Запомнив цифры и буквы, указывающие на местоположение книги, я довольно быстро отыскала её на одном из стеллажей. Это оказался дневник самого мага. Пожелтевшие страницы потрёпанной временем тетради были плотно исписаны аккуратным, почти каллиграфическим почерком. На английском языке. Чертыхнувшись, достала телефон и запустила программу перевода. Похоже, я тут застряла надолго.
Через час, когда чай закончился, а Милена успела заглянуть, чтобы поинтересоваться, как у меня дела, я продралась сквозь дебри чужого языка и наткнулась на кое-что стоящее. В своем дневнике Мэтью упомянул, что после того, как он преодолел ту границу вероятностей, за которой события начинали развиваться по-другому, его магия тоже пропала окончательно. Он долго бился над этой проблемой, искал подходы и ставил различные эксперименты, пока не нашёл таки решение. Нужно было вернуться в исходные условия. Воссоздать тот момент, когда магия времени проснулась впервые.
Ох, ну и как это сделать? На бумаге то всё просто, а в реальности, боюсь, это станет практически невыполнимым. Хотя, с учётом того, что Меньшиков и так жаждет моей смерти, это может оказаться куда легче, чем я думаю. Главное при этом снова не помереть. Ещё одной петли времени я не переживу.
Просидев в архиве ещё часа два, и не найдя больше ничего интересного, я решила, что с меня хватит. Убрала чайник с чашками обратно в буфет, расставила книги по местам и нажала зелёную кнопку. Пора было возвращаться домой.
– Здравствуйте, профессор. Мне сообщили, что вы хотели меня видеть, – негромко произнес Влад, бесшумно выйдя из-за деревьев, окружающих сквер.
Своим внезапным появлением он напугал профессора так, что тот схватился за сердце. В сгустившихся вокруг сумерках, одетый во всё чёрное парень, наверное, показался ему бандитом.
Опустившись на скамейку, мужчина нервно поправил очки на носу, достал из кармана блистер с таблетками и положил себе в рот одну из них.
– Ну, нельзя же так подкрадываться, молодой человек, – недовольно покачал он головой. – Я уже слишком стар для подобных потрясений.
– Простите, Альберт Зиновьевич, – развёл руками парень, насмешливо глядя на старика, – но меня сейчас слишком многие ищут. Приходится соблюдать осторожность.
Бывший мажор прислонился к растущему возле скамьи дереву, не став выходить на освещённый фонарем пятачок земли.
– Знаю-знаю, – печально ответил ему профессор. – И про отца твоего тоже. Соболезную твоей утрате.
– Спасибо, конечно. Но вы ведь не ради этого хотели со мной встретиться.
– Ты прав. У меня есть к тебе серьёзный разговор. Речь пойдет о тайне, которую поведал мне Олег Вячеславович перед своей смертью.
– Что за тайна? – насторожился Влад, небезосновательно подозревая, что этот секрет окажется весьма неприятным. – И почему вы только сейчас решили рассказать мне об этом?
– Видишь ли, изначально я до последнего собирался молчать. Потому что был уверен, именно по этой причине погиб твой отец. И боялся, что стану следующим.
– И что же поменялось? – Влада всё больше напрягал этот разговор, и то, что этому типу явно было что-то от него нужно.
Сейчас выдаст какую-нибудь ересь, и затребует кругленькую сумму за это. А может, это вообще ловушка для самого Меньшикова, и профессор лишь наживка. На такой случай Влад приготовил пути отступления, и в соседнем дворе его дожидалась машина с водителем, готовым в любой момент сорваться с места.
– Сам знаешь, в империи грядут большие перемены. И даже слепой не оставит без внимания смерть половины Совета и волнения в среде аристократов. Назревает очередной передел власти, и мне хотелось бы в это время быть как можно дальше отсюда.
– А я-то чем могу помочь? – искренне удивился парень. – У меня сейчас ни денег, ни влияния, да и старые связи почти все утеряны.
– Мне нужна кое-какая информация. И я уверен, что ты сможешь мне её добыть.
– Равноценный обмен, значит? – усмехнулся Влад. – Ну что ж, согласен. Если это в моих силах, будет вам информация, слово аристократа. А теперь рассказывайте, что же такого узнал отец?
Профессор потёр переносицу, а затем уставился на парня серьёзным взглядом.
– Он вышел на след живого хрономага.
– Что? – Меньшиков подался вперёд, не веря своим ушам. – Вы серьёзно?
– Да, – уверенно кивнул головой мужчина. – Он предъявил мне видеозапись и попросил идентифицировать магию того человека, который засняла камера. Это как раз то, в чём я специализируюсь. И я уверен, что не ошибся.
– А имя? Вы знаете, кто это? Хоть что-то можете сказать о личности этого мага?
– Имени этой девушки я, к сожалению, не знаю. Как и того, кто она.
– Вы сказали, девушки? – в голове Влада вспыхнула догадка, невероятная, но на удивление логичная.
И если он прав, то это многое бы объяснило. Достав из внутреннего кармана куртки фотографию, он протянул её профессору.
– Вы случайно не запомнили, как она выглядела? Посмотрите, это она?
Влад и сам себе не смог бы ответить, зачем таскает с собой фото этой стервы Бестужевой. Может, как напоминание о том, кто виноват в его бедах, чтобы ненависть к ней не утихала ни на минуту?
Мужчина взял у него из рук прямоугольник из плотной бумаги, сощурился, и, присмотревшись, кивнул.
– Да, это она.
– Ты ещё кому-то рассказал об этом? – ошеломлённо поинтересовался у парня Смолиновский, ставя чашку с недопитым чаем обратно на стол.
Когда Влад позвонил ему, мужчина только что вернулся из поездки в другой город. Зайдя внутрь конспиративной квартиры, которую заговорщики использовали для встреч, парень заметил стоящий под вешалкой дорожный чемодан.
– Нет, знает только профессор и я, – ответил он, вставая с места и отходя к окну.
После того, как Влад узнал, что его бывшая невеста – хрономаг, всё встало на свои места. И то, почему убийцу до сих пор не нашли, и все те странности, что случались до этого каждый раз, когда он сталкивался с Бестужевой. И теперь он был уверен, эта девка виновна в смерти отца. Прямо или косвенно, не суть важно. Главное, что его месть теперь вполне оправданна.
Он подозревал, что Бестужева не одна такая, ведь должен кто-то был ей помогать. Сама бы она ни за что не смогла всё это провернуть. И понимал, что одному ему не справиться. Поэтому, немного поразмыслив, решил, что Смолиновский тоже должен знать. Ненависть к хрономагам у аристократов была в крови, и он просто не сможет проигнорировать наличие подобной силы у себя под носом. Но реакция предводителя оппозиции на это была совершенно противоположной тому, что ожидал Влад.
– Это хорошо, – довольно кивнул аристократ. – Ты понимаешь, что это наш шанс без особых затрат и потерь захватить власть в стране? Если у нас будет собственный маг времени, сам чёрт нам будет не страшен!
Оторвав взгляд от вида за окном, Влад резко повернулся обратно.
– Скажите, что вы сейчас шутите, – процедил он, зло уставившись на Смолиновского. – Вы хоть понимаете, насколько она опасна? Думаете, у вас хватит сил её контролировать?
Аристократ будто бы не заметил его реакции. Его взгляд рассеянно блуждал по комнате, словно он мыслями был далеко отсюда.
– Думаю, что подобный риск оправдан. К тому же, у неё есть семья, а значит – болевые точки, на которые можно надавить.
– Надеюсь, вы понимаете, что делаете, – хмуро заметил Меньшиков, не собираясь дальше спорить.
Всё равно эти долбаные революционеры нужны ему лишь для достижения целей. После этого он сразу покинет их ряды. Вот только оставлять девчонку в живых не входило в его планы.
– Как только соберётесь её брать, пожалуйста, сообщите мне. Я тоже должен в этом участвовать. Имею полное на это право.
– Но почему, отец? – Максим в недоумении посмотрел на Сергея, а потом перевёл взгляд на меня.
Я лишь пожала плечами. Сама не могла взять в толк, почему оба наших отца вдруг резко стали против помолвки.
И договаривались эти двое наверняка за спиной у матери, иначе бы она покоя отцу потом не дала. Можно сказать, мама ждала нашей помолвки, а после и свадьбы больше, чем мы с Максом. Уже и о внуках разговоры вела, смущая нас обоих.
Поэтому, мужчины позвали нас с Максом на разговор именно тогда, когда Ольга отсутствовала дома.
– Это всего лишь помолвка, а не свадьба! – продолжил настаивать на своём Макс, недовольный решением отца.
– Мы не говорим о том, чтобы её отменить, – деликатно заметил Павел, переглянувшись с Воронцов-старшим. – Только отложить ненадолго.
– Думаете, сейчас не время? – поинтересовалась я, начиная догадываться о причинах.
– Именно! – Сергей был более категоричен в высказываниях. – Если уж на то пошло, скажу как есть. Скоро в стране сменится власть. И обязательно найдутся те, кто захочет это оспорить. Мы сделаем всё, чтобы не допустить гражданской войны, но наш орден тоже не всесилен. И в такое время планировать торжество несколько неуместно.
– Хорошо, – покладисто ответила я, вставая из кресла. – Вы правы, не стоит торопиться. Подождем, пока всё утихнет.
– Хм… Я рад, что ты поняла нас с Павлом правильно, – слегка удивлённо произнёс Сергей.
Отец же, посмотрев на меня с неким подозрением, предпочёл промолчать.
– Пойдём, – схватила я за руку ошеломлённого моими словами Максима. – Хочу прогуляться в саду.
Парень открыл было рот, чтобы высказаться, но я силком вытолкала его в коридор, захлопнула за собой дверь и прошептала ему на ухо, чтобы не слышали стоящие в коридоре охранники.
– Я кое-что придумала. Расскажу, как выйдем.
После этих слов Макс немного успокоился и позволил вытащить себя на улицу. Мы уселись на скамейку, он обнял меня за плечи и притянул к себе.
– Рассказывай, – потребовал парень, – что ты задумала?
– Я, конечно, понимаю, почему нас просят притормозить, – начала я, уткнувшись в его плечо, – но они не поймут одного. Подходящего времени может не быть никогда. Всегда что-то да случается, ведь это жизнь. И если мы будем откладывать счастливые моменты, то скоро их совсем не останется. Ради чего тогда вся эта борьба?
Может, моя речь и прозвучала излишне пафосной, но я на самом деле так думала. Хочу простой семейной жизни, хочу любить и быть любимой, не оглядываясь и не дрожа от постоянного страха.
– Ну, ты и выдала, – хмыкнул Макс, а потом, лукаво улыбнулся и добавил. – Так сильно хочешь за меня замуж?
– А ты, значит, нет? – деланно нахмурилась я, и Макс тут же поцеловал меня.
– Конечно, хочу, – выдохнул он, с неохотой отрываясь от моих губ через некоторое время. – Но, не жениться же нам тайком от всех?
– Именно это я и хотела тебе предложить, – довольно ухмыльнулась я.
И рассмеялась, глядя на его вытянувшееся лицо.
– Шутница, блин, – недовольно буркнул парень.
– А я не шучу, – серьёзно посмотрела я на него, перестав смеяться. – Я узнавала, в одном из ЗАГСов за определенную плату можно зарегистрировать брак вне очереди. Сейчас как раз подходящее для этого время. Надеюсь, паспорт у тебя с собой, и нам не придется заезжать к тебе домой?
– С собой, – кивнул Макс, пребывая в лёгком замешательстве. – Только как ты собираешься сбежать от своих охранников? Да и родители тебя сразу потеряют.
– Не потеряют. Мы же с тобой вроде как гулять пошли. Они не станут нас тревожить почём зря, особенно после такого непростого разговора. А в самом дальнем углу сада есть одна неприметная калитка, что ведёт наружу. И по счастливой случайности у меня есть от неё ключик.
– Смотрю, ты всё продумала, – удивлённо поднял брови парень.
– Да, я давно уже приметила этот ход, на всякий случай. Вдруг придётся куда выбраться без ведома родителей. Вот и пригодилось. Да и зачем их зря беспокоить? Быстро смотаемся туда-сюда на такси, и всё. И вообще, это ты должен был предложить мне сбежать с тобой, – с укором заметила я.
Макс заметно смутился и растерянно почесал затылок.
– Наверное, я слишком правильный, чтобы до такого додуматься. Да и потом, нас же не расстаться просят.
Вздохнув, я выскользнула из его объятий, встала со скамейки и пошла обратно в дом. Максим нагнал меня, схватил за талию, закинул к себе на плечо и, несмотря на протесты, потащил обратно, вглубь сада.
– Я буду последним дураком, если не соглашусь на столь заманчивое предложение, – решительно произнёс он, огладив меня чуть пониже спины. – Так что сейчас украду тебя, и мы поедем в ЗАГС.
– Вообще-то, ты даже предложения мне ещё, как такового, не сделал, – сердито пробурчала я, стукнув кулаком по спине парня. – Отпусти уже, сама дойду. Всё равно не знаешь, куда идти.
Меня поставили на землю, Макс поправил на мне задравшуюся блузку, встал на колено и торжественно произнёс.
