Золушка в поисках доминанта. Книга 2. Остаться собой бесплатное чтение

Дора Коуст
Золушка в поисках доминанта 2. Остаться собой


Пролог: Все тайное, рано или поздно, становится явным…

Купалась, нежилась в поцелуях, отдаваясь мужчине целиком и полностью. Лед сердца растапливался. Открывалась ему с некой осторожностью, но неминуемо. Пальцы зарывались в густые черные волосы. Давно сорвала темную резинку. С распущенными — сексуальнее. Нетерпеливо касалась мышц, пробегаясь по контурам, желая ворваться в податливую мякоть плоти. Чтобы ногтями до крови, оставляя трепетные царапины.

Каждый жадный вдох, отдавался болью в груди. Придавливал тяжестью тела, давая насладиться скованностью движений. Не просила свободы. Свобода здесь не нужна.

Оглаживал упругие ягодицы, то и дело касаясь лоскутов белья. Готова была изорвать их сама же, лишь бы приблизить личную агонию. Словно стояла на краю обрыва, а лицо омывали не потоки холодного ветра, а горячие волны свирепого в своем буйстве океана. Жар в лоне уже создавал дискомфорт. Соски напрягались от боли, терлись о кружевную ткань. Ловила жадные губы, клеймящие, сладкие, яростные. Он не отпустил бы, даже если бы молила о пощаде. Сама отворила дверь для его зверя. Сама накинула крепкий кожаный поводок, да только на себя.

За секунду изменила положение, уткнувшись лицом в подушку. Даже воздуха не успела глотнуть. Острое лезвие ножа прижалось к затылку, прошлось тонкой гранью по шее, опускаясь к лопаткам. Не щадил. Точно знал, чего я хочу. Адреналина, что побежит по крови, разрывая нервы, отдавая контроль. Доверяла — безоговорочно и дико. Так хотела бы увидеть нас в зеркале. Лезвие проходилось по коже лишь слегка, царапая, оставляя красноватые полосы. Легкая боль приносила разрядку, щекотала нервы, возбуждая еще сильнее.

Сердце испускало дробный ритм. Так хотелось перейти к кульминации, но он еще не закончил. Наслаждался медлительностью движений, упивался собственной властью над моим телом. Не смела перечить. Не смела приказывать. Не смела просить. Сама подписала договор, не желая упускать такую возможность. Мой Мучитель, Учитель, Мастер… Казалась смешной сама себе. Холодная сталь прижалась к краешку трусиков. Вмиг разорвав, освободил от белья. Дождалась…

Неизменно покрывал тело легкими поцелуями, вознаграждая за послушание. Округлым ягодицам тоже досталась ласка, как и сочившимся влагой складкам. Внутренности пульсировали, встречая уверенный, твердый член. Представляла со стороны, как искушенно это выглядит. Как объемная головка скрывается в нутре лишь чуть-чуть, чтобы тут же выйти наружу — дразня, заводя, играя.

Искусала все губы…

— Ну, же! Хочу! Сильнее! — так желала, чтобы мир обрушился на плечи, склоняя к его ногам.

— Бесстыдница. — усмехнулся, вибрирующим бархатным голосом.

Голос тот ласкал не хуже рук, нескромных пальцев, которые впивались в плечо и пробирались к чувствительной горошине. Достигла бы оргазма и без стимуляции. Настолько дополнял, словно знал все желания заранее, будто читал меня как раскрытую книгу.

Движения стали мощнее, глубже, сильнее. Врывался неистово, вынуждая забыть обо всем. Хрипы и всхлипы сливались в единый поток, где мы с ним были не разделимы. Обжигающие кольца все убыстрялись, лишая возможности задержать оргазм хоть на сколько-то. Шлепки сыпались на ягодицы — дополняли мою личную огненную бездну.

И мир рассыпался на части, мельтеша вспышками ярких звезд перед глазами. Его рык — самая лучшая мелодия, услада для слуха. Тяжело навалился сверху. Так тепло, комфортно и уютно. Сгреб в охапку — ему не наплевать. Нежные поцелуи ложились на раскрасневшееся лицо, захватывали вырывающееся из груди дыхание. Так хотелось закричать — от счастья, от любви, от понимания. Он давал мне именно то, чего я так желала всей израненной душой, всем измученным сердцем. Только с ним не хотела расставаться, но каждое утро нового дня этот сон рассеивался, оставляя меня под воздействием обволакивающего наваждения, да только не сегодня…

Обернувшись к своему любовнику, ужаснулась от тяжелого серебристого взгляда, от лукавой улыбки, что закралась в уголках губ. Александр Конт смотрел на меня словно на выигранный приз — довольный, подобно наглому мартовскому коту. Страх сковал голос неминуемо, вынуждая проснуться.

Нет, мы не виделись с Александром с той самой встречи, не вделись и с Деймоном после бала. Между нами не было секса, не было этого единства, а так хотелось бы. Хотелось наконец найти того самого, от которого сердце сжимается болью от невозможности сделать вдох. Эгоистично желала купаться в любви, сгорать в озере страсти, умирать, рождаясь заново в надежных объятиях.

Приближалась дата нашей с Деймоном встречи — с каждой ночью сны становились все извращеннее. Да я попросту боялась накинуться на него, увидев снова! Щеки пылали — они не стеснялись будильника, что орал своим визгом уже минут пятнадцать. Если бы только не горечь окончания… Чертов Конт!

Неделя, данная на реабилитацию новым начальником, закончилась именно сегодня, а это означало, что у одной пятой точки, что неизменно находит для себя приключения, сегодня очень важный день… Сразу два события. Какого боялась больше? Какое желала приблизить быстрее? Оставаясь в постели, все равно не узнаю, а пока…

Повернувшись набок, улыбнулась солнцу, заглядывающему в окно, и новому дню. Пора накрепко брать в руки свою жизнь, Анжелика Гиш. Пора вставать…

Душ, чашечка горячего капучино с пенкой и шоколадом. Мои вкусы немного изменились. Надеялась, что и сама тоже. Неизменным оставался бутерброд, обжигающий пальцы. Тонкие ломтики колбаски, расплавленный сыр и мякоть томатов — самое лучшее в мире кулинарное творение. Вымыв посуду, легкой поступью пошла одеваться. Приталенные брюки с высокой посадкой, полусапожки на устойчивом каблуке, белоснежная рубашка поверх кружевного лифа. Смотрела в зеркало и словно видела в себе прятавшийся доселе свет. Вот они — яркие ямочки, кофейные, чуть затуманенные дымкой возбуждения глаза, чарующая улыбка. Машка бы сразу сказала:

«— Да ты влюбилась, подруга!»

Так ее не хватало и, да, она бы оказалась совершенно права. Все, чего боялась, так это разочароваться в том образе, который неизбежно придумала за эти дни себе сама. Самая страшная ошибка женщины — построить в своем разуме иллюзорные отношения, которых нет. Конта не забывала. Он всплывал в памяти образами, фразами, яркими картинками, а главное — взглядом. Никогда не смогу простить. Обошелся слишком жестоко, не имея на то причин и прав.

Улыбнувшись еще раз, накинула длинный плащ. Клатч в руках отдавался тяжестью. Телефон, ключи, кошелек, кое-что из косметики. Сегодня мне предстояли сразу два деловых разговора и неизвестно, чем мог закончиться последний. Похоже, я все же подсела на чертов секс…

По ступеням летела, вдыхая полной грудью прохладный утренний воздух. Стайка голубей вспорхнула, пугаясь ранней птичке, что уже раскрывала свои крылья на встречу неизведанному. Потому что новое всегда будоражит…

— Доброе утро, Мисс Гиш. — улыбался немолодой водитель. — Вижу, у вас прекрасное настроение.

— Доброе утро, Винчестер. Настроение? Не просто прекрасное, превосходное! Благодарю.

Приземлившись на заднее сидение салона автомобиля, дождалась, пока мужчина займет свое место, да как следует вдавит педаль в пол. С его вождением я уже сумела познакомиться вчера. Несмотря на возраст, этот человек оставался молодым душой.

— Вот и приехали, Мисс Гиш. Удачного вам дня и, звоните, когда я вам буду нужен. Не стоит игнорировать заботу Мистера Ринта. Мы ведь не хотим с вами остаться без премии? — подмигнул, памятуя о моем вчерашнем поведении.

Конечно, я вчера всеми правдами и неправдами отказывалась от широкого жеста, воспроизведенного с легкой руки начальника. Не заслужила еще, но оказалось, что спорить с Мистером Ринтом — себе дороже. Даже не заметила, как согласилась и на машину, и на водителя, и даже на прием у штатного психолога. С детства их не любила, с того самого детства. Ну, ничего! Ради хорошей работы можно разок и потерпеть…

Стальной великан возвышался над миром, уходил далеко ввысь — в небосвод. Не посчитав, даже не смогла бы сказать, сколько здесь этажей. Белоснежная вывеска выделялась — «Стройком». Словно чистое пятно посреди серой реальности. Карликовые деревья в горшочках обрамляли вход. Их скоро уберут, как только холода пропитают Глазго.

— Доброе утро, Мисс. Ваш пропуск.

— Конечно. — достав из клатча искомое, подала мужчине.

Внимательно осмотрев нас с карточкой на соответствие, вернул документ. Словно совсем не он выписывал его мне вчера.

— Хорошего дня. — кивнул, улыбаясь.

— И вам, прекрасного.

Улыбалась всему миру вокруг — девушкам за стойкой информации, охране, клеркам. Воодушевленная заходила в лифт. Зеркальные стены отражали мой образ. Залюбовалась и не заметила, как в механической коробке перестала быть единственным пассажиром. Теперь уже смущалась, такому откровенному самолюбованию. Оно не свойственно мне, так что же изменилось? Просто хотелось жить!

Не смотрела на своего попутчика. Щеки пронизывало стеснительностью. Отмеряла, высчитывала этажи — когда цифра восемнадцать мигнула, вздохнула с облегчением. Всего шаг, в котором начинается новая жизнь.

— Доброе утро, Мисс Гиш. Вас уже ждут.

— Благодарю, Ребекка.

Миловидная секретарша привстала, встречая нового посетителя. Несмотря на зрелость возраста, выглядела она презентабельно. Особый лоск, шик, аристократичные черты лица. Эта дама любила себя. Так что же мешает мне? Пора начинать.

— Желаете кофе?

— Было бы замечательно. Капучино.

Глухо постучавшись, уверенно прошла в кабинет. Мистер Ринт уже действительно ожидал меня, да не один. Женщина в строгом костюме разместилась в кресле напротив него. Участки низкого стола, не занятые аппаратурой, застилались множеством проводов. Будто кто-то разбирал на детальки технику.

— Доброе утро, Мисс Гиш. Присаживайтесь. — кивнул начальник на свободное кресло. — Хочу познакомить вас с нашим психологом — Миссис Перти. Сегодня она проведет с вами небольшое тестирование.

— Очень приятно. — чувствовала скованность, будто белый пушистый кролик застыл перед мощным удавом.

Неприятное чувство.

— И мне приятно. И пока Мистер Ринт еще не запугал вас окончательно, добавлю. Ко мне можно обращаться с любыми вопросами и проблемами. Все бережно схороню и дам совет.

— Спасибо.

Не стала говорить о том, что никогда не воспользуюсь ее услугами. Зачем? Для чего? Я уже привыкла, давно привыкла решать свои проблемы самостоятельно. Пусть наступая на собственные грабли, пусть неумело и неловко, но сама. Только человек может прокладывать свой путь. Любое вмешательство извне чаще навредит, сбив с истинного пути.

— Вы меня прямо монстром делаете, Миссис Перти! — рассмеялся мужчина. — Ну, да ладно. Я вас покину, чтобы не смущать. И Анжелика, дождитесь меня для подписания документов. Сегодня мы начнем знакомиться с вашими обязанностями.

Оставшись наедине, выдержали томительное молчание. Ребекка принесла нам кофе и скрылась за дверьми, тихонько прикрыв их за собой. Не боялась вопросов, но не желала выворачивать собственную душу наизнанку перед посторонним человеком. Да только выбора не было…

— Я задам вам несколько стандартных вопросов, Мисс Гиш. Вам необходимо отвечать только правду однозначными ответами — да или нет. Если вы соврете, детектор сразу укажет на изменения. — навешав на меня тучную кучу проводов, дама вернулась в кресло.

Сердце убыстряло свой ритм, гоняло кровь по телу с бешенной скоростью. Не могла расслабиться. Взгляд гулял по широкому светлому кабинету, цеплялся за полки с документами, декор интерьера. В темной мебели отражались отблески солнца. Даже кофе не прельщал, хоть его аромат и обволакивал.

— Итак, первый вопрос: Вы — Мисс Анжелика Гиш?

— Да. — отвечала без раздумий, точно зная, что то, во что я верю всем сердцем, отразится правдой.

— Вам двадцать три года? — продолжала, следя за монитором.

— Да.

— Вы когда-либо нарушали закон?

Этот вопрос неосознанно вызвал улыбку. Жаль нельзя ответить: «Слишком часто». Это была бы полнейшая правда. Воровала всякие мелочи в магазинах, лет так в шестнадцать. Могла бы свободно купить все, что хотела, но желала нелепого самоутверждения. Как начала этим заниматься, так и закончила. Перегорела. К тем вещичкам так больше и не прикасалась. Пылились в небольшой коробке, а потом примкнули к ненужному мусору. Человек перерастает этапы своей жизни, становясь взрослее каждым шагом, мудрее каждым словом. Так произошло и со мной. Тяжело вспоминать ошибки.

— Да.

Мой ответ явно напряг Миссис Перти. Любопытство читалось в ее глазах. Видела, она хотела знать куда больше услышанного.

— Вы когда-либо в своей жизни убивали человека?

Точно знала, что такие вопросы не задают на подобных тестах. Слишком прямая формулировка. Кто-то решил вовсю попользоваться своими возможностями. Что она пыталась раскопать? Собирает на меня компромат?

Предвкушала мой ответ, слишком явно прикусывая губы. Нервничала. Сейчас я уже начала сомневаться в том, а психолог ли она. Полиграф можно купить, если очень хочется, а вот не ширмой ли он является для чего-то еще? Прищуренный взгляд всматривался слишком пытливо.

— Да.

Тут же посмотрев на монитор, изменилась в лице. Не знала, что именно она там увидела, но ответ явно ждала другой.

— Зачем вы лжете, Мисс Гиш? — стала холоднее в разы.

— Смотря, что вы подразумеваете под ложью. Психология — тонкая вещь, не так ли? Я думаю, мы уже закончили. Всего доброго, Миссис Перти.

— Но мы еще не закончили!

— Закончили.

Поджав губы, женщина снимала провода, упаковывая все в черный кожаный чемодан. Ушла, не попрощавшись, но этот факт нисколько не коробил душу. Чувствовала себя словно в зоопарке, причем по ту сторону клетки. Сравнивала с препарированием. Эта работа нравилась мне все меньше.

Одной побыть не удалось. Мистер Ринт вернулся в свой кабинет, держа в руках листы с документами.

— А вот и я. — листы разместились передо мной на столике, завладевая вниманием. — Как прошло тестирование?

— Немного не так, как я его представляла. Зачем вам нужны ответы на вопросы, которые никак не относятся к работе?

Видел изменения в моем поведении, подмечал черты лица. Сама ощущала подобие безразличия. И как можно было так легко испортить такое замечательное утро?

— Я вижу, вам что-то не нравится. Не поделитесь? — ловко ушел от прямого вопроса.

— Вам бы тоже не понравилось, если бы кто-то решил покопаться в вашем грязном белье.

— Сожалею, но эту процедуру проходят абсолютно все. Я должен знать, чего ждать. Принимал бы всех бездумно, давно бы прогорел. Это бизнес, Мисс Гиш. А в бизнесе грязь — неотъемлемая часть.

— Именно это мне и не нравится. — натянутая улыбка, но на большее сейчас не способна.

Не хотела обижать этого мужчину. Он относился ко мне как к родному человеку — дочери или внучке, хотя я и не верила в его симпатию всем сердцем. После Конта искала подвох повсюду.

— Подпишем документы? — настаивал незримо, но чувственно.

— Простите, Мистер Ринт, но нет. Я тщательно рассмотрела ваше предложение и не вижу себя в роли управляющего отделом. — необдуманно, но от чистого сердца.

— Вы меня убиваете, Мисс Гиш! Что изменилось за эти несколько десятков минут?

— Мое мировоззрение. Не обижайтесь, Мистер Ринт, но я отказываюсь. Прошу лишь дать мне пару дней на то, чтобы освободить квартиру.

— Об этом не может быть и речи! Конечно, не торопитесь! Но, может быть, вы все же обдумаете все как следует? Не могу поверить, что решение далось вам в секунду! — забрал со стола листы, нервно теребя их в руках.

— Знаете, иногда спонтанные решения — самые правильные…

***

— Как прошел ваш первый день, Мисс Гиш? Вы так быстро вернулись. — вопросил Винчестер, ловя мой озадаченный взгляд в зеркале заднего вида.

— Странно, если честно. Не так я себе представляла эту работу.

Этот мужчина располагал. Верила, что не станет обсуждать услышанное от меня с кем-либо еще, а потому отвечала честно.

— Это с непривычки. Пройдет. Я считаю, что человек может все, если конечно, сильно хочет этого.

— Одних амбиций иногда не достаточно.

— Конечно, нет. Голова тоже должна быть толковой. Вы справитесь, Мисс Гиш. Я уверен…

Даже улыбнулась. Он уверен в том, от чего я уже отказалась. Выходит, опыт не всегда помогает людям делать правильные выводы. Может быть, я и поступила неправильно, но успокоившееся сердце говорило об обратном. Чувствовала себя намного комфортнее.

Молчание сменилось легкой мелодией. Кажется, звучал вальс. Прикрыв веки, облокотилась о спинку сидения и попыталась расслабиться. Образы маскарадного бала пришли сами собой. Я — в черном платье, словно падший ангел со сложенными крыльями. Он — демон искуситель, с силой сжимающий талию. Волна дрожи прошлась по телу, будто впервые. Каждый раз, вспоминая, переживала эти ощущения заново.

— Если я задам вам некорректный вопрос, вы ответите на него?

— Скорее да, чем нет, но все зависит от самого вопроса. Все условно и безусловно, помните? — вернула ему его же размытую игру слов.

Отражались в зеркалах. Смотрелись восхитительно. Ожидала тогда, что спросит о нашей первой встрече и моем фееричном падении, но Деймон удивил:

— У вас уже есть кто-то, прелестная Мисс?

— Не смущайте меня. Я пока нахожусь в поисках. — опускала взгляд, пряча лицо у него на груди.

Пах невероятно. Смесью терпкого парфюма и сигарет. Тяжелый мужской аромат.

— В поисках кого, маленькая недотрога?

Воздух рваными хлопьями вырывался из груди. Прижималась слишком близко, лишь бы не отпускал. Средь убыстряющегося темпа вальса, чья мелодия задурманила, закружила разум, раздался мой капитулирующий шепот:

— В поисках доминанта…

Не владела собой — ни телом, ни взглядом, ни словами. Остро ощущала простые прикосновения, снедаемая бурей желания. Только с ним и танцевала. Одурманенная, дикая, ведомая. Принимала бокалы, чуть пробуя и отставляя в сторону. Не желала забыться, хотела помнить каждый миг. Время так скоротечно, когда расставание неминуемо.

— И вот она — кульминация нашего вечера. Надеюсь, что все прекрасно провели время и обрели новых знакомых. — ведущий снова вышел на сцену, приковывая к себе всеобщее внимание. — Прошу выйти ко мне претендентов на вступление в наш закрытый клуб. Давайте поддержим их аплодисментами.

— Иди же. — чуть подтолкнул меня в спину, касаясь почти невесомо.

— Зачем? Мне кажется это нелепым.

— Если ты не поднимешься туда, то я не смогу тебя выбрать. — объяснял терпеливо, словно неразумному ребенку.

Ничего не понимала, но просьбу выполнила. По ступеням поднималась последней, а в руки к ведущему попала первой. За спиной мужчины и девушки — не больше десятка. Наверняка, нервничали точно также. Будто стоишь на стуле и собираешься рассказывать стих. Ох, лучше бы они ничего не просили говорить. Я ведь и спеть могу, а выдержит такое не каждый…

— Милая барышня, дайте-ка мы на вас посмотрим. Ммм… Прекрасна, восхитительна. — вынудил обернуться вокруг своей оси, словно продавать собирался. — Есть ли среди нас тот… или та, кто желает взять этот прекрасный бутон под свое начало?

— Сто! — выкрикнула одна из дам, смешливо подмигнув мне.

Помните чувство, когда рыбке воздуха не хватает? Вот именно так я себя и ощущала. Аукцион, черт возьми! Живой аукцион!

— Пять тысяч. — как-то безэмоционально прозвучало у самой сцены.

Обратив свой взор в сторону голоса, без труда узнала Мистера Шульта. Ну, нет, если уж и продаваться, то только не ему. Староват, от слова «совсем». Истерично искала взглядом Деймона, но отчего-то не находила. Свет слепил, не давая, как следует вглядеться в толпу. Сейчас была бы рада даже Конту, лишь бы избежать такого позора. Он-то наверняка бы вытащил из этой глупейшей ситуации.

— Десять тысяч. — прозвучало даже гордо.

Обернувшись назад, не увидела у других смятения на лице. Выходит, о таком окончании бала-маскарада не знала только я. Кто бы рассказал, ни в жизни бы не пошла!

— Перебьете цену? — лукаво обратился ведущий к Мистеру Шульту.

— О, нет. Нужно и молодым давать возможность. — отшутился этот тип.

Деймон тем временем уже пробирался к сцене. Возмущение кипело в моей груди. Кому-то сегодня предстоит выслушать целую тираду.

— И я с вами полностью согласен. Десять тысяч! Дама достается обворожительному незнакомцу в маске! — продолжал ворковать ведущий. — Первый чек уже есть! Перейдем ко второму…

Спускалась, опираясь на руку мужчины. Вцепилась так, что могла бы и пальцы сломать, но он словно того не замечал.

— Что это было, черт возьми? Почему вы не предупредили меня об этом унижении? — спросила, как мне казалось шепотом.

— Унижении? Для вас это — унижение? — всматривался в черты лица, а я все больше пылала от негодования.

— Я бы на вас посмотрела, будь вы на моем месте!

— А я был. И поверьте, ничего плохого в этом не вижу. Это всего лишь развлечение, плюс — неплохая возможность для сообщества пополнить бюджет.

— И за сколько же вас купили? — почему-то именно этот вопрос хотелось задать первым.

— Не так дорого, как вас. Теперь вы принадлежите мне на тот срок, который устроит обе стороны.

— Что значит, принадлежу?

— Я купил вас, Мисс Гиш, а значит, взял на себя за вас ответственность. Под моей опекой вы войдете в наш маленький мир, а вот дальше… Как пожелаете.

Нет, головой-то я понимала, на что конкретно намекает этот мужчина, но как-то не очень представляла наши товарно-денежные отношения. Опять вляпалась по самое «не могу». А все почему? А потому что жопонька спокойно усидеть не может на месте!

— И когда же начнется наш с вами путь? — выходили на улицу одними из первых.

Ночь уже окутала пригород, вставая яркой желтой луной в темном небе. Холод пробирался по нагим плечам, вынуждал кожу покрываться мурашками. Освободившись от пиджака, мужчина галантно накинул его мне на плечи, слегка приобнимая.

— Вам так не терпится?

— Не представляю, чего ожидать.

— Не стоит лукавить. Вы ведь большая девочка. Для начала, я запишу ваш номер телефона.

— А я ваш?

— Для начала этого будет достаточно. Я напишу вам, Мисс Гиш, и только попробуйте не ответить…

Глава 1: Разочарование — самая крупная соль…

Анжелика

Почти подъехали к ресторану, когда закончила подправлять макияж, разглядывая себя в небольшое зеркальце. Зажимала в руке телефон. Посмотрев на экран, поняла, что приехали рано. Не хотелось выходить из машины под холодными каплями дождя, а потому, попросила Винчестера немного постоять.

— Вы бы не травились, Мисс Гиш. Дрянь редкостная. — кивнул водитель на сигарету, которую собиралась подкурить.

— Нервничаю немного. Самовнушение — страшная вещь.

— Важная встреча?

— Наверное, самая важная за прошедшие дни.

Клубы никотина неспешно обволакивали легкие, оседая на губах привкусом освежающей мяты. Они же растворялись в воздухе, выбираясь через опущенное стекло, подобно легкой дымке. Молчала, перечитывая то самое сообщение, которое получила несколькими днями ранее:

«Пока занят. Встретимся в понедельник в La Lanterna в семь вечера. Хоуп-Стрит, 35»

Всего несколько фраз, которым радовалась с неподдельной детской непосредственностью. Скакала по квартире, наверняка, пугая соседей снизу устрашающим топотом. Обнималась с подушкой, выражая ей все свое счастье. Предвкушала новую встречу — новые перспективы и возможности. Бессовестно предвкушала секс…

Минут через пять безудержного веселья вдруг вспомнила о том, что должна что-то написать в ответ. Даже чуточку зависла, гипнотизируя яркий экран. «С нетерпением жду встречи» — нельзя так явно выражать свои эмоции. Не желала спугнуть мужчину, даже не начав с ним общение. «До скорой встречи»? Слишком серо и безлико. Как некстати вспомнился Конт. С ним таких проблем не возникало. Александр сам ворвался в мою жизнь, желая управлять ей. С ним было проще, а здесь…

«Да, Господин» — быстро набрала и отправила, пока не передумала.

Конту нравилось. Возможно, и Деймон ждет чего-то подобного.

Минуты текли. Секундная стрелка словно замедляла ритм. Невероятно боялась не той реакции. Уже придумала целую кучу отговорок, в оправдание словам, а от звука сообщения даже подпрыгнула на месте.

«Хорошая девочка»

Всего два слова, от которых душа снова пустилась в пляс. Не прогадала тогда, а сейчас страх вновь вернулся, скручиваясь тугим узлом где-то внизу живота. С возбуждением это ощущение не имело ничего общего.

— Уже без пяти. Пойдете, или отвезти вас домой? — Винчестер поглядывал с любопытством.

— Пойду. Не ждите меня. Потом доберусь на такси.

— Уверены?

— Да, и… Спасибо.

Покинув автомобиль, сделала несколько шагов вперед. Красивая вывеска заманивала заглянуть на огонек. Два огромных панорамных окна разрешали окунуться в мир света и торжественности. Вновь итальянский ресторан — как насмешка судьбы, как напоминание о нем…

— Войдете, или мы так и будем стоять на улице? — раздалось за спиной смешливо.

Обернувшись, утонула в глубоких темно-синих глазах. Чертовски привлекателен даже под светом фонаря.

— Добрый вечер.

— Добрый. Это вам.

В мои руки перекочевал букет красных роз. Неосознанно прошлась кончиками пальцев по лепесткам, наслаждаясь мягкостью, бархатистостью структуры.

— Спасибо.

— Пойдемте?

Светлые стены, белоснежные колонны, небольшие столики на четыре человека, покрытые молочными скатертями. Приятное место и, несмотря на вечер, почти пустое. Когда заняли столик у окна, по-прежнему рассматривала убранство. Меня впечатлили картины, что буквально осыпали стены. Пейзажи и портреты смотрелись гармонично, будто все они выросли под кистью одного и того же художника, чей стиль не менялся годами.

— Любите живопись? — спросил Деймон, забирая у официанта меню.

— Люблю красивые картины. Я с недавних пор снова начала рисовать, а потому просто не могу пройти мимо вот таких своеобразных выставок.

— Интересно. Много ли у вас уже работ?

Вспомнив одно единственное полотно, что так и продолжало стоять на мольберте, залилась краской смущения. Все не могла закончить пейзаж, ежедневно добавляя новые детали, вырисовывая не просто картину, а чью-то историю.

— Всего одна, но и она не закончена. Вдохновение не терпит суеты.

— Я — человек совершенно не творческий. Моя стихия — финансы.

— Вы уже готовы сделать заказ? — обратился официант, тем самым прерывая нас.

— Лазанью. — ответила первое, что пришло на ум.

Даже в меню не заглядывала, поддерживая беседу. Нервничала и переживала, что мужчина мог видеть все мои чувства невооруженным глазом. Прямо как школьница на первом свидании.

— Спагетти и бутылку Вальполичелла Амароне.

— Прекрасный выбор. Желаете ли десерт? Могу порекомендовать вам мятно-шоколадное парфе. Очень освежает.

Деймон посмотрел на меня, ожидая ответа, а я… А я понятия не имела, что такое парфе. Натянуто улыбнувшись, кивнула в знак согласия. Мята и шоколад звучали вкусно.

— Две порции, пожалуйста.

Жаль, что цветы поставили в вазу. Чем-то срочно хотелось занять руки. Сейчас как никогда ощущала стеснение и некую растерянность.

— Итак, чем вы занимаетесь кроме живописи?

— Работаю. Люблю шить. Реже готовить.

— Может быть, мы перейдем на «ты»?

— Конечно. — теребила край скатерти, впиваясь зубами в нижнюю губу.

— Где работаешь, если не секрет?

— Собиралась работать в одной строительной фирме. Сегодня был мой первый и единственный рабочий день. Не знаю почему, но то место не пришлось мне по вкусу. Осталось какое-то мерзкое ощущение.

— Я заметил. Хотел бы снять печать неудовлетворенности с твоего лица, но обстановка не подходящая.

От таких слов щеки немедленно воспылали. Картины бессовестных ласк предстали перед глазами, застилая разум.

— Отлично. Теперь ты не походишь на привидение. — нагло усмехнулся он.

— А ты? Чем занимаешься ты? — спросила, жадно глотнув воды.

Сейчас желала встать прямо под дождь, лишь бы охладиться.

— Всем понемногу. В основном — продажа элитной недвижимости. Изредка помогаю отцу.

— То есть, ищешь покупателей с большим кошельком?

— Скорее с утонченным вкусом. Хотя, чаще всего те, кто покупают дорогие дома, совершенно не имеют такового.

— Свои издержки есть везде.

Официант принес блюда и разлил вино по бокалам. Есть хотелось неимоверно, но медлила, не желая показаться невоспитанной.

— Хочу, чтобы ты попробовала вино.

— Проверка на наличие яда? — чуть приподняла бровь, но бокал взяла.

— Мне интересно понять твои ощущения, распознать твои вкусы.

— Могу обо всем рассказать.

— Обо всем не расскажешь. За прекрасный вечер и обворожительную девушку. — стекло соприкоснулось, издавая легкий звон.

Первый глоток прокатился по языку терпкой горечью. Прикрыв глаза, пыталась прочувствовать сложный букет. В послевкусии угадывались вишня и красная смородина, нотки темного шоколада и толика пряных специй. Уникальное, неподражаемое вино. Смотрела на то, как насыщенная красная жидкость подобно тихим волнам, омывает стенки бокала.

— Крепкое. — ответила коротко.

— И все? Твоя мимика была более яркой. Почему ты так скована?

— Не каждый день хожу навстречу с потенциальным партнером. Мы сидим и разговариваем о том, каков вкус вина… Я думала, мы поговорим о… «Теме». — к последнему слову перешла на шепот, беспокоясь о том, что кто-то может услышать.

Смотрел чуть прищурено, словно пытался разгадать великую тайну. Не ожидал, что спрошу так прямо? Меньше всего хотелось спугнуть мужчину.

— Для начала, я все же хотел бы узнать тебя ближе. Совершенно незнакомые люди не могут стать партнерами в таких отношениях. Первый уровень — доверие. Без доверия мы не сдвинемся с мертвой точки.

Даже растерялась. Наша встреча походила на мой самый глубокий кошмар. А чего я собственно хотела?

— То есть, у нас сегодня самое обычное свидание? — от осознания этого стало легче дышать.

Неужели настолько боялась сразу перейти к делу? За прошедшие года разучилась строить нормальные отношения. Даже не помнила, как они начинаются.

Плечи расслабились, улыбка стала свободнее. Ощущала легкость, правда, ровно до того момента, пока не услышала ответ Деймона:

— А ты хотела бы, чтобы я разложил тебя прямо на этом столе? Не скрою, ты наверняка выглядела бы аппетитнее спагетти, но предпочитаю все же сначала познакомиться, как следует. Слишком много нюансов стоит обговорить, прежде чем мы перейдем к контракту.

***

Мистер Оливер Ринт

На восемнадцатом этаже стального великана в этот поздний час продолжал гореть свет. До сих пор работал. Работал над документами, которые должна была проверить Мисс Гиш, но… не срослось. Мысль о том, что девица ни так проста, как казалось изначально, коробила. Сомнения заползали в душу. А что, если именно Конт подослал ее к нам, а не наоборот? Узнала все, что хотела, да решила сбежать, пока цела. Щенок вполне мог пойти на такое. Да и Неви пропал — наверняка продался гаденыш!

Бокал с виски полетел в стену, размываясь некрасивым пятном. Осколки украсили пол.

— Оливер, что здесь происходит? — Герда вошла в кабинет свободно.

В этот поздний час остановить ее было некому. А жаль… Сегодня она меня разочаровала…

— Собираюсь домой.

— Снова пьешь? Ты ведь знаешь, в твоем возрасте себя нужно беречь… — в очередной раз заголосила дамочка.

Начинала порядком надоедать. Бесполезная в своем существовании. С обыкновенным заданием справиться не смогла, тупая курица!

— Лучше замолчи… — вымолвил угрожающе. — Я все еще зол на тебя!

— Из-за этой пигалицы? Да ты бы видел ее! Она…

— Прекрати! Ты сама виновата! — злость застилала глаза, угрожая вырваться наружу неконтролируемыми действиями.

— Но это ты просил меня разузнать что-нибудь о ней!

— Я выдал тебе список вопросов! Какого черта ты занималась отсебятиной?!

