– Я дома! – закричала Марина, заходя в коридор их маленькой квартирки и бросая ключи на полочку.
В воздухе витал запах перегара и специй от лапши быстрого приготовления.
– Добрый вечер, Мариночка, – из спальни величаво выплыла Инга Максимовна, свекровь девушки, – сегодня ты что-то долго. – Женщина нахмурилась и посмотрела на невестку, поджав губы. – Уже давно время ужина, а тебя все нет!
Тяжело вздохнув, Марина сняла сапоги, повесила в шкаф пальто и пошла в ванную. День и без того выдался очень напряженный, а тут еще и дома встречают с претензиями.
– Ты меня слышишь? – свекровь потопала за ней.
– Слышу, – не стала спорить Марина, моя руки, – так чего вы до сих пор не поели?
Темные густые брови Инги Максимовны взлетели вверх.
– А ты приготовила? – возмущенно засопела женщина. – Виталик голодный, Машенька только чай пьет! Что ты за мать такая?
Начинается! Едва сдерживая себя, чтобы не наговорить лишнего, Марина прошла на кухню. Открыла холодильник.
– Вот стоит суп, – указала рукой на кастрюлю, – жаркое, салат. Что вам всем мешало поесть?
Свекровь задохнулась от возмущения.
– По-твоему мы должны питаться тухлятиной? – у нее аж очки запотели.
Марина ошеломленно смотрела на мать своего мужа и не могла найти слов.
– Что?
– Она еще спрашивает! – всплеснула руками женщина. – У Виталеньки слабый желудок! Ему необходимо питаться правильно! А у Маши вообще плохой аппетит. Ладно я, свое время уже отжила, мне многого не надо!
– Инга Максимовна! – перебила начинающуюся истерику Марина. – Я приготовила эту еду вчера вечером! Все свежее. Стояло в холодильнике! Нужно было просто подогреть! Хотя Виталик мог бы сам о себе позаботиться, да и Маша любит этот суп. Я специально его готовила!
Марина достала кастрюлю из холодильника и поставила на плиту подогревать.
– Ты предлагаешь мне таскать тяжеленные кастрюли? – не унималась свекровь.
– Не вижу в этом ничего плохого, – терпение девушки уже заканчивалось.
– Я с утра до ночи забочусь о вас! – голос женщины задрожал. В ход пошла тяжелая артиллерия. – Занимаюсь с Машенькой! Ты ведь знаешь, что ее нельзя оставить ни на минуту! Когда ты предлагаешь мне заниматься еще и готовкой? Я уже не в том возрасте, чтобы тянуть на себе весь быт вашей семьи!
– У Маши есть отец! – наконец не выдержала Марина. Она доставала тарелки и ставила их на стол.
– Который работает! – взвилась Инга Максимовна. – Он головы не поднимает целый день, сидит над компьютером! Зачем ему тогда жена, если все приходится делать самому?
– Знаете, что, – Марина повернулась к разбушевавшейся свекрови, – я тоже не на прогулке была! Я была на работе. Нам необходимо скопить денег на операцию для Маши, ипотека, кредит за машину, которую ваш сын разбил, между прочим. Для того чтобы нам хватало хотя бы на еду, я вынуждена брать подработку! И уж простите меня, если вам придется достать кастрюлю из холодильника, чтобы накормить вашего сына! Тогда бы он не питался лапшой быстрого приготовления и не пил бы пиво целый день!
Марина продемонстрировала пустую бутылку на столе и смятый пакетик от «Доширака».
Лицо Инги Максимовны пошло красными пятнами. Женщина хлопала глазами, ее широкая грудь вздымалась и тяжело опускалась. Марина даже испугалась, что перегнула палку, и сейчас свекровь хватит удар.
– Ты… – прохрипела родительница мужа, хватаясь за грудь, – неблагодарная! – Шмыгнула носом, картинно закатила глаза. Глубокий вдох и резкий разворот. Прикрывая стол своим широким телом, завозилась. Послышался стук стакана о стол, звук наливаемой воды, и по воздуху поплыл запах валерьянки. – Я как белка в колесе целый день ухаживаю за твоей дочерью, помогаю по хозяйству. А ведь я пожилая женщина. Не совсем здорова. Мне вредны такие нагрузки… – Она повернулась к Марине лицом, глаза заволокло слезами, губы дрожат. – А тебе тяжело накормить семью ужином? – Шах и мат.
– Приятного аппетита! – Марина кивнула на накрытый стол и вышла из кухни.
Спорить дальше просто не имело смыла. Каждый раз одно и то же! Сначала обвинения, потом предъявление претензий, ну а завершающим аккордом были слезы. Всегда! Первое время Марина чувствовала себя виноватой, старалась как-то угодить, потом страшно переживала, потом привыкла, а сейчас… сейчас уже ничего, кроме глухого раздражения, не испытывала. Но ради дочери она готова была терпеть все, что угодно.
– Привет, – девушка заглянула в комнату. Полумрак, лишь неверный свет от работающего монитора.
Виталий сидел к ней спиной, на голове большие наушники, в руках очередная бутылка пива, на экране виртуальный бой с использованием крупногабаритной техники в виде танков. Муж что-то ругательное кричал в микрофон, остервенело барабаня пальцами по клавиатуре.
– Виталик! – Марина подошла ближе и сдернула с мужа наушники. Тот вскинул голову и со злостью посмотрел на жену. – Вот так ты работаешь?
– Могу я хоть немного отдохнуть? – набычился мужчина, – Целыми днями работаю, как проклятый! Так что, я не могу отвлечься?
– Почему ты не поел? – не стала раздувать конфликт Марина.
– Поел, – он кивнул на пустую тарелку и попытался снова натянуть на голову отвоеванные наушники.
– Ты, может быть, и поел, а Машу почему не покормил? Я же вчера все приготовила! Неужели трудно было ребенку тарелку супа дать?
– Она не просила! – снова начал отворачиваться от жены Виталик. – Говорю же тебе – я был занят!
– Так занят, что не смог покормить собственного ребенка? – Марина сегодня разозлилась окончательно.
Супруг с раздражением стукнул бутылкой о стол. Та жалобно булькнула, и из темного горлышка потекла белая пена.
– Че ты орешь? – процедил Виталик, разворачиваясь к жене. – Сказал же – не просила она есть. Значит не голодная! А я был занят и забыл о времени!
Закрыв глаза, Марина сделала несколько глубоких вдохов, сосчитала до десяти. Нужно прекратить этот разговор. Он все равно пьян и не слышит ее. Злить захмелевшего мужа не стоило. В таком состоянии он запросто мог поднять руку на жену. Пусть проспится, потом поговорят.
– Ужин на столе на кухне, – проговорила жена и вышла из комнаты.
– Привет, малыш, – Марина заглянула в комнату к дочери.
В комнате горел неяркий свет от настольной лампы. Девочка склонилась над столом и что-то усердно рисовала. Услышав голос матери, обернулась, и ее личико озарила улыбка.
– Привет! – Маша всегда так радовалась, когда Марина приходила домой. Девчушка обняла мать и прижалась щекой к ее плечу. – Я соскучилась! – призналась девочка.
– Я тоже, зайчонок! – улыбнулась ей в волосы Марина и поцеловала пахнущую печеньем макушку. – Как у тебя дела?
Девочка с гордостью стала показывать свои рисунки. Рисованием она увлеклась в четыре года. Сидела часами и старательно вырисовывала зайчиков, солнышко, цветочки. Все это очень аккуратно раскрашивала, педантично стараясь не выходить за контуры рисунка. Бабушка Маши, Инга Максимовна, называла увлечение внучки блажью. Ну в самом деле, кому интересна эта мазня?
Марина всячески поддерживала увлечение дочери. Она покупала ей самые лучшие краски, бумагу, карандаши с разной твердостью и цветом, кисти всевозможной жесткости и назначения. Не говоря о холстах, мольбертах и палитрах. Она старалась радовать девочку, чем может.
В школу Маша ходила редко и недолго. Всему виной ее болезненность и диагноз, который врачи поставили пару лет назад – порок сердца. Нужна была операция. Очередь на квоту оказалась огромная, поэтому Марина начала копить и собирать деньги на проведение операции. Устроилась на еще одну работу, стала брать подработки на дом. Девочку перевели на домашнее обучение, чтобы не подвергать ее опасности. Ведь даже самая банальная простуда могла подорвать здоровье девятилетней Маши и угрожать ее жизни.
– Ты голодная? – спросила Марина дочь.
– Немного, – призналась девочка.
Мать нежно провела по темно-русым волосам девочки, заглянула в ее глаза точно такого же цвета, как и у самой Марины – цвета морской волны. Дочь вообще была ее маленькой копией. Такие же нежные черты лица, чуть вздернутый нос, большие сине-зеленые глаза в окружении густых черных ресниц и пышные слегка вьющиеся волосы. От отца Маше достался немного упрямый взгляд и родинка над верхней губой. Когда-то Марина, будучи еще совсем девчонкой, потеряла голову от улыбки Виталия и вот этой самой родинки над губой…
Тряхнув головой, девушка погладила дочь по волосам и повела ее на кухню ужинать.
– Смирнова, – Леночка заглянула в кабинет бухгалтерии, – тебя главный вызывает!
Марина подняла на коллегу уставшие глаза.
– Что случилось? – спросила она.
Коллега сморщила хорошенький носик.
– Понятия не имею, – тряхнула она белокурыми кудряшками, – сказал, что что-то с квартальным отчетом. Иди, а то будет злиться.
Блондинка испарилась так же внезапно, как и появилась на пороге финансового отдела. Марина знала, что спорить с боссом себе дороже. Александр Викторович не терпел никаких возражений, а еще больше он ненавидел ждать. Так что надо поторопиться. Неизвестно, сколько времени Леночка шла в бухгалтерию. Возможно, босс уже кипит от злости.
Поймав на себе сочувствующий взгляд Любовь Георгиевны, Марина перевела компьютер в спящий режим, взяла папку со вчерашним отчетом, одернула юбку-карандаш, поправила очки и вышла из кабинета.
Александр Викторович Давыдов появился в их компании полгода назад. Молодой, привлекательный, он тут же стал объектом обожания у всех сотрудниц независимо от возраста. Но нового босса не интересовали интрижки на работе. Флирт пресекал в самом его зародыше, да и вообще держался довольно холодно, если не сказать высокомерно. Зато Давыдов был настоящим профессионалом, терпеть не мог любые неточности, требовал выполнять малейшие поручения четко в срок и только на высшем уровне.
Марину не интересовали все эти сплетни и томные вздохи по новому руководителю. Зато ей с лихвой хватило плачущей Леночки после того, как той влетело от шефа за опоздание, и того, как на совещании Александр Викторович разнес договор, составленный юристами фирмы для сделки с другой довольно крупной компанией.
Поэтому сейчас Марина шла как на каторгу в кабинет нового руководителя. Какого рода разговор будет происходить там, можно было только догадываться, но Смирнова не обольщалась.
В приемной поздоровалась с секретаршей Лилией Владимировной. Та сидела за компьютером и что-то неспешно набирала одним пальцем.
– Здравствуйте, – Марина приветливо улыбнулась.
Лилия Владимировна подняла на нее глаза и воззрилась сквозь свои стильные очки на пришедшую. Пробежалась глазами по стройной фигурке девушки, поджала густо накрашенные губы, хлопнула тяжелыми от туши ресницами и чинно кивнула.
– Проходите, Александр Викторович вас уже заждался! – проговорила секретарша.
– Я пришла, как только мне передали его просьбу, – пожала плечами Марина.
Лилия Владимировна закатила глаза.
– Хотите сказать, что это мои проблемы? Я иногда просто поражаюсь с этих людей!
Больше Марина не стала слушать вредную тетку, толкнула дверь и вошла в кабинет. В помещении пахло кофе, и витал аромат горьковатой мужской туалетной воды. Босс говорил по телефону. Увидев ее, махнул рукой, а сам продолжил выговаривать кому-то. Тон Александра Викторовича буквально замораживал пространство вокруг. У Марины сжалось сердце от того, что на миг представила, что вот таким тоном он сейчас будет говорить с ней. Ей сейчас было искренне жаль того бедолагу на другом конце линии.
Девушка застыла неподалеку от стола шефа. Сесть ей не предложили, а сама она не решалась сделать нечто подобное в присутствии ее грозного босса. Босс тем временем продолжал угрожающе говорить, при этом взгляд его темных глаз был прикован к посетительнице. Марина старалась не шевелиться, чтобы не вызвать раздражение шефа. Знала, что сейчас выглядит довольно скромно, но стильно. На ней был костюм графитового цвета из узкой юбки чуть ниже колен, белой застегнутой на все пуговицы блузки и приталенного жакета. Густые темно-русые волосы собраны в пучок, на лице минимум косметики, очки в тонкой оправе, не столько для зрения, сколько для работы с компьютером. На стройных ногах туфли-лодочки. Но взгляд темных глаз, зафиксированный на уровне бедер девушки, слегка нервировал.
Смирнова сама исподтишка рассматривала мужчину, что сидел в большом кожаном кресле. Высокий, подтянутый, черные волосы уложены назад, темные, проницательные, почти черные глаза, высокие скулы, упрямый подбородок с легкой щетиной, белоснежная рубашка лишь оттеняла смугловатую кожу, темно-синий костюм, несомненно, от какого-то известного дома моды и дорогущие часы на левой руке. Взгляд скользнул на правую руку – обручального кольца не было. Марина сама не знала, зачем обратила на это внимание. Когда подняла глаза на лицо босса, натолкнулась на насмешливый взгляд мужчины. Его губы чуть дрогнули в намеке на улыбку. Непонятно отчего, но щеки Марины опалило жаром. С чего бы вдруг? Ведь она не сделала ничего постыдного!
Давыдов завершил разговор и посмотрел на Смирнову.
– Здравствуйте, – сдержанно кивнул он, будто и не было секунду назад в его глазах бесенят, когда он поймал ее за рассматриванием его рук.
– Добрый день, – вежливо ответила Марина, все еще не позволяя себе расслабиться.
– Прошу вас, присаживайтесь, – позволил себе полуулыбку босс, – кофе?
Марина опешила, но кивнула. На всякий случай. Лучше не злить его сейчас.
– Лилия Владимировна, – нажал на кнопку селектора Александр Викторович, – будьте добры, два кофе. Вам с молоком? – это уже Марине. Та ошеломленно кивнула. – Один черный, один с молоком.
Отсоединился и посмотрел на свою подчиненную, которая уже была близка к обмороку от страха. Видимо разговор предстоял долгий. И трудный.
– Итак, – начал шеф, беря со стола бумаги, – во вчерашнем отчете есть неточность.
Марина удивленно посмотрела на свою копию того самого отчета. Никакой неточности там быть не могло.
– Этого не может быть! – возразила девушка.
Брови Давыдова поползли к переносице, а сердце девушки ухнуло вниз. Ну все, теперь он ее прибьет!
– Я не вижу в нем вот этих данных, – небрежным жестом бросил страницы на стол так, чтобы Марина могла посмотреть на запись.
– Позвольте, – девушка протянула руку и взяла бумаги.
Она всмотрелась в показатели, заглянула в свои данные.
– В отчете все верно, – подняла глаза на босса Марина.
Александр Викторович все это время пристально за ней наблюдал. После ее ответа он встал из-за стола, приблизился, наклонился, опираясь рукой о поверхность стола и, заглядывая через плечо девушки, указал пальцем в строку.
– Смотрите! – приказал он.
И Марина смотрела. Изо всех сил старалась не отвлекаться на мужчину, так бесцеремонно вторгшегося в ее личное пространство. В этот момент открылась дверь, и в кабинет вплыла Лилия Владимировна с большим подносом. Женщина осмотрела открывшуюся ей картину и продефилировала к столу начальника. Шла секретарша, высоко подняв голову, будто ее совсем не касалось, что некоторые выскочки позволяют себе так фривольно жаться к шефу. Габаритов Лилия Владимировна была немаленьких, хоть и позволяла себе носить довольно узкие и короткие юбки, считая, что тем самым она умело подчеркивает все достоинства ее фигуры. Пусть тонкие шпильки ее каблуков качались под тяжестью дородного тела, зато офис-менеджер компании всегда выглядит стильно.
Водрузив поднос с ароматным напитком на стол, она придвинула чашки к замершим Александру Викторовичу и Марине, поправила волосы и мило улыбнулась.
– Что-нибудь еще? – в медовом голосе помощницы не было и намека на сарказм, при этом глаза были прикованы к Смирновой, которая переводила растерянный взгляд с секретарши на босса.
– Нет, спасибо, – даже не подняв на нее глаз, сказал Давыдов.
Марина посмотрела в след уходящей женщине, едва сдерживая себя, чтобы не позвать ту на помощь. Вряд ли бы эта гиена помогла. Разве что добить…
– Эта строка не вошла в отчет, – снова вернул в действительность шеф.
Марина пробежалась глазами по строкам.
– Да, потому что эти данные пришли на сутки позже, – согласилась девушка, – они войдут в следующий квартал.
Мужчина отошел от нее и сел в свое кресло. Девушка украдкой выдохнула. Ей совсем не по себе было в такой близости к руководству. И вообще, что он сейчас от нее хочет?
Александр взял свою чашку с кофе, отпил из нее, вопросительно поднял брови. Марина послушно взяла свою чашку и сделала то же самое. С трудом проглотила горьковатый напиток и вернула шефу вопросительный взгляд.
– Марина Николаевна, – вкрадчиво произнес начальник таким тоном, что казалось, воздух в помещении замерз, – крайне важно, чтобы именно эти данные попали в отчет именно этого квартала. Сегодня.
– Но…
– Никаких «но»! – слегка повысил голос этот сумасброд. – Сегодня!
Марина не стала больше спорить. Она только кивнула. Бросила взгляд на часы, указывавшие, что уже давно время за полдень, тяжело вздохнула, подумав о том, что сегодня придет домой очень поздно, а значит и подработку, которую обещала сдать на следующий день, придется делать ночью.
– Хорошо, – ответила девушка, поднимаясь на ноги, – я могу идти?
Темные глаза смотрели непроницаемым взглядом.
– Идите, – чуть искривились губы в подобии улыбки, – жду отчет.
Марина вышла из кабинета. Спорить с Давыдовым все равно, что пытаться поймать молнию – весьма малоэффективно и очень опасно. Проще сделать так, как он хочет, хоть и придется переделывать весь отчет. Девушка уже прикидывала, как ей лучше сделать, чтобы пересчитать все с наименьшими потерями.
– Кофе понравился? – не очень любезно поинтересовалась Лилия Владимировна, когда Смирнова вышла в приемную.
Девушка вынырнула из своих мыслей и посмотрела на секретаршу удивленно.
– Что, простите?
Марина сняла очки и потерла переносицу. Она так всегда делала, когда нервничала.
– Будто не понимаешь! – фыркнула вредная тетка, продолжая буравить Смирнову надменным взглядом. – Не каждому посетителю Давыдов кофе предлагает! – пояснили, тем самым поставив в еще больший тупик.
– Мне нужно переделать отчет, – отмерла Марина.
– Я в пять ухожу! – припечатала Лилия Владимировна.
Марина посмотрела на часы, которые висели над головой секретарши.
– Но я не успею! – возразила она.
– Это что, мои проблемы? – насмешливо искривила напомаженные губы помощница шефа, – Мариночка, ты меня просто удивляешь!
Сказала и потеряла всякий интерес к возомнившей о себе невесть что посетительнице. Пусть знает свое место! И нечего тут с начальниками кофе распивать!
Но Смирновой было не до этого. У нее оставалось крайне мало времени для отчета.
Домой вернулась уже после девяти вечера. Конечно, никто уже не ждал ее в приемной. На месте не было ни босса, ни его секретаря. Марина отправила на электронную почту переделанный отчет и поторопилась домой.
– Явилась? – ядовито спросил муж, встречая в дверях.
Странно, что это он решил осчастливить ее своим присутствием?
– Работы много было, – Марина присела на пуфик, разуваясь.
– Это теперь так называется? – прищурился Виталий.
Супруга одарила его непонимающим взглядом.
– Что ты имеешь ввиду?
Он схватил ее за руку и резко притянул к себе. Обдав запахом перегара, злобно прошипел в лицо:
– Рабочий день у тебя до шести часов! Кувыркалась с кем-то!
Марина дернулась.
– Отпусти! – потребовала она. Терпеть не могла, когда муж злоупотреблял с алкоголем. Всегда в такие моменты терял над собой контроль, превращаясь в совершенно другого человека. – Мне больно! Еще раз повторяю – я была на работе! Пришлось переделывать квартальный отчет. А мне вот очень интересно – по какому поводу банкет?
Она многозначительно посмотрела на кухню. Там сидели два друга ее мужа, на столе стояли какие-то закуски, бутылка водки и пепельница. Друзья тихо переговаривались, смеялись.
– Обмываем окончание турнира, – буркнул Виталий и грубо толкнул жену в грудь.
Он направился к друзьям, которые уже с интересом посматривали на супругов.
– Быстренько сообрази нам что-нибудь на стол, – бросил через плечо мужчина.
– Где Инга Максимовна? – спросила девушка, моя руки в ванной.
– Моя мать не будет выполнять твои обязанности! – рявкнул любящий супруг, посматривая на дружков. Те одобрительно ухмыльнулись.
За дверью свекрови громко работал телевизор. Судя по всему, мамочка мужа смотрела свой любимый сериал. Наверняка и Машка голодная до сих пор. Скрипнув зубами, Марина прошла на кухню. Окинула сердитым взглядом изрядно захмелевших гостей. Демонстративно открыла окно, впуская в помещение свежий воздух, взяла со стола пепельницу, полную бычков, и вытряхнула ее в мусорное ведро. Все это происходило в полной тишине. Дружки мужа напряженно наблюдали за действиями хозяйки квартиры.
– В доме ребенок! – безапелляционным тоном заявила Марина, разворачиваясь к медленно звереющим мужчинам. – У Маши больное сердце. Ей вреден дым. Угодно травиться? Прошу! Но делайте это не в нашей квартире!
Мужики переглянулись между собой и засобирались. Супруг начал что-то им объяснять, но Марина уже не слушала. Она пошла проведать дочь.
– Привет солнышко, – улыбнулась девочке, которая с радостью бросилась к матери. – Как дела?
– Хорошо, – ответила Маша, прижимаясь к груди родного человека, – мы сегодня гуляли в парке, – начала рассказывать девочка, как провела свой день.
– Правда? – Марина удивленно подняла брови. Как-то не похоже на ее свекровь, которая шагу лишнего не ступит за пределы двора.
– Да, – кивнула девочка, – мы ходили с бабушкой в банк, а парк был по дороге.
Восторгу дочери не было предела, а вот Марина задумалась. Зачем свекрови нужно было ходить в банк? Пенсию она получает на карточку, оплату никакую не производит. Странно!
– Я очень рада за тебя, малыш! – она погладила дочь по голове. – Кушать хочешь?
– Нет, я поела! – ошарашила ответом непоседа.
– Правда? И что же ты ела?
– Я подогрела себе суп и макароны с мясом, – гордо выдала девочка.
– Сама?
– Да! Бабушка очень устала после прогулки и прилегла отдохнуть, а папа… ну, он тоже поел со мной, а потом к нему пришли друзья, и я ушла к себе.
Марина только головой покачала. Поцеловала дочку в лоб и встала. На кухне ее ждала гора посуды, которой после гостей лишь прибавилось.
– Ты у меня большая молодец! – похвалила мама девочку и вышла из детской.
С грустью подумав о том, что пришлось отложить дела, девушка начала убирать со стола грязную посуду. Стукнула входная дверь. Это Виталий вернулся, проводив гостей. Он зашел в кухню и мрачно уставился на супругу. Его лицо раскраснелось. На улице было все еще довольно холодно, несмотря на весну. Зайдя в теплое помещение, видимо, действие алкоголя сказалось на состоянии мужчины. Глаза медленно наливались яростью.
– Ты! – прохрипел мужик.
Марина обернулась и хмуро взглянула на него.
– Дрянь! – выдал любимый супруг и икнул.
– Виталя, – устало вздохнула Марина, понимая, что сейчас с ним бесполезно спорить, – иди спать. У меня еще полно работы.
Вместо того, чтобы послушаться, он приблизился, прижимая жену к раковине.
– Ты думаешь, что тебе можно шляться с кем попало, а потом приходить домой и позорить меня перед друзьями? – вконец озверел Виталий.
– Не говори глупостей! – взбеленилась Марина, – Я была на работе! А ты вместо того, чтобы сам работать, притащил в дом каких-то алкашей!
– Не смей так говорить о моих друзьях! – зло прошипел он. – Я что, должен пахать, как конь, даже не имея права отдохнуть?
Марина многое могла бы ему сейчас сказать по этому поводу: и о том, как он играет в онлайн-игры целыми днями, о том, что он давно уже не приносил никаких денег в семью, о том, что не занимается ребенком. Но все это в данный момент просто бесполезно. Раздувать скандал на ровном месте не хотелось. Она думала лишь о том, как быстрее выполнить заказ и лечь спать. Завтра рано вставать на работу. К тому же приближается срок оплаты по ипотеке, да и кредит на машину пора оплачивать. Деньги просто необходимы.
– Пожалуйста, – сделав глубокий вдох, попросила Марина, – иди спать! Завтра поговорим!
– Ты будешь указывать мне, что делать? – снова полез на рожон муж.
– Делай, что хочешь, – она взяла полотенце и стала вытирать мокрые руки.
– Ах ты… – Виталий схватил ее за горло и притянул к себе.
– Сынок! – внезапно на кухне появилась Инга Максимовна, – Что происходит?
С ненавистью глядя в глаза жене, Виталий медленно разжал пальцы, покрутил ими перед лицом Марины, сжал в кулак, хрустнув костяшками, и повернулся к матери.
– Все хорошо, мама, просто разговариваем.
Марина схватилась за шею и закашлялась. Виталий вышел в коридор, загремел, споткнувшись обо что-то, громко выругался и хлопнул дверью в спальню.
– Довела, да? – осуждающе покачала головой свекровь.
– Что?
Девушка еще никак не могла восстановить дыхание, она только удивленно смотрела на мать своего мужа, едва сдерживая слезы.
– Шляешься ночами где попало, так еще претензии предъявляешь? – женщина демонстративно выпила свое лекарство и собралась покинуть кухню, когда невестка задала ей вопрос:
– Вы сегодня ходили в банк?
Инга Максимовна остановилась, медленно повернулась и презрительно выплюнула:
– Где я бываю и что делаю, тебя никак не касается! – после чего удалилась к себе.
Марина наконец-то осталась одна.
Быстро приведя кухню в порядок, достала бумаги и села за расчеты. Утром предстояло сдать их заказчику. Спать легла уже в третьем часу ночи. К пьяному храпящему мужу идти не хотелось, поэтому Марина устроилась рядом с дочерью, обнимая девочку и с наслаждением вдыхая запах ее волос.
Утром, едва только будильник начал издавать первые звуки, Марина вскочила, выключила бодрую трель, опасаясь разбудить Машу. Бесшумно оделась и выскользнула в коридор. Поставила вариться кофе, а сама пошла умываться. Из их общей спальни слышался храп. На секунду замерла. Интересно, когда муж успел превратиться из заботливого, любящего человека вот в такое животное? Тряхнула головой и поспешила.
Глоток кофе, не забыть флешку, бумаги и тихо вышла за дверь. На улице едва рассвело. Дворник дядя Юра приветственно помахал девушке рукой. Марина ответила приветливой улыбкой. Они часто разговаривали с мужчиной. Он появился в их дворе не так давно и сильно отличался от других работников метлы. Не гастарбайтер, не алкаш. Полковник в отставке. Болезнь Паркинсона не позволила продолжить военную службу, а дома дядя Юра сидеть не умел. Он жил в соседнем доме и считал свою работу замечательной. «Свежий воздух, гибкий график», – шутил он иногда. Марина очень уважала этого человека. Военную выправку было видно невооруженным глазом. Одет скромно, но всегда в чистое и отутюженное, широкие плечи расправлены, спина прямая и строгий взгляд. Ему даже не нужно было ругаться на местную шпану, с его появлением больше никто не собирался на детской площадке вечерами чтобы «полузгать семки и выпить пива».
– Доброе утро! – поздоровалась Марина.
– Как всегда, ранняя пташка, – улыбнулся ей дядя Юра.
– Надо многое успеть, – не сдержала ответной улыбки девушка, садясь в машину.
К фитнес-центру она подъехала без пяти семь. Величественное здание из стекла и бетона обычно в это время пустовало. Хоть и работу свою начинал в семь утра, мало находилось желающих заниматься спортом в такое время.
Марина зашла, поздоровалась с охранником и пошла переодеваться. Она приезжала сюда три раза в неделю по утрам. Вечером у нее никогда не было времени, даже в те редкие дни, когда удавалось вечером освободиться пораньше, ей хотелось провести свободное время с Машей.
Переоделась в женской раздевалке, спрятала сумку, закрыла шкафчик на ключ и вышла в зал, где стояли тренажеры. Сейчас все они были свободны, можно выбрать любой. Марина посмотрела на свое отражение в зеркале, которое занимало целую стену, поправила косынку на голове и начала мыть пол.
За эту работу платили неплохо. Никого не интересовало, за какое время она справлялась со своими обязанностями. Хочешь, будь в зале хоть целый день, а можешь за час помыть все помещения и быть свободной. Больше всего Марине нравилось, что платили за работу по факту.
Девушка включила аудио плеер, вставила наушники и с энтузиазмом принялась за дело. Помещений в центре было несколько. Если не отвлекаться ни на что, за час вполне можно справиться. На постепенно приходящих посетителей не обращала внимание. Нужно все успеть сделать, принять душ и не опоздать на встречу с клиентом, задание которого делала полночи.
Тихонько подпевая музыке в наушниках, Смирнова вошла в бассейн. Его она всегда оставляла себе напоследок. Самая грязная и кропотливая работа всегда была там. Клиенты центра любили прыгать с бортика. Вода часто выплескивалась и разливалась. Стоки, конечно, были предусмотрены, но видимо строители на чем-то сэкономили или выполнили свою работу недобросовестно, но вода часто оставалась на полу, иной раз превращая его в настоящий каток.
