1
Через полтора года после событий, описанных в романе “Две полоски”.
Аня
Я хочу ребенка.
Больше мне ничего не нужно. Любовь… это сказки, в которые я больше не верю. Семья… с кем ее создавать? Вокруг одни придурки. Серьезно. Я проверяла.
Одни целыми днями рубятся в танчики, другим до 30 лет мама сопли вытирает, третьи прозябают на унылой работе, отращивают пивные животы и при этом считают себя мачо. Ну а те, кто чего-то стоит… кобели, все, как один!
Особенно один.
В последние два года я только тем и занималась, что искала мужа. Не нашла. Да ну их в болото, всех этих самовлюбленных, инфантильных, офигевших от собственной крутости мужиков! Обойдусь и без них.
Правда, один мне все же понадобится — чтобы сделать ребенка.
Сейчас я как раз на него смотрю. Он выбирается из бассейна, подтягиваясь на мускулистых руках, его тело покрыто мелкими каплями воды, сверкающими на солнце.
Превосходный экземпляр! Высокий, под два метра ростом.
Пропорционально сложен: широкие плечи, узкий таз, длинные ноги. Густые темные волосы, серые глаза, прямой нос. И губы — чувственные, но при этом сжатые в жесткую линию.
Я целовала эти губы полтора года назад.
А сегодня пойду дальше, гораздо дальше.
Расчеты и наблюдения говорят, что у меня начинается овуляция. Сейчас лучшее время для зачатия. И я абсолютно готова к этому событию. Прошла полное обследование, пропила курс витаминов, два месяца не брала в рот ни капли спиртного и питалась исключительно полезной пищей.
О здоровье будущего папаши я тоже выяснила все, что можно. Здоров, как бык! И он, и все его семейство до десятого колена. За это я его и выбрала. В наше время такие здоровые люди — редкость.
Ну а теперь о криминальном.
Я обыскала все карманы своей жертвы, пока он зависал у бассейна, нашла с десяток презервативов и истыкала их иголкой. Я, конечно, постараюсь сделать так, чтобы он забыл о презервативе. Или потерял его в процессе. Второе сложнее, может не получиться. Да и первое… я слышала, что он очень педантичен в вопросах контрацепции. Поэтому и перестраховалась.
Еще я устроила так, чтобы этот озабоченный плейбой хотя бы несколько дней ни с кем не занимался сексом. Чтобы подкопил отборных сперматозоидов.
Пришлось использовать подлость и коварство. Я довольно хорошо знаю его страхи — полтора года изучала. Не специально, просто он часто маячил перед глазами. Мне не составило труда придумать хитрый план.
Если бы он узнал, что его воздержание — моих рук дело, мне бы не поздоровилось.
Как же, мачо на отдыхе уже неделю, а еще никого не трахнул!
Представляю, как переполнены его снаряды. В любой момент в голову может ударить сперма и он, забыв обо всех предосторожностях, набросится на первую попавшуюся девушку.
Это мне и нужно. Этой девушкой буду я.
В прошлом у нас были… скажем так, разногласия.
Мы нередко встречаемся у наших друзей, но держимся друг с другом холодно и отчужденно. Он не упускает случая подколоть меня. Я тоже не сдерживаюсь — при случае включаю вредную язву на полную катушку. В общем, у нас холодная война.
Но сегодня она перейдет в горячую стадию. Очень, очень горячую!
Он повернулся ко мне тылом и потопал к столу с закусками. Какая задница! Мокрые плавки скорее подчеркивают, чем скрывают каждую прорисованную мышцу. Прекрасные, просто превосходные гены. Я сделала правильный выбор.
И нет, я на него ни капельки не запала! Влюбиться в такого — это подписать себе приговор. Слезы и страдания гарантированы.
Но задница, и правда, шикарная. Сегодня я буду с наслаждением впиваться в нее ногтями, когда он будет делать мне ребенка.
Демид
Что, я сегодня особенно хорош или просто у нее недотрах? Полтора года эта Снежная королева вымораживала мне мозг, а теперь пожирает голодным взглядом. Если она не шутит, сегодня ночью я смогу растопить ее ледяную пещерку!
Даже не знаю, стоит ли. Боюсь отморозить своего огнедышащего змея. Не удивлюсь, если у нее внутри так же, как снаружи — колючие царапающие льдины. Сунешь змея — и трындец ему. Покрошит в ледяную капусту.
Да, пожалуй, я воздержусь.
Неделю торчим на этом проклятом тайском острове, куда затащил меня Мирон. У него созрел гениальный план: отдохнуть с семьей, отметить первый день рождения сына и, заодно, поработать. Чтобы отсечь присутствие толпы родственников он выбрал тайский остров. Его мама не переносит жару и поэтому осталась дома… Гениально!
Но я представлял все это несколько иначе. Думал, днем будем работать с Мироном над проектом, а вечерами я оторвусь по полной. Кто же мог предположить, что с этого острова далеко не выберешься!
Но это ладно. Меня обломало не это. А то, что недавно в этой местности была вспышка какого-то редкого венерического заболевания. Власти это не афишируют, боятся спугнуть туристов. Но меня предостерег наш экскурсовод, спасибо ему большое. Посоветовал держать своего друга в штанах, мол даже презервативы не всегда спасают. А потом еще садовник на ломаном английском пытался сообщить мне примерно то же самое… В общем, отдых не задался. Зато над новым проектом мы поработали на славу. Послезавтра улетаем. Наконец-то!
А сегодня у нас будет детский праздник. Сыну Аленки и Мирона исполняется год. И ведь никуда не сбежишь! Придется водить хороводы и петь детские песенки. Или что там придумают счастливые родители.
Одно утешает меня среди всех этих печалей — созерцание идеально подкачанной, круглой и аппетитной женской задницы. Снежная королева
перевернулась в своем шезлонге на живот, теперь не она на меня пялится, а я на нее. Как ни странно, это зрелище для меня приятнее, чем вид бирюзового моря, которое сегодня слегка штормит.
Я просто смотрю. Ничего не планирую. Мне не нужны осложнения, которых не избежать после одноразового траха с лучшей подругой жены брата.
Тем более, если эта подруга — Снежная королева, способная одним взглядом отморозить причиндалы.
Она перевернулась, села. Посмотрела в мою сторону. О! Возможно, события сейчас начнут стремительно развиваться. Может, Снежная королева сама подкатит и попросит любви. И тогда я снисходительно позволю ей погладить моего змея.
И я буду как бы ни при чем — она сама нарвалась на неприятности!
Она встала и пошла…. Эх, блин, не ко мне! А к стойке с напитками. Ее попа в движении — это вообще отпад! Мини-шортики купальника ничего не скрывают, скорее подчеркивают. Половинки упруго подпрыгивают, как два надутых мяча… Эта задница — атомный магнит, и я не могу противиться его притяжению.
Я сам не понял, как вскочил и потопал за ней. Меня вел озверевший от воздержания змей, которого я уже две недели держу на голодном пайке. Так получилось.
Я подошел небрежной походкой, хотя она не могла меня видеть. Стоит ко мне попой. Как специально.
Несколько секунд я мялся сзади, обгладывая глазами ее выпуклости и придумывая остроумную фразу для затравки. Только собрался открыть рот, как она выдала: — Классная задница. — Что? — растерялся я.
Она все еще стояла спиной, на меня не смотрела. Но, оказывается, видела в зеркальном отражении позади барной стойки. — Ты хотел сказать: Аня, у тебя классная задница. Да? — Э-э, да.
Блин, если бы я сказал это сам, звучало бы по-другому!
Снежная королева, наконец, развернулась ко мне лицом. Конечно, мои глаза сразу нырнули в ее лифчик! Сто пудов, это пуш-ап. Неделю думаю над этим вопросом и пришел к однозначному выводу: пуш-ап. Не могут сиськи сами так торчать вверх.
Хотя… сейчас, когда я смотрю на них с расстояния тридцать сантиметров, понимаю: могут. Лифчик купальника из тонкой ткани, сквозь него даже проступают соски.
Нет там никакого пуш-апа! — И грудь ничего, да? — услышал я голос Снежной королевы. — Что? — очнулся я.
Блин, это какой-то морок! Смотрю на ее сиськи и отключаюсь. Мозг расплавляется и перетекает в член. И думаю я сейчас только им. — Сиськи высший класс, — выдал я. — Пошли ко мне в номер, порезвимся.
Я что, это вслух сказал?
Сейчас Снежная королева окатит меня своим фирменным ледяным презрением.
Аня
Я знаю, что нужно мужикам: упругая задница, стоячие сиськи и — круглосуточное восхищение. Смотреть им в рот, с трепетом внимать каждому слову, поражаться их незаурядному уму и сообразительности.
А главное — безмерно восхищаться тем, что у них в штанах.
Они-то не сомневаются, что их члены достойны поклонения. Ох ты ж блин, какая огромная и классная штука! Никогда такой не видела. Можно потрогать?
И он такой: о, да, детка. Так уж и быть, разрешу тебе его потискать.
Пф-ф-ф!
Иногда мне кажется, что у мужиков в голове одна извилина, напрямую соединенная с яйцами. И циркулируют по ней отнюдь не мысли.
Так вот, к слову об упругой заднице. В последние два года я не вылезаю из спортзала. Я достигла такой великолепной формы, что сама себя хочу, когда смотрю в зеркало. Что совсем неудивительно после полугодового воздержания.
Мой последний раз был с одним, как мне тогда казалось, перспективным молодым человеком. Но уже через две недели я поняла, что жестоко ошиблась — он такая же тряпка, как все остальные.
Мы расстались. Он рыдал.
Я никогда в жизни не выглядела так потрясающе, как сейчас! Поэтому Демид, известный ценитель безупречных моделей, пускает на меня слюни.
Мне двадцать восемь, это немного. Но и не мало. Я на два года старше Аленки, а у нее уже есть ребенок!
Демид обычно тусуется с двадцатилетними, его максимум — двадцать пять.
Я для него недостаточно юна. Он даже как-то мне на это намекал… Самодовольный хам! Так и треснула бы его по наглой роже.
Но сейчас, насколько я могу судить, у него железный стояк на мою двадцати восьмилетнюю задницу. Что ж, на безрыбье и рак рыба. А безрыбье я ему организовала, пустив слух об экзотической болезни. Я знаю, он панически боится что-нибудь подцепить.
А сегодня он подцепит меня!
Кстати, если я могу осуществить задуманное, то вполне успею родить до тридцати. Как и планировала. Да, я люблю все планировать. Не переношу бардак и хаос. И сегодня в моем плане на день последним пунктом стоит секс с Демидом. — Пошли ко мне в номер, порезвимся, — выдала моя жертва.
Так просто? Я всего лишь прошлась перед ним в мини-шортиках, и он готов зарыть топор войны?
Я же говорила: одна извилина.
Сейчас я ошарашу его своим согласием. Ты же на него не очень рассчитываешь, правда, Демид? — Пошли, — произнесла я. — Порезвимся. — Да шучу, шучу. Я помню: ты не спишь с парнями на первом свидании.
Вот, блин! Прошлое настигло меня в самый неподходящий момент. Он принял согласие за издевку, за мой обычный подкол.
Что же делать? Не уговаривать же его теперь, не убеждать, что я не шучу, а всерьез готова пойти к нему в номер. Маска стервы и язвы, которую я носила перед Демидом последние полтора года, сыграла со мной злую шутку.
— И все же я спрошу, — продолжил он. — Чего ты сегодня весь день на меня пялишься? — Пусть это останется моей маленькой тайной.
Да, так будет лучше.
Надо сменить тактику. Он охотник, а не дичь. Так что не надо показывать свой интерес, надо убегать. Чем дольше ему придется за мной гоняться, тем более желанной добычей я для него буду.
Больше страсти — больше попыток — больше шансов зачать ребенка.
До ночи время есть.
И да, пойти к нему в номер сейчас было бы неправильно. Слишком мало времени. Вечером детский праздник, мы не можем его пропустить. Придется делать перерыв в секс-марафоне. А потом… да мы сто раз успеем вдрызг разругаться!
Лучше позже начать и продолжать до самого утра. А пока — надо использовать все возможности, чтобы распалить его еще больше.
Приготовься побегать за своей добычей, мой дикий охотник!
2
Демид
Я поклялся себе не связываться со Снежной королевой. И успешно держал слово полтора года. Но сегодня… Сегодня огнедышащий змей поднял бунт на корабле. Он требует секса и зрелищ! Сначала зрелищ — я хочу сорвать с нее эти тряпочки, которые прикрывают стратегически важные места, дразня мою грязную фантазию.
Сорвать и посмотреть. Для начала.
О, да! Я люблю смотреть.
Она стоит рядом, держит свой безалкогольный мохито. Поворачивается к бармену, просит добавить еще льда. Он отходит к холодильнику, копошится там.
Я не могу оторвать глаз от ее шеи. Ее темные волосы сегодня подняты вверх и закреплены заколкой, шея выглядит непривычно обнаженной, беззащитной. Так и хочется положить на нее свою ладонь, сжать и надавить.
Поставить Снежную королеву на колени, освободить томящегося в застенках плавок змея и… Тесемки ее купальника завязаны на шее в красивый узелок. Если потянуть за веревочку, узелок развяжется. Тряпочки упадут. Я увижу эти упругие сиськи целиком. Интересно, какие у нее соски? Думаю, небольшие, розовенькие. Как я люблю.
Моя рука тянется к тесемке. Сама! Бунт на корабле захватывает и другие конечности.
Я осторожно дергаю за веревочку. Узел начинает распутываться, тесемки, как две змеи, ползут по ее шее… — Вау! — слышу я восхищенный вопль бармена.
Черт! Я про него совсем забыл!
Он стоит, разинув рот и уставясь на сиськи Снежной королевы.
Пока я переводил взгляд на него и обратно, она успела подхватить спадающий лифчик и удержать его на груди.
Блинский блин! Я так и не успел увидеть ее соски! А этот смазливый юнец — успел.
Бормочет что-то про бьютифул и лавли, пускает слюни, кладет лед мимо бокала. Что, офигел от вида снежных сисек? Я бы сам с удовольствием офигел.
Но что-то пошло не так… Снежная королева завязывает тесемки в узел, обернувшись ко мне.
Смотрит укоризненно, как она умеет. — Что? — восклицаю я. — Я ни при чем. — Не сомневаюсь в этом.
Она берет в рот коктейльную соломинку, втягивает в себя мохито и игриво пялится на бармена. Улыбается ему. А он изо всех сил строит ей глазки. Наглый сопляк! Так и пнул бы его под тощий зад.
Да ему же лет двадцать, или даже восемнадцать. А все туда же!
Не королевское это дело, мутить со щенками. Тем более, когда рядом есть опытные псы… Я наклоняюсь к Ане, шепчу ей на ухо: — Ты знаешь, что у всех местных сифилис? — Зараза к заразе не пристает, — усмехается она.
Пишет что-то на бумажке, протягивает довольному молокососу… Она что, телефон ему дала? И собирается дать кое-что еще?!
Этому сопливому мальчишке точно не под силу растопить ледяную пещерку Снежной королевы, устроить там потоп и адский пожар.
А я могу.
О, я бы устроил ей настоящий армагеддон…
Аня
Демид уже распускает лапки. И бесится от ревности, глядя, как я улыбаюсь юному бармену. Что, съел? Может, я тоже люблю помладше. Посвежее.
Тебе-то, кстати, уже почти тридцать пять. Стареешь. А все носишься, задрав хвост, строишь из себя одинокого волка. Какой ты волк? Ты просто кобель!
Вот из-за таких, как ты, нам, женщинам, приходится рожать и растить детей в одиночку!
Ага, Демид пьет мохито и жует креветки. Молодец.
Подкрепиться полезной едой не помешает. Морепродукты — прекрасный афродизиак. И способствуют зачатию.
Давай, давай, жуй. И не надо скалиться на меня своими белыми зубами!
Отличные зубы, кстати. Настоящие, хотя можно принять за виниры — настолько ровные и идеальные. Прекрасные гены! Таким, как он, обязательно надо размножаться. Этим мы сегодня и займемся.
А сейчас мне не до него, на другой стороне бассейна появился самый прекрасный мужчина на свете. В него я влюблена безоглядно. Я таю, когда он на меня смотрит. А когда обнимает… я просто уношусь на небеса!
И пусть он принадлежит моей подруге Аленке, а я могу лишь иногда быть рядом….
Мое сердце отдано ему!
Аня
— Кто тут у нас проснулся?
Я присела перед сонным недовольным Егоркой, который упорно отбрасывал Аленкину руку и хотел идти сам. Он так смешно ходит, как маленький медвежонок с толстой, но прекрасной попой!
Мой самый любимый мужчина. Он лучше всех. Я его обожаю! Я готова его съесть! — Егорка проснулся! — сообщила я ему.
И почувствовала, как мое лицо расплывается в улыбке.
Он посмотрел на меня, как на идиотку. Иногда у этого малыша такой серьезный вид, что мне неловко с ним сюсюкать. Ему всего годик, но уже сейчас можно сказать: он вырастет в бесподобного мужчину. Трепещите, девчонки!
Он похож на Мирона. И, немного, на Демида — ведь они с Мироном двоюродные братья. Может, поэтому я и выбрала его на роль осеменителя.
Я хочу такого же чудесного малыша! — Он почти не ел, — вздохнула Аленка.
Чмокнула сына в макушку, попыталась усадить в манеж… куда там!
Дальше нам пришлось разговаривать на бегу. Этот медвежонок переставляет свои лапки с космической скоростью! То бежит, то падает и ползет на четвереньках, но не останавливается ни на секунду. — Наверное, не ест, потому что жарко, — предположила я.
— Надеюсь, сейчас побегает и проголодается. Слышала? Он говорит: “акула”! Выучил новое слово!
Мирон с Аленкой уверены, что у них растет восьмое чудо света. И все, что делает их сын — абсолютно гениально. Я в этом тоже ни капли не сомневаюсь.
А вот Демид… по-моему, он боится Егорку. Не помню, чтобы он когда-нибудь брал его на руки или играл с ним.
Он всегда держится в стороне и смотрит с опаской, как будто ожидает внезапного нападения. Ага, малыш в любую секунду может на тебя срыгнуть или забросать грязными памперсами. Бойся его! — Посмотришь за ним? — попросила Алена. — Я схожу узнаю, что там с тортом. — Конечно!
Я всегда готова побегать за самым прекрасным мужчиной на свете!
Мы с Егором носились возле бассейна, между шезлонгами, по игровой площадке. Кроме нас тут никого не было. Мирон выбрал для отдыха уединенное место: остров с несколькими бунгало, стоящими прямо на пляже, с общим большим бассейном, рестораном и баром. Остальные отдыхающие загорают возле своих бунгало, и мы у бассейна одни.
Егорка несколько раз пробегал мимо Демида, смотрел на него, наверное, хотел с ним поиграть. А тот — ноль эмоций.
Не представляю, как можно игнорировать это маленькое чудо!
В конце концов Егорка врезался в колени вставшего на ноги Демида и упал. Тот поднял его… Надо было видеть, как он держит ребенка! На вытянутых руках, максимально далеко от себя. Как будто это бомба с часовым механизмом!
Неужели ему не хочется прижать малыша к себе, потискать? У этого человека точно нет сердца!
Демид
Потрясающее зрелище. Сиськи подпрыгивают, попа того и гляди выскользнет из мини-шортиков. Бегай, бегай, детка. Я надеюсь, сегодня тебе доведется еще и попрыгать. На моем озверевшем от одиночества члене.
У меня грандиозные планы на сегодняшнюю ночь. Ты участвуешь. Хоть пока и не догадываешься об этом.
Я уже кое-что придумал. Что поможет мне заманить тебя в мою постель.
Егор врезался в меня и упал под ноги, пришлось его поднять. Я не знаю, как обращаться с детьми, боюсь что-нибудь им сломать или испортить. Они такие маленькие, хрупкие и выглядят совершенно не приспособленными к жизни.
— Не бойся, не укусит, — буркнула Снежная королева, забирая у меня Егора.
В процессе передачи ее грудь слегка потерлась о мой бицепс. А я только что нечеловеческим усилием воли уложил своего змея! Естественно, он тут же восстал, мне пришлось снова плюхнуться на шезлонг.
Буйная парочка уселась неподалеку, они начали возиться, барахтаться, весело хохотать… Я услышал: — А кто тут у нас самый красивый? И самый умный? Кто самый прекрасный мужчина на свете?
Что-то мне подсказывает, что это она не обо мне… Самый прекрасный мужчина не растерялся и начал стягивать со Снежной королевы лифчик. Я офигел. Парень-то не промах! Знает, что делает. Оттянул ткань, положил на грудь свою ладошку… Блин, я тоже так хочу!
Аня хохочет, отбивается. — Малыш, я не могу тебя покормить! Я не мама.
Егорка не отступает, и я за него болею. Давай, сорви с нее эти тряпки!
Но пришла Алена и все испортила. — Он все-таки проголодался, — услышал я. — Пойдем кушать кашку.
Егора увели. Ему повезло увидеть и даже потрогать сиськи Снежной королевы.
Сегодня все на них глазеют, кроме меня!
Аня вздохнула, откинулась в шезлонге, схватилась за очередной стакан с ледяным безалкогольным мохито. Пьет его целыми днями, чтобы не растаять.
Мохито без рома… А если незаметно подливать туда ром?
Станет ли надменная Снежная королева покорной и ласковой?
3
Аня
Все идет по плану. Притом, что о плане я на время забыла, отвлеклась.
Я бегала с Егоркой не для того, чтобы завлечь Демида. Все получилось само собой. И забег в купальнике, и невольный стриптиз с помощью голодного Егорки. Аленка все еще кормит его грудью, правда, только по ночам. Поэтому он на меня и набросился — увидел во мне еду.
Ну а Демид в это время пускал слюни… превосходно!
Скоро начнется наш милый семейный праздник, а пока можно и отдохнуть. Я допила мохито, прикрыла глаза, хотела расслабиться… Но рядом раздался громкий всплеск, как будто в бассейн упал бегемот.
А, нет, не совсем бегемот. Мирон. Вынырнул, на лице — блаженная улыбка. — Эх, красота! — выдал он. — Прекрасно выспался. — Ты дрых? — переспросил Демид. — Последнее, что помню — укладывал Егорку спать. Рассказывал сказку. — Ага, рассказывал, — хихикнула Аленка, появившаяся у бассейна с Егоркой на руках. — В конце ты поведал нам о том, как колобка съела акула! — У меня креативный подход. — А Егор теперь знает новое слово!
По-моему, то, что бормочет Егорка, не очень похоже на слово “акула”, но родителям, конечно, виднее.
Мирон вылез из бассейна, схватил сына, закружил. Тот завизжал от восторга. — Осторожнее, он только что поел, — заволновалась Алена. — Ничего, мы аккуратно.
Алена, улыбаясь, смотрела на своих мужчин, и в ее взгляде было столько любви и нежности, что я тихо умирала от зависти.
В моей зависти нет ничего черного. Она белая и чистая. Я очень рада за Аленку, я от всей души желаю, чтобы у нее всегда все было хорошо. У всех них.
Я люблю этих троих, как родных.
И почему Демид не такой, как Мирон?
Он не любит детей, не хочет семью… Ну и фиг с ним! И со всеми остальными мужиками, которые тоже не такие, как Мирон. Мне надоело искать. Я очень-очень хочу ребенка.
Я не могу больше ждать!
О, Демид принес мне мохито. Какой галантный кавалер! Это на него непохоже. Мой план работает. Он на крючке.
У меня все под контролем.
Демид
Прокатило. Снежная королева пьет свой мохито с двойной порцией льда и ромом, и даже ухом не ведет. Не заметила.
Это прекрасная идея. Я видел, как она отрывалась на свадьбе Аленки и Мирона после нескольких бокалов шампанского. Она была веселой, раскрепощенной, безбашенной… Совсем не снежной.
И я тогда очень жалел, что поклялся держаться от нее подальше. Тому были причины… Они и сейчас есть. Но сейчас мне пофиг на все! Это будет просто одна ночь.
Мне нужна эта ночь!
Аленка хлопотала, готовилась к детскому празднику. Шарики, свечи, красиво упакованные подарки, среди которых есть и моя коробка.
Как будто Егора волнует, что ему сегодня исполнился год. Да он вообще не в курсе, что происходит! Алена позвала гостей: немецкую пару с двумя малышами и наших соотечественников с девочкой постарше Егора. Собрали всех детей, каких смогли найти на острове.
Снежная королева убежала переодеваться, я тоже сходил к себе. Принял душ, надел рубашку и шорты. Проверил свой запас презервативов. Окинул взглядом комнату. Пойдет. Кровать большая, с хорошим матрасом. Есть широкий подоконник и диван с удобной спинкой.
Я представил, как Снежная королева, абсолютно голая, стоит на этом диване раздвинув ноги, на коленях, спиной ко мне, держась за эту удобную спинку… Держаться придется, я буду беспощаден!
Вернувшись к бассейну, я обнаружил, что вечеринка уже началась.
Прекрасно. Рад, что меня не стали дожидаться. Мирон в курсе, что я не
испытываю энтузиазма по поводу детских праздников. Не знаю, как он сам их переносит.
Не к таким вечеринкам мы с ним привыкли! И не надо лить мне в уши, что он не скучает по былой веселой жизни. Я в это не верю.
Иногда я вижу в его глазах что-то вроде тоски дикого зверя, посаженного в клетку.
Так, а где Снежная королева? Ага, вот она. Несет торт. Выглядит довольной и счастливой. На ней цветастое платье с открытыми плечами. И, как не странно, в платье она выглядит еще более сексуальной, чем в купальнике.
О, да! Это платье для секса. Сверху оно держится на резинке, никаких лямок. Нужно просто потянуть вниз — и сиськи на свободе. А еще его можно задрать, легко и быстро. От этих мыслей мой затаившийся змей начал вылезать из укрытия, натягивая парусом шорты.
Спокойно. На детском празднике моя эрекция крайне неуместна. Не надо пока смотреть на соблазнительную Снежную королеву. Лучше полюбоваться морем.
У него сейчас такой же штормовой цвет, как у ее глаз на нашем первом и последнем свидании. Она тогда разозлилась на меня так, что чуть не разбила о мою голову бутылку шампанского.
Сейчас она выпьет еще один мохито, и тогда можно будет к ней ненавязчиво подкатить. Поговорим о том, какие тут необыкновенно крупные звезды. Потом пойдем к морю смотреть на стихающий шторм. Все будет романтично.
До тех пор, пока она не окажется в моем бунгало. Я закрою дверь на замок и… устрою ей армагеддон.
Дикий и беспощадный секс, никакой романтики и никаких обязательств.
Так все и будет. Мой план сработает.
У меня все под контролем.
Аня
Самая лучшая поза для зачатия — миссионерская классика. Я лежу на спине, он лежит на мне и совершает поступательные движения. В момент эякуляции вся сперма оказывается внутри и остается там…
Блин, как бы сделать так, чтобы на нем не было презерватива? Я, конечно, натыкала дырочек и очень надеюсь, что ушлые спермотозоиды сквозь них просочатся.
Не подведите меня, парни, на вас вся надежда!
Но было бы куда лучше, если бы этих парней было не несколько штук, а огромная толпа. Они бы наперегонки рванули к моей яйцеклетке, а выиграл бы самый быстрый и перспективный. Чем больше парней, чем выше конкуренция — тем лучше.
Можно сказать Демиду, что я на таблетках. Но я знаю, что заразы он боится не меньше, чем незапланированной беременности. Если я просто скажу ему, что абсолютно здорова, он поверит? Блин, надо было справку взять.
Ха-ха.
Представляю этот момент. Он срывает с меня одежду, а я сую ему справку.
Дорогой, расслабься, у меня нет триппера и гонореи.
Он же знает меня полтора года, должен понимать, что я не из тех, кто таскается где попало и может подцепить подобные болячки!
Может, он все-таки оставит свою паранойю, поверит в сказки про таблетки и обойдется без скафандра?
Да-а-а. А потом, когда все закончится, рекомендуется полежать на спине, задрав ноги вверх. А еще лучше — встать в “березку”.
Обязательно так и сделаю! И плевать, что обо мне подумает Демид.
Когда все закончится, он мне будет не нужен.
Демид
Я тоже выпил два мохито, так что мы на равных. Хотя… я не чувствую в крови алкоголя. Там циркулирует сперма. Мои яйца так переполнены, что я явственно слышу звон. А от созерцания резвящейся Снежной королевы в секси-платье, у меня уже час непрекращающийся стояк.
Мой огненный гранатомет готов залить все раскаленной лавой, его разрывает, он на пределе.
Детишек уводят спать, но Анечка хочет веселиться. Я вижу это по ее блестящим от мохито глазам и пританцовывающей походке. — Сейчас бы в клуб, — произносит она. — До ближайшего клуба час на катере, — говорю я.
Даю змею команду: “лежать!” и встаю с шезлонга. — Прогуляемся к морю?
Снежная королева смотрит на меня с какой-то странной улыбкой.
Никогда она на меня так не смотрела. Наверное, это ей мохито ударило в голову. Как и планировалось. — Пошли! — говорит она.
И бежит вперед.
Легкий бриз треплет подол ее секси-платья, она наклоняется, чтобы расстегнуть сандали… Боги, как удержаться и не наброситься на нее прямо здесь, прямо сейчас?
Нельзя. Спугну.
Но со стояком я ничего поделать не могу. Никакие команды: “Лежать” больше не утихомирят торчащего вверх удава, готового к нападению. Какой там лежать, когда ему такое показывают!
Он уже мысленно там — в ледяной пещерке Снежной королевы. Плавит ее активным трением, высекает искры… в общем, зажигает.
Зажечь Снежную королеву — задача не из легких. Она уже полтора года испытывает ко мне только одно чувство — яростную злость.
Но сегодня все будет легко. Она готова. Она — легкая добыча. Мохито сделал свое дело.
Мой хитрый план сработал.
Аня
Ну вот, он уже бегает за мной, как щенок. Я заманила его на пляж… то есть он сам предложил, но все равно. Я его заманила. Весь день заманивала — с того самого момента, как убедилась, что у меня овуляция.
Нет, он не щенок. Он — племенной бычок.
Хи-хи.
Почему мне так весело? Почему хочется бегать босиком по песку, танцевать и смеяться? Я же серьезным делом собираюсь заняться. Очень важным и ответственным делом.
Секс на пляже… романтично, но не очень удобно. Но можно начать и здесь.
Пусть это будет первая попытка. А потом еще пара попыток, чтобы наверняка.
Надеюсь, бычок меня не разочарует.
Надо снять с Демида рубашку и подстелить. Я лягу на нее, он сверху.
Лучшая позиция для зачатия, как я уже говорила.
О, беседка. Но в беседке неудобно, там лишь стол и пара плетеных кресел.
Никак не принять правильную позу.
Ой!
Демид меня догнал.
Подошел сзади, обнял. Боже, какой он горячий! Рубашка расстегнута, голой спиной я чувствую жар его кожи. А попой чувствую его огромный, напряженный, нетерпеливо трущийся об меня член.
Вот оно. Начинается. Нас ждет особая ночь.
Ночь, которая изменит все.
Надо только помнить… Он убирает волосы с моей шеи сзади, я чувствую его горячие губы. Его руки, до этого обнимавшие меня за талию, скользят вверх. Он накрывает мои груди ладонями, сжимает. А сам еще сильнее прижимается ко мне членом.
В голове шумит, как от шампанского. Боже… Что там мне надо помнить?
4
Демид
Ах да, звезды. Романтика.
Поздно вспомнил. Поздно говорить о звездах, когда мой член почти добрался до ледяной пещерки.
Когда я увидел, как Аня вошла в беседку, бросила на стул свои босоножки и застыла, обхватив себя руками за плечи, я не выдержал. Все планы о романтичном неторопливом соблазнении вылетели из головы.
Не надо было самому пить мохито, может, тогда я бы лучше себя контролировал! Хотя кого я обманываю. Дело не в мохито.
Дело в ней.
Я хочу надменную Снежную королеву с того самого момента, как впервые увидел полтора года назад. На ней тогда было почти такое же сексуальное платье, как сейчас. Но сорвать его мне в тот раз не удалось.
Зато сегодня… Аня не отталкивает меня, я слышу, как ее дыхание сбивается в тот момент, когда я начинаю целовать ее шею. Боги, какой аромат! Я всегда знал, что она пахнет жасмином, но сейчас я не просто вдыхаю этот терпкий запах, я ощущаю его вкус.
Ее грудь под моими ладонями. Я сам не верю, что наконец-то до нее добрался. Круглая, упругая, мне хочется сжать очень сильно… чтобы поверить в реальность происходящего.
Секси-платье. Сейчас и проверим, так ли легко оно тянется вниз.
О, да! Легко.
И вот уже кончики моих пальцев ласкают ее соски. Они маленькие, как я предполагал. И, наверное, розовые. Тут темно, но я попробую разглядеть.
Я поворачиваю Снежную королеву лицом к себе, усаживаю ее на стол, сам пристраиваюсь на стуле. И пусть мой змей уже прогрыз дыру в штанах и рвется в бой, он подождет.
Я буду смаковать вкус этих маленьких дерзких сосков. Они так долго дразнили меня, проступая под купальником, под платьем, под разными майками и блузками!
— М-м-м, — застонала Аня, вцепившись пальцами мне в волосы.
Именно. М-м-м! Божественный вкус!
Аня
Мне нужно было что-то помнить. Но я… О-о-о!
Боже!
Где я? Кто я? Как меня зовут?
Он… он — Демид. Это я помню. А его язык… Это просто… О-о-о!
Нет, подожди, не останавливайся. Я хочу еще. Долго-долго. Вечно.
Хотя да. Можно и так. Можно и там… Что он делает?
Я очнулась. Не совсем, но все же частично пришла в себя. Поняла, что Демид как раз сейчас натягивает презерватив, который достал из кармана своих шорт.
Презерватив. Способность соображать, кажется, начала ко мне возвращаться. Эту партию презервативов я истыкала иголками, поэтому… ладно. Давай продолжим. Я вся горю. Я хочу, чтобы ты… Демид снова прижался ко мне. Его член уткнулся в мои трусики. Недавно под ними побывали его пальцы, но он их так и не снял. Только распалил меня до невозможности.
До невозможности терпеть и ждать!
Он застыл на пару секунд, я продолжала нетерпеливо тереться об него, не скрывая своего желания. Я бы не смогла его скрыть, даже если бы очень-очень захотела. Ну, давай уже! Вонзись в меня своим… таким огромным и даже немного пугающим агрегатом.
Но Демид меня удивил. Он положил руку мне на затылок, потянул к себе, убрал с моего лица волосы… и впился в губы яростным, каким-то даже злым поцелуем. Его губы раздвинули мои, язык властно проник в рот.