— Оливер, милый! Ну, прости меня! Мне казалось, что тебя это заинтересует! — обойдя стол, повисла на плечах.

Снова все желает уладить сексом. Только ноги раздвигать и годится!

— Хорошего вечера, Миссис Перти. — прошипел сквозь зубы.

— Ты гонишь меня? — только истерики и не хватало.

Ненавижу истеричных женщин! Покойная жена была такой же. Все они такие… Извечные страдалицы, чей взгляд не видит ничего кроме толстого кошелька. Хитрые, извращенные в своих фантазиях. Обвиняют в скупости, когда сами же скупы на эмоции. Актрисы. Одна за другой появлялись и исчезали, упиваясь оторванным куском. Словно животные, да только падкие не на дичь, а на шуршащие купюры.

Брезгливо сбросив ее руки, поднялся из-за стола. Пора избавляться от ненужного балласта.

— Знаешь, мне надоели твои бесконечные визги. И еще. Секс с тобой — самое пресное, что было у меня за последние полгода.

Стояла, хватала ртом воздух, словно издыхающая рыба. На глаза наворачивались слезы, стекали по размалеванным щекам. Не найдя, что ответить, вылетела из кабинета, наконец-то оставив в покое. Давно пора.

Присев на край стола, посмотрел на оставшиеся папки. Опять просижу до самого утра, но не в первой. Срочно нужно было что-то делать с маленькой дрянью. Лучше не выпускать ее из поля зрения ни на минуту, чтобы не дать возможность передать Конту компромат. Ненавижу мразь…

Телефон мигнул, связывая с тем, кому я мог доверять безоговорочно.

— Винчестер, Мисс Гиш пользовалась твоими услугами сегодня?

— Да, Мистер Ринт. Как раз возвращаюсь обратно.

— Куда вы заезжали по дороге? Может быть, она встречалась с кем-то?

— Я отвез ее в итальянский ресторан. Она очень волновалась перед встречей. Меня отпустила, сказав, что вызовет такси.

— Хм… — похоже подозрения были не беспочвенны. — А она не говорила, с кем встреча?

— Нет, Мистер Ринт, но этого и не требовалось. Ее спутником был ваш сын.

— Эрик? Тогда ладно. Он выполняет мое поручение… — даже несколько расслабился, наливая в стакан новую порцию янтарного виски.

— Мисс Гиш сопровождал ваш старший сын — Деймон. Вы разве не знали?

Переваривал услышанное, сдабривая все новыми глотками обжигающего пойла. В мои планы не входило втягивать в это дело Деймона. В такие случайности не верил. Выходило, что это не я подобрался ближе к Конту, а он ко мне и почти вплотную. Идея с девчонкой сейчас уже не казалась такой гениальной. Впервые не понимал того, что происходит вокруг. Так сложно терять контроль.

— Мистер Ринт?

— Вернись и проследи, куда отправятся дальше. Держись на расстоянии.

— Хорошо, Мистер Ринт. Как скажете…

Стоило связаться с Эриком, да разузнать у него, насколько уже сблизился с девчонкой. Лучше бы он уложил ее в постель побыстрее. Не получится — деньгами можно решить все, если знать какова цена. Этот гаденыш мог появиться в Глазго в любую минуту и не факт, что я узнаю об этом. Так рассчитывал на Вадима и его доносы, но этот засранец выпер собственного брата из фирмы. Срочно требовался человек, который бы докладывал о каждом шаге Конта. Вариантов нет, пора ускорить знакомство с Мисс Гиш.

***

Анжелика

Мята оседала во рту, смешиваясь с горечью шоколада. Чувствовала нежный привкус сливок. Невероятный многогранный, но невообразимо легкий десерт. Совсем не пожалела, что заказали его. Холод прокатывался по вкусовым рецепторам, обволакивал горло. Бессовестно облизывала ложку, намереваясь немного поиграть.

— Очень опасно, Анжелика. Могу и не сдержаться. — синие омуты горели, отражая в своей сердцевине дикий огонь свечей.

Добивалась этого намеренно. Впервые не хотела ходить вокруг да около. Сравнивала свое поведение с Машкиным. Она никогда не сомневается в своих решениях. Увидела, захотела, взяла. Могла позволить себе испытать такое единожды — заряжающий кровь драйв, отбивающий в сердце ритм адреналин, вспыхнувшую страсть. Этот вечер обязан был принести мне желанную разрядку.

— В чем суть контракта? — подначивала делать шаги вперед.

— Мне кажется, ты торопишься. Насколько мне известно, ты и понятия не имеешь, на что собираешься подписаться.

— Я уже говорила, что новичок в этом деле.

— Я не о том. Хочу рассказать тебе правила клуба, в который ты так жаждешь вступить.

— А разве меня еще не приняли? — прокручивала в голове аукцион, с ужасом представляя, что ждет меня дальше, если это было только начало.

— Именно это я и имею в виду. Ты не осознаешь всего. Тебя отметили на маскараде, увидели, заметили. Ты привлекла внимание, обозначив свое желание, и тебе дали возможность показать себя. Существуют несколько видов контрактов, которые заключаются между членами нашего сообщества. В них стандартно прописываются все допустимые и недопустимые действия по отношению к тем, кто заключает такой своеобразный договор.

— То есть, например, виды игрушек, которые допустимо использовать?

— Рад, что ты понимаешь. — лукавая улыбка коснулась губ. — У первого контракта сразу два ограничения. Первое — это срок. Минимальный срок контракта — месяц. В нашем случае на оговоренное время сабмиссив становится собственностью доминанта — это второе. Если по окончанию контракта представитель клуба дает рекомендации своему подопечному, его принимают в сообщество. Если нет, то дорога закрыта.

Обдумывала услышанное. Столько заморочек, но с другой стороны, что я знала о «Тематиках»? Да ничего толком, кроме того, что у них есть вот такие клубы по интересам. Считала, что имею право задавать вопросы, а потому спросила прямо:

— После подписания контракта я стану твоей собственностью на оговоренный срок?

— Да. Каждый твой шаг, каждое действие. Я буду управлять твоей жизнью двадцать четыре часа семь дней в неделю на протяжении всего месяца.

Представив перспективы будущих отношений, несколько стушевалась. Снова находиться под контролем малознакомого человека не хотелось. Намеревалась ограничиться встречами, но не большим. Возможно, я поторопилась с поисками, желая заполнить пустоту…

— Сколько партнеров у тебя уже было?

— Один. — ответила, не думая, но тут же покрылась пятнами возмущения. — Это слишком откровенный вопрос.

— Хм… Как часто проходили сессии? — говорил ровно, несколько лениво, словно и не слышал моего возмущения.

— Сессии?

— Встречи.

— Мы встречались каждый или почти каждый день. Про секс тоже рассказывать? — уже не обращала внимания на то, что мы находимся в ресторане.

— Про секс мы поговорим чуть позже. Есть более важный вопрос. — хмурился, словно пытался собраться с мыслями. — Что именно ты знаешь о БДСМ?

Вот и дождалась. Пришло время признаваться в своей некомпетентности, а так не хотелось. Сейчас он обсмеет меня и уйдет, оставляя ни с чем. Что ж, к такому повороту я тоже была морально готова.

— Я знаю, как расшифровывается аббревиатура. Кое-что испытывала на себе, но не могу судить о том, насколько много. Я понятия не имею, как строятся отношения между сабой и доминантом. Не перебивай… — мотнула головой, видя, что собирается что-то сказать. — Мне понравились те ощущения, которые я испытывала в сексе. Когда контролируют каждый вдох — это невероятно. Я хочу узнать больше, найти свои грани допустимого, потому что еще не познала их. Я пришла на тот бал, чтобы найти того, кто поможет мне раскрыть себя. Не знаю правил, запретов, да ничего толком. Чистый лист, которому требуются чернила. Вот собственно и все.

— Что ж, не ожидал такого. Обычно к нам приходят те, кто уже обладает неким опытом и знаниями. Не уверен, что из меня выйдет хороший учитель.

Воздух медленно наполнял легкие. Остро нуждалась в новой дозе никотина. Боялась, что так и будет. Волшебная сказка закончилась, даже не успев начаться. Золушка потерпела фиаско, разбив к чертовой матери обе туфельки.

— Спасибо за чудесный и познавательный вечер. Была рада знакомству.

Отложив ложечку, уже собиралась уйти, но строгий голос буквально припечатал к месту:

— Сядь.

Приземлившись чисто механически, посмотрела прямо в глаза. Никак не расшифровать. Пульс ускорялся. Контролировал лишь голосом, взглядом, словно я опять оказалась в своем сне.

— Во-первых, ты импульсивна. Во-вторых, я не разрешал тебе уйти. Ты проявляешь неуважение. И, в-третьих, такие сложности меня не пугают. Главное, — приблизился, вынуждая и меня сократить расстояние, — чтобы они не пугали тебя…

Так близко от губ, даже дыхание чувствовала. Утопала в синих омутах, борясь с нетерпимым желанием. Напрашивался на поцелуй, провоцируя открыто и со вкусом. Сейчас не доминант. Мужчина.

— Хочется? — спросил хрипло, прокатываясь вибрацией по телу.

— Очень… — прикрыла глаза, чуть приоткрывая губы.

— Тогда, как следует подумай до завтрашнего утра, потому что дороги назад уже не будет. Пойдем, великая соблазнительница, отвезу тебя домой.

Он потешался надо мной! Просто потешался! Играл на желании… Как совсем недавно это делала я. Черт! Расплатился со мной моей же монетой.

— Ну, не пыхти как ежик. — помогая надеть пальто, огладил ребром ладони щеку. — Нежная девочка, пока еще неискушенная. Уверен, нам обоим понравится наше сотрудничество…

***

Поднималась домой на лифте в четком намерении что-нибудь разгромить. Руки чесались до ужаса! Впервые меня продинамили, да так, что щеки до сих пор пылают от смущения. Всю дорогу развлекал разговорами о Глазго, словно мы старинные близкие друзья, которые вдруг вновь встретились. Ну, да, почти незнакомый мужик. Естественно, что мы не перешли сразу к делу. Это выглядело бы абсурдно — сейчас ясно осознавала, но неудовлетворение осыпалось песком сквозь пальцы, грозя затянуть в зыбучую субстанцию.

Мстительно бросив сумку на пол, прошла в гостиную. Телефонный звонок нарушил желание отыграться на ни в чем не повинных подушках. Веселая рожица Эрика насмехалась надо мной с экрана смартфона.

— Привет, Эрик. У тебя что-то срочное? — намеревалась зависнуть на пару часов под душем, чтобы хоть немного расслабиться, отпустить тяжелые думы.

— У меня — трагедия! — возмущался в трубку. — Ты просто не представляешь, что произошло! Все! Я не вижу смысла в своем безликом существовании!

— Стой-стой! Не части. Что произошло? — действительно переживала за Эрика, считая его своим другом.

Такой убитый голос у парня не слышала еще ни разу. Свои проблемы сразу же отошли на второй план, становясь несущественными.

— Не хочу говорить об этом по телефону!

— Можешь приехать. Я, знаешь ли, тоже не в духе…

— А у тебя что?

— Всего понемногу… — даже договорить не дал.

— Уже лечу! Две бутылки мартини нам в помощь!

Рада была услышать веселье в интонациях, но пить не собиралась. Хотя… Этот дрянной день ведь не мог стать еще хуже. Пару глотков вина оставили чувство незавершенности и возможно, после порции чего-нибудь покрепче действительно полегчает. По крайней мере, мне.

Эрик явился при параде через полчаса. И нет, он не нарядился в смокинг, а в руках его не пряталась билеты в театр. Готовился парень к нашей встрече совершенно по-другому.

— Ммм… Чем это таким вкусным пахнет в этой лачуге?

— Макароны с сыром и салат. На большее я сейчас не способна, извини. — заглядывала в пакет, который перекочевал ко мне в коридоре. — Ты намерен упиться до беспамятства?

— Ты про что? — кивнула на две большие бутылки. — А, про это? Я тебе поражаюсь! Там пить вообще нечего! Это же сок!

Прошлепав к кухонному островку, выгрузила на стойку содержимое. Не разговаривали, пока накрывали на стол, словно и он, и я откладывали нехорошие новости на потом. Разместившись друг напротив друга, также молча сделали пару глотков. Молчание — золото, но не для этого вечера.

Видела, что парень нервничал, а потому не стала его разочаровывать. Хоть одного мужика удовлетворю… морально.

— Рассказывай. — кивнула Эрику, вооружаясь вилкой.

— Мой парень изменил мне! Ты представляешь? Я приехал к нему, решив сделать сюрприз! Сделал называется! Этот щегол был там со своей маникюршей! Прямо в постели! — отчаянно жестикулировал, размахивая бокалом.

— Сочувствую тебе. Я как-то раз прошла через подобное. Тоже парень, и тоже с девушкой. — попыталась юморить, но получалось плохо.

Как вообще успокаивать мужиков? Кто бы выдал подробную инструкцию, да желательно на одном листе!

— Вот если бы он был с мужиком, тогда бы да! А тут вдвойне обидно, понимаешь? Я ведь для него все, а он снова к бабам!

Пыталась не смеяться, но со стороны это звучало дико комично. Улыбка наползала на лицо самопроизвольно, грозясь вылиться в некрасивую ситуацию.

— Ну, чего ты смеешься? Я ведь ему целый месяц жизни отдал!

Целый месяц жизни. Смотрела на парня и думала о том, что такое этот самый месяц. Ничтожно мало для одной жизни. Всего тридцать дней отношений — разве это срок? Нет. Он пролетит вереницей дней настолько быстро, что и понять ничего не успеешь. Отдать себя Деймону на месяц — это не проблема. Я приму его правила, смогу, выдержу, получив в ответ многим больше. На самом деле о настоящей проблеме я даже не задумывалась. Так наивно и нелепо. Уверена, он тоже не думал о том, что будет по истечению заявленного срока. Что если я воспылаю к нему настоящими, неподдельными чувствами? Страсть и влюбленность могут смениться любовью в мгновение ока, когда сам того не ожидаешь. Что я буду делать потом?

— Анжелика, ты меня слышишь? Я кому здесь душу изливаю?

Выхлебав все содержимое стакана, даже не поморщилась. По-моему, алкоголь лишь усугублял мыслительный процесс, провоцируя закапываться в себе еще глубже.

— Прости. Мне очень жаль, что у вас так все плохо закончилось. Возможно, он просто не твоя судьба?

— Только вот не надо этих ваших девчачьих штучек! Я мужик и вполне реально могу оценивать ситуацию, не прикрываясь выдуманными отговорками. Не собираюсь оправдывать его блудливую натуру какой-то там судьбой и стечением обстоятельств. Он сам выбрал такой путь, точно зная, что когда-нибудь все раскроется. Растущие рога, знаешь ли, со временем начинают мешать и их нет-нет, да и замечаешь.

— Ну, тогда, радуйся, что ты узнал обо всем сейчас, когда еще не испытываешь к нему сильных чувств.

— Почему тебе кажется, что я не люблю его? — даже насупился, словно здесь и сейчас собирался доказывать свои чувства.

— Ты реагируешь скорее возмущенно, нежели истерично. Это и хорошо, что ты чувствовал лишь симпатию или влюбленность.

— А как же реагируют, когда любят? Расскажи, знаток влюбленных душ.

Совсем не обиделась, понимая его, принимая защитное поведение. Он — молоденький мальчишка, чей путь, настоящий путь только начинается. За каким-нибудь поворотом на него обязательно свалится его счастье, от которого он стопроцентно захочет сбежать, а пока… Не считала постыдным поделиться тем, что испытала единожды.

— Когда любишь, а тебя предают — это невообразимая боль. Кажется, что все внутри тебя ломается на куски, рушится от одного единственного слова. Словно все кости в теле проворачиваются, перетираясь в труху, пепел. И нет, сердце не болит. Оно будто зацепляется за острую часть ребра, и больно вдохнуть. Просто не можешь сделать вдох, хватая рывками воздух, которого нет. Остро чувствуешь, как рвется душа, как огромные дыры вырастают внутри, подобно паутине, чью сердцевину опаляет огонь.

Новая порция алкоголя прокатилась по горлу, обжигая нутро. Придавала храбрости, забирая тело и разум в плен хмелю. Тихие теплые волны постепенно окружали, незримо разрешая, наконец, расслабиться, отпустить саму себя.

— Ты не можешь взять эту боль под контроль, не можешь справиться с ней в единый миг, но никто кроме тебя не способен ее одолеть. Она пожирает тебя день, ночь, два дня, пять, неделю, вырываясь потоками слез, отсутствием аппетита, апатией. Боль остается и не отходит далеко, неминуемо возвращаясь, но притупляется со временем. Ты учишься жить вместе с этой болью. Знаешь, для баланса приходит агрессия. Нередко начинаешь совершать несвойственные тебе поступки. Хорошо, если рядом есть тот, кто разделит с тобой твое состояние и сможет вовремя остановить. У меня была моя Машка. Она вытянула меня, вытянула тогда, когда все остальные лишь смотрели, ожидая, чем все закончится. Как-то так…

— Нехило. Но, у меня такое ощущение, что женщины все же чувствуют все по-другому. Знаешь, как страдают мужики?

— Ну и как же? — нелепо улыбнулась, ожидая фееричного ответа.

Голова переставала соображать, постепенно отключаясь. Мыслительный процесс замедлялся, но я чувствовала себя как никогда счастливой. Эрик все наливал и наливал, не оставляя мой стакан пустым ни на секунду.

— Мы напиваемся! Так что, без лишних слов…

Глава 2: И час расплаты неминуемо настанет…

Анжелика

За эмоциональной беседой алкоголь закончился слишком быстро. В основном говорил Эрик, уже соглашаясь и на вмешательство судьбы, и на сошедшиеся звезды, и даже на божественную задумку. Эко его понесло. Не знала бы, подумала, что сочиняет на ходу.

— Ну, а у тебя там что приключилось с работой? — пытался попасть вилкой по маслине, но ему это никак не удавалось.

— Ничего хорошего. Дело — дрянь. Отношение какое-то театральное, наигранное. Словно весь их мир искусственный. Честно скажу, мне не понравилось это место, хотя ничего сверхъестественного и не произошло. Остался привкус гнили во рту. Не знаю, как объяснить, но я не подписала договор.

— Да ты что?! Зря ты так. Я думаю, все бы нормализовалось. Просто для тебя место непривычное, еще не обжилась там, как следует. Может, передумаешь? Ну, кто может устоять под твоим очарованием? Даже меня цепляет! — приговаривал яро и вольно, будто был убежден в каждом слове.

— Ой, ладно ты! Не льсти! Я прекрасно помню, что ты по мальчикам, так что твое мнение не в счет…

— Кстати, о мальчиках! Ты почему ничего не рассказываешь? Как прошло твое свидание?

— Никак. Это было что-то среднее между деловой встречей и нормальным свиданием. Не знаю, чего ожидала, но точно не такого окончания. Он просто отвез меня домой и все. Дал время подумать до завтра, а я… Я бы накинулась на него уже сегодня!

— Вообще-то, это он должен накидываться на тебя… или я чего-то не понимаю?

— Меня бы устроил любой вариант, хотя… даже в этом уже сомневаюсь.

— Ну, если этот малый не выпрыгнул из штанов тогда, когда ты этого страстно желала, то он кое-чего стоит… Хочешь честно? Я бы выпрыгнул, не раздумывая, а он смог удержаться. Мужик достоин моего уважения, черт возьми, несмотря на любовь к длинным хлыстам и маленьким беззащитным девочкам…

***

Эрик

Сколько выпили? Даже не вспомнить! Если бы считали, то, наверное, и не сосчитали бы! Словно двое ненормальных путешествовали в супермаркет за доброй порцией добавки. Фотографировались по дороге на телефон, невообразимо корча рожи под высокими коваными фонарями. Держалась за меня, будто за спасательный буек, цепляясь, так наивно и открыто. Не видела во мне мужчину, запрыгивая на спину, подобно лихой наезднице. Бесились как дети, но, увы, давно выросли, погружаясь в грязную реальность день ото дня.

— Эй-эй! Еще немного правее! Вооот тааак! — направлял в спальню, понимая, что необходимой кондиции достигли.

После того, что собирался сделать, по совести должен жениться. Должен, но не обязан. И пусть мне нравится эта нелепая в своем доверии девчонка, деньги меня соблазняют куда больше. Давно хочу уйти в свою, ни от кого не зависимую жизнь, найти свою извилистую дорогу, свой правильный путь. Дружба несущественна, если создана искусственно.

Распластавшись на кровати прямо в одежде, Анжелика еще пыталась что-то говорить. Несвязные звуки вылетали из ее рта, и даже по интонации не мог понять, что хотела донести. Пить ей нельзя совершенно.

— Давай, подруга, разденем тебя. Не будешь же ты спать в одежде?

Сняв с себя ботинки и куртку, занялся ей. Нужно представить все в наилучшем виде. Ни разу не инсценировал секс, но всему можно научиться. Импровизация — наше все.

Чувствовал себя великим гением, который воплощал коварный план по захвату мира. Лишь бы «мир» потом не прибил, хотя… плевать. Я уже буду далеко, если все удастся.

— Анжелика… — звал громко, чтобы понять, спит или нет.

Если она проснется в самый ответственный момент, весь план пойдет коту под хвост. Ее реакцию на утро мог лишь предполагать. Представляю, как раскраснеются щеки от осознания непоправимого.

Расстегивал пуговицы на джинсах, получая какое-то извращенное моральное удовлетворение. Стягивал их с особым остервенением. Желал приблизить утро. Блузка в процессе избавилась от декоративных застежек — страсть должна быть правдоподобной. Повесив лифчик на спинку кровати, понял, что у нас собирается интереснейшая композиция. Ее бы сфоткать для коллекции, но я не настолько мудак. Хотя…

— Ты ведь поверишь, да, Анжелика?

Ее белье скинул на пол вместе со своими боксерами. Соблазн был так велик, но со спящей… Все-таки я не маньяк. Прижав к кровати своим телом, стал покрывать короткими поцелуями лицо. Руки забрались под спину, гуляли по коже, нежным нагим бедрам. Если бы не спала, хоть немного подавала бы признаки жизни… Губы высохли, обветрились. Наверное, ей было бы щекотно.

Пальцы сминали упругую грудь, зажимали кругляши ореолов. Напряженный член упирался в лоно, желая естественного проникновения. Гладил по распущенным волосам. Растормошить бы, ощутить страсть, разделить на двоих агонию. Врывался бы неистово, то замедляясь, чтобы насладиться горячим нутром, то вновь ускоряясь, задевая края головкой. И в тишине квартиры должны бы были слышаться стоны. Они бы отражались от стен, заполняя все свободное пространство…

Разозлившись, ударил кулаком о подушку. Не мог. Пресловутая совесть не позволяла вытворить то, на что шел намеренно, к чему готов был еще несколько часов назад. Думал, что готов. Всего-то и надо, довести себя до оргазма, да выплеснуться на бархат кожи. Чтобы наверняка, чтобы сомнений не осталось. Не мог. Не мог! Правильно отец говорит, я — слабак! Мягкотелая тряпка, что не может пошевелить задницей ради своей собственной выгоды!

Скатившись с кровати, прошел на кухню. Бутылка манила. Мы с ней наедине. Только я и она. Горечь от проигрыша не затмевалась терпким алкоголем, но хоть немного притуплялась. Не помню, как дошел до кровати, свалившись на нее словно кукла. Лишь очертания видел, когда прижимал глупую девчонку к себе, отключаясь. Лишь запах чувствовал… Едва уловимые ароматы мяты, вербены и зеленого чая…

***

Анжелика

Если мне и хотелось умереть хоть в одно утро в своей жизни, то оно наступило. По сухости мой рот запросто мог сейчас поспорить с пустыней Сахарой. Голова раскалывалась на тысячи частей. Слышала каждый шорох, уличные звуки сквозь приоткрытое окно, сигнал лифта, что остановился на этаже, дыхание спящего рядом…

Мгновенно раскрыв глаза, оценила потолок. Да, нет. Потолок вроде знакомый, а точнее хорошо известный. Буквально вижу его каждое утро, но в это — особенно страшно. Нащупав пальцами край пледа, немного приподняла его, стараясь не разбудить нежданного соседа по спальному месту. Взгляд медленно опускался вместе с подбородком. Такой подставы от самой себя точно не предполагала получить.

Лежу… Нет, не так. Лежу! Голая! Неизвестно с кем! Голова раскалывается, а тихое сопение совсем рядом бесит неимоверно! Волосы уже встали дыбом во всех местах, где фактически существовали! Кажется, даже брови шевелились от ужаса! И самое страшное — нужно узнать, кто именно под боком! Только бы не Конт… Сама себя придушу одеялом!

Уверенно набрав полные легкие воздуха, также уверенно выдохнула. Что такого? Ну, поверни голову, посмотри кто там, а дальше по обстоятельствам… Черт! Напиться до беспамятства? Теперь я точно знала, что это такое…

Прикрыв веки, все-таки повернула голову. Пять, четыре, три, два, один…

— Привет, милая.

— Аааааа!!! — заорала во все горло и чуть не свалилась с кровати, пытаясь натянуть на себя гребанный плед.

Ткань не двигалась, потому что всем своим весом ее удерживал Эрик! Тот самый Эрик, который еще вчера был моим другом! Этот бессовестный любитель мальчиков скалился на меня во все свои тридцать два чертовых белых зуба. С особой жестокостью хотелось стереть эту наглую усмешку с его лица. Как мы оказались в одной постели? О чем думал мой пьяный мозг?

— У тебя сейчас такое выражение лица, словно ты мне не рада. — обижено проговорил этот мерзавец. — Чего кричать-то с самого утра? Вчера тебе все даже очень нравилось…

— Даже не говори мне, что мы занимались сексом!

— Но мы ведь занимались.

— Как ты вообще допустил такое? Ты ведь не спишь с женщинами?!

— Ну… Так вышло, что ты для меня намного больше, чем женщина. Я тебя…

Звонок мобильника раздался неожиданно, заставив буквально подпрыгнуть над кроватью. Мелодия звучала не в спальне, а значит, необходимо было подняться. Это и спасло новоявленного Казанову от немедленной смерти от удушения подушкой.

— Который час?

Столкнув Эрика на край кровати, отобрала плед и замоталась в него по самые уши. До раздирающего голову гаджета добралась в несколько прыжков. Звонил Винчестер, а это означало только одно — я проспала!

— Доброе утро, Мисс Гиш.

— Доброе, вы уже на месте? — залетела в душ, пытаясь быстро привести себя в порядок.

— Да, жду вас.

— Я спущусь через пять минут.

Так быстро в жизни ни разу еще не одевалась! Обувалась на ходу, уже почти покидая стены квартиры…

— Эй, милая, даже не поцелуешь на прощанье? — моська Эрика появилась в прихожей.

Разгуливал голышом, словно мы с ним как минимум женаты, как максимум видим друг друга нагишом ежедневно. Краснеть было некогда, но его наглость оценила. Он еще не понял, что все, что произошло — огромная ошибка. Он еще не понял, но я знала точно и у него на поводу идти не собиралась.

— Эрик, прекрати вести себя так! У меня сейчас нет времени выяснять отношения, но между нами ничего не изменилось! Ты — мой друг, я — твоя подруга! Не устраивает? Ты знаешь, где дверь.

Створка захлопнулась за спиной, но глухой удар о стену услышала отчетливо. Лишь бы не разгромил ничего в отместку. Хотя, что я ему сделала? Лишь сказала правду. Не собиралась обманывать его и тем более себя. И без того слишком много неопределенностей в моей жизни. Время истекло, а я так и не обдумала свое решение. Приняла, но не обдумала…

— А вот и вы… Что-то стряслось? — водитель галантно открыл передо мной дверцу.

— Бессовестно проспала. Всю ночь мучилась бессонницей и вот он итог. — старалась говорить ровно.

Все-таки это стресс — проснуться на утро в одной кровати с другом-геем. Боюсь предположить, каким именно местом я думала вчера, прежде чем решиться на такое.

— Бывает. Устали, наверное, вчера. Вечер прошел удачно?

— Спасибо, Винчестер. Наверное, лучше, чем ожидала. Кстати, нам с вами необходимо съездить в агентство недвижимости.

— Мы не едем в «СтройКом»? — мужчина был явно удивлен.

— Нет. Я вчера отказалась от этой работы, а потому сейчас бессовестно вас эксплуатирую. Что скажете?

— Раз начальство не против, то почему бы и нет. Прошу вас…

Карта Глазго указала лишь на одно крупное агентство, а потому, не теряя ни минуты, решила сразу же направиться туда. О деньгах не беспокоилась. Я смогу, прорвусь, выкарабкаюсь, как делала это и раньше. Лишь бы Конт больше не врывался в мою жизнь, потому что, чем дольше мы с ним не виделись, тем больше во мне росло ощущение того, что его мне не хватает… Черт, наверное, я все же мазохистка.

***

В утренние часы в холле было как никогда многолюдно. Миловидная девушка предложила занять место на мягком диванчике в ожидании очереди, которой, собственно говоря, и не наблюдалось. Видимо, так рано сюда заявиться решила только я.

— Ваш кофе. — пропела она, поправляя идеально сидящую юбку.

На ее фоне я выглядела несколько блекло, но это сейчас волновало в последнюю очередь. На моем лице висела неоновая надпись — «Лучше не трогать!», ибо подстава Эрика запала в душу тяжеленьким камнем.

— Благодарю.

Не успела и глотка сделать, как на заднем фоне прозвучало приторно сладкое:

— Доброе утро.

Такая же клонированная барышня, — белый верх, черный низ, — с улыбкой в тридцать три акульих ряда лучилась счастьем и, видимо, ожидала мою венценосную особу. Не стала разочаровывать ее, а потому отставила такой манящий, желанный кофе на столик и пошла к услужливо распахнутым дверям кабинета.

Устроившись в одном из кресел, взяла в руки объемный журнал, пестреющий яркими картинками домов и квартир. Не уверена, что могу позволить себе хоть что-то из этой роскоши.

Молчание затягивалось, а напряжение искрило в воздухе. Она ждала от меня первых слов, хотя по правилам больших заведений, как минимум должна была представиться. Мда… Я явно не дотягивала внешне до того уровня клиентов, с которыми она работала ранее. Но выказывать это, так открыто…

Из ступора меня вывела вибрация смартфона. Прокатившись по телу, вынудила вздрогнуть и отвлечься. Ожидала звонка от Деймона, да только вот именно в этот момент он был не к месту.

Сначала ответила, а потом уже увидела, что номер неизвестный, но как говорится, поздно пить боржоми, когда в тебе два литра виски.

— Да. — постаралась придать голосу нотки стервозности.

— Здравствуй, мой заблудший Ангел. Соскучилась? Как твоя новая работа?

Быстро нажав отбой, забросила номер в черный список. Руки тряслись, сердце бухало в груди, а пульс, словно раскаты грома стучал в висках. Лоб покрылся холодной испариной. Нашел, знал абсолютно все, почти все… Страх прокатывался по горлу, сворачиваясь ядовитой змеей в недрах души. Расслабилась, решила, что все закончено, а он снова ворвался в мою жизнь, желая сделать ее невыносимой.

Новая вибрация прокатилась по руке, знаменуя о вызове с другого номера. Снова неизвестный. Нужно срочно бежать — хватать вещи и уносить ноги как можно дальше! Знала заранее, нужно прятаться как можно глубже. А лучше вообще на другой край света. Конт лишь ускорил решение. Вынудил воспользоваться последним вариантом. Когда на кону твоя жизнь, уже не думаешь ни о чем другом. Прекрасно помнила его дикий взгляд, всепоглощающую ненависть… каждый удар. Он бы убил тогда, и навряд ли что-то изменилось сейчас…

Попыталась извиниться за отнятое время, но голос пропал. Снова началось. Прокашлявшись, с трудом просипела:

— У меня появились неотложные дела. Я заеду к вам чуть позже…

— Да-да… — снисходительно покивала девушка, обращая внимание на монитор компьютера, словно работать собралась.

Если бы не время, наверное, рассказала бы ей парочку нелицеприятных слов, а пока…

Летела через главный холл, оглядываясь. Не знала, мог ли Конт находиться где-то поблизости, но встречаться лицом к лицу с ним сейчас не входило в мои планы. Боялась, что силой заставит находиться рядом, что больше не отпустит, пока не получит свое. Убьет или сделает безвольной рабыней? И то, и то считала хуже смерти. Он — самое настоящее чудовище из сказки, а я совсем не его красавица. Он не заколдован, чтобы измениться от одного поцелуя. В детстве весь мир виделся многим проще.

Нервничала, заламывая пальцы, когда продирались обратным маршрутом через утренние пробки. Боль хоть немного отрезвляла, возвращая к жестокой реальности. Представляла, как Конт дежурит у центрального входа многоквартирного дома, с хмурым выражением лица поглядывая на тех, кто покидает здание. Передернуло от воспоминаний о взгляде.

Столько дней прошло, а я все думаю о нем, хотя чаще и неосознанно. Он разрушает мою жизнь даже сейчас, впечатываясь в нее черными буквами насильно. В этом весь чертов Конт.

Страх поднимался новой волной, затапливая сознание. Трясло как дряхлый трактор, что держится на последнем издыхании. Лишь бы в панику не удариться, иначе можно наделать глупостей.

Вылетев на улицу, даже не попрощалась с водителем. Лишь крикнула в ответ на улыбку:

— Я покидаю Глазго!

Время — ни деньги, время — жизнь. И именно время играло на этот раз против меня.

***

Мистер Оливер Ринт

Настроение ни к черту. Все раздражало, все бесило! Выскользнула из моих рук, одним взбалмошным решением разрушив все планы! Что могло произойти кардинального? Что могло измениться? Даже голова разболелась, будто я дряхлый старик!