Марина начала собирать воду. Казалось, этому не будет конца и края. Как будто кто-то открыл невидимый кран и из него тонкой струйкой льется вода прямо на пол. Времени оставалось все меньше, а пол категорически не желал становиться сухим. Когда, наконец, результат удовлетворил девушку, она увидела мужские мускулистые ноги, которые прошествовали мимо нее к бортику бассейна. Марина даже не успела поднять голову, чтобы посмотреть на прошедшего мимо мужчину, как внезапно волна брызг окатила и ее саму, и только что вытертый пол.
От возмущения захотелось швырнуть следом за нахалом тряпку, которую судорожно сжимала возмущенная Смирнова, но тип скрылся под водой и все равно ничего не слышал из того, что в сердцах крикнула девушка. От обиды горячие слезы обожгли глаза. Прикусив губу, Марина снова принялась собирать воду, нервно поглядывая на часы. Времени с каждой секундой становилось все меньше.
Послышался плеск, а потом мужской, знакомый такой, голос произнес:
– Простите, вы что-то сказали?
Марина резко вскинула голову. На той стороне бассейна был ее босс. Темные волосы прилипли ко лбу, капельки воды стекали по широким плечам. Хорошо, что между ними было довольно большое расстояние. Девушка качнула головой и резко развернулась спиной к возмутителю ее спокойствия.
– Подождите, – догнал ее голос Давыдова, – мы знакомы?
Вот черт!
Марина сделала вид, что увлечена мытьем полов и поспешно стала продвигаться к выходу. Новый плеск воды за спиной заставил ускориться. Оказавшись за дверью, Смирнова схватила ведро и швабру и почти бегом ринулась в женскую раздевалку. Уже вбегая в нее и закрывая за собой дверь, услышала уже в коридоре:
– Стойте!
И чего пристал?
Марина перестала дышать, замерла, прислушиваясь. От всей души надеялась, что начальство не последует за ней в женскую раздевалку. Да и чего ради он должен бежать за какой-то там уборщицей? В то, что он успел ее рассмотреть и узнать, Смирнова не верила. Но выброшенный в кровь адреналин хозяйничал сейчас в теле перепуганной девушки. Внезапно шаги в коридоре приблизились и ручка, в которую сейчас Марина упиралась поясницей, начала медленно поворачиваться. Отскочила, будто ужаленная, стала затравленно озираться по сторонам, лихорадочно соображая, куда бы спрятаться. Ничего лучше не придумала, поспешила к душевой. В этот момент дверь открылась, впуская стайку молоденьких девушек. От облегчения Марина чуть ведро не уронила. Клиентки начали весело переговариваться между собой, совсем не обращая внимания на уборщицу. Нет им никакого дела до тетки в перекошенной косынке.
Наспех приняв душ, приведя себя в порядок, Марина поспешила на встречу, что была назначена на восемь тридцать в кафе за углом.
С Борисом Денисовичем Марина сотрудничала уже давно. Индивидуальный предприниматель доверял свои финансовые дела только Смирновой. Платил всегда хорошо, поэтому Марина никогда не отказывала ему.
Вот и сейчас они сидели в кафе, пили кофе и обсуждали выполненную работу.
– Мариночка, – лучился улыбкой довольный клиент, – вы просто чудо!
Невысокого роста, пухленький, как колобок, Борис Денисович взял девушку за руку и галантно поднес ее пальчики к своим губам.
– Рада, что вы цените мою работу, – ответила ему улыбкой Марина.
Мужчина протянул конверт, который она взяла, даже не думая пересчитывать. Борис Денисович всегда платил нужную сумму, нередко добавляя к ней приятную премию.
– Спасибо, – поблагодарила девушка и взглянула на часы. – Мне пора на работу.
– Конечно! – засобирался клиент, – Увидимся с вами через квартал.
– Хорошо, если что-то нужно будет, вы знаете, как меня найти.
Они попрощались, и Марина поспешила к стоянке. К офису подъехала без пяти девять, благо место на парковке нашлось быстро.
– Доброе утро, – услышала она за спиной второй раз за утро голос шефа, когда ждала лифт.
Вздрогнула, обернулась.
– Доброе утро, – сдержанно ответила, раздумывая, не сбежать ли на лестницу. А что, для здоровья полезно, для фигуры опять же…
Лифт гостеприимно распахнул свои створки. Давыдов многозначительно посмотрел на Марину, потом в кабинку, будто напоминая, зачем они здесь стоят. Девушка отмерла и первой шагнула внутрь, мужчина последовал за ней. Когда двери закрылись, и кабинка бесшумно заскользила вверх, Смирнова начала нервничать еще сильнее. Сейчас, в замкнутом пространстве, она особо остро чувствовала присутствие босса. Аромат его одеколона щекотал ноздри, пробуждая внутри какие-то странные, совершенно неподконтрольные эмоции.
Неожиданно начальство развернулось и воззрилось на близкую к обмороку Марину.
– Как прошло ваше утро? – почему-то поинтересовалось начальство.
Смирнова сглотнула внезапно ставшую вязкой слюну и моргнула.
– Прекрасно! – выдавила подчиненная, мечтая, чтобы лифт скорее остановился.
Она смотрела в темные глаза Александра Викторовича и чувствовала себя пойманной в ловушку мышью. Взгляд шефа медленно сместился с лица девушки на шею. Его лицо застыло холодной маской. Марина боролась с желанием зажмуриться. Что он там такого увидел?
– Вижу, и ночь тоже прошла великолепно, – процедил Давыдов и отвернулся. В этот момент лифт остановился и распахнул дверь.
Мужчина шагнул в коридор, оставляя Марину одну, которая, потрясенная переменой в его настроении, смотрела боссу вслед.
– Зайдите ко мне после обеда, – сказал он прежде, чем лифт закрылся и увез Смирнову на ее этаж.
Девушка повернулась и посмотрела на себя в зеркало, которое занимало собой чуть ли не большую часть стены. На белой коже на шее темнели багровые пятная. Марина прижала ладонь к горлу. Что подумал сейчас о ней Давыдов? Он ведь сказал что-то про великолепную ночь? Точно! Решил, что это засосы. Горючие слезы стали закипать в ее глазах. Что за день-то такой!
В кабинете у девушки сидели еще четверо из бухгалтерии. Эти точно заметят пятна и сделают свои выводы. Марина быстро распустила волосы, позволяя им упасть на плечи. Немного поправила пряди, дабы прикрыть шею. Без строгого пучка Смирнова выглядела еще моложе и как-то легкомысленнее. Ее часто принимали за совсем девчонку, показывая немного пренебрежительное отношение, хоть и было ей уже почти тридцать лет. Поэтому Мрина старалась придавать своему облику более строгий и официальный вид. Ну, ничего, придется сегодня походить с распущенными волосами, а завтра она обязательно что-нибудь придумает. Надо будет в обеденный перерыв выйти в аптеку, купить что-то от синяков. Может быть, попробовать замазать эти чертовы пятна?
– Доброе утро! – быстро поздоровалась Смирнова, входя в кабинет.
Села на свое место и укрылась за монитором. Коллеги были заняты работой, рассеянно ответили на приветствие и вернулись к своим делам. Облегченно выдохнула и тоже последовала их примеру.
Через пару часов в кабинет заглянула Леночка.
– Приветики! – улыбнулась блондиночка, показывая коробочку с тортиком, – А у меня сегодня именины, давайте чай пить!
– Поздравляю! – Любовь Георгиевна просто обожала такие посиделки, – Девочки, ставьте чайник!
Какое-то время в кабинете царила неразбериха. Доставалась посуда, заваривался чай, резался торт и обсуждались свежие новости.
– А знаете, – заговорщическим тоном начала Надежда Алексеевна, – я видела вчера нашего руководителя в ресторане!
Ее карие глаза сияли. У нее буквально на лбу было написано: «Что я знаю!». Все замерли, кажется, даже перестали дышать.
– Надежда Алексеевна, – пробасила Любовь Георгиевна, когда пауза затянулась, – вы рвете мое старое сердце! Не томите, говорите уже!
Довольная произведенным эффектом, Надежда Алексеевна улыбнулась и продолжила:
– С ним была очаровательная спутница!
Сказала она это таким тоном, как будто открыла страшную тайну. Кто-то разочаровано застонал, кто-то зашушукался, стали сыпать вопросами, кто такая, как выглядит, как зовут. Рассказчица раскраснелась, отвечая на вопросы, которыми девчонки забрасывали ее, перебивая друг друга. Ну надо же! Их драгоценный, неприступный красавец-босс, и с женщиной! Это же какой надо быть красавицей, чтобы охмурить такого.
Марина почти не слушала всю эту болтовню. Ее мало волновала личная жизнь их общего начальника. Да и смешно было бы полагать, что у Александра Викторовича никого нет. Сейчас она думала о том, что ее ждет дома. Как встретит после вчерашнего муж. Повторится ли скандал или наоборот, Виталий все осознал и попытается наладить отношения. Душу грела мысль о сегодняшней заработной плате, да и конвертик от Бориса Денисовича был прекрасным бонусом, ведь сегодня как раз нужно вносить очередной платеж за ипотеку. Деньги спишутся с карты, конвертик можно будет положить в копилку, а деньги за мытье полов в фитнесс-центре останутся на продукты.
– Марина! – голос Леночки выдернул Смирнову из раздумий.
– А? – Марина хлопнула глазами и непонимающе огляделась.
Дружный смех заставил ее вспыхнуть.
– Ты где витаешь? – спросила именинница.
– Да так, – туманно ответила девушка, смущаясь. – Прости, я задумалась.
– Ты на обеденный перерыв будешь выходить? – весело спросила ее коллега.
– Да! Мне нужно в аптеку сходить, ну и в магазин заскочить, – улыбнулась Марина ей.
– Отлично! – просияла в ответ Леночка, – мне тоже нужно в магазин!
– Мариночка, – перевела свое внимание на нее Любовь Георгиевна, – ты сменила имидж?
Внимание всех присутствующих тут же переключилось на Смирнову.
– Тебе идет!
– Красивые волосы!
– Ты чего такую красоту прятала раньше?
Тут же защебетали девчонки. К слову, сама Марина не считала свои волосы красивыми. Да, довольно густые, длиной до лопаток, но цвет ей казался самым обычным – темно-русый. Не блондинка, не брюнетка, да и не рыжая. Обычная! Несколько раз девушка задумывалась о том, чтобы покрасить их в более яркий оттенок. Хотелось быть для мужа красивой, но он отмахивался, говорил, что она ему и так нравится, нечего тратить кучу денег на дорогущие салоны. Такие слова быстро спускали Марину на землю, заставляя отложить все планы подальше. Волосы и волосы, деньги на операцию дочери важнее.
– Да я и не прятала, – смутилась Смирнова, – они мешают просто, да и привыкла я…
– Тебе очень идет! – искренне улыбнулась ей блондинка Леночка.
От ее улыбки стало немного теплее на душе.
В обеденный перерыв подруги вышли в торговый центр. Марина купила в аптеке мазь от синяков, потом они посетили магазин косметики, где выбрали тональный крем, потом им попался чудесный шелковый шарфик. Теперь можно лечить синяки, замазывать их тональным кремом, ну а для надежности пока завязать кокетливый платочек, чтобы точно никто не заметил пятен на горле.
– Как ты это терпишь? – спросила Леночка, когда они уже шли назад к офису.
Девушки довольно близко общались, поэтому блондинка сразу поняла, что прячет под распущенными волосами Смирнова.
– Не знаю, – тихо ответила Марина, – он не был таким раньше. Я думаю, что сейчас у него какие-то проблемы, вот и срывается. К тому же Инга Максимовна постоянно накручивает.
– Послушай, зачем она тебе вообще? – округлила глаза Леночка, – У нее же есть дом в Воронежской области, почему она там не живет? Машка уже большая, ей нянька не нужна, твой благоверный дома все время сидит, присмотрел бы за мелкой. Пусть бы ехала уже ваша бабушка домой!
– Я однажды завела этот разговор, – печально улыбнулась Марина, – но все закончилось приездом скорой и скандалом с Виталиком. Он сказал, что я его мать выгоняю из дома.
– Ты или святая, или сумасшедшая! – припечатала подруга. – Я бы уже собрала их вещи и выгнала бы вон! Квартира твоя?
– Квартира наша, – качнула головой Марина, – ипотека оформлена на меня, но у нас совместная собственность.
– А машина?
– Кредит на мне, а оформлена она на мужа. Когда мы ее покупали, у меня даже прав еще не было, зато была официальная заработная плата.
– Ох, Марина, Марина! – покачала головой подруга.
Вернувшись в офис, Смирнова направилась в кабинет руководителя. Зачем он попросил ее зайти после обеда, она не представляла.
– Здравствуйте! – улыбнулась Марина секретарю.
Лилия Владимировна смерила ее надменным взглядом. В глазах застыл лед, а вот губы послушно разъехались в подобие улыбки.
– Здравствуй, Мариночка! – почти пропела вредная тетка, изо всех сил изображая радость на лице.
Девушка не поверила ей ни на секунду.
– Меня Александр Викторович вызывал, – она жестом фокусника достала из сумочки шоколадку, это ее Леночка надоумила, положила на стол перед секретаршей.
– Ой, ну что ты! – захлопала густо накрашенными ресницами Лилия Владимировна, ловко сметая угощение в открывшуюся тумбочку. – Совсем не стоило! Спасибо, дорогая! Не хочешь ты моего похудения!
– Вам незачем худеть! – пошла в атаку Марина, – Вы чудесно выглядите!
Секретарша засмущалась, но возражать не стала, ведь пришедшая в приемную нахалка, по ее мнению, говорила чистую правду.
– Добрый день, – Марина вошла в кабинет и остановилась перед столом босса.
Давыдов что-то писал, поднял глаза на вошедшую.
– Здравствуйте, – он отложил ручку и уже прямо посмотрел на девушку.
Его взгляд прогулялся по стройной фигурке, мазнул по шарфику на тонкой шее, кривым росчерком на лицо легла легкая ухмылка.
– Вы просили зайти после обеда, – напомнила Марина.
Темный взгляд мужчины вернулся к ее глазам. Щеки мгновенно обдало жаром. Марина тут же мысленно обругала себя за это. Чего ради она тут стоит и краснеет как школьница. Гордо выпрямила спину и выдержала чужой непроницаемый взгляд.
– Красивый шарфик! – насмешливо произнес шеф.
Издеваться изволит?
– Будем обсуждать мой гардероб? – выгнула она бровь.
Почему-то эта ситуация здорово злила. Устроил тут спектакль! Да какое его дело до ее личной жизни? Даже если это засос, какое это имеет отношение к работе?
Начальник смелость оценил. Хмыкнул и перестал гипнотизировать взглядом. Махнул рукой.
– Присаживайтесь, – велел он.
Марина только теперь осознала, как она была напряжена, словно натянутая струна. Едва только Александр Викторович освободил от плена темных глаз, она тут же осознала, что только что ему сказала и пришла в ужас. Не иначе черт за язык дернул! Ноги отказались держать, и Смирнова буквально рухнула на предложенный стул, мысленно приготовившись к экзекуции.
– Вы вчера блестяще справились с заданием, – неожиданно начал с похвалы Давыдов, чем окончательно выбил девушку из душевного равновесия, – я получил отчет по почте, за что вам отдельное спасибо. Теперь, благодаря обновленному отчету, в нашей компании увеличится финансирование, что позволит уже в будущем квартале рассчитывать на прирост прибыли.
Марина слушала начальника, совершенно не понимая, зачем он ей это сейчас говорит. Хочет похвалить? Ну, для этого было бы достаточно написать спасибо в ответном письме, а не пугать до полусмерти вызовами в свой кабинет.
Разговор плавно перетек в обсуждение планов и задач на этот месяц. Обозначив все свои требования, Давыдов отпустил Марину. Вернулась в свой кабинет девушка в полном смятении. Она не понимала, почему все эти вопросы было не обсудить с главным бухгалтером. Лилия Владимировна на прощание пожелала девушке хорошего дня, чем добила ее окончательно.
Казалось, этот день не закончится никогда. Машинально выполняя все свои обязанности, отвечая на вопросы коллег, Смирнова следила за стрелкой на часах, которая как назло еле двигалась, будто специально. Наверное, усталость, недосып и переживания последних дней давали о себе знать. Хотелось быстрее вернуться домой, наполнить ванную, устроиться в горячей воде с ароматной пеной, закрыть глаза и ни о чем не думать. Если бы Марина знала, каким будет ее этот вечер, точно не торопилась бы домой, а возможно, сама снова пошла бы в кабинет к Давыдову, лишь бы не принимать участие во всем этом.
Припарковав машину у подъезда, Марина направилась домой.
– Наконец-то! – догнал ее грубый мужской голос у самой двери, – Я устал ждать!
Вынырнув из своих мыслей, девушка обернулась и с удивлением воззрилась на незнакомого мужчину.
– Вы мне? – спросила она, разглядывая незнакомца. Она готова была побиться об заклад – его она видела впервые.
– Тебе, тебе! – щербато заулыбался этот тип. – Ключи от машины отдала!
– Какие ключи?
– От машины! – рявкнул он.
– С какой стати?
Все происходящее уже казалось каким-то странным сном.
– А с такой, что это теперь моя машина!
Градус абсурдности ситуации стал стремительно зашкаливать.
– Не смешно! – Марина приложила к домофону ключ и начала открывать дверь.
– А я и не шучу, – сообщили ей, схватив при этом за плечо.
Смирнова обернулась и посмотрела на здоровенную ручищу, покрытую густыми рыжими волосками и синюшными наколками. В душе шевельнулся страх. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль: «Останется синяк», но внезапная боль в плече сразу вымела все размышления из головы.
– Мне больно! – возмутилась девушка, отчаянно вырываясь.
Но мужик и не думал отступать.
– Я сказал – отдай ключи! Или мне вызывать эвакуатор? – он хищно прищурился. – Имей в виду, оплачивать его вызов будешь сама! Я с удовольствием добавлю эту сумму к основному долгу!
– Да что происходит? Я сейчас полицию вызову!
– Вызывай! – милостиво разрешили ей, – Я им с удовольствием покажу вот это!
Свободной рукой мужчина достал из кармана бумагу и протянул прямо к лицу перепуганной Марины.
– Читай! – приказал он.
Марина протянула руку, но взять в пальцы бумагу ей не дали.
– Так читай! – неприятно ухмыльнулся тип. – Хитрая какая!
Девушка послушно всмотрелась в строчки. Она не сразу поняла, что там написано. Пришлось перечитать несколько раз, чтобы смысл дошел до ее разума.
Перед ней был договор купли-продажи ее автомобиля. Ее муж Виталий Сергеевич Смирнов продавал их машину Мазду некоему Дратюнюку Игнату Дмитриевичу за тысячу рублей.
– Убедилась? – заржал Дратюнюк, – Так что хватит выделываться и гони ключи! У меня время – деньги!
– Этого не может быть! – проговорила Марина внезапно пересохшими губами.
– Еще как может! – продолжал скалиться тип.
Лихорадочно соображая, что же делать в такой ситуации, Марина старалась сдержать так не к месту набежавшие слезы. Сейчас не время радовать этого подонка ее слабостью. Гордо выпрямила спину, посмотрела в маленькие поросячьи глазки и заявила:
– Я ничего никому не собираюсь отдавать! Это моя машина! Я плачу за нее кредит и отдавать ее каким-то мошенникам не намерена.
Взгляд мужика совсем потяжелел. Тип сплюнул сквозь щербину поломанного зуба на асфальт и процедил:
– Не хочешь по-хорошему? Будет по-плохому! – жесткие пальцы снова сжали плечо девушки, будто стальными тисками. Не отпуская свою жертву, Игнат второй рукой достал из штанин телефон. – Иди и успокой свою овцу, а то я за себя не ручаюсь! – гаркнул он в трубку. Посмотрел на Марину и победно улыбнулся.
– Марина, все в порядке? – из-за угла вышел дядя Юра и, увидев безобразную картину, решил вмешаться.
– Иди куда шел, дядя! – даже не оборачиваясь, ответил хам.
Дворник не впечатлился его ответом и вопросительно посмотрел на почти плачущую девушку. Та качнула головой и всхлипнула. В этот момент подъездная дверь распахнулась, явив троице разгневанного супруга Марины.
– В чем дело? – мрачно спросил он.
– Виталик, – пискнула девушка, – этот тип утверждает, что ты продал ему нашу машину за тысячу рублей!
– И?
– Это правда? – она не могла поверить, что такое вообще может быть.
– Прекрати меня позорить! – злобно прошипел любящий муж. – Дома поговорим! Отдай Игнату ключи и техпаспорт.
Марина чувствовала, как ее начинает колотить нервная дрожь. Вокруг уже начали собираться соседи и прохожие. Все с большим интересом наблюдали за происходящим, глаза лихорадочно блестели, но при этом никто даже не подумал вмешаться в разгорающийся конфликт.
– Не отдам! – заупрямилась Смирнова.
– Пошли домой! – приказал Виталий, хватая супругу за другую руку и дергая на себя. – Игнат, дай мне пять минут!
Игнат демонстративно посмотрел на часы, скорчил недовольную мину и соблаговолил кивнуть, засунув руки в карманы.
– Идиотка! – Виталий грубо потащил Марину в подъезд. Когда за ними захлопнулась дверь, он прижал супругу к грязной стене и зло зашипел, – Ты хочешь, чтобы меня грохнули здесь?
В глазах мужа пылала ярость.
– Что ты такое говоришь? – пролепетала испуганная девушка.
– Я должен ему целую кучу денег! Благодари бога, что согласился взять машину и подождать немного, а то уже заказывала бы поминки по мне!
Прижимаясь лопатками к облупившейся краске на стене своего подъезда, глядя в обезумевшие глаза собственного мужа, Марина гадала о том, что произошло такого, что ее жизнь стала стремительно меняться?
– Ты с ума сошел? – не выдержала девушка. – Откуда долги? У нас кредит на машину, между прочим! Отдадим ему машину, а банку будем все еще должны? Ну уж нет!
– Мариша, – внезапно сменил тон муж, – поверь мне, сумма, которую он мне за эту машину простит, гораздо больше стоимости нашей Мазды! Неужели в такой момент, когда твоему мужу грозит опасность, ты будешь думать о проблемах с банком? Я верну долг! Обещаю! Просто меня кинули на деньги, сделка не состоялась, а эти парни не умеют ждать. Зато очень хорошо умеют убивать…
Марина во все глаза смотрела на своего мужа, а в ее душе чернильным пятном расплывалось разочарование. И вот за этого человека она вышла замуж, от всей души надеясь, что на всю жизнь? Жить с ним в богатстве и в бедности, печали и радости…
Она достала ключи, безвольно разжала ладонь, позволяя им упасть на пол. На мужа она больше не смотрела, было противно видеть его лицо. В душе ничего не осталось. Пустота. Выжженная пустыня.
Марина развернулась и, не глядя на то, как Виталик падает на колени и хватает ключи, стала подниматься по лестнице.
Дома ее ждала разгневанная свекровь.
– Добрый вечер, Инга Максимовна, – поздоровалась девушка, разуваясь.
– Добрый вечер, – сдержанно ответили ей.
Все это время мать мужа следила за действиями невестки, скрестив руки на груди.
– Что ты там устроила? – не выдержала женщина.
– Что вы имеете в виду? – изо всех сил сдерживаясь, спросила Марина.
– Ты знаешь, о чем я! – взвизгнула свекровь. – Почему ты сразу не отдала ключи этому типу? Зачем подвергла жизнь Виталика опасности?
– То есть вы в курсе дел вашего сына? – прищурилась Смирнова. – Знали, что он влез в долги, и молчали?
Из свекрови будто разом выбили весь воздух. Она как-то сникла и опустила глаза.
– Он хотел помочь, – тихо пробормотала женщина, – хотел Машеньке на операцию собрать! Но ему не повезло… – Инга Максимовна всхлипнула.
В душе Марины не шевельнулось ни капли сочувствия.
– Что он натворил? – только и спросила она.
Свекровь покачала головой.
– Я не знаю. Но эти типы донимают нас уже целую неделю! Они угрожают…
– Что?
Марина просто не могла поверить ушам.
– Я сняла все сбережения с депозита, но этого оказалось мало, – затараторила любящая мамочка, – эти бандиты удвоили сумму! Негодяи!
– Подождите! – Марина вскинула руки вверх. – Какие сбережения вы сняли? У вас были деньги? Вы для этого ходили в банк?
Тетка вскинула голову и со злостью посмотрела невестке в глаза.
– Какое тебе дело до моих сбережений? Знаю я таких! Прикидываются бедными овечками, потом обдирают мужчин до нитки! Даже не мечтай!
Девушка смотрела на свою родственницу и не могла поверить, что вот так просто та могла отдать деньги каким-то бандитам, при этом не обронить ни слова о деньгах, когда речь шла о здоровье и жизни ее внучки.
– Я не хочу больше видеть вас в моем доме! – отчеканила Марина.
Инга Максимовна захлопнула рот. Медленно моргнула.
– Ты выгоняешь меня из дома моего сына? – хрипло спросила она.
– Это мой дом! – девушка говорила медленно, старалась держать себя в руках, но сталь звенела в ее голосе. – Я плачу за квартиру кредит, равно как и за машину тоже. Пусть ключи я отдала, но я эту ситуацию так не оставлю! Я напишу заявление в полицию. Пусть они разбираются, кто кому что должен! А вы… – она сделала паузу, – чтобы завтра вас здесь не было!
Инга Максимовна поджала губы.
– Раз меня выгоняют из дома моего сына, я не останусь тут ни дня! Потом не просите меня приезжать! Ноги моей не будет здесь! Машеньку только жалко. С такой матерью – неблагодарной дрянью, которая думает только о гульках и даже покормить не может собственного ребенка, недолго ей жить осталось!
Это уже был перебор. Сжав кулаки, Марина шагнула к женщине.
– Не смей так говорить о моей дочери! – зашипела девушка, глядя в лицо матери своего мужа.
– Помогите! – внезапно заголосила свекровь, – Убивают!
Это было настолько неожиданно, что Марина опешила. В этот момент распахнулась дверь. В квартиру ввалился невменяемый Виталик.
– Мама! – вскричал любящий сынок, кидаясь к женщине, отпихивая жену, – Что случилось?
Увидев благодарного зрителя, Инга Максимовна закатила глаза и начала оседать на пол. Подхватив дородное тело матери, Виталик, покраснев от натуги, крикнул:
– Чего ты стоишь? Видишь, маме плохо! Вызывай скорую!
Марина смотрела на разворачивающийся перед ней спектакль и понимала, что внутри пусто. Нет ни жалости, ни злости. Ничего. Она повернулась и пошла к дочери. В то, что ее свекровь при смерти, Смирнова не верила. Очередное представление, не более. А вот в то, что у этой скупой женщины были сбережения, девушка подозревала давно, но никаких доказательств у нее не было.
Повинуясь внезапному порыву, Марина решила проверить шкатулку, в которую складывала всю наличность. Там были не все заработанные ею деньги, основная часть хранилась на личном счете, но на текущие расходы она складывала в специально купленную для этого коробочку.
Как и ожидала Марина, шкатулка была пуста.
Стараясь дышать глубоко и размеренно, девушка села на пол, обхватила колени ладонями и опустила на них голову. В детстве она часто пряталась от собственных страхов вот в такой позе. Казалось – весь мир остался там, снаружи. Сквозь этот созданный кокон никто не пробьётся. Ничего не отвлекало от мыслей. Так было легче искать пути к решению.
Где-то там, в другой реальности, звенели чужие голоса. Это приехала скорая. Громче всех кричала «больная». Что-то бубнил супруг. Хлопали двери. Видимо собирали пациентку в больницу. Инга Максимовна настаивала на госпитализации, а сынок вызвался сопровождать мать. Через время все стихло. Марина осталась одна.
– Мамочка, что случилось? – голос Маши вырвал из пучины отчаяния и заставил очнуться.
Марина вскинула голову и посмотрела на девочку. Губы не слушались, но нужно было сказать хоть что-то.
– Иди сюда! – протянула руку и сжала детские пальчики.
Маша села рядом и доверчиво прижалась к ее плечу.
– Не плачь, – попросила малышка, заглядывая в глаза матери.
Марина с удивлением обнаружила, что и правда плачет. Давно уже она не позволяла себе такой слабости. Как-то навалилось все разом. Но сейчас, глядя в голубые глаза дочери, как никогда чувствовала решимость. Надо что-то делать. Пора менять весь этот кошмар, в который превратилась ее жизнь.
– Не буду, – улыбнулась девушка и погладила девочку по волосам, – все будет хорошо!
Сказала и сама не поверила. Сейчас было стойкое ощущение, что она подошла к краю пропасти. Головой понимала, что дальше идти нельзя, но сердце подсказывало – не нужно бояться перемен. Они могут быть к лучшему.
– Собирайся, поедем в гости к тете Свете, – скомандовала Марина.
У девочки загорелись глаза. Она обожала мамину подругу. Та была всегда приветлива и часто баловала Машу чудесными подарками. Правда, виделись подруги довольно редко. Тете Свете категорически не нравился Виталий. Она называла его трутнем и слышать ничего не хотела на тему того, что сейчас тяжелое время, и он работает на удаленке, пока их фирма не решит какие-то проблемы. Впрочем, муж Марины отвечал взаимностью и на дух не выносил лучшую подругу жены.
– Света, привет, – набрала Марина номер подруги, – можно приехать? Мне нужно у тебя на день Машку оставить. Я на выходных ее отвезу к маме в Калужскую область.
– Жду! – не стала задавать лишних вопросов Светлана.
Она прекрасно знала, что если Маринка звонит в такое время, случилось что-то серьезное. Нужно помочь сейчас. Поболтать всегда успеют.
Марина вызвала такси. Собрала детские вещи, себе все самое необходимое в поездку, документы и вышла из квартиры. Закрыла ее на замок, очень надеясь, что муж в суматохе не взял свою связку ключей. Они поговорят. Потом. Когда не будет рядом дочери, которой не нужен лишний стресс, и матери, которая всегда навязывает свое мнение. Проблему с деньгами, с долгами и вообще по сложившейся ситуации они должны решать только вдвоем. Для себя Марина решила – если не будет услышана, то пора прекращать всякие отношения.