Это было так… жестко. Мою грудь он целовал нежно, его пальцы, забравшиеся в трусики, были осторожными и деликатными. А целуется он так, как будто хочет поцелуем убить! Ну, или по крайней мере выпить до дна.
Странно. Непонятно. Дезориентирующе.
Все еще целуя меня, Демид задирает платье. Отодвигает трусики, не потрудившись их снять.
О-о-о!
Его член, твердый, большой, горячий толкается в меня резко и быстро. Я обхватываю его бедра ногами, прижимаюсь. В первую секунду мне даже больно, но это сладкая боль. Я хочу еще! Пусть будет больно. Сильнее!
Мои руки — на его шее, вцепились в нее, царапая ногтями. Мои губы скользят по его колючему подбородку.
Он подхватывает меня под ягодицы, сжимает их, вдавливая меня в себя с бешеной силой. Темп нарастает, дыхание сбивается, в ушах стучит. Все куда-то исчезает. Я глохну, слепну… Запрокидываю голову вверх, почему-то мне сейчас очень хочется встретиться взглядом с Демидом.
Его глаза сверкают в темноте. Он смотрит на меня, и этот взгляд проникает в меня с такой же яростной силой, как и его член. — Демид… — срывается с моих губ.
Еще несколько толчков, и я улетаю. В прямом смысле. Начинаю содрогаться, разжимаю пальцы, падаю… Но меня подхватывают его сильные руки.
Я прижимаюсь к нему, утыкаюсь носом в его грудь. Он горячий, потный, пахнет… мужчиной. Настоящим, диким, невыносимо желанным мужчиной.
Он обнимает меня, я трясусь, как в лихорадке. А еще мне хочется плакать.
Почему? Понятия не имею.
А, вспомнила. На излете сногсшибательного оргазма ко мне вернулась память. — Это была неправильная поза, — шепчу я.
Аня
Передо мной максимально удивленные глаза Демида. — Что? — переспрашивает он. — Ничего.
— Что было неправильно?
Я отвожу взгляд, снова утыкаюсь носом в его грудь. Я все еще сижу на столе, он все еще меня обнимает и прижимает к себе. — Я исправлюсь, — произносит он. — Не сомневайся. Две недели без секса… Поэтому все так быстро.
Быстро? Ну, не знаю. Быстро или долго… не могу сказать. Это было за пределами времени. — Подумаешь, две недели, — брякнула я. — Я полгода этим не занималась, и ничего.
Неужели я не могу заткнуться? Просто помолчать!
Кажется, мои мозги смыло волной убийственного оргазма, и теперь язык живет своей жизнью. Болтает, что ему вздумается. Я так и свой главный секрет могу выболтать!
Определенно, я должна заткнуться.
Это очень трудно. Во-первых, мне хочется плакать. Во-вторых — говорить.
Рассказать обо всех своих бедах. Обо всех, да!
И удержаться от этого я могу лишь одним способом — внезапно осенило меня.
Я освободилась из объятий Демида. Скользнула вниз.
Демид
О, боги! Я и не мечтал о таком. Представлял неоднократно, да. Каждый раз, когда надменная Снежная королева окатывала меня ледяным презрением или пыталась пронзить своими ядовитыми ледяными стрелами. В такие моменты я представлял, как она опускается передо мной на колени, обхватывает губами голову змея и сливается с ним в глубоком горловом поцелуе.
Представлял, но даже не мечтал, что это сбудется!
И вот сейчас Снежная королева добровольно опустилась на колени и положила свою ладонь на мой член. Этого оказалось достаточно. Змею не нужно объяснять, что его ждет. Пораженный и воодушевленный, он мгновенно вскочил, нацелившись в ее пухлые манящие губы.
Она их облизнула. Увидев острый кончик ее язычка, змей раздулся еще больше и сделал резкий бросок вперед.
Она облизала его, как эскимо. Осторожно, но с аппетитом. А потом… мне показалось, она решила откусить ему башку! Но нет. Просто пугает.
Покусывает, посасывает, дразнит. Обхватывает губами… О, май гад! Это даже лучше, чем я представлял! Гораздо лучше.
Особенно, если грубо взять ее рукой за волосы. Особенно, когда она поднимает взгляд и смотрит на меня с членом во рту.
Это просто праздник какой-то! Воплощение моих грязных фантазий…
Аня
Пока мой рот был занят, у меня было время подумать.
Я совершенно напрасно призналась Демиду, что у меня полгода не было секса. Теперь не могу сказать, что я на таблетках. Какая идиотка будет пить таблетки в отсутствие половой жизни? То-то и оно. Моя легенда провалилась.
Остается надеяться на дырки в презервативах и на то, что в какой-то момент Демид о них забудет. Или мне удастся снять презерватив в процессе.
Это непросто, но я регулярно делаю упражнения Кегеля.
Колоть орехи я, конечно, не могу — моя маленькая подружка не настолько зубаста. Но стянуть презерватив… может, и получится. Если сильно постараюсь.
Так, от орального секса детей не бывает, поэтому надо переходить к настоящему.
Сейчас, еще секундочку. Он такой… гладкий и упругий. На вкус почти как эскимо… в фольге. И отзывчивый на мои ласки, милаха. Так и ластится к губам.
Даже жалко с ним расставаться.
Но мы с тобой еще пообщаемся. Очень плотно и жестко. Помнишь?
Упражнения Кегеля!
Демид за пару секунд натянул презерватив и хотел снова усадить меня на стол. Но я воспротивилась — это неправильная поза! — Нет, не так… — Любишь командовать? — усмехнулся он. — Я… да… а-ах!.
Он резко развернул меня к себе спиной, наклонил, стянул, наконец, трусы — и уже через секунду был у меня внутри. — Ох, — снова вырвалось у меня.
— Вот именно, — услышала я за спиной. — У кого член, тот и командует.
Мужчины и их члены! Носятся с ними, как курица с яйцом. Гордятся, пыжатся, дают им имена. Подумаешь, член. Это всего лишь кожаный отросток… То есть… — О-о-о! — не смогла я удержаться от стона. — Да, детка!
Что этот отросток сейчас вытворяет у меня внутри! Он вонзается в меня под таким углом, что трется о самые чувствительные места, и с такой силой, что заполняет меня, кажется, до самого горла… Демид шлепает меня по попе, и это невероятно заводит. Он сжимает мои ягодицы, скользит руками по спине, тянется к груди и находит затвердевшие от адского возбуждения соски. Проводит пальцами по губам, я впиваюсь в них зубами, пытаясь сдержать громкий, рвущийся из самых глубин стон.
Теперь его пальцы на других моих губах. Движутся в том же бешеном ритме, что и этот… прекраснейший из отростков!
У меня темнеет в глазах. Все уплывает. Меня смывает волной наслаждения, я кричу, уже не сдерживаясь.
Демид, положив руки мне на плечи, содрогается сзади. Я надеюсь, что его юркие спермотозоиды сейчас вылезают через сделанные мной проколы и на всех парах несутся к моей яйцеклетке. Чтобы слиться с ней в экстазе.
И, я верю, ей сейчас так же хорошо, как мне…
5
Аня
Я перевернулась на спину и попыталась лечь на стол. Не получилось. Либо голова свешивается, либо попа сползает. А уж поднять ноги вверх — вообще не вариант. Разве что положить их на Демида… — Мне нравится ход твоих мыслей, — говорит он, укладывая мои ноги себе на плечи.
И снова задирает мое платье чуть ли не шеи. — Нет, — шепчу я. — Я просто отдыхаю. — Отдохнем в моем бунгало, — заявляет он.
И подхватывает меня на руки.
Я обнимаю его за шею — а куда еще девать руки? Он несет меня, его глаза так близко… Слишком близко! Я вдруг вспоминаю, что я — коварная стерва, которая тут не любовью занимается. А осуществляет хитрый план.
Мне становится стыдно, я отвожу взгляд. Кладу голову ему на плечо, это не только избавляет меня от необходимости смотреть в глаза, но и дает приятное ощущение безопасности.
Все же как хорошо, когда тебя несет на руках сильный мужчина!
Чувствуешь себя слабой, маленькой, хрупкой… У него есть член, значит, он главный, значит он обо всем позаботится.
Но конкретно этому мужчине нужен только секс! Он не хочет ни о ком заботиться. Ни обо мне, ни о моем будущем ребенке. Моем, а не нашем!
Чувство вины смыло волной гнева. Я разозлилась на Демида, как злюсь уже полтора года. — Чего пыхтишь? — спросил он. — Я не пыхчу! — Ну, шипишь. — Меня от тебя тошнит, — выпалила я. — Так это не от меня. Это от рома. Может, я перестарался… — От какого еще рома? Я не пила ром! — Пила. Он был в мохито.
— Ты… Это ты сделал? — Ага.
Я задергалась, хотела вырваться из его объятий. Но он держал меня крепко, и при этом продолжал идти. Я тут брыкаюсь изо всех сил, а ему хоть бы что! Держит меня своими железными ручищами, как будто и не замечая моего недовольства.
Он все испортил! Я два месяца не брала в рот спиртного, вела исключительно здоровый образ жизни, готовилась к идеальному зачатию, а он..
Но это меня, конечно, же не остановит. Скорее, наоборот. Я ему сейчас устрою!
Демид сменил позу — взял и забросил меня на плечо. — Ты… Я тебя ненавижу!
Я колотила его кулаками по спине. А он гладил меня по голой попе! — Я знаю, детка. Сейчас дойдем — и ты покажешь мне, как.
Демид
И она показала.
Набросилась на меня, как безумная. Вот это, я понимаю, ненависть!
Давай, ненавидь меня до самого утра!
Я едва успел надеть презерватив, как она приземлились на моего змея и начала вытворять такое… Я офигел. Потом охренел. И снова троекратно офигел.
У нее там что, зубы? Сжимает змея так, что того гляди откусит ему башку.
Садится, приземляясь своей упругой попкой на самые яйца, делает захват, поднимается, выжимая его, как тряпку.
А теперь она остановилась. Приподнялась. Потянулась к моим губам.
Перерыв на поцелуи? Ну ладно… Это было недолго. Что это вообще было? Внезапно прервав поцелуй, она снова меня оседлала.
Ох… Я так долго не протяну! Со мной еще никто такого не проделывал. Она действует, как профессионалка. Но у нее полгода не было секса. Как такое может быть? Почему?
У меня когнитивный диссонанс… И запредельный оргазм!
Она скатилась с меня, перевернулась на спину, подняла ноги вверх… Что она творит?
Аня
У меня получилось!
Для начала, я не дала ему времени нормально натянуть презерватив.
Набросилась на него, толкнула на кровать, прыгнула сверху. Да, это не лучшая поза для зачатия. Но прекрасная для того, чтобы, используя тренированные мышцы влагалища, снять с члена не до конца надетый презерватив.
И я его сняла! Он остался внутри меня. Демид ничего не заметил. Пока я с ним целовалась, мне удалось избавиться от презерватива.
А уж потом… я дала жару!
Я думала только об одном: сразу, как он кончит, я сожму мышцы и перевернусь на спину. Не дам вытечь из меня ни одной драгоценной капле!
Все прошло по плану.
Я перевернулась. Вот только встать в “березку” у меня не получилось — не осталось сил. Ноги дрожали, во всем теле была такая легкость и слабость, что, казалось, я сейчас воспарю в воздух.
Сейчас, сейчас. Я немного отдышусь и попробую еще раз. Раз это может помочь зачатию, надо постараться.
Демид
Так, а где мой презик? Неужто слетел?
Вообще не удивительно, учитывая, что вытворяла Снежная королева.
Пожалуй, после сегодняшней ночи я перестану ее так называть. Она не снежная — она самая огненная штучка из всех, кого я когда-либо встречал.
Адский фейерверк и бешеная комета в одном флаконе.
И, чем сильнее она меня ненавидит, тем горячее становится. Кто бы мог подумать, что ненависть так заводит… Я! Я давно это знал. — А где… — начал я, решив все же выяснить судьбу презерватива.
Но она меня перебила.
— Сядь, — скомандовала Аня. — Сюда.
Я повиновался. Вообще я предпочитаю доминировать. Но иногда, для разнообразия, можно и подчиниться. Ровно до того момента, пока мне это не надоест.
Она положила ноги на мои плечи. Ладно. Хочет продолжения? Сейчас.
Пару минут отдохну и — снова в бой.
Я погладил ее лодыжки, бедра. Какие длинные, стройные ножки! В таком ракурсе выглядят необычно. Мне нравится. А еще больше мне нравится то место, из которого они растут.
Моя рука скользнула под ее попу. Какое блаженство ощущать в ладони эту упругую половинку!
Кажется, я уже отдохнул. Змей поднял башку, чтобы посмотреть, что я там так самозабвенно лапаю. — Просто посиди, — услышал я строгий голос Ани. — Но… — Ноги дрожат. Устали. Так удобно.
Ах, вот в чем дело! Понятно.
Ладно, пусть немного отдохнет. Надеюсь, она не думает, что на этом все?
Я сел поудобнее, поджав под себя ноги. Лицом к ней. Ее ступни на моих плечах, она вся передо мной. Лежит, на губах играет легкая улыбка. Я — причина этой улыбки.
Тоже интересно. Не все же ее бесить.
Мне нравится эта поза. В такой приятно даже просто отдыхать. Какие виды открываются! Какие ракурсы! Я впитываю их глазами, отпечатываю на сетчатке. Буду вспоминать одинокими… ну, или не очень одинокими, зимне-летними вечерами.
Я кладу ладони на ее ступни, прижимаю их к своим щекам. Поворачиваю голову, целую ее маленькие аккуратные пальчики. Она смотрит удивленно.
Я массирую ее ступни, нежно, осторожно. Пусть расслабится. Отдохнет. Но спать не надо!
Снежная королева закрыла глаза. Наслаждается массажем. Максимально расслаблена. Хороший момент, чтобы задать ей вопрос, который волнует меня последние полчаса.
— А почему у тебя никого не было полгода?
Она бросает на меня сердитый взгляд. Как будто хочет сказать: ты все испортил! Да, пожалуй не стоило. Можно было и помолчать. Хотя… — Мы тут трахаемся или беседуем по душам? — сердито произносит она.
Я не могу удержаться от смеха.
Узнаю Снежную королеву! Люблю смотреть, как она злится. В эти моменты мне особенно сильно хочется ее трахнуть. А, впрочем, этого мне хочется всегда.
Да, детка, мы тут трахаемся!
Когда ты такая злая, мне очень хочется… да хотя бы сделать вот так!
Я скольжу пальцами по внутренней стороне ее бедра, подбираюсь к заветному местечку. — Нет, — говорит она.
И пытается соединить ноги. — Да, — говорю я.
И продолжаю движение. Она издает невнятный протестующий звук, и я останавливаюсь. На самой границе.
Потом продвигаюсь еще немного, касаясь нежной кожи кончиками пальцев. Двигаюсь вверх, вниз, рисую овалы. Перехожу к знаку “бесконечность”. Рисую его медленно, очень медленно.
Когда мой палец оказывается в центре этой “восьмерки”, Снежная королева перестает дышать. Я удаляюсь. Снова приближаюсь к центру… С ее губ срывается легкий стон. Я вижу, что она изо всех сил держалась, чтобы не застонать. Но не смогла. Она стискивает зубы, не хочет мне показывать, как ей хорошо… Посмотрим, удержится ли она от громких стонов сейчас, когда на месте пальцев окажется мой шаловливый язык. Им я тоже умею рисовать знак “бесконечность”.
Он будет символом этой ночи.
У нас будет всего одна ночь.
Никакой романтики, никаких обязательств. Просто секс и ничего больше.
То есть, конечно, не просто секс! Жаркий, как адское пламя, убийственный, как
взгляд Снежной королевы, безумный, как мои желания. Которые сегодня я хочу исполнить. Все до одного!
Эту ночь я хочу запомнить навсегда.
Особенно этот момент — когда Снежная королева стонет и выгибается, хватает меня за волосы и тянет к себе, содрогается и почти рыдает от счастья…
6
Аня
Все получилось, я чувствую это. Молодцы, головастики! Я знаю, вы все старались. Бежали наперегонки, толкались и дрались. Но с моей яйцеклеткой слился в экстазе самый сильный, самый смелый и, я надеюсь, самый красивый из вас.
Всем остальным — спасибо за участие.
Вчера, вернее, уже сегодня утром я очень хотела уйти в свое бунгало. Но просто не смогла. Не только потому, что Демид, засыпая, вцепился в меня мертвой хваткой. Даже если бы мне удалось выбраться из его объятий… я была не в состоянии даже встать!
Это ненасытное чудовище истерзало меня, превратило в безвольную тряпичную куклу. Я и сейчас с трудом шевелю конечностями. Поспать бы до вечера… Может, я так и сделаю. Только надо перебраться в свое бунгало.
Я сползла с кровати, принялась искать платье. Нашла. Но поняла, что надевать его не буду. Оно было истерзано так же, как я.
Проскользнув в ванную, я завернулась в халат Демида. Больше мне надеть нечего. Босоножки остались в беседке, трусы я где-то потеряла. Насколько я помню, там же. Надеюсь, уборщики выбросят их раньше, чем обнаружит кто-то из отдыхающих.
А сейчас мне надо выйти отсюда так, чтобы никто не заметил. Никто — это, конечно, Алена с Мироном. Афишировать, где я провела сегодняшнюю ночь, у меня нет никакого желания.
Перед тем, как выйти из бунгало, я в последний раз оглянулась на Демида, раскинувшегося на кровати. По-моему, пока я была в ванной, он сменил позу.
Лежит на животе, одна рука свисает с кровати, другой он как будто все еще обнимает меня. На простынях, сбившихся в комок, можно увидеть отпечаток моего тела. Как будто я все еще лежу там, рядом с ним.
Но нет. Я не с ним. Меня здесь почти уже нет.
Мне кажется, или его ресницы дрогнули? Может, он просыпается? Сейчас увидит меня, окликнет… Надо торопиться.
Но я почему-то еще немного помедлила на пороге.
Надо было выглянуть наружу, убедиться, что никого нет. Убедилась. Я выскользнула из бунгало, больше не оглядываясь. Несколько шагов — и можно идти спокойно. Мало ли откуда я иду! Может, ходила с утра на море.
Ага, и возвращаюсь с него сухая, взъерошенная, опухшая и помятая. Надо бы принять душ, прежде, чем снова завалиться спать.
Ну что ж, я могу ликовать. Все прошло по плану. Но, в то же время, совершенно не так, как я предполагала.
Продумывая свой коварный план, я вообще не учла, что это может быть так… ошеломительно. Я собиралась делать ребенка. Я не планировала терять голову и умирать от наслаждения!
После того, как я достигла цели — сняла с Демида презерватив и, с его помощью, постояла в некоем подобии “березки”, можно было все закончить.
Но это был далеко не конец.
Это было новое начало. Коварных планов больше не было. Была бешеная, неконтролируемая, убийственная страсть.
Демид
Я видел, как она уходила. Заметил, что она нерешительно замерла на пороге, после того, как оглянулась. Как будто ждала, что я ее окликну. Мне очень хотелось вскочить, схватить ее в объятия, снова уложить в постель. Но я знал, что делать этого не нужно ни в коем случае.
Всего одна ночь.
Она была. Она прошла. На этом все.
Завтра утром мы улетим домой. Надо как-то пережить сегодняшний день, а потом все войдет в привычную колею. Мы будем также изредка встречаться у наших друзей. Но, пожалуй, я сделаю перерыв на несколько месяцев. Не буду попадаться на глаза Снежной королеве.
Потом, когда все окончательно уляжется, можно будет и встретиться.
Мало ли, с кем я трахался. Я же их после этого не отстреливаю. Мы иногда видимся. С некоторыми я даже нормально общаюсь.
Секс — это просто секс.
Аня
Сегодня море успокоилось, надо накупаться напоследок. Плавать сил нет, поэтому я просто лежу в воде у берега, все больше размокая. У меня уже кожа сморщилась и просолилась так, что меня можно подавать к пиву.
Егорка уснул прямо в манеже под зонтиком на берегу, так что Аленка валяется рядом со мной. Мирон с Демидом снова занимаются проектом, хотя, вроде бы, вчера говорили, что все закончили. Но у Демида возникла новая идея, и они снова заняты.
Я его сегодня еще не видела. Возможно, он от меня прячется. Отсюда и новые идеи. Он что, меня боится?
Думает, что после всего, что было, я заставлю его на себе жениться?
Ха-ха. После всего, что случилось этой ночью, я сама буду бегать от него, как заяц от волка. И потому, что мне стыдно. А еще… а, неважно.
Я выползла из кровати лишь после обеда, сказала Аленке, что плохо себя чувствую, поэтому дрыхла так долго.
Так и есть. Несмотря на радость от того, что все прошло по плану, меня накрыла какая-то странная депрессивная грусть. Но это пройдет. Надо только пережить сегодняшний день. И завтрашний перелет. Не дай бог мне снова придется сидеть в самолете с Демидом. Восемь часов рядом с этим чудовищем — да ни за что! — У Демида исцарапана шея, — задумчиво произнесла Аленка.
Я опустила голову под воду. Не рассчитала, уткнулась носом в песок, пришлось отплевываться и отмываться.
Аленка смотрела на меня внимательно и задумчиво. — И он тоже спал до обеда, — продолжила она. — Зачем ты мне это говоришь?
Моя подруга с загадочным лицом пожала плечами. — А почему бы мне это не сказать? — Да пожалуйста. Говори, что хочешь. — Если до этого я еще сомневалась, то теперь я уверена. Вы с ним… — Нет! — воскликнула я. — То есть…. я ничего тебе не скажу. — Почему?
Алена выглядела обиженной.
— Я всегда с тобой всем делилась! Всегда! — Думаешь, я не хочу? Думаешь, мне легко переживать все это одной? Я очень хочу с кем-нибудь поделиться! — Ну так я всегда рядом! — Ага. А рядом с тобой — Мирон. Ты от него ничего не скрываешь. А он от Демида. — Если это будет твой секрет, я смогу молчать! — Не сможешь, — уверенно заявила я. — Выболтаешь случайно, и сама не заметишь. — Нет! — Да! — Будешь думать об этом. А у тебя — что в голове, то и на языке. — Не такая уж я болтушка, — упрямо и обиженно произнесла Алена. — Ты не болтушка. Просто не умеешь врать и притворяться. За это я тебя и люблю!
Я обняла подругу. — Так у вас с Демидом… — снова начала она. — Нет. — Мне всегда казалось, что вы друг к другу неравнодушны. Было бы здорово, если бы вы начали встречаться… — Тебе казалось. Ничего не будет!
То есть будет. Но совсем не то, что предполагает Аленка. — Тогда о чем ты не хочешь говорить? — задала она вполне закономерный вопрос. К счастью, мне не пришлось на него отвечать.
Проснулся Егорка, мы побежали к нему. Я ни за что не хотела пропустить этот момент. Мне так нравится наблюдать, как он открывает сонные глазки, удивленно озирается по сторонам, хмурится… А потом начинает радостно улыбаться!
Безмятежная улыбка ребенка — чистое, абсолютное, ни с чем не сравнимое счастье. Скоро у меня будет такое же.
И с чего мне вдруг стало грустно? Все прекрасно! Вчера ночью во мне зародилась новая жизнь. Я так долго этого ждала…
Аленка ушла кормить сына, а я глубоко задумалась.
Что будет после того, как обнаружится моя беременность? Сообщу ли я всем, что это ребенок Демида? Как они к этому отнесутся, если учесть тот факт, что воспитывать его я буду одна?
Аленка возненавидит Демида, я не сомневаюсь. Мирон… не знаю.
Наверное, проявит мужскую и братскую солидарность. Хотя… он так обожает Егорку, что, возможно, не одобрит поведение своего родственника. Когда Демид заявляет во всеуслышание, что не хочет иметь детей — это одно. А когда он на самом деле отказывается растить своего ребенка — это совсем другое.
Блин, а ведь я подставляю Демида. Из-за меня у него могут испортится отношения с самым близким другом, который, к тому же, его брат.
Но я еще ничего не решила. Может, я вообще никому не скажу, от кого ребенок. Даже Демиду. Хотя изначально у меня были другие планы, они могут измениться.
И все же он — типичный кобель. Затащил девушку в постель, а на следующее утро — в кусты! Обычно такие, как он, еще обещают позвонить, а потом, естественно, случайно стирают номер. И, конечно, всеми силами избегают встречи. Но это обычно. А мы тут на острове, не очень-то убежишь.
Может, поиздеваться над ним? Сделать вид, что после сегодняшней ночи я на что-то рассчитываю. Это может быть весело.
Посмотрим, как он будет выкручиваться!
Демид
Не то чтобы я от нее прятался… но встречаться особо не хотелось. Не люблю эти неловкие моменты на следующее утро. Девушки обычно ждут от меня того, что я им давать не собираюсь.
Я не вступаю в отношения. В “серьезные отношения”, как они говорят. Я крайне несерьезный и совершенно аморальный тип. Мое кредо — временные порочные связи. С легкомысленными молодыми особами.
Особенно для этого хороши студентки. У меня есть то, что нужно им — деньги, у них есть то, что нужно мне — молодое тело. Мне даже искать их не надо, они сами меня находят. Главное — тусоваться в нужных местах.
Я им нравлюсь Я не жадный, и у меня не так много требований: не капризничать и, пока длится наша недолгая связь, не спать с другими. Ну и, конечно, проявлять благосклонность по первому требованию.
Не спать с другими не потому, что я ревнив. А потому что у меня есть маленький бзик — боюсь заразы. Так что все жестко: пока я тебя содержу и заваливаю подарками — будь добра, соблюдай правила.
Никто из них надолго не задерживается. Вечный круговорот сисек и задниц… Нравится ли мне такая жизнь? Конечно! Меня все более чем устраивает. Я не хочу ничего менять.
Снежная королева, конечно, не такая, как все эти цыпы. Она особенная, я не могу не признать этого.
Но у нас разные цели и разные пути.
Так что… надо просто подождать, пока все уляжется.
Аня
Мы встретились за ужином. Я сама подошла к Демиду, пока он торчал у шведского стола, выбирая себе блюда. — Как поживает Змей Горыныч? Сделал ему успокаивающий компресс?
Он дернулся от звука моего голоса.
Да, вчера, после… не знаю какого раза, он признался мне, что называет свой член змеем. Я поржала. Мы вместе поржали.
Но сегодня — другое дело. — Ага, — невозмутимо произнес Демид. — Все утро отмачивал его в ледяном мохито.
Он повернулся ко мне, смотрит насмешливо. И отчужденно.
Все не так, как вчера. И взгляд, и выражение лица. И он сам. Да и я не такая, какой была в безумии прошедшей ночи.
Между нами стена, как всегда. Вчера мы разнесли ее вдребезги, а сегодня она снова на месте. Так и должно было быть. Все по плану.
Не надо было к нему подходить. Это была очень плохая идея. — А почему он у тебя Горыныч? — спрашиваю я. — У него же не три головы.
Или есть запасные?
Говорю это просто, чтобы что-то сказать, чтобы прервать затянувшееся напряженное молчание. Раз уж он не хочет его прерывать. — Пашет за троих, — отвечает Демид. — Ты не заметила? — Не-а. Максимум — за двоих. На троих не тянет.
Вижу, как его глаза темнеют. Я наступила на больную мозоль. Натертую вчера на башке змея.
Демид, конечно, считает себя секс-гигантом. Усомниться в этом — все равно что плюнуть в морду его змею.
Блин, зачем я его провоцирую?
Зачем я вообще к нему лезу?
Дура ты, Аня. Самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать — просто уйти. — Приятного аппетита, — говорю я.
И выхожу из ресторана.
Ужинать совершенно расхотелось, аппетит пропал напрочь. — Стой! — слышу за спиной.
Демид
Я понимаю, что она специально меня провоцирует. И я ведусь!
Меня переполняет… я не знаю, что это. Внутри все клокочет, сжимается, скручивается. Мне хочется ее догнать, взять за шею, поставить на колени… Почему-то в моих грязных фантазиях Снежная королева всегда стоит на коленях.
Иногда лицом ко мне, иногда — своей шикарной задницей. Жаль, что я не могу оказаться с двух сторон сразу! — Стой! — вырывается из моего рта.
Но она, конечно, не останавливается. И я не собираюсь за ней бежать. Мне и кричать не надо было.
Не сдержался.
Я сейчас просто поем, а потом пойду в номер. Посмотрю телевизор, завалюсь спать. И все. Может, взять билет на другой рейс? Улететь прямо сегодня. Прямо сейчас. Прекрасная идея!
В ресторан входит счастливое семейство. Мирон несет на руках ребенка, Алена, светясь улыбкой, идет рядом. Все трое — как глянцевая картинка. Такие приторные, что аж блевать тянет.
Только их тут не хватало!
Ладно Мирон, при нем я мог бы четырехэтажным матом высказать все, что у меня сейчас на душе. Но тут Алена. И ребенок. Который смотрит на меня с живым любопытством.
Что, интересно, почему дядя такой красный и напряженный? Хочешь посмотреть, как его сейчас разорвет от… злости?
Это злость? И на кого я злюсь, хотелось бы знать?
На Снежную королеву, которая демонстративно усомнилась в моей сексуальной мощи? Как примитивно.
Как низко я пал!
Она пульнула в меня очередную ледяную стрелу. Мне не привыкать, мне всегда нравились наши пикировки. Но сейчас я распереживался, как пацан.
1:0 в твою пользу, Снежная королева.
7
Аня
Я адекватная. Нормальная и разумная. Честно! Всегда была совершенно нормальной. Но в последние полгода я начала ловить себя на том, что с вожделением смотрю на чужих младенцев.
Как-то при мне одна недалекая молодая мамаша оставила в коляске спящего ребенка и забежала в магазин. Я поймала себя на том, что рассматриваю возможность схватить этого милого малыша и убежать. И он будет моим….
Тогда я и поняла, что это уже клиника. Я так сильно хочу ребенка, что у меня почти снесло крышу!
Конечно, я бы не стала красть малыша. Это была мимолетная сумасшедшая мысль. Мысль сумасшедшая, а я все-таки нет.
Я хочу своего ребенка. Выносить, родить. Кормить грудью, пеленать и купать. Обнимать, нежно прижимая к себе и вдыхая ни с чем не сравнимый младенческий аромат. Самый прекрасный аромат на свете!
И почему еще никто не додумался выпускать такие духи? Я бы купила.
Кстати, о духах.
Я всегда любила парфюм с ноткой жасмина. У меня есть несколько таких духов. Но, с тех пор, как я вернулась из жаркого Таиланда, они мне почему-то больше не нравятся. Просто на дух не переношу!
Теперь мне хочется, чтобы все вокруг пахло кокосами…
Помню, в пылу страсти Демид признался, что он без ума от запаха моей кожи. Это был жасмин. Готовясь к ночи икс, я не забыла нанести любимый аромат.
И вот теперь я остыла к жасмину. Так же, как к Демиду.
Сейчас мне кажется даже забавным тот факт, что после нашей безумной ночи я вела себя как влюбленная дурочка. Пыталась бегать за Демидом и искать его внимания. Втайне от самой себя мечтала, чтобы он захотел продолжения.
Глупо, но вполне объяснимо.
Я женщина. Мы отличаемся от мужчин тем, что во время секса испытываем эмоции. Для нас это не просто физиология, у нас волей-неволей подключаются чувства. Когда он нежно целует твои пальцы, страстно смотрит в глаза, обнимает и шепчет на ушко милые непристойности, ты теряешь голову.
Но через некоторое время, к счастью, она возвращается на место.
Моя вернулась. Я точно знаю, что не влюблена. Это был просто очень страстный секс.
Возвращение из жаркого лета в унылый конец зимы было грустным. Мы улетали из знойного июля, а прилетели в конец февраля. И я очень боялась, что заболею из-за акклиматизации. Мне сейчас болеть никак нельзя!
Ведь мое самое сильное, сводящее с ума желание осуществилось. Я в этом уверена.
Но точно еще не знаю.
Сегодня 7 марта, прошло две недели с момента зачатия. Прекрасный момент, чтобы сделать тест на беременность.
Да, я до сих пор его не сделала. У меня железная воля! Я дала себе слово, что дождусь момента, который считается наиболее подходящим для теста — второй день задержки. Можно было пробовать и раньше, говорят, чувствительные тесты способны определить беременность уже через неделю.
Но все же в этом случае были бы поводы для сомнения. А я не хочу сомневаться. Я хочу знать точно. Поэтому проявила нечеловеческую выдержку и дождалась этого дня.
Сегодня я узнаю.
Я волнуюсь так, что уже два раза роняла букет, подаренный мне на работе.
В честь предстоящего праздника у нас был короткий день, а потом — торжественная часть, подготовленная мужчинами компании. Сто лет мне нужны их скачанные из интернета поздравления!
И я бы сбежала, если бы не корпоративная этика, субординация и все прочее. Пришлось терпеть, улыбаться и благодарить.
А потом еще наш директор отвел меня в сторонку и завел долгий разговор о том, какой я ценный сотрудник для компании. Конечно, ценный! Я работаю в отделе продаж, и у меня самые высокие показатели. Не пора ли повысить мне зарплату, а, дорогой начальник? Лишние деньги мне сейчас не помешают.
Но повышения он мне не предложил. Вообще непонятно, что ему от меня было нужно. Только время зря потеряла!
По пути домой я на дрожащих ногах зашла в аптеку. Купила два разных теста, для верности.
Ох, как мне страшно!
И, чем ближе я подхожу к дому, тем страшнее становится.
Я не сомневаюсь. Я почти уверена. Почти… Переходя улицу, я едва не угодила под машину.
Так, Аня. Возьми себя в руки! Успокойся! Дыши глубоко и подумай пока о чем-нибудь другом.
Например, о завтрашнем празднике. Аленка, большая любительница приглашать гостей, позвала меня к себе праздновать восьмое марта. Сказала, что придут родители Мирона, еще пара родственников, Гоша с девушкой и какая-то семейная пара с ребенком.
И моя подруга очень надеется, что я тоже приду.
Почему бы и нет? Ведь там будет любовь всей моей жизни, лучший мужчина на свете — Егор Миронович.
А Демида точно не будет.
От так меня боится, что улетел из Таиланда на день раньше! Придумал совершенно не убедительную причину — у него, видите ли, серьезные проблемы на работе. Требуется немедленное присутствие. Ага, конечно. Все дружно поверили, особенно я.
В общем, он купил новые билеты, заказал себе срочный трансфер — и смылся. Только пятки сверкали. И натертые до блеска долгими ночными трудами яйца.
Естественно, он не попрощался со мной. Не очень-то и хотелось, кстати говоря. Я тогда была слаба и уязвима. Он бы легко одержал надо мной вверх.