Утро за окном виделось сквозь клубы дыма серым и грязным. Весь мир такой. Реальность мерзкая и жестокая, и лишь единицы могут противостоять ей. Я всегда был именно такой единицей, так что же изменилось? Неужели действительно постарел, и пора отходить от дел? Тогда, черт возьми, кто ответит мне, кому я могу передать все это? Жадному до шуршащих купюр мальчишке, чья голова может уместить лишь информацию о развлечениях или тому, кому неинтересна моя компания? Нет, не появился на свет еще тот человек, который достоин стать моим наследником, а значит, еще слишком рано стареть…

— Эрик, ты ничего не хочешь мне сообщить? — как только он поднял трубку, сразу поставил на громкую связь.

Не мог усидеть на месте, а потому расхаживал по кабинету, рассматривая коричнево-желтый узор плитки на полу. Так думалось легче.

— Тебе тоже доброе утро, папа. — прозвучало лениво на том конце.

— Какое к черту доброе утро? Почему эта малолетняя дрянь вчера отказалась от работы и сейчас собирается покинуть Глазго? — сорвался на крик, ударяя кулаком о столешницу.

Готов был придушить этого идиота! Собственными руками закопать!

— Я ничего не знал, поверь! Мы расстались этим утром не совсем хорошо, но я уверен, что улажу все вечером. Она думает, что мы переспали…

— Ты был настолько плох, что она решила сбежать?

— Отец!

— У тебя есть ровно час на то, чтобы остановить ее! Делай, что хочешь, но эта дрянь должна остаться! Иначе… ты больше не увидишь ни фунта!

***

Анжелика

Мимо консьержа пролетела настолько быстро, что даже не заметила, чья именно сегодня смена. Такси до аэропорта вызывала на ходу. Лучше оплатить ожидание, чем попасть в лапы Конту. Еще не решила, куда именно полечу. Париж или Москва — неважно. Меня устроит ближайший рейс куда угодно. И там, и там смогу продолжить путь, чтобы больше никогда не нашел. О чем я только думала? У меня было больше недели на то, чтобы сбежать, а я потратила время на то, чтобы развлечься! Захотела, дура, войти в мир бдсм! Сейчас догонит и как раз отымеет с особой жестокостью! Вот тебе и воплощение желания…

Ворвавшись в прихожую, натурально обомлела. Эрик не разгромил квартиру в отместку, не разочаровался во мне как в друге, наоборот — этот засранец решил захламить гостиную цветами! Смотрела на букеты роз и не понимала, что творится в голове у дарителя. Что он возомнил себе? Что после секса, который я даже не помню, мы теперь станем не разлей вода? Только его притязаний мне и не хватает для полноты картины!

Достав с верхней полки шкафа чемоданы, понеслась в спальню. Даже запылиться за эти дни не успели. Снова в путь. Очень жалко мою малышку. Без колес чувствовала себя ущемленной, словно чего-то важного не хватает ногам, рукам, телу. На самом деле, мне чертовски не хватало уверенности. В своих действиях, решениях, жизни. В эту минуту не знала, каким будет завтра и будет ли оно вообще, но плыть по течению не собиралась. Легко опустить руки, но считала, что нужно бороться, даже если шансы на выигрыш минимальны…

Вещи занимали место в чемоданах, как и ванные принадлежности, и всякие важные мелочи, которые неизбежно были разбросаны по квартире. Старалась оставлять лишнее, то без чего смогу обойтись, но и не хотела что-то забыть. Направляясь к дверям, все же обернулась. Эта квартира очень понравилась мне, стала моим домом пусть и ненадолго. Думала, что задержусь здесь. Хорошо хоть купить не успела — одной проблемой меньше.

Вдруг вспомнила, что не забрала свой чемоданчик. Как я могла забыть о самом важном? Все нервы-нервы… Поставив поклажу на пол, вернулась обратно в спальню. Пришлось опускаться на колени перед кроватью, да заползать под нее родимую. Даже не заправил за собой, романтик, блин. Кряхтела и пыхтела, доставая запрятанное. Не вынимала из рюкзака по приезду. Теперь понадобится.

Телефонный звонок разорвал тишину, вынуждая неизбежно удариться головой о деревянное дно каркаса. Кому от меня что понадобилось? Если это снова Конт, даже не знаю, что скажу ему. Хотелось много и нецензурно, а на деле… Каждое слово могло выйти мне боком.

Выбравшись из-под спального монстра, достала смартфон. Звонил Деймон. Могла бы и не взять трубку, а просто скрыться, но совесть не позволяла. Точки тоже нужно ставить, иначе история не закончится.

— Привет.

Нет, а что ему еще сказать? Добрым я этот день точно назвать не могла.

— Здравствуй, Анжелика. Ты готова озвучить мне ответ?

— Нет! — решила сразу обрубить все концы.

— Хорошо. Тогда хочу сводить тебя в кино. Заеду вечером…

Не дала договорить, а попросту перебила. До красивостей мне сейчас было в последнюю очередь.

— Нет — это мой ответ. Извини, но боюсь, что мы больше не увидимся. Я сейчас уезжаю из города.

— Куда? — даже голос изменился, став в разы холоднее.

— Пока еще не знаю. Меня такси ждет…

Посмотрев на чемоданы, села на пуфик в прихожей. Одной рукой я все это точно не унесу.

— Объясни, что за спешка? Вчера ты еще не думала ни о чем таком, верно? У тебя что-то случилось?

Тяжело вздохнув, все же ответила:

— Не могу объяснить, прости. Мне просто срочно нужно спрятаться и как можно дальше. — голос дрогнул.

Так не хотела плакать. Страх обволакивал тело, забирался под кожу. Больше не могла контролировать эмоции.

— Эй, маленькая, слезы ни к чему. Ты вполне можешь остановиться у меня, пока не разберешься, куда отправиться дальше. Мой дом за городом и здесь нет ни души. — бархатные нотки заманивали.

Как можно так быстро менять интонации? Стукнувшись затылком о стену, вернула здравомыслие.

— Не хочу вмешивать кого-либо в свои проблемы…

— А я и не вмешиваюсь. Лишь предлагаю тебе реальную помощь. Как только примешь решение куда дальше, сразу уйдешь. Поверь, я смогу обеспечить безопасность в собственном доме, если тебе что-то грозит. И потом у чужого человека тебя будут искать в последнюю очередь…

Правильные доводы, и говорит так убежденно, провоцируя согласиться, но…

Звук домофона раздался еще неожиданнее, чем до этого трель смартфона. По нему с жильцами связывается только консьерж, а потому отогнала от себя лишние переживания. Скорее всего, таксист попросил связаться со мной.

— Подожди, пожалуйста. — попросила Деймона. — Да…

— Мисс Гиш! К вам поднимаются какие-то бандиты! — заверещала женщина.

Секундный ступор, но времени больше нет. Я знаю, что это он. Он знает, что я здесь. Игры кончились…

— Деймон, адрес! — закричала в трубку.

— Вышлю сообщением.

Закинув мобильник в карман, схватила чемоданы и выбежала из квартиры. Лифт для меня — недоступен, и оставалось только спуститься по лестнице, надеясь, что двери внизу не заперты. Уже будучи на первом этаже, услышала топот. Кто-то быстро спускался по ступеням, а вариантов-то мой мозг подкидывал немного. Схватившись за ручку дверей, потянула, но железная створка не поддавалась. Готова была завыть, закричать, ударить, но ничего из этого не помогло бы. Звуки приближались.

В отчаянии посмотрев вверх, собиралась просить помощи у Господа — последней инстанции, и таки нашла ее! Чертова дверь была заперта на шпингалет! Улица, дорожка, повернуть за угол! Лишь бы не споткнуться и не упасть! Таксист стоял у машины и поглядывал на центральный вход. Бежала так, словно за мной гналась стая собак. Не знала, кто хуже — цепные псы или мордовороты под предводительством Конта.

Взглянув в сторону центральных дверей, увидела выбегающего Вольфа. Ну, нет! Всего с десяток шагов до машины! Вам меня не поймать!

— Быстро заводись и трогай! — проорала водителю.

Мужчина встрепенулся и мигом оказался в авто. Когда черная железка тронулась, все же обернулась назад. Пульс стучал в ушах, вставал комком в горле. Мрачный взгляд Александра обжигал как дикое пламя. Он просто стоял и смотрел вслед скрывающейся машине. Смотрел прямо в мои глаза, будто гипнотизировал. Я больше не поведусь, больше не выполню твой приказ, больше не дам рушить мою жизнь.

— Куда едем, Мисс? — вопросил всполошенный водитель.

— Вот по этому адресу. Запомнили? — показала ему сообщение от Деймона.

— Да, Мисс.

— Отлично! — опустив стекло, без сомнений выбросила телефон.

Дрожь прокатывалась по телу, постепенно сходя на нет. Успокаивалась, осознавая, что этот раунд записан на мой счет. Оставалось надеяться, что смогу хоть ненадолго спрятаться у Деймона, а потом убраться отсюда. Франция или Россия? Этот выбор я сделаю позже.

Глава 3: Если в хозяйстве есть грабли, на них грех не наступить…

Александр

— Мистер Конт, вы уверены, что желаете подняться самостоятельно? — Вольф смотрел на меня словно безэмоционально, но я чувствовал тревогу, исходящую от него.

— Ты сомневаешься в моем решении? — раздражение прокатывалось по венам, обжигая, словно жидкий огонь. — Или я чего-то не знаю, Вольф?

— Вдруг, она там не одна? — вопросил, кажется нерешительно.

— Говори все, что знаешь! — ворвавшись в холл здания, пошел напролом к лифту.

Консьерж что-то спрашивала, кричала, возмущалась, но вид пушки Вольфа быстро угомонил ее. Новый охранник плелся в самом конце. Больше не оглядывался, поставив себе одну единственную цель. Не обращал внимания на убранство и декор — плевать хотел на все эти мелочи.

— Эту ночь она провела вместе с младшим Ринтом…

— Секс? — отсчитывал этажи, пытаясь успокоиться.

Чувствовал ярость, поднимающуюся из самых дальних уголков. Закрыл глаза — вдох, выдох. И так несколько раз, пока не раздался сигнал о том, что достигли нужного этажа. Этот звук стал обратной точкой отсчета. Терял контроль… Лишь от одной мысли о ней и ком-то другом насильно прощался с чертовым самообладанием! Воздуха не хватало. Ослабить галстук, расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки, стереть испарину со лба платком, что всегда хранится в нагрудном кармане пиджака. Все доведено до автомата.

— Не думаю. По последним данным они — друзья.

— Вольф, ты сам веришь в тот бред, который несешь? Какая к черту дружба может быть между мужиком и молоденькой девчонкой?

Завернув в коридор, наткнулся на настежь раскрытую дверь. Внутри? Или уже сбежала? Чувствовал, что второй вариант правильный, но хотел убедиться. Далеко уйти не могла. Не уйдет. Ее местоположение отследить по телефону проще простого.

Уже в прихожей понял, что был чертовски прав минутами ранее. Прав по двум пунктам. С одной стороны ответы огорчали, а с другой — еще раз убедился в правильном восприятии мира и женщин. Конкретной женщины. Стервозного Ангела, которого пока никак не получалось обуздать…

— Занятные цветочки.

Средь хаоса и разбросанных вещей, как ни в чем не бывало, разместились букеты роз. Тот, кто дарил их, не скупился. Младшему Ринту такие жесты наверняка привычны, а вот ей. Помнил, как радовалась цветам, хоть и старалась не показывать этого явно и открыто. Оказывается, чувствовать боль неприятно. Вдвойне неприятно для того, кто любит ее причинять. Все еще непривычно, хоть и предает во второй раз. Даже ярость не перекрывает это чувство. Ревность? Что-то намного большее…

— Вернемся сюда позже. Она не могла далеко уйти, а лифт всего один. — подошел к мольберту, оценивая легкий, но такой живой пейзаж.

Не знал, что она рисует. Не видел у нее ни кистей, ни холстов, ни готовых картин. Может быть, ей и не принадлежит? Младший Ринт вполне мог обосноваться здесь. Рисовать цветочки как раз в его стиле…

Одним движением отбросил деревяшку вместе с незавершенной картиной в сторону. Не мог справиться с новыми чувствами. Не мог обуздать старые. Отчего догоняю ту, которая убегает? Зачем?

Потому что моя! Моя чертова стерва! Другого объяснения и не требовалось!

— Должна быть лестница. Вольф, езжай на лифте, а мы с Сэмом пешком. — кивнул новенькому на дверь в конце коридора. — Пошли.

Спускались быстро. Слышал ее торопливые шаги этажами ниже. Стены отражали все звуки. Мог поклясться, что даже рваные вдохи ощущал. Охотник загонял свою жертву, собираясь впиться в мякоть ее тела острыми зубами. Предвкушал наказание… Жесткую щетку, чтобы очистить от грязи, очистить каплями крови, смыть неверность. Веревки, что неминуемо оставят красные следы на запястьях. Твердый ошейник с шипами… с шипами вовнутрь, чтобы контролировать каждый вдох. Опрокинуть на стол, подбираясь к нагим округлым бедрам. Наказывать каждым ударом, чтобы не смела… Чтобы не представляла свою жизнь без меня.

Первый этаж, но ее уже нет здесь. Улица и серое тяжелое небо, что вскоре омоет потоками дождя. В такую погоду бы сидеть у камина в полутьме, неторопливо оглаживая бархат кожи. Но нет, Анжелика вырвалась из когтей, снова порываясь к свету, что спрятан за горизонтом. Тебе не убежать, мой порочный Ангел. Тебе не скрыться…

— В погоню, Мистер Конт? — Вольф уже подошел, а я все продолжал провожать автомобиль взглядом.

Ждал. Я точно знал, чего ждал. Она подтвердила догадку, воплотив ее в уверенность всего одним действием. Обернулась. Запуганная, дикая, необузданная… В ее глазах видел — понимает, что догоню. И в этот раз догоню и во все последующие. Погоня будоражит не хуже стонов, цепей и криков. Наша личная гонка, наградой в которой станет наказание.

— Нет, Вольф. На сегодня достаточно. У нас есть еще одно незавершенное дело. — направился обратно в здание, в ту самую квартиру.

— Позвольте узнать, какое?

— Подпортить нервишки Ринту младшему, а возможно и старшему. Кажется, у тебя имеется зажигалка? — предвкушал вечерний выпуск новостей.

Желал всем черным сердцем причинить невообразимую боль этой семейке. В стократ сильнее, чем испытывал сам. Заплатят пусть и немного, но эмоции стоят того. Их страх окупит все мои волнения. Пусть трясутся за свои жалкие шкурки.

— Собираетесь выкурить сигарету?

— Собираюсь устроить грандиозный пожар.

— Думаю, полиция уже едет сюда.

— Тогда поторопимся. Сэм, я очень надеюсь, что ты еще не успел бросить курить…

***

Анжелика

Через узоры кованых ворот отлично просматривалось объемное двухэтажное серое строение с острыми верхушками крыш. От него веяло каким-то особым домашним уютом. Возможно, такое ощущение создавалось из-за густо растущей зелени, высоких деревьев и аккуратных клумб. Белоснежные рамы окон и дверей выделялись, придавая строгости. Классические вышки фонарей освещали подъездную дорожку. Сквозь стену дождя могла разглядеть темный силуэт, но вот кто именно стоял у дверей, не видела.

Ворота открылись, впуская автомобиль на частную территорию. Уже успокоилась, но десятками минут ранее оглядывалась и не раз, выискивая в веренице машин одну до боли знакомую. Никто за нами не ехал. Настолько самоуверен? Или не видит смысла? Хотелось бы, чтобы второе. Не знала чего ожидать, но ничего хорошего мне эта встреча не сулила. Все закончилось, Мистер Конт, по крайней мере, для меня.

Водитель остановился у входа. Теперь видела Деймона отчетливо. Такой домашний в свитере и темных джинсах. Трепета не было. Не до эмоций сейчас. Не хотела ничего чувствовать — с лихвой хватило страха. Желание хоть немного поспать, чтобы отрешиться от мыслей, сейчас казалось неимоверно важным, первостепенным. Надеялась, что не устроит допрос… Хотя допрос с пристрастием меня сейчас устроил бы как никогда. Занимаясь сексом, перестаешь думать вообще, словно уходишь в другую грань реальности, где пустота в голове правильна и нерушима. Так было с Контом. Но кто бы мне позволил сейчас такую роскошь…

Дверца открылась, и Деймон учтиво помог мне выбраться из машины.

— Привет, маленькая. Все хорошо?

— Насколько это вообще возможно. — улыбнулась, но чувствовала некоторую стеснительность.

Капли падали на него и впитывались в одежду, скрываясь в темных волосах. Скатывались по коже, когда он забирал мою поклажу с заднего сидения. Сейчас не представляла, как удалось быстро закинуть чемоданы в авто — чистый адреналин. Страх — лучшая мотивация.

— Проходи в дом.

Не сказала бы, что внутреннее убранство отличалось особым шиком или блеском. Не было вычурной роскоши, лишних декоративных нагромождений. Так сразу и не скажешь, кому принадлежит этот дом — разношерстному семейству или заядлому холостяку. Остановившись посреди гостиной, рассматривала камин. Обычный камин из красного кирпича, в чьей глубине плясали языки пламени. Поленья приятно потрескивали, напоминая о зиме. Той самой зиме, когда снежные хлопья покрывают землю в преддверии праздников. Жаль, что здесь снег — явление редкое.

— Люблю огонь. — раздалось за спиной, вынуждая обернуться. — Я отнес чемоданы в спальню. По лестнице наверх и направо. Моя комната слева.

— Спасибо большое, но я не стесню тебя надолго. Сейчас посмотрю рейсы и думаю, завтра уже улечу.

— Можешь не торопиться. Я тебя не гоню. — присел на диван, предлагая занять место рядом.

Темно-серая обивка оказалась на ощупь мягкой. Не удержавшись, взяла в руки маленькую подушечку. Отгораживалась ненамеренно, но по-другому не могла. Сейчас не понимала, что делаю здесь.

— Тебе сегодня не нужно на работу? — нормальные вопросы просто не появлялись в голове.

— У меня недельный отпуск, если его можно назвать таковым. Работаю дома, подальше от шума и гама. — ощущала взгляд всем телом, каждым сантиметром кожи. — Ты хотела бы остаться одна?

Так прямолинеен. А действительно, хотела бы? Одиночество в таких ситуациях лишь угнетает. Сидеть и пугаться каждого звука? Копаться в себе и веренице мыслей? Оправдывать и обвинять того, кто в этом не нуждается? Наверное, не вдохну полной грудью, пока не уеду отсюда как можно дальше. Сейчас меня прельщал даже лес.

— Нет. Лучше вместе, если конечно ты не против компании.

— Я уже ответил. Расскажешь, что произошло? Если поделишься, может быть, станет легче. Психолог из меня приотвратный, но выслушать могу.

Скупая улыбка коснулась губ. А почему бы и нет? Я ничего не теряю. Уже завтра забуду и Деймона, и весь этот кошмар. Сегодня я в безопасности — здесь Конт меня точно искать не будет.

— Возникли проблемы с бывшим…

И тут я действительно задумалась, а кем для меня был Александр? Парнем? Слишком сложные и неформатные отношения, чтобы присвоить им какой-либо статус. Больше, чем увлечение, но воспринимать их всерьез не могла. Слишком нестандартные… Другие. Из таких не вырастает крепкий брак.

— С мужчиной, с которым встречалась.

— Тот самый один единственный?

— Да. — уже и забыла, что упоминала о нем.

— Ваши отношения закончены?

Такие прямые вопросы рождали неловкость, но продолжала отвечать. Если зайдет слишком далеко, одерну. Не всем могу поделиться — это понимала. Границы есть у всего.

— Да, но он, похоже, этого не осознает.

— Преследует тебя?

— Скорее навязчиво желает прибить. Знаешь, если честно, не хочу об этом говорить. Это слишком запутанная история с не очень хорошим концом.

— Если я буду знать правду, то смогу помочь тебе.

Не ожидала такого, но мужчина взял мою руку в свои ладони. Нежно поглаживал пальцами, словно пытался успокоить. Иллюзии волшебной сказки пропали, возвращая в реальность, а потому больше не грезила сексом. Все плотские желания отошли на второй, а то и на десятый план, хотя симпатия к Деймону и не пропала. Он по-прежнему оставался в моих глазах чертовски привлекательным мужчиной с особым шармом.

— Не нужно, Деймон. Я уеду завтра. Тебе мои проблемы ни к чему.

— Не хочу, чтобы ты уезжала. — приблизился вплотную.

Смотрел в глаза, оставляя без возможности отвести взгляд. Ребром ладони нежно, почти невесомо провел по щеке, вынуждая поддаться ласке. До боли хотелось простых, нормальных отношений — заботы, спокойствия, романтики и любви, сдобренной страстным, острым сексом. Такими отношениями грезила где-то в глубине души, но не верила в их существование. После всего того, что приключилось, оптимист во мне неизбежно умер, вывесив над крепостью белый флаг.

— Может быть, сначала обдумаешь все как следует? — губы совсем рядом, едва касаются, словно проверяют реакцию, ожидая одобрения.

— Обдумаю… — словно и не я отвечала, и будто даже голос чужой.

Предвкушала поцелуй, желая забыться, провести толстую черту, за которой останется самая главная проблема. Жаль, что прошлое нельзя стереть безвозвратно.

Прикрыв веки, ждала весомого касания, но вдруг услышала голодное урчание. Ощутила его в тот же миг, а вся романтика в секунду слетела, сменяясь яркими пятнами стыда на щеках. В такую конфузную ситуацию могла попасть только я. Даже глаза открывать не хотела, предполагая, что увижу насмешку.

— Кто-то проголодался. — тембр голоса не изменился, оставаясь таким же бархатистым. — Ты не завтракала?

Вопрос прозвучал на порядок строже. Растерялась немного от резкой перемены.

— Совсем не было времени.

— Плохо. Питаться нужно вовремя. Завтрак — это важнейший прием пищи, а время уже обеденное. Пойдем на кухню, побалую тебя картофельной запеканкой.

— Мама готовила? — спросила о важном, чтобы сразу понять, живет ли здесь еще кто-либо.

— Моя мама умерла несколько лет назад. Если для тебя это важно знать, то живу я здесь один.

Раскусил сразу, зараза. Да, хитростью я никогда не отличалась, что неизбежно не шло на пользу моей жизни. Ну, за то получила ответ, который позволил расслабиться чуть больше. Что ж, откровенность за откровенность.

— А моя — несколько недель назад. Прости, если задела твои чувства.

Столовая и кухня были одним светлым помещением. Только мебель имела темный цвет — что-то ближе к глубокому вишневому. Стояла и не знала, чем себя занять.

— Не задела. Все давно прошло. Прими мои соболезнования. Представляю, как тебе тяжело. — снова взял за руку.

Нравились тактильные ощущения? Или просто пытался поддержать? Пока не понимала.

— Уже легче. Мне помог один человек, хотя смерть близких всегда оставляет осадок. Мы редко виделись и созванивались. Жизнь так разделила.

— Понимаю. Мои отношения с отцом в последнее время тоже оставляют желать лучшего. Ну, не будем о грустном. Между прочим, я готовил сам. — коварно улыбнувшись, достал из холодильника стеклянную форму, закрытую фольгой. — Уверен, такого шедевра ты еще не ела!

— Хвастун! — не могла не улыбнуться в ответ. — Давай хоть на стол накрою?

Рядом с ним не ощущала дискомфорта. Пока не испытывала сложностей, но с затаенной грустью ждала их. Где наша не пропадала? Моя попа ведь не может жить без приключений…

***

Эрик

Мчался в ее квартиру на всех парах, обгоняя автомобили в обеденном потоке. Психовал из-за небольших пробок. Неимоверно злился. Эта дура была моим пропуском к отцовскому кошельку! Свободно давал деньги все это время, велся на сказки об ухаживаниях и дорогих подарках… А что я буду рассказывать ему сейчас, если Анжелика уедет? Он и фунта не даст! Снова начнет говорить про гребанную работу! Ну, нет… Я не дам этой дамочке сбежать!

Уже подъезжая к зданию, почувствовал неладное. Две пожарные машины занимали все место перед входом, не давая возможности подобраться ближе. Пришлось парковаться у соседнего дома. Выйдя из авто, не поверил своим глазам. Даже веки потер, пытаясь отогнать представшую картину. Из окон той самой квартиры, в которой проживала Анжелика, вырывались языки пламени. Черный дым валил, уходил в пасмурное небо, оставляя темные следы на стене. В происходящее не верилось.

Отчаянно отгоняя плохие мысли, побежал в здание, расталкивая зевак. Столпились, словно никогда не видели чрезвычайных ситуаций. Звонил уже на ходу, пробираясь через заполненный встревоженными людьми холл.

— Лифт не работает! — закричала заплаканная консьержка, преграждая мне путь.

Лишь отмахнулся, сворачивая к лестнице, тем более что отец уже ответил на звонок.

— Я надеюсь, что ты справился хотя бы с этим?

— Пожар в квартире! — перепрыгивал через ступени, взбираясь по этажам наверх.

— В чьей? — в голосе сквозило изумление.

— В той, которую ты выделил Анжелике! — ответил со злостью.

Разве трудно сразу пораскинуть мозгами и понять? Как будто это не он отправил меня сюда, чтобы остановить эту взбалмошную девицу! Боялся. Испытывал щемящие чувства. Что если она там, внутри? Сгорела заживо или задохнулась, наглотавшись дыма?

— Еду.

Появившись на этаже, сразу же натолкнулся на пожарников. Посмотрели как на идиота, но тут же продолжили свою работу. Лишь один из них — более пожилой, удосужился заговорить.

— Ваша квартира?

— Нет. Моего отца.

— Трупа мужчины не обнаружено. — говорил спокойно и четко, словно вели светскую беседу на очередном рауте.

— А женщины?

— На первом этаже никого не обнаружено, а на второй добраться не смогли. Лестница обрушилась. Ребята с вышки доберутся туда, как только устранят пожар.

— Но что делать до этого времени? — от безысходности готов был рвать волосы на собственной голове.

— Молиться, сынок. Только молиться.

***

Мистер Оливер Ринт

Когда входил в развалины квартиры, создалось ощущение, что нахожусь в кошмарном сне. Обломки, обгорелые обрывки, разбросанные вещи, погибшие красные розы — натуральный хаос во всей своей красе. Успокаивало лишь то, что все имущество было застраховано. Ненавидел терять деньги, а особенно из-за тупоголовых девиц, чьи хитрость и коварство не знали границ.

— В квартире никого не было. — тихо проговорил Эрик, оглядываясь по сторонам.

— Отлично. Нам только трупа и не хватало для полноты картины. Шкафы проверил?

— Большую часть вещей забрала. Забыла ноутбук, но мне кажется, информацию с него уже не восстановить.

— Попробуем. Пусть специалисты покопаются — отработают те деньжища, которые я им плачу.

— Хорошо. Я его возьму.

— И назревает интересный вопрос… — стоял посреди гостиной, не желая проходить дальше.

— Какой?

— Сама она подожгла квартиру, заметая следы, или кто другой постарался? Прознала, что ее хотят использовать?

— Она не настолько умна. И потом, с чего ты взял, что это поджег?

— Ты снова недооцениваешь женщин. Как был малолетним балваном, так и остался… Пожарники выдали заключение. Начни уже видеть то, что у тебя перед глазами. — раздражение накатывало волнами. — Мисс Гиш очень умна и изворотлива. Она скрылась, как только запахло жаренным. Возможно, нарыла что-то весомое из того, зачем ее послал этот мерзавец Конт.

— Ты видишь вселенские заговоры на каждом шагу. Так и до паранойи недалеко.

— А ты бы и рад был?

— Есть камеры в холле и на улице. Можно запросить видео.

— Если бы все было так просто. Неужели я похож на старого дурака, который не подумал об этом? Нет записей. Совсем нет! — не сдержавшись, пнул покрытый черной копотью стул. — Компания еще полгода назад прекратила обслуживать этот дом, а новую так и не нашли!

— А что если запросить у соседних домов? Где-то ведь должны быть! Здесь полно частных заведений.

— С этим будет разбираться полиция. А пока, нужно отыскать эту девицу.

— Ее телефон не доступен.

— И ты еще сомневаешься в том, что эта она устроила пожар?

— Я вообще ничего не говорю. — пошел он на попятную.

— Ладно, свободен пока. Попробуем засечь покупку билетов. Человек не может не оставлять следов. Какие-нибудь ниточки да найдутся.

***

Александр

Стандартный гостиничный номер Люкс ничем не отличался от своих предыдущих скучных копий, в которых мне удосужилось побывать в разных городах. Панорама Глазго, мельтешащая в окнах, не удивляла. Мебель, картины, ткани — классика классикой. Дорого, вычурно, слишком много блеска. Сидел за рабочим столом и просматривал отчеты с разных отделов. Понимал, что нужно возвращаться, но уезжать вот так не хотелось.

Рассчитывал на быстрое завершение дела, но маленькая Мисс решила поиграть в догонялки. От этого вкус победы станет только насыщеннее, острее — знал, но желал, чтобы оказалась подле меня как можно скорее. Не хотел поручать это никому другому. Должен был сам, своими руками. Найти, схватить, забрать…

— Мистер Конт, все сделано. Все записи у нас.

Вольф вошел в кабинет и остановился на пороге, ожидая дальнейших действий. Люблю исполнительность.

— Уверен, что прошли по всем магазинам и офисам?

— Даже по самым дальним. Все выкуплено — оригиналы и копии.

— Отлично. Свяжись с пилотом. — нельзя забрасывать дела.

— Разрешите выразить мнение? — раздалось неожиданно.

Даже обернулся, не веря своим ушам. Вопрос как минимум вызвал любопытство.

— Давай.

— Мистер Ринт и его младший сын сейчас на квартире. Мне кажется, что вы перегнули палку с поджогом. Это было… лишним.

— Ты прав, тебе кажется. Я хочу, чтобы они испытали страх. Пусть боятся. Я точно знаю, чего добиваюсь.

— Но Мисс Гиш…

— Мисс Гиш заодно с этими ублюдками, а значит, узнает обо всем из первых рук. Страх заставит ее вернуться. Приползет, как миленькая. Нужно лишь подождать.

— Я не уверен, Мистер Конт.

— Я уверен! Отследи ее телефон. Хочу знать, где скрывается.

— Это невозможно на данный момент. Телефон недоступен. Я уже проверял.

— Тогда найди ее Вольф. Просто найди… Ты ведь запомнил номера такси?

***

Анжелика

Показав мне спальню, Деймон ушел работать в кабинет на первый этаж. С одной стороны радовалась небольшой передышке, а с другой — одиночество вынуждало думать, а этим заниматься хотелось в последнюю очередь. Сегодня необходимо было отдохнуть как следует морально и физически, чтобы уже завтра продолжить свой бег. Надеялась, что не бесконечный.

Чтобы хоть как-то отвлечься, рассматривала комнату. Плотные персиковые ткани украшали окно и объемную кровать. Мне понравился рисунок — яркий фиолетовый тюльпан ютился на самом краю пледа и дублировался на шторах. Компактная гардеробная скрывалась в кладовке, а небольшой комод занимал место у противоположенной от кровати стены. Округлое зеркало разместилось над ним. Все такое простое, легкое, но по-домашнему теплое. Не знала, кому именно принадлежала эта комната. Понимала, что цветовая гамма скорее женская, но любопытствовать не собиралась. Каждый имеет право на свою личную жизнь.

Вещи не разбирала. Лишь достала спортивные штаны да футболку. До покалывания в кончиках пальцев хотелось под душ. Потоки воды всегда расслабляли, словно стоишь посреди водопада, ощущаешь всю его силу и мощь, растворяешься в нем, забывая, что есть разделение. Точно в лес заберусь куда-нибудь, где человек — явление редкое. Отращу себе длинные косы и буду бегать голышом, стреляя по зверушкам из самодельного лука. Дом построю на дереве, как когда-то в детстве. А потом, лет так через двести, какой-нибудь чудак обязательно найдет мои останки и предъявит их миру как нерушимое доказательство того, что Йети существовали на самом деле. Без эпиляции как раз на этих веселых малых буду похожа.

Любопытство подбивало приоткрыть дверь в спальню Деймона. Ванная комната была всего одна на двоих, а потому имела створки в обе стороны. Сдержалась только потому, что мужчина мог быть там. Сейчас бы не придумала чем оправдаться, разве что применила бы избитый способ «Улыбаемся и машем…». Представляю, что подумал бы обо мне. Ненормальная.

Промокнув волосы полотенцем, заплела их в косу. Фен остался в квартире, а спрашивать об этом женском помощнике у Деймона казалось верхом неприличия. Не желала отвлекать человека от работы пустой болтовней. И так слишком многим обязана, по сути, постороннему человеку. Надо бы хоть завтрак приготовить ему утром в благодарность…

Не зная, чем себя занять, улеглась поверх пледа, сгребая руками подушки. Слоняться по дому — тоже ненадолго. Если бы не выкинула телефон, могла бы немного почитать… Сейчас как никогда нуждалась в чем-то легком, романтичном и обязательно с юмором. Машка давно подсадила на любовные романы, только редко удавалось найти на них время. Эх, Мари… Чувствует моя жопонька, что ты прибьешь меня, когда я наконец смогу связаться с тобой. И знаешь, будешь на все сто процентов права…

Испытавший стресс организм быстро уволок меня в долину снов, где нет цветных сновидений. Устала за это ненормальное утро, вымоталась морально настолько, что не слышала короткого стука в дверь. Не видела, как Деймон прошел в комнату, чтобы посмотреть как я. Не чувствовала, как плюшевый плед обнял тело, словно кокон. Не ощущала легкого касания, что неторопливо прошлось по щеке. Спала в спокойствии, интуитивно веря в то, что в этом доме, рядом с этим человеком нахожусь в безопасности.