Внизу их уже ждала машина.
– Куда едем? – безразлично спросил таксист.
Услышав адрес, кивнул, сообщил диспетчеру, что пассажиров забрал, и повторил адрес.
Машка задремала по дороге. Когда приехали, Марина заплатила за проезд. Водитель достал чемодан из багажника, помог выйти девушке и даже предложил донести вещи до квартиры. Он с умилением посмотрел на девочку.
– Моей дочке примерно столько же, – вдруг признался мужчина. – Она у меня самая младшая. Есть старший сын, но он уже школу заканчивает, а Ритка у нас маленькая принцесса.
Он донес чемодан до двери Светы. Поставил его. Еще раз улыбнулся, глядя на спящую девочку.
– Спасибо, – тихо поблагодарила Марина, ошеломленная внезапной заботой чужого человека.
– Не за что! Вот я немного помог вам, а может быть когда-то кто-то поможет моей жене и моему ребенку. Все в этой жизни возвращается!
Он попрощался и ушел. Марина все еще думала над сказанными словами.
Света открыла, как только Марина нажала на звонок.
– Ну наконец-то! – улыбнулась подруга, пропуская Марину в коридор. – Неси туда! – она махнула рукой в сторону спальни, пропуская гостью с дочкой на руках вперед.
Светлана жила одна. С мужем не сложилось, а своих детей у нее не было, поэтому всю свою материнскую нежность она отдавала Машке, которой приходилась крестной матерью.
– Рассказывай, – сказала она, когда девушки уложили девочку спать, а сами расположились на кухне за чашкой чая.
Марина рассказала. Все, как есть. Она знала, что несмотря на неприязнь Светланы к ее мужу, та не станет радостно кричать: «Я же тебе говорила!». Она просто молча выслушает и поможет. Обязательно поможет. Поэтому и делиться с ней своими проблемами было легко.
– Что теперь ты собираешься делать? – спросила она, когда Марина закончила свой рассказ.
Девушка пожала плечами.
– Завтра возьму отпуск на работе, отвезу Машу к родителям, а потом… – она глубоко вдохнула, задержала дыхание, закрыв глаза, – потом подам на развод.
Ну вот, она это сказала. Хотя сама себе не поверила. Хватит ли решимости?
– Молодец! – похвалила Света, – Сколько можно тащить на себе этих пиявок? Я завтра поговорю кое с кем, надо подумать, как вернуть машину. Кредит-то на тебе, пусть она и оформлена на Витальку, это совместно нажитое имущество! Он не может продать ее без твоего ведома! Завтра же повесить арест на машину и квартиру, чтобы этот гад ничего не мог сделать с ними. А еще заяви об угоне! Пусть этого урода на каждом посту тормозят, и он доказывает гаишникам, что купил ее. У них сейчас общая база, так что пробить на предмет розыска или ареста они могут на месте. То же самое нужно сделать с квартирой. Потому что твой благоверный вполне способен продать ваш долг перед банком этим бандитам. С арестом никто ничего с ней сделать не сможет.
Марина восхищенно смотрела на эту хрупкую брюнетку, с которой дружила с самого студенчества. Света закончила юридический, а Марина – экономический факультет, что не мешало им дружить и бегать на вечеринки. Марина после окончания университета начала работать по специальности, а Света стала дизайнером. Среди ее клиентов числились люди разного социального положения и достатка, но в основном были достаточно обеспеченные и известные личности.
– Свет, я иногда тебя боюсь! – пошутила Марина, с восхищением глядя на собеседницу. – Откуда в тебе столько всего?
– Профессионализм не пропьешь! – хихикнула брюнетка.
Проговорив далеко за полночь, девушки составили план действий и легли спать.
Утром Марина добиралась в офис общественным транспортом. Простояв в пробке больше часа, конечно опоздала на работу. Но на этом неприятности не закончились. В холле девушку встречала саркастическая улыбка ее невыносимого босса.
– Доброе утро, Марина Николаевна! – вежливо поздоровался Давыдов. Слишком вежливо, чтобы можно было поверить в его благодушие.
Смирнова застыла на месте.
«Вот только тебя мне сейчас не хватает!», – в сердцах подумала девушка и изобразила ответную улыбку.
– Доброе утро, – поздоровалась Марина.
– Опаздываем. – Не спросил, констатировал факт начальник.
Марина молчала. Она смотрела Александру Викторовичу в глаза и думала, как же ее все это достало. Ежедневные нервотрепки дома, вечная гонка в попытке заработать больше денег, постоянное нервное напряжение из-за здоровья дочери и вот такие придирки руководства на работе. Внезапно внутри закипела злость. Такая настоящая, поднимающаяся из глубин души ярость. Девушка вскинула подбородок, выпрямила плечи и твердо произнесла:
– Я не была в отпуске три года! Неужели я не могу опоздать на пару минут?
Давыдов слегка опешил.
– Я хочу уйти в отпуск, – не дала ему опомниться Марина. А что, чудесная идея! Можно будет решить все текущие проблемы. По крайней мере, попытаться это сделать. – Прямо сейчас!
Руководство долго сверлило Смирнову пристальным взглядом, затем хмыкнуло и ответило:
– Пишите заявление.
Этим ответом он поставил Марину в тупик. Девушка уже настроилась на то, что придется выдержать длительные препирания, приготовилась отстаивать свое право на отдых. А вместо этого… Так просто?
Пока она приходила в себя от его ответа, Давыдов развернулся и ушел. Марина в обморочном состоянии поплелась к себе в кабинет.
Коллеги с сочувствием посматривали на Смирнову и тихо перешептывались. Девушка не обращала внимания на это, погруженная в собственные мысли. Не верилось ей, что Давыдов просто так отпустит ее в отпуск. Варианта два – уйти в отпуск и за это время решить часть своих проблем, или уволиться и решать свои проблемы. Возможно, вообще уехать к родителям и там найти работу. Так и Маша будет под присмотром, и времени на работу станет больше.
Сделав глубокий вдох, она написала шапку к заявлению. Уходить не хотелось, но ей необходимо сейчас отдохнуть от этого всего, поэтому если не будет другого выхода, то придется менять свою жизнь. На другом листе бумаги Марина написала еще одну шапку для следующего заявления.
В приемной ее встретила Лилия Владимировна. Секретарша стучала ногтями по клавиатуре, при виде вошедшей девушки подняла голову и скривилась.
– Доброе утро, – поздоровалась Марина.
– Доброе! – глядя на Смирнову поверх очков строго проговорила женщина, всем своим видом демонстрируя, что вовсе оно и не доброе.
– Александр Викторович у себя?
– У него с утра много дел, – насупилась секретарша.
– Он сказал, что ждет от меня заявление, – сообщила ей Марина.
На лице Лилии Владимировны вспыхнул неподдельный интерес. Она нажала кнопку на селекторе и медовым голосом произнесла:
– Александр Викторович, пришла Смирнова с заявлением.
– Пусть заходит, – ответил ей голосом шефа селектор.
После принятого решения о возможном уходе, заходить в кабинет босса было не так страшно. Марина открыла тяжелую дверь и шагнула в наполненное ароматом кофе помещение.
– Марина Николаевна, присаживайтесь, – взгляд темных глаз был совершенно непроницаемым.
Смирнова послушно опустилась на стул. Протянула первое заявление. Давыдов взял его, продолжая смотреть на свою подчиненную. Это нервировало даже больше, чем его утренняя нотация. Наконец, он перестал гипнотизировать девушку и уделил внимание заявлению. Несколько бесконечно долгих мгновений, заполошенных ударов сердца, и темный взгляд снова прожег Марину.
Начальник молчал. Девушка нервничала и кусала губы в ожидании его решения.
– Вы хотите в отпуск? – наконец отмер шеф.
– Хочу! – кивнула девушка.
– Насколько мне известно, по графику отпуск вам положен через два месяца, – сказал он.
Надо же, подготовился!
– Совершенно верно! – кивнула Смирнова, – Как и каждый год до этого, но я не была в отпуске, даже компенсацию не получала.
– Но вы хотите уйти завтра. Как я могу оставить фирму без хорошего бухгалтера?
Марина поняла – не отпустит. Найдет причину и не отпустит.
– Тогда возьмите вот это заявление, – не моргнув глазом протянула она ему листок.
Давыдов прочитал. Хмыкнул, выгнул бровь. Снова окинул подчиненную внимательным взглядом.
– Вы уверены? – вкрадчиво спросил он.
Марина не была уверена. Уже. Под взглядом почти черных глаз хотелось спрятаться как можно дальше.
– Уверена! – вздернула подбородок девушка, сжав руки под столом на коленях.
– У вас неприятности? – огорошил вопросом Александр Викторович.
Смирнова вздрогнула, совершенно не ожидая ничего подобного.
– С чего вы взяли? – напряглась девушка.
Мужчина поднялся из-за стола, приблизился и остановился рядом со стулом, на котором сидела Марина. Окунулась в аромат дорого парфюма, кожей ощущая его присутствие. Опустила голову и старалась смотреть прямо перед собой. В поле зрения попадали руки с длинными пальцами, которые Давыдов сложил в замок, край белоснежного манжета, выглядывающего из рукава пиджака, и золотые часы на запястье.
– Причиной вашего заявления является виновник этого? – от его хрипловатых ноток в голосе по спине побежали мурашки.
Марина никак не могла ожидать, что ее босс внезапно протянет руку и поднимет ее голову за подбородок. Прикосновение обожгло кожу, посылая электрические импульсы по всему телу.
– Что? – еле выдавила из себя слово перепуганная девушка.
Она посмотрела на своего шефа, который склонился над ней, но при этом не смотрел в глаза. Его взгляд блуждал где-то ниже.
– Я спрашиваю, – медленно произнес мужчина, совершенно не обращая внимания на то, что происходит с его бухгалтером, – кто оставил на вашей шее эти синяки?
Прикосновение к шее порхнуло крылышками бабочки. Смирнова непроизвольно вскинула руку и прикрыла горло, освобождаясь от чужих пальцев.
– Мне кажется, это немного не ваше дело! – напряженно произнесла девушка, слегка отстраняясь от Давыдова, запоздало понимая, что со всеми своими проблемами совершенно забыла замаскировать синяки от посторонних глаз.
– Возможно, – криво улыбнулся босс, но руку убирать не спешил, – подобные отметины могут появиться либо в результате насилия, либо от… хм… засосов. Что-то мне подсказывает, что это не засосы. Не похожи вы на женщину, ведущую подобный образ жизни и позволяющую с собой так обращаться. Поэтому я склонен полагать, что у вас что-то произошло. От хорошей жизни на шее девушки синяки не образуются!
Затаив дыхание, Марина во все глаза смотрела на своего не в меру проницательного начальника.
– Марина, я хочу помочь! – нетерпеливо вторгся в размышления Смирновой голос Давыдова.
Девушка вздрогнула от звука собственного имени. Как-то слишком уж интимно оно прозвучало от руководства.
– Я разберусь со всем сама, – проговорила она, когда дар речи вернулся, – именно для этого мне нужен отпуск!
– В фитнес-центре тоже будете просить отпуск? – снова ошеломил босс своим вопросом.
Марина покраснела до корней волос.
– Я так и знал, что это были вы! – довольно ухмыльнулся Александр Викторович.
– Это преступление? – тут же ощетинилась Смирнова.
Мужчина покачал головой, наконец-то отошел от своей подчиненной и сел на свое место, сделав вид, что вовсе не услышал облегченного вздоха.
– Конечно, нет, – удивил ее начальник, – даже похвально, хоть мне и непонятны ваши мотивы.
Марина враждебно смотрела на своего босса. Куда ему понимать ее мотивы? У него же на лбу написано, что он понятия не имеет, что такое нужда в деньгах. Каково это, когда считаешь каждую копейку, как собираешь по рублю в копилку и молишься каждый день, чтобы он не стал для дочери последним.
– Мне нужны деньги, – нехотя призналась Смирнова, отводя взгляд, – и время.
Давыдов покивал своим мыслям.
– Я могу выписать вам премию, – сказал он.
– Не буду отказываться, – не стала кокетничать девушка.
– Но это вам не очень поможет? – угадал ее настроение начальник.
Марина согласно кивнула.
– Думаю, получив отпускные и имея достаточно свободного времени, я смогу решить часть вопросов, которые требуют моего внимания, – как можно точнее постаралась донести до руководства свои мотивы. Помолчала, а потом добавила, – Увольнение тоже подойдет.
В кабинете повисла тишина. Каждый думал о своем.
– Вы понимаете, что то, чего вы хотите, – снова заговорил Давыдов, – станет лишь временным решением текущих трудностей?
Она понимала, еще как! Но выхода другого не видела.
– Мне нужно отвезти дочь к моим родителям, – сама не зная почему, призналась девушка. – Она больна, я коплю деньги на операцию. Маше нужен уход. У мужа неприятности, за долги отобрали машину. – Она сделала глубокий вдох и продолжила, – Я хочу попытаться вернуть ее. Если не получится, то долг перед банком придется все равно гасить мне.
По мере того, как она говорила, голос дрожал все сильнее, но откуда-то взялось нестерпимое желание донести до шефа жизненно важную необходимость отпустить ее сейчас. Сама не заметила, как рассказала ему все. Когда опомнилась, было уже поздно. Давыдов смотрел на нее с интересом и молчал. Когда Марина уже подумала, что ничего от него не добьется, он заговорил:
– Я хочу предложить вам работу, за которую вы получите солидную сумму. Думаю, ее хватит сполна, чтобы собрать нужную сумму на операцию вашей дочери.
Сначала Марина решила, что ослышалась, но взгляд начальника был полон решимости.
– Что мне нужно будет сделать? – насторожилась девушка.
– Ничего неприличного или преступного, – улыбнулся Давыдов. – Кроме того, вы уйдете в отпуск, получите все полагающиеся вам выплаты. Я помогу решить часть вопросов, в которых, уверен, буду более компетентен, чем вы. Попрошу своих юристов разобраться в ситуации с машиной.
Это было слишком заманчиво для того, чтобы быть правдой. Так в чем подвох?
– В обмен на это вы поможете мне, – ну, вот они и подошли к самому главному.
– В чем именно?
Марина чувствовала, что после его ответа ее жизнь изменится и совершенно неясно в лучшую или худшую сторону.
– Вы должны притвориться моей женой.
Марина опешила от такого предложения.
– Зачем? – первое, что пришло ей на ум.
– Затем, чтобы меня на самом деле не заставили жениться, – усмехнулся ее начальник.
Это ничего не объясняло. Совсем.
– Вы не хотите жениться?
Александр Викторович тяжело вздохнул и ответил:
– Хочу. Когда-нибудь потом. Моя мама – человек старой закалки. Ее взгляды на жизнь весьма консервативны. Она скоро приезжает из Лондона и полна решимости женить меня во что бы то ни стало. Говорит, что давно уже пора подарить ей внуков. Я к такому, мягко говоря, не готов. Мама даже и невесту мне присмотрела – дочь своей подруги. Предполагаемая невеста устраивает мою родительницу по всем вопросам.
– А вас – нет?
Легкая улыбка скользнула по его губам.
– Не знаю, – пожал он плечами, – мы даже не знакомы. Я не видел ее ни разу. Да, честно говоря, у меня нет и малейшего желания начинать это общение. Но и отказать матери я не могу. Она уже давно не молода и тяжело болеет. Мы долго не виделись. Она все время в больницах за рубежом. Мне не хочется ее огорчать, но и терять свободу я тоже не собираюсь. Вот и сказал ей, что женился совсем недавно. Чтобы она не настаивала на знакомстве с ее «невестой». Сказал, что это был внезапный порыв, что я сделал свой выбор и теперь безумно счастлив. Теперь она мечтает о знакомстве с моей женой. Которой у меня нет…
Ну и ситуация!
Марина с сомнением посмотрела на своего босса. Как-то не верилось, что у него нет кого-то, кто с радостью бы сыграл эту, безусловно, важную роль.
– Но почему я? – решилась она спросить.
– Вы полностью соответствуете идеалу моей мамы, – уклончиво ответил Давыдов, – для меня важно то, что вы замужем, а значит, не будете на самом деле претендовать на роль моей жены.
Это прозвучало немного цинично, но достаточно убедительно.
– Дело в том, что все мои…хм… знакомые, – он споткнулся на этом слове, – совершенно точно не понравятся маме. К тому же никто из них не откажется от возможности на самом деле стать моей законной супругой. Они капризны, избалованы, чаще всего думают только о деньгах.
– Вы тоже предложили мне за это деньги, – напомнила ему Марина.
– Предложил работу, – мягко поправил мужчина, – вы идеально подойдете на эту роль. Вы поможете мне, я помогу вам. Кроме того, вы не лишитесь работы, при этом сможете решить некоторые ваши проблемы. Разумеется, об этом разговоре никто не должен знать. Для всех вы уйдете в отпуск, а дома скажете, что уезжаете в командировку.
– Нужно будет куда-то уехать?
– На несколько дней, не более, – кивнул Давыдов, – максимум на неделю. У моей мамы намечается юбилей, она очень просила, чтобы я был с женой.
Видя, что Марина колеблется, Александр слегка наклонился вперед и добавил:
– Марина, вы очень красивая девушка, если я и хотел бы иметь жену, то был бы рад, если она была бы похожей на вас. Вы умны, трудолюбивы, вы сильная женщина, но при этом вы пробуждаете желание вас оберегать. Но самое главное – моя мама не захочет вас заменить кем-то другим. Приведи я ей модель, моя родительница сделает все ради того, чтобы избавить меня от «продажной девки».
Выдав все это, Александр выжидающе уставился на свою подчиненную.
– А если я откажусь? – тихо спросила Марина.
– Тогда мне будет очень жаль потерять столь ценного сотрудника, – холодно улыбнулся начальник.
Только сейчас Смирнова поняла, что сама себя загнала в ловушку, написав два заявления. Оба листа бумаги лежали перед боссом на столе. В конце концов, что она теряет? Уйти можно всегда. Только…
– Какие будут условия сделки?
– Если вы соглашаетесь, я подписываю ваше заявление на отпуск, – ответил Александр Викторович, чувствуя, что Марина почти согласна, – вы получаете положенные вам выплаты, отвозите ребенка к родным, и через три дня мы с вами встречаемся, чтобы вместе отправиться к моей маме. Делаете вид, что мы женаты. Обещаю, что никаких поползновений на ваше тело и честь с моей стороны не будет, но жить нам с вами предстоит в одной комнате. После окончания пребывания в ее доме возвращаемся в Москву. У вас останется еще куча времени для того, чтобы сделать операцию вашей дочери. Клинику я могу подобрать уже сейчас.
Это были решающие слова, после которых отпали последние сомнения.
– Я согласна, – не веря в то, что говорит это, произнесла Марина, твердо глядя в глаза своему «мужу».
Она выдержала его пристальный взгляд. Давыдов хмыкнул и оставил размашистую подпись на первом заявлении. Второй лист бумаги взял, демонстративно порвал его и выбросил в урну. Нажал кнопку на селекторе.
– Лиличка, подготовьте, пожалуйста, приказ на отпуск Смирновой. Уточните у отдела кадров, сколько именно дней ей положено.
Лиличка на том конце провода как-то невразумительно квакнула.
– Но, Александр Викторович… – начала секретарь.
– Я жду! – слегка повысил голос босс и отключился.
Марина смотрела на него широко раскрытыми глазами и отчетливо понимала – ей конец! Сейчас Лиличка активно начнет ее со свету сживать. Она затравленно посмотрела на ничего не подозревающего начальника. Тот протянул ей еще один лист бумаги и ручку.
– Напишите марку и номер машины, – велел он, – я подключу своих юристов.
Смирнова взяла предложенное, быстро написала все что нужно, даже данные нового владельца автомобиля указала, на всякий случай. Вернула бумагу и снова посмотрела на мужчину.
– Ну все, – Александр пробежал глазами по неровным строчкам, – можете быть свободной. Через три дня встречаемся в аэропорту. Или за вами заехать?
Он выжидающе уставился на свою подчиненную.
– Не стоит! – поспешно ответила девушка, вызвав довольную ухмылку.
– Я так и думал! – хитро посмотрел на нее босс, – Не будем шокировать ваших близких! Значит, я вам пришлю номер рейса и время отправления. Как только будут новости по клинике, я тоже дам вам знать. Перед отлетом вы сможете поговорить с врачом и назначить дату операции.
Марина встала, все еще не веря в то, что только что произошло. Сейчас перед ней был тот самый Давыдов, что обычно нагонял на девушку страх. А ведь всего пару минут назад он говорил с ней совершенно другим тоном, казался другим человеком. Очень надеясь на то, что не пожалеет о принятом решении, Смирнова попрощалась и вышла из кабинета.
– Мариша, – встретил ее радостный голос Лилии Владимировны, – ты в отпуск идешь? С какого числа?
От звука собственного имени девушка дернулась. Никак она не ожидала подобной перемены от вредной тетки.
– С завтрашнего, – ответила Смирнова.
– Так быстро? – округлила глаза секретарша, – Надо же, как повезло! Вот вчера Любовь Георгиевна приходила, тоже просила отпуск, так Александр Викторович не отпустил. Сказал, что сейчас не может оставить фирму без главбуха. А тебе, значит, сразу отпуск предоставил. Наверное, без тебя фирма не рухнет.
– Очень надеюсь на это, – сухо ответила Марина.
Лилия Владимировна недобро хмыкнула и добавила:
– Видимо обещал уже отпуск тебе, вот и не отпустил Георгиевну. Ясно все, кто моложе и красивее, тот и имеет влияние на начальника. Да, Мариша?
Непонятно отчего, но девушка покраснела.
– Это тут причем? – опешила она.
– А разве нет? – невинно выгнула брови секретарь.
– Я не планировала отпуск до сегодняшнего утра! – отчеканила Смирнова, – Александр Викторович не мог вчера отказать Любовь Георгиевне из-за меня!
– Ну да, ну да, – закивала Лилия Владимировна, изображая, что поверила, хотя у нее на лбу было написано: «Я тебя насквозь вижу!».
Дальше Марина не посчитала нужным продолжать этот бессмысленный разговор. Впереди у нее много дел. Надо воспользоваться тем, что ее отпустили, и уже сегодня начать сборы.
Она вышла из приемной. Впереди был очень тяжелый и важный разговор с мужем. Им о многом стоит поговорить до отъезда.
Вернувшись в свой кабинет, Смирнова начала собирать вещи. Коллеги наблюдали за ее действиями в полном молчании.
– Уволил? – тихо спросила Любовь Георгиевна.
Качнув головой, девушка непроизвольно шмыгнула носом.
– Я ухожу в отпуск, – призналась она.
Коллеги обменялись недоуменными взглядами. Атмосфера в кабинете мгновенно изменилась.
– Вот как? – холодно спросила главбух, – А меня не отпустил.
Смирнова передернула плечами.
– Вы были в отпуске в прошлом году. Два раза. – Ответила она, заслужив злой взгляд от женщины.
Больше ее ни о чем не спрашивали. На самом деле прошлый директор считал, что Марина может сходить в отпуск потом. Когда-нибудь. А вот пожилой женщине нужно поддерживать свое драгоценное здоровье. Поэтому Любовь Георгиевна нередко ходила на больничные, в отпуск уходила по расписанию, часто отдыхала в санаториях по путевке от профсоюза. Зато во время ее отсутствия все обязанности главного бухгалтера возлагались на Смирнову. Девушка никогда не брала больничные, предпочитая «умирать» на работе. Ведь за время больничного оплата труда гораздо меньше, о чем ей не забывали все напоминать: начиная со свекрови, заканчивая коллегами.
Покидала кабинет Марина в полной тишине. Ох, кажется, ждет ее «теплый прием» по возвращению из отпуска. Но это все будет потом. Кто знает, что будет дальше, после окончания сделки с Давыдовым? Скорей всего придется уйти из этой фирмы и начать все сначала. Зато тогда уже будет сделана операция Маше и все будет по-другому. Она верила в это. Должна верить…
Вызванное такси уже ждало на парковке. Назвав адрес, Марина положила коробку с вещами в салон автомобиля и сама устроилась рядом.
Возле дома ее встретил дворник. Он помог девушке вытащить вещи.
– Все в порядке? – спросил бывший военный, когда такси скрылось за углом дома, а Марина направилась к подъезду.
– Да, спасибо, – пряча глаза, ответила девушка.
– Я видел вчера, – хмыкнул мужчина.
На это ей нечего было ответить.
– И концерт твоей свекрови тоже видел, – не унимался дворник. – Бежать тебе надо от них, девочка! Они из тебя все соки выпьют!
– Куда бежать, дядь Юр? – устало спросила Марина, доставая ключи из сумочки. – Квартира в ипотеке, куплена в браке. Разводиться и делить ее? Ипотека на мне, как и кредит на машину…
– А твой бездельник отдал ее за долги, – закончил за нее мужчина. Его взгляд сделался суровым. – Знаю я таких. Он где-то работает?
– Работает, – неопределенно ответила Смирнова, – он программист в довольно крупной кампании. Сейчас работает над созданием одной программы, как закончит, получит деньги.
– Ты в это веришь? – с жалостью спросил дядя Юра. – Понимаю, что лезу не в свое дело, но я же вижу, как ты бегаешь от одной работы к другой, а он только за пивом выходит в последнее время, и то чаще мать посылает, да с дружками общается. Вчера как приехал тот хмырь на Гелике, так я сразу понял – все плохо. Попал твой Виталька в переделку. А уж когда увидел, как тот урод к тебе прицепился…
– Дядь Юр, – перебила его Марина, – спасибо вам за заботу! Правда, я очень вам за это благодарна! Но я сама разберусь со всем этим.
Она забрала у него коробку и шагнула в прохладу подъезда. Возле своей двери остановилась. После вчерашнего было немного боязно заходить внутрь. Открыла ключом замок и вошла в коридор. Поставила на тумбочку свою коробку и начала разуваться. В квартире было тихо и темно. На кухне бардак, следы попойки. Грязные тарелки, пустые бутылки. Запах в помещении стоял соответствующий.
Из супружеской спальни слышался раскатистый храп. А вот свекрови не было дома. Тем лучше. Девушка зашла в комнату дочери, собрала ее вещи, учебники, любимые игрушки, краски и холсты. Не хотелось бы, чтобы девочка лишилась удовольствия рисовать на то время, пока она будет у бабушки.
– Явилась, дрянь? – голос мужа заставил вздрогнуть.
Марина медленно повернулась и посмотрела на мужчину. Сейчас, с опухшим лицом, в грязной вытянутой майке и щетиной на щеках, он мало походил на того человека, за которого выходила замуж. Он зло смотрел на нее покрасневшими глазами и слегка покачивался.
– А я вижу, ты и без меня неплохо время провел, – сухо ответила Марина, складывая вещи в сумку.
– Ты довела мою мать до больницы! – рявкнул любящий супруг.
Девушка с сомнением посмотрела на супруга.
– О здоровье твоей матери можно легенды слагать! Не нужно меня попрекать ее приступами! Это ты влез в долги и отдал нашу машину этим бандитам! А виновата я? Ну нет, милый, я не собираюсь сидеть сложа руки и смотреть, как ты гробишь нашу жизнь!
Губы мужа искривила горькая усмешка.
– Правильная такая, да? – протянул он, шагая к ней навстречу, – Считаешь меня неудачником?
Она вернула ему сердитый взгляд.
– Я никогда в жизни тебе этого не говорила! Всегда тебя поддерживала. Даже тогда, когда ты не работал. Решила, что мы справимся, что я смогу заработать сама. Копила деньги и на операцию нашей дочери, и ипотеку платила, кредит на машину… а ты? Что делал ты все это время? Пару раз получил зарплату за программу, а потом что случилось?
– Ты ведь знаешь, что я не могу просто так сесть и написать эту чертову прогу! – повысил голос муж, – Мне нужно время, чтобы настроиться! Вдохновение, в конце концов! Это тебе не тряпкой махать и не отчеты составлять на всем готовом!
– Если так долго нужно ждать вдохновения, может быть, стоит заняться чем-то другим? – ехидно заметила Марина.
На секунду ей показалось, что он ее сейчас ударит. Столько ненависти было в его глазах.
– Как минимум не влезать в долги! – закончила свою мысль девушка и с вызовом посмотрела мужу в глаза.
– Куда ты собираешься? – отмер Виталий.
– Мне нужно уехать в командировку, – Марина продолжила утрамбовывать вещи дочери.
– А Маша где? – не унимался супруг.
Вскинула голову и снова посмотрела на мужа.
– Вспомнил о Маше? – горько спросила она. – Что ты не переживал за нее, когда отдал нашу машину тем уродам и спустил непонятно куда накопленные на операцию деньги?
– Я всегда переживаю за нашу дочь! – крикнул Виталий, сжимая кулаки.
– Да? – выгнула бровь девушка, – Тогда скажи мне, на что ты потратил деньги?
– Я купил танк, – немного подумав, ответил мужчина.
Сначала Марина решила, что ослышалась.
– Танк? За сто тысяч? Ты в своем уме? Зачем? Он ведь даже не настоящий! Танк для компьютерной игры!
– Не ори! – поморщился муж, – Не за сто тысяч.
Марина выдохнула. Значит, не все так плохо.
– За пятьсот, – разбил все ее надежды Виталий.
– Что? – она выронила сумку из ослабевших пальцев.
– Я мог продать его за миллион! – снова повысил голос супруг.
Его зрачки сузились в почти невидимую точку. Девушка поняла, что он совершенно не в себе.
– Где он, этот миллион? Где, я тебя спрашиваю? – теперь уже девушка потеряла самообладание.
– Это ты все испортила!
– Очень удобно! Перекладывать ответственность на меня! – Марина подняла сумку и поспешила выйти из комнаты. Остановилась напротив мужа, вдохнула запах перегара и поморщилась. – Имей в виду, я ситуацию с машиной просто так не оставлю! Я верну ее! А ты… тебя я больше видеть не хочу! Я хочу развестись!