Хорошо, что он так внезапно исчез.
Все. Я дома. Захожу, разуваюсь. В третий раз роняю букет. Эти несчастные мятые тюльпаны теперь только выбросить.
Снимаю пальто, трясущимися руками открываю сумку и достаю тесты. С какого лучше начать? Первый — простой, самый обычный. Его надо опускать в баночку. Второй — струйный. Более дорогой и, говорят, более точный.
С него и начну. А потом — контрольный.
Чтобы точно-преточно убедиться.
Я не представляю, что буду делать, если вдруг окажется, что тест отрицательный. Это меня убьет. Столько планов, столько усилий! Столько страсти.
И да, от страсти получаются красивые дети. Мой ребенок будет самым красивым на свете!
Я пытаюсь вскрыть упаковку, ломаю ноготь, не могу удержаться от ругательства. Да что за день сегодня такой! Все валится из рук.
Спокойно. День нормальный, это я очень нервная. Нужно просто взять ножницы, и коробочка откроется.
Все будет хорошо. Я в это верю.
Ножницы, естественно, ушли по своим делам. Их нигде нет. Но это не трагедия! Я не знаю, почему мне хочется разреветься.
Я отправилась на кухню, нашла нож и вскрыла-таки упаковку. Все. Тест у меня в руке. Я иду в ванную.
Через пару минут я буду точно знать.
8
Демид
Мне позвонила Алена. Это было странно, я даже заволновался поначалу, подумал: а вдруг что-то случилось. Она никогда раньше не звонила сама.
Да, что-то случилось. Она торжественно пригласила меня на дружеско-семейную вечеринку, посвященную 8 марта. Вечеринка состоится завтра. А я, конечно, бегу и спотыкаюсь! Всю жизнь об этом мечтал. — Никак не могу, — выдал я. — Почему это? — Веду хомячка на эпиляцию. — Демид! — сердито и строго воскликнула Аленка. — Что?
Пусть на Мирона орет таким учительским голосом. Это он послушный подкаблучник, я же — вольная птица. — У тебя нет хомячка! — Как нет? — я изобразил удивление. — Ах да, точно. Бедняга сдох от эпиляции. Завтра похороны. И я опять никак не могу!
Аленка сердито засопела в трубку.
Да, людей бесят мои дурацкие отмазки. И я их прекрасно понимаю. Но не могу отказать себе в этом маленьком развлечении. — Если ты не заедешь хотя бы на пару минут, твоя мама и Эльвира Никитична очень обидятся. И я тоже.
Сильный аргумент, не спорю.
Если вся эта гоп-компания, во главе с неугомонной тетей Элей, мамой Мирона, объявит мне войну, участь хомячка настигнет меня. Эпилируют до костей и прикопают.
Но я, пожалуй, рискну здоровьем.
На этом чудесном мероприятии может оказаться Аня. И что-то мне подсказывает, что нам еще рано встречаться. Слишком бурно мой организм реагирует на воспоминания о ней. Змей делает железную стойку, как только в моей памяти всплывают обрывки той дикой ночи.
А всплывают они в самые неподходящие моменты! Когда контроль сознания ослабевает, и на арену выползает темное бессознательное. Один раз меня накрыло, когда я поднимал штангу из положения лежа. Сосредоточенно считал подходы, ни о чем не думал. И вдруг — яркая картинка: Снежная королева скачет на мне, выкручивая змею башку, у меня искры из глаз от невероятных ощущений, а она серьезна и сосредоточена, как будто решает теорему… Это было бесподобно!
В общем, в нашем спортзале была зафиксирована травма. Я уронил штангу. Хорошо хоть не на внезапно вскочившего змея. Плечо заживет.
Но чаще всего эти воспоминания не дают мне спать по ночам. Даже студентки не помогают. Даже беспощадные загулы и шабаши. Значит, надо отрываться активнее! И уж точно не на семейном сборище.
Аня
Я вошла в ванную. Приготовилась следовать инструкции к тесту. В предвкушении, волнении и надежде на положительный результат. Но меня ждал сокрушительный удар.
Все было очевидно безо всяких тестов. Я не беременна. Моя яйцеклетка не оплодотворилась и не прикрепилась к стенке матки. Зачатия не произошло, организм демонстрирует это очень наглядно.
У меня начались критические дни.
Говорят, во время менструации матка рыдает кровавыми слезами по неслучившейся беременности. В тот день мы рыдали вместе.
Еще никогда наступление этих дней не было для меня такой трагедией… Я сидела на полу ванной, обхватив руками колени, по моим щекам ручьями текли слезы. Я даже не пыталась их вытирать, знала, что этот поток иссякнет еще не скоро. Я буду рыдать, пока в моем организме останется хоть капля жидкости.
Я просто не могу успокоиться!
Мне так больно, это почти физическая боль. В груди что-то разрывается, живот скручивает жгутом, в голове звучит: “Нет, нет, нет”. Я не хочу верить, что это правда. Что все было впустую. Что у меня не будет ребенка…
Демид
Я все же решил заехать к Мирону. Предварительно заскочил в цветочный, загрузил багажник букетами — фиг знает, сколько там будет теток.
И нет, я решился на поездку это не из страха перед женской гоп-компанией. А из желания увидеть Снежную королеву. Просто посмотреть на нее трезвым взглядом.
Наверняка меня после этого отпустит. Мое буйное воображение, опьяненное жаркими воспоминаниями и постоянным нездоровым стояком, превратило ее чуть не в идеальную богиню секса. А она обычная девчонка.
Вот увижу ее — и морок рассеется. Должен рассеяться.
Обычно так и бывает.
Задерживаться в гостях не буду. Отмечусь, отдам букеты, поцелую маму и свалю в закат. Помахав на прощание рукой Снежной королеве.
Но махать оказалось некому. Ани на этой разнузданной вечеринке с шариками и памперсами не оказалось. А где, она, интересно? Нашла на праздник компанию получше? Понимаю ее.
Змей тут же влез в мою голову и начал рисовать картинки: Снежная королева лихо скачет на ком-то другом, кто-то другой рисует восьмерки там, где отметился мой язык, она стоит на коленях и… Нет, это уж слишком!
Не надо портить мою самую любимую фантазию!
Я поздравил маму и тетю, навострил лыжи на выход, но они в прямом смысле взяли меня за шкирку и остановили. О, блин! Только не это!
В последние полтора года, с тех пор, как мой предатель-брат женился, я только и слышу: Мирон то, Мирон се… А ты почему не Мирон? Где жена? Где выводок детишек?
Да задрали вы все со своим Мироном! Он идеальный. А я дефектный.
Успокойтесь уже и отвалите. Я не могу быть таким, как Мирон.
Я все же смог не нагрубить маме с тетей. Горжусь собой. Медаль мне на шею! А тебя, любимый братец, мне очень хочется макнуть головой в унитаз.
Помнится, когда нам было лет по десять и мы сильно поругались, я уже пытался это проделать. Не вышло. А сейчас не стоит и пытаться… - Я испаряюсь, — сообщил я Мирону уже на пороге. — А ты держись тут.
Мирон тоскливым взглядом посмотрел на спиногрызов в манеже, на теток за чаепитием… и тяжело вздохнул.
Будь как Мирон, ага. Да ни за что на свете! — Ты куда? — поинтересовался он. — Да, завалюсь в клубешник. Сниму пару девчонок… Кстати, а где Снеж… Аня?
Вообще не собирался задавать этот вопрос. Само вырвалось. — Болеет, — ответил Мирон.
И вытолкнул меня за дверь, дружески пнув под зад. Я даже не стал давать сдачи. Его и так жизнь наказала.
Я переваривал информацию. Снежная королева болеет. Лежит дома, с температурой, компрессом на голове и красным от соплей носом. Никогда не видел ее в соплях. Наверное, дивное зрелище.
Я знаю, где она живет. Это район новостроек, не очень далеко от Мирона. Я могу к ней заскочить, узнать, не нужно ли чего. Вдруг она одна? Вдруг о ней некому позаботиться? Лучшая подруга празднует, парня у нее нет — я помню, полгода без секса. О родственниках я ничего не знаю.
В общем, я сорвался.
Забил в навигатор ее адрес, который зачем-то выяснил еще когда она переехала. Пока ехал, вспомнил, что сегодня праздник и заявляться с пустыми руками неприлично. Тем более, к больной девушке.
Заскочил в цветочный магазин, обнаружил там очередь из мужиков.
Разозлился, выскочил на улицу. Из дверей как раз вышел довольный тип с огромным букетом белых роз. Я предложил ему тройную цену. Он офигел, но согласился, взял деньги и снова встал в очередь.
А я, чувствуя себя дебилом, поволок этот веник к машине. Снежная королева высмеет и меня, и эти розы. Не сомневаюсь в этом.
Может, выбросить? Тогда она прицепится к тому, что я явился в праздник без цветов.
В общем, мне в любом случае достанется от ее язвительного язычка.
Блин, я скучаю по этому!
Еще большим дебилом я себя ощутил, когда никто не откликнулся на звонок домофона. Если Снежная королева болеет, то почему она не дома?
И почему я стою тут, как лох, с этим букетом?
Я чуть не швырнул его в мусорку и не ушел. Но тут дверь подъезда открылась, выпустила какую-то парочку, и я вошел.
Поднялся на лифте, позвонил в дверь. Еще и еще раз. Потом постучал.
Наконец, я услышал какие-то скребущиеся звуки. Спрятался за букетом.
Дверь приоткрылась. Я держал букет перед собой. Она открылась шире.
Я опустил цветы.
Нос у Снежной королевы, и правда, красный. И глаза тоже. Выглядит она, прямо скажем, не очень. Похоже, всерьез разболелась.
Но я все же не могу не отметить, что болезнь никак не повлияла на размер и форму ее сисек. Я прекрасно вижу их под белой майкой с мультяшным котом.
На ней нет лифчика. И, мне кажется, эти два соблазнительных мячика еще немного поднадулись.
С трудом отлепив взгляд от мультяшного кота, я улыбнулся Снежной королеве.
Ответной улыбки не дождался.
Она смотрела на меня каким-то странным пустым взглядом. Как будто впервые видит. Ничего не сказала.
Просто захлопнула дверь перед моим носом! — Эй! — только и успел произнести я.
Что за беспредел! Я просто так не уйду.
Я сейчас дверь вышибу!
9
Демид
Может, у Снежной королевы от высокой температуры расплавился мозг?
Она не в себе и не понимает, что делает? Захлопывает дверь перед носом у человека, который пришел предложить помощь. С цветами, между прочим.
Естественно, я не могу уйти! Надо разобраться, что с ней происходит. Надо проследить, чтобы она принимала лекарства. И пришла в норму.
Я снова забарабанил в дверь, а сам оценивал, легко ли будет ее вышибить.
Нелегко. Но я справлюсь. — Уходи, — услышал я приглушенный голос Снежной королевы.
Ну уж нет. Я не уйду. — Аня, открой, пожалуйста! Я пришел с миром. — Чего тебе надо? — Открой, расскажу.
А вдруг сработает? Она же любопытна, я знаю.
Тишина. Ни слова, ни звука.
Что-то мне все тревожнее и тревожнее. Странно она себя ведет. Может, у нее жар и бред? — Я ломаю дверь, — сообщил я.
Отошел, прикинул, в какое место лучше приложиться плечом… Дверь приоткрылась. Я резво вставил в щель ногу. Кто знает эту подтаявшую Снежную королеву, вдруг опять захлопнет.
Нет, кажется, не собирается. Так, а где она?
Я вошел. В небольшом коридорчике пусто. — Аня, — позвал я. — Тишина.
Ну что ж, прятаться тут негде. Квартира однокомнатная.
Снежная королева сидела на диване, поджав под себя ноги и укрыв их пледом. Мне кажется, тут совсем не холодно, даже жарко. А у нее вид какой-то замороженный.
Я подошел, коснулся ладонью ее лба. Она шарахнулась, как будто я ее током ударил. — Горячая, — поделился я наблюдениями. — Нормальная. Чего пришел?
Идиотское ощущение неловкости! И зачем я взял с собой этот веник?
Снежная королева на него даже не взглянула. Сказать, что пришел поздравить?
Высмеет. Ладно, если ей это будет приятно, пусть насмехается. Говорят, смех лечит.
— С восьмым марта! — выдал я и протянул ей букет.
На ее губах мелькнуло что-то вроде издевательской улыбки. Уже лучше. — Слышал, ты болеешь.
Букет так и не взяла. Я положил его на журнальный столик. Хоть избавился. — Ага, болею. — Чем? — Тропическим сифилисом! — Да ладно. — Советую валить, пока не заразился. — Зараза к заразе не пристает. Какая температура? Чем лечишься? — Нет у меня никакой температуры! — Где градусник?
Я встал, пошел на кухню, искать градусник и аптечку. И обнаружил там то, чего вообще не ожидал увидеть.
Убийственный натюрморт: почти пустая бутылка водки и надкусанная шоколадка.
Снежная королева тут что, бухает?!
Аня
Я вчера хотела напиться. В надежде, что мне полегчает. Нашла в холодильнике бутылку с остатками водки, валявшуюся там, кажется, с новогодних праздников. Ее приволок кто-то из друзей. Я водку не пью. Но вчера решила начать.
Не вышло.
Достала, понюхала, ощутила подступившую к горлу тошноту. Может, она протухла? Не знаю, портится ли водка. Но напиваться мне расхотелось.
Обнаружила шоколадку, откусила, думала выпить чаю, раз уж алкоголика из меня не получилось. Но тоже не стала.
Просто забралась в кровать, накрылась с головой одеялом и лежала так долго-долго. Засыпала, просыпалась, вспоминала о своей неудаче. Снова начинала реветь… и так до утра. Вернее, даже до обеда.
Естественно, к Аленке я не поехала. Сказала, что болею. И это не такая уж и ложь. У меня болит душа, голова и глаза. Их как будто засыпали песком, в который помочилась стая котов. Меня всю как будто таким песком засыпали.
Чувствую себя разбитой и жалкой.
А тут еще Демид. Откуда он вообще взялся? Зачем пришел? Он же меня боится и избегает. Вон как драпал с тропического острова… Я сейчас вообще никого не хочу видеть. И уж меньше всего Демида. Он бесполезен. Его головастики не справились с работой! — Так ты болеешь или бухаешь? — спросил он, появившись на пороге с моей бутылкой в руке. — Шел бы ты, а? — Я не в упрек, но… бутылка водки? В одно лицо? С шоколадкой? — Здравствуйте. Меня зовут Аня. И я алкоголик.
На лице Демида появилась знакомая ухмылка. Почему-то сейчас она меня больно ранила. Ухмыляешься? Не знаешь, что это из-за тебя мне так плохо… Или не из-за него. Может, это со мной что-то не так. Хотя врачи говорят, что все в норме. А, может, мы просто несовместимы.
Вот это, кстати, наиболее вероятный вариант. Мы полные противоположности. Нам лучше держаться друг от друга подальше.
Зря я его выбрала. Да, у него прекрасные гены, но… Он мне не подходит.
И вообще вся эта затея была бредовой. Да, я очень хочу ребенка. Сильнее всего на свете. Но к чему было пороть горячку? Может, я еще встречу мужчину, который сможет стать не только донором, но и отцом?
И это будет точно не Демид. На тысячу процентов.
Демид.
Я, как загипнотизированный, пялюсь на ее торчащие вверх сиськи с аккуратными маленькими сосочками. Последние я могу видеть лишь мысленным взором — майка все же не прозрачная. Да еще и толстая кошачья морда мешает разглядеть подробности. Зачем она вообще тут нарисована? Без нее было бы гораздо лучше!
Ну сиськи, да. Ну, упругие, стоячие, как половинки футбольного мяча. Да у меня этих сисек! В форме любых мячей: баскетбольных, гандбольных, теннисных. И в любом количестве. Казалось, морок должен рассеяться. Сейчас Снежная королева выглядит вовсе не как богиня секса. То, что нужно! Это я и хотел обнаружить.
Я вижу, что она самая обычная девчонка. Она совсем не идеальна. У нее опухший нос, красные глаза и растрепанные волосы.
Но морок не рассеивается. Меня не отпускает.
Я хочу именно эти сиськи. Только по ним мой Змей плачет огненными слезами.
Аня
Что он делает?
Поставил бутылку, подошел, сел рядом. Обнял меня… нет, не обнял.
Просто схватил так, чтобы я не могла освободиться. Мои руки оказались в кольце его железных лап. Брыкайся, не брыкайся — не вырвешься. — Ты что творишь? — возмутилась я. — Тихо. Это проверка.
Он приблизил свое лицо к моему, впился в меня глазами. Мне почему-то вспомнилось, как он смотрел на меня в ту ночь, в темноте. Он как будто трахал меня взглядом, проникая внутрь. Он и сейчас так делает.
Поднялся выше. Коснулся моего лба своими теплыми губами. Застыл.
Это что вообще? Так целуют покойников! — Похоже, у тебя все-таки нет температуры, — выдал он свой вердикт.
Ах, вот что это было! Дедим поработал градусником. У меня, кстати, есть один в аптечке. Так что можно было обойтись и без этого экзотического способа. — Дыхни, — услышала я.
— Что? — Температуры нет. Но все еще непонятно: ты болеешь или бухаешь? — Какое тебе вообще дело? — Наши друзья беспокоятся. — Вот с ними я и поговорю. А ты… — А я сейчас все выясню.
Теперь он держал меня одной рукой. Вторая оказалась на затылке, он притянул меня к себе, впился в мои губы жестким и властным поцелуем… Ну кто так целуется? Это неправильно. Это… почти больно. И слишком приятно.
Я не собираюсь… У меня вообще другие планы. Я не могу.
И не хочу!
10
Демид
— Ты не умеешь целоваться, — заявляет Снежная королева, вырвавшись из моих объятий и тяжело дыша.
О, да! Вообще не умею. Поэтому у тебя сбилось дыхание, покраснели щеки, а под майкой что творится! Соски затвердели, а груди как будто еще больше набухли.
Я почувствовал это, когда она прижималась ко мне. Ладно, я ее прижимал.
Но она не все время сопротивлялась. Только в начале. И в конце.
Между этими моментами она так же яростно, как я, сплетала свой язык с моим и терзала мои губы. А, когда я добрался до ее шеи, проложил тропинку из поцелуев к уху и прикусил мочку, она застонала. И оттолкнула меня, как будто в страхе, что не справится с собой и начнет срывать с меня одежду.
А теперь она говорит, что я не умею целоваться! — Научишь? — хрипло выдыхаю я.
Голос сел от напряжения. А напряжение просто адское, я сам не знаю, как держусь.
Мой огнедышащий змей проявляет свой несгибаемый стальной характер, он хочет в ледяную пещерку, и ему плевать на все. Он помнит, как там узко, тесно, сначала прохладно, а потом горячо, как в жерле вулкана.
Он хочет, чтобы ему снова свернули башку! Он готов пасть смертью храбрых. Но только после того, как ему позволят воткнуться в пещеру наслаждений… — Запишись на курсы, — выдает Снежная королева и вскакивает с дивана.
Мой взгляд падает на почти пустую бутылку водки, стоящую на журнальном столике рядом с букетом, и я возвращаюсь в сознание. Начинаю думать верхней головой, игнорируя змея. — Ты не пила, — выдаю я свой вердикт. — Пф-ф! — фыркает Снежная королева. — Нужно было прощупать мои гланды, чтобы понять это? — Твои гланды бесподобны! В жизни не встречал таких соблазнительных гланд.
Она хочет оставаться серьезной и злой, но на ее губах мелькает улыбка. — Что тебе нужно? — задает она прямой вопрос. — Зачем пришел? — Узнал, что болеешь. Решил навестить. — Навестил? Можешь идти. И спасибо за цветы.
Снежная королева взяла букет и потопала с ним на кухню.
Мы со змеем, пуская слюни, смотрели, как ее округлые половинки движутся вверх-вниз, вверх-вниз… Обе мои головы дергались в том же ритме.
Когда попа Ани скрылась за дверью, я вскочил с дивана. Теперь мы со змеем были в одинаковом положении: оба стояли. Только мне на башку ничего не давило.
Наверное, я смог бы почувствовать то же, что и он, если бы меня запихнули в мешок и засунули в багажник машины. В общем, прости, бро. Сочувствую, но ничего поделать не могу.
Если я сейчас открою багажник и достану тебя из мешка… Боюсь, Снежная королева совершит над нами криодеструкцию.
Она стояла у раковины, освобождала цветы от упаковочной бумаги.
Оглянулась, смерила меня удивленным взглядом.
— Ты еще здесь? — Если ты не пила, зачем тебе бутылка водки? — решил я продолжить расследование. — Ну же, Демид. Не тормози. Включи мозг.
Я включил. Но не тот отсек. Внезапно заработала часть, отвечающая за грязные фантазии. Что бы могла сделать Снежная королева с бутылкой?
Например, если у нее опять недотрах, а фаллоимитатора в хозяйстве нет… Так, стоп!
Надо вытряхнуть из мозгов сперму.
Если Снежная королева не пила, то… пил кто-то другой? Она, что, была не одна? У нее красные глаза, потому что она не спала всю ночь? И замученный вид по той же причине? — Компресс делала? — произнес я, отогнав ревнивые мысли. — Ага. Компресс, — вздохнула она.
И все же с ней что-то не то. Не было тут никакого другого мужика. Она бы не так выглядела после жаркой ночи. Была бы довольной мурлыкающей кошечкой, а не наполовину грустной, наполовину злобной пантерой. — Мне кажется, тебе нужен еще один компресс, — вырывается у меня.
Змей, заползший мне в голову, шепчет: “Компресс на грудь… Снять майку, натереть водкой, положить сверху… да хотя бы меня! Я — лучшее согревающее средство!” — Хочешь сделать мне компресс?
Аня разворачивается ко мне, опускает взгляд на мои оттопырившиеся штаны — смотрит на шлагбаум, перекрывший выход из кухни.
— Ты хоть иногда верхней головой думаешь? — устало и как-то даже обреченно спрашивает она. — Бывает, — отвечаю я. — В основном, на работе.
Ну да, я — примитивное членоголовое существо. Она так считает. Не буду ее разубеждать. — Я одного не могу понять, — она уперла руку в бок. — На фига ты притащил мне свой стояк?
Снежная королева за словом в карман не лезет. Обожаю ее злой язычок!
Особенно на своем члене… — Выметайся, — говорит она.
Обязательно выметусь. Но не сразу.
Я сажусь на стул. Хватаю Снежную королеву. Усаживаю к себе на колено.
Змей трется об нее, она брыкается.
Но я держу ее крепко. Не вырвется и не убежит.
Говорю: — Рассказывай. В чем дело? Почему глаза красные, зачем водка? И как ты могла пропустить восьмое марта в доме своей подруги?
Снежная королева стреляет в меня глазами. Ледяные стрелы вонзаются в мою голову и в бошку змея. Но нам пофиг. Даже приятно.
Так освежает… — Пусти, — говорит она.
Не просит, а дает команду. — Не отпущу, пока не расскажешь. — Пф-ф, — фыркает она.
— Будешь молчать — начну пытать, — предупреждаю я.
Я даже знаю, с чего начну. Дерзкие соски трутся о мою грудь. Мой язык ноет от желания устроить им сладкую экзекуцию!
Аня
Да, Демид не умеет целоваться. Это не поцелуй. Это взлом и проникновение.
И обнимается он неправильно. Это бандитское нападение и захват, а не объятия!
Разговаривать по душам — тоже явно не его. Схватил, держит своими лапищами. Угрожает.
И думает, что это сподвигнет меня на откровенность!
Вот был бы номер, если бы я рассказала ему о своих печалях. Поведала, как протыкала презервативы, как обманным путем стащила с него резинку и добилась того, чтобы его работающий за троих Змей извергся в меня.
Даже полуберезку делала с его помощью.
И все зря!
Любопытно, какая у него была бы реакция на мой рассказ. Небось, убежал бы, сверкая пятками. В страхе, что я снова оседлаю его Горыныча и заставлю меня оплодотворять.
Может, так и сделать? Рассказать.
Тогда он точно больше ко мне не заявится.
И не будет угрожать пытками, облизываясь на мою грудь.
Да, он не умеет нежно обниматься и целоваться. Но в некоторых позициях бесподобно работает языком. Таких пыток я могу не выдержать!
11
Аня
Давно, очень давно я не просыпалась в таком умиротворенном состоянии.
Лежу, улыбаюсь безо всякой причины. Чувствую себя если не счастливой, то удивительно спокойной.
За окнами весна, солнце, хоть и не теплое, но уже яркое, пробралось в комнату. И меня поглотило невесть откуда взявшееся ощущение, что все будет хорошо.
В последние… не знаю даже, месяцы или годы, я все время напряжена.
Переезд из маленького городка в столицу, учеба с подработкой по вечерам, работа на полторы ставки почти без выходных… Приходилось крутиться, чтобы заработать и на съемное жилье, и на все остальное.
Личная жизнь периодически бывала, пару раз я даже всерьез влюблялась.
Но все заканчивалось громким пшиком. И вот, два года назад я поняла, что хочу замуж и ребенка. Я сознательно искала мужа. Не нашла.
Решила, что вполне могу обойтись без него. Потому что ребенок нужен мне гораздо сильнее, чем муж. А часики тикают… Не знаю, откуда, но в моей голове прочно засела мысль, что родить нужно до тридцати. А мне уже двадцать восемь.
Так вот. Обычно, когда я просыпаюсь утром, то сразу вспоминаю все свои беды и неудачи. Все неприятные вещи, которые предстоит сегодня сделать, все проблемы, которые нужно решить. Все планы, в которых обязательно что-то пойдет не так.
Вспоминаю — и начинаю волноваться. Даже не успев открыть глаза. Я редко бываю по-настоящему расслабленной и спокойной, хоть и умею выглядеть такой.
А сегодня… что-то изменилось!
У меня по-прежнему полно проблем и забот, недавно меня постигло грандиозное разочарование.
Но на душе легко.
И что-то внутри меня шепчет: “Плевать на все. Жизнь прекрасна. Не стоит тратить нервы на всякую чепуху!”
К чепухе я отношу и Демида. Я все же смогла выставить его вчера.
И, конечно, я ему ничего не рассказала. Все, что я скажу, может и будет использовано против меня.
Как хорошо, что у меня критические дни!
Иначе… кто знает, хватило бы у меня силы воли или я бы позорно сдалась, начав открыто стонать от его прикосновений?
Когда он коснулся моего соска через майку, потом обрисовал полукружие груди, сжал ладонью… Я изо всех сил боролась с головокружением и горячей пульсацией внизу живота. — Прекрати!
Я треснула его по руке. — Начинаю пытки. Как и предупреждал. — А не пошел бы ты… Что он себе позволяет? Какое имеет право держать меня и силой принуждать к… О-о-о… Демид запустил руку под майку и подобрался к моей груди снизу. Еще мгновение — и его палец доберется до соска. Тогда я точно утрачу остатки воли и рассудительности. Этого допустить никак нельзя! Хотя бы потому, что сегодня я не могу заниматься сексом. Но это не главная причина. Главное: я не должна ему поддаваться. Он и так слишком много о себе возомнил.
Думает, что может приходить в любое время и получать горячее обслуживание. Ага, размечтался. Я тебе не круглосуточный сексуальный фаст-фуд!
Надо действовать быстро и решительно.
Я взяла и просто… впилась зубами в его нос. Он охнул от боли, ослабил хватку и дал мне возможность вырваться из медвежьих объятий. - Ты рехнулась? — завопил Демид.
А я схватила ту самую недопитую бутылку водки и сообщила: — Только попробуй ко мне подойти — разобью о твою голову. И рука не дрогнет. Ты меня знаешь.
Демид
Я ее знаю. Разобьет. И даже не поморщится.
Снежная королева — самая безбашенная из всех девчонок. Самая сумасшедшая. Самая язвительная, надменная и острая на язык.
Самая желанная.
Как я ее сейчас хочу! Она меня только что вероломно цапнула, так сильно, что у меня слезы брызнули из глаз. Прямо сейчас она замахивается на меня бутылкой, угрожая убить.
А у меня стояк!
Сексуальный инстинкт сильнее инстинкта самосохранения. Уверен, мой железный питон охотно пожертвовал бы верхней головой ради того, чтобы засунуть свою башку в ледяную пещерку.
Но я к такому повороту не готов. — Я просто хотел узнать, что случилось, — миролюбиво говорю я. — Все в порядке, — приторным голоском отвечает Снежная королева. — Спасибо, что заглянул. Это так мило с твоей стороны.
Опять язвит. Все еще держит в руке бутылку.
Не драться же с ней, в самом деле! Ладно, будем считать, что я понял этот прозрачный намек. Она меня сегодня не хочет. — Не провожай, — бурчу я и иду к двери. — Больше не приходи! — раздается мне вслед.
А, когда я вышел из подъезда, сверху на асфальт посыпались белые розы.
Так и знал, что не надо было тащить ей это веник!
Аня
На работе меня ждали потрясающие новости.
Генеральный заявился в наш отдел самого утра, да не один, а в сопровождении высокого кудрявого брюнета. По нашим дружным рядам прошелестел легкий вздох. Это женская половина выразила свое восхищение римским профилем и крепкой задницей новоприбывшего. — Прошу любить и жаловать, Филипп Робертович, новый директор отдела продаж.
Второй вздох был таким же дружным и, при этом, весьма эротичным. Ну все. Теперь в отделе начнутся утиные бои за этого роскошного селезня.
Девушки будут чистить перышки, надувать клювики и громко крякать, чтобы
привлечь его внимание. Надеюсь, до открытых побоищ с выдиранием расфуфыренных хвостов не дойдет.
Чем думал генеральный, когда назначал в наш преимущественно женский, почти полностью незамужний коллектив такого красавчика? — Это еще не все новости, — сообщил наш директор, перекрывая восторженный девичий лепет.
Все притихли. Все интереснее и интереснее! — Заместителем Филиппа Робертовича назначается… Над отделом повисла предобморочная тишина. Ну же, давай, не томи, дорогой директор! Я бы не отказалась от этой должности. Но не ради римского носа этого Филиппа. А ради существенной прибавки к зарплате. — Анна Алексеевна!
Что? Я? Серьезно?
Ура-а-а!
На радостях я обняла и расцеловала генерального. Конечно, его. Не Филиппа же Робертовича лобызать. Если я это сделаю, меня тут в два счета заклюют и затопчут.
Демид
Зачем мне было узнавать, где работает Снежная королева? И, главное, зачем я сюда приперся за пятнадцать минут до окончания рабочего дня?
Видимо, чтобы еще раз услышать ее язвительные подколы, увидеть презрительно оттопыренную, невыносимо сексуальную нижнюю губу, завестись не на шутку и — поехать домой. Дрочить в душе.
Ну не дебил ли я?
Где моя гордость? Где мои принципы?
Где, блин, мое самоуважение? Я никогда не бегаю за девчонками. Не по возрасту мне это и не по статусу.
Надо просто завести машину и уехать. И снять сегодня вечером пару умелых профессионалок. Чтобы они сняли мой хронический сексуальный стресс.
Я почти приступил к осуществлению этого гениального плана. Завел мотор и тронулся.
Но, уже почти войдя в поворот, увидел в зеркале заднего вида Снежную королеву. Она спускалась по лестнице, изящно переставляя ноги на шпильках.
Ее волосы были убраны наверх — самая сексуальная прическа. На ней была узкая юбка — самая сексуальная одежда. Она улыбалась… да-да, самой сексуальной улыбкой.
Не мне.
Какому-то дрищу с бараньими волосами.
Я врезал по тормозам.
12
Аня
У меня есть собственный кабинет. С ума сойти!
Теперь понятно, почему восьмого марта генеральный нес мутную пургу о моей полезности. Как хорошо, что я его тогда внимательно выслушала и не ляпнула лишнего!
Я торопилась домой, хотела побыстрее, сделать тест, а он меня задерживал.
Я тогда не знала, что торопиться незачем… Даже странно, что я не впала в депрессию. Мне грустно, но не более того.
Мой план провалился. Я несколько месяцев его готовила, волновалась, переживала. Боялась, что не получится.
Не получилось.
А я спокойна! И на тысячу процентов уверена, что у меня будет ребенок.
Может, не так скоро, как я планировала. Но и не в глубокой старости. Как только придет время — так сразу.
И не надо форсировать события и вмешиваться в судьбу. Я чувствую: она сама меня найдет.
Вот, например, сейчас она приготовила мне чудесный сюрприз: новую должность, шикарный кабинет и прибавку к зарплате. Теперь я смогу быстрее выплатить ипотеку и мне будет легче дать ребенку все необходимое.
Ручка двери моего личного кабинета опустилась, дверь скрипнула и приоткрылась.
Я увидела уже знакомый римский профиль.
Хороший нос. Породистый, благородный. Глаза красивые, выразительные.
Губы тонковаты, но… все равно, гены отличные.
Так, чем я занимаюсь? По привычке присматриваюсь к каждому самцу на предмет качества его генетического материала. Надо это прекращать. Мне нужна пауза, нужно отвлечься и перестать думать о ребенке.
Тогда все произойдет само собой. Наверное.
В любом случае, перерыв в охоте за генами мне просто необходим. Надо выдохнуть!
— Как устроились на новом месте, Анна Алексеевна? — раздался приятный баритон моего нового шефа. — Прекрасно, спасибо! — Надеюсь, мы с вами сработаемся. — Обязательно! Я ответственный и исполнительный сотрудник. — Об этом я уже слышал. А как у вас с креативностью?
С креативностью? Чего он от меня хочет? Я продаю офисную мебель, а не пишу сонеты! — Отлично. У меня все отлично с креативностью. — Есть идеи по расширению клиентской базы? — Сколько угодно!
Найдется парочка. И еще парочка, если хорошенько подумать. Честно говоря, в последнее время я была больше занята планированием оплодотворения моей яйцеклетки, чем увеличением продаж. Выезжала на былых заслугах и наработках.
Но я исправлюсь! Честное слово. Прямо сегодня начну исправляться. — Давайте проведем мозговой штурм, — предложил мой непосредственный начальник. — Через… Он посмотрел на свои часы, такие же шикарные, как костюм, ремень, волосы и все остальное. — Через пару часов. Мне сейчас нужно на совещание. Надеюсь, это продлится не слишком долго.
Ага, надейся. Ты, наверное, еще не знаешь, как генеральный любит произносить долгие пламенные речи ни о чем.
Все два часа я усердно прокачивала свою креативность. Думала, что бы такое учудить, чтобы расширить клиентскую базу и поднять продажи.
Набросала несколько средних идей и одну гениальную. Хотела поделиться ею.
А Филипп Робертович все еще торчал на совещании.