– Олеся Бестужева, согласна ли ты стать моей женой?
– Хм, – подперев я подбородок рукой. – Надо подумать.
– Да чего тут думать? – наигранно возмутился Макс, и потянулся ко мне руками, чтобы снова схватить.
– Согласна-согласна! – фыркнула я, отскакивая. Только не надо больше меня на себе таскать. И ещё, ты же не думаешь, что я прямо так буду замуж за тебя выходить? Без платья и колец? Так что первым делом едем в магазин.
– Объект покинул усадьбу, – сообщил ворвавшийся в кабинет Смолиновского крепкий мужчина в камуфляже. – Без сопровождения.
Влад встрепенулся и оторвал взгляд от лежащего на столе отчета «наружки».
Командир группы, отправленной следить за Бестужевой, в течение двух недель отслеживал перемещения девчонки, и, если верить его донесениям, кроме поездок в университет она почти не отлучалась из дома. И всегда её сопровождала усиленная охрана на двух машинах.
Все планы по её поимке упирались в тот факт, что в случае опасности магичка сразу же воспользуется своим даром, и тогда до неё будет не добраться. Смолиновский уже подумывал о том, чтобы брать Бестужеву прямо в университете, но делать это в общественном месте тоже было не самой лучшей идеей. Так что сообщение от наружного наблюдения пришлось очень кстати.
– Это наш шанс, – оживился лидер оппозиции, и Меньшиков поморщился.
Слишком уж тот хотел заполучить девчонку, тем самым осложняя собственные планы Влада.
Смолиновский отошёл к окну, набрал кому-то, и, после недолгих переговоров, глянул на парня.
– Ты точно хочешь с нами? – в очередной раз поинтересовался он у Влада. – Там может быть опасно, и я не вижу смысла тебе идти. Профи сделают всё, как надо, и доставят девчонку на блюдечке.
– Точно, – раздражённо бросил Меньшиков. – Хочу первым посмотреть ей в глаза.
– Смотри, может это? – Макс ткнул пальцем в простенькое с виду колечко.
Глянув на его цену, я подумала, что оно как минимум из платины, или, должно быть, сплошь инкрустировано бриллиантами. Макс что, самый дорогой магазин в городе выбрал?
Но, приглядевшись, поняла, что кольцо из обычного белого золота, и украшено всего тремя мелкими камушками. Хотя, что говорить, сделано оно было столь искусно, что сразу приглянулось мне.
– Да, давай это, – уверенно заявила я, и Макс облегчённо вздохнул.
– Подберите к нему пару, пожалуйста, – попросила я терпеливо ожидающего наш выбор продавца.
Да, пожалуй, мы подзадержались немного. Как бы на регистрацию не опоздать. Сначала в свадебном салоне выбирали платье, и мне всё не нравилось, потом салон красоты, где мне наскоро нанесли макияж и сделали укладку. Теперь ещё с кольцом никак не могла определиться, ведь носить его придется потом всю жизнь.
И как бы Максим не торопил меня, часа три мы на всё про всё мы потеряли. А нас самих, должно быть, уже потеряли наши родители. Телефоны мы предусмотрительно оставили дома, чтобы нас не вычислили по ним. Я знала, Сергей это может. Но ничего, осталась последняя, финальная стадия, и мы с Максом вернёмся ко мне домой уже как муж и жена.
От этой мысли почему-то бросало в жар. Может, потому, что в прошлой жизни я так ни разу и не была замужем?
Обвешавшись пакетами с платьем и аксессуарами, Макс вышел на улицу, и я поспешила следом за ним.
Мне ещё переодеться в ЗАГСе надо успеть. Не ходить же в свадебном платье по всему городу?
Такси ждало нас за углом, и когда Максим скрылся за ним, у меня отчего-то тревожно сжалось сердце. Я буквально долетела до конца дома, завернула, но парня нигде не увидела.
Глупая мысль о том, что он передумал и решил сбежать, промелькнула лишь на миг. А потом на мою голову обрушился удар, и я отключилась.
Когда я пришла в себя, первой мыслью было: «Что с Максом?».
С трудом разлепив глаза, скривилась от пронзившей голову боли. Видно, хорошо меня приложили.
Огляделась и увидела, что валяюсь на полу в пустом помещении, где, кроме тянущихся по потолку и стенам труб, больше ничего нет. Мои ноги и руки были крепко связаны, неровности и каменное крошево больно впивались в тело, и я попыталась сесть. Но перед глазами всё поплыло, к горлу подкатила тошнота, и я завалилась обратно. Непонятная слабость охватила моё тело, стало тяжело дышать, а в голову будто ваты набили.
«Что происходит?»
– Как же приятно видеть тебя… такой. Беспомощной и растерянной.
Я в ужасе повернула голову на голос. В проёме двери, ведущей наружу, стоял Влад. Чёрная водолазка и брюки разительно контрастировали с его бледным лицом и светлыми волосами, а в его глазах горел лихорадочный огонь, пугая меня до дрожи.
«Всё-таки это он, – обречённо подумала я. – Этого следовало ожидать. Значит, следил за мной всё это время. Какая же я дура! Снова по глупости втянула себя и Макса в неприятности…»
Довольная ухмылка на лице парня не предвещала ничего хорошего. Он подошел ко мне и присел на корточки.
– Не поймешь, что с тобой творится, да? Тебе вкололи мощный транквилизатор, поэтому сейчас так хреново. А комната эта, кстати, особенная. Она полностью блокирует всю магию, отрезая от внешнего источника, так что даже не пытайся колдовать. Мои союзники планировали использовать это место для других целей, но, как видишь, и для тебя пригодилось. Кстати, – он склонился надо мной, – мы здесь совсем одни, и у нас есть полчаса, прежде чем за тобой придут.
Влад вдруг подхватил меня под мышки, подтащил к стене и усадил, прислонив к ней спиной.
– Что тебе от меня надо? – испуганно спросила его, пытаясь отползти подальше, но тело не хотело меня слушаться. Только сейчас поняла, что не ощущаю присутствия магии, будто опять вернулась в родной мир. – Я ещё в прошлый раз рассказала всё, что знала.
Злобно сверкнув глазами, мажор отвесил пощечину, такую сильную, что моя голова дернулась, а в ушах зашумело. Вскрикнув, я стиснула зубы, сдерживая рвущиеся наружу слезы.
– Ты лжёшь! – он снова замахнулся и я зажмурилась. – Я знаю, что ты хрономаг! И это из-за тебя погиб мой отец!
«Черт! Откуда он узнал?»
Его признание напугало больше, чем всё остальное, и я открыла глаза. Рука Меньшикова остановилась в нескольких сантиметрах от моего лица. Он схватил меня за волосы и притянул к себе.
– Я пришел за ответами, Бестужева, выплюнул он мне в лицо. – И ты мне их дашь, пусть даже придется выбивать из тебя правду силой!
Его взгляд полыхал такой ненавистью, что я поняла, живой мне отсюда не уйти. А если произойдет чудо, и меня спасут, похитители в покое меня всё равно не оставят. Неужели история снова повторяется, как бы я ни пыталась всё исправить?
В голове вдруг мелькнула шальная мысль: «А что если после смерти время снова откатится?»
Похоже, это был единственный мой шанс выбраться из этой передряги. Но сработает ли дар тут? Или это всё же магия другого порядка, неподвластная обычным законам?
Что ж, попытка не пытка, если всё равно помирать, так с музыкой. Поиграем на нервах у Меньшикова.
– Даже если я грохнула твоего папашу, то, что с того? – насмешливо поинтересовалась я, надеясь, что мой голос звучит не слишком жалко. – Убьешь меня? А кишка не тонка? Ты и в прошлый раз то не смог.
Я ожидала бурной реакции на свои слова, но Меньшиков вдруг ядовито улыбнулся и наклонился ко мне, прошептав.
– Признаюсь, было такое желание. Но нет, у меня есть идея получше. Убить тебя было бы слишком милосердно. А вот испортить жизнь, разрушить и отнять всё, что тебе дорого, это будет куда интересней.
Он рванул на мне блузку, и пуговицы со стуком разлетелись по полу. Осознавая, что произойдет дальше, я неосознанно задрожала всем телом, и из последних сил постаралась хоть немного сдвинуться в сторону. Слабость понемногу отступала, и я надеялась, что скоро смогу двигаться и дам отпор этому уроду.
Но Влад пресек мои трепыхания на корню, схватив меня за плечи и швырнув на пол. Навалился всем телом, и его рука, скользнув под лиф, жадно зашарила по моей груди. Не выдержав, всхлипнула, и увидела в его глазах торжество.
– Давай, скажи, что сохранила для меня невинность, – выдохнул он мне в ухо. – Я ведь буду у тебя первым, да, крошка?
И тут я сквозь слезы истерично рассмеялась прямо ему в лицо.
– Боюсь, ты опоздал, Меньшиков. Я уже подарила себя другому.
– Вот так, значит? – потемнел лицом мажор. – Получается, можно не церемониться с тобой?
Он схватил меня за горло и запечатал мой рот грубым поцелуем. Вяло задергавшись под ним, попыталась скинуть мерзавца с себя, но всё было бесполезно, и я решила сменить тактику. Притворилась, что сдалась, и ответила на его поцелуй, чтобы потянуть время.
Удивлённый, мажор на мгновение замер, а затем с ещё большей страстью стал терзать мои губы. Его рука сжала мне грудь, и я издала невольный стон. В какой момент меня захватило водоворотом эмоций, я и сама не заметила. Это было так странно. Целоваться с врагом и испытывать от этого удовольствие. А ведь с Максом я такого никогда не чувствовала.
Эта мысль отрезвила меня, и я упёрлась руками в грудь Меньшикову, но тот вдруг и сам отстранился, посмотрел на меня мутным взглядом и потянулся к молнии джинсов, что были на мне.
– Смотрю, тебе тоже понравилось? – довольно усмехнулся Влад. – Хочешь продолжения?
Я промолчала в смятении, не зная, что сказать. Мое притворство закончилось неожиданно даже для меня, и стало неимоверно стыдно за минутную слабость. Как теперь буду смотреть в глаза Максу?
Мажор отдернул руку, вскочил на ноги и окатил меня презрительным взглядом.
– Не ожидал, что окажешься такой легкодоступной. Собирался взять тебя силой, но ты и сама этого желаешь. Так неинтересно. Да и не хочется мараться после того, как тебя опробовал этот недоумок Воронцов. Жаль, мы торопились, и я не успел как следует ему врезать.
– Где он? Что с ним? – взволнованно спросила я, хотя и боялась услышать ответ.
– Откуда мне знать? – недовольно бросил Меньшиков. – Ищет тебя, наверное. Хотя я бы, на его месте, не стал. Жаль, не заснял на видео, какая его невеста горячая штучка. Как думаешь, женился бы он на тебе после такого?
Меня разобрала злость. Решил унизить, значит?
Собрав все силы, кое-как села, и гневно уставилась на Меньшикова.
– Других девушек ты тоже силой добиваешься? – ядовито осведомилась у него. – Заводит тебя это, да?
– Что ты несёшь? – разъярённо прошипел парень. – Совсем страх потеряла?
Он запустил руку за пазуху, и в следующее мгновение на меня в упор смотрело дуло пистолета.
– Ну что, теперь не такая храбрая? Боишься? Правильно. Если бы ты знала, как хочется пристрелить тебя. За всё, что по твоей вине со мной произошло.
– Ну, так давай, чего ты медлишь?! – выкрикнула я в отчаянии.
Скривившись, Влад приставил пистолет к моему лбу, и у меня по спине побежал холодный пот.
– Не испытывай мое терпение, – злобно процедил мажор сквозь зубы. – Ещё слово, и я, клянусь, выстрелю.
– Стреляй! – с вызовом посмотрела на него, сжав до боли кулаки.
Громкий звук эхом разнёсся по всему помещению. Вздрогнув, я растерянно глянула на Влада.
Тяжело дыша, парень опустил пистолет, глядя на противоположную стену, куда целился. А я же про себя выругалась. Повезло, что она далеко, и нас не задело рикошетом. Вот придурок! Страх куда-то исчез, и осталась лишь досада и ярость. В первую очередь, на себя. Лучше бы, и правда, пристрелил.
Входная дверь со стуком распахнулась, и внутрь ввалился крупный мужчина в боевом обмундировании.
– Что у вас тут происходит? – он заметил пистолет в руках мажора и его взгляд потемнел. – Влад, ты что творишь? Девчонка нужна нам живой! Ты ведь обещал только поговорить с ней.
– Обещал, – мрачно подтвердил аристократ, засовывая пистолет обратно за пазуху. – Только она не захотела общаться. Вот, пытался разговорить.
Незнакомец нахмурился, подошёл ко мне, опустился на корточки и развязал мне ноги.
– Я доложу об этом Арсению Владимировичу, – сообщил он Владу недовольно и снова поднялся на ноги.
– Идём, – бросил он мне. – Тебя ждут.
Решив не злить его, начала вставать, но меня повело, и, схватившись за стену, я снова уселась обратно на пол. Глядя на это, мужчина недовольно поморщился. Подхватив под руки, поднял и почти волоком потащил меня за собой, я едва ноги успевала переставлять.