В следующий момент Виталий развернулся к супруге, схватил ее за горло и прошипел:
– Даже не мечтай!
Жесткие пальцы впились в нежную кожу на шее.
– Отпусти! – прохрипела Марина, схватившись за руку мужа.
– Кинуть меня удумала, дрянь? – прорычал взбешенный мужик. – Не на того напала!
Дышать становилось все труднее. Он ведь ее сейчас на самом деле придушит, и никто не поможет. Девушка стала извиваться всем телом, задела рукой комод, на котором стояла большая ваза. С грохотом та полетела на пол, осыпая его осколками. Это немного отвлекло Виталия, Марина со всей силы пнула его в живот. От неожиданности супруг разжал пальцы и согнулся пополам. Не теряя ни секунды, Марина подхватила сумку и рванула к выходу.
– Ссссукаааа! – понеслось ей вслед.
Не помня себя от страха, она схватила туфли и дернула ручку двери, но открыть не успела.
– Стой, я сказал! – дернул ее за руку на себя муж.
Девушка по инерции схватилась за вещи, висевшие на вешалке. Не выдержав такого натиска, вешалка рухнула на пол, по дороге зацепив зеркало с полочкой для ключей. Брызги серебристого стекла полетели по всему коридору, щедро осыпая супругов, яростно сражающихся в проеме двери. Один из осколков больно ужалил руку девушки. Красными каплями кровь застучала по паркету. Казалось, запах крови разбудил в мужчине какие-то звериные инстинкты. Лицо исказилось яростью. Неизвестно, чем бы все это закончилось бы, но в этот момент распахнулась входная дверь, и бывший полковник ввалился в квартиру. Он вихрем вклинился между мужем и женой, загораживая собой Марину. Одно движение, и внушительный кулак врезался в челюсть Виталия.
– Ты в порядке? – повернулся дворник к бледной девушке.
Та только кивнула, зажимая порез на руке. Сквозь пальцы на пол капала кровь. Получивший по лицу Виталий отлетел к стене, схватившись за скулу. Все еще не протрезвевшему мужу много не нужно было. Он оценил соперника, понимая, что возможно сильнее бывшего военного, но только у того удар был как от кувалды, даром что пенсионер.
– Ах ты падла! – с ненавистью вытаращился на обидчика Виталий.
Однако не спешил наносить ему ответные удары. Боль в челюсти слегка отрезвила его. Он переводил взгляд с жены на дворника.
– Рот закрой! – велел ему дядя Юра, – Еще хоть пальцем ее тронешь, по судам затаскаю! Мразь!
Он взял в руки сумку, которую Марина выронила в пылу драки, обнял девушку за плечи, помогая той обуться. За всем этим мрачно наблюдал муж.
– Марина! – крикнул он, когда дядя Юра вывел его жену на лестничную площадку, – Я не дам тебе развод! Поняла? Ты еще на коленях приползешь!
– Да пошел ты! – от души пожелал ему бывший военный.
Только выйдя на улицу, Марина поняла, какой стресс только что пережила. На нее накатила запоздалая истерика. Поняв, что ей совсем нехорошо, дядя Юра остановился, обнял плачущую девушку и погладил ее по голове.
– Не плачь, девочка! Никто тебя больше не обидит!
Мимо проходила соседка с первого этажа, подозрительно покосилась на парочку.
– Идем, тебе надо перевязать руку и остановить кровь, – сказал мужчина и повел девушку к себе.
– Спасибо вам! – поблагодарила Марина, когда ей обработали порез и забинтовали руку.
– Не стоит благодарностей, – улыбнулся дядя Юра, – я заподозрил, что добром это не кончится, вот и поднялся за тобой наверх. Когда услышал ругань и грохот, понял, что пора тебя спасать.
Ее до сих пор колотило от пережитого. Девушка тряхнула головой, прогоняя нехорошие мысли.
– Заявление в полицию писать будешь? – спросил ее хозяин маленькой, но такой уютной квартирки.
– Нет, – покачала она головой, – ни к чему хорошему это не приведет. А вот на развод подам. Потом, как вернусь из командировки.
Мысли метнулись к ее начальнику. Что она ему скажет? Как теперь предстанет перед его мамой с новыми синяками на шее и порезом на руке. Нужно срочно что-то делать.
– У вас есть что-нибудь холодное? – перевела она тему.
Мужчина только головой покачал. Встал, открыл морозильник и достал оттуда пакет с пельменями.
– Держи, только вот, в полотенце замотай, а то еще простудишься, – он передал ей пакет, полотенце и включил чайник на плите.
Проговорив с дядей Юрой еще около часа и немного успокоившись, Марина уехала к подруге.
– Мать моя! – всплеснула руками Света, – Ты где была?
Бросив на свое отражение в зеркале хмурый взгляд, Марина поморщилась. Тушь размазана вокруг глаз, волосы растрепаны и да, новые синяки на шее.
– Заезжала домой, – нехотя призналась она, – поговорила с Виталиком.
Света зло сверкнула глазами.
– Вот урод! – в сердцах выплюнула девушка, – Я бы его по судам затаскала за это!
Она бережно дотронулась до багровых пятен на шее Смирновой.
– Идем, я тебе мазь дам от ушибов.
– Мамочка! – радостно выбежала девочка.
– Привет, малыш! – на лице Марины расцвела счастливая улыбка.
Дочь прижалась к матери, а потом принялась рассказывать, как провела этот день.
– Представляешь, мы голубей кормили! – сине-зеленые глаза Маши сверкали неподдельным счастьем, – Один даже мне на руку сел! Он был такой красивый!
– Да ты что? – удивилась Марина, радуясь легкому румянцу на щеках и блеску глаз ребенка.
Они прошли на кухню. Света, посмеиваясь над торопливым рассказом девочки, достала аптечку и принялась искать обещанную мазь. Марина села за стол и, улыбаясь, слушала Машу.
– А потом мы ели мороженое!
– Ну тебе просто повезло! – засмеялась ее мама, – Меня никто мороженым не угощал.
– Давай я тебя угощу! – просияла отзывчивая малышка, – Тетя Света много купила! Мы принесли домой.
– Тетя Света слишком тебя балует! – Марина выгнула бровь и многозначительно посмотрела на подругу.
Светлана приблизилась и начала наносить на багровые пятна на шее Смирновой тонкий слой мази.
– Да перестань! – отмахнулась она, – Это всего лишь мороженое! Мы чудесно провели время! Правда, Марусь?
Маша напустила на себя самый важный вид и кивнула.
– Вы большие молодцы! – похвалила их Марина. – Завтра поедем к бабушке в гости.
Девочка подпрыгнула на месте.
– Ура! Я так соскучилась!
– Беги, посмотри мультики, – погладила ее по голове Марина.
Девочка упорхнула в комнату, оставив подруг наедине.
– Вижу, ничем хорошим ваша встреча не закончилась, – проговорила Света, когда из комнаты послышалась песенка из «Фиксиков».
Марина не стала спорить.
– Представляешь, он купил танк! – пожаловалась она.
– Танк?
– Ну да. Он играет в онлайн-игру. Там крутятся сумасшедшие деньги. Они продают свои аккаунты по несколько сотен тысяч рублей. Вот и танки тоже.
– Боже, как скучно я живу! – невесело усмехнулась Света. – И сколько же он заплатил за виртуальный танк, если не секрет?
– Полмиллиона, – Смирнова закрыла лицо ладонями.
– Приду-уро-ок! Где он взял столько денег?
На этот вопрос у Марины не было ответа, она лишь могла предположить:
– Заложил машину, мамочка его отдала все свои сбережения, ну и занял у кого-то. Скорей всего у такого же ненормального, как сам. Хотя, я уверена, его просто развели на деньги. Эти «танкоманы» словно секта! Вот и Виталик втянулся в эту игру теперь, как фанатик.
– Да больной твой Виталик, – выдала подруга свой старый диагноз для супруга Смирновой, – бежать от него надо!
– Да я ему и сказала, что хочу развод, а он…
Внезапные слезы заволокли глаза. Девушка всхлипнула. Света обняла ее за плечи, чтобы предотвратить это мокрое дело.
– Ничего, съездишь к родителям с Машкой, отдохнешь! Там все наладится! С работы тебя отпустили хоть?
Неожиданно даже для самой себя Марина покраснела.
– Так, – тут же встала в стойку Светка, – что опять натворила? Немедленно рассказывай!
Марина рассказала о сделке, которую заключила с Давыдовым. Подруга была в шоке.
– Ну, знаешь, – только и сказала она, когда девушка закончила свой рассказ, – от тебя я такого не ожидала! В тихом омуте, да?
– Я сама от себя такого не ожидала, – призналась Марина, – да и от него тоже, если честно! Но он обещал мне вернуть машину и помочь с операцией для Маши. К тому же отпуск дал…
Света задвигала бровями вверх-вниз.
– Какой шалун! – от ее слов щеки Марины снова порозовели, – А что этот твой Александр Викторович? Молод? Хорош собой?
– Света! – вскричала Смирнова, выдавая себя с головой, – Он мой начальник!
– Начальники тоже разные бывают, – многозначительно заметила вредная подруга, – ну так как?
– Молод и хорош собой, – признала Марина.
– Слушай! Ну какой мужчина! Ты бы присмотрелась! И машину вернет, и заплатит за операцию.
– Свет, не неси ерунды! – одернула ее Марина, – Он обратился ко мне только потому, что я замужем и не буду претендовать на его свободу! Я просто на него работаю! Тема закрыта!
– Ага! – кивнула Светка, озорно сверкая глазами.
На следующее утро Марина вместе с Машей уехали к родителям в небольшой городок под Калугой. Она давно не видела близких и страшно соскучилась. Родители жили в своем доме на краю поселка. У мамы Марины, Зины Олеговны, был крошечный огородик и небольшой фруктовый сад. Сейчас, в конце весны, сад цвел буйным цветом. Девушка с наслаждением вдыхала пьянящий аромат яблонь и пила чай в беседке. Наблюдала за тем, как пчела деловито перелетает от цветка к цветку и думала о предстоящей поездке.
Сейчас в родительском доме она чувствовала себя почти счастливой. Маша играла с щенком, что недавно приблудился ко двору. Рыжий, лохматый и крайне дружелюбный, он не отходил от девочки и все норовил ее лизнуть. Маша смешно морщила нос, когда песику удавалось подпрыгнуть особенно высоко и достать до лица малышки.
– Барсик, сидеть! – смеясь, отпихивала она игривое животное.
– Барсик? – озадаченно переспросила мать.
– Я его так назвала, – гордо вскинула нос Маша, – мам, а можно он у нас останется? Давай его заберем потом с собой! Обещаю, я буду с ним гулять.
– Мань, – неопределенно пожала плечами Марина, – давай потом об этом подумаем! Ты пока гостишь у бабушки с дедушкой. Если они разрешат, пусть остается, но пойми, зайчонок, ему будет здесь гораздо лучше, чем в квартире в Москве!
Маша запрыгала на одной ноге по кругу, собакен последовал примеру своей маленькой хозяйки – тоже принялся подпрыгивать и задорно лаять.
– Маш, а почему Барсик? Имя какое-то кошачье! – засмеялась Смирнова.
– И ничего не кошачье! – обиделась за любимца девочка, – Он похож на барсука! Смотри!
В подтверждение ее слов песик смешно протопал короткими лапами по дорожке, потешно виляя коротким хвостиком. Может быть в силу того, что хвост был слишком коротким, а вилять им хотелось до невозможности, поэтому к процессу подключился мохнатый зад Барсика.
Девушка только рассмеялась и не стала объяснять дочери, что Барсиками зовут котов в честь животного снежный барс. Но назвать так собаку в честь барсука мог придумать только ребенок.
– Ты не замерзла? – услышала голос своей мамы Марина.
Женщина приблизилась и накинула на плечи дочери шаль. Девушка с благодарностью улыбнулась маме.
– Спасибо, – она закуталась в вязанное изделие, нежно провела ладонями по узору, – какая красивая!
– Это я сама связала, – не без гордости ответила женщина, присаживаясь рядом.
– Как у тебя только терпения хватает? – восхитилась Марина.
Мама хоть и засмущалась, но отмахнулась.
– Ничего сложного! Зимой вечерами особо делать нечего, вот и развлекаю сама себя.
Они помолчали, глядя, как Машка бегает среди деревьев, играя с новым другом.
– Ты правда не против, чтобы Маша у тебя побыла? – спросила Марина.
– Что ты, милая! Я очень рада! В гости к вам ездить не люблю. Как представлю, что придется встретиться с этой гадюкой Ингой, так и ехать никуда не хочется! Молодец, что приехала! Да и песик этот пусть будет. Давно хотела завести себе такого. Чтобы и маленький был, и звоночком во дворе служил. Такого и прокормить несложно, и всегда даст знать, что кто-то пришел. Да и котов соседских, обнаглевших, должен кто-то гонять!
Марина обняла маму, прижалась лбом к ее пахнущим травами волосам.
– Спасибо! – прошептала она, стараясь запомнить эти минуты счастья.
– Николай! – встрепенулась Зина Олеговна, – Ты обещал Маше кролика показать!
Отец Марины как раз вышел из-за угла дома и помахал своим девочкам. Он нес в руках охапку дров, которые колол на заднем дворе.
– Обязательно покажу! – пообещал мужчина, складывая свою ношу в поленнице, – Идем, егоза, дам крольчонка подержать!
Машка с радостным визгом бросилась к деду, тот увел ее в сарайчик, где жило кроличье семейство.
Через два дня Марина шла по аэропорту, где ждал ее Александр Викторович. Давыдов, как и обещал, сообщил, в каком именно аэропорту они должны встретиться, а также номер рейса.
Поднимаясь по эскалатору, девушка в волнении кусала губы. Чего ждать от этой поездки, она понятия не имела. Иногда даже жалела, что вообще согласилась на такую сомнительную авантюру. Им же никто не поверит! Ну какая из нее и Давыдова может быть пара? Это даже как-то нелепо.
Он стоял к ней спиной, засунув руки в карманы брюк, и смотрел в большое панорамное окно на проезжающие мимо самолеты.
– Вы опоздали, – произнес начальник, не оборачиваясь, едва только девушка приблизилась и замерла за его спиной в нерешительности.
Давыдов приехал в аэропорт немного раньше оговоренного времени. Накануне он получил отчет о проделанной работе. Машину Смирновой удалось вернуть. Он велел доставить ее на парковку фирмы. Так надежнее. На стоянке автомобиль будет под присмотром охраны и камер. Если отвезти ее к дому Марины, нет никакой гарантии, что муженек не найдет ей новое применение.
Самодовольная улыбка преобразила лицо мужчины. Он с нетерпением ждал, как вспыхнут радостью сине-зеленые глаза девушки. Печаль, которая залегла в уголках ее глаз ранее, Александру вовсе не нравилась. Ему нравилось дразнить девушку, наблюдать, как легкий румянец окрашивает розовым ее чудесную кожу, когда Марина сердилась или смущалась.
Он предложил ей эту сделку совершенно спонтанно. Вызвал к себе в кабинет, чтобы снова иметь возможность подразнить девушку. Когда она заявила в холле, что собирается уйти в отпуск, он слегка опешил. Навел справки в отделе кадров. Она на самом деле давно не была в отпуске. Конечно, он был готов ее отпустить. Видел, что сейчас ей это просто необходимо. А вместо этого решил воспользоваться ситуацией, чтобы решить свои проблемы.
Мама на самом деле твердо взялась за его личную жизнь. Со своей очередной пассией он накануне расстался. Слишком много хотела юная модель от завидного жениха. Пока она не была навязчивой, Александра все устраивало. Рядом была красивая женщина, готовая на все. Чего еще нужно мужчине? Но вот девица решила, что растопила ледяное сердце Давыдова и начала качать права. Когда он ей объявил, что их отношения окончены, красотка совершенно искренне не понимала, что именно его не устраивало. И вот звонок мамы с «радостным известием» – она нашла ему невесту. Давыдов был настолько поражен, что не нашел ничего лучше, как сказать, что уже женат. Думал, что мама обрадуется и отстанет от сына с идеей женить его во что бы то ни стало. Не тут-то было! Видимо, Александр плохо знает свою мать. Она воспылала непреодолимым желанием познакомиться с невесткой.
Давыдов как раз закончил говорить с ней по телефону, где мама в очередной раз напоминала ему о своей болезни, что, может быть, это ее последнее желание – видеть жену любимого сына. Конечно, после такого разговора он был зол, как черт, и в этот момент в здание фирмы вошла Марина. Девушка выглядела немного растрепанной, в глазах плескалась паника. Когда на его замечание об опоздании она гордо вскинула подбородок и выдала требование об отпуске, Давыдов даже восхитился. Никто в компании так с ним не разговаривал. А потом…
Смирнова пришла к нему в кабинет как раз в тот момент, когда он на одном из сайтов подбирал себе актрису на роль «жены». Признаться, он уже и забыл, что сказал ей прийти и не сразу понял цель ее визита. Марина протянула заявление на отпуск, потом последовало заявление на увольнение, тем самым поставив его перед выбором. Какая смелая девочка!
Он снова поймал себя на том, что готов продолжать эту игру. Мысли, что она уйдет из фирмы, даже не допускал. Но Марина снова поразила его. Эта холодная, неприступная гордячка внезапно показала свою слабость. Мужчина видел отчаяние в ее глазах. Теперь понятно было, зачем она ходила в фитнес-центр мыть полы. У Смирновой оказались большие финансовые проблемы. Мысль о том, что она может ему помочь в его делах, пришла, словно вспышка. Она идеально подойдет на эту роль: красивая, умная, образованная, молодая. Мама любит таких девушек.
Идеально!
А Марина все говорила и говорила, не замечая, как захлопывается дверца в ее персональной ловушке. Самое главное – он мог ей помочь. Ему ничего не стоило вернуть машину, найти врача, готового провести операцию девочке, но важнее было то, что у Давыдова были на это деньги. Всего на долю секунды после того, как он озвучил ей свое «заманчивое предложение», Александру показалось, что она откажется. Что-то такое промелькнуло на ее личике, будто она сейчас просто встанет и уйдет. Неужели прогадал? Но вот она сделала глубокий вдох и согласилась…
Сейчас Давыдов стоял возле огромного панорамного окна, сжимал в кармане брюк маленькую бархатную коробочку и ждал «жену». Прошло три дня с тех пор, как они расстались. А что, если Смирнова передумала? Если она не приедет?
Напряжение нарастало, как и раздражение на самого себя. Стоит тут и волнуется, как мальчишка на первом свидании. Да он даже ждет не свою женщину! У них сделка, только деловые отношения! Ведь именно поэтому Марина виделась ему как идеальная кандидатура. Или нет?
Тряхнул головой. Сжал зубы. Переместил центр тяжести с пятки на носки. И вот… легкие шаги за спиной, едва уловимое, почти прозрачное отражение в стекле стройной шатенки.
Все-таки пришла.
– Вы опоздали, – протянул Александр, не оборачиваясь, тайком рассматривая свою «жену».
Марина не смутилась. Она открыто посмотрела в глаза своему шефу и ответила:
– На две минуты! Но в здание аэропорта я прибыла вовремя.
Несколько секунд он пристально смотрел на девушку, затем кивнул своим мыслям и внезапно улыбнулся.
– Хорошо.
Что именно «хорошо» пояснять не торопился, но его улыбка вогнала Смирнову в ступор.
Давыдов забрал у нее чемодан, взял под локоть и повел на регистрацию.
– Куда мы летим? – не могла не спросить девушка, с трудом поспевая за шагом мужчины.
Сейчас, находясь рядом с ним, Марина чувствовала себя Дюймовочкой. Даже на каблуках она была ниже своего босса на голову.
Его ответ ошеломил.
– Моя мама не любит большие города, поэтому я не могу уговорить ее прилететь в Москву. Она купила себе дом в пригороде Севастополя.
– Мы летим в Крым? – удивилась Марина, едва сдерживая улыбку.
Крым она любила всей душой. Еще ребенком родители привозили ее летом на море. Девушка отлично училась в школе, имела много грамот, первые места в олимпиадах, поэтому однажды даже довелось провести смену в «Артеке». В то время с удовольствием бывала на всевозможных экскурсиях, а когда их группу привезли в город-герой Севастополь, она просто влюбилась в него. Ее поразила атмосфера, царившая в этом месте. Каждая улица, каждое здание были наполнены своей историей. Ей хотелось бродить по узким извилистым улочкам, утопающим в зелени, наслаждаться потрясающими видами на горы и море. После того, как закончила школу, Марина больше не бывала в Крыму. Учеба в университете, замужество, рождение Маши, а потом… несколько работ и вечная борьба за жизнь дочери. И вот теперь она снова летит в это волшебное место! И пусть сейчас еще не лето, даже к лучшему. Будет не так много туристов и не очень жарко.
– А мы погуляем по городу? – робко спросила девушка.
Давыдов непонимающе посмотрел на нее, будто забыл, что перед этим сказал. Потом на его лице промелькнуло понимание.
– Конечно! – хмыкнул он, – Но для начала давайте обговорим с вами все нюансы.
Марина стушевалась. От радости она напрочь забыла с кем имеет дело и с какой целью собралась посетить полуостров.
Они вошли в VIP зону зала ожидания. До вылета еще оставалось два часа.
– Во-первых, переходим на «Ты», – безапелляционно начал босс.
Кажется, этот пункт будет самым сложным. На всякий случай Смирнова кивнула.
– Мы познакомились на работе, почти сразу влюбились и быстро поженились, – удовлетворенный ее согласием продолжил мужчина, – после свадьбы ты перестала работать.
– Почему? – возмущенно вскину голову Марина.
– Моя жена не будет работать! – холодно заметил Давыдов.
Напомнив себе, что все это не по-настоящему и ненадолго, девушка согласно замолчала.
– Просто поддерживай меня в разговорах, чтобы я ни сказал, и все у нас получится, – заключил Александр.
– А если ваш… твоя мама будет меня о чем-то спрашивать, когда я буду одна?
Его губы дрогнули, когда она запнулась на обращении к нему. Забавно было наблюдать, как девушка смущается. Это было очень кстати. Подобное волнение можно запросто выдать за влюбленность.
– Я постараюсь, чтобы такого не произошло. Но если вдруг так случится, будь умницей и отвечай так, как считаешь нужным, лишь бы это не перечило нашей легенде. Как я уже говорил, – продолжил Давыдов, – жить мы будем в одной комнате. Кровать там довольно широкая, но если тебя это смущает, я буду спать на диване.
– Я буду очень благодарна! – гораздо поспешнее, чем нужно было, проговорила Марина, заслужив еще одну снисходительную улыбку.
– Не передумаешь? – хитро прищурил глаза начальник.
– Нет! – вздернула подбородок девушка.
– Прости, я неудачно пошутил, – признал он.
– А я нет! – нахмурилась девушка.
Внезапно Александр потянулся через стол, за которым они расположились, взял Марину за руку, заставив вздрогнуть от прикосновения. Девушка замерла и перестала дышать. Большим пальцем руки он провел по тонким пальчикам девушки. Задержался на тонком ободке обручального кольца.
– Сними его! – вдруг потребовал мужчина.
Загипнотизированная его взглядом, девушка послушалась. Сняла кольцо и убрала его в сумочку. Выжидающе уставилась на шефа. По его непроницаемому взгляду было непонятно, чего он хочет.
Давыдов достал маленькую бархатную коробочку и открыл ее. Марина уставилась на крупный камень в обрамлении белого золота.
– Оно твое, – тихо сказал мужчина, видя, что девушка никак не реагирует на кольцо.
Вокруг стало тихо. Запоздало он понял, что за ними наблюдают другие пассажиры. Любопытные взгляды почти всех посетителей кафе были прикованы к их столику. Больше ждать от «жены» каких-то действий он не хотел. Снова взял ее за руку, достал кольцо из коробочки и натянул на безымянный пальчик правой руки. «Угадал с размером», – отстраненно подумала Марина. Вокруг послышались вздохи умиления и даже аплодисменты. Личико Марины вновь порозовело.
– Она сказала «Да»! – громко сказал Александр и подмигнул девушке. Аплодисменты усилились, а его «жена» спрятала лицо в ладонях.
– Поздравляем!
– Долгих совместных лет жизни!
– Достатка в семье!
Слышались с разных сторон поздравления.
– Зачем ты это сделал? – сердито проговорила девушка, когда внимание присутствующих слегка ослабло.
– А почему нет? – весело ответил «муж», – Нас здесь все равно никто не знает. Раз заметили кольцо, пусть думают, что я у тебя такой романтик!
Марина не стала дальше развивать эту тему. В конце концов, он ей за это платит. Пусть развлекается.
– А твое кольцо где? – решила поддеть его.
Александр сжал губы в тонкую полоску, но достал второе кольцо и просто надел себе на палец. Демонстративно покрутил рукой перед глазами девушки.
– Вот видишь, – не преминула сказать она, – это не так уж и страшно. Правда? Даже не больно.
Мужчина скривился. Его кольцо было парным к ее, но без бриллианта, зато шире и массивней.
– Пойдем, объявляют нашу посадку, – Давыдов поднялся, протянул руку, помогая Марине подняться, – за время полета нам предстоит познакомиться поближе.
И почему она снова покраснела?
Когда самолет приземлился в аэропорту Симферополя, Марина уже знала, как Давыдов учился в школе, кстати, учился хорошо, какой ВУЗ закончил, какой любимый цвет, какую музыку любит, какие фильмы смотрит. С удивлением узнала, что Александр имеет звание мастера спорта по стрельбе из лука, что в юности он занимался фехтованием, сейчас все это уже в прошлом, только ходит в бассейн и в фитнес-зал.
Марине тоже пришлось поведать о своей жизни. Школу закончила с золотой медалью, без проблем поступила на бюджет экономического факультета. Вела спокойный образ жизни. Рано вышла замуж, родила дочь и все время работала, добившись уважения и заслуживая доверие клиентов. Разумеется, маме Давыдова о замужестве девушки никто говорить не будет, про ребенка тоже не будут афишировать. Смирнова тоже рассказала, какую музыку любит, какие фильмы ей нравятся, хотя она предпочитает чтение книг, нежели сидение перед телевизором. При этом у «супругов» обнаружилось много общего.
– Нам будет легко, – сказал Александр во время беседы.
Познакомившись с «женой» поближе, он немного расслабился и даже пытался шутить. Марина все еще была настороже. Чувствовалась в ней напряженность. Она упорно держала дистанцию начальник-подчиненная.
– Марина, я не кусаюсь, – мягко сказал мужчина, когда коснулся случайно ее, а девушка отдернула руку. При этом он перехватил ее ладонь и слегка сжал. Девушка сделала глубокий вдох и прикрыла глаза.
– Прости! – проговорила Смирнова, – Мне сложно представить, что мы женаты.
– Понимаю, – насмешливые темные глаза обожгли внимательным взглядом, – я твой начальник, тебе трудно представить нас вместе.
Марина кивнула, в душе радуясь, что он все понял.
– Но сейчас ты в отпуске, – заметил Давыдов, – я для тебя не босс, а просто привлекательный мужчина. Разве не так?
От такой самоуверенности Марина улыбнулась.
– Я постараюсь держать себя в руках, – пообещала она.
Из самолета они выходили, держась за руки.
– Привыкай, – велел ей Александр, когда они поднялись со своих мест, и крепко сжал ее пальчики.
Пока ждали свой багаж, Марина посмотрела в окно. Улыбнулась яркому солнцу.
Выйдя из здания аэропорта, сели в такси, благо там были свободные машины. В лицо ударил теплый ветер. Пока мужчины грузили сумки в автомобиль, Марина осматривалась вокруг с замиранием сердца. Едва только сели в машину, Александр снова сцепил свои пальцы с ее. На этот раз девушка не стала отталкивать его. В самом деле, нужно уже привыкать.
Каждую минуту их короткого путешествия Марина наслаждалась видом из окна. Он не всегда отличался от привычного ей пейзажа, но вот вдали показались горные хребты, один раз даже сверкнуло синее море вдалеке.
Девушка бросила взгляд на свою правую руку, украшенную красивым кольцом с внушительным бриллиантом. За время их поездки она как-то привыкла к терпковатому аромату туалетной воды Давыдова. Он был ненавязчивый, в то же время свежий, но чуть горьковатый и удивительно шел Александру. Именно таким и должен быть его аромат.
Ворвавшись в город девичьих грез Марины, такси попетляло по улочкам и замерло напротив довольно большого дома, спрятанного за высоким забором.
Перед воротами стоял темный внедорожник, мотоцикл и легкий красный кабриолет. Александр бросил хмурый взгляд на транспорт под забором дома его матери, расплатился с таксистом и забрал их вещи.
– Что-то не так? – мгновенно уловила перемену в его настроении девушка.
– Все хорошо, – мрачно ответил «муж», потом добавил, – милая.
Марина только головой покачала. Игра началась.
– Сынок! – на дорожке показалась женщина в элегантном светлом брючном костюме, – С приездом!
А вот и мама.
Давыдов обнял женщину, поцеловал ее и развернул лицом к Марине.
– Мама, – торжественно произнес «сынок», – познакомься, это Марина. Моя жена. Марина, это моя мама Вероника Альбертовна.
Женщина впилась взглядом в лицо «невестки». Марина тоже рассматривала «свекровь». Она показалась ей чуть ли не своей ровесницей. Женщина выглядела просто потрясающе. Невысокого роста, миниатюрная, стройная. Густые блестящие волосы каштанового цвета уложены в замысловатую прическу. На лице легкий, почти незаметный макияж, на шее нитка жемчуга, а на ногах туфли-лодочки.
– Позволь мне тебя рассмотреть, как следует, – улыбнулась ей мама Александра, все еще сканируя гостью.
От ее внимательного взгляда у Марины побежали мурашки по спине, но на помощь ей пришел «супруг». Он обнял девушку за плечи, внезапно припал губами к виску Смирновой.
– Мама, у вас еще будет целая куча времени! Рассмотришь еще!
Вероника Альбертовна чуть искривила губы в подобии улыбки, при этом глаза оставались холодными.
– Да что же мы тут стоим! – всплеснула руками мама Давыдова, – Немедленно проходите в дом!