***

Проснулась уже поздним вечером, когда тяжелое пасмурное небо почернело, отдаваясь во власть ночи и дождю. Именно звук барабанящих капель меня и разбудил, а там дело за малым. Повернувшись на бок, поняла, что ужасно хочу пить. Только собиралась отвязаться от назойливой мысли, как пришла другая — срочно захотелось в туалет. И ухо зачесалось, рука затекла… в общем пришлось подниматься, хоть и не хотелось разрывать нежных объятий с пледом.

Сделав все менее интересные дела, выглянула в коридор. Тишина и темнота настораживали. Ступала босыми ногами по холодному лакированному дереву лестницы. Намеревалась незамеченной прошмыгнуть на кухню, но не удалось. В гостиной горел камин:

— Добрый вечер, Анжелика… Как тебе спалось?

Обернувшись, улыбнулась открыто и искренне. Представшая картина завораживала. Деймон сидел в одном из кресел, что ближе всех стояло к камину, и держал в руке высокий бокал. Вишневая жидкость играла бликами огня и казалась густой, подобно приторно-сладкому сиропу. Рукава белой рубашки закатаны по локоть, а верхние пуговицы расстегнуты так, что обнажен участок груди.

Как удержалась и не облизнулась, не знаю, но руки все же спрятала за спину от греха подальше, потому что темные волосы, наконец, обрамляли лицо, не скрываясь под тугой резинкой. Синие глаза опасно сверкали, став, будто черными — трудно привыкнуть к такому прямому взгляду, который словно видит насквозь не только тело и душу, но и самые потаенные желания.

— Спасибо, я прекрасно выспалась. Хотела попить воды…

— За что ты меня благодаришь? — снова эти бархатные нотки.

Походил сейчас на демона-искусителя — не меньше! Или на Графа Дракулу, да только вот я в эту картину никак не вписывалась. Ноги зябли от продолжительного соприкосновения с полом.

— Благодарю за интерес к моей скромной персоне.

— Почему ты босиком? — чуть наклонил голову на бок, провоцируя неосознанно повторить его действие, словно в зеркальном отражении.

— Не подумала. Я всего на минуту, а потом вернусь в свою комнату.

Я сказала в свою? Господи, не хватало добавить: «Да, папочка, я была хорошей девочкой»! Нервничаю, будто что-то натворила! Пришла, называется, водички попить…

— И чем же ты планируешь заняться?

— Покупкой билета на ближайший рейс. Конечно, если ты дашь пароль от своего вайфая. — взгляд гулял по гостиной, но неизменно возвращался к мужчине.

Интригующе улыбнулся. Как можно быть таким притягательным? Он вовсю пользовался своим шармом и ничуточки не стеснялся!

— Дата нашей первой встречи. — ответил просто.

А я… А я открыла рот и как та самая беспомощная рыба, хватала воздух, не зная, что сказать. Выбивать из колеи этот мужчина умел мастерски.

— В тот день я купил этот дом.

Добавил как бы между прочим, отворачиваясь к огню, но лукавые искорки я успела заметить! Хитрый, наглый, ууууу!!! Как хотелось сделать что-нибудь мстительное в ответ, но ничего путного в голову не приходило.

— Спасибо. Я, пожалуй, пойду… — уже развернулась, но он вновь вынудил меня остановиться.

— Даже не попросишь напомнить число?

Коварно улыбнувшись, состроила самую очаровательную моську, на которую была способна, чтобы обернувшись в пол оборота, произнести томным голосом:

— Тот день я не забуду никогда…

А после я бессовестно сбежала, потому что сердце ухало быстро-быстро, отдаваясь пульсацией в самые разные части тела. Я снова хотела его — дико, ненасытно, необузданно… До пламенеющих щек, до учащенного дыхания, до дрожи в руках.

Залетев в комнату, прошмыгнула в ванную. Ледяная вода нисколько не помогала обуздать расшалившееся желание. Мне нравились те чувства, которые порождал во мне этот мужчина, но в свете последних событий они казались лишними. Доставала чемоданы с затаенной грустью. Интернетом нужно пользоваться с осторожностью — всего один сайт, определяющий местоположение, и эта прогулка может стоить мне очень дорого. Выложив почти все вещи, проделала то же самое и со вторым чемоданом. Ноутбука не было, а самое отвратительное, что я не помнила, чтобы укладывала его! Отчаянно застонав, опустилась прямо на ковер. Остро хотелось побиться головой обо что-нибудь твердое! Все работы по учебе! Все выкройки! Все фотографии! Абсолютно все было там! Слезы сами собой полились из глаз — так обидно…

Растерев полотенцем непрошенные капли, пошла сдаваться на милость победителю, а точнее просить доступа к компьютеру или ноутбуку. Деймон оказался там же, где был десятками минут ранее. Его спокойный взгляд блуждал по поленьям, будто он видел там намного больше, чем просто огонь.

— Решила присоединиться? — наверное, хотела бы для храбрости, но сначала нужно закончить дело.

— У меня возникла небольшая проблема.

— Все-таки забыла число? — усмехнулся, переведя взгляд на мнущуюся на пороге меня.

— Нет. Забыла ноутбук. Можно я воспользуюсь твоим?

— А что мне за это будет?

Хитрый лис! Нет бы ответить сразу, но мы тянем время, провоцируя на совсем не целомудренные картины… Чего он хочет? Чтобы станцевала стриптиз?

— Я скажу тебе спасибо от чистого сердца.

— Ну, если только от чистого… — поднявшись, поставил бокал на столик.

Следовала за ним по коридору в молчании, не представляя, чем могла наполнить тишину. Все же некоторая скованность ложилась на плечи, несмотря на все чары, исходящие от мужчины. Включив компьютер, оставил меня одну. Свободный билет до Москвы нашелся быстро, но стоил он почти в три раза дороже, чем, если бы заказывала заранее. Жадюга во мне моментально встрепенулась. С усердием задавила ее, нажимая на кнопку «оплатить». Назад пути больше нет.

Собираясь ввести номер карты для оплаты, поняла, что у меня образовалась еще одна вполне реальная проблема. Этот вопрос просто не приходил ко мне в голову раньше, а потому, и подумать о нем заранее я не могла. Расплатиться своей картой за покупку билета на другое имя, значит выдать себя с потрохами. В длинных руках Конта больше не сомневалась — такие вещи засечет сразу, а значит, найдет без труда.

— Все получилось? — Деймон заглянул в кабинет, держа в руках бокалы с вином.

— Возникла еще одна небольшая проблема. — краснела как помидор, повторяя уже заезженную фразу. — Не мог бы ты разрешить мне воспользоваться твоей банковской картой? — и тут же поспешила добавить. — А я тебе сразу же отдам наличные.

— Ты забавная. Все что ты считаешь проблемами на самом деле пустяки.

***

— Не может быть, чтобы у тебя не было телевизора! — сидели на мягком ковре, прямо на полу у камина.

Чертовски вкусное вино ложилось на губы, прокатываясь сладостью по языку и небу. После покупки билета полностью расслабилась. Уже завтра к двенадцати часам я прибуду в аэропорт, а потом… Приближение конечной цели грело душу.

— Но его нет. В основном я работаю. Нет времени смотреть телепередачи для домохозяек.

— Жаль.

— Можем немного поиграть…

Предложение заинтриговало, но и одновременно ввело в ступор. Поиграть с плеткой и стеком? Или…

— Предлагаешь партию в карты на раздевание? — волнующе приподняла бровь, но скрыла улыбку за бокалом.

— А ты азартная девочка. — чуть прищурился, но взгляд не отводил.

Почти привыкла к его прямоте, к глубоким синим глазам, что словно волны бушующего океана, приглашали погрузиться в них с головой.

— Сейчас как никогда сожалею о том, что не держу дома карты.

— Я бы не согласилась.

— А я бы не спрашивал. Но предлагаю поиграть в «Правда или действие».

— О, нет! Давай придумаем что-нибудь другое!

— Значит, знаешь правила. Боишься?

Провоцировал! Знала, что провоцировал, но велась, словно молоденькая девчушка на конфетку! В голове проносились тысячи вопросов, которые могла бы задать ему!

— Нет.

— Тогда тебе и начинать.

— Правда или действие?

— Правда.

— Зачем ты меня купил на аукционе?

— Хм… Ты понравилась мне. Разве это не очевидно? Красивая, сексуальная девушка, которая находится в поисках верха, не может не привлечь внимание.

— «Верха»? То есть доминанта?

— Да. Верх — доминант, а низ — сабмиссив. — смотрел с нежностью, словно на ребенка, которого еще предстояло учить и учить.

Так и было. Уже не стеснялась казаться глупой — он понимал, что не знаю ничего. Понимал и готов был помогать. Да только время скоротечно…

— Моя очередь. Правда или действие? — искушал одной улыбкой.

Осознанно сравнивала с Контом и ничего общего не находила. Не противоположность, но другой. Еще не знала, мог ли дать мне то, чего хотела. Да и сомневалась в собственных желаниях. Возможно, требовались другие отношения для сравнения, чтобы понять, а по тому ли пути я иду.

— Правда.

— Ты ищешь доминанта для секса или отношений?

Мой вопрос теперь казался верхом приличия. Потому и отказывалась играть — прекрасно знала, что темы для вопросов неограниченны.

— Разве есть смысл в этом вопросе? Я ведь улетаю завтра…

— Ты должна ответить, Анжелика.

Тяжко вздохнув, состроила самую печальную моську, но его не прошибало. Оставалось только отвечать.

— Изначально искала секс. Я просто не знала, что подразумевается под такими отношениями.

— А сейчас?

— Это уже второй вопрос.

— Ответь на него.

— Я не знаю. Я просто не думала об этом. Я улечу завтра, и все это уже будет ни к чему.

Его взгляд завораживал. Он словно гипнотизировал, подбираясь все ближе к телу, к душе. Ощущала силу, мощь, опасность, но даже с места сдвинуться не могла. Лишь покорно ждала того, к чему приведет этот тет-а-тет.

— Правда или действие? — спрашивала, а сама ощущала иголочки дрожи.

— Ты знаешь правила. Больше двух одинаковых ответов подряд выбирать нельзя.

Знала. И именно поэтому решилась на маленький подарок для себя на прощание с Глазго.

— Тогда… поцелуй меня.

Деймон не переспрашивал, не уточнял, не задавал лишних вопросов. Поставив свой бокал на столик, неторопливо подобрался ближе. Смотрел в глаза, рассматривал. Что-то искал? Причину? Или желание? Ладонь решительно прошлась по щеке. Пальцы мягко огладили подбородок, прежде чем легли на шею. Встретились губами, пробуя осторожно, нарочито медленно, но все переменилось в секунды…

Дыхание опаляло. С каждым жадным движением вырывал воздух из легких. Он не пил. Захватывал, забирал, присваивал. Руки сжимали сильнее. Пальцы той, что оказалась на талии, гуляли по спине, вынуждая мурашки появляться на коже. Хотела до безумия — здесь и сейчас. Не пожар горел внутри, а адское пламя бушевало, захватывая в плен желания. Словно не веря в происходящее, касалась груди, что скрывалась за рубашкой, вычерчивала изгибы, подбираясь к пуговицам. Дала себе разрешение на эту ночь, на одну единственную чертову ночь, чтобы помнить и не забывать, чтобы выбить до сих пор желанного Александра Конта из головы.

Укладывал на ковер с особой осторожностью, но от губ не отрывался. Сама бы не дала остановить это безумие. Извивалась под ним подобно змее, стараясь, стать как можно ближе, ощутить приятную тяжесть. Проходилась по крыльям спины, по широким плечам, возвращалась к шее и груди. Пальцы не слушались — не могла расстегнуть пуговицы, а потому без зазрения совести рванула рубашку, ухватившись за края. Дорвала не с первой попытки, но оно того стоило. Теперь могла чувствовать горячую кожу, учащенно бьющееся сердце. Не останавливал, словно разрешая играть так, как того хотелось бы мне. И я играла…

Раздевал бережно, с рвением оставляя пылающие следы на освобожденных территориях. Смущение? Забудьте! Я оставила его за стенами этого дома. Подавалась навстречу, испытывая острое наслаждение от языка, выводящего узоры на животе. Спускался ниже, вынуждая прикусывать губы, подавлять вырывающиеся стоны, но когда дошел до лона, сдерживать себя уже не могла. Не впивался, не истязал языком, не врывался в нутро, а лишь целовал. Целовал так, словно наслаждался, будто каждое действие доставляло ему неописуемое удовольствие, а я умирала. Умирала под чувственной лаской, понимая, что сил моих больше нет. Сдавалась, получая в ответ намного больше, чем представляла.

Резким движением заставил перекатиться на живот так, что сбила ногой бокал, который ранее пристроила на полу. Багровое вино разлилось по ковру, но мне было плевать. Ладонь обожгла ягодицу. Дернулась, но не от боли, а от нахлынувшей эйфории. В таком состоянии это действо лишь дополняло, придавая остроты. Левая ягодица также получила свою порцию. Чередовал, в то время как сводная рука блуждала по спине, оглаживала бока. Нравилось все, что он делал. Училась принимать это как естественное, как необходимое, как нужное не только ему, но и мне.

Чувствовала себя нужной, желанной, порочной — облокотившись на локти, выгнулась в спине, всем своим видом показывая, что хочу еще. Каждый шлепок обжигал, закручивая мой личный ураган в тугой узел, в бомбу, что могла взорваться в любой момент. Дернув за косу, прижал к себе — обнаженной спиной к груди. Губы клеймили плечи, опаляли дыханием шею. От этих манипуляций затылок покалывало, а разум прощался под натиском кипящих волн. Пальцы сминали груди, сжимали соски. Меня буквально простреливали молнии многообразия ощущений.

Стояла на коленях. Лишь целовал, водил губами по распаленной коже спины. Слышала и шелест, и то, как надорвал упаковку презерватива. Сейчас не собиралась ничего говорить. Мы играли в жизнь, а прерывать этот водоворот пустыми словами казалось кощунством. Одна рука вернулась на живот, обняла, прижимая ближе. Готова была впустить его в себя, страстно желала этого до сомкнутых с силой зубов, до впивающихся в мякоть ладоней ногтей, до задержанного дыхания… Неимоверно хотелось секса!

Вместе с первым рывком в легкие вернулся воздух. Жадный вдох поглотился телом, но выходить не спешил. Оргазм накрыл с головой, вынуждая губы, так и остаться не сомкнутыми. Ноги не держали совершенно — непреодолимо клонило к полу, но Деймон впивался в талию крепко, не оставляя возможности сбежать. Он знал, чего хотел, а я… Я даже не мыслила о таком. Зажмуривала веки, пока горячие волны не прошли окончательно. Вонзалась пальцами в его руку, передавая через силу всю мощь оргазма. Всю трясло, словно ракета готовилась к взлету, а не я растворялась в самом настоящем цунами блаженства. Не могла издать ни звука — что-то новое, но незначительное. Другое важнее.

Врывался отчаянно и дико, глубоко, стараясь заполнить до отказа. Пыталась подаваться ему навстречу, но руки сдерживали. Все правильно — он доминировал в этом танго. Ягодицы обжигало в наказание за самостоятельность. Не понимал, что уже давно не контролировала свое тело.

— Это тебе мешает… — шепот раздался у самого уха, провоцируя стон.

Не знала, бывают ли оргазмы от звука голоса, но именно такой мне, похоже, грозило испытать. Остановился лишь на пару секунд, чтобы завести мои руки за спину. Браслеты с легкостью защелкнулись на запястьях — не собиралась протестовать. Адреналин бежал по крови, бушевал в каждой клеточке, в каждом участке тела, скапливался в лоне диким пожаром. Пальцы одной руки нашли бусину клитора. Первое касание — разряд тока, не меньше. Второй же огладил шею, сжимая ощутимо, чтобы прочувствовала давление, но дышать могла. Могла, но забывала…

Теперь больше не щадил. Вдалбливался неистово, будто участвовали в марафоне. Терялась в нем, в глубоком наслаждении, в мире. Взрывалась, стонала, кричала, впивалась ногтями в его живот, царапала кожу, проходясь по волоскам. Не помнила себя, не знала где я — в другом пространстве, на другой планете, в другом времени. Там где женщина и мужчина сливаются воедино. Там где он управляет мной, контролирует каждый вдох, даруя другое — шквал не стихающих эмоций. Там где я подчиняюсь безропотно каждому намеку на приказ. Он не просит, не предлагает, он берет и мне нравится это, черт возьми, нравится быть его здесь и сейчас, нравится отдаваться телом…

Уснула прямо на ковре, просто отключилась, не желая ничего больше кроме надежных крепких объятий, которые согревали намного сильнее, чем пылающий огонь в камине. Да он и не горел. Потух, не знала когда, не видела, не заметила. Неважно. Сон пришел, но не смог забрать ощущения, что бережно сохранила в сердце, спрятав глубоко-глубоко. Мои воспоминания…

Не чувствовала нежный поцелуй, как гладил нагое тело, как заворачивал в собственную рубашку. Не помнила, как нес по лестнице, когда рассвет уже занимался над пригородом Глазго. Не слышала, как вновь защелкнулись наручники на запястьях часами позже. Он не спал, лишь лежал рядом, обдумывая, принимая важное решение за нас обоих. Он знал, чего хочет, и уже понимал, чего хотела я…

Просыпалась с легкостью на душе и приятным томлением в теле. Нежилась под теплым пледом, ощущая себя самым счастливым человеком. Все-таки хороший секс может очень многое дать. Например, позитивное настроение, энергию, что буквально пронизывает каждую клеточку, и чувство легкости, словно готова летать…

Самолет!

Быстро открыв глаза, попыталась резко подняться, но тут же упала на кровать, моськой в подушку. Приподнявшись, подергала руками — они скрывались за мягкой горкой. Всегда так спала, но сейчас что-то определенно держало. Подвигав локтями, все же избавилась от помехи, но увиденное заставило потерять дар речи. Я попросту была прикована наручниками к кованой спинке кровати! Деймон в спальне не присутствовал, да и я проснулась совсем не в той комнате, которую он мне гостеприимно предоставил. Где он, черт возьми?!

Словно услышав мой мысленный крик, дверь в спальню открылась. С самым невозмутимым лицом мужчина прошел в комнату и присел на кровать, рассматривая меня, будто подмечал реакцию. Что он хотел увидеть?

— Мне нужно на самолет! Который сейчас час? Отстегни меня! — истерика неизбежно накатывала, обещая вылиться во что-то масштабное.

— Твой самолет уже улетел. Время — почти половина третьего. Не отстегну, пока не успокоишься и не выслушаешь.

И так он все это говорил, спокойно и с расстановкой, что я тут же поверила. Вот прямо взяла и поверила! Но желание прибить его к чертовой матери от этого не стало меньше!

— Ты не понимаешь! Мне нужно лететь!

— Это ты не понимаешь, маленькая. Я не отпущу тебя, пока не согласишься находиться здесь добровольно. Боишься бывшего? Я обеспечу безопасность, и никто тебя здесь не найдет. Я так хочу. Ты хочешь этого не меньше.

— Я не…

— С твоим упрямством мы разберемся позже. Я так хочу и пока этого достаточно.

Глава 4: Если женщина категорически против, то спросите ее еще раз…

Анжелика

Сидела в отвратительно неудобной позе и хлопала ресницами. Возмущенно хватала ртом воздух, но путного, достойного ответа в голову не приходило. Белая рубашка совсем не прикрывала нагое тело — скорее наоборот, открывала непозволительно много, но ничего с этим поделать не могла. Коса растрепалась, и волны волос обнимали плечи — представляла, какая сейчас…

В глубоких темно-синих глазах не видела ни искорки смеха. Говорил серьезно, считал, что имеет право присваивать и думать за двоих, решать за двоих. Напоминал ли Конта? Нет. Что-то намного серьезнее. Александр всегда действовал скорее импульсивно и эмоционально. Накала страстей на лице Деймона не видела. Он обдумал и принял решение осознанно — от этого становилось по-настоящему страшно.

— О чем ты думаешь сейчас?

— О том, чего ожидать от тебя.

— Я добиваюсь согласия всеми средствами, которые мне доступны. Уже говорил — не хочу, чтобы ты уезжала.

— Мне не нравятся твои способы.

— Будь по-другому, ты бы уже сидела в самолете, пролетая над городами.

— Ты пугаешь меня.

— Обманываешь. Или хочешь так думать. Я не сделал ничего, чтобы ты испугалась.

— Но ты не оставляешь выбора! — возмущение прокатывалось по нервам, собираясь в горстку недовольства, которая все увеличивалась.

— Ошибаешься. У тебя есть выбор, маленькая. Ты можешь быть прикована ко мне до тех пор, пока не ответишь согласием. А можешь согласиться сейчас, и находиться здесь, ощущая свободу действий.

— Свободу ли? Сейчас обманываешь ты. Чего мне ждать, Деймон?

— Того, к чему стремилась. Ты хотела попробовать отношения сабмиссив-доминант. Это твой шанс. Рискнешь или струсишь?

Самые длительные минуты в моей жизни пришли, заполняясь размышлениями о том, что делать дальше. Действительно, вот оно то, чего я необдуманно желала все эти дни. Захотела? Получите, распишитесь! Доставка феи-крестной работает двадцать четыре часа семь дней в неделю и даже в пригороде Глазго, мать его! Но что теперь со всем этим счастьем делать?

— Деймон, сними наручники.

— Ты готова остаться?

— Нет.

Потянулся к спинке кровати. В руке мелькнули небольшие железные ключики. О, да. Дошло, наконец, что его действия бессмысленны. Захочу, уеду под покровом ночи, и никто меня не остановит. Это не Конт с его нестабильным поведением, от которого не знаешь чего ожидать.

Расстегнул один браслет, что крепился к кованым виткам, но тут же застегнул его у себя на левой руке. Мое ошеломление достигло предела!

— И как это понимать?!

— Ты сделала выбор. Значит, готова была принять его последствия. — освободил вторую мою руку от браслета.

Чертовски приятно было двигать ей по своему усмотрению, но глобальная проблема вставала передо мной как никогда реально. Потянул, сокращая меж нами расстояние.

— Ты не имеешь права, так поступать со мной!

— Ты ведь знала, с кем связываешься, маленькая. Все мои поступки оправданы. — взяв за руку, помог подняться.

Касался ладонью шеи, ключиц, ямки между грудей… Завладевал телом, но не разумом. Смотрела на него с упреком, пытаясь пробить невидимую стену. Стена оказалась нерушимой.

— Куда мы?

— В ванную. — ни один мускул не дрогнул на лице.

— Зачем? — упрямо стояла на месте.

— А что делают там по утрам?

— Ты не можешь! Да как ты себе это представляешь?

— Очень красочно… — горячие губы коснулись тыльной стороны ладони.

***

Если он думал, что я не смогу при нем сходить в туалет, то глубоко ошибался. Будь он знаком с Контом, сразу бы понял, что этот этап мы уже проходили. Оказавшись в ванной комнате, мстительно уселась на унитаз. Голову держала гордо, с поддельным высокомерием. Лучше вести себя так, чем бессмысленно краснеть. Уверена, мои свекольные щеки его ничуть не проймут.

— И как же я сниму рубашку? Или ты считаешь, что мыться в одежде самое то? — подошли к душевой кабине.

— Не язви. Тебе это совсем не идет. Не нужно отгораживаться и надевать маску стервы. Я уже видел тебя такую, какая ты есть на самом деле.

— Может быть, я претворялась.

— Если думаешь, что я отпущу, то ошибаешься. — включив душ, взял со столика ножницы.

Следила за ним с неподдельным интересом. Где-то на задворках разума просыпался страх. Успокаивала себя, потому как если играть роль, то до конца.

— И каков срок моего заточения?

— Неделя моего отпуска. Пока. А дальше посмотрим. — ножницы приближались ко мне.

Так и хотелось добавить: «Внимание! Вооружен и очень опасен!», но сдержалась, следя за его движениями. Всего несколько штрихов, — я даже задержала дыхание, — как то, что еще недавно было рубашкой, упало к моим ногам. Главное теперь, не потерять лицо. Стоим невозмутимо, словно все так и должно быть…

— У тебя прекрасное тело. — убрав ножницы на место, огладил бок и бедро.

Я не поведусь! Я не поведусь! Встал совсем рядом — какой-то сантиметр меж нами! Могла бы прикоснуться, но держала себя в руках. Я разрешила себе всего одну ночь, и она уже прошла! Не буду, не буду, не буду!

Губы в миллиметре от моих. Дыхание опаляет. Кажется, слышала собственное сердце, которое будто подскочило к самому горлу. Нужно было срочно что-то предпринимать!

— А ты разве не собираешься раздеваться? — спросила самым серьезным голосом. — Или намереваешься стоять рядом с кабинкой все время, пока я буду мыться? Учти, я буду делать это долго.

— Я тоже буду делать ЭТО долго…

На моих глазах сначала избавился от брюк, вынудив нагнуться, а потом точно также как и на мне, минутами ранее, разрезал свою футболку. Вообще не жалел вещей, да и мое либидо в том числе. Либидо страдало куда больше. Смотрела на лицо. Взгляд самопроизвольно пытался опускаться ниже, но я давала себе мысленные затрещины и пощечины. Не помогало. К черту, ничего не помогало!

— Идем?

— Одетым ты мне нравился больше. — первая ступила в кабинку.

На этот раз вела я.

— Лгунья. — усмехнулся этот… этот…

Цензурных слов я найти не смогла. Нецензурные казались верхом приличия.

Встали напротив друг друга под потоками теплой воды, да так и замерли. Смотрела куда угодно, но только не на него и не вниз. Какая красивая плитка за стеклом…

— Смешная. Ненадолго тебя хватило.

Взяв с полки губку, выдавил на нее немного геля. Моя рука безропотно двигалась вслед за его действиями. Определенно вдвоем испытывали неудобства, но он похоже не зацикливался на них, в отличие от меня.

Обмывал шею, ключицы, грудь, руки, спину и живот. Молчаливо терпела экзекуцию. Ну, как терпела? Бессовестно наслаждалась нежными размеренными движениями. Тер бережно, словно маленького ребенка, не пропускал ни один участок кожи. Досталось и щекам — ребячество вызвало непроизвольную улыбку. Когда опустился на колено, даже замерла в ожидании. Смотрел на меня — прямо в глаза, подмечая реакцию. Не собиралась останавливать, но чувствовала себя до одури распущенно. Словно предстать перед мужчиной в неглиже для меня обыденное дело, также как и позволить ему касаться самых интимных мест. И он касался… Подушечками пальцев растирал пену по складкам, раздвигая их. Старалась не закрывать веки, но организм не обманешь.

— Прекрати… — прохрипела, еле-еле держась на ногах.

— Нужно промыть, как следует.

Отчаянно сопротивлялась наваждению, но ломало не шуточно. Во мне боролись безрассудная первооткрывательница и та, что уже должна была лететь в самолете с холодным разумом и спокойной душой. Выигрывала первая. Поднимался медленно, вел губкой от кончиков пальцев на ноге и через все тело до самого подбородка. Там и задержался. Взгляд горел неподдельным желанием. Сама же смотрела на него словно мышь на котяру. Испуганно, но в предвкушении новой игры.

Осмелев, сдернула свободной рукой с его волос уже давно мокрую резинку. Вчера так и не смогла насладиться ими, а сейчас желание казалось жизненной необходимостью. Пальцы огладили мощную шею, легли на затылок, пропуская мокрые пряди сквозь. Слегка повернув голову, прижался губами к моей руке, вызывая натуральную дрожь. Мерились каждым новым действием, подпуская друг друга ближе, словно танцевали неспешное, но до безумия страстное танго. То танго, где оба партнера бросают вызов, не желая отдавать власть сопернику.

Рывок! Свободная рука удерживает талию, прижимая к горячему телу. Пальцы тех, что были скреплены браслетами, переплелись. Нежность граничила со страстью, а забота с желанием обладать. Я просто терялась в коктейле таких разных эмоций, что дарил этот мужчина, но как только его губы накрыли мои, совсем перестала соображать. Целовал дико, неистово, до боли. Жадно насыщался, а я вовсе не успевала отвечать. Колени подкашивались. Член вполне прямолинейно упирался в живот — теперь уже не могла его игнорировать. В какой-то момент поняла, что сейчас задохнусь. Критически требовался воздух! Сжав волосы, резко потянула от себя, но все чего добилась, так это стенки за спиной, к которой он прижал мои руки.

Открытая… Доступная… Жаждущая… Неимоверно хотела его в себя! Чтобы не щадил, не замедлялся ни на секунду. Чтобы не давал коснуться, контролируя и тело, и разум. Перехватив обе руки одной своей, свободной подсадил на выступ шириной в сантиметров двадцать. Напротив, на той стороне имелся такой же, но в отличие от этого, был заставлен разнообразными бутыльками и всякими прочими гигиеническими мелочами. Так было намного удобнее.

Ворвался стремительно — так, что короткий, но громкий стон не смогла сдержать. Ощущала стенками влагалища чертовски приятную наполненность. Задевал самые важные точки, выходя почти до конца, но тут же возвращался обратно, растягивая, подстраивая лоно под себя. Не сдерживала ни стонов, ни криков. Водил губами по изгибу шеи, щекотал дыханием, а я растворялась целиком и полностью, грозя и вовсе отключиться от всепоглощающего удовольствия. Оно накрывало горячими волнами, резкими взрывами, темнотой и ярким ослепительным светом, покалыванием во всем теле.

Казалось, тушил пожар, но с каждым мощным движением Деймона, он разгорался все сильнее. Мой личный демон и сладострастный ад. Подсунь он мне сейчас контракт, подписала бы безоговорочно, заложила бы душу, черт возьми! Продалась бы за умопомрачительный секс, за возможность бесшабашно впиваться зубами в плечо, за то, что позволял вольность, хотя уже и выиграл этот раунд. Сейчас могла бы согласиться добровольно остаться…

Совсем не соображала, когда снял меня с полки. Уселся прямо на плитку, держа меня на руках, словно маленькую девочку. Плевать, что прикованы и неудобно. Плевать на все. Лежала, облокотившись на его твердою грудь, слушала успокаивающееся сердце, наслаждалась теплом мужчины. Ласково поглаживал спину свободной рукой, ребром ладони касался щеки. Хотелось одновременно смеяться и плакать. Совсем ненормальная… Потеряла счет времени, рассматривала его. Рисовала пальцами узоры на шее, ключицах, груди. Хорошо и спокойно…

— Ну, что? Передохнула? — вода так и лилась на нас, смывая остатки страсти.

— Угу. — только и смогла вымолвить.

Ничего не хотелось. Могла бы просидеть вот так, наверное, до конца жизни.

— У нас есть еще одно незавершенное дело. — проговорил с коварной улыбкой на лице.

А я смотрела во все глаза, совершенно не представляя, о чем он говорит. Если это снова секс, то я умру! Большего не позволю! Уже нарушила данное себе слово раз, и второго не будет!

— Нужно вымыть тебе волосы… А ты о чем подумала, ненасытная?

***

После того, что произошло меж нами, уже не знала, чего ожидать еще. Не удивилась бы ничему. Конт по сравнению с Деймоном был Мистером Предсказуемость. Выйдя в спальню, остановилась посреди комнаты. Новая проблема появилась неожиданно, вынуждая рассмеяться полной грудью. Смотрела на мужчину, не скрывая задорной улыбки.

— Я рад, что ты в отличном настроении, но может быть, объяснишь, чему радуешься? — обнимал за талию, провоцируя выше задирать подбородок.

Здесь разница в росте чувствовалась ощутимо. Так приятно быть маленькой хрупкой девочкой рядом с грозным сильным мужчиной. Такую мощь не ощущала ранее ни от одного представителя противоположного пола, кроме, разве что… Чертов Конт!

— Пока не могу представить, как мы будем одеваться! Ладно, низ, но вот верх…

— По-прежнему не желаешь остаться добровольно? — легкий поцелуй коснулся уголка губ.

— Мне нужно улетать как можно скорее и как можно дальше… — большего говорить не желала.

— Тебе стоит всего лишь рассказать правду, и я уверен, смогу разобраться с твоей проблемой.

— Нет. — упрямство и гордость выбирались наружу.

— Тогда вариант один. — взяв из ящика комода боксеры, спокойно натянул их на себя.

Следом появились брюки и две футболки. Понятия не имела, каким образом собирается надевать их. Но в следующую минуту осознала, женской логике с мужской не сравниться.

Ножницы возникли в руках и с легкостью разрезали ткань от горловины и по рукаву. Теперь лохмотья свисали с двух сторон на каждой футболке. Протянув мне одну — черную, нагнулся и ступил прямо в образовавшуюся дыру второй, а затем спокойно натянул одежу, просовывая руку в единственный целый рукав. Смотрела на все это безобразие с удивлением на лице, предполагая, что от меня ждут того же. Не стала разочаровывать, но ощущала себя дикаркой, что только выбралась из леса. У него-то хотя бы брюки были.

— А белье к этому суперскому ноу-хау прилагается?

Глянув оценивающе, как-то очень ехидно улыбнулся. Да, футболка не по размеру закрывала все, что не должны видеть впечатлительные особы, но все же…

— Нет. Это тебе наказание за упрямство.

— Не жалко вещи? — словно оборванцы стояли друг напротив друга.

— Это всего лишь тряпки, маленькая. Не больше…

***

Сидела на одном из стульев и наблюдала за Деймоном. Играла наручниками, один из браслетов которого словно невзначай зацепился за ножку стола. Мужчина жарил умопомрачительно пахнущие блинчики на сковороде, переворачивая их прямо в воздухе один за другим. Напевал незамысловатый мотив — угадывала «Drag me down». Так странно, но ему шло. Рассматривала испорченную футболку. Мог бы конечно, расстегнуть браслет и одеться нормально, но не захотел. Непробиваемая логика, которую мне не понять. Показывал, что его решения нерушимы?