Мы вышли, и я сразу же ощутила, как магическая энергия возвращается ко мне. А следом пришло знакомое чувство. Где-то рядом был менталист. Может даже не один, слишком уж нехорошо мне стало. Короткий коридор закончился небольшой комнатой, обставленной простенькой мебелью, и я увидела тех, чей коллега снился иногда мне в кошмарах. Двое мужчин средних лет, одетых во всё чёрное, как и мой сопровождающий, при виде меня подорвались с места. Именно от них исходила та зловещая аура.
Значит, и правда, знали, кто я, и успели подготовиться. И что же мне теперь делать?
Интерлюдия
– Ваша светлость, британские гости прибыли.
Коренастый мужчина с военной выправкой и сединой на висках, зашёл в кабинет и отчитался почти по-солдатски.
Ратибор оторвался от бумаг и поднял голову.
– Прекрасно, как устроятся, отправляй их ко мне. Что-то ещё? – добавил Дамиров, заметив, что его заместитель не спешит уходить.
– Да, вы просили докладывать, если заговорщики снова проявят себя. Стало известно, что они снова зашевелились и что-то планируют.
Ратибор нахмурился, отложил недочитанный документ и, кряхтя, встал из-за стола.
– Зря я оставил в живых этих недобитков. Не думал, что они так скоро оправятся от удара, что мы им нанесли. Надо было сразу вырезать их всех на корню.
Он замолчал, сложил руки за спиной и задумчиво уставился в окно.
– Как же не вовремя это. У меня нет никакого желания воевать на два фронта. Вы выяснили, где находится их новая база?
– Да, – кивнул заместитель, – нам удалось внедрить к ним своего человека. Они используют заброшенный правительственный бункер, но, сколько их там и как хорошо охраняется база, он сказать не смог.
– Отправьте туда боевой отряд, усиленный магами. Пусть разнесут это место по кирпичику. Всех, кого там найдёте, арестовать. Допросим и узнаем имена остальных заговорщиков.
Михаил Полухин имел от жизни всё, что хотел. Богатство, доставшееся ему в наследство от родителей, позволяло не думать о завтрашнем дне. Если бы не одно обстоятельство – запретная магия, проявившаяся ещё в детстве. Родители как могли, оберегали сына и скрывали от остальных его дар. Но маленький Миша ещё тогда решил, что сделает всё для того, чтобы хрономагам больше не пришлось скрываться и жить в страхе за жизни родных и свою собственную. Потихоньку, за несколько лет, с помощью денег и связей он разыскал таких же, как он, и собрал их вместе. И вот теперь настал решающий час.
Лазутчики в стане врага доложили, что Дамиров, наконец, начал действовать. Слишком активно после долгого бездействия, словно кто-то или что-то подтолкнули его к этому.
Новость о том, что глава совета задействовал зарубежные связи, и в столицу нагрянула целая группа британских магов во главе с самим Уильямом Сандерсом, главой британской разведки, окончательно убедила Полухина, что медлить больше нельзя. Сандерс умело маскировался и не отсвечивал, но его лицо было слишком узнаваемо, и люди Воронцова сумели его опознать.
Теперь хрономагам нужно было действовать на опережение. План давно разработан, ключевые фигуры, стоящие на нужных постах, давно подкуплены или сидят на крючке посредством шантажа. А их собственная маленькая армия ждёт своего часа. Ради достижения цели иногда приходилось действовать грязно, но совесть Михаила не мучила. С таким противником по-другому никак.
Трель телефонного звонка заставила аристократа вернуться в реальность. Вынырнув из мыслей, мужчина посмотрел на экран и тут же ответил на вызов.
– Сергей? А я как раз собирался тебе звонить. Когда будешь в штабе? Ждём только тебя. Что? Как похитили? Понял. Отправлю к тебе пару бойцов, больше, к сожалению, дать не могу. Ты же знаешь, сегодня важный день, и каждый человек на счету.
Под конвоем из двух менталистов мой сопровождающий повёл меня дальше. Я слышала, как недовольно сопит позади Меньшиков, и чувствовала, как он сверлит злобным взглядом мою спину. Серые бетонные стены наводили тоску и внушали чувство безысходности. Тусклые светильники под потолком периодически мигали, словно я находилась в фильме ужасов.
В какой-то степени так оно и было. Ещё неизвестно, кому и зачем я понадобилась. Это точно не люди совета, иначе здесь бы не было Влада. И не знаю, что хуже, снова попасть в лапы имперцев, или же угодить к тем, кто действует против них.
От мрачной картины, что мне нарисовало воображение, я содрогнулась. Вряд ли родные отыщут меня здесь, а значит, рассчитывать я могу сейчас только на себя.
Коридор закончился, и мы упёрлись в массивную стальную дверь. Один из менталистов достал из кармана пластиковую карточку и приложил к прямоугольнику электронного замка. Дождавшись щелчка, мужчина дёрнул дверь на себя и отошёл, пропуская меня и охранника вперёд. Мы с ним вошли, а они остались снаружи. Но даже сквозь дверь меня цепляла их магия. Каким-то образом наши силы, пусть мой дар и уснул, всё равно конфликтовали. Словно волны на воде, сталкиваясь, гасили друг друга.
Помещение внутри представляло собой что-то среднее между жилой комнатой и кабинетом. Книжный шкаф вдоль стены, набитый папками и лотками с документами, письменный стол с тумбами, а за ним офисное кресло с высокой спинкой. На столе в беспорядке были разбросаны бумаги, а поверх них стояла кружка с исходящим паром чаем.
В углу комнаты примостился мягкий диван, с наброшенным на спинку клетчатым пледом. Диван был местами продавлен, словно его использовали для сна. Окон здесь тоже не было. Это означало лишь одно, мы под землёй. Шансы на то, что меня найдут, с каждой минутой становились всё меньше.
Посреди комнаты стоял человек. Невысокий мужчина лет за сорок обратил на меня взгляд карих глаза, и я уловила в них некое торжество. Довольно усмехнувшись, он уселся за стол и, скрестив перед собой руки, снова уставился на меня.
– Ну, здравствуй, Олеся Бестужева, очень рад тебя видеть. Представляться не буду, моё имя тебе ни к чему, – он мельком глянул мне за спину, и я без подсказки поняла, что Меньшиков вошел вместе с нами. – Пообщалась со старым знакомым? Нам с тобой тоже есть о чём поговорить.
– Что вам надо? Кто вы такие? – спросила я угрюмо, не разделяя радости незнакомца.
Стоять перед ним в таком виде было унизительно и неприятно. Со связанными руками и порванной блузкой, беспомощная и жалкая. Но я не отводила взгляда, не желая показывать слабость перед похитителем.
Мужчина жестом указал на диван, мой провожатый усадил меня туда и ушёл. Я едва сдержала облегчённый вздох. Чувствовала себя на редкость паршиво, и стоять на ногах, пусть и с посторонней помощью, удавалось с большим трудом.
Меньшиков встал напротив меня, облокотившись о стену. Его лицо тоже не выражало восторга. Жалеет, небось, что не успел прибить.
– А ты сама как думаешь? – хмыкнул хозяин этого места. – Магия у тебя редкая, всем нужная. Не хочешь помочь нам по доброте душевной? А то мы как раз планировали кое-что поменять в этом прогнившем государстве.
Я промолчала. Не было никакого желания вести с ним дискуссию. Мое мнение ему всё равно неинтересно, а рассказывать, что дара у меня больше нет, и вовсе опасно. Тогда я стану им не нужна, и кто знает, что они со мной сделают.
– Только не думай, что твоя невероятная сила спасет тебя. Гадаешь, небось, почему она до сих пор не действует, даже за пределами магического изолятора? Так вот, в свое время мой дед по приказу правительства охотился за такими, как ты, и по секрету рассказал мне о вашей слабости. Ментальная магия, вот Ахиллесова пята всех хрономагов, верно? Молчишь? – он окатил меня взглядом, полным презрения. – Ну что ж, твое право. Только ты нам всё равно поможешь, хочешь того или нет.
Я догадывалась, к чему он клонит, но, наверное, просто уже устала бояться. Сколько можно? Мне начинает казаться, что этот бесконечный круг не разорвать.
В комнату без стука ворвался охранник. Растерянно посмотрел на главаря и в замешательстве сообщил ему.
– На нас напали!
– Да отпусти же ты! – вырвала я руку из мертвой хватки Меньшикова.
Он так вцепился в неё, будто хотел оторвать.
Когда главе местных заговорщиков сообщили о нападении, он явно не ожидал такого. Видно, считал базу, где мы находились, достаточно законспирированной. На удивление быстро оправившись от замешательства, он тут же скомандовал уводить меня из бункера и спрятать в другом месте. Где именно, я не знала, мужчина произнёс какое-то кодовое название, и это место могло быть где угодно.
И, разумеется, Влад напросился с нами. Более того, пообещал проследить, чтобы я точно никуда не делась. Главарь согласился с его доводами о том, что большой отряд привлечет внимание, а без своей магии я всё равно беспомощна, и решил, что Меньшиков вполне справится с этим делом. Я была против, но кто бы меня слушал.
С нами отправилась лишь та парочка менталистов, что контролировала мою магию, и только это примирило меня с присутствием Меньшикова. Боюсь даже представить, что бы он сделал, останься мы с ним наедине.
Потайной ход, через который мы уходили, оказался не слишком длинным, и вскоре впереди оказался вертикальный колодец, ведущий наверх, в лес неподалеку от бункера. Моим надсмотрщикам пришлось развязать мне руки, иначе я бы ни за что не поднялась по торчащим из стены скобам, заменяющим лестницу.
На выходе Меньшиков неожиданно подал мне руку, и я, удивлённая его поступком, с опаской приняла помощь. Только вот отпускать меня он не спешил. Пока маги обозревали окрестности в поисках возможных противников, экс-мажор разглядывал мою персону с таким видом, будто раздумывал, а не прикопать ли меня прямо в этом лесочке. Кое-как отцепив от себя Меньшикова, на всякий случай отошла поближе к менталистам. Тех хоть и не переваривала, но им я, по крайней мере, нужна живой.
Поёжившись от холода, с завистью посмотрела на укутанных в плащи магов. Свою куртку я оставила в бункере, верней её с меня сняли, а отдать никто не удосужился. На дворе октябрь, а я осталась в тонкой блузке и джинсах. Влад тоже был одет легко, в одну лишь рубашку и брюки, но осенняя прохлада, казалось, его совсем не тревожила.
– Вроде нет никого, – заметил один из мужчин, поворачиваясь к нам.
– Черт! – воскликнул второй, глядя в противоположную сторону. – У нас гости! Берите девчонку и уходите, я постараюсь их задержать.
Я проследила за его взглядом, и у меня словно камень с души упал. Они всё-таки пришли!
На лесной просеке, вдали от выхода из бункера, в окружении вооружённых бойцов стояли, одетые, как и остальные, в боевую экипировку, Максим с Сергеем. Они были далеко, и их лиц было не разглядеть, но я их всё равно узнала. Громкий взрыв, донёсшийся со стороны базы, заставил сердце испуганно затрепетать. Влад и сопровождающие нас маги вздрогнули вместе со мной, и резко обернулись назад, туда, откуда мы пришли.
Что это было? Люди Воронцова напали на заговорщиков? Или это не они?
Воспользовавшись замешательством Меньшикова, в растерянности замершего на месте, я от всей души наступила ему на ногу. И когда он со стоном отпустил меня, что есть силы, рванула вперёд, на ходу уворачиваясь от ринувшегося мне наперерез менталиста. Я была чуть быстрей, и успела проскочить, а он, споткнувшись о выс�
Часть 1. Время на жизнь
Глава 1.1. Сколько у меня времени?
– Стой! – выдохнула я, хватая Нину за руку. – Скажи мне, сколько сейчас времени?
– Зачем тебе? – озадаченно посмотрела на меня подруга. – Может всё-таки лучше скорую?
– Со мной всё в порядке, – отмахнулась я нетерпеливо. – А, короче, дай сюда!
Я выхватила у неё телефон, который она держала в другой руке, и нажала боковую кнопку. Экран блокировки показал, что сейчас ровно одиннадцать утра.
– Чёрт, и правда вернулась, – растерянно констатировала я, падая на диванчик. – Но почему?
– Что почему? – в замешательстве переспросила Нина, переводя взгляд с меня на телефон. – Что случилось то? Ты прямо сама не своя.
Оставив её вопросы без ответа, я молча вернула ей телефон. Нащупав под боком сумочку, достала свой, сообразив, наконец, что у меня он тоже есть.
Первым моим порывом было действовать: позвонить отцу и предупредить его, сорваться с места и бежать домой, а ещё найти того подонка, что отдал приказ. Но, сначала всё же нужно было прийти в себя и как следует подумать.
Так что со мной произошло? Я умерла, или это мне только привиделось? Если второе, значит всё, что я помню, лишь фантазия разгоряченного мозга? И ничего такого не случится?
Хорошо бы, если так. Но боль, поселившаяся в сердце, и не отпускающая даже сейчас, говорила, что всё было более чем реально. Стоило мне закрыть глаза, как я снова видела горящий дом и печальное лицо Воронцова, сообщающего мне страшные вести.