Внезапно накатила паника, уже не было уверенности, что все получится, скорее пришло ощущение, что их ждет провал. Надо бежать отсюда как можно дальше. Легкое касание руки слегка отрезвило Марину. Она удивленно посмотрела на мужскую руку с массивным обручальным кольцом на безымянном пальце, сжимавшую ее тонкие пальчики. Подняла глаза и натолкнулась на успокаивающий взгляд темных глаз. Только сейчас она обратила внимание, что глаза у Александра удивительного цвета темного шоколада.
– Не волнуйся! – одними губами прошептал мужчина, – Все будет хорошо!
И она ему поверила! Вот сразу и безоговорочно. Он не даст ее в обиду, да и глупо кого-то бояться в присутствии ее всемогущего босса. С этой мыслью она шагнула в прохладу коридора.
Навстречу выкатилось белоснежное существо с пронзительным тонким лаем. Неведомое чудо оказалось собачонкой породы шпиц. Вид имело самый воинственный, при этом производило впечатление какого-то небесного создания.
– Матильда! – строго окрикнула животное хозяйка, – Где твои манеры?
Собачка замолчала, принюхалась, подозрительно покосилась на гостей, красноречиво показала им зубы, сделавшись похожей на пробник инопланетянина из фильма «Чужой».
– Мама, откуда ты взяла это чудовище? – весело спросил Александр, не отпуская руки свей «супруги», бодро шагая за родительницей.
– Это мне Виолетта подарила, – кокетливо улыбнулась Вероника Альбертовна, оборачиваясь к сыну. Она подхватила на руки Матильду, погладила ее по голове, засунула в подмышку и, как ни в чем не бывало, продолжила свой путь по широкой лестнице.
Александр бросил взгляд на свою спутницу, давая понять, что не имеет представления, кто такая Виолетта.
– Я приготовила вам самую лучшую спальню в доме, – продолжала говорить мама Давыдова, – уверена, вам здесь будет удобно.
Поднявшись наверх, столкнулись с молодым человеком, который как раз выходил из ближайшей к лестнице комнаты. Он появился в проходе немного неожиданно. Окинул гостей насмешливым взглядом, подмигнул Александру, задержал взгляд на Марине и обратился к Веронике Альбертовне.
– Вероника, прекрасно выглядишь! – он галантно наклонился и оставил поцелуй на щеке женщины. Повернулся к Давыдову и протянул руку для пожатия. – Братец, рад тебя видеть!
Вероника недовольно поджала губы, Александр нахмурил брови, но руку подал. Незнакомец пожал ее, хлопнул гостя по плечу и прожег Марину пронзительным взглядом.
– Познакомишь? – спросил он Давыдова, не отводя глаз от девушки.
Смирнова ничего не понимала. Ей казалось, что ее босс говорил о том, что мама хотела познакомиться с женой единственного сына, но этот тип назвал Александра братом. Мужчина и был чем-то неуловимо похож на Давыдова, но в то же время казался его противоположностью. Одет он был в легкую белую рубашку на выпуск, в такие же светлые штаны, на ногах летние сандалии. Глаза у мужчины были такие же темные в окружении черных пушистых ресниц, но во взгляде плясали настоящие черти. Загорелый, волосы небрежно уложены так, что довольно длинная челка падала на лоб, немного скользя на глаза.
– Знакомьтесь, – отмер Александр, – моя жена Марина. – Хозяйским жестом притянул к себе девушку за талию, – Дорогая, это мой несносный братец Даниил.
– Очень приятно, – решила проявить учтивость Марина и изобразила улыбку.
Даниил озорно улыбнулся, попытался наклониться и взять жену брата за руку для поцелуя. Неуловимым движением Александр заслонил ее собой.
– Попробуй только, и я выбью тебе зубы, – убийственно спокойным тоном произнес Давыдов.
Дан отступил на шаг и поднял руки вверх, демонстрируя покорность.
– Полегче, братик! – хохотнул мужчина, – Не съем я твою жену! Приятно познакомиться, Мариночка!
– Даня! – строго одернула его хозяйка дома.
– Ухожу, ухожу, ухожу! – засмеялся Даня.
Он начал спускаться по лестнице, а Давыдов повел девушку в их «супружескую» спальню.
– Располагайтесь, – Вероника Альбертовна пропустила молодых в просторную спальню, – отдохните с дороги, скоро обед.
Она снова поцеловала сына и сдержанно улыбнулась Марине.
– Кажется, я ей не понравилась, – задумчиво произнесла девушка, глядя на закрывшуюся за свекровью дверь.
Александр повернулся, рассеянно посмотрел на девушку. Он в этот момент думал совершенно о другом.
– Моя мама очень упрямый человек, – сказал он, все еще глядя куда-то в пространство, – уверен, ты сможешь ее очаровать. Но да, ты права, ей вообще никто не нравится сразу. Это ее способ удостовериться в том, какой человек перед ней. Она так всех тестирует. Не обращай внимания.
Мужчина дернул уголком губ и отвернулся в окно. Створка была приоткрыта, впуская в помещение свежий чуть солоноватый воздух. Слышалось пение птиц в листве. Внезапно воздух прорезал резкий звук двигателя мотоцикла.
– Какие черти его сюда принесли? – как будто сам у себя спросил Давыдов.
Марина осторожно приблизилась и увидела, что их окна выходят как раз на подъездную дорожку. В этот момент от дома отъезжал мужчина на мотоцикле.
– Даниил? – спросила девушка.
Он кивнул. По его лицу можно было сказать, что Александр крайне напряжен.
– Ты говорил, что единственный сын, – напомнила она ему.
Снова согласный кивок, а потом кривая улыбка.
– Для мамы я единственный сын, – уточнил Давыдов. – Мой отец был женат до моей матери. В том браке у них был сын. У нас разница в возрасте два года всего. Потом они с первой женой развелись, папа встретил мою маму, и появился я. Потом мать Дани умерла… Ему было тогда шестнадцать лет. Отец был вынужден забрать сына к себе. Конечно, маме это было не по душе, но не выгонит же она несовершеннолетнего ребенка.
Марина постояла немного молча. Человеческие судьбы порой так непредсказуемы.
– Вы не очень дружны? – решила уточнить она.
– Не то чтобы… сложно дружить с человеком, который тебя всю жизнь ненавидит непонятно за что. Он считал, что моя мама и я виноваты в том, что отец ушел из их семьи, что его мать заболела и умерла из-за него. Вообще считает сам факт моего существования страшным преступлением.
Он замолчал, продолжая смотреть в окно.
– Мда, не думал, что скоро его увижу. Странно, что мама согласилась его принять в своем доме.
Внезапно Александр повернулся, взял Марину за плечи и заглянул ей в глаза.
– Я хочу, чтобы ты понимала, что за человек мой брат, – говорил он торопливо, будто боялся передумать сказать ей нечто важное. – Даня не обделен обаянием, умеет нравиться женщинам, при этом всегда четко знает, чего хочет. Он ничего не делает просто так. Всегда есть расчет. Об одном прошу – не верить ему!
Марина смотрела в его глаза и видела сейчас перед собой не сильного и неприступного мужчину, скорее мальчишку, которому сделали слишком больно.
– С чего ты взял, что я собираюсь вообще разговаривать с твоим братом? – немного обиженно спросила девушка. Почему-то сама мысль о том, что он мог допустить малейшую возможность очарования Марины Даниилом, оскорбляла. – В конце концов, – добавила она, – у нас заключен договор, условия которого я не собираюсь нарушать! Ты меня представил своим родным женой любящей и верной. Вот именно такой я и буду. Или, может, ты забыл, что я замужем и вообще не интересуюсь никакими знакомствами, как бы обаятелен и привлекателен не был твой брат.
Давыдов сузил глаза, всматриваясь в лицо девушки, затем отвел их и проговорил:
– Прости! Я не очень хорошо тебя знаю, зато я отлично знаю своего брата.
– Может быть, меня ты и не очень хорошо знаешь, – не стала спорить Марина, – зато ты знаешь своего сотрудника, который всегда выполняет свои обязанности. Так вот – я и сейчас на работе.
Дальше продолжать этот разговор не было смысла. Она повернулась и пошла в душ. Нужно привести себя в порядок перед встречей с семейством своего босса. Надо же, она пятнадцать минут в доме матери Давыдова, но уже не понравилась ей, ее собаке, а сводный братец ее «мужа» готов устроить Александру подлость, совращая его «жену». Что будет дальше?
А дальше Марина напомнила себе о диагнозе дочери, сумме, которую она получит за эту поездку, и твердо решила во что бы то ни стало сыграть свою роль на отлично. Она покажет его матери, как сильно ее любимый сынок счастлив со своей супругой.
На обед девушка решила надеть легкое платье из голубого шифона с тонким пояском на узкой талии. Платье выглядело простенько, при этом удивительно шло девушке. Пока Давыдов был в душе, Марина высушила волосы, уложила их в прическу, оставив волнами спускаться на плечи. Легкий макияж, призванный скрыть синяки под глазами – последствия бессонной ночи, подчеркнуть глаза и нежный блеск для губ. Это придало свежесть всему облику Смирновой. Пришлось, правда, обновить тональный крем на шее. Синяки, спасибо мази от ушибов, почти прошли, оставив после себя едва заметный желтоватый след, но еще требовали небольшой маскировки.
Элегантные белые босоножки стали завершающим штрихом ее образа. Александр как раз вышел из душа и застегивал рубашку. На нем были светло-серые штаны, по груди еще стекали капельки воды, норовя проложить влажную дорожку к низу живота мужчины. Он застыл в дверях, рассматривая «супругу», все еще держась за пуговицу на вороте рубашки.
Почувствовав пристальный взгляд темных глаз, Марина обернулась. Она как раз вдевала серьги в уши. Увидев, что на нее смотрят, смутилась и отчего-то покраснела. Улыбнулась робко, нервно одергивая платье.
– Прекрасно выглядишь, – хрипло сказал мужчина, приближаясь.
От него пахло свежестью, хвоей и почему-то персиками.
– Спасибо, – смутилась еще сильнее девушка.
Давыдов стоял близко, слишком близко от нее, и это нервировало, но в то же время было очень приятно смотреть в его глаза и вдыхать аромат персиков.
– Как ты будешь меня называть при всех? – внезапно огорошил вопросом.
– Сашей, – выдала Марина, – а есть еще варианты?
Он усмехнулся и поправил складку на рукаве ее одеяния.
– Есть, – уверили ее, – еще можно называть любимый, родной, желанный…
– По-моему, желанный – это перебор, – хихикнула девушка.
– Разве? – мурлыкнул Давыдов, а Марина внезапно осознала, как близко они находятся сейчас друг от друга. Практически дышат одним воздухом, и кажется, этот воздух сгущается, становится как желе. Еще немного, и…
Стук в дверь заставил вздрогнуть обоих.
– Сынок, ну сколько можно вас ждать? – голос Вероники Альбертовны звучал немного капризно.
– Мы сейчас придем, мама, – громко ответил Александр, не отпуская из плена своего взгляда Марину.
Воспользовавшись моментом, она торопливо сделала шаг назад, делая вид, что ей срочно нужно что-то взять на прикроватном столике. Потеряв зрительный контакт с мужчиной, судорожно вздохнула и уже теперь смогла трезво мыслить. Вот что это только что было?
– Готова? – спросил ее Давыдов, когда она снова повернулась к нему.
В его глазах сейчас была лишь решимость и собранность. Девушка кивнула.
– Хорошо, – он сдержанно улыбнулся и взял ее за руку.
Они вместе спустились по широкой лестнице, прошли в столовую, откуда слышались голоса. При появлении гостей присутствующие резко замолчали и обратили свои взоры на вошедших. В полнейшей тишине Матильда с громким лаем кинулась к Марине.
Белое пушистое существо неслось к девушке, словно снежный вихрь, и намерения у него были самые кровожадные. Все замерли, затаив дыхание. Когда собачка оказалась в полуметре, Марина молниеносно наклонилась и подхватила ее под живот. Выпрямилась, подняв Матильду и прижав ее к груди. Собака по инерции еще «бежала», забавно перебирая лапками в воздухе. Потеряв опору под ногами, злюка растеряла и свою кровожадность. И без того большие глаза у псины вылезли из орбит, а рот, ранее искривленный в оскале, от удивления открылся, явив присутствующим маленький розовый язычок.
Девушка погладила ее по голове, прижав торчащие ушки.
– Какая ты хорошенькая! – проворковала Смирнова, прижимая обалдевшую собаку к себе и баюкая на руках.
Матильда захлопнула рот и поджала хвост, издав тонкий писк. Александр даже не успел остановить свою жену, так быстро это произошло. Марина удивленно огляделась, будто увидела присутствующих впервые, широко улыбнулась и смущенно опустила глаза.
За столом сидели трое. Вероника Альбертовна восседала во главе и пристально наблюдала за тем, как невестка прижимается к ее сыну и гладит ее собаку. По правую руку от хозяйки дома сидела немолодая дама в очках с тонкой полоской седины в темных густых волосах, уложенных в строгую прическу. Рядом с дамой затихла девушка. Лицо симпатичное, без косметики, волосы светло-русые заплетены в косу, серые глаза близоруко щурились, силясь рассмотреть происходящее.
– Проходите, мои дорогие, – отмерла Вероника Альбертовна, – Мирочка, дорогая, познакомься с моим сыном Александром и его женой Мариной. Сашенька, Марина – это моя подруга Мирослава и ее дочь Виолетта!
Сашенька улыбнулся, слегка поклонился гостям, обнял за плечи жену, которая продолжала держать в руках притихшее животное.
– Очень приятно познакомиться, – снова улыбнулась Марина.
Мирослава растянула тонкие губы в напряженной улыбке. Ее дочь подняла голову, бросила взгляд на Смирнову, пару мгновений рассматривала девушку, потом как-то сникла и опустила глаза.
– Приятно познакомиться, – проговорила зычным голосом подруга матери Давыдова.
Александр отодвинул стул для жены. Марина наклонилась и опустила Матильду на пол, села на стул. Освобожденный шпиц встряхнулся, крутанулся на месте вокруг себя, звонко гавкнул и ловко запрыгнул на колени Смирновой. Девушка инстинктивно положила ладонь на мохнатый бочок и погладила белую шерсть.
– Матильда, – возмутилась Вероника Альбертовна, – какое безобразие!
– Она мне не мешает, – примирительно сказала Марина, но Матильде было все равно, она удобно устроилась на коленях, скрутилась комочком, положила треугольную мордочку на передние лапки и закрыла глаза, наслаждаясь тем, как ее чешут за ушком тонкие пальчики.
Вероника Альбертовна бросила ревнивый взгляд на свою любимицу и обратилась к сыну:
– Санечка, поухаживай за дамами!
Марина покосилась на «Санечку», тот хмыкнул и принялся накладывать салат в тарелки присутствующих. Дамы заулыбались и что-то защебетали. Давыдов отвечал очень учтиво, даже шутил, вызывая довольное хихиканье гостий. Марина наблюдала за своим боссом. Обращение матери к нему повергло девушку в шок. Она могла представить его Александром, Алексом, Сашей, наконец, но Санечка было за гранью. Пряча улыбку, наклонила голову и посмотрела на посапывающую псинку.
– Кажется, вы ей понравились, – подала голос Мирослава.
– Она не может не нравиться, – Давыдов посмотрел на жену и положил свою ладонь поверх руки девушки.
Марина замерла. Его прикосновение было неожиданным, но нежным и дразнящим, распространяя по коже мурашки. Она подняла на него глаза, натолкнулась на обворожительную улыбку и смутилась.
– Где вы познакомились? – не унималась подруга Вероники.
– На работе, – ответил Александр, слегка сжав пальчики жены.
– Как романтично! – протянула Виолетта, подперев щеку ладонью. – А вы давно знакомы?
– Пару месяцев, – неопределенно отмахнулся мужчина.
– А поженились как недавно? – не унималась гостья.
– У нас еще медовый месяц, – выдал Давыдов.
Марина в этот момент как раз делала глоток сока из бокала и чуть не поперхнулась от его ответа.
– Как мило! – вклинилась ее мать, – Тогда – горько!
Три пары глаз уставились на «молодоженов». Марина слушала гулкие удары своего сердца и смотрела на босса.
– Горько! – поддержала Вероника Альбертовна.
В следующий миг Давыдов наклонился и впился в губы своей жены долгим, обжигающим поцелуем.
Поддавшись безумию, Марина ответила. Несколько заполошенных ударов сердца, и Александр притянул ее к себе еще ближе и углубил поцелуй, лишая рассудка. Девушка забыла обо всем, позволяя себя целовать, полностью отдавшись своим чувствам. Сейчас было совсем неважно, что на них смотрят, что сама Марина замужем, а целует ее собственный босс. Сейчас перед ней был мужчина. Упоительно нежный, бесконечно чувственный, дразнящий и пробуждающий в глубине души давно забытые эмоции и ощущения.
Он оторвался от нее, тяжело дыша, все еще продолжая смотреть в глаза. Оглушенная только что произошедшим, девушка тоже не отводила взгляда от Давыдова. Вокруг раздались хлопки.
– Молодожены такие милые всегда! – бодро заявила Мирослава, принимаясь за еду.
– Поздравляю вас! – довольно сдержанно произнесла Вероника Альбертовна. – Но мне жаль, что я не побывала на вашей свадьбе.
Женщина обиженно поджала губы и с укоризной посмотрела на сына. Тот обезоруживающе улыбнулся и обнял Марину за плечи.
– У нас не было свадьбы как таковой, – сообщил Давыдов, – мы просто расписались и уехали на острова. Только недавно вернулись.
– Неужели нельзя было пригласить друзей, подождать, когда приедет мать? – продолжала гнуть свою линию Вероника Альбертовна.
– Вот поэтому и не стали играть никакую свадьбу, – в тон ей ответил Александр, – потому что не хотели собирать никаких гостей, друзей и родственников. На этом празднике были только мы вдвоем. Нам не нужен никто, чтобы насладиться обществом друг друга. К тому же, если честно, – он слегка понизил голос и чуть-чуть наклонился к столу, – я боялся, что Мариночка передумает и не захочет выходить замуж. Она тоже не хотела никакого праздника.
«Свекровь» одарила девушку таким взглядом, что было сразу понятно, что конкретно она думает о нежелании кое-кого не приглашать мать своего мужа на свадьбу.
– Это так романтично! – восхитилась Виолетта.
Сейчас несостоявшаяся невеста смотрела на Александра горящими глазами. Непонятно, что именно ее так вдохновило – то ли внезапная и таинственная свадьба, то ли то, что Давыдов спешил жениться, пока невеста была на это согласна. Но в ее глазах читалось, что гостья совсем не против была бы оказаться на месте Марины.
– Мариночка, кем вы работаете? – спросила Мира.
– Я бухгалтер, – не стала ничего придумывать девушка. Мало ли, вдруг начнут допрос с пристрастием, а по другим профессиям она не сможет дать вразумительного ответа.
– Очень талантливый и квалифицированный бухгалтер, – с гордостью произнес Александр.
Почему-то его слова заставили щеки Марины вспыхнуть. Его похвала была столь неожиданной, сколь и приятной.
Постепенно разговор начал перетекать на нейтральные более безопасные темы. Мама Александра вспоминала случаи из жизни сына, когда тот был еще совсем маленьким, Мирослава задавала ничего не значащие вопросы, а Виолетта игриво хлопала глазами и очень выразительно краснела, когда ей улыбался Давыдов. Марина слушала чужую болтовню рассеянно, полностью поглощенная воспоминанием о пережитом поцелуе. Никогда в жизни еще ее так не волновали прикосновения чужих губ. Внутри все трепетало от нахлынувших эмоций, касания рук Александра до сих пор горели отпечатками на ее теле. Девушка совсем не понимала, что ей нужно со всем этим делать.
Марина опустила голову и улыбнулась такой маленькой, но очень грозной псинке, что мирно спала сейчас на ее коленях. Погладив мохнатый бочок, девушка закусила губу и напомнила себе, что она только играет роль супруги Александра Викторовича и ничего больше между ними быть не может. Не может! И точка! И только-только она в это стала верить, как рука Давыдова небрежно легла на спинку ее стула, а оттуда плавно соскользнула на плечико девушки. Смирнова замерла, подняла глаза и посмотрела на «мужа». Тот был поглощен беседой с подругой матери и, казалось, даже не отдавал отчета своим действиям. Длинные пальцы, едва касаясь, гладили обнаженную кожу, даже не представляя, какие ощущения пробуждают в Марине.
Мысли мгновенно разбежались в разные стороны и уже не желали подчиняться своей хозяйке, пытавшейся убедить свое тело в том, что это все нужно исключительно ради договора, который они с боссом заключили. Ничего не подозревающий босс внезапно вырвал девушку из ее размышлений.
– Правда, дорогая? – мужчина вопросительно посмотрел на Смирнову.
Внезапно все замолчали и уставились на Марину в ожидании ее ответа. Боже! Она ведь ничего не слышала и понятия не имеет, о чем они только что разговаривали!
– Конечно, любимый! – а что еще оставалось делать?
На красивом лице Давыдова расползлась такая довольная улыбка, что Марина тут же пожалела о своем ответе.
– На что я только что согласилась? – шепнула девушка, когда они с ее мнимым мужем поднимались в отведенную для молодожёнов комнату.
Давыдов бросил на нее удивленный взгляд и картинно вскинул брови.
– Мне уже страшно, – призналась Смирнова, видя, что тот не спешит с ответом.
– Да ничего страшного, – хмыкнул мужчина, – почку продавать не придется.
– Это радует, – если он думает, что так легко от нее отделается, то не на ту напал. – Так ты меня просветишь?
– А о чем ты таком думала в тот момент, когда мы обсуждали этот вопрос? – внезапно спросил шеф.
Марине захотелось врезать по этой лукавой ухмылочке, но вместо этого сама покраснела.
– Кстати, что это было там за столом? – перевела она тему, чтобы скрыть смущение, – Мы ведь договаривались!
– А что такого страшного случилось? – вскинул брови этот нахал, – Я обещал, что приставать не буду. Я и не приставал, ты сама была не против.
Марина резко остановилась. Они как раз поднялись по лестнице и были уже на площадке второго этажа. Давыдов тоже остановился и всем корпусом развернулся к девушке. Он смотрел на нее сверху вниз и прятал улыбку в уголках губ. Смирнова сжимала кулаки и старалась взять себя в руки.
– Не смей больше так делать! – прошипела она.
– Как скажешь, любимая! – громче, чем нужно, ответил Александр, заправляя ей прядь волос за ухо.
Только теперь она поняла, что у них есть зрители. Виолетта стояла в холле и с интересом наблюдала за происходящим. Марина повернулась и толкнула дверь в их спальню, желая поскорее скрыться с глаз назойливой девицы. Следом за ней прочапала в комнату Матильда. Давыдов пропустил собачку и, войдя, закрыл за собой дверь.
– Еще никогда Штирлиц не был так близок к провалу, – покачал головой Александр, многозначительно стрельнув глазами на дверь.
– Прости, – устыдилась Марина. – Но мы оба должны соблюдать наши договоренности. Не так ли?
Она с вызовом посмотрела на мужчину. Тот кивнул, как-то задумчиво глядя на «жену», как будто впервые увидел.
– Если тебе так неприятны мои поцелуи, я постараюсь больше подобного не допустить, – медленно проговорил Давыдов.
Марину этот ответ удовлетворил. Она кивнула, принимая его обещание.
– Так на что я согласилась? – вернулась девушка к заданному вопросу.
Опустившись на кровать, сама не заметила, как запустила пальчики в густую шерсть Матильды, расположившейся наглым образом на мягком матрасе и уже сладко посапывающей.
– Завтра мы все вместе идем в море на рыбалку, – ответил Александр, продолжая пристально следить за каждым движением девушки.
Невольно выдохнув от облегчения, Марина немного расслабилась. Рыбалка – это не так страшно.
– Поэтому сейчас мы собираемся в магазин, – снова вогнал ее в ступор несносный босс.
– Зачем? – округлила глаза Смирнова.
– Тебе нужен купальник, – пожал плечами «муж».
– Нет! У меня он есть!
– Значит, купим новый, – не расстроился Давыдов, – заодно и мне что-нибудь. Я свои плавки дома забыл.
Марина только собралась сообщить ему, что ни капельки не верит, да и ее купальник полностью устраивает девушку, как на столе завибрировал ее телефон. Забыв, о чем спорили, взглянула на экран и поспешила ответить на вызов:
– Алло?
– Дрянь! – вместо приветствия гаркнул ее настоящий муж на том конце.
Судя по всему, Виталий был слегка не трезв.
– Где ты шляешься? – не унимался любящий супруг.
– Я тебе сказала, что уезжаю в командировку, – раздраженно ответила Марина.
– Кувыркаешься там со своим начальничком, да? – продолжал говорить гадости Смирнов.
– Не говори глупостей! – Марина понизила голос, поймав тяжелый взгляд Александра, – Я работаю! А тебе хватит уже пить!
– Я сам решу, что мне хватит, а что нет! – взбеленился Виталий. – Где Маша?
– С Машей все в порядке, – раздражение усиливалось и уже мешало говорить.
– Ты украла у меня дочь!
– Виталик, проспись! Потом поговорим! Никто никого ни от кого не крал!
– Врешь!
– Дай сюда, – внезапно отмер Давыдов, ловко вырывая телефон из пальчиков Марины. – Алло! Марина Николаевна сейчас находится на работе, – произнес таким тоном, от которого по спине побежал холодок. В один момент Александр вновь превратился в надменного босса, – вы мешаете рабочему процессу! Если Марина Николаевна из-за вашего звонка не сможет выполнить мое поручение, это будет грозить ей лишением премии. Это понятно?
Марина во все глаза смотрела на преобразившегося шефа. Она не слышала, что на такую отповедь ответил ее муж, лишь какое-то невнятное блеяние.
– Очень надеюсь, что вы меня услышали! – продолжил приятную беседу начальник девушки, – До свидания!
Отключившись, мужчина вернул телефон Марине и как-то зло посмотрел на нее.
– Все личные вопросы оставьте до возвращения домой, – холодно произнес он. – Собирайтесь, я жду вас внизу.
Хлопнула дверь. Марина продолжала смотреть на кресло, в котором пару мгновений назад сидел ее шеф. Что это было? С чего вдруг он решил вмешаться в ее разговор с мужем и почему так резко отреагировал на его звонок? Матильда тоже не знала ответ на этот вопрос. Собачка лениво открыла один глаз, убедилась, что ее новая любимица все еще здесь и так же негодует по поводу слишком громкого хлопка двери.
Стряхнув с себя оцепенение, Смирнова встала и пошла переодеваться. Сказано – по магазинам, значит по магазинам. Но Александр в чем-то прав. Что если бы этот разговор услышали обитатели дома? Вероника Альбертовна мигом бы поняла, что дело нечисто, да и Мирра со своей обожаемой дочкой тоже успели бы придумать целую историю за время телефонного звонка.
Немного подумав, Марина заблокировала телефон мужа. Отключать совсем не стала, ведь родители могут позвонить или Маша.
Давыдов ждал ее в гостиной. Он до сих пор в бессильной злости сжимал кулаки. Почему его так накрыло, он и сам не понимал. Но отчего-то дико бесило осознание того, Марина всего лишь выполняет свои обязательства, а на самом деле у нее есть семья, к которой Давыдов не имеет никакого отношения. Когда он увидел растерянное личико девушки во время телефонного разговора, внутри будто натянулась тугая пружина. Казалось, еще чуть-чуть, и она лопнет, разнеся к чертям все хваленое самообладание Александра. Не хотелось признаваться, но то, что она отшила его, задевало, царапало самолюбие, но в то же время будило в душе какой-то азарт. Да к черту все! Она здесь по делу. Но все-таки… легкая улыбка придала его лицу озорное выражение. На поцелуй Марина ответила, и ей понравилось. Наверное…
Наверху стукнула дверь, послышались легкие шаги и цокотание маленьких лапок. Марина спускалась по ступенькам, а за ней хвостом семенила Матильда. Когда только девушка успела приручить вредную псинку?
Александр смотрел, как приближается к нему его «жена». В светлых брюках и топе сочного лимонного цвета она казалась еще моложе. Подошла, остановилась напротив, встретилась взглядом с ним, мгновенно выметая все раздражение и остатки недовольства из мыслей Давыдова.
– Я готова, – тихо сказала Марина, даже не подозревая, какие эмоции вызывает сейчас у своего босса.
– Ее тоже с собой возьмем? – указал он взглядом на шпица.
Марина проследила глазами, куда смотрел Давыдов, поняла, о ком это он, и хихикнула.
– Думаю, обещания привезти ей вкусняшку или новый бантик будет достаточно, – улыбнулась ему девушка.
Когда она устроилась на переднем сиденье внедорожника и пристегнула ремни, повернулась к Давыдову и спросила:
– Покажешь мне город?
– Обязательно, – подмигнул он ей, запуская машину.
Они мчались по извилистым улочкам города, а Марина не могла налюбоваться видами, проносившимися за окном. Солнце клонилось к закату и невозмутимо окуналось в прохладные волны Черного моря, окрашивая их в золотой оттенок.
– Так зачем мне новый купальник? Вообще, зачем купальник на рыбалке? – спросила Смирнова.
– Ты ведь не хочешь провести на яхте целый день в одежде, – пожал плечами мужчина, – завтрашний день обещает быть жарким.
Он кивнул на заходящее солнце, будто именно оно дало ее боссу такое обещание.
– А разве нет вероятности того, что сегодня ночью будет дождь? – выгнула брови Марина, кивая на довольно темные тучки, наползающие со стороны гор.
– Минимальная, – довольно хмыкнул Александр. – Скорей всего, тучи там и останутся. Часто они цепляются за горы и там выливают всю свою влагу, не успев донести ее до нас. Ты не поверишь, с какой скоростью здесь меняется погода! Местные жители шутят на этот счет, что если идет дождь, а ты в этот момент моргнул, то рискуешь не увидеть ни капли.
К великому сожалению Марины, Александр повернул в противоположную от бухты сторону, лишь слегка проехав вдоль набережной. Девушка еле сдержала разочарованный вздох.