Горка блинов возлежала на широкой тарелке прямо передо мной. Одна на двоих. Сидел совсем рядом, поливая вкуснятину растопленным горьким шоколадом. Неминуемо сглатывала слюну. Такого сладкого утра в своей жизни я уже и не помнила.

— Может быть, освободишь? — подергала правой рукой, указывая на браслеты. — Я не смогу так есть.

— Не переживай, я покормлю тебя сам. — придерживая вилкой, разрезал ножом горку, от которой исходил дурманящий пар.

— Я могу и привыкнуть к такому безобразию…

Дул на кусочки, с которых тягуче стекал шоколад. Податливо приоткрыла рот. Позволяла играть? Или разрешала управлять собой? Пока не понимала, что конкретно из этого истина. Даже наше свидание не проходило так тепло, как это утро. Говорят, что первое впечатление о человеке самое верное. Я сходила с ума тогда. Схожу и сейчас…

— Очень хочу, чтобы ты привыкла. Сейчас мне нужно немного поработать, а потом можем посмотреть фильм и обсудить границы допустимого в наших отношениях.

И в этот эпический момент я подавилась! Натурально закашляла, смотря на него огромными глазами! Прикрывалась рукой, а Деймон, как ни в чем не бывало, постукивал основанием ладони по моей спине. Забота умиляла, как и теплый чай, который придвинул ближе, но, черт возьми, что снова происходит?

— У меня к тебе три вопроса. — выпила почти пол кружки, стараясь остановить спазмы в горле. — Первый — что буду делать я, пока ты будешь работать? Сидеть здесь, прикованная к столу? Второй — на чем мы будем смотреть фильм, если еще вчера вечером ты сказал, что телевизора в доме нет? И третье, — о каких границах допустимого ты говоришь? Я не подпишу контракт, не останусь здесь на месяц! Да я уеду в тот же день, когда ты освободишь меня!

Взгляд не помрачнел. Лицо не стало серьезным или недовольным. Терялась под напором его улыбки, пыталась сопротивляться шарму, но продолжала плыть навстречу, хоть и незримо.

— Первое — посидишь в кабинете, почитаешь книжки. — не просьба, не предложение, но сродни приказу. — Второе — я не соврал ни словом. В доме нет обычного телевизора, но имеется домашний кинотеатр. Да, слукавил, но согласись, времяпровождение вышло продуктивным.

После его слов покраснела. Чувствовала, как от стыда горят уши. Хорошо, хоть волосы прикрывали предателей. Поздно, каяться, Мисс Гиш, когда уже натворили дел! Теперь со вкусом расхлебывайте последствия…

— И третье, — я не предлагаю тебе подписывать контракт, а лишь хочу узнать твои предпочтения и антипатии. Уже говорил, не отпущу тебя раньше, чем закончится мой отпуск, но и время зря терять, не собираюсь. Ты хотела опыта. Ты его получишь.

— Я предполагала, что о таких вещах не разговаривают за чашечкой чая. Люди узнают друг друга постепенно, притираясь со временем все больше…

— Знаешь, что самое главное? Получить удовольствие. Если не знать подробностей, можно сделать что-то не так, и тем самым причинить дискомфорт, боль, неудовлетворение. Такие вещи обговариваются сразу. И мы поговорим. Расскажешь подробно о том, что тебе понравилось вчера и сегодня, а я буду также откровенен с тобой, маленькая. — костяшки пальцев ласково прошлись по щеке.

Внутренняя я предвкушала эту занимательную беседу, а внешняя же собиралась дать деру при первой удобной возможности. И снова вляпалась. Теперь осознавала отчетливо. Но до чего приятны и необычны нежность и забота от того, кто собирался показать другой мир, где физическая боль сплетается с невероятным наслаждением, а душевная свобода с безоговорочным подчинением.

Могла бы остаться с ним навсегда? Не знала. Не понимала очередной ли это виток моей безумной жизни или последний поворот. Все что видела, чувствовала, ощущала до этого момента, чертовски подкупало, но и неизвестность страшила не меньше. Кто скрывался за этой очаровательной улыбкой? Тиран или деспот? Кто жил в глубине темно-синих глаз? Мужчина с необычными предпочтениями или ненормальный с отклонениями в психике? Толком ничего о нем не ведала, а хотела ли?

Хотя бы раз за все годы хотелось совершить безумный поступок, сравнимый разве что с полетом с Эйфелевой Башни. Все новое будоражит до одури, наполняя кровь наичистейшим адреналином. Деймон стал тем самым разрядом тока, молнией в грозу, зашкаливающей стрелкой на спидометре автомобиля. Их не ждешь, но они появляются, навсегда разделяя твою жизнь на до и после… Только вот, нужно ли?

***

— Все! Я больше не могу! Это самое наискучнейшая история, которую я когда-либо читала! Я просто не осилю все эти страницы и скончаюсь прежде, чем дойду хотя бы до половины! — возмущалась, с грохотом обрушив увесистый томик прямо на стол перед мужчиной.

Определенно слышал мои вопли, улыбался, беспрестанно щелкая мышкой по экрану, но молчал, как тот самый партизан, которого не подкупишь ничем. Дальше стула уйти не могла. К его железной спинке и была пристегнута. Ограничение в перемещении злило больше всего. Таскать стул за собой намеренно не желала. Не собиралась полностью играть по его правилам.

— Ну, Дееееймооон! — одной рукой обняла со спины, размещая ладонь на груди.

Специально повисла на нем, стараясь доставить максимальный дискомфорт. Даже не собиралась оспаривать его решение по поводу недели, которую хотел провести бок о бок, но хотя бы могла попытаться надоесть настолько, что решит избавиться самостоятельно. Главное, чтобы не так кардинально, как Конт.

— Еще пару минут, маленькая. И не веди себя как капризная девочка. Тебе совершенно не идет.

Надувшись словно белка на орех, недовольно уселась на стул. Для пущей убедительности сложила руки на груди, чтобы сомнений не оставалось в том, что я обиделась. Так легко раскрывал все мои планы, задавливая их в самом начале, что становилось по-настоящему грустно. Выходило, что не могла придумать ничего такого, чему бы он безоговорочно поверил. А жаль…

Все же придется идти длинным путем, конечный итог которого пока неизвестен. Прикусывала боковую сторону указательного пальца, задумавшись, а потому не сразу среагировала, когда мужчина оказался передо мной. Взяв мою руку в свою, до невозможности эротично поцеловал то самое место, на котором остались предательские следы от зубов. Под веером темных ресниц прятались бесенята. Этот демон отлично знал свое дело, доведя его до совершенства. Таких, как он, на улицы можно выпускать только в парандже…

— Что бы ты хотела посмотреть? Драму, комедию, исторический фильм? Что-то иное? — отстегнул браслет, тут же возвращая его себе на запястье.

Поднявшись, собиралась чуть отойти в сторону, но мужчина крепко обхватил за талию, прижимая к себе властно, словно личную собственность. Ему определенно нравилось чувствовать силу. А я ощущала себя принцессой, но только той, которую насильно заточили в башню. Именно той дурой, что все сидит и ждет дракона-спасителя, который никак не появится…

— Может быть, что-то про Рождество? Очень хочется праздничного настроения.

— Думаю, мы сумеем что-нибудь найти…

Домашний кинотеатр действительно был в этом доме. Небольшая, но уютная комнатка с мягкими бордовыми диванами располагалась прямо в подвале за одной из двух дверей. Могла лишь только догадываться, что находилось за второй. Отчаянно надеялась, что там пряталась прачечная, а не секретная лаборатория сумасшедшего, в которой погибают глупенькие безрассудные девушки. Самоуспокоение не помогало.

Наглость наше все, а потому беззастенчиво легла на диван, расположив голову у мужчины на коленях. Гладил волосы, позволяя впитывать незамысловатую ласку. Молчала, привыкая к чужому теплу. Казалось, знала этого человека очень давно, будто каждый день сидели так, разделяя мир на двоих, но одновременно понимала — пока и не знакомы толком. Он располагал слишком сильно и это откровенно пугало.

— Мы хотели кое-что обсудить, помнишь? — губы мягко коснулись щеки.

— Хочешь знать, что понравилось мне во время нашего секса? — не считала нужным отмалчиваться или косить под дуру.

Здесь только мы вдвоем. Можно играть, но необходимо помнить о границах. Деймон решил, что мы готовы для откровений, хотел услышать это. Не спрашивал бы, если бы не считал важным. И я отвечала, не думая о том, разочаровываю его или соответствую его предпочтениям. В мои планы не входило задерживаться здесь дольше, чем того потребует задумка.

— Именно.

— Мне понравилось абсолютно все.

— Это я и так видел. — усмехнулся этот лис, вынуждая повернуться и посмотреть на него. — Немного конкретики не помешает. Например, за волосы меня лучше не тянуть.

— Не нравится? — даже удивилась тому, что запомнил эту мелочь.

— Так ты проявляешь свою власть, но низ на это не имеет прав. Власть всегда остается в руках одного из партнеров. Того, который и несет ответственность. То есть, доминанта. Будешь пытаться оспаривать, и это может плохо кончиться. — оглаживал лоб, висок, скулу и подбородок.

— У меня к тебе нет претензий. Разве что…

— Да-да, я весь внимание. — приковывал взглядом, не щадил.

— Мыть меня больше не нужно. — заливалась краской стыда, вспоминая утреннюю картину. — Я сама в состоянии делать это.

— А если я скажу тебе, что мне понравилось. Это ведь очередная ступень доверия, маленькая. Шаг вперед.

— Но это… Так нельзя!

Как объяснить ему, что это неправильно? Чересчур личное! Такое, я позволяла лишь Александру.

— Это естественно, когда один человек проявляет заботу в отношении к другому. И потом, до невозможности эротично.

— Иногда ты слишком откровенен и прямолинеен.

— В отношениях между мужчиной и женщиной не бывает слишком. Это все, что тебе не понравилось?

— Другого не припомню. Хотя… — подняв руку вверх, потянула и его. — Вот это мне не нравится совсем.

— Мне тоже, но ты знаешь причину.

— А ведь я могу с легкостью написать на тебя заявление в полицию. — хитро прищурилась, вырисовывая подушечкой пальца контуры губ.

Поймал, слегка прикусывая зубами, но тут же поцеловал, продолжая животрепещущую тему.

— Можешь. Но сначала тебе нужно выбраться отсюда, а потом захотеть написать его. А ты не захочешь, маленькая. В этом я уверен.

— Ты ведешь такой образ жизни постоянно? Я имею в виду — доминант до мозга костей?

Не стала вступать в бессмысленный спор. Деймон либо уже успел изучить меня, либо не сомневался в собственной неотразимости. В любом случае, итог будет один — я уеду при первой возможности.

— Не хотел говорить об этом, но раз уж мы учимся доверять друг другу… — я даже дыхание затаила, настолько любопытство завладевало разумом. — Я испробовал достаточно много и со временем понял, постоянные отношения не для меня. Мне этого не требуется так, как другим. Именно поэтому перестал посвящать «Теме» большую часть времени и жизни, но до сих пор практикую игры — от этого не избавиться.

— То есть, ты — игрок?

— Да. И очень надеюсь, что ты тоже. Мне нравится использовать соответствующую атрибутику во время сессий, доминировать, подчинять безоговорочно, но считаю, что в жизни это недопустимо. Мне не интересно подавление личности в длительных отношениях. Тот период пройден. Возможно, просто повзрослел. — поражал своей искренностью.

Я бы так просто не смогла рассказывать об этом. Не тиран и не деспот, а просто человек. Мужчина с необычными сексуальными предпочтениями. Демон-искуситель с невероятными, словно нарисованными синими глазами. Все-таки я испортилась, добровольно ступая на путь, полный искушений и соблазнов. Возбуждение врывалось вместе с неизвестностью, будоражило предстоящими занятиями. Чему мог научить? Не знала. Наверное, многому. И в первую очередь открытости.

— Давай смотреть фильм…

Глава 5: Побег — дело тонкое…

Мистер Оливер Ринт

Груда работы вновь свалилась на одни единственные плечи — мои! Черт бы побрал этих истеричек, которые только и могут, что хлопать накрашенными ресницами и делать минет. Огромная стопка расчетов и не думала заканчиваться, и в каждой папке, абсолютно в каждой я находил ошибки! Безголовая курица! Уволю к чертовой матери!

Стук в дверь кабинета лишь разозлил еще больше. Да я был, мать его, в бешенстве! Следователь так и не удосужился ничего рассказать, взывая к законам и правам. Плевать я хотел на его законы! Мне нужна была эта смазливая девчонка, но никто и понятия не имел, куда она провалилась! Своими руками задушу заразу, когда найду!

— Войдите! — рявкнул так, что казалось хрусталины люстры затряслись.

— Это я.

Эрик появился на пороге кабинета, изображая самый несчастный вид. Только что губы не тряслись, как в детстве, когда строил из себя обиженного мальчика. Вырастил пиявку на свою голову, все никак не нажрется. Наипростейшее задание выполнить не смог — перетянуть эту девку на нашу сторону так, чтобы не смогла отказаться. Лучше бы сразу денег предложил, куда дешевле обошлась бы, чем все подарки и походы по ресторанам!

— Что опять?

— Хотел спросить, есть ли новости.

— Ты что-то узнал? — уточнил с неподдельным участием, заметно шокировав недалекого отпрыска.

— Нет. — прозвучало удивленно.

— Тогда какого черта ты спрашиваешь у меня о новостях?! — даже привстал, выплескивая собственное бешенство.

— Я просто подумал…

— Ты — подумал??? Подумал? Чем? Той пустышкой, что носишь на шее? Уйди с глаз моих…

Уже развернулся к дверям и даже схватился за ручку, но вдруг остановился, слегка оборачиваясь.

— Я просто вспомнил, что Мисс Гиш должны зачислить крупную сумму денег на банковский счет, а это означает, что она наверняка захочет их перевести или обналичить. Думаю, несложно отследить операции по счету… — вышел, оставляя с новыми думами наедине.

И действительно, маленькая дрянь оставляла реквизиты своего банка для составления договора… И даже адрес электронной почты. Решение проблемы лежало на поверхности, а я не видел его, черт возьми! Неужели старость настолько прокралась в седины? Сдаешь, Оливер… Так рано сдаешь позиции.

***

Анжелика

Ничего не хотелось. Лишь расслабленно лежать на диване вместе с мужчиной, чувствуя, как под ладонью спокойно бьется сердце. Словно домашняя кошка, купалась в наслаждении, в потоках иллюзорного солнечного света, что никак не мог попасть в помещение без окон. Но я видела этот свет, нежилась в его теплых лучах. Так спокойно и легко, что можно даже поверить — больше убегать не нужно. Можно поверить, да вот только разум не даст сделать этого.

— О чем ты думаешь? — лежала прямо у него на груди, почти засыпая.

Сегодняшний день изрядно потрепал меня, провоцируя на вполне адекватные желания: вздремнуть и выпить кофе. Порядок мог бы стать любым, разве что и к кровати, и к ароматному терпкому напитку обязательно должна была прилагаться эта комфортная грелка. Мысли вялыми потоками возникали в голове, но тут же исчезали, будто и не появлялись. Не хотела думать об идеях, что проступали на грани безрассудности. Не могла остаться и точка. Понимала, он чужой, но, черт возьми, так хотелось поверить в сказку!

— Думаю о том, что хочу кофе и в теплую постельку. — разве что не мурлыкала, рассматривая Деймона исподлобья.

— Не трудно организовать. Только нужно перенести тебя в спальню. — костяшки пальцев огладили щеку, а подушечка большого прошлась по губам, слегка надавливая.

— Неси!

— Что я слышу, Мисс? Вы отдаете мне приказы?

— Скорее соглашаюсь с вашими, но… При одном условии.

— Не стоит ставить мне условий. — говорил жестче, чтобы акцентировать внимание, чтобы запомнила.

Этого и не требовалось. Все хорошее рано или поздно заканчивается. В моем случае, почему-то обязательно плохим. Не желала безвольно ожидать конца, когда уже не смогу выбраться, будучи прижатой к стенке. Не могла не попытаться спасти свою потрепанную шкурку. Надеялась, что удастся воплотить задуманное, а иначе… Иначе быть не могло.

— Заплети мне волосы, пожалуйста. У меня в чемодане есть косметичка. Там можно найти немного заколок и резинок.

Видела, лишь на секунду в глазах отразилось недоумение, но он быстро взял себя в руки. Довольно улыбаясь, кивнул. Лишь предположение — думал о том, что привыкаю к новой роли, подстраиваясь под заданное им поведение. Пусть так. Еще один жирный плюс, если смогу ослабить его бдительность. Вспомнился тот самый колобок, что от дедушки ушел, и от бабушки ушел, лишь бы Деймон не был тем самым лисом, что неминуемо сжирает самоуверенный кусок теста из истории в историю. И почему до сих пор никто не придумал альтернативного окончания этой детской сказки? Что ж, предстояло самой изменить ход событий, если в штанах у мужчины наряду с мощным членом все же спрятался рыжий хвост.

— Хорошо, но шикарной прически от меня не жди. Постараюсь сделать аккуратно.

— Лишь бы волосы остались на месте… — рассмеялась, не выдержав чересчур серьезного настроя Деймона.

Неужто истерика подбиралась тихой поступью? Все может быть… Страх, пропитанный неуверенностью в собственных силах, проскальзывал, стягивая тонкие нитки. Лишь бы не переиграть, а иначе, в театре разгорится пожар.

***

Я так еще, по-моему, ни разу в жизни не смеялась. Смотрела в зеркало, следя за каждым движением мужчины. Определенно, косы он раньше никому не плел. Тот шедевр, что громоздился у меня на голове, можно было разве что назвать вороньем гнездом. Причем изрядно потрепанным вороньем гнездом. В спальне на прикроватной тумбе остывал мой черный кофе.

— Я рад, что у тебя отличное настроение, но мой энтузиазм постепенно съезжает на «нет». — ворчал, словно мы с ним уже с десяток лет в браке.

Интересно, смогли бы ужиться? Или поубивали бы друг друга на следующий день после свадьбы? Это сейчас не лезла на рожон, понимая, что могу сделать только хуже. Не хотелось бы, чтобы закрыл в подвале, ожидая, пока стану сговорчивее. Сам говорил, считает, что в длительных отношениях один не должен подавлять другого, но именно этим и занимался. Значит, ничего серьезного меж нами не видел, а мне не хотелось мечтать зазря.

— Ты держишься молодцом! А какие причудливые волны… — наручник так и висел на запястье, но хотя бы не приковывал ни к чему.

Радовалась, что постепенно ступали на правильный путь, на тот путь, который был нужен мне.

— Не издевайся. Я знаю, что так не должно быть, но они сами лезут наружу.

— Если ты подколешь их невидимками, то все станет намного лучше. Это я тебе как эксперт говорю, а моему опыту стоит верить. — заметила нравоучительно.

Теперь уже он не сдерживал улыбки. Воспользовался подсказкой, а я следила, затаив дыхание. Возможно, и нет в этом всем необходимости, но так я хотя бы была уверена в том, что есть другие варианты. Не верила, что изменит решение спустя всего сутки. Деймон не из таких. Собственно говоря, как и Александр.

— Все готово, маленькая. Как тебе?

— Даже лучше, чем предполагала. Спасибо. Хотя… до великого мастера тебе еще расти и расти. — поднялась с пуфика и прижалась к мужчине всем телом, благодаря за заботу.

Только бы не переиграть!

Он видел нас вместе в зеркале. Я — нет. Искушение становится меньше, если не подогревать его собственными иллюзиями. Этой ночью мне как никогда в жизни нужен был холодный разум.

— Пойдем, уложу тебя в постельку. — легонько подтолкнул к выходу из ванной комнаты.

— Разве не присоединишься? — старалась выказывать эмоции как можно меньше.

— Хочу еще немного поработать. Обязательно приду чуть позже. Не надейся, что оставлю одну надолго. — губами коснулся губ, когда присела на кровать.

Пальцы чуть сжали подбородок, огладили шею, прошлись по оголенному плечу. Так и оставалась в испорченной футболке, тогда как он переоделся в другую. Не выдержал, бедный. Иного и не ожидала. Взяв мою руку, нежно поцеловал запястье, на котором болтались наручники. Все-таки сделал это — пристегнул к спинке кровати, заработав еще один минус.

Улыбалась, стараясь не выказывать злость. Да, я злилась! Надеялась, что одумается после того, как провели вместе такой замечательный день, наполненный неподдельными эмоциями. Не лгала до этого момента ни словом, ни взглядом, но, как известно, в игре на выживание каждый сам за себя.

— Твой кофе. Пей и ложись отдыхать. Скоро приду. — след остался и на щеке, словно воспаленное пятно от раскаленного железа.

Клеймил не физически, скорее морально давая понять, что теперь его. Кто его? Женщина? Любовница? Собственность? Или игрушка? Улыбалась, а так хотелось закричать! Уже испробовала этот способ на Конте. Убеждена, Деймон тоже не услышит. Этот демон искушает, точно знает, чего добивается, действует обдуманно, подмечая каждую реакцию. Теперь с подозрением относилась к каждому мужчине, потому что когда тебе попадается один такой экземпляр — это случайность, а вот два подобных — нездоровая закономерность.

Укладывалась в кровать, испытывая неудобство от позы, от физического заточения. Пыхтела, вертелась, отсчитывая минуты. Пробовала не уснуть, но все равно отключилась. Сны не снились, а так хотелось сказки хотя бы напоследок. Той сказки, где дракон — настоящий храбрец, а принцесса спасена, вырвана из лап жадного, эгоистичного принца.

Все в этом мире можно исправить кроме смерти, стоит лишь просто открыть глаза. И я открыла. Проснулась среди глубокой ночи, ощущая тяжесть чужой руки на собственной талии. Ясный ум, уверенные движения. Помнила все, чему учил отец, но больше всего запомнилось то, что показывала мама. Она редко делилась запретными секретами, и именно оттого они были более ценными. Сейчас на чаше весов стояла моя жизнь.

Вынуть невидимку из волос. Расширить пространство меж двумя ее сторонами зубами. Загнуть один конец. Способов два — я помнила каждый, несмотря на то, сколько лет уже прошло. Эти наручники — самые обычные, которые только можно было найти. Надеялась, что сюрпризов не заготовлено, иначе возиться намного дольше.

Прикрыла глаза, чтобы не отвлекаться на лишние детали. Свободная рука проникла под подушку туда, где прятался надоевший до боли браслет. Небольшой участок сбоку — сквозной. Еще не облегчение, но радость от того, что все верно. Ровной стороной просунула невидимку внутрь, надавливая, чтобы зубчики механизма опустились вниз. Резких движений делать нельзя.

Лишь бы удержать эйфорию. Может и проснуться от звука, что неминуемо раздастся в тишине. Вставив указательный палец с одной стороны, потянула правую руку в противоположную. Очень медленно браслет раскрылся, освобождая хитрую пленницу. Могла бы пристегнуть Деймона, красочно представляя его реакцию наутро, но не стала так мелко мстить. Время для меня сейчас — непозволительная роскошь. Впрочем, как и всегда…

***

Доставала рюкзак с затаенным ожиданием. Брать какие-то вещи в принципе бессмысленно — тихо не унесу, а громко… Не настолько уверенна в своих силах, в выигрыше средь неравного противостояния. Он сильнее. Сильнее морально. Задавит лишь одним взглядом.

Белье, джинсы, носки, водолазка, кроссовки, куртка — одевалась быстро, но без лишней суеты. Эмоции в таких ситуациях всегда мешают. Закинуть документы и кошелек. Больше ничего не нужно. Новая жизнь начинается с чистого листа. Оставляла чемоданы с вещами без сожаления. «Это всего лишь тряпки» — тоже так думала.

Закинув рюкзак на плечо, осторожно приоткрыла дверь. Стояла зловещая тишина. Не слышала ни шороха, да и, наверное, не смогла бы услышать — сердце бухало, все ускоряя и ускоряя свой бег. Прежде чем покинуть этот дом навсегда, намеревалась ненадолго заскочить в кабинет. Понимала, что есть шанс попасться, но должна была точно знать о том, какие перспективы имею. Да и ночью из пригорода незнакомого города не так-то и легко выбраться. Как минимум, стоило вызвать такси, а единственный телефон, не считая мобильного Деймона, находился как раз в кабинете.

Свет зажегся без проблем, что нельзя было сказать о компьютере. Словно издеваясь надо мной, железяка прогружалась слишком медленно. Заламывала пальцы и косилась на дверь. Представляла, как створка отворяется и на пороге появляется разъяренный мужчина, но отчего-то не могла вообразить искаженное гримасой лицо. Его образ перекликался со зловещим спокойствием и строгостью. Такая реакция намного хуже. Уже знала, чего могла ждать на примере Конта.

Монитор мигнул, оповещая о загрузке, и передо мной тут же предстали все мои негативные предположения. При входе требовался пароль. Чертов пароль, который не мигал неоновыми огоньками перед носом! Хотелось рвать волосы на голове или стукнуть чем-то тяжелым по этой коробке с проводами. Растирала виски, пытаясь придумать решение. Лишь одна догадка пришла в голову и не желала уходить. Мог ли Деймон быть таким предсказуемым?

Пальцы запорхали по клавиатуре. Дата нашей первой встречи — почти романтично, если бы этот день не стал днем покупки. Вот она железная мужская логика во всей своей красе.

Задержав дыхание, нажала на кнопку «Enter». Секунда… Две… Три… Следила, не моргая. И вот оно! Могла бы сейчас и румбу сплясать, но секретность мероприятия вынуждала наслаждаться маленькой победой в тишине. Поиск, сайт, авторизация — время отсчитывало свой бег, заставляя периодически смотреть на табло в правом нижнем углу.

— Да! — радостно воскликнув, тут же зажала рот рукой.

Непозволительная роскошь — выражать свои эмоции столь бурно, но по-другому не могла. Деньги за продажу дома в Престоне уже лежали на счету, приводя в восторг круглой суммой. Теперь могла позволить себе уехать куда угодно, в любую точку мира. Эйфория от чувства свободы разливалась по телу сладкой патокой, ложилась невероятно счастливой улыбкой на губы. Несговорчивая фортуна наконец-то повернулась ко мне лицом, а не своей филейной частью, которую я уже порядком устала лицезреть. Бегло проверила почту. Теперь только оставалось вызвать такси и выбраться отсюда.

Набрав единственный номер таксопарка, который знала, с затаенным ожиданием слушала гудки. Каждый звук равен стуку сердца.

— Доброй ночи. Можно заказать машину…

***

По коридору шла, опасливо оглядываясь. Едва касалась пола ногами, переживая, что ненароком половицы могут издать предательский скрип. От мебели держалась на почтенном расстоянии. Я еще тот медведь. Могу и зацепить что-нибудь, создавая такую ненужную сейчас какофонию звуков. Гостиная слева, кухня справа. Всего пару шагов до дверей. Телефон в кабинете отключила, попросту вынув штекер. Буду громко смеяться, если машина так и не подъедет. Тогда придется идти пешком, но где наша не пропадала?!

— Далеко собралась? — прозвучало слишком спокойно.

Замерла на месте, не веря своим ушам. Поворачивалась очень медленно, словно не решалась увидеть его. Деймон сидел в кресле в полнейшей темноте, и лишь округлая луна за окном освещала его силуэт. Слишком мрачный силуэт. Темные волосы обрамляли лицо, почти скрывая его. Рубашка с закатанными до локтей рукавами будто пропиталась голубым сиянием. Омуты глаз блестели, нагоняя первобытный, не поддающийся контролю страх.

— Ухожу. Я ведь предупреждала. — так трудно было отвечать, но еще сложнее сдвинуться с места.

Пригвождал, завораживал обликом, гипнотизировал голосом. Его прямой взгляд прокатывался прямо по нервам, болезненно задевая каждую ниточку. Когда проснулся? Чего ждать? Определенно ничего хорошего.

— Я ведь не отпускал тебя, маленькая. Зачем создаешь проблемы из пустоты?

— Я не…

— Разве я обидел тебя? Может быть, оскорбил? Унизил?

— Нет, но…

— Мне казалось, что мы равно получаем удовольствие от нашего времяпровождения. Если тебя что-то не устраивает, скажи. Но не беги среди ночи, словно воровка…

— Я ничего не взяла! — последняя фраза раззадорила.

Собиралась устроить скандал и гордо хлопнуть дверью, но никак не ожидала,

Скачать книгу

Пролог: Все тайное рано или поздно становится явным

Купалась, нежилась в поцелуях, отдаваясь мужчине целиком и полностью. Лед сердца растапливался. Открывалась ему с некой осторожностью, но неминуемо. Пальцы зарывались в густые черные волосы. Давно сорвала темную резинку. С распущенными – сексуальнее. Нетерпеливо касалась мышц, пробегаясь по контурам, желая ворваться в податливую мякоть плоти. Чтобы ногтями до крови, оставляя трепетные царапины.

Каждый жадный вдох отдавался болью в груди. Придавливал тяжестью тела, давая насладиться скованностью движений. Не просила свободы. Свобода здесь не нужна.

Оглаживал упругие ягодицы, то и дело касаясь лоскутов белья. Готова была изорвать их сама же, лишь бы приблизить личную агонию. Словно стояла на краю обрыва, а лицо омывали не потоки холодного ветра, а горячие волны свирепого в своем буйстве океана. Жар в лоне уже создавал дискомфорт. Соски напрягались от боли, терлись о кружевную ткань. Ловила жадные губы, клеймящие, сладкие, яростные. Он не отпустил бы, даже если бы молила о пощаде. Сама отворила дверь для его зверя. Сама накинула крепкий кожаный поводок, да только на себя.

За секунду изменила положение, уткнувшись лицом в подушку. Даже воздуха не успела глотнуть. Острое лезвие ножа прижалось к затылку, прошлось тонкой гранью по шее, опускаясь к лопаткам. Не щадил. Точно знал, чего я хочу. Адреналина, что побежит по крови, разрывая нервы, отдавая контроль. Доверяла – безоговорочно и дико. Так хотела бы увидеть нас в зеркале. Лезвие проходилось по коже лишь слегка, царапая, оставляя красноватые полосы. Легкая боль приносила разрядку, щекотала нервы, возбуждая еще сильнее.

Сердце испускало дробный ритм. Так хотелось перейти к кульминации, но он еще не закончил. Наслаждался медлительностью движений, упивался собственной властью над моим телом. Не смела перечить. Не смела приказывать. Не смела просить. Сама подписала договор, не желая упускать такую возможность. Мой Мучитель, Учитель, Мастер… Казалась смешной сама себе. Холодная сталь прижалась к краешку трусиков. Вмиг разорвав, освободил от белья. Дождалась…

Неизменно покрывал тело легкими поцелуями, вознаграждая за послушание. Округлым ягодицам тоже досталась ласка, как и сочившимся влагой складкам. Внутренности пульсировали, встречая уверенный, твердый член. Представляла со стороны, как искушенно это выглядит. Как объемная головка скрывается в нутре лишь чуть-чуть, чтобы тут же выйти наружу – дразня, заводя, играя.

Искусала все губы…

– Ну же! Хочу! Сильнее! – так желала, чтобы мир обрушился на плечи, склоняя к его ногам.

– Бесстыдница, – усмехнулся вибрирующим бархатным голосом.

Голос тот ласкал не хуже рук, нескромных пальцев, которые впивались в плечо и пробирались к чувствительной горошине. Достигла бы оргазма и без стимуляции. Настолько дополнял, словно знал все желания заранее, будто читал меня как раскрытую книгу.

Движения стали мощнее, глубже, сильнее. Врывался неистово, вынуждая забыть обо всем. Хрипы и всхлипы сливались в единый поток, где мы с ним были неразделимы. Обжигающие кольца все убыстрялись, лишая возможности задержать оргазм хоть на сколько-то. Шлепки сыпались на ягодицы – дополняли мою личную огненную бездну.

И мир рассыпался на части, мельтеша вспышками ярких звезд перед глазами. Его рык – самая лучшая мелодия, услада для слуха. Тяжело навалился сверху. Так тепло, комфортно и уютно. Сгреб в охапку – ему не наплевать. Нежные поцелуи ложились на раскрасневшееся лицо, захватывали вырывающееся из груди дыхание. Так хотелось закричать – от счастья, от любви, от понимания. Он давал мне именно то, чего я так желала всей израненной душой, всем измученным сердцем. Только с ним не хотела расставаться, но каждое утро нового дня этот сон рассеивался, оставляя меня под воздействием обволакивающего наваждения, да только не сегодня…

Обернувшись к своему любовнику, ужаснулась от тяжелого серебристого взгляда, от лукавой улыбки, что закралась в уголках губ. Александр Конт смотрел на меня словно на выигранный приз – довольный, подобно наглому мартовскому коту. Страх сковал голос неминуемо, вынуждая проснуться.

Нет, мы не виделись с Александром с той самой встречи, не виделись и с Деймоном после бала. Между нами не было секса, не было этого единства, а так хотелось бы. Хотелось наконец найти того самого, от которого сердце сжимается болью от невозможности сделать вдох. Эгоистично желала купаться в любви, сгорать в озере страсти, умирать, рождаясь заново в надежных объятиях.

Приближалась дата нашей с Деймоном встречи – с каждой ночью сны становились все извращеннее. Да я попросту боялась накинуться на него, увидев снова! Щеки пылали – они не стеснялись будильника, что орал своим визгом уже минут пятнадцать. Если бы только не горечь окончания… Чертов Конт!