За пятнадцать минут до конца рабочего дня он все же нарисовался на моем горизонте. — Это было долго, — выдал он. — Сочувствую.
— Жаль, что мы не успели обсудить стратегию. — Перенесем на завтра? — произнесла я. — А, может, поговорим за ужином? Или вы торопитесь домой, к мужу… Он посмотрел на мою правую руку.
Нет, дорогой новый директор отдела продаж. У меня нет кольца. Я не замужем и никуда не тороплюсь. — Давайте! — Знаете какое-нибудь приличное заведение поблизости? — Что-нибудь придумаем.
Демид
Я услышал яростные гудки и отборную брань.
Вот, блин. Я тут, оказывается, движение перекрыл, зависнув в зеркале заднего вида. Очнулся, только когда Снежная королева исчезла из поля зрения.
Вырулил на обочину, остановился. Нормальный наблюдательный пост.
Аня в сопровождении кудрявого барана переходит на другую сторону улицы. Он аккуратно придерживает ее за локоть. А, когда загорается красный, как бы невзначай берет за талию. Козлина.
Они входят в ресторан. Свидание? Сразу после работы? С коллегой?
Снежная королева времени не теряет. А как она улыбается этому дрищу!
Никакой язвительности, никаких ледяных стрел. Сплошной мед и сахар.
Ноги сами вытащили меня из машины и занесли в тот самый ресторан. — У меня встреча, — сообщил я подошедшей хостес.
И оглядел зал. Сладкая парочка ворковала в самом углу, интимно сблизив головы. Так бы и отвесил смачный подзатыльник этой бараньей башке!
А Снежную королеву закинул бы на плечо и уволок к себе. Чтобы еще раз продемонстрировать ей, кто тут альфа-самец, а кто может лишь вяло блеять в ухо.
Хороший план, но, боюсь, неосуществимый.
Придется действовать по-другому.
Аня
Я снова поймала себя на том, что изучаю Филиппа, который попросил обращаться к нему без отчества, на предмет качества генов. Интересно, как у
него со здоровьем? Есть в роду генетические заболевания?
Так, стоп. Выдохни, Аня. И расслабься.
С этой погоней за донором у меня совсем шарики за ролики заехали!
Филипп мой начальник. И мы тут решаем рабочие вопросы. — Так что вы предлагаете для расширения клиентской базы? — спросил он. — У меня есть интересная идея. Необычная.
Филипп наклонил голову, слушает внимательно. Сейчас я удивлю его своим высоким профессионализмом и креативностью! — Я предлагаю… Закончить мысль мне не удалось.
У нашего стола, откуда ни возьмись, появился… Демид! У меня просто челюсть отвисла, когда я его увидела. Я никак не могла ее подобрать, потому что он начал вытворять что-то несусветное.
Чмокнул меня в щеку. Метил в губы, но я отвернулась. Произнес: — Как прошел день, дорогая?
Поставил стул с торца нашего стола, уселся… Это что вообще? Что происходит? Откуда взялся этот нахал и как у него хватает наглости влезать в чужой разговор и слюнявить меня?
На этом демонстрация борзоты не закончилась. Демид протянул руку Филиппу, назвал свое имя. Тот тоже представился в ответ.
А потом Филипп перевел растерянный взгляд на меня и спросил: — Это ваш… — Нет, что вы, — очнулась я. — Не мой. Вообще ничей. Это вольная птица удод.
Фраза про удода явно была лишней. Достаточно было ограничиться заявлением, что Демид — не мой.
Мы просто недавно переспали. Кстати, безрезультатно. Его головастики не справились.
И никаких отношений у меня с этим кобелем нет и быть не может. Он не вступает в отношения! А я не предоставляю безлимит на сексуальные услуги.
Телефон Филиппа зазвонил, он извинился и отошел, чтобы поговорить. — Ты что тут делаешь?! — накинулась я на Демида. — У меня тут встреча. Была. А что? — И у меня встреча! А тебя никто не звал. — Меня не надо звать. Я сам прихожу.
Самодовольный индюк! — Ты… — задохнулась я от возмущения. — А почему я удод? — поинтересовался Демид. — А не орел, к примеру? — Пф-ф-ф! — вырвалось у меня.
Надо быстро и аккуратно катапультировать этого орла из-за стола. У нас тут деловая встреча, а он — третий лишний. Абсолютно лишний! — Ладно, ты орел, — успокаивающе произнесла я. — Есть в тебе что-то от орла…
Комплименты — лучшее оружие против мужчин. Усыпляешь их бдительность сладкими речами и аккуратно направляешь туда, куда нужно тебе.
— Высоко летаю? — сразу возгордился он. — Гадишь на лету! — не удержалась я.
Демид заржал, а Филипп как раз вернулся. Я не успела выпроводить незваного гостя. - Анна, мне, к сожалению, нужно бежать, — произнес мой босс. — Давайте обсудим ваши идеи завтра. Подготовьте к одиннадцати план развития. — Хорошо. Я все подготовлю.
Филипп удалился, мы остались вдвоем с Демидом.
Как это вообще получилось?
Такой хороший был день. Радостное солнечное утро, прекрасные новости днем, продуктивный ужин с приятным человеком вечером.
А тут он. Со своими хамскими замашками. Он все испортил! В первую очередь — мое настроение. — Слушай, — серьезным и твердым голосом произнесла я. — Чего ты ко мне привязался?
— Да я просто мимо проходил… — Вот и иди куда шел. Ничего не будет. — Чего не будет? Мне ничего не надо. — То есть ты вокруг меня скачешь не потому, что хочешь затащить в постель? — И в мыслях не было!
Нет, ну он абсолютно невозможный нахал!
13
Аня
Я бы, наверное, ушла вслед за Филиппом Робертовичем. Но по ресторану разносились умопомрачительные запахи, а я была страшно голодной. Меню я уже успела просмотреть, там были такие красивые картинки, что у меня почти капала слюна.
А тут как раз и официантка подошла. — Скажите, а что готовится быстрее всего? — спросила я. — Салаты. Минут пять-десять. Супы тоже быстро. Мясо чуть дольше… — Давайте начнем с салата. Цезарь, пожалуйста. А потом грибной суп с гренками.
Я сглотнула. Грибной суп — то, что нужно. А еще пусть будет рыба.
Жареная. Всегда любила рыбу. — А мне, пожалуйста, бифштекс. И овощи гриль, — высказался Демид. — Это займет минут двадцать, — предупредила официантка. — Ничего, я не тороплюсь, — вальяжно ответил навязавшийся мне собеседник.
Салат я уничтожила в два счета, только хруст сухариков стоял. — Приятного аппетита, дорогая, — выдал Демид, когда я взялась за вилку. — Я тебе не дорогая! — Неправда. Ты мне очень дорога!
Ухмыляется, как обычно. Наглая рыжая морда. Ладно, не рыжая. Но от этого не менее наглая.
Когда принесли суп, у меня мелькнула мысль надеть тарелку на голову Демиду. Она бы прекрасно смотрелась на его дурной башке. А густой суп-пюре живописно стекал бы за шиворот… Так и представляю эту картину!
Но жертвовать супом, пожалуй, не буду. Я есть хочу! Отложу убийство этого охламона на потом. — О, да ты страшно голодная, — высказался Демид, наблюдавший, как я уплетаю за обе щеки.
Это прозвучало двусмысленно. В его пошлых устах все так звучит.
— Я тоже голодный. Как необузданный дикий кролик.
Вечно он что-нибудь такое ляпнет, хоть стой, хоть падай! — Ты же только что был на встрече, — заметила я. — Тебя там не кормили? — Э-э… Да. Я не ел. Не до того было.
Как-то подозрительно он замялся. Может, и не было никакой встречи.
Может, он меня выслеживает.
Да ну, глупости. Не стал бы Демид так заморачиваться. У него баб вагон и маленькая тележка. С прицепом. И бегать за ними не надо, все включено. — Отличное заведение, — Демид огляделся по сторонам. — И еда хорошая.
Часто сюда ходишь?
Вполне невинный вопрос. Грубить вроде бы глупо. Молчать и дуться — тоже. Хотелось бы поужинать в нормальной атмосфере. Так что я ответила. — Не то чтобы часто. Скорее, даже, редко.
У меня ипотека. Мне не по карману частые походы в такие заведения. — Баран пригласил? — Сам ты баран!
Нормальная атмосфера и Демид — несовместимые понятия. Грубит, хамит, обзывается. И какие черти его сюда принесли? — Я же орел, ты сама сказала. А кто он, кстати? Этот… пудель. — Не твое дело. — Дал тебе задание… Твой начальник? — Ага. Мой новый босс. А я — его новый зам. Меня повысили!
Все-таки не удержалась и похвасталась. — Поздравляю, — выдавил Демид.
А у самого рожа — как будто таракана съел.
Что не так? Не нравится, что меня повысили? Или не по душе, что я работаю с таким красавчиком? Уж не ревнуешь ли ты, дорогой Демид?
А кто-то недавно говорил, что ему ничего от меня не надо…
Демид
Одним хорош этот бараний босс — быстро смылся.
А Снежная королева… устроила бомбардировку ледяными стрелами. В ответ на мое, прямо скажем, невежливое поведение.
Оказывается, Филипп Баранович — ее новый начальник. И почему-то эта новость мне не просто не нравится. Она бесит меня до зубовного скрежета!
Но надо улыбаться. И обязательно поздравить с повышением. А то, не дай бог, решит, что я грубиян! — Ты заслужила, я не сомневаюсь, — выдал я. — Рад за тебя.
По-моему, получилось вполне убедительно. — Я даже не предполагала, что генеральный назовет меня! — радостно защебетала она. — Он такой говорит: “Анна Алексеевна”. А я на радостях бросилась его обнимать! — Пуделя? — Генерального!
Интересно, как выглядит их генеральный? Надеюсь, ему лет семьдесят, он лысый, пузатый и с огромной бородавкой на носу. — Я теперь смогу быстрее закрыть ипотеку, — мечтательно произнесла Аня. — А еще… А, неважно.
Она махнула рукой. — Ну, расскажи. Мне же интересно. — Неинтересно. — О чем еще ты мечтаешь? Это что-то неприличное? — Ну конечно. Моя мечта — купить себе огромный резиновый член. С дизельным турбо-мотором. — Как у меня?
Вот тут можно было и промолчать. Снежная королева насупилась. Даже не съязвила в ответ.
Аня
Демид, как всегда, говорит пошлости. Хуже этого только то, что я от его слов реально смущаюсь. Потому что на меня внезапно накатили воспоминания о нашей беузмной ночи.
Не внезапно — а после разговоров о члене с дизельным турбо-мотором. Да, у Демида именно такой! Я прекрасно помню, как яростно, неутомимо и
страстно он вонзал в меня свое орудие. Как нежно и умело работал языком. Как доводил меня до потери сознания. А потом начинал все заново… Принесли рыбу. Я ее понюхала и поняла, что не хочу. Не просто не хочу — она мне отвратительна. Странно. Всегда любила жареную горбушу… Видимо, объелась супом и салатом. Можно закруглять наш отнюдь не благопристойный ужин.
Демид спросил: — Ты за рулем? — Нет, — вздохнула я. — А чего так грустно? — Пришлось отказаться от машины. — Почему? — У меня ипотека. Не до жиру. — Значит, я тебя подвезу. — Ну, подвези.
Уж лучше, чем трястись в метро. Хоть какой-то толк от нашей сегодняшней встречи.
Ехали мы долго. Стояли в одной пробке, во второй. Я уже начала дремать.
И в мутных грезах между явью и сном мне снова мерещился он. Дизельный с турбо-мотором.
В момент, когда я мысленно стонала от его вероломного проникновения, Демид внезапно накрыл мою ладонь своей. Я дернулась, хотела вырвать руку.
Но он не отпустил. — Лапка ледяная, — услышала я. — Замерзла? — У меня всегда холодные руки, — буркнула я. — Ну да, ты же Снежная королева. — Я… кто? — Холодная снаружи, горячая внутри.
Что он такое говорит? Это не похоже на Демида. Ни хамства, ни пошлости.
Даже романтично, я бы сказала.
Демид
У нее холодные руки. У нее всегда холодные руки.
Как приятно было бы, если бы она положила свою прохладную ладонь на мой разгоряченный лоб! Сегодня был тяжелый день. Самое лучшее лекарство в конце такого дня — прохладные и ласковые женские ладони на твоей уставшей голове.
Закрыть глаза и почувствовать, как она меня гладит. Расслабиться, забыть обо всем. Ощутить покой и счастье… Откуда у меня такие мысли и желания?
Это странно. Было бы понятно, если бы я хотел трахнуть Снежную королеву. Я всегда этого хочу.
Но прохладные ладони на лбу… Это что-то новенькое.
И это меня пугает.
14
Демид
Вчера ничего не было. Естественно, не потому, что я этого не хотел. Я хотел Снежную королеву до судорог в яйцах! Змей аж дымился, глядя на ее бедра, обтянутые узкой юбкой.
А она была холодной, особенно ладони. Она дремала, обхватив плечи руками и зябко ежась. Как я хотел ее согреть!
Я бы согрел ее до искр из глаз, до сладких судорог и адских фейерверков.
Но она была против. Или, скорее, делала вид.
Я ее подвез, она меня поблагодарила, улыбнувшись совсем не надменной улыбкой. И ушла. Нам со змеем оставалось лишь смотреть ей вслед, прожигая пол раскаленной от похоти слюной.
Ситуация удивительным образом напоминала то, что было полтора года назад. Мы тогда только познакомились на дне рождения Мирона, она согласилась поехать со мной. Я довез ее до подъезда, предвкушая дальнейшие события.
У меня не было ни малейших сомнений в том, что мы переспим. Моя новая знакомая весь вечер подавала недвусмысленные сигналы.
Но она меня жестоко обломала!
А потом, на свидании, которые состоялось следующим вечером, я жестоко обломал ее.
Вот и сейчас я подвожу ее домой.
Как все изменилось за это время! Но кое-что осталось неизменным. Я по-прежнему не могу дать ей то, чего она хочет.
Зато она может мне дать!
Ага, даст, как же. А потом догонит и еще добавит…
Аня
Сегодня мы с Филиппом Робертовичем, наконец, смогли обсудить мои гениальные идеи. И ни одна нахальная зараза нам не помешала.
Он меня похвалил. Сказал, что я очень креативная. А то! Когда надо — могу быть и креативной. Особенно, если за это хорошо платят.
Да, я меркантильна! У меня нет другого выхода. Приходится выживать в большом суровом городе. Быть воздушной принцессой не получается. Да и не мое это.
Я не принцесса. Я… Снежная королева, как сказал вчера Демид. Вот, оказывается, какой он меня видит. Не ожидала от него. — Извините, что я вчера так поспешно сбежал, — сказал мой начальник, когда я уже стояла в дверях. — Да ничего. Я понимаю, дела… — Ага. Семейные.
Он что, женат? У него на пальце нет кольца, я проверяла. Мы всем нашим незамужним женским коллективом проверяли! — Мама позвонила, у нее трубу прорвало. Разволновалась.
Ох, какая милота! Он заботится о маме, отменил все дела, помчался к ней.
Хороший сын. Хороший человек. — Может, сегодня продолжим наш несостоявшийся ужин? — неожиданно предложил Филипп. — Разве мы сейчас не все обсудили? — выпалила я.
А надо было просто кивнуть! Возможно, босс приглашает меня на не совсем деловую встречу. И я с большим удовольствием с ним поужинаю. — Уверен, мы найдем о чем поговорить. — Да…. конечно. — Значит, на том же месте в тот же час?
Я улыбнулась и кивнула. Вот! Сразу надо было так. — Кстати, как поживает вольная птица удод?
Я опешила. Мне казалось, Филипп Робертович серьезный мужчина. А оказывается, у него и чувство юмора имеется! Приятное дополнение к римскому профилю и густым черным кудрям. — Он… родственник моей подруги, — пробормотала я.
Хотя вопрос был не об этом. — Разобрались? — С чем? — Не знаю. У меня сложилось впечатление, что вам надо разобраться.
— А… да, наверное.
Блин, что говорить-то? Я не собираюсь посвящать своего начальника в тонкости наших с Демидом отношений. Нет у нас никаких отношений! И никогда не будет.
Он мне популярно объяснил все еще полтора года назад. Как я тогда разозлилась!
Но я давно остыла. Он мне не интересен. Я к нему равнодушна. Хотела использовать его — не получилось.
На этом все.
К счастью, мы с Филиппом, к которому вне работы я обращаюсь без отчества, пошли в другой ресторан. Но даже здесь мне все время казалось, что сейчас из-под стола вылезет Демид и произнесет что-нибудь вроде: “Ждала меня, дорогая?” Филипп был великолепен. Остроумен, учтив, внимателен. Идеальный кавалер и собеседник. Просто ходячие пособие по безупречному этикету и приятному ненавязчивому флирту!
Как мало в наше время мужчин, которые пропускают даму вперед, отодвигают для нее стул, заботливо помогают выбрать блюда в меню… и просто окружают вниманием. Да еще и говорят изысканные комплименты! Ни капельки не пошлые, в отличие от Демида. Да их вообще нельзя сравнивать!
Тогда зачем я это делаю?
Ну, раз уж не могу удержаться от сравнения, то можно объявить вывод: ужинать с Филиппом в миллион раз приятнее.
Мы немного поговорили о работе, а потом он спросил: — Вы любите бассейны? — Ну… да. — Плавать, нырять, кататься с горок. — Кто же этого не любит. — Я, например, заядлый пловец. Слышали про загородный водный комплекс “Жара”? Недавно открылся. — Кажется, я видела где-то рекламу. — Не хотите съездить? На носу выходные. Я буду участвовать в заплыве.
Что? Шеф приглашает меня загород на выходные? Уж не с ночевкой ли в одном номере? А я еще думала, что он галантный кавалер… — Можно поехать в воскресенье с утра, к вечеру вернемся. Поплаваем, отдохнем. Там есть спа и очень хороший ресторан морепродуктов.
Ах, все-таки без ночевки в одном номере. Я не ошиблась, Филипп — джентльмен. Не предлагает переспать в первый день знакомства. Как некоторые.
Демид, уйди уже из моих мыслей, а?
Не ушел. Даже ночью приснился. Странный сон — как будто мы с ним плаваем в бассейне, он вылавливает огромную блестящую рыбину и отдает мне.
А потом еще одну… Чушь какая-то.
А наутро меня ждал сюрприз — курьер принес огромный букет очень красивых роз. Бледно-розовые, нежные, едва раскрывшиеся бутоны. И никакой записки!
От кого же букет?
Точно, не от Демида. Это не в его стиле. Тем более, после того, как я вышвырнула в окно его белые розы.
Филипп? Это было бы странно. Мы с ним даже не перешли на “ты”, хоть и собираемся вместе плескаться в бассейне.
А вдруг это вообще кто-то третий? Тайный поклонник. Любопытственно… Все таки-приятно быть привлекательной, слегка легкомысленной женщиной, а не озабоченной оплодотворением самкой, которой я была весь последний год. Флирт, игры, ухаживания… Как давно у меня этого не было!
Пожалуй, я хочу этого.
Я поставила цветы в огромную вазу, водрузила на журнальный столик, упала на диван. Просто валялась, любуясь букетом и строя предположения. А, может, это наш программист Вадик? Он позавчера пытался ко мне подкатить.
Я чувствовала, что на моем лице блуждает мечтательная улыбка.
О, да! Быть женщиной — это кайф.
А, может, все-таки, это Демид? В конце нашей последней встречи он был какой-то странный. Называл Снежной королевой, гладил руки. И даже не пытался навязаться ко мне в гости.
Но это ничего не значит. Он все равно не тот, кто мне нужен.
А ведь все начиналось так многообещающе… Мы встретились на дне рождения Мирона, куда меня пригласила Аленка.
Это было стопроцентное попадание на уровне феромонов. Я увидела его — и все мое тело, от кончиков пальцев до внезапно затвердевших сосков, сладко заныло. Уже через секунду я не только мысленно стонала под ним, но и придумывала имена нашим будущим детям.
Идеальный мужчина: мощный, как БТР, стремительный, как сверхзвуковой истребитель. Но при этом красивый. Не наманикюренный метросексуал, а настоящий брутальный мужик. Абсолютно в моем вкусе.
Так я думала до нашего первого и последнего свидания.
А после свидания… я категорически запретила себе о нем думать!
15
Полтора года назад Аня
Значит, Мирон не советует мне связываться с его двоюродным братом… Ну-ну.
Посмотрим, что там за страшный и ужасный Демид. Дикий необузданный пес, по сравнению с которым Мирон — щенок. Он сам так сказал. Я заинтригована до невозможности!
Ловлю изучающий взгляд этого самого пса. Давай, давай, изучай! На мне секси-платье, подчеркивающее все изгибы, и туфли на шпильках, в которых мои ноги почти бесконечны. Я выгляжу обалденно, знаю это, наслаждаюсь этим.
Расправить плечи, поднять сиськи и — вперед!
Да, я сама к нему подошла. Почему нет? Я не трепетная принцесса и мне нравится шокировать мужчин. Кого-то пугают смелые, уверенные в себе женщины. Мне такие слабаки не нужны! Они отсеиваются на первом этапе. — Привет, ковбой, — это были мои первые слова, сказанные Демиду.
Инициативу проявила я. Но он сразу ее перехватил. Идеально! Я почти влюблена. Во всяком случае, мое тело реагирует на него однозначно: я его хочу! — Привет, конфетка. — Банально, но лестно, — оценила я. — Я бы тебя развернул. — А ты сразу берешь быка за рога! — Ага. Беру сразу. Если дают. — А вот это уже пошло.
Он пожал плечами и еще внимательнее посмотрел в вырез моего платья.
Такого точно не испугаешь откровенным подкатом. Это он может испугать.
Огромный, мощный, до чертиков самоуверенный. Мне нравится. — Или смело? — продолжил он пикировку. — Принеси мне вина, и я тоже стану смелой. — Я на это очень рассчитываю…
Примерно в таком духе мы общались весь вечер. Который для нас был недолгим. Демид засобирался домой, предложил подвезти меня… Я понимала, что он рассчитывает на немедленный секс. Но у меня были другие планы.
Демид
Она сама ко мне подкатила. Я, конечно, перед этим зацепил ее взглядом.
Ну а как было не зацепить — она излучала секс! Мои локаторы уловили ее призыв с расстояния пятьдесят метров.
Мы весь вечер неуклонно шли к цели. Сначала комплименты, шуточки, пошлые намеки. Потом я перешел к действиям — погладил ее по коленке. Она посмотрела насмешливо, но, как мне показалось, благосклонно. Я двинулся вверх — она закинула ногу на ногу, перекрыв мне путь. — Притормози, Шумахер, — произнесла таким тоном, что я поверил: все будет.
Прямо сегодня.
Предложил подвезти ее до дома — она сразу согласилась. Хотя до конца вечера было еще далеко.
Я уже мысленно выпускал змея порезвиться, предварительно распаковав эту сладкую конфетку.
Но, когда мы оказались у ее дома, она твердо заявила: — Не стоит сразу начинать с секса. Давай узнаем друг друга получше.
Все, что мне нужно о ней знать — какой у нее размер груди и нет ли герпеса. От этой болячки презерватив может не спасти, а я очень щепетилен в этих вопросах.
В общем, Аня записала в моем телефоне свой номер. Сообщила, что будет ждать от меня приглашения на свидание. И ушла, очень эротично покачивая бедрами.
Ну-ну. Жди, когда рак на горе свистнет.
Я сразу решил: не мой вариант.
Да, она меня зацепила. Она дерзкая, забавная, за словом в карман не лезет.
С ней забываешь о времени и вообще обо всем. И притом адски горячая штучка, я это сразу чую.
Да, я ее хочу так, что яйца ломит. Но она явно хочет большего, чем одноразовый трах. Это студентки готовы развлекаться без обязательств, девушки постарше планируют создать семью.
Мне это не подходит.
Так что я решил: не буду звонить. Твердо решил.
Всю ночь она снилась мне в самых непристойных и извращенных эротических снах. А на следующий день моя правая рука, уставшая от интенсивных упражнений в душе, сама набрала ее номер. Мозговым центром этой операции выступил, естественно, оголодавший змей.
Я вообще был ни при чем!
Свидание состоялось.
На нем, к счастью, включилась моя верхняя голова. Не сразу, но все же включилась. Я сделал так, чтобы Снежная королева меня возненавидела. Так будет лучше для нас обоих.
Особенно для нее!
Я мог бы навешать ей лапши ради секса. Змей пытался влезть мне в голову и заставить сделать именно это. Но моя лучшая часть победила.
Я поступил благородно, но Снежная королева естественно, не оценила.
Может, я слегка перегнул палку… может, был слишком груб и прямолинеен. Формулировки могли быть и помягче.
Но, блин… лучше сразу отрезать без наркоза, чем мучиться потом.
Я заехал за ней с небольшим опозданием. Не получилось рано выехать, застрял в пробках. Она выпорхнула из подъезда, на ней было что-то легкое и развевающееся. Не облегающее, как вчера, но еще более сексуальное. Хотя на ней все будет супер-секси. А еще лучше, если не будет ничего… Она не упрекнула меня за опоздание. Села рядом и у меня сразу образовался железный стояк. Я видел лишь ее коленки, но этого было достаточно. Все остальное я ощущал. Даже не глядя на нее, я чувствовал близкое присутствие горячего, манящего, невыносимо желанного тела.
Мы ехали в какой-то ресторан, который выбрала она. Остановились на светофоре. — Ты любишь итальянскую кухню? — спросила она.
Я повернулся, чтобы ответить, что мне пофиг. Итальянская, так итальянская. Я ем все. Кажется, я так ничего и не сказал. Успел лишь посмотреть на нее и обжечься. Через секунду мы яростно целовались. Я вообще не понял, как это вышло!
Не иначе, проделки озверевшего змея.
Аня
Первый поцелуй должен быть в конце первого свидания. Не то чтобы я жестко придерживалась правил, но все же. Правило первого поцелуя мне всегда нравилось.
Он меня провожает, мы останавливаемся у двери. Он делает шаг и — случается первый, пока еще скромный и робкий, поцелуй. Это так романтично, так трепетно и нежно. Первый поцелуй может быть даже лучше секса.
Но все пошло не так с самого начала. Мы начали целоваться еще по дороге в ресторан. Демид наклонился ко мне, положил ладонь на шею, притянул к себе и впился в губы. Я хотела возмутиться, но не смогла. Это было… ошеломительно.
Сколько в нем мощи, силы и какого-то первобытно, животного секса. Когда тебя властно обнимает такой мужчина, хочется просто сдаться. И пусть делает все, что хочет… Потому что я хочу этого не меньше!
Сзади засигналили, я очнулась. Демид отпустил меня и мы поехали. Его рука лежала на моем бедре, распространяя горячие волны желания. На следующем светофоре мы снова целовались, и он успел добраться до моей груди.
Надо притормозить! Иначе он решит, что я озабоченная кошка. С такими можно пару раз переспать — и все. А у меня другие планы! Этот мужчина… я хочу к нему очень внимательно присмотреться.
Боюсь загадывать, боюсь пока даже думать об этом, но моя интуиция громко орет: “Это он!” Демид Похоже, я всерьез на нее запал.
Я вообще не должен был ехать на это свидание. Но поехал. Я не должен был лезть к ней с поцелуями. Но полез.
А теперь я сделаю то, что должен — оттолкну ее.
16
Полтора года назад
Аня
Я прямолинейна. Возможно, чересчур. Мне многие это говорили… Вот и с Демидом я, так же, как и он, сразу взяла быка за рога. — Сколько тебе лет? — спросила я, когда мы перешли к основному блюду. — Тридцать три. — Прекрасный возраст. — Абсолютно согласен. Наслаждаюсь на всю катушку. — Это я уже поняла… А как не понять — видно же, что он ни в чем себе не отказывает. В том числе и в беспорядочных связях. Постоянной девушки у него нет и, вероятно, очень давно не было. Это я знаю от Аленки. Хотя можно было сделать такие выводы и из личных наблюдений. — Так и собираешься козликом скакать? — Скачу пока скачется. А по поводу козлика… я бы попросил! — Ладно, не козлик. Мартовский кот пойдет? — Уже лучше. Ты, я смотрю, тоже та еще кошечка… — А вот тут ты ошибся, — я помолчала, но все-таки решилась. — В общем, сразу хочу сказать: перепихнуться на раз — это не ко мне.
Лучше сразу расставить все точки над “и”. — Да? А вчера у меня сложилось впечатление… — Вчера мне было скучно.
— А сегодня в машине… — Я не скрываю, что ты мне нравишься.
Демид ухмыльнулся. Мне не понравилась эта его ухмылка. Слишком самодовольная. Слишком высокомерная. Еще пять минут назад он не был таким…
— Значит, ищешь жертву для серьезных отношений, — выдал он. — Тогда я тоже сразу скажу: это не ко мне. — Прекрасно.
Нет, ну а чего я хотела? Сама виновата. Не надо быть такой прямолинейной. Надо внедрять эту мысль в голову мужика постепенно… — Нет, я, конечно, понимаю, возраст и все такое, — начал он. — Возраст? Мне двадцать шесть!
От возмущения у меня перехватило дыхание. Этот сморчок, что, пытается сказать, что я старая?! — Вот именно. Уже не так юна… — Да ты, древнее козлище, на шесть лет меня старше! — Я мужчина. — И?!
— У меня все по-другому. — Да ладно. Еще лет десять поскачешь козликом, а потом пипирка-то и отвалится. Беспорядочные половые связи до добра не доводят. — Не знаю, что будет через десять лет. Это еще дожить надо. Но пока что моя пипирка работает офигенно. Предлагаю тебе убедиться в этом сегодня вечером.
— Да пошел ты! Я же для тебя слишком старая!
Блин, оказывается, он задел меня за живое. Мне двадцать шесть! Еще никто и никогда не называл меня старой. — Я этого не говорил. Я говорил: ты конфетка. И я все еще хочу тебя развернуть. И не говори, что ты этого не хочешь. — Не хочу. Теперь точно не хочу. — Обещаю, тебе понравится. И да, я готов вступить в товарно-денежные отношения.
В этом месте я окончательно опешила. Неужели он имеет в виду… — Ты предлагаешь платить мне за секс? — Ну, не совсем так прямо. Можно использовать другие слова. Все будет выглядеть красиво. — Красиво?! — Ты же не юная дурочка. Все понимаешь.
Он опять назвал меня старой! Мудак. Он просто мудак. — Все банально, — продолжал этот моральный урод. — Ты хорошо себя ведешь, я дарю тебе цацки, оплачиваю квартиру или… что тебе там нужно.
У меня пропал дар речи. Я молчала, хлопала глазами, и не могла выдавить из себя ни слова.
Как я могла так ошибиться! Мне казалось, мы с ним созданы друг для друга… А он — просто мерзкий таракан. — Нормальные отношения без розовых соплей, — продолжал он. — Но если тебе очень надо, я могу изображать романтику. — И сколько у тебя сейчас таких содержанок? — почему-то спросила я.
— Ну, есть парочка. — И ты предлагаешь мне стать одной из них? — Я стараюсь быть предельно честным.
Я вскочила. Не останусь тут ни на секунду!
Ах, да. Надо заплатить за ужин. Не хватало еще, чтобы этот мерзкий таракан подумал, что я уже вступила с ним в товарно-денежные отношения!
Выудив из кошелька пару тысячных купюр, я швырнула их на стол. И ушла.
— Аня, подожди! — услышала я за спиной.
Мне показалось, что интонация изменилась. В ней уже не было наглости и самоуверенности. Его голос прозвучал даже как-то жалко.
Показалось. Точно, показалось.
Демид — редкостное козлище, и надо бежать от него как можно дальше!
17
Аня
С момента нашей последней встречи с Демидом прошло две недели. От него ни слуху, ни духу. Ну и прекрасно! Я именно этого и хотела.
Странно не то, что он сейчас внезапно исчез, это для него в порядке вещей.
Странно то, что он вообще появился после своего бегства с тропического острова. Навестил “больную”, поздравил с 8 марта. Приземлился за наш столик в ресторане во время ужина с Филиппом.
По последнему пункту все более или менее понятно. Это был просто всплеск ревности и чувства собственности. Нет, я ему, конечно, не принадлежу.
И он это знает. Но чувству собственности не прикажешь.
Что самое дурацкое — я так и не съездила с Филиппом в этот разрекламированный комплекс “Жара”. Я просто позорно проспала!
Даже не знаю, что со мной такое. Периодически, иногда в совершенно неподходящее время, на меня наваливается непреодолимая сонливость.
Вот и в то воскресное утро я встала по будильнику, позавтракала, проверила собранную с вечера сумку с купальником. А потом присела на диван, положила голову на подушку… Проснулась я лишь через два часа.
Мой телефон, звук которого я выключила на ночь и забыла включить, показывал пять непринятых звонков. Все от Филиппа. Теперь, наверное, снова Робертовича. Вряд ли боссу понравится, что я его так продинамила!
Я позвонила. Принесла тысячу извинений.
Он, кажется, не сильно злился. Или уже остыл. — Очень жаль, что так вышло, — совершенно спокойно произнес он. — Но вернуться за вами я не могу. — Конечно! Я и не прошу. — Я уже подъезжаю к комплексу. Заплыв начнется через час. — Желаю вам удачи. Порвите их всех!
Надеюсь, последняя фраза прозвучала не слишком грубо.
В эти две недели я много думала. О своем безумном желании иметь ребенка. О Демиде, которого я в это чуть не втянула.
Да, полтора года назад я дико на него разозлилась. Но моя злость постепенно утихла. А чего беситься? Он, как и я, был прямолинеен. Не стал вешать лапшу. Это мне даже импонирует.
Но предложить мне деньги вместо чувств… это, конечно, за гранью.
Как раз в тот момент мне были очень нужны деньги. Я собиралась взять квартиру в ипотеку, копила на первый взнос. Может, меня задело то, что он швыряется деньгами направо и налево, а мне приходится во всем себе отказывать, чтобы заиметь собственное жилье.
Глупо и даже низко с моей стороны заглядывать в его кошелек. Но в тот момент меня захлестывали эмоции.
Уже позже, отчаявшись найти нормального мужчину, я решила забеременеть от Демида. Он все время маячил перед глазами и казался идеальным осеменителем. Другие ему в подметки не годились — по генетическим признакам, разумеется.
У меня даже была идея отжать у него алименты — так ему и надо, кобелине, не все же на шлюх тратиться! Можно и демографию в стране поддержать. Вместо того, чтобы заводить себе гарем из юных содержанок.
Ведь именно из-за таких козлиных кобелей, которые до старости мнят себя плейбоями, мне и другим женщинам приходится рожать и воспитывать детей в одиночку!