– Мы на обратном пути обязательно остановимся и погуляем там, – пообещал мужчина, правильно истолковав погрустневший вид спутницы.
– На самом деле, я вытащил тебя, чтобы ты помогла выбрать подарок маме. У нее послезавтра юбилей, будет большое торжество, ресторан, гости. Мы с тобой тоже должны ее поздравить. Но купальник купим, раз уж я обещал, – не удержался от того, чтобы не подразнить ее.
– У тебя есть идеи? – только улыбнулась на это девушка.
– Я думал, ты мне поможешь!
Она только вздохнула. Что тут сказать? Мужчины!
– Я знакома с твоей мамой несколько часов! – возмутилась Марина, – Ты же знаешь ее всю жизнь!
– Да, – не стал спорить Давыдов, – и за это время я ее уже ничем не могу удивить. Столько всего было подарено!
Смирнова задумалась.
– Что последнее ты ей дарил? – спросила она.
– Этот дом, в котором она сейчас живет, – признался Александр.
Да уж, такой подарок трудно переплюнуть.
– Я так понимаю, в доме есть вся необходимая техника? – понимая, что задает глупый вопрос, но все же спросила девушка.
Давыдов даже отвечать не стал, просто посмотрел на нее самодовольно.
– Ясно, тогда вопрос о скатерти, посуде отпадает сам собой?
Снова довольная улыбка и кивок.
– Золото?
– Она не очень любит, но у нее полно украшений.
– Спа-салон?
– Годовой абонемент.
– Путевку?
– Она только что вернулась из Европы, сказала, что соскучилась по своему любимому городу и не собирается покидать его в ближайшее время.
– Телефон, ноутбук, планшет?
– Все это тоже имеется и не в одном экземпляре.
– А ты не пробовал ее спрашивать, чего она хочет? – не выдержала девушка.
– Я спрашивал, – кивнул Давыдов, заворачивая на парковку возле большого торгового центра.
– И?
– И она попросила ее познакомить с тобой!
Кажется, Марина стала понимать, в кого у ее «мужа» такой характер.
– Тогда остается искусство, – выдала девушка.
Мужчина бросил на нее задумчивый взгляд.
– Искусство, говоришь?
– Да! Неважно, что ты ей подаришь! Ей просто нужна твоя любовь. Что-то, что будет напоминать ей, что ты у нее есть. Не твои деньги и связи, а ты! Тот самый мальчик, кого она носила под сердцем, мазала коленки зеленкой и вытирала слезы. Она просто хочет знать, что ты счастлив, хочет гордиться тобой!
Давыдов во время ее тирады смотрел на нее странным взглядом. Сейчас Марина на мгновение увидела перед собой того самого мальчишку с зелеными коленками, которого жалела Вероника Альбертовна. Была в его взгляде какая-то незащищенность и тень растерянности. Один удар сердца, и наваждение исчезло. Снова перед ней был самоуверенный мужчина, немного надменный и капельку заносчивый босс.
– Отличная идея! – непонятно чему обрадовался он, совсем сбив с мысли девушку.
Он отстегнул ремень, вышел на улицу, открыл дверцу со стороны «жены», подал руку и помог выйти из машины. Что именно так обрадовало Давыдова, для Марины так и осталось загадкой, но пока она решила не выяснять, чему он так радуется.
– Я больше не могу! – взмолилась девушка после того, как они обошли почти все магазины в торговом центре и решили выпить кофе в одной из кафешек.
Давыдов поднял брови в притворном изумлении, ухмыльнулся.
– Мы ведь только начали! – поддразнил он. – Думал, все девушки любят шопинг.
– Тебя обманули! – вздохнула Марина, – Не все! Для меня это настоящая пытка.
Давыдов бросил взгляд на пакеты, которые они оставили на соседнем кресле за столом, перевел глаза на девушку.
– Ты не устаешь меня удивлять, – признался он.
– Не вижу ничего удивительного, – передернула плечами Смирнова, – поверь мне, шатание по магазинам – меньшее, что меня привлекает. Свободное от работы время я предпочитаю проводить с дочерью и отдыхать.
Взгляд темных глаз стал еще более пронизывающим и колючим. В этот момент перед ней снова был ее босс. Такой, каким она привыкла его видеть в офисе. Он как будто отгородился ото всех холодной, неприступной стеной. Марина уловила эту перемену. Опустила голову и посмотрела в свою почти уже опустевшую чашку с остывшим кофе.
– Почему ты еще живешь с ним? – внезапный вопрос босса застал врасплох.
Марина сразу поняла, о ком спрашивает Давыдов.
– Он мой муж, – не поднимая глаз, ответила девушка.
– Это аргумент? – не унимался он.
– Для меня – да, – Марина посмотрела на него и решительно вздернула подбородок, – а еще для меня аргумент – моя дочь и ее здоровье. Я многое в своей жизни делаю ради нее. Уж простите, что пустая трата денег на шмотки меня не привлекает!
Выдохнула. Постаралась скрыть свое раздражение за усталостью. Ему на самом деле не понять ее. Так к чему тратить на это силы?
– Поедем домой или еще погуляем по набережной? – сменил тему Александр.
Возвращаться в дом Вероники Альбертовны не хотелось, а вот возможность оказаться на Приморском бульваре казалась такой притягательной.
– Давай погуляем! – не задумываясь, ответила Марина.
Давыдов протянул ей руку, помогая встать из-за стола.
Набережная встретила разноцветными огнями, журчащими фонтанами и разнообразной музыкой. Музыка здесь была на любой вкус. В одном месте играл небольшой оркестр. Молодые ребята играли «Металлику» на виолончели, скрипке и гитаре. Перед ними лежала шляпа, куда прохожие кидали мелочь, кто-то положил туда даже несколько купюр. Люди останавливались, танцевали, хлопали. Новое звучание давно известных песен под шум волн и крики чаек создавало ощущение нереальности происходящего. Через несколько метров мужчина играл на саксофоне, а чуть дальше какая-то дама исполняла «Полет шмеля» на баяне. Под раскидистыми лапами ели один парень пел в микрофон от караоке, заводя толпу вспышками светомузыки, сверкавшей из небольшого чемоданчика.
Давыдов купил Марине сладкую вату на палочке, букетик цветов у проходившей мимо цветочницы в длинном пышном платье и пестрой шляпке. Сейчас девушка чувствовала себя маленькой девочкой, наполненной радостью и любопытством. Крепкая рука мужчины сжимала тонкие пальчики, создавая ощущение защищенности.
От набережной они повернули к бульвару, пройдя под небольшим мостиком. Гулкий звук шагов заскакал, ударяясь о стены, когда Александр провел Марину под ним.
– Какое живописное место! – вздохнула Смирнова, обернувшись на этот памятник архитектуры, увенчанный барельефом с драконами и гербом города.
– Мост влюбленных, – подмигнул ей Давыдов, почему-то вгоняя в краску.
Сквозь полукруглую арку виднелась темная вода моря, часть набережной и парусник, взявший курс на выход из бухты. Зрелище было завораживающее своей красотой и величием, будто неизвестный художник запечатлел этот момент в своем творении.
– Молодые люди, – позвал проходивших мимо подростков Александр, – вы нас не сфотографируете?
Марина удивленно посмотрела на своего спутника, но тот уже протягивал свой телефон рыжему пареньку, потом вернулся к девушке, взял ее за руки и приказал:
– Смотри на меня!
Девушка послушно повернулась и посмотрела снизу вверх в глаза своего босса. Яркая вспышка на миг озарила пару, еще одна… а они все стояли и смотрели друг на друга, не разжимая рук. Александр медленно наклонился, Марина уже чувствовала его дыхание у себя на губах.
Удар сердца.
В темных глазах можно утонуть…
– Возьмите! – прозвучал голос парнишки совсем рядом.
Девушка выдохнула, когда Александр отстранился от нее, пробормотав что-то в благодарность парню, а может быть нечто ругательное, сейчас она не была ни в чем так уверена. Смешанные чувства боролись в душе: облегчение, что поцелуй не состоялся, и вместе с тем разочарование по этому же поводу. Напомнив себе, что давно замужем за другим человеком, а здесь она с боссом исключительно по работе, сделала небольшой шаг в сторону, пока Давыдов забирал свой телефон из рук молодого человека. Когда шеф повернулся к ней, он сразу понял, что Смирнова успела отойти от него. Его темные глаза сузились на миг. Что-то такое промелькнуло на его лице.
– Идем дальше, – взяв ее за руку, повел дальше по аллее, – я знаю одно место.
Неловкость момента под мостом развеяла очарование этого вечера. Накатила усталость. Казалось невероятным, что всего лишь утром они еще были в шумной Москве, а сейчас гуляют под звук прибоя по ее любимому городу, притворяясь супругами.
Под широкими лапами кедров на дорожке расположилась целая выставка картин. Здесь была особенная атмосфера. Художники предлагали свои услуги по написанию портретов, шаржей и картин на заказ. Кто-то работал прямо сейчас, кто-то просто общался между собой. Именно сюда Александр и привел девушку. Какое-то время бродили, рассматривая морские пейзажи, изображения памятников и видов города.
– Вот она! – Давыдов остановился напротив довольно большого полотна.
Марина сразу же узнала это место.
– Отличный выбор! – автор работы приблизился, улыбаясь, – Одна из любимых моих работ.
Марина слушала разговор мужчин лишь краем уха. Босс договаривался о цене, доставке и оформлении, а его «жена» смотрела на картину с изображением моста с драконами на барельефе. Фантастические ощущения захватили девушку. Казалось, они с Александром только что сами покинули пределы этой картины, настолько искусно была выполнена работа художника. Мост изображен в мельчайших подробностях, казалось, даже тени от деревьев на нем вот-вот задвигаются от дуновения мо
Глава 1
– Я дома! – закричала Марина, заходя в коридор их маленькой квартирки и бросая ключи на полочку.
В воздухе витал запах перегара и специй от лапши быстрого приготовления.
– Добрый вечер, Мариночка, – из спальни величаво выплыла Инга Максимовна, свекровь девушки, – сегодня ты что-то долго. – Женщина нахмурилась и посмотрела на невестку, поджав губы. – Уже давно время ужина, а тебя все нет!
Тяжело вздохнув, Марина сняла сапоги, повесила в шкаф пальто и пошла в ванную. День и без того выдался очень напряженный, а тут еще и дома встречают с претензиями.
– Ты меня слышишь? – свекровь потопала за ней.
– Слышу, – не стала спорить Марина, моя руки, – так чего вы до сих пор не поели?
Темные густые брови Инги Максимовны взлетели вверх.
– А ты приготовила? – возмущенно засопела женщина. – Виталик голодный, Машенька только чай пьет! Что ты за мать такая?
Начинается! Едва сдерживая себя, чтобы не наговорить лишнего, Марина прошла на кухню. Открыла холодильник.
– Вот стоит суп, – указала рукой на кастрюлю, – жаркое, салат. Что вам всем мешало поесть?
Свекровь задохнулась от возмущения.
– По-твоему мы должны питаться тухлятиной? – у нее аж очки запотели.
Марина ошеломленно смотрела на мать своего мужа и не могла найти слов.
– Что?
– Она еще спрашивает! – всплеснула руками женщина. – У Виталеньки слабый желудок! Ему необходимо питаться правильно! А у Маши вообще плохой аппетит. Ладно я, свое время уже отжила, мне многого не надо!
– Инга Максимовна! – перебила начинающуюся истерику Марина. – Я приготовила эту еду вчера вечером! Все свежее. Стояло в холодильнике! Нужно было просто подогреть! Хотя Виталик мог бы сам о себе позаботиться, да и Маша любит этот суп. Я специально его готовила!
Марина достала кастрюлю из холодильника и поставила на плиту подогревать.
– Ты предлагаешь мне таскать тяжеленные кастрюли? – не унималась свекровь.
– Не вижу в этом ничего плохого, – терпение девушки уже заканчивалось.
– Я с утра до ночи забочусь о вас! – голос женщины задрожал. В ход пошла тяжелая артиллерия. – Занимаюсь с Машенькой! Ты ведь знаешь, что ее нельзя оставить ни на минуту! Когда ты предлагаешь мне заниматься еще и готовкой? Я уже не в том возрасте, чтобы тянуть на себе весь быт вашей семьи!
– У Маши есть отец! – наконец не выдержала Марина. Она доставала тарелки и ставила их на стол.
– Который работает! – взвилась Инга Максимовна. – Он головы не поднимает целый день, сидит над компьютером! Зачем ему тогда жена, если все приходится делать самому?
– Знаете, что, – Марина повернулась к разбушевавшейся свекрови, – я тоже не на прогулке была! Я была на работе. Нам необходимо скопить денег на операцию для Маши, ипотека, кредит за машину, которую ваш сын разбил, между прочим. Для того чтобы нам хватало хотя бы на еду, я вынуждена брать подработку! И уж простите меня, если вам придется достать кастрюлю из холодильника, чтобы накормить вашего сына! Тогда бы он не питался лапшой быстрого приготовления и не пил бы пиво целый день!
Марина продемонстрировала пустую бутылку на столе и смятый пакетик от «Доширака».
Лицо Инги Максимовны пошло красными пятнами. Женщина хлопала глазами, ее широкая грудь вздымалась и тяжело опускалась. Марина даже испугалась, что перегнула палку, и сейчас свекровь хватит удар.
– Ты… – прохрипела родительница мужа, хватаясь за грудь, – неблагодарная! – Шмыгнула носом, картинно закатила глаза. Глубокий вдох и резкий разворот. Прикрывая стол своим широким телом, завозилась. Послышался стук стакана о стол, звук наливаемой воды, и по воздуху поплыл запах валерьянки. – Я как белка в колесе целый день ухаживаю за твоей дочерью, помогаю по хозяйству. А ведь я пожилая женщина. Не совсем здорова. Мне вредны такие нагрузки… – Она повернулась к Марине лицом, глаза заволокло слезами, губы дрожат. – А тебе тяжело накормить семью ужином? – Шах и мат.
– Приятного аппетита! – Марина кивнула на накрытый стол и вышла из кухни.
Спорить дальше просто не имело смыла. Каждый раз одно и то же! Сначала обвинения, потом предъявление претензий, ну а завершающим аккордом были слезы. Всегда! Первое время Марина чувствовала себя виноватой, старалась как-то угодить, потом страшно переживала, потом привыкла, а сейчас… сейчас уже ничего, кроме глухого раздражения, не испытывала. Но ради дочери она готова была терпеть все, что угодно.
– Привет, – девушка заглянула в комнату. Полумрак, лишь неверный свет от работающего монитора.
Виталий сидел к ней спиной, на голове большие наушники, в руках очередная бутылка пива, на экране виртуальный бой с использованием крупногабаритной техники в виде танков. Муж что-то ругательное кричал в микрофон, остервенело барабаня пальцами по клавиатуре.
– Виталик! – Марина подошла ближе и сдернула с мужа наушники. Тот вскинул голову и со злостью посмотрел на жену. – Вот так ты работаешь?
– Могу я хоть немного отдохнуть? – набычился мужчина, – Целыми днями работаю, как проклятый! Так что, я не могу отвлечься?
– Почему ты не поел? – не стала раздувать конфликт Марина.
– Поел, – он кивнул на пустую тарелку и попытался снова натянуть на голову отвоеванные наушники.
– Ты, может быть, и поел, а Машу почему не покормил? Я же вчера все приготовила! Неужели трудно было ребенку тарелку супа дать?
– Она не просила! – снова начал отворачиваться от жены Виталик. – Говорю же тебе – я был занят!
– Так занят, что не смог покормить собственного ребенка? – Марина сегодня разозлилась окончательно.
Супруг с раздражением стукнул бутылкой о стол. Та жалобно булькнула, и из темного горлышка потекла белая пена.
– Че ты орешь? – процедил Виталик, разворачиваясь к жене. – Сказал же – не просила она есть. Значит не голодная! А я был занят и забыл о времени!
Закрыв глаза, Марина сделала несколько глубоких вдохов, сосчитала до десяти. Нужно прекратить этот разговор. Он все равно пьян и не слышит ее. Злить захмелевшего мужа не стоило. В таком состоянии он запросто мог поднять руку на жену. Пусть проспится, потом поговорят.
– Ужин на столе на кухне, – проговорила жена и вышла из комнаты.
– Привет, малыш, – Марина заглянула в комнату к дочери.
В комнате горел неяркий свет от настольной лампы. Девочка склонилась над столом и что-то усердно рисовала. Услышав голос матери, обернулась, и ее личико озарила улыбка.
– Привет! – Маша всегда так радовалась, когда Марина приходила домой. Девчушка обняла мать и прижалась щекой к ее плечу. – Я соскучилась! – призналась девочка.
– Я тоже, зайчонок! – улыбнулась ей в волосы Марина и поцеловала пахнущую печеньем макушку. – Как у тебя дела?
Девочка с гордостью стала показывать свои рисунки. Рисованием она увлеклась в четыре года. Сидела часами и старательно вырисовывала зайчиков, солнышко, цветочки. Все это очень аккуратно раскрашивала, педантично стараясь не выходить за контуры рисунка. Бабушка Маши, Инга Максимовна, называла увлечение внучки блажью. Ну в самом деле, кому интересна эта мазня?
Марина всячески поддерживала увлечение дочери. Она покупала ей самые лучшие краски, бумагу, карандаши с разной твердостью и цветом, кисти всевозможной жесткости и назначения. Не говоря о холстах, мольбертах и палитрах. Она старалась радовать девочку, чем может.
В школу Маша ходила редко и недолго. Всему виной ее болезненность и диагноз, который врачи поставили пару лет назад – порок сердца. Нужна была операция. Очередь на квоту оказалась огромная, поэтому Марина начала копить и собирать деньги на проведение операции. Устроилась на еще одну работу, стала брать подработки на дом. Девочку перевели на домашнее обучение, чтобы не подвергать ее опасности. Ведь даже самая банальная простуда могла подорвать здоровье девятилетней Маши и угрожать ее жизни.
– Ты голодная? – спросила Марина дочь.
– Немного, – призналась девочка.
Мать нежно провела по темно-русым волосам девочки, заглянула в ее глаза точно такого же цвета, как и у самой Марины – цвета морской волны. Дочь вообще была ее маленькой копией. Такие же нежные черты лица, чуть вздернутый нос, большие сине-зеленые глаза в окружении густых черных ресниц и пышные слегка вьющиеся волосы. От отца Маше достался немного упрямый взгляд и родинка над верхней губой. Когда-то Марина, будучи еще совсем девчонкой, потеряла голову от улыбки Виталия и вот этой самой родинки над губой…
Тряхнув головой, девушка погладила дочь по волосам и повела ее на кухню ужинать.
Глава 2
– Смирнова, – Леночка заглянула в кабинет бухгалтерии, – тебя главный вызывает!
Марина подняла на коллегу уставшие глаза.
– Что случилось? – спросила она.
Коллега сморщила хорошенький носик.
– Понятия не имею, – тряхнула она белокурыми кудряшками, – сказал, что что-то с квартальным отчетом. Иди, а то будет злиться.
Блондинка испарилась так же внезапно, как и появилась на пороге финансового отдела. Марина знала, что спорить с боссом себе дороже. Александр Викторович не терпел никаких возражений, а еще больше он ненавидел ждать. Так что надо поторопиться. Неизвестно, сколько времени Леночка шла в бухгалтерию. Возможно, босс уже кипит от злости.
Поймав на себе сочувствующий взгляд Любовь Георгиевны, Марина перевела компьютер в спящий режим, взяла папку со вчерашним отчетом, одернула юбку-карандаш, поправила очки и вышла из кабинета.
Александр Викторович Давыдов появился в их компании полгода назад. Молодой, привлекательный, он тут же стал объектом обожания у всех сотрудниц независимо от возраста. Но нового босса не интересовали интрижки на работе. Флирт пресекал в самом его зародыше, да и вообще держался довольно холодно, если не сказать высокомерно. Зато Давыдов был настоящим профессионалом, терпеть не мог любые неточности, требовал выполнять малейшие поручения четко в срок и только на высшем уровне.
Марину не интересовали все эти сплетни и томные вздохи по новому руководителю. Зато ей с лихвой хватило плачущей Леночки после того, как той влетело от шефа за опоздание, и того, как на совещании Александр Викторович разнес договор, составленный юристами фирмы для сделки с другой довольно крупной компанией.
Поэтому сейчас Марина шла как на каторгу в кабинет нового руководителя. Какого рода разговор будет происходить там, можно было только догадываться, но Смирнова не обольщалась.
В приемной поздоровалась с секретаршей Лилией Владимировной. Та сидела за компьютером и что-то неспешно набирала одним пальцем.
– Здравствуйте, – Марина приветливо улыбнулась.
Лилия Владимировна подняла на нее глаза и воззрилась сквозь свои стильные очки на пришедшую. Пробежалась глазами по стройной фигурке девушки, поджала густо накрашенные губы, хлопнула тяжелыми от туши ресницами и чинно кивнула.
– Проходите, Александр Викторович вас уже заждался! – проговорила секретарша.
– Я пришла, как только мне передали его просьбу, – пожала плечами Марина.
Лилия Владимировна закатила глаза.
– Хотите сказать, что это мои проблемы? Я иногда просто поражаюсь с этих людей!
Больше Марина не стала слушать вредную тетку, толкнула дверь и вошла в кабинет. В помещении пахло кофе, и витал аромат горьковатой мужской туалетной воды. Босс говорил по телефону. Увидев ее, махнул рукой, а сам продолжил выговаривать кому-то. Тон Александра Викторовича буквально замораживал пространство вокруг. У Марины сжалось сердце от того, что на миг представила, что вот таким тоном он сейчас будет говорить с ней. Ей сейчас было искренне жаль того бедолагу на другом конце линии.
Девушка застыла неподалеку от стола шефа. Сесть ей не предложили, а сама она не решалась сделать нечто подобное в присутствии ее грозного босса. Босс тем временем продолжал угрожающе говорить, при этом взгляд его темных глаз был прикован к посетительнице. Марина старалась не шевелиться, чтобы не вызвать раздражение шефа. Знала, что сейчас выглядит довольно скромно, но стильно. На ней был костюм графитового цвета из узкой юбки чуть ниже колен, белой застегнутой на все пуговицы блузки и приталенного жакета. Густые темно-русые волосы собраны в пучок, на лице минимум косметики, очки в тонкой оправе, не столько для зрения, сколько для работы с компьютером. На стройных ногах туфли-лодочки. Но взгляд темных глаз, зафиксированный на уровне бедер девушки, слегка нервировал.
Смирнова сама исподтишка рассматривала мужчину, что сидел в большом кожаном кресле. Высокий, подтянутый, черные волосы уложены назад, темные, проницательные, почти черные глаза, высокие скулы, упрямый подбородок с легкой щетиной, белоснежная рубашка лишь оттеняла смугловатую кожу, темно-синий костюм, несомненно, от какого-то известного дома моды и дорогущие часы на левой руке. Взгляд скользнул на правую руку – обручального кольца не было. Марина сама не знала, зачем обратила на это внимание. Когда подняла глаза на лицо босса, натолкнулась на насмешливый взгляд мужчины. Его губы чуть дрогнули в намеке на улыбку. Непонятно отчего, но щеки Марины опалило жаром. С чего бы вдруг? Ведь она не сделала ничего постыдного!
Давыдов завершил разговор и посмотрел на Смирнову.
– Здравствуйте, – сдержанно кивнул он, будто и не было секунду назад в его глазах бесенят, когда он поймал ее за рассматриванием его рук.
– Добрый день, – вежливо ответила Марина, все еще не позволяя себе расслабиться.
– Прошу вас, присаживайтесь, – позволил себе полуулыбку босс, – кофе?
Марина опешила, но кивнула. На всякий случай. Лучше не злить его сейчас.
– Лилия Владимировна, – нажал на кнопку селектора Александр Викторович, – будьте добры, два кофе. Вам с молоком? – это уже Марине. Та ошеломленно кивнула. – Один черный, один с молоком.
Отсоединился и посмотрел на свою подчиненную, которая уже была близка к обмороку от страха. Видимо разговор предстоял долгий. И трудный.
– Итак, – начал шеф, беря со стола бумаги, – во вчерашнем отчете есть неточность.
Марина удивленно посмотрела на свою копию того самого отчета. Никакой неточности там быть не могло.
– Этого не может быть! – возразила девушка.
Брови Давыдова поползли к переносице, а сердце девушки ухнуло вниз. Ну все, теперь он ее прибьет!
– Я не вижу в нем вот этих данных, – небрежным жестом бросил страницы на стол так, чтобы Марина могла посмотреть на запись.
– Позвольте, – девушка протянула руку и взяла бумаги.
Она всмотрелась в показатели, заглянула в свои данные.
– В отчете все верно, – подняла глаза на босса Марина.
Александр Викторович все это время пристально за ней наблюдал. После ее ответа он встал из-за стола, приблизился, наклонился, опираясь рукой о поверхность стола и, заглядывая через плечо девушки, указал пальцем в строку.
– Смотрите! – приказал он.
И Марина смотрела. Изо всех сил старалась не отвлекаться на мужчину, так бесцеремонно вторгшегося в ее личное пространство. В этот момент открылась дверь, и в кабинет вплыла Лилия Владимировна с большим подносом. Женщина осмотрела открывшуюся ей картину и продефилировала к столу начальника. Шла секретарша, высоко подняв голову, будто ее совсем не касалось, что некоторые выскочки позволяют себе так фривольно жаться к шефу. Габаритов Лилия Владимировна была немаленьких, хоть и позволяла себе носить довольно узкие и короткие юбки, считая, что тем самым она умело подчеркивает все достоинства ее фигуры. Пусть тонкие шпильки ее каблуков качались под тяжестью дородного тела, зато офис-менеджер компании всегда выглядит стильно.
Водрузив поднос с ароматным напитком на стол, она придвинула чашки к замершим Александру Викторовичу и Марине, поправила волосы и мило улыбнулась.
– Что-нибудь еще? – в медовом голосе помощницы не было и намека на сарказм, при этом глаза были прикованы к Смирновой, которая переводила растерянный взгляд с секретарши на босса.
– Нет, спасибо, – даже не подняв на нее глаз, сказал Давыдов.
Марина посмотрела в след уходящей женщине, едва сдерживая себя, чтобы не позвать ту на помощь. Вряд ли бы эта гиена помогла. Разве что добить…
– Эта строка не вошла в отчет, – снова вернул в действительность шеф.
Марина пробежалась глазами по строкам.
– Да, потому что эти данные пришли на сутки позже, – согласилась девушка, – они войдут в следующий квартал.
Мужчина отошел от нее и сел в свое кресло. Девушка украдкой выдохнула. Ей совсем не по себе было в такой близости к руководству. И вообще, что он сейчас от нее хочет?
Александр взял свою чашку с кофе, отпил из нее, вопросительно поднял брови. Марина послушно взяла свою чашку и сделала то же самое. С трудом проглотила горьковатый напиток и вернула шефу вопросительный взгляд.
– Марина Николаевна, – вкрадчиво произнес начальник таким тоном, что казалось, воздух в помещении замерз, – крайне важно, чтобы именно эти данные попали в отчет именно этого квартала. Сегодня.
– Но…
– Никаких «но»! – слегка повысил голос этот сумасброд. – Сегодня!
Марина не стала больше спорить. Она только кивнула. Бросила взгляд на часы, указывавшие, что уже давно время за полдень, тяжело вздохнула, подумав о том, что сегодня придет домой очень поздно, а значит и подработку, которую обещала сдать на следующий день, придется делать ночью.
– Хорошо, – ответила девушка, поднимаясь на ноги, – я могу идти?
Темные глаза смотрели непроницаемым взглядом.
– Идите, – чуть искривились губы в подобии улыбки, – жду отчет.
Марина вышла из кабинета. Спорить с Давыдовым все равно, что пытаться поймать молнию – весьма малоэффективно и очень опасно. Проще сделать так, как он хочет, хоть и придется переделывать весь отчет. Девушка уже прикидывала, как ей лучше сделать, чтобы пересчитать все с наименьшими потерями.
– Кофе понравился? – не очень любезно поинтересовалась Лилия Владимировна, когда Смирнова вышла в приемную.
Девушка вынырнула из своих мыслей и посмотрела на секретаршу удивленно.
– Что, простите?
Марина сняла очки и потерла переносицу. Она так всегда делала, когда нервничала.
– Будто не понимаешь! – фыркнула вредная тетка, продолжая буравить Смирнову надменным взглядом. – Не каждому посетителю Давыдов кофе предлагает! – пояснили, тем самым поставив в еще больший тупик.
– Мне нужно переделать отчет, – отмерла Марина.
– Я в пять ухожу! – припечатала Лилия Владимировна.
Марина посмотрела на часы, которые висели над головой секретарши.
– Но я не успею! – возразила она.
– Это что, мои проблемы? – насмешливо искривила напомаженные губы помощница шефа, – Мариночка, ты меня просто удивляешь!
Сказала и потеряла всякий интерес к возомнившей о себе невесть что посетительнице. Пусть знает свое место! И нечего тут с начальниками кофе распивать!
Но Смирновой было не до этого. У нее оставалось крайне мало времени для отчета.
Глава 3
Домой вернулась уже после девяти вечера. Конечно, никто уже не ждал ее в приемной. На месте не было ни босса, ни его секретаря. Марина отправила на электронную почту переделанный отчет и поторопилась домой.
– Явилась? – ядовито спросил муж, встречая в дверях.
Странно, что это он решил осчастливить ее своим присутствием?
– Работы много было, – Марина присела на пуфик, разуваясь.
– Это теперь так называется? – прищурился Виталий.
Супруга одарила его непонимающим взглядом.
– Что ты имеешь ввиду?
Он схватил ее за руку и резко притянул к себе. Обдав запахом перегара, злобно прошипел в лицо:
– Рабочий день у тебя до шести часов! Кувыркалась с кем-то!
Марина дернулась.
– Отпусти! – потребовала она. Терпеть не могла, когда муж злоупотреблял с алкоголем. Всегда в такие моменты терял над собой контроль, превращаясь в совершенно другого человека. – Мне больно! Еще раз повторяю – я была на работе! Пришлось переделывать квартальный отчет. А мне вот очень интересно – по какому поводу банкет?