Я махнула рукой, подзывая официантку. Есть не хотелось, но появилось огромное желание выпить чего покрепче. Здесь, конечно, такое не подают, но для начала сойдет и обычный коктейль.
Значит, всё-таки я погибла. И что-то, или кто-то вернул меня обратно. Возможно ли, что это была моя магия? Да, мой дар перестал тогда действовать, но вдруг ему просто понадобилось больше времени, чтобы эволюционировать во что-то иное? Слишком многое тогда случилось, против чего оказалась бессильна даже магия времени.
К нам подошла толстушка в сером переднике, и вопросительно на меня уставилась, держа наготове блокнот с записями. Глядя на неё, я вдруг поняла, что у меня и вправду мало времени. Тот, кто сбросил на меня ту кадку с цветами, наверняка сделал выводы и скоро передаст информацию обо мне Совету. Но кто это был и как он меня вычислил? Это надо было выяснить в первую очередь.
– Нина, извини, мне надо срочно уйти. Я тебе позже позвоню.
Схватив сумочку и подорвавшись с места, я выбежала на улицу. И только оказавшись снаружи, сообразила, что понятия не имею, куда идти. Снова в тот переулок? Но какой смысл? Меня там никто уже не ждёт. И с чего же тогда начать?
Застыв на входе в кафе, я обвела рассеянным взглядом окрестности. Мне всё больше казалось, что время бездарно утекает, и если я не потороплюсь, то не смогу ничего исправить. Ветер всё никак не успокаивался, и улицы почти обезлюдели, потому любой случайный прохожий сразу бросался в глаза.
И тут я увидела его. Того типа в плаще, что столкнулся со мной тогда на переходе. Он стоял напротив кафе возле витрины с одеждой, и старательно изображал заинтересованность местной модой. Однако то и дело поворачивал голову и косился через плечо в мою сторону. Наши взгляды пересеклись, и он, заметив, как я на него таращусь, видимо, почуял что-то неладное. Сунув руки в карманы, нарочито медленным шагом мужчина стал удаляться в сторону перекрестка.
«Ну, нет, просто так ты не уйдешь!»
Если в моём возвращении виновата магия, может, я и время снова могу останавливать. Почти наощупь я выхватила из сумочки свой янтарный кулончик, и во все глаза на него уставилась. Но мир и не подумал замирать. Значит, эту способность, я утратила. Что ж, это было бы слишком просто.
Закинув ставший бесполезным кулон обратно, я рванула с места и помчалась следом за таинственным наблюдателем, не желая терять единственную ниточку, способную привести меня к тому, кто виновен в гибели моих родных. Меня даже не пугал тот факт, что он сильней меня, а может и вовсе вооружён. Во мне говорили эмоции, и я готова была справиться с самим чёртом, лишь бы спасти своих близких.
Мужчина в плаще обернулся. Увидев погоню, он замер на мгновение, будто раздумывая, что предпринять, а потом тоже припустил вверх по улице.
Перебежав дорогу и чудом избежав столкновения с велосипедистом, я вывернула на тротуар. Не обращая внимания на его гневные крики, я ускорилась ещё сильней, радуясь тому, что надела удобные туфли, а не босоножки на шпильках.
Добежав до поворота, незнакомец свернул за угол, и я, распугивая встречных прохожих, что удивленно провожали меня взглядами, рванула за ним что есть сил.
Но, когда я добралась до перекрестка, мужчины, за которым я гналась, уже и след простыл. Главный проспект, несмотря на погоду, был достаточно многолюден, чтобы он мог легко затеряться в толпе.
Тяжело дыша после длительного забега, я устало прислонилась к рекламному щиту, на котором был изображён плывущий по морю круизный лайнер, а сверху большими буквами было написано «Софт Индастриз».
В голову полезли совершенно неуместные в данный момент мысли, что я ни разу в своей жизни не была на море. Было бы здорово отправиться туда всей семьей. Моей нынешней семьей.
Про свою семью из прошлой жизни я старалась вспоминать как можно меньше. Не имея возможности вернуться обратно, просто не хотелось думать о том, что чувствовали мои родные, когда я исчезла. По правде говоря, мы с ними были не очень близки, разные взгляды на жизнь и расстояние сделали своё дело, и общались мы редко. Надеюсь, у них сейчас всё хорошо, а большего мне и не надо.
Пронзительный сигнал автомобиля, раздавшийся совсем рядом, привёл меня в чувство. Пролетевшая мимо синяя машина окатила меня водой из лужи, и этот незапланированный душ окончательно прочистил мне мозги.
«Что я делаю? Зачем вообще за ним побежала? Всё равно он не стал бы ничего рассказывать. Зато теперь мои враги будут точно знать, что я в курсе их намерений, и начнут действовать».
Последняя мысль впечатлила меня особенно сильно.
Выскочив на обочину, я замахала руками, как сумасшедшая, и села в первую остановившуюся машину. Водитель, мужчина лет за сорок, с примечательными густыми усами и надвинутой на глаза кепкой, недовольно покосился на мой взъерошенный вид и мокрую одежду, но так ничего и не сказал. Усевшись на самом краешке сидения, чтобы не замочить обивку, я назвала ему адрес, и пообещала щедро заплатить, если он будет ехать быстро.
Я набрала номер отца и с нетерпением стала отсчитывать гудки. На четвертом гудке Павел взял трубку.
– Слушаю, – ответил он удивлённо. – Что-то случилось? Ты же только уехала.
– Отец, не мог бы ты ненадолго задержаться дома? У меня к тебе серьёзный разговор. Маму и сестру тоже попроси остаться.
– Серьёзный, говоришь, – переспросил отец, и в его голосе я почувствовала тревогу. – Ну, хорошо, мы ждём. Ты через сколько будешь?
Довезли меня и правда, довольно быстро. Сунув водителю пару крупных купюр, я выскочила из автомобиля и бросилась к усадьбе. По пути мне встретился лишь садовник, неторопливо подстригающий кусты. Седовласый мужчина служил у Бестужевых довольно давно, и потому даже глазом не повёл, когда увидел, как его хозяйка сломя голову несётся в сторону дома.
«Что же мне им сказать? Как убедить уехать сейчас же, немедленно? Без объяснений они и слушать меня ведь не станут. Решат, что я перегрелась на солнце. Но, чёрт возьми, как же страшно говорить им всю правду!»
Семья Бестужевых в полном составе дожидались меня в гостиной, сидя в креслах вокруг стола, накрытого для чаепития. Но ни один из них так и не прикоснулся к своей чашке. Мать нервно теребила в руках платок, отец невозмутимо листал газету, но прямая спина выдавала его напряжение, а сестра отсутствующим взглядом уставилась в экран смартфона. Атмосфера в комнате была полна ожидания.
Стоило мне войти, как Кристина подскочила ко мне и зашептала на ухо.
– Сестра, ты что, залетела? Ты это нам хотела рассказать, да? А Макс-то в курсе?
Я растерянно улыбнулась, не зная, что ответить на столь интересное предположение. Ольга, похоже, была того же мнения, потому как её лицо выражало замешательство.
– Ну, давай, рассказывай, – прервал неловкое молчание Павел, – для чего мы здесь собрались?
Я глубоко вдохнула, как перед прыжком в пропасть, и решительно выпалила:
– Я хрономаг.
– Что?!
Спрятав в карман миниатюрную камеру, на которую велась съемка, Эдуард попрощался с хозяевами квартиры и вышел в подъезд.
Пожилая пара, увидев фальшивые корочки сыщика тайной канцелярии, пустила его к себе без проблем, и даже когда он торчал у окна, выглядывая там Бестужеву и снимая потом на камеру видео, они не стали проявлять любопытства. По его расчётам, девушка должна была пройти именно этим переулком. Так оно и вышло, и в нужный момент его помощник, дождавшись сигнала, сделал всё как надо.
Быстро спустившись по лестнице, безопасник выскочил на улицу и махнул рукой подчиненному, чтобы тот возвращался без него. Сам же он двинулся следом за объектом наблюдения, решив проследить за ней ещё немного и собрать больше материала для шефа. Всё произошло так быстро, что он не успел как следует разглядеть, и уверенности, что именно это была за магия, у него не было. Позже он обработает и внимательно просмотрит каждую секунду видео, а пока лучше было перестраховаться.
Бестужева дошла почти до конца переулка и вошла в кафе на другой стороне. Через прозрачные витрины Эдуард увидел, как она присела за столик к своей рыжей подруге. Та что-то сказала ей и улыбнулась.
А потом случилось что-то странное. Мир вокруг мужчины раздвоился, картинка перед глазами смазалась и пошла помехами, словно кто-то включил старый кинофильм.
Эдуард закрыл глаза и потряс головой, уверенный, что это от переутомления. В следующее мгновение он уже и не помнил о том, что ему привиделось.
Прошло всего несколько минут, когда Бестужева вдруг встала и выбежала на улицу. Мужчина подорвался с места, собираясь продолжить преследование, но девушка и не думала куда-то идти. Стоя под козырьком входа, она с задумчивым видом осмотрелась вокруг, и её взгляд остановился на Эдуарде.
Он мог бы поклясться, что девушка узнала его, если бы не был уверен, что никогда не видел её раньше. Как и она его. Но нет, Бестужева смотрела на него так, будто прекрасно знала, кто он такой.
Интуиция бывшего сыщика буквально завопила, что здесь что-то не так. Решив не игнорировать её голос, он медленно пошёл прочь, надеясь, что ему лишь показалось. Но ощущение чужого взгляда никуда не делось, и он непроизвольно обернулся. И был до глубины души поражён тем, что преследуют теперь его.
«Неужели она меня и правда знает? Но как? Откуда?»
Эдуард не сразу сообразил, что делать, и только через несколько секунд, когда Бестужева была совсем близко, тоже побежал. Встреча с ней не входила в его планы. А вот планы Меньшикова на её счет, судя по всему, пошли псу под хвост. Если девушка поняла, что её раскрыли, то медлить не станет – заберёт семью, и сбежит куда подальше. Ищи потом их где-нибудь в соседнем королевстве.
А потом он понял, что она так до сих пор и не воспользовалась своей магией. Может Меньшиков ошибается, и она вовсе не хрономаг? Зачем она побежала за ним? Неужели всерьез думает, что сумеет разговорить его, и он выложит ей всё, что знает?
Безопасник перестал понимать что-либо. Вся эта ситуация просто выбила его из колеи. Чуть не столкнувшись с велосипедистом, он выругался, а потом в два счёта домчался до перекрестка и, забежав за угол здания, осмотрелся. Заметив чернеющую арку прохода, ведущего во двор, он нырнул туда и слился с тенью.
Бестужева выбежала следом почти сразу и, растерянно повертев головой, прислонилась к щиту с рекламой их компании. Какое-то время она так и стояла, пока одна и проезжающих машин не обрызгала её. Встрепенувшись, она подошла к дороге, поймала попутку и уехала.
Покрутив в руках свой телефон, Эдуард всё же не стал звонить шефу, а вызвал такси. Такие новости лучше сообщать лично.
Похоже, он каким-то образом спугнул девчонку.
Офис компании находился в пятнадцати минутах езды отсюда, и вскоре мужчина поднимался в лифте, нервничая от того, что тот едет слишком медленно. Едва двери распахнулись, как он тут же выскочил наружу и, игнорируя приветствия охранников, поспешил к Меньшикову.
Аристократ был у себя, в ожидании новостей меряя шагами свой кабинет, и когда Эдуард вошел, он замер на месте и вопросительно уставился на безопасника.
– Что-то ты быстро, – удивлённо заметил мужчина, махнув рукой в сторону кресел. – Ты всё сделал, как я сказал?
Безопасник остался стоять. Не зная, с чего начать, он вынул камеру из кармана и положил её на стол.
– Сделал, – мрачно ответил он Меньшикову. – Только возникла одна проблема.
Приятель Олега, Галицкий, что тоже присутствовал здесь, оторвался от зрелища за окном и вопросительно уставился на безопасника. Хозяин кабинета же нахмурился и, схватив бокал с виски, уселся в своё кресло.
– Рассказывай, – коротко бросил он своему подчинённому, делая хороший глоток огненного пойла.
Эдуард устало провёл рукой по лицу, а затем всё же сел. Признаваться в собственной некомпетентности ему не хотелось. Да и не факт, что это его вина, он просто не мог нигде перед ней засветиться.
– Не знаю, что у неё за магия, не успел отсмотреть записи. Но это теперь не столь важно. Кто-то слил Бестужевой информацию о наших планах на её счёт. Это всего лишь мои выводы, но… Она узнала меня, я более чем уверен в этом. Понимаете, что это значит?
– Что?! – воскликнул Меньшиков, подрываясь со своего места. – Как такое возможно?
Алкоголь расплескался из бокала, попав на аристократа, и тот раздражённо поставил его обратно на стол.
– Это точно? – куда спокойней переспросил у мужчины Галицкий. – Ты не ошибаешься?
– Да, черт возьми! – с досадой воскликнул безопасник, сам себе удивляясь. – Девчонка даже погналась за мной, когда увидела. Так что, да, она точно что-то знает.