Планируя это, я ощущала себя чуть ли не мстительницей-супергероиней.
Теперь смешно вспоминать.
Даже если бы все получилось и я забеременела от Демида, не уверена, что я вообще сказала бы ему о ребенке.
Сейчас, оглядываясь назад, я прекрасно осознаю: у меня было что-то вроде помешательства. Материнский инстинкт активизировался и свел меня с ума.
Масла в огонь добавило то, что моя подруга забеременела и родила чудесного малыша.
Именно после появления Егорки я сошла с ума окончательно. Подержала его на руках, вдохнула сладкий младенческий запах… и свихнулась. Я готова была на все, чтобы у меня появился такой же!
Хорошо, хоть сейчас мозги встали на место. Наверное, гормоны улеглись.
Материнский инстинкт решил дать мне передышку.
Я спокойна. Чувствую себя счастливой, как никогда. Безо всякой причины!
Что удивительно, я даже выглядеть стала лучше. Все вокруг говорят, что я просто расцвела. Даже моя парикмахерша, к которой я хожу уже лет пять, спросила: — Признавайся, что делаешь с волосами? — В смысле? — Какая-то маска? Сыворотка? Или витамины начала пить? — Ничего не делаю…. — Не верю. Твои волосы никогда так не блестели!
После парикмахерской я поехала к Аленке. Мы давно не виделись, я знала, что она на меня обижается. И вот решила сделать ей сюрприз. Купила машинку заядлому автомобилисту Егорке, шоколадный извинительный тортик подруге, и прикатила.
Как оказалось, я пожаловала с визитом не одна. В гостях была еще и мама Мирона, Эльвира Никитчина. Удивительная, непредсказуемая женщина! Мне нравится с ней общаться, никогда не знаешь, что она отмочит.
Когда мы втроем сели за стол, усадив Егорку играть с новой машинкой в манеже, Аленка заявила: — Если я буду есть тортики, особенно по вечерам, у меня будет попа как у бегемота. — Ой, всё! — Эльвира Никитична закатила глаза. — Началось. — Ну правда же. Тортики — зло. Хоть и очень вкусное. — Лично мне плевать, какая у меня попа. Я ее даже не вижу.
Мы с Аленкой не смогли удержатся от смеха. — Не поворачивайся к зеркалу задом и живи спокойно, — выдала Эльвира Никитична, водружая на свою тарелку самый большой кусок торта.
Я люблю поворачиваться к зеркалу задом, поэтому отрезала себе крошечный кусочек. Съела и начала приставать к Егорке. Ну как не затискать такого сладкого карапуза!
Но карапуз не желал быть затисканным, он потребовал вытащить себя из манежа и пустить носиться по всему дому. Бегать за ним следом вызвалась
Эльвира Никитична. — А вы тут пока пошушукайтесь, — сказала она.
Золотая женщина! — Духи поменяла? — спросила Аленка, когда мы обудили основные новости. — Я привыкла, что от тебя всегда пахнет жасмином. — Это не духи. Это крем на основе кокоса. Я теперь обожаю этот запах! — У меня, кстати, есть баночка кокосового масла. Привезла из Тая. — А я почему не привезла? Вот я балда! Покажи.
Аленка принесла масло, я понюхала его… и поняла, что не отдам. — Подари мне его. — Ну… Оно мне тоже нравится. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!
Я держала открытую баночку перед носом, вдыхала божественный кокосовый аромат и чуть ли не стонала от удовольствия. — Ладно, бери, — сдалась Аленка.
Когда Егорка утомился и захотел спать, Эльвира Никитчна засобиралась домой.
— Меня Мирон отвезет, — сказала она. — Давай и тебя подбросим.
Я согласилась. Мне, как и Егорке, очень хотелось спать.
По дороге эта неугомонная женщина пристала ко мне с неудобными вопросами. Мол, когда замуж выйдешь, и не пора ли рожать. Я стиснула зубы, чтобы не сказать что-нибудь резкое. Это мое дело. Не надо лезть в мою жизнь! — Да ладно, не злись, — оценила мое состояние Эльвира Никитична. — Я же не со зла спрашиваю. У нас вон Демид непристроенный. Не хочешь прибрать его к рукам?
Мирон, сидевший впереди нас, издал скептический смешок. — Он-то, конечно, кобелина. Но мой тоже таким был, не при Аленке будет сказано. Отборной был кобелиной! — Я, вообще-то, здесь, — заметил Мирон. — И что ты имеешь возразить? — Ничего.
— Ну и рули тогда! — Это лечится правильной женщиной, — продолжила мама Мирона. — Или само проходит, у кого как. — Не в этом случае, — ответила я. — Демид не просто кобелина, он еще и козлина. — Обидел тебя?
Я небрежно пожала плечами, глядя в затылок Мирона. Все, что я сейчас скажу, может быть передано адресату и использовано против меня! — С чего мне на него обижаться? — А в детстве был такой хороший мальчик! Я его всегда в пример Мирону ставила. Учился хорошо, спортом занимался. — Бабушек через дорогу переводил, — добавил Мирон. — Пачками. — Да ты на него не обижайся, — выдала Эльвира Никитична, еще раз пристально на меня посмотрев. — Он все тот же мальчишка. Хоть и от рук отбился.
Я хмыкнула. Все мы выросшие девчонки и мальчишки. — Пороть их надо было в детстве. Обоих. И Мирона, и Демида. — Надо было, — согласилась я.
Мирон издал невнятный протестующий звук, но ничего не сказал. — Слишком мы их разбаловали. Вот и куролесили оба. Но, я тебе говорю: это лечится! — Поркой? — Выпори его, ага, — подал голос Мирон. — Я тебе даже плетку специальную подарю ради такого дела. У меня как раз есть. — А откуда у тебя специальная плетка? — хором спросили мы с Эльвирой Никитичной.
Не знаю, может мне показалось, но, по-моему, уши Мирона слегка порозовели. Засмущался, бедный.
Плетка, значит. Интересная у них с Аленкой интимная жизнь!
18
Демид
Я бегаю от нее, как заяц.
А я, вообще-то, одинокий волк. Ну, или кобель, как говорят некоторые. Не буду утверждать, что они ошибаются.
Кобель, а не заяц!
Но, блин…. это патовая ситуация. Из нее нет нормального выхода. И у нее не может быть нормального развития.
Полтора года назад я уже поставил жирную точку в наших чуть не начавшихся отношениях. И это сработало.
Сначала Снежная королева меня люто ненавидела. Потом открыто презирала. Но постепенно наши отношения, если можно их так назвать, перешли в новую стадию. И даже стали доставлять нам удовольствие.
Мне — точно. Да и Снежной королеве, я уверен, тоже. Даже если она не признавалась в этом самой себе.
Это была яростная дружба-вражда. Встречаясь у Мирона, мы не упускали случая поддеть друг друга. У Ани острый язвительный язычок, я его обожаю! Я, конечно, не так изыскан, даже грубоват. Могу ляпнуть что-нибудь предельно пошлое. Но тоже за словом в карман не лезу.
Мы устраивали жесткие словесные баталии, от которых бурлил адреналин и кипела кровь. Как-то раз мы даже вспоминали то свидание, и Снежная королева сказала что-то вроде: “Хорошо, что ты не стал тратить мое время”.
Получается, поблагодарила меня.
Я молодец, ага.
Вместо того, чтобы просто трахнуть ту, от которой у меня бешеный стояк и дым из ушей, я решил поиграть в благородство. Рыцарь, блин.
Демид Железный змей, мастер самооблома.
Наше общение было чем-то вроде игры. И вот мы доигрались.
На тропическом острове нам пришлось провести рядом целую неделю.
Неделя созерцания Снежной королевы в купальнике! Да еще и без возможности спустить пар с какой-нибудь туземкой.
Я не выдержал. Сделал то, о чем страстно мечтал все эти полтора года — расплавил Снежную королеву своим огненным змеем.
И что теперь? Мы в тупике.
Вернуться к прежней дружбе-вражде затруднительно. Влезть в серьезные отношения — для меня невозможно. Видеться у Мирона — пытка.
Может, исчезнуть месяцев на шесть? Мне есть куда поехать и чем заняться.
У меня разветвленная сеть филиалов, можно лично замутить очередное дело где-нибудь на Дальнем востоке.
Бегство — это трусость. Но иногда лучше быть трусом, чем наломать дров.
И испортить жизнь женщине, которая… которую…. В общем, единственной и неповторимой Снежной королеве.
Две недели я провел монахом. Из монастыря Шао-Линь. После работы ехал в один закрытый спортивный клуб, где парни практикуют бои без правил.
Я баловался этим по молодости, потом завязал, и вот теперь решил, что это лучший способ спустить пар. Единственный, вообще-то.
Потому что змей, собака, даже смотреть не хочет на студенческие сиськи!
Водил я его по разным местам, показывал. А он даже башку не поднял.
Но сегодня он готов. Истосковался в воздержании, я ему даже ручной разрядки не давал, ибо нефиг. Нефиг пугать меня нестояком!
Так что сегодня мы с ним в клубе. Том самом, где я обычно снимаю студенток. Оглядываемся, оцениваем обстановку.
Вон та чернявая ничего так. Сиськи выставила, призывно хохочет с подружками, стреляя глазами в мою сторону. Пожалуй, стоит уделить ей пристальное внимание. Мне нравятся такие бойкие, которые не строят из себя трепетных принцесс.
Ну, давай, чернявая, иди сюда. Не заставляй дядю отрывать задницу от дивана. Я отсалютовал ей бокалом. Не дура, поймет.
Ага, догадалась. Встала с барного табурета, вроде как поправила короткую узкую юбку. Да что там поправлять? Это же не юбка, это просто широкий ремень. Стоит ей наклониться — и перед тобой ее голая задница. Потому что вместо трусов на ней стринги.
Не люблю стринги. Люблю снимать с девчонок трусы. Вот на Снежной королеве были нормальные такие трусики, не нитка в попе.
Так, что у меня в голове? Откуда там Снежная королева? И почему я недоволен тем, что у девчонок из-под юбки торчат голые задницы?
Может, я сейчас еще начну ворчать: куда катится молодежь? Старпер, блин!
Чернявая идет ко мне. В руке бокал, язык завлекательно облизывает губы, сиськи выпадают из декольте… Эй, змеище, как тебе?
Змей зашевелился лишь когда она села рядом и положила руку мне на бедро. Просыпайся давай! Хватит спать, тебе работа привалила. — Что пьешь? — спросил я. — Мохито.
Я сделал знак официанту повторить. — Как зовут? — спросил я чернявую. — Олеся. А тебя? — Демид. — Потанцуем, Демид? — Ты танцуй. А я посмотрю.
Уговаривать ее не пришлось. Выпила коктейль, вскочила, вертит задницей.
Я же говорил, половинки чуть не вываливаются, когда слегка наклоняется вперед.
Хорошее тело. И сговорчивая, судя по всему. Сегодня у змея будет жаркий вечер.
Я попивал виски, смотрел на танцующих девчонок. Особенно на эту, что так старалась лично для змея.
Отличная у меня жизнь! Все мужики о такой мечтают. Особенно женатые.
В кармане завибрировал телефон. Мирон, легок на помине.
Да-да, брательник, тебя я тоже имел в виду… И ты скучаешь по вольной веселой жизни. Я знаю. — Ты где? — спросил Мирон. — Ни фига не слышно.
— Я в клубе. Сейчас сделаю погромче. Чего хотел? — Да так, потрепаться. Давно не виделись. Носа ко мне не кажешь. Небось, Аньку боишься. — С чего ты взял? — Она, кстати, собиралась отхлестать тебя плеткой.
— Что?!
Мое воображение живо нарисовало Снежную королеву в черном латексном костюме доминантки, в высоких сапогах на шпильках. С волосами, убранными наверх и ярко-красной помадой. И с плеткой в руках.
Естественно, плетку я бы сразу отобрал. И показал ей, кто из нас умеет доминировать… Остановить воображение я уже не мог. Снежная доминантка стояла передо мной на коленях, ее алые губы обхватывали змея. Она смотрела на меня так, как умеет только она: дерзко, вызывающе и в то же время покорно.
Такой взгляд я видел у нее лишь однажды — как раз в ситуации, которую сейчас представляю. — Эй, ты там оглох что ли? — услышал я в трубке голос Мирона.
Ага, оглох. Замечтался.
Змей натянул штаны парусом, и на этот парус приземлилась женская рука с яркими ногтями. Чернявая времени зря не теряет!
19
Демид
— Так что там собиралась сделать Снеж…. Аня? — Приезжай, расскажу. — Куда приезжай? — Ко мне. — Че за дела? Говори давай! — Не-а, — издевательским тоном произнес Мирон. — Я тут сижу, скучаю.
Днем выспался вместе с Егоркой. — И что? — Приезжай, пива попьем. — Да пошел ты.
Я бросил трубку.
Чернявая… как ее там? Оля? Лена? Не помню. Все еще шарила рукой по моей ширинке.
Кстати, она похожа на Снежную королеву. Цвет волос, фигура. Дерзость во взгляде. Хотя нет. У нее это скорее наглость, может, даже хамоватость.
До королевской дерзости ей расти и расти.
Обхаживает рукой змея. И ей пофиг, что мы в клубе. Правда, в вип-зоне народ не толпится, но все равно — не каждая бы решилась расстегнуть ширинку и засунуть туда руку.
Чернявая разошлась не на шутку, змей уже на свободе, я кидаю сверху пиджак, который валялся рядом со мной на диване. Девчонка умело работает рукой, видно, опытная.
У меня перед глазами — Снежная королева в облегающем латексном платье доминантки. Талия стянута, грудь приподнята и открыта почти до самых розовых сосков.
В ее руках плетка и она идет ко мне. Грудь слегка подпрыгивает, и я не могу оторвать от нее глаз. Снежный взгляд — адское пламя. И я готов сгореть в нем с потрохами.
Следующий кадр. Плетка уже в моих руках. Снежная королева лежит у меня на коленях кверху попой. Платье задрано, трусики приспущены. Я легонько хлестаю плеткой упругие половинки, оставляя розовые полосы.
Не выдерживаю, начинаю гладить. Звонко шлепаю по попе ладонью. Она тихонько стонет, я все больше зверею. Пробираюсь пальцами во влажные складочки, Снежная королева стонет громче. Я снова ее шлепаю, и снова толкаюсь в нее пальцами, уже жестче.
Еще один кадр. Снежная королева на коленях, попой ко мне — моя любимая поза! Я в ней, узкая горячая пещерка сжимает змея так, что у него искры из единственного глаза. Ее руки скованы наручниками. Она не может от меня убежать. Она моя!
Змей долбится башкой, как очумелый. “Еще. Сильнее. Быстрее!”, - стонет Снежная королева.
Да! О, да! — Анюта, — срывается с моих губ. — Я Олеся, — слышу я.
И с большим трудом сдерживаю гадливое желание отшвырнуть эту Олесю куда подальше.
Сую ей какие-то купюры, говорю: — Купи себе мороженое.
И выскакиваю из клуба, застегивая на ходу ширинку.
Аня
Сегодня мне снова принесли цветы, на этот раз герберы. Несколько дней назад были орхидеи, до этого — лилии и пионы. Это уже пятый букет! А я до сих пор не знаю, кто мой тайный поклонник.
Но догадываюсь.
Я на 99 % уверена, что это Филипп Робертович. После той обломавшейся поездки он ведет себя странно. Я так и не поняла, обиделся ли он на меня, и что вообще думает по этому поводу.
На следующий день я снова обрушилась на него с извинениями, он снова меня остановил. И заговорил о рабочих делах.
В общем-то, с тех пор мы общаемся исключительно на рабочие темы. Но иногда я ловлю его взгляд. Он смотрит на меня изучающе и как-то, грустно, чтоли.
А вообще он всегда улыбчив, вежлив и полон позитива. Понять, что он думает и чувствует на самом деле, совершенно невозможно. Он спокоен и невозмутим даже когда происходят какие-то форс мажоры, когда клиенты возмущаются, а начальство бушует.
Рядом с ним и мне спокойно.
Он великолепный начальник, но если говорить о чем-то большем… я даже не знаю.
Я почти уверена, что цветы от него. Эти взгляды… они не случайны. Он выжидает. Изучает меня. Но я ему определенно очень нравлюсь! Я это чувствую..
Пожалуй, завтра решусь и поблагодарю его. Цветы чудесные! Они так поднимают настроение.
Кстати, я давно забросила упражнения Кегеля. А это неправильно, так можно и форму растерять. Нужно возобновить занятия.
Благо, в спортзал идти не надо. Я приняла удобную позу на диване, начала сокращать мышцы, задерживаться в этом положении, считать до десяти. Когда я перешла к ритмичным сжатиям на раз-два, мое тело охватило возбуждение.
Такое бывает при этих упражнениях, ничего страшного, сейчас пройдет.
Нет, не проходит. Я уже все закончила, а меня не отпускает. И, что самое стыдное, перед моими глазами маячит Демид. Голый, со стоящим членом, во всей своей необузданной животной дикости.
Я вспоминаю, как он закинул меня на плечо и понес в свое бунгало. На мне уже не было трусов, он гладил меня по голой попе, и его пальцы, как бы невзначай, касались самых чувствительных мест. Я тогда злилась на него и, одновременно, умирала от возбуждения.
Я и сейчас умираю. Не могу удержаться от того, чтобы направить пальцы к натренированным мышцам. Вспоминаю, что делал со мной Демид после того, как мы оказались в его бунгало. Всю ночь, до утра… Он силен. Никогда раньше не встречала настолько выносливых мужчин. И уверена, их в природе не так много. Далеко не каждый Филипп сможет заниматься любовью десять раз подряд, не снижая темпа…
Блин, зачем я это сделала? Зачем переспала с Демидом? Он слишком мощный и дикий.
Что, если после него все остальные мужчины будут казаться мне вялыми сусликами?
Демид
— Че с рожей? — с порога пристал ко мне Мирон. — Да ничего, — я его оттолкнул.
Но он, зараза, включил фонарик на телефоне и давай светить мне в глаза. - На скуле ссадина, на лбу синяк, под глазом фингал… Я выбил телефон из его руки и произнес: — Почти прошел.
Не надо светить мне в рожу фонариком, и все будет нормально! Все зажило уже. Практически. — С кем махач был? — А, — я махнул рукой. — С разными там. Молодежь вообще распоясалась.
Бьет в рожу с ноги, никакого уважения. — На бои ходил, что ли? — догадался Мирон. — Ага. — Ну ты зверь! Я бы, наверное, сейчас не решился. — Сдох? — Не то чтобы сдох… Но как-то уже стремно ходить с фингалами и синяками. — Ох ты ж блин! Стремно ему. Скажи честно: Алена заругает. — А ты скажи честно: чего приперся? — Пива попить. — Ага. Пива. Если бы я про Аньку с плеткой не сказал, фиг бы тебя дождался. — Пива попить, — упрямо заявил я.
И схватился за бутылку.
Что, я не могу соскучиться по двоюродному брату? Я ни слова не сказал о Снежной королеве!
Мы поговорили о делах. У нас есть общие проекты, например, тот, над которым мы работали в отпуске. Там все на мази, скоро запустится. — Я вот думаю, не рвануть ли мне на Байкал? Или на Камчатку? — выдал я после третьей бутылки пива. — Дома не сидится? — Не-а. Хочется движа. — Ну давай, рвани. Авось Анька тебя там не найдет. — Да что ты пристал с этой Анькой! — С какой Анькой? — Мирон прикинулся шлангом. — Я ни слова не сказал про Аньку. — Так скажи! Что там за замута с плеткой? Когда она это сказала? Что еще обо мне говорила?
Пошла четвертая бутылка, язык развязался. — Да приезжала вчера, — разродился, наконец, Мирон. — И что? — И ничего. Поболтала с Аленкой, поиграла с Егором, привезла торт. — Что за торт? — зачем-то спросил я.
Это полный дебилизм. Почему мне хочется вдаваться в подробности всего, что связано со Снежной королевой? — Шоколадный. Еще остался. Хочешь? — Давай. И виски тащи. Что-то меня от твоего пива не прет. — Виски? Уверен? После четырех бутылок пива? — И что? Не будь старпером. Не читай мне нотаций.
Виски зашло хорошо. Мирон рассказал, как тетя Эля сватала меня Снежной королеве. Я молча сожрал оставшуюся половину торта в одно лицо.
А потом признался: — Я посылаю ей цветы. Я! Цветы!
Сам не знаю, зачем это делаю. Это как будто какая-то ниточка, которая связывает меня с ней. Что-то вроде азбуки Морзе. Но без подписи. — Да ты влюбился! — выдал Мирон.
— Не-а, — я помотал головой. — Исключено. Я не влюбляюсь. Мне просто надо ее еще раз трахнуть. Тогда точно отпустит. — Еще раз? — Молчи, — предупреждающе рыкнул я. — Тебе надо в постель. Пошли, отведу тебя в гостевую спальню. — Сам дойду, — согласился я.
Только для вида. У меня созрел план. Сейчас Мирон уйдет спать, а я вызову такси и поеду к Снежной королеве.
Мне надо ее еще раз трахнуть!
И тогда меня точно отпустит.
20
Демид
Снежная королева, которую я яростно жарил огненным змеем, растаяла и обрушилась на меня ледяным водопадом. Холодно, блин!
Я открыл глаза. Надо мной стояла тетя Эля и поливала меня водой из бутылки. По всей видимости, бутылку она достала из холодильника. — Проснулся, алкаш несчастный! От твоего перегара в гостиной окна запотели. Брысь в гостевую спальню! — Я… Вы… где я?
Тетя Эля поставила бутылку на журнальный столик, подбоченилась и продолжила меня чехвостить. — Совсем допился. Ничего не помнит! С кем дрался, тоже не знаешь? — Да не дрался я. Это давно было. В зал ходил. — Вчера ночью? Фингал-то свежий!
Я дотронулся до лица. Блин! Больно. И правда, глаз подбит. Кто это? Как это? Ничего не помню.
Последнее воспоминание — я через приложение заказываю такси к Снежной королеве. Это что, она мне вмазала?
А зачем я вернулся к Мирону, вместо того, чтобы ехать домой? И почему тут тетя Эля?
Память отшибло начисто. Сколько я вчера выпил? Мешать пиво с виски — плохая идея… — Давай, вставай! — родственница продолжала меня трясти. — Егорка уже проснулся, сейчас спустится. Незачем ему на всякое непотребство смотреть. — Встаю, встаю.
И правда, незачем. Не дай бог потом кошмары будут снится. Мной сейчас только детей пугать.
Я сел. Комната кружилась. Да я еще не протрезвел! Сколько сейчас времени? Видно, раннее утро. Я попытался сфокусировать глаза на стрелках часов, висевших на стене, но стрелки не хотели стоять на месте.
Как хреново-то! Похоже, меня сейчас вывернет. Тетя Эля догадалась, что может произойти. Ткнула мне под нос тазик.
Гусары в тазики не блюют!
Я рванул к ванной, путаясь в собственных ногах. Не сразу попал в дверь, споткнулся на пороге, но все же не расплескал содержимое своего желудка.
Героически донес до унитаза.
Уф. Кажется, полегчало.
Включил душ, разделся, встал под холодную воду.
Растаявшая Снежная королева… это мне снилось под утро. А что было ночью?
Я вытерся и посмотрел в зеркало. Под глазом красовался свежий лиловый фингал. Прямо поверх старого, почти зажившего. Да и вся физиономия в целом… можно в ужастиках снимать без грима.
У Ани небольшие руки, тонкие, нежные пальцы. Не могла она так мне заехать! Или… Увидев на пороге мою пьяную хамскую рожу, озверела и превратилась в Халка?
Обнаружив в шкафчике зубную пасту, я выдавил немного себе на палец и намазал на синяк. Странное средство, но работает. Проверено еще во времена занятий боксом.
Я высунул голову из ванной. — Теть Эль, дай халат Мирона. — На, — она швырнула мне его прямо в рожу. — Спасибо. — Думаешь, я твоему отцу не пожалуюсь? Сегодня же позвоню! — И что? Он меня в угол поставит? — хмыкнул я. — Я бы сама тебя заперла в чулане с крысами! Но нет тут чулана. Иди в гостевую спальню. — Уже иду.
У лестницы я задержался. Обернулся и попросил: — Только маме не говорите.
Тетя Эля покачала головой.
— Есть еще, значит, остатки совести.
В гостевой спальне меня ждали две бутылки минералки и аспирин.
Протрезвею — расцелую тетю Элю. Золотая женщина!
Аня
Филипп Робертович сегодня особенно красив. Светло-серый, с голубым отливом, костюм, белоснежная рубашка, коралловый галстук. Хоть сейчас на подиум! Или на съемки для обложки модного журнала.
Вот интересно, его кудри сами лежат так естественно и небрежно, или он по утрам занимается укладкой? Наверное, сами. У мужиков всегда так — встал, принял душ, встряхнулся — и красавчик. А нам надо по часу торчать у зеркала, чтобы казалось, что волосы сами собой закрутились в небрежные локоны.
Еще у него длинные черные ресницы. Уж явно не наращивал! Я на свои не жалуюсь, но все равно завидно. Зачем ему такие, он же мужик!
Красивый и ухоженный мужик. Просто картинка! Не то, что некоторые.
Уверена, он ведет исключительно здоровый образ жизни и не меньше пяти раз в неделю пропадает в спортзале. Или это у него от плавания такое спортивное тело? Как бы то ни было, все наши девчонки от него млеют.
Ломятся к нему в кабинет под разными поводами, а мы тут, между прочим, обсуждаем очень важное дело! Секретарша Филиппа Робертовича как раз отпросилась на обед, а мы задержались, чтобы закончить.
И вот, когда мой непосредственный начальник сказал, что на сегодня хватит, я решилась. — Спасибо, Филипп… Робертович.
Он, в легком недоумении, посмотрел на меня. — Всегда пожалуйста. Мне кажется, мы прекрасно сработались. — Я сейчас не о работе. — А… о чем? — Спасибо, что поднимаете мне настроение. — Э-э… пожалуйста.
Он же понимает, о чем я говорю? Но, кажется, не хочет в этом признаваться. — Я очень люблю орхидеи. И розы. Герберы мне тоже очень нравятся.
— Очень рад за вас.
Он поднялся со своего кресла, пошел ко мне… нет, не ко мне. Взял пальто, накинул.
— Возможно я не вернусь до вечера, — произнес он деловым тоном. — Вы пока подумайте о том, что мы сегодня обсуждали. — Я подумаю.
Вот, значит, как. Не хочет признаваться. Снова переводит разговор на рабочие темы. Зачем тогда присылает цветы?
Демид
Вот теперь я протрезвел. И выспался. Чувствую себя огурцом.
Маринованным, но вполне бодрым.
В�
Глава 1
Через полтора года после событий, описанных в романе “Две полоски”.
Аня
Я хочу ребенка.
Больше мне ничего не нужно. Любовь… это сказки, в которые я больше не верю. Семья… с кем ее создавать? Вокруг одни придурки. Серьезно. Я проверяла.
Одни целыми днями рубятся в танчики, другим до 30 лет мама сопли вытирает, третьи прозябают на унылой работе, отращивают пивные животы и при этом считают себя мачо. Ну а те, кто чего-то стоит… кобели, все, как один! Особенно один…
В последние два года я только тем и занималась, что искала мужа. Не нашла. Да ну их в болото, всех этих самовлюбленных, инфантильных, офигевших от собственной крутости мужиков! Обойдусь и без них.
Правда, один мне все же понадобится – чтобы сделать ребенка.
Сейчас я как раз на него смотрю. Он выбирается из бассейна, подтягиваясь на мускулистых руках, его тело покрыто мелкими каплями воды, сверкающими на солнце.
Превосходный экземпляр! Высокий, под два метра ростом. Пропорционально сложен: широкие плечи, узкий таз, длинные ноги. Густые темные волосы, серые глаза, прямой нос. И губы – чувственные, но при этом сжатые в жесткую линию.
Я целовала эти губы полтора года назад.
А сегодня пойду дальше, гораздо дальше.
Расчеты и наблюдения говорят, что у меня начинается овуляция. Сейчас лучшее время для зачатия. И я абсолютно готова к этому событию. Прошла полное обследование, пропила курс витаминов, два месяца не брала в рот ни капли спиртного и питалась исключительно полезной пищей.
О здоровье будущего папаши я тоже выяснила все, что можно. Здоров, как бык! И он, и все его семейство до десятого колена. За это я его и выбрала. В наше время такие здоровые люди – редкость.
Ну а теперь о криминальном.
Я обыскала все карманы своей жертвы, пока он зависал у бассейна, нашла с десяток презервативов и истыкала их иголкой. Я, конечно, постараюсь сделать так, чтобы он забыл о презервативе. Или потерял его в процессе. Второе, конечно, сложнее, может не получиться. Да и первое… я слышала, что он очень педантичен в вопросах контрацепции. Поэтому и перестраховалась.
Еще я устроила так, что этот озабоченный плейбой хотя бы несколько дней ни с кем не занимался сексом. Чтобы подкопил отборных сперматозоидов. Пришлось использовать подлость и коварство. Я довольно хорошо знаю его страхи – два года изучала. Не специально, просто он часто маячил перед глазами. Я знаю его слабые места, мне не составило труда придумать хитрый план.
Если бы он узнал, что его воздержание – моих рук дело, мне бы не поздоровилось.
Как же, мачо на отдыхе уже неделю, а еще никого не трахнул! Представляю, как переполнены его снаряды. В любой момент в голову может ударить сперма и он, забыв обо всех предосторожностях, набросится на первую попавшуюся девушку.
Это мне и нужно. Этой девушкой буду я.
В прошлом у нас были… скажем так, разногласия.
Мы нередко встречаемся у наших друзей, но держимся друг с другом холодно и отчужденно. Он не упускает случая подколоть меня. Я тоже не сдерживаюсь – при случае включаю вредную язву на полную катушку. В общем, у нас холодная война.
Но сегодня она перейдет в горячую стадию. Очень, очень горячую!
Он повернулся ко мне тылом и потопал к столу с закусками. Какая задница! Мокрые плавки скорее подчеркивают, чем скрывают каждую прорисованную мышцу. Прекрасные, просто превосходные гены. Я сделала правильный выбор.
И нет, я на него ни капельки не запала! Влюбиться в такого – это подписать себе приговор. Слезы и страдания гарантированы.
Но задница, и правда, шикарная. Сегодня я буду с наслаждением впиваться в нее ногтями, когда он будет делать мне ребенка.
Демид
Что, я сегодня особенно хорош или просто у нее недотрах? Полтора года эта Снежная королева вымораживала мне мозг, а теперь пожирает голодным взглядом. Если она не шутит, сегодня ночью я смогу растопить ее ледяную пещерку!
Даже не знаю, стоит ли. Боюсь отморозить своего огнедышащего змея. Не удивлюсь, если у нее внутри так же, как снаружи – колючие царапающие льдины. Сунешь змея – и трындец ему. Покрошит в ледяную капусту.
Да, пожалуй, я воздержусь.
Неделю торчим на этом проклятом тайском острове, куда затащил меня Мирон. У него созрел гениальный план: отдохнуть с семьей, отметить первый день рождения сына и, заодно, поработать. Чтобы отсечь присутствие толпы родственников он выбрал тайский остров. Его мама не переносит жару и поэтому осталась дома…
Гениально!
Но я представлял все это несколько иначе. Думал, днем будем работать с Мироном над проектом, а вечерами я оторвусь по полной. Кто же мог предположить, что с этого острова далеко не выберешься!
Но это ладно. Меня обломало не это. А то, что недавно в этой местности была вспышка какого-то редкого венерического заболевания. Власти это не афишируют, боятся спугнуть туристов. Но меня предостерег наш экскурсовод, спасибо ему большое. Посоветовал держать своего друга в штанах, мол даже презервативы не всегда спасают. А потом еще садовник на ломаном английском пытался сообщить мне примерно то же самое…
В общем, отдых не задался. Зато над новым проектом мы поработали на славу. Послезавтра улетаем. Наконец-то!
А сегодня у нас будет детский праздник. Сыну Аленки и Мирона исполняется год. И ведь никуда не сбежишь! Придется водить хороводы и петь детские песенки. Или что там придумают счастливые родители.
Одно утешает меня посреди всех этих печалей – созерцание идеально подкачанной, круглой и аппетитной женской задницы. Снежная королева перевернулась в своем шезлонге на живот, теперь не она на меня пялится, а я на нее. Как ни странно, это зрелище для меня приятнее, чем вид бирюзового моря, которое сегодня слегка штормит.
Я просто смотрю. Ничего не планирую Мне не нужны осложнения, которых не избежать после одноразового траха с лучшей подругой жены брата. Тем более, если эта подруга – Снежная королева, способная одним взглядом отморозить мои причиндалы.
Она перевернулась, села. Посмотрела в мою сторону. О! Возможно, события сейчас начнут стремительно развиваться. Может, Снежная королева сама подкатит и попросит любви. И тогда я снисходительно позволю ей погладить моего змея.
И буду как бы ни при чем – она сама нарвалась на неприятности!
Она встала и пошла.... Эх, блин, не ко мне! А к стойке с напитками. Ее попа в движении – это вообще отпад! Мини-шортики купальника ничего не скрывают, скорее подчеркивают. Половинки упруго подпрыгивают, как два надутых мяча… Эта задница – атомный магнит, и я не могу сопротивляться его притяжению.
Я сам не понял, как вскочил и потопал за ней. Меня вел озверевший от воздержания змей, которого я уже две недели держу на голодном пайке. Так получилось.
Я подошел небрежной походкой, хотя она не могла меня видеть. Стоит ко мне попой. Как специально.
Я несколько секунд помялся сзади, обгладывая глазами ее выпуклости и придумывая остроумную фразу для затравки. Только собрался открыть рот, как она выдала:
– Классная задница.
– Что? – растерялся я.
Она все еще стояла спиной, на меня не смотрела. Но, оказывается, видела в зеркальном отражении позади барной стойки.
– Ты хотел сказать: Аня, у тебя классная задница. Да?
– Э-э, да.
Блин, если бы я сказал это сам, звучало бы по-другому!
Снежная королева, наконец, развернулась ко мне лицом. Конечно, мои глаза сразу нырнули в ее лифчик! Сто пудов, это пуш-ап. Неделю думаю над этим вопросом и пришел к однозначному выводу: это пуш-ап. Не могут сиськи сами так торчать вверх.
Хотя… сейчас, когда я смотрю на них с расстояния тридцать сантиметров, понимаю: могут. Лифчик купальника из тонкой ткани, сквозь него даже проступают соски.
Нет там никакого пуш-апа!
– И грудь ничего, да? – услышал я голос Снежной королевы.
– Что? – очнулся я.