Она многозначительно посмотрела на кухню. Там сидели два друга ее мужа, на столе стояли какие-то закуски, бутылка водки и пепельница. Друзья тихо переговаривались, смеялись.
– Обмываем окончание турнира, – буркнул Виталий и грубо толкнул жену в грудь.
Он направился к друзьям, которые уже с интересом посматривали на супругов.
– Быстренько сообрази нам что-нибудь на стол, – бросил через плечо мужчина.
– Где Инга Максимовна? – спросила девушка, моя руки в ванной.
– Моя мать не будет выполнять твои обязанности! – рявкнул любящий супруг, посматривая на дружков. Те одобрительно ухмыльнулись.
За дверью свекрови громко работал телевизор. Судя по всему, мамочка мужа смотрела свой любимый сериал. Наверняка и Машка голодная до сих пор. Скрипнув зубами, Марина прошла на кухню. Окинула сердитым взглядом изрядно захмелевших гостей. Демонстративно открыла окно, впуская в помещение свежий воздух, взяла со стола пепельницу, полную бычков, и вытряхнула ее в мусорное ведро. Все это происходило в полной тишине. Дружки мужа напряженно наблюдали за действиями хозяйки квартиры.
– В доме ребенок! – безапелляционным тоном заявила Марина, разворачиваясь к медленно звереющим мужчинам. – У Маши больное сердце. Ей вреден дым. Угодно травиться? Прошу! Но делайте это не в нашей квартире!
Мужики переглянулись между собой и засобирались. Супруг начал что-то им объяснять, но Марина уже не слушала. Она пошла проведать дочь.
– Привет солнышко, – улыбнулась девочке, которая с радостью бросилась к матери. – Как дела?
– Хорошо, – ответила Маша, прижимаясь к груди родного человека, – мы сегодня гуляли в парке, – начала рассказывать девочка, как провела свой день.
– Правда? – Марина удивленно подняла брови. Как-то не похоже на ее свекровь, которая шагу лишнего не ступит за пределы двора.
– Да, – кивнула девочка, – мы ходили с бабушкой в банк, а парк был по дороге.
Восторгу дочери не было предела, а вот Марина задумалась. Зачем свекрови нужно было ходить в банк? Пенсию она получает на карточку, оплату никакую не производит. Странно!
– Я очень рада за тебя, малыш! – она погладила дочь по голове. – Кушать хочешь?
– Нет, я поела! – ошарашила ответом непоседа.
– Правда? И что же ты ела?
– Я подогрела себе суп и макароны с мясом, – гордо выдала девочка.
– Сама?
– Да! Бабушка очень устала после прогулки и прилегла отдохнуть, а папа… ну, он тоже поел со мной, а потом к нему пришли друзья, и я ушла к себе.
Марина только головой покачала. Поцеловала дочку в лоб и встала. На кухне ее ждала гора посуды, которой после гостей лишь прибавилось.
– Ты у меня большая молодец! – похвалила мама девочку и вышла из детской.
С грустью подумав о том, что пришлось отложить дела, девушка начала убирать со стола грязную посуду. Стукнула входная дверь. Это Виталий вернулся, проводив гостей. Он зашел в кухню и мрачно уставился на супругу. Его лицо раскраснелось. На улице было все еще довольно холодно, несмотря на весну. Зайдя в теплое помещение, видимо, действие алкоголя сказалось на состоянии мужчины. Глаза медленно наливались яростью.
– Ты! – прохрипел мужик.
Марина обернулась и хмуро взглянула на него.
– Дрянь! – выдал любимый супруг и икнул.
– Виталя, – устало вздохнула Марина, понимая, что сейчас с ним бесполезно спорить, – иди спать. У меня еще полно работы.
Вместо того, чтобы послушаться, он приблизился, прижимая жену к раковине.
– Ты думаешь, что тебе можно шляться с кем попало, а потом приходить домой и позорить меня перед друзьями? – вконец озверел Виталий.
– Не говори глупостей! – взбеленилась Марина, – Я была на работе! А ты вместо того, чтобы сам работать, притащил в дом каких-то алкашей!
– Не смей так говорить о моих друзьях! – зло прошипел он. – Я что, должен пахать, как конь, даже не имея права отдохнуть?
Марина многое могла бы ему сейчас сказать по этому поводу: и о том, как он играет в онлайн-игры целыми днями, о том, что он давно уже не приносил никаких денег в семью, о том, что не занимается ребенком. Но все это в данный момент просто бесполезно. Раздувать скандал на ровном месте не хотелось. Она думала лишь о том, как быстрее выполнить заказ и лечь спать. Завтра рано вставать на работу. К тому же приближается срок оплаты по ипотеке, да и кредит на машину пора оплачивать. Деньги просто необходимы.
– Пожалуйста, – сделав глубокий вдох, попросила Марина, – иди спать! Завтра поговорим!
– Ты будешь указывать мне, что делать? – снова полез на рожон муж.
– Делай, что хочешь, – она взяла полотенце и стала вытирать мокрые руки.
– Ах ты… – Виталий схватил ее за горло и притянул к себе.
– Сынок! – внезапно на кухне появилась Инга Максимовна, – Что происходит?
С ненавистью глядя в глаза жене, Виталий медленно разжал пальцы, покрутил ими перед лицом Марины, сжал в кулак, хрустнув костяшками, и повернулся к матери.
– Все хорошо, мама, просто разговариваем.
Марина схватилась за шею и закашлялась. Виталий вышел в коридор, загремел, споткнувшись обо что-то, громко выругался и хлопнул дверью в спальню.
– Довела, да? – осуждающе покачала головой свекровь.
– Что?
Девушка еще никак не могла восстановить дыхание, она только удивленно смотрела на мать своего мужа, едва сдерживая слезы.
– Шляешься ночами где попало, так еще претензии предъявляешь? – женщина демонстративно выпила свое лекарство и собралась покинуть кухню, когда невестка задала ей вопрос:
– Вы сегодня ходили в банк?
Инга Максимовна остановилась, медленно повернулась и презрительно выплюнула:
– Где я бываю и что делаю, тебя никак не касается! – после чего удалилась к себе.
Марина наконец-то осталась одна.
Быстро приведя кухню в порядок, достала бумаги и села за расчеты. Утром предстояло сдать их заказчику. Спать легла уже в третьем часу ночи. К пьяному храпящему мужу идти не хотелось, поэтому Марина устроилась рядом с дочерью, обнимая девочку и с наслаждением вдыхая запах ее волос.
Утром, едва только будильник начал издавать первые звуки, Марина вскочила, выключила бодрую трель, опасаясь разбудить Машу. Бесшумно оделась и выскользнула в коридор. Поставила вариться кофе, а сама пошла умываться. Из их общей спальни слышался храп. На секунду замерла. Интересно, когда муж успел превратиться из заботливого, любящего человека вот в такое животное? Тряхнула головой и поспешила.
Глоток кофе, не забыть флешку, бумаги и тихо вышла за дверь. На улице едва рассвело. Дворник дядя Юра приветственно помахал девушке рукой. Марина ответила приветливой улыбкой. Они часто разговаривали с мужчиной. Он появился в их дворе не так давно и сильно отличался от других работников метлы. Не гастарбайтер, не алкаш. Полковник в отставке. Болезнь Паркинсона не позволила продолжить военную службу, а дома дядя Юра сидеть не умел. Он жил в соседнем доме и считал свою работу замечательной. «Свежий воздух, гибкий график», – шутил он иногда. Марина очень уважала этого человека. Военную выправку было видно невооруженным глазом. Одет скромно, но всегда в чистое и отутюженное, широкие плечи расправлены, спина прямая и строгий взгляд. Ему даже не нужно было ругаться на местную шпану, с его появлением больше никто не собирался на детской площадке вечерами чтобы «полузгать семки и выпить пива».
– Доброе утро! – поздоровалась Марина.
– Как всегда, ранняя пташка, – улыбнулся ей дядя Юра.
– Надо многое успеть, – не сдержала ответной улыбки девушка, садясь в машину.
Глава 4
К фитнес-центру она подъехала без пяти семь. Величественное здание из стекла и бетона обычно в это время пустовало. Хоть и работу свою начинал в семь утра, мало находилось желающих заниматься спортом в такое время.
Марина зашла, поздоровалась с охранником и пошла переодеваться. Она приезжала сюда три раза в неделю по утрам. Вечером у нее никогда не было времени, даже в те редкие дни, когда удавалось вечером освободиться пораньше, ей хотелось провести свободное время с Машей.
Переоделась в женской раздевалке, спрятала сумку, закрыла шкафчик на ключ и вышла в зал, где стояли тренажеры. Сейчас все они были свободны, можно выбрать любой. Марина посмотрела на свое отражение в зеркале, которое занимало целую стену, поправила косынку на голове и начала мыть пол.
За эту работу платили неплохо. Никого не интересовало, за какое время она справлялась со своими обязанностями. Хочешь, будь в зале хоть целый день, а можешь за час помыть все помещения и быть свободной. Больше всего Марине нравилось, что платили за работу по факту.
Девушка включила аудио плеер, вставила наушники и с энтузиазмом принялась за дело. Помещений в центре было несколько. Если не отвлекаться ни на что, за час вполне можно справиться. На постепенно приходящих посетителей не обращала внимание. Нужно все успеть сделать, принять душ и не опоздать на встречу с клиентом, задание которого делала полночи.
Тихонько подпевая музыке в наушниках, Смирнова вошла в бассейн. Его она всегда оставляла себе напоследок. Самая грязная и кропотливая работа всегда была там. Клиенты центра любили прыгать с бортика. Вода часто выплескивалась и разливалась. Стоки, конечно, были предусмотрены, но видимо строители на чем-то сэкономили или выполнили свою работу недобросовестно, но вода часто оставалась на полу, иной раз превращая его в настоящий каток.
Марина начала собирать воду. Казалось, этому не будет конца и края. Как будто кто-то открыл невидимый кран и из него тонкой струйкой льется вода прямо на пол. Времени оставалось все меньше, а пол категорически не желал становиться сухим. Когда, наконец, результат удовлетворил девушку, она увидела мужские мускулистые ноги, которые прошествовали мимо нее к бортику бассейна. Марина даже не успела поднять голову, чтобы посмотреть на прошедшего мимо мужчину, как внезапно волна брызг окатила и ее саму, и только что вытертый пол.
От возмущения захотелось швырнуть следом за нахалом тряпку, которую судорожно сжимала возмущенная Смирнова, но тип скрылся под водой и все равно ничего не слышал из того, что в сердцах крикнула девушка. От обиды горячие слезы обожгли глаза. Прикусив губу, Марина снова принялась собирать воду, нервно поглядывая на часы. Времени с каждой секундой становилось все меньше.
Послышался плеск, а потом мужской, знакомый такой, голос произнес:
– Простите, вы что-то сказали?
Марина резко вскинула голову. На той стороне бассейна был ее босс. Темные волосы прилипли ко лбу, капельки воды стекали по широким плечам. Хорошо, что между ними было довольно большое расстояние. Девушка качнула головой и резко развернулась спиной к возмутителю ее спокойствия.
– Подождите, – догнал ее голос Давыдова, – мы знакомы?
Вот черт!
Марина сделала вид, что увлечена мытьем полов и поспешно стала продвигаться к выходу. Новый плеск воды за спиной заставил ускориться. Оказавшись за дверью, Смирнова схватила ведро и швабру и почти бегом ринулась в женскую раздевалку. Уже вбегая в нее и закрывая за собой дверь, услышала уже в коридоре:
– Стойте!
И чего пристал?
Марина перестала дышать, замерла, прислушиваясь. От всей души надеялась, что начальство не последует за ней в женскую раздевалку. Да и чего ради он должен бежать за какой-то там уборщицей? В то, что он успел ее рассмотреть и узнать, Смирнова не верила. Но выброшенный в кровь адреналин хозяйничал сейчас в теле перепуганной девушки. Внезапно шаги в коридоре приблизились и ручка, в которую сейчас Марина упиралась поясницей, начала медленно поворачиваться. Отскочила, будто ужаленная, стала затравленно озираться по сторонам, лихорадочно соображая, куда бы спрятаться. Ничего лучше не придумала, поспешила к душевой. В этот момент дверь открылась, впуская стайку молоденьких девушек. От облегчения Марина чуть ведро не уронила. Клиентки начали весело переговариваться между собой, совсем не обращая внимания на уборщицу. Нет им никакого дела до тетки в перекошенной косынке.
Наспех приняв душ, приведя себя в порядок, Марина поспешила на встречу, что была назначена на восемь тридцать в кафе за углом.
С Борисом Денисовичем Марина сотрудничала уже давно. Индивидуальный предприниматель доверял свои финансовые дела только Смирновой. Платил всегда хорошо, поэтому Марина никогда не отказывала ему.
Вот и сейчас они сидели в кафе, пили кофе и обсуждали выполненную работу.
– Мариночка, – лучился улыбкой довольный клиент, – вы просто чудо!
Невысокого роста, пухленький, как колобок, Борис Денисович взял девушку за руку и галантно поднес ее пальчики к своим губам.
– Рада, что вы цените мою работу, – ответила ему улыбкой Марина.
Мужчина протянул конверт, который она взяла, даже не думая пересчитывать. Борис Денисович всегда платил нужную сумму, нередко добавляя к ней приятную премию.
– Спасибо, – поблагодарила девушка и взглянула на часы. – Мне пора на работу.
– Конечно! – засобирался клиент, – Увидимся с вами через квартал.
– Хорошо, если что-то нужно будет, вы знаете, как меня найти.
Они попрощались, и Марина поспешила к стоянке. К офису подъехала без пяти девять, благо место на парковке нашлось быстро.
– Доброе утро, – услышала она за спиной второй раз за утро голос шефа, когда ждала лифт.
Вздрогнула, обернулась.
– Доброе утро, – сдержанно ответила, раздумывая, не сбежать ли на лестницу. А что, для здоровья полезно, для фигуры опять же…
Лифт гостеприимно распахнул свои створки. Давыдов многозначительно посмотрел на Марину, потом в кабинку, будто напоминая, зачем они здесь стоят. Девушка отмерла и первой шагнула внутрь, мужчина последовал за ней. Когда двери закрылись, и кабинка бесшумно заскользила вверх, Смирнова начала нервничать еще сильнее. Сейчас, в замкнутом пространстве, она особо остро чувствовала присутствие босса. Аромат его одеколона щекотал ноздри, пробуждая внутри какие-то странные, совершенно неподконтрольные эмоции.
Неожиданно начальство развернулось и воззрилось на близкую к обмороку Марину.
– Как прошло ваше утро? – почему-то поинтересовалось начальство.
Смирнова сглотнула внезапно ставшую вязкой слюну и моргнула.
– Прекрасно! – выдавила подчиненная, мечтая, чтобы лифт скорее остановился.
Она смотрела в темные глаза Александра Викторовича и чувствовала себя пойманной в ловушку мышью. Взгляд шефа медленно сместился с лица девушки на шею. Его лицо застыло холодной маской. Марина боролась с желанием зажмуриться. Что он там такого увидел?
– Вижу, и ночь тоже прошла великолепно, – процедил Давыдов и отвернулся. В этот момент лифт остановился и распахнул дверь.
Мужчина шагнул в коридор, оставляя Марину одну, которая, потрясенная переменой в его настроении, смотрела боссу вслед.
– Зайдите ко мне после обеда, – сказал он прежде, чем лифт закрылся и увез Смирнову на ее этаж.
Девушка повернулась и посмотрела на себя в зеркало, которое занимало собой чуть ли не большую часть стены. На белой коже на шее темнели багровые пятная. Марина прижала ладонь к горлу. Что подумал сейчас о ней Давыдов? Он ведь сказал что-то про великолепную ночь? Точно! Решил, что это засосы. Горючие слезы стали закипать в ее глазах. Что за день-то такой!
В кабинете у девушки сидели еще четверо из бухгалтерии. Эти точно заметят пятна и сделают свои выводы. Марина быстро распустила волосы, позволяя им упасть на плечи. Немного поправила пряди, дабы прикрыть шею. Без строгого пучка Смирнова выглядела еще моложе и как-то легкомысленнее. Ее часто принимали за совсем девчонку, показывая немного пренебрежительное отношение, хоть и было ей уже почти тридцать лет. Поэтому Мрина старалась придавать своему облику более строгий и официальный вид. Ну, ничего, придется сегодня походить с распущенными волосами, а завтра она обязательно что-нибудь придумает. Надо будет в обеденный перерыв выйти в аптеку, купить что-то от синяков. Может быть, попробовать замазать эти чертовы пятна?
– Доброе утро! – быстро поздоровалась Смирнова, входя в кабинет.
Села на свое место и укрылась за монитором. Коллеги были заняты работой, рассеянно ответили на приветствие и вернулись к своим делам. Облегченно выдохнула и тоже последовала их примеру.
Через пару часов в кабинет заглянула Леночка.
– Приветики! – улыбнулась блондиночка, показывая коробочку с тортиком, – А у меня сегодня именины, давайте чай пить!
– Поздравляю! – Любовь Георгиевна просто обожала такие посиделки, – Девочки, ставьте чайник!
Какое-то время в кабинете царила неразбериха. Доставалась посуда, заваривался чай, резался торт и обсуждались свежие новости.
– А знаете, – заговорщическим тоном начала Надежда Алексеевна, – я видела вчера нашего руководителя в ресторане!
Ее карие глаза сияли. У нее буквально на лбу было написано: «Что я знаю!». Все замерли, кажется, даже перестали дышать.
– Надежда Алексеевна, – пробасила Любовь Георгиевна, когда пауза затянулась, – вы рвете мое старое сердце! Не томите, говорите уже!
Довольная произведенным эффектом, Надежда Алексеевна улыбнулась и продолжила:
– С ним была очаровательная спутница!
Сказала она это таким тоном, как будто открыла страшную тайну. Кто-то разочаровано застонал, кто-то зашушукался, стали сыпать вопросами, кто такая, как выглядит, как зовут. Рассказчица раскраснелась, отвечая на вопросы, которыми девчонки забрасывали ее, перебивая друг друга. Ну надо же! Их драгоценный, неприступный красавец-босс, и с женщиной! Это же какой надо быть красавицей, чтобы охмурить такого.
Марина почти не слушала всю эту болтовню. Ее мало волновала личная жизнь их общего начальника. Да и смешно было бы полагать, что у Александра Викторовича никого нет. Сейчас она думала о том, что ее ждет дома. Как встретит после вчерашнего муж. Повторится ли скандал или наоборот, Виталий все осознал и попытается наладить отношения. Душу грела мысль о сегодняшней заработной плате, да и конвертик от Бориса Денисовича был прекрасным бонусом, ведь сегодня как раз нужно вносить очередной платеж за ипотеку. Деньги спишутся с карты, конвертик можно будет положить в копилку, а деньги за мытье полов в фитнесс-центре останутся на продукты.
– Марина! – голос Леночки выдернул Смирнову из раздумий.
– А? – Марина хлопнула глазами и непонимающе огляделась.
Дружный смех заставил ее вспыхнуть.
– Ты где витаешь? – спросила именинница.
– Да так, – туманно ответила девушка, смущаясь. – Прости, я задумалась.
– Ты на обеденный перерыв будешь выходить? – весело спросила ее коллега.
– Да! Мне нужно в аптеку сходить, ну и в магазин заскочить, – улыбнулась Марина ей.
– Отлично! – просияла в ответ Леночка, – мне тоже нужно в магазин!
– Мариночка, – перевела свое внимание на нее Любовь Георгиевна, – ты сменила имидж?
Внимание всех присутствующих тут же переключилось на Смирнову.
– Тебе идет!
– Красивые волосы!
– Ты чего такую красоту прятала раньше?
Тут же защебетали девчонки. К слову, сама Марина не считала свои волосы красивыми. Да, довольно густые, длиной до лопаток, но цвет ей казался самым обычным – темно-русый. Не блондинка, не брюнетка, да и не рыжая. Обычная! Несколько раз девушка задумывалась о том, чтобы покрасить их в более яркий оттенок. Хотелось быть для мужа красивой, но он отмахивался, говорил, что она ему и так нравится, нечего тратить кучу денег на дорогущие салоны. Такие слова быстро спускали Марину на землю, заставляя отложить все планы подальше. Волосы и волосы, деньги на операцию дочери важнее.
– Да я и не прятала, – смутилась Смирнова, – они мешают просто, да и привыкла я…
– Тебе очень идет! – искренне улыбнулась ей блондинка Леночка.
От ее улыбки стало немного теплее на душе.
Глава 5
В обеденный перерыв подруги вышли в торговый центр. Марина купила в аптеке мазь от синяков, потом они посетили магазин косметики, где выбрали тональный крем, потом им попался чудесный шелковый шарфик. Теперь можно лечить синяки, замазывать их тональным кремом, ну а для надежности пока завязать кокетливый платочек, чтобы точно никто не заметил пятен на горле.
– Как ты это терпишь? – спросила Леночка, когда они уже шли назад к офису.
Девушки довольно близко общались, поэтому блондинка сразу поняла, что прячет под распущенными волосами Смирнова.
– Не знаю, – тихо ответила Марина, – он не был таким раньше. Я думаю, что сейчас у него какие-то проблемы, вот и срывается. К тому же Инга Максимовна постоянно накручивает.
– Послушай, зачем она тебе вообще? – округлила глаза Леночка, – У нее же есть дом в Воронежской области, почему она там не живет? Машка уже большая, ей нянька не нужна, твой благоверный дома все время сидит, присмотрел бы за мелкой. Пусть бы ехала уже ваша бабушка домой!
– Я однажды завела этот разговор, – печально улыбнулась Марина, – но все закончилось приездом скорой и скандалом с Виталиком. Он сказал, что я его мать выгоняю из дома.
– Ты или святая, или сумасшедшая! – припечатала подруга. – Я бы уже собрала их вещи и выгнала бы вон! Квартира твоя?
– Квартира наша, – качнула головой Марина, – ипотека оформлена на меня, но у нас совместная собственность.
– А машина?
– Кредит на мне, а оформлена она на мужа. Когда мы ее покупали, у меня даже прав еще не было, зато была официальная заработная плата.
– Ох, Марина, Марина! – покачала головой подруга.
Вернувшись в офис, Смирнова направилась в кабинет руководителя. Зачем он попросил ее зайти после обеда, она не представляла.
– Здравствуйте! – улыбнулась Марина секретарю.
Лилия Владимировна смерила ее надменным взглядом. В глазах застыл лед, а вот губы послушно разъехались в подобие улыбки.
– Здравствуй, Мариночка! – почти пропела вредная тетка, изо всех сил изображая радость на лице.
Девушка не поверила ей ни на секунду.
– Меня Александр Викторович вызывал, – она жестом фокусника достала из сумочки шоколадку, это ее Леночка надоумила, положила на стол перед секретаршей.
– Ой, ну что ты! – захлопала густо накрашенными ресницами Лилия Владимировна, ловко сметая угощение в открывшуюся тумбочку. – Совсем не стоило! Спасибо, дорогая! Не хочешь ты моего похудения!
– Вам незачем худеть! – пошла в атаку Марина, – Вы чудесно выглядите!
Секретарша засмущалась, но возражать не стала, ведь пришедшая в приемную нахалка, по ее мнению, говорила чистую правду.
– Добрый день, – Марина вошла в кабинет и остановилась перед столом босса.
Давыдов что-то писал, поднял глаза на вошедшую.
– Здравствуйте, – он отложил ручку и уже прямо посмотрел на девушку.
Его взгляд прогулялся по стройной фигурке, мазнул по шарфику на тонкой шее, кривым росчерком на лицо легла легкая ухмылка.
– Вы просили зайти после обеда, – напомнила Марина.
Темный взгляд мужчины вернулся к ее глазам. Щеки мгновенно обдало жаром. Марина тут же мысленно обругала себя за это. Чего ради она тут стоит и краснеет как школьница. Гордо выпрямила спину и выдержала чужой непроницаемый взгляд.
– Красивый шарфик! – насмешливо произнес шеф.
Издеваться изволит?
– Будем обсуждать мой гардероб? – выгнула она бровь.
Почему-то эта ситуация здорово злила. Устроил тут спектакль! Да какое его дело до ее личной жизни? Даже если это засос, какое это имеет отношение к работе?
Начальник смелость оценил. Хмыкнул и перестал гипнотизировать взглядом. Махнул рукой.
– Присаживайтесь, – велел он.
Марина только теперь осознала, как она была напряжена, словно натянутая струна. Едва только Александр Викторович освободил от плена темных глаз, она тут же осознала, что только что ему сказала и пришла в ужас. Не иначе черт за язык дернул! Ноги отказались держать, и Смирнова буквально рухнула на предложенный стул, мысленно приготовившись к экзекуции.
– Вы вчера блестяще справились с заданием, – неожиданно начал с похвалы Давыдов, чем окончательно выбил девушку из душевного равновесия, – я получил отчет по почте, за что вам отдельное спасибо. Теперь, благодаря обновленному отчету, в нашей компании увеличится финансирование, что позволит уже в будущем квартале рассчитывать на прирост прибыли.
Марина слушала начальника, совершенно не понимая, зачем он ей это сейчас говорит. Хочет похвалить? Ну, для этого было бы достаточно написать спасибо в ответном письме, а не пугать до полусмерти вызовами в свой кабинет.
Разговор плавно перетек в обсуждение планов и задач на этот месяц. Обозначив все свои требования, Давыдов отпустил Марину. Вернулась в свой кабинет девушка в полном смятении. Она не понимала, почему все эти вопросы было не обсудить с главным бухгалтером. Лилия Владимировна на прощание пожелала девушке хорошего дня, чем добила ее окончательно.
Казалось, этот день не закончится никогда. Машинально выполняя все свои обязанности, отвечая на вопросы коллег, Смирнова следила за стрелкой на часах, которая как назло еле двигалась, будто специально. Наверное, усталость, недосып и переживания последних дней давали о себе знать. Хотелось быстрее вернуться домой, наполнить ванную, устроиться в горячей воде с ароматной пеной, закрыть глаза и ни о чем не думать. Если бы Марина знала, каким будет ее этот вечер, точно не торопилась бы домой, а возможно, сама снова пошла бы в кабинет к Давыдову, лишь бы не принимать участие во всем этом.
Припарковав машину у подъезда, Марина направилась домой.
– Наконец-то! – догнал ее грубый мужской голос у самой двери, – Я устал ждать!
Вынырнув из своих мыслей, девушка обернулась и с удивлением воззрилась на незнакомого мужчину.
– Вы мне? – спросила она, разглядывая незнакомца. Она готова была побиться об заклад – его она видела впервые.
– Тебе, тебе! – щербато заулыбался этот тип. – Ключи от машины отдала!
– Какие ключи?
– От машины! – рявкнул он.
– С какой стати?
Все происходящее уже казалось каким-то странным сном.
– А с такой, что это теперь моя машина!
Градус абсурдности ситуации стал стремительно зашкаливать.
– Не смешно! – Марина приложила к домофону ключ и начала открывать дверь.
– А я и не шучу, – сообщили ей, схватив при этом за плечо.
Смирнова обернулась и посмотрела на здоровенную ручищу, покрытую густыми рыжими волосками и синюшными наколками. В душе шевельнулся страх. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль: «Останется синяк», но внезапная боль в плече сразу вымела все размышления из головы.
– Мне больно! – возмутилась девушка, отчаянно вырываясь.
Но мужик и не думал отступать.
– Я сказал – отдай ключи! Или мне вызывать эвакуатор? – он хищно прищурился. – Имей в виду, оплачивать его вызов будешь сама! Я с удовольствием добавлю эту сумму к основному долгу!
– Да что происходит? Я сейчас полицию вызову!
– Вызывай! – милостиво разрешили ей, – Я им с удовольствием покажу вот это!
Свободной рукой мужчина достал из кармана бумагу и протянул прямо к лицу перепуганной Марины.
– Читай! – приказал он.
Марина протянула руку, но взять в пальцы бумагу ей не дали.
– Так читай! – неприятно ухмыльнулся тип. – Хитрая какая!
Девушка послушно всмотрелась в строчки. Она не сразу поняла, что там написано. Пришлось перечитать несколько раз, чтобы смысл дошел до ее разума.
Перед ней был договор купли-продажи ее автомобиля. Ее муж Виталий Сергеевич Смирнов продавал их машину Мазду некоему Дратюнюку Игнату Дмитриевичу за тысячу рублей.
– Убедилась? – заржал Дратюнюк, – Так что хватит выделываться и гони ключи! У меня время – деньги!
– Этого не может быть! – проговорила Марина внезапно пересохшими губами.
– Еще как может! – продолжал скалиться тип.
Лихорадочно соображая, что же делать в такой ситуации, Марина старалась сдержать так не к месту набежавшие слезы. Сейчас не время радовать этого подонка ее слабостью. Гордо выпрямила спину, посмотрела в маленькие поросячьи глазки и заявила:
– Я ничего никому не собираюсь отдавать! Это моя машина! Я плачу за нее кредит и отдавать ее каким-то мошенникам не намерена.
Взгляд мужика совсем потяжелел. Тип сплюнул сквозь щербину поломанного зуба на асфальт и процедил:
– Не хочешь по-хорошему? Будет по-плохому! – жесткие пальцы снова сжали плечо девушки, будто стальными тисками. Не отпуская свою жертву, Игнат второй рукой достал из штанин телефон. – Иди и успокой свою овцу, а то я за себя не ручаюсь! – гаркнул он в трубку. Посмотрел на Марину и победно улыбнулся.
– Марина, все в порядке? – из-за угла вышел дядя Юра и, увидев безобразную картину, решил вмешаться.
– Иди куда шел, дядя! – даже не оборачиваясь, ответил хам.
Дворник не впечатлился его ответом и вопросительно посмотрел на почти плачущую девушку. Та качнула головой и всхлипнула. В этот момент подъездная дверь распахнулась, явив троице разгневанного супруга Марины.
– В чем дело? – мрачно спросил он.
– Виталик, – пискнула девушка, – этот тип утверждает, что ты продал ему нашу машину за тысячу рублей!
– И?
– Это правда? – она не могла поверить, что такое вообще может быть.