Неделя, данная на реабилитацию новым начальником, закончилась именно сегодня, а это означало, что у одной пятой точки, что неизменно находит для себя приключения, сегодня очень важный день… Сразу два события. Какого боялась больше? Какое желала приблизить быстрее? Оставаясь в постели, все равно не узнаю, а пока…

Повернувшись на бок, улыбнулась солнцу, заглядывающему в окно, и новому дню. Пора накрепко брать в руки свою жизнь, Анжелика Гиш. Пора вставать…

Душ, чашечка горячего капучино с пенкой и шоколадом. Мои вкусы немного изменились. Надеялась, что и сама тоже. Неизменным оставался бутерброд, обжигающий пальцы. Тонкие ломтики колбаски, расплавленный сыр и мякоть томатов – самое лучшее в мире кулинарное творение. Вымыв посуду, легкой поступью пошла одеваться. Приталенные брюки с высокой посадкой, полусапожки на устойчивом каблуке, белоснежная рубашка поверх кружевного лифа. Смотрела в зеркало и словно видела в себе прятавшийся доселе свет. Вот они – яркие ямочки, кофейные, чуть затуманенные дымкой возбуждения глаза, чарующая улыбка. Машка бы сразу сказала:

«Да ты влюбилась, подруга!»

Так ее не хватало, и да, она бы оказалась совершенно права. Все, чего боялась, так это разочароваться в том образе, который неизбежно придумала за эти дни себе сама. Самая страшная ошибка женщины – построить в своем разуме иллюзорные отношения, которых нет. Конта не забывала. Он всплывал в памяти образами, фразами, яркими картинками, а главное – взглядом. Никогда не смогу простить. Обошелся слишком жестоко, не имея на то причин и прав.

Улыбнувшись еще раз, накинула длинный плащ. Клатч в руках отдавался тяжестью. Телефон, ключи, кошелек, кое-что из косметики. Сегодня мне предстояли сразу два деловых разговора, и неизвестно, чем мог закончиться последний. Похоже, я все же подсела на чертов секс…

По ступеням летела, вдыхая полной грудью прохладный утренний воздух. Стайка голубей вспорхнула, пугаясь ранней птички, что уже раскрывала свои крылья навстречу неизведанному. Потому что новое всегда будоражит…

– Доброе утро, мисс Гиш, – улыбался немолодой водитель. – Вижу, у вас прекрасное настроение.

– Доброе утро, Винчестер. Настроение? Не просто прекрасное, превосходное! Благодарю.

Приземлившись на заднее сиденье салона автомобиля, дождалась, пока мужчина займет свое место да как следует вдавит педаль в пол. С его вождением я уже сумела познакомиться вчера. Несмотря на возраст, этот человек оставался молодым душой.

– Вот и приехали, мисс Гиш. Удачного вам дня, и звоните, когда я вам буду нужен. Не стоит игнорировать заботу мистера Ринта. Мы ведь не хотим с вами остаться без премии? – подмигнул, памятуя о моем вчерашнем поведении.

Конечно, я вчера всеми правдами и неправдами отказывалась от широкого жеста, воспроизведенного с легкой руки начальника. Не заслужила еще, но оказалось, что спорить с мистером Ринтом себе дороже. Даже не заметила, как согласилась и на машину, и на водителя, и даже на прием у штатного психолога. С детства их не любила, с того самого детства. Ну ничего! Ради хорошей работы можно разок и потерпеть…

Стальной великан возвышался над миром, уходил далеко ввысь – в небосвод. Не посчитав, даже не смогла бы сказать, сколько здесь этажей. Белоснежная вывеска выделялась – «Стройком». Словно чистое пятно посреди серой реальности. Карликовые деревья в горшочках обрамляли вход. Их скоро уберут, как только холода пропитают Глазго.

– Доброе утро, мисс. Ваш пропуск.

– Конечно. – Достав из клатча искомое, подала мужчине.

Внимательно осмотрев нас с карточкой на соответствие, вернул документ. Словно совсем не он выписывал его мне вчера.

– Хорошего дня, – кивнул, улыбаясь.

– И вам прекрасного.

Улыбалась всему миру вокруг – девушкам за стойкой информации, охране, клеркам. Воодушевленная заходила в лифт. Зеркальные стены отражали мой образ. Залюбовалась и не заметила, как в механической коробке перестала быть единственным пассажиром.

Теперь уже смущалась такого откровенного самолюбования. Оно не свойственно мне, так что же изменилось? Просто хотелось жить!

Не смотрела на своего попутчика. Щеки пронизывало стеснительностью. Отмеряла, высчитывала этажи – когда цифра восемнадцать мигнула, вздохнула с облегчением. Всего шаг, с которого начинается новая жизнь.

– Доброе утро, мисс Гиш. Вас уже ждут.

– Благодарю, Ребекка.

Миловидная секретарша привстала, встречая нового посетителя. Несмотря на зрелость возраста, выглядела она презентабельно. Особый лоск, шик, аристократичные черты лица. Эта дама любила себя. Так что же мешает мне? Пора начинать.

– Желаете кофе?

– Было бы замечательно. Капучино.

Глухо постучавшись, уверенно прошла в кабинет. Мистер Ринт уже действительно ожидал меня, да не один. Женщина в строгом костюме разместилась в кресле напротив него. Участки низкого стола, не занятые аппаратурой, застилались множеством проводов. Будто кто-то разбирал на детальки технику.

– Доброе утро, мисс Гиш. Присаживайтесь, – кивнул начальник на свободное кресло. – Хочу познакомить вас с нашим психологом – миссис Перти. Сегодня она проведет с вами небольшое тестирование.

– Очень приятно. – Чувствовала скованность, будто белый пушистый кролик застыл перед мощным удавом.

Неприятное чувство.

– И мне приятно. И пока мистер Ринт еще не запугал вас окончательно, добавлю. Ко мне можно обращаться с любыми вопросами и проблемами. Все бережно схороню и дам совет.

– Спасибо.

Не стала говорить о том, что никогда не воспользуюсь ее услугами. Зачем? Для чего? Я уже привыкла, давно привыкла решать свои проблемы самостоятельно. Пусть наступая на собственные грабли, пусть неумело и неловко, но сама. Только человек может прокладывать свою дорогу. Любое вмешательство извне чаще навредит, сбив с истинного пути.

– Вы меня прямо монстром делаете, миссис Перти! – рассмеялся мужчина. – Ну да ладно. Я вас покину, чтобы не смущать. И, Анжелика, дождитесь меня для подписания документов. Сегодня мы начнем знакомиться с вашими обязанностями.

Оставшись наедине, выдержали томительное молчание. Ребекка принесла нам кофе и скрылась за дверьми, тихонько прикрыв их за собой. Не боялась вопросов, но не желала выворачивать собственную душу наизнанку перед посторонним человеком. Да только выбора не было…

– Я задам вам несколько стандартных вопросов, мисс Гиш. Вам необходимо отвечать только правду однозначными ответами – да или нет. Если вы соврете, детектор сразу укажет на изменения. – Навешав на меня тучную кучу проводов, дама вернулась в кресло.

Сердце убыстряло свой ритм, гоняло кровь по телу с бешеной скоростью. Не могла расслабиться. Взгляд гулял по широкому светлому кабинету, цеплялся за полки с документами, декор интерьера. В темной мебели отражались отблески солнца. Даже кофе не прельщал, хоть его аромат и обволакивал.

– Итак, первый вопрос: вы – мисс Анжелика Гиш?

– Да, – отвечала без раздумий, точно зная, что то, во что я верю всем сердцем, отразится правдой.

– Вам двадцать три года? – продолжала, следя за монитором.

– Да.

– Вы когда-либо нарушали закон?

Этот вопрос неосознанно вызвал улыбку. Жаль, нельзя ответить: «Слишком часто». Это была бы полнейшая правда. Воровала всякие мелочи в магазинах лет так в шестнадцать. Могла бы свободно купить все, что хотела, но желала нелепого самоутверждения. Как начала этим заниматься, так и закончила. Перегорела. К тем вещичкам так больше и не прикасалась. Пылились в небольшой коробке, а потом примкнули к ненужному мусору. Человек перерастает этапы своей жизни, становясь взрослее с каждым шагом, мудрее с каждым словом. Так произошло и со мной. Тяжело вспоминать ошибки.

– Да.

Мой ответ явно напряг миссис Перти. Любопытство читалось в ее глазах. Видела, она хотела знать куда больше услышанного.

– Вы когда-либо в своей жизни убивали человека?

Точно знала, что такие вопросы не задают на подобных тестах. Слишком прямая формулировка. Кто-то решил вовсю попользоваться своими возможностями. Что она пыталась раскопать? Собирает на меня компромат?

Предвкушала мой ответ, слишком явно прикусывая губы. Нервничала. Сейчас я уже начала сомневаться в том, психолог ли она. Полиграф можно купить, если очень хочется, а вот не ширмой ли он является для чего-то еще? Прищуренный взгляд всматривался слишком пытливо.

– Да.

Тут же посмотрев на монитор, изменилась в лице. Не знала, что именно она там увидела, но ответ явно ждала другой.

– Зачем вы лжете, мисс Гиш? – стала холоднее в разы.

– Смотря что вы подразумеваете под ложью. Психология – тонкая вещь, не так ли? Я думаю, мы уже закончили. Всего доброго, миссис Перти.

– Но мы еще не закончили!

– Закончили.

Поджав губы, женщина снимала провода, упаковывая все в черный кожаный чемодан. Ушла, не попрощавшись, но этот факт нисколько не коробил душу. Чувствовала себя словно в зоопарке, причем по ту сторону клетки. Сравнивала с препарированием. Эта работа нравилась мне все меньше.

Одной побыть не удалось. Мистер Ринт вернулся в свой кабинет, держа в руках листы с документами.

– А вот и я. – Листы разместились передо мной на столике, завладевая вниманием. – Как прошло тестирование?

– Немного не так, как я его представляла. Зачем вам нужны ответы на вопросы, которые никак не относятся к работе?

Видел изменения в моем поведении, подмечал черты лица. Сама ощущала подобие безразличия. И как можно было так легко испортить такое замечательное утро?

– Я вижу, вам что-то не нравится. Не поделитесь? – ловко ушел от прямого вопроса.

– Вам бы тоже не понравилось, если бы кто-то решил покопаться в вашем грязном белье.

– Сожалею, но эту процедуру проходят абсолютно все. Я должен знать, чего ждать. Принимал бы всех бездумно – давно бы прогорел. Это бизнес, мисс Гиш. А в бизнесе грязь – неотъемлемая часть.

– Именно это мне и не нравится. – Натянутая улыбка, но на большее сейчас не способна.

Не хотела обижать этого мужчину. Он относился ко мне как к родному человеку – дочери или внучке, – хотя я и не верила в его симпатию всем сердцем. После Конта искала подвох повсюду.

– Подпишем документы? – настаивал незримо, но чувственно.

– Простите, мистер Ринт, но нет. Я тщательно рассмотрела ваше предложение и не вижу себя в роли управляющего отделом. – Необдуманно, но от чистого сердца.

– Вы меня убиваете, мисс Гиш! Что изменилось за эти несколько десятков минут?

– Мое мировоззрение. Не обижайтесь, мистер Ринт, но я отказываюсь. Прошу лишь дать мне пару дней на то, чтобы освободить квартиру.

– Об этом не может быть и речи! Конечно, не торопитесь! Но, может быть, вы все же обдумаете все как следует? Не могу поверить, что решение далось вам в секунду! – забрал со стола листы, нервно теребя их в руках.

– Знаете, иногда спонтанные решения – самые правильные…

* * *

– Как прошел ваш первый день, мисс Гиш? Вы так быстро вернулись, – вопросил Винчестер, ловя мой озадаченный взгляд в зеркале заднего вида.

– Странно, если честно. Не так я себе представляла эту работу.

Этот мужчина располагал. Верила, что не станет обсуждать услышанное от меня с кем-либо еще, а потому отвечала честно.

– Это с непривычки. Пройдет. Я считаю, что человек может все, если, конечно, сильно хочет этого.

– Одних амбиций иногда недостаточно.

– Конечно, нет. Голова тоже должна быть толковой. Вы справитесь, мисс Гиш. Я уверен…

Даже улыбнулась. Он уверен в том, от чего я уже отказалась. Выходит, опыт не всегда помогает людям делать правильные выводы. Может быть, я и поступила неправильно, но успокоившееся сердце говорило об обратном. Чувствовала себя намного комфортнее.

Молчание сменилось легкой мелодией. Кажется, звучал вальс. Прикрыв веки, облокотилась о спинку сиденья и попыталась расслабиться. Образы маскарадного бала пришли сами собой. Я – в черном платье, словно падший ангел со сложенными крыльями. Он – демон искуситель, с силой сжимающий талию. Волна дрожи прошлась по телу, будто впервые. Каждый раз, вспоминая, переживала эти ощущения заново.

– Если я задам вам некорректный вопрос, вы ответите на него?

– Скорее да, чем нет, но все зависит от самого вопроса. Все условно и безусловно, помните? – вернула ему его же размытую игру слов.

Отражались в зеркалах. Смотрелись восхитительно. Ожидала тогда, что спросит о нашей первой встрече и моем фееричном падении, но Деймон удивил:

– У вас уже есть кто-то, прелестная мисс?

– Не смущайте меня. Я пока нахожусь в поисках. – Опускала взгляд, пряча лицо у него на груди.

Пах невероятно. Смесью терпкого парфюма и сигарет. Тяжелый мужской аромат.

– В поисках кого, маленькая недотрога?

Воздух рваными хлопьями вырывался из груди. Прижималась слишком близко, лишь бы не отпускал. Средь убыстряющегося темпа вальса, чья мелодия задурманила, закружила разум, раздался мой капитулирующий шепот:

– В поисках доминанта…

Не владела собой – ни телом, ни взглядом, ни словами. Остро ощущала простые прикосновения, снедаемая бурей желания. Только с ним и танцевала. Одурманенная, дикая, ведомая. Принимала бокалы, чуть пробуя и отставляя в сторону. Не желала забыться, хотела помнить каждый миг. Время так скоротечно, когда расставание неминуемо.

– И вот она – кульминация нашего вечера. Надеюсь, что все прекрасно провели время и обрели новых знакомых. – Ведущий снова вышел на сцену, приковывая к себе всеобщее внимание. – Прошу выйти ко мне претендентов на вступление в наш закрытый клуб. Давайте поддержим их аплодисментами.

– Иди же. – Чуть подтолкнул меня в спину, касаясь почти невесомо.

– Зачем? Мне кажется это нелепым.

– Если ты не поднимешься туда, то я не смогу тебя выбрать, – объяснял терпеливо, словно неразумному ребенку.

Ничего не понимала, но просьбу выполнила. По ступеням поднималась последней, а в руки к ведущему попала первой. За спиной мужчины и девушки – не больше десятка. Наверняка нервничали точно так же. Будто стоишь на стуле и собираешься рассказывать стих. Ох, лучше бы они ничего не просили говорить. Я ведь и спеть могу, а выдержит такое не каждый…

– Милая барышня, дайте-ка мы на вас посмотрим. Ммм… Прекрасна, восхитительна. – Вынудил обернуться вокруг своей оси, словно продавать собирался. – Есть ли среди нас тот… или та, кто желает взять этот прекрасный бутон под свое начало?

– Сто! – выкрикнула одна из дам, смешливо подмигнув мне.

Помните чувство, когда рыбке воздуха не хватает? Вот именно так я себя и ощущала. Аукцион, черт возьми! Живой аукцион!

– Пять тысяч, – как-то безэмоционально прозвучало у самой сцены.

Обратив свой взор в сторону голоса, без труда узнала мистера Шульта. Ну нет, если уж и продаваться, то только не ему. Староват от слова «совсем». Истерично искала взглядом Деймона, но отчего-то не находила. Свет слепил, не давая как следует вглядеться в толпу. Сейчас была бы рада даже Конту, лишь бы избежать такого позора. Он-то наверняка бы вытащил из этой глупейшей ситуации.

– Десять тысяч, – прозвучало даже гордо.

Обернувшись назад, не увидела у других смятения на лице. Выходит, о таком окончании бала-маскарада не знала только я. Кто бы рассказал, ни в жизни бы не пошла!

– Перебьете цену? – лукаво обратился ведущий к мистеру Шульту.

– О нет. Нужно и молодым давать возможность, – отшутился этот тип.

Деймон тем временем уже пробирался к сцене. Возмущение кипело в моей груди. Кому-то сегодня предстоит выслушать целую тираду.

– И я с вами полностью согласен. Десять тысяч! Дама достается обворожительному незнакомцу в маске! – продолжал ворковать ведущий. – Первый чек уже есть! Перейдем ко второму…

Спускалась, опираясь на руку мужчины. Вцепилась так, что могла бы и пальцы сломать, но он словно того не замечал.

– Что это было, черт возьми? Почему вы не предупредили меня об этом унижении? – спросила, как мне казалось, шепотом.

– Унижении? Для вас это – унижение? – всматривался в черты лица, а я все больше пылала от негодования.

– Я бы на вас посмотрела, будь вы на моем месте!

– А я был. И поверьте, ничего плохого в этом не вижу. Это всего лишь развлечение плюс неплохая возможность для сообщества пополнить бюджет.

– И за сколько же вас купили? – почему-то именно этот вопрос хотелось задать первым.

– Не так дорого, как вас. Теперь вы принадлежите мне на тот срок, который устроит обе стороны.

– Что значит принадлежу?

– Я купил вас, мисс Гиш, а значит, взял на себя за вас ответственность. Под моей опекой вы войдете в наш маленький мир, а вот дальше… Как пожелаете.

Нет, головой-то я понимала, на что конкретно намекает этот мужчина, но как-то не очень представляла наши товарно-денежные отношения. Опять вляпалась по самое «не могу». А все почему? А потому что жопонька спокойно усидеть не может на месте!

– И когда же начнется наш с вами путь? – выходили на улицу одними из первых.

Ночь уже окутала пригород, вставая яркой желтой луной в темном небе. Холод пробирался по нагим плечам, вынуждал кожу покрываться мурашками. Освободившись от пиджака, мужчина галантно накинул его мне на плечи, слегка приобнимая.

– Вам так не терпится?

– Не представляю, чего ожидать.

– Не стоит лукавить. Вы ведь большая девочка. Для начала я запишу ваш номер телефона.

– А я ваш?

– Для начала этого будет достаточно. Я напишу вам, мисс Гиш, и только попробуйте не ответить…

Глава 1: Разочарование – самая крупная соль

Почти подъехали к ресторану, когда закончила подправлять макияж, разглядывая себя в небольшое зеркальце. Зажимала в руке телефон. Посмотрев на экран, поняла, что приехали рано. Не хотелось выходить из машины под холодными каплями дождя, а потому попросила Винчестера немного постоять.

– Вы бы не травились, мисс Гиш. Дрянь редкостная, – кивнул водитель на сигарету, которую собиралась подкурить.

– Нервничаю немного. Самовнушение – страшная вещь.

– Важная встреча?

– Наверное, самая важная за прошедшие дни.

Клубы никотина неспешно обволакивали легкие, оседая на губах привкусом освежающей мяты. Они же растворялись в воздухе, выбираясь через опущенное стекло, подобно легкой дымке. Молчала, перечитывая то самое сообщение, которое получила несколькими днями ранее:

«Пока занят. Встретимся в понедельник в La Lanterna в семь вечера. Хоуп-Стрит, 35»

Всего несколько фраз, которым радовалась с неподдельной детской непосредственностью. Скакала по квартире, наверняка пугая соседей снизу устрашающим топотом. Обнималась с подушкой, выражая ей все свое счастье. Предвкушала новую встречу – новые перспективы и возможности. Бессовестно предвкушала секс…

Минут через пять безудержного веселья вдруг вспомнила о том, что должна что-то написать в ответ. Даже чуточку зависла, гипнотизируя яркий экран. «С нетерпением жду встречи» – нельзя так явно выражать свои эмоции. Не желала спугнуть мужчину, даже не начав с ним общение. «До скорой встречи»? Слишком серо и безлико. Как некстати вспомнился Конт. С ним таких проблем не возникало. Александр сам ворвался в мою жизнь, желая управлять ей. С ним было проще, а здесь…

«Да, Господин» – быстро набрала и отправила, пока не передумала.

Конту нравилось. Возможно, и Деймон ждет чего-то подобного.

Минуты текли. Секундная стрелка словно замедляла ритм. Невероятно боялась не той реакции. Уже придумала целую кучу отговорок в оправдание словам, а от звука сообщения даже подпрыгнула на месте.

«Хорошая девочка»

Всего два слова, от которых душа снова пустилась в пляс. Не прогадала тогда, а сейчас страх вновь вернулся, скручиваясь тугим узлом где-то внизу живота. С возбуждением это ощущение не имело ничего общего.

– Уже без пяти. Пойдете или отвезти вас домой? – Винчестер поглядывал с любопытством.

– Пойду. Не ждите меня. Потом доберусь на такси.

– Уверены?

– Да, и… Спасибо.

Покинув автомобиль, сделала несколько шагов вперед. Красивая вывеска заманивала заглянуть на огонек. Два огромных панорамных окна разрешали окунуться в мир света и торжественности. Вновь итальянский ресторан – как насмешка судьбы, как напоминание о нем…

– Войдете или мы так и будем стоять на улице? – раздалось за спиной смешливо.

Обернувшись, утонула в глубоких темно-синих глазах. Чертовски привлекателен даже под светом фонаря.

– Добрый вечер.

– Добрый. Это вам.

В мои руки перекочевал букет красных роз. Неосознанно прошлась кончиками пальцев по лепесткам, наслаждаясь мягкостью, бархатистостью структуры.

– Спасибо.

– Пойдемте?

Светлые стены, белоснежные колонны, небольшие столики на четыре человека, покрытые молочными скатертями. Приятное место и, несмотря на вечер, почти пустое. Когда заняли столик у окна, по-прежнему рассматривала убранство. Меня впечатлили картины, что буквально осыпали стены. Пейзажи и портреты смотрелись гармонично, будто все они выросли под кистью одного и того же художника, чей стиль не менялся годами.

– Любите живопись? – спросил Деймон, забирая у официанта меню.

– Люблю красивые картины. Я с недавних пор снова начала рисовать, а потому просто не могу пройти мимо вот таких своеобразных выставок.

– Интересно. Много ли у вас уже работ?

Вспомнив одно-единственное полотно, что так и продолжало стоять на мольберте, залилась краской смущения. Все не могла закончить пейзаж, ежедневно добавляя новые детали, вырисовывая не просто картину, а чью-то историю.

– Всего одна, но и она не закончена. Вдохновение не терпит суеты.

– Я – человек совершенно не творческий. Моя стихия – финансы.

– Вы уже готовы сделать заказ? – обратился официант, тем самым прерывая нас.

– Лазанью, – ответила первое, что пришло на ум.

Даже в меню не заглядывала, поддерживая беседу. Нервничала и переживала, что мужчина мог видеть все мои чувства невооруженным глазом. Прямо как школьница на первом свидании.

– Спагетти и бутылку Вальполичелла Амароне.

– Прекрасный выбор. Желаете ли десерт? Могу порекомендовать вам мятно-шоколадное парфе. Очень освежает.

Деймон посмотрел на меня, ожидая ответа, а я… А я понятия не имела, что такое парфе. Натянуто улыбнувшись, кивнула в знак согласия. Мята и шоколад звучали вкусно.

– Две порции, пожалуйста.

Жаль, что цветы поставили в вазу. Чем-то срочно хотелось занять руки. Сейчас как никогда ощущала стеснение и некую растерянность.

– Итак, чем вы занимаетесь кроме живописи?

– Работаю. Люблю шить. Реже готовить.

– Может быть, мы перейдем на ты?

– Конечно. – Теребила край скатерти, впиваясь зубами в нижнюю губу.

– Где работаешь, если не секрет?

– Собиралась работать в одной строительной фирме. Сегодня был мой первый и единственный рабочий день. Не знаю почему, но то место не пришлось мне по вкусу. Осталось какое-то мерзкое ощущение.

– Я заметил. Хотел бы снять печать неудовлетворенности с твоего лица, но обстановка неподходящая.

От таких слов щеки немедленно воспылали. Картины бессовестных ласк предстали перед глазами, застилая разум.

– Отлично. Теперь ты не походишь на привидение, – нагло усмехнулся он.

– А ты? Чем занимаешься ты? – спросила, жадно глотнув воды.

Сейчас желала встать прямо под дождь, лишь бы охладиться.

– Всем понемногу. В основном – продажа элитной недвижимости. Изредка помогаю отцу.

– То есть ищешь покупателей с большим кошельком?

– Скорее, с утонченным вкусом. Хотя чаще всего тот, кто покупает дорогие дома, совершенно не имеет такового.

– Свои издержки есть везде.

Официант принес блюда и разлил вино по бокалам. Есть хотелось неимоверно, но медлила, не желая показаться невоспитанной.

– Хочу, чтобы ты попробовала вино.

– Проверка на наличие яда? – чуть приподняла бровь, но бокал взяла.

– Мне интересно понять твои ощущения, распознать твои вкусы.

– Могу обо всем рассказать.

– Обо всем не расскажешь. За прекрасный вечер и обворожительную девушку. – Стекло соприкоснулось, издавая легкий звон.

Первый глоток прокатился по языку терпкой горечью. Прикрыв глаза, пыталась прочувствовать сложный букет. В послевкусии угадывались вишня и красная смородина, нотки темного шоколада и толика пряных специй. Уникальное, неподражаемое вино. Смотрела на то, как насыщенная красная жидкость, подобно тихим волнам, омывает стенки бокала.

– Крепкое, – ответила коротко.

– И все? Твоя мимика была более яркой. Почему ты так скованна?

– Не каждый день хожу на встречу с потенциальным партнером. Мы сидим и разговариваем о том, каков вкус вина… Я думала, мы поговорим о… «Теме», – к последнему слову перешла на шепот, беспокоясь о том, что кто-то может услышать.

Смотрел чуть прищуренно, словно пытался разгадать великую тайну. Не ожидал, что спрошу так прямо? Меньше всего хотелось спугнуть мужчину.

– Для начала я все же хотел бы узнать тебя ближе. Совершенно незнакомые люди не могут стать партнерами в таких отношениях. Первый уровень – доверие. Без доверия мы не сдвинемся с мертвой точки.

Даже растерялась. Наша встреча походила на мой самый глубокий кошмар. А чего я, собственно, хотела?

– То есть у нас сегодня самое обычное свидание? – от осознания этого стало легче дышать.

Неужели настолько боялась сразу перейти к делу? За прошедшие годы разучилась строить нормальные отношения. Даже не помнила, как они начинаются.

Плечи расслабились, улыбка стала свободнее. Ощущала легкость – правда, ровно до того момента, пока не услышала ответ Деймона:

– А ты хотела бы, чтобы я разложил тебя прямо на этом столе? Не скрою, ты наверняка выглядела бы аппетитнее спагетти, но предпочитаю все же сначала познакомиться как следует. Слишком много нюансов стоит обговорить, прежде чем мы перейдем к контракту.

* * *

На восемнадцатом этаже стального великана в этот поздний час продолжал гореть свет. До сих пор работал. Работал над документами, которые должна была проверить мисс Гиш, но… не срослось. Мысль о том, что девица не так проста, как казалось изначально, коробила. Сомнения заползали в душу. А что, если именно Конт подослал ее к нам, а не наоборот? Узнала все, что хотела, да решила сбежать, пока цела. Щенок вполне мог пойти на такое. Да и Неви пропал – наверняка продался гаденыш!

Бокал с виски полетел в стену, размываясь некрасивым пятном. Осколки украсили пол.

– Оливер, что здесь происходит? – Герда вошла в кабинет свободно.

В этот поздний час остановить ее было некому. А жаль… Сегодня она меня разочаровала.

– Собираюсь домой.

– Снова пьешь? Ты ведь знаешь, в твоем возрасте себя нужно беречь… – в очередной раз заголосила дамочка.

Начинала порядком надоедать. Бесполезная в своем существовании. С обыкновенным заданием справиться не смогла, тупая курица!

– Лучше замолчи… – вымолвил угрожающе. – Я все еще зол на тебя!

– Из-за этой пигалицы? Да ты бы видел ее! Она…

– Прекрати! Ты сама виновата! – злость застилала глаза, угрожая вырваться наружу неконтролируемыми действиями.

– Но это ты просил меня разузнать что-нибудь о ней!

– Я выдал тебе список вопросов! Какого черта ты занималась отсебятиной?!

– Оливер, милый! Ну, прости меня! Мне казалось, что тебя это заинтересует! – обойдя стол, повисла на плечах.

Снова все желает уладить сексом. Только ноги раздвигать и годится!

– Хорошего вечера, миссис Перти, – прошипел сквозь зубы.

– Ты гонишь меня? – только истерики и не хватало.

Ненавижу истеричных женщин! Покойная жена была такой же. Все они такие… Извечные страдалицы, чей взгляд не видит ничего, кроме толстого кошелька. Хитрые, извращенные в своих фантазиях. Обвиняют в скупости, когда сами же скупы на эмоции. Актрисы. Одна за другой появлялись и исчезали, упиваясь оторванным куском. Словно животные, да только падкие не на дичь, а на шуршащие купюры.

Брезгливо сбросив ее руки, поднялся из-за стола. Пора избавляться от ненужного балласта.

– Знаешь, мне надоели твои бесконечные визги. И еще. Секс с тобой – самое пресное, что было у меня за последние полгода.

Стояла, хватала ртом воздух, словно издыхающая рыба. На глаза наворачивались слезы, стекали по размалеванным щекам. Не найдя, что ответить, вылетела из кабинета, наконец-то оставив в покое. Давно пора.

Присев на край стола, посмотрел на оставшиеся папки. Опять просижу до самого утра, но не впервой. Срочно нужно было что-то делать с маленькой дрянью. Лучше не выпускать ее из поля зрения ни на минуту, чтобы не дать возможность передать Конту компромат. Ненавижу мразь…

Телефон мигнул, связывая с тем, кому я мог доверять безоговорочно.

– Винчестер, мисс Гиш пользовалась твоими услугами сегодня?

– Да, мистер Ринт. Как раз возвращаюсь обратно.

– Куда вы заезжали по дороге? Может быть, она встречалась с кем-то?

– Я отвез ее в итальянский ресторан. Она очень волновалась перед встречей. Меня отпустила, сказав, что вызовет такси.

– Хм… – похоже, подозрения были не беспочвенны. – А она не говорила, с кем встреча?

– Нет, мистер Ринт, но этого и не требовалось. Ее спутником был ваш сын.

– Эрик? Тогда ладно. Он выполняет мое поручение… – даже несколько расслабился, наливая в стакан новую порцию янтарного виски.

– Мисс Гиш сопровождал ваш старший сын – Деймон. Вы разве не знали?

Переваривал услышанное, сдабривая все новыми глотками обжигающего пойла. В мои планы не входило втягивать в это дело Деймона. В такие случайности не верил. Выходило, что это не я подобрался ближе к Конту, а он ко мне, и почти вплотную. Идея с девчонкой сейчас уже не казалась такой гениальной. Впервые не понимал того, что происходит вокруг. Так сложно терять контроль.

– Мистер Ринт?

– Вернись и проследи, куда отправятся дальше. Держись на расстоянии.

– Хорошо, мистер Ринт. Как скажете…

Стоило связаться с Эриком да разузнать у него, насколько уже сблизился с девчонкой. Лучше бы он уложил ее в постель побыстрее. Не получится – деньгами можно решить все, если знать, какова цена. Этот гаденыш мог появиться в Глазго в любую минуту, и не факт, что я узнаю об этом. Так рассчитывал на Вадима и его доносы, но этот засранец выпер собственного брата из фирмы. Срочно требовался человек, который бы докладывал о каждом шаге Конта. Вариантов нет, пора ускорить знакомство с мисс Гиш.

* * *

Мята оседала во рту, смешиваясь с горечью шоколада. Чувствовала нежный привкус сливок. Невероятный многогранный, но невообразимо легкий десерт. Совсем не пожалела, что заказали его. Холод прокатывался по вкусовым рецепторам, обволакивал горло. Бессовестно облизывала ложку, намереваясь немного поиграть.

– Очень опасно, Анжелика. Могу и не сдержаться. – Синие омуты горели, отражая в своей сердцевине дикий огонь свечей.

Добивалась этого намеренно. Впервые не хотела ходить вокруг да около. Сравнивала свое поведение с Машкиным. Она никогда не сомневается в своих решениях. Увидела, захотела, взяла. Могла позволить себе испытать такое единожды – заряжающий кровь драйв, отбивающий в сердце ритм адреналин, вспыхнувшую страсть. Этот вечер обязан был принести мне желанную разрядку.

– В чем суть контракта? – подначивала делать шаги вперед.

– Мне кажется, ты торопишься. Насколько мне известно, ты и понятия не имеешь, на что собираешься подписаться.

– Я уже говорила, что новичок в этом деле.

– Я не о том. Хочу рассказать тебе правила клуба, в который ты так жаждешь вступить.

– А разве меня еще не приняли? – прокручивала в голове аукцион, с ужасом представляя, что ждет меня дальше, если это было только начало.

– Именно это я и имею в виду. Ты не осознаешь всего. Тебя отметили на маскараде, увидели, заметили. Ты привлекла внимание, обозначив свое желание, и тебе дали возможность показать себя. Существует несколько видов контрактов, которые заключаются между членами нашего сообщества. В них стандартно прописываются все допустимые и недопустимые действия по отношению к тем, кто заключает такой своеобразный договор.

– То есть, например, виды игрушек, которые допустимо использовать?

– Рад, что ты понимаешь. – Лукавая улыбка коснулась губ. – У первого контракта сразу два ограничения. Первое – это срок. Минимальный срок контракта – месяц. В нашем случае на оговоренное время сабмиссив становится собственностью доминанта – это второе. Если по окончании контракта представитель клуба дает рекомендации своему подопечному, его принимают в сообщество. Если нет, то дорога закрыта.

Обдумывала услышанное. Столько заморочек, но, с другой стороны, что я знала о «Тематиках»? Да ничего толком, кроме того, что у них есть вот такие клубы по интересам. Считала, что имею право задавать вопросы, а потому спросила прямо:

– После подписания контракта я стану твоей собственностью на оговоренный срок?