– И что же теперь делать? – нервно спросил сам себя аристократ, опускаясь в кресло. – Рассказать совету? Но успеют ли они что-то предпринять? А вдруг она уже на пути сюда?
– Я бы на твоем месте сообщил им как можно быстрей, – невозмутимо заметил Андрей, потянувшись к журнальному столику у окна, где стоял его бокал, до краёв наполненный виски. – Если Бестужева и правда, хрономаг, то ей проще скрыться, чем лезть на рожон. Её семья уже наверняка собирает вещи, чтобы свалить из страны.
– Соглашусь с ним. Она сейчас, должно быть, очень напугана, и ждать, пока за ней придут, не станет. И ещё… – Эдуард замялся, не зная, как сказать. – Я своими глазами видел, как она избежала смерти, применив свой дар. Но что ей мешало догнать меня, использовав его снова? Возможно, собственное спасение истощило её силы настолько, что она не смогла больше колдовать. Или же она не та, о ком мы думаем. В любом случае, мне кажется, что мы переоцениваем её возможности.
Меньшиков откинулся назад и задумался. Схватив со стола карандаш, он стиснул его в кулаке, приводя свои мысли в порядок. Олег страстно желал сам поквитаться с девчонкой, но если сейчас поддаться эмоциям, то цена окажется слишком высокой.
Раздался хруст, и аристократ удивлённо уставился на деревянный обломок в своей руке. Выкинув сломанный карандаш в урну, он посмотрел на безопасника.
– Надеюсь, ты прав, – протянул Меньшиков, доставая из ящика свой сотовый телефон. – Но совету об этом лучше не знать, пусть считают, что она опасна. Это развяжет нам руки, да и помощь их магов лишней не будет. Скидывай на флешку видео, и собирай людей. Как можно быстрей установите слежку за домом Бестужевых, и докладывайте мне обо всех их перемещениях.
Эдуард кивнул и вышел из кабинета.
Олег повернулся к Галицкому и спросил, протягивая ему телефон.
– У тебя есть выход на Ратибора напрямую?
– Разумеется, – Андрей набрал номер и, включив видеосвязь, положил мобильник на стол.
– Слушаю, – услышали они в трубке хриплый голос старика, а затем увидели его самого. – Кто это?
– Здравствуйте, уважаемый, – начал разговор Олег, появляясь в поле зрения камеры. – Вас беспокоит Меньшиков. Ваш номер мне подсказал Андрей Галицкий, и у нас к вам важный разговор. Извините, если отвлёк, но дело не терпит отлагательства. Видите ли … Есть вероятность, что я и мои люди вышли на след хрономага.
Ответа не было так долго, что аристократы решили, будто связь барахлит, или Ратибору вдруг стало плохо. Старик сидел в своем кресле, не двигаясь, и даже не моргал. Но потом он пошевелился и припечатал их тяжелым взглядом из-под густых бровей.
– Уверены в этом? – скептически поинтересовался он. – И почему звоните мне? Я не могу принимать такие решения в одиночку.
– Нет времени на раздумья, – вмешался в разговор Галицкий, видя нерешительность приятеля, – хрономаг в курсе, что его вычислили, и нужно действовать быстро, пока он ничего не предпринял.
– А почему же он до сих пор бездействует? Почему вы вообще это допустили? Как нам теперь предугадать его реакцию? – глава совета не на шутку разозлился, и Олег решил не скрывать от Дамирова ничего.
– Простите, что перебиваю, но есть подозрения, что хрономаг временно лишился магии, и брать его надо сейчас, пока он беспомощен.
– Кажется им, – уже не так гневно, но всё ещё недовольно произнёс старик. – В общем, так, слушайте меня внимательно!
Переговоры с главой совета длились недолго. Меньшиков переслал ему видеозапись и заключение профессора, и этих доказательств оказалось Дамирову более чем достаточно. А тот факт, что Бестужева была той самой возмутительницей спокойствия, поставившей всю общественность на уши, окончательно убедил Ратибора в том, чтобы принять решение единолично. Старик быстро разобрался в ситуации и не стал созывать совет, после долгих сомнений всё же решившись на захват хрономага. Если он и был удивлён тем, кто именно оказался их врагом, то это выразилось лишь в намерении взять девчонку живьём. А может у главы на то были свои планы.
Вернулся Эдуард и огорошил их новостью о том, что на имя Бестужевых были куплены билеты на самолёт. Андрей оказался прав, девчонка испугалась и собирается сбежать. И перехватить их нужно до того, как они прибудут в аэропорт или на вокзал. Иначе шумиха неизбежна.
Обзвонив нужных людей, Ратибор сообщил Меньшикову, что аэропорт взят под контроль, а Алан, лидер имперских менталистов, уже выдвинулся в сторону города N. Старик не стал полагаться на везение, и решил перестраховаться. По счастью, маг, по поручению совета, находился в соседнем городе, и должен был прибыть на место в течение часа.
Остальные маги и отряд поддержки подтянутся позже, но если не успеют, Алану придётся действовать в одиночку. Ухватившись за такую возможность, Меньшиков тут же предложил главе совета свою помощь. В отличие от Дамирова, он не сомневался в том, что будет делать дальше.
Глава 1.2. Время против
Собирались мы быстро. Из вещей взяли только самое необходимое, что понадобится в первую очередь. Мать подготовила документы, а нам с сестрой поручили собрать в кучу все драгоценности на случай, если наши счета заморозят. Отец же беспрерывно висел на трубке, обзванивая и поднимая старые связи. Он планировал вывезти нас в соседнее государство, и искал тех, кто обеспечит поддельные личности и поможет с обустройством на новом месте.
После того, как я открылась семье, они долгое время сидели молча, пока мама не встала и не подошла ко мне с объятиями. Признаюсь, я тогда так расчувствовалась, что чуть не расплакалась. Копившийся глубоко внутри страх того, что они не примут меня, что откажутся от меня ради сохранения своих жизней, был силён, хоть и совсем не обоснован. Но они не выказали ни тени сомнения, когда решали, что делать дальше, и мой страх отступил сам собой.
Отец затребовал подробности, и я изложила ему отредактированную версию того, что знала. Не сказала лишь главного – что я уже через всё это проходила. Это родным знать было ни к чему.
Я поведала им, как открыла в себе дар, и как он не раз спасал мне жизнь. Но умолчала о своих похождениях как Тринити, уж слишком не вязалось это с образом их дочери, пусть и изменившейся за последнее время. Рассказала о том, что магия времени в один миг вдруг перестала меня слушаться, и рассчитывать на неё теперь было нельзя.
Когда же отец спросил, почему я только сейчас решила им всё рассказать, пришлось выложить и про слежку, и попытку меня убить. Сестра побледнела, Ольга схватилась за сердце, а Павел стал мрачней тучи.
Сказала, что понятия не имею, как на меня вышли. Может, это было случайностью, а может за мной уже давно вели наблюдение, и ждали подходящего момента, чтобы меня разоблачить. Я соврала, что не знаю, кто эти наблюдатели, и что им от меня надо, но учитывая характер моей магии, ничего хорошего ждать от них не приходится.
После этого семейным советом было решено, что оставаться в стране опасно, и ближайшим рейсом мы собирались отправиться в Монголию, где нас встретят и переправят в Китайскую империю. Отношения между нашими странами были напряжёнными, и потому затеряться там будет несложно.
Я не знала возможностей имперского совета, но подозревала, что им ничего не стоит перекрыть нам все пути отступления. Отец хоть и не знал всего, но на всякий случай билеты взял совсем в другом направлении и на другое время, а через своих знакомых организовал нам чартерный рейс на частном самолёте. Время играло против нас, и нужно было успеть убраться из страны до того, как совету обо всем доложат, и они примут меры к моей поимке.
Дом остался на попечении самых верных слуг, что жили с нами, остальных отец рассчитал и отправил по домам. Дворецкому был дан четкий приказ, уходить сразу в случае опасности. Старый слуга порывался сопровождать нас в путешествии, но отец категорически не хотел впутывать ещё и его.
А я… Я даже не попрощалась с Максом. Лишь отправила ему сообщение о том, что свидание отменяется, оправдав это плохим самочувствием. Звонить ему, и что-то рассказывать я не стала. Делать этого нельзя было ни в коем случае, и я это прекрасно понимала, хоть моё сердце и обливалось кровью от того, что я больше не увижу своего милого мальчика. Но для него же будет лучше, если они с Сергеем ничего не узнают, иначе непременно примчатся на помощь и тоже пострадают.
До аэропорта, где нас уже ждал готовый к немедленному взлёту самолёт, мы не доехали буквально несколько километров. Шоссе, по которому мы ехали, оказалось перекрыто двумя рядами бетонных блоков, обклеенных сигнальной лентой, а сбоку от них стоял знак дорожных работ. Машины, едущие перед нами, тормозили у преграды и сворачивали на объездную дорогу через поля.
Глядя на приближающуюся баррикаду, я подсознательно почувствовала какую-то неправильность. Что-то меня смутило, но я никак не могла сообразить, что именно. Пока вдруг не дошло, что дорога по другую сторону преграды была совершенно пуста.
Где же вся техника? Зачем было перекрывать шоссе раньше времени? Чтобы навлечь на себя гнев автомобилистов, вынужденных портить подвеску на ухабах грунтовой дороги?
Воображение тут же нарисовало картину поджидающего в кустах отряда имперцев, и я вздрогнула. Бред, конечно, но мне показалось, что шестое чувство меня не обманывает.
– Папа, стой! – воскликнула я. – Тормози, говорю!
Отец снизил скорость и съехал на обочину, а когда машина остановилась, развернулся ко мне.
– В чём дело? – недоумённо посмотрел на меня он.
Я замялась, раздумывая, как озвучить свои подозрения.
– Не знаю, может я слишком мнительная, но тебе не кажется странным, что впереди нет ни одной строительной машины? Пусть работы пока не начались, но технику то уже должны были пригнать?
– По-моему ты сходишь с ума, сестрёнка, – беспечно отмахнулась Крис.
Мать с волнением посмотрела на отца, но промолчала.
– Нет, она права, – возразил Павел, с беспокойством глядя на дорогу, – что-то здесь и правда, не так. Пожалуй, проедем по другому шоссе. Придётся сделать крюк, но так мне будет спокойней.
Развернувшись, он прибавил газу, и мы тронулись в обратном направлении. Насколько я помнила, следующая развилка находилась через километр. Свернув туда, нам придется добираться до аэропорта на полчаса дольше, чем если бы мы поехали в объезд перекрытого участка. Я посмотрела назад, уже сомневаясь в правильности решения, и мой взгляд скользнул по чёрной машине, пристроившейся прямо за нами.
«По-моему, она ехала в другую сторону, – машинально отметила я. – Ну да, и вон та красная машина за ней тоже почему-то решила вернуться. Странно, в объезд же путь короче».
Чёрный автомобиль вдруг ускорился и обогнал нас, а красный подъехал впритирку сзади. Нашу машину взяли в захват, и я поняла, что, несмотря на уловку с билетами, нас всё равно каким-то образом выследили. И если следили за нами от самого дома, то шансов сбежать у нас изначально не было.
Слева показался съезд на засеянное пшеницей поле, и отец, сделавший те же выводы, что и я, резко свернул туда через встречную полосу. Завизжали тормоза, возмущённо засигналили водители машин, чудом не столкнувшихся с нами, а преследователи, замешкавшись от нашего внезапного маневра, уже не смогли выехать следом так же быстро. Это дало нам фору, и мы успели довольно далеко проехать по грунтовке в сторону лесополосы. Когда мы добрались до середины поля, позади раздались выстрелы. Сидящие на заднем сидении сестра с матерью вскрикнули от страха, и пригнулись, но те, кто стрелял, целился вовсе не по нам. Раздался хлопок, и машину повело в сторону. Отец едва удержал руль и резко затормозил, отчего Кристина с Ольгой чуть не упали. Меня удержал ремень, и я, дождавшись, когда автомобиль остановится, быстро расстегнулась и повернулась к маме и Крис.
– Вы в порядке? – поинтересовалась я у них, и, получив подтверждающие кивки, посмотрела на отца. – Что будем делать?
Я осеклась. Знакомые ощущения накрыли меня с головой. Снова появилось чувство, что кто-то влез мне в голову. Всё, как тогда, в порту. Неужели он тоже тут?
Резко обернувшись, я увидела подъезжающие машины.
– Отец, ты же взял свой пистолет?
Он проследил за моим взглядом и молча достал из бардачка оружие. – Думаешь, он нам поможет?
– Не знаю, но лишним он точно не будет, – я сделала паузу, а потом обратилась сразу ко всем своим близким. – Простите меня ещё раз за то, что втянула вас в эту историю.
– О чём ты говоришь, Олеся? – нахмурились Ольга. – Разве могло быть иначе?
Пряча слёзы, я выбралась из машины. Оставаться в машине не было смысла, как и пытаться сбежать. Оставалась лишь робкая надежда на то, что удастся договориться с имперцами, ведь в прошлый раз я зачем-то понадобилась совету. И я должна была хотя бы попытаться сделать это ради своей семьи.
Отец тоже вышел и встал рядом со мной, спрятав пистолет под рубашкой. Мать с сестрой остались сидеть внутри, с тревогой наблюдая за нами. Крис порывалась было выйти вместе с нами, но Ольга её удержала.