Блин, это какой-то морок! Смотрю на ее сиськи и отключаюсь. Мозг расплавляется и перетекает в член. И думаю я сейчас только им.
– Сиськи высший класс, – выдал я. – Пошли ко мне в номер, порезвимся.
Я что, это вслух сказал?
Сейчас Снежная королева окатит меня своим фирменным ледяным презрением.
Аня
Я знаю, что нужно мужикам: упругая задница, стоячие сиськи и – круглосуточное восхищение. Смотреть им в рот, с трепетом внимать каждому слову, поражаться их незаурядному уму и опыту.
А главное – безмерно восхищаться тем, что у них в штанах.
Они-то не сомневаются, что их члены достойны поклонения. Ох ты ж блин, какая огромная и классная штука! Никогда такой не видела. Можно поиграть? И он такой: о, да, детка. Так уж и быть, разрешу тебе его потискать.
Пф-ф-ф!
Иногда мне кажется, что у мужиков в голове одна извилина, напрямую соединенная с яйцами. И циркулируют по ней не мысли, а сперма.
Так вот, к слову об упругой заднице. В последние два года я не вылезаю из спортзала. Я достигла такой великолепной формы, что сама себя хочу, когда смотрю в зеркало. Что совсем неудивительно после полугодового воздержания.
Мой последний раз был с одним, как мне тогда казалось, перспективным молодым человеком. Но уже через две недели я поняла, что жестоко ошиблась – он такая же тряпка, как все остальные.
Мы расстались. Он рыдал.
Я никогда в жизни не выглядела так потрясающе, как сейчас! Поэтому Демид, известный ценитель безупречных моделей, пускает на меня слюни.
Мне двадцать восемь, это немного. Но и не мало. Я на два года старше Аленки, а у нее уже есть ребенок!
Демид обычно тусуется с двадцатилетними, его максимум – двадцать пять. Я для него недостаточно юна. Он даже как-то мне на это намекал… Самодовольный хам! Так и треснула бы его по наглой роже.
Но сейчас, насколько я могу судить, у него железный стояк на мою двадцати восьмилетнюю задницу. Что ж, на безрыбье и рак рыба. А безрыбье я ему организовала, пустив слух об экзотической болезни. Он панически боится что-нибудь подцепить!
А сегодня он подцепит меня.
Кстати, если я могу осуществить задуманное, то вполне успею родить до тридцати. Как и планировала. Да, я люблю все планировать. Не переношу бардак и хаос. И сегодня в моем плане на день последним пунктом стоит секс с Демидом.
– Пошли ко мне в номер, порезвимся, – выдала моя жертва.
Так просто? Я всего лишь прошлась перед ним в мини-шортиках, и он готов закопать топор войны?
Я же говорила: одна извилина.
Сейчас я ошарашу его своим согласием. Он же на него не очень рассчитываешь, правда, Демид?
– Пошли, – произнесла я. – Порезвимся.
– Да шучу, шучу. Я помню: ты не спишь на первом свидании.
Вот, блин! Прошлое настигло меня в самый неподходящий момент. Он принял согласие за издевку, за мой обычный подкол.
Что же делать? Не уговаривать же его теперь, не убеждать, что я не шучу, а всерьез готова порезвиться. Маска стервы и язвы, которую я носила перед Демидом последние полтора года сыграла со мной злую шутку.
– И все же я спрошу, – продолжил он. – Чего ты сегодня весь день на меня пялишься?
– Пусть это останется моей маленькой тайной.
Да, так будет лучше.
Надо сменить тактику. Он охотник, а не дичь. Так что не надо показывать свой интерес, надо убегать. Чем дольше ему придется за мной гоняться, тем более желанной добычей я для него буду.
Больше страсти – больше попыток – больше шансов зачать ребенка.
До ночи время есть.
И да, пойти к нему в номер сейчас было бы неправильно. Слишком мало времени. Вечером детский праздник, мы не можем его пропустить. Придется делать перерыв в секс-марафоне. А потом… да мы сто раз успеем вдрызг разругаться!
Лучше позже начать и продолжать до самого утра. А пока – надо использовать все возможности, чтобы распалить его еще больше.
Приготовься побегать, мой дикий охотник!
Глава 2
Демид
Я поклялся себе не связываться со Снежной королевой. И успешно держал слово полтора года. Но сегодня…
Сегодня мой змей поднял бунт на корабле. Он требует секса и зрелищ! Сначала зрелищ – я хочу сорвать с нее эти тряпочки, которые прикрывают стратегически важные места, дразня мою грязную фантазию. Сорвать и посмотреть. Для начала.
О, да! Я люблю смотреть.
Она стоит рядом, держит свой безалкогольный мохито. Поворачивается к бармену, просит добавить еще льда. Он отходит к холодильнику, копошится там.
Я не могу оторвать глаз от ее шеи. Ее темные волосы сегодня подняты вверх и закреплены заколкой, шея выглядит непривычно обнаженной, беззащитной. Так и хочется положить на нее свою ладонь, сжать и надавить. Поставить Снежную королеву на колени, освободить томящегося в застенках плавок змея и…
Я смотрю на тесемки ее купальника, завязанные на шее в красивый узелок. Если потянуть за веревочку, узелок развяжется. Тряпочки упадут. Я увижу эти упругие сиськи целиком. Интересно, какие у нее соски? Думаю, небольшие, розовенькие. Как я люблю.
Моя рука тянется к тесемке. Сама! Бунт на корабле захватывает и другие конечности.
Я осторожно дергаю за веревочку. Узел начинает распутываться, тесемки, как две змеи, ползут по ее шее…
– Вау! – слышу я восхищенный вопль бармена.
Черт! Я про него совсем забыл!
Он стоит, разинув рот и уставясь на сиськи Снежной королевы.
Пока я переводил взгляд на него и обратно, она успела подхватить спадающий лифчик и удержать его на груди.
Блинский блин! Я так и не успел увидеть ее соски! А этот смазливый юнец – успел.
Бормочет что-то про бьютифул и лавли, пускает слюни, кладет лед мимо бокала. Что, офигел от вида снежных сисек? Я бы сам с удовольствием офигел. Но что-то пошло не так…
Снежная королева снова завязывает узел, обернувшись ко мне. Смотрит укоризненно, как она умеет.
– Что? – восклицаю я. – Я ни при чем.
– Не сомневаюсь в этом.
Она берет в рот коктейльную соломинку, втягивает в себя мохито и игриво пялится на бармена. Улыбается ему. А он изо всех сил строит ей глазки. Наглый сопляк! Так и пнул бы его под зад.
Да ему же лет двадцать максимум, или даже восемнадцать. А все туда же!
Не королевское это дело, мутить со щенками. Тем более, когда рядом есть опытные псы…
Я наклоняюсь к Ане, шепчу ей на ухо:
– Ты знаешь, что у всех местных сифилис?
– Зараза к заразе не пристает? – усмехается она.
Пишет что-то на бумажке, протягивает довольному молокососу… Она что, телефон ему дала? И собирается дать кое-что еще?!
Этому сопливому мальчишке точно не под силу растопить ледяную пещерку Снежной королевы, устроить там потоп и адский пожар.
А я могу.
О, я бы устроил ей настоящий армагеддон…
Аня
Демид уже распускает лапки. И бесится от ревности, глядя, как я улыбаюсь юному бармену. Что, съел? Может, я тоже люблю помладше. Посвежее.
Тебе-то, кстати, уже почти тридцать пять. Стареешь. А все носишься, задрав хвост, строишь из себя одинокого волка. Какой ты волк? Ты просто кобель!
Вот из-за таких, как ты, нам, женщинам, приходится рожать и растить детей в одиночку!
Ага, Демид пьет мохито и жует креветки. Молодец.
Подкрепиться полезной едой не помешает. Морепродукты – прекрасный афродизиак.
Давай, давай, жуй. И не надо скалиться на меня своими белыми зубами!
Отличные зубы, кстати. Настоящие, хотя можно принять за виниры – настолько ровные и идеальные. Прекрасные гены! Таким, как он, обязательно надо размножаться. Этим мы сегодня и займемся.
А сейчас мне не до него, на другой стороне бассейна появился самый прекрасный мужчина на свете. В него я влюблена безоглядно. Я таю, когда он на меня смотрит. А когда обнимает… я просто уношусь на небеса!
И пусть он принадлежит моей подруге Аленке, а я могу лишь иногда быть рядом….
Мое сердце отдано ему!
– Кто тут у нас проснулся?
Я присела перед сонным недовольным Егоркой, который упорно отбрасывал Аленкину руку и хотел идти сам. Он так смешно ходит, как маленький медвежонок с толстой, но прекрасной попой!
Мой самый любимый мужчина. Он лучше всех. Я его обожаю! Я готова его съесть!
– Егорка проснулся! – сообщила я ему.
И почувствовала, как мое лицо расплывается в улыбке.
Он посмотрел на меня, как на идиотку. Иногда у этого малыша такой серьезный вид, что мне неловко с ним сюсюкать. Ему всего годик, но уже сейчас можно сказать: он вырастет в бесподобного мужчину. Трепещите, девчонки!
Он похож на Мирона. И, немного, на Демида – ведь они с Мироном дворюродные братья. Может, поэтому я и выбрала его на роль осеменителя.
Я хочу такого же чудесного малыша!
– Он почти не ел, – вздохнула Аленка.
Чмокнула сына в макушку, попыталась усадить в манеж… куда там! Дальше нам пришлось разговаривать на бегу. Этот медвежонок переставляет свои лапки с космической скоростью! То бежит, то падает и ползет на четвереньках, но не останавливается ни на секунду.
– Наверное, не ест, потому что жарко, – предположила я.
– Надеюсь, сейчас побегает и проголодается. Слышала? Он говорит: “акула”! Выучил новое слово!
Мирон с Аленкой уверены, что у них растет восьмое чудо света. И все, что делает их сын – абсолютно гениально. Я в этом тоже ни капли не сомневаюсь. А вот Демид… по-моему, он боится Егорку. Не помню, чтобы он когда-нибудь брал его на руки или играл с ним.
Он всегда держится в стороне и смотрит с опаской, как будто ожидает внезапного нападения. Ага, малыш в любую секунду может на тебя срыгнуть или забросать грязными памперсами. Бойся его!
– Посмотришь за ним? – попросила Алена. – Я схожу узнаю, что там с тортом.
– Конечно!
Я всегда готова побегать за самым прекрасным мужчиной на свете!
Мы с Егором носились возле бассейна, между шезлонгами, по игровой площадке. Кроме нас тут никого не было. Мирон выбрал для отдыха уединенное место: остров с несколькими бунгало, стоящими прямо на пляже, с общим большим бассейном, рестораном и баром. Остальные отдыхающие загорают возле своих бунгало, и мы у бассейна одни.
Егорка несколько раз пробегал мимо Демида, смотрел на него, наверное, хотел с ним поиграть. А тот – ноль эмоций.
Не представляю, как можно игнорировать это маленькое чудо!
В конце концов Егорка врезался в колени вставшего на ноги Демида и упал. Тот поднял его… Надо было видеть, как он держит ребенка! На вытянутых руках, максимально далеко от себя. Как будто это бомба с часовым механизмом!
Неужели ему не хочется прижать малыша к себе, потискать?
У этого человека точно нет сердца!
Демид
Потрясающее зрелище. Сиськи подпрыгивают, попа того и гляди выскользнет из мини-шортиков. Бегай, бегай, детка. Я надеюсь, сегодня тебе доведется еще и попрыгать. На моем озверевшем от одиночества члене.
У меня грандиозные планы на сегодняшнюю ночь. Ты участвуешь. Хоть пока и не догадываешься об этом.
Я уже кое-что придумал. Что поможет мне заманить тебя в мою постель.
Егор врезался в меня и упал под ноги, пришлось его поднять. Я не знаю, как обращаться с детьми, боюсь что-нибудь им сломать или испортить. Они такие маленькие, хрупкие и выглядят совершенно не приспособленными к жизни.
– Не бойся, не укусит, – буркнула Снежная королева, забирая у меня Егора.
В процессе передачи ее грудь слегка потерлась о мой бицепс. А я только что нечеловеческим усилием воли уложил своего змея! Естественно, он тут же восстал, мне пришлось снова плюхнуться на шезлонг.
Буйная парочка уселась неподалеку, они начали возиться, барахтаться, весело хохотать… Я услышал:
– А кто тут у нас самый красивый? И самый умный? Кто самый прекрасный мужчина на свете?
Что-то мне подсказывает, что это она не обо мне…
Самый прекрасный мужчина не растерялся и начал стягивать со Снежной королевы лифчик. Я офигел. Парень-то не промах! Знает, что делает. Оттянул ткань, положил на грудь свою ладошку…
Блин, я тоже так хочу!
Аня хохочет, отбивается.
– Малыш, я не могу тебя покормить! Я не мама.
Егорка не отступает, и я за него болею. Давай, сорви с нее эти тряпки!
Но пришла Алена и все испортила.
– Он все-таки проголодался, – услышал я. – Пойдем кушать кашку.
Егора увели. Ему повезло увидеть и даже потрогать сиськи Снежной королевы.
Сегодня все на них глазеют, кроме меня!
Аня вздохнула, откинулась в шезлонге, схватилась за очередной стакан с ледяным безалкогольным мохито. Пьет его целыми днями, чтобы не растаять.
Мохито без рома… А если незаметно подливать туда ром?
Станет ли надменная Снежная королева покорной и ласковой?
Глава 3
Аня
Все идет по плану. Притом, что о плане я на время забыла, отвлеклась.
Я бегала с Егоркой не для того, чтобы завлечь Демида. Все получилось само собой. И забег в купальнике, и невольный стриптиз с помощью голодного Егорки. Аленка все еще кормит его грудью, правда, только по ночам. Поэтому он на меня и набросился – увидел во мне еду.
Ну а Демид в это время пускал слюни… превосходно!
Скоро начнется наш милый семейный праздник, а пока можно и отдохнуть. Я допила мохито, прикрыла глаза, хотела расслабиться… Но рядом раздался громкий всплеск, как будто в бассейн упал бегемот.
А, нет, не совсем бегемот. Мирон. Вынырнул, на лице – блаженная улыбка.
– Эх, красота! – выдал он. – Прекрасно выспался.
– Ты дрых? – переспросил Демид.
– Последнее, что помню – укладывал Егорку спать. Рассказывал сказку.
– Ага, рассказывал, – хихикнула Аленка, появившаяся у бассейна с Егоркой на руках. – В конце ты поведал нам о том, как колобка съела акула!
– У меня креативный подход.
– А Егор теперь знает новое слово!
По-моему, то, что бормочет Егорка, не очень похоже на слово “акула”, но родителям, конечно, виднее.
Мирон вылез из бассейна, схватил сына, закружил. Тот завизжал от восторга.
– Осторожнее, он только что поел, – заволновалась Алена.
– Ничего, мы аккуратно.
Алена, улыбаясь, смотрела на своих мужчин, и в ее взгляде было столько любви и нежности, что я тихо умирала от зависти.
В моей зависти нет ничего черного. Она белая и чистая. Я очень рада за Аленку, я от всей души желаю, чтобы у нее всегда все было хорошо. У всех них. Я люблю этих троих, как родных.
И почему Демид не такой, как Мирон?
Он не любит детей, не хочет семью… Ну и фиг с ним! И со всеми остальными мужиками, которые тоже не такие, как Мирон. Мне надоело искать. Я очень-очень хочу ребенка.
Я не могу ждать!
О, Демид принес мне мохито. Какой галантный кавалер! Это на него непохоже. Мой план работает. Он на крючке.
У меня все под контролем.
Демид
Прокатило. Снежная королева пьет свой мохито с двойной порцией льда и ромом, и даже ухом не ведет. Не заметила.
Это прекрасная идея. Я видел, как она отрывалась на свадьбе Аленки и Мирона после нескольких бокалов шампанского. Она была веселой, раскрепощенной, безбашенной… Совсем не снежной.
И я тогда очень жалел, что поклялся держаться от нее подальше. Тому были причины… Они и сейчас есть. Но сейчас мне пофиг на все! Это будет просто одна ночь.
Мне нужна эта ночь!
Аленка хлопотала, готовилась к детскому празднику. Шарики, свечи, красиво упакованные подарки, среди которых есть и моя коробка.
Как будто Егора волнует, что ему сегодня исполнился год. Да он воообще не в курсе, что происходит! Алена позвала гостей: немецкую пару с двумя малышами и наших соотечественников с девочкой постарше Егора. Собрали всех детей, каких смогли найти на острове.
Снежная королева убежала переодеваться, я тоже сходил к себе. Принял душ, надел рубашку и шорты. Проверил свой запас презервативов. Окинул взглядом комнату. Пойдет. Кровать большая, с хорошим матрасом. Есть широкий подоконник и диван с удобной спинкой.
Я представил, как Снежная королева, абсолютно голая, стоит на этом диване раздвинув ноги, на коленях, спиной ко мне, держась за эту удобную спинку… Держаться придется, я буду беспощаден!
Вернувшись к бассейну, я обнаружил, что вечеринка уже началась. Прекрасно. Рад, что меня не стали дожидаться. Мирон в курсе, что я не испытываю энтузиазма по поводу детских праздников. Не знаю, как он сам их переносит.
Не к таким вечеринкам мы с ним привыкли! И не надо мне лить мне в уши, что он не скучает по былой веселой жизни. Я в это не верю.
Иногда я вижу в его глазах что-то вроде тоски дикого зверя, посаженного в клетку.
Так, а где Снежная королева? Ага, вот она. Несет торт. Выглядит довольной и счастливой. На ней цветастое платье с открытыми плечами. И, как не странно, в платье она выглядит еще более сексуальной, чем в купальнике.
О, да! Это платье для секса. Сверху оно держится на резинке, никаких лямок. Нужно просто потянуть вниз – и сиськи на свободе. А еще его можно задрать, легко и быстро. От этих мыслей мой затаившийся змей начал вылезать из укрытия, натягивая парусом шорты.
Спокойно. На детском празднике моя эрекция крайне неуместна. Не надо пока смотреть на соблазнительную Снежную королеву. Лучше полюбоваться морем.
У него сейчас такой же штормовой цвет, как у ее глаз на нашем первом и последнем свидании. Она тогда разозлилась на меня так, что чуть не разбила о мою голову бутылку шампанского. Ей очень хотелось, я видел.
Сейчас она выпьет еще один мохито, и тогда можно будет к ней ненавязчиво подкатить. Поговорим о том, какие тут необыкновенно крупные звезды. Потом пойдем к морю смотреть на стихающий шторм. Все будет романтично.
До тех пор, пока она не окажется в моем бунгало. А потом я закрою дверь на замок и… устрою ей армагеддон.
Дикий и беспощадный секс, никакой романтики и никаких обязательств.
Так все и будет. Мой план сработает.
У меня все под контролем.
Аня
Самая лучшая поза для зачатия – миссионерская классика. Я лежу на спине, он лежит на мне и совершает поступательные движения. В момент эякуляции вся сперма оказывается внутри и остается там…
Блин, как бы сделать так, чтобы на нем не было презерватива? Я, конечно, натыкала дырочек и очень надеюсь, что ушлые спермотозоиды сквозь них просочатся.
Не подведите меня, парни, на вас вся надежда!
Но было бы куда лучше, если бы этих парней было не несколько штук, а огромная толпа. Они бы наперегонки рванули к моей яйцеклетке, а выиграл бы самый быстрый и перспективный. Чем больше парней, чем выше конкуренция – тем лучше.
Можно сказать Демиду, что я на таблетках. Но я знаю, что заразы он боится не меньше, чем незапланированной беременности. Если я просто скажу ему, что абсолютно здорова, он поверит? Блин, надо было справку взять.
Ха-ха.
Представляю этот момент. Он срывает с меня одежду, а я сую ему справку. Дорогой, расслабься, у меня нет триппера и гонореи.
Он же знает меня полтора года, должен понимать, что я не из тех, кто таскается где попало и может подцепить подобные болячки!
Может, он все-таки оставит свою паранойю, поверит в сказки про таблетки и обойдется без скафандра?
Да-а-а. А потом, когда все закончится, рекомендуется полежать на животе, задрав ноги вверх. А еще лучше – встать в “березку”.
Обязательно так и сделаю! И плевать, что обо мне подумает Демид.
Когда все закончится, он мне будет не нужен.
Демид
Я тоже выпил два мохито, так что мы на равных. Хотя… я не чувствую в крови алкоголя. Там циркулирует сперма. Мои яйца так переполнены, что я явственно слышу звон. А от созерцания резвящейся Снежной королевы в секси- платье, у меня уже час непрекращающийся стояк.
Мой огненный гранатомет готов залить все раскаленной лавой, его разрывает, он на пределе.
Детишек уводят спать, но Анечка хочет веселиться. Я вижу это по ее блестящим от мохито глазам и пританцовывающей походке.
– Сейчас бы в клуб, – произносит она.
– До ближайшего клуба час на катере, – говорю я.
Даю змею команду: “лежать!” и встаю в шезлонга.
– Прогуляемся к морю?
Снежная королева смотрит на меня с какой-то странной улыбкой.
Никогда она на меня так не смотрела. Наверное, это ей мохито ударило в голову. Как и планировалось.
– Пошли! – говорит она.
И бежит вперед.
Легкий бриз треплет подол ее секси-платья, она наклоняется, чтобы расстегнуть сандали… Боги, как удержаться и не наброситься на нее прямо здесь, прямо сейчас?
Нельзя. Спугну.
Но со стояком я ничего поделать не могу. Никакие команды: “Лежать” больше не утихомирят торчащего вверх удава, готового к нападению. Какой там лежать, когда ему такое показывают!
Он уже мысленно там – в ледяной пещерке Снежной королевы. Плавит ее активным трением, высекает искры… в общем, зажигает.
Зажечь Снежную королеву – задача не из легких. Она уже полтора года испытывает ко мне только одно чувство – яростную злость.
Но сегодня все будет легко. Она готова. Она – легкая добыча. Мохито сделал свое дело.
Мой хитрый план сработал.
Аня
Ну вот, он уже бегает за мной, как щенок. Я заманила его на пляж… то есть он сам предложил, но все равно. Я его заманила. Весь день заманивала – с того самого момента, как убедилась, что у меня овуляция.
Нет, он не щенок. Он – племенной бычок.
Хи-хи.
Почему мне так весело? Почему хочется бегать босиком по песку, танцевать и смеяться? Я же серьезным делом собираюсь заняться. Очень важным и ответственным делом.
Секс на пляже… романтично, но не очень удобно. Но можно начать и здесь. Пусть это будет первая попытка. А потом еще пара попыток, чтобы наверняка. Надеюсь, бычок меня не разочарует.
Надо снять с Демида рубашку и подстелить. Я лягу на нее, он сверху. Лучшая позиция для зачатия, как я уже говорила.
О, беседка. Но в беседке неудобно, там лишь стол и пара плетеных кресел. Никак не принять правильную позу.
Ой!
Демид меня догнал.
Подошел сзади, обнял. Боже, какой он горячий! Рубашка расстегнута, голой спиной я чувствую жар его кожи. А попой чувствую его огромный, напряженный, нетерпеливо трущийся об меня член.
Вот оно. Начинается. Нас ждет особая ночь.
Ночь, которая изменит все.
Надо только помнить…
Он убирает волосы с моей шеи сзади, я чувствую на его горячие губы. Его руки, до этого обнимавшие меня за талию, скользят вверх, к груди. Он накрывает полукружия ладонями, сжимает. А сам еще сильнее прижимается ко мне членом.
В голове шумит, как от шампанского. Боже…
Что там мне надо помнить?
Глава 4
Демид
Ах да, звезды. Романтика.
Поздно вспомнил. Поздно говорить о звездах, когда мой член почти добрался до ледяной пещерки.
Когда я увидел, как Аня вошла в беседку, бросила на стул свои босоножки и застыла, обхватив себя руками за плечи, я не выдержал. Все планы о романтичном неторопливом соблазнении вылетели из головы.
Не надо было самому пить мохито, может, тогда я бы лучше себя контролировал! Хотя кого я обманываю. Дело не в мохито.
Дело в ней.
Я хочу надменную Снежную королеву с того самого момента, как впервые увидел полтора года назад. На ней тогда было почти такое же сексуальное платье, как сейчас. Но сорвать его мне в тот раз не удалось.
Зато сегодня…
Аня не отталкивает меня, я слышу, как ее дыхание сбивается в тот момент, когда я начинаю целовать ее шею. Боги, какой аромат! Я всегда знал, что она пахнет жасмином, но сейчас я не просто вдыхаю этот терпкий запах, я ощущаю его вкус.
Ее грудь под моими ладонями. Я сам не верю, что наконец-то до нее добрался. Круглая, упругая, мне хочется сжать очень сильно… чтобы поверить в реальность происходящего.
Секси-платье. Сейчас и проверим, так ли легко оно тянется вниз.
О, да! Легко.
И вот уже кончики моих пальцев ласкают ее соски. Они маленькие, как я предполагал. И, наверное, розовые. Тут темно, но я попробую разглядеть.
Я поворачиваю Снежную королеву лицом к себе, усаживаю ее на стол, сам пристраиваюсь на стуле. И пусть мой змей уже прогрыз дыру в штанах и рвется в бой, он подождет.
Я буду смаковать вкус этих маленьких дерзких сосков. Они так долго дразнили меня, проступая под купальником, под платьем, под разными майками и блузками!
– М-м-м, – застонала Аня, вцепившись пальцами мне в волосы.
Именно. М-м-м! Божественный вкус!
Аня
Мне нужно было что-то помнить. Но я…
О-о-о!
Боже!
Где я? Кто я? Как меня зовут?
Он… он – Демид. Это я помню. А его язык… Это просто… О-о-о!
Нет, подожди, не останавливайся. Я хочу еще. Долго-долго. Вечно.
Хотя да. Можно и так. Можно и там…
Что он делает?
Я очнулась. Не совсем, но все же частично пришла в себя. Поняла, что Демид как раз сейчас натягивает презерватив, который достал из кармана своих шорт.
Презерватив. Способность соображать, кажется, начала ко мне возвращаться. Эту партию презервативов я истыкала иголками, поэтому… ладно. Давай продолжим. Я вся горю. Я хочу, чтобы ты…
Демид снова прижался ко мне. Его член уткнулся в мои трусики. Недавно под ними побывали его пальцы, но он их так и не снял. Только распалил меня до невозможности.
До невозможности терпеть и ждать!
Он застыл на пару секунд, я продолжала нетерпеливо тереться об него, не скрывая своего желания. Я бы не смогла его скрыть, даже если бы очень-очень захотела. Ну, давай уже! Вонзись в меня своим… таким огромным и даже немного пугающим агрегатом.
Но Демид меня удивил. Он положил руку мне на затылок, потянул к себе, убрал с моего лица волосы… и впился в губы яростным, каким-то даже злым поцелуем. Его губы раздвинули мои, язык властно проник в рот.
Это было так… жестко. Мою грудь он целовал нежно, его пальцы, забравшиеся в трусики, были осторожными и деликатными. А целуется он так, как будто хочет поцелуем убить! Ну, или по крайней мере выпить до дна.
Странно. Непонятно. Дезориентирующе.
Все еще целуя меня, Демид задирает платье. Отодвигает трусики, не потрудившись их снять.
О-о-о!
Его член, твердый, большой, горячий толкается в меня резко и быстро. Я обхватываю его бедра ногами, прижимаюсь. В первую секунду мне даже больно, но это сладкая боль. Я хочу еще! Пусть будет больно. Сильнее!
Мои руки – на его шее, вцепились в нее, царапая ногтями. Мои губы скользят по его колючему подбородку.
Он подхватывает меня под ягодицы, сжимает их, вдавливая меня в себя с бешеной силой. Темп нарастает, дыхание сбивается, в ушах стучит. Все куда-то исчезает. Я глохну, слепну… Запрокидываю голову вверх, почему-то мне сейчас очень хочется встретиться взглядом с Демидом.
Его глаза сверкают в темноте. Он смотрит на меня, и этот взгляд проникает в меня с такой же яростной силой, как и его член.
– Демид… – срывается с моих губ.
Еще несколько толчков, и я улетаю. В прямом смысле. Начинаю содрогаться, разжимаю пальцы, падаю… Но меня подхватывают его сильные руки.
Я прижимаюсь к нему, утыкаюсь носом в его грудь. Он горячий, потный, пахнет… мужчиной. Настоящим, диким, невыносимо желанным мужчиной.
Он обнимает меня, я трясусь, как в лихорадке. А еще мне хочется плакать.
Почему? Понятия не имею.
А, вспомнила. На излете сногсшибательного оргазма ко мне вернулась память.
– Это была неправильная поза, – шепчу я.
Аня
Передо мной максимально удивленные глаза Демида.
– Что? – переспрашивает он.
– Ничего.
– Что было неправильно?
Я отвожу взгляд, снова утыкаюсь носом в его грудь. Я все еще сижу на столе, он все еще меня обнимает и прижимает к себе.
– Я исправлюсь, – произносит он. – Не сомневайся. Две недели без секса… Поэтому все так быстро.
Быстро? Ну, не знаю. Быстро или долго… не могу сказать. Это было за пределами времени.
– Подумаешь, две недели, – брякнула я. – Я полгода этим не занималась, и ничего.
Неужели я не могу заткнуться? Просто помолчать!
Кажется, мои мозги смыло волной убийственного оргазма, и теперь язык живет своей жизнью. Болтает, что ему вздумается. Я так и свой главный секрет могу выболтать!
Определенно, я должна заткнуться.
Это очень трудно. Во-первых, мне хочется плакать. Во-вторых – говорить. Рассказать обо всех своих бедах. Обо всех, да!
И удержаться от этого я могу лишь одним способом – внезапно осенило меня.
Я освободилась из объятий Демида. Скользнула вниз.
Демид
О, боги! Я и не мечтал о таком. Представлял неоднократно, да. Каждый раз, когда надменная Снежная королева окатывала меня ледяным презрением или пыталась пронзить своими ядовитыми ледяными стрелами. В такие моменты я представлял, как она опускается передо мной на колени, обхватывает губами голову змея и сливается с ним в глубоком горловом поцелуе.
Представлял, но даже не мечтал, что это сбудется!
И вот сейчас Снежная королева добровольно опустилась на колени и положила свою ладонь на мой член. Этого оказалось достаточно. Змею не нужно объяснять, что его ждет. Пораженный и воодушевленный, он мгновенно вскочил, нацелившись в ее пухлые манящие губы.
Она их облизнула. Увидев острый кончик ее язычка, змей раздулся еще больше и сделал резкий бросок вперед.
Она облизала его, как эскимо. Осторожно, но с аппетитом. А потом… мне показалось, она решила откусить ему башку! Но нет. Просто пугает. Покусывает, посасывает, дразнит. Обхватывает губами…
О, май гад! Это даже лучше, чем я представлял! Гораздо лучше.
Особенно, если грубо взять ее рукой за волосы. Особенно, когда она поднимает взгляд и смотрит на меня с членом во рту.
Это просто праздник какой-то! Воплощение моих грязных фантазий…
Аня
Пока мой рот был занят, у меня было время подумать.
Я совершенно напрасно призналась Демиду, что у меня полгода не было секса. Теперь не могу сказать, что я на таблетках. Какая идиотка будет пить таблетки в отсутствие половой жизни? То-то и оно. Моя легенда провалилась.
Остается надеяться на дырки в презервативах и на то, что в какой-то момент Демид о них забудет. Или мне удастся снять презерватив в процессе. Это непросто, но я регулярно делаю упражнения Кегеля.
Колоть орехи я, конечно, не могу – моя маленькая подружка не настолько зубаста. Но стянуть презерватив… может, и получится. Если сильно постараюсь.
Так, от орального секса детей не бывает, поэтому надо переходить к настоящему.
Сейчас, еще секундочку. Он такой… гладкий и упругий. На вкус почти как эскимо… в фольге. И отзывчивый на мои ласки, милаха. Так и ластится к губам. Даже жалко с ним расставаться.
Но мы с тобой еще пообщаемся. Очень плотно и жестко. Помнишь? Упражнения Кегеля!
Демид за пару секунд натянул презерватив и хотел снова усадить меня на стол. Но я воспротивилась – это неправильная поза!
– Нет, не так…
– Любишь командовать? – усмехнулся он.
– Я… да… а-ах!.
Он резко развернул меня к себе спиной, наклонил, стянул, наконец, трусы – и уже через секунду был у меня внутри.
– Ох, – снова вырвалось у меня.
– Вот именно, – услышала я за спиной. – У кого член, тот и командует.
Мужчины и их члены! Носятся с ними, как курица с яйцом. Гордятся, пыжатся, дают им имена. Подумаешь, член. Это всего лишь кожаный отросток… То есть…
– О-о-о! – не смогла я удержаться от стона.
– Да, детка!
Что этот отросток сейчас вытворяет у меня внутри! Он вонзается в меня под таким углом, что трется о самые чувствительные места, и с такой силой, что заполняет меня, кажется, до самого горла…
Демид шлепает меня по попе, и это невероятно заводит. Он сжимает мои ягодицы, скользит руками по спине, тянется к груди и находит затвердевшие от адского возбуждения соски. Проводит пальцами по моим губам, я впиваюсь в них зубами, пытаясь сдержать громкий, рвущийся из самых глубин стон.
Теперь его пальцы на других моих губах. Движутся в том же бешеном ритме, что и этот… прекраснейший из отростков!
У меня темнеет в глазах. Все уплывает. Меня смывает волной наслаждения, я кричу, уже не сдерживаясь.
Демид, положив руки мне на плечи, содрогается сзади. Я надеюсь, что его юркие спермотозоиды сейчас вылезают через сделанные мной проколы и на всех парах несутся к моей яйцеклетке. Чтобы слиться с ней в экстазе.
И, я верю, ей сейчас так же хорошо, как мне…
Глава 5
Аня
Я перевернулась на спину и попыталась лечь на стол. Не получилось. Либо голова свешивается, либо попа сползает. А уж задрать вверх ноги – вообще не вариант. Разве что положить их на Демида…
– Мне нравится ход твоих мыслей, – говорит он, укладывая мои ноги себе на плечи.
И снова задирает мое платье чуть ли не шеи.
– Нет, – шепчу я. – Я просто отдыхаю.
– Отдохнем в моем бунгало, – заявляет он.
И подхватывает меня на руки.
Я обнимаю его за шею – а куда еще девать руки? Он несет меня, его глаза так близко… Слишком близко! Я вдруг вспоминаю, что я – коварная стерва, которая тут не любовью занимается. А осуществляет хитрый план.
Мне становится стыдно, я отвожу взгляд. Кладу голову ему на плечо, это не только избавляет меня от необходимости смотреть в глаза, но и дает приятное ощущение безопасности.