– Да. Каждый твой шаг, каждое действие. Я буду управлять твоей жизнью двадцать четыре часа семь дней в неделю на протяжении всего месяца.

Представив перспективы будущих отношений, несколько стушевалась. Снова находиться под контролем малознакомого человека не хотелось. Намеревалась ограничиться встречами, но не большим. Возможно, я поторопилась с поисками, желая заполнить пустоту…

– Сколько партнеров у тебя уже было?

– Один, – ответила, не думая, но тут же покрылась пятнами возмущения. – Это слишком откровенный вопрос.

– Хм… Как часто проходили сессии? – говорил ровно, несколько лениво, словно и не слышал моего возмущения.

– Сессии?

– Встречи.

– Мы встречались каждый или почти каждый день. Про секс тоже рассказывать? – уже не обращала внимания на то, что мы находимся в ресторане.

– Про секс мы поговорим чуть позже. Есть более важный вопрос. – Хмурился, словно пытался собраться с мыслями. – Что именно ты знаешь о БДСМ?

Вот и дождалась. Пришло время признаваться в своей некомпетентности, а так не хотелось. Сейчас он обсмеет меня и уйдет, оставляя ни с чем. Что ж, к такому повороту я тоже была морально готова.

– Я знаю, как расшифровывается аббревиатура. Кое-что испытывала на себе, но не могу судить о том, насколько много. Я понятия не имею, как строятся отношения между сабой и доминантом. Не перебивай… – мотнула головой, видя, что собирается что-то сказать. – Мне понравились те ощущения, которые я испытывала в сексе. Когда контролируют каждый вдох – это невероятно. Я хочу узнать больше, найти свои грани допустимого, потому что еще не познала их. Я пришла на тот бал, чтобы найти того, кто поможет мне раскрыть себя. Не знаю правил, запретов – да ничего толком. Чистый лист, которому требуются чернила. Вот, собственно, и все.

– Что ж, не ожидал такого. Обычно к нам приходят те, кто уже обладает неким опытом и знаниями. Не уверен, что из меня выйдет хороший учитель.

Воздух медленно наполнял легкие. Остро нуждалась в новой дозе никотина. Боялась, что так и будет. Волшебная сказка закончилась, даже не успев начаться. Золушка потерпела фиаско, разбив к чертовой матери обе туфельки.

– Спасибо за чудесный и познавательный вечер. Была рада знакомству.

Отложив ложечку, уже собиралась уйти, но строгий голос буквально припечатал к месту:

– Сядь.

Приземлившись чисто механически, посмотрела прямо в глаза. Никак не расшифровать. Пульс ускорялся. Контролировал лишь голосом, взглядом, словно я опять оказалась в своем сне.

– Во-первых, ты импульсивна. Во-вторых, я не разрешал тебе уйти. Ты проявляешь неуважение. И в-третьих, такие сложности меня не пугают. Главное, – приблизился, вынуждая и меня сократить расстояние, – чтобы они не пугали тебя…

Так близко от губ, даже дыхание чувствовала. Утопала в синих омутах, борясь с нетерпимым желанием. Напрашивался на поцелуй, провоцируя открыто и со вкусом. Сейчас не доминант. Мужчина.

– Хочется? – спросил хрипло, прокатываясь вибрацией по телу.

– Очень… – прикрыла глаза, чуть приоткрывая губы.

– Тогда как следует подумай до завтрашнего утра, потому что дороги назад уже не будет. Пойдем, великая соблазнительница, отвезу тебя домой.

Он потешался надо мной! Просто потешался! Играл на желании… Как совсем недавно это делала я. Черт! Расплатился со мной моей же монетой.

– Ну, не пыхти как ежик. – Помогая надеть пальто, огладил ребром ладони щеку. – Нежная девочка, пока еще неискушенная. Уверен, нам обоим понравится наше сотрудничество…

* * *

Поднималась домой на лифте в четком намерении что-нибудь разгромить. Руки чесались до ужаса! Впервые меня продинамили, да так, что щеки до сих пор пылают от смущения. Всю дорогу развлекал разговорами о Глазго, словно мы старинные близкие друзья, которые вдруг вновь встретились. Ну да, почти незнакомый мужик. Естественно, что мы не перешли сразу к делу. Это выглядело бы абсурдно – сейчас ясно осознавала, но неудовлетворение осыпалось песком сквозь пальцы, грозя затянуть в зыбучую субстанцию.

Мстительно бросив сумку на пол, прошла в гостиную. Телефонный звонок нарушил желание отыграться на ни в чем не повинных подушках. Веселая рожица Эрика насмехалась надо мной с экрана смартфона.

– Привет, Эрик. У тебя что-то срочное? – намеревалась зависнуть на пару часов под душем, чтобы хоть немного расслабиться, отпустить тяжелые думы.

– У меня – трагедия! – возмущался в трубку. – Ты просто не представляешь, что произошло! Все! Я не вижу смысла в своем безликом существовании!

– Стой-стой! Не части. Что произошло? – действительно переживала за Эрика, считая его своим другом.

Такой убитый голос у парня не слышала еще ни разу. Свои проблемы сразу же отошли на второй план, становясь несущественными.

– Не хочу говорить об этом по телефону!

– Можешь приехать. Я, знаешь ли, тоже не в духе…

– А у тебя что?

– Всего понемногу… – даже договорить не дал.

– Уже лечу! Две бутылки мартини нам в помощь!

Рада была услышать веселье в интонациях, но пить не собиралась. Хотя… Этот дрянной день ведь не мог стать еще хуже. Пара глотков вина оставила чувство незавершенности, и, возможно, после порции чего-нибудь покрепче действительно полегчает. По крайней мере, мне.

Эрик явился при параде через полчаса. И нет, он не нарядился в смокинг, а в руках его не прятались билеты в театр. Готовился парень к нашей встрече совершенно по-другому.

– Ммм… Чем это таким вкусным пахнет в этой лачуге?

– Макароны с сыром и салат. На большее я сейчас не способна, извини. – Заглядывала в пакет, который перекочевал ко мне в коридоре. – Ты намерен упиться до беспамятства?

– Ты про что? – кивнула на две большие бутылки. – А, про это? Я тебе поражаюсь! Там пить вообще нечего! Это же сок!

Прошлепав к кухонному островку, выгрузила на стойку содержимое. Не разговаривали, пока накрывали на стол, словно и он, и я откладывали нехорошие новости на потом. Разместившись друг напротив друга, так же молча сделали пару глотков. Молчание – золото, но не для этого вечера.

Видела, что парень нервничал, а потому не стала его разочаровывать. Хоть одного мужика удовлетворю… морально.

– Рассказывай, – кивнула Эрику, вооружаясь вилкой.

– Мой парень изменил мне! Ты представляешь? Я приехал к нему, решив сделать сюрприз! Сделал, называется! Этот щегол был там со своей маникюршей! Прямо в постели! – отчаянно жестикулировал, размахивая бокалом.

– Сочувствую тебе. Я как-то раз прошла через подобное. Тоже парень, и тоже с девушкой. – Попыталась юморить, но получалось плохо.

Как вообще успокаивать мужиков? Кто бы выдал подробную инструкцию, да желательно на одном листе!

– Вот если бы он был с мужиком, тогда бы да! А тут вдвойне обидно, понимаешь? Я ведь для него все, а он снова к бабам!

Пыталась не смеяться, но со стороны это звучало дико комично. Улыбка наползала на лицо самопроизвольно, грозясь вылиться в некрасивую ситуацию.

– Ну чего ты смеешься? Я ведь ему целый месяц жизни отдал!

Целый месяц жизни. Смотрела на парня и думала о том, что такое этот самый месяц. Ничтожно мало для одной жизни. Всего тридцать дней отношений – разве это срок? Нет. Он пролетит вереницей дней настолько быстро, что и понять ничего не успеешь. Отдать себя Деймону на месяц – это не проблема. Я приму его правила, смогу, выдержу, получив в ответ многим больше. На самом деле о настоящей проблеме я даже не задумывалась. Так наивно и нелепо. Уверена, он тоже не думал о том, что будет по истечении заявленного срока. Что, если я воспылаю к нему настоящими, неподдельными чувствами? Страсть и влюбленность могут смениться любовью в мгновение ока, когда сам того не ожидаешь. Что я буду делать потом?

– Анжелика, ты меня слышишь? Я кому здесь душу изливаю?

Выхлебав все содержимое стакана, даже не поморщилась. По-моему, алкоголь лишь усугублял мыслительный процесс, провоцируя закапываться в себе еще глубже.

– Прости. Мне очень жаль, что у вас так все плохо закончилось. Возможно, он просто не твоя судьба?

– Только вот не надо этих ваших девчачьих штучек! Я мужик и вполне реально могу оценивать ситуацию, не прикрываясь выдуманными отговорками. Не собираюсь оправдывать его блудливую натуру какой-то там судьбой и стечением обстоятельств. Он сам выбрал такой путь, точно зная, что когда-нибудь все раскроется. Растущие рога, знаешь ли, со временем начинают мешать, и их нет-нет да и замечаешь.

– Ну, тогда радуйся, что ты узнал обо всем сейчас, когда еще не испытываешь к нему сильных чувств.

– Почему тебе кажется, что я не люблю его? – даже насупился, словно здесь и сейчас собирался доказывать свои чувства.

– Ты реагируешь скорее возмущенно, нежели истерично. Это и хорошо, что ты чувствовал лишь симпатию или влюбленность.

– А как же реагируют, когда любят? Расскажи, знаток влюбленных душ.

Совсем не обиделась, понимая его, принимая защитное поведение. Он – молоденький мальчишка, чей путь – настоящий путь – только начинается. За каким-нибудь поворотом на него обязательно свалится его счастье, от которого он стопроцентно захочет сбежать, а пока… Не считала постыдным поделиться тем, что испытала единожды.

– Когда любишь, а тебя предают – это невообразимая боль. Кажется, что все внутри тебя ломается на куски, рушится от одного-единственного слова. Словно все кости в теле проворачиваются, перетираясь в труху, пепел. И нет, сердце не болит. Оно будто зацепляется за острую часть ребра, и больно вдохнуть. Просто не можешь сделать вдох, хватая рывками воздух, которого нет. Остро чувствуешь, как рвется душа, как огромные дыры вырастают внутри, подобно паутине, чью сердцевину опаляет огонь.

Новая порция алкоголя прокатилась по горлу, обжигая нутро. Придавала храбрости, забирая тело и разум в плен хмелю. Тихие теплые волны постепенно окружали, незримо разрешая, наконец, расслабиться, отпустить саму себя.

– Ты не можешь взять эту боль под контроль, не можешь справиться с ней в единый миг, но никто, кроме тебя, не способен ее одолеть. Она пожирает тебя день, ночь, два дня, пять, неделю, вырываясь потоками слез, отсутствием аппетита, апатией. Боль остается и не отходит далеко, неминуемо возвращаясь, но притупляется со временем. Ты учишься жить вместе с этой болью. Знаешь, для баланса приходит агрессия. Нередко начинаешь совершать несвойственные тебе поступки. Хорошо, если рядом есть тот, кто разделит с тобой твое состояние и сможет вовремя остановить. У меня была моя Машка. Она вытянула меня, вытянула тогда, когда все остальные лишь смотрели, ожидая, чем все закончится. Как-то так…

– Нехило. Но у меня такое ощущение, что женщины все же чувствуют все по-другому. Знаешь, как страдают мужики?

– Ну и как же? – нелепо улыбнулась, ожидая фееричного ответа.

Голова переставала соображать, постепенно отключаясь. Мыслительный процесс замедлялся, но я чувствовала себя как никогда счастливой. Эрик все наливал и наливал, не оставляя мой стакан пустым ни на секунду.

– Мы напиваемся! Так что, без лишних слов…

Глава 2: И час расплаты неминуемо настанет

За эмоциональной беседой алкоголь закончился слишком быстро. В основном говорил Эрик, уже соглашаясь и на вмешательство судьбы, и на сошедшиеся звезды, и даже на божественную задумку. Эко его понесло. Не знала бы, подумала, что сочиняет на ходу.

– Ну, а у тебя там что приключилось с работой? – пытался попасть вилкой по маслине, но ему это никак не удавалось.

– Ничего хорошего. Дело дрянь. Отношение какое-то театральное, наигранное. Словно весь их мир искусственный. Честно скажу, мне не понравилось это место, хотя ничего сверхъестественного и не произошло. Остался привкус гнили во рту. Не знаю, как объяснить, но я не подписала договор.

– Да ты что?! Зря ты так. Я думаю, все бы нормализовалось. Просто для тебя место непривычное, еще не обжилась там как следует. Может, передумаешь? Ну кто может устоять под твоим очарованием? Даже меня цепляет! – приговаривал яро и вольно, будто был убежден в каждом слове.

– Ой, ладно ты! Не льсти! Я прекрасно помню, что ты по мальчикам, так что твое мнение не в счет.

– Кстати, о мальчиках! Ты почему ничего не рассказываешь? Как прошло твое свидание?

– Никак. Это было что-то среднее между деловой встречей и нормальным свиданием. Не знаю, чего ожидала, но точно не такого окончания. Он просто отвез меня домой и все. Дал время подумать до завтра, а я… Я бы накинулась на него уже сегодня!

– Вообще-то, это он должен накидываться на тебя… или я чего-то не понимаю?

– Меня бы устроил любой вариант, хотя… Даже в этом уже сомневаюсь.

– Ну, если этот малый не выпрыгнул из штанов тогда, когда ты этого страстно желала, то он кое-чего стоит… Хочешь честно? Я бы выпрыгнул, не раздумывая, а он смог удержаться. Мужик достоин моего уважения, черт возьми, несмотря на любовь к длинным хлыстам и маленьким беззащитным девочкам…

* * *

Сколько выпили? Даже не вспомнить! Если бы считали, то, наверное, и не сосчитали бы! Словно двое ненормальных путешествовали в супермаркет за доброй порцией добавки. Фотографировались по дороге на телефон, невообразимо корча рожи под высокими коваными фонарями. Держалась за меня, будто за спасательный буек, цепляясь, так наивно и открыто. Не видела во мне мужчину, запрыгивая на спину подобно лихой наезднице. Бесились как дети, но, увы, давно выросли, погружаясь в грязную реальность день ото дня.

– Эй-эй! Еще немного правее! Вооот тааак! – направлял в спальню, понимая, что необходимой кондиции достигли.

После того, что собирался сделать, по совести должен жениться. Должен, но не обязан. И пусть мне нравится эта нелепая в своем доверии девчонка, деньги меня соблазняют куда больше. Давно хочу уйти в свою, ни от кого не зависимую жизнь, найти свою извилистую дорогу, свой правильный путь. Дружба несущественна, если создана искусственно.

Распластавшись на кровати прямо в одежде, Анжелика еще пыталась что-то говорить. Несвязные звуки вылетали из ее рта, и даже по интонации не мог понять, что хотела донести. Пить ей нельзя совершенно.

– Давай, подруга, разденем тебя. Не будешь же ты спать в одежде?

Сняв с себя ботинки и куртку, занялся ей. Нужно представить все в наилучшем виде. Ни разу не инсценировал секс, но всему можно научиться. Импровизация – наше все.

Чувствовал себя великим гением, который воплощал коварный план по захвату мира. Лишь бы «мир» потом не прибил, хотя… плевать. Я уже буду далеко, если все удастся.

– Анжелика… – звал громко, чтобы понять, спит или нет.

Если она проснется в самый ответственный момент, весь план пойдет коту под хвост. Ее реакцию наутро мог лишь предполагать. Представляю, как раскраснеются щеки от осознания непоправимого.

Расстегивал пуговицы на джинсах, получая какое-то извращенное моральное удовлетворение. Стягивал их с особым остервенением. Желал приблизить утро. Блузка в процессе избавилась от декоративных застежек – страсть должна быть правдоподобной. Повесив лифчик на спинку кровати, понял, что у нас собирается интереснейшая композиция. Ее бы сфоткать для коллекции, но я не настолько мудак. Хотя…

– Ты ведь поверишь, да, Анжелика?

Ее белье скинул на пол вместе со своими боксерами. Соблазн был так велик, но со спящей… Все-таки я не маньяк. Прижав к кровати своим телом, стал покрывать короткими поцелуями лицо. Руки забрались под спину, гуляли по коже, нежным нагим бедрам. Если бы не спала, хоть немного подавала бы признаки жизни… Губы высохли, обветрились. Наверное, ей было бы щекотно.

Пальцы сминали упругую грудь, зажимали кругляши ореолов. Напряженный член упирался в лоно, желая естественного проникновения. Гладил по распущенным волосам. Растормошить бы, ощутить страсть, разделить на двоих агонию. Врывался бы неистово, то замедляясь, чтобы насладиться горячим нутром, то вновь ускоряясь, задевая края головкой. И в тишине квартиры должны бы были слышаться стоны. Они бы отражались от стен, заполняя все свободное пространство…

Разозлившись, ударил кулаком о подушку. Не мог. Пресловутая совесть не позволяла вытворить то, на что шел намеренно, к чему готов был еще несколько часов назад. Думал, что готов. Всего-то и надо – довести себя до оргазма да выплеснуться на бархат кожи. Чтобы наверняка, чтобы сомнений не осталось. Не мог. Не мог! Правильно отец говорит, я – слабак! Мягкотелая тряпка, что не может пошевелить задницей ради своей собственной выгоды!

Скатившись с кровати, прошел на кухню. Бутылка манила. Мы с ней наедине. Только я и она. Горечь от проигрыша не затмевалась терпким алкоголем, но хоть немного притуплялась. Не помню, как дошел до кровати, свалившись на нее словно кукла. Лишь очертания видел, когда прижимал глупую девчонку к себе, отключаясь. Лишь запах чувствовал… Едва уловимые ароматы мяты, вербены и зеленого чая…

* * *

Если мне и хотелось умереть хоть в одно утро в своей жизни, то оно наступило. По сухости мой рот запросто мог сейчас поспорить с пустыней Сахарой. Голова раскалывалась на тысячи частей. Слышала каждый шорох, уличные звуки сквозь приоткрытое окно, сигнал лифта, что остановился на этаже, дыхание спящего рядом…

Мгновенно раскрыв глаза, оценила потолок. Да нет. Потолок вроде знакомый, а точнее, хорошо известный. Буквально вижу его каждое утро, но в это – особенно страшно. Нащупав пальцами край пледа, немного приподняла его, стараясь не разбудить нежданного соседа по спальному месту. Взгляд медленно опускался вместе с подбородком. Такой подставы от самой себя точно не предполагала получить.

Лежу… Нет, не так. Лежу! Голая! Неизвестно с кем! Голова раскалывается, а тихое сопение совсем рядом бесит неимоверно! Волосы уже встали дыбом во всех местах, где фактически существовали. Кажется, даже брови шевелились от ужаса! И самое страшное – нужно узнать, кто именно под боком! Только бы не Конт… Сама себя придушу одеялом!

Уверенно набрав полные легкие воздуха, так же уверенно выдохнула. Что такого? Ну, поверни голову, посмотри кто там, а дальше по обстоятельствам… Черт! Напиться до беспамятства? Теперь я точно знала, что это такое…

Прикрыв веки, все-таки повернула голову. Пять, четыре, три, два, один…

– Привет, милая.

– Аааааа!!! – заорала во все горло и чуть не свалилась с кровати, пытаясь натянуть на себя гребаный плед.

Ткань не двигалась, потому что всем своим весом ее удерживал Эрик! Тот самый Эрик, который еще вчера был моим другом! Этот бессовестный любитель мальчиков скалился на меня во все свои тридцать два чертовых белых зуба. С особой жестокостью хотелось стереть эту наглую усмешку с его лица. Как мы оказались в одной постели? О чем думал мой пьяный мозг?

– У тебя сейчас такое выражение лица, словно ты мне не рада, – обижено проговорил этот мерзавец. – Чего кричать-то с самого утра? Вчера тебе все очень даже нравилось…

– Даже не говори мне, что мы занимались сексом!

– Но мы ведь занимались.

– Как ты вообще допустил такое? Ты ведь не спишь с женщинами?!

– Ну… Так вышло, что ты для меня намного больше, чем женщина. Я тебя…

Звонок мобильника раздался неожиданно, заставив буквально подпрыгнуть над кроватью. Мелодия звучала не в спальне, а значит, необходимо было подняться. Это и спасло новоявленного Казанову от немедленной смерти от удушения подушкой.

– Который час?

Столкнув Эрика на край кровати, отобрала плед и замоталась в него по самые уши. До раздирающего голову гаджета добралась в несколько прыжков. Звонил Винчестер, а это означало только одно – я проспала!

– Доброе утро, мисс Гиш.

– Доброе. Вы уже на месте? – залетела в душ, пытаясь быстро привести себя в порядок.

– Да, жду вас.

– Я спущусь через пять минут.

Так быстро в жизни ни разу еще не одевалась! Обувалась на ходу, уже почти покидая стены квартиры…

– Эй, милая, даже не поцелуешь на прощанье? – моська Эрика появилась в прихожей.

Разгуливал голышом, словно мы с ним как минимум женаты, как максимум видим друг друга нагишом ежедневно. Краснеть было некогда, но его наглость оценила. Он еще не понял, что все, что произошло, – огромная ошибка. Он еще не понял, но я знала точно и у него на поводу идти не собиралась.

– Эрик, прекрати вести себя так! У меня сейчас нет времени выяснять отношения, но между нами ничего не изменилось! Ты – мой друг, я – твоя подруга! Не устраивает? Ты знаешь, где дверь.

Створка захлопнулась за спиной, но глухой удар о стену услышала отчетливо. Лишь бы не разгромил ничего в отместку. Хотя что я ему сделала? Лишь сказала правду. Не собиралась обманывать его и тем более себя. И без того слишком много неопределенностей в моей жизни. Время истекло, а я так и не обдумала свое решение. Приняла, но не обдумала…

– А вот и вы… Что-то стряслось? – водитель галантно открыл передо мной дверцу.

– Бессовестно проспала. Всю ночь мучилась бессонницей, и вот он, итог, – старалась говорить ровно.

Все-таки это стресс – проснуться наутро в одной кровати с другом-геем. Боюсь предположить, каким именно местом я думала вчера, прежде чем решиться на такое.

– Бывает. Устали, наверное, вчера. Вечер прошел удачно?

– Спасибо, Винчестер. Наверное, лучше, чем ожидала. Кстати, нам с вами необходимо съездить в агентство недвижимости.

– Мы не едем в «СтройКом»? – мужчина был явно удивлен.

– Нет. Я вчера отказалась от этой работы, а потому сейчас бессовестно вас эксплуатирую. Что скажете?

– Раз начальство не против, то почему бы и нет. Прошу вас…

Карта Глазго указала лишь на одно крупное агентство, а потому, не теряя ни минуты, решила сразу же направиться туда. О деньгах не беспокоилась. Я смогу, прорвусь, выкарабкаюсь, как делала это и раньше. Лишь бы Конт больше не врывался в мою жизнь, потому что чем дольше мы с ним не виделись, тем больше во мне росло ощущение того, что его мне не хватает… Черт, наверное, я все же мазохистка.

* * *

В утренние часы в холле было как никогда многолюдно. Миловидная девушка предложила занять место на мягком диванчике в ожидании очереди, которой, собственно говоря, и не наблюдалось. Видимо, так рано сюда заявиться решила только я.

– Ваш кофе, – пропела она, поправляя идеально сидящую юбку.

На ее фоне я выглядела несколько блекло, но это сейчас волновало в последнюю очередь. На моем лице висела неоновая надпись: «Лучше не трогать!» – ибо подстава Эрика запала в душу тяжеленьким камнем.

– Благодарю.

Не успела и глотка сделать, как на заднем фоне прозвучало приторно-сладкое:

– Доброе утро.

Такая же клонированная барышня – белый верх, черный низ, – с улыбкой в тридцать три акульих ряда лучилась счастьем и, видимо, ожидала мою венценосную особу. Не стала разочаровывать ее, а потому отставила такой манящий, желанный кофе на столик и пошла к услужливо распахнутым дверям кабинета.

Устроившись в одном из кресел, взяла в руки объемный журнал, пестреющий яркими картинками домов и квартир. Не уверена, что могу позволить себе хоть что-то из этой роскоши.

Молчание затягивалось, а напряжение искрило в воздухе. Она ждала от меня первых слов, хотя, по правилам больших заведений, как минимум должна была представиться. Мда… Я явно не дотягивала внешне до того уровня клиентов, с которыми она работала ранее. Но выказывать это так открыто…

Из ступора меня вывела вибрация смартфона. Прокатившись по телу, вынудила вздрогнуть и отвлечься. Ожидала звонка от Деймона, да только вот именно в этот момент он был не к месту.

Сначала ответила, а потом уже увидела, что номер неизвестный, но, как говорится, поздно пить боржоми, когда в тебе два литра виски.

– Да, – постаралась придать голосу нотки стервозности.

– Здравствуй, мой заблудший Ангел. Соскучилась? Как твоя новая работа?

Быстро нажав отбой, забросила номер в черный список. Руки тряслись, сердце бухало в груди, а пульс, словно раскаты грома, стучал в висках. Лоб покрылся холодной испариной. Нашел, знал абсолютно все, почти все… Страх прокатывался по горлу, сворачиваясь ядовитой змеей в недрах души. Расслабилась, решила, что все закончено, а он снова ворвался в мою жизнь, желая сделать ее невыносимой.

Новая вибрация прокатилась по руке, знаменуя о вызове с другого номера. Снова неизвестный. Нужно срочно бежать – хватать вещи и уносить ноги как можно дальше! Знала заранее, нужно прятаться как можно глубже. А лучше вообще на другой край света. Конт лишь ускорил решение. Вынудил воспользоваться последним вариантом. Когда на кону твоя жизнь, уже не думаешь ни о чем другом. Прекрасно помнила его дикий взгляд, всепоглощающую ненависть… каждый удар. Он бы убил тогда, и навряд ли что-то изменилось сейчас…

Попыталась извиниться за отнятое время, но голос пропал. Снова началось. Прокашлявшись, с трудом просипела:

– У меня появились неотложные дела. Я заеду к вам чуть позже…

– Да-да… – снисходительно покивала девушка, обращая внимание на монитор компьютера, словно работать собралась.

Если бы не время, наверное, сказала бы ей парочку нелицеприятных слов, а пока…

Летела через главный холл, оглядываясь. Не знала, мог ли Конт находиться где-то поблизости, но встречаться лицом к лицу с ним сейчас не входило в мои планы. Боялась, что силой заставит находиться рядом, что больше не отпустит, пока не получит свое. Убьет или сделает безвольной рабыней? И то, и то считала хуже смерти. Он – самое настоящее чудовище из сказки, а я совсем не его красавица. Он не заколдован, чтобы измениться от одного поцелуя. В детстве весь мир виделся многим проще.

Нервничала, заламывая пальцы, когда продирались обратным маршрутом через утренние пробки. Боль хоть немного отрезвляла, возвращая к жестокой реальности. Представляла, как Конт дежурит у центрального входа многоквартирного дома, с хмурым выражением лица поглядывая на тех, кто покидает здание. Передернуло от воспоминаний о взгляде.

Столько дней прошло, а я все думаю о нем, хотя чаще и неосознанно. Он разрушает мою жизнь даже сейчас, впечатываясь в нее черными буквами насильно. В этом весь чертов Конт.

Страх поднимался новой волной, затапливая сознание. Трясло как дряхлый трактор, что держится на последнем издыхании. Лишь бы в панику не удариться, иначе можно наделать глупостей.

Вылетев на улицу, даже не попрощалась с водителем. Лишь крикнула в ответ на улыбку:

– Я покидаю Глазго!

Время – не деньги, время – жизнь. И именно время играло на этот раз против меня.

* * *

Настроение ни к черту. Все раздражало, все бесило! Выскользнула из моих рук, одним взбалмошным решением разрушив все планы! Что могло произойти кардинального? Что могло измениться? Даже голова разболелась, будто я дряхлый старик!

Утро за окном виделось сквозь клубы дыма серым и грязным. Весь мир такой. Реальность мерзкая и жестокая, и лишь единицы могут противостоять ей. Я всегда был именно такой единицей, так что же изменилось? Неужели действительно постарел и пора отходить от дел? Тогда, черт возьми, кто ответит мне, кому я могу передать все это? Жадному до шуршащих купюр мальчишке, чья голова может уместить лишь информацию о развлечениях, или тому, кому неинтересна моя компания? Нет, не появился на свет еще тот человек, который достоин стать моим наследником, а значит, еще слишком рано стареть…

– Эрик, ты ничего не хочешь мне сообщить? – как только он поднял трубку, сразу поставил на громкую связь.

Не мог усидеть на месте, а потому расхаживал по кабинету, рассматривая коричнево-желтый узор плитки на полу. Так думалось легче.

– Тебе тоже доброе утро, папа, – прозвучало лениво на том конце.

– Какое, к черту, доброе утро? Почему эта малолетняя дрянь вчера отказалась от работы и сейчас собирается покинуть Глазго? – сорвался на крик, ударяя кулаком о столешницу.

Готов был придушить этого идиота! Собственными руками закопать!

– Я ничего не знал, поверь! Мы расстались этим утром не совсем хорошо, но я уверен, что улажу все вечером. Она думает, что мы переспали…

– Ты был настолько плох, что она решила сбежать?

– Отец!

– У тебя есть ровно час на то, чтобы остановить ее! Делай, что хочешь, но эта дрянь должна остаться! Иначе… ты больше не увидишь ни фунта!

* * *

Мимо консьержа пролетела настолько быстро, что даже не заметила, чья именно сегодня смена. Такси до аэропорта вызывала на ходу. Лучше оплатить ожидание, чем попасть в лапы Конту. Еще не решила, куда именно полечу. Париж или Москва – неважно. Меня устроит ближайший рейс куда угодно. И там, и там смогу продолжить путь, чтобы больше никогда не нашел. О чем я только думала? У меня было больше недели на то, чтобы сбежать, а я потратила время на то, чтобы развлечься! Захотела, дура, войти в мир бдсм! Сейчас догонит и как раз отымеет с особой жестокостью! Вот тебе и воплощение желания…

Ворвавшись в прихожую, натурально обомлела. Эрик не разгромил квартиру в отместку, не разочаровался во мне как в друге, наоборот – этот засранец решил захламить гостиную цветами! Смотрела на букеты роз и не понимала, что творится в голове у дарителя. Что он возомнил себе? Что после секса, который я даже не помню, мы теперь станем не разлей вода? Только его притязаний мне и не хватает для полноты картины!

Достав с верхней полки шкафа чемоданы, понеслась в спальню. Даже запылиться за эти дни не успели. Снова в путь. Очень жалко мою малышку. Без колес чувствовала себя ущемленной, словно чего-то важного не хватает ногам, рукам, телу. На самом деле мне чертовски не хватало уверенности. В своих действиях, решениях, жизни. В эту минуту не знала, каким будет завтра и будет ли оно вообще, но плыть по течению не собиралась. Легко опустить руки, но считала, что нужно бороться, даже если шансы на выигрыш минимальны…

Вещи занимали место в чемоданах, как и ванные принадлежности и всякие важные мелочи, которые неизбежно были разбросаны по квартире. Старалась оставлять лишнее, то без чего смогу обойтись, но и не хотела что-то забыть. Направляясь к дверям, все же обернулась. Эта квартира очень понравилась мне, стала моим домом, пусть и ненадолго. Думала, что задержусь здесь. Хорошо, хоть купить не успела – одной проблемой меньше.

Вдруг вспомнила, что не забрала свой чемоданчик. Как я могла забыть о самом важном? Все нервы, нервы… Поставив поклажу на пол, вернулась обратно в спальню. Пришлось опускаться на колени перед кроватью да заползать под нее, родимую. Даже не заправил за собой, романтик, блин. Кряхтела и пыхтела, доставая запрятанное. Не вынимала из рюкзака по приезду. Теперь понадобится.

Телефонный звонок разорвал тишину, вынуждая неизбежно удариться головой о деревянное дно каркаса. Кому от меня что понадобилось? Если это снова Конт, даже не знаю, что скажу ему. Хотелось много и нецензурно, а на деле… Каждое слово могло выйти мне боком.

Выбравшись из-под спального монстра, достала смартфон. Звонил Деймон. Могла бы и не взять трубку, а просто скрыться, но совесть не позволяла. Точки тоже нужно ставить, иначе история не закончится.

– Привет.

Нет, а что ему еще сказать? Добрым я этот день точно назвать не могла.

– Здравствуй, Анжелика. Ты готова озвучить мне ответ?

– Нет! – решила сразу обрубить все концы.

– Хорошо. Тогда хочу сводить тебя в кино. Заеду вечером…

Не дала договорить, а попросту перебила. До красивостей мне сейчас было в последнюю очередь.

– Нет – это мой ответ. Извини, но боюсь, что мы больше не увидимся. Я сейчас уезжаю из города.

– Куда? – даже голос изменился, став в разы холоднее.

– Пока еще не знаю. Меня такси ждет…

Посмотрев на чемоданы, села на пуфик в прихожей. Одной рукой я все это точно не унесу.

– Объясни, что за спешка? Вчера ты еще не думала ни о чем таком, верно? У тебя что-то случилось?

Тяжело вздохнув, все же ответила:

– Не могу объяснить, прости. Мне просто срочно нужно спрятаться и как можно дальше. – Голос дрогнул.

Так не хотела плакать. Страх обволакивал тело, забирался под кожу. Больше не могла контролировать эмоции.

– Эй, маленькая, слезы ни к чему. Ты вполне можешь остановиться у меня, пока не разберешься, куда отправиться дальше. Мой дом за городом, и здесь нет ни души. – Бархатные нотки заманивали.

Как можно так быстро менять интонации? Стукнувшись затылком о стену, вернула здравомыслие.