Двери автомобилей напротив открылись, и первым, кого я увидела, был мой личный кошмар. Беловолосый «демон» вылез из автомобиля и окинул меня ледяным взглядом, на отца даже не взглянув. Ненависть и ужас обуяли меня с новой силой. Я вздрогнула от воспоминаний, но постаралась взять себя в руки.
Следом за менталистом из машин высыпали люди в спецуниформе, вооруженные автоматами и, рассредоточившись, взяли нас в окружение.
– Смотрю, вся семья в сборе, – издевательски усмехнулся маг. – Далеко собрались? Думали, мы не раскусим ваш фокус с билетами? Глупцы, вас вели с самого начала, а вы ничего и не заметили.
– Кто вы такой? – требовательно спросил отец. – По какому праву вы нас преследуете?
Маг с деланным удивлением повернулся к нему.
– Думал, вы и так уже догадались. Меня зовут Алан, и я представляю собой совет, управляющий нашей империей. Ваша дочь обвиняется в преступлениях против существующей власти, но даже это не самое главное.
Отец, услышав обвинения, изумлённо покосился на меня.
– Она хрономаг, – продолжил менталист, – хотя, наверное, вы это и без меня знаете. Так же как и то, что говорится о таких, как она, в законе.
– Давай пропустим все эти прелюдии и перейдём сразу к главному, – не выдержала я, – Я знаю, кто ты и зачем здесь.
Я не отрывала от мерзавца неприязненного взгляда, игнорируя недоумение отца. Потом, папа, я объясню тебе всё потом.
– Даже так? – маг выглядел удивлённым. – Интересно узнать, откуда. Неужели и правда в совете завелась крыса?
Я благоразумно промолчала, ожидая продолжения.
– Что ж, не буду ходить вокруг да около. Мне поручили задержать тебя и доставить в столицу. При условии, что ты не окажешь сопротивления. Тогда ты и твоя семья останетесь живы.
– Я согласна, – снова перебила я его, не дав договорить. – Только семью отпустите, они тут ни при чём. Пусть они уедут, и тогда я поеду с вами.
– Олеся! – воскликнул отец. – Что ты такое говоришь?! Как я могу тебя отпустить с ними?
– Поверь, отец, так будет лучше. Иначе мы все тут погибнем, – добавила я совсем тихо, но Павел услышал меня, и возражения застряли у него в горле.
– Хорошая девочка, – довольно ощерился Алан. – Давай же, иди ко мне. И тогда твои родственнички могут катиться на все четыре стороны.
Раскинув руки, чтобы показать, что у меня они пусты, я пошла по направлению к Алану. Прожигая его взглядом, я шаг за шагом медленно приближалась к менталисту, и он тоже пристально смотрел на меня. Но тут вдалеке послышался шум мотора, и из-за поворота показался ещё один автомобиль. Наш зрительный контакт разорвался, и я глянула ему за спину.
Словно дожидаясь этого, один из бойцов, что стоял сбоку от него, вскинул автомат, целясь в мою сторону. Алан что-то прочитал в моих глазах и повернул голову. Его глаза стали круглыми от изумления, он дёрнулся в сторону, а потом в грудь автоматчика прилетел искрящийся сгусток энергии.
Я даже испугаться толком не успела, так быстро всё произошло. Обернувшись, я увидела отца, опускающего руки. Его магия в считанные секунды сумела преодолеть разделяющее нас расстояние, оказавшись быстрей кого бы то ни было.
– Ах ты, урод! – закричал кто-то из отряда, и сразу несколько бойцов схватились за оружие.
– Не стрелять! – заорал беловолосый маг, но было уже поздно.
Автоматные очереди прошили тело отца, и он упал. В отчаянии я кинулась к нему и, действуя скорей на инстинктах, схватила пистолет, торчащий у него из-под рубашки. Почему он использовал магию, а не оружие, я не знала, но даже она не смогла ему помочь.
Сестра с матерью выскочили из автомобиля и побежали ко мне, из вновь прибывшей машины тоже выбежали люди.
Леденея от горя, я повернулась к своим врагам. Мне было плевать, планировал ли Алан это с самого начала или убийца моего отца действовал по приказу кого-то другого. Но я собиралась покончить с этим раз и навсегда.
Получив пулю в лоб, менталист рухнул замертво, и я, отбросив пистолет, чистой силой ударила по оставшимся противникам. Остатки отряда разлетелись, как кегли, но одному удалось удержаться, и он тут же выстрелил в меня. Грудь обожгло огнём, и я осела на землю рядом с отцом. Что-то кричала мать и рыдала сестра, но мне уже было всё равно. Умирая в очередной раз, я лишь горько сожалела, что так бездарно потратила второй шанс.
Я снова очутилась в той чёрной безграничной пустоте, и как в прошлый раз, ощутила себя бесплотным духом. Но в этот раз я помнила, как попала сюда, а ещё откуда-то свыше пришло понимание того, что всё происходящее – проделки моей магии. Это она, решив всё за меня, в который раз спасла мне жизнь. Ну, если это можно было назвать спасением. Как только я это осознала, где-то вдалеке вновь появился тот огонёк, что я видела здесь раньше. И я опять потянулась к этому манящему свету.
Тьма ярко вспыхнула, и ко мне вернулись мои чувства. Я услышала ту самую песню, а потом и звон колокольчика. До меня донесся запах выпечки, и снова прозвучала та же фраза, произнесённая моей подругой.
Но я не спешила открывать глаза. Во мне боролись страх и здравый смысл. Я боялась, что всё это не более чем галлюцинации умирающего мозга, а разум твердил, что для этого всё слишком реально. И что я буду последней дурой, если не воспользуюсь ещё одной попыткой всё исправить.
Глубоко вдохнув, я открыла глаза.
Ну, здравствуй, день сурка!
Глава 1.3. Время умирать
«Интересно, как долго это будет продолжаться? Пока я не спасу семью, или пока не перестану умирать? А может число попыток ограничено? Чёрт, как же мне во всём этом разобраться!»
Я схватилась за голову и растерянно взъерошила волосы, повторяя любимый жест своего парня.
– Что с тобой? – недоумевающе поинтересовалась Нина. – Что-то случилось?
– Ничего, – бросила я резко, чувствуя раздражение.
Мне надо было разобраться с ситуацией как можно быстрей, а в голову не шло ничего путного.
«Так, давай, Аня, думай, – махнув рукой официантке, я погрузилась в размышления. – Что в первую очередь надо сделать? Почему в прошлый раз всё так вышло?»
Пухлая официантка подошла на удивление быстро.
– Что будете заказывать?
Я вынырнула из своих мыслей и открыла рот, чтобы попросить у неё крепкого кофе, но мозг, наконец, заработал как следует, и стало понятно, что даже на кофе у меня нет времени.
Взяв сумочку, я второпях попрощалась с Ниной, пообещав перезвонить, и выбежала из кафе. И лишь в последний момент сообразила, что снова могу спугнуть своего преследователя. Остановившись у самого входа, я достала телефон. Набрав номер отца, мельком глянула на другую сторону улицы. Наблюдатель стоял там же, где и в прошлый раз, изображая статую. Сильный ветер раздувал полы его плаща, и всё норовил сорвать с мужчины шляпу, отчего тому приходилось её придерживать.
– Олеся? – услышала я слегка удивлённый голос Павла. – Что-то случилось?
– Да, пап, – ответила я. – Не могу сейчас всего объяснить, да и не телефонный это разговор. Но прошу, отнесись к моей просьбе серьёзно.
– О чём ты? – с беспокойством поинтересовался отец. – Тебе нужна помощь? Скажи, где ты, и я приеду за тобой.
– Нет, со мной всё нормально. Послушай, вам с мамой и Кристиной нужно срочно уехать из дома. Куда угодно, лишь бы вас там не смогли отыскать. Уезжайте прямо сейчас, прошу тебя!
– Ты можешь толком сказать, что происходит? – не на шутку встревожился Павел. – Почему и от кого нам надо прятаться?
– Говорю же, расскажу потом! – я снова начала раздражаться оттого, что время уходит.
Скажи я всё напрямую, вызвала бы ещё больше вопросов. Да и где гарантия, что телефоны не прослушивают? Я ведь ничего толком не знаю о здешних технологиях.
– Если не веришь, мои слова подтвердит Воронцов-старший, – привела я свой самый убойный аргумент. – Как только я с ним встречусь. После этого мы приедем за вами.
– Что?! Он-то тут при чём? – отец помолчал немного, видно, собираясь с мыслями, а после заговорил более хладнокровно. – Хорошо, я понял тебя, Олесь. Как только окажемся на месте, я свяжусь с тобой. Береги себя, дочь, мы будем ждать тебя.
– Спасибо, пап. И вы тоже будьте осторожны.
Нажав отбой, я снова искоса посмотрела на наблюдателя. За всё время разговора он так и не сошёл с места.
Пока я общалась с отцом, план в моей голове сложился сам собой.
Одной мне не справиться, это факт. И снова проходить через всё это в одиночку я не хочу. А Воронцов, как Хранитель, и тем более, как глава тайной канцелярии представлял собой силу, с которой будут считаться. Он наверняка придумает, как выпутаться из этой ситуации. Рассказывать про прыжки во времени я ему, конечно, не буду. Мало ли как отреагирует, ещё сочтёт сумасшедшей.
Я набрала Макса, чтобы узнать номер его отца.
– Привет, – сказала я и замолчала, не понимая, как мне объяснить свой интерес.
– Привет, – тепло произнёс Максим, и я как наяву представила, как он улыбается мне. – Как ты там? Не унесло ветром? Погода сегодня такая, что я переживаю за тебя.
– Да не так уж и ветрено, – заметила я, чувствуя, как губы тоже расплываются в улыбке, хоть она и вышла у меня грустной. – Всё хорошо, я же на такси.
– Может, приехать за тобой? – предложил Макс, явно ощутив что-то неладное в моём голосе. – Мне несложно, да и спокойней так будет.
– Не стоит, – я поняла, что ещё немного, и расплачусь.
Тогда парень точно переполошится. А потому, сделав глубокий вдох, я с трудом, но уняла дрожь в своём голосе.
– Макс, слушай, можешь дать мне номер своего отца? У меня есть для него кое-какая информация по нападению.
– Откуда? – удивился Воронцов-младший. – Почему мне не рассказала? Я бы передал ему.
– Ничего серьёзного, но мне надо переговорить с ним с глазу на глаз. Обещаю, я потом всё расскажу тебе. Не обижайся, пожалуйста.
– Да какие обиды, надо, так надо. Но даже не думай, что я забуду про твоё обещание! – добавил он строго. – Сейчас пришлю смс. И это… жаль, что ещё не вечер. Жду не дождусь нашего свидания.
– Спасибо, мой хороший, – выдавила я из себя. – Я тоже очень хочу тебя увидеть.
Я отключилась. Глаза снова были на мокром месте. Я бросила очередной взгляд в сторону незнакомца, чтобы отвлечься, и увидела, что он уходит. Может, понял, что здесь больше нечего делать, или появились другие дела.
В любом случае, я должна узнать, кто он. Верней, на кого работает. Кто-то же рассказал обо мне совету? Не сами же они узнали?
Мужчина шёл, не оборачиваясь, наивно полагая, что остался незамеченным.
Воспользовавшись его беспечностью, я ринулась к нему, стараясь держаться укрытий каждый раз, как мне казалось, что он вот-вот обернётся. Но обошлось, и как только мы дошли до перекрестка, незнакомец свернул на стоянку такси неподалеку от автобусной остановки.
Как только он уселся в автомобиль, и тот тронулся с места, я вышла из-за остановки и бросилась к другой машине.
– Следуйте за этим такси, – сказала я водителю, чувствуя себя героиней второсортного боевика.
Таксист хмыкнул, но промолчал. Выехав со стоянки, он набрал скорость и пристроился за своим жёлтым собратом, который пока не успел отъехать далеко. Потянувшись к радио, водитель сделал музыку погромче.
«Каждый сам за себя. Для себя. Никого на свете не любя. Вашу мать, наплевать! Лучше сдохнуть, чем вас умолять!» – донеслось до меня, и я содрогнулась.
Это была та же самая песня, что я слышала в кафе, только куплет не тот. Странно, может просто радиостанция другая?
Выкинув из головы неуместные глупости, я достала телефон. Пора было звать на помощь тяжёлую артиллерию.
– Слушаю, – как всегда невозмутимо отозвался Сергей Воронцов. – Кто это?
– Здравствуйте, это Олеся. Мне надо срочно с вами встретиться.
– В чём дело? Это не может подождать до завтра? Я на работе, и если речь не о спасении мира, то лучше…
– Я знаю, кто вы, – невежливо перебила я Воронцова. – Кто вы такой на самом деле.
– Кхе, – мужчина поперхнулся, и целую минуту его не было слышно. – Что ты сказала?
– Всё вы прекрасно расслышали, – невесело усмехнулась я. – Если вам недостаточно этого, могу добавить ещё. Я знаю, кто такая Тринити.
Последнее я произнесла почти шёпотом, но Сергей меня услышал и на этот раз.