Все же как хорошо, когда тебя несет на руках сильный мужчина! Чувствуешь себя слабой, маленькой, хрупкой… У него есть член, значит, он главный, значит он обо всем позаботится.
Но конкретно этому мужчине нужен только секс! Он не хочет ни о ком заботиться. Ни обо мне, ни о моем будущем ребенке. Моем, а не нашем!
Чувство вины смыло волной гнева. Я разозлилась на Демида, как злюсь уже полтора года.
– Чего пыхтишь? – спросил он.
– Я не пыхчу!
– Ну, шипишь.
– Меня от тебя тошнит, – выпалила я.
– Так это не от меня. Это от рома. Может, я перестарался…
– От какого еще рома? Я не пила ром!
– Пила. Он был в мохито.
– Ты… Это ты сделал?
– Ага.
Я задергалась, хотела вырваться из его объятий. Но он держал меня крепко, и при этом продолжал идти. Я тут брыкаюсь изо всех сил, а ему хоть бы что! Держит меня своими железными ручищами, как будто и не замечая моего недовольства.
Он все испортил! Я два месяца не брала в рот спиртного, вела исключительно здоровый образ жизни, готовилась к идеальному зачатию, а он..
Но это меня, конечно, же не остановит. Скорее, наоборот. Я ему сейчас устрою!
Демид сменил позу – взял и забросил меня на плечо.
– Ты… Я тебя ненавижу!
Я колотила его кулаками по спине. А он гладил меня по голой попе!
– Я знаю, детка. Сейчас дойдем – и ты покажешь мне, как.
Демид
И она показала.
Набросилась на меня, как безумная. Вот это, я понимаю, ненависть!
Давай, ненавидь меня до самого утра!
Я едва успел надеть презерватив, как она приземлились на моего змея и начала вытворять такое… Я офигел. Потом охренел. И снова троекратно офигел.
У нее там что, зубы? Сжимает змея так, что того гляди откусит ему башку. Садится, приземляясь своей упругой попкой на самые яйца, делает захват, поднимается, выжимая его, как тряпку.
А теперь она остановилась. Приподнялась. Потянулась к моим губам. Перерыв на поцелуи? Ну ладно…
Это было недолго. Что это вообще было? Внезапно прервав поцелуй, она снова меня оседлала.
Ох… Я так долго не протяну! Со мной еще никто такого не проделывал. Она действует, как профессионалка. Но у нее полгода не было секса. Как такое может быть? Почему?
У меня когнитивный диссонанс…
И запредельный оргазм!
Она скатилась с меня, перевернулась на спину, подняла ноги вверх… Что она творит?
Аня
У меня получилось!
Для начала, я не дала ему времени нормально натянуть презерватив. Набросилась на него, толкнула на кровать, прыгнула сверху. Да, это не лучшая поза для зачатия. Но прекрасная для того, чтобы, используя тренированные мышцы влагалища, снять с члена не до конца надетый презерватив.
И я его сняла! Он остался внутри меня. Демид ничего не заметил. Пока я с ним целовалась, мне удалось избавиться от презерватива.
А уж потом… я дала жару!
Я думала только об одном: сразу, как он кончит, я сожму мышцы и перевернусь на спину. Не дам вытечь из меня ни одной драгоценной капле!
Все прошло по плану.
Я перевернулась. Вот только встать в “березку” у меня не получилось – не осталось сил. Ноги дрожали, во всем теле была такая легкость и слабость, что, казалось, я сейчас воспарю в воздух.
Сейчас, сейчас. Я немного отдышусь и попробую еще раз. Раз это может помочь зачатия, то я это сделаю!
Демид
Так, а где мой презик? Неужто слетел?
Вообще не удивительно, учитывая, что вытворяла Снежная королева. Пожалуй, после сегодняшней ночи я перестану ее так называть. Она не снежная – она самая огненная штучка из всех, кого я когда-либо встречал. Адский фейерверк и бешеная комета в одном флаконе.
И, чем сильнее она меня ненавидит, тем горячее становится. Кто бы мог подумать, что ненависть так заводит… Я! Я давно это знал.
– А где… – начал я, решив все же выяснить судьбу презерватива.
Но она меня перебила.
– Сядь, – скомандовала Аня. – Сюда.
Я повиновался. Вообще я предпочитаю доминировать. Но иногда, для разнообразия, можно и подчиниться. Ровно до того момента, пока мне это не надоест.
Она положила ноги на мои плечи. Ладно. Хочет продолжения? Сейчас. Пару минут отдохну и – снова в бой.
Я погладил ее лодыжки, бедра. Какие длинные, стройные ножки! В таком ракурсе выглядят необычно. Мне нравится. А еще больше мне нравится то место, из которого они растут.
Моя рука скользнула под ее попу. Какое блаженство ощущать в ладони эту упругую половинку!
Кажется, я уже отдохнул. Змей поднял башку, чтобы посмотреть, что я там так самозабвенно лапаю.
– Просто посиди, – услышал я строгий голос Ани.
– Но…
– Ноги дрожат. Устали. Так удобно.
Ах, вот в чем дело! Понятно.
Ладно, пусть немного отдохнет. Надеюсь, она не думает, что на этом все?
Я сел поудобнее, поджав под себя колени. Лицом к ней. Ее ступни на моих плечах, она вся передо мной. Лежит, на губах играет легкая улыбка. Я – причина этой улыбки.
Тоже интересно. Не все же ее бесить.
Мне нравится эта поза. В такой приятно даже просто отдыхать.Какие виды открываются! Какие ракурсы! Я впитываю их глазами, отпечатываю на сетчатке. Буду вспоминать одинокими… ну, или не очень одинокими, зимне-летними вечерами.
Я кладу ладони на ее ступни, прижимаю их к своим щекам. Поворачиваю голову, целую ее маленькие аккуратные пальчики. Она смотрит удивленно.
Я массирую ее ступни, нежно, аккуратно. Пусть расслабится. Отдохнет. Но спать не надо!
Снежная королева закрыла глаза. Наслаждается массажем. Максимально расслаблена. Хороший момент, чтобы задать ей вопрос, который волнует меня последние полчаса.
– А почему у тебя никого не было полгода?
Она бросает на меня сердитый взгляд. Как будто хочет сказать: ты все испортил! Да, пожалуй не стоило. Можно было и помолчать. Хотя…
– Мы тут трахаемся или беседуем по душам? – сердито произносит она.
Я не могу удержаться от смеха.
Узнаю Снежную королеву! Люблю смотреть, как она злится. В эти моменты мне особенно сильно хочется ее трахнуть. А, впрочем, этого мне хочется всегда.
Да, детка, мы тут трахаемся!
Когда ты такая злая, мне так хочется… да хотя бы сделать вот так!
Я скольжу пальцами по внутренней стороне ее бедра, подбираюсь к заветному местечку.
– Нет, – говорит она.
И пытается соединить ноги.
– Да, – говорю я.
И продолжаю движение. Она издает невнятный протестующий звук, и я останавливаюсь. На самой границе.
Потом продвигаюсь еще на несколько миллиметров, касаясь нежной кожи самыми кончиками пальцев. Двигаюсь вверх, вниз, рисую овалы. Перехожу к знаку “бесконечность”. Рисую его медленно, очень медленно.
Когда мой палец оказывается в центре этой “восьмерки”, Снежная королева перестает дышать. Я удаляюсь. Снова приближаюсь к центру… С ее губ срывается легкий стон. Я вижу, что она изо всех сил держалась, чтобы не застонать. Но не смогла. Она стискивает зубы, не хочет мне показывать, как ей хорошо…
Посмотрим, удержится ли она от громких стонов сейчас, когда на месте пальцев окажется мой шаловливый язык. Им я тоже умею рисовать знак “бесконечность”. Он будет символом этой ночи.
У нас будет всего одна ночь.
Никакой романтики, никаких обязательств. Просто секс и ничего больше. То есть, конечно, не просто секс! Жаркий, как адское пламя, убийственный, как взгляд Снежной королевы, безумный, как мои желания. Которые сегодня я хочу исполнить. Все до одного!
Эту ночь я хочу запомнить навсегда.
Особенно этот момент – когда Снежная королева стонет и выгибается, хватает меня за волосы и тянет к себе, содрогается и почти рыдает от счастья…
Глава 6
Аня
Все получилось, я чувствую это. Молодцы, головастики! Я знаю, вы все старались. Бежали наперегонки, толкались и дрались. Но с моей яйцеклеткой слился в экстазе самый сильный, самый смелый и, я надеюсь, самый красивый из вас.
Всем остальным – спасибо за участие.
Вчера, вернее, уже сегодня утром я очень хотела уйти в свое бунгало. Но просто не смогла. Не только потому, что Демид, засыпая, вцепился в меня мертвой хваткой. Даже если бы мне удалось выбраться из его объятий… я была не в состоянии даже встать!
Это ненасытное чудовище истерзало меня, превратило в безвольную тряпичную куклу. Я и сейчас с трудом шевелю конечностями. Поспать бы до вечера… Может, я так и сделаю. Только надо перебраться в свое бунгало.
Я сползла с кровати, принялась искать свое платье. Нашла. Но поняла, что надевать его не буду. Оно было истерзано так же, как я.
Проскользнув в ванную, я завернулась в халат Демида. Больше мне надеть нечего. Босоножки остались в беседке, трусы я где-то потеряла. Насколько я помню, там же. Надеюсь, уборщики выбросят их раньше, чем обнаружит кто-то из отдыхающих.
А сейчас мне надо выйти отсюда так, чтобы никто не заметил. Никто – это, конечно, Алена с Мироном. Афишировать, где я провела сегодняшнюю ночь, у меня нет никакого желания.
Перед тем, как выйти из бунгало, я в последний раз оглянулась на Демида, раскинувшегося на кровати. По-моему, пока я была в ванной, он сменил позу.
Лежит на животе, одна рука свисает с кровати, другой он как будто все еще обнимает меня. На простынях, сбившихся в комок, можно увидеть отпечаток моего тела. Как будто я все еще лежу там, рядом с ним.
Но нет. Я не с ним. Меня здесь почти уже нет.
Мне кажется, или его ресницы дрогнули? Может, он просыпается? Сейчас увидит меня, окликнет… Надо торопиться.
Но я почему-то еще немного помедлила на пороге.
Надо было выглянуть наружу, убедиться, что никого нет. Убедилась. Я выскользнула из бунгало, больше не оглядываясь. Несколько шагов – и можно идти спокойно. Мало ли откуда я иду! Может, ходила с утра на море.
Ага, и возвращаюсь с него сухая, взъерошенная, опухшая и помятая. Надо бы принять душ, прежде, чем снова завалиться спать.
Ну что ж, я могу ликовать. Все прошло по плану. Но, в то же время, совершенно не так, как я предполагала. .
Продумывая свой коварный план, я вообще не учла, что это может быть так… ошеломительно. Я собиралась делать ребенка. Я не планировала терять голову и умирать от наслаждения!
После того, как я достигла цели – сняла с Демида презерватив и, с его помощью, постояла в некоем подобии “березки”, можно было все закончить. Но это был далеко не конец.
Это было новое начало. Планов больше не было. Была бешеная, неконтролируемая, убийственная страсть.
Демид
Я видел, как она уходила. Заметил, что она нерешительно замерла на пороге, после того, как оглянулась. Как будто ждала, что я ее окликну. Мне очень хотелось вскочить, схватить ее в объятия, снова уложить в постель. Но я знал, что делать этого не нужно ни в коем случае.
Всего одна ночь.
Она была. Она прошла. На этом все.
Завтра утром мы улетим домой. Надо как-то пережить сегодняшний день, а потом все войдет в привычную колею. Мы будем также изредка встречаться у наших друзей. Но, пожалуй, я сделаю перерыв на несколько месяцев. Не буду попадаться на глаза Снежной королеве.
Потом, когда все окончатльено уляжется, можно будет и встретиться.
Мало ли, с кем я трахался. Я же их после этого не отстреливаю. Мы иногда видимся. С некоторыми я даже нормально общаюсь.
Секс – это просто секс.
Аня
Сегодня море успокоилось, надо накупаться напоследок. Плавать сил нет, поэтому я просто лежу в воде у берега, все больше размокая. У меня уже кожа сморщилась и просолилась так, что меня можно подавать к пиву.
Егорка уснул прямо в манеже под зонтиком на берегу, так что Аленка валяется рядом со мной. Мирон с Демидом снова занимаются проектом, хотя, вроде бы, вчера говорили, что все закончили. Но у Демида возникла новая идея, и они снова заняты.
Я его сегодня еще не видела. Возможно, он от меня прячется. Отсюда и новые идеи. Он что, меня боится?
Думает, что после всего, что было, я заставлю его на себе жениться?
Ха-ха. После всего, что случилось этой ночью, я сама буду бегать от него, как заяц от волка. И потому, что мне стыдно. А еще… а, неважно.
Я выползла из кровати лишь после обеда, сказала Аленке, что неважно себя чувствую, поэтому дрыхла так долго.
Так и есть. Несмотря на радость от того, что все прошло по плану, меня накрыла какая-то странная депрессивная грусть. Но это пройдет. Надо только пережить сегодняшний день. И завтрашний перелет. Не дай бог мне снова придется сидеть в самолете с Демидом. Восемь часов рядом с этим чудовищем – да ни за что!
– У Демида исцарапана шея, – задумчиво произнесла Аленка.
Я опустила голову под воду. Не рассчитала, уткнулась носом в песок, пришлось отплевываться и отмыватся.
Аленка смотрела на меня внимательно и задумчиво.
– И он тоже спал до обеда, – продолжила она.
– Зачем ты мне это говоришь?
Моя подруга с загадочным лицом пожала плечами.
– А почему бы мне это не сказать?
– Да пожалуйста. Говори, что хочешь.
– Если до этого я еще сомневалась, то теперь я уверена. Вы с ним…
– Нет! – воскликнула я. – То есть…. я ничего тебе не скажу.
– Почему?
Алена выглядела обиженной.
– Я всегда с тобой всем делилась! Всегда!
– Думаешь, я не хочу? Думаешь, мне легко переживать все это одной? Я очень хочу с кем-нибудь поделиться!
– Ну так я всегда рядом!
– Ага. А рядом с тобой – Мирон. Ты от него ничего не скрываешь. А он от Демида.
– Если это будет твой секрет, я смогу молчать!
– Не сможешь, – уверенно заявила я. – Выболтаешь случайно, и сама не заметишь.
– Нет!
– Да!
– Будешь думать об этом. А у тебя – что в голове, то и на языке.
– Не такая уж я болтушка, – упрямо и обиженно произнесла Алена.
– Ты не болтушка. Просто не умеешь врать и притворяться. За это я тебя и люблю!
Я обняла подругу.
– Так у вас с Демидом…
– Нет.
– Мне всегда казалось, что вы друг к другу неравнодушны. Было бы здорово, если бы вы начали встречаться…
– Тебе казалось. Ничего не будет!
То есть будет. Но совсем не то, что предполагает Аленка.
– Тогда о чем ты не хочешь говорить? – задала она вполне правомерный вопрос. К счастью, мне не пришлось на него отвечать.
Проснулся Егорка, мы побежали к нему. Я ни за что не хотела пропустить этот момент. Мне так нравится наблюдать, как он открывает сонные глазки, удивленно озирается по сторонам, хмурится… А потом начинает радостно улыбаться!
Безмятежная улыбка ребенка – чистое, абсолютное, ни с чем не сравнимое счастье. Скоро у меня будет такое же.
И с чего мне вдруг стало грустно? Все прекрасно! Вчера ночью во мне зародилась новая жизнь.Я так долго этого ждала…
Аленка ушла кормить сына, а я глубоко задумалась.
Что будет после того, как обнаружится моя беременность? Сообщу ли я всем, что это ребенок Демида? Как они к этому отнесутся, если учесть тот факт, что воспитывать его я буду одна?
Аленка возненавидит Демида, я не сомневаюсь. Мирон… не знаю. Наверное, проявит мужскую и братскую солидарность. Хотя… он так обожает Егорку, что, возможно, не одобрит поведение своего родственника. Когда Демид заявляет во всеуслышание, что не хочет иметь детей – это одно. А когда он на самом деле отказывается растить своего ребенка – это совсем другое.
Блин, а ведь я подставляю Демида. Из-за меня у него могут испортится отношения с самым близким другом, который, к тому же, его брат.
Но я еще ничего не решила. Может, я вообще никому не скажу, от кого ребенок. Даже Демиду. Хотя изначально у меня были другие планы, они могут изменится.
И все же он – типичный кобель. Затащил девушку в постель, а на следующее утро – в кусты! Обычно такие, как он, еще обещают позвонить, а потом, естественно, случайно стирают номер. И, конечно, всеми силами избегают встречи. Но это обычно. А мы тут на острове, не очень-то убежишь.
Может, поиздеваться над ним? Сделать вид, что после сегодняшней ночи я на что-то рассчитываю. Это может быть весело.
Посмотрим, как он будет выкручиваться!
Демид
Не то чтобы я от нее прятался… но встречаться особо не хотелось. Не люблю эти неловкие моменты на следующее утро. Девушки обычно ждут от меня того, что я им давать не собираюсь.
Я не вступаю в отношения. В “серьезные отношения”, как они говорят. Я крайне несерьезный и совершенно аморальный тип. Мое кредо – временные порочные связи. С легкомысленными молодыми особами.
Особенно для этого хороши студентки. У меня есть то, что нужно им – деньги, у них есть то, что нужно мне – молодое тело. Мне даже искать их не надо, они сами меня находят. Главное – тусоваться в нужных местах.
Я им нравлюсь Я не жадный, и у меня не так много требований: не капризничать и, пока длится наша недолгая связь, не спать с другими. Ну и, конечно, проявлять благосклонность по первому требованию.
Не спать с другими, не потому, что я ревнив. А потому что у меня есть маленький бзик – боюсь заразы. Так что все жестко: пока я тебя содержу и заваливаю подарками – будь добра, соблюдай правила.
Никто из них надолго не задерживается. Вечный круговорот сисек и задниц…
Нравится ли мне такая жизнь? Конечно! Меня все более чем устраивает. Я не хочу ничего менять.
Снежная королева, конечно, не такая, как все эти цыпы. Она особенная, я не могу не признать этого.
Но у нас разные цели и разные пути.
Так что… надо просто подождать, пока все уляжется..
Аня
Мы встретились за ужином. Я сама подошла к Демиду, пока он торчал у шведского стола, выбирая себе блюда.
– Как поживает Змей Горыныч? Сделал ему успокаивающий компресс?
Он дернулся от звука моего голоса.
Да, вчера, после… не знаю какого раза, он признался мне, что называет свой член змеем. Я поржала. Мы вместе поржали.
Но сегодня – другое дело.
– Ага, – невозмутимо произнес Демид. – Все утро отмачивал его в ледяном мохито.
Он повернулся ко мне, смотрит насмешливо. И отчужденно.
Все не так, как вчера. И взгляд, и выражение лица. И он сам. Да и я не такая, какой была в безумии прошедшей ночи.
Мы снова враги.
Между нами стена, как всегда. Вчера мы разнесли ее вдребезги, а сегодня она снова на месте. Так и должно было быть. Все по плану.
Не надо было к нему подходить. Лучше бы мы вообще сегодня не встречались.
– А почему он у тебя Горыныч? – спрашиваю я. – У него же не три головы. Или есть запасные?
Говорю это просто, чтобы что-то сказать, чтобы прервать затянувшееся напряженное молчание. Раз уж он не хочет его прерывать!
– Пашет за троих, – отвечает Демид. – Ты не заметила?
– Не-а. Максимум – за двоих. На троих не тянет.
Вижу, как его глаза темнеют. Я наступила на больную мозоль. Натертую вчера на башке змея.
Демид, конечно, считает себя секс-гигантом. Усомниться в этом – все равно что плюнуть в морду его змею.
Блин, зачем я его провоцирую?
Зачем я вообще к нему лезу?
Дура ты, Аня. Самое лучшее, что ты сейчас можешь сделать – просто уйти.
– Приятного аппетита, – говорю я.
И выхожу из ресторана.
Ужинать совершенно расхотелось.
– Стой! – слышу за спиной.
Демид
Я понимаю, что она специально меня провоцирует. Хочет вывести на эмоции. И я ведусь!
Меня переполняет… я не знаю, что это. Внутри все клокочет, сжимается, скручивается. Мне хочется ее догнать, взять за шею, поставить на колени… Почему-то в моих грязных фантазиях Снежная королева всегда стоит на коленях.
Иногда лицом ко мне, иногда – своей шикарной задницей. Жаль, что я не могу вставить с двух сторон сразу!
Прямо сейчас сделал бы это с большим удовольствием.
– Стой! – вырывается из моего рта.
Но она, конечно, не останавливается. И я не собираюсь за ней бежать. Мне и кричать не надо было.
Не сдержался.
Я сейчас просто поем, а потом пойду в номер. Посмотрю телевизор, завалюсь спать. И все. Может, взять билет на другой рейс? Улететь прямо сегодня. Прямо сейчас. Прекрасная идея!
В ресторан входит счастливое семейство. Мирон несет на руках ребенка, Алена, светясь улыбкой, идет рядом. Все трое – как глянцевая картинка. Такие приторные, что аж блевать тянет.
Только их тут не хватало!
Ладно Мирон, при нем я мог бы четырехэтажным матом высказать все, что у меня сейчас на душе. Но тут Алена. И ребенок. Который смотрит на меня с живым любопытством.
Что, интересно, почему дядя такой красный и напряженный? Хочешь посмотреть, как его сейчас разорвет от… злости?
Это злость? И на кого я злюсь, хотелось бы знать?
На Снежную королеву, которая демонстративно усомнилась в моей сексуальной мощи? Как примитивно.
Как низко я пал!
Снежная королева пульнула в меня очередную ледяную стрелу. Мне не привыкать, мне всегда нравились наши пикировки. Но сейчас я распереживался, как пацан.
1:0 в твою пользу, Снежная королева.
К сожалению, девчонки постоянно себе что-то фантазируют про наши “чувства”. Это неизбежное зло, с которым невозможно бороться. Цветочки-конфетки, подержаться за ручки… А, главное – поговорить о чувствах. Это вообще звездец.
Казалось бы: исполнилось тебе двадцать, перестала смотреть мультики про принцесс – выкинь эту розовую сопливую хрень из головы. Но нет! Даже мои ровесницы ведут себя как малолетние идиотки. Но я не встречаюсь со своими ровесницами. Предпочитаю посвежее.
К счастью, и среди молодых девчонок попадаются сообразительные, которые понимают, что к чему. Они остаются со мной подольше, чем “принцессы”. Но все они не задерживаются. Вокруг меня происходит постоянный круговорот.
Глава 7
Аня
Я адекватная. Нормальная и разумная. Честно! Всегда была совершенно нормальной. Но в последние полгода я начала ловить себя на том, что с вожделением смотрю на чужих младенцев.
Как-то при мне одна недалекая молодая мамаша оставила в коляске спящего ребенка и забежала в магазин. Я поймала себя на том, что рассматриваю возможность схватить этого милого малыша и убежать. И он будет моим….
Тогда я и поняла, что это уже клиника. Я так сильно хочу ребенка, что у меня почти снесло крышу!
Конечно, я бы не стала красть малыша. Это была мимолетная сумасшедшая мысль. Мысль сумасшедшая, а я все-таки нет.
Я хочу своего ребенка. Выносить, родить. Кормить грудью, пеленать и купать. Обнимать, нежно прижимая к себе и вдыхая ни с чем не сравнимый младенческий аромат. Самый прекрасный аромат на свете!
И почему еще никто не додумался выпускать такие духи? Я бы купила.
Кстати, о духах.
Я всегда любила парфюм с ноткой жасмина. У меня есть несколько таких духов. Но, с тех пор, как я вернулась из жаркого Таиланда, они мне почему-то больше не нравятся. Просто на дух не переношу!
Теперь мне хочется, чтобы все вокруг пахло кокосами…
Помню, в пылу страсти Демид признался, что он без ума от запаха моей кожи. Это был жасмин. Готовясь к ночи икс, я не забыла нанести любимый аромат.
И вот теперь я остыла к жасмину. Так же, как к Демиду.
Сейчас мне кажется даже забавным тот факт, что после нашей безумной ночи я вела себя как влюбленная дурочка. Пыталась бегать за Демидом и искать его внимания. Втайне от самой себя мечтала, чтобы он захотел продолжения.
Глупо, но вполне объяснимо.
Я женщина. Мы отличаемся от мужчин тем, что во время секса испытываем эмоции. Для нас это не просто физиология, у нас волей-неволей подключаются чувства. Когда он нежно целует твои пальцы, страстно смотрит в глаза, обнимает и шепчет на ушко милые непристойности, ты теряешь голову.
Но через некоторое время, к счастью, она возвращается на место.
Моя вернулась. Я точно знаю, что не влюблена. Это был просто очень страстный секс.
Возвращение из жаркого лета в унылый конец зимы было грустным. Мы улетали из знойного июля, а прилетели в конец февраля. И я очень боялась, что заболею из-за акклиматизации. Мне сейчас болеть никак нельзя!
Ведь мое самое сильное, сводящее с ума желание осуществилось. Я в этом уверена.
Но точно еще не знаю.
Сегодня 7 марта, прошло две недели с момента зачатия. Прекрасный момент, чтобы сделать тест на беременность.
Да, я до сих пор его не сделала. У меня железная воля! Я дала себе слово, что дождусь момента, который считается наиболее подходящим для теста – второй день задержки. Можно было пробовать и раньше, говорят, чувствительные тесты способны определить беременность уже через неделю.
Но все же в этом случае были бы поводы для сомнения. А я не хочу сомневаться. Я хочу знать точно. Поэтому проявила нечеловеческу выдержку и дождалась этого дня.
Сегодня я узнаю.
Я волнуюсь так, что уже два раза роняла букет, подаренный мне на работе. В честь предстоящего праздника у нас был короткий день, а потом – торжественная часть, подготовленная мужчинами компании. Сто лет мне нужны их скачанные из интернета поздравления!
И я бы сбежала, если бы не корпоративная этика, субординация и все прочее. Пришлось терпеть, улыбаться и благодарить.
А потом еще наш директор отвел меня в сторонку и завел долгий разговор о том, какой я ценный сотрудник для компании. Конечно, ценный! Я работаю в отделе продаж, и у меня самые высокие показатели. Не пора ли повысить мне зарплату, а, дорогой начальник? Лишние деньги мне сейчас не помешают.
Но повышения он мне не предложил. Вообще непонятно, что ему от меня было нужно. Только время зря потеряла!
По пути домой я на дрожащих ногах зашла в аптеку. Купила два разных теста, для верности.
Ох, как мне страшно!
И, чем ближе я подхожу к дому, тем страшнее становится.
Я не сомневаюсь. Я почти уверена. Почти…
Переходя улицу, я едва не угодила под машину.
Так, Аня. Возьми себя в руки! Успокойся! Дыши глубоко и подумай пока о чем-нибудь другом.
Например, о завтрашнем празднике. Аленка, большая любительница приглашать гостей, позвала меня к себе праздновать восьмое марта. Сказала, что придут родители Мирона, еще пара родственников, Гоша с девушкой и какая-то семейная пара с ребенком.
И моя подруга очень надеется, что я тоже приду.
Почему бы и нет? Ведь там будет любовь всей моей жизни, лучший мужчина на свете – Егор Миронович.
А Демида точно не будет.
От так меня боится, что улетел из Таиланда на день раньше! Придумал совершенно не убедительную причину – у него, видите ли, серьезные проблемы на работе. Требуется немедленное присутствие. Ага, конечно. Все дружно поверили, особенно я.
В общем, он купил новые билеты, заказал себе срочный трансфер – и смылся. Только пятки сверкали. И натертые до блеска долгими ночными трудами яйца.
Естественно, он не попрощался со мной. Не очень-то и хотелось, кстати говоря. Я тогда была слаба и уязвима. Он бы легко одержал надо мной вверх.
Хорошо, что он так внезапно исчез.
Все. Я дома. Захожу, разуваюсь. В третий раз роняю букет. Эти несчастные мятые тюльпаны теперь только выбросить.
Снимаю пальто, трясущимися руками открываю сумку и достаю тесты. С какого лучше начать? Первый – простой, самый обычный. Его надо опускать в баночку. Второй – струйный. Более дорогой и, говорят, более точный.
С него и начну. А потом – контрольный.
Чтобы точно-преточно убедиться.
Я не представляю, что буду делать, если вдруг окажется, что тест отрицательный. Это меня убьет. Столько планов, столько усилий! Столько страсти.
И да, от страсти получаются красивые дети. Мой ребенок будет самым красивым на свете!
Я пытаюсь вскрыть упаковку, ломаю ноготь, не могу удержаться от ругательства. Да что за день сегодня такой! Все валится из рук.
Спокойно. День нормальный, это я очень нервная. Нужно просто взять ножницы, и коробочка откроется.
Все будет хорошо. Я в это верю.
Ножницы, естественно, ушли по своим делам. Их нигде нет. Но это не трагедия! Я не знаю, почему мне хочется разреветься.
Я отправилась на кухню, нашла нож и вскрыла-таки упаковку. Все. Тест у меня в руке. Я иду в ванную.
Через пару минут я буду точно знать.
Глава 8
Демид
Мне позвонила Алена. Это было странно, я даже заволновался поначалу, подумал: а вдруг что-то случилось. Она никогда раньше не звонила сама.
Да, что-то случилось. Она торжественно пригласила меня на дружеско-семейную вечеринку, посвященную 8 марта. Вечеринка состоится завтра. А я, конечно, бегу и спотыкаюсь! Всю жизнь об этом мечтал.
– Никак не могу, – выдал я.
– Почему это?
– Веду хомячка на эпиляцию.
– Демид! – сердито и строго воскликнула Аленка.
– Что?
Пусть на Мирона орет таким учительским голосом. Это он послушный подкаблучник, я же – вольная птица.
– У тебя нет хомячка!
– Как нет? – я изобразил удивление. – Ах да, точно. Бедняга сдох от эпиляции. Завтра похороны. И я опять никак не могу!
Аленка сердито засопела в трубку.
Да, людей бесят мои дурацкие отмазки. И я их прекрасно понимаю. Но не могу отказать себе в этом маленьком развлечении.
– Если ты не заедешь хотя бы на пару минут, твоя мама и Эльвира Никитична очень обидятся. И я тоже.
Сильный аргумент, не спорю.
Если вся эта гоп-компания, во главе с неугомонной тетей Элей, мамой Мирона, объявит мне войну, участь хомячка настигнет меня. Эпилируют до костей и прикопают.
Но я, пожалуй, рискну здоровьем.
На этом чудесном мероприятии может оказаться Аня. И что-то мне подсказывает, что нам еще рано встречаться. Слишком бурно мой организм реагирует на воспоминания о ней. Змей делает железную стойку, как только в моей памяти всплывают обрывки той дикой ночи.
А всплывают они в самые неподходящие моменты! Когда контроль сознания ослабевает, и на арену выползает темное бессознательное. Один раз меня накрыло, когда я поднимал штангу из положения лежа. Сосредоточенно считал подходы, ни о чем не думал. И вдруг – яркая картинка: Снежная королева скачет на мне, выкручивая змею башку, у меня искры из глаз от невероятных ощущений, а она серьезна и сосредоточена, как будто решает теорему… Это было бесподобно!
В общем, в нашем спортзале была зафиксирована травма. Я уронил штангу. Хорошо хоть не на внезапно вскочившего змея. Плечо заживет.
Но чаще всего эти воспоминания не дают мне спать по ночам. Даже студентки не помогают. Даже беспощадные загулы и шабаши. Значит, надо отрываться активнее! И уж точно не на семейном сборище.
Аня
Я вошла в ванную. Приготовилась следовать инструкции к тесту. В предвкушении, волнении и надежде на положительный результат.
Но меня ждал сокрушительный удар.
Все было очевидно безо всяких тестов. Я не беременна. Моя яйцеклетка не оплодотворилась и не прикрепилась к стенке матки. Зачатия не произошло, организм демонстрирует это очень наглядно.
У меня начались критические дни.
Говорят, во время менструации матка рыдает кровавыми слезами по неслучившейся беременности. В тот день мы рыдали вместе.
Еще никогда наступление этих дней не было для меня такой трагедией…
Я сидела на полу ванной, обхватив руками колени, по моим щекам ручьями текли слезы. Я даже не пыталась их вытирать, знала, что этот поток иссякнет еще не скоро. Я буду рыдать, пока в моем организме останется хоть капля жидкости.
Я просто не могу успокоиться!
Мне так больно, это почти физическая боль. В груди что-то разрывается, живот скручивает жгутом, в голове звучит: “Нет, нет, нет”. Я не хочу верить, что это правда. Что все было впустую. Что у меня не будет ребенка…
Демид
Я все же решил заехать к Мирону. Предварительно заскочил в цветочный, загрузил багажник букетами – фиг знает, сколько там будет теток.
И нет, я решился на поездку это не из страха перед женской гоп-компанией. А из желания увидеть Снежную королеву. Просто посмотреть на нее трезвым взглядом.
Наверняка меня после этого отпустит. Мое буйное воображение, опьяненное жаркими воспоминаниями и постоянным нездоровым стояком, превратило ее чуть не в идеальную богиню секса. А она обычная девчонка.
Вот увижу ее – и морок рассеется. Должен рассеяться.
Обычно так и бывает.
Задерживаться в гостях не буду. Отмечусь, отдам букеты, поцелую маму и свалю в закат. Помахав на прощание рукой Снежной королеве.
Но махать оказалось некому. Ани на этой разнузданной вечеринке с шариками и памперсами не оказалось. А где, она, интересно? Нашла на праздник компанию получше? Понимаю ее.
Змей тут же влез в мою голову и начал рисовать картинки: Снежная королева лихо скачет на ком-то другом, кто-то другой рисует восьмерки там, где отметился мой язык, она стоит на коленях и… Нет, это уж слишком!
Не надо портить мою самую любимую фантазию!
Я поздравил маму и тетю, навострил лыжи на выход, но они в прямом смысле взяли меня за шкирку и остановили. О, блин! Только не это!
В последние полтора года, с тех пор, как мой предатель-брат женился, я только и слышу: Мирон то, Мирон се… А ты почему не Мирон? Где жена? Где выводок детишек?
Да задрали вы все со своим Мироном! Он идеальный. А я дефектный.
Успокойтесь уже и отвалите. Я не могу быть таким, как Мирон.
Я все же смог не нагрубить маме с тетей. Горжусь собой. Медаль мне на шею! А тебя, любимый братец, мне очень хочется макнуть головой в унитаз. Помнится, когда нам было лет по десять и мы сильно поругались, я уже пытался это проделать. Не вышло. А сейчас не стоит и пытаться…
– Я испаряюсь, – сообщил я Мирону уже на пороге. – А ты держись тут.