– Не хочу вмешивать кого-либо в свои проблемы…

– А я и не вмешиваюсь. Лишь предлагаю тебе реальную помощь. Как только примешь решение, куда дальше, сразу уйдешь. Поверь, я смогу обеспечить безопасность в собственном доме, если тебе что-то грозит. И потом – у чужого человека тебя будут искать в последнюю очередь…

Правильные доводы, и говорит так убежденно, провоцируя согласиться, но…

Звук домофона раздался еще неожиданнее, чем до этого трель смартфона. По нему с жильцами связывается только консьерж, а потому отогнала от себя лишние переживания. Скорее всего, таксист попросил связаться со мной.

– Подожди, пожалуйста, – попросила Деймона. – Да…

– Мисс Гиш! К вам поднимаются какие-то бандиты! – заверещала женщина.

Секундный ступор, но времени больше нет. Я знаю, что это он. Он знает, что я здесь. Игры кончились…

– Деймон, адрес! – закричала в трубку.

– Вышлю сообщением.

Закинув мобильник в карман, схватила чемоданы и выбежала из квартиры. Лифт для меня – недоступен, и оставалось только спуститься по лестнице, надеясь, что двери внизу не заперты. Уже будучи на первом этаже, услышала топот. Кто-то быстро спускался по ступеням, а вариантов-то мой мозг подкидывал немного. Схватившись за ручку дверей, потянула, но железная створка не поддавалась. Готова была завыть, закричать, ударить, но ничего из этого не помогло бы. Звуки приближались.

В отчаянии посмотрев вверх, собиралась просить помощи у Господа – последней инстанции – и таки нашла ее! Чертова дверь была заперта на шпингалет! Улица, дорожка, повернуть за угол! Лишь бы не споткнуться и не упасть! Таксист стоял у машины и поглядывал на центральный вход. Бежала так, словно за мной гналась стая собак. Не знала, кто хуже – цепные псы или мордовороты под предводительством Конта.

Взглянув в сторону центральных дверей, увидела выбегающего Вольфа. Ну нет! Всего с десяток шагов до машины! Вам меня не поймать!

– Быстро заводись и трогай! – проорала водителю.

Мужчина встрепенулся и мигом оказался в авто. Когда черная железка тронулась, все же обернулась назад. Пульс стучал в ушах, вставал комком в горле. Мрачный взгляд Александра обжигал как дикое пламя. Он просто стоял и смотрел вслед скрывающейся машине. Смотрел прямо в мои глаза, будто гипнотизировал. Я больше не поведусь, больше не выполню твой приказ, больше не дам рушить мою жизнь.

– Куда едем, мисс? – вопросил всполошенный водитель.

– Вот по этому адресу. Запомнили? – показала ему сообщение от Деймона.

– Да, мисс.

– Отлично! – опустив стекло, без сомнений выбросила телефон.

Дрожь прокатывалась по телу, постепенно сходя на нет. Успокаивалась, осознавая, что этот раунд записан на мой счет. Оставалось надеяться, что смогу хоть ненадолго спрятаться у Деймона, а потом убраться отсюда. Франция или Россия? Этот выбор я сделаю позже.

Глава 3: Если в хозяйстве есть грабли, на них грех не наступить

– Мистер Конт, вы уверены, что желаете подняться самостоятельно? – Вольф смотрел на меня словно безэмоционально, но я чувствовал тревогу, исходящую от него.

– Ты сомневаешься в моем решении? – раздражение прокатывалось по венам, обжигая, словно жидкий огонь. – Или я чего-то не знаю, Вольф?

– Вдруг она там не одна? – вопросил, кажется, нерешительно.

– Говори все, что знаешь! – ворвавшись в холл здания, пошел напролом к лифту.

Консьерж что-то спрашивала, кричала, возмущалась, но вид пушки Вольфа быстро угомонил ее. Новый охранник плелся в самом конце. Больше не оглядывался, поставив себе одну-единственную цель. Не обращал внимания на убранство и декор – плевать хотел на все эти мелочи.

– Эту ночь она провела вместе с младшим Ринтом…

– Секс? – отсчитывал этажи, пытаясь успокоиться.

Чувствовал ярость, поднимающуюся из самых дальних уголков. Закрыл глаза – вдох, выдох. И так несколько раз, пока не раздался сигнал о том, что достигли нужного этажа. Этот звук стал обратной точкой отсчета. Терял контроль… Лишь от одной мысли о ней и ком-то другом насильно прощался с чертовым самообладанием! Воздуха не хватало. Ослабить галстук, расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки, стереть испарину со лба платком, что всегда хранится в нагрудном кармане пиджака. Все доведено до автомата.

– Не думаю. По последним данным они – друзья.

– Вольф, ты сам веришь в тот бред, который несешь? Какая к черту дружба может быть между мужиком и молоденькой девчонкой?

Завернув в коридор, наткнулся на настежь раскрытую дверь. Внутри? Или уже сбежала? Чувствовал, что второй вариант правильный, но хотел убедиться. Далеко уйти не могла. Не уйдет. Ее местоположение отследить по телефону проще простого.

Уже в прихожей понял, что был чертовски прав минутами ранее. Прав по двум пунктам. С одной стороны, ответы огорчали, а с другой – еще раз убедился в правильном восприятии мира и женщин. Конкретной женщины. Стервозного Ангела, которого пока никак не получалось обуздать…

– Занятные цветочки.

Средь хаоса и разбросанных вещей как ни в чем не бывало разместились букеты роз. Тот, кто дарил их, не скупился. Младшему Ринту такие жесты наверняка привычны, а вот ей… Помнил, как радовалась цветам, хоть и старалась не показывать этого явно и открыто. Оказывается, чувствовать боль неприятно. Вдвойне неприятно для того, кто любит ее причинять. Все еще непривычно, хоть и предает во второй раз. Даже ярость не перекрывает это чувство. Ревность? Что-то намного большее…

– Вернемся сюда позже. Она не могла далеко уйти, а лифт всего один. – Подошел к мольберту, оценивая легкий, но такой живой пейзаж.

Не знал, что она рисует. Не видел у нее ни кистей, ни холстов, ни готовых картин. Может быть, ей и не принадлежит? Младший Ринт вполне мог обосноваться здесь. Рисовать цветочки как раз в его стиле…

Одним движением отбросил деревяшку вместе с незавершенной картиной в сторону. Не мог справиться с новыми чувствами. Не мог обуздать старые. Отчего догоняю ту, которая убегает? Зачем?

Потому что моя! Моя чертова стерва! Другого объяснения и не требовалось!

– Должна быть лестница. Вольф, езжай на лифте, а мы с Сэмом пешком, – кивнул новенькому на дверь в конце коридора. – Пошли.

Спускались быстро. Слышал ее торопливые шаги этажами ниже. Стены отражали все звуки. Мог поклясться, что даже рваные вдохи ощущал. Охотник загонял свою жертву, собираясь впиться в мякоть ее тела острыми зубами. Предвкушал наказание… Жесткую щетку, чтобы очистить от грязи, очистить каплями крови, смыть неверность. Веревки, что неминуемо оставят красные следы на запястьях. Твердый ошейник с шипами… с шипами вовнутрь, чтобы контролировать каждый вдох. Опрокинуть на стол, подбираясь к нагим округлым бедрам. Наказывать каждым ударом, чтобы не смела… Чтобы не представляла свою жизнь без меня.

Первый этаж, но ее уже нет здесь. Улица и серое тяжелое небо, что вскоре омоет потоками дождя. В такую погоду сидеть бы у камина в полутьме, неторопливо оглаживая бархат кожи. Но нет, Анжелика вырвалась из когтей, снова порываясь к свету, что спрятан за горизонтом. Тебе не убежать, мой порочный Ангел. Тебе не скрыться…

– В погоню, мистер Конт? – Вольф уже подошел, а я все продолжал провожать автомобиль взглядом.

Ждал. Я точно знал, чего ждал. Она подтвердила догадку, воплотив ее в уверенность всего одним действием. Обернулась. Запуганная, дикая, необузданная… В ее глазах видел: понимает, что догоню. И в этот раз догоню, и во все последующие. Погоня будоражит не хуже стонов, цепей и криков. Наша личная гонка, наградой в которой станет наказание.

– Нет, Вольф. На сегодня достаточно. У нас есть еще одно незавершенное дело. – Направился обратно в здание, в ту самую квартиру.

– Позвольте узнать какое?

– Подпортить нервишки Ринту-младшему, а возможно, и старшему. Кажется, у тебя имеется зажигалка? – предвкушал вечерний выпуск новостей.

Желал всем черным сердцем причинить невообразимую боль этой семейке. В сто крат сильнее, чем испытывал сам. Заплатят пусть и немного, но эмоции стоят того. Их страх окупит все мои волнения. Пусть трясутся за свои жалкие шкурки.

– Собираетесь выкурить сигарету?

– Собираюсь устроить грандиозный пожар.

– Думаю, полиция уже едет сюда.

– Тогда поторопимся. Сэм, я очень надеюсь, что ты еще не успел бросить курить…

* * *

Через узоры кованых ворот отлично просматривалось объемное двухэтажное серое строение с острыми верхушками крыш. От него веяло каким-то особым домашним уютом. Возможно, такое ощущение создавалось из-за густо растущей зелени, высоких деревьев и аккуратных клумб. Белоснежные рамы окон и дверей выделялись, придавая строгости. Классические вышки фонарей освещали подъездную дорожку. Сквозь стену дождя могла разглядеть темный силуэт, но вот кто именно стоял у дверей, не видела.

Ворота открылись, впуская автомобиль на частную территорию. Уже успокоилась, но десятками минут ранее оглядывалась – и не раз, – выискивая в веренице машин одну, до боли знакомую. Никто за нами не ехал. Настолько самоуверен? Или не видит смысла? Хотелось бы, чтобы второе. Не знала, чего ожидать, но ничего хорошего мне эта встреча не сулила. Все закончилось, мистер Конт, по крайней мере, для меня.

Водитель остановился у входа. Теперь видела Деймона отчетливо. Такой домашний, в свитере и темных джинсах. Трепета не было. Не до эмоций сейчас. Не хотела ничего чувствовать – с лихвой хватило страха. Желание хоть немного поспать, чтобы отрешиться от мыслей, сейчас казалось неимоверно важным, первостепенным. Надеялась, что не устроит допрос… Хотя допрос с пристрастием меня сейчас устроил бы как никогда. Занимаясь сексом, перестаешь думать вообще, словно уходишь в другую грань реальности, где пустота в голове правильна и нерушима. Так было с Контом. Но кто бы мне позволил сейчас такую роскошь…

Дверца открылась, и Деймон учтиво помог мне выбраться из машины.

– Привет, маленькая. Все хорошо?

– Насколько это вообще возможно. – Улыбнулась, но чувствовала некоторую стеснительность.

Капли падали на него и впитывались в одежду, скрываясь в темных волосах. Скатывались по коже, когда он забирал мою поклажу с заднего сиденья. Сейчас не представляла, как удалось быстро закинуть чемоданы в авто – чистый адреналин. Страх – лучшая мотивация.

– Проходи в дом.

Не сказала бы, что внутреннее убранство отличалось особым шиком или блеском. Не было вычурной роскоши, лишних декоративных нагромождений. Так сразу и не скажешь, кому принадлежит этот дом – разношерстному семейству или заядлому холостяку. Остановившись посреди гостиной, рассматривала камин. Обычный камин из красного кирпича, в чьей глубине плясали языки пламени. Поленья приятно потрескивали, напоминая о зиме. Той самой зиме, когда снежные хлопья покрывают землю в преддверии праздников. Жаль, что здесь снег – явление редкое.

– Люблю огонь, – раздалось за спиной, вынуждая обернуться. – Я отнес чемоданы в спальню. По лестнице наверх и направо. Моя комната слева.

– Спасибо большое, но я не стесню тебя надолго. Сейчас посмотрю рейсы и, думаю, завтра уже улечу.

– Можешь не торопиться. Я тебя не гоню. – Присел на диван, предлагая занять место рядом.

Темно-серая обивка оказалась на ощупь мягкой. Не удержавшись, взяла в руки маленькую подушечку. Отгораживалась ненамеренно, но по-другому не могла. Сейчас не понимала, что делаю здесь.

– Тебе сегодня не нужно на работу? – нормальные вопросы просто не появлялись в голове.

– У меня недельный отпуск, если его можно назвать таковым. Работаю дома, подальше от шума и гама. – Ощущала взгляд всем телом, каждым сантиметром кожи. – Ты хотела бы остаться одна?

Так прямолинеен. А действительно, хотела бы? Одиночество в таких ситуациях лишь угнетает. Сидеть и пугаться каждого звука? Копаться в себе и веренице мыслей? Оправдывать и обвинять того, кто в этом не нуждается? Наверное, не вдохну полной грудью, пока не уеду отсюда как можно дальше. Сейчас меня прельщал даже лес.

– Нет. Лучше вместе, если, конечно, ты не против компании.

– Я уже ответил. Расскажешь, что произошло? Если поделишься, может быть, станет легче. Психолог из меня преотвратный, но выслушать могу.

Скупая улыбка коснулась губ. А почему бы и нет? Я ничего не теряю. Уже завтра забуду и Деймона, и весь этот кошмар. Сегодня я в безопасности – здесь Конт меня точно искать не будет.

– Возникли проблемы с бывшим…

И тут я действительно задумалась: а кем для меня был Александр? Парнем? Слишком сложные и неформатные отношения, чтобы присвоить им какой-либо статус. Больше, чем увлечение, но воспринимать их всерьез не могла. Слишком нестандартные… Другие. Из таких не вырастает крепкий брак.

– С мужчиной, с которым встречалась.

– Тот самый один-единственный?

– Да. – Уже и забыла, что упоминала о нем.

– Ваши отношения закончены?

Такие прямые вопросы рождали неловкость, но продолжала отвечать. Если зайдет слишком далеко, одерну. Не всем могу поделиться – это понимала. Границы есть у всего.

– Да, но он, похоже, этого не осознает.

– Преследует тебя?

– Скорее, навязчиво желает прибить. Знаешь, если честно, не хочу об этом говорить. Это слишком запутанная история с не очень хорошим концом.

– Если я буду знать правду, то смогу помочь тебе.

Не ожидала такого, но мужчина взял мою руку в свои ладони. Нежно поглаживал пальцами, словно пытался успокоить. Иллюзии волшебной сказки пропали, возвращая в реальность, а потому больше не грезила сексом. Все плотские желания отошли на второй, а то и на десятый план, хотя симпатия к Деймону и не пропала. Он по-прежнему оставался в моих глазах чертовски привлекательным мужчиной с особым шармом.

– Не нужно, Деймон. Я уеду завтра. Тебе мои проблемы ни к чему.

– Не хочу, чтобы ты уезжала. – Приблизился вплотную.

Смотрел в глаза, оставляя без возможности отвести взгляд. Ребром ладони нежно, почти невесомо провел по щеке, вынуждая поддаться ласке. До боли хотелось простых, нормальных отношений – заботы, спокойствия, романтики и любви, сдобренной страстным, острым сексом. Такими отношениями грезила где-то в глубине души, но не верила в их существование. После всего того, что приключилось, оптимист во мне неизбежно умер, вывесив над крепостью белый флаг.

– Может быть, сначала обдумаешь все как следует? – губы совсем рядом, едва касаются, словно проверяют реакцию, ожидая одобрения.

– Обдумаю… – словно и не я отвечала, и будто даже голос чужой.

Предвкушала поцелуй, желая забыться, провести толстую черту, за которой останется самая главная проблема. Жаль, что прошлое нельзя стереть безвозвратно.

Прикрыв веки, ждала весомого касания, но вдруг услышала голодное урчание. Ощутила его в тот же миг, а вся романтика в секунду слетела, сменяясь яркими пятнами стыда на щеках. В такую конфузную ситуацию могла попасть только я. Даже глаза открывать не хотела, предполагая, что увижу насмешку.

– Кто-то проголодался. – Тембр голоса не изменился, оставаясь таким же бархатистым. – Ты не завтракала?

Вопрос прозвучал на порядок строже. Растерялась немного от резкой перемены.

– Совсем не было времени.

– Плохо. Питаться нужно вовремя. Завтрак – это важнейший прием пищи, а время уже обеденное. Пойдем на кухню, побалую тебя картофельной запеканкой.

– Мама готовила? – спросила о важном, чтобы сразу понять, живет ли здесь еще кто-либо.

– Моя мама умерла несколько лет назад. Если для тебя это важно знать, то живу я здесь один.

Раскусил сразу, зараза. Да, хитростью я никогда не отличалась, что неизбежно не шло на пользу моей жизни. Ну, зато получила ответ, который позволил расслабиться чуть больше. Что ж, откровенность за откровенность.

– А моя – несколько недель назад. Прости, если задела твои чувства.

Столовая и кухня были одним светлым помещением. Только мебель имела темный цвет – что-то ближе к глубокому вишневому. Стояла и не знала, чем себя занять.

– Не задела. Все давно прошло. Прими мои соболезнования. Представляю, как тебе тяжело. – Снова взял за руку.

Нравились тактильные ощущения? Или просто пытался поддержать? Пока не понимала.

– Уже легче. Мне помог один человек, хотя смерть близких всегда оставляет осадок. Мы редко виделись и созванивались. Жизнь так разделила.

– Понимаю. Мои отношения с отцом в последнее время тоже оставляют желать лучшего. Ну, не будем о грустном. Между прочим, я готовил сам. – Коварно улыбнувшись, достал из холодильника стеклянную форму, закрытую фольгой. – Уверен, такого шедевра ты еще не ела!

– Хвастун! – не могла не улыбнуться в ответ. – Давай хоть на стол накрою?

Рядом с ним не ощущала дискомфорта. Пока не испытывала сложностей, но с затаенной грустью ждала их. Где наша не пропадала? Моя попа ведь не может жить без приключений…

* * *

Мчался в ее квартиру на всех парах, обгоняя автомобили в обеденном потоке. Психовал из-за небольших пробок. Неимоверно злился. Эта дура была моим пропуском к отцовскому кошельку! Свободно давал деньги все это время, велся на сказки об ухаживаниях и дорогих подарках… А что я буду рассказывать ему сейчас, если Анжелика уедет? Он и фунта не даст! Снова начнет говорить про гребаную работу! Ну нет… Я не дам этой дамочке сбежать!

Уже подъезжая к зданию, почувствовал неладное. Две пожарные машины занимали все место перед входом, не давая возможности подобраться ближе. Пришлось парковаться у соседнего дома. Выйдя из авто, не поверил своим глазам. Даже веки потер, пытаясь отогнать представшую картину. Из окон той самой квартиры, в которой проживала Анжелика, вырывались языки пламени. Черный дым валил, уходил в пасмурное небо, оставляя темные следы на стене. В происходящее не верилось.

Отчаянно отгоняя плохие мысли, побежал в здание, расталкивая зевак. Столпились, словно никогда не видели чрезвычайных ситуаций. Звонил уже на ходу, пробираясь через заполненный встревоженными людьми холл.

– Лифт не работает! – закричала заплаканная консьержка, преграждая мне путь.

Лишь отмахнулся, сворачивая к лестнице, тем более что отец уже ответил на звонок.

– Я надеюсь, что ты справился хотя бы с этим?

– Пожар в квартире! – перепрыгивал через ступени, взбираясь по этажам наверх.

– В чьей? – в голосе сквозило изумление.

– В той, которую ты выделил Анжелике! – ответил со злостью.

Разве трудно сразу пораскинуть мозгами и понять? Как будто это не он отправил меня сюда, чтобы остановить эту взбалмошную девицу! Боялся. Испытывал щемящие чувства. Что, если она там, внутри? Сгорела заживо или задохнулась, наглотавшись дыма?

– Еду.

Появившись на этаже, сразу же натолкнулся на пожарников. Посмотрели как на идиота, но тут же продолжили свою работу. Лишь один из них – более пожилой – удосужился заговорить.

– Ваша квартира?

– Нет. Моего отца.

– Трупа мужчины не обнаружено, – говорил спокойно и четко, словно вели светскую беседу на очередном рауте.

– А женщины?

– На первом этаже никого не обнаружено, а на второй добраться не смогли. Лестница обрушилась. Ребята с вышки доберутся туда, как только устранят пожар.

– Но что делать до этого времени? – от безысходности готов был рвать волосы на собственной голове.

– Молиться, сынок. Только молиться.

* * *

Когда входил в развалины квартиры, создалось ощущение, что нахожусь в кошмарном сне. Обломки, обгорелые обрывки, разбросанные вещи, погибшие красные розы – натуральный хаос во всей своей красе. Успокаивало лишь то, что все имущество было застраховано. Ненавидел терять деньги, а особенно из-за тупоголовых девиц, чьи хитрость и коварство не знали границ.

– В квартире никого не было, – тихо проговорил Эрик, оглядываясь по сторонам.

– Отлично. Нам только трупа и не хватало для полноты картины. Шкафы проверил?

– Большую часть вещей забрала. Забыла ноутбук, но мне кажется, информацию с него уже не восстановить.

– Попробуем. Пусть специалисты покопаются – отработают те деньжищи, которые я им плачу.

– Хорошо. Я его возьму.

– И назревает интересный вопрос… – стоял посреди гостиной, не желая проходить дальше.

– Какой?

– Сама она подожгла квартиру, заметая следы, или кто другой постарался? Прознала, что ее хотят использовать?

– Она не настолько умна. И потом, с чего ты взял, что это поджог?

– Ты снова недооцениваешь женщин. Как был малолетним болваном, так и остался… Пожарники выдали заключение. Начни уже видеть то, что у тебя перед глазами. – Раздражение накатывало волнами. – Мисс Гиш очень умна и изворотлива. Она скрылась, как только запахло жареным. Возможно, нарыла что-то весомое из того, зачем ее послал этот мерзавец Конт.

– Ты видишь вселенские заговоры на каждом шагу. Так и до паранойи недалеко.

– А ты бы и рад был?

– Есть камеры в холле и на улице. Можно запросить видео.

– Если бы все было так просто. Неужели я похож на старого дурака, который не подумал об этом? Нет записей. Совсем нет! – не сдержавшись, пнул покрытый черной копотью стул. – Компания еще полгода назад прекратила обслуживать этот дом, а новую так и не нашли!

– А что если запросить у соседних домов? Где-то ведь должны быть! Здесь полно частных заведений.

– С этим будет разбираться полиция. А пока нужно отыскать эту девицу.

– Ее телефон недоступен.

– И ты еще сомневаешься в том, что эта она устроила пожар?

– Я вообще ничего не говорю, – пошел он на попятную.

– Ладно, свободен пока. Попробуем засечь покупку билетов. Человек не может не оставлять следов. Какие-нибудь ниточки да найдутся.

* * *

Стандартный гостиничный номер люкс ничем не отличался от своих предыдущих скучных копий, в которых мне удосужилось побывать в разных городах. Панорама Глазго, мельтешащая в окнах, не удивляла. Мебель, картины, ткани – классика классикой. Дорого, вычурно, слишком много блеска. Сидел за рабочим столом и просматривал отчеты с разных отделов. Понимал, что нужно возвращаться, но уезжать вот так не хотелось.

Рассчитывал на быстрое завершение дела, но маленькая мисс решила поиграть в догонялки. От этого вкус победы станет только насыщеннее, острее – знал, но желал, чтобы оказалась подле меня как можно скорее. Не хотел поручать это никому другому. Должен был сам, своими руками. Найти, схватить, забрать…

– Мистер Конт, все сделано. Все записи у нас.

Вольф вошел в кабинет и остановился на пороге, ожидая дальнейших действий. Люблю исполнительность.

– Уверен, что прошли по всем магазинам и офисам?

– Даже по самым дальним. Все выкуплено – оригиналы и копии.

– Отлично. Свяжись с пилотом. – Нельзя забрасывать дела.

– Разрешите выразить мнение? – раздалось неожиданно.

Даже обернулся, не веря своим ушам. Вопрос как минимум вызвал любопытство.

– Давай.

– Мистер Ринт и его младший сын сейчас на квартире. Мне кажется, что вы перегнули палку с поджогом. Это было… лишним.

– Ты прав, тебе кажется. Я хочу, чтобы они испытали страх. Пусть боятся. Я точно знаю, чего добиваюсь.

– Но мисс Гиш…

– Мисс Гиш заодно с этими ублюдками, а значит, узнает обо всем из первых рук. Страх заставит ее вернуться. Приползет как миленькая. Нужно лишь подождать.

– Я не уверен, мистер Конт.

– Я уверен! Отследи ее телефон. Хочу знать, где скрывается.

– Это невозможно на данный момент. Телефон недоступен. Я уже проверял.

– Тогда найди ее, Вольф. Просто найди… Ты ведь запомнил номера такси?

* * *

Показав мне спальню, Деймон ушел работать в кабинет на первый этаж. С одной стороны, радовалась небольшой передышке, а с другой – одиночество вынуждало думать, а этим заниматься хотелось в последнюю очередь. Сегодня необходимо было отдохнуть как следует морально и физически, чтобы уже завтра продолжить свой бег. Надеялась, что не бесконечный.

Чтобы хоть как-то отвлечься, рассматривала комнату. Плотные персиковые ткани украшали окно и объемную кровать. Мне понравился рисунок – яркий фиолетовый тюльпан ютился на самом краю пледа и дублировался на шторах. Компактная гардеробная скрывалась в кладовке, а небольшой комод занимал место у противоположной от кровати стены. Округлое зеркало разместилось над ним. Все такое простое, легкое, но по-домашнему теплое. Не знала, кому именно принадлежала эта комната. Понимала, что цветовая гамма, скорее, женская, но любопытствовать не собиралась. Каждый имеет право на свою личную жизнь.

Вещи не разбирала. Лишь достала спортивные штаны да футболку. До покалывания в кончиках пальцев хотелось под душ. Потоки воды всегда расслабляли, словно стоишь посреди водопада, ощущаешь всю его силу и мощь, растворяешься в нем, забывая, что есть разделение. Точно в лес заберусь куда-нибудь, где человек – явление редкое. Отращу себе длинные косы и буду бегать голышом, стреляя по зверушкам из самодельного лука. Дом построю на дереве, как когда-то в детстве. А потом, лет так через двести, какой-нибудь чудак обязательно найдет мои останки и предъявит их миру как нерушимое доказательство того, что Йети существовали на самом деле. Без эпиляции как раз на этих веселых малых буду похожа.

Любопытство подбивало приоткрыть дверь в спальню Деймона. Ванная комната была всего одна на двоих, а потому имела створки в обе стороны. Сдержалась только потому, что мужчина мог быть там. Сейчас бы не придумала чем оправдаться, разве что применила бы избитый способ «Улыбаемся и машем…» Представляю, что подумал бы обо мне. Ненормальная.

Промокнув волосы полотенцем, заплела их в косу. Фен остался в квартире, а спрашивать об этом женском помощнике у Деймона казалось верхом неприличия. Не желала отвлекать человека от работы пустой болтовней. И так слишком многим обязана, по сути, постороннему человеку. Надо бы хоть завтрак приготовить ему утром в благодарность…

Не зная, чем себя занять, улеглась поверх пледа, сгребая руками подушки. Слоняться по дому – тоже ненадолго. Если бы не выкинула телефон, могла бы немного почитать… Сейчас как никогда нуждалась в чем-то легком, романтичном и обязательно с юмором. Машка давно подсадила на любовные романы, только редко удавалось найти на них время. Эх, Мари… Чувствует моя жопонька, что ты прибьешь меня, когда я наконец смогу связаться с тобой. И знаешь, будешь на все сто процентов права…

Испытавший стресс организм быстро уволок меня в долину снов, где нет цветных сновидений. Устала за это ненормальное утро, вымоталась морально настолько, что не слышала короткого стука в дверь. Не видела, как Деймон прошел в комнату, чтобы посмотреть, как я. Не чувствовала, как плюшевый плед обнял тело, словно кокон. Не ощущала легкого касания, что неторопливо прошлось по щеке. Спала в спокойствии, интуитивно веря в то, что в этом доме, рядом с этим человеком нахожусь в безопасности.

* * *

Проснулась уже поздним вечером, когда тяжелое пасмурное небо почернело, отдаваясь во власть ночи и дождя. Именно звук барабанящих капель меня и разбудил, а там дело за малым. Повернувшись на бок, поняла, что ужасно хочу пить. Только собиралась отвязаться от назойливой мысли, как пришла другая – срочно захотелось в туалет. И ухо зачесалось, рука затекла… в общем, пришлось подниматься, хоть и не хотелось разрывать нежных объятий с пледом.

Сделав все менее интересные дела, выглянула в коридор. Тишина и темнота настораживали. Ступала босыми ногами по холодному лакированному дереву лестницы. Намеревалась незамеченной прошмыгнуть на кухню, но не удалось. В гостиной горел камин:

– Добрый вечер, Анжелика… Как тебе спалось?

Обернувшись, улыбнулась открыто и искренне. Представшая картина завораживала. Деймон сидел в одном из кресел, что ближе всех стояло к камину, и держал в руке высокий бокал. Вишневая жидкость играла бликами огня и казалась густой, подобно приторно-сладкому сиропу. Рукава белой рубашки закатаны по локоть, а верхние пуговицы расстегнуты так, что обнажен участок груди.

Как удержалась и не облизнулась, не знаю, но руки все же спрятала за спину от греха подальше, потому что темные волосы, наконец, обрамляли лицо, не скрываясь под тугой резинкой. Синие глаза опасно сверкали, став будто черными – трудно привыкнуть к такому прямому взгляду, который словно видит насквозь не только тело и душу, но и самые потаенные желания.

– Спасибо, я прекрасно выспалась. Хотела попить воды…

– За что ты меня благодаришь? – снова эти бархатные нотки.

Походил сейчас на демона-искусителя – не меньше! Или на Графа Дракулу, да только вот я в эту картину никак не вписывалась. Ноги зябли от продолжительного соприкосновения с полом.

– Благодарю за интерес к моей скромной персоне.

– Почему ты босиком? – чуть наклонил голову набок, провоцируя неосознанно повторить его действие, словно в зеркальном отражении.

– Не подумала. Я всего на минуту, а потом вернусь в свою комнату.

Я сказала «в свою»? Господи, не хватало добавить: «Да, папочка, я была хорошей девочкой!» Нервничаю, будто что-то натворила! Пришла, называется, водички попить…

– И чем же ты планируешь заняться?

– Покупкой билета на ближайший рейс. Конечно, если ты дашь пароль от своего вайфая. – Взгляд гулял по гостиной, но неизменно возвращался к мужчине.

Интригующе улыбнулся. Как можно быть таким притягательным? Он вовсю пользовался своим шармом и ничуточки не стеснялся!

– Дата нашей первой встречи, – ответил просто.

А я… А я открыла рот и, как та самая беспомощная рыба, хватала воздух, не зная, что сказать. Выбивать из колеи этот мужчина умел мастерски.

– В тот день я купил этот дом.

Добавил как бы между прочим, отворачиваясь к огню, но лукавые искорки я успела заметить! Хитрый, наглый, ууууу!!! Как хотелось сделать что-нибудь мстительное в ответ, но ничего путного в голову не приходило.

– Спасибо. Я, пожалуй, пойду… – уже развернулась, но он вновь вынудил меня остановиться.

– Даже не попросишь напомнить число?

Коварно улыбнувшись, состроила самую очаровательную моську, на которую была способна, чтобы, обернувшись вполоборота, произнести томным голосом:

– Тот день я не забуду никогда…

А после я бессовестно сбежала, потому что сердце ухало быстро-быстро, отдаваясь пульсацией в самые разные части тела. Я снова хотела его – дико, ненасытно, необузданно… До пламенеющих щек, до учащенного дыхания, до дрожи в руках.

Залетев в комнату, прошмыгнула в ванную. Ледяная вода нисколько не помогала обуздать расшалившееся желание. Мне нравились те чувства, которые порождал во мне этот мужчина, но в свете последних событий они казались лишними. Доставала чемоданы с затаенной грустью. Интернетом нужно пользоваться с осторожностью – всего один сайт, определяющий местоположение, и эта прогулка может стоить мне очень дорого. Выложив почти все вещи, проделала то же самое и со вторым чемоданом. Ноутбука не было, а самое отвратительное, что я не помнила, чтобы укладывала его! Отчаянно застонав, опустилась прямо на ковер. Остро хотелось побиться головой обо что-нибудь твердое! Все работы по учебе! Все выкройки! Все фотографии! Абсолютно все было там! Слезы сами собой полились из глаз – так обидно…

Растерев полотенцем непрошеные капли, пошла сдаваться на милость победителю, а точнее, просить доступа к компьютеру или ноутбуку. Деймон оказался там же, где был десятками минут ранее. Его спокойный взгляд блуждал по поленьям, будто он видел там намного больше, чем просто огонь.

– Решила присоединиться? – наверное, хотела бы для храбрости, но сначала нужно закончить дело.

– У меня возникла небольшая проблема.

– Все-таки забыла число? – усмехнулся, переведя взгляд на мнущуюся на пороге меня.

– Нет. Забыла ноутбук. Можно я воспользуюсь твоим?

– А что мне за это будет?

Хитрый лис! Нет бы ответить сразу, но мы тянем время, провоцируя на совсем не целомудренные картины… Чего он хочет? Чтобы станцевала стриптиз?

– Я скажу тебе спасибо от чистого сердца.

– Ну, если только от чистого… – поднявшись, поставил бокал на столик.

Следовала за ним по коридору в молчании, не представляя, чем могла наполнить тишину. Все же некоторая скованность ложилась на плечи, несмотря на все чары, исходящие от мужчины. Включив компьютер, оставил меня одну. Свободный билет до Москвы нашелся быстро, но стоил он почти в три раза дороже, чем если бы заказывала заранее. Жадюга во мне моментально встрепенулась. С усердием задавила ее, нажимая на кнопку «оплатить». Назад пути больше нет.

Скачать книгу