– Где ты? – резко произнёс Воронцов. – Назови мне адрес, я выезжаю.
Я бросила взгляд вперёд и увидела, как едущее впереди такси выворачивает к зданию офисной высотки, даже сумела разглядеть длинную вывеску над козырьком входа.
– «Софт Индастриз», я буду ждать вас там.
– Серьёзно? – изумился мужчина. – Почему именно там?
– А что не так-то? – настала моя очередь удивляться.
– Да, в принципе, ничего. Просто эта компания принадлежит Меньшиковым. Ладно, скоро буду.
Он повесил трубку, а я застыла с широко раскрытыми глазами. Паззл понемногу начал складываться.
Оклик таксиста вернул меня в реальность. Мы были на месте. Машина, за которой мы ехали, остановилась возле здания. Мой преследователь стоял возле вращающихся дверей на входе. Он оглянулся, и я тут же склонилась над сидением, прячась от его взгляда. Краем глаза заметила, как он зашёл внутрь, и с облегчением выпрямилась.
– Муж? – весело спросил водитель, принимая от меня плату за проезд.
– Любовник, – едко ответила я шутнику, выбираясь из машины.
Постояв немного возле входа, я решила не светиться и убраться отсюда. Пройдя немного по широкой дороге, ведущей в сторону выезда, я свернула на тротуар, который упирался в небольшой сквер, расположенный чуть в стороне от здания компании. Присев на ближайшую скамейку, я погрузилась в ожидание.
Всё то время, пока ждала отца Макса, я просидела, как на иголках. Понимание того, кто виноват во всех наших бедах, не давало мне покоя, как и ощущение, что времени с каждой минутой остаётся всё меньше. Через десять минут я была готова сорваться с места и взять штурмом эту долбаную компанию, а потом собственноручно придушить её владельца.
Через полчаса, когда моему терпению окончательно пришёл конец, на горизонте нарисовался Воронцов. Он подошёл ко мне, но садиться не стал. Мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза, глядящие на меня с подозрением и настороженностью.
– Что ты имела в виду, говоря, что знаешь, кто я? – начал он вместо приветствия.
Я вцепилась в край скамьи, собираясь с духом.
– Я знаю, что вы хрономаг. И что стоите во главе ордена таких же магов, как вы сам.
Глаза Воронцова сжались в щёлочки, его рука непроизвольно легла на пояс, где под пиджаком наверняка был спрятан пистолет.
– Кто тебе это рассказал?
– Никто. Тогда, на балу, я вас узнала, – соврала я. – Верней, догадалась, что это были вы.
– Хм, ну допустим, – слегка расслабился Хранитель, – хотя я и не представляю, как это возможно. А что насчёт Тринити? Ты с ней знакома?
– Сергей, ну вы же в курсе, что я тоже маг времени. А теперь подумайте, как Тринити могла провернуть всё и нигде не засветиться?
– Ну, кое-где она всё же засветилась, – машинально заметил Воронцов, а потом ошарашенно уставился на меня. – Так ты и есть Тринити? Твою ж мать!
Он убрал руку от пояса и тяжело опустился на скамью рядом со мной. Его лицо вдруг стало серым, он схватился за грудь, и я испуганно взялась за телефон, решив, что у него инфаркт. Но он, шумно дыша, махнул мне рукой, а потом, отдышавшись, произнёс.
– Не стоит, уже отпустило. И ведь не беспокоило раньше. Наверное, слишком много потрясений за один день.
– Простите, – виновато опустила я глаза. – Но мне без вас никак не справиться.
– Не справиться с чем? Если уж ты решилась раскрыть мне всё карты, значит произошло что-то совсем нехорошее. Я прав?
– Да, – я посмотрела прямо на него. – Кто-то узнал обо мне. И теперь я даже знаю, кто именно.
Сергей поднял взгляд на здание «Софт Индастриз».
Грузовик ещё раз дёрнулся и остановился. Мы с родными тревожно переглянулись. Значит, мы на КПП, и сейчас будут проверять документы. Ну, хоть больше не надо трястись в кузове этого старого грузовика, подпрыгивающего на каждой кочке. Мне казалось, что за долгую дорогу я все внутренности себе отбила. А на той стороне нас встретят и пересадят в более удобный транспорт.
Слегка отодвинув тент, я вгляделась в образовавшуюся щель. Наша машина стояла недалеко от шлагбаума, а сбоку виднелась обшитая профлистом квадратная будка, в окне которой торчал чей-то силуэт. Будем надеяться, человек Воронцова не подведёт.
Когда Сергей отошёл от новостей, он сделал те же выводы, что и мой отец в предыдущий раз. Но с учётом причастности к этому Меньшикова логично предположил, что аристократ почти наверняка отдаст меня на растерзание имперскому совету. А значит, нам надо бежать из страны. Да, его орден мог спрятать нас и тут, но что бы это была за жизнь? Вечно сидеть в четырёх стенах и ходить, постоянно оглядываясь?
Хранитель организовал нашу перевозку до границы, где по его каналам нас должны были переправить на ту сторону. Заехав за родителями и сестрой в усадьбу Горчаковых, дальних родственников Бестужевых, приютивших мою семью, мы вместе с ними выехали на трассу, и пересели в крытый тентом грузовик, что ждал нас там.
Сергей попрощался и уехал, обещая держать нас в курсе событий, попросив написать ему сразу, как будем на месте. Перед отъездом он отвёл меня в сторонку и тихо сказал.
– Я сам всё расскажу сыну, можешь на этот счёт не переживать. Сама понимаешь, ему лучше узнать обо всём, когда вы будете в безопасности. У него горячая голова, и он слишком сильно тебя любит, чтобы так просто отпустить. Надеюсь, ты поймёшь меня.
Я сглотнула подступивший к горлу комок.
– Конечно, я всё понимаю, – на самом деле я отказывалась что либо понимать, но выбора у меня не было.
– Ну, девочка, успокойся – погладил он меня по голове, видя моё состояние. – Не считай меня каким-то злодеем. Я же не сказал, что это навсегда. Пусть страсти поулягутся, внимание совета переключится на что-то другое, и тогда я со спокойной душой отправлю Максима к тебе. А там посмотрим. Не вечно же этим упырям быть у власти.
– Я смотрю, вы без ума от своего вышестоящего начальства, – рассмеялась я, и на душе у меня стало немного легче.
На приграничном КПП благодаря связям Воронцова нас должны были пропустить без досмотра самого кузова. Но, когда из будки показался дежурный в форме, мне на телефон, который всучил мне Хранитель взамен наших смартфонов, пришла смс. И тут же я услышала, как пропищал из кабины телефон водителя, что нас вёз.
«Совет разослал на вас ориентировки и приказ поймать любой ценой. Грузовик наверняка проверят. Уходите».
Я в шоке показала сообщение отцу, и первый раз увидела в его глазах панику. Мать с сестрой, прочтя послание, в ужасе посмотрели на Павла, выглядевшего совершенно потерянным.
Грузовик вдруг содрогнулся, мотор, зафырчав, снова набрал обороты и резко тронулся с места. Мы едва удержались на ногах, схватившись кто за что мог.
– Что происходит? – испуганно пролепетала Кристина, держась за маму, которая была напугана не меньше неё.
Не отвечая им, отец подскочил к кабине и ударил по заднему стеклу.
– Стой, идиот! – крикнул он, продолжая стучать, но водитель не отзывался.
Павел повернулся к нам, чтобы сказать что-то, но сильный удар, сотрясший машину, отбросил его в сторону. Попадали и мы все.
Похоже, водитель решил прорваться через границу без досмотра. Неудивительно, ведь за пособничество государственным преступникам ему тоже не светит ничего хорошего.
Вырвавшись на простор, грузовик ускорился, и я уже было подумала, что у нас всё получилось, как вдруг раздались выстрелы, и машину занесло. Нас закружило, а потом низ поменялся с верхом, и для меня снова наступила темнота.
Глава 1.4. Теория временных прыжков
– Олеся, ты меня слышишь?! – я вздрогнула и открыла глаза.
Потерянно оглядевшись, я поняла, что опять вернулась во времени.
«Да сколько можно?»
Я закрыла лицо руками и застонала. Хоть я и погибла почти сразу, но прекрасно помнила ту боль, что испытала, когда наша машина перевернулась. Каждая клеточка моего тела горела огнём, и снова повторять это мне совершенно не хотелось.
Складывалось ощущение, что сама судьба мешает мне спасти близких. Как будто мир сопротивляется изменениям, и так или иначе нам всем суждено погибнуть.
«Ну, уж нет! – я резко встала и встряхнула головой. – Я спасу их, пусть даже для этого придётся кого-то убить!»
Достав телефон, я по памяти набрала номер Воронцова-старшего.
– Да? Кто это?
– Здравствуйте, это Олеся. Мне надо срочно с вами встретиться. И нет, это не подождёт до завтра.
– Что? – удивился мужчина.
– Хранитель, мне нужна ваша помощь, – вывалила я на Сергея, и в трубке кто-то закашлялся. – Скоро за мной придут.
– Что ты сказала?!
– Именно то, что вы слышали, – отрезала я. – Нет времени на долгие объяснения, расскажу всё при встрече.
– Где ты? – резко произнёс Воронцов. – Назови мне адрес, я выезжаю.
Назначив место встречи, я перевела взгляд на подругу, молчавшую всё это время, и увидела, как испуганно расширились её глаза.
– Что происходит? Олеся, у тебя всё в порядке? Если ты попала в беду, я могу помочь.
– Не стоит, Нин, я сама справлюсь. Не переживай, я тебе всё потом расскажу. А сейчас мне пора, извини.
Выйдя из кафе, я даже не взглянула в сторону прихвостня Меньшикова. Теперь в этом не было надобности. Чтобы усыпить его бдительность, я сделала вид, что болтаю по телефону, а сама в это время вызвала такси.
Машина подъехала быстро, и как ни странно, мне попался тот же водитель, что и в прошлый раз. Я села и искоса глянула в сторону наблюдателя. Проводив такси взглядом, он сунул руки в карманы и побрёл по улице.
«Куклам не страшно. Смешные и нежные, мы принимаем вас, как неизбежное. Мы лишь две строчки в тетради без клеточек…»
«Опять эта песня, – рассеянно подумала я. – И почему я её всё время слышу?»
– Остановите здесь, – сказала водителю, когда мы подъезжали к зданию компании.
Таксисит высадил меня напротив сквера, и я сразу же увидела вдалеке Воронцова. Он нетерпеливо вышагивал по площади с фонтаном, разгоняя скопившихся там голубей, и, завидев меня, сразу поспешил навстречу. Вид у него был озадаченный и настороженный.
– Откуда ты узнала, кто я? – налетел он на меня с вопросами, даже не удосужившись поздороваться. – Тебе кто-то рассказал? Даже Макс не знает об этом!
Опустившись на скамейку, я внимательно посмотрела на Сергея.
– Моя магия изменилась, – выдала я, наблюдая за его реакцией. – Я больше не могу останавливать время. Вместо этого меня снова и снова возвращает в один и тот же момент времени. Сама не знаю, почему так происходит.
– В каком смысле? – Воронцов окончательно растерялся. – Ты о чём сейчас?
– Я уже не первый раз общаюсь с вами здесь, в этом месте. Собственно, по этой причине я знаю о вас всё.
– Так уж и всё? – отстранённо поинтересовался Хранитель, пытаясь переварить услышанное. – Подожди, то есть, ты хочешь сказать, что снова и снова проживаешь один и тот же отрезок времени?
Я кивнула, а мужчина, ошеломлённо глядя на меня, присел рядом со мной на скамью.
– И сколько раз уже..?
– Если вы про возвращения, то два. Это третье. И каждый раз всё заканчивается моей смертью.
– Бедная девочка…
– Не надо меня жалеть, – поморщилась я. – Лучше помогите разорвать этот замкнутый круг. Что я ни делала, как бы ни старалась все изменить, в итоге все сводится к одному и тому же. Я умираю.
Воронцов опустил глаза, задумавшись, а потом снова посмотрел на меня.
– Давай, рассказывай все по порядку. Будем думать вместе.
Двери на входе в вестибюль сделали еще оборот и замерли, перекрыв собою вход. Я облегчённо вздохнула. До последнего не верила, что сработает, и я не застыну вместе с остальным миром. Но, видно, на хрономагов, пусть даже потерявших дар, магия времени всё равно не действует. Сергей предполагал, что так будет, но даже если бы это не сработало, он пошёл бы без меня.
Ещё раз бросив взгляд на двери, я укоризненно посмотрела на Хранителя.
– Как мы теперь пройдём? Их теперь попробуй, сдвинь!
– Предлагаешь светиться перед камерами? Пройдём, вон, сбоку простая дверь есть.
– Так она же заперта, – удивилась я.
– Ну, это вообще не проблема, – усмехнулся Воронцов, доставая из кармана связку, на которой помимо ключей, болтались ещё какие-то металлические загогулины.
Я обалдело посмотрела на мужчину.
– Вы сыщик или уголовник, я что-то не пойму?
– В моей профессии нужно уметь всё, – глубокомысленно заметил глава тайной канцелярии города N.
Он быстро вскрыл дверь, и мы вошли внутрь.