– Прекрати меня позорить! – злобно прошипел любящий муж. – Дома поговорим! Отдай Игнату ключи и техпаспорт.
Марина чувствовала, как ее начинает колотить нервная дрожь. Вокруг уже начали собираться соседи и прохожие. Все с большим интересом наблюдали за происходящим, глаза лихорадочно блестели, но при этом никто даже не подумал вмешаться в разгорающийся конфликт.
– Не отдам! – заупрямилась Смирнова.
– Пошли домой! – приказал Виталий, хватая супругу за другую руку и дергая на себя. – Игнат, дай мне пять минут!
Игнат демонстративно посмотрел на часы, скорчил недовольную мину и соблаговолил кивнуть, засунув руки в карманы.
– Идиотка! – Виталий грубо потащил Марину в подъезд. Когда за ними захлопнулась дверь, он прижал супругу к грязной стене и зло зашипел, – Ты хочешь, чтобы меня грохнули здесь?
В глазах мужа пылала ярость.
– Что ты такое говоришь? – пролепетала испуганная девушка.
– Я должен ему целую кучу денег! Благодари бога, что согласился взять машину и подождать немного, а то уже заказывала бы поминки по мне!
Прижимаясь лопатками к облупившейся краске на стене своего подъезда, глядя в обезумевшие глаза собственного мужа, Марина гадала о том, что произошло такого, что ее жизнь стала стремительно меняться?
– Ты с ума сошел? – не выдержала девушка. – Откуда долги? У нас кредит на машину, между прочим! Отдадим ему машину, а банку будем все еще должны? Ну уж нет!
– Мариша, – внезапно сменил тон муж, – поверь мне, сумма, которую он мне за эту машину простит, гораздо больше стоимости нашей Мазды! Неужели в такой момент, когда твоему мужу грозит опасность, ты будешь думать о проблемах с банком? Я верну долг! Обещаю! Просто меня кинули на деньги, сделка не состоялась, а эти парни не умеют ждать. Зато очень хорошо умеют убивать…
Марина во все глаза смотрела на своего мужа, а в ее душе чернильным пятном расплывалось разочарование. И вот за этого человека она вышла замуж, от всей души надеясь, что на всю жизнь? Жить с ним в богатстве и в бедности, печали и радости…
Она достала ключи, безвольно разжала ладонь, позволяя им упасть на пол. На мужа она больше не смотрела, было противно видеть его лицо. В душе ничего не осталось. Пустота. Выжженная пустыня.
Глава 6
Марина развернулась и, не глядя на то, как Виталик падает на колени и хватает ключи, стала подниматься по лестнице.
Дома ее ждала разгневанная свекровь.
– Добрый вечер, Инга Максимовна, – поздоровалась девушка, разуваясь.
– Добрый вечер, – сдержанно ответили ей.
Все это время мать мужа следила за действиями невестки, скрестив руки на груди.
– Что ты там устроила? – не выдержала женщина.
– Что вы имеете в виду? – изо всех сил сдерживаясь, спросила Марина.
– Ты знаешь, о чем я! – взвизгнула свекровь. – Почему ты сразу не отдала ключи этому типу? Зачем подвергла жизнь Виталика опасности?
– То есть вы в курсе дел вашего сына? – прищурилась Смирнова. – Знали, что он влез в долги, и молчали?
Из свекрови будто разом выбили весь воздух. Она как-то сникла и опустила глаза.
– Он хотел помочь, – тихо пробормотала женщина, – хотел Машеньке на операцию собрать! Но ему не повезло… – Инга Максимовна всхлипнула.
В душе Марины не шевельнулось ни капли сочувствия.
– Что он натворил? – только и спросила она.
Свекровь покачала головой.
– Я не знаю. Но эти типы донимают нас уже целую неделю! Они угрожают…
– Что?
Марина просто не могла поверить ушам.
– Я сняла все сбережения с депозита, но этого оказалось мало, – затараторила любящая мамочка, – эти бандиты удвоили сумму! Негодяи!
– Подождите! – Марина вскинула руки вверх. – Какие сбережения вы сняли? У вас были деньги? Вы для этого ходили в банк?
Тетка вскинула голову и со злостью посмотрела невестке в глаза.
– Какое тебе дело до моих сбережений? Знаю я таких! Прикидываются бедными овечками, потом обдирают мужчин до нитки! Даже не мечтай!
Девушка смотрела на свою родственницу и не могла поверить, что вот так просто та могла отдать деньги каким-то бандитам, при этом не обронить ни слова о деньгах, когда речь шла о здоровье и жизни ее внучки.
– Я не хочу больше видеть вас в моем доме! – отчеканила Марина.
Инга Максимовна захлопнула рот. Медленно моргнула.
– Ты выгоняешь меня из дома моего сына? – хрипло спросила она.
– Это мой дом! – девушка говорила медленно, старалась держать себя в руках, но сталь звенела в ее голосе. – Я плачу за квартиру кредит, равно как и за машину тоже. Пусть ключи я отдала, но я эту ситуацию так не оставлю! Я напишу заявление в полицию. Пусть они разбираются, кто кому что должен! А вы… – она сделала паузу, – чтобы завтра вас здесь не было!
Инга Максимовна поджала губы.
– Раз меня выгоняют из дома моего сына, я не останусь тут ни дня! Потом не просите меня приезжать! Ноги моей не будет здесь! Машеньку только жалко. С такой матерью – неблагодарной дрянью, которая думает только о гульках и даже покормить не может собственного ребенка, недолго ей жить осталось!
Это уже был перебор. Сжав кулаки, Марина шагнула к женщине.
– Не смей так говорить о моей дочери! – зашипела девушка, глядя в лицо матери своего мужа.
– Помогите! – внезапно заголосила свекровь, – Убивают!
Это было настолько неожиданно, что Марина опешила. В этот момент распахнулась дверь. В квартиру ввалился невменяемый Виталик.
– Мама! – вскричал любящий сынок, кидаясь к женщине, отпихивая жену, – Что случилось?
Увидев благодарного зрителя, Инга Максимовна закатила глаза и начала оседать на пол. Подхватив дородное тело матери, Виталик, покраснев от натуги, крикнул:
– Чего ты стоишь? Видишь, маме плохо! Вызывай скорую!
Марина смотрела на разворачивающийся перед ней спектакль и понимала, что внутри пусто. Нет ни жалости, ни злости. Ничего. Она повернулась и пошла к дочери. В то, что ее свекровь при смерти, Смирнова не верила. Очередное представление, не более. А вот в то, что у этой скупой женщины были сбережения, девушка подозревала давно, но никаких доказательств у нее не было.
Повинуясь внезапному порыву, Марина решила проверить шкатулку, в которую складывала всю наличность. Там были не все заработанные ею деньги, основная часть хранилась на личном счете, но на текущие расходы она складывала в специально купленную для этого коробочку.
Как и ожидала Марина, шкатулка была пуста.
Стараясь дышать глубоко и размеренно, девушка села на пол, обхватила колени ладонями и опустила на них голову. В детстве она часто пряталась от собственных страхов вот в такой позе. Казалось – весь мир остался там, снаружи. Сквозь этот созданный кокон никто не пробьётся. Ничего не отвлекало от мыслей. Так было легче искать пути к решению.
Где-то там, в другой реальности, звенели чужие голоса. Это приехала скорая. Громче всех кричала «больная». Что-то бубнил супруг. Хлопали двери. Видимо собирали пациентку в больницу. Инга Максимовна настаивала на госпитализации, а сынок вызвался сопровождать мать. Через время все стихло. Марина осталась одна.
– Мамочка, что случилось? – голос Маши вырвал из пучины отчаяния и заставил очнуться.
Марина вскинула голову и посмотрела на девочку. Губы не слушались, но нужно было сказать хоть что-то.
– Иди сюда! – протянула руку и сжала детские пальчики.
Маша села рядом и доверчиво прижалась к ее плечу.
– Не плачь, – попросила малышка, заглядывая в глаза матери.
Марина с удивлением обнаружила, что и правда плачет. Давно уже она не позволяла себе такой слабости. Как-то навалилось все разом. Но сейчас, глядя в голубые глаза дочери, как никогда чувствовала решимость. Надо что-то делать. Пора менять весь этот кошмар, в который превратилась ее жизнь.
– Не буду, – улыбнулась девушка и погладила девочку по волосам, – все будет хорошо!
Сказала и сама не поверила. Сейчас было стойкое ощущение, что она подошла к краю пропасти. Головой понимала, что дальше идти нельзя, но сердце подсказывало – не нужно бояться перемен. Они могут быть к лучшему.
– Собирайся, поедем в гости к тете Свете, – скомандовала Марина.
У девочки загорелись глаза. Она обожала мамину подругу. Та была всегда приветлива и часто баловала Машу чудесными подарками. Правда, виделись подруги довольно редко. Тете Свете категорически не нравился Виталий. Она называла его трутнем и слышать ничего не хотела на тему того, что сейчас тяжелое время, и он работает на удаленке, пока их фирма не решит какие-то проблемы. Впрочем, муж Марины отвечал взаимностью и на дух не выносил лучшую подругу жены.
– Света, привет, – набрала Марина номер подруги, – можно приехать? Мне нужно у тебя на день Машку оставить. Я на выходных ее отвезу к маме в Калужскую область.
– Жду! – не стала задавать лишних вопросов Светлана.
Она прекрасно знала, что если Маринка звонит в такое время, случилось что-то серьезное. Нужно помочь сейчас. Поболтать всегда успеют.
Марина вызвала такси. Собрала детские вещи, себе все самое необходимое в поездку, документы и вышла из квартиры. Закрыла ее на замок, очень надеясь, что муж в суматохе не взял свою связку ключей. Они поговорят. Потом. Когда не будет рядом дочери, которой не нужен лишний стресс, и матери, которая всегда навязывает свое мнение. Проблему с деньгами, с долгами и вообще по сложившейся ситуации они должны решать только вдвоем. Для себя Марина решила – если не будет услышана, то пора прекращать всякие отношения.
Внизу их уже ждала машина.
– Куда едем? – безразлично спросил таксист.
Услышав адрес, кивнул, сообщил диспетчеру, что пассажиров забрал, и повторил адрес.
Машка задремала по дороге. Когда приехали, Марина заплатила за проезд. Водитель достал чемодан из багажника, помог выйти девушке и даже предложил донести вещи до квартиры. Он с умилением посмотрел на девочку.
– Моей дочке примерно столько же, – вдруг признался мужчина. – Она у меня самая младшая. Есть старший сын, но он уже школу заканчивает, а Ритка у нас маленькая принцесса.
Он донес чемодан до двери Светы. Поставил его. Еще раз улыбнулся, глядя на спящую девочку.
– Спасибо, – тихо поблагодарила Марина, ошеломленная внезапной заботой чужого человека.
– Не за что! Вот я немного помог вам, а может быть когда-то кто-то поможет моей жене и моему ребенку. Все в этой жизни возвращается!
Он попрощался и ушел. Марина все еще думала над сказанными словами.
Света открыла, как только Марина нажала на звонок.
– Ну наконец-то! – улыбнулась подруга, пропуская Марину в коридор. – Неси туда! – она махнула рукой в сторону спальни, пропуская гостью с дочкой на руках вперед.
Светлана жила одна. С мужем не сложилось, а своих детей у нее не было, поэтому всю свою материнскую нежность она отдавала Машке, которой приходилась крестной матерью.
– Рассказывай, – сказала она, когда девушки уложили девочку спать, а сами расположились на кухне за чашкой чая.
Марина рассказала. Все, как есть. Она знала, что несмотря на неприязнь Светланы к ее мужу, та не станет радостно кричать: «Я же тебе говорила!». Она просто молча выслушает и поможет. Обязательно поможет. Поэтому и делиться с ней своими проблемами было легко.
– Что теперь ты собираешься делать? – спросила она, когда Марина закончила свой рассказ.
Девушка пожала плечами.
– Завтра возьму отпуск на работе, отвезу Машу к родителям, а потом… – она глубоко вдохнула, задержала дыхание, закрыв глаза, – потом подам на развод.
Ну вот, она это сказала. Хотя сама себе не поверила. Хватит ли решимости?
– Молодец! – похвалила Света, – Сколько можно тащить на себе этих пиявок? Я завтра поговорю кое с кем, надо подумать, как вернуть машину. Кредит-то на тебе, пусть она и оформлена на Витальку, это совместно нажитое имущество! Он не может продать ее без твоего ведома! Завтра же повесить арест на машину и квартиру, чтобы этот гад ничего не мог сделать с ними. А еще заяви об угоне! Пусть этого урода на каждом посту тормозят, и он доказывает гаишникам, что купил ее. У них сейчас общая база, так что пробить на предмет розыска или ареста они могут на месте. То же самое нужно сделать с квартирой. Потому что твой благоверный вполне способен продать ваш долг перед банком этим бандитам. С арестом никто ничего с ней сделать не сможет.
Марина восхищенно смотрела на эту хрупкую брюнетку, с которой дружила с самого студенчества. Света закончила юридический, а Марина – экономический факультет, что не мешало им дружить и бегать на вечеринки. Марина после окончания университета начала работать по специальности, а Света стала дизайнером. Среди ее клиентов числились люди разного социального положения и достатка, но в основном были достаточно обеспеченные и известные личности.
– Свет, я иногда тебя боюсь! – пошутила Марина, с восхищением глядя на собеседницу. – Откуда в тебе столько всего?
– Профессионализм не пропьешь! – хихикнула брюнетка.
Проговорив далеко за полночь, девушки составили план действий и легли спать.
Глава 7
Утром Марина добиралась в офис общественным транспортом. Простояв в пробке больше часа, конечно опоздала на работу. Но на этом неприятности не закончились. В холле девушку встречала саркастическая улыбка ее невыносимого босса.
– Доброе утро, Марина Николаевна! – вежливо поздоровался Давыдов. Слишком вежливо, чтобы можно было поверить в его благодушие.
Смирнова застыла на месте.
«Вот только тебя мне сейчас не хватает!», – в сердцах подумала девушка и изобразила ответную улыбку.
– Доброе утро, – поздоровалась Марина.
– Опаздываем. – Не спросил, констатировал факт начальник.
Марина молчала. Она смотрела Александру Викторовичу в глаза и думала, как же ее все это достало. Ежедневные нервотрепки дома, вечная гонка в попытке заработать больше денег, постоянное нервное напряжение из-за здоровья дочери и вот такие придирки руководства на работе. Внезапно внутри закипела злость. Такая настоящая, поднимающаяся из глубин души ярость. Девушка вскинула подбородок, выпрямила плечи и твердо произнесла:
– Я не была в отпуске три года! Неужели я не могу опоздать на пару минут?
Давыдов слегка опешил.
– Я хочу уйти в отпуск, – не дала ему опомниться Марина. А что, чудесная идея! Можно будет решить все текущие проблемы. По крайней мере, попытаться это сделать. – Прямо сейчас!
Руководство долго сверлило Смирнову пристальным взглядом, затем хмыкнуло и ответило:
– Пишите заявление.
Этим ответом он поставил Марину в тупик. Девушка уже настроилась на то, что придется выдержать длительные препирания, приготовилась отстаивать свое право на отдых. А вместо этого… Так просто?
Пока она приходила в себя от его ответа, Давыдов развернулся и ушел. Марина в обморочном состоянии поплелась к себе в кабинет.
Коллеги с сочувствием посматривали на Смирнову и тихо перешептывались. Девушка не обращала внимания на это, погруженная в собственные мысли. Не верилось ей, что Давыдов просто так отпустит ее в отпуск. Варианта два – уйти в отпуск и за это время решить часть своих проблем, или уволиться и решать свои проблемы. Возможно, вообще уехать к родителям и там найти работу. Так и Маша будет под присмотром, и времени на работу станет больше.
Сделав глубокий вдох, она написала шапку к заявлению. Уходить не хотелось, но ей необходимо сейчас отдохнуть от этого всего, поэтому если не будет другого выхода, то придется менять свою жизнь. На другом листе бумаги Марина написала еще одну шапку для следующего заявления.
В приемной ее встретила Лилия Владимировна. Секретарша стучала ногтями по клавиатуре, при виде вошедшей девушки подняла голову и скривилась.
– Доброе утро, – поздоровалась Марина.
– Доброе! – глядя на Смирнову поверх очков строго проговорила женщина, всем своим видом демонстрируя, что вовсе оно и не доброе.
– Александр Викторович у себя?
– У него с утра много дел, – насупилась секретарша.
– Он сказал, что ждет от меня заявление, – сообщила ей Марина.
На лице Лилии Владимировны вспыхнул неподдельный интерес. Она нажала кнопку на селекторе и медовым голосом произнесла:
– Александр Викторович, пришла Смирнова с заявлением.
– Пусть заходит, – ответил ей голосом шефа селектор.
После принятого решения о возможном уходе, заходить в кабинет босса было не так страшно. Марина открыла тяжелую дверь и шагнула в наполненное ароматом кофе помещение.
– Марина Николаевна, присаживайтесь, – взгляд темных глаз был совершенно непроницаемым.
Смирнова послушно опустилась на стул. Протянула первое заявление. Давыдов взял его, продолжая смотреть на свою подчиненную. Это нервировало даже больше, чем его утренняя нотация. Наконец, он перестал гипнотизировать девушку и уделил внимание заявлению. Несколько бесконечно долгих мгновений, заполошенных ударов сердца, и темный взгляд снова прожег Марину.
Начальник молчал. Девушка нервничала и кусала губы в ожидании его решения.
– Вы хотите в отпуск? – наконец отмер шеф.
– Хочу! – кивнула девушка.
– Насколько мне известно, по графику отпуск вам положен через два месяца, – сказал он.
Надо же, подготовился!
– Совершенно верно! – кивнула Смирнова, – Как и каждый год до этого, но я не была в отпуске, даже компенсацию не получала.
– Но вы хотите уйти завтра. Как я могу оставить фирму без хорошего бухгалтера?
Марина поняла – не отпустит. Найдет причину и не отпустит.
– Тогда возьмите вот это заявление, – не моргнув глазом протянула она ему листок.
Давыдов прочитал. Хмыкнул, выгнул бровь. Снова окинул подчиненную внимательным взглядом.
– Вы уверены? – вкрадчиво спросил он.
Марина не была уверена. Уже. Под взглядом почти черных глаз хотелось спрятаться как можно дальше.
– Уверена! – вздернула подбородок девушка, сжав руки под столом на коленях.
– У вас неприятности? – огорошил вопросом Александр Викторович.
Смирнова вздрогнула, совершенно не ожидая ничего подобного.
– С чего вы взяли? – напряглась девушка.
Мужчина поднялся из-за стола, приблизился и остановился рядом со стулом, на котором сидела Марина. Окунулась в аромат дорого парфюма, кожей ощущая его присутствие. Опустила голову и старалась смотреть прямо перед собой. В поле зрения попадали руки с длинными пальцами, которые Давыдов сложил в замок, край белоснежного манжета, выглядывающего из рукава пиджака, и золотые часы на запястье.
– Причиной вашего заявления является виновник этого? – от его хрипловатых ноток в голосе по спине побежали мурашки.
Марина никак не могла ожидать, что ее босс внезапно протянет руку и поднимет ее голову за подбородок. Прикосновение обожгло кожу, посылая электрические импульсы по всему телу.
– Что? – еле выдавила из себя слово перепуганная девушка.
Она посмотрела на своего шефа, который склонился над ней, но при этом не смотрел в глаза. Его взгляд блуждал где-то ниже.
– Я спрашиваю, – медленно произнес мужчина, совершенно не обращая внимания на то, что происходит с его бухгалтером, – кто оставил на вашей шее эти синяки?
Прикосновение к шее порхнуло крылышками бабочки. Смирнова непроизвольно вскинула руку и прикрыла горло, освобождаясь от чужих пальцев.
– Мне кажется, это немного не ваше дело! – напряженно произнесла девушка, слегка отстраняясь от Давыдова, запоздало понимая, что со всеми своими проблемами совершенно забыла замаскировать синяки от посторонних глаз.
– Возможно, – криво улыбнулся босс, но руку убирать не спешил, – подобные отметины могут появиться либо в результате насилия, либо от… хм… засосов. Что-то мне подсказывает, что это не засосы. Не похожи вы на женщину, ведущую подобный образ жизни и позволяющую с собой так обращаться. Поэтому я склонен полагать, что у вас что-то произошло. От хорошей жизни на шее девушки синяки не образуются!
Затаив дыхание, Марина во все глаза смотрела на своего не в меру проницательного начальника.
– Марина, я хочу помочь! – нетерпеливо вторгся в размышления Смирновой голос Давыдова.
Девушка вздрогнула от звука собственного имени. Как-то слишком уж интимно оно прозвучало от руководства.
– Я разберусь со всем сама, – проговорила она, когда дар речи вернулся, – именно для этого мне нужен отпуск!
– В фитнес-центре тоже будете просить отпуск? – снова ошеломил босс своим вопросом.
Марина покраснела до корней волос.
– Я так и знал, что это были вы! – довольно ухмыльнулся Александр Викторович.
– Это преступление? – тут же ощетинилась Смирнова.
Мужчина покачал головой, наконец-то отошел от своей подчиненной и сел на свое место, сделав вид, что вовсе не услышал облегченного вздоха.
– Конечно, нет, – удивил ее начальник, – даже похвально, хоть мне и непонятны ваши мотивы.
Марина враждебно смотрела на своего босса. Куда ему понимать ее мотивы? У него же на лбу написано, что он понятия не имеет, что такое нужда в деньгах. Каково это, когда считаешь каждую копейку, как собираешь по рублю в копилку и молишься каждый день, чтобы он не стал для дочери последним.
– Мне нужны деньги, – нехотя призналась Смирнова, отводя взгляд, – и время.
Давыдов покивал своим мыслям.
– Я могу выписать вам премию, – сказал он.
– Не буду отказываться, – не стала кокетничать девушка.
– Но это вам не очень поможет? – угадал ее настроение начальник.
Марина согласно кивнула.
– Думаю, получив отпускные и имея достаточно свободного времени, я смогу решить часть вопросов, которые требуют моего внимания, – как можно точнее постаралась донести до руководства свои мотивы. Помолчала, а потом добавила, – Увольнение тоже подойдет.
В кабинете повисла тишина. Каждый думал о своем.
– Вы понимаете, что то, чего вы хотите, – снова заговорил Давыдов, – станет лишь временным решением текущих трудностей?
Она понимала, еще как! Но выхода другого не видела.
– Мне нужно отвезти дочь к моим родителям, – сама не зная почему, призналась девушка. – Она больна, я коплю деньги на операцию. Маше нужен уход. У мужа неприятности, за долги отобрали машину. – Она сделала глубокий вдох и продолжила, – Я хочу попытаться вернуть ее. Если не получится, то долг перед банком придется все равно гасить мне.
По мере того, как она говорила, голос дрожал все сильнее, но откуда-то взялось нестерпимое желание донести до шефа жизненно важную необходимость отпустить ее сейчас. Сама не заметила, как рассказала ему все. Когда опомнилась, было уже поздно. Давыдов смотрел на нее с интересом и молчал. Когда Марина уже подумала, что ничего от него не добьется, он заговорил:
– Я хочу предложить вам работу, за которую вы получите солидную сумму. Думаю, ее хватит сполна, чтобы собрать нужную сумму на операцию вашей дочери.
Сначала Марина решила, что ослышалась, но взгляд начальника был полон решимости.
– Что мне нужно будет сделать? – насторожилась девушка.
– Ничего неприличного или преступного, – улыбнулся Давыдов. – Кроме того, вы уйдете в отпуск, получите все полагающиеся вам выплаты. Я помогу решить часть вопросов, в которых, уверен, буду более компетентен, чем вы. Попрошу своих юристов разобраться в ситуации с машиной.
Это было слишком заманчиво для того, чтобы быть правдой. Так в чем подвох?
– В обмен на это вы поможете мне, – ну, вот они и подошли к самому главному.
– В чем именно?
Марина чувствовала, что после его ответа ее жизнь изменится и совершенно неясно в лучшую или худшую сторону.
– Вы должны притвориться моей женой.
Глава 8
Марина опешила от такого предложения.
– Зачем? – первое, что пришло ей на ум.
– Затем, чтобы меня на самом деле не заставили жениться, – усмехнулся ее начальник.
Это ничего не объясняло. Совсем.
– Вы не хотите жениться?
Александр Викторович тяжело вздохнул и ответил:
– Хочу. Когда-нибудь потом. Моя мама – человек старой закалки. Ее взгляды на жизнь весьма консервативны. Она скоро приезжает из Лондона и полна решимости женить меня во что бы то ни стало. Говорит, что давно уже пора подарить ей внуков. Я к такому, мягко говоря, не готов. Мама даже и невесту мне присмотрела – дочь своей подруги. Предполагаемая невеста устраивает мою родительницу по всем вопросам.
– А вас – нет?
Легкая улыбка скользнула по его губам.
– Не знаю, – пожал он плечами, – мы даже не знакомы. Я не видел ее ни разу. Да, честно говоря, у меня нет и малейшего желания начинать это общение. Но и отказать матери я не могу. Она уже давно не молода и тяжело болеет. Мы долго не виделись. Она все время в больницах за рубежом. Мне не хочется ее огорчать, но и терять свободу я тоже не собираюсь. Вот и сказал ей, что женился совсем недавно. Чтобы она не настаивала на знакомстве с ее «невестой». Сказал, что это был внезапный порыв, что я сделал свой выбор и теперь безумно счастлив. Теперь она мечтает о знакомстве с моей женой. Которой у меня нет…
Ну и ситуация!
Марина с сомнением посмотрела на своего босса. Как-то не верилось, что у него нет кого-то, кто с радостью бы сыграл эту, безусловно, важную роль.
– Но почему я? – решилась она спросить.
– Вы полностью соответствуете идеалу моей мамы, – уклончиво ответил Давыдов, – для меня важно то, что вы замужем, а значит, не будете на самом деле претендовать на роль моей жены.
Это прозвучало немного цинично, но достаточно убедительно.
– Дело в том, что все мои…хм… знакомые, – он споткнулся на этом слове, – совершенно точно не понравятся маме. К тому же никто из них не откажется от возможности на самом деле стать моей законной супругой. Они капризны, избалованы, чаще всего думают только о деньгах.
– Вы тоже предложили мне за это деньги, – напомнила ему Марина.
– Предложил работу, – мягко поправил мужчина, – вы идеально подойдете на эту роль. Вы поможете мне, я помогу вам. Кроме того, вы не лишитесь работы, при этом сможете решить некоторые ваши проблемы. Разумеется, об этом разговоре никто не должен знать. Для всех вы уйдете в отпуск, а дома скажете, что уезжаете в командировку.
– Нужно будет куда-то уехать?
– На несколько дней, не более, – кивнул Давыдов, – максимум на неделю. У моей мамы намечается юбилей, она очень просила, чтобы я был с женой.
Видя, что Марина колеблется, Александр слегка наклонился вперед и добавил:
– Марина, вы очень красивая девушка, если я и хотел бы иметь жену, то был бы рад, если она была бы похожей на вас. Вы умны, трудолюбивы, вы сильная женщина, но при этом вы пробуждаете желание вас оберегать. Но самое главное – моя мама не захочет вас заменить кем-то другим. Приведи я ей модель, моя родительница сделает все ради того, чтобы избавить меня от «продажной девки».
Выдав все это, Александр выжидающе уставился на свою подчиненную.
– А если я откажусь? – тихо спросила Марина.
– Тогда мне будет очень жаль потерять столь ценного сотрудника, – холодно улыбнулся начальник.
Только сейчас Смирнова поняла, что сама себя загнала в ловушку, написав два заявления. Оба листа бумаги лежали перед боссом на столе. В конце концов, что она теряет? Уйти можно всегда. Только…
– Какие будут условия сделки?
– Если вы соглашаетесь, я подписываю ваше заявление на отпуск, – ответил Александр Викторович, чувствуя, что Марина почти согласна, – вы получаете положенные вам выплаты, отвозите ребенка к родным, и через три дня мы с вами встречаемся, чтобы вместе отправиться к моей маме. Делаете вид, что мы женаты. Обещаю, что никаких поползновений на ваше тело и честь с моей стороны не будет, но жить нам с вами предстоит в одной комнате. После окончания пребывания в ее доме возвращаемся в Москву. У вас останется еще куча времени для того, чтобы сделать операцию вашей дочери. Клинику я могу подобрать уже сейчас.
Это были решающие слова, после которых отпали последние сомнения.
– Я согласна, – не веря в то, что говорит это, произнесла Марина, твердо глядя в глаза своему «мужу».
Она выдержала его пристальный взгляд. Давыдов хмыкнул и оставил размашистую подпись на первом заявлении. Второй лист бумаги взял, демонстративно порвал его и выбросил в урну. Нажал кнопку на селекторе.
– Лиличка, подготовьте, пожалуйста, приказ на отпуск Смирновой. Уточните у отдела кадров, сколько именно дней ей положено.
Лиличка на том конце провода как-то невразумительно квакнула.
– Но, Александр Викторович… – начала секретарь.
– Я жду! – слегка повысил голос босс и отключился.
Марина смотрела на него широко раскрытыми глазами и отчетливо понимала – ей конец! Сейчас Лиличка активно начнет ее со свету сживать. Она затравленно посмотрела на ничего не подозревающего начальника. Тот протянул ей еще один лист бумаги и ручку.
– Напишите марку и номер машины, – велел он, – я подключу своих юристов.
Смирнова взяла предложенное, быстро написала все что нужно, даже данные нового владельца автомобиля указала, на всякий случай. Вернула бумагу и снова посмотрела на мужчину.
– Ну все, – Александр пробежал глазами по неровным строчкам, – можете быть свободной. Через три дня встречаемся в аэропорту. Или за вами заехать?
Он выжидающе уставился на свою подчиненную.
– Не стоит! – поспешно ответила девушка, вызвав довольную ухмылку.
– Я так и думал! – хитро посмотрел на нее босс, – Не будем шокировать ваших близких! Значит, я вам пришлю номер рейса и время отправления. Как только будут новости по клинике, я тоже дам вам знать. Перед отлетом вы сможете поговорить с врачом и назначить дату операции.