Мирон тоскливым взглядом посмотрел на спиногрызов в манеже, на теток за чаепитием… и тяжело вздохнул.
Будь как Мирон, ага. Да ни за что на свете!
– Ты куда? – поинтересовался он.
– Да, завалюсь в клубешник. Сниму пару девчонок… Кстати, а где Снеж… Аня?
Вообще не собирался задавать этот вопрос. Само вырвалось.
– Болеет, – ответил Мирон.
И вытолкнул меня за дверь, дружески пнув под зад. Я даже не стал давать сдачи. Его и так жизнь наказала.
Я переваривал информацию. Снежная королева болеет. Лежит дома, с температурой, компрессом на голове и красным от соплей носом. Никогда не видел ее в соплях. Наверное, дивное зрелище.
Я знаю, где она живет. Это район новостроек, не очень далеко от Мирона. Я могу к ней заскочить, узнать, не нужно ли чего. Вдруг она одна? Вдруг о ней некому позаботиться? Лучшая подруга празднует, парня у нее нет – я помню, полгода без секса. О родственниках я ничего не знаю.
В общем, я сорвался.
Забил в навигатор ее адрес, который зачем-то выяснил очень давно. Пока ехал, вспомнил, что сегодня праздник и заявляться с пустыми руками неприлично. Тем более, к больной девушке.
Заскочил в цветочный магазин, обнаружил там очередь из мужиков. Разозлился, выскочил на улицу. Из дверей как раз вышел довольный тип с огромным букетом белых роз. Я предложил ему тройную цену. Он офигел, но согласился, взял деньги и снова встал в очередь.
А я, чувствуя себя дебилом, поволок этот веник к машине. Снежная королева высмеет и меня, и эти розы. Не сомневаюсь в этом.
Может, выбросить? Тогда она прицепится к тому, что я явился в праздник без цветов.
В общем, мне в любом случае достанется от ее язвительного язычка.
Блин, я скучаю по этому!
Еще большим дебилом я себя ощутил, когда никто не откликнулся на звонок домофона. Если Снежная королева болеет, то почему она не дома?
И почему я стою тут, как лох, с этим букетом?
Я чуть не швырнул его в мусорку и не ушел. Но тут дверь подъезда открылась, выпустила какую-то парочку, и я вошел.
Поднялся на лифте, позвонил в дверь. Еще и еще раз. Потом постучал.
Наконец, я услышал какие-то скребущиеся звуки. Спрятался за букетом.
Дверь приоткрылась. Я держал букет перед собой. Она открылась шире.
Я опустил цветы.
Нос у Снежной королевы, и правда, красный. И глаза тоже. Выглядит она, прямо скажем, не очень. Похоже, всерьез разболелась.
Но я все же не могу не отметить, что болезнь никак не повлияла на размер и форму ее сисек. Я прекрасно вижу их под белой майкой с мультяшным котом. На ней лифчика. И, мне кажется, эти два мяча еще немного поднадулись.
С трудом отлепив взгляд от мультяшного кота, я улыбнулся Снежной королеве.
Ответной улыбки не дождался.
Она смотрела на меня каким-то странным пустым взглядом. Как будто впервые видит. Ничего не сказала.
Просто захлопнула дверь перед моим носом!
– Эй! – только и успел произнести я.
Что за беспредел! Я просто так не уйду.
Я сейчас дверь вышибу!
Глава 9
Демид
Мне позвонила Алена. Это было странно, я даже заволновался поначалу, подумал: а вдруг что-то случилось. Она никогда раньше не звонила сама.
Да, что-то случилось. Она торжественно пригласила меня на дружеско-семейную вечеринку, посвященную 8 марта. Вечеринка состоится завтра. А я, конечно, бегу и спотыкаюсь! Всю жизнь об этом мечтал.
– Никак не могу, – выдал я.
– Почему это?
– Веду хомячка на эпиляцию.
– Демид! – сердито и строго воскликнула Аленка.
– Что?
Пусть на Мирона орет таким учительским голосом. Это он послушный подкаблучник, я же – вольная птица.
– У тебя нет хомячка!
– Как нет? – я изобразил удивление. – Ах да, точно. Бедняга сдох от эпиляции. Завтра похороны. И я опять никак не могу!
Аленка сердито засопела в трубку.
Да, людей бесят мои дурацкие отмазки. И я их прекрасно понимаю. Но не могу отказать себе в этом маленьком развлечении.
– Если ты не заедешь хотя бы на пару минут, твоя мама и Эльвира Никитична очень обидятся. И я тоже.
Сильный аргумент, не спорю.
Если вся эта гоп-компания, во главе с неугомонной тетей Элей, мамой Мирона, объявит мне войну, участь хомячка настигнет меня. Эпилируют до костей и прикопают.
Но я, пожалуй, рискну здоровьем.
На этом чудесном мероприятии может оказаться Аня. И что-то мне подсказывает, что нам еще рано встречаться. Слишком бурно мой организм реагирует на воспоминания о ней. Змей делает железную стойку, как только в моей памяти всплывают обрывки той дикой ночи.
А всплывают они в самые неподходящие моменты! Когда контроль сознания ослабевает, и на арену выползает темное бессознательное. Один раз меня накрыло, когда я поднимал штангу из положения лежа. Сосредоточенно считал подходы, ни о чем не думал. И вдруг – яркая картинка: Снежная королева скачет на мне, выкручивая змею башку, у меня искры из глаз от невероятных ощущений, а она серьезна и сосредоточена, как будто решает теорему… Это было бесподобно!
В общем, в нашем спортзале была зафиксирована травма. Я уронил штангу. Хорошо хоть не на внезапно вскочившего змея. Плечо заживет.
Но чаще всего эти воспоминания не дают мне спать по ночам. Даже студентки не помогают. Даже беспощадные загулы и шабаши. Значит, надо отрываться активнее! И уж точно не на семейном сборище.
Аня
Я вошла в ванную. Приготовилась следовать инструкции к тесту. В предвкушении, волнении и надежде на положительный результат.
Но меня ждал сокрушительный удар.
Все было очевидно безо всяких тестов. Я не беременна. Моя яйцеклетка не оплодотворилась и не прикрепилась к стенке матки. Зачатия не произошло, организм демонстрирует это очень наглядно.
У меня начались критические дни.
Говорят, во время менструации матка рыдает кровавыми слезами по неслучившейся беременности. В тот день мы рыдали вместе.
Еще никогда наступление этих дней не было для меня такой трагедией…
Я сидела на полу ванной, обхватив руками колени, по моим щекам ручьями текли слезы. Я даже не пыталась их вытирать, знала, что этот поток иссякнет еще не скоро. Я буду рыдать, пока в моем организме останется хоть капля жидкости.
Я просто не могу успокоиться!
Мне так больно, это почти физическая боль. В груди что-то разрывается, живот скручивает жгутом, в голове звучит: “Нет, нет, нет”. Я не хочу верить, что это правда. Что все было впустую. Что у меня не будет ребенка…
Демид
Я все же решил заехать к Мирону. Предварительно заскочил в цветочный, загрузил багажник букетами – фиг знает, сколько там будет теток.
И нет, я решился на поездку это не из страха перед женской гоп-компанией. А из желания увидеть Снежную королеву. Просто посмотреть на нее трезвым взглядом.
Наверняка меня после этого отпустит. Мое буйное воображение, опьяненное жаркими воспоминаниями и постоянным нездоровым стояком, превратило ее чуть не в идеальную богиню секса. А она обычная девчонка.
Вот увижу ее – и морок рассеется. Должен рассеяться.
Обычно так и бывает.
Задерживаться в гостях не буду. Отмечусь, отдам букеты, поцелую маму и свалю в закат. Помахав на прощание рукой Снежной королеве.
Но махать оказалось некому. Ани на этой разнузданной вечеринке с шариками и памперсами не оказалось. А где, она, интересно? Нашла на праздник компанию получше? Понимаю ее.
Змей тут же влез в мою голову и начал рисовать картинки: Снежная королева лихо скачет на ком-то другом, кто-то другой рисует восьмерки там, где отметился мой язык, она стоит на коленях и… Нет, это уж слишком!
Не надо портить мою самую любимую фантазию!
Я поздравил маму и тетю, навострил лыжи на выход, но они в прямом смысле взяли меня за шкирку и остановили. О, блин! Только не это!
В последние полтора года, с тех пор, как мой предатель-брат женился, я только и слышу: Мирон то, Мирон се… А ты почему не Мирон? Где жена? Где выводок детишек?
Да задрали вы все со своим Мироном! Он идеальный. А я дефектный.
Успокойтесь уже и отвалите. Я не могу быть таким, как Мирон.
Я все же смог не нагрубить маме с тетей. Горжусь собой. Медаль мне на шею! А тебя, любимый братец, мне очень хочется макнуть головой в унитаз. Помнится, когда нам было лет по десять и мы сильно поругались, я уже пытался это проделать. Не вышло. А сейчас не стоит и пытаться…
– Я испаряюсь, – сообщил я Мирону уже на пороге. – А ты держись тут.
Мирон тоскливым взглядом посмотрел на спиногрызов в манеже, на теток за чаепитием… и тяжело вздохнул.
Будь как Мирон, ага. Да ни за что на свете!
– Ты куда? – поинтересовался он.
– Да, завалюсь в клубешник. Сниму пару девчонок… Кстати, а где Снеж… Аня?
Вообще не собирался задавать этот вопрос. Само вырвалось.
– Болеет, – ответил Мирон.
И вытолкнул меня за дверь, дружески пнув под зад. Я даже не стал давать сдачи. Его и так жизнь наказала.
Я переваривал информацию. Снежная королева болеет. Лежит дома, с температурой, компрессом на голове и красным от соплей носом. Никогда не видел ее в соплях. Наверное, дивное зрелище.
Я знаю, где она живет. Это район новостроек, не очень далеко от Мирона. Я могу к ней заскочить, узнать, не нужно ли чего. Вдруг она одна? Вдруг о ней некому позаботиться? Лучшая подруга празднует, парня у нее нет – я помню, полгода без секса. О родственниках я ничего не знаю.
В общем, я сорвался.
Забил в навигатор ее адрес, который зачем-то выяснил очень давно. Пока ехал, вспомнил, что сегодня праздник и заявляться с пустыми руками неприлично. Тем более, к больной девушке.
Заскочил в цветочный магазин, обнаружил там очередь из мужиков. Разозлился, выскочил на улицу. Из дверей как раз вышел довольный тип с огромным букетом белых роз. Я предложил ему тройную цену. Он офигел, но согласился, взял деньги и снова встал в очередь.
А я, чувствуя себя дебилом, поволок этот веник к машине. Снежная королева высмеет и меня, и эти розы. Не сомневаюсь в этом.
Может, выбросить? Тогда она прицепится к тому, что я явился в праздник без цветов.
В общем, мне в любом случае достанется от ее язвительного язычка.
Блин, я скучаю по этому!
Еще большим дебилом я себя ощутил, когда никто не откликнулся на звонок домофона. Если Снежная королева болеет, то почему она не дома?
И почему я стою тут, как лох, с этим букетом?
Я чуть не швырнул его в мусорку и не ушел. Но тут дверь подъезда открылась, выпустила какую-то парочку, и я вошел.
Поднялся на лифте, позвонил в дверь. Еще и еще раз. Потом постучал.
Наконец, я услышал какие-то скребущиеся звуки. Спрятался за букетом.
Дверь приоткрылась. Я держал букет перед собой. Она открылась шире.
Я опустил цветы.
Нос у Снежной королевы, и правда, красный. И глаза тоже. Выглядит она, прямо скажем, не очень. Похоже, всерьез разболелась.
Но я все же не могу не отметить, что болезнь никак не повлияла на размер и форму ее сисек. Я прекрасно вижу их под белой майкой с мультяшным котом. На ней лифчика. И, мне кажется, эти два мяча еще немного поднадулись.
С трудом отлепив взгляд от мультяшного кота, я улыбнулся Снежной королеве.
Ответной улыбки не дождался.
Она смотрела на меня каким-то странным пустым взглядом. Как будто впервые видит. Ничего не сказала.
Просто захлопнула дверь перед моим носом!
– Эй! – только и успел произнести я.
Что за беспредел! Я просто так не уйду.
Я сейчас дверь вышибу!
Глава 10
Демид
Может, у Снежной королевы от высокой температуры расплавился мозг? Она не в себе и не понимает, что делает? Захлопывает дверь перед носом у человека, который пришел предложить помощь. С цветами, между прочим.
Естественно, я не могу уйти! Надо разобраться, что с ней происходит. Надо проследить, чтобы она принимала лекарства. И пришла в норму.
Я снова забарабанил в дверь, а сам оценивал, легко ли будет ее вышибить. Нелегко. Но я справлюсь.
– Уходи, – услышал я приглушенный голос Снежной королевы.
Ну уж нет. Я не уйду.
– Аня, открой, пожалуйста! Я пришел с миром.
– Чего тебе надо?
– Открой, расскажу.
А вдруг сработает? Она же любопытна, я знаю.
Тишина. Ни слова, ни звука.
Что-то мне все тревожнее и тревожнее. Странно она себя ведет. Может, у нее жар и бред?
– Я ломаю дверь, – сообщил я.
Отошел, прикинул, в какое место лучше приложиться плечом… Дверь приоткрылась. Я резво вставил в щель ногу. Кто знает эту подтаявшую Снежную королеву, вдруг опять захлопнет.
Нет, кажется, не собирается. Так, а где она?
Я вошел. В небольшом коридорчике пусто.
– Аня, – позвал я.
– Тишина.
Ну что ж, прятаться тут негде. Квартира однокомнатная.
Снежная королева сидела на диване, поджав под себя ноги и укрыв их пледом. Мне кажется, тут совсем не холодно, даже жарко. А у нее вид какой-то замороженный.
Я подошел, коснулся ладонью ее лба. Она шарахнулась, как будто я ее током ударил.
– Горячая, – поделился я наблюдениями.
– Нормальная. Чего пришел?
Идиотское ощущение неловкости! И зачем я взял с собой этот веник? Снежная королева на него даже не взглянула. Сказать, что пришел поздравить? Высмеет. Ладно, если ей это будет приятно, пусть насмехается. Говорят, смех лечит.
– С восьмым марта! – выдал я и протянул ей букет.
На ее губах мелькнуло что-то вроде издевательской улыбки. Уже лучше.
– Слышал, ты болеешь.
Букет так и не взяла. Я положил его на журнальный столик. Хоть избавился.
– Ага, болею.
– Чем?
– Тропическим сифилисом!
– Да ладно.
– Советую валить, пока не заразился.
– Зараза к заразе не пристает. Какая температура? Чем лечишься?
– Нет у меня никакой температуры!
– Где градусник?
Я встал, пошел на кухню, искать градусник и аптечку. И обнаружил там то, чего вообще не ожидал увидеть.
Убийственный натюрморт: почти пустая бутылка водки и надкусанная шоколадка.
Снежная королева тут что, бухает?!
Аня
Я вчера хотела напиться. В надежде, что мне полегчает. Нашла в холодильнике бутылку с остатками водки, валявшуюся там, кажется, с новогодних праздников. Ее приволок кто-то из друзей. Я водку не пью. Но вчера решила начать.
Не вышло.
Достала, понюхала, ощутила подступившую к горлу тошноту. Может, она протухла? Не знаю, портится ли водка. Но напиваться мне расхотелось.
Обнаружила шоколадку, откусила, думала выпить чаю, раз уж алкоголика из меня не получилось. Но тоже не стала.
Просто забралась в кровать, накрылась с головой одеялом и лежала так долго-долго. Засыпала, просыпалась, вспоминала о своей неудаче. Снова начинала реветь… и так до утра. Вернее, даже до обеда.
Естественно, к Аленке я не поехала. Сказала, что болею. И это не такая уж и ложь. У меня болит душа, голова и глаза. Их как будто засыпали песком, в который помочилась стая котов. Меня всю как будто таким песком засыпали. Чувствую себя разбитой и жалкой.
А тут еще Демид. Откуда он вообще взялся? Зачем пришел? Он же меня боится и избегает. Вон как драпал с тропического острова…
Я сейчас вообще никого не хочу видеть. И уж меньше всего Демида. Он бесполезен. Его головастики не справились с работой!
– Так ты болеешь или бухаешь? – спросил он, появившись на пороге с моей бутылкой в руке.
– Шел бы ты, а?
– Я не в упрек, но… бутылка водки? В одно лицо? С шоколадкой?
– Здравствуйте. Меня зовут Аня. И я алкоголик.
На лице Демида появилась знакомая ухмылка. Почему-то сейчас она меня больно ранила. Ухмыляешься? Не знаешь, что это из-за тебя мне так плохо…
Или не из-за него. Может, это со мной что-то не так. Хотя врачи говорят, что все в норме. А, может, мы просто несовместимы.
Вот это, кстати, наиболее вероятный вариант. Мы полные противоположности. Нам лучше держаться друг от друга подальше.
Зря я его выбрала. Да, у него прекрасные гены, но… Он мне не подходит.
И вообще вся эта затея была бредовой. Да, я очень хочу ребенка. Сильнее всего на свете. Но к чему было пороть горячку? Может, я еще встречу мужчину, который сможет стать не только донором, но и отцом?
И это будет точно не Демид. На тысячу процентов.
Демид
Я, как загипнотизированный, пялюсь на ее торчащие вверх сиськи с аккуратными маленькими сосочками. Последние я могу видеть лишь мысленным взором – майка все же не прозрачная. Да еще и толстая кошачья морда мешает разглядеть подробности. Зачем она вообще тут нарисована? Без нее было бы гораздо лучше!
Ну сиськи, да. Ну, упругие, стоячие, как половинки футбольного мяча. Да у меня этих сисек! В форме любых мячей: баскетбольных, гандбольных, теннисных. И в любом количестве.
Казалось, морок должен рассеяться. Сейчас Снежная королева выглядит вовсе не как богиня секса. То, что нужно! Это я и хотел обнаружить.
Я вижу, что она самая обычная девчонка. Она совсем не идеальна. У нее опухший нос, красные глаза и растрепанные волосы.
Но морок не рассеивается. Меня не отпускает.
Я хочу именно эти сиськи. Только по ним мой змей плачет огненными слезами.
Аня
Что он делает?
Поставил бутылку, подошел, сел рядом. Обнял меня… нет, не обнял. Просто схватил так, чтобы я не могла освободиться. Мои руки оказались в кольце его железных лап. Брыкайся, не брыкайся – не вырвешься.
– Ты что творишь? – возмутилась я.
– Тихо. Это проверка.
Он приблизил свое лицо к моему, впился в меня глазами. Мне почему-то вспомнилось, как он смотрел на меня в ту ночь, в темноте. Он как будто трахал меня взглядом, проникая внутрь. Он и сейчас так делает.
Поднялся выше. Коснулся моего лба своими теплыми губами. Застыл.
Это что вообще? Так целуют покойников!
– Похоже, у тебя все-таки нет температуры, – выдал он свой вердикт.
Ах, вот что это было! Дедим поработал градусником. У меня, кстати, есть один в аптечке. Так что можно было обойтись и без этого экзотического способа.
– Дыхни, – услышала я.
– Что?
– Температуры нет. Но все еще непонятно: ты болеешь или бухаешь?
– Какое тебе вообще дело?
– Наши друзья беспокоятся.
– Вот с ними я и поговорю. А ты…
– А я сейчас все выясню.
Теперь он держал меня одной рукой. Вторая оказалась на затылке, он притянул меня к себе, впился в мои губы жестким и властным поцелуем…
Ну кто так целуется? Это неправильно. Это… почти больно. И слишком приятно.
Я не собираюсь… У меня вообще другие планы. Я не могу.
И не хочу!
Глава 11
Демид
– Ты не умеешь целоваться, – заявляет Снежная королева, вырвавшись из моих объятий и тяжело дыша.
О, да! Вообще не умею. Поэтому у тебя сбилось дыхание, покраснели щеки, а под майкой что творится! Соски затвердели, а груди как будто еще больше набухли.
Я почувствовал это, когда она прижималась ко мне. Ладно, я ее прижимал. Но она не все время сопротивлялась. Только в начале. И в конце.
Между этими моментами она так же яростно, как я, сплетала свой язык с моим и терзала мои губы. А, когда я добрался до ее шеи, проложил тропинку из поцелуев к уху и прикусил мочку, она застонала. И оттолкнула меня, как будто в страхе, что не справится с собой и начнет срывать с меня одежду.
А теперь она говорит, что я не умею целоваться!
– Научишь? – хрипло выдыхаю я.
Голос сел от напряжения. А напряжение просто адское, я сам не знаю, как держусь.
Мой огнедышащий змей проявляет свой несгибаемый стальной характер, он хочет в ледяную пещерку, и ему плевать на все. Он помнит, как там узко, тесно, сначала прохладно, а потом горячо, как в жерле вулкана.
Он хочет, чтобы ему снова свернули башку! Он готов пасть смертью храбрых. Но только после того, как ему позволят воткнуться в пещеру наслаждений…
– Запишись на курсы, – выдает Снежная королева и вскакивает с дивана.
Мой взгляд падает на почти пустую бутылку водки, стоящую на журнальном столике рядом с букетом, и я возвращаюсь в сознание. Начинаю думать верхней головой, игнорируя змея.
– Ты не пила, – выдаю я свой вердикт.
– Пф-ф! – фыркает Снежная королева. – Нужно было прощупать мои гланды, чтобы понять это?
– Твои гланды бесподобны! В жизни не встречал таких соблазнительных гланд.
Она хочет оставаться серьезной и злой, но на ее губах мелькает улыбка.
– Что тебе нужно? – задает она прямой вопрос. – Зачем пришел?
– Узнал, что болеешь. Решил навестить.
– Навестил? Можешь идти. И спасибо за цветы.
Снежная королева взяла букет и потопала с ним на кухню.
Мы со змеем, пуская слюни, смотрели, как ее округлые половинки движутся вверх-вниз, вверх-вниз… Обе мои головы дергались в том же ритме.
Когда попа Ани скрылась за дверью, я вскочил с дивана. Теперь мы со змеем были в одинаковом положении: оба стояли. Только мне на башку ничего не давило.
Наверное, я смог бы почувствовать то же, что и он, если бы меня запихнули в мешок и засунули в багажник машины. В общем, прости, бро. Сочувствую, но ничего поделать не могу.
Если я сейчас открою багажник и достану тебя из мешка… Боюсь, Снежная королева совершит над нами криодеструкцию.
Она стояла у раковины, освобождала цветы от упаковочной бумаги.
Оглянулась, смерила меня удивленным взглядом.
– Ты еще здесь?
– Если ты не пила, зачем тебе бутылка водки? – решил я продолжить расследование.
– Ну же, Демид. Не тормози. Включи мозг.
Я включил. Но не тот отсек. Внезапно заработала часть, отвечающая за грязные фантазии. Что бы могла сделать Снежная королева с бутылкой? Например, если у нее опять недотрах, а фаллоимитатора в хозяйстве нет… Так, стоп!
Надо вытряхнуть из мозгов сперму.
Если Снежная королева не пила, то… пил кто-то другой? Она, что, была не одна? У нее красные глаза, потому что она не спала всю ночь? И замученный вид по той же причине?
– Компресс делала? – произнес я, отогнав ревнивые мысли.
– Ага. Компресс, – вздохнула она.
И все же с ней что-то не то. Не было тут никакого другого мужика. Она бы не так выглядела после жаркой ночи. Была бы довольной мурлыкающей кошечкой, а не наполовину грустной, наполовину злобной пантерой.
– Мне кажется, тебе нужен еще один компресс, – вырывается у меня.
Змей, заползший мне в голову, шепчет: “Компресс на грудь… Снять майку, натереть водкой, положить сверху… да хотя бы меня! Я – лучшее согревающее средство!”
– Хочешь сделать мне компресс?
Аня разворачивается ко мне, опускает взгляд на мои штаны, смотрит на шлагбаум, перекрывший выход из кухни.
– Ты хоть иногда верхней головой думаешь? – устало и как-то даже обреченно спрашивает она.
– Бывает, – отвечаю я. – В основном, на работе.
Ну да, я – примитивное членоголовое существо. Она так считает. Не буду ее разубеждать.
– Я одного не могу понять, – она уперла руку в бок. – На фига ты притащил мне свой стояк?
Снежная королева за словом в карман не лезет. Обожаю ее злой язычок! Особенно на своем члене…
– Выметайся, – говорит она.
Обязательно выметусь. Но не сразу.
Я сажусь на стул. Хватаю Снежную королеву. Усаживаю к себе на колено. Змей трется об нее, она брыкается.
Но я держу ее крепко. Не вырвется и не убежит.
Говорю:
– Рассказывай. В чем дело? Почему глаза красные, зачем водка? И как ты могла пропустить восьмое марта в доме своей подруги?
Снежная королева стреляет в меня глазами. Ледяные стрелы вонзаются в мою голову и в бошку змея. Но нам пофиг. Даже приятно.
Так освежает…
– Не отпущу, пока не расскажешь.
– Пф-ф, – фыркает она.
– Будешь молчать – начну пытать, – предупреждаю я.
Я даже знаю, с чего начну. Дерзкие соски трутся о мою грудь. Мой язык ноет от желания устроить им сладкую экзекуцию!
Аня
Да, Демид не умеет целоваться. Это не поцелуй. Это взлом и проникновение.
И обнимается он неправильно. Это бандитское нападение и захват, а не объятия!
Разговаривать по душам – тоже явно не его. Схватил, держит своими лапищами. Угрожает.
И думает, что это сподвигнет меня на откровенность!
Вот был бы номер, если бы я рассказала ему о своих печалях. Поведала, как протыкала презервативы, как обманным путем стащила с него резинку и добилась того, чтобы его работающий за троих змей извергся в меня.
Даже полуберезку делала с его помощью.
И все зря!
Даже любопытно, какая у него была бы реакция на мой рассказ. Небось, убежал бы, сверкая пятками. В страхе, что я снова оседлаю его Горыныча и заставлю меня оплодотворять.
Может, так и сделать? Рассказать.
Тогда он точно больше ко мне не заявится.
И не будет угрожать пытками, облизываясь на мою грудь.
Да, он не умеет нежно обниматься и целоваться. Но в некоторых позициях бесподобно работает языком. Таких пыток я могу не выдержать!
Глава 12
Аня
Давно, очень давно я не просыпалась в таком умиротворенном состоянии. Лежу, улыбаюсь безо всякой причины. Чувствую себя если не счастливой, то удивительно спокойной.
За окнами весна, солнце, хоть и не теплое, но уже яркое, пробралось в комнату через щели жалюзи. И меня поглотило невесть откуда взявшееся ощущение, что все будет хорошо.
В последние… не знаю даже, месяцы или годы, я все время напряжена.
Переезд из маленького городка в столицу, учеба с подработкой по вечерам, работа на полторы ставки почти без выходных… Приходилось крутиться, чтобы заработать и на съемное жилье, и на все остальное.
Личная жизнь периодически бывала, пару раз я даже всерьез влюблялась. Но все заканчивалось громким пшиком. И вот, два года назад я поняла, что хочу замуж и ребенка. Я сознательно искала мужа. Не нашла.
Решила, что вполне могу обойтись без него. Потому что ребенок нужен мне гораздо сильнее, чем муж. А часики тикают…
Не знаю, откуда, но в моей голове прочно засела мысль, что родить нужно до тридцати. А мне уже двадцать восемь.
Так вот. Обычно, когда я просыпаюсь утром, то сразу вспоминаю все свои беды и неудачи. Все неприятные вещи, которые предстоит сегодня сделать, все проблемы, которые нужно решить. Все планы, в которых обязательно что-то пойдет не так.
Вспоминаю – и начинаю волноваться. Даже не успев открыть глаза. Я редко бываю по-настоящему расслабленной и спокойной, хоть и умею выглядеть такой.
А сегодня… что-то изменилось!
У меня по-прежнему полно проблем и забот, недавно меня постигло грандиозное разочарование.
Но на душе легко.
И что-то внутри меня шепчет: “Плевать на все. Жизнь прекрасна. Не стоит тратить нервы на всякую чепуху!”
К чепухе я отношу и Демида. Я все же смогла выставить его вчера.
И, конечно, я ему ничего не рассказала. Все, что я скажу, может и будет использовано против меня.
Как хорошо, что у меня критические дни!
Иначе… кто знает, хватило бы у меня силы воли или я бы позорно сдалась, начав открыто стонать от его прикосновений?
Когда он коснулся моего соска через майку, потом обрисовал полукружие груди, сжал ладонью… Я изо всех сил боролась с головокружение и горячей пульсацией внизу живота.
– Прекрати!
Я треснула его по руке.
– Начинаю пытки. Как и предупреждал.
– А не пошел бы ты…
Что он себе позволяет? Какое имеет право держать меня и силой принуждать к… О-о-о…
Демид запустил руку под майку и подобрался к моей груди снизу. Еще мгновение – и его палец доберется до соска. Тогда я точно утрачу остатки воли и рассудительности. Этого допустить никак нельзя! Хотя бы потому, что сегодня я не могу заниматься сексом. Но это не главная причина. Главное: я не должна ему поддаваться. Он и так слишком много о себе возомнил.
Думает, что может приходить в любое время и получать горячее обслуживание. Ага, размечтался. Я тебе не круглосуточный сексуальный фаст-фуд!
Надо действовать быстро и решительно.
Я взяла и просто… впилась зубами в его нос. Он охнул от боли, ослабил хватку и дал мне возможность вырваться из медвежьих объятий.
– Ты рехнулась? – завопил Демид.
А я схватила ту самую недопитую бутылку водки и сообщила:
– Только попробуй ко мне подойти – разобью о твою голову. И рука не дрогнет. Ты меня знаешь.
Демид
Я ее знаю. Разобьет. И даже не поморщится.
Снежная королева – самая безбашенная из всех девчонок. Самая сумасшедшая. Самая язвительная, надменная и острая на язык.
Самая желанная.
Как я ее сейчас хочу! Она меня только что вероломно цапнула, так сильно, что у меня слезы брызнули из глаз. Прямо сейчас она замахивается на меня бутылкой, угрожая убить. А у меня стояк!
Сексуальный инстинкт сильнее инстинкта самосохранения. Уверен, мой железный питон охотно пожертвовал бы верхней головой ради того, чтобы засунуть свою башку в ледяную пещерку.
Но я к такому повороту не готов.
– Я просто хотел узнать, что случилось, – миролюбиво говорю я.
– Все в порядке, – приторным голоском отвечает Снежная королева. – Спасибо, что заглянул. Это так мило с твоей стороны.
Опять язвит. Все еще держит в руке бутылку.
Не драться же с ней, в самом деле! Ладно, будем считать, что я понял этот прозрачный намек. Она меня сегодня не хочет.
– Не провожай, – бурчу я и иду к двери.
– Больше не приходи! – раздается мне вслед.
А, когда я вышел из подъезда, сверху на асфальт посыпались белые розы.
Так и знал, что не надо было тащить ей это веник!
Аня
На работе меня ждали потрясающие новости.
Генеральный заявился в наш отдел самого утра, да не один, а в сопровождении высокого кудрявого брюнета. По нашим дружным рядам прошелестел легкий вздох. Это женская половина выразила свое восхищение римским профилем и крепкой задницей новоприбывшего.
– Прошу любить и жаловать, Филипп Робертович, новый директор отдела продаж.
Второй вздох был таким же дружным и, при этом, весьма эротичным. Ну все. Теперь в отделе начнутся утиные бои за этого роскошного селезня. Девушки будут чистить перышки, надувать клювики и громко крякать, чтобы привлечь его внимание. Надеюсь, до открытых побоищ с выдиранием расфуфыренных хвостов не дойдет.
Чем думал генеральный, когда назначал в наш преимущественно женский, почти полностью незамужний коллектив такого красавчика?
– Это еще не все новости, – сообщил генеральный, перекрывая восторженный девичий лепет.
Все притихли. Все интереснее и интереснее!
– Заместителем Филиппа Робертовича назначается…
Над отделом повисла предобморочная тишина. Ну же, давай, не томи, дорогой директор! Я бы не отказалась от этой должности. Но не ради римского носа этого Филиппа. А ради существенной прибавки к зарплате.
– Анна Алексеевна!
Что? Я? Серьезно?
Ура-а-а!
На радостях я обняла и расцеловала генерального. Конечно, его. Не Филиппа же Робертовича лобызать. Если я это сделаю, меня тут в два счета заклюют и затопчут.
Демид
Зачем мне было узнавать, где работает Снежная королева? И, главное, зачем я сюда приперся за пятнадцать минут до окончания рабочего дня?
Видимо, чтобы еще раз услышать ее язвительные подколы, увидеть презрительно оттопыренную, невыносимо сексуальную нижнюю губу, завестись не на шутку и – поехать домой. Дрочить в душе.
Ну не дебил ли я?
Где моя гордость? Где мои принципы?
Где, блин, мое самоуважение? Я никогда не бегаю за девчонками. Не по возрасту мне это и не по статусу.
Надо просто завести машину и уехать. И снять сегодня вечером пару умелых профессионалок. Чтобы они сняли мой хронический сексуальный стресс.
Я приступил к осуществлению этого гениального плана. Завел мотор и тронулся.
Но, уже почти войдя в поворот, увидел в зеркале заднего вида Снежную королеву. Она спускалась по лестнице, изящно переставляя ноги на шпильках.
Ее волосы были убраны вверх – самая сексуальная прическа. На ней была узкая юбка – самая сексуальная одежда. Она улыбалась… да-да, самой сексуальной улыбкой.
Не мне.
Какому-то дрыщу с бараньими волосами.
Я врезал по тормозам.
Глава 13
Аня
У меня есть собственный кабинет. С ума сойти!
Теперь понятно, почему восьмого марта генеральный нес мутную пургу о моей полезности. Как хорошо, что я его тогда внимательно выслушали и не ляпнула лишнего!
Я торопилась домой, хотела побыстрее, сделать тест, а он меня задерживал. Я тогда не знала, что торопиться незачем…
Даже странно, что я не впала в депрессию. Мне грустно, но не более того.
Мой план провалился. Я несколько месяцев его готовила, волновалась, переживала. Боялась, что не получится.
Не получилось.
А я спокойна! И на тысячу процентов уверена, что у меня будет ребенок. Может, не так скоро, как я планировала. Но и не в глубокой старости. Как только придет время – так сразу.
И не надо форсировать события и вмешиваться в судьбу. Я чувствую: она сама меня найдет.
Вот, например, сейчас она приготовила мне чудесный сюрприз: новую должность, шикарный кабинет и прибавку к зарплате. Теперь я смогу быстрее выплатить ипотеку и мне будет легче дать ребенку все необходимое.