Когда я поведала Воронцову краткую историю того, что со мной приключилось, он некоторое время выглядел пришибленным. Я даже подумала, что у него опять прихватило сердце. Немного отойдя от шока, Сергей рассказал мне, что дар, подобный моему, встречался лишь однажды. В архиве его ордена хранились разные документы, касающиеся магов времени, и Воронцов вспомнил, как изучал мемуары одного хрономага, тогда показавшиеся ему выдумкой. Но тот маг рассказывал как раз о таком случае. Как и я, побывав на грани смерти, он вдруг обнаружил, что магия времени больше его не слушается. А потом, в итоге погибнув, тоже вернулся назад.
Тот маг провёл много времени, исследуя это явление. Раз за разом он умирал и возвращался только лишь для того, чтобы всё повторилось снова. Пока не понял главное. Реальность сопротивлялась переменам, не давая исправить уже свершившееся прошлое, и старалась сгладить все изменения, чтобы остаться в том же русле. Нужны были по-настоящему кардинальные меры, чтобы временная линия, в которой они сейчас находились, разветвилась, и события пошли по другому пути. Магу для этого пришлось взорвать целый город. Возможно, именно после этого хрономагов невзлюбили.
Мы с Хранителем разложили всю цепочку событий, приведших к катастрофе, и поняли, что совет узнал обо мне от Меньшикова, а значит он первопричина всех моих бед.
Я тогда первая озвучила наши общие мысли. Чтобы реальность изменилась, нужно было устранить причину. Я не знала, как сделать это без своих способностей, да и смогу ли вообще, но, судя по всему, другого выхода у меня не было. Желание покончить с этой историей было настолько сильным, что я даже подорвалась с места в намерении штурмовать здание компании в одиночку. Если бы Воронцов меня не остановил, точно бы дел натворила.
Он был не на шутку удивлён моей решимостью, и даже уточнил, понимаю ли, что нам придётся совершить? Именно нам – Сергей не собирался отпускать меня одну, он даже не стал слушать мои возражения, заявив, что без него мне там нечего делать.
И вот мы здесь. Пройдя мимо застывших на входе охранников и девушки за стойкой ресепшена, мы завернули в коридор. Воронцов целеустремлённо вёл нас куда-то, мне оставалось лишь поспевать за ним. Остановившись у двери с надписью «Охрана», он отворил её и посмотрел на меня.
– Немного знаком с планировкой этого здания, доводилось тут бывать. Прежде чем начнём, надо отключить камеры. Нам ведь ещё Меньшикова допрашивать придётся. А делать это мы будем в обычном времени.
В маленькой комнате полукругом расположились мониторы, показывающие сейчас застывшую картинку. А перед ними на крутящемся стуле развалился дородный охранник. Сергей отодвинул стул вместе с неподвижным телом, и подошел к столу с клавиатурой. Его пальцы запорхали над кнопками. Спустя минуту мониторы, мигнув, отключились.
– Снёс им систему, теперь полдня будут восстанавливать, – довольно произнёс мужчина, повернувшись ко мне.
Мы поднялись по лестнице на последний этаж и, отдышавшись после долгого восхождения, открыли дверь, ведущую в общий холл этажа. Там нас также поджидала пара мужчин в форме, замерших около лифта.
– И как дальше? – растерянно спросила я, глядя на стальную дверь, перекрывающую вход в офисную часть этажа. – Там же электронный замок.
Сыщик знакомым жестом почесал макушку.
– Сейчас попробуем.
Он подошёл к одному из охранников и, с трудом расцепив его пальцы, вынул у него из рук карточку электронного ключа. Дойдя до двери, он подозвал меня к себе и указал на охрану.
– Мне придётся на секунду включить время обратно, иначе никак. Карта сработает и так, ведь наша магия не останавливает время, а лишь замедляет его, пусть и во много раз. Но механизм, запирающий дверь, в этом случае будет бездействовать.
– Так нас же увидят, – недоумённо посмотрела я на Воронцова.
– Ты забыла? – Сергей весело ухмыльнулся. – У меня есть чудесное средство, которое поможет им всё забыть.
Прислонив пластинку к замку, он щёлкнул пальцами, и всё вокруг ожило. Лишь только мы услышали, как клацнул замок, сыщик вновь заморозил время. Но я успела уловить изумлённые возгласы охранников.
Обернувшись, я увидела их вытянутые лица. Ну, еще бы, мы для них словно призраки, появившиеся из ниоткуда. Тут любой бы удивился.
Воронцов вернулся к охранникам и сунул карточку в карман одного из них, а затем достал из-за пазухи бутылёк, и проделал ту же операцию, что и с Максом в своё время.
– Пойдём, – бросил он мне, на ходу засовывая пузырёк обратно. – Моя энергия не безгранична, надо торопиться.
Стальная дверь легко отворилась, и нашему взору открылся длинный, почти безлюдный коридор, ведущий прямо к кабинету Меньшикова, как утверждал Хранитель. Шагнув внутрь, я присмотрелась к замершему у нас на пути мужчине, и тут же испуганно отпрянула назад, чуть не сбив с ног Воронцова.
– Это он, – почему-то прошептала я, – тот самый мужик, что следил за мной.
Сергей внимательно глянул на типа в плаще, и его глаза недобро сверкнули.
– Знаю его. Раньше был одним из наших, пока не продался Меньшикову. Теперь заведует безопасностью у него. Неприятная личность, скажу я тебе.
Сыщик подошёл к мужчине и рубанул ребром ладони тому по шее. Безопасник обмяк и повалился на пол.
– Зачем? – поражённо спросила я, обходя по краю тело своего преследователя.
– Могу поспорить, что он уже всё рассказал своему шефу, – мрачно заметил Воронцов. – Он ведь тоже знает про тебя, а значит, его придётся забрать с собой. Или ты предлагаешь и его убить?
Я содрогнулась, но быстро взяла себя в руки. Раз уж решилась, то к чёрту сомнения. На кону стоит жизни дорогих мне людей и моя собственная.
– И куда вы в таком случае его денете? – сделала я последнюю попытку примириться с совестью.
– Поверь, я найду, куда его упрятать. По крайней мере, пока всё не утихнет. А пока пусть тут полежит. Заберём на обратной дороге.
Мы добрались до входа в кабинет, где в небольшом закутке сидела секретарь – хрупкая миловидная девушка лет двадцати, и Сергей, поморщившись от необходимости, вырубил и её.
Оттеснив меня назад, чтобы я снова не полезла первой, он распахнул дверь, и вошёл. Я услышала, как Воронцов выругался, и, заскочив внутрь следом за ним, завертела головой в попытке понять, что же он увидел. Мой взгляд наткнулся на Меньшикова, восседающего в кресле за большим письменным столом, и сердце вдруг неприятно ёкнуло. А потом я заметила сидящего поодаль мужчину, в котором признала Андрея Галицкого, чьё лицо я успела хорошо разглядеть на балу.
– Значит, он тоже всё знает? – в полном замешательстве я уселась на один из стульев и посмотрела на Воронцова. – И что, его тоже упрячете?
– Этого попробуй, упрячь, – помрачнел Хранитель. – Боюсь, тут тоже придётся действовать радикально. Но сначала узнаем, что им известно. И что они успели сообщить совету.
Он плотно прикрыл входную дверь, достал пистолет, и поднял вторую руку, собираясь вернуть времени ход, но я подскочила к нему и ухватила за локоть.
– Стойте! Не надо! Вы и так уже влезли в это дело по уши, и я не имею права просить вас о таком.
– Поздно, девочка, теперь это и моё дело. И давай без геройства, я сам всё сделаю. К тому же, в живых мы их оставлять не собираемся, а значит, они никому ничего не расскажут.
Не дожидаясь от меня новых возражений, Сергей запустил время, и я, судорожно вздохнув, повернулась к своему недругу.
Глаза обоих аристократов при виде нас стали величиной с блюдца, и они подорвались со своих мест. Но тут же уселись обратно, заметив в руке сыщика пистолет.
– По какому праву вы… – начал было Меньшиков возмущённо, но заткнулся, когда увидел, что ствол оружия смотрит прямо на него.
– Молчите и слушайте, – резко скомандовал Воронцов. – Отвечать будете, когда я скажу.
Он приблизился к столу и прожёг Олега взглядом.
– Мы знаем, что твой человек следил за Олесей. И знаем, что ты собрал на неё материалы, подтверждающие, что она хрономаг. Вопрос в другом, успел ли ты передать их совету? Что они знают? Говори!
Аристократ побледнел, но промолчал, лишь недобро мазнув по мне взглядом.
Поняв, что так ничего не добьётся, сыщик обошёл вокруг стола и, встав возле Меньшикова, приставил пистолет к его голове.
– А теперь, будешь говорить? – с угрозой поинтересовался Сергей. – Ты ведь понимаешь, что от твоей откровенности зависит твоя жизнь?
Вместо него вдруг заговорил Галицкий.
– А ты понимаешь, что если убьешь нас, то за вами будет гоняться пол-империи?
– Это если кто-то вообще узнает о нас, – сощурил глаза Воронцов. – А мне почему-то кажется, что вы ещё ничего не успели рассказать.
– Даже если и так, это вас не спасёт… – процедил Меньшиков сквозь зубы, но осёкся на полуслове.
– Ясно, – усмехнулся сыщик. – Спасибо за информацию.
Олег дёрнулся было, но, почувствовав холод смертоносного металла у виска, замер, и лишь его глаза продолжили бешено вращаться.
Сергей обернулся на меня и мотнул головой, показывая, чтобы отвернулась, но я упрямо продолжила смотреть. Мне было страшно и противно, но я не могла полностью отстраниться от происходящего и взвалить всё на плечи отца Макса. Хватит того, что он ради меня и моей семьи идёт на такие жертвы.
Едва Сергей положил палец на спусковой крючок, как в один момент произошло сразу несколько событий. Плечи Воронцова дрогнули, и свободной рукой он схватился за грудь, а потом выронил пистолет. Резко крутанувшись в кресле, Меньшиков сшиб мужчину с ног, а Галицкий вскочил на ноги и заехал сыщику ногой в живот, отчего Хранитель скрючился, хватая ртом воздух. Подхватив оружие с пола, Олег наставил его на неприятеля.
Аристократы тут же повернулись ко мне, и в их глазах я увидела удивление.
– Почему ты не остановила время? Неужели мы ошибались на твой счёт? А кто тогда..? – Олег снова повернулся к хрипящему на полу Воронцову, и на его лице проступило понимание. – Так это он всё это время помогал тебе? Ну, надо же. А я-то всё думал, почему Тринити так легко уходила от закона. Представляю, как будет удивлён совет, глава тайной канцелярии – хрономаг!
Воронцов затих, и по моей спине пробежал холодок. Я поняла, что если сейчас что-то не сделаю, то живыми нам отсюда не выбраться.
– Много болтаешь, урод, – выплюнула я, выпуская волну телекинеза.
Враги не успели отпрыгнуть, и кубарем покатились на пол. Пистолет отлетел в сторону и затерялся где-то под шкафами.
– Ах ты, гадина! – воскликнул Галицкий, и, не вставая, махнул рукой.
В воздух со стола поднялись металлические предметы: ножницы, скрепки, канцелярский нож, и прочая мелочь. Я лишь пожала плечами. Он что, серьёзно собрался сражаться этим?
Но когда все эти острые предметы вдруг полетели в мою сторону, мне стало не до смеха. Закрывшись руками, я инстинктивно ответила магией, и посылка вернулась отправителю. Галицкий коротко вскрикнул и замолк, а я, открыв глаза, с ужасом увидела, как с его лба, куда воткнулся нож, медленно стекает кровь.
Взглянув на приятеля, Меньшиков взревел, и его руки окутались огнём. Я бросилась в сторону, но огненный шар задел меня по касательной, и мою ногу обожгло нестерпимой болью. Я вскрикнула, и, плохо соображая, ударила наугад чистой силой, вложив в удар почти всю оставшуюся энергию.
Оставшегося в живых аристократа впечатало в окно, раздался треск, и, покрывшись сеточкой трещин, стекло не выдержало и лопнуло, разлетевшись осколками. С протяжным криком Меньшиков выпал из окна.
Мои руки задрожали, и я опустилась на пол, боясь даже смотреть на свою ногу. Ожог пульсировал и причинял страдания, но не такие, что творились сейчас в моей душе.
Я убила их…
Часть 2. Время на месть
Глава 2.1. Время заметать следы
Влад вышел из машины и окинул взглядом здание Софт Индастриз. Вопреки обыкновению отец был сегодня здесь, а Влад не хотел ждать до вечера. Он, наконец, решился уехать за границу и продолжить учиться там. Аристократ не мог больше оставаться в этом городе, как и в этой стране.
В университете он не появлялся вот уже несколько месяцев, окончательно забросив учебу. После того унижения он просто не смел там показаться. Да что там, он даже из поместья перестал выезжать, забыв про вечеринки и клубы. Парень так и не выяснил, что же тогда произошло. Но чей-то злой розыгрыш окончательно сломал ему жизнь. Его больше не воспринимали всерьёз, над ним потешались за спиной, а его фотки до сих пор гуляли по сети, так до конца и не выловленные службой безопасности